Стивен Розенфилд

Ухожу в Stand Up!: полное руководство по осуществлению мечты от Американской школы комедии

Посвящается Змею-Искусителю из Эдема. Без него человечество бы лишилось самой сути юмора: проблем и знаний. Адам и Ева были счастливы, пока не появился Змей, и все бы хорошо, только вот счастливым быть не смешно. Смеяться начнешь, когда возникнут проблемы и станет понятно, с чем придется иметь дело. Так что именно благодаря Змею на Земле стал слышен смех.

© Перевод с английского. О. Миленина, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Предисловие

Я познакомился со стендап-комедией в своей гостиной на 58-й улице на Манхэттене. В те дни я работал театральным режиссером и сценаристом. Как-то раз ко мне домой пришел стендапер Эли Крупник и сказал, что хочет со мной работать. До этого я сотрудничал с десятками актеров, и в итоге у нас получались яркие и эффектные шоу. Исполнитель главной роли моей первой внебродвейской постановки, комедийного скетч-шоу, где я был режиссером и соавтором, Ли Уилкоф получил премию «Оби»[1] за свою игру. В Лос-Анджелесе я возродил мюзикл Чарльза Страуса «Чарли и Элджернон», а исполнитель главной роли П. Дж. Бенджамин был удостоен ежегодных театральных премий LA Weekly и Drama-logue. Как-то я даже пробовал свои силы в стенах комедийного клуба, где выступала группа комиков «Резиновые ножки», я был у них режиссером и сценаристом, а позже они стали завсегдатаями клуба «Комик Стрип». Но мне никогда прежде не доводилось иметь дел со стендапом.

Правда, самой идеей я загорелся. Сколько себя помню, стендап мне всегда нравился. Именно из-за него я смотрел «Шоу Эда Салливана». Как-то в старшей школе я даже прогулял целый день, чтобы увидеть выступление Ленни Брюса в Ист-Виллидж.

Мы с Эли начали сотрудничать, и вскоре, прознав о нашем успехе, на пороге моего дома начали появляться новые стендап-комики. Ни у кого из них не было курсов актерского мастерства за плечами, поэтому мы вместе разбирались, какими эмоциями сопровождать шутки и как именно передавать эти эмоции на сцене. Если шутка была слабовата, мы ее вместе редактировали. Я заметил, что, если сократить сетап (начало шутки) и панчлайн (концовку), сделать шутку менее универсальной, более личной и подходящей конкретному комику, это оживит выступление. Наше сотрудничество окупалось сполна. В стендапе это легко понять. Зрители смеются больше, организаторы приглашают чаще, и тебе начинают платить.

И вот однажды Эли предложил мне провести мастер-класс. Дважды в неделю ко мне на занятия приходили десять студентов. Помимо этого я встречался с ними индивидуально, чтобы поработать над текстами. На групповых занятиях они представляли свои наработки перед остальными и одновременно служили друг другу аудиторией. После каждого такого выступления они получали от меня подробные комментарии. Завершился этот трехнедельный мастер-класс творческим вечером в легендарном кабаре «Не сболтните мамочке» на 46-й улице. В конце шоу они получили от меня рецензии.

На тот момент в Нью-Йорке проходил еще один мастер-класс по стендапу, но никто в городе так и не разработал программу, которая могла бы помочь комикам на всех этапах процесса, начиная с написания шуток и заканчивая выступлением с ними в клубе. Первый подобный мастер-класс прошел в ноябре 1988-го. Так зародился Американский институт комедии – институт юмора для писателей и артистов, куда приезжают учиться со всей Америки и со всего мира.

Я пришел в стендап из мира театра, где создание представления требует значительных денежных, временных и человеческих вложений. Результат может оказаться волшебным, провокационным, захватывающим. Однако, погрузившись в мир стендапа, я обнаружил, что один человек на совершенно пустой сцене может устроить не менее потрясающее зрелище. Театр, кино и телевидение – технически сложные средства, цель которых в основном – рассказать историю. У стендапа та же функция, а все, что нужно артистам (если зал большой), – это микрофон. Благодаря этому стендап-комики могут устроить целое шоу о том, что происходит прямо сейчас: что случилось сегодня в мире, что произошло у них в жизни. Театр способен творить чудеса, но такое ему не под силу. Постепенно комедийный клуб стал тем местом, где я мог насладиться потрясающим шоу, которое затрагивало и меня, и мою эпоху.

Я обнаружил, что у меня дар превращать забавных людей в комиков.

Первые комики, с которыми мне довелось работать, были из разных слоев общества. Но что у них было общее так это чувство юмора, желание выступать на сцене и острая потребность выговориться, используя шутки. Работая с ними, я обнаружил, что у меня дар превращать забавных людей в комиков.

Да еще каких людей! Например, Ольга Неймер, молодая девушка, которая воспитывалась в общине ортодоксальных евреев в Бруклине. Эта община делала все возможное, чтобы уберечь детей от того мира, что выходил за рамки их религиозных убеждений и культурных традиций. Ее родителям хотелось, чтобы она дальше соседнего квартала и носа не показывала. Но была одна проблема. Ольга – смешная. Невероятно смешная. А если у вас уморительный внутренний голос, он будет рваться наружу. Когда-то Ольга пришла ко мне учиться, а сейчас в своих стендапах рассказывает о попытках освободиться от привитых устоев и жить в светском мире.

Юноша по имени Джозеф Опио, решив работать со мной, прилетел из Уганды, где был постановщиком, сценаристом и артистом шоу, аналогичного The Daily Show с Джоном Стюартом. Сейчас он штатный сценарист The Daily Show с Тревором Ноа.

Одним из самых прилежных студентов оказался молодой человек с хорошо оплачиваемой работой в «Грэй Эдвертайзинг» и твердым намерением покончить с жизнью офисного планктона и стать комиком. Звали его Джим Гэффиган. А однажды ко мне пришла учиться старшеклассница из Бруклина. Уже в 16 лет она писала оригинальные, личные, остроумные, откровенные и смешные тексты для стендап-выступлений. Это была Лина Данэм. Ко мне в Америку прилетала учиться стендап-комик Зинат Пирзаде, которая выросла в Иране, но была вынуждена бежать в Швецию. Ей поступали смертельные угрозы от экстремистов шведской мусульманской общины и от неонацистов. Опасаясь за свою жизнь, она на два года бросила стендап. Мечтая вернуться на сцену, девушка встала перед выбором: позволить затравить себя и замолчать на всю оставшуюся жизнь или продолжать делиться своим чувством юмора, несмотря на угрозы. Она вернулась на сцену. Зинат рискнула жизнью ради того, чтобы выступать со своей стендап-комедией. Сегодня она одна из лучших комиков Швеции.

Девушка встала перед выбором: позволить затравить себя и замолчать на всю оставшуюся жизнь или продолжать делиться своим чувством юмора, несмотря на угрозы.

Подобных историй полно, и каждая уникальна. Работать с такими талантливыми людьми и видеть, как они растут, – настоящее удовольствие.

Уже 28 лет я помогаю людям подниматься по карьерной лестнице комедии. Я написал эту книгу, потому что с удовольствием готов помочь и тебе.

Книга поделена на пять частей. В первой я собрал все советы, которыми делился с артистами в самом начале нашего сотрудничества. Вторая часть посвящена всевозможным видам стендап-выступлений. Зная их, сможешь понять, как лучше всего выразить свое комедийное «я». Третья часть – это руководство по написанию собственного материала. Ты научишься писать лаконичные, оригинальные и смешные шутки. Четвертая часть книги отводится выступлениям. Она поможет тебе стать живым и запоминающимся артистом, которого полюбит зритель. Пятая часть «Как добиться непревзойденного мастерства» рассказывает о том, что потребуется, чтобы успешно идти по этому пути, совершенствуя навык и искусство стендапа.

Если хочешь отправиться в это путешествие, переверни страницу.

Часть I

Начинаем сотрудничать

Что мне о тебе известно

Поверь мне, в тебе полно юмора. Даже не сомневайся. Я редко бываю в чем-то уверен на все сто. Но это как раз такой случай. Ты спросишь себя: «Откуда, черт возьми, такая уверенность? Он ведь меня не знает. Его тут даже нет». А вот откуда. Разве эта книга привлекла бы твое внимание в магазине, не будь у тебя чувства юмора? Протяни руку, я прочитаю по ладони. Всю жизнь окружающие говорили, как с тобой весело. Иногда казалось, что это не так, а люди все равно смеялись. Пусть тебя и не считали главным клоуном в классе, но, услышав чужие шутки, ты думал: «Я смешнее». Так и есть, и люди, которые говорили тебе все это, были правы.

Знаю, скорее всего, ты сейчас думаешь: «Ну хорошо, я могу развеселить друзей и родных, но это не значит, что я смогу отжигать на сцене или стать профессиональным комедиографом»[2]. И ты опять ошибаешься. Сожалею, что приходится снова с тобой спорить, но я обязан раскрыть всю правду. Было очень мило с твоей стороны выбрать именно мою книгу. Вокруг полно изданий, которые могли бы оказаться у тебя в руках, но выбор пал на мое пособие. Поэтому теперь мы в отношениях, а когда отношения основаны на юморе, нужно быть предельно откровенными. Почему? Потому что в комедии правда быстро выплывает наружу. Как только ты предстанешь перед зрителями, они или будут смеяться, или нет. Представь, что будет, если я слукавлю и скажу, что у тебя получается очень смешно, а ты мне поверишь и выйдешь к публике? Если они не станут смеяться, я лишусь твоего доверия, и на этом наши отношения закончатся. Мне нужно быть с тобой абсолютно честным, так как я точно знаю, что аудитория врать не станет.

Разве эта книга привлекла бы твое внимание в магазине, не будь у тебя чувства юмора?

А правда такова: если друзьям и родным с тобой весело, то и со сцены получится классно шутить, ты сможешь стать и писателем, и артистом. У тебя есть талант. Дело за мастерством. Именно мастерство превращает веселье в кругу семьи и друзей в развлечение большой аудитории. Я же помогу освоить ремесло писателя и артиста. От одной только этой мысли дух захватывает: представь себя на сцене комедийного клуба, а все вокруг громко смеются; или вот ты пишешь собственные юмористические тексты для телевизионного шоу и получаешь место штатного сценариста.

Это, конечно, круто, но подожди открывать шампанское. Чтобы добиться успеха и признания, твои стендап-выступления должны быть на высоте. И не просто должны иногда удаваться отдельные номера. Нужно блистать: вечер за вечером; и в больших, и в маленьких клубах; и в своем городишке, и в городах по всей стране; в битком набитых залах и перед маленькой аудиторией; и перед людьми, которые тебя хорошо знают и любят, и перед абсолютно незнакомыми; перед восторженной публикой и «мертвой» аудиторией; работая на разогреве и выступая последним; после комиков, которые разрывают зал, и после тех, которые нагоняют тоску на зрителей; когда тебя переполняют эмоции и когда чувствуешь себя ничтожеством; когда… в общем, мысль понятна.

Нужно блистать: вечер за вечером; и в больших, и в маленьких клубах.

Как только выступления станут очень хорошими, потрясающими, твоя карьера стендап-комика пойдет в гору. Это я гарантирую. Нет такого понятия, как «никому не известный комедийный артист». Но зато есть «застольные комики», стендаперы, которые просто уморительны, выпивая с друзьями за столиком после шоу, а не там, где это как раз очень нужно, – на сцене во время собственного выступления. Если же на протяжении всего номера зал будет громко смеяться над оригинальным, хорошо написанным материалом, агенты, нанимающие комиков, это услышат и предложат тебе работу. Гарантирую.

Что же нужно для успеха? Талант – да, конечно! А еще труд. Много труда. Многолетний труд. По-настоящему талантливый человек обычно одержим своей работой. Тебе это по силам?

Не спеши отвечать. Перед тем как принять решение, нужно знать еще кое-что. Нет никакой нужды проделывать всю эту работу. Вокруг полным-полно заурядных комиков: да, над их шутками смеются, но любой человек в состоянии их пересказать, да, их выступления иногда смешные, но они никогда не запоминаются. Таких можно всегда встретить у открытого микрофона, в обычных шоу и даже по телеку. Если тебя устраивает быть одним из них, не вопрос. Это сэкономит тебе кучу времени. И немного денег – ведь тебе не придется покупать эту книгу. Я не тот, кто тебе нужен. Наш союз обречен на провал, а ведь никто из нас не хочет отношений, которые ни к чему в итоге не приведут. Все, о чем я прошу: если ты читаешь эту книгу в магазине – аккуратно положи ее на место. Если порвешь обложку или заляпаешь страницу, ее сложно будет продать. Давай расстанемся друзьями.

Но если тебя все-таки привлекает мысль писать оригинальные комедийные тексты, если готов с удовольствием использовать свой жизненный опыт, точку зрения, наблюдения и воображение, и все будут знать, что текст этот твой и только твой, – откупоривай бутылку, старина, и пошли работать. Твое здоровье!

Впереди долгий путь

Успешный комик должен преуспеть в 12 направлениях. Если задаться целью и добиться успеха в каждом из них, можно смело прощаться с основной работой. Ты станешь профи. Итак, вот перечень необходимых задач стендап-комика:

1. Выясни, в чем твоя оригинальность

Придерживайся того, что делает твое чувство юмора оригинальным. Индивидуальность – отличительный признак подлинного искусства. В юморе это первое и самое важное, что потребует индустрия развлечений, решая, у кого есть задатки для высшей лиги. Большинство клубных стендаперов абсолютно заурядны. А их материал банален. Над их текстами смеются, но только выступать с ними может кто угодно. Потому их и не запоминают. А есть настоящие звезды. Они производят неизгладимое впечатление. Такое чувство, словно мы с ними знакомы. Мы считаем их своими друзьями, родными. Мы их обожаем. Когда заканчивается выступление, ажиотаж в зале вызывают не шутки, а сам комик. Я помогу сделать так, чтобы это случилось и с тобой.

2. Научись мастерски писать тексты для стендап-выступлений

Не считай себя писателем. Считай себя просто веселым человеком, который рассказывает что-то смешное. Сама идея написать что-то забавное может показаться пугающей. Не стоит этого бояться по одной простой причине: ты уже пишешь шутки. Как и многие другие писатели-сатирики, ты создаешь их на словах. Все, что тебе остается, – это просто замечать, когда говоришь что-то веселое, и записывать. Как только начнешь фиксировать свое спонтанное творчество на бумаге, сможешь оттачивать свое писательское мастерство, чтобы превратить экспромт в стендап-материал, достойный сцены.

3. Отточи мастерство стендап-выступлений

Иногда новичкам кажется, что если знаешь текст, то можно выступать. Ничего подобного. Это все равно как актер откажется от репетиций, потому что помнит свои реплики. Комик, как и актер, должен уметь выражать эмоции на сцене, чтобы вдохнуть жизнь в представление. И нужно проживать эту яркую эмоциональную жизнь вечер за вечером. Виртуозы юмора осваивают специальные техники, чтобы им это удавалось, именно поэтому многие из них становятся первоклассными актерами. В следующих главах я расскажу, как освоить эти навыки.

4. Придумай сценического персонажа

Блестящему комику нужен яркий, характерный сценический образ – такой же своеобразный, как и в реальной жизни, только гиперболизированный. Сценический персонаж или амплуа, как это называют в комедийном искусстве, должен явно прослеживаться в твоем материале, в том, как ты выглядишь, во что одеваешься, как двигаешься и говоришь. Процесс создания персонажа – это совместное творчество артиста и его аудитории на протяжении долгого времени, обычно на это уходит несколько лет. Я научу тебя, как сделать этот процесс успешным.

5. Расширь свои познания в комедии

Талантливые стендап-комики, продолжая карьеру, становятся актерами, сценаристами, режиссерами и продюсерами на телевидении, в театре и кино, они ведут свои ток-шоу, пишут бестселлеры. Такая разноплановость возможна благодаря знаниям и опыту, которые накапливаются за годы становления в стендапе. Совершенствуя свои выступления и написание текстов, ты получаешь образование, позволяющее заниматься комедией во всех сферах искусства и развлечений.

6. Учись у великих комедийных актеров

Наблюдая за блистательными комиками, ты научишься выступать, а потом будешь это мастерство совершенствовать. Однако не у каждого стендап-артиста можно брать что-то на вооружение. Себе в учителя обычно выбирают тех, кого обожают. По словам Луи Си Кея, наблюдая за Джорджем Карлином, он превратился из графомана в звезду стендапа. Вдохновившись его творчеством, Луи старался придерживаться нескольких принципов, которые впоследствии стали визитной карточкой артиста. Во-первых, смело говорить со сцены то, что может шокировать. А во-вторых, если каждый год выбрасывать весь старый материал и писать новый так, чтобы хватило на часовое выступление, придется копаться в себе все глубже и глубже, чтобы найти свой собственный юмор.

Не ограничивайся блистательными современниками, просматривай видео легендарных артистов прошлых лет. Интернет тебе в помощь. Ты не доведешь свой стендап до совершенства, пока не познакомишься с работами гениев прошлого.

7. Выступай! Выступай! Выступай!

Чтобы стать профи, выступления на неделе должны стать обычным делом. Соглашайся выступать при первой же возможности. Единственный шанс освоить все техники, о которых ты прочтешь в книге, – применять их на сцене раз за разом, пока они не войдут в привычку.

8. Не обвиняй аудиторию

Совершенствуя свои тексты и выступления, можно использовать аудиторию как ориентир. В юморе она, по большому счету, твой главный редактор. Со временем зрители подскажут, какие темы и эмоциональные реакции подходят тебе больше всего. Что не менее важно, публика объяснит, что совершенно не твое. Иногда вы будете друзьями, иногда – словно чужие. Сегодня они тебя обожают, но уже завтра могут оказаться совершенно равнодушными, иной раз они покажутся грубыми, а временами захочется позвать их к себе домой, ведь они дают то, что никто другой в мире дать не в состоянии. Рано или поздно вы через все это пройдете. Однако помни, они – твои соратники. И на отличных шоу, и на ужасных они научат, как стать еще лучше. Не вини свою аудиторию, а лучше учись у нее. Из книги ты узнаешь, как это сделать.

9. Разбирайся в видах стендапа

Как и в любом другом искусстве, у стендапа есть классические формы. Прочитав о них, ты поймешь, в каком жанре тебе хочется выступать. Зная виды стендапа, ты сможешь развиваться и придавать нужную форму своим комедийным идеям.

10. Нужно разбираться в бизнесе

Чтобы работать комиком, нужно быть хорошо подкованным в этом бизнесе. У артистов и сценаристов никогда прежде не было столько возможностей. Интернет позволяет абсолютно бесплатно познакомить всех желающих со своим комедийным творчеством, что дает хороший старт в профессиональном плане. Я хочу, чтобы тебя не просто приглашали выступать, а чтобы за это еще и платили. В книге я поделюсь практическими знаниями об индустрии развлечений.

11. Доверяй своей нервной системе

Нервничать – нормально. На сцене волнение может оказать тебе неоценимую помощь. Из этой книги ты узнаешь, как заставить нервы работать на тебя.

12. Веселись

Стендап – единственное занятие, где веселье – обязательное условие. А требуется оно вот почему: когда отдельные люди становятся аудиторией, происходит трансформация. Индивидуальные ощущения уходят на второй план, и зрители начинают чувствовать то, что исходит от артиста. Если ты дашь им понять, что нет лучше места на земле, чем на сцене перед ними, то люди начнут думать: «Да я тут кайфую, слушая этого парня!» Но если, стоя на сцене, ты думаешь: «Боже! Помоги мне поскорее покончить с этим!», аудитория тоже начнет думать: «Да заканчивай уже поскорее!» Перед каждым шоу я спрашиваю своих комиков: «Что сегодня самое главное?» Правильный ответ: «Повеселиться!»

Теперь, когда ты знаешь, к чему стремиться, мы можем начинать. Запомни этот момент. Воспоминания вызовут улыбку, когда будешь стоять за кулисами перед своим первым телевизионным спешлом[3].

«Нет!»

Бенджамин Франклин как-то сказал: «В этом мире неизбежны только смерть и налоги». Он ошибался. Есть еще кое-что. Когда окружающие узнают, что ты стендапер, кто-то обязательно скажет: «О! Так ты комик! Расскажи-ка что-нибудь смешное!» В этой главе я объясню, почему нужно сказать «нет».

Давай-ка сперва выясним, что им нужно. Они хотят услышать от тебя что-то уморительное, чтобы позже рассмешить других. Что-то из серии: «Сидят в лодке священник, раввин и монашка…», или «Заходит в бар мужик с кенгуру…», или «Сколько стриптизерш нужно, чтобы вкрутить одну лампочку?». Такие шуточки, где есть интрига, персонажи и смешная фраза в конце.

Здесь нужно сказать «нет», потому что стендаперы такие виды шуток не используют. Так делали раньше. Посмотри видео Майрона Коэна – ты увидишь известного комика 1950-х, который в своих выступлениях использовал подобные шуточки. В интернете легко найти его видео. Этот артист использовал еврейский акцент Старого Света, изображая своих персонажей. Он был настоящей звездой и очень забавным. Посмотрев его выступления, ты будешь смеяться. А еще поймешь, почему комики не используют такого рода шутки с 1960-х.

У Майрона иногда уходило 2 минуты, чтобы добраться до смешной фразы. В подобных анекдотах примерно столько времени и уходит, а иногда даже больше, прежде чем раздастся смех. Если мы на обеденном перерыве с коллегами, или встретились с друзьями, или в кругу семьи, то можем себе позволить эти 2 минуты, перед тем как всех рассмешим. Однако в клубах это не прокатит. Зрители годами смотрели на комиков, выступающих в вечерних ТВ-шоу, они привыкли, что их рассмешат быстрее. Посмотри вступительные монологи бывших ведущих The Tonight Show Джона Карсона и Джея Лено. Можешь посмотреть монологи Джимми Киммела, Стивена Кольбера и Джимми Фэллона. Эти комики вечернего эфира рассмешат тебя четыре раза за минуту. Посмотри рубрику Дэвида Леттермана «Топ-10». Там каждые 5 секунд раздается смех. Вот такое соотношение «смеха-в-минуту» и ждут в стендапе. Первая причина, почему комики не используют все эти анекдоты с интригами, веселые истории со смешными фразами в конце, – потому что они не заставят людей смеяться так часто.

Чтобы объяснить вторую причину, я расскажу один из моих любимых анекдотов Майрона Коэна. Я давно смотрел его выступление, поэтому постараюсь воспроизвести по памяти.

Мужчине на работе стало плохо, и он решил пойти домой пораньше. Придя домой в два часа дня, он с порога кричит жене: «Дорогая, я дома!» В ответ – тишина. Он проходит в спальню удостовериться, что все в порядке, и обнаруживает жену в постели, голую. Он внимательно на нее смотрит и спрашивает: «Что происходит?» – «Ничего», – отвечает жена. Тогда муж открывает шкаф, а там – голый мужик. «А ты что здесь делаешь?» – возмущается муж. На что голый мужик отвечает: «У каждого свое место под солнцем».

Когда эту шутку рассказывал Майрон Коэн, все смеялись. Я могу ее рассказать – и все также будут смеяться, и ты можешь, да любой сможет. Если шуткой может рассмешить кто угодно, то она примитивная. Такие не стоит использовать в своих выступлениях. Выбирай те, в которых будут прослеживаться твоя личность, твои мысли и твои эмоции, чтобы никто их не смог рассказать так здорово, как это сделаешь ты. Именно благодаря такому комедийному материалу будешь казаться оригинальным артистом и расти по карьерной лестнице.

Если шуткой может рассмешить кто угодно, то она примитивная.

Люди не приходят в клубы, чтобы послушать уже рассказанные кем-то шутки и уж тем более услышать то, что сами когда-то рассказывали. Исследование показало, что анекдот облетает Америку за 72 часа. Учитывая все соцсети, в это охотно верится. Логично будет предположить, что раз ты слышал эту шутку, слышали и другие, и кто-то из них может оказаться в зрительном зале. Вот еще одна причина сказать «нет».

Нужно отвечать «нет», так как, сделав все по правилам, ты поймешь, что людям вовсе не это было нужно. Твое выступление должно состоять из оригинальных острот, которые отражают твою личность и взгляды. Всем шуткам необходимо следовать в определенном порядке: первая подводит ко второй, одна вплетена в другую, чтобы в итоге получилось прекрасное комедийное полотно. Из него нельзя просто так взять и вырвать лоскут для парня – «расскажи-ка мне шутку». Вполне возможно, что он даже не поймет ее без контекста всего номера. Это все равно что сказать композитору: «О! Так ты пишешь музыку, а сыграй-ка мне ноту!» – «Нет!» Скажи ему, что он должен услышать все шутки, а потом назови ему место, время и цену за билет на свое следующее выступление.

В главах следующей части я расскажу о современных видах стендап-комедии.

Твое выступление должно состоять из оригинальных острот, которые отражают твою личность и взгляды.

Часть II

Виды стендап-комедии

Комедия наблюдений

В любом искусстве, и стендап не исключение, присутствуют форма и содержание. Это совершенно разные вещи. Форма подразумевает определенную структуру. Содержание отвечает за то, что внутри. Комедия наблюдений строится так, чтобы артист мог поделиться своими наблюдениями, мыслями и чувствами относительно того, что творится вокруг. Такая структура позволяет использовать самую разную тематику: новости, политику, поп-культуру, свою собственную жизнь и т. д. Формируя подобный стендап, можно придумывать шутки обо всем, что приходит на твой веселый ум.

Юмор комедии наблюдений не похож на забавные рассказы, где есть начало, середина и конец. Шутки-наблюдения могут состоять из одного предложения, например как у Джея Лено:

Если бы Богу было угодно, чтобы мы голосовали, он бы дал нам кандидатов.

А вообще, отрывок-наблюдение может быть любой длины. Наблюдением его делает отсутствие сюжета. Вот фрагмент длинного выступления Джонни Карсона:

Шутки-наблюдения могут состоять из одного предложения.

Демократия – это когда покупаешь дом, который не можешь себе позволить, на деньги, которых у тебя нет, чтобы впечатлить людей, которых не выносишь. И, в отличие от коммунизма, в демократии у власти не одна бесполезная партия. Их тут две. Демократия с радостью принимает людей из других стран и дает то, за что они будут держаться обеими руками – обычно это или швабра, или газонокосилка. Ну и, наконец, демократия – это орел на долларовой купюре, у него в когтях 13 стрел, рядом на ветке 13 листьев, на его хвосте 13 перьев, а над головой – 13 звезд. Другими словами, когда бледнолицые прибыли в эту страну, не повезло индейцам, не повезло деревьям, не повезло природе, а белоголовому орлану – вообще кранты.

Лено и Карсон много лет были ведущими The Tonight Show, и оба широко прославились своими вступительными монологами, многие из которых по большей части состояли из наблюдательных острот. По сей день комедия наблюдений – одна из лучших форм для шуточек про новости. Такие хохмы короткие, их быстро сочиняешь, и публика в восторге от приколов про то, что произошло буквально сегодня.

А еще зрители обожают шутки про времена, в которые живут. Многие ведущие комики 1960-х и 1970-х, например Ленни Брюс, Морт Сол, Дик Грегори, Джордж Карлин, Ричард Прайор, Джеки «Момс» Мейбли, размышляли о своей непростой эпохе. В их наблюдениях встречались остроты про расизм, жестокость, шутки о социальных и политических потрясениях, о религиозном и общественном лицемерии. Вот, например:

Комедия наблюдений – одна из лучших форм для шуточек про новости.

Не скажу, что у нас в школе было жестко, но у нас был собственный судмедэксперт.

Ленни Брюс

Рождаясь, ты получаешь билет в цирк уродов; рождаясь в Америке, ты получаешь билет в первый ряд.

Джордж Карлин

Помню, очнулся в скорой. И все, что увидел, – кучку белых, которые пялились на меня. Тогда я сказал: «Твою ж мать! Я все-таки окочурился, да еще и загремел не в тот рай, мать его».

Ричард Прайор

Если увидите, как меня лапает старикан, это по-любому легавый.

Джеки «Момс» Мейбли

Королем комедии наблюдений считается Джерри Сайнфелд. Его годы становления в стендапе пришлись на 1980-е, где и президент популярен (Рейган), и войны Вьетнамской нет, и никакого тебе Уотергейтского скандала[4], и контркультурное движение стихло. В своей комедии наблюдений Сайнфелд перефокусировался с громких событий на повседневные вопросы – весь тот ежедневный абсурд, к которому мы привыкли и который воспринимаем как должное:

Сейчас частенько показывают по телику, как здорово чистящие средства отмывают пятна крови. Выглядит жутковато, конечно. Но что-то мне подсказывает, что если ваша футболка заляпана кровью, то стирка – не самая большая проблема. Может, сначала все-таки стоит избавиться от тела?

Недавно был у друга свидетелем на свадьбе. Я в этом деле собаку съел. С кетчупом хорошо пошла.

У швейцарцев интересная армия. Пятьсот лет без войн. Впечатляет. Хотя им это только на руку. Видели когда-нибудь швейцарский армейский ножик, которым им приходится обходиться? Так себе оружие, скажу вам. Штопор. Открывашка для бутылок. «Ой, да хорош, приятель, пошли. Там чувак сзади, у него ложка. Да и хрен с ним! У меня тут кусачки!»

Комедия наблюдений – очень жизненный и легко адаптируемый вид стендапа. Целые поколения комиков пользуются им, чтобы поделиться своими остроумными соображениями относительно громких и повседневных вопросов или ситуаций, за которыми мы наблюдаем со стороны, о чем-то интимном или насущном. Это подводит нас к наблюдательной комедии Тиг Нотаро.

Меньше чем за год эта девушка прошла путь от уважаемого, но малоизвестного комика до звезды сатиры, что во многом произошло благодаря ее потрясающему выступлению вскоре после того, как ей диагностировали рак груди. Вот отрывок-наблюдение из ее знаменитого сета на шоу «Конана»:

Комедия наблюдений – очень жизненный и легко адаптируемый вид стендапа.

Поделюсь с вами интересной подробностью. Мне тут диагностировали двусторонний рак молочной железы. И кончилось все двойной мастэктомией. Хотя чего уж, я и до мастэктомии была плоскодонкой. И все эти годы я так много шутила про свою маленькую грудь, что уже начинаю думать, может, мои сиськи меня услышали и такие: «Знаешь че? Задолбала. Давай-ка ее прикончим».

Перед тем как закончить эту главу, хочу показать тебе комедию наблюдений моего любимого сатирика. Это самый уморительный и глубокомысленный стендап из всех, что я встречал. Я сразу не буду говорить, кто автор. Прочитай несколько его острот и попробуй угадать:

Предположим, вы – идиот. И предположим, вы – член конгресса. Впрочем, я повторяюсь.

Бог придумал войну, чтобы американцы выучили географию.

Чем бы мужчины были без женщин? Редкостью, большой редкостью.

Я прошел через ужасные вещи, некоторые из которых и вправду произошли.

Бросить курить – проще простого. Я точно знаю, ведь бросал тысячи раз.

Эти уморительные, дерзкие шутки были написаны Марком Твеном 125 лет назад. Будучи автором «Тома Сойера» и «Приключений Гекльберри Финна», Твен занимает почетное место среди величайших американских писателей. Однако не все знают, что он ездил по стране, читая лекции, которые по сути своей были стендап-выступлениями. Марк Твен создал комедию наблюдений. Многие великие сатирики пошли по его стопам. Но как по мне, еще никому не удалось его превзойти.

Вот что я подметил, изучая произведения Марка Твена:

• Его работы написаны в разговорном стиле. Это значит, что их надо рассказывать, а не читать. Когда пишут в подобном стиле, создается иллюзия, что комик импровизирует, придумывая с ходу, хотя на самом деле он произносит мастерски написанные шутки, заготовленные заранее. Громче всего публика смеется, когда считает, что слышит экспромт.

• Его юмор – лаконичный. Шутки выражены одним-двумя предложениями. («Краткость – сестра таланта». Шекспир; «Он прав». Розенфилд.)

• Твен не пичкает свою аудиторию нравоучениями. Он лишь рассказывает им то, что они и так знают. Но вот его мысли по этому поводу удивительны, оригинальны и смешны.

• В работах отчетливо слышится его яркий голос. Его остроумная натура пронизывает весь текст. Создается ощущение, что это именно он и говорит.

• Над его шутками смеются – не улыбаются, не хихикают, а громко и от души смеются. На меньшее он не рассчитывает.

• Спустя 125 лет его шутки все еще смешные. Готов спорить, что через 125 лет люди не будут смеяться над шутками про Монику Левински, Джанет Рено[5], Дэна Куэйла[6], Майкла Джексона, Элизабет Тэйлор, Дика Чейни, Билла Клинтона или Дональда Трампа. В этом списке есть имена, которые уже сегодня ни о чем не говорят многим людям. Хотя раньше они были героями бесчисленных и уморительных шуток. В свое время они заставляли людей смеяться – что ж, цель юмориста достигнута. Однако если ты можешь написать что-то действительно смешное про более основательные вещи, про то, что близко и женщинам, и мужчинам, о чем-то поистине важном, о том, что остается актуальным на протяжении многих поколений, тогда твои шутки, подобно остротам Марка Твена, будут актуальны еще очень долго.

С XIX века и по сей день комики прибегают к комедии наблюдений, когда хотят написать что-то смешное о своей жизни, эпохе и чтобы материал оставался злободневным многие годы. И раз этот жанр так долговечен, пользуйся!

Сторителлинг

Первобытный человек, рассказывающий истории у костра, пожалуй, и заложил основы стендапа.

Наверняка дело было так: древние члены племени отправлялись на охоту. По возвращении они развлекали соплеменников рассказами о своих подвигах. Один из охотников старался дать подробный отчет того, что с ними происходило. Так зарождалась журналистика. Второй же приукрашивал рассказ, дабы сделать его более драматичным. Так зарождался театр. У третьего было потрясающее чувство юмора, потому он брал за основу истории своих товарищей и рассказывал их по-своему, вызывая смех у соплеменников. Так зарождался стендап. Был еще и четвертый охотник, которого не интересовали ни точность фактов, ни драма, ни юмор. Он рассказывал историю так, как велел вождь племени. Так зародился Fox News[7].

Забавные истории, которые комики рассказывают в клубах, называются сюжетным стендапом. Эти истории могут основываться на реальных событиях, или их можно придумать. И в том, и в другом случае есть три ключевых пункта, превращающих анекдот, который зашел твоим друзьям, в сторителлинг, от которого придет в восторг публика всего клуба. Вот эти пункты:

1. Контролируй частоту смеха.

2. Выстраивай рассказ не в хронологическом порядке, а отталкивайся от темы, следом за которой идут реплики, вызывающие смех.

3. Сценический образ придает правдоподобность.

Разберем каждый пункт отдельно, начиная с частоты смеха. Рассмотрим в качестве примера фрагмент сюжетного стендапа Ганнибала Бёресса. Это рассказ о переходе улицы в неположенном месте. Я подчеркнул места, где зал смеялся.

Забавные истории, которые комики рассказывают в клубах, называются сюжетным стендапом.

Мне в Монреале впаяли штраф за переход улицы в неположенном месте. Поверить не могу. Да я сотню раз так делал. Это ж так просто – подловить нужный момент. Машина едет? Неа, ну так я пошел. Да я тысячу раз так делал. Правда, в этот раз еще была пожилая леди. Мы с ней вместе переходили дорогу. Так-то мы с ней не вместе, а даже если б и были, это не вашего ума дело. Я вас вообще в первый раз вижу. Так вот мы с этой леди переходим дорогу, и тут к нам подходит местный коп и начинает вещать на французском: «БЛААААА-БЛААААА-БЛААА, бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла-бла бла-бла-бла, блалаблаа, блалаблаблаблалабла, бла. ФРАНЦУЗСКИЙ». Я говорю: «Эй, чувак, я так лопотать не умею. Можешь говорить, вот как я это делаю?» Что-то мне подсказывает, что не стоило начинать нашу беседу, высмеивая его родной язык… Да хотя плевать! Я вообще рисковый. А он сказал: «ВЫ НАРУШИЛИ ПРАВИЛА ПЕРЕХОДА УЛИЦЫ!» Я ответил: «Дико извиняюсь». Ну и собирался уже пойти дальше по своим делам, потому что был уверен, что именно так обычно и карают за подобные нарушения: «Вы нарушили!» – «Виноват. Все, на том и порешили. Я осознал, что нарушил правило дорожного движения. И извиняюсь не за сам факт своего перехода, а за то, что вы почувствовали из-за этого. В будущем постараюсь не нарушать правил, пока вы смотрите, но, уж поверьте, делать я так не перестану, это преимущество пешехода». Но он вдруг возразил: «Нет, я должен выписать вам штраф, давайте паспорт». Я ему: «Нет, вы не поняли, я даю людям паспорт только для реальной фигни. А это выдуманное преступление, которое вы на меня вешаете, пытаясь замять тот факт, что у города сейчас финансовые проблемы. Город банкрот, и вас отправили сюда с нормой выработки, ну ок. Я пожертвую 60 ваших идиотских цветастых долларов вашему нищему городу, но давайте на этом закончим, без всяких бумаг. И все довольны». И угадайте, что? Появились еще два копа. И вот уже три офицера полиции Монреаля распутывают это резонансное дело о неправильном пересечении улицы.

Продолжительность этого отрывка чуть меньше двух минут. За это время Бёресс рассмешил зал 10 раз. Когда человек рассказывает историю, окружающие могут по ходу смеяться, а могут и нет. История может зайти на ура благодаря драматизму или интриге. Но в любом виде стендапа, с которым выступает комик, включая сторителлинг, есть сложная, но необходимая задача часто вызывать смех у публики. Ну, слушай, в конце концов ведь именно за этим и ходят в комедийные клубы – чтобы смеяться.

Но как же столько смеха уместить в одну историю? Чертовски хороший вопрос. К счастью, есть ответ. Это как раз и есть второй ключевой момент по созданию смешного сюжетного стендапа: перестрой рассказ по темам, представив его в виде шуток со структурой «сетап – панчлайн».

Я покажу, как это можно сделать, проанализировав отрывок сюжетного стендапа Ленни Брюса.

Перестрой рассказ по темам, представив его в виде шуток со структурой «сетап – панчлайн».

(Ленни Брюс считается отцом современной стендап-комедии. Под обстрел его дерзкого юмора попадало все то, чего остальные комики не решались касаться, например церковь. Он так откровенно рассказывал о сексе, как никто прежде не осмеливался это делать со сцены. И, что самое главное, никто в комедии не говорил настолько искренне о своем жизненном опыте, чувствах, взглядах, как это делал Ленни Брюс, подходя к микрофону.)

Прежде чем проанализировать сторителлинг Брюса, я покажу текст, чтобы можно было им насладиться и увидеть, как часто звучал смех. Он называется «Лима, Огайо». Тебе следует знать, что Ленни Брюс был клевый, хипповый, отпадный еврей из Нью-Йорка. А это отрывок из рассказа, в котором он описывает, каково это – быть гастролирующим комиком в 1960-х. Еще нужно знать, что тогда в парках обычно ставили памятники-пушки времен Гражданской или Первой мировой войны. И еще, когда Брюс говорит: «5 и 10», он имеет в виду магазинчики с ширпотребом, где все по 5 или 10 центов. Я снова подчеркнул те места, где зрители смеялись. В этом отрывке больше 50 процентов текста вызывали смех. Это очень хороший процент для стендап-материала.

Работал я как-то в местечке Лима, в Огайо… Не знаю, есть ли сегодня среди вас те, кто связан с продажами, но в таких городках совершенно нечем заняться. Скука смертная. Ну хорошо, сперва можно побродить по «5 и 10», вот уже один день, считай, убили. Потом можно в парк отправиться, пушку посмотреть… Ну че, посмотрел, можешь смело про нее забыть… Я остановился в отеле для звезд шоу-бизнеса. Чтоб вы себе представляли эту публику, там помимо меня были мужики, который городской кинопроектор включает, да парень, который танцевальную обувь продает…

…Говорят, что в таких городках всегда творится какая-то дичь… Грязная ложь! Тут даже официантки – престарелые мадам в таких, знаете, корректирующих чулках, в туфлях, как у Матушки Гусыни, и с носовыми платочками, словно из набора «неделька». Я-то во все тяжкие хочу тут пуститься, а они мне супчик куриный да холодец приносят. Торчу тут уже третью неделю и готов на стену лезть. Поднимаюсь я как-то с пола, а официантка мне говорит: с вами хочет одна пара познакомиться – этой парочке под семьдесят, милейшие люди, – так вот они подсаживаются и спрашивают: «Ты из Нью-Йорка?» – «Ну да, родился там». – И они такие: «Слушай, мы серьезно, у нас есть кое-какие связи в Нью-Йорке». – «Да что вы говорите! И где же?» – «В Рочестере». — «Ммм, ясно». Я ему киваю, а у самого рот белый, потому что пытался сожрать транквилизатор без воды. А женушка его – просто чмошница. Из-под коротких рукавов у нее виднеется такой след от прививки, размером с баскетбольный мяч, а еще она вся в родинках, из которых волосы торчат, и одета в такое жеваное платье, через которое все видно, но я бы предпочел это развидеть.

Чтобы понять структуру текста, в котором половина реплик вызывает смех, стоит изучить материал Брюса.

Большинство обычных историй выстраивается в хронологическом порядке. Сначала случилось это, потом вот это и т. д. Комики рассказывают не так. Они отталкиваются от темы. Вот моя первая тема, вот шуточки про нее, а вот вторая тема и остроты, которые к ней относятся. Чтобы превратить забавный рассказа в смешной стендап-материал, необходимо перестроить текст повествования именно таким образом.

Давай снова вернемся к тексту «Лима, Огайо». В первой части рассказа весь смех вызывает одна тема: маленькие городки типа Лимы в Огайо ужасно скучные.

Тема 1: Работал я как-то в местечке Лима, в Огайо… Не знаю, есть ли сегодня среди вас те, кто связан с продажами, но в таких городках совершенно нечем заняться. Скука смертная.

Панчлайн[8] 1: Ну хорошо, сперва можно побродить по «5 и 10», вот уже один день убили.

Панчлайн 2: Потом можно в парк отправиться, пушку посмотреть…

Панчлайн 3: Ну че, посмотрел, можешь смело про нее забыть…

Панчлайн 4: Я остановился в отеле для звезд шоу-бизнеса. Чтоб вы себе представляли эту публику, там мужик, который городской кинопроектор включает, да парень, который танцевальную обувь продает…

Развенчивание мифа о том, что все провинциальные городки сплошь злачные местечки – это тема и сетап следующих шуток.

Тема 2: …Говорят, что в таких городках всегда творится какая-то дичь …Грязная ложь!

Панчлайн 1: Тут даже официантки – престарелые мадам в таких, знаете, корректирующих чулках.

Панчлайн 2: В туфлях, как у Матушки Гусыни. Поднимаюсь я как-то с пола, а официантка мне говорит: с вами хочет одна пара познакомиться.

Панчлайн 3: И с носовыми платочками, словно из набора «неделька».

Панчлайн 4: Я-то во все тяжкие хочу тут пуститься, а они мне супчик куриный да холодец приносят.

Панчлайн 5: Торчу тут уже третью неделю и готов на стену лезть.

Третья тема – о том, что даже люди в таких городках скучные:

Тема 1: Поднимаюсь я как-то с пола, а официантка мне говорит: с вами хочет одна пара познакомиться – этой парочке под семьдесят, милейшие люди, – так вот они подсаживаются и спрашивают: «Ты из Нью-Йорка?» – «Ну да, родился там». И они такие: «Слушай, я серьезно, у нас есть кое-какие связи в Нью-Йорке!» – «Да что вы говорите! И где же?»

Панчлайн 1: «В Рочестере».

Панчлайн 2: «Ммм, ясно».

Панчлайн 3: Я ему киваю, а у самого рот белый, потому что пытался сожрать транквилизатор без воды.

Панчлайн 4: А женушка его – чмошница.

Панчлайн 5: Из-под коротких рукавов у нее виднеется такой след от прививки, размером с баскетбольный мяч.

Панчлайн 6: А еще она вся в родинках, из которых волосы торчат.

Панчлайн 7: И одета в такое жеваное платье, через которое все видно, но я бы предпочел это все развидеть.

Аудитория Ленни смеялась на протяжении всего рассказа, потому что он выстроил его по темам (сетапам) с множеством панчлайнов.

Когда читаешь первые две истории в этой главе, складывается ощущение, будто они и правда произошли. Конечно, где-то они преувеличены, где-то авторы позволили себе юмористические вольности в отношении некоторых фактов, но и Ганнибал Бёресс, и Ленни Брюс явно хотели, чтобы мы поверили в то, что именно так все и было.

Можно написать сторителлинг и о вымышленных событиях. Он зайдет на ура благодаря нашему третьему пункту: история будет звучать правдоподобно, если она не противоречит сценическому образу комика.

В качестве примера приведу просто уморительный вымышленный сторителлинг своего студента-комика Дино Вайанда. Отрывок, представленный ниже, – начало рассказа о полете из одного Нью-Йоркского аэропорта в другой. Стоит упомянуть, что Дино живет рядом с аэропортом им. Дж. Кеннеди (JFK) и недавно получил работу неподалеку от аэропорта Ла-Гуардия, что в получасе езды. Самая потрясающая и невероятная часть этой истории в том, что Дино решил летать из аэропорта JFK в Ла-Гуардия, так как уверен, что это гораздо удобнее. Хочу напомнить, что оба находятся в одном городе, и разделяет их 30 минут на машине. В приведенном отрывке видно, что первые два пункта соблюдены: по ходу монолога частенько слышен смех, а материал выстроен по принципу «тема (сетап) – смешные реплики (панчлайны)». Первая тема – его решение летать из JFK в Ла-Гуардия; вторая – кино на борту ужасно скучное.

Из Нью-Йоркского аэропорта им. Дж. Кеннеди можно попасть куда угодно. Но только не в Нью-Йоркский аэропорт Ла-Гуардия. И это подстава, потому что живу-то я рядом с JFK, а совсем недавно получил работу рядом с Ла-Гуардия. Выяснилось, что из одного аэропорта в другой можно прилететь, только если у тебя пересадка. На сайте expedia.com билет в один конец у United Airlines стоит 735 $. Сначала четырехчасовой перелет из JFK в Денвер в Колорадо, затем пятичасовая пересадка, а потом еще 4 часа 15 минут летишь из Денвера в Ла-Гуардия. Я выбрал ночной рейс, ведь не особо хотелось опаздывать на работу.

И вот, оказавшись на рейсе из JFK в Денвер, я обнаружил, что с развлечениями на борту туго. На экранах шел фильм, вроде «Подробности полета». Это про самолет, который в реальном времени летит из JFK в Денвер. Графика просто отвратительная. Не знаю, че они там в Голливуде с ним делали. Выброшенные деньги просто. И все же, помирая со скуки, я его смотрел 4 часа. А потом, когда мы приземлились, они его просто вырубили, и я так и не узнал, чем дело кончилось.

История будет звучать правдоподобно, если она не противоречит сценическому образу комика.

В отличном сюжетном стендапе все персонажи хорошо узнаваемы, а их поступки убедительны, даже если замысел далек от реальности. Зрители будут смеяться, если сюжет под стать личности комика. Сценический образ Дино ясен: он непроходимый тупица. Перед тем как перейти к своему рассказу, он начинает с шуточек, которые прекрасно раскрывают его образ. Например:

В прошлом году попробовал развестись с женой, но она сказала, что нас развели еще 15 лет назад. Я возмутился: «И когда ты собиралась мне об этом сказать?!», на что она ответила: «Так я и сказала – 15 лет назад, когда нас развели». Потом она продолжила нудеть о чем-то, не знаю о чем, вроде про меня что-то, что я ее никогда не слушаю.

Глуповатые истории, подобные рассказу про аэропорт, увлекают зрителей, и они смеются, потому что подобное с легкостью могло приключиться с таким, как Дино.

Рассказ, по ходу которого постоянно слышен смех, состоящий из шуток, имеющих структуру «сетап – панчлайн», звучит искренне, потому что подходит сценическому образу комика – это, мой друг, и есть сторителлинг.

Стендап-скетчи

Стендап-скетчи получили широкую известность в 1950-х и 1960-х, когда театр был лидером всей сферы искусств и развлечений. Именно театр оказал влияние на таких комиков, как Шелли Берман и Боб Ньюхарт, которые невероятно прославились, сочиняя скетчи и выступая с ними. По сути своей скетч – это сценка, в которой один человек исполняет сразу все роли. Комик изображает персонажей на протяжении всего действа. И ничего не комментирует. Непрерывная игра одной сценки.

Эдди Иззард – театральный комедиант и настоящий мастер скетчей. Вот отрывок из его номера «Столовая “Звездных Войн”». В самом начале он объясняет замысел: на «Звезде Смерти» обязательно должно быть место, где можно перекусить, – столовая. В этой сценке два персонажа. Первый – Дарт Вейдер, изображая которого, Иззард говорит низким командным голосом. Второй персонаж – работник столовой, который отказывается обслуживать Дарта Вейдера, пока тот не возьмет поднос. Сотрудника столовой Эдди показывает обычным парнем, который следует правилам и не собирается ими пренебрегать только потому, что очередного посетителя зовут Дарт Вейдер. Комедийным скетч делает то, что Иззард показывает, как могущественный Дарт Вейдер оказывается в замешательстве и впадает в отчаяние, столкнувшись с назойливой обслугой. Места, где зрители смеются, подчеркнуты.

Скетч – это сценка, в которой один человек исполняет сразу все роли.

Вейдер: Мне макароны с соусом аррабиата.

Работник столовой: Вам нужен поднос.

Вейдер: Ты знаешь, кто я?

Работник столовой: А вы знаете, кто я?

Вейдер: Это не игра в кто-ты-твою-мать-такой. Ведь я – Вейдер. Дарт Вейдер. Лорд Вейдер. Я тебя могу убить силой мысли.

Работник столовой: И все же вам понадобится поднос.

Вейдер: Нет, мне не понадобится поднос, мне не нужен поднос, чтобы тебя прикончить. Я тебя и без подноса могу убить, с помощью Силы, той могущественной силы внутри меня, хотя я мог бы и подносом тебя прикончить, если б захотел. Я бы лупил по твоей глотке острым краем, пока кровь не залила б тут весь пол.

Работник столовой: Да нет же, еда горячая, вам понадобится поднос, чтобы поставить на него еду.

Вейдер: А, еда горячая, ясно – извиняюсь, не сообразил. Ха-хаах-ха-ха, о, ну да… а я уж решил, что ты бросил мне вызов, решив сразиться со мной в смертельной схватке.

Работник столовой: В смертельной схватке? Это столовая. Я тут работаю.

Вейдер: Да, но я-то Вейдер. Я – Лорд Вейдер. Мне бросают вызов в смертельных схватках. Лорд Дарт Вейдер, Я – Дарт Вейдер, Лорд, Сэр Дарт Вейдер, Сэр Лорд Дарт Вейдер, Лорд Дарт, Сэр Лорд Вейдер оф Хэм, Сэр Лорд Барон Фон Вейдерхэм «Звезды Смерти». Я управляю «Звездой Смерти».

Работник столовой: Что за «Звезда Смерти»?

Вейдер: Эта «Звезда Смерти». Ты на «Звезде Смерти». Я управляю этой «Звездой».

Работник столовой: Это звезда?

Вейдер: Да, это чертова звезда, я ей управляю. Я твой босс.

Работник столовой: Вы мистер Стивенс?

Вейдер: Нет, кто еще такой мистер Стивенс?

Работник столовой: Он начальник общепита.

Вейдер: Я не начальник общепита, я Вейдер, я могу уничтожить общепит силой мысли.

Работник столовой: Что?

Вейдер: Я вас всех могу уничтожить, я себя могу убить, просто… твою мать – пойду возьму поднос.

Эта глава была бы неполной без отрывка Боба Ньюхарта, величайшего мастера стендап-скетчей. Его выступления в стендапе и на телевидении имели невероятный успех. В 1960-м его альбом «Невозмутимый разум Боба Ньюхарта»[9] стал первым комедийным альбомом, возглавившим хит-парад «Билборд», обойдя Элвиса Пресли. Он снялся в двух невероятно популярных телевизионных ситкомах подряд: «Шоу Боба Ньюхарта» в 1970-х и «Ньюхарт» в 1980-х. Скетчи, представленные в этом альбоме, сделали его звездой.

Давай посмотрим на отрывок из номера «Инструктор по вождению». Тут следует упомянуть, что Ньюхарт выступал в стиле дедпан[10]. Тревогу он передавал лишь небольшим заиканием. Если Эдди Иззард играл сразу двух персонажей, то в этом скетче, где также подразумеваются два персонажа, Ньюхарт играет одного. Но из текста и выступления становится понятно, что говорит и делает второй человек. Ньюхарт начинает свой номер словами о том, что это первый выпуск документального цикла о людях, которые каждый день рискуют жизнью на работе, – об инструкторах по вождению. Он просит зрителей представить, что он и есть инструктор по вождению и сидит рядом со своей ученицей. Подчеркнутые места – ну ты уже знаешь, да?

Добрый день, а вы, должно быть, миссис Вебб, правильно? Так, я вижу, у вас уже было одно занятие. Кто был вашим инструктором, миссис Вебб? Мистер Адамс, а, да, вот, вижу, тут написано мистер Адамс. Позвольте мне только сначала пролистать записи, чтобы я мог ознакомиться с деталями. Хм, а какая у вас была скорость, когда мистер Адамс выскочил из машины? 120? А где вы ехали? По подъездной дорожке у дома? А вы много успели пройти с мистером Адамсом? Научились сдавать задним ходом? Я смотрю, вы как раз сдавали задним ходом на скорости 120, и именно тогда мистер Адамс и выскочил. Он объяснил вам, как заводить машину? А как по-другому тормозить? Что значит «тормозить по-другому»? Ну, для начала опустите ручник. Уверен, у вас получится. Да, правильно, вот так. А теперь попробуйте завести машину. Э… миссис Вебб, вы включили фары. Так как насчет завести машину? Да, согласен, эти кнопки все одинаковые, правда. Кто знает, почему их такими выпускают. Вот, хорошо, давайте перестроимся в поток машин. Так, что мы делаем перед тем, как перестроиться в поток? Что делал мистер Адамс перед тем, как разрешить вам выехать? Да, помимо молитв, скажем так. Нет, то, что я имел в виду, – это посмотреть в зеркало заднего вида… видите ли, мы всегда проверяем зеркала заднего… СТОЙТЕ, КУДА ВЫ!!!!

Удачный скетч отличает то же, что и сторителлинг: мы много смеемся, он построен на шутках со структурой «сетап – панчлайн», а еще очень подходит образу комика. Эдди Иззард всегда выходил на сцену накрашенный и на высоких каблуках, он заполнял собой все сценическое пространство и был невероятно артистичен. Мы верим его Дарту Вейдеру и неуступчивому сотруднику. Ньюхарт же был очень скромен в своих эмоциях. Его застенчивый и вежливый образ идеально походит для роли любезного инструктора по вождению, который продолжает вести занятия, даже несмотря на то что абсолютная некомпетентность ученицы может свести его в могилу.

У скетча есть еще одна характерная особенность. Вступительная часть кажется правдоподобной. С легкостью верится в то, что на «Звезде Смерти» есть столовая, чтобы прокормить сотни человек. И в то, что у инструктора по вождению может быть отвратительный ученик.

Есть еще кое-что важное, что следует знать про этот вид стендапа. Ничто не может превзойти скетч по подаче острот. Как только разыгран сетап, оставшаяся часть может, по сути, состоять из одних панчлайнов и бесконечного смеха. Отрывок Иззарда, например, длился 2 минуты и 10 секунд. За это время зрители смеялись 18 раз. И все благодаря начальной части: на «Звезде Смерти» обязательно должно быть место, где можно заморить червячка.

У скетча есть еще одна характерная особенность. Вступительная часть кажется правдоподобной.

Акт-аут

Сейчас ты, скорее всего, думаешь: «Супер! Мне очень понравились и наблюдения, и сторителлинг, а еще есть пара классных идей для скетча. Что же в итоге выбрать? Вот это дилемма!» Вообще-то нет. Я безумно счастлив всякий раз, когда могу тебя порадовать. С большой радостью сообщаю, что никакой дилеммы нет и в помине. Комики применяют все виды, описанные в книге. Одно другому не мешает. Например, часть номера может быть комедией наблюдений, часть – сюжетным стендапом, а еще можно включать так называемые акт-ауты (или, по-другому, сценическую комедию). Считай виды стендапа нитями, которыми ты вышиваешь свое комедийное полотно. В этой главе, посвященной акт-аутам, я расскажу, как это сделать.

Акт-аут, или сценическая комедия, – это еще один вид стендапа, когда комик изображает себя и других участников сценки. Вот чем различаются акт-ауты и скетчи.

(Если ты педагог и используешь книгу для обучения студентов, во-первых, спасибо. Во-вторых, клятвенно пообещай, что никогда не дашь студентам тест по теме «Отличия акт-аута и скетча». Классифицируя виды стендапа, я преследую практическую, а не академическую цель. Знания видов предоставляет комикам и писателям право выбора относительно того, какую форму придать своим юмористическим идеям. Если хочешь убедиться, что студенты различают виды стендапа, не проси рассказать о них. Проси показать. Например, пусть сочинят и разыграют акт-аут и скетч. Как только увидишь их выступление, сразу станет понятно, различают они виды или нет. Если ты не преподаватель, не нужно было читать этот кусок. Прости.)

Стендап-скетч начинается с того, что комик объясняет свой замысел: например, на «Звезде Смерти» должно быть место, где можно перекусить. Закончив, он переходит к скетчу и разыгрывает его от начала до конца. Артист ни разу не прерывается на общение с публикой. А вот в акт-ауте он, наоборот, прерывает сценку, чтобы перекинуться парой слов со зрителями. Закончив, комик или возвращается к сценке, или полностью меняет тему.

Посмотрим, как это делается на примере отрывка выступления Луи С. К. под названием «Монополия». Это уморительный пример акт-аута. А еще это пример совмещения сразу нескольких видов стендапа в одном выступлении.

Луи начинает свою «Монополию» с наблюдательных острот. Затем разыгрывает акт-аут о том, как мило утешает свою дочь после ее проигрыша в настольной игре «Карамельный замок». Потом сценка прерывается, и он обращается к зрителям, после чего начинает другой акт-аут. В нем он стебет дочь после проигрыша в «Монополию».

Прочитай этот отрывок. Про подчеркивания ты уже помнишь. Курсивом я выделил шутки-наблюдения. Жирным выделены акт-ауты.

Я порой играю с детьми в «Монополию»; это прикольно. Моя девятилетняя дочь реально умеет играть в эту штуку. Моя шестилетка уже прекрасно понимает, как играть, но она еще не доросла эмоционально, чтобы стойко сносить неизбежный проигрыш в каждой игре в «Монополию». Ведь каждый раз проигрывать так тягостно, это омрачает все вокруг. Это вам не в «Карамельный замок» проиграть. «О-ох, малышка, ты застряла на этой помадной штучке! Эй, ну ты же попала на клеточку жвачной спиральки и недотянула до финиша». Но когда она проигрывает в «Монополию», я смотрю в ее маленькое личико и такой… «Итак, вот как мы поступим. Вся твоя собственность… все, что у тебя есть… все железнодорожные компании, все твои дома, все твои деньги… теперь это все мое. Придется все отдать. Давай-ка сюда. Да-да, вот так. Нет, нет, ты не можешь больше играть, видишь ли, хоть ты и отдаешь мне вот это вот все, это даже рядом не стояло с тем, сколько ты реально мне должна. Даже рядом не валялось, детка. Ты практически идешь ко дну, согласен, неприятненько. Все, что ты зарабатывала весь день, теперь это мое… и я собираюсь все это использовать, чтобы уничтожить твою сестру. Я серьезно, я ее уничтожу. Ее ждет бойня на этом поле».

Сложно представить, что этот отрывок был бы таким же смешным, если бы Луи просто описал эту сценку с дочкой, а не разыгрывал ее. Такой комичный эффект достигается благодаря переходу в голосе от любящего отца, играющего в «Карамельный замок», до хладнокровного капиталиста в «Монополии». В простом изложении это бы затерялось. А это подводит меня к основополагающему принципу: зрителям лучше что-то показать, чем об этом рассказать. Пусть они увидят. Так всегда будет смешнее. Это прекрасный способ отредактировать шутку. Если в целом она хороша, но чего-то не хватает, разыграй сценку.

Зрителям лучше что-то показать, чем об этом рассказать.

Марина Франклин – стендап-комик и большой любитель акт-аутов, благодаря которым оживают самые разные персонажи. Изначально Франклин приехала в Нью-Йорк, чтобы стать актрисой, но пошла дальше и стала одним из лучших стендап-комиков своего поколения. Во время выступлений она использует актерское мастерство, чтобы перевоплотиться в одного из персонажей, получается просто уморительно. В качестве примера приведу отрывок выступления про переезд в Нью-Йорк и театральную постановку перед исключительно чернокожей аудиторией. Чтобы понять, в чем соль, стоит знать, что Марина – афроамериканка, она обычно рассказывает зрителям, что росла единственным чернокожим ребенком в полностью белом районе Чикаго. После этого они переехали в район, где жили сплошь чернокожие. Но, как говорит Марина: «Было уже поздно. Я была белой». В этом отрывке она исполняет сразу пять ролей: себя; себя, играющую в сценке; еще одну актрису из пьесы; женщину в зрительном зале и женщину за стойкой в закусочной. Каждого персонажа она изображает определенным голосом. Саму себя и коллегу она изображает профессиональными актрисами, исполняющими роли двух афроамериканских сестер с высшим образованием. У женщины в зале и работницы закусочной в ее исполнении отчетливо слышен уличный говор. Опять же, курсивом выделены шутки-наблюдения, жирный шрифт обозначает акт-ауты, а подчеркнутое – боже, ну ты же в курсе.

Изначально я приехала в Нью-Йорк, чтобы играть в театре, но что-то не задалось. Я играла в пьесе за пределами Бродвея, далеко за его пределами, в Бруклине. В Бед-Стай[11]… Назовем это Бед-Стайдский Бродвей. Я играла персонажа по имени Шашу Аиша. Одну из сестер – бунтарку. Играть было непросто, аудитория была сплошь одни чернокожие, ну, знаете, мы вроде как все повязаны. И в общем, у меня была реплика в пьесе, где я говорю своей сестре, а у нее муж только что из тюрьмы вышел, так вот, я ей в пьесе говорю: «Вероятно, если бы ты не предъявляла чересчур много неблагоразумных материальных требований этому человеку… этого вообще бы не произошло». И вот я вся такая в образе на сцене, и тут в зале поднимается одна девица и такая: «Ни хрена подобного, врежь этой сучке!» Я в ответ говорю: «Это пьеса! Может, кто-нибудь уже скажет ей, что это все понарошку?» Позже в этой же пьесе девушка, которая играет мою сестру, обвиняет меня в том, что я влюблена в ее мужа. И вот ее реплика, она говорит: «Я поняла это по тому, как ты произнесла его имя. По тому, как мелодично оно прозвучало». И та же самая девица встает со своего места и такая: «Ага-ага, я тоже слыхала». Вот он, Бруклин, во всей красе. Помню, когда я там работала, все время искала, где бы перекусить салатом и чем-нибудь жареным. И вот как-то я заглянула в подобное местечко, подхожу к такой сердитой даме за прилавком и спрашиваю: «Можно мне салат?», а мне в ответ: «Не-а, нету у нас». Я ей говорю: «Ну я же вижу салат в меню». – «Сказала ж – нету у нас такого». Потом она уходит куда-то в подсобку, и я слышу: «Тиша, Тиша, поди-ка на минутку. А это не та сучка, что мы видели в той пьесе?»

В отрывке Луи С. К. «Монополия» акт-ауты придают мощный комедийный эффект задушевным разговорам с дочерью. В выступлении Франклин они позволяют легко и изящно менять персонажей в сценке. В клубе на сцене лишь одна Марина. Но благодаря ее игре сначала мы переносимся в театр в Бруклине, где два актера на сцене, а в зале чернокожая публика и кто-то выкрикивает что-то; а потом оказываемся в закусочной в этом же районе, где видим Марину и женщину за стойкой. У этого отрывка потенциал и развитие сюжета, как в кино. И все это благодаря акт-аутам.

Если любишь изображать различных персонажей и говорить разными голосами, тогда включай скетчи и акт-ауты в свой материал.

Унижаем знаменитостей

Унижающий юмор – это комедия, цель которой высмеять или подколоть кого-то, рассмешив при этом зрителей. Целью обычно становятся:

• знаменитости;

• люди из твоего окружения (супруги, родители, братья или сестры, мужик из химчистки и т. д.);

• хеклеры[12] в зале;

• ничем не провинившиеся зрители;

• ну и, конечно же, ты сам.

Я не раз встречал людей, которым было сложно унижать окружающих. Они считают, что это неприятно. В целом, они правы. Но вот в чем фишка: комедия – штука неприятная. Она решительно и беззастенчиво честная. Комедия смотрит на нашу жизнь и даже глазом не моргнув выдает: «Все это полный отстой». Сейчас объясню подробнее. А ведь многое в жизни и впрямь отстой. Так всегда было и всегда будет. Комедия – это развлечение, которое тыкает носом во все самое плохое. Да еще и глумится над этим. Высмеяв все наши трудности, страхи и переживания, комедия превращает их из невыносимых в нелепые. Она позволяет шутить над неудачами и проблемами. А раз мы смеемся, то понимаем, что на самом-то деле с нами все в порядке. Когда ты слышишь, как смеются другие зрители, то понимаешь, что не одинок. Ведь в этот прекрасный миг комик снимает тяжкую ношу переживаний с наших плеч, раздается смех, и зал становится единым целым. Основной посыл комедии таков: у тебя есть проблемы, у меня есть проблемы, но с нами все в порядке. Ты не одинок. Мы вместе в этом дерьме.

У комедии есть цель поважнее, чем быть приятной. Она помогает выжить. Так что шире размах!

Унижение знаменитостей – извечная тема в стендапе. Можно бесконечно любоваться тем, как мегабогатые, очень влиятельные и невероятно знаменитые сдуваются до человеческих размеров благодаря остроумному, проницательному комику.

Есть два ключевых момента, которые помогут отменно постебаться. Во-первых, убедись, что все в курсе, кто твоя мишень и чем этот человек знаменит. У тебя могут получиться просто уморительные шутки про министра торговли, только вряд ли люди знают, есть ли у нас вообще такой и кто он. Новичков, которые в обычной жизни оказываются ярыми спортивными болельщиками, часто поражает, что зрители в зале не знают спортсменов, известных только преданным фанатам, но никак не людям, равнодушным к спорту. Комики, повернутые на политике, удивляются, когда не заходят шутки про Оррина Хэтча. (Он старший сенатор от штата Юта и республиканец. Но никому до этого нет дела, если, конечно, ты не в Юте выступаешь.) Выбирай тех, кто день за днем в центре внимания всех СМИ. Зрители не будут смеяться, если не знают, о ком идет речь.

Комедия – штука неприятная. Она решительно и беззастенчиво честная.

Второй ключевой момент заключается в следующем: причина, по которой ты стебешься над знаменитостью, также должна быть известна твоей аудитории. И они должны быть с тобой согласны. Иногда говорят, что юмористы пишут черновик истории. Это не так. Зрители смеются, когда уже знают историю и когда знают, что все, что ты говоришь, правда.

В большинстве случаев аудитория обычно смеется, потому что удивлена тем, что ты говоришь. Это не про случай с унижением знаменитостей. Тут они смеются от удовольствия, от радости услышать правду. Мы восемь с половиной лет смеялись над шутками про Джорджа Буша-мл. из-за одного и того же посыла: он был туп и пытался совладать с английским языком, с единственным, что знал. Ничего неожиданного в этих шутках не было, но тысячи из них имели успех. Точно так же и распутство Билла Клинтона стало темой шуток, не прекратившихся даже после двух сроков его президентства.

Зрители не будут смеяться, если не знают, о ком идет речь.

Повторюсь: человек и причина издевок должны быть широко известны, и аудитория должна разделять твое мнение. Люди будут в недоумении от шуток про тупость Билла Клинтона и похождения Джорджа Буша-мл. Чтобы стеб зашел, компанию знаменитости должен составить ее наиболее узнаваемый недостаток. Как только это получилось – ноги в руки и вперед. Вот несколько примеров:

В общем-то, европейское турне Буша имело огромный успех. Он ни разу не отстал от группы.

Дэвид Леттерман

Как все вы знаете, президент Буш сейчас в турне по Европе. Он заявил, что хочет увидеть всю страну.

Джей Лено

По всей видимости, президент Клинтон очень усердно трудится, каждые две недели ему смазывают ширинку.

Дэвид Леттерман

Во вторник специальный выпуск NBC «У Обамы в Белом доме» посмотрели 9 млн человек. Историки говорят, в последний раз в Белом доме были так откровенны, когда Билл Клинтон установил скрытую веб-камеру.

Конан О’Брайен

Мы все знаем президента, и если в прессе сообщается о его странностях, о них мы тоже все знаем. Вот почему президенты – основная мишень издевательств над знаменитостями. Про Обаму ходило мало шуток, потому что страна не пришла к единому мнению относительно его причуд. Нападки на него были предвзятыми и касались скорее его политического курса, а не личных недостатков. Дело в том, что умного, трудолюбивого, эрудированного президента, верного мужа и отца считают не сильно смешным даже не согласные с его политикой. Дональд Трамп же – совершенно другая история. Отсутствие опыта работы в правительстве, многочисленные браки, копна рыжих волос и его самолюбие породили бесчисленное множество шуток еще до того, как он стал президентом.

Знаете, все жены Дональда Трампа были иммигрантками из других стран. Это еще раз говорит о том, что женщины все еще приезжают в эту страну, чтобы выполнять работу, за которую не хотят браться американки.

Джордж Лопес

Дональд Трамп показал свое свидетельство о рождении журналистам. Да кого волнует его свидетельство о рождении? Я хочу знать, привита ли та хрень у него на башке?

Крейг Фергюсон

Да, Трамп неудержим. Он как Годзилла, только опыта во внешней политике у него поменьше.

Стивен Кольбер

Поп-звезды – тоже прекрасный источник унижающего юмора. Но опять же, одной их славы недостаточно; должно быть всем известное слабое место. Как в том случае, когда Майкла Джексона обвиняли в предполагаемых сексуальных домогательствах по отношению к 13-летнему мальчику. Кругом ходили слухи, что Джексон – педофил. Из-за судебных разбирательств общество пришло к единогласному мнению, что слухи правдивы. Шутки про Джексона посыпались как из рога изобилия, остроумнее и смешнее всего получалось у Криса Рока. В его отрывке подчеркнуты фразы, вызвавшие смех аудитории, курсивом выделены шутки-наблюдения, а жирным – акт-аут.

Майкл Джексон с катушек слетел! Да что с ним, черт возьми, не так? Еще один ребенок! Еще один ребенок!!! Я когда про это дерьмо услышал, думал, что это День сурка какой-то. Еще один ребенок?!?! Да иди ты на хер! Вот как сильно мы любим Майкла. Мы так сильно любим Майкла, что первый пацан сошел ему с рук. Еще один парень! С меня хватит, блин. С Майклом покончено. Хватит, я был его фанатом всю жизнь, говорю вам, с меня хватит. Я умываю руки. Видел я тут Майкла в шоу «60 минут»… Эд Бредли хорошенько постарался, чтоб Майкл походил на жалкое подобие человека. Из тех, кому нужны вода и воздух. Он задавал Майклу наипростейшие вопросы. Самые легкие вопросы школьной программы, а Майкл не прошел тест. Он такой: «Майкл, скажите, как вы считаете, пристало ли сорокапятилетнему мужчине спать в постели с тринадцатилетними мальчиками?» (Крис отвечает за Майкла с огромной улыбкой на лице) — «Да!» — «Так, позвольте, я перефразирую вопрос. Майкл, вы бы разрешили своим детям спать в постели сорокапятилетнего мужчины, которого уже обвиняли в растлении малолетних?» (Крис отвечает с улыбкой за Майкла) — «Да». Эд Бредли посмотрел на Майкла так, словно хотел сказать: «Ты больной?»

В шутках, унижающих знаменитостей, есть один нюанс: у них ограниченный срок годности. Спустя какое-то время людям они наскучат, и придется двигаться дальше, ожидая чей-то следующий провал.

Пока Клинтон был президентом, ходило множество шуток про Монику Левински, которая сделала ему минет; это доказывало пятно на ее юбке. Гораздо интереснее, чем про Оррина Хэтча, правда же? Но я помню тот печальный вечер в клубе Caroline’s вскоре после того, как Клинтон покинул свой пост, когда отличная шутка про Левински не зашла. Помню, подумал тогда: «Черт, лавочку прикрыли».

Сегодня, когда я пишу эту книгу, к нашей стране плохо относятся: правительство не справляется со своими обязанностями, политику испортили деньги, в здравоохранении бардак, и мы отстали от всего мира в таком важном вопросе, как образование молодежи. Но могу сказать кое-что достойное о нашем государстве. Работая с артистами со всего мира: из Европы, Азии, Африки, Ближнего Востока, Австралии, Новой Зеландии, Северной, Южной и Латинской Америки, я узнал, что нет на земле места, которое превзошло бы Штаты, когда речь заходит о свободе слова. Я работаю с комиками из демократических стран, в которых не приемлема критика власти. Я знаком с артистами, которые, находясь в демократическом обществе, рискуют жизнью, и не из-за того, ЧТО они говорят со сцены, а просто потому, что они мусульманки, выступающие в стендапе.

В нашем мире много проблем, но все же есть кое-что достойное и правильное. Например, свобода слова. Если ты считаешь так же, пользуйся ею, дитя мое.

Унижаем людей из твоего окружения

Твои личные трудности – благодатная почва для юмора. Именно поэтому писать стендап о проблемах с окружающими – просто отличная идея. Но при написании шуток подобного рода есть важный нюанс: не стоит полагать, что зрители автоматически на твоей стороне, если ты жалуешься им на людей, которых они даже не знают. Чтобы они смеялись над твоими шутками, сначала перемани их на свою сторону. Начинать шутку словами «Моя девушка – сволочь» – очень плохая идея. Мы ее не знаем. Мы тебя-то едва знаем. Если она сволочь, то почему она с тобой? Что за человек назовет свою девушку сволочью? Сволочь, вот кто. Ага, сволочь – это ты, сволочь. Ты ведь не хочешь, чтобы зрители так думали?

Позволь, приведу тебе реальный пример. Периодически я ставлю стендап-шоу, так вот там зрители начинают смеяться и не могут остановиться. Над каждой шуткой из каждого стендапа они громко смеются. Люди катаются по полу от смеха. Они просто заливаются. Официанты принимают заказы, смеясь от души. Именно такой вечер был у нас в клубе «Не сболтните мамочке». Каждый стендап просто убийственный, и вот на сцену выходит паренек, от его первого же сетапа заглохли все турбины юмора. На 46-й улице между Бродвеем и 8-й воцарилась тишина, какой еще не бывало в центральной части Манхэттена. Я думаю, лишь тибетские монахи, уединившиеся на склонах Гималаев, могут познать такую абсолютную, звенящую тишину. Вот что он сказал:

Твои личные трудности – благодатная почва для юмора.

Добрый вечер. Знаете, я работаю в подобном клубе, и люди, которые ходят в такие места, – придурки.

То есть начал он с того, что назвал каждого в зале придурком. Открою коммерческую тайну: людям такое не нравится. Вот что следовало сказать:

Добрый вечер. Знаете, я работаю в подобном клубе, и вы не поверите, что творят некоторые зрители, пока смотрят шоу.

Нам всем попадался сосед в зрительном зале, который сильно раздражал. Например, он громко снимал обертку с конфеты, или комментировал фильм, или поступал, как тот парень, что сидел рядом со мной в Нью-Йоркской филармонии. Когда оркестр начал играть восхитительную увертюру из мюзикла «Карусель», он стал им подпевать. Шутки про таких людей смешные. Но если ты называешь придурком меня, то это уже не смешно.

Родни Дэнджерфилд был профи унижающего юмора. Как и Крис Рок в отрывке про Майкла Джексона, Дэнджерфилд, унижая других людей, рассказывал о своих проблемах. Неизменной целью таких нападок становилась его жена:

Я тут на днях вернулся из командировки. Сел в такси и говорю водителю: «Отвези-ка меня туда, где жизнь бурлит!» И он отвез меня домой.

На прошлой неделе жена заявила мне, что сокращает наши потрахушки до двух раз в неделю. Но я поразмыслил и решил, что все не так уж и плохо. Знаю парочку ребят, которым она и двух-то раз не оставила.

Настоящее мастерство Дэнджерфилда как писателя-сатирика проявляется в том, как виртуозно он подводит нас к этим шуткам. Родни не начинает со слов «Моя жена – шлюха». Вместо этого он говорит: «Меня ни в грош не ставят». Этим коротким известным рефреном он переманивает нас на свою сторону и позволяет смеяться над распутством своей жены.

Филлис Диллер – известная юмористка, которая знаменита унижающими подколами в адрес своего супруга. Она придумала ему прозвище и постоянно им пользовалась – Зубастый.

Если вашего муженька увольняют так же часто, как и Зубастого, дам вам совет. Если он позвонит и скажет, что приведет начальника на ужин, не начинайте готовить раньше полшестого.

Замуж я вышла потому, что меня облапошили. Помню, мы с Зубастым где-то тусовались, и одна девица сказала: «Ты уж его удержи!» Я-то решила, что мне невероятно свезло. А оказалось, она имела в виду, что он после одного бокала с ног валится.

Здесь та же самая стратегия шутки: Диллер страдает от недостатков Зубастого.

Луи С. К. скорее исключение из правил о том, что надо заставить зрителей встать на твою сторону, если хочешь, чтобы они смеялись над твоим стебом. Свои шутки он начинает с того, что поливает своих детей грязью:

У нас есть еще ребенок, девчонка, четырехлетка, и она тоже чертова засранка. Ага, отвечаю. На полном серьезе. Говорю это без всяких угрызений совести. Чертова засранка. Просто мразота. Серьезно. Сволота херова. Я тут ей на днях говорю: «Обувайся, мы собираемся уходить. Обувайся, пожалуйста, обувайся. Обувайся!» Вот вас бы на сколько хватило, прежде чем захотелось дать человеку в морду? Ну серьезно. Если вы компанией собираетесь куда-то пойти, но не можете, вот не можете, просто потому что один из вашей компашки отказывается обуваться… да он просто гребаный мудак. Ведь так? Так нельзя делать. Просто представьте: «Мы не можем идти». – «Почему?» – «Да потому что Билл, падла, не хочет надевать ботинки, ну вот не хочется ему обуваться». – «Бля, Билл, в чем проблема?» – «Я просто не хочу обуваться». – «Да пошел ты на хер!»

Луи С. К. славится тем, что не стесняется в выражениях, особенно хорошо это видно в шутках про его дочерей. Зрители смеются, шокированные оскорблениями. Но присмотрись внимательнее и увидишь, что правилу он все-таки следует. Его дочь – типичная четырехлетка, которая отказывается обуваться, и для него это самая настоящая проблема. Освежает шутки его отношение к типичному, легко узнаваемому родительскому бессилию. Он просто в бешенстве, в гневе. И именно эти эмоции помогают сделать его выступление провокационным.

Этот отрывок наглядно показывает, как искушенные комики делают свой материал оригинальным. Уникальна здесь не тема упрямых детей, она-то как раз среди комиков не редкость. Оригинальным этот монолог делает не тема, а эмоциональное отношение комика к ней. Луи не раздосадован, не удивлен. Он в бешенстве. И принимает всю эту ситуацию очень близко к сердцу, руководствуясь принципом: твои личные трудности – благодатная почва для юмора. Именно таким необычным способом он переманил зрителей на свою сторону, чтобы мы с чистой совестью могли смеяться над унижающими шутками.

Многие новички в стендапе не понимают творчество Луи С. К. Они слышат, как он матерится, и тоже матерятся. Они слышат, как он сыпет оскорблениями, и тоже так делают. Но вот что они упускают: виртуозную технику написания сатиры, которая лежит в основе всех шуток и делает их уморительными в глазах широкой аудитории. Если хочешь писать шутки подобно Луи С. К., оттачивай мастерство написания текстов и технику стендап-выступлений. А потом применяй эти навыки и придумывай шутки, которые окажутся свежим взглядом на запретные темы, по-настоящему важные тебе.

Унижаем хеклеров

На всех шоу в меню обычно фигурируют спиртные напитки. Так у клуба появляется выручка, а в зале рождается атмосфера веселья и праздника. И порой именно так появляются хеклеры. В этой главе я научу, как утихомирить таких мерзких пьянчуг.

Во-первых, убедись, что перед тобой реально хеклер, а не обычный зритель. Он может быть в восторге от шоу, просто его комментарии иногда оказываются неуместны. Человек, выкрикивающий: «Боже, это умора!» – не считается хеклером. Человек, выкрикивающий: «Сядь на место, еврюга, ты не смешной» – считается. Хеклер оскорбляет тебя так, чтобы это услышали другие. Очень важно понимать разницу между болтливым нехеклером и хеклером, ведь последнего тебе предстоит в порошок стереть едким и смешным оскорблением. Ты же не хочешь разнести в пух и прах того, кто не смог вовремя остановиться, переборщив с алкоголем, но в восторге от выступления. Я написал пару шуточек против хеклеров одному комику, и он пришел в восторг, читая их в офисе. Они ему так понравились, что он решил воспользоваться ими на следующем же выступлении. Комик вышел на сцену и задал зрителям вопрос: «Как поживаете?» Кто-то из зала крикнул ему в ответ: «Потрясно! Просто супер! Никогда не чувствовал себя лучше!» И тогда, к полному недоумению зрителей, он разразился шуточками для хеклеров. И почему этот парень решил оскорбить того, кто всего лишь ответил на его вопрос? Вот придурок. Так мой комик совершил харакири в первые же 30 секунд своего выступления. После шоу я поблагодарил его за то, что он оценил мои шутки, но предостерег, чтобы в следующий раз он дождался, пока его не станет перебивать настоящий хеклер.

Придумывай шутки, которые окажутся свежим взглядом на запретные темы, по-настоящему важные тебе.

Итак, первое, что нужно понять, является ли крикун хеклером. Отсюда второе: не реагируй на первое оскорбление хеклера. Проигнорируй. Сделай так, и тем самым ты вручишь хеклеру веревку, на которой позже ему захочется повеситься. Зрители не любят хеклеров. Они пришли послушать тебя, а не этого пьяного дебила. Проигнорировав его в первый раз, ты, вне всяких сомнений, переманишь аудиторию на свою сторону. Теперь они готовы посмотреть, как пропитанное «Маргаритой» хамло понесет заслуженное наказание. И если хеклер перебьет тебя снова, смело можешь его уничтожить. Вот для этого понадобится отличный материал.

Хеклер оскорбляет тебя так, чтобы это услышали другие.

Что подводит нас к третьему: держи наготове материал на такой случай. Когда тебя перебьют выкриками во время выступления, конечно, ты разозлишься. Тебя оскорбили. Сердце может заколотиться как бешеное. Но нужно, чтобы то, что вылетит из твоего рта, уничтожило хеклера, а не тебя. Сегодня, когда вирусные видео так популярны, неправильный ответ хеклеру может стоить комику карьеры.

Безо всякого удовольствия приведу самый наглядный пример из тех, что я знаю. Он касается Майкла Ричардса, невероятно смешного актера, известного ролью Крамера в телесериале «Сайнфелд». После того как сериал закончился, Ричардс выступал со своим стендапом в клубе «Фабрика смеха» в Лос-Анджелесе. Один из зрителей, афроамериканец, оказался хеклером и постоянно кричал, что ему не смешно. Это вызвало шквал расистской ругани из уст Ричардса. Видео быстро разлетелось по сети, и разгорелся национальный скандал. Ричард принес публичные извинения, и хотя всем было понятно, что он искренне сожалеет о том, что вылилось из его рта в тот вечер, его карьере был нанесен непоправимый ущерб, причем долгосрочный.

Давай подытожим. Первое: убедись, что твой объект – хеклер. Второе: перемани зрителей на свою сторону, проигнорировав первый хамский выпад. Третье: держи наготове шутки про хеклеров, которые не обернутся против тебя.

Нужно, чтобы то, что вылетит из твоего рта, уничтожило хеклера, а не тебя.

Материал про хеклеров преследует две цели: во-первых, зрители должны хорошенько повеселиться за счет этого хама, ему нужно понять, что за грубость придется заплатить. Во-вторых, до хеклера нужно донести следующую мысль: «Заткнись». Если эта мысль не будет прослеживаться, хеклер решит, что ты предлагаешь ему включиться в игру «ты – мне, я – тебе».

Выступление Ти Джей Миллера как-то было прервано невразумительными криками, доносившимися с балкона. Миллер попросил девушку повторить, что она сказала. В ответ она промолчала. Тогда он сказал следующее:

Странно, не находите, сначала люди вам что-то кричат, а когда их спрашиваешь: «Что вы только что сказали?», они обычно такие: «А, не, я обычно не разговариваю, когда это уместно. Например, если надо ответить на вопрос. Нет, я открываю свой рот, когда группа незнакомцев, собравшихся вместе, инстинктивно и единогласно решает, что они не будут болтать, пока кто-то другой говорит в устройство, специально увеличивающее громкость голоса – ВОТ ТОГДА я, пожалуй, потреплюсь».

Рики Джервейс однажды сказал хеклеру вот что:

Это очень большая площадка. Тет-а-тет у нас не поучится. Да я бы и в маленькой комнате тебя проигнорировал – так что заткнись!

Эти шутки злые, смешные и под стать хамству хеклеров, и обе цели такого материала достигнуты.

Чтобы помочь с шутками в адрес хеклеров, вот список того, что они выкрикивают чаще всего:

1. Ты не смешной.

2. Это не смешно.

3. Ты страшный.

4. Пошел вон со сцены… (здесь возможно расистское, этническое, религиозное, сексуальное оскорбление – например, еврюга, итальяшка, полячишка).

5. (женщинам) Покажи сиськи.

6. Где ты взяла эти сиськи?

7. Что угодно со словом «сиськи».

Шутки для борьбы с хеклерами практически в любой ситуации дают понять следующее:

1. Перестань меня перебивать. Я выступаю так же, как ты трахаешься – в одиночестве.

2. Ты страшный. Это твое лицо или ты потом на хэллоуинскую вечеринку идешь?

3. Ты тупой. Тебя здесь быть не должно. Разве тебе не сказали, что посетители клуба должны быть совершеннолетние и с мозгами?

4. Ты неудачник. Я работаю, а ты меня перебиваешь. Я бы с тобой так не поступил. Я бы не пошел к тебе на работу шваброй вместо тебя махать.

5. Заткнись. Заткнись.

Для некоторых отлично подготовленных комиков хеклеры могут стать манной небесной. Громче всего зрители будут смеяться, если решат, что такие смешные шутки у тебя получаются с ходу. Всякий раз, когда используешь шутки про хеклеров, аудитория считает, что ты остришь спонтанно. Им кажется, что нельзя знать заранее, будут ли тебя перебивать хеклеры, а значит, нельзя заранее подготовить уморительный ответ.

У хороших клубов обычно есть охрана. Я зову их «Гориллы в тумане». Всякий раз, когда кто-то в зале переходит черту, тут же рядом с ним вырастает из ниоткуда огромный мужик. В профессиональных шоу продюсер следит за тем, как ты справляешься с хеклером. Если он видит, что ты на высоте, да еще и удовольствие получаешь, то он позволит тебе разбираться с этим придурком. Если он увидит, что ситуация выходит из-под контроля, то сразу прикажет гориллам выкинуть хеклера из клуба.

Помни, что когда тебя перебивает хеклер, по большому счету тебе это только на руку. Зрители пришли слушать тебя, а не его. Ведь микрофон-то у тебя и только у тебя, и в этом диалоге доминируешь ты. Ты можешь написать материал, благодаря которому соперник будет повержен. И если у тебя будет стычка с хеклером, то всегда можешь попросить охрану вывести его из зала. А вот он не сможет попросить охрану вывести тебя.

У тебя есть власть. Используй ее с умом.

Комедия оскорблений

Комедия оскорблений – это вид стендапа, ориентированный на зрителей «не хеклеров». Это культурные, ни в чем не повинные люди, которые припозднились и пробираются на свои места во время твоего номера; или, возможно, кто-то из них поднялся со своего места во время твоего сета, потому что ему срочно приспичило в туалет или позвонить; или, может, у кого-то из них телефон не смолкал во время выступления; а возможно, они вообще ничего не сделали. Может, они весь вечер тебе улыбались и смеялись над шутками. Такие ситуации – просто кладезь юмора.

Всякий раз, когда используешь шутки про хеклеров, аудитория считает, что ты остришь спонтанно.

То, как надо обходиться с такими зрителями, разительно отличается от того, как следует обращаться с хеклерами. Эти люди тебя не оскорбляют – поэтому, если начнешь их злобно унижать, растеряешь всю аудиторию. Да этого и не потребуется. Когда шутишь над ни в чем не повинными людьми, зрители должны четко понимать, что твоими шутками движет веселье и дух товарищества.

Есть комики, чьи выступления от начала до конца – сплошь комедия оскорблений. Настоящим профи такого вида стендапа считается Дон Риклз. Как бы смешно это ни звучало, но известен он был под псевдонимом Мистер Уормт («Сама душевность»), хотя никогда и ни о ком не мог сказать ничего хорошего. Сидя в зале, ты ощущал, как от него исходила любовь к каждому, кого он оскорблял. Это самый душевный комик из всех, кого я видел. Смесь оскорблений и нежности сделали его звездой, кумиром многих поколений. И я не исключение. Его выступления на «Вечернем шоу Джонни Карсона» – это надо видеть. Когда я пошел на его концерт, это было в 1970-х в районе залива, сбылась моя самая заветная мечта: Риклз назвал меня «хоккейной шайбой».

Есть комики, чьи выступления от начала до конца – сплошь комедия оскорблений.

Классификация оскорбительных шуток Риклза по категориям может помочь тебе в написании своих собственных. Первая категория касается расы/этнической принадлежности/национальности. Вот Риклз (который служил на флоте во время Второй мировой войны) обращается к японцу в зрительном зале:

Ты китаец? Филиппинец? А, японец! Три года пролазил в джунглях в поисках твоего брата.

Обращаясь к мексиканцу:

Богом клянусь, проведя с женой две недели в Мехико, мы так и не смогли посмотреть город. Она все повторяла (бегает по сцене, изображая приступ диареи): «Должно быть, это салат!»

На юмористическом фестивале «Смеха ради» в Монреале Риклз унижает Канаду, отчитывая руководителя оркестра за музыкальную ошибку:

Остановите этот чертов оркестр! Ради всего святого, они же фальшивят. Это Монреаль. Вы же должны творить добро. Если вы творите добро здесь, то отправитесь сразу в Саскачеван.

Узнав, что одного из зрителей зовут Митцель:

(Говорит с немецким акцентом, подняв руку в приветствии) Приветствую тебя. (Сидя на стуле, поднимает ноги, словно в печатном шаге) Помнишь старые добрые времена, Митцель? (Обращаясь к зрителям) Неудивительно, что он не хотел называть мне свое имя.

Ко второй категории относятся оскорбительные шутки про возраст и внешность человека. Обращаясь к человеку, сидящему рядом с женой:

Это ваша жена, сэр? (Узнав, что так и есть, Риклз закрывает глаза, словно не в силах видеть то, на что смотрит) Боже мо… нет, нет, я шучу, она хорошенькая. (Снова закрывает глаза) Боже. Что это было? Поезд? (С помощью микрофона изображает звук, словно поезд во что-то врезался)

В шутках третьей категории Риклз проходился по известным людям среди своей аудитории или по тем, с кем делил сцену. Особенно он был в ударе, когда оскорблял знаменитых и влиятельных. Ниже отрывок из его выступления на «Вечернем шоу с Джонни Карсоном», где он неожиданно появился и принялся стебать приглашенную звезду Фрэнка Синатру. О влиянии Синатры в индустрии развлечений можно было судить по его прозвищу Председатель. Ходили слухи, что у Синатры были связи с мафией. Никто в шоу-бизнесе не осмеливался намекать Председателю на эти слухи. Никто, кроме Риклза:

Марко Мангананцо подстрелили. Фамбино Бомбаццо (бьет кулаком в ладонь) всадили две пули в голову в четверг. А как тебе это, ты ни за что не поверишь! (Обращаясь к Карсону) Прости нас, Джонни, ты ведь со Среднего Запада. Тебе нет до этого дела, ты вечно занят своим «ФУРА ИДЕТ ГРУЖЕНАЯ?» (Снова обращаясь к Синатре) Гвидо передает привет. Ему так и не удалось с тобой поболтать, и еще твой приятель из Джерси Бубани Умбацо. Он заводил машину, слушая твой альбом, а теперь он уже далеко.

В стендапе есть одно важное правило: можно смело глумиться над всем, что относится и к тебе. Если ты католик – стебись над своим католическим воспитанием; если ты гей, унижай геев; если ты азиат – оскорбляй азиатов; если у тебя лишний вес – поноси толстых и т. д. Но свобода слова значительно ограничивается, если предметом шуток и унижений становится то, что не имеет к тебе никакого отношения. Это коварные воды: если ты еврей, но станешь унижать католиков, или если натурал, но оскорбляешь геев и т. д.

Успешные артисты комедии оскорблений, такие как Риклз, игнорируют это правило. Они унижают всех. Им сходит это с рук, потому что они не переходят на личности. Если б у азиата в зрительном зале была инвалидность, Риклз никогда бы не стал глумиться над ограниченными возможностями здоровья. Его шутки были бы про шаблонные стереотипы об азиатах. Те, по чьей внешности Риклз мог пройтись своими шуточками, на самом деле были очень симпатичными. Он ясно давал понять, что за оскорблениями кроются любовь и нежность. В конце каждого выступления Риклз четко выражал эти чувства. Вот как он закончил прожарку Синатры:

Этот прекрасный человек, которого мы сегодня чествуем, был на моей стороне тогда, ничего не изменилось и сейчас. Мы не партнеры по танцам, не разделяем братскую трапезу. Но всякий раз, когда мы встречаемся, вот Дин [Мартин] не даст соврать, хочу, чтобы и вы это знали, я говорю о нем с большой любовью. Я серьезно, хвала Господу, что у нас есть этот мужик. Хорошего вечера!

В стендапе есть одно важное правило: можно смело глумиться над всем, что относится и к тебе.

В глубине души мистер Уормт был сама душевность.

Лиза Лампанелли, одна из самых выдающихся стендап-комиков своего поколения, обожает комедию оскорблений, благодаря чему получила прозвище «королева зла». Ее выступления грубее, чем у Риклза, и, в отличие от него, она работает грязно. Но Лиза четко следует основному принципу оскорбительной комедии: это место, где царит юмор (в ее случае хулиганский), а не ненависть или неприязнь. Да, ее шутки насквозь пронизаны расовыми, этническими, гендерными, сексуальными и религиозными стереотипами, но она никогда не переходит на личности.

Вот пример шуток, с которыми она выступала в городе Джолиет в штате Иллинойс. Уже во вступительной шутке она сразу оскорбляет всех женщин в зале.

Боже! Люди, посмотрите на себя! Джолиет! Ребят, а вы не такие страшные, как я себе представляла. Нет, серьезно, вы посмотрите на всех этих женщин, какие они прекрасные. 10 из 10 для Джолиета, но на троечку для Нью-Йорка. Да кто считает? А, ладно, все супер. Вы такие милые. Посмотрите на всех, кто тут есть. Тут и черные. Черные! Прямо в партере. Как мы вообще до этого докатились? Стоит вам выиграть одни выборы – и вот, пожалуйста, полюбуйтесь!

…О! Судя по тому, что на голове у вас вместо волос гнезда чаек, у нас тут две лесбиянки! Ваааау! Ну что, девчонки, справляетесь без пенисов? Вау! Почему вы сейчас не снаружи, не занимаетесь благотворительностью и не строите дома для малоимущих? Ну разве не мило. Ой, а посмотрите-ка, кто у нас тут на первом ряду. Явно же еврей и не еврейка. Предположу, что лишь у одного из вас маленький пенис. Я сейчас про нее!

Если смотреть это выступление в записи, можно заметить, что камера периодически переключалась с Кампанелли на зрителей, которых она стебала. И каждый раз все были в восторге. Ничьи чувства эти шутки не задели, потому что она не переходила на личности. Их целью были лишь стереотипы, и в их подаче не было ни капли злобы.

Фанаты таких острых на язык комиков, как Риклз и Лампанелли, ходят на выступления, чтобы как раз послушать их неполиткорректные подколы, а кто-то приходит с надеждой, что достанется и ему. Подобные выступления – юмористический гарант того, что расистские, этнические, национальные, религиозные и гендерные унижения, поданные в таком виде, скорее объединят людей, нежели внесут раскол. Все артисты комедии оскорблений в юмористическом смысле единым фронтом выступают за демократию, утверждая, что со всеми людьми, вне зависимости от их расы, пола, веры или цвета кожи, что-то не так, абсолютно со всеми. Именно дух демократии делает язвительных комиков такими угарными. Произойдет катастрофа, если комик станет стебаться лишь над одной категорией людей. Это уже предубежденность. А предубежденность – это не смешно. Это мерзко.

Ничьи чувства эти шутки не задели, потому что она не переходила на личности. Их целью были лишь стереотипы.

Катастрофой также будет, если артист перейдет на личности по отношению к невинному зрителю. В старших классах я повел девушку в «Мята Лаундж» в Нью-Йорке, чтобы послушать выступление такого жесткого шутника, предвкушая веселый вечер. Парень выступал с фонариком в руке. Каждый раз он направлял его на какого-нибудь человека в зале и проходился по его внешности. Я все еще отчетливо помню, с какой силой девушка стиснула мою руку, потому что я был готов встать и как следует вломить тому парню, после того как он посветил мне в лицо фонариком и стал насмехаться над моим огромным носом. Это был не юморист. Это был мерзкий сукин сын. В его же интересах я не назову имени. Да я его и не вспомню даже. Он со своим фонариком абсолютно заслуженно канул в Лету.

Большинство комиков таким оскорбительным шуткам не отводит все выступление. Это скорее приправа, нежели основное блюдо. Как, например, в случае с Джеки Мейсоном. Он непревзойденный комик. Что бы ни делал этот человек – получается превосходно. Это же касается и стеба над зрителями. Обычно так он начинает свое выступление. Один из его приемчиков – задать зрителям что-то вроде риторического вопроса и потом беситься, если человек не может ответить. На премьере его шоу в Торонто микрофон сломался, и зрителям на балконе стало не слышно, что он говорил. Вышел он из этой ситуации с комедийным апломбом:

Все еще не слышно меня там, да? (Из зала доносятся «да» и «нет») Может, мне начать ходить от одного к другому и продолжать свой номер… Как же тогда вы продолжаете смеяться, если меня не слышно? (Обращаясь к человеку в первом ряду) Отвечай или проваливай на хрен отсюда.

Это часть замысла Мейсона, цепляться к совершенно ни в чем не повинным людям. На выступлении в Торонто Мейсон не оскорбил никого из сидящих на балконе, никого, кто жаловался, что ничего не слышно, но тем не менее продолжал смеяться. Вместо этого он накинулся на кого-то в первом ряду, у кого никаких проблем со слышимостью не было. Наказание, нанесенное оскорблением Мейсона, не просто было несоразмерно преступлению никого из присутствующих – никакого преступления вообще не было. Хаотичность и несоответствие его оскорбительных шуточек делает их такими смешными.

Вот что он сказал в самом начале своего бродвейского шоу «Мир, каким я его вижу»:

Видите ли, это шоу не для всех. Не знаю, заметили ли вы это. (Обращаясь к человеку в зале) Я, например, это сразу понял, как только вы сюда вошли, сэр.

Единственное условие, которое позволит оказаться мишенью подобных оскорблений Мейсона, – твоя очевидная и абсолютная невиновность. Во второй части Бродвейского шоу он выступал на фоне огромной карты мира. И в самом начале номера оскорблению подвергались целые группы зрителей:

Начнем с того, что это карта мира. Я вам это объясняю, потому что вижу, что среди нас есть люди, которые не понимают, о чем речь… Главная проблема в мире сегодня – это ненависть. Еще никогда прежде в мире не было столько ненависти, сколько сейчас. Многие люди (указывает на правую часть зрительного зала) думают, что она сосредоточена лишь здесь.

Чтобы придумать свои оскорбительные остроты, нужно заранее подумать о распространенных, невинных вещах, которые могут произойти на концерте. Например, во время твоего сета могут прийти опоздавшие. Когда такое происходит с Клейтоном Флетчером, он говорит следующее:

Оу, посмотрите-ка, у нас тут милейшие люди, которые слегка припозднились. (Обращаясь к вновь пришедшим) Добро пожаловать. Вам что-нибудь нужно? Меню? Официант? Часы?!

Если же кто-то пишет смски во время твоего выступления, можно сказать что-то вроде:

О, ты переписываешься? ПРИВ, не круто, ИМХО. И добавь там эмоджи злобного котика.

И так далее.

Подобные оскорбления отлично сочетаются с другими видами стендапа, или же из них может получиться отдельный номер, но только если:

• От комика исходит душевная теплота и веселье вместо злобы и враждебности.

Чтобы придумать свои оскорбительные остроты, нужно заранее подумать о распространенных, невинных вещах, которые могут произойти на концерте.

• Демократический дух шуток должен ясно давать понять: что-то не так со всеми группами людей, а не только с одной-двумя.

• В шутках не переходить на личности. Они не должны ранить.

Уловил, шайба?

Самоирония

Самоиронию особенно любят в стендапе. Есть что-то привлекательное и раскрепощающее в том, как человек открыто признает собственные недостатки. Большинство из нас что-то в себе огорчает. Неудивительно, что мы не хотим об этом говорить, нам от этого не по себе; такое обычно не хочется ни с кем обсуждать. Люди вообще не горят желанием этого касаться, потому что даже себе боятся признаться, что эти недостатки у них есть, хотя прекрасно знают, что это так. Я понимаю, что после того, как помою голову, в сливе полно волос. НО ЭТО НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО Я ЛЫСЕЮ! ЧЕРТ!

Комедия – это дискуссионная площадка для правдорубов. Это место, где можно открыто и публично встретиться лицом к лицу с собственными слабостями, несовершенствами и страхами. Комик поднимает все это на смех, а мы, сидя в зале, узнаем среди этого свои собственные недостатки и смеемся над ними. Смех сбивает спесь с этих несовершенств, которые так нас беспокоят. У них больше нет власти над нами. Подтекст у самоуничижительных шуток такой: да, я лысею (я коротышка, я плоскогрудка, я жирдяй, я все еще одна и т. д. и т. п.), но остальные в этом зале такие же, и мы можем посмеяться над этим. Поэтому у нас все ОТЛИЧНО. Ха!

Есть что-то привлекательное и раскрепощающее в том, как человек открыто признает собственные недостатки.

После того как комики едко пройдутся по собственным недостаткам, не понаслышке знакомым многим, в зале всегда раздастся громкий смех.

Вот отличный пример из отрывка комика-новичка, моей студентки Лоры Басси. В этом отрывке она стебется над тем, что в свои 25 лет, являясь выпускницей колледжа, все еще работает няней. Перебиваться подработками – это одна из тех неприятных ситуаций, в которой повсеместно оказываются молодые люди, еще не решившие, чем хотят заниматься в жизни. Зрители смеются на выступлении Лоры, потому что ее трудности им близки:

Я работаю няней. (Пауза) Спасибо, что просто сидите и пялитесь на меня, такое чувство, что я опять об этом родителям рассказываю. Но на самом деле все не так уж и плохо. Я просто пытаюсь найти себя. Ведь я же только недавно колледж окончила. Пять лет назад. Хотя признаю, что мамочки меня любят. Они обычно говорят: «Ты ведь всегда свободна. У всех других нянек вечные вечеринки, официальные мероприятия, встречи с друзьями», и я такая: «Ну да! Поняла, да поняла я, спасибо». Просто обожаю присматривать за младенцами. Они приходят в восторг от всего, что ты говоришь, просто следи за интонацией. Я обычно использую их вместо психолога. Примерно так: (сюсюкая): «Ээ-эй. Сегодня на фейсбуке еще шесть человек объявили о помолвке! (Изображает, будто стреляет себе в голову из пистолета) Бдыщь! А Джастин и Леа купили дом! А я живу в… коридоре! Вместо двери у меня занавеска для душа! И если мне придется купить еще одно платье подружки невесты, я загремлю в дурку! Меня запеленают, прямо как тебя! И замуж я никогда не выйду, потому что мужиков я ненавижу. Ненавижу их, они отстой, ненавижу их, ненавижу их, ненавижу их, ненавижу их – понятно?»

По сути, именно объяснив зрителям, что спокойно относишься к своим проблемам, ты даешь им право смеяться над тобой. Если же публика почувствует, что трудности тебя морально опустошили и безмерно расстраивают, они не смогут смеяться. Это было бы низко, просто немыслимо. А тот факт, что ты стебешься над своими неудачами, как раз и говорит аудитории о том, что все в порядке. Если эти проблемы кажутся смешными тебе, то они кажутся такими и остальным. Мы относимся с юмором к Лориной «карьере» нянечки и ее проблемам с мужчинами, потому что она сама к ним так относится. Иначе нам было бы не смешно.

Очень часто мишенью самоиронии комика становится его внешность. Филлис Диллер, чьи шутки про мужа я приводил в одной из глав этой книги, известна тем, что стебалась над своей внешностью, сексуальностью (точнее, ее отсутствием) и эксцентричным гардеробом:

Объяснив зрителям, что спокойно относишься к своим проблемам, ты даешь им право смеяться над тобой.

Вы наверняка думаете, чего это я сегодня такая расфуфыренная? На мне комбинация. У моей фигуры никогда не получится вас возбудить. Я в такой ужасной форме, что мне буквально прописали ходить в нижнем белье. Наконец-то сделала себе тату, корабль на груди. Всегда хотела, чтобы на месте груди что-то все-таки было. Поверите или нет, но я однажды участвовала в конкурсе красоты. Видимо, совсем не в себе была. Я не только заняла последнее место, но еще и получила 361 открытку с пожеланием «Поправляйся». Не хочу, чтобы вы думали, будто я на своей внешности крест поставила. Нет, я так просто не сдамся. Пошел четырнадцатый год моего десятидневного курса «Стань красивой». Когда я вечером ложусь спать, моя кожа настолько жирная, что приходится надевать противоскользящие цепи, чтобы ночнушка не слетела. У нас в спальне жирных пятен больше, чем в гараже. Как-то попросила Зубастого меня перед сном поцеловать, так он перед этим робу рабочую надел. Знаете, искра-то уже потухла с Зубастым, с этим старым развратником. Последний раз огонек у него в глазах был, когда его одеяло током ударило.

На бумаге шутки Филлис Диллер кажутся старыми добрыми ванлайнами[13], которые лишь подкрепляют стереотипы о том, какой должна быть женщина. Но целому поколению женщин-комиков, которое пошло по ее стопам, например Розанне и Эллен Дедженерес, она служила примером и источником вдохновения. Это женщины, чьи тексты пропитаны феминизмом. Ты, наверное, спросишь: «Почему же они на нее равняются?» Хороший вопрос.

А вот и ответ. Филлис Диллер появилась на комедийной сцене в 1950-х, когда быть ничем не примечательной считалось отличным качеством. Она в буквальном смысле была единственной женщиной-хедлайнером в этом бизнесе. Уже одно то, что она выступала со стендапом, было просто немыслимо. Ее сценический персонаж стал полной противоположностью традиционному эпохальному образу домохозяйки из ситкома «Предоставьте это Биверу». Прическа Филлис выглядела так, словно там только что взорвалась петарда. Ее одежда скорее напоминала сценические костюмы цирка Барнума и Бейли. А известным ответом на недостатки ее внешности, сексуальности и брака стал громкий эксцентричный смех.

Филлис Диллер добилась того же, чего и все великие комедианты: она нашла свою историю. Ее легенда гласит: «Я – с приветом. Я это и не скрываю. Говорю вам об этом прямо в лицо. Я не вписываюсь ни в какие рамки, как по мне, так это просто уморительно». Ее история нашла отклик у феминисток, геев и всех тех, кто не чувствовал себя свободно в 1950-х и 1960-х. Филлис Диллер не считали старомодной. Она была новатором своего времени.

Временами новички не решаются на самоуничижительные шуточки, боясь, что сами же в итоге и пострадают. Так не бывает. В комедии всегда счастливый конец. Трудности комика не сломят. Это скорее про трагедию. Натура комика уязвима, но несокрушима. Юморист смело смотрит в лицо своим недостаткам и использует их, чтобы вызвать не жалость или сочувствие, а смех. Это мышление не жертвы. Это мышление героя.

Юморист смело смотрит в лицо своим недостаткам и использует их, чтобы вызвать не жалость или сочувствие, а смех.

Это подводит нас к Ричарду Прайору. Не имеющий равных своей сатире ни до ни после, Ричард стебался над своими страхами и страданиями. Одной из тем его потрясающего выступления на «Концерте на Сансет-Стрип» стала наркозависимость. Подсев на кокаин, он практически сгорел. И весь этот кошмар он превратил в сатиру.

В последние годы он был парализован и практически слеп из-за рассеянного склероза. Постоянно ходили слухи о его смерти. Сидя на сцене (из-за болезни он не мог стоять и хорошо видеть), он рассказывал о том, как его жизнь медленно подходит к концу.

(Кто-то в зале выкрикивает: «Ричард, ты не умер!») Погодите-ка. Конечно, я не умер. Хотя постойте. Нет, и правда не умер. Ведь одно время в новостях и прочих передачах о всякой херне говорилось, что я умер. Так это паршиво, когда сидишь, смотришь новости, и какой-то мудак разглагольствует о твоей смерти. Мой бухгалтер мне позвонил и заявил: «А я думал, ты умер». Я ответил: «Вообще-то я не умер, но проверить и правда не помешает». Как по мне, странная эта херь, когда тебя в мертвецы записали, а ты все еще живой. И если кто-то приходит, например экономка или там еще хрен какой, они приходят, видят тебя спящим, и, если ты молчишь, они пугаются. И шумиху поднимают: «РИИЧААААРРРДДДД!» – «Чего?!» – «А, нет, все норм, просто думала, ты сдох».

Продолжая выступление, Прайор говорит о том, что из-за болезни появились недержание, импотенция, а еще бесконтрольные взмахи руками. Как-то он намертво встрял в пробке в Лос-Анджелесе, и его тачка поравнялась с привлекательной девушкой, которая его узнала. Она заговорила с ним, и он увлекся. А сам тем временем надул в штаны, бесконтрольно махая руками:

Знаете, херово, когда твой мочевой пузырь и руки восстают против тебя. Она стоит там вся такая, а я ей говорю: «Привеееет!» — «Ой, ты такой смешной, перестань махать руками!» В ответ я улыбнулся и подумал: «Вот бы ее трахнуть!», а мой член мне такой: «Ну, попытайся». Понимаете, когда творится такая хрень, что-то происходит с мышцами. Неврологи говорят, что это связано с мышцами. Забавная болячка. Думаю, так Бог пытается сказать: «Ты свое оттрахал».

Зрители видят и понимают, что Ричарду Прайору осталось недолго. В этом смысле он далеко не в порядке. Когда он прощался с аудиторией в конце своего номера, становилось понятно, что это прощание в буквальном смысле:

Если бы вы могли видеть то, что вижу я, когда смотрю на всех вас… Все эти прекрасные люди, такие разные. Вы прекрасны, и меня это делает невероятно счастливым. Благослови вас Господь, а мне пора сваливать отсюда.

Зрителям было предельно ясно, что сидящий перед ними комик смотрит прямо в лицо неминуемой смерти и смеется над этим. Он сбил спесь с этой неизлечимой болезни. Да, Ричард ушел, но он ушел смеясь. Если мог смеяться он, то можем и мы. Умирая, Ричард Прайор был в порядке.

Приведенные в этой главе отрывки – пример трех разных стилей самоуничижительного юмора за последние 60 лет. Стили меняются. Но вид живет. Я рассказываю об этом, потому что не хочу, чтобы путали форму и содержание. Содержание меняется постоянно. Оно отражает тебя и время, в которое живешь. Форма же должна вдохновлять и задавать направление сатире, как это было с твоими предшественниками в юморе.

Работа с залом

Когда комик предлагает кому-то из зрителей перекинуться парой слов, это называется «Работа с залом». Помимо развлечения этот стендап-элемент в определенных ситуациях, с которыми предстоит столкнуться, проявит тебя настоящим комедийным артистом.

В первом турне, куда тебя с большой долей вероятности позовут, ты будешь на разогреве или ведущим мероприятия, МС[14]. Работа с залом входит в необходимый набор навыков МС. Если все пройдет успешно, то народ перестанет болтать и переключит внимание на ведущего. Диалог ведется между сценой и зрительным залом. Людям придется обратить внимание на человека в свете софитов, если он обращается непосредственно к ним.

Людям придется обратить внимание на человека в свете софитов, если он обращается непосредственно к ним.

Какое бы место тебе ни отводилось на шоу, работа с залом пригодится, когда понимаешь, что твои шутки не заходят. Я сейчас не про одну-две шутки, которые просто оказались неудачными. Это не страшно. Если большинство твоих шуток заходят – продолжай выступление. Я говорю про ситуацию, когда в самом начале выступления, рассказывая свои шутки категории «А» (обычно это самые смешные), ты на сцене уже больше минуты, но почему-то не выстреливает, и ты на грани провала. В главе, посвященной провалам, мы еще подробно обсудим, как исправить эту ужасную ситуацию. Здесь я также затрагиваю тему провала, потому что это как раз та ситуация, когда работа с залом творит чудеса. Это действенный способ заставить аудиторию, которой не смешно и, следовательно, неинтересно тебя слушать, перефокусироваться и начать смеяться над твоими остротами. Обычный зритель в зале имеет право игнорировать человека на сцене, который травит несмешные, на его взгляд, шутки. Но нельзя игнорировать комика, когда он обращается непосредственно к тебе и у вас завязывается беседа.

Работа с залом – все равно что полуфабрикат быстрого приготовления, если нужно потянуть время на сцене. Скажем, ты выступаешь на разогреве, шоу в разгаре, но хедлайнер еще не объявился. Менеджер в отчаянии смотрит на тебя, умоляя потянуть время, но весь твой материал уже использован. Самое время для работы с залом.

Помимо помощи тебе в роли ведущего, или с трудной аудиторией, или как средство потянуть время, работа с залом – отличный прием, который может оказаться увлекательной частью твоего выступления в любой ситуации.

Большая часть материала работы с залом пишется заранее. (Только тсссс, теперь, когда ты сам стал частью братства комедиантов, этот секрет должен остаться между нами.) Также в этом формате присутствует импровизация. Чаще всего там и то и другое. Комик, которому нравится импровизировать, может иметь наготове заранее написанные удачные шутки для работы с залом и периодически разбавлять их спонтанными комментариями.

Неважно, написан ли материал для работы с залом заранее или ты его придумываешь на ходу, осуществляется все это действо в четыре этапа.

На первом этапе ты задаешь простой вопрос, на который можно легко ответить в двух словах. Многие не садятся близко к сцене, потому что не хотят, чтобы выбор комика пал на них. Их нервирует сама мысль, что они могут стать частью шоу. Когда идет работа с залом, тебе нужно, чтобы люди поддерживали разговор, поэтому вопрос должен быть несложным. Не стоит спрашивать: «Считаете ли вы рост критических высказываний по поводу того, что традиционное гуманитарное образование – это трата времени и денег, отказ от науки признающих климатические изменения граждан и активизацию ультраправых в Европе и США предзнаменованием грядущего средневековья или считаете это обыденным ходом вещей?» Лучше спросить: «Так откуда вы?»

Еще одна причина, почему стоит задавать простые вопросы, на которые можно ответить парой слов, это экономия времени. Ты же не хочешь, чтобы зритель отнимал твое время, разглагольствуя о чем-нибудь в ответ.

Большая часть материала работы с залом пишется заранее.

На втором этапе ты внимательно наблюдаешь за человеком и выслушиваешь его ответ. Нужно, чтобы твоя реплика зацепилась за то, ЧТО тебе сказали, или КАК это сказали, или как человек при этом выглядит, или с кем сидит. Тебе придется работать с тем, что получишь от собеседника. Чем внимательнее наблюдаешь и слушаешь, тем больше возможностей для смешных ответов.

Третий этап самый сложный: повторить или перефразировать ответ зрителя на свой вопрос. Это нужно сделать, потому что микрофон есть лишь у тебя. Ты будешь исходить из ответа, и, чтобы убедиться, что все услышали сказанное, повтори или перефразируй его. Это самый сложный этап, потому что он противоречит здравому смыслу. На остальных этапах ты делаешь то, что обычно и так принято в разговоре с кем-то. Ты говоришь, слушаешь, отвечаешь. Повторять ответ собеседника или перефразировать его обычно не приходится, поэтому первое время от тебя потребуется концентрация. Это как с ездой на велосипеде: через какое-то время приспосабливаешься, и получается само собой.

На четвертом этапе ты отвечаешь на реплику зрителя или комментируешь какую-то особенность, которая еще раньше привлекла твое внимание. Если хочешь, можешь продолжить беседу, повторив все четыре этапа сначала.

Выступления Моше Кашера – отличный пример работы с залом. Можем разбить один из отрывков его выступления на четыре этапа.

1. Задай простой вопрос, на который можно ответить в двух словах.

Обращаясь к компании из четырёх женщин: сколько вам лет?

2. Прослушай ответ.

3. Повтори или перефразируй ответ: значит, вам двадцать.

4. Ответь. (Ласково) Да вы еще и нагрешить-то толком не успели.

Работа с залом, как и любая часть твоего выступления, может быть мастерски написана и доведена до совершенства. Но зрители, дай бог им здоровья, уверены, что все происходящее – экспромт.

Эту уморительную шутку комик просто не мог придумать заранее. Откуда он мог знать, что ему ответит зритель? На самом деле комик может знать, что ему ответит зритель. Если он задает вопрос, ответом на который будут «да» или «нет», он может придумать шутки на оба случая. Суть написания материала для работы с залом в том, чтобы задавать вопросы, на которые можно предугадать вероятные ответы, и сочинять шутки, основанные на них. При работе с залом зритель озвучивает сетап, ты же добиваешь его заранее написанным панчлайном.

Громче всего люди будут смеяться, решив, что ты шутишь с ходу. Написанный заранее материал для работы с залом создает эффект спонтанности и может стать кульминацией всего выступления. Более того, в материал выступлений, не подразумевающий работу с залом, можно привнести иллюзию спонтанности, включив туда общение со зрителями. Тогда покажется, будто ты переключился на что-то, что минуту назад случайно услышал от зрителя.

При работе с залом зритель озвучивает сетап, ты же добиваешь его заранее написанным панчлайном.

В качестве примера заранее подготовленной работы с залом приведу отрывок выступления Мэри Димино, моей бывшей ученицы и обладательницы премии «МАК»[15] за лучший женский стендап. Увидев Мэри, вы и не догадаетесь, что в самом начале своей карьеры она была невообразимо жирной. Это было настолько очевидным обстоятельством, что сначала она глумилась над своим весом и только потом переключалась на другие темы. Мы с Мэри решили воспользоваться этой темой при написании материала для работы с залом. Вот как это выглядело:

1. Задай простой вопрос. (Ласково и уважительно обращаясь к мужчине в первом ряду) «Сэр, вот ваша честность-то мне и нужна. Как вы думаете, я толстая?»

2. Слушай и наблюдай.

Теперь мы понимаем, что в ответ может прозвучать «да» или «нет». Если ответ был «нет», вот как бы продолжился разговор:

3. Повтори или перефразируй. «Нет!»

4. Отвечай. «Вы такой милашка». (Мэри садится на колени к мужчине и продолжает свой монолог.)

Если в ответ звучало «да», происходило вот что:

3. Повтори или перефразируй. «Да!»

4. Отвечай. (В гневе) «Ах ты, сукин сын, думаешь, можешь вот так просто заявиться сюда и назвать меня жирной? Вот ведь ублюдок».

Заставить людей смеяться можно на любом этапе работы с залом. Сам твой вопрос может вызвать смех. Когда Мэри просила честно ей ответить на вопрос: «Как вы думаете, я толстая?», это всегда вызывало смех в зале, потому что ответ был более чем очевиден. Зрители всегда смеялись, пока она слушала, потому что делала она это с выражением неоправданно обнадеживающего оптимизма. Она была словно ребенок, который вот-вот откроет невероятный, как ему кажется, подарок. Ее повтор ответа тоже всегда вызывал смех: она таяла от кокетливой нежности, когда повторяла «нет», и взрывалась в неистовом возмущении, повторяя «да» – было уморительно смотреть, как ее шокировал и злил единственно возможный честный ответ на подобный вопрос. Так, заранее прописанные четыре этапа вызвали раскатистый и гарантированный смех категории «А».

Комикам, которым прекрасно удается экспромт, работа с залом позволяет использовать свой дар. Джоан Кейтер, которая сейчас живет и работает сценаристом в Лондоне, начинала свой путь стендап-комика в Нью-Йорке. Ее сценический персонаж – крутая, вечно чем-то недовольная нью-йоркская самоуверенная мамзель с Нижнего Ист-Сайда, одетая всегда в черное. Мы с Джоан работали над материалом для работы с залом. Я дал ей задание: включить в выступление пятиминутный сет, 3 минуты из которых были заранее написанным материалом, а потом она должна была прерваться на двухминутную импровизацию в соответствии с четырьмя этапами. Начала она работу с залом с того, что задала мужчине в первом ряду безобидный вопрос «Откуда вы?». Пока мужчина отвечал, Джоан заметила, что он одет в старомодный французский берет времен 1950-х. Когда она доходила до третьего этапа, то, вместо того чтобы повторить его ответ, она делилась с аудиторией своими наблюдениями. Джоан описывала его берет так, что каждый в зале мог представить, что она видит.

Комикам, которым прекрасно удается экспромт, работа с залом позволяет использовать свой дар.

3. «Сэр, вижу, вы надели берет».

4. «Это чтобы только меня пораздражать или вы пытаетесь выбесить весь зал?»

Громкий смех.

В импровизированной работе с залом классно то, что иногда, после того как отыграешь сет, ты можешь придумать крутую ответную реплику, которая сразу не пришла тебе в голову там, на сцене. В «реальной жизни», конечно, у тебя не будет второго шанса использовать остроумный ответ, который пришел тебе в голову уже после того, как ты ушел с вечеринки или встречи, где было бы так круто им козырнуть. Во время работы с залом такая возможность есть всегда. Если в голову пришла превосходная реплика, сильно лучше той, что ты использовал с ходу, используй ее в своем следующем шоу.

Есть один нюанс, касаемый работы с залом. Если у тебя прослушивание в вечернее ток-шоу, например в «Ночное шоу», лучше не включать в свой сет работу с залом. Во-первых, камере будет сложно снимать и тебя, и того человека, которого ты выберешь в собеседники. Во-вторых, в таких шоу важно знать с точностью до секунды, сколько длится твое выступление. А работу с залом трудно просчитать по времени, потому что ответ зрителя на твой вопрос может оказаться непредсказуемым. Если правильно сформулировал вопрос – ответ будет кратким, но этого никто не может гарантировать. Ну и еще, любая импровизация в твоем выступлении может обернуться провалом, в отличие от проверенного материала, который раз за разом вызывал смех в зале. Одна моя талантливая студентка проходила кастинг в «Вечернее шоу». Решив на нее посмотреть, продюсеры пришли на выступление в клуб Improv в Лос-Анджелесе. К несчастью и по своей собственной глупости, она занималась только работой с залом. Вердикт продюсеров был таков: они так и не услышали того, с чем она могла бы выступить в рамках шоу. Шанс был упущен. Когда ставки высоки, используй проверенный временем материал.

Предупрежден – значит вооружен, дерзай!

Комедия пороков

Скупой, взбалмошный, пошлый, неврастеник, нетактичный, самовлюбленный, нетерпимый, бестолковый, придурковатый – эти слова описывают человеческие недостатки. Когда сценический персонаж комика является олицетворением каких-нибудь из недостатков, такой вид стендапа называется комедией пороков.

Существует два ключевых момента при создании такого стендапа. Комик, выступающий в этом жанре, не должен знать о существовании своих пороков. Скупердяй не осознает, что он скуп, тупой не понимает, что он туп, и т. д. Стендапы Эми Шумер могут быть скабрезными – например, шуточки про то, как выглядят ее нестираные трусы. Но она знает, что это непристойно, потому нельзя считать это комедией пороков.

Если правильно сформулировал вопрос – ответ будет кратким, но этого никто не может гарантировать.

Второй нюанс таков: если недостаток оскорбительный, например нетерпимость, из материала должно быть ясно, что на нем специально сделан акцент, чтобы поглумиться. Его надо высмеять, а не принимать за реальную, пусть даже и противоречивую точку зрения. Иначе публика возненавидит такого комика.

Сара Сильверман – одна из самых искусных юмористов комедии пороков. Ее образ откровенно нетерпимый и нетактичный, и ей совершенно невдомек, что она этим грешна, а если ей намекают на подобное, это ее оскорбляет и озадачивает:

Я как-то встречалась с парнем, наполовину черным, и он бросил меня, потому что я чертова неудачница, сама не понимаю, как это вылетело у меня изо рта, такая я пессимистка – ох, неловкая ситуация вышла, – я сказала, что он наполовину белый. И он меня бросил. Сейчас, конечно, это просто смешно, но, оказалось, нужно быть предусмотрительнее. Сейчас-то мне совершенно ясно, почему он послал меня: да у него просто низкая самооценка. Понимаете? С этим тяжело тягаться. У всех есть такие знакомые, которые, ну вот что им не скажи, они перевернут и услышат все в самом негативном ключе. Понимаете, о чем я? А он? Да я ему комплимент отвесила, так? Другими словами, я предположила, что он был бы люксовым рабом. В старину ведь. Не сейчас же. И что же он сделал? Это все проходит через чудаковатую машину самооценки Руба Голдберга[16], долетает до его ушей, и он слышит что-то херовое. Уж тут я бессильна. Я не могу контролировать то, что ему там слышится. Придется научиться себя любить. До того, как я смогу перестать ненавидеть эту братию. Всю целиком.

Подача этих шуток и образ непроходимой тупицы делают очевидным тот факт, что Сара Сильверман предлагает нам посмеяться и над ней, и над ее спесью. Если бы присутствовал хотя бы малейший намек на то, что эти размышления – реальная точка зрения рассудительного человека, мы были бы слишком заняты своей ненавистью, и времени посмеяться бы не осталось

У комиков, которые предпочитают этот вид стендапа, в арсенале есть два вида оружия: они могут заставить аудиторию смеяться с ними и над ними. Как в случае с моей ученицей, актрисой и стендап-комиком Кейт Редвей. Ее порок вполне себе безобидный: девушку озадачивает то, что многие воспринимают как само собой разумеющееся. В этом замешательстве на Кейт находит озарение:

У комиков, которые предпочитают этот вид стендапа, в арсенале есть два вида оружия: они могут заставить аудиторию смеяться с ними и над ними.

Я больше в церковь не хожу, потому что они все еще читают Библию, а я ее уже прочитала. И потом, в Библии есть кое-чего, что я никак в толк не возьму.

Например, почему у Господа был всего один сын? Разве Иисус был такой занозой в заднице, что Господь сказал: «О, нет уж, одного, пожалуй, будет достаточно». В Библии не сказано, что Иисус был таким проблемным ребенком. И потом, Мария делала всю грязную работу. Расскажите ей про равноправие в браке! Почему Господь занимался всем чем угодно, только не помогал ей по дому? И давайте признаем: Господь – не самый заботливый отец. Он почти никогда не разговаривал с Иисусом. Зато постоянно трепался с Моисеем. «Я тут, в кустах, у меня тут с десяток предписаний, бери ручку, записывай». Я думаю, за всю свою жизнь Иисус задал Господу всего один вопрос: «Почему ты оставил меня?» А Господь и на него-то не ответил. А ведь это чертовски хороший вопрос.

Стив Мартин, юморист комедии пороков, один из самых успешных комиков. Он перестал выступать со стендапами в 1981-м по той же причине, почему «Битлз» перестали давать живые концерты в 1966-м: его не было слышно даже через мощную звуковую систему стадиона, потому что восторженные поклонники вопили все выступление. Такая фанатская одержимость уничтожила успешную карьеру стендапера.

Сценический образ Мартина был пародией на разностороннего артиста шоу-бизнеса. Он делал все: был комиком, пародистом, фокусником, танцором и певцом. Самое поразительное, что он не был способен ни на что из вышеперечисленного. У его шуток часто не было явных панчлайнов, пародии напоминали лишь его самого, а когда он танцевал, складывалось ощущение, что его бьет током. Когда он показывал фокусы, ничего в итоге не получалось, а если и получалось, то выходило из-под контроля. Когда он скручивал животных из воздушных шариков, они не то что на животных не походили, они получались такими бесформенными, что и шарики-то едва напоминали. Сам же он слепо игнорировал свою неумелость и явно считал себя самым изысканным, самым улетным, самым сексуальным, самым крутым эксцентричным артистом, когда-либо ступавшим на сцену. Это и была его комедия пороков.

Вот отрывок из стендапа Мартина на тему того, как он знакомится с девушками:

А так я знакомлюсь с девушками. Секрет в том, что я круто выгляжу. Самое важное – это превосходный подкат: у тебя в руках напиток, подходишь к девушке и начинаешь (он «изысканно» отпивает из своего стакана, небрежной походкой подходит к девушке):

– Сам-то я зашибаю огромные деньги. (Делает еще глоток и смакует его) Я участник рынка ценных бумаг, если что. (Огромная самодовольная улыбка) Не уверен, разбираешься ли ты в ЦЕННЫХ бумагах или нет, но если ты в теме, то это ты оценишь… я купил картон, когда он стоил еще 14 центов за тонну. (Невероятно довольный собой, делает еще глоток и смакует его) Сейчас он подскочил аж до 16 центов, так что… (Невообразимо доволен собой) А я же купил-то 3 тонны, так что выходит… (Закрывает глаза, пытаясь подсчитать в уме. Долгая пауза. Делает еще глоток) Ну прикинула, да? Ага, вот взял тут себе новую машину, считай, есть повод для гордости. (Большая самодовольная ухмылка) Ну знаешь, как бывает, когда берешь себе новую тачку, никак не дождешься, чтоб выбраться на ней куда-нибудь… это имиджевая машина: автобус компании «Грейхаунд» 1965 года. Я в него сильно вложился: новую наклейку собаки на борт приклеил. Знаешь, что самое крутое ПОМИМО того, что в нем можно перевозить 30 тонн багажа? Катая девушек, можно предложить: «Не хочешь переместиться на заднее сиденье»? И у тебя будет где-то 30 попыток.

У образа Стива Мартина был комедийный архетип – идиот. Он имел огромный успех у своего поколения. (Первый фильм, в котором он снялся и был соавтором сценария, так и назывался – «Идиот».) Джерри Льюис был лучшим идиотом своего времени. Ларри Дэвид в сериале «Умерь свой энтузиазм» был прекрасным идиотом нового тысячелетия. Его из колеи выбивало то, что остальных лишь слегка и недолго раздражало. Он придавал глобальный характер самым банальным вещам. Создавал много шума из ничего. Он бы не стал ничего игнорировать. Он вцеплялся, словно собака в кость. Как заноза в заднице. За это мы его и любим.

Зрители обожают комиков, выступающих в жанре комедии пороков, отчасти потому, что их уязвимость настолько очевидна. Они даже не пытаются скрыть свои пороки, так как не осознают, что они у них есть. Потому персонаж получается такой человечный и узнаваемый. Боже, ему никогда не нравится, за какой столик его сажают в ресторанах. Ну прямо как мой дядя Чарли! А еще зрителям нравится чувство превосходства над комиками с пороками: мы знаем их лучше, чем они сами себя.

Зрители обожают комиков, выступающих в жанре комедии пороков, отчасти потому, что их уязвимость настолько очевидна. Ой.

Если хочешь двигаться в направлении комедии пороков, ступай смело на этот путь. Ты идешь верным курсом.

Комедия персонажей

Если в стендапе сценический образ чрезмерно приукрашен, это уже комедия персонажей. Этот вид отличается от акт-аута. Когда Ричард Прайор изображает других героев своего рассказа, например владельца гангстерского клуба или футболиста Джима Брауна – это акт-аут. Но вот Гилберт Готтфрид, наоборот, всегда предстает перед зрителями в выдуманном им амплуа. Каждый раз, когда он выходит к публике, он перевоплощается в своего персонажа. Будучи гостем на ток-шоу, он в образе. Если он озвучивает рекламу или фильм, то делает это голосом своего персонажа. Все его творчество – сплошь выступления в этом амплуа. Вот что такое комедия персонажей. Зрители знают, что этот персонаж существует только на сцене. Подобный сценический образ не похож ни на одного реального человека. Он явно выдуманный. Пи-Ви Герман, Стив Мартин, Джеки «Момс» Мейбли и временами (объясню чуть позже) Энди Кауфман могут служить примером этого вида стендапа.

Обычно, когда вы читаете материал комиков, у вас складывается хорошая, хоть и неполная картинка относительно того, что происходит. Их сценический образ и эмоции ярко отражены в словах, которые они произносят со сцены. Чего не скажешь о комедии персонажей. Этот вид стендапа преимущественно реализуют визуальными факторами: то, как комик выглядит, что на нем надето, какая у него стрижка, какое он производит впечатление и что делает на сцене. Тут скорее важно не ЧТО он произносит, а КАК.

Зрители знают, что этот персонаж существует только на сцене.

То, что вылетает изо рта Гилберта Готтфрида, намеренно выдается за банальные, старомодные, а частенько еще и похабные шуточки:

Домовладелец показывает семейной паре потенциальную квартиру. Муж смотрит наверх и говорит: «Секундочку, в этой квартире нет потолка». На что домовладелец отвечает: «Да подумаешь, соседи сверху не так уж часто тут и шастают».

Если бы мы судили о Гилберте Готтфриде, лишь читая его материал, мы бы решили, что он графоман. Но это не так, он смешной и оригинальный. И делает его таким придуманный им персонаж. Он не разговаривает с нами, а надрывает глотку. Он не смотрит на нас, а косится, словно ему невыносимо больно. Он агрессивен. Мы его раздражаем. Это наша вина, что ему приходится выкрикивать свои шутки, ведь если он их будет рассказывать спокойно, до нас просто не дойдет. Чем хуже эти шутки, тем сильнее мы смеемся, глядя на его изнурительные попытки донести их до нас.

Пи-Ви Герман – по-детски непосредственный персонаж, созданный Полом Рубенсом. Его коронная остроумная ответочка «Ты-то понятно, а я?» была в ходу в начальной школе где-то в 1950-х. Его игра – смесь комедии персонажей и комедии реквизита. В этом виде стендапа все шутки связаны с подручными предметами. Так, на шоу у Леттермана на Хэллоуин он вышел в костюме дьявола, полез в сумку и достал детское голубое платьишко. На немой вопрос Леттермана Пи-Ви объяснил: «Дьявол в голубом платье», что было отсылкой к рок-н-ролльному хиту Митча Райдера. Как и у Гилберта Готтфрида, шутки Пи-Ви заведомо неудачные. Комедия заключается не в словах, а в самом персонаже. Это карикатурный, непосредственный человечек в сереньком костюме и красной бабочке, с тонким детским голоском и маниакальным смехом, иногда он пользуется помадой, может быть милым, но внезапно способен превратиться в сорванца. Он таскает с собой сумку с игрушками, одеждой, забавными безделушками и другой ерундой и шутит про этот хлам. Что еще важно, он, словно ребенок, придумывает и погружается в собственные миры, и они становятся его детской игровой площадкой. И нас приглашают поиграть. Но он, словно тот мальчишка – хозяин мячика, дает нам понять: раз мяч его, то и правила за ним. Он, может, и ведет себя глупо и непосредственно, но все равно он тут главный. Его выступление не ограничивается одними лишь шутками. Нам выпадает возможность вернуться в детство с Пи-Ви. А это увлекательно.

Энди Кауфман был мастером комедии персонажей. Ну, по крайней мере, я более чем уверен, что так и было. Я так говорю потому, что у Энди Кауфмана больше, чем у какого-либо другого комика, стиралась та самая грань между реальностью и игрой. Порой сложно было сказать, играет ли он или что-то обескураживающее происходит в реальности.

Продюсеры передачи Saturday Night Live так и не смогли это понять, когда он проходил пробы. Нерешительно запинаясь вначале, он продолжил проникновенным чтением текста песни «Парк МакАртур», известной своим слезливым и претенциозным текстом. Вот припев:

Кто-то под дождем оставил пирог,

Не думаю, что взять его я бы смог.

Его так долго пришлось выпекать,

И рецепт мне потом где же взять?

Когда Кауфман читал эти бессодержательные строки, он выглядел так, словно ему доверили что-то важное. Когда он закончил, у него на лице отразилась победоносная и совершенно непосредственная улыбка. Он ничего не сказал, но выглядел так, словно думал про себя: «Я это сделал! Вам понравилось?» Человек, проводивший прослушивание, так и не смог понять, что он только что увидел – комедийное выступление или странного чувака, который каким-то образом попал на пробы и не понимал, что все то, что он только что исполнил, невольно вышло уморительным. Кауфмана попросили повторить все это. Тогда он спросил: «Точно так же?», ему ответили: «В точности, если получится». Кауфман проделал все то же самое, повторив свое неуверенное скомканное начало. Все его прослушивание целиком – не только часть с песней, но и когда казалось, что он общается с организаторами – все это было постановкой.

Кауфман придумал персонажа, страшно волнующегося и неуверенного в себе, но которому в итоге удалось набраться смелости и выступить. Он превращал свои номера в ожесточенную борьбу за жизнь. В своем легендарном выступлении первого выпуска Saturday Night Live он должен был под фонограмму исполнять песню из мультфильма «Могучая мышь». Собственно, исполнить-то нужно было лишь строчку: «А вот и я спешу помочь», которая всего дважды повторяется в почти двухминутной песне. Большую часть времени он просто стоял и с волнением ожидал момента, когда придет его черед. Его руки были напряжены. Они нервно подергивались. Его лицо было суровым и сосредоточенным. Он производил впечатление человека, который понимал, что облажается, если не будет крайне внимательным. Он мог вступить слишком рано или не начать вовремя. Он мог опростоволоситься. Полный провал был весьма вероятен. Он выглядел так, словно у него это все стояло перед глазами. Когда пришло время открывать рот под фонограмму, он собрал все свое мужество в кулак, будто бы перевоплотился в уверенного супергероя Могучую Мышь. Как только он закончил свою строчку, волнение тут же вернулось, и парень продолжал сосредоточенно готовиться вступить во второй раз. Такие резкие превращения из взволнованного артиста в уверенного героя Могучую Мышь были уморительными, вызывая взрывы хохота. Энди Кауфман превратил пение пары строчек из мультика под фонограмму на дешевом проигрывателе в вопрос жизни и смерти. И когда он проходил это испытание, аудитория безумствовала: он выжил!

Кауфман использовал комедию персонажей, чтобы разыграть странные на первый взгляд ситуации, которые по сути оказывались затяжными приколами. Было смешно смотреть, как он, или тот, кто оказывался с ним на сцене, или зрители реагировали на его нелепости. Его нервозность была сетапом. То, как он с ней справлялся, – панчем. Именно это происходит на утреннем шоу у Дэвида Леттермана. Кауфман выходит, видно, что парень сильно нервничает. Он пожимает Дэвиду руку, садится, и у него начинают течь сопли. Он вытирает нос, но сопли все равно текут. На крупных планах это отчетливо видно. Дэйв пытается вести интервью, но сопли у Энди все текут, и он слишком подавлен, чтобы что-то поделать. Зрители смеются. Он боязливо на них косится. Почему они смеются? Это было частью образа персонажа Кауфмана: он не понимал, почему люди смеются, когда он такой «искренний». Дэйву нужно что-то предпринять – у него не может сидеть гость, у которого из носа течет слизь. Он предлагает Энди салфетку, и кажется, что сейчас-то вся неловкость исчезнет. Но все только начинается.

Беседа на ток-шоу предполагает рассказы гостей о своих последних проектах. Поэтому, когда кажется, что проблема с носом решена, Дэвид спрашивает Энди о предстоящих проектах. Тот отвечает, что ничего не предвидится. И теперь им попросту не о чем говорить. Дэвид прерывает неловкое молчание, приглашая Энди выступить «кое с чем», что он приготовил. Энди встает со стула и проходит в концертную зону сцены. Он начинает с длинных, искренних, унылых и несмешных благодарностей Дэвиду за то, что его пригласили на шоу. Сопли больше не текут – но начался кашель.

Зрители смеются. Энди озадаченно и с обидой смотрит на них. Он продолжает рассказывать, кашляя, как лишился работы, как жена ушла от него, забрав детей и все сбережения. Зрители смеются. Энди просит их перестать.

Его нервозность была сетапом. То, как он с ней справлялся, – панчем.

Получается, из-за волнения Энди Дэвид оказался в неловкой ситуации, где ему не о чем беседовать с гостем. Зрители шоу также попали в затруднительное положение, не понимая, смеяться им или нет. Это смешное выступление или это все по-настоящему и невыносимо грустно?

Потом Энди просит у зрителей денег. И люди действительно начинают давать ему их, пока охрана не выводит его из зала. Не было сказано ни единого смешного слова, но смех в зале не смолкал, за исключением того момента, когда он просил аудиторию не смеяться и зрители решили, что он это всерьез.

Это комедия персонажей. Выступление Кауфмана не содержало шуток. Оно состояло из розыгрышей. Всем, кто становился свидетелем этого шоу – зрителям или профессионалам, с которыми он работал, – сразу сложно было сказать, иллюзия это или реальность.

Иногда Кауфман представал перед публикой в амплуа другого персонажа: Тони Клифтона, низкопробного артиста баров Вегаса, чье женоненавистничество было настолько очевидным, что у него нередко случались потасовки с дамами прямо в зале. В шутку. Но несмотря на то что Кауфман выступал в амплуа двух персонажей, он все равно считался юмористом комедии персонажей. А все потому, что он отказывался признавать себя Тони Клифтоном. В реальной жизни, например, он заставил своего менеджера Джорджа Шапиро заключить контракт именно с Тони Клифтоном, чтобы тот появился в нескольких эпизодах ситкома Кауфмана «Такси». Кауфман прикалывался и на сцене, и за ее пределами. Он из тех комиков, для кого «весь мир – театр».

В какой-то степени все комики продумывают сценический образ человека у микрофона.

В какой-то степени все комики продумывают сценический образ человека у микрофона. Иногда они переносят на сцену свои реальные черты. А иногда, как в комедии персонажей, это сплошь вымысел. И пока это вызывает беспрерывный смех, ты можешь быть у микрофона кем угодно. Разве это не круто?

Юмор на грани

Когда не следишь за языком, говоришь на темы, которые не принято обсуждать, используешь лексику, которую не услышишь в приличном обществе – это и есть юмор «на грани». Работать в этом стиле стремятся миллионы комиков, но добиться такого стиля становится все сложнее. И вот почему: мы живем в век, в котором «все идет в ход». Разве осталось то, о чем говорить не принято?

Когда-то секс был запретной темой. В 1927-м в Нью-Йорке на бродвейскую пьесу «Секс», где сценаристом и главной звездой была легендарная Мэй Вест, была устроена полицейская облава. В пьесе не было ни голого тела, ни ругательств, ни постельных сцен. Одного того, что название пьесы было «Секс», а среди персонажей фигурировали проститутки и сутенеры, хватило, чтобы к Вест и ее труппе заявилась полиция. Ее признали виновной в попрании моральных ценностей и приговорили к 10 дням тюремного заключения. (Мэй выпустили досрочно через два дня за хорошее поведение – собственно, за то, чего она старательно избегала на своем творческом пути.)

Мы живем в век, в котором «все идет в ход». Разве осталось то, о чем говорить не принято?

В 1968 году Ленни Брюс был арестован за непристойное поведение в Сан-Франциско, после того как употребил слово «хуесос». В том же году его арестовали в Лос-Анджелесе за слово «поц», что значит «член» на иврите. Аресты не прекращались. В 1964 году копы под прикрытием попали к нему на выступление и арестовали за непристойное поведение. Его судили, признали виновным и отправили в тюрьму на четыре месяца. Он подал апелляцию, но умер до того, как она была рассмотрена в суде.

Ох, друг мой, как же изменились времена.

В 2011-м на Бродвее вышла пьеса «Мудила в шляпе». Текст был просто потоком нецензурной ругани. У пьесы шесть номинаций на премию «Тони», включая «Лучшую пьесу». Единственным намеком на сомнения относительно лексики стала цензура заголовка в рекламе, где его печатали «Му**ла в шляпе».

Сегодня в комедийных клубах по всей Северной Америке можно услышать шутки, в которых отборным матом описывают половые акты, и все это – нон-стоп весь вечер всю неделю, включая Рождество, Рош Ха-Шана[17] и Кванзу[18].

«Все идет в ход» – это не только про секс; это относится и к общественным, и к политическим проблемам, и к вопросам личного характера. В первой половине XX века расизм был запретной темой в индустрии развлечений. Отрывок выступления Сары Сильверман про ее афроамериканского бывшего парня, который я приводил в одной из глав, еще совсем недавно был бы немыслим в стендапе. Как и все выступление Лизы Лампанелли. Будучи Королевой Зла, Лампанелли налево и направо сыпет расистскими, сексистскими и гомофобными шуточками… Если в двух словах – достается всем.

Дамы, никаких претензий к вашим белым мужьям. Но трахнитесь хоть разок с черным; далась вам эта верность… Я со многими черными трахаюсь. Это моя тема. Но мне и выбирать-то не приходится. Я еще не похудела настолько, чтоб меня трахнул белый. Я для них тяжелая ноша, вот в чем проблема… Есть у нас тут кто с Ближнего Востока? Я просто ничего не чую. Вы здесь, вонючие засранцы? Ну они ж воняют. Когда уже эти таксисты поймут, что карри не дезик. «Достаточно сильный для мужчины, но создан специально для индийской принцессы».

Судя по аплодисментам, могу смело заявить, что у нас тут в первом ряду большой грязный гомик. Обожаю этих жопоебов, ага. Вы б его, ребята, видели, он гомик настолько, что срет «Скиттлзом».

К сожалению, такое пренебрежение политкорректностью вышло за пределы комедийной сцены, где все подается в сатирическом ключе, и перешло в политику, где цель – власть, а не веселье.

«Все идет в ход» – это не только про секс; это относится и к общественным, и к политическим проблемам, и к вопросам личного характера.

Вот шутка Лампанелли про испаноговорящее население:

(Обращаясь к латиноамериканцу в зале.) Обожаю этих латиносов. Всегда хотелось потрахаться с этими мелкими выблядками. Но мои родители – старые добрые итальянские расисты. Помните, как в пословице: «К латиносам пойдешь – родителей с ума сведешь». Ведь начнешь подворовывать.

А вот что Трамп сказал о мексиканцах, когда объявил, что выдвигает свою кандидатуру на пост президента:

Когда приезжают люди из Мексики, приезжают далеко не самые лучшие. Не такие, как вы, к нам приезжают. И не такие, как вы. Приезжают люди, у которых куча проблем, и они тащат эти проблемы с собой. Они привозят наркотики. С ними приходит преступность. Они насильники. Хотя некоторые, как мне кажется, все же неплохие.

Многие считают, что выступления Трампа – расистские, его слова угрожают и тем, о ком он говорит, и американской демократии. Естественно, его речи ставят под угрозу и выступление Лизы Лампанелли. По шкале резкости то, что говорит Лампанелли про латиносов, меркнет по сравнению с высказываниями Трампа. Стало сложно привести публику в восторг своими озорными провокациями, после того как президент Соединенных Штатов высказался гораздо более оскорбительно.

Вот она – палка о двух концах в юморе на грани. Как можно развлекать публику, выходя за рамки того, что считается приемлемым, когда, по всей видимости, никаких границ не осталось в принципе. Луи С. К., которого приводили в бешенство собственные дети в одной из глав выше, в эфире шоу Saturday Night Live хохмил про то, что педофилия, должно быть, хороша, если люди идут на риск загреметь в тюрьму. Если шутку про педофилию показывают на телевидении, разве мы не достигли дна?

К счастью, ответ – нет. У юмора на грани всегда есть будущее. Чтобы понять, почему, заглянем в прошлое. Десятки лет назад стендап существовал в гораздо более консервативном обществе. В отличие от современных артистов, в те времена комики рисковали карьерой, а иногда и жизнью, если касались провокационных тем и использовали ненормативную лексику. Они считали несправедливость и предрассудки недопустимыми и выражали свой протест в юмористичной форме.

Лоретта Мэри Айкен, афроамериканская юмористка комедии персонажей, была пионером юмора «на грани». Она придумала персонажа Джеки «Момс» Мэйбли и выступала со стендапами в роли Момс пятьдесят лет, с 1920-х по 1970-е. Артистка выходила на сцену в домашнем халате и в болтающемся вязаном чепчике, обращалась к зрителям «дорогие детки» и казалась беззубой.

Однако хватка у нее была еще та. Она рассуждала о женской сексуальности и расизме, когда обе эти темы были запретными. Из-за сиплого голоса, плохой дикции (якобы из-за недостающих зубов) и сильного уличного говора приходилось вслушиваться в то, что говорит Момс. Но твои усилия окупались с лихвой шуточками, которые никто из ее современников не осмеливался произносить со сцены.

У юмора на грани всегда есть будущее.

Ее остроты про сексуальные потребности и желания звучали в эпоху, когда большинство не хотело признавать, что у женщин они вообще могут быть. Именно поэтому слышать такое от престарелой беззубой черной женщины было особенно провокационно:

Помогите мне пережить эту ночь. Если протянете хотя бы полчаса, меня устроит.

Не надо меня целовать, возможно, вы начинаете то, что не сможете закончить.

В те дни мужчина запросто мог появиться в обществе с юной девушкой или распинаться о том, что хочет девушку помоложе. Но женщина и подумать не могла про отношения с мужчиной младше себя. Вот что по этому поводу говорила Момс:

Знаете, Момс обвиняли в том, что ей нравятся молоденькие мужчины. И я виновна, признаю. Старики меня не волнуют. Передайте мне лучше весточку от молодчика. Это все, что мне светит.

Если увидите, как меня лапает старикан, это, по-любому, легавый.

А вот совет Момс всем старикам, которые хотят секса:

Выходите из игры, раз ничего от вас больше не зависит.

В отличие от своего персонажа, Лоретта Мэри Айкен была лесбиянкой. И, в отличие от многих своих современников и в шоу-бизнесе, и за его пределами, она этого не скрывала. Лоретта одной из первых начала писать про гомосексуалистов.

Два паренька шли по улице, встретили третьего и говорят ему: «Ох, королева». Тогда он обернулся и с первого удара вырубил одного из парней, сказав второму: «Когда он очнется, передай ему, что никакая я не королева. Мои родители еще живы… Я принцесска».

Желая иметь единую и сплоченную аудиторию, комики не выражают (и никогда прежде не выражали) неприязнь только к одному определенному региону. Если ты чернокожий артист в Америке середины XX века, последнее, что тебе придет в голову, это оскорблять южан: до 1960-х годов черных там просто линчевали. Ради своей карьеры и личной безопасности не шути про южан. Если только ты не Момс.

Это не преступление – быть родом с юга. Преступление – возвращаться туда.

…Как-то мне пришлось вернуться домой. Пришлось вернуться в те места. Народ там просто ужасный… Там опасно, детка. О да, места суровые. Клянусь, там все уверены, что мы должны их слушаться. Делать, что они скажут. Как-то мимо проходила парочка старых ку-клукс-клановцев, и мне крикнули: «Мамаша!» А я им: «Никакая я не мамаша, черт бы тебя побрал! Только Момс! Не знаю я ниче ни о какой хижине. Не видела ни одной. Вот такой вот раскол в пригородах, прикинь». Ага, один старикан клановский попросил поменять ему постельное дерьмо… в смысле белье. Я такая: «Я этой херней не стану заниматься. Совсем поехавший?» Сам пусть меняет себе все. Я сбежала оттуда. Из-за этих кровожадных псов я бежала, словно шавка, села на автобус и свалила.

Момс Мэйбли использовала юмор, чтобы обличать и высмеивать расизм всякий раз, когда имела с ним дело. В 1960-е своим выступлением в Филадельфии она на пять десятилетий предвосхитила движение Black Lives Matter[19]. В те времена отмененная судом школьная сегрегация вызвала расовые волнения по всей стране. Номер начинался с рассказа о том, как ее оштрафовал филадельфийский полицейский просто за то, что она стояла в белом квартале. На довод о том, что она не сделала ничего плохого, полицейский сказал, что задерживает ее за переход улицы в неположенном месте. Занервничав, Момс достала жвачку, а когда выбросила обертку, ей еще выписали штраф за то, что она мусорит. По дороге в участок они проходили пекарню, и полицейский разрешил Момс туда зайти и купить чизкейк:

Я без ума от чизкейков. Когда я вошла, там все жевать перестали и уставились прямо на меня. Я им сказала тогда: «Не парьтесь, я не собираюсь в школу с вами ходить, просто чизкейка захотелось. Вот и все».

В этой теме у Момс не было неприкасаемых ни среди регионов, ни среди людей:

Цветной паренек идет по улице и встречает еще одного цветного. А тот весь побитый. Тогда он спрашивает: «Чувак, что с тобой стряслось? Ку-клукс-клан? Местный совет белых? Кто тебя так отделал?» А тот ответил: «Нет, мужик. Свои меня так». – «А за что они тебя избили?» – «Да я продал дом пуэрториканцу».

До Момс Мэйбли выступления некоторых комиков, например Уилла Роджерса и Боба Хоупа, тоже изобиловали остроумными и смешными политическими шуточками. Но только они были безобидными.

Я не состою ни в одной политической партии. Я демократ.

…Чем больше изучаешь политику, тем больше убеждаешься, что одна партия хуже другой. Уилл Роджерс

Мне нравится бывать в Вашингтоне. Словно я навещаю свои деньги… В Вашингтоне так холодно, что политики запускают руки в карманы. Боб Хоуп

Момс Мэйбли своими шутками копала под власть Соединенных Штатов гораздо глубже, чем кто-либо до нее. Она использовала стендап в совершенно новых целях – открыто говорить о женской сексуальности и выступать против самого смертного греха нации, расизма. Именно поэтому Момс Мейбли – матерь юмора на грани. Ленни Брюс – его отец.

Национальная слава настигла стендап-комика Ленни Брюса в 1950-х и 1960-х. Причем он всего добился, не пользуясь благами фабрики звезд – телевидения. Там он был в черном списке. Артист был слишком провокационным, чересчур чумовым и похабным для телевидения. Хью Хефнер пригласил его в свое телевизионное эстрадное шоу «Ночной плейбой», а Стив Аллен – в свое «Шоу Стива Аллена». На этом все. Выступая в клубах и концертных залах, он заработал себе репутацию и дурную славу. Как и у Момс, его выступления касались того, чего не касался никто прежде. В своих шутках он противостоял лицемерию столпов общества, включая политиков и религиозных деятелей. Плюс ко всему он прославился тем, что открыто высмеивал всю мерзость и нелогичность негативного отношения общества к сексу.

В десятом классе средней школы Макмаронека я как-то прогулял целый день, чтобы побывать на выступлении Ленни Брюса в Нью-Йорке. Это было самым авангардистским представлением из всех, что я видел. Оно сбивало с толку. Я чувствовал то, чего никогда раньше не испытывал одновременно: мне было и смешно, и страшно. Я смеялся над остроумными шутками, хотя мне было не по себе. Он шутил о вещах, о которых даже говорить было не принято: о мастурбации и Кресте Господнем. (Позже в суде Ленни будет отрицать, что выступал с материалом, который я слышал своими ушами. Помню, я тогда очень расстроился. Он открещивался от великолепного представления.)

Вот цитата Ленни по поводу отношений католической церкви и евреев. В 1965 году Ватикан опубликовал документ, в котором говорилось, что отныне нельзя в смерти Христа винить весь еврейский народ. Убеждение, что евреи были (и остаются до сих пор) ответственны за акт богоубийства, наполнило Европу антисемитизмом и положило начало нацистскому холокосту. Ленни же считал, что, сняв с евреев вину в этом преступлении, церковь все равно продолжала считать их виновными. Вот что он сказал:

Последнее время ходит много споров, убивали евреи Христа или нет. Хочу прояснить раз и навсегда. Мы его убили. Если он вернется – мы сделаем это снова.

Черной женщине нужно иметь мужество и принципы, чтобы шутить про расизм. Еврею нужно иметь мужество и убеждения, чтобы шутить про христианский антисемитизм.

В 1960-х Ленни стал мишенью для полицейских арестов за непристойное поведение. Стресс от постоянных задержаний и его наркозависимость привели к творческому упадку и завершению карьеры, а вскоре и к преждевременной смерти от передозировки морфием в 1965 году.

Христиане убеждены, что Христос умер за наши грехи. Комики должны знать: Ленни умер, чтобы мы могли грешить.

Сэм Кинисон продолжил дело Ленни Брюса. С середины 1980-х до самой смерти в 1992-м (ему было 38) его нападкам подвергались религия, политика и сексуальность. Перед тем как прославиться в жанре комедии, Кинисон был пастором-пятидесятником. В его выступлениях был слышен тот же «Гнев Божий», что и когда-то на проповедях. Смешнее и нахальнее всего выступления Кинисона были, когда речь заходила о христианстве. Получился просто невероятный стендап, когда он прошелся по Библии с точки зрения элементарной логики. В этом отрывке он затронул самую священную тему в христианском вероисповедании – воскрешение Христа:

Иисусу тяжко жилось. Читал я про этого парня. Иисус единственный мужик, которому удалось вернуться с того света и не напугать всех остальных до смерти. Он единственный, кому удалось выбраться из могилы, а люди даже не начали: «Аа! Аааа! Я ТОЛЬКО ЧТО ВИДЕЛ, КАК КАКОЙ-ТО ГОВНЮК ВЫЛЕЗ ИЗ СВОЕЙ МОГИЛЫ!! ГЛАЗАМ СВОИМ НЕ ВЕРЮ!!! ВЫ ЭТО ВИДЕЛИ?? ЧУВАК ВЫБРАЛСЯ ИЗ ЯЩИКА ПОД ЗЕМЛЕЙ!» Народ ведь должен был с ума сойти: «Ооо! ЖИВОЙ МЕРТВЕЦ! ЖИВОЙ МЕРТВЕЦ!» (Имитирует походку зомби и хрипит) «СРОЧНО НУЖЕН КОЛ – ВОТКНИТЕ ЕМУ КОЛ В ЗАДНИЦУ! БАШКУ ЕМУ СНЕСИТЕ! ЗАМОЧИТЕ ЕГО СНОВА!!!» Иисус возвращается – и никакого давления, никаких возмущений. Он никого не трогает. Он вылез наружу, бродит – никого это не беспокоит. С ним можно пообедать и все такое. (Изображает как два человека перешептываются) «Эй, а разве этот мужик не мертвый?» – «Да, мертвее не бывает, но он этого не признает». (Изображает Иисуса, который закатывает глаза и ест) «Масличко передайте… (Намазывает хлеб) На что они уставились?!»

Момс Мэйбли, Ленни Брюс и Сэм Кинисон своими выступлениями освещали путь к светлому будущему провокационного юмора. Объединяло их то, что мишенью своего творчества они выбирали самые опасные запретные темы своего времени. И поступали они так не только потому, что это было смело и смешно, но и потому, что искренне верили в искоренение несправедливости, изобличение абсурдности, ханжества и лицемерия среди могущественных и восхваляемых. Юмор на грани таким потрясающим делает тот факт, что за возмутительными шутками стоят сильные убеждения.

Сегодня, возможно, нелегко найти запретную тему, но, тем не менее, они есть и всегда будут. Присмотрись – и увидишь дьявола, цитирующего Священное Писание. Присмотрись – и увидишь то, что великий комедийный драматург Бернард Шоу увидел в своей эпохе: «Наша проблема не в том, что мы не можем жить в соответствии с нашими идеалами. Проблема в том, что мы как раз очень часто живем в соответствии с ними, но только многие из них развращенные и эгоистичные».

По-настоящему провокационный юмор заставляет зрителей столкнуться лицом к лицу с неудобной правдой о них самих и их образе жизни. Один из великих комедиографов всех времен, французский драматург Мольер наставляет нас:

Долг комедии – исправлять людей, развлекая их.

Выпьем за это, друг мой.

Особые формы выступлений

Помимо классического стендапа, в котором комик общается со зрителями, существуют особые разновидности этого жанра. Есть артисты, выступающие с реквизитом, есть юмористы, которые пародируют знаменитостей, есть те, кто использует фокусы в своих номерах, кто-то сопровождает свои выступления музыкой, бывают целые команды комиков и чревовещатели.

Юмор на грани таким потрясающим делает тот факт, что за возмутительными шутками стоят сильные убеждения.

Как и любые другие виды стендапа, эти элементы можно миксовать между собой или отдать предпочтение одному. Например, есть комики, которые могут включить в свое выступление пару-тройку пародий на знаменитостей, а есть Рич Литтл, чье выступление целиком состоит из пародий. Некоторые юмористы могут исполнить парочку песен в своем номере, а Виктор Борге, например, все выступление проводил за роялем.

Включая любые элементы в свой стендап, помни, что во время выступления могут возникнуть определенные сложности. Если ты используешь реквизит, тебе придется тащить его в клуб и найти место, куда пристроить его на сцене, чтобы он всегда был под рукой, если нужен, но и не мешал бы за ненадобностью. В большинстве клубов нет пианино, соответственно, если оно тебе понадобится, придется тащить свой синтезатор, а может, еще и усилитель. Заранее продумай все, что потребуется, и узнай, есть ли это в клубе, а если нет, сможешь ли ты это достать самостоятельно и настроить на месте.

Чтобы эти элементы оказались успешными, необходим реальный талант. Пародия, песня или фокус должны быть на высоте. Просто включить эти фишки в свое выступление не прокатит. Если надумаешь за такое браться – делай это хорошо.

Если будет казаться, что ничего путного у тебя не выходит, это тоже насмешит публику. Джек Бенни иногда включал в свой номер игру на скрипке. Он сначала напыщенно нахваливал свои способности, а потом отвратительно играл. Пока он выжимал из своей скрипки визгливый хрип, настолько фальшивый, что сложно было понять, что это вообще за мелодия, его лицо светилось от восторга. Если отключить звук во время просмотра видео, то увидишь виртуоза, млеющего от тех божественных звуков, что он издает. Но если включить звук, то перед тобой Джек, который игнорирует и то, насколько ужасно его творчество, и насколько жалок он сам. Плохая игра требует мастерства, а у Джека Бенни оно было. До того, как стать комиком, он был профессиональным скрипачом.

Пародия, песня или фокус должны быть на высоте. Просто включить эти фишки в свое выступление не прокатит.

Однако просто уметь делать что-то хорошо еще недостаточно для полноценного стендапа. Если ты поешь в своем номере, просто прекрасного пения не хватит, это должно быть смешно. Основной прием в стендапе – заменить текст известной песни. «Странный Эл» Янкович всю свою карьеру на этом построил. Вот, например, отрывок из переделанного им хита «Девчонки хотят веселиться». Он назвал его «Девчонки хотят пожрать»:

Я знаю, как любую девушку удовлетворить,

При виде моей кредитки они не в силах говорить,

Их возбуждает мысль в рот что-нибудь взять,

Ох, девчонки, как же они хотят пожрать…

Этим можно пользоваться, чтобы в зале не смолкал смех. В мастерски написанной песне каждая рифма может смешить публику. Такие рифмы могут вызывать смех в зале от шести до восьми раз в минуту. Это отличное соотношение.

У великого комика Берта Лара само пение выходило очень забавным. Посмотри, как он исполняет песню «Будь я королем леса» в фильме «Волшебник страны Оз». Текст глубокомысленный, но не веселый. Смешно то, как он поет. Это быстрые колебания и изменения высоты звука, благодаря чему обогащается звучание. Его вибрато охватывает весь диапазон и длится уморительно долго.

Если ты включаешь в стендап пародии, недостаточно просто поставить речь и перенять повадки знаменитости. Пародия должна быть смешной. Чтобы это получилось, можно гиперболизировать характерные вокальные или физические особенности человека. Например, благодаря своему заиканию актер Джимми Стюарт стал любимчиком пародистов. Чтобы пародия получилась комичной, можно также изобразить ситуацию, в которую знаменитость совершенно не вписывается. На прожарке Дона Риклза, профи оскорбительного юмора, Рич Литтл спародировал Риклза в роли президента Соединенных Штатов, приветствующего мировых лидеров в Белом доме на конференции по вопросам мира. «Президент» Риклз естественно умудрился оскорбить каждого из них:

Шейх Фейсал из Саудовской Аравии. Так, так, так, так, рад, что у вас получилось приехать. Надеюсь, смогли найти, где припарковать своего верблюда? Что ж, позвольте вам кое-что сказать. Говорю это от всего сердца. Вы самый мерзкий король из всех, кого я встречал.

Если ты выступаешь с партнером, просто смешных шуточек недостаточно. У вас должны быть забавные отношения, и всем должно быть понятно, почему вы вместе на сцене. Братья Смотерз были братьями, Джордж Бёрнс и Грейси Аллен – супругами. Дин Мартин и Джерри Льюис были лучшими друзьями, также как Дик Мартин и Дэн Роан. Мало того что отношения в принципе должны быть, они должны быть комичными. В перерывах между исполнением народных песен братья Смотерз всякий раз затеивали ожесточенную братскую вражду, в результате чего Том постоянно надувался, а фраза «Мамочкин любимчик» стала его коронной.

Грейси Аллен использовала комедию пороков, чтобы создать образ милой глупышки. Ее партнер, муж Джордж, обычно отвечал за сетап смешных реплик и помогал зрителям понять, что она имеет в виду.

Грейси Аллен: Подумать только, в магазинах сегодня были толпы народа. Я стояла в отделе обмена товара, а девушка отошла на обед, поэтому мы все вынуждены были стоять и ждать ее в очереди. Я была седьмой.

Джордж Бёрнс: Ну зато это твое счастливое число!

Аллен: Я спросила у стоявшей впереди меня дамы, что она меняет, и она сказала: «Мне нужно вернуть туфли моих детей. Они вон уже все в хлам». А я ей ответила: «Вам должно быть стыдно, что вы разрешаете своим детям так напиваться».

Бёрнс: Ну, думаю ее это впечатлило.

Аллен: Хм… а потом очередь продвинулась, и я стала шестой.

Бёрнс: Та девушка вернулась с обеда?

Аллен: Нет, женщина, что стояла передо мной, пошла в конец очереди.

Бёрнс: Конец очереди? Мне стоило догадаться.

Аллен: Потом передо мной оказался мужчина, у него была такая необычная внешность. У него на голове было столько волос, но все только по бокам, сверху ни одного. Я ему еще тогда сказала: «Боже, вы, наверное, неимоверно быстро росли, когда были ребенком. Волосы, похоже, за вами не поспевали».

Бёрнс: А ты умеешь завязать разговор!

Если хочешь использовать в стендапе фокусы, то и они сами, и их исполнение должны быть смешными. Стив Мартин, выступая на шоу «Потехе час с братьями Смотерз», показал известный трюк с парящим шаром. Обычно, исполняя такой трюк, фокусник показывает зрителям шар, после чего помещает его на подставку на столе. Накрывает шар платком и произносит «волшебные слова». После этого шар, чьи очертания можно рассмотреть под тканью, волшебным образом начинает подниматься. Фокусник вновь произносит «волшебные слова», и шар появляется, словно балансируя на кромке платка. После чего шар снова скрывается под тканью. Так продолжается до тех пор, пока фокусник не прикажет шару возвращаться на подставку. Что, собственно, и происходит.

Когда Мартин во время своего исполнения приказал шару вернуться на подставку, тот его не послушался и продолжал жить своей жизнью. Он не обращал на Мартина совершенно никакого внимания и продолжал улетать прочь от сцены, увлекая за собой беспомощного комика.

В исполнении Стива Мартина и сам фокус удался, и зрителям было смешно.

Чревовещание потребует от тебя мастерства сразу в нескольких сферах. Сам артист должен уметь говорить разными голосами и имитировать различные акценты. Также нужно уметь чревовещать, чтобы казалось, что голос исходит не от человека, а от куклы. Нужно научиться говорить не шевеля губами. Придется также поработать с изготовителем куклы, чтобы получился персонаж, чьи личные качества будут отражены в его внешности. Джефф Данэм – один из ведущих чревовещателей нашего времени. Его основной кукле, Уолтеру, даже говорить не нужно, чтобы мы поняли, что он – брюзга: уголки рта опущены вниз, он всегда нахмурен, а глаза недоверчиво прищурены, руки спрятаны под мышками в знак вечного недовольства. Также чревовещатель должен уметь обращаться с куклой так, чтобы она оживала в его руках. Научившись всему этому, артист создает живого персонажа, который становится его сценическим партнером.

После этого нужно написать комедию, которая бы явно отражала личность куклы. Шуточки Уолтера изобилуют негативом и осуждением. Сатирический материал, написанный для Ахмеда, Смертельного Террориста, еще одного персонажа Данэма, опирается на безуспешные попытки терроризировать людей:

Данэм: Добрый вечер, Ахмед.

Ахмед: Добрый вечер, неверный!

Данэм: Значит, ты – террорист.

Ахмед: Да. Я – террорист.

Данэм: А какой конкретно террорист?

Ахмед: Терроризирующий (водит глазами взад-вперед, пытаясь всех напугать) террорист. Тебе страшно?

Чревовещание потребует от тебя мастерства сразу в нескольких сферах. Сам артист должен уметь говорить разными голосами и имитировать различные акценты.

Данэм: Вообще-то нет.

Ахмед: ААРР… А теперь?

Данэм: Не-а, нет.

Ахмед: Ааа! АРРРРР! А сейчас?

Данэм: Нет.

Ахмед: Черт тебя побери! Ой, ой! Аллах тебя побери! (Зрителям) Тихо! Я вас убью! (Ахмед устрашающе смотрит на зрителей. Они же смеются и хлопают.)

Терри Фейтор – еще один виртуозный чревовещатель и пародист. Его кукла Мейнард Томпкинс уверена, что лучше всех в мире пародирует Элвиса Пресли. Он носит блестящий плащ, как у певца, и у него стрижка и баки, как у Элвиса. Вся суть шуток, связанных с Мейнардом, в том, что он не умеет петь, как известный певец. Он всем говорит, что так нервничает перед большим скоплением народа, что просто не может петь вслух, вот и все. Он убеждает нас, что пение в его голове – точная копия голоса Элвиса. Но нервы не единственная причина, почему он не поет песни Элвиса. Он просто ни одной не знает. Градус комедии повышается, когда Мейнард начинает все больше раздражать Фейтора. Заканчивается номер тем, что Мейнард, пародируя Элвиса, прекрасно исполняет попурри из его самых известных песен. До этого Мейнард постоянно говорил, что не знает песен Элвиса. Теперь же выяснилось, что он просто был не в курсе, что все эти песни – его. Фейтор блестяще сочетает мастерство чревовещателя, пародиста, певца и стендап-комика.

Если помимо таланта к стендапу у тебя есть еще какой-нибудь навык сценического артиста, можно включить его в свое выступление, доставив удовольствие самому себе и поразив публику. Помни, ключ к успеху – включать те фишки, в которых ты хорош, и исполнять их смешно.

Импровизация

В любом виде сценического искусства есть что-то, что кажется невозможным. На встречах-обсуждениях в театре, где зрители могут пообщаться с актерами после спектакля, самый часто задаваемый вопрос: «Как можно запомнить весь этот текст?» Оперные певцы выдают такой широкий диапазон мощных богатых звуков, что это кажется сверхчеловеческой способностью. Танцорам же словно отключают гравитацию. В стендапе кажется невозможным шутить с ходу вечер за вечером. Это словно магия какая-то.

Вообще-то это и правда сродни магии. Потому что, по сути, это фокус. Фокус в том, как подать заранее написанный материал таким, казалось бы, спонтанным, что зрители будут уверены: ты сочинил его вот сейчас, с ходу. Когда я только начинал изучать стендап, я каждый вечер приходил на выступления одного и того же комика в разных клубах, чтобы посмотреть, как меняется его выступление. Выяснилось, что оно не менялось. Помню одного артиста, выступавшего в клубе Improv в Нью-Йорке. В середине своего номера он сбился, потеряв нить повествования, и сказал: «Погодите минутку, помню, еще вам хотел что-то рассказать. А, точно!» После чего перешел к следующей шутке. Он выступал в трех разных клубах тем вечером, и в каждом из них, в этом же самом месте он проделывал эту штуку с «Погодите-ка минутку». Таким образом он создавал иллюзию того, что он невероятно уморительный парень, рассказывающий нам то, что придумал всего несколько минут назад. Хотя в действительности он воспроизводил заранее написанный текст, слово в слово. Я назвал эту технику «ушла мысля», когда артист создает иллюзию спонтанности, притворившись, что ему надо восстановить ход мысли. Когда у комика платка[20] в крутом клубе, он выступает с заранее заготовленным материалом. Он может импровизировать лишь чуть-чуть, и то если он и вправду хорош в этом деле. Может показаться, что он все время просто болтает и сыплет шутками. Но на самом деле он выступает с обкатанным материалом, который стабильно вызывает громкий смех в зале. Если клуб тебе платит за выступление, а зрители платят, чтобы тебя увидеть, нельзя рисковать и импровизировать весь номер. Непроверенный материал может зайти с переменным успехом. Такое случается со всеми, даже с самыми известными артистами и авторами.

Но есть местечко, где можно понаблюдать, как профи импровизируют весь номер – в клубах, где обычно выступают неплохие комики местного пошиба, а не знаменитые хедлайнеры. Когда артист с громким именем появляется в таком клубе, его выступление не анонсируют. Тот факт, что им никто не платит, дает им право импровизировать и обкатывать новый материал. В топовых клубах им платят большие деньги за то, что у них постоянно получаются потрясающие шоу. Если ты новичок, можешь опробовать новый материал на шоу «открытый микрофон» или на занятиях по стендапу.

Я назвал эту технику «ушла мысля», когда артист создает иллюзию спонтанности, притворившись, что ему надо восстановить ход мысли.

Но есть одно исключение из правила не импровизировать весь номер на платном выступлении. Имя ему Джонатан Уинтерс. Его способности выходят за рамки человеческих возможностей. Он словно не от мира сего. Под словом «сего» я имею в виду планету Земля. Вбей на YouTube в поисковике Jonathan Winters The Stick. Ты увидишь его импровизационный четырехминутный сет на национальном телевидении. Это просто неописуемо смешно. (Это значит, что надо отдать ему должное и не описывать его.) Поэтому сейчас же иди и посмотри его. Я подожду. Вперед.

Джонатан Уинтерс – единственный комик из всех, кого я знаю, кому удалось прославиться и оставаться знаменитым, занимаясь импровизацией. Но, скорее всего, перед своим телевизионным дебютом ты не будешь стоять за кулисами перед выходом и гадать, что бы такого сказать зрителям.

Импровизация – это не тот вид стендапа, с которым принято выступать в клубах. Однако именно так и зарождается комедия. Тебе внезапно приходят на ум смешные шутки, и ты их озвучиваешь, а ведь именно так и формируется черновик. Это подводит нас к следующей части книги.

Импровизация – это не тот вид стендапа, с которым принято выступать в клубах. Однако именно так и зарождается комедия.

Часть III

Руководство по созданию материала для стендап-комедии

Прежде чем браться за черновик

Теперь, когда у тебя сложилось представление о различных видах стендап-выступлений и стало понятно, как другие комики адаптируют под них материал, пришла пора приниматься за свой собственный. В следующих трех главах я объясню, как протекает процесс написания материала. Это нужно, чтобы твой текст:

• Был оригинальным.

• Имел твой характерный комедийный голос.

• Был лаконичным и емким, чтобы постоянно вызывать смех в зале.

Начнем по порядку. Шаг первый.

Поверь в то, что ты – автор комедии

Меня постоянно спрашивают: «Я частенько веселю друзей, но это же не значит, что я могу написать комедийный стендап, правда?» Отвечаю: запомни, каждый раз, когда окружающие смеются над твоими шутками, ты слагаешь устный комедийный стендап. Люди пишут стендап-комедию ручками, карандашами, на клавиатуре, словами. Все способы хороши. Единственное отличие устного творения в том, что потребуется дополнительный шаг. Тебе или кому-то другому придется записывать то, что ты говоришь. Поэтому неважно, касается ли карандаш бумаги или пальцы стучат по клавиатуре, – если люди смеются, ты автор комедии.

Порой те, кто никогда прежде не сочинял комедию, считают авторов-сатириков волшебниками, обладающими магическими чарами, недоступными простым смертным. Это не так. Для человека, знающего, как рассмешить людей, написание комедии – работа, и только. Чем усерднее трудишься – тем лучше получается. Я верю в принцип: талант – это труд, а гениальность – одержимость работой. Скажу еще кое-что: считай, что «автор комедии» – это шляпа, надень ее и носи.

Лови свое чувство юмора

Следующий шаг в качестве автора комедии – научиться ловить свое чувство юмора. Раньше, не прочитав эту часть, ты бы рассказал своим друзьям что-нибудь смешное, они бы посмеялись, и на этом бы все закончилось. С этим покончено. Юмор слишком ценен, чтобы с ним так обращались.

Позволь, приведу пример того, насколько он может быть ценен. Однажды я разговаривал с инвестором высокобюджетных голливудских комедий. Я спросил, есть ли у него какая-нибудь система, помогающая определить, в какие фильмы вкладывать деньги. На что он ответил, что читает сценарий и максимально точно пытается определить, сколько там шуток категории А. (Смех категории А, иногда его еще называют «домашним», это значит, все твои домашние смеялись.) По последним данным, каждая такая шутка категории А приносит в прокате 7 млн долларов. Так вот он прикидывает, сколько их имеется в сценарии, и умножает на 7 млн. Если получившаяся цифра существенно превышает бюджет фильма, его это заинтересует. Ну, и только после этого он смотрит на остальные факторы, например кто режиссер, кто снимается, и уже принимает решение. Но для него знаменитые режиссеры и актеры имеют значение лишь в том случае, если над сценарием много и от души смеешься.

Неважно, касается ли карандаш бумаги или пальцы стучат по клавиатуре – если люди смеются, ты автор комедии.

Шутки категории А – ценный товар. Когда ты научишься отлично писать и выступать с материалом, вызывая постоянный смех аудитории такими шутками, тебе начнут платить. Необходимо научиться замечать каждый раз, когда ты подумал, сказал, услышал или увидел что-то смешное. Запиши куда-нибудь или сделай голосовую заметку на диктофон. В интервью «Парижскому обозревателю» Вуди Аллен рассказал, как он работает с новым проектом:

Я обдумываю новую идею, даже когда иду по улице. И если что-то пришло мне в голову, тут же это записываю.

Отличный совет. Последуй ему.

Когда ты научишься отлично писать и выступать с материалом, вызывая постоянный смех аудитории такими шутками, тебе начнут платить.

Не воруй

В тот список, куда записываешь все смешное, можно добавлять и то, что услышишь от кого-то. Я имею в виду шутки друзей или родных, то, что услышишь на улице, на работе, на вечеринке – все смешное, с чем столкнешься в обыденной жизни. Но НЕ остроты других стендаперов или шутки, которые ты где-то прочитал, услышал в кино, театре или по телеку; или хохмы из интернета. Не воруй. Сейчас объясню, что я имею в виду.

Украсть шутку означает скопировать слово в слово или перефразировать выступление или материал другого комика. Но шутить на темы, к которым обращаются другие, – не воровство. Тема никому не принадлежит. Но слова, сказанные на эту тему, принадлежат человеку. Украв шутку, ты совершаешь плагиат, что лишает другого комика средств к существованию и/или наследия. А еще может выясниться, что на тебя подали в суд за нарушение авторских прав.

Вот еще одна причина, по которой не следует красть шутки: интернет сильно упростил обнаружение плагиата. И если такое происходит, карьера уничтожена.

Когда-то давно знаменитые артисты могли безнаказанно украсть шутку у мало кому известного комика и выступить с ней на телевидении или в Вегасе. И, не прибегнув к дорогому и рискованному судебному разбирательству, молодой и никому не известный комик никак не мог доказать, что эта шутка впервые прозвучала из его уст, а не принадлежит известному артисту. Милтон Берл – самый известный комик на заре телевидения, славился тем, что крал шутки – среди своих коллег он даже получил прозвище «Вор шикарных острот». Он не отрицал этого и даже как-то пошутил на шоу Ларри Кинга: «Я ничего не краду у людей. Я просто нахожу шутки до того, как их потеряют». Такое неприкрытое воровство не разрушило его карьеру. Наоборот, так много людей хотело смотреть его шоу, что именно его телевизионные выступления продавались миллионными тиражами, и считается, что именно он сделал телевидение самой популярной формой массовых развлечений. Его прозвал «Мистер Телевизор».

Тема никому не принадлежит. Но слова, сказанные на эту тему, принадлежат человеку.

Но если бы Берл крал шутки и использовал их на телевидении сегодня, в век интернета, его песенка была бы спета. Наглядным примером того, как интернет может помогать стендаперам защищать свой материал, является история Карлоса Менсиа. В середине 2000-х у него было свое юмористическое шоу на канале «Камеди Централ». Благодаря этому шоу он стал одной из самых крупных и влиятельных звезд стендап-комедии. И вдруг выяснилось, что он нагло воровал шутки у малоизвестного комика Джо Рогана. В 2007 году Роган залил видео в интернет (оно все еще есть на YouTube: Joe Rogan vs Carlos Mencia), доказывающее, что Менсиа воровал шутки и у самого Рогана, и еще у целого ряда других комиков. В результате канал закрыл шоу Менсиа, а его карьера телевизионной и клубной звезды стендапа была разрушена.

Поэтому не воруй. В интернете тебя поймают с поличным, разоблачат, да еще и наваляют за это.

Есть и третья причина, по которой не стоит воровать чужой материал: он отражает личность комика, который его создавал. Твои шутки должны отражать твою личность, чтобы донести до зрителей, кто ты. Мне на ум приходит шоу в клубе Improv, где, к моему невероятному изумлению, молодой стильный комик начал свое выступление, цитируя слово в слово отрывок из известной комедии Вуди Аллена «Хасидские притчи». Стиль текста пародировал восточноевропейских еврейских авторов XIX века, по сюжету молодой парень из средней Европы пытается найти ответ на вопрос: «Почему мы, евреи, не едим свинину?» И вот этот парнишка, словно с плаката англо-саксонских протестантов Коннектикута, стоял там и пытался выдать этот отрывок за свой. Я не смог с этим смириться. Я начал его освистывать. Громко. Я начал кричать: «Это материал Вуди Аллена». Меня никто не остановил, потому я продолжал до тех пор, пока не прогнал его со сцены. Я никогда не поступал так прежде и с тех пор никогда так не делал. Я был молодым и вспыльчивым. Хочется верить, что я повзрослел. Теперь я старый и вспыльчивый. Не воруй, понятно?

Темы для стендап-комедии

Теперь, когда все готово к написанию оригинального материала стендап-комедии, я думаю, будет полезно дать тебе полный список тем для творчества, чтобы стало понятно, о чем можно говорить в своем стендапе. Итак, вот этот список:

• Тема 1. Мысли о своей жизни (о жизни в прошлом, о том, что происходит сегодня, о том, что произойдет в будущем).

• Тема 2. Мысли обо всем, что тебе важно (политика, знаменитости, поп-культура, еда, мода, технологии и т. д.).

Конец списка.

Причина, по которой я упомянул, что темы будут пересекаться с другими авторами – их всего две.

Стоит сравнить список тем для стендап-комедии со списком тем другой формы искусства, с живописью. Что можно нарисовать:

• Тема 1. Каким ты видишь мир снаружи.

• Тема 2. Каким ты видишь то, что внутри.

• Тема 3. Каким ты видишь то, что чувствуешь.

Конец списка.

Такая краткость обоих списков поднимает вопрос: «Как же можно быть оригинальным, если тем так мало». Отвечаю: в стендапе, как и в любой другой форме искусства, главная тема – это ты.

Вернемся ненадолго к живописи. В основной экспозиции Нью-Йоркского музея современного искусства представлена знаменитая картина Ван Гога «Звездная ночь». В тех редких случаях, когда эта картина временно выставляется в других музеях, тысячи людей выстраиваются в очередь, чтобы ее увидеть. А все почему? Разве они томятся в ожидании и платят за вход, чтобы увидеть просто звездное небо? Если бы дело было в этом, они могли бы просто подождать до позднего вечера и посмотреть наверх. Без очередей и бесплатно. Не сама тема звездных ночей привлекает любителей искусства со всего мира полюбоваться картиной Ван Гога, а возможность увидеть звездную ночь его глазами и понять, что он чувствовал. Никто из живописцев не видел и не изображал звездную ночь такой, как это сделал он. Его глазами это божественная, охваченная пламенем ночь. Когда смотришь на эту картину – внутри все трепещет.

Та же самая ситуация происходит при выступлении со стендап-материалом. По сути, оригинальность и свежесть твоему материалу придает не тема, а твой подход к этой теме – что ты чувствуешь и какое у тебя ко всему происходящему отношение.

Невозможно отрицать тот факт, что у каждого из нас свой уникальный жизненный опыт, потому это богатейший источник для стендап-материала. Ольга Неймер – моя ученица из общины глубоко верующих ортодоксальных евреев. Ее богатый житейский опыт стал источником потрясающего материала. Например:

(Напевает молитву на иврите)

Это молитва, которую я читала на протяжении двадцати четырех лет своей жизни, пока не выяснила, что в ней была фраза «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь вселенной, не сотворивший меня женщиной». Я такая: «Ребе, что за херня?» На что он мне ответил: «Да нет же, это текст мужской молитвы, женская на следующей странице»: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь вселенной, не сотворивший меня рабой». Муженьку моему бывшему это скажи, Иуда.

Я переехала в район Вест-Виллидж и начала тусоваться с моим старым парнем Бобом. Нет, он не бывший, просто старый. А еще он не еврей. Он словно запретный плод, правда, гнилой и просроченный. Когда я рассказала родителям про Боба, они заявили: «Если не порвешь с ним, мы тебя лишим всего!» И я такая: «О Боже!.. У нас что, есть деньги?» Они ответили: «Нет», и тогда я спросила: «Так чего вы собрались меня лишать-то тогда?» На что они сказали: «Мы удалим твой номер из семейного тарифа нашего оператора!»

Оригинальность и свежесть твоему материалу придает не тема, а твой подход к этой теме

Оригинальным материал Ольги делают не темы. Она идет против семьи и религии. По большому счету, не сильно-то уж и оригинальна эта тема. Многие комики с ней работают. Оригинален ее подход к этой теме, а не сама тема.

Чтобы прояснить этот момент, давай обратимся, пожалуй, к одной из самых тривиальных тем: к еде. Сможешь создать актуальный, оригинальный стендап о такой банальщине? Сможешь, если реальной темой станет твое отношение к еде. Мой бывший ученик Джим Гэффиган построил невероятно успешную карьеру в комедийной сфере, работая именно с этой темой. На протяжении многих лет отношения Джима с едой стали нескончаемым источником материала для стендап-выступлений, двух книг: «Жирный папа» и «Еда: история любви», а также сериала «Шоу Гэффигана». Просто посмотри, как Джим выражает чувства к бекону:

Что делает мой завтрак в постели особенным, так это возможность лежать и есть бекон, самую прекрасную вещь на планете. Бекон – лучшее, что с нами случалось. Звук поджариваемого бекона словно аплодисменты. Будто: «ХАААААААА! (Тонким голоском) Йееей! Бекон!» Хотите понять, насколько хорош бекон? Чтобы другая еда стала лучше, ее заворачивают в бекон! Да если б не бекон, мы бы про водяные каштаны даже не узнали. «Благодарю Вас, бекон. Искренне Ваш, Водяной Каштан Третий!»

…Всякий раз, когда на завтрак на шведском столе видишь этот огромный железный поднос, на котором лежит четыре тысячи кусочков бекона… нет у вас ощущения, что сейчас радуга над ним появится? «Я его нашел! Нашел источник всего бекона!» Этот поднос обычно ставят в самом конце шведского стола; и ты потом вечно жалеешь, что на тарелке уже лежит какая-нибудь фигня. «Что мне делать с этими задрипанными фруктами? Надо было подождать! Да если б я знал, что ты здесь, я бы набрался терпения!»

Начнем с того, что Джим немного пухлый. Соответственно, мы понимаем, когда речь заходит о еде, эта тема занимает действительно важное место в его жизни. У Джима не просто зверский аппетит. Джим боготворит еду. Она ему не просто дороже всего в мире. Это и есть его мир. Он не только этого не стыдится, но и вечно ворчит на тех, кто этого не понимает. Для Джима есть жирную, сальную, вредную вкуснятину – смысл жизни. Все это – его полнота, обожание вредной пищи, брюзжание по поводу тех, кто не понимает его зацикленный на еде образ жизни – и питает его комедию. Его тема не еда. Тема Джима – смысл жизни, который, по его мнению, заключается в еде.

Теперь, когда ты считаешь себя: (1) автором комедии; (2) не каким-то там автором комедии, а тем, кто знает, что надо сразу же записывать все смешные идеи; и (3) тем, кто понимает, что самая главная тема стендапа – это ты сам, твои чувства и мысли по поводу тех тем, о которых ты говоришь, – пора приниматься за черновой набросок.

Черновик

Есть один принцип, который потребует усилий при написании хорошего черновика, и следовать ему нужно с первых минут: ничего не выбрасывай. Вот типичная ошибка новичка: ты пошутил, люди посмеялись, ты записал. Через три дня смотришь на этот клочок бумаги, перечитываешь то, что говорил не так давно, и думаешь: это же вообще не смешно! О чем я думал? И выбрасываешь.

Это очень большая ошибка. При написании комедийного материала ничего не выбрасывается, пока не опробовано. Если тебе хотя бы на наносекунду показалось что-то смешным, запиши это и храни. Не исключено, что что-то смешное там все же есть. При написании черновика нет места ни редактуре, ни сомнениям в правильном выборе. Считай себя телепатом, медиумом, чья работа просто записывать слова, которые слышишь в комедийном пространстве. Как только услышишь, запиши и забудь. Единственный способ узнать наверняка, смешно что-то или нет, – опробовать материал перед публикой. Зрители подскажут, что вычеркнуть. Это их работа, не твоя. На начальном этапе твоя задача – накидывать смешные идеи для материала. Черновой набросок – самое время придумывать и записывать все, что приходит в голову. Не время что-то убирать. Время добавлять. Открой кран юмора, и пусть он льется, и льется, и льется. Разглагольствуй, импровизируй, пиши всякие бредни, продолжай и не путайся у себя под ногами.

При написании комедийного материала ничего не выбрасывается, пока не опробовано.

Иногда комики, с которыми я работаю, жалуются на творческий кризис. Что у них не получается придумать новый материал. Что колодец пересох. Я говорю – ничего подобного. Сейчас объясню.

Чувство юмора – точное описание того, как именно до тебя доходит нечто смешное. Это одно из чувств. Существуют зрение, обоняние, вкус, осязание, слух и юмор. Увидеть будущее не является шестым чувством. Распознать что-то смешное – является. Если человек не родился с нарушениями здоровья, или не перенес тяжелую травму, или не страдает от тяжелого заболевания, то все чувства функционируют в полную мощь, включая чувство юмора.

Писательский кризис наступает не потому, что исчезает твое чувство юмора; он наступает, когда ты его отвергаешь. Проблема не в том, что смешные идеи перестают приходить на ум, а в том, что ты их рубишь на корню, как только они появляются. Ты не позволяешь им выйти в свет. Ты не выполняешь то, что требуется, чтобы выяснить, смешно что-то или нет: записать, а потом опробовать. Чтобы вылечиться от творческого кризиса, надо перестать себя редактировать. Записывай смешные шутки и лишь добавляй новые.

Также есть пара нюансов, о которых не стоит переживать, пока пишешь черновик.

Не переживай, если потребуется слишком много времени, прежде чем раздастся смех

Иногда то, что мы считаем сетапом шутки, оказывается ее панчлайном, и ты же не хочешь случайно вырезать этот кусок, считая его бесполезным? В качестве примера давай вернемся к началу отрывка Кейти Редвей про Библию. Вот черновик ее первой шутки по этой теме:

Я больше не хожу в церковь. Они там только Библию читают. А я ее уже прочитала. Да Боже мой! Они что, больше ничего не могут почитать?

Когда Кейти опробовала эту шутку на нашем мастер-классе, а потом и в клубе «Готем», по реакции аудитории стало ясно, что фраза «А я ее уже прочитала» не сетап, а панчлайн. Нам это объяснили зрители. Обкатка материала позволит понять, что именно вызывает смех. Как только этому научишься, сможешь безболезненно вычеркивать ненужное, не боясь лишиться смешных строк.

Во время работы с черновиком не задумывайся о переходах от одной шутки к другой

Ты пока еще не знаешь, в каком порядке в итоге пойдут твои шутки. Разрабатывай каждую забавную идею как отдельный, независимый фрагмент материала. Как только твой черновик превратится в лаконичные шутки, ты определишь, как выстроить материал и как заставить его литься потоком. В черновике этим не занимаются, поэтому не переживай об этом.

Не бойся уйти от темы

Это даже хорошо – поблуждать. Можно начать с одной идеи, а потом переключиться на что-то другое, что в итоге может оказаться отменной шуткой.

Могу привести хороший пример. Как-то я писал материал про сериал «Клан Сопрано» для моего бывшего студента стендап-комика Рока Альбера, дважды лауреата премии «МАК». Шел второй или третий сезон сериала, и у него был ошеломляющий успех. С включенным диктофоном я импровизировал, сыпал шутками про банду мафиози и неожиданно поймал себя на мысли, что рассуждаю о заставке к каждой серии, которая показывает, как Тони Сопрано, босс мафии, возвращается из Нью-Йорка в свой особняк в Нью-Джерси.

На первых кадрах видно, что Тони проезжает по тоннелю Линкольна. Для тех читателей, кто не знаком с направлением Нью-Йорк – Нью-Джерси, следует пояснить, что люди, которым приходится проезжать этот тоннель, просто ненавидят его. Пробки в часы пик в этом тоннеле – сущий кошмар, они настолько ужасны, что из-за этого сильно падает цена на недвижимость в Нью-Джерси. Когда я своим друзьям рассказывал, что мы переезжаем из нью-йоркской квартиры в дом в Нью-Джерси, их типичной реакцией было не: «Ого! Вы купили дом в Нью-Джерси!», а «Боже! Чертов тоннель!» Итак, вот что я выдал про «Клан Сопрано»:

Не понимаю, почему для всех это такая большая загадка, из-за чего же Тони Сопрано так жесток? Он даже ходит к психотерапевту, хотя причина очевидна: перед каждой серией, неделя за неделей, год за годом они заставляют мужика проезжать тоннель Линкольна. Да конечно, ему убивать захочется.

Затронув тему тоннеля, я продолжил:

И вот это мы назвали в честь Линкольна? Мужик что, мало страдал? Надо было назвать его тоннель Джона Уилкса Бута[21] или тоннель Мэрайи Кэри.

В итоге в выступление Рока вошли шутки про тоннель. Единственной шуткой про сериал «Клан Сопрано» оказалась шутка про гнев Тони из-за тоннеля. Хотя изначально это не планировалось; это произошло само собой. Мы знали, что не надо противиться, не надо останавливаться просто потому, что мы отошли от темы. В результате получилось несколько потрясающих шуток.

Не беспокойся о том, смешно это или нет

Что нам нужно для черновика – убедительные идеи для комедии. Смешные идеи. Твоя идея может быть убедительной, но вот выражение не совсем точным. Но если идея отличная, то нужная формулировка, вызывающая смех, придет в процессе редактуры и выступления.

Не беспокойся о том, оригинальны ли твои идеи

Ты ничего ни у кого не крадешь, если не выдаешь шутки другого комика за свои, не переписываешь их слово в слово, не перефразируешь их. Помни: темы никому не принадлежат.

Ни о чем не парься

Просто записывай. Когда понадобится, безжалостно обрежешь, лаконично свяжешь и перепишешь. Черновик – не для этого.

Если тебе комфортно работать за компьютером – пожалуйста. Нравится писать от руки – прекрасно. Если любишь записывать то, что говоришь, на диктофон – отлично. Если считаешь, что, записывая шутку на бумагу или диктофон, ты мешаешь стихийному потоку мысли, послушай вот что: я работал с успешными стендап-комиками, которые действительно никогда не записывали своих шуток. Их очень мало, но тем не менее такие есть. У них у всех есть кое-что общее: уникальная память. Они помнят слово в слово все, что говорят. Они пишут и редактируют шутки в уме, а не на бумаге. Как только нашлась нужная формулировка, они ее запоминают слово в слово. Если у тебя не такая уникальная память, ты так работать не сможешь. Тебе придется записывать или на бумагу, или на диктофон.

Ремесло и искусство стендап-выступления отчасти создают иллюзию, что на сцене ты импровизируешь. Есть отдельное слово для создания такой иллюзии: игра. Также как опытный сценарист находит лучший способ сформулировать реплику, талантливый автор стендап-комедии находит лучший вариант сформулировать шутку. Когда такое происходит – а ты узнаешь это по регулярному громкому смеху зрителей, – ни о каких дальнейших правках не может быть и речи. Редактура сделает только хуже, и, возможно, даже уничтожит все веселье. Потому шутка проговаривается и исполняется слово в слово. Благодаря актерскому мастерству стендап-комик создает иллюзию, что текст, с которым он выступает уже не первый раз, родился только что, на сцене.

Также как опытный сценарист находит лучший способ сформулировать реплику, талантливый автор стендап-комедии находит лучший вариант сформулировать шутку.

Итак, пора приниматься за работу. Своим студентам на мастер-классах я даю два задания, чтобы дело сдвинулось с мертвой точки. Эти рекомендации гарантированно позволят тебе насочинять шуток категории А.

Напиши о местах, о людях и вообще обо всем, что раздражает тебя до чертиков

Люди, которые могут неимоверно раздражать, иногда оказываются самыми близкими: твоя вторая половинка, члены семьи, друзья. Кто-то на работе или в школе может тебя нервировать. Те, с кем пересекаешься периодически или случайно, могут делать то, что страшно бесит. Это может быть водитель автобуса, работник химчистки, домовладелец, твой врач. Иногда и незнакомцы раздражают: люди в очереди, клиенты в химчистке, служащие в департаменте транспортного управления, продавцы в магазине Apple или в аптеке. Звезды шоу-бизнеса, знаменитые политики или спортсмены тоже могут тебя бесить. И, конечно же, может злить что-то в себе.

Места, которые могут раздражать: автобусные и ж/д станции, аэропорты, твой родной город, школа, место работы, церковь, тюрьмы, военные базы, супермаркеты, магазинчики с деликатесами, рестораны, гипермаркеты, универмаги, фитнес-центры и т. д.

Вещи, которые могут раздражать: диеты, шопинг, работа, учеба, свиданки, вечеринки, клубы, просмотр спортивных соревнований или занятия спортом, просмотр телика, видео, политика, секс, музыка, каникулы, отпуска, свадьбы, юбилеи, дни рождения, похороны, встречи выпускников, поминки, сайты, журналы, книги, компьютеры, телефоны и т. п.

Смело пользуйся этими темами и расширяй список самостоятельно.

Второе задание:

Напиши то, что захочется

Если, выполняя эти задания, захочешь записать все слово в слово, как это впоследствии будет звучать со сцены, – да пожалуйста! Хочешь проговорить все устно, избавившись от кучи бумажек или просто поимпровизировать – хорошо. Только убедись, что в это время включен диктофон. Когда закончишь, включи запись и перенеси на бумагу слово в слово все, что получилось. И ничего не выбрасывай.

Чтобы помочь тебе начать, я покажу отрывок черновика Лоры Басси. В предыдущих главах в подобных отрывках я подчеркивал места, где смеялись зрители. Посмотрим, сможешь ли ты угадать, где в этом черновике вызывающие смех реплики, подчеркни их. Посмотрим, насколько совпадут твои ощущения с реальностью. Это отлично развивает собственные навыки письма.

Обычно все пытаются научить детей звукам, которые издают животные, ведь это так мило, даже несмотря на то, что половина из них к животным не имеет никакого отношения… Что говорит коровка? «Мууу»? Зачем мы учим этому детей? Животные не делают ничего подобного. Ты же не слышишь в зоопарке, чтобы свинья делала хрю-хрю… на самом деле это что-то вроде (изображает настоящий звук свиньи), но никто не хочет, чтобы ребенок разгуливал и выдавал нечто подобное. Надо подойти к этому вопросу с другой стороны, например «А о чем свинки думают?», и ответом будет: «Умоляю, пожалуйста, не разделывайте меня на тысячу кусочков, а потом не перерабатывайте в эту ветчинную нарезку, которую вы так обожаете класть на свои бутерброды». Это детям в жизни не поможет. Так давайте мы поможем. Иногда мужики оказываются свиньями. А как говорят свиньи? «Блин, детка, ты выглядишь круто! Иди-ка сюда!» Почему бы не использовать этот формат, чтобы научить их чему-то, что пригодится в жизни: что говорит двадцатисемилетняя безработная, которая сейчас за тобой присматривает? «ПОМОГИТЕ!»

Обкатываем черновик

«Где я могу опробовать свой черновик?» – это вопрос принципиальной важности.

Именитые комики обкатывают свой материал в маленьких клубах. Обычно новый материал перемежается с проверенным, который гарантированно вызывает смех. В том случае, если новые шутки не зайдут, в запасе есть еще уйма отличных и обкатанных, чтобы развлечь зрителей. Нет способа лучше оценить новый материал, чем сделать это перед аудиторией, заплатившей за шоу. Люди платят деньги на входе с одной целью: они хотят, чтобы их развлекали. Соответственно, они настроены следить за выступлением, а не болтать друг с другом. Они хотят смеяться над веселыми шутками. И, что еще важно, они не обязаны смеяться над тем, что несмешно. Публика – главный редактор материала твоего выступления.

Обычно новый материал перемежается с проверенным, который гарантированно вызывает смех.

Стендаперы, которые еще только начинают свою карьеру в комедии, не могут себе такое позволить. Но они могут позволить себе кое-что другое. Если эту книгу ты читаешь, параллельно занимаясь на курсах по стендап-мастерству, можешь опробовать свой материал перед педагогом и сокурсниками. Ты получишь комментарии и рекомендации относительно того, что оставить как есть, что имеет потенциал, но требует доработки, а что следует выкинуть.

Выступая в классе, обязательно записывай себя на диктофон. Предложения педагога и товарищей могут оказаться полезными, но самый надежный показатель – это смех. Моменты, когда они смеются, подскажут, где шутки. На занятиях или мастер-классах любой смех, даже хихиканье одного человека, засчитывается. Позже, когда будешь выступать в клубах перед платежеспособной аудиторией, твои критерии относительно того, что считать смехом, станут гораздо жестче. Но в классе и маленький смешок считается.

На занятиях и мастер-классах у тебя появляется возможность получить наставника. Опытный педагог – это подарок судьбы в любом начинании, включая обучение стендапу. Талантливый учитель, разбирающийся в вопросах написания материала и выступления, ускорит твое развитие. Что более важно, опытный наставник поможет отыскать твой собственный характерный голос стендап-комедии.

Признаки хорошего учителя:

Публика – главный редактор материала твоего выступления.

• Он сыграл важную роль в наставничестве кого-то из именитых комиков.

• Тебе нравятся и он сам, и его занятия.

• Ты понимаешь, что твои работы стали заметно лучше благодаря его занятиям.

• Ты замечаешь, что работы товарищей тоже стали лучше.

• Ты видишь, что сокурсники не просто копируют педагога, у них появляется собственный характерный сатирический голос.

• Если планируется заключительное выступление, оно должно пройти отлично и у тебя, и у других.

Еще один способ для новичков опробовать свой материал – прийти на опен-майк, или «открытый микрофон» (open mike). В большинстве клубов проходят такие мероприятия, на которых может выступить абсолютно любой желающий. В крупных городах, таких как Нью-Йорк и Лос-Анджелес, где звезды и именитые хедлайнеры выступают в клубах каждый вечер, никто не станет платить, чтобы послушать новичка, обкатывающего материал. Поэтому в мегаполисах публика на «открытых микрофонах» может целиком состоять из начинающих комиков, ждущих своей очереди. Однако в небольших городах на таких шоу присутствуют зрители, платившие на входе. Важно понимать, где именно ты выступаешь. На зрителях, плативших за билеты, опробовать свой материал надежнее, чем на комиках-новичках, ожидающих своего выхода. Частенько они повторяют собственный материал, а не следят за выступлением коллег.

То, чего не хватает «открытому микрофону», но что могут предложить тебе занятия – это компетентный педагог. Хороший учитель убедится, что студенты слушают выступления друг друга, а не повторяют собственный материал, что часто случается на «открытых микрофонах». Такой учитель сможет распознать шутку, над которой не смеялись на занятии, но которая выстрелит в клубе перед настоящей аудиторией. И наоборот, опытный наставник поймет, какая шутка не зайдет в клубе, даже если вызвала смех на занятии. Хороший педагог – главный судья твоего выступления.

В те дни, когда специальных комедийных клубов еще не существовало, со стендапами выступали в ночных клубах. Люди приходили в такие места, чтобы потанцевать под местный оркестр, посмотреть эстрадную программу, которая включала в себя музыкальные номера, танцоров, комиков и необычные миниатюры. В те дни ходило выражение, которое передавалось от матерых комиков новичкам сцены: не перед оркестром выступаешь. Имелось в виду вот что: не пытайся рассмешить парней из оркестра, сосредоточься на том, чтобы смеялись зрители, сидящие перед тобой. Шутки, понятные «своим», могут вызвать взрыв хохота у коллег, но совершенно не зайти обычным зрителям.

Это правило работает по сей день. Есть определенные шутки, над которыми коллеги по сцене могут смеяться до упаду, но которые совершенно не зайдут у зрителей, заплативших за вход на это шоу. Обычно это откровенные остроты с сексуальным подтекстом. Или же хохмы, шутки, которые не имеют ничего общего с подачей в стиле стендапа. Эти хохмы совершенно заурядны, в них нет ни капли правдоподобности, и их может рассказать (а может, уже и рассказывал) кто угодно. Такой юмор публика не оценит. Ты не зацепишь зрителей, если будешь самым похабным, самым посредственным и самым неискренним комиком из всех, кого они видели. Но, гарантирую, они оценят твою оригинальность и искренность, отблагодарив тебя смехом.

Есть определенные шутки, над которыми коллеги по сцене могут смеяться до упаду, но которые совершенно не зайдут у зрителей, заплативших за вход на это шоу.

На «открытом микрофоне» можно рассмешить народ материалом, с которым в клубе тебя ждет провал, и наоборот, прекрасное выступление может не вызвать смех публики. Если ты понимаешь, что в зрительном зале сплошь комики, которые ковыряются в своих записях и не следят за тем, что творится на сцене, а некоторые вообще уходят сразу после своего сета, это не лучшее место, чтобы оценивать качество своего материала. Воспользуйся моментом, чтобы освоиться на сцене и привыкнуть к микрофону. Если у сидящих в зале на лбу написано: «дай мне выступить, и я свалю», не ориентируйся на их реакцию, чтобы понять, что стоит оставить, что переделать, а что вычеркнуть.

Некоторые «открытые микрофоны» лучше других. Классные шоу обычно организовываются стендаперами, которые и задают тон всему мероприятию. Они просят зрителей не уходить, пока не выступят все артисты, и следить за тем, что происходит на сцене, а не повторять свои тексты. Если предусмотрена обратная связь, то обычно это будут предложения, как перефразировать шутку или как ее по-другому обыграть.

Однако помни, что последнее слово остается за тобой, ты решаешь, прислушаться к рекомендациям или нет. Сторонние советы должны прийтись тебе по душе; тебе должно казаться, что они справедливы. Если нет – игнорируй их. Единственная реакция, которой нельзя пренебрегать – это смех или его отсутствие среди зрителей, заплативших за то, чтобы попасть на шоу.

Выслушивая критику и советы, важно учитывать их источник. Больше всего внимания заслуживают профессионалы комедии: авторы, артисты и/или те, кто занимается постановкой комедийных шоу. Потом уже обращай внимание на всех остальных. Но среди советчиков обязательно найдутся те, кто много лет изо всех сил безрезультатно пытался добиться на этом поприще успеха. Вот на таких обращай как можно меньше внимания.

У меня была ученица, которая после нескольких продуктивных мастер-классов решила выступить на своем первом «открытом микрофоне». Она была страшно подавлена, услышав критику другого артиста. Мужик десять лет выступал на подобных мероприятиях, а сам работал почтальоном. Она спросила меня, хочу ли я услышать, что он сказал, и я ответил: «Нет». Любой, кто занимается этим больше десяти лет и не продвинулся дальше пятачка у открытого микрофона, явно не постиг вековой мудрости искусства стендапа. Я бы охотно послушал рассказ этого парня о том, сколько марок следует клеить на конверт. Но по поводу его критики ее стендапа я процитировал Тони Сопрано: «Даихерсним».

Если среди твоих друзей-комиков есть те, кто выступает на «открытых микрофонах», уточни у них, какие мероприятия стоящие, а каких лучше избегать. А рекомендации комиков, которыми ты восхищаешься, помогут выбрать хорошие курсы и мастер-классы по стендапу.

Клубы часто предоставляют неизвестным комикам возможность выступить на шоу с условным названием «вечер талантов». Сами комики называют их «приведи друга». Чтобы получить возможность выступить на сцене, комик должен привести с собой определенное количество человек, которые будут платить за вход. Обычно новички не выступают на таких мероприятиях с черновиками, они ждут, пока материал не обретет нужную форму. Они надеются, что на подобном шоу среди приглашенных окажется кто-то, кто сможет вытащить их из кучки любителей и превратить в оплачиваемого профи. С тобой тоже такое может произойти, когда станешь хорошо, чертовски хорошо писать стендап и выступать с ним на сцене.

Помимо выступления в клубах можно превратить самых обычных людей в свою аудиторию, выступив перед ними со своими набросками. Так, например, когда один из моих бывших учеников, обладатель премии «Эмми», автор комедийных текстов Тед Гринберг начинал карьеру артиста, у него было несколько мучительных выступлений на «открытых микрофонах». После этого он начал выступать на Центральном вокзале Нью-Йорка в вечерние часы пик, где всегда было полно пассажиров, ждущих отправления своих поездов. Тед понял, что эта аудитория гораздо точнее определяла, что зайдет в клубе, нежели зрители на «открытом микрофоне». Некоторые мои студенты по этой же причине выступали в метро. Еще одно классное место опробовать свой материал – вечеринки. Изначально сборник уморительных зарисовок «2000-летний человек» Мел Брукс и Карл Райнер обкатывали и доводили до совершенства на вечеринках, где оказывались среди гостей. Можешь опробовать свой черновик на соседях, друзьях, коллегах. Можешь вставлять шутки в повседневные разговоры. Если я пишу юмористический текст дома и вижу своего соседа Карла на заднем дворе, я выхожу и рассказываю ему свою шутку.

Можешь опробовать свой черновик на соседях, друзьях, коллегах.

ВАЖНО! Если обычные люди становятся твоей аудиторией так, как я описал выше, не спрашивай их мнения о своем материале. Просто рассказывай. Многие люди уверены, что все знают про стендап. На самом деле мало кто может прочитать или услышать отрывок материала для комедийного стендапа и сразу понять, как он зайдет у зрителей в клубе. Один мой студент опробовал свой материал на друзьях. Они смеялись не переставая, но потом сказали, что хоть материал и классный, но совершенно не смешной. Тогда почему же они смеялись? Люди могут сымитировать смех разок-другой, но только профессиональные актеры могут фальшиво смеяться не переставая. Если люди смеются – материал смешной. Это вся полезная информация, которую ты можешь от них получить.

Обкатка материала перед публикой поможет определить смешные места твоего черновика. Владея этой информацией, можно приступать к следующей части – формировать текст в сетапы и панчлайны.

Сетапы и панчлайны

Отличительная черта великого комика – способность вызывать безудержный смех. Так всегда было, так всегда будет. Звезда немого кино Чарли Чаплин считается одним из величайших, а возможно, и самым великим комедийным актером всех времен. В эссе «Эпоха великих комедий» его автор Джеймс Эйджи, обладатель Пулитцеровской премии, очеркист, драматург и критик, невероятно проницательно описывал творчество Чаплина и ряда других гениев комедии, ставших частью золотой эпохи кинокомедий начала XX века. Когда Чаплин впервые появился на экранах, комедии были короткими и длились от 10 до 30 минут. Вот что говорит Эйджи про Чаплина:

До того как Чаплин появился на экранах, люди довольствовались лишь парой смешков за время фильма. Над ним же смеялись каждую секунду. С первых минут своего появления на экранах он задал стандарты и постепенно только повышал планку.

Стендап не может вызывать смех каждую секунду, так как состоит из слов, а нужно время, чтобы их все произнести. Но каждые несколько секунд может. Хороший тому пример – отрывок Луи С. К. про игру в «Монополию» с шестилетней дочерью (см стр. 51). Как только он заявил, что она слишком мала, чтобы эмоционально справиться с неизбежным поражением, смех в зале не смолкал. Еще один пример – «Топ-10» Дэвида Леттермана: меньше чем за 2 минуты его шутки стабильно вызывали смех 10 раз.

Так как аудитория привыкла, что профессиональный комик своим выступлением смешит больше четырех раз в минуту, они приучены смеяться так же часто и в комедийном клубе. Правда, это не работает с альтернативной комедией[22] и на площадках для сторителлинга[23], где зрители хотят услышать захватывающую историю или провокационную точку зрения.

Отличительная черта великого комика – способность вызывать безудержный смех.

Но в телевизионных комедийных шоу и клубах зрители горят желанием часто смеяться, поэтому стендап-комики не должны забывать про соотношение «смех в минуту». Обычно в среднем они нацелены услышать смех в зале по меньшей мере четыре раза в минуту.

Чтобы этого добиться, материал выстраивается по плану сетап (заход шутки) – панчлайн (добив шутки). Сетап – панчлайн – это структура. Некоторые новички путают структуру и содержание. Они считают шутки такой структуры по определению избитыми и банальными, как, например, эта:

Сетап: Слышал, что Золушку выперли из баскетбольной команды?

Панчлайн: Ага, она все время теряла кроссовок.

Однако это не так. Практически все стендап-комики выстраивают свои шутки в формате сетап – панчлайн. Вот пример остроумной и смешной шутки Джима Гэффигана:

Сетап: Я лысый, слепой и бледный.

Панчлайн: Я словно гигантский рецессивный ген.

Давайте разберем ее. Сетап – это необходимая информация, которая нужна зрителям, чтобы до них дошел смысл панчлайна. На лекциях я прошу своих учеников подчеркнуть слово необходимая, потому что это очень важное условие. Но с твоей стороны было так мило купить мою книжку, что я подчеркну его за тебя. Хотя, если честно, мне будет спокойнее, если ты его еще раз подчеркнешь. Важная часть искусства и ремесла написания комедии – способность обнаруживать и убирать слова, которые не нужны, чтобы вызвать смех. Первое, что делает автор, чтобы добить шутку, укорачивает ее. Ниже приведена наглядная инструкция.

Если сетап вот такой длины:

_________________________________. Это хороший сетап.

Если сетап вот такой длины:

_______________________________________________________________.

Все еще хороший сетап.

Такой длины:

_______________________________________________________________________________________________. Все еще хороший.

Если такой длины:

___________________________________________________________________________________________________________________________________________. Пойдет.

Если такой длины:

________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________. Пойдет, но ты затягиваешь.

Сетап – это необходимая информация, которая нужна зрителям, чтобы до них дошел смысл панчлайна.

А если еще длиннее:

______________________________________________________________________________________________________________________________ _____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________. Слишком длинный. Отредактируй его.

Есть одно исключение из этой инструкции по созданию короткого сетапа. Затянутый сетап оправдан, когда необходимо накалить обстановку, усилить напряжение, которое потом с лихвой окупится громким смехом. Покажу это на примере старого анекдота:

Сетап: С моим дедулей все труднее вести беседы. Он мне как-то рассказывал: «Мы с твоей бабушкой ходили в кино на этот фильм, это и правда прекрасный фильм, ты должен его посмотреть. Такое нельзя пропустить!» – «Звучит здорово, дедуль, а как он называется?» – «Как называется? Называется он… Так… Она Красная… (Раздражен, что внук не понимает, о чем он говорит) Она красная, да ради всего святого, она почти всегда красная. Ну, ты знаешь». – «Прости, дедуль, я не понимаю». – (Дедушкино негодование растет) «Да как же ты не понимаешь! Она красная, у нее еще стебель есть, шипы. Да что с тобой не так?!» – (До внука наконец доходит) «Ааа, роза?» – «Даа, наконец-то! Спасибо».

Панчлайн: (Дедушка обращается к жене) «Роза, дорогая, как назывался тот фильм?»

Вся шутка строится на нарастающем негодовании деда и неспособности внука понять, чего он хочет. Зрители должны увидеть, как ситуация накаляется. Если сократить сетап до пары строчек, это убьет всю шутку.

Если длинный сетап усиливает напряжение и окупается громким смехом в конце, то это нормально. Если твоей шутке не нужно напряжение в сетапе, пусть эта часть будет короткой.

Самый лучший способ сократить сетап – убедиться, что он посвящен лишь одной теме. Неопытные новички часто этого не знают, отчего их сетапы получаются излишне затянутыми.

Вот пример такого сетапа у одного новичка:

Ездил в прошлые выходные к родителям [тема 1]. Они уже довольно старые [тема 2]. Поэтому стараюсь навещать их максимально часто [тема 3]. Они живут в Ларчмонте [тема 4]. Такой, знаете, милый городишко [тема 5]. Стоит прямо на проливе Лонг-Айленд [тема 6]. И вот в прошлые выходные собиралась вся семья [тема 7 – ни одного панчлайна на горизонте]. Много народа тогда собралось [тема 8]. Мама устроила торжественный обед [тема 9]. Она становится очень напряженной, когда готовит [тема 10]. Из-за этого напрягаются все остальные [тема 11]. Что еще всех напрягает, так это то, что тебе достается всякий раз, когда твои манеры хоть на толику недотягивают до идеальных [тема 12].

И, наконец, панчлайн:

Кончилось все сиди-прямо-обедом на 12 человек.

Самый лучший способ сократить сетап – убедиться, что он посвящен лишь одной теме.

Вот эта же шутка, но отредактированная:

Сетап: За обедом мама обычно напрягает всех своими упреками о манерах поведения за столом.

Панчлайн: Прошлым вечером устроила сиди-прямо-обед на 12 человек.

Вот и все, что потребовалось для сетапа. Неважно, сколько ей лет, или какой ты классный сын, или какая замечательная дочь, неважно, где она живет и что это за местечко. Неважно, что был за повод, она или кто еще готовил обед, формальное ли было мероприятие или нет. Единственное, что важно – мама напрягает всех за столом, критикуя их манеры. Вот тема шутки, и именно этот сетап и должен быть.

Если ты вернешься к шутке про «Розу», ты увидишь, что и там всего одна тема: с дедулей все труднее вести беседы. То, что следует дальше, важно, потому что показывает нарастающее раздражение дедушки. Все лишние темы в шутке про «Сиди прямо!» не усиливают напряжение, смеяться громче от этого не станут. Потому их следует вырезать.

Итак, неотъемлемый атрибут хорошего сетапа – одна и только одна тема. Помимо того что надо четко формулировать тему, должно четко прослеживаться твое отношение к ней. Не забывай, что самое важное в твоих шутках – это ты. Например, шутки про рэп ничего не расскажут публике о тебе. Однако если ты станешь шутить о том, насколько ненавидишь, или, наоборот, обожаешь рэп, или совершенно ничего в нем не понимаешь, – все увидят твою личность.

Иногда отношение, или позиция, как говорят в комедии, выражена четко и прямо: «Ненавижу ездить по городу!» Тема – езда по городу, твое отношение – «я ненавижу!». Частенько отношение выражается не словами, а в самом выступлении: (встревоженно) «Я просрочил выплату по кредиту!!!»

В основном люди смеются потому, что удивлены тем, что услышали в панчлайне. Следовательно, еще одно качество хорошего сетапа – сохранить интригу панча. Он должен сбить с толку зрителей, чтобы они не поняли, к чему ты клонишь. Если зрители могут догадаться, какой будет панчлайн, еще до того, как ты его озвучишь, то смеяться не будут, а если и будут, то еле слышно.

Я работал с комиком-пуэрториканцем, который в реальной жизни был бандюгой. Выглядел он реально устрашающе, и его сценический образ этому соответствовал. Если честно, пока я с ним сотрудничал, чувствовал себя просто всемогущим. Если кто-то меня сильно раздражал и в голове крутилась мысль: «Да чтоб тебе сквозь землю провалиться!», я понимал: один телефонный звонок, и мое желание будет исполнено. В реальной жизни этот комик влюбился в китаянку, и они решили пожениться. Ему предстояла встреча с ее родителями, иммигрантами из Китая. Как и у большинства иммигрантов, их взгляды были очень консервативными, они ждали, что их дочь выйдет замуж за китайца, а в идеале еще и из их провинции, и чтобы он был доктором или преподавателем МТИ[24]. Парочка понимала, что встреча родителей с будущим зятем, устрашающего вида пуэрториканским стендапером, не закончится тостами и шампанским. Мы сочинили шутку, которая это отражала:

Сетап: Я поверить не мог: как только я вошел в комнату, ее отец начал тыкать в меня пальцем и орать: «Я тебя знаю! Я тебя знаю! Ты меня тогда грабанул!»

Панчлайн: Я поверить не могу (небольшая пауза), что он меня запомнил!

В общей сложности, вот атрибуты хорошего сетапа:

• он лаконичный;

• в нем явно прослеживается одна тема;

• он отражает твое отношение к теме;

• он сразу влечет за собой панчлайн;

• он сохраняет интригу панчлайна.

Теперь рассмотрим панчлайн.

Панчлайн – это то, что вызывает смех. В стендапе он обычно выражен словами. Но это также может быть выражение лица, элемент буффонады[25] или звуковой эффект. Слово «панчлайн» несет в себе совет праотцов комедии. Тебе следует добить (от англ. punch – наносить удар) смешную реплику, сделать на ней громкий акцент, прояснить зрителям, где именно они должны смеяться.

Панчлайн должен быть коротким. Как только до зрителей дойдет смысл шутки, они захотят смеяться. Если панчлайн продолжится после того, как шутку поняли, ты перебьешь звучащий смех и сможешь его совсем уничтожить. Ситуацию легко исправить. Закончи свой панчлайн там, где рассмеялись зрители. Например, изначальный панчлайн шутки Кейти Редвей про то, что она не ходит в церковь, потому что «они все читают Библию», звучал так: «Я ее уже прочитала. Боже мой! Они что, не могут ничего больше прочитать?» (см. стр. 144). После того как зрители показали нам своим смехом, где конкретно им стало смешно, мы выкинули второе предложение.

Панчлайн обычно удивляет. Это получается за счет неожиданного изменения твоего отношения на пути от сетапа к панчлайну. Отличным примером будет, пожалуй, самый известный панчлайн в американской истории: Хенни Янгман и его «Возьмите, например, мою жену… пожалуйста». Обычно он подавал эту шутку одной строкой, но было гораздо эффектнее, когда он добавлял небольшой сетап. Я смотрел, как он выступал с этим в 1960-х, когда роль женщины в обществе радикально менялась. Все больше девушек поступали в колледж, заканчивали школу, устраивались на работу, строили карьеру. Все меньше женщин оставались дома, чтобы с утра до вечера быть женой и матерью. Вот как Хенни рассказывал ту шутку:

Женщин сегодня словно подменили. Возьмите, например, мою жену… пожалуйста.

Все, что выделено курсивом, – это сетап. Панчлайн состоит из одного слова – «пожалуйста».

Отношение Янгмана в сетапе было: «впечатлен». Что-то грандиозное и исторически значимое происходит в обществе. Ты ждешь, что он скажет что-то из серии: «Женщин сегодня словно подменили. Возьмите, например, мою жену. Она окончила факультет бизнеса Нью-Йоркского университета и получила работу в аудиторской фирме». Однако на этом односложном панчлайне его отношение – «впечатлен» – резко изменяется на «отчаяние и панику». Если сегодня никто из зрителей не поможет ему сбежать из этого брака – до утра он не дотянет. И вот это внезапное изменение в его отношении и создает комическое изумление.

Панчлайн должен быть коротким. Как только до зрителей дойдет смысл шутки, они захотят смеяться.

Подведем итог. Хороший панчлайн:

• короткий;

• неожиданный;

• отчетливо выражает твое отношение.

Существует интересная вариация формата «сетап – панчлайн». Называется свиток. В этом случае за сетапом идет целый ряд множественных панчлайнов, и все они относятся к одному и тому же сетапу. «Топ-10» Леттермана – это как раз и есть свиток. Сетапом была тема списка: «Вот 10 причин почему…», и каждая из последующих десяти причин была панчлайном. Отрывок Луи С. К. про «Монополию» – тоже свиток. В сетапе он сообщает, что шестилетка недостаточно зрелая, чтобы справиться с тягостным поражением в игре, а дальше: панч, панч, панч. За первую минуту зрители смеялись четырнадцать раз. Такая комедийная результативность свитка обусловлена тем, что смех раздается раз за разом, без заминок.

Смех порождает смех. Если ты заходишь в комнату, где люди от души смеются, ты непроизвольно начинаешь улыбаться, даже не зная, почему они смеются. Неотъемлемая часть ремесла и искусства создания комедии – усвоить, что нельзя вставать у смеха на пути. Свитки благодаря единому сетапу и многочисленным панчлайнам отлично с этим справляются.

Существует интересная вариация формата «сетап – панчлайн». Называется свиток.

Чтобы стало немного понятнее: существует два способа, как выстроить свиток: либо списком, либо акт-аутом.

«Топ-10» подается в виде списка, и делается акцент, что это список. Но это вовсе не обязательно. Один из моих студентов встречался с девушкой, она ветеринар. Мы составили свиток в виде списка о том, как он с ней ладит. И хотя структурирован он был в виде списка, зрители этого не услышали, они слушали про историю отношений:

Сетап: В общем, я встречаюсь с той ветеринаршей, но не думаю, что у нас что-то получится.

Панч 1: Когда она на меня сердится, она скручивает газетку рулончиком и бьет мне по носу.

Панч 2: Когда ей хочется романтики, она говорит мне: «Сидеть!»

Панч 3: «Стоять!»

Панч 4: «Кувырок!»

Отрывок Луи С. К. о «Монополии» – хороший пример свитка в виде акт-аута. Вот что получится, если разбить текст на сетапы и панчи.

Сетап: Я играю с детьми в «Монополию»; это очень забавно. Моя девятилетняя дочь реально умеет играть в эту игру. Моя шестилетка уже прекрасно понимает, как играть, но она еще не доросла эмоционально, чтобы стойко сносить неизбежный проигрыш.

Панч 1: в каждой игре в «Монополию».

Панч 2: Ведь каждый раз проигрывать так тягостно,

Панч 3: это омрачает все вокруг.

Панч 4: Это вам не в «Карамельный замок» проиграть. «Оох, малышка, ты застряла на этой помадной штучке!

Панч 5: Эй, ну ты ж попала на клеточку жвачной спиральки и недотянула до финиша».

Панч 6: Но когда она проигрывает в «Монополию», я смотрю в ее маленькое личико и такой… «Итак, вот как мы поступим,

Панч 7: Вся твоя собственность…

Панч 8: все, что у тебя есть…

Панч 9: все железнодорожные компании, все твои дома, все твои деньги… теперь это все мое.

Панч 10: Придется все отдать. Давай-ка сюда.

Панч 11: Да-да, вот так.

Панч 12: Нет, нет, ты не можешь больше играть, видишь ли,

Панч 13: хоть ты и отдаешь мне вот это вот все, это даже рядом не стояло с тем, сколько ты реально мне должна.

Панч 14: Даже рядом не валялось, детка.

Панч 15: Ты практически идешь ко дну, согласен, неприятненько.

Панч 16: Все, что ты зарабатывала весь день,

Панч 17: теперь это мое…

Панч 18: и я собираюсь использовать все это и уничтожить твою сестру.

Панч 19: Я серьезно, я ее уничтожу.

Панч 20: Ее ждет бойня на этом поле».

Задача такая: когда пишешь в формате свитка, придумай сетап, за которым последует минимум 3 панча, а лучше 5, 10 так вообще будет супер, но для начала можно и 3.

Сто лет назад Чарли Чаплин смешил людей до слез. Луи С. К. делает это сегодня. Пришел твой черед. Сетап-панчлайн, свиток – благодаря этим форматам у твоего материала проявится отличительный признак мастера комедии.

Двигаемся в обратном направлении

Обкатав черновик, нужно начать двигаться по тексту в обратном направлении, с конца в начало, чтобы придать материалу формат шуток сетап – панчлайн. Твоя экспериментальная аудитория подсказала тебе, где смешные места. Учитывая это, ты идешь в обратном порядке от строчки (или выражения лица, или звукового эффекта), где люди засмеялись, к началу шутки. Зная, где панчлайн, ты сможешь написать краткий сетап.

В черновике могут оказаться строчки, которые не нужны ни для сетапа, ни для панчлайна. Во второй редакции от таких нужно избавиться. (Их надо убрать из самой шутки, но выкидывать необязательно. Многие хорошие авторы не выбрасывают то, что вычеркивают из черновика. Чуть позже они снова могут пролистать этот материал и обнаружить что-то смешное, что пригодится им в новых шутках.) Во второй редакции черновика мы оставляем лишь то, что непосредственно связано с сетапом и панчлайном шутки. Такой процесс работы «с конца» позволяет создать яркие лаконичные сетапы и многочисленные панчлайны.

Чтобы понять, как именно следует работать в обратном направлении, давай еще раз взглянем на черновик Лоры Басси. Подчеркнутые строки означают места, где смеялись зрители во время обкатки материала.

В черновике могут оказаться строчки, которые не нужны ни для сетапа, ни для панчлайна. Во второй редакции от таких нужно избавиться.

Обычно все пытаются научить детей звукам, которые издают животные, ведь это так мило, даже несмотря на то, что половина из них к животным не имеет никакого отношения… Что говорит коровка? «Мууу»? Зачем мы учим этому детей? Животные не делают ничего подобного. Ты же не слышишь в зоопарке, чтобы свинья делала хрю-хрю… на самом деле это что-то вроде (изображает настоящий звук свиньи), но никто не хочет, чтобы ребенок разгуливал и выдавал нечто подобное. Надо подойти к этому вопросу с другой стороны, например: «А о чем свинки думают?», и ответом будет: «Умоляю, пожалуйста, не разделывайте меня на тысячу кусочков, а потом не перерабатывайте в эту ветчинную нарезку, которую вы так обожаете класть на свои бутерброды». Это детям в жизни не поможет. Так давайте мы поможем. Иногда мужики оказываются свиньями. А как говорят свиньи? «Блин, детка, ты выглядишь круто! Иди-ка сюда!» Почему бы не использовать этот формат, чтобы научить их чему-то, что пригодится в жизни: что говорит двадцатисемилетняя безработная, которая сейчас за тобой присматривает? «ПОМОГИТЕ!»

Когда Лора поняла, какие именно реплики смешные, она пошла в обратном направлении, создавая сетапы. Там, где она изображала свинью, зрители впервые засмеялись. Соответственно, она поняла, что может убирать строки про корову и про то, почему родители этому учат детей. В сетапе первой шутки должно говориться о том, что звуки животных, которым учат детей, – враки.

Вот что получилось:

Сетап: Обычно все пытаются научить детей звукам, которые произносят животные, ведь это так мило, даже несмотря на то, что половина из них к животным не имеет никакого отношения… Свинки говорят: «Хрю-хрю». Да не говорят они «хрю-хрю». Свинки говорят:

Панчлайн 1: (Лора изображает свинью)

Сетап: Это ни разу не мило. Никто не хочет, чтобы ребенок разгуливал и выдавал нечто подобное.

Панчлайн 1: (Лора изображает свинью)

Следующим смешным моментом была реплика: «Блин, детка, ты выглядишь круто! Иди-ка сюда!» Учитывая это, она убрала все, что было связано с «А о чем свинки думают?» и перешла к теме, которая развивается в следующей шутке: «Иногда мужики оказываются свиньями».

Сетап: Иногда мужики оказываются свиньями, а что у нас говорят свиньи?

Панчлайн 1: Блин, детка, ты выглядишь круто! Иди-ка сюда!

Такая редактура позволила Лоре сделать шутку боле лаконичной, убрав весь не связанный с ней текст. Далее, прояснив тему шутки, она добавила еще один панч:

Панчлайн 2: «Слышь, я в стельку, и мне не сдались отношения. Ты не хочешь подойти?»

В следующий раз люди засмеялись на слове «ПОМОГИТЕ!». Посчитав, что исходный сетап в черновике ясно обозначал тему, она его оставила. И такая ясность позволила добавить еще один панчлайн.

Сетап: Почему бы не использовать этот формат, чтобы научить их чему-то, что пригодится в жизни: что говорит двадцатисемилетняя безработная, которая сейчас за тобой присматривает?

Панчлайн 1: «ПОМОГИТЕ!»

Панчлайн 2: «Даже не думай поступать на связи с общественностью!»

Работая в обратном направлении, она упорядочила свой хаотичный черновик, превратив его в лаконичные, выразительно написанные шутки формата сетап-панчлайн. Этот процесс позволил ей:

• Определить тему смешной строки, убрать все ненужное, не относящееся к теме, сделать шутку лаконичнее.

• Убрать из панчлайна лишние слова, сделав его более емким.

• Добавить еще панчлайн, как только прояснилась тема сетапа.

Иногда, желая придать форму шутке, можно ненароком вычеркнуть слова, которые важны для шутки, и таким образом уничтожить ее. Примером такой неосмотрительности может служить шутка Роско Нэша. Шутка о том, как у его дочери выпали зубы.

У моей шестилетней дочки сейчас такой период, когда ее тело меняется, и она быстро растет. Накануне вечером у нее выпало три передних зуба сверху и три передних зуба снизу. Она выглядит, как карлик-наркоша. Я даже у жены спросил: «У нас псевдоэфедрин в аптечке закончился или его Руби скурила?»

Роско предложил сократить начало, убрав фразу про скачок роста дочери. Он считал необходимой лишь информацию о том, что у дочери выпали зубы, а потому решил начать шутку словами: «Накануне у моей дочери выпало три передних зуба сверху и три передних зуба снизу».

Не самая лучшая мысль. В сетапе должна отражаться и тема, и твое отношение к ней. Обрезанное таким образом начало не отражало отношение Роско к тому, что девочка лишилась зубов. Без первой фразы складывалось ощущение, что он высмеивает внешний вид дочери, хотя в его намерения это не входило. А если бы аудитория подумала, что именно этого он и добивался, они бы считали его просто козлом. Хотя он хотел показать, что поражен тем, как быстро она растет. Изначально шутка задумывалась как юмористическое наблюдение любящего отца. А предложение обрезать начало в корне изменило бы посыл, уничтожило всю симпатию к нему и сильно уменьшило, а то и вовсе убило бы смех.

Если при попытке сделать шутку более лаконичной и емкой получается не так смешно, как было изначально, верни все обратно. Значит, эти слова нужны.

Теперь твоя очередь. Подчеркни фразы у себя в черновике, где смеялись зрители, когда ты опробовал на них свой материал. И не забывай расширить свои понятия того, что считать смехом. Позже, когда начнешь выступать в клубах, поднимешь планку. Зрители в таких заведениях – самый точный показатель качества твоего материала. После нескольких выступлений по реакции зрителей ты поймешь, какие шутки оставить, какие выкинуть, а какие доработать панчами. Но на данном этапе есть риск совершить ошибку и вырезать материал, который после небольшой доработки мог бы вызвать громкий смех. Забраковывай с умом.

Иногда, желая придать форму шутке, можно ненароком вычеркнуть слова, которые важны для шутки, и таким образом уничтожить ее.

Если при попытке сделать шутку более лаконичной и емкой получается не так смешно, как было изначально, верни все обратно.

Составляем сет-лист

Когда твой материал преобразован в шутки формата сетап-панчлайн, пора приступать к составлению сет-листа. Сет-лист – это порядок, в соответствии с которым ты будешь рассказывать шутки во время номера.

Сразу несколько факторов определяют, какими шутками стоит открывать выступление. Очень важно в первые же 30 секунд пару раз сильно насмешить зрителей. Всякий раз, когда на сцену выходит новый комик, у людей сразу возникает вопрос: «А смешной ли этот артист?» Тебе нужно как можно скорее дать им ответ. Когда в самом начале номера ты пару раз развеселишь их шутками категории А, зрители решат: «Этот артист хорош! Он забавный!» Как только этот вопрос будет улажен, они будут снисходительны впредь, если пара каких-нибудь шуток не зайдет. А еще и самому комику важно услышать смех в самом начале выступления. Ведь больше всего обычно беспокоит вопрос: «А будут ли они смеяться?» Услышав в самом начале обнадеживающий смех в зале, ты отбросишь все тревожные мысли.

Очень важно в первые же 30 секунд пару раз сильно насмешить зрителей.

Но не стоит начинать номер с самых лучших шуток, что у тебя есть. Их лучше приберечь на потом, чтобы твое выступление шло по нарастающей, а со сцены лучше всего уходить, наслаждаясь громким хохотом. Другими словами, начинай выступления с очень хороших шуток, а заканчивай лучшими.

Если ты только начинаешь свой путь, определять относительную комическую мощность шуток тебе предстоит методом проб и ошибок. Нельзя быть уверенным наверняка, пока несколько раз не выступишь с шутками перед зрителями (лучше всего перед теми, кто платил на входе). Сейчас же пытайся предугадать. А как только за плечами появится опыт выступлений на сцене, гадать больше не придется.

Если у комика есть какая-нибудь отличительная особенность: необычное имя, слишком высокий или чересчур низкий рост, сильная полнота или худощавость, или, как в случае с некоторым моими учениками, артист слепой, глухой, у него не хватает одной конечности или любой другой видимый физический недостаток, и про это есть шуточки – лучше всего с них и начать. Это отличный способ завязать отношения со зрителями. Если твоя особенность настолько очевидна, что все внимание зрителей будет приковано к ней с той самой секунды, как ты окажешься на сцене, то тебе нужно начать с шутки про это, иначе все выступление мысли зрителей будут заняты лишь этим. Но если ты расскажешь парочку шуток о своей особенности, то зрители будут готовы идти с тобой дальше и переключаться на другие темы. В качестве примера приведу шутку, с которой начал свое выступление мой однорукий студент, сделав комплимент комику, выступавшему до него:

Если ты только начинаешь свой путь, определять относительную комическую мощность шуток тебе предстоит методом проб и ошибок.

Вау! Крейг, просто супер! Обожаю его выступления. Если выпадает возможность послушать его – я обеими руками за! (Поднимает вверх одну руку)

Нужно, чтобы зрители сразу поняли, что ты из себя представляешь. Сделай так, чтобы твое присутствие на сцене было ярким. Потому еще одним решающим фактором о том, с каких шуток начинать выступление, будет отражение твоего сценического образа. (В 34-й главе я объясню, как это работает.)

Вот пример материала, открывающего номер, в котором дается четкое представление о том, что за личность комик, вышедший на сцену. Это стендап моего студента Айза О’Нила. Тебе следует знать, что он высокий и худой старшеклассник, у него длинные волосы, иногда они даже на глаза лезут. Образ сценического персонажа построен на его внешнем виде. Он кажется умным, но социально незрелым. Вот с чего он начинает:

Когда я был маленьким, я часто ездил в летний лагерь. Потом сказал родителям, что там ужасно. Они спросили, что именно, и я ответил: «Ну… санитария, кормежка, люди, занятия, комнаты, территория, жарища, то, что это еврейский лагерь, а мы не евреи, и еще кое-что… вожатые, персонал, сезонные рабочие, другие воспитанники, плохая прачечная. А про еду я уже говорил? Неприемлемая санчасть, медсестры, насекомые, водители автобусов, запрет на телефоны, что несколько странно, словно они скрывают что-то; походы с палатками, лагерные костры, лагерные песни, запрет на орехи. Поэтому больше в лагерь я не езжу. Я езжу к психологу».

Из этого фрагмента сразу понятно, что перед нами за персонаж. Благодаря подобным шуткам со зрителями устанавливается контакт, ведь сам паренек не из тех, кто в восторге от внешнего мира. А еще эти шутки, как и положено, с первых секунд на сцене вызывают смех. Номер представляет собой свиток в формате списка. Тема сетапа – объяснить родителям, чем ему не нравится лагерь. За сетапом идет 20 панчей подряд.

Есть категории шуток, которыми лучше не начинать свое выступление, например про секс, в том числе про секс в твоей жизни. Читая шутки на страницах книг, мы забываем, что знакомство с аудиторией – это социальное взаимодействие. Если ты знакомишься с людьми за пределами клуба и, протягивая руку, выдаешь: «Я тут на днях дрочил и…», то ее так никто и не пожмет, сразу по нескольким причинам. Раз уж с самого начала хочешь дать понять, что твой юмор провокационный и шокирующий, то зрителям должно это нравиться. Сначала им должен понравиться сам артист, чтобы его провокационный материал зашел. Тебе не нужны шутки, которые оттолкнут людей.

Сначала зрителям должен понравиться сам артист, чтобы его провокационный материал зашел.

Однако можно привести публику в восторг, шокировав ее. Я приведу пример, который требует небольшого пояснения. В отрывке ниже ты увидишь шутку моего афроамериканского студента, которая открывала его проверочное выступление[26] в клубе «Кэролайнз» в конце 1980-х. В те дни, несмотря на то что в стендапе уже были чернокожие звезды, например Ричард Прайор или Эдди Мёрфи, подавляющее большинство стендаперов классом пониже были белыми. Редко можно было увидеть на проверочном выступлении чернокожего комика. И по той же причине в зале почти не было черных. Новичку афроамериканцу частенько приходилось выступать перед морем белых лиц. Потому иногда и зрители, и комики были на нервах. Мой студент решил воспользоваться этим чувством неловкости и сделать акцент на том, что он, афроамериканец, оказался на этом вечере. Он вышел на сцену «Кэролайнз» с широкой улыбкой на лице и выдал эту вступительную фразу, обращаясь к полностью белой аудитории:

Привет! Вы когда-нибудь случайно кого-то убивали?

Это была шутка на грани фола, основанная на стереотипе белых о том, что чернокожие жестоки. Ее высказали прямым текстом, и она вызвала громкий смех. С юмором указав на нетерпимые идеи, присущие некоторым, этот комик установил контакт со своей белой аудиторией.

Итак, повторим еще раз то, что требуется от вступительных шуток:

• В первые тридцать секунд нужно пару раз рассмешить зрителей.

• Аудитории нужно дать полное представление относительно твоего комедийного образа.

• Они должны указывать на твои отличительные особенности.

• Они могут быть провокационными и на грани фола, но сам комик должен быть аудитории по душе.

• Услышав их, люди должны заинтересоваться, что ты скажешь дальше.

Теперь отправляемся в самый конец твоего сет-листа. Заканчивать выступление нужно самыми лучшими шутками. Их значимость мне объяснил Джек Роллинз, легендарный продюсер и агент, среди его клиентов были Николс и Мэй, Робин Уильямс, Билли Кристал, Дэвид Леттерман, Вуди Аллен и Мартин Шорт. Он сказал мне: «Важнее всего, чтобы зрители запомнили не твои шутки, а тебя». То, какое впечатление у них останется, повлияет на желание увидеть тебя снова.

Потому заканчивай выступление своими лучшими шутками. Повторюсь, если ты только начинаешь, придется лишь гадать, какие из них самые-самые. Но когда начнешь регулярно выступать, сможешь принимать решение, основываясь на опыте. Как только определишься, какие шутки будут открывать выступление, а какие пойдут последними, как следует планировать очередность материала, что окажется между ними.

Заканчивать выступление нужно самыми лучшими шутками.

Если планируется работа с залом, середина выступления подойдет как нельзя лучше. И пройдет все отлично, ведь после классных шуток в начале ты им нравишься, они тебе доверяют. Как только между вами установились хорошие отношения, зрители смело будут общаться с тобой. Ваша взаимосвязь позволит рисковать. Вот почему именитые стендаперы обкатывают новые шутки в середине сета.

Скорее всего, у тебя получится несколько шуток на одну тему, скажем, свидания, еще будет парочка на совершенно другую, например о семье. Также могут оказаться унизительные подколы знаменитостей, которые не связаны ни с одной из других тем. Все шутки на одну тему легко соединяются между собой в блоки. Объединив их по темам, ты сможешь придать форму средней части выступления.

Иногда открывающие шутки могут идеально подводить к какому-нибудь блоку из средней части. Предположим, номер начинается с того, как тебя бросил парень или девушка. Такое вступление можно продолжить блоком о свиданиях. И, наоборот, некоторые блоки могут отлично подводить к финальным шуткам. Например, если напоследок ты размышляешь о том, каково быть детьми Дональда Трампа, перед этим могут идти шутки о собственной семье.

Но что делать, если хочется начать блок с унижением знаменитостей сразу после острот о семье, а у них нет ничего общего? Пришло время выяснить, как закончить с одним блоком и приняться за следующий на совершенно другую тему.

Я бы мог сейчас написать «как перейти от блока на одну тему к…» и т. д. Я не стал так писать, потому что не нужно переходить от одной темы к другой. Сейчас объясню.

Когда пишешь сочинение, должно быть понятно, как первая мысль приводит ко второй, как одна связана с другой и т. д. Переходы полезны и важны при разъяснительном письме, чтобы соединить две смежные темы. Однако твой стендап-материал – это не эссе по тезису, состоящее из взаимосвязанных тем и мнений. Твой текст – это развлекательный отрывок, который может затрагивать множество тем, у которых нет ничего общего. Единственное, что их объединяет – тот факт, что ты о них говоришь. Вот что важно. В стендапе ты и есть переход. Твоя комедийная индивидуальность, по сути, и связывает все твои шутки.

Ни один комик не знает это лучше Стивена Райта. В отрывке, который я привожу ниже, он затрагивает сразу несколько тем, у которых на первый взгляд нет ничего общего.

Я как-то был рассказчиком у плохих мимов. Шел я тут по лесу, прямо передо мной дерево рухнуло, а я и не услышал даже. Вопросы есть? Как-то чересчур это все. Ходил в стройматериалы, купил использованную краску. На домик похоже было. Купил еще батарейки, но они в комплект не входили. Снова пришлось их купить.

Было бы бесполезно и невразумительно даже пытаться сделать переходы между этими шутками. Стивен Райт никогда не сказал бы нечто подобное: «Я как-то был рассказчиком у плохих мимов. Мимы обычно работают одни, и, кстати, говоря об одиночестве, шел я в одиночестве по лесу, прямо передо мной дерево рухнуло, а я и не услышал даже». Абсолютно хаотичные на первый взгляд шутки связаны не переходами, а его личностью. У этого человека своя атмосфера.

В стендапе ты и есть переход. Твоя комедийная индивидуальность, по сути, и связывает все твои шутки.

Джимми Фэллон – не такой чудаковатый персонаж, как Райт. Это мужик, с которым одно удовольствие пропустить по кружечке пивка, да и дружить с таким круто. Но, как и Стивен Райт, и как все его предшественники, ведущие ночные ток-шоу, Фэллон в своих открывающих стендап-монологах избегает переходов. Вот, например:

Свежие новости из мира шоу-бизнеса. Ходят слухи, что матушка Джеймса Леброна встречается с рэпером. Странно смотрелось, когда ее бойфренд такой: «Погоди, у тебя что, ребенок есть?» (Пританцовывает) Ребят, приложением «Вайн»[27] пользуетесь? Сорок человек, класс. Я «Вайном» пользуюсь, оно прикольное. Я им частенько пользуюсь, так это круто – там можно постить короткие видео. Прочитал про парня, который запостил шестисекундное видео, как расстается с девушкой. Он-то собой гордился, пока девушка не сказала: «У тебя не только видео 6 секунд длились». Дамы, а вот новости, которые вы оцените: результаты исследования по всему миру показали, что у женщин сейчас самая большая продолжительность жизни за всю историю. Ученые пока так и не смогли это объяснить, но я на всякий случай начал есть батончики «Луна»[28].

Фэллон перескакивает с отношений мамы Леброна и рэпера к теме про «Вайн», а потом тут же сообщает, что женщины живут дольше. И каждый раз никаких переходов. Зрителей это с толку не сбивает. Они привыкли, что комики просто перескакивают с одной темы на другую.

На самом деле, пытаясь придумать переход, который скрепил бы две не связанные между собой шутки, ты только собьешь аудиторию с толку. Им будет непонятно, о чем вообще речь. Ты же помнишь, что хороший сетап касается одной темы. Более того, писать переходы означает добавлять слова, над которыми никто не будет смеяться, что сильно снизит показатель «смех в минуту». Правда, если сам переход смешной, обязательно оставь его. Например:

Дональд Трамп сказал, что его поездка в Мексику была конструктивной и позитивной. Мексиканцы же сформулировали это немного по-другому. Согласно их прессе, это была самая большая катастрофа за всю историю страны. К слову, о катастрофах исторического масштаба, вчера у меня было свидание…

Конечно, хочется, чтобы выступление шло хорошо. Это достигается не только искусственной связкой шуток на разные темы. Во время номера ты поймешь, что одни шутки предваряют другие без всяких переходов. Ты также поймешь, что чем-то лучше начинать выступление, чем-то заканчивать, а что-то убрать в середину. Ты научишься выстраивать шутки своего номера так, чтобы начало выходило убедительным, далее шло по нарастающей и заканчивалось грандиозным финалом. Эти знания придут с опытом, и со временем твое выступление будет протекать очень гладко.

Пытаясь придумать переход, который скрепил бы две не связанные между собой шутки, ты только собьешь аудиторию с толку.

Что ж, теперь у тебя на руках хорошо структурированный сет-лист из шуток формата «сетап-панчлайн». Пора переключиться на само выступление.

Часть IV

Руководство по выступлению со стендап-комедией

Волнение. Его плюсы

Пугает ли тебя сама мысль о стендап-выступлении? Если да, это кое-что о тебе говорит. Ты клинически вменяемое и рациональное человеческое существо. Разумеется, есть определенные начинания, которые должны разумного человека заставить нервничать, и стендап-выступление стоит во главе этого списка.

Из года в год по результатам опросов населения самый большой страх – именно публичных выступлений. Его боятся пуще смерти. Как выразился Джерри Сайнфелд:

Таким людям кажется, что если придется побывать на похоронах, то лучше уж в гробу лежать, чем произносить надгробную речь.

Раз уж мы выяснили, что поначалу ты в любом случае будешь нервничать на сцене, пожалуйста, не откладывай книгу в сторону и не ищи «Как стать стоматологом-гигиенистом» или «Ваше будущее в перетяжке мебели». Сама мысль, что ты можешь разволноваться, это не плохая новость, а хорошая. И вот почему. Когда я начинал вести мастер-классы, частенько происходило кое-что удивительное: самое первое выступление моих студентов оказывалось лучшим на заре их карьеры. Казалось, сами боги комедии благословляют стендап-дебют. Мне стало интересно, почему так происходит.

Из года в год по результатам опросов населения самый большой страх – именно публичных выступлений. Его боятся пуще смерти.

Важную роль в этом играют нервы. Когда ты на сцене, твои нервишки шалят, и благодаря этому случается то, что не просто полезно тебе как артисту, а жизненно необходимо.

Первое, что ты получишь благодаря всей этой нервотрепке, – энергия. Я тебе гарантирую: даже если накануне выступления ты и глаз не сомкнешь, стоит только МС произнести: «Пожалуйста, поприветствуйте нашего следующего артиста…», назвать твое имя, а зрителям начать аплодировать, в этот самый миг на тебя нахлынет сразу уйма чувств, но усталости среди них точно не будет.

Энергия артисту на сцене крайне необходима. Она питает зрителей и позволяет тебе занимать все пространство.

Во-вторых, я с уверенностью могу гарантировать отсутствие посторонних мыслей с первых же секунд появления на сцене. Ты не станешь размышлять, чем бы перекусить после шоу. Ты направишь весь свой потенциал на то, чтобы наладить контакт со зрителями и отыграть свое выступление точно так, как планировалось на репетициях. Вот и второй несомненный плюс твоего волнения: исключительное умение фокусироваться на своем выступлении и контакте со зрителями. Вот что Луи С. К. думает по поводу этих положительных моментов:

Энергия артисту на сцене крайне необходима. Она питает зрителей и позволяет тебе занимать все пространство.

Я сразу словно на иголках. Не люблю это ожидание перед выходом на сцену. Начинается мандраж, и от этого жутко некомфортно. Но я точно знаю, что лучше ценить этот момент, а не пытаться его избежать. Поэтому, стоя за кулисами, я коплю всю энергию, чтобы на сцене лучше чувствовать связь со зрителями.

Чтобы тебе стало спокойнее, могу заверить, что люди в зале не заметят твоего волнения. У меня на мастер-классах частенько бывало, что какой-нибудь комик, закончив потрясающее выступление, признавался нам, что был на грани нервного срыва, а мы этого даже не замечали, хотя он стоял буквально в метре от нас. Нам это было неведомо, потому что публике обычно не видно того, что происходит, когда шалят нервишки. Зрители не видят потных ладоней или бабочек в животе. А если боишься сильно вспотеть – надень свитер или пиджак. Если трясутся руки – оставь микрофон на стойке.

Более того, зрители и не станут высматривать у артиста признаки волнения. Они в клубы не за этим ходят. Им хочется наслаждаться комедией. А когда твое вступление начнется с пары смешных шуток, о которых мы говорили в предыдущей главе, они сразу станут смеяться. Все, они получают удовольствие. Все их внимание приковано к комедии, а не к твоим потовым железам.

Чтобы стало понятно, обратимся к другой форме живого выступления – к музыке. Скажем, ты на концерте The Rolling Stones, Radiohead, Брюса Спрингстина, Arcade Fire или кто там тебе нравится. И вот звучат вступительные аккорды первой песни. Музыканты с энтузиазмом начинают играть. Разве ты сидишь в этот момент, размышляя, нервничают ли они? Да нет, конечно. Все твое внимание в этот момент занимает музыка. Точно так же и зрители в клубе: все, чем они заняты, – наслаждаются твоим выступлением.

Однако они совершенно точно заметят положительный эффект от волнения: твое эмоциональное возбуждение от пребывания на сцене. Вот что они увидят. Третье, что ты получишь благодаря волнению, – самый важный элемент всего стендап-выступления – это возможность сказать своим зрителям: «Я в восторге от того, что могу стоять здесь и общаться с вами».

Когда выступлений станет больше, в некоторых случаях ты вообще не будешь волноваться. Если продюсер засунул тебя в конец очень длинного шоу, а зрителей уже почти не осталось, сидят там где-то за одним столиком, и вдруг ты понимаешь, что там все громко разговаривают на корейском, то волноваться ты не будешь. В этом случае, конечно, придется напрячься, но непременно показать им, что выступать перед ними тебе по кайфу и ты не променяешь их компанию ни на что на свете.

Но в начале карьеры не придется из кожи вон лезть, чтобы передать весь свой восторг от пребывания на сцене. Твое волнение четко и ясно даст это понять.

Проблемы с выступлением могут возникнуть, если неправильно истолковывать свое волнение. Кому-то оно может показаться плохим предзнаменованием. Хотя на самом деле все как раз наоборот: с тобой происходит что-то хорошее и абсолютно нормальное.

Благодаря своему беспокойству ты обретешь энергию и концентрацию, которые помогут тебе блистать на сцене.

Благодаря своему беспокойству ты обретешь энергию и концентрацию, которые помогут тебе блистать на сцене. Кроме того, зрители не заметят твое волнение. Все, что они увидят, – твой восторг от того, что ты с ними и делаешь то, о чем всегда мечтал, – смешишь их. И они полюбят тебя за это.

Твое волнение – это дар. Доверься ему.

Самое важное – радость общения

Радость общения чрезвычайно важна в стендап-комедии. Это не о том, как тебе весело. Быть счастливым – это прекрасно, но не смешно. Сложно рассмешить людей тем, что у тебя в жизни все прекрасно. Радость общения подразумевает, что для тебя одно удовольствие рассказывать людям о своих эмоциях, будь то злость, смущение, гнев, восторг, разочарование, любовь или любые другие.

Скорее всего, с тобой такое уже случалось, правда, не на сцене. Когда что-то тебя сильно бесит, наверняка есть человек, которому не терпится об этом рассказать: «Да ты не поверишь, что этот сукин сын мне заявил…» или «Я там в этой очереди чуть не сдох, а когда наконец-то подошел к окошку, этот придурок за стойкой…». То самое чувство, когда можешь выговориться благодарному слушателю – вот где радость общения.

И вот почему это самое важное для эстрадного артиста.

Когда отдельные личности собираются вместе и формируют аудиторию, кое-что случается. Как только начинается шоу и раздается смех в зале, эмоциональный климат помещения меняется. Люди обмениваются взглядами и улыбаются, демонстрируя друг другу свое наслаждение выступлением. Зал, полный сдержанных незнакомцев (некоторые из них перед началом шоу, возможно, даже ругались из-за мест на парковке), превращается в теплую компанию друзей и приятелей. А все благодаря кому?

Артисту, вот кому. Вот как этого можно добиться.

Люди сидят в темном зале, смотрят на тебя. Только тебя видно в свете софитов. Ты возвышаешься над ними, стоя на сцене. Все взгляды обращены на тебя. Ты в центре их внимания. В результате люди забывают все то, о чем переживали до шоу: «Я так волнуюсь из-за отчета, который нужно успеть до четверга… Какого черта жена выбирает самую дорогую парковку?.. Как же я рад, что уже завтра отпуск», – и начинают испытывать то же, что и ты.

Вот почему радость общения так важна. Если ты дашь понять своим зрителям, что «ни на что на свете не променял бы вечер на этой сцене и общение с ними. Слава богу, что вы все пришли!», то и люди в зале будут думать: «Хвала богу, что я оказался сегодня здесь, в компании этого комика, обожаю этого парня!»

Позволь, я приведу тебе пример, который никогда не смогу забыть, хотя в нем фигурирует поп-звезда, а не комик. Когда я учился в магистратуре, у нас в кампусе выступала Лора Ниро. Место было просторное – Мемориальный зал Стэнфордского университета, и он до отказа был забит ее восторженными фанатами.

Быть счастливым – это прекрасно, но не смешно. Сложно рассмешить людей тем, что у тебя в жизни все прекрасно.

Когда она вышла, зал разразился бурными аплодисментами. Сев за пианино, она начала исполнять свои самые популярные песни – это было восхитительно. Если закрыть глаза, создавалось ощущение, что слушаешь ее в записи, звучание было идеальным. Заканчивая очередную песню, она таращилась на клавиши в ожидании наших аплодисментов, а потом принималась за следующую песню. Наше присутствие словно игнорировали. Она не играла для нас. Ниро ждала, пока мы перестанем аплодировать, чтобы можно было приступить к следующей песне. Аплодисменты между произведениями становились сдержаннее, не хотелось ее задерживать. Закончив выступление, безупречное, к слову сказать, она встала, поклонилась зрителям и покинула сцену под равнодушные аплодисменты. Ее роскошное музыкальное мастерство не могло компенсировать полного равнодушия к зрителям. Было очевидно, что ей не хотелось там находиться, а к концу выступления – и зрителям тоже.

А теперь давай рассмотрим противоположный пример эстрадного выступления: у меня как-то был абсолютно несмешной ученик. Это вообще редкость, обычно у всех есть хоть какое-то чувство юмора. Но этот парень же был словно зона, свободная от юмора. И по какой-то неведомой причине он любил выступать со стендап-комедией. Обожал просто.

Он по-настоящему кайфовал, выступая на занятиях перед группой. И было видно: это не просто лучшее, что произошло с ним за день, – это лучшее, что случалось с ним в жизни. Он улыбался нам, а мы улыбались в ответ. Когда выступление заканчивалось, мы с восторгом ему аплодировали. Нельзя было не любить этого парня, ведь он ясно давал понять, что наслаждается нашим обществом. Над его шутками никто не смеялся, он был абсолютно не смешной. Даже когда я придумал ему пару классных шуток, он находил способ, как все испортить, лишь слегка их изменив. Но тем не менее мы наслаждались его обществом.

Позже у него состоялось выступление в «Кэролайнз» на Бродвее. А теперь представь, если бы у тебя несколько недель длился курс стендап-комедии и тебе было ясно как божий день, что за все это время лишь над тобой во всей группе зрители не смеялись, возможно, тебя слегка бы потряхивало от перспективы выступить в самом важном комедийном клубе Нью-Йорка. Но только не его.

Он не вышел на сцену, а прямо выскочил. Он не был в ужасе, что в данных обстоятельствах было бы понятно, – его переполнял восторг от возможности находиться на сцене. Если бы клуб «Кэролайнз» был стадионом «Янкиз»[29] комедии, зрители бы увидели, как новичок устремился к пластине крутого питчера Бейба Рута.

От него исходила искренняя радость общения, и в результате его слушали, в зале было море улыбающихся лиц. Никто не смеялся. Он был абсолютно не смешным. Но когда он выбил мяч в аут, зазвучали бурные аплодисменты зрителей, которые наслаждались его обществом, потому что он, в свою очередь, получал удовольствие от их общества в тот вечер.

Но, к несчастью для этого смелого парнишки, люди не ходят в клубы улыбаться, они приходят туда от души посмеяться. В комедии нет места хронически несмешным. Однако за 5 минут в высшей лиге у него была власть над зрителями, и он завоевал такую любовь, какая не снилась в тот вечер в Стэнфорде Лоре Ниро со всей ее славой и величайшим талантом.

Дополнив свое мастерство радостью общения, ты станешь отличным артистом. Можно восхищаться комиком, у которого имеется талант, но если ему не хватает радости общения с публикой, в конечном счете он просто сцену топчет.

Но как быть, если у тебя паршивое настроение? Что делать, если твой выход уже объявили, а в голову лезут подобные мысли: «Моя со-вчерашнего-дня-уже-бывшая девушка позвонила и заявила, что у нее от меня кое-что осталось. А когда я спросил: “Что?”, услышал в ответ, что через 9 месяцев мы узнаем, мальчик это или девочка. А сейчас этот долбаный МС представляет меня, отпуская какую-то идиотскую хохму на мой счет. Зрителям весело, а этот гребаный мудак еще и имя мое исковеркал!!! Какая тут может быть радость общения? Что мне теперь делать, Йода?»

Во-первых, позволь сказать, что денек у тебя выдался и впрямь тяжелый. А теперь что касается твоего вопроса, ответ на него – основа основ когнитивной психотерапии: твои мысли влияют на твое настроение.

Если ты думаешь о чем-то пугающем, тебе становится страшно. Они меня возненавидят. Никто не станет смеяться. Мой материал – полное говно. Такие мысли вселяют страх. А тебе вряд ли захочется умирать со страху, выступая на сцене с комедией.

И наоборот, если трезво мыслишь, думая о хорошем, то будешь чувствовать себя прекрасно. Я довел до совершенства свой материал. Он уже отлично зашел, и не раз. Я умею смешить людей. Чем больше я на сцене, тем лучше у меня получается. Я занимаюсь своим любимым делом – дарю людям смех. Только не забывай, мысли реалистичны, ничего не приукрашивай – это важный момент. Ведь если начнешь думать: «Я – лучший. Они будут хохотать во все горло над всем, что я скажу. Меня ждут бурные овации», эти иллюзорные, оторванные от реальности мысли обрекут тебя на провал с большей вероятностью, чем двадцатиминутное выступление о том, как ты подтираешься.

Дополнив свое мастерство радостью общения, ты станешь отличным артистом.

Рациональное и позитивное мышление постепенно наладит эмоциональный климат твоего выступления и позволит получить радость от общения со зрителями. Важно помнить об этом перед выступлением. Перед выходом на сцену повторяй про себя: «Я сейчас пойду и классно проведу время с этими людьми». Сделай это своей мантрой.

Не жди, пока зрители продемонстрируют свою любовь. Захвати симпатию с собой на сцену, а раз они чувствуют то же, что и ты, то тоже начнут испытывать к тебе симпатию в ответ.

Время, проведенное на сцене, может стать твоим убежищем. Как только ты там окажешься, твои грусть, злость и переживания отступят. В минуты, проведенные на сцене, ты испытаешь радость бытия, она нахлынет на тебя вместе с аплодисментами, смехом и светом софитов.

Вот твое домашнее задание, которое поможет понять, что я имею в виду: посмотри любой эпизод сериала Луи С. К. «Луи». В каждой серии его кто-то достает: или дети, или бывшая жена, или подружка. Единственное место, где Луи отлично проводит время, – в клубе Comedy Cellar. Посмотри и увидишь, как его радует возможность общаться с этими людьми.

Перед каждым шоу, которое я организовываю, я собираю своих новых учеников и спрашиваю: «Что сегодня самое важное?» Иногда я слышу в ответ: «Рассмешить народ» или «Не забыть шутки», «Не рассмеяться самому». Но так как они отличные ученики, то всегда дают правильный ответ: «Повеселиться».

Испытывай радость от общения все свое выступление, и тогда ты увидишь людей, которые каждый раз смеются над твоими шутками и между делом улыбаются тебе, потому что им нравится проводить время с человеком, который рад проводить время с ними.

Оживая на сцене: вся гамма эмоций

Когда речь заходит об известном комике, можно с легкостью представить, как бы он повел себя в ситуации, в которой мы его на самом деле никогда не видели. Если представить себе вечеринку, душой компании был бы Джимми Фэллон. Он бы пел, танцевал, травил анекдоты, громко смеялся над шутками других гостей и стал бы ведущим салонных игр. Луи С. К. стоял бы в уголке, потягивая пивко и избегая пустых разговоров с людьми. Вокруг милашки Сары Сильверман столпились бы мужчины, но их круг редел бы всякий раз, когда она невольно оскорбляла чью-то расу, религию или ориентацию. Причем сама она даже не заметила бы, что сказала что-то не то. А вокруг Лизы Лампанелли была бы целая толпа смеющихся женщин и мужчин, которых она намеренно оскорбляла. Льюис Блэк бы вдохновленно обсуждал политику и так сильно расстроился бы, услышав последние новости, что кому-то пришлось бы прикуривать ему сигарету, ведь у него самого бы тряслись руки. Гости вечеринки были бы в полной уверенности, что где-то тут Гилберт Готтфрид, потому что он разговаривал бы громче всех. На самом же деле его не было среди приглашенных. Он бы просто находился где-то по соседству.

Испытывай радость от общения все свое выступление, и тогда ты увидишь людей, которые каждый раз смеются над твоими шутками.

Одаренные комики создают неподражаемый сценический образ; они это делают настолько реалистично, что создается впечатление, словно мы с ними действительно знакомы. В детстве я был уверен, что комик Джек Бенни, который каждую неделю мелькал в телевизоре, на самом деле мой дядя.

Создание сценического образа требует времени. Понадобится много-много выступлений и несколько лет, чтобы закристаллизовать свой комедийный стендап-образ. Однако запустить этот процесс можно уже в самом начале своей карьеры. Самое важное, чтобы на сцене тебя переполняли эмоции.

Зрители должны каждую минуту понимать, какие эмоции ты испытываешь, когда что-то рассказываешь. Это не значит, что выражать свои чувства надо громко. Их надо выражать четко. То, как ты выражаешь свои чувства, поможет зрителям понять, кто ты. Например, Гилберт Готтфрид, Джессика Кирсон и Дон Риклз выражают свои эмоции громко и темпераментно. Дэвид Леттерман всегда делал это с сарказмом. У Боба Ньюхарта постоянно был язвительный, невозмутимый способ выражения чувств (что очевидно из названия его комедийного альбома «Невозмутимый разум Боба Ньюхарта»). Небольшие заикания в речи означали, что он чем-то озабочен, а если он слегка повышал голос – это означало ужасную панику и страх.

Понадобится много-много выступлений и несколько лет, чтобы закристаллизовать свой комедийный стендап-образ.

Отчасти такая ежеминутная эмоциональная выразительность прописывается в материале. Ты же помнишь, что сетап должен быть посвящен одной теме и ясно выражать отношение к ней. Так вот панчлайны тоже должны опираться на очевидные эмоции.

Чтобы понять, что я имею в виду под насыщенной гаммой эмоций, давай обратимся к фрагменту выступления Луи С. К. про то, как он играет в настольные игры с детьми. (Этот фрагмент предшествует тому отрывку, что мы рассматривали в главе про акт-аут.) В скобках я укажу те чувства, что лежат в основе его сетапов и панчлайнов.

Сетап и панчлайн 1: (Раздражен) Как же скучно иметь детей. Приходится играть в детские игры. Приходится играть в настольные игры. Настольные игры для малышей, где ты такой… (Издает монотонный звук вращающегося детского волчка) А потом ходишь тык-тык-тык…

Панчлайн 2: (Опять воспроизводит монотонный звук)

Панчлайн 3: (Пытается скрыть от дочери свое уныние) У тебя шесть, милая…

Панчлайн 4: (Изображает, как дочь медленно и методично считает, двигая свою фигурку) Оодииин…… Двааа…… Трииии……

Панчлайн 5: (Не скрывая свое раздражение, тыкает в то место, где должна оказаться фигурка дочери) Да вот сюда. Просто поставь сюда. Это же…

Сетап: (Изображает, как дочка решила постоять за себя) Папочка, я же учусь.

Панчлайн 1: (Сыт по горло) Да знаю я, но придется вырасти тупой, потому что я задолбался.

Панчлайн 2: (Сыт по горло) Детка, я больше не в силах это выносить…

Панчлайн 3: (Сыт по горло) Я не в силах на это смотреть…

Панчлайн 4: (Сообщает жестокую правду) и одной любви к тебе не хватит, потому что я реально задолбался…

Панчлайн 5: (Искренне) Я так больше не могу. Я просто…

Каждое слово в его шутках опирается на конкретные эмоции. Так должно быть и с твоими словами. Нужно с легкостью передавать эти эмоции. Люди должны понимать, когда тебя все достало, когда тебе скучно, когда волнуешься, бесишься, боишься или в восторге. Если ты не можешь передать эмоцию – нужно переписать шутку. Переделай так, чтобы стало понятно, какую эмоцию ты испытываешь, говоря о конкретной теме.

Эмоции должны быть настолько сильными, насколько это будет гармонировать с твоим образом. Гиперболизируй их. Ненавидеть что-то всеми фибрами души гораздо смешнее, чем просто раздражаться по какому-нибудь поводу. Обожать что-то гораздо смешнее, чем когда это просто нравится.

Кто бы зашел тебе с большим энтузиазмом: комик, который говорит: «Вот что меня слегка раздражает», или артист, который заявляет: «Со мной тут кое-что случилось – если такое повторится, я себе башку прострелю»? Таким смешным отрывок Луи С. К. делает как раз то, что он с катушек слетел из-за дочери, хотя она не сделала ничего плохого и вела себя хорошо. Девочка просто не торопилась и была внимательна. Луи не просто по-отцовски изумлен или раздражен. Он не может это выносить. Она его с ума сводит. И папаша не в состоянии это терпеть. Если сейчас же этот ад не закончится, у него крыша поедет.

Одна из задач комика – занимать своим присутствием все пространство, чтобы внимание зрителей было приковано лишь к нему. Первое, что в этом поможет – отразить в своем материале жизнь, насыщенную сильными эмоциями.

Во-вторых, важно то, как ты эти эмоции отыграешь на сцене.

По сути, существует два подхода относительно того, как должен играть актер. Последователи первого подхода утверждают, что актер действительно должен испытывать ту эмоцию, которую хочет успешно сыграть на сцене. Их оппоненты заявляют, что актер должен передать эмоциональное состояние вне зависимости от того, испытывает он его или нет. Оба эти подхода подарили миру прекрасных актеров. Но в театральном мире все еще продолжаются ожесточенные споры относительно того, какой подход профессиональнее.

В стендапе все проще, никаких споров. Комик изображает проявление эмоции, а не саму эмоцию. Причина проста: чтобы от души смеяться, публика должна быть уверена, что с комиком на самом деле все в порядке. Нельзя смеяться и переживать за человека одновременно. Если бы мы решили, что у Льюиса Блэка в самом деле случился нервный срыв, мы бы не сидели там и не угорали над ним; мы бы позвонили в 911. Если бы мы увидели кого-то в гневе, первой нашей мыслью было бы не попасться ему на глаза. Последнее, что пришло бы нам в голову, – придвинуться поближе, заказать выпивку и начать над ним смеяться. Но именно так мы и поступаем, когда комик начинает громко возмущаться. Нам дан зеленый свет потешаться над мучениями артиста, потому что мы понимаем, что на лице у комика маска. Мы знаем, что в действительности комик не раздосадован, не сыт по горло и не рассержен. Мы становимся свидетелями комичного проявления его эмоций, а не их самих. У комика все под контролем, и с ним все в порядке.

Одна из задач комика – занимать своим присутствием все пространство, чтобы внимание зрителей было приковано лишь к нему.

Ранее в книге мы уже обсуждали восприятие себя как комедийного писателя. Если ты помнишь, я повторял тебе: когда ты говоришь что-то смешное, ты фактически пишешь, просто на словах. Теперь обратимся к актерской игре.

Актерское мастерство тебе знакомо. Ты постоянно играешь. Когда в разговоре с кем-то становишься строже, когда флиртуешь, когда притворяешься, что тебя удивили, хотя на самом деле нет, когда делаешь вид, что в восторге от чего-то, что на самом деле тебе ужасно не нравится («О боже!!! Это прямо то, что я хотела!!! Пепельница с надписью “Я тебя люблю!”»). Или когда притворяешься, что тебе интересен собеседник, а на самом деле он ужасный зануда – во всех этих случаях ты играешь. Более того, у тебя получается та самая игра, которая необходима в стендапе. Ты не испытываешь эти эмоции по-настоящему, ты изображаешь проявление этих эмоций.

Так что, Мистер Весельчак или Мисс Умора, писателем тебя делает твой юмор, а актером – то, что ты живой человек.

Комик изображает проявление эмоции, а не саму эмоцию.

Ключевой момент стендапера в актерской игре: знать, какое настроение надо передать, и сыграть его. Если будешь шутить про то, как сегодня влюбился, а сетап содержит фразу: «Вы не поверите, что сегодня со мной произошло!», значит, твое состояние – восторг. Не раздражение, не скука, а восторг!

Некоторые новички не понимают, что стендап-выступление – это актерская игра. Потому они не анализируют и не продумывают свое эмоциональное состояние, которое должно подкреплять шутки. Им кажется, что стендаперы просто выходят на сцену и начинают говорить, а все необходимые эмоции получаются сами собой по ходу.

Не случайно многие комики продолжают успешную карьеру в актерской профессии. Благодаря стендап-выступлениям они становятся настолько хорошими актерами, что люди, сидящие в зале, буквально в паре метров от них, даже не понимают, что все услышанное было написано и отрепетировано заранее. Очень часто люди недоумевают, когда попадают на другое выступление этого же артиста, а он и говорит все то же самое, и подача у него точно такая же.

Знание своих реплик еще не означает готовность выступать. Артист готов выступать, когда знает не только слова, но и эмоции, которые будут их сопровождать.

Фонтанировать эмоциями на сцене – значит оживать перед публикой. Ты становишься эмоциональным артистом, передавая свою позицию четко и понятно и в материале, и в выступлении.

Некоторые новички не понимают, что стендап-выступление – это актерская игра.

На одной волне

Чтобы зрители полностью сфокусировали внимание на артисте, им нужно чувствовать, что он не говорит о них, не обращается к ним, а разговаривает с ними, словно они ведут беседу. Реплики комика в этом диалоге – его материал, реплики зрителей – смех и аплодисменты. Должно сложиться ощущение, что они в одной компании перетирают за жизнь.

В театре есть понятие – «четвертая стена». Сейчас поясню, что это значит. Представь, что ты в театре, а действие происходит в гостиной английского загородного дома, скажем, в викторианскую эпоху. Одна стена оформлена в виде окна, выходящего в сад. На второй могут висеть портреты предков, там же может быть дверь в библиотеку. В третьей – располагается входная дверь. Четвертая стена, которая бы закрывала обзор зрителям, будь она там, воображаемая, но актеры представляют, что она есть. Например, если леди Гвендолин рассказывает лорду Мальборо о своих подозрениях относительно того, что их сын спит с горничной, и выражает опасения, что им грозит страшный скандал, а в зрительном зале в это время кто-то громко чихнет, – леди Гвендолин не повернется к аудитории и не скажет человеку: «Будьте здоровы». Она притворится, что не слышала чихания, хотя все в курсе, что оно было. И никому в голову не придет считать леди Гвендолин невоспитанной, просто все понимают, что она находится в одном измерении, в своей гостиной викторианской эпохи, а зрители – в другом, в театре, сегодня.

В комедийном клубе нет четвертой стены. Все сидят в одном зале, в одно время. Будучи стендап-комиком, нельзя делать вид, что зрителей нет. Нужно быть с ними на одной волне. Поэтому если выступаешь на сцене, а кто-то в зале громко чихнул, можно, если захочешь и если это не собьет ход твоей шутки, сказать: «Будь здоров!» Если человек чихнул очень громко, можно сказать: «Будь здоров!» также громко, и, скорее всего, люди рассмеются.

Еще одна причина быть на одной волне со зрителями – смеха будет больше. Люди гарантированно будут смеяться, если обратить внимание на что-то, что пошло не по плану, но что заметили все. Один из самых известных примеров такой техники подарил нам не комик, а президент – Джон Кеннеди. Использовав этот прием, он успешно справился с ситуацией, которая с легкостью могла бы стать неловкой: на торжественном обеде в Хьюстоне, на котором чествовали союзников конгресса. Он рассказывал о грядущем запуске в космос самого большого ракетоносителя по тем временам. Кеннеди намеревался сказать, что Соединенные Штаты опередят Россию в космической гонке, отправив самое большое космическое судно в космос. Но он оговорился, сказав, что Штаты отправят космическую сумму. После его оговорки в зале повисла гробовая тишина. Кеннеди мог бы просто себя поправить и продолжить в согласии с заранее заготовленным текстом. Но у него было слишком обостренное чувство юмора, чтобы так поступить. Он, конечно, себя исправил, но потом сделал паузу, улыбнулся и сказал: «Эта оговорка бы мне тоже обошлась в космическую сумму». В ответ раздался громкий смех и бурные аплодисменты. Этот случай часто приводят в качестве одного из лучших примеров находчивости Кеннеди. Хотя, по сути, ничего остроумного он ведь не сказал. Он рассмешил всех, просто признав то, что все и так слышали. В тот момент президент Кеннеди был на одной волне со всеми.

Будучи стендап-комиком, нельзя делать вид, что зрителей нет. Нужно быть с ними на одной волне.

Это лишь одна из нескольких техник, позволяющая дополнительно рассмешить людей, просто находясь рядом. В предыдущих главах я уже затрагивал две техники, работу с залом и хеклерами, чтобы аудитории стало ясно, что ты находишься с ними в одном пространстве и времени.

Четвертая техника поможет справиться в ситуациях, когда кто-то из зрителей начнет вести себя шумно или вульгарно. Если это мешает лишь тебе, лучше всего продолжать выступление. Например, если парочку за столиком прямо перед тобой внезапно осенило, что они влюблены, и они сидят тихонечко, взявшись за руки, молча смотрят в глаза друг другу, и им нет до тебя никакого дела – просто продолжай. Если тебя раздражает их пренебрежение, просто не смотри и продолжай выступление. Кроме тебя, никто не знает, что происходит, потому это больше никого не беспокоит. Если ты прервешь номер, чтобы отчихвостить людей, которые в глазах зрителей не сделали ничего дурного, публика не оценит твою излишнюю враждебность, и твоя привлекательность пострадает.

Но вот если за столиком сидят товарищи, которые своей болтовней мешают и тебе, и зрителям, обозначь свое присутствие, подружись с ними. А потом мило и с юморком попроси их помолчать. Например:

Комик (обращается к кому-то за шумным столиком): Здорово, приятель, ты откуда?

Шумный парень: Из Бруклина.

Комик: Бруклин сегодня в ударе! Классный район. Обожаю Бруклин. Уверен, там сейчас слышно твою болтовню. Будет супер, если ты ограничишься нашим кварталом. Идет? (Протягивает кулак для приветствия)

Бывший шумный парень (ударяет кулаком о кулак): Идет.

Вы подружились, и теперь твой друг со своими приятелями всецело с тобой. Ты их кореш.

Техники, которые я тебе на данный момент описал, предполагают отойти от запланированного сета и либо импровизировать, либо делать вид, что импровизируешь, как в случае с хеклерами или при работе с залом. Но это не единственные способы обозначить свое присутствие. Этого можно добиться, не отвлекаясь от текста:

• Устанавливай зрительный контакт с людьми. Им важно знать, что ты их видишь. Если же освещение такое яркое, что на самом деле ты их не видишь, притворись. Ты ведь знаешь, где они сидят.

• Пережди смех, т. е. не начинай говорить в самый разгар смеха, – так они поймут, что ты не только видишь, но и слышишь их.

• Хлопай зрителям в ответ в начале и в конце выступления. Так они поймут, что ты не только видишь и слышишь их, но и чувствуешь их признательность.

Люди в зале будут уделять тебе все внимание, если почувствуют, что ты уделяешь им все свое внимание, когда поймут, что ты не речь перед ними толкаешь, а у вас дружеская беседа. Четко обозначив свое присутствие, получишь дополнительные возможности смешить и контролировать аудиторию.

Подача

Два человека могут рассказать один и тот же анекдот слово в слово, но один при этом рассмешит, а второй – нет. Разница будет лишь в манере повествования, в подаче. Факторы, влияющие на подачу: темп, тайминг, акценты и паузы. Давай рассмотрим каждый по отдельности.

Темп

Темп обозначает общую скорость произношения – можно говорить быстро, можно медленно, можно как-то средне. Оптимальный темп стендап-комика – медленный. Медленно получается смешно. Подчеркни, пожалуйста, предыдущее предложение. Медленно рассказывать, удерживая мощную энергетику – это один из нескольких навыков, отличающих профи от псевдостендапера. Эта техника передавалась из поколения в поколение: Джонни Карсон научился ей у Джека Бенни, Дона Риклза этой технике обучил его педагог по актерскому мастерству Сэнфорд Майснер. Эллен Дедженерес научилась этому у Филлис Диллер. Билл Хикс перенял эту технику у Вуди Аллена, который, в свою очередь, перенял ее у Боба Хоупа, которого обучил этой технике старый, ныне уже позабытый комик. Еще в самом начале карьеры он отозвал Хоупа в сторонку за кулисами Техасского варьете и сказал, что публика сильно не смеется, потому что он говорит так быстро, что они с трудом что-то разбирают. Нужно попридержать коней.

Оптимальный темп стендап-комика – медленный. Медленно получается смешно.

Когда ты тараторишь свои шутки, у тебя не остается времени эмоционально их окрасить. Если зрители не могут понять, что ты чувствуешь относительно того, что говоришь, теряется индивидуальность. В твоем голосе индивидуальности остается не больше, чем в рекламе лекарств, когда говорится о противопоказаниях минздрава. Более того, если ты слишком быстро говоришь, какие-то слова могут ускользнуть от зрителей, а даже одно слово может стоить тебе смеха в зрительном зале. Еще одна проблема в том, что, когда торопишься, ты лишаешь людей возможности долго и от души посмеяться. Они просто не смогут, ведь им надо не пропустить то, что ты скажешь дальше.

Если будешь гнать, то непреднамеренно получится подтекст: не хочу вас тут задерживать. Знаю, я вам не особо интересен, так что закончим с этим побыстрее. Помню одного студента, он на сцене тараторил быстрее всех. На мой вопрос, зачем так быстро говорить, он ответил, что работает MC в стрип-клубе, а туда публика приходит не на него смотреть. Тогда я ему сказал: «Нужно перестраиваться. С этого момента считай себя не ведущим, а стриптизером. Не спеши. Позволь им насладиться тобой. В конце концов, сюда-то они приходят, чтобы посмотреть на тебя».

Есть люди, которые на сцене говорят быстро, но за ее пределами это им не свойственно. Таким будет легко замедлить речь. Обычно все, что им требуется, – просто напоминать себе перед выходом на сцену, что надо бы сбавить скорость. Они по умолчанию говорят с нормальной скоростью, а потому одно простое напоминание вернет их в строй. Однако есть люди, которые говорят быстро и на сцене, и за ее пределами. Им перестраиваться гораздо сложнее, потому что тараторить вошло у них в привычку, им это слух не режет.

Если ты из таких, нужно учиться говорить медленно и на сцене, и вне ее. Вот что может помочь: выбери двух людей, которых ежедневно видишь чаще других. Объясни, что пытаешься научиться говорить медленнее, и попроси их тебя останавливать всякий раз, когда начнешь торопиться. Такой ежедневный мониторинг со стороны поможет начать говорить медленнее. Помни, что твой слух адаптировался под быструю речь, и первое время, каждый раз, когда будешь снижать скорость, это может звучать непривычно и даже странно. А твоим собеседникам это будет казаться нормальным. Со временем и ты привыкнешь.

Поработав над этим, ты увидишь плюсы и на сцене, и за ее пределами. Когда говоришь не спеша, ты словно даешь понять людям: «Вам стоит услышать то, что я собираюсь сказать». Тихо, но решительно ты продемонстрируешь уверенность в своих силах. Благодаря этому ты станешь интересным собеседником в любых обстоятельствах.

Тайминг

Если темп – это скорость твоей речи в целом, то тайминг – это определенная скорость, которую ты используешь при произнесении слов и словосочетаний конкретной шутки. Тайминг обычно изменяют, чтобы он соответствовал каждой отдельно взятой шутке. Комик, который никогда не меняет тайминг, воспринимается аудиторией неэмоциональным и скучным.

Ключевой момент эффектного тайминга – знать свою конкретную позицию, которая лежит в основе каждой шутки. В качестве примера рассмотрим уже известную нам остроту Хэнни Янгмена:

Сетап: Женщин сегодня словно подменили. Возьмите, например, мою жену…

Панчлайн: …пожалуйста.

Произнеси сетап вслух так, словно ты впечатлен.

А теперь скажи так, словно тебе эта мысль отвратительна.

И наконец, произнеси эту фразу с любовью.

Твое отношение влияет на то, как ты распределяешь время реплики. Если ты впечатлен, ты говоришь медленнее, если же эта мысль тебе отвратительна, произнесешь фразу быстрее и снова станешь говорить медленнее, если думаешь об этом с нежностью. Зная свое отношение, можно определить самую удачную скорость фразы.

Акценты

Третий фактор, влияющий на подачу шутки – расстановка акцентов, слов, которые выделяешь ударением. В главе, посвященной сетапам и панчлайнам, я уже упоминал о том, что наши комики-предки велели громко пробивать панчи. Чтобы этот бесценный совет стал немного понятнее, могу сказать, что в панчлайне всегда есть особое слово, которое провоцирует смех – панч-слово. Обычно самое очевидное панч-слово – последнее в шутке. Но бывают и исключения, когда самый очевидный вариант – в корне неправильный.

Давай, например, рассмотрим реплику из мюзикла Роджерса и Хаммерстайна «Карусель». Ее произносит персонаж по имени Джиггер, хулиган и мелкий жулик. Не самый умный мужик. И вот, когда разговор заходит о детях, он произносит смешную реплику:

Комик, который никогда не меняет тайминг, воспринимается аудиторией неэмоциональным и скучным.

Моя мать рожала однажды.

Где здесь панч-слово? Если думаешь, что «однажды», ошибаешься. В том, что ты единственный ребенок, нет ничего смешного. «Моя» – тоже неверный выбор, это бы означало, что мама Джиггера, в отличие от других мам, однажды рожала, что не имело бы смысла.

Правильный вариант «мать». Реплика становится смешной, когда произносится так:

Моя мать рожала однажды.

Смешно наблюдать, как Джиггер думает, что может поддержать разговор, сказав, что тоже знает кого-то, кто рожал, – свою мать.

Панч-слово нужно правильно определить и голосом сделать на нем акцент, чтобы зрители поняли шутку и засмеялись.

В сетапе тоже есть ключевое слово, которое необходимо выделить. Зрители должны его услышать и запомнить, чтобы понять смысл панчлайна. Давай снова обратимся к шутке Дэнджерфилда о гулящей жене:

…Сел в такси и говорю водителю: «Отвези-ка меня туда, где жизнь бурлит!» И он привез меня домой.

Обычно самое очевидное панч-слово – последнее в шутке. Но бывают и исключения.

Ключевое слово в сетапе – «бурлит». Зрители должны знать, что именно туда Родни хочет поехать – где жизнь бурлит. Удивление панча заключается в том, что водитель знает, где это место – его дом.

Определение панч-слова и ключевого слова сетапа подскажет, как правильно расставить акценты при подаче шутки.

Паузы

В шутке паузы необходимы в двух местах. Первое – перед тем, как зрители начнут смеяться. После того как произнесен панчлайн, если не сделать небольшую паузу, ты запорешь весь смех: как только снова откроешь рот – зрители перестанут смеяться. Ты же не хочешь, чтобы это случилось сразу после того, как произнесен панчлайн? Первая пауза должна быть небольшой – не как в кабинете-у-доктора-делаем вдох, а нормальный я-начинаю-новое-предложение вдох.

Она должна длиться … столько.

Другими словами, пауза должна длиться ровно столько, чтобы у зрителей была возможность посмеяться, не опасаясь пропустить следующую шутку. Но в то же время она не должна быть настолько длинной, чтобы всем стало очевидно, что ты ждешь, пока они досмеются, чтобы перейти к следующей шутке.

Она не должна длиться ………… столько.

Если зрители не засмеялись, а комик держит долгую паузу, всем станет понятно, что шутка провалилась. Однако если над твоим панчем не засмеялись, но пауза небольшая и ты плавно переходишь к следующей шутке, гораздо меньше шансов, что зрители заметят, что что-то пошло не так. Продолжив после паузы новое предложение, ты скроешь тот факт, что ждал смех, а его не последовало.

Второе место, где пауза необходима, – после того, как зрители начали смеяться. Эта пауза называется затяжка.

Тебе не следует говорить, пока зрители смеются, сразу по нескольким причинам. Во-первых, они не услышат, что ты говоришь. Когда человек смеется, ему ничего не слышно. Во-вторых, как только зрители увидят, что ты заговорил, они преждевременно перестанут смеяться, чтобы не упустить следующую шутку. А тебе не следует прерывать их смех – ведь именно за этим они в клуб и пришли. Чем больше и громче они смеются, тем больше твой успех. В-третьих, если ты продолжаешь говорить, пока они смеются, зрители решат, что ты с ними не на одной волне, а лишь читаешь заранее заготовленную речь, и тебе все равно, смеются они или нет. Тогда сразу же исчезнет ощущение, что твое выступление – непринужденная беседа со зрителями. В-четвертых, если ты не сделаешь эту затяжку, ты можешь лишиться дополнительной возможности рассмешить людей.

Затяжка состоит из двух частей. В первой части ты слушаешь. Нужно прислушиваться к смеху зрителей. У интенсивности смеха три фазы. В первой фазе, сразу после панча, смех достигает своего пика. Иногда это происходит сразу же. Иногда же на это требуется несколько секунд. Вторая фаза – это плато. А вот третья фаза – постепенное снижение интенсивности смеха, пока он не стихнет совсем. Во время первых двух фаз говорить не стоит. Тебе нужно вступить в самом конце третьей фазы, как раз перед тем, как смех не стихнет окончательно. Если позволишь смеху смолкнуть до того, как продолжишь, вся энергетика в зале сразу исчезнет. Поэтому, чтобы овладеть затяжкой, научись слышать зрителей.

Если зрители не засмеялись, а комик держит долгую паузу, всем станет понятно, что шутка провалилась.

Что стоит делать во время подобной паузы? Продолжать выступать, не говоря ни слова. Во время второй части затяжки. Именно в этот момент можно вызвать новый смех, про который я упоминал выше. В этот момент нужно продолжать выступление молча, показывая свое отношение, которое бы дополнило панч. Допустим, ты рассказываешь шутку о том, как твоя жена не умеет готовить, и твой панч: «И она полила мою пастрами майонезом!» Твоя позиция, выраженная в панче: «Вы можете себе представить?» В затяжку продолжай общаться мимикой лица и языком жестов: «Просто уму непостижимо!»

Джек Бенни был мэтром затяжек. Будучи артистом комедии порока, частенько он сам становился мишенью своих шуток и скетчей. Он обычно стоял, скрестив руки на груди. Когда звучал оскорбляющий его панчлайн, он оттопыривал палец, изящно касался щеки и, уставившись куда-то вдаль, всем своим видом словно говорил: «Боже милостивый, с чем только не приходится мириться». Во время такой затяжки публика Бенни снова заходилась в приступе хохота. Да и сама его затяжка был шуткой категории А+.

Нужно прислушиваться к смеху зрителей. У интенсивности смеха три фазы.

Комики, которые освоили затяжку, в некоторых местах своего номера сначала смешат публику панчлайном, а потом еще раз, уже в затяжке.

Еще один большой плюс в том, чтобы дать людям возможность посмеяться: ты продолжаешь чувствовать связь со зрителями. Бывает, комики-новички используют время, пока зрители смеются, чтобы продумать следующие реплики. Это значит, их мысли витают где-то в будущем. Иногда они анализируют, как зашла последняя шутка. Тогда их мысли витают в прошлом. В обоих случаях зрителям ясно, что в настоящем артист не с ними. В настоящем они смеются, а комик не обращает на них ни малейшего внимания. Тогда связь моментально рвется.

Но когда артист делает паузу, чтобы зрители могли посмеяться, и готов разделить этот момент с ними, молча показав, что он чувствует относительно того, что только что сказал, связь между ними сама собой крепнет. Зрители думают: мне нравится этот парень. Он здесь, с нами.

Итак, вот правильная последовательность:

[Конец панчлайна] Он привез меня домой!

Небольшая пауза.

Смех начинается.

Затяжка.

Есть еще много способов, как пауза может усилить шутку. Пауза может усилить напряжение, создать подозрение, выразить замешательство или восторг, и это лишь несколько примеров. Поработав над подачей своих шуток, ты поймешь, где именно пауза поможет рассмешить народ лучше всего. Но краткая пауза после того, как прозвучал панчлайн, и затяжка, пока смеются зрители, должны быть частью подачи.

Зная все о темпе, тайминге, акцентах и о том, где лучше сделать паузу, ты сделаешь твою подачу спонтанной в глазах зрителей, а смех – несмолкаемым вечер за вечером, шоу за шоу.

Что необходимо сделать перед приходом в клуб

Перед выступлением в клубе необходимо решить ряд вопросов, чтобы удостовериться, что выступление пройдет гладко. Итак, пройдемся по списку задач «До прихода в клуб».

Рассчитай время

Узнай у организаторов шоу, сколько времени отводится на твое выступление. Затем отбери материал, который длится именно столько, а еще лучше чуть меньше, чтобы осталось время на смех и аплодисменты зрителей. Например, если тебе предлагают пятиминутное выступление, репетируя дома, нужно уложиться примерно в четыре с половиной минуты, чтобы у зрителей тоже было время поучаствовать в твоем выступлении.

Самое важное – научиться компилировать свое выступление, чтобы уложиться в срок. На моей памяти организаторы говорили комикам, чтоб ноги их не было больше в клубах, лишь когда эти стендаперы сильно выходили за рамки отведенного им времени, игнорировали стоп-сигналы клуба (обычно это мигающий красный свет) и чрезмерно затягивали выступление. А это смертный грех в мире комедийных клубов. В каждом таком клубе есть основное расписание. Опираясь на это расписание, менеджеры знают, во сколько персонал должен приходить и уходить, что отвечать постоянным гостям, если их интересует, когда начинается шоу или когда оно заканчивается. А такое «микрофонное трепло» подвергает риску все это планирование. А еще он подвергает риску своих товарищей по сцене, потому что единственный способ нагнать расписание, когда кто-то один сильно затянул свое выступление, – сократить номер кого-то из оставшихся артистов.

Самое важное – научиться компилировать свое выступление, чтобы уложиться в срок.

Если в шоу-программе, где ты принимаешь участие, планируется много артистов, то выступление может быть немного короче, чем было запланировано. Комики, которые будут выступать после тебя, смогут немного увеличить время своих сетов, если нужно. Однако если ты выступаешь в классическом комедийном клубе, где вас будет всего трое, и твой номер окажется короче, чем было запланировано, могут возникнуть проблемы. Завсегдатаи таких шоу ждут, что выступление будет длиться определенное количество времени, и если оно окажется значительно короче, то они будут чувствовать себя обманутыми. Одна из моих студенток предваряла выступление главной звезды вечера (обычно это в середине между открывающим комиком и хедлайнером). Организаторы попросили ее выступать 30 минут. Она пробыла на сцене 21. Больше она там не работала.

Заканчивать вовремя – отличительная черта настоящих профи. Тем самым ты даешь понять агентам по подбору талантов (их еще называют менеджеры), что знаешь, что делаешь. Лорн Майклз, бессменный продюсер шоу Saturday Night Live, рассказывал, как проводил прослушивание в оригинальный состав шоу. Ему кто-то предложил посмотреть молодого комика Чеви Чейза. Майклз договорился о выступлении в нью-йоркском клубе и попросил уложиться в 7 минут. Выступление Чейза он позже описывал как комедийное месиво, включавшее в себя разные ляпы и кучу других «казусов» буффонады. Когда Чейз закончил свое представление, Майклз посмотрел на часы. Выступление шло ровно 7 минут. Весь этот хаос был выверен до минуты. На Лорна Майклза это произвело неизгладимое впечатление, и Чейз попал в основной состав.

Запомни свой сет

Чтобы запомнить свой сет, нужно повторять его снова и снова. Тогда он подключится к твоему мозгу и будет там, когда окажется нужен. Вот несколько способов, как запомнить текст:

• Переписывай свой текст раз за разом. А потом сравнивай написанное с оригиналом, чтобы посмотреть, есть ли ошибки.

• Постоянно проговаривай материал про себя.

• И вслух тоже проговаривай. Если кто-то может помочь, пусть читают материал, пока ты рассказываешь. Пусть делают пометки в тех местах, где есть ошибки. Если работаешь в одиночку, записывай себя на диктофон. Потом, проигрывая запись, следи по тексту. А проговаривание материала вслух поможет отточить и мастерство подачи.

Чтобы запомнить свой сет, нужно повторять его снова и снова.

Ты можешь подумать: «Ну ок, сделаю я так, а что делать, если во время шоу я что-нибудь забуду?» Не помню, говорил я уже или нет, но ты задаешь отличные вопросы.

Приготовь экземпляр текста, который возьмешь с собой

Когда выступаешь, обязательно бери с собой копию текста, чтобы была под рукой. Когда станешь звездой и будешь выступать на телевидении, твой текст будет написан на суфлерских карточках или отображаться на мониторах, если вдруг понадобится. Но до тех пор придется таскать текст с собой. Если знаешь, что тебе всего-навсего нужен список ключевых слов, чтобы вспомнить шутки, можешь составить сет-лист на бумажке, выписав эти слова в той последовательности, в которой планируешь их рассказывать. Сет-лист может выглядеть как-то так:

Карамельный замок

Монополия

Отвез домой

Пожалуйста

Диета

Свидание вслепую

Душ

Встреча

Если не ручаешься за свою память, если думаешь, что при взгляде на сет-лист в голову придет только «че за херня?», то в таком случае перепиши текст полностью, слово в слово. Подумай, что наденешь, чтобы можно было его припрятать. И если вдруг на сцене все вылетит из головы – достанешь и посмотришь. Но не выходи на сцену с текстом в руках. Обратись к нему только в крайнем случае.

Кто-то пишет текст на руках и ладонях и пытается подсматривать так, чтобы зрители не замечали. Увы, люди все видят. Самый лучший способ достойно справиться с провалом в памяти – быть на дружеской ноге со зрителями и с юмором объяснить, что происходит. Например:

Следующая шутка просто умора. Обожаю ее. (Достает записи) Обожаю, но не помню. (Читает записи) А, да, точно…

(Убирает записи и продолжает выступление)

Подобная фраза гарантирует смех и аплодисменты во время подобной незапланированной паузы. Ты на одной волне со зрителями, говоришь спонтанно что-то смешное, это шутка категории А.

Продумай, что наденешь

Встречают по одежке. Воспользуйся этим. Подумай над тем, что надеть, чтобы люди увидели тебя таким, как ты этого хочешь. И не забывай про старое правило шоу-бизнеса: твой внешний вид должен соответствовать тому, как одета твоя аудитория. Ты можешь выглядеть лучше, но не хуже. Люди платят деньги, чтобы посмотреть на тебя. Из уважения к ним не стоит выбирать неуместный прикид. Например, когда Розанна Барр, самопровозглашенная «домашняя богиня», дебютировала на шоу «Сегодня вечером», по ее внешнему виду было понятно, что это вам не обычный моднявый городской стендапер. Как только она открыла рот, по ее чуднОму акценту и громкому голосу стало понятно, что она явно из какой-то дыры вылезла. Чтобы ее посыл дошел до нас наверняка, весь номер она жевала жвачку. (Гениально!) И выглядела она не так, словно в-трейлерном-парке-день-большой-стирки. Это же был дебют на «Вечернем шоу», поэтому она вырядилась будто «домашняя богиня», подобрав себе наряд по особому случаю: безвкусный леопардовый пиджак, на который еще и прицепила огромную бутоньерку. Она выглядела так, словно собралась отметить юбилей в местной забегаловке. То, во что она была одета тем вечером, точно отражало характер ее сценического персонажа, осознавшего всю важность телевизионного дебюта.

Чтобы сформировать образ, важно правильно подбирать прикид. Например, мой бывший студент, англичанин Дэвид Бейкер придумал персонаж, бестолкового британца, живущего в Штатах. Обычно он надевал костюм и галстук или спортивный пиджак с классической рубашкой. Одеваясь подобным образом, он постепенно завоевывал расположение публики (параллельно он появлялся в эфирах «Ночного шоу»). Однажды в качестве эксперимента он оделся более непринужденно – в брюки и рубашку, без пиджака. Не сработало. Его шутки категории А были встречены прохладно. Более формальный вид лучше давал понять зрителям, что Дэвид – истинный англичанин, но в Соединенных Штатах и в замешательстве. Небрежность в одежде пагубно сказалась на образе его сценического персонажа.

Подумай над тем, что надеть, чтобы люди увидели тебя таким, как ты этого хочешь.

То, что ты наденешь, поможет зрителям увидеть тебя так, как ты этого хочешь. Но не стоит заострять внимание публики на своей одежде или фигуре. Они должны сосредоточиться на тебе и твоей комедии. Глубокие декольте у женщин, расстегнутые рубашки у мужчин… Нет. Тебе нужно, чтобы они сейчас были с тобой, а не фантазировали об интимном моменте с твоим участием как-нибудь в будущем. Также не самая хорошая идея надевать одежду с принтами или надписями. Зрители тут же заострят свое внимание на футболке. Я как-то раз видел, как новичок вышел на сцену в футболке с портретом Дэвида Боуи. Помню, как подумал: это лучшее фото Дэвида Боуи из всех, что я видел. И оно на футболке. Как такое вообще возможно? Ее стирали уже сотню раз, а фото все еще высочайшего качества. Интересно… Следующее, что я понял, что комик уже прощался со зрителями, а я не слышал ни слова. Но ту футболку я помню до сих пор.

Поэтому не надевай вещи, которые отвлекут внимание от шуток. Ты же не хочешь, чтобы люди запомнили исключительно твою одежду или тело?

Итак, сет подогнан под отведенное время, ты его знаешь наизусть, есть копия, чтобы взять с собой, и ты уже знаешь, что наденешь. Пора отправляться в клуб.

Перед началом шоу

Мы уже выяснили, что есть вещи, которые стоит сделать заранее, до прихода в клуб. Также кое-что нужно, а кое-что не нужно делать в клубе прямо перед началом выступления.

Никакого алкоголя и наркотиков

Не употребляй ни алкоголь, ни легкие наркотики. Если ты стендап-артист, то, по сути, твое рабочее место – это бар. А там завсегдатаям предлагают выпивку. Ты не постоянный посетитель. Ты – артист. Не путай. Мысль, что выпивка поможет тебе расслабиться перед выступлением, настолько же полезна артисту, насколько она полезна спортсмену перед соревнованием. Ты можешь себе представить, чтобы теннисист принял на грудь перед матчем открытого чемпионата США по теннису? Тебе, как и этому игроку, нужно быть на пике формы. Алкоголь в этом не поможет, он лишь все испортит. Тренера бы напрягло, заметь он, как один из его игроков прикладывается к выпивке перед игрой, также и продюсер не хотел бы видеть, как стендапер хлещет спиртное прямо перед выходом на сцену. Обычно для артистов ставят кувшины с водой. Намек понят?

Ты же помнишь, что перед выступлением нервничать – это нормально. Волнение ничего тебе не испортит. Оно лишь поможет. Не стоит успокаивать нервы алкоголем. Если нервничаешь перед выходом – дыши. Иногда от нервов может сбиться дыхание, иногда дыхание может перехватить. Алкоголь – плохая идея. Наркотики – плохая идея. Вода – отличная идея. Кислород – отличная идея. Глубоко дыши и выпей стакан воды. И все придет в норму.

Проверка микрофона

Если есть возможность проверить микрофон перед началом шоу – надо приехать пораньше и обязательно это сделать. В клубах менеджер выставляет звук микрофона, а потом начинает заниматься другими делами. Во время шоу в аппаратной обычно никого нет – соответственно, никто не настроит громкость микрофона. Ты же не хочешь звучать чересчур громко или слишком тихо. Проверка звука микрофона перед тем, как зрители займут места, позволит понять, с какой громкостью говорить.

Сигнальный свет

Сигнальный свет может указывать на то, что пора закругляться или заканчивать. Нужно знать, где он. Если не знаешь, пусть тебе кто-нибудь покажет. И еще нужно знать, что именно он означает. В некоторых клубах мигающий красный свет означает, что пора закругляться. Если затянешь, свет перестанет мигать и начнет гореть красным – это значит, пора остановиться. Когда стендаперы замечают мигающий красный, они дают понять таймкиперу[30], что увидели его, например, фразой: «И напоследок хочу сказать…» Но некоторые продюсеры не включают мигающий свет, поэтому если загорелся красный, это значит, твое время вышло и нужно остановиться. Чтобы не запутаться, уточни перед выступлением у менеджера клуба или продюсера шоу, какой свет что обозначает. Или же могут посветить просто фонариком мобильного телефона.

Место в очереди

Тебе нужно знать свое место в очереди (порядок, в котором выступают стендаперы). Как узнаешь – не ной. Некоторые новички уверены, что выступать первым плохо, потому что зрители еще не успели как следует выпить. Кто-то не хочет выступать в конце, потому что уверен, что зрители будут оплачивать счета и не сильно обращать внимание на сцену. Уверяю тебя: смешно – это смешно, вне зависимости от того, выступаешь ли ты в начале, в середине или в конце шоу. Эту комедийную истину мои студенты постигли, когда я сводил их на шоу, которое снималось в прямом эфире прямо в клубе. Всех порвал комик на разогреве. Если выступать первым – паршивая позиция, то этот парень был обречен еще до начала. Представь, с чем он столкнулся: он выступал до начала трансляции шоу. Зрители все еще рассаживались. Первые напитки еще не принесли. Официанты еще ходили между столиками и принимали заказы. Никто из зрителей не пришел, чтобы послушать именно его, они пришли послушать именитых комиков. И тем не менее ни один из этих прославленных артистов и близко не получил такой реакции, как этот парень. После шоу все только про него и говорили. Выясни, под каким номером ты выступаешь, и настройся на разрывное шоу.

Твоя подводка

Если у тебя сложное имя, МС должен знать, как его правильно произносить. Это важная часть работы ведущего – правильно называть имена. Он тебе только спасибо скажет. Если у тебя уже были выступления в прошлом или какие-то уже запланированы в ближайшем будущем, не помешает, чтобы ведущий это упомянул. Не стоит МС говорить про тебя что-то смешное. Над этим редко кто смеется. Тем более когда выходишь на сцену, ТЕБЕ предстоит рассмешить народ, а не ведущему.

Смешно – это смешно, вне зависимости от того, выступаешь ли ты в начале, в середине или в конце шоу.

Нейтральная зона

Когда решены все вопросы, связанные непосредственно с выступлением, пора «уйти в нейтральную зону». В клуб можно приехать в хорошем настроении, а можно в плохом. Можно находиться в предвкушении своего выступления или думать, что лучше б сейчас зубной нерв удалять у стоматолога, а не на сцену подниматься. Помни, не имеет значения, как ты себя чувствуешь. Важно отлично выступить. Это важная часть в работе профессионального стендапера (да и в принципе любого профессионала). Когда тебе платят за то, что ты делаешь, от тебя ждут хорошо выполненную работу. Получится отлично – еще лучше. Но варианты хуже, чем «хорошо», просто неприемлемы. Потому неважно, с каким настроением ты приезжаешь в клуб, – к началу шоу следует настроиться на нужную волну.

Нейтральная зона – область твоего сознания, которая отвечает за прекрасное выступление. Это психологический настрой, который поможет выдать весь материал, как планировалось, и выразить свою позицию так, чтобы шутки сработали. Нельзя допускать, чтобы эмоции, накопившиеся за день, но не имеющие абсолютно никакого отношения к материалу, с которым ты собираешься выступить со сцены, влияли на настроение, необходимое для правильной подачи шуток. Представь, что по дороге в клуб после остановки на красный сигнал светофора в ту же секунду, как загорелся зеленый, тебе начинает сигналить и орать сзади какой-то водила, комментируя твои навыки вождения. Конечно, ты приедешь в клуб на взводе. Если станешь зацикливаться, то эта злость окажется с тобой на сцене. Или если у тебя день рождения, и тебе приходит сентиментальное сообщение от бывшей или бывшего, и ты поймешь, как сильно скучаешь, на сцене будешь чувствовать эту тоску. Если подобного рода чувства тянутся за тобой на сцену, они окрасят твою игру, и это испортит шутки. Представь, если бы в шутке Хенни Янгмена «Возьмите, например, мою жену… пожалуйста!» чувствовалась злость или печаль. Шутка бы провалилась. Разум должен быть в благоприятной зоне, где ты сможешь сфокусироваться на том, чтобы выступление прошло как надо.

Когда тебе платят за то, что ты делаешь, от тебя ждут хорошо выполненную работу. Получится отлично – еще лучше.

Первое, что надо сделать, – определить, что именно может тебе поднять настроение перед выступлением. Некоторые комики наслаждаются обществом коллег и друзей перед выходом на сцену. Кто-то предпочитает посидеть в одиночестве в уголке. Делай то, что больше подходит именно тебе.

Второй шаг, который приведет тебя в такую благоприятную зону, – осознанно выбирать то, о чем думать перед шоу. Ведь твое самочувствие в большой мере зависит от того, о чем ты думаешь. В нейтральную зону можно попасть, если заменить все мысли, с которыми приедешь в клуб, на: «Я отлично проведу время, общаясь с этими людьми. Я ярко проявлю себя. Я отлично повеселюсь!» Сделай это своей мантрой перед шоу. Как только тебе это удастся, произойдет кое-что потрясающее: твои выступления станут эмоциональным убежищем. Ты всегда сможешь укрыться там и почувствовать радость вне зависимости от того, что произошло за день. Как поется в песне Ирвинга Берлина: «Нет лучше бизнеса, чем шоу-бизнес». Мужик знал, о чем говорил.

Вся необходимая подготовка, описанная в этой главе, позволит выложиться на сцене на полную.

Представление начинается

Итак, ты знаешь текст наизусть, твой настрой – отлично провести время с народом, МС тебя объявил. Теперь пора сориентировать тебя, что делать дальше.

Определи время выхода

Просчитать время выхода так же важно, как и правильно просчитать время затяжки. Нужно начать говорить под самый конец аплодисментов. Не стоит начинать, когда они в разгаре, людям будет сложно тебя услышать. Также не стоит ждать, пока они стихнут совсем, чтобы в зале не воцарилась тишина, потому что вся энергетика тут же исчезнет. Правда, есть и исключение. Если тебе необходимо создать напряжение, длинная пауза после аплодисментов – самое то. Но если напряжение не нужно, начинай говорить под самый конец аплодисментов.

Чтобы этого добиться, придется поступить немного неожиданно. Логичнее всего было бы подождать за кулисами, послушать, как тебя объявят, и только после этого пойти на сцену. Однако в этом случае ты выйдешь слишком поздно. Кроме того что тебе потребуется время пройти на сцену, нужно будет еще отрегулировать микрофон. Пока все это будешь делать, аплодисменты кончатся, так что не стоит дожидаться, пока тебя объявят.

Вот как разумнее всего распланировать свой выход. Между выступлениями МС или сразу представляет нового артиста, или сначала сам выступает с маленьким стендапом. Если МС выступает, подожди. Как только услышишь, что тебя начали представлять, – иди к сцене. Не поднимайся, пока твое представление не закончили. Самое оптимальное – оказаться в паре шагов от сцены, когда МС закончит. Так ты окажешься на сцене на пике аплодисментов, и у тебя останется время отрегулировать микрофон, и при этом аплодисменты все еще будут звучать.

Регулировка микрофона

Первое, что необходимо сделать, когда выйдешь на сцену, – отрегулировать микрофон. Нужно знать наверняка, что зрители тебя услышат. Есть два способа использовать микрофон. Его можно либо оставить на стойке, либо держать в руках. Оба варианта хороши, и со временем к ним привыкнешь. Но в любом случае микрофон должен располагаться прямо под губами и быть направленным на тебя.

Дизайн клубных микрофонов обманчив. Их круглая форма создает обманчивое ощущение, что они будут увеличивать громкость голоса, вне зависимости от того, куда ты говоришь. Хорошо, что это не так, и вот почему: во время шоу отовсюду доносится шум, люди заказывают еду и напитки, перешептываются. Всенаправленный микрофон увеличивал бы громкость постороннего шума. Потому клубы используют однонаправленные микрофоны, чтобы громко звучал лишь голос артиста. Если будешь говорить в боковые стороны микрофона, громкости не прибавится. Чтобы голос звучал громко, говори в верхнюю часть. Певцы обычно держат микрофон так, что его верхушка располагается прямо у рта. Так они достигают максимальной громкости. Однако тогда микрофон закрывает часть лица. Лицо стендапера должно быть видно. Поэтому его держат ниже, направленным на рот. Так и лицо видно, и получается громко. В следующий раз, когда будешь смотреть выступление профессиональных комиков, посмотри, как они держат микрофон, и поймешь, о чем я говорю.

Если держишь микрофон в руках, стойку поставь за собой, не оставляй ее в центре сцены. Тебе предстоит быть в центре внимания, а не металлическому шесту. А если стойку не убрать, она может мешать зрителям, сидящим прямо перед тобой.

Когда закончишь выступление, поблагодари свою аудиторию, а пока они хлопают, поставь стойку на место в центр, верни туда микрофон и помаши зрителям на прощание. Это твоя обязанность – возвращать микрофон на место, а не ведущего.

Начиная выступление

Если по дороге к микрофону на тебя внезапно снизойдет вдохновение, нанеси ответный удар всем, что у тебя есть. Начни с первой заготовленной шутки. Мы ее выбрали потому, что она из категории А и сразу даст понять зрителям, что ты за фрукт. А так как ее уже опробовали, то она, скорее всего, зайдет на ура. А вот как воспримут твою внезапно пришедшую на ум хохму, ты не знаешь, а нет ничего хуже, чем шутка, не удавшаяся в самом начале. Ведь в этот момент аудитория решает, смешной ты или нет. Испытывать судьбу непроверенными шутками, вроде той уморительной, что пришла к тебе по дороге к микрофону, стоит только после того, как уже пару раз заставил зрителей смеяться. К тому времени они уже решили, что ты смешной, и не страшно, если какая-то из твоих шуток не зайдет. Они за тебя.

Если шутка не зашла

Чем быстрее постигнешь эту истину, тем быстрее станешь отличным стендапером. Если ты отлично проводишь время, когда твои шутки работают, – твоей аудитории весело. Если ты отлично проводишь время, когда какая-то из шуток не зашла, твоей аудитории все равно весело. Они чувствуют то же, что и ты, помнишь? Люди приходят в клубы веселиться, а не анализировать чей-то материал. За все годы, что я продюсировал подобные мероприятия, я ни разу не слышал, чтобы кто-то из зрителей сказал после шоу: «Первые две шутки того рыжего были отличные, с третьей он, правда, сплоховал, но потом реабилитировался четвертой и пятой». Обычно я слышу лишь: «Тот рыжий просто умора!» Реакция зрителей – это не вопрос жизни и смерти; если какая-то одна не зайдет, главное, чтобы тебя это не выбило из колеи, и тогда все будет в порядке. Но вот если у тебя минутный провис или больше – это уже проблема. Но я расскажу, что делать и в таком случае.

Это твоя обязанность – возвращать микрофон на место, а не ведущего.

Провести идеальное выступление – отстойная цель. Никому до этого нет дела, и тебе не должно быть. Если твоя цель – совершенство, то комедия не для тебя. Гениальная стендап-комедия не пишется, она переписывается, потом переписывается и потом снова переписывается, и так до тех пор, пока не сработает. Нужно выкладываться по полной, а не стремиться казаться идеальным. А вот если ты стремишься прорабатывать шутки, манеру подачи и образ сценического персонажа, пока не станешь чертовски хорош, из раза в раз, у тебя есть будущее в этом бизнесе. Забудь про совершенство. Для стендапера стремление к совершенству – кратчайший путь к провалу.

Поэтому если какая-то шутка не зашла, ничего страшного не произошло, не теряй самообладания и делай вот что: (1) Просто продолжай. Частенько люди даже не замечают, что это был панчлайн, и не понимают, что что-то пошло не так. Все хорошо. Переходи к следующей шутке. (2) Если какая-то реплика, связанная с этой шуткой, внезапно пришла тебе в голову, озвучь ее. Иногда лишь одна фраза отделяет шутку от смеха в зале. (3) Если чувствуешь, что зрители поняли, что шутка провалилась, это сетап для компенсации, которая вызовет смех.

Компенсация – то, что ты говоришь или делаешь, чтобы признать, что шутка не зашла. Это еще один способ показать, что ты на одной волне со зрителями. Такое признание не потребует самоуничижительных шуток. Если в подобной ситуации сказать что-то вроде «Здесь я облажался, извиняюсь», публика расстроится. Ведь если плохо тебе, плохо и им, не забывай. Компенсация просто подтверждает, что шутка не удалась. Когда во время шоу Джонни Карсону не удавалась шутка, он крайне встревоженно смотрел прямо в камеру. Ведущий выглядел так, словно подавал телезрителям знак вызвать 911, потому что публика в студии вот-вот его прикончит. Такое признание было шуткой категории А+. Будучи гением, Джонни создавал свои несокрушимые монологи, с которых вечер за вечером начиналось его шоу. Люди громко смеялись, когда его шутки срабатывали. Но еще громче они смеялись, если какая-то не удавалась.

Если твоя цель – совершенство, то комедия не для тебя. Гениальная стендап-комедия не пишется, она переписывается.

У Дэвида Леттермана тоже была известная компенсация. Сидя за столом, он обычно зачитывал шутки, написанные на специальных карточках. Если какая-то из шуток оказывалась провальной, он молча поворачивался к декоративному «окну» и выбрасывал туда эту злополучную карточку. Далее раздавался звук бьющегося стекла и глухой удар. После такой подстраховки в студии раздавался смех категории А+, а Дэвид переходил к следующей шутке.

Рок Альберс всегда выходил на сцену с мегафоном, который клал на пол рядом. И если шутка проваливалась, он поднимал мегафон и громко повторял словно панчлайн, словно люди просто его не расслышали. И сразу же раздавался громкий смех.

Такие компенсации надо использовать осмотрительно. Если прибегать к ним чересчур часто, станет очевидно, что слишком много шуток не заходит. Если использовать их с умом, можно рассмешить даже неудачной шуткой.

Провал

Одно дело, если ты прекрасно начнешь свое выступление, рассмешив народ, а потом проскочат одна-две шутки, которые не зайдут. И совсем другое, если твои шутки категории А прозвучат в гробовой тишине. Но есть кое-что, что можно предпринять, чтобы исправить такую кошмарную ситуацию.

Первое – последовать примеру Криса Рока. Если он чувствует, что нет контакта с аудиторией, то первое, что он делает, – снижает скорость. Главная ошибка новичков – они ускоряются, если зрители не смеются. Если так поступишь – считай, ты проиграл. Если зрители тебя не понимают, если не смеются, вполне вероятно, что причина в том, что ты говоришь слишком быстро, и они не могут разобрать твою речь или эмоции. Поэтому сбавь обороты.

Второе, что можно сделать, – замени сет-лист. Возможно, материал, который ты выбрал для этого вечера, не совсем подходит для конкретной аудитории – мы разберем это подробно чуть позже. Они могут быть слишком молоды или слишком стары. Публика может оказаться слишком консервативной или слишком приземленной для выбранных тобой шуток. Когда репертуар увеличится, сможешь изменять свой сет исходя из конкретной аудитории. Или сможешь менять сет-лист прямо во время выступления, чтобы наладить контакт со зрителями.

Это первые два шага, которые можно предпринять, чтобы рассмешить публику. Если не сработало – переходи к третьему.

Продолжая выступать перед публикой, которая не смеется, ты становишься фоновой музыкой, словно белый шум. Зрители решат, что с тобой все ясно, и начнут общаться друг с другом. Ты говоришь, они говорят, все болтают и мило проводят время. Такого не должно случиться, и именно тебе придется об этом позаботиться. Помочь в этом сможет работа с залом. Заводи разговор с отдельными людьми в зале. Им придется слушать, когда обратятся непосредственно к ним. Задавай им вопросы, вовлекай их в разговор. Если у тебя есть заранее подготовленный материал с отличными панчлайнами для работы с залом, используй его в ходе беседы со зрителями. Заставь этих людей смеяться. Пусть весь их столик смеется. И соседний тоже. Это уже, считай, рукопашная комедии. Это крайняя мера, но она может все исправить.

Если не получится одержать победу над аудиторией и ты облажаешься, помни: такое случается со всеми комиками. Провал не грозит только тем, кто не выступает. Не вини в этом зрителей. Не злись ни на них, ни на себя. Закончи и поблагодари их за внимание. А после попробуй понять, почему именно все пошло наперекосяк. Благодаря этому в будущем тебя уже не выбьет из колеи такая равнодушная публика. Такое провальное выступление еще не полное фиаско. Это лишь означает, что ты на пути к тому, чтобы стать профи. Отряхнись и возвращайся на сцену.

Завершение номера

Рассказав свою последнюю шутку, встреться взглядом с публикой и любезно поблагодари их. Это очень важный момент. Чем теплее твоя благодарность, тем громче аплодисменты. Всегда помни: аудитория чувствует то, что чувствуешь ты. Если скажешь им формальное «спасибо» и не станешь встречаться с ними взглядом, потому что будешь устанавливать микрофон обратно на стойку, они ответят тебе формальными аплодисментами.

Продолжая выступать перед публикой, которая не смеется, ты становишься фоновой музыкой, словно белый шум.

Еще один верный способ получить холодные проводы – закончить сет каким-нибудь стендап-клише. Сейчас, когда я пишу эту главу, среди комиков «открытого микрофона» популярна фраза «вот мое время и вышло». Рядовой зритель не в курсе, что у комика ограничено время выступления. Закончив номер подобным образом, ты не только забудешь поблагодарить публику, они даже не поймут, о чем вообще речь. Странный способ заканчивать выступление. Поклянись, что не будешь так делать. Я серьезно. Мы с тобой проделали большой путь, не подведи меня!

Еще один способ покинуть сцену под звук хлопанья крыльев мотылька – оправдаться напоследок фразой: «Это все, что у меня есть». Никогда не извиняйся за свой номер! Во время выступления ты – свое собственное агентство по связям с общественностью. Не закладывай в голову людям плохое мнение о своей работе. Комики, которые заканчивают свое выступление подобным извинением, получают неожиданные отзывы о своем творчестве: «Он был неплох, но это все, что у него было. У остальных было больше. Увы».

Неважно, как прошло выступление по твоему мнению, всегда заканчивай уверенно и тепло благодари свою публику. Это самый простой способ оставить о себе хорошее впечатление.

Поздравляю с отличным выступлением. А как же превратиться из хорошо обученного новичка в успешного профи? Читай дальше.

Часть V

Как добиться непревзойденного мастерства

Составляем сет категории А

Чтобы тебе начали платить за стендапы, нужен сет, который будет вызывать беспрерывный смех в зале от начала и до конца, вечер за вечером. Я называю такие сет категории А. Вот почему это наиважнейшая задача. Если у тебя есть пятиминутный сет категории А, тебе никто ничего не будет платить. Если же имеется подобный сет, но уже на десять минут, то какой-нибудь хедлайнер может заплатить тебе за выступление у него на разогреве. Некоторые клубы в больших городах устраивают проверочные шоу с участием комиков, недавно пополнивших ряды профессионалов. Обычно за такое выступление платят немного, если платят вообще. В случае, если у тебя есть подобный сет на двадцать минут, то тебя могут приглашать в придорожные клубы. Подобные клубы обычно находятся за пределами мегаполисов, и именно там и зарабатывают большинство стендап-профи. Как правило, в шоу участвуют три комика. Тот, кто выступает первым, называется МС – он на разогреве, вторым выступает какой-нибудь популярный комик. А стендапер, чье имя на афише в основном и привлекает зрителей в клуб, называется хедлайнер – он выступает последним. Разогревающий обычно получает пару сотен. Популярному комику, у которого должен быть тридцатиминутный качественный сет, могут заплатить около тысячи. Хедлайнер с часовым сетом категории «А», имеющий на счету выступления на телевидении и/или кучу подписчиков в соцсетях, может получить в десять раз больше того, кто выступает перед ним. На площадках в больших городах, например в нью-йоркском клубе «Готэм», хедлайнер может за выходные заработать от 40 000 $ до 70 000 $. Чем больше ты пишешь, тем больше шуток категории А ты придумываешь, а значит, тем больше ты зарабатываешь.

По этой причине я настоятельно рекомендую тебе распланировать свою неделю, чтобы находить время и писать. Пусть расписание не будет идеальным, главное, чтобы оно было реальным. Оно должно учитывать основную работу и личные обязательства. Пусть оно будет посильным. Обязательно следуй ему и не филонь. Относись к нему как к прочим рабочим обязанностям. Ведь, как ни крути, стендап – это бизнес. Твой собственный бизнес. Если станет отлично получаться, люди начнут тебе платить. Раз ты владелец бизнеса, то и мысли, как предприниматель. Относись к карьере в стендапе всерьез, как и к другим карьерным амбициям. Чтобы добиться успеха на этом поприще, нужно грамотно инвестировать время, деньги и энергию. Все зависит от тебя, это ни на кого не скинешь. И это прекрасно. В других видах сценического искусства и сферах индустрии развлечений полно народу: директора, продюсеры, агенты, издатели, администраторы, и это лишь так, навскидку. И все они стоят между тобой и возможностью представить свое творчество широкой аудитории.

Составляя рабочее расписание, учитывай места, в которых тебе приятнее всего сочинять.

Составляя рабочее расписание, учитывай места, в которых тебе приятнее всего сочинять. Некоторым нравится писать в кафе. Кто-то предпочитает тихие местечки. Такие великие гении, как Вуди Аллен и Стивен Сондхайм, предпочитают создавать свои шедевры, лежа в постели. У кого-то есть предпочтения насчет времени суток. Есть люди, которые могут сочинять где угодно и когда угодно. Потому определи для себя, в какое время и в каких местах тебе лучше всего работается.

Потребуется кое-что еще, чтобы получился качественный сет категории А. Пойми, что нельзя довольствоваться просто смешными шутками. Я иногда слышу, как комики оправдывают свои явно слабые шутки: «Над ней же смеялись». Это правда. Посмеялись. Но на простом смехе карьеру не сделаешь. Чтобы стать хедлайнером, нужно отжигать от начала и до конца своего выступления.

Во-вторых, прислушивайся к своим зрителям. Опять-таки я сейчас не про публику на «открытом микрофоне», которая в основном состоит из комиков, ждущих своей очереди. Я про обычных людей, готовых платить деньги. Их реакция подскажет, какой материал отлично заходит, что еще следует доработать, а что стоит выкинуть. Твоя аудитория – твой главный редактор.

Именно поэтому стоит записывать свои выступления в клубах. Такая запись – гораздо более надежный источник данных относительно мнения зрителей о твоей работе, нежели твоя память. Когда будешь записывать, оставь устройство где-нибудь поодаль, не тащи его на сцену. И хотя такая запись поможет оценить сразу несколько аспектов выступления, например тайминг, интонацию, громкость, самым главным критерием будет другой: насколько сильным был смех. Оценивать смех аудитории гораздо объективнее, чем оценивать себя самого. Можно классифицировать смех по громкости и продолжительности, пытаясь оценить эффективность выступления. Если смеялись много, то шутка рассказана правильно.

Чтобы стать хедлайнером, нужно отжигать от начала и до конца своего выступления.

Оценивать смех нужно уже после того, как уйдешь со сцены. Не стоит этим заниматься во время выступления. Единственное, на чем надо сосредоточиться, – отлично провести время в компании этих людей.

Классификация в буквенном виде выглядит так: смех категории А, B и С. Смех категории А – когда все в зале громко смеялись. Если шутка в 75 процентах случаев вызывает смех категории А, то, следовательно, и сама она – высшей категории.

Шутки, над которыми иногда смеются то больше, то меньше, относятся к категории В. Когда максимум, что слышно в ответ на шутку, – смешок, если вообще слышно, то она из категории С. Твоя задача – превратить шутки категории В и С в шутки категории А.

Вот как это можно сделать. Во-первых, выступи с ними еще несколько раз. Так твоя подача станет более уверенной – и порой это все, чего не хватает таким шуткам, чтобы стать выше классом. В театре премьера всегда уступает спектаклям, показанным много раз. Реплики те же, а вот игра актеров более уверенная.

Если после нескольких выступлений лучше не стало, следующее, что можно предпринять – отредактировать и сократить шутку. Убедись, что у сетапа одна тема, и там четко задано направление панча. Убедись, что всем понятно твое отношение к ситуации. Посмотри, можно ли перефразировать реплику и сократить количество слов. Сделать шутку более напористой можно, убрав ненужные слова.

Твоя задача – превратить шутки категории «В» и «С» в шутки категории «А».

Если и это не помогло – самое время прибегнуть к моему секретному оружию. И можешь смело не делиться информацией, которую я тебе сообщу. В конце концов, книга стоила денег. Поэтому если захочешь не делиться знаниями с конкурентами, я слова не скажу.

Последний и самый действенный способ повысить классом шутку до категории А – поменять отношение, которое ты выражаешь, на абсолютно противоположное. Давай, например, снова обратимся к отрывку Лоры Басси со стр. 82, где она шутит про присмотр за детьми. Вот так эта шутка выглядела на черновике:

Ненавижу присматривать за младенцами. Они ни черта не делают, а тебе приходится с утра до ночи трепаться с ними этим детским голоском дни напролет, например (сюсюкая): «Ой-ой-ой, а кто это у нас самый лучший в мире малыш? Кто самый сладкий?» В чем фишка-то? Они все равно никогда ничего не понимают… и сочувствия от них не дождешься. Даже когда я жалуюсь, что сегодня еще шесть человек на фейсбуке объявили о помолвке. А Джастин и Леа купили дом, когда я живу практически в коридоре. Они просто лежат, и им плевать.

Но когда Лора воспользовалась моим секретным оружием, то шутка стала выглядеть так:

Просто обожаю присматривать за младенцами. Они приходят в восторг от всего, что ты говоришь, просто следи за интонацией. Я обычно их использую вместо психолога. Примерно так (сюсюкая): «Э-эй! Сегодня на фейсбуке еще шесть человек объявили о помолвке! (Изображает, что стреляет себе в голову из пистолета) Бдыщь! А Джастин и Леа купили дом! А я живу в… коридоре!»

На выступлении отредактированные подобным образом шутки Лоры вызывали смех категории А. Она поменяла свое отношение с «ненавижу» на «просто обожаю».

Если у шутки чувствуется потенциал, но что-то нужно в корне изменить, лучше всего будет изменить свое отношение на прямо противоположное.

По своему опыту скажу: шутку категории С можно поднять до категории В, а потом, доработав, можно повысить ее категорию до А. Но иногда шутку не спасти, сколько над ней ни бейся. Вот что стоит сделать с этими неподдающимися: если это шутка категории В и она гарантирует тебе смех в зале, такие понадобятся, когда нужно потянуть время, потому оставь ее. Но если это шутка категории С и даже после редактуры и нескольких выступлений ее не спасти, выбрасывай ее. На смешках далеко не уедешь. Так только аудиторию растеряешь.

Используя такую классификацию, Лора сделала прекрасную финальную версию черновика о звуках животных (стр. 171). На выступлении шутки про реально издаваемые звуки никогда не вызывали смеха больше категории С. Поэтому их вырезали:

Обычно все пытаются научить детей звукам, которые произносят животные, ведь это так мило, даже несмотря на то, что половина из них к животным не относится… Свинки говорят: «Хрю-хрю!» Свинки не говорят «ХРЮ-ХРЮ»! Свинки говорят (изображает реальные звуки). Это ни разу не мило. Никто не хочет, чтобы ребенок разгуливал и выдавал нечто подобное. (Дважды изображает реальную свинью)

Большая часть шуток про то, что говорят мужчины, вызывала смех класса В. А строчку, которая не тянула, мы вырезали.

Иногда мужики оказываются свиньями. А как говорят свиньи? «Блин, детка, ты выглядишь круто! Иди-ка сюда!» (Свистит) «Слышь, я в стельку, и мне не сдались отношения. Ты не хочешь подойти?»

Чтобы поднять эти шутки до класса А, Лора внесла кое-какие изменения. Она поняла, что если поменяет тему, то панч станет абсолютной неожиданностью. Также она подчистила слова в панчлайне и добавила второй панч. Вот финальная версия:

Родители обожают учить детей звукам животных. Мне этого не понять. Ведь они учат их: «Свинки говорят хрю-хрю», но свинки «хрю» не говорят. Свинки говорят… «Я пьяный двадцати-че-то-там мужик у бара. Отношений не хочу, одиночество не люблю».

Так как эти шутки вызвали сильный смех категории А, она приписала еще одну, которая также вызывала смех категории А:

Коровки говорят: «Мууу». Не-а, ничего подобного. Коровки говорят: «Привет, я Лора, и прямо перед шоу я сожрала две тысячи калорий».

Последняя шутка номера относилась к категории В, Лора смогла повысить ее классом, просто сделав более лаконичной.

Не пойму, почему бы не научить их чему-то, что подскажет им, что делать со своей жизнью: что говорит двадцатисемилетняя безработная, которая сейчас за тобой присматривает? «ПОМОГИТЕ!» – «Даже не думай поступать на связи с общественностью!»

Такой подход позволил Лоре взять смешной, но беспорядочный и шероховатый комедийный отрывок и превратить его в шутки категории А.

Выше я уже упоминал о том, что будет здорово иметь про запас хорошие шутки класса В, если придется тянуть время. Но в этом случае речь идет про обычные выступления. Иногда бывают ситуации, в которых придется из кожи вон лезть. Профессиональные смотры, соревнования, прослушивания в клубы, на комедийные фестивали или телевидение, или вечер, когда в зале какая-то шишка из этого бизнеса – такие мероприятия требуют специальных, профессиональных сетов, как их называют сами комики. Такие сеты состоят не просто из материала категории А, а из оригинального материала категории А. Ведь некоторые шутки, даже высшей пробы, совершенно банальны и шаблонны, например из разряда «я наполовину…»:

Я наполовину немец, наполовину ирландец. Я очень дисциплинированный алкаш.

Над такими шутками зрители будут очень сильно смеяться, но вот профи этого бизнеса слышали их не раз. Поэтому когда я готовлю своих студентов к показательному просмотру Американского института комедии, я настаиваю, чтобы они убрали те шутки, которые мог бы рассказать любой, даже если они категории А. Я хочу, чтобы то, что доносится из их ртов, было не только смешным, но и четко отражало их уникальные личности, и чтобы никто из комиков не смог такое повторить.

Накапливать и выстраивать сет класса А – дело всей жизни. Ведь есть отличные шутки класса А, но из-за специфичности тем у них может быть ограниченный срок службы, и в скором времени их придется заменить. У стендапера могут появиться просто разрывные шутки о каких-то новостях или событиях, которые могут быстро устареть или перестать работать. Информация слишком быстро теряет актуальность. Есть еще категория шуток с очевидным сроком годности, например шутки об изменениях в жизни юмориста. Если пять лет назад ты был жирным, а сейчас уже нет, то шутки про жирдяя работать перестанут. Зрители должны чувствовать, что ты шутишь о том, что для тебя актуально здесь и сейчас. В комедии прошлое смешно лишь тогда, когда вцепилось тебе в глотку.

Но есть шутки, например, у Марка Твена, их я цитировал раньше, вот они останутся актуальными и смешными навсегда. Из-за возрастающего числа развлекательных площадок стендап-комики должны постоянно придумывать новые шутки. Во времена водевиля, до появления радио и телевидения комик мог довести до ума двадцатиминутный номер и выступать с ним, ничего не меняя, в театрах по всей стране на протяжении многих лет, и не нашелся бы в зале человек, который уже слышал этот номер. Но технологический прогресс позволяет с каждым разом дешевле и проще выходить на большую аудиторию. И, соответственно, комикам нужен постоянный приток материала. Видео с выступления Тиг Нотаро с шуткой про рак груди моментально стало вирусным, и за несколько дней его посмотрели десятки тысяч человек по всему миру.

Чтобы отвечать постоянному спросу на шутки, представь, что твое творчество проходит по двум конвейерам. На первом у тебя шутки, с которыми ты уже выступаешь. Ты хочешь их доработать, чтобы они стали шутками категории А. Выкладывайся по полной. Не довольствуйся умеренным смехом. Даже если шутка вызывает хороший смех, посмотри, а нельзя ли сделать ее еще лучше. Перепиши и опробуй ее.

Хорошим примером этому послужит шутка Тиг Нотаро про рак груди. Она выступала с ней впервые и разыгрывала диалог, как грудь «отвечает» на ее постоянную критику:

Знаешь че? Задолбала. Сваливаем.

Над панчлайном публика очень смеялась, но Нотаро это не устроило. Она увидела возможность сделать шутку лучше, повысив ставки.

Знаешь че? Задолбала. Давай-ка ее прикончим.

Такой процесс редактирования шуток, а потом их обкатки на выступлениях, чтобы определиться с идеальной подачей, и происходит на первом конвейере.

На втором конвейере у тебя шутки, с которыми еще не выступали. Они пока не могут попасть на первый конвейер, они еще черновики. Помнишь их? Важно не забывать правила работы с черновиком:

• Ничего не выбрасывай, пока не опробуешь.

• Забраковывай с умом.

Самая большая ошибка при работе с черновиком – преждевременно выбросить шутку. Если будешь работать с новым материалом так же безжалостно, как поступаешь с тем, что уже используется в твоих выступлениях, велика вероятность, что ты выбросишь шутки, которые впоследствии могли бы получить категорию А. Не забывай, что тебе понадобились силы и время, чтобы довести до совершенства свой отработанный материал. Слишком осторожничать тоже неправильно. Обкатывать новые шутки – это риск, но он необходим, чтобы в итоге удовлетворить спрос на новый материал и оставаться ярким и живым комедийным артистом.

Зрителям не видна вся та работа, которая проделывается при создании стендап-комедии. Они видят лишь невероятно смешного артиста и его уникальный юмор. Тяжелая работа – наш маленький секрет.

Великий комик Граучо Маркс сказал, что можно по двум аспектам определить, выгорит у комика или нет. Первое – знает ли он, как править свой материал. Знает ли он, что оставить, а что выбросить. Ты вот теперь знаешь. Второму аспекту, о котором упоминал Граучо, посвящена следующая глава.

Самая большая ошибка при работе с черновиком – преждевременно выбросить шутку.

Продумываем сценический образ

Второй критерий Граучо относительно будущего успеха комика – это проработанность его сценического персонажа. Это еще один ключевой момент успеха.

Процесс создания сценического персонажа похож на резьбу по дереву: вместе со зрителями вы придаете ему форму. Резать по дереву – значит убирать все лишнее. Чем дальше, тем меньше дерева остается. Работа мастера – то, что осталось в итоге. То же самое можно сказать и про создание сценического образа.

Пересматривая видео своих выступлений, надо задать себе два вопроса, ответы на которые позволят создать нужный образ. Всякий раз, когда ты сильно насмешишь зрителей, спроси себя: «О чем я говорил в этот момент?» Есть определенные темы, которые аудитории нравится слушать в твоем исполнении больше других. Громкий смех – это призыв больше писать на эти темы. То же самое касается шуток, которые не заходят. Отсутствие смеха позволяет определить темы, с которыми у тебя не сложилось. Это подсказка, что на них больше писать не стоит.

Позволь, я приведу пример. У одного моего студента был сценический образ неудачника. Он пошел служить на флот, и в первый же день тренировок всех новобранцев попросили нырнуть в бассейн. Что они и сделали. Через несколько секунд на поверхности показались головы новобранцев. Всех, кроме одного. Он не умел плавать. Поняв, в чем дело, инструктор нырнул и вытащил бедолагу. Паренек чуть не утонул в свой первый же день на морской службе. Зрители с восторгом реагировали на шутки про флот и нынешнюю работу – теперь он директор атомной электростанции. Однако когда у него проскакивали шутки про сексуальную жизнь… мертвая тишина. Даже несмотря на то, что они были хорошо написаны и раскрывали тему его беспомощности в этом вопросе, по какой-то непонятной причине вечер за вечером зрителям эти шутки не заходили. Поэтому от этой темы он отошел.

Отсутствие смеха позволяет определить темы, с которыми у тебя не сложилось.

Когда формируешь образ сценического персонажа, важно понимать, какие темы с тобой работают, а какие нет.

Второй вопрос, который следует задать после того, как в зале будет слышен громкий и продолжительный смех: «Какая у меня позиция относительно того, о чем я говорю?» Громкий смех – призыв писать больше шуток, в которых можно передать такие же эмоции. И всегда задавай такой же вопрос, если в зале стало так тихо, что слышно, как пыль оседает на пол. Отсутствие смеха сигнализирует о том, что такое эмоциональное проявление у тебя не выходит.

Приведу пример. Рок Альберс никогда не казался смешнее, чем в сценах, где он изображал гнев. Его приводили в бешенство самые странные вещи, например как в США выбирали птицу-символ или недостаточное разнообразие знаков Зодиака среди членов Конгресса США. Может показаться, что эти шутки были бы смешны, рассказывай он их с сарказмом. Но, начав сотрудничать, мы обнаружили, что если шутка была саркастичной, она не выстреливала. Рок должен был быть в ярости. Злость у него выходила на ура, а сарказм нет. Потому мы писали больше гневных шуток.

Сочиняй шутки, эмоциональный фон которых подходит тебе больше всего, и исключи шутки, ни темы, ни эмоциональный подтекст которых тебе не удаются, и со временем сформируется уникальный сценический образ.

Некоторые мои студенты, побывавшие на других мастер-классах, рассказывали, что в самом начале курса педагоги просили их изобразить сценического персонажа, опираясь на внешность и то, какими их видят сокурсники. Это ошибка.

Я не знаю ни одного комика, чей сценический персонаж совпадал бы с реальной личностью артиста. Сара Сильверман не тупая расистка; Льюис Блэк не страдает нервными срывами; Гилберт Готтфрид не орет на всех вокруг; Стив Мартин не расхаживает в белом костюме и с томагавком в голове. (По всей видимости, это удивило кого-то из зрителей, присутствовавших на интервью Мартина в Нью-Йорке. Он рассказывал, чем увлекается и занимается – коллекционирует произведения искусства и дописывает свой роман. И никакого томагавка. Многие просили вернуть им деньги.)

Сценический персонаж – это не личность комика за пределами сцены. Он может лишь наследовать некоторые его черты. Но, по сути, это плод воображения артиста, который созревает долгие годы при помощи зрителей.

Есть еще причина не примерять бездумно на себя никакой сценический образ. И неважно, близок он тебе или полностью выдуман. Если запрешь себя в одном образе, то все, что будешь потом писать или играть на сцене, должно будет ему соответствовать. Если поспешно остановишь свой выбор на каком-либо одном образе, то с большой долей вероятности он будет лишен многогранности и глубины, которые позволили бы с помощью комедии выразить все твои задумки. Он получится карикатурным. У меня был талантливый студент, который начинал карьеру с моих мастер-классов. Парень был ярким и смешным. Вскоре после того, как он окончил мой мастер-класс, я увидел его на одном телешоу. У него была большая соломенная шляпа и говор деревенщины. А текст отражал его недалекие взгляды. Не было и следа интеллектуальной комедии, на которую он был способен, а у персонажа напрочь отсутствовала аутентичность. Он казался обычным актером скетчкома в роли деревенского простачка. Публика приняла его прохладно. А если публика не клюнула на твой персонаж, то ты, как говорят у него в деревеньке в Кентукки, не жилец. Когда я позже спросил его про выбор персонажа, он сказал, что кому-то очень понравился этот образ, а кому-то показался чересчур, и он решил приглушить яркость. В обычной жизни ты не услышишь: «Слушай, Стив, твоя личность уж больно выбивается за рамки. Поубавь обороты». И комику, который создал прекрасный образ сценического персонажа, такое не скажут.

Процесс создания сценического образа занимает не недели и даже не месяцы. Обычно требуется много выступлений и огромная аудитория, чтобы на свет появился правдоподобный персонаж. Быстро примерив на себя образ, словно хэллоуинский костюм, развлекать людей ты сможешь недолго. «Ух ты! Ты скелет!» Ну и что теперь?

Если запрешь себя в одном образе, то все, что будешь потом писать или играть на сцене, должно будет ему соответствовать.

Есть парочка способов, которые помогут преуспеть в этом деле. Первое: дай себе полную свободу действий в самом начале карьеры и говори обо всем, о чем захочешь. Чтобы подобрать темы, которые тебе лучше всего удаются, нужно говорить обо всем, что приходит на твой острый ум. Второе: быть эмоциональным во время выступления. Чтобы понять, какие эмоции тебе лучше удаются, нужно перепробовать практически все.

Шесть характеристик удачного сценического персонажа

Вокруг полно самых заурядных стендаперов. Всех и не упомнишь. Они могут быть забавными. Но не запоминающимися. А есть комики, которые бросаются в глаза на фоне всей этой серой массы. Их выступления незабываемые. А их стиль неподражаем. Мы все знаем их имена. А как иначе. Мы ведь их обожаем. Я помогу тебе стать своим в этой тусовке.

Незабываемыми на сцене и в жизни они становятся благодаря своим персонажам. У всех успешных комиков запоминающиеся персонажи. И несмотря на то что все они разные, каждый удачный образ обладает шестью характеристиками. Как только ты будешь ими обладать – станешь профессионалом. Вот они:

Оригинальность

Первая и самая важная характеристика удачного сценического персонажа стендап-комика – оригинальность. Ты выстрелишь, если будешь не как все. Как стать оригинальным? Чтобы понятно и кратко ответить на этот серьезный вопрос, расскажу небольшую историю.

В колледже я учился ходить под парусом. Раз в неделю проводились регаты. Основным навыкам я научился, следуя советам инструктора и наблюдая за лодкой-лидером. Для новичка у меня все было отлично. Моя лодка приходила к финишу в числе первых. Инструктор хвалил мой профессионализм. Как-то утром перед гонкой он спросил: «Розенфилд, ты выиграть хочешь?» Конечно же, я сказал, что хочу. Тогда он сказал: «Ты никогда не придешь к финишу первым, если будешь следовать за лидером».

Разработка оригинального сценического образа похожа на мое обучение парусному спорту. Базовые навыки ты получаешь из пособия, от наставника или во время выступлений. Ты смотришь, учишься и перенимаешь что-то у профессионалов, которыми восхищаешься. Но когда решишь добиться успеха, придется идти своим путем.

Давай в качестве примера рассмотрим карьерный путь Вуди Аллена. Чтобы понять всю его оригинальность как стендап-артиста, нужно брать в расчет исторический контекст. До Вуди Аллена практически все комики были женаты или замужем. Их шутки в основном касались семейной жизни, проблем с супругами, детьми и родственничками, переезда из центра за город… Семейная жизнь также была самой популярной темой телевизионных ситкомов того времени, 1950-х: «Новобрачные», «Я люблю Люси», «Я женился на Джоан», «Шоу Дэнни Томаса», «Шоу Бёрнс и Аллен», «Моя маленькая Марджи», «Жизнь семейства Райли», «Отец знает лучше», «Приключения Оззи и Харриет», «Предоставьте это Биверу».

Когда решишь добиться успеха, придется идти своим путем.

И вдруг появился Вуди Аллен, который не просто не был женат. Он пережил мучительный развод и не раз в своих стендапах проходился по бывшей женушке:

Поздно ночью она возвращалась домой, и «было совершено изнасилование» – так писали нью-йоркские газеты. Когда меня попросили прокомментировать эту ситуацию, я сказал: «Зная ее, непонятно, кто кого заебал».

Я частенько дарил жене райское унижение.

От подобных шуток Вуди Аллен переходил к шуткам о семейной жизни:

Расскажу вам потрясающую историю про оральную контрацепцию. Предложил я одной девушке со мной переспать, а она сказала: «Нет».

Секс между двумя людьми – это прекрасно. Между пятью – просто фантастика.

Прочитав в журнале «Жизнь», что по всей стране в университетских городках проходят сексуальные революции, я снова поступил в Нью-Йоркский университет…

Помимо развода и холостяцкой жизни, одним из важных аспектов амплуа Аллена было то, что он невротик:

Я был капитаном команды анонимных невротиков по софтболу. Мы играли друг у друга на нервах утром по воскресеньям. Грызущие ногти против ночных зассанцев… Я обычно тырил вторую базу, потом мне становилось стыдно и приходилось возвращаться.

Я как-то собирался покончить с собой, но ходил на сеансы психоанализа по Фрейду, а там будешь пропускать занятия – поплатишься.

Вуди Аллен сломал все стереотипы комедии 1950-х годов. Его шутки нашли отклик у только что появившегося поколения 1960-х, бунтовавшего против образа жизни 1950-х: пуританского отношения к сексу, бездумного смирения перед властями, буржуйского образа жизни и непреодолимого стремления «влиться» в общество. У Вуди Аллена было амплуа озабоченного холостяка-неврастеника из большого города. Нежелание вписываться в мир 1950-х помогло ему высмеять пороки поколения 1960-х.

Стендапы Аллена и его первые фильмы были о жизни городского холостяка. Успех его творчества кардинальным образом поменял представление о комедии. В 1960-1970-х ситкомы про семьи из пригорода стали появляться в одном эфире с шоу о жизни городских холостяков вроде «Эта девушка», «Шоу Мэри Тайлер Мур», «Странная парочка», «Лаверна и Ширли», «Трое – это компания» и «Рода». Так продолжалось в 1980-х, продолжается и по сей день такими шоу, как «Веселая компания», «Золотые девочки», «Сайнфелд», «Друзья», «Девчонки», «Новенькая», «Брод Сити», «Мастер не на все руки».

Оригинальность Вуди Аллена достигла колоссальных масштабов. Однако чтобы ее добиться, он шел по проторенному пути своих предшественников и будущих потомков. Около двух лет, пользуясь любым удобным случаем, он выступал в каждом клубе, который предоставлял такую возможность. Параллельно с этим он проходил обучение у Джека Роллинза, что позволило ему овладеть основными навыками письма и стендап-выступлений. Также он учился и многое перенимал у своего кумира, комика Боба Хоупа. Аллен даже как-то упоминал, что отчасти образ его сценического персонажа основывался на амплуа Хоупа – парня, который всем заливал, какой успех он имеет у женщин, но, правда, лишь до тех пор, пока не оказывался в их присутствии или только готовился оказаться, потому что потом все очень смешно накрывалось медным тазом. Основываясь на техниках и уроках своих ролевых моделей, Аллен создал собственный персонаж. Например, в отличие от своего кумира Боба Хоупа, который славился своими быстрыми ванлайнами, Вуди Аллену требовалось больше времени и слов. Его ванлайны-наблюдения сменялись длинными анекдотами. Как и Хоуп, он был самокритичен, но делал это по-своему. Хоуп прикалывался над тем, какой из него никудышный гольфист или никчемный любовник. Аллен высмеивал тот факт, что был неврастеником. Хоуп одевался и выглядел так, будто он большая знаменитость. Аллен выглядел словно внештатный преподаватель с английского факультета в колледже, чьи перспективы попасть в штат были весьма удручающими. Вообще-то, не упомяни Вуди Аллен, что он копировал манеру Боба Хоупа, никто бы и не догадался.

Тебе можно и даже нужно пойти по тому же пути, чтобы придумать своего собственного оригинального сценического персонажа. Начинается все с приобретения знаний. Можно понаблюдать за работой профессиональных комиков, почитать разные пособия, походить на курсы и мастер-классы, получить консультацию профессиональных педагогов. Чтобы правила с успехом нарушать, их для начала надо знать. Отточить приобретенные навыки сможешь на регулярных выступлениях перед реальной аудиторией. Учись у комиков, которыми восхищаешься, и применяй полученные знания в своем материале. И так постепенно ты перестанешь тупо следовать за теми, кто впереди. Ты пойдешь своим путем, прислушиваясь к своему чувству юмора, своему воображению и смеху своей аудитории. И умоляю, что бы ты ни показывал на сцене, никогда не заканчивай выступление словами: «Вот мое время и вышло».

Правдоподобность

Суть в том, что аудитория должна тебе поверить. Если не будут верить – не будут смеяться. Но это не означает, что на сцене нужно быть самим собой. Не нужно. Ты сложная личность, как и все мы. Можно годами общаться с человеком, а потом понять, что на самом деле ты его совсем не знаешь. У стендапера нет этих лет. У тебя будет примерно пять минут, чтобы люди поняли, кто ты. Человек на сцене – персонаж, созданный стендапером. Он может быть похож на того, кем стендап-комик является в жизни, или лишь слегка напоминать его. В любом случае, зрители должны купиться.

Добиваться правдоподобности стоит уже на этапе написания шуток. Сказанное тобой не обязательно должно быть правдой. Оно должно казаться правдой. Когда Ричард Прайор рассказывал ту легендарную историю, как случайно поджег себя, пока курил кокаин, мы в ней ни на секунду не сомневались. Мы же знали Ричарда, поэтому знали, что именно так все и было. Только вот на самом деле Ричарда мы не знали. Мы знали его персонажа. И было все не так. На самом деле это не была случайность. Это была попытка суицида. Но то, что было на самом деле, неважно. Важно, что звучат его истории реально, они правдоподобны. Когда смотришь видео его выступлений, никогда не придет на ум: «Кого этот чувак пытается надуть? С ним никогда ведь такого не случалось. Он это все напридумывал, чтобы нас развлечь. Все это хрень собачья». На самом деле мы думаем: «Он заставил нас смеяться над случаем с наркотой, который чуть не обернулся трагедией. Потрясающий комедийный актер!»

Выглядеть на сцене нужно тоже правдоподобно. Если бы Розанна Барр пришла на свой дебют на шоу «Сегодня вечером» в элегантной повседневной одежде, в которой ходили ее коллеги-комики, люди бы вообще ничего не поняли. Они бы пытались сообразить: «Кто она, черт возьми, такая? Кого она пытается изобразить?» Но люди думали не так. На ней был надет безвкусный леопардовый пиджак с чересчур огромной бутоньеркой. Говорила она громким гнусавым голосом:

Я из дома-то не выбираюсь. Торчу в четырех стенах весь день. И веселухи в жизни никакой, а все потому, что я домохозяйка. Ненавижу это слово – «домохозяйка». Я предпочитаю, чтоб меня звали «домашняя богиня».

Я тогда смотрел это шоу по телевизору и дословно помню, что сказал, увидев ее выступление: «Кейт [моя жена], иди сюда скорее! Ты просто должна это видеть!»

Правдоподобность – необходимая характеристика успешного стендап-персонажа.

Правдоподобность – необходимая характеристика успешного стендап-персонажа. Если хочешь ее добиться, сочиняй шутки и рассказывай их так, чтобы у зрителей сложилось ощущение, что все, что они видят и слышат, немного преувеличено, но, по сути своей, это правда. В комедии такая правда может основываться на реальных фактах или полностью быть плодом твоего воображения, или вообще и то и другое. Самое главное – аудитория должна поверить.

Яркость

Стив Аллен рассказывал, что в 1954 году, когда он стал приглашать приятелей-комиков в шоу «Сегодня вечером», они начинали свое выступление на телевидении точно так же, как это было принято в те дни в клубах: не спеша подходя к своим шуткам. Они будничным тоном интересовались, как дела у зрителей. Лениво выуживали пачку сигарет, доставали зажигалку, прикуривали, перекидывались парой слов со Стивом, и лишь через пару минут начинали свой номер. По результатам рейтинга Нильсена[31] Стив понял, что во время такого разогрева терялся огромный процент аудитории. Если комик не цеплял с первых же секунд своего выступления, телезрители могли сделать то, что публике в клубе было не под силу – они могли переключить канал. Поэтому Стив стал просить комиков сразу переходить к материалу. В искусстве нужда дает потрясающие плоды. Телевидение вызвало необходимость у комиков сразу очень ярко обозначать свое присутствие с первых же секунд в кадре. Это привело к более лаконичным и личным шуткам. Благодаря этому комики стали тщательнее продумывать визуальный образ, который сразу давал понять, что за персонаж появился на сцене.

Родни Дэнджерфилд – отличный пример того, как комику удалось создать невероятно живой образ. На заре его карьеры, в 1960-х, у мужчин-комиков была традиционная форма одежды: спортивный пиджак или костюм с галстуком. Родни следовал протоколу, но по-своему. Большинство артистов хотели выглядеть элегантно или хотя бы гармонично. Но только не Родни. Этот товарищ тоже был одет в костюм и галстук, только создавалось ощущение, что он сильно набрал в весе, а пройтись по магазинам за новой одеждой времени не хватило. Рубашка явно была маловата. От волнения он постоянно теребил и поправлял галстук, а временами даже казалось, что эта удавка не давала ему дышать. Родни все время казался вспотевшим. Он выходил на сцену, затравленным взглядом обводил аудиторию и говорил: «Меня ни в грош не ставят». А потом переходил к своим вступительным шуткам:

Тот парень еще мне нервы потрепал изрядно. Все пялился и пялился на меня. А потом не выдержал и сказал: «Откуда я тебя знаю?» Я ответил: «Смотрел когда-нибудь вечернее шоу с Джонни Карсоном?» И он такой: «Ага, ты тоже?»

Я даже расслабиться не могу, понимаете? Прошлым вечером захотелось выпить. Подошел к бармену и говорю: «Удиви меня». Так он мне показал фото моей голой жены.

На прошлой неделе дома случился пожар. Жена сказала детям: «Не шумите, а то разбудите папочку».

Я такой уродец, что у папы в кошельке фото ребенка, которое обычно идет в комплекте.

Вам потребуется пара секунд, даже не минут, чтобы понять, что из себя представляет Родни Дэнджерфилд.

Нужно время, чтобы добиться такой яркости. В начале своего творческого пути и самому непонятно, кто ты на сцене. И Родни не понимал. Он девять лет безуспешно занимался стендапом в 1940-х. Он бросил это дело, потому что надо было кормить семью, и следующие десять лет продавал алюминиевую обшивку. За время своего отсутствия он понял, что ему как стендап-артисту не хватало яркого, живого сценического образа, «фигуры», как он это называл. И в 1960-х он принялся за ее создание. Он пошел по проверенному пути, что и тебе следует сделать: научись писать шутки, которые, вне зависимости от текущих тем, будут про тебя. Не сочиняй банальщину. А если у тебя такие хорошо получаются, продавай их заурядным стендаперам. Но старайся придумывать такие шутки, которые никто, кроме тебя, рассказать не сможет.

Симпатия

Чем больше ты нравишься публике, тем больше она смеется. Если ты им не нравишься, они не будут смеяться. Когда нравишься людям – ты на пути к славе. Как добиться симпатии людей?

Не думай, что нужно быть душкой, чтобы люди тебя любили. Быть милым и нравиться людям – это разные вещи. Ларри Дэвид в сериале «Умерь свой энтузиазм» – неприятный тип. Он ведет себя как мудак. Такой, что его выгоняют с приемов, из загородных клубов и с собственной свадьбы. Когда он был в Нью-Йорке, мэр Блумберг вышвырнул его из города. И все равно мы его любим. Причина, по которой мы его любим, – основа для создания внушающего симпатию персонажа.

В каждой серии «Умерь свой энтузиазм» Ларри Дэвид с чем-то ведет борьбу. То, что нас может мгновенно вывести из себя, сводит его с ума целыми днями и даже неделями. Комедия Ларри Дэвида по сути своей – то, что Шекспир сформулировал в названии своей пьесы: «Много шума из ничего». Дэвид создает ситуации, в которых как раз много шума из ничего. Сериал «Сайнфелд», соавтором которого он являлся, описывали как сериал ни о чем. Но это не так. Сериал был о том, как главные герои накручивали себя на пустом месте: из-за купона на скидку в химчистке, принесет ли «супный нацист» им суп или нет, продаст ли зеленщик им дыни. Их проблемы бесконечны, как и наша к ним симпатия.

Посмотри на шутки, которые я приводил в пример в этой книге. Какие-то из них покажутся тебе старомодными, другие очень современными, некоторые на грани фола, а какие-то можно и в кругу семьи рассказать. Но за некоторым исключением унизительных шуток, все они рассказывают о том, с какими трудностями сталкивается персонаж. Ленни Брюс страдает от скуки на гастролях. Луи С. К. пытается побороть скуку во время игр с детьми. Вуди Аллен страдает от неудачных отношений и неврозов. Тиг Нотаро борется с раком груди. Момс Мэйбли занята противостоянием расизму и поисками мужика. У Ричарда Прайора проблемы со здоровьем и расистами. Дино Вайанд пытается попасть из одного Нью-Йоркского аэропорта в другой. Дарт Вейдер в исполнении Эдди Иззарда пытается пообедать в буфете «Звезды Смерти». Филлис Диллер страдает от своего мужа и внешнего вида. Инструктор в исполнении Боба Ньюхарта вынужден иметь дело с ученицей, которая своим отвратительным вождением может его прикончить. Родни Дэнджерфилд пытается добиться от людей хоть капельки уважения. Лора Басси мучается от отсутствия личной жизни и от того, что, окончив университет с отличием, она вынуждена работать няней. И так далее.

Не думай, что нужно быть душкой, чтобы люди тебя любили. Быть милым и нравиться людям – это разные вещи.

Твоя личная борьба – неиссякаемый источник комедии. Нет ничего смешнее. О чем бы ни был твой стендап, сделай это личным, чтобы было понятно, как сильно ты переживаешь и почему это для тебя так важно. И преподноси это так, словно ты не когда-то в прошлом пытался это преодолеть, а мучаешься прямо сейчас – в тот самый момент, что стоишь на сцене. Когда зрители видят, как ты пытаешься справиться с чем-то действительно важным, они смеются и любят тебя, потому что им только что показали, что их собственные трудности не такие серьезные.

Отличным примером того, как борьба делает тебя привлекательным в глазах зрителей, можно считать вступление унизительного монолога Криса Рока про Майкла Джексона (см. стр. 60):

Твоя личная борьба – неиссякаемый источник комедии. Нет ничего смешнее.

Майкл Джексон с катушек слетел! Да что с ним, черт возьми, не так? Еще один ребенок! Еще один ребенок!!! Я когда про это дерьмо услышал, думал, что это День сурка какой-то. Еще один ребенок?!?! Да иди ты на хер! Вот как сильно мы любим Майкла. Мы так сильно любим Майкла, что первый пацан сошел ему с рук. Еще один парень! С меня хватит, блядь. С Майклом покончено. Хватит, я был его фанатом всю жизнь, говорю вам, с меня хватит. Я умываю руки.

Рок сходу оборачивает унижающий знаменитость отрывок в свою личную проблему, увеличивая комедийную мощь своим отчаянием и злостью из-за того, что любимый кумир его разочаровал. Рок выставил себя восторженным поклонником, которого предал его идол. Его гнев не из-за злобы, а из-за разбитого сердца. Вот пример гениально написанной комедии.

Почему от страданий твоя привлекательность растет? Представь себе монолог Рока: Майкл Джексон был легендой своего времени. Огромное количество людей, также как и Рок, пытались отказаться от любви к своему кумиру. Вот и ответ: мы любим комиков, которые пытаются с чем-то справиться, потому что узнаем в них себя. Все мы пытаемся с чем-то совладать. Когда комик рассказывает о своей борьбе, мы солидарны с ним и начинаем смеяться. А когда слышим, как смеются и другие, мы понимаем, что не одни. Это такое облегчение. И развлечение.

Важно понимать, что в этом сражении ты не жертва. Ты – главный герой комедии. За тебя болеют зрители. Уж поверь, нужно, чтобы зрители были за тебя. В трагедии герой сражается и погибает. У комедии концовка должна быть счастливой, герой уязвим, но непобедим. Он страдает, но выживает и счастливо живет до следующего дня, который приготовил ему новые трудности.

Устраивая неприятности кому-то, ты в глазах окружающих – противный хулиган. Преодолевая собственные трудности, ты – любимый всеми герой.

Сценическое обаяние

Не каждому комику удается полностью завладеть нашим вниманием. Пока такие на сцене, можно успевать делать сразу несколько дел. Можно слушать артиста и есть, выпивать, тихонько разговаривать друг с другом или перекинуться парой слов с официантом. Но есть комики, которые рассказывают так увлекательно, что от них глаз не оторвать.

У таких артистов потрясающая харизма. Меня часто спрашивают, можно ли усилить харизму. И ответ – да.

Чтобы понять, как, важно ценить одну из важнейших причин, почему люди так жаждут развлечений. Зрелищное представление вызывает у нас целую гамму чувств и эмоций. Когда мы смотрим спектакль, фильм или слушаем концерт любимого певца, мы в восторге, мы счастливы, у нас поднимается настроение или мы томимся в неведении, мы грустим или умираем со смеху. Обычно большую часть жизни мы проводим там, где приходится держать эмоции в узде. В школе, на работе, да и нередко дома приходится держать свои чувства под контролем. Классное представление позволяет ослабить поводья. Мы будто переносимся в другое измерение.

В главе «Радость общения» я уже говорил, что происходит с людьми, когда они становятся аудиторией. Они перестают испытывать личные ощущения, их переполняют чувства, исходящие от артиста на сцене. Если он не будоражит ничего в сердце у зрителей, то ничего, кроме скуки, они и не будут испытывать, а лишь с нетерпением ждать, когда такое представление закончится.

Артист добивается успеха, когда управляет эмоциями аудитории, заводит зрителей, усиливает вкус жизни. Комики, которые на такое способны, научились своим материалом выражать весь спектр эмоций, и делать это в своем особом стиле.

У некоторых артистов эмоциональная жизнь выражена ярко – вспомните стендапы Сэма Кинисона, Льюиса Блэка, Гилберт Готтфрида, Криса Рока, Ричарда Прайора, Джоан Риверз, Джессики Кирсон, Себастьяна Манискалко, Момс Мейбли, Филлис Диллер. А есть комики, эмоциональные реакции которых едва уловимы, например Боб Ньюхарт, Тиг Нотаро, Митч Хедберг, Дэвид Леттерман. Благодаря стендап-комикам, которые на сцене с юмором выражают все те эмоции, что переживают, мы, сидя в зрительном зале, тоже чувствуем вкус жизни. Флегматичные стендаперы жанра дедпан – скорее исключение, нежели правило.

Потому, чтобы усилить харизму, стендап-комик обязан писать и выступать так, чтобы зрители всегда четко понимали, что именно он чувствует по поводу того, о чем говорит. Вот почему я настаиваю, чтобы в сетапах и панчлайнах прослеживалось твое отношение к происходящему.

Смешная суть

Это, конечно, кажется очевидным, однако не всем. Огромное количество стендаперов не очень смешные. Они в целом ничего, но их юмор не запоминается. Значит ли это, что они менее талантливы, чем их всем известные коллеги? Да. Но когда я говорю: «Да», значит ли это, что такими рождаются? Нет. И вот почему: многое из того, что приписывается таланту, на самом деле результат тяжелого труда. У тех, кто достиг небывалых высот в своем деле, будь то искусство, сфера развлечений, спорт, наука, технологии, бизнес, образование, есть кое-что общее: они все работали усерднее своих коллег. Будь то Тайгер Вудс, который целыми днями перед матчем мог отрабатывать один-единственный удар, или танцор и кинозвезда Фред Астер, который оттачивал свои движения даже после того, как все уходили домой, или Джерри Сайнфелд, который годами совершенствовал шутки, пока не был уверен, что они взорвут зал. Ключевой ингредиент их успеха не только талант, а талант в сочетании с усердной работой.

Я скажу тебе кое-что, и не для того, чтобы это прозвучало вдохновенно. А чтобы это прозвучало расчетливо и практично: ты сможешь быть смешным настолько, насколько захочешь, но только если будешь выкладываться по полной. Если не захочешь, то смех в зале будет так себе. Если твоя цель зажечь и ты хочешь и на все пойдешь, чтобы это удалось, то рано или поздно это произойдет. Работай над этим. Вот что делают те, кому это удается.

Седьмая характеристика

Какая у тебя история? Если можешь уже сейчас ответить на это вопрос, и остальные шесть характеристик тоже про тебя, можешь начинать путь к славе.

Если твоя цель зажечь и ты хочешь и на все пойдешь, чтобы это удалось, то рано или поздно это произойдет.

У многих комиков есть история – идея, объясняющая сущность их персонажа. Так было принято всегда. Джек Бенни по задумке был скрягой. Момс Мейбли описывала сама себя «грязной старухой», падкой на юнцов, и всегда озвучивала неудобную правду о расизме. Филлис Дилер была эксцентричным гадким утенком. История Вуди Аллена во времена его стендапов и первых фильмов была о жизни холостяка в большом городе. Родни Дэнджерфилда «никто в грош не ставил». Джоан Риверз была бесстыдной сплетницей: «Может, обсудим?» Розанна Барр была «домашней богиней» рабочего класса. Робин Уильямс был гиперактивным парнем, который отскакивал от стен. Сэм Кинисон был воинствующим повстанцем, докладывающим обстановку с линии фронта в битве полов, которую он явно проигрывал, и битвы против политкорректности, которую он с успехом выигрывал. Джерри Сайнфелду не давали покоя ежедневные безумства. Эми Шумер – пошлая феминистка. Челси Хэндлер – бессовестная алкашка. Луи С. К. не одинок, он одиночка. В связи с последними событиями Льюис Блэк постоянно на грани нервного срыва. Сара Сильверман – еврейская принцесса и расистка. И так далее. Ты можешь помнить их шутки или нет, но их историю ты точно знаешь.

Конечно, есть хедлайнеры, которые еще не разобрались до конца со своей историей. Их выступления реально смешные, от начала до конца, зрители от них в восторге. Но чего-то все же не хватает, и это мешает им подняться на самый верх. Не хватает им концепции.

Как и в случае с остальными характеристиками сценического персонажа, на создание своей истории потребуется время. Ты придешь к ней, пока будешь писать и выступать, пользуясь любой возможностью, прислушиваясь к публике, словно к главному редактору. Ты придешь к ней, позволив себе свободно следовать за воображением и каждый раз пробовать что-то новое. Было бы неправильно быстренько остановиться на какой-то идее. Не стоит в начале своего пути становиться консервативным, не желающим идти на риск комиком, который боится пробовать что-то новое, так как это может не вписаться в материал. Если что-то кажется тебе смешным – используй это. И тогда произойдет одно из двух. Или материал не выстрелит и ты от него откажешься, или он зайдет зрителям и у тебя появятся новые возможности – возникнут новые темы, которые ты сможешь обсудить, а также подарить своему персонажу совершенно новый эмоциональный фон.

Некоторые комики очень сознательно подходят к вопросу своей истории. Розанна Барр как-то говорила, что в начале своей карьеры хотела быть женской версией Ральфа Крамдена, горластого, привлекательного водителя автобуса, которого Джеки Глисон сыграл в сериале «Новобрачные». Чаще всего, если ты постоянно выступаешь, твоя история со временем складывается сама собой. Она постепенно обретает форму, когда ты выбираешь и фокусируешься на темах и позициях, которые даются тебе лучше всего, а те, которые не заходят, обходишь стороной.

Всего получается семь характеристик успешного стендап-персонажа. Сколько нужно времени, чтобы стать обладателем всех этих качеств? Из всех случаев, что я знаю, самый короткий – два года. Именно столько потребовалось Вуди Аллену, чтобы создать свой образ. Но у него было несколько преимуществ: перед тем как начать выступать самому, он добился успеха на писательском поприще, сочиняя материал для известных комиков, включая легендарного Сида Сизара. Позже, благодаря особенностям стендап-индустрии в те дни и контактам его менеджера, Вуди Аллен смог сходу раскрыться перед клубной аудиторией. Плюс ко всему, его менеджер был экспертом в написании материала и выступлении на сцене. Ну и наконец, Аллен был гением комедии. Боб Хоуп говорил, что его авторам потребовалось два года, чтобы на свет появился его сценический персонаж. Сам он признавался, что практически не приложил к этому руку. Большинство успешных комиков говорят, что у них ушло на это больше времени. От четырех до семи лет. Однако время не влияет на потенциальный успех, который ожидает артиста. Если стендапер пришел к своему образу за три года, это совсем не означает, что его ждет больший успех, чем его коллег, которым на это потребовалось больше времени. Не было никого успешнее Стива Мартина. На пике карьеры ему приходилось выступать на стадионах, чтобы хватило места полчищу его фанатов. Ему пришлось покончить с выступлениями, потому что поклонники вопили все время, что он был на сцене, и ничего не было слышно. Вот что пишет Мартин в книге «Прирожденный стендапер» про свой путь становления:

Не стоит в начале своего пути становиться консервативным, не желающим идти на риск комиком, который боится пробовать что-то новое

Я занимаюсь стендапом восемнадцать лет, десять из которых учился, четыре оттачивал мастерство и оставшиеся четыре купался в лучах славы.

Я понимаю, что все желание может отпасть от осознания того, сколько потребуется времени, чтобы реально понять, что ты делаешь. Но не стоит опускать руки. Прекрасные вещи, чудесные вещи могут произойти прежде, чем сформируется твой персонаж. У меня были студенты, с кем агенты подписывали контракты в первые месяцы обучения. У некоторых моих учеников по прошествии нескольких лет состоялись дебюты на телевидении. Вполне вероятно, что тебя быстро заметят и предложат работу. Однако потребуется больше времени, чтобы совершенствовать свое мастерство стендап-комедии, отточить технику написания текста и выступления, а также сформировать образ сценического персонажа. По сути, многие комики получают работу и перестают расти еще до того, как заканчивается их профессиональное обучение. Но все терпеливые звезды стендап-комедии доводят свое обучение до конца.

В стендапе нельзя проснуться знаменитым. Карьера тут дело небыстрое, это работа всей жизни. Дон Риклз оставался хедлайнером вплоть до самой смерти. Он дожил до девяноста лет.

Что делать, если: «когда-то эта шутка разрывала зал, а теперь вообще не заходит, какого черта?»

Рано или поздно ты столкнешься с ситуацией, когда шутки категории А, прежде неизменно вызывавшие громкий смех в зале, внезапно перестанут работать. Вот что можно предпринять, чтобы выяснить причину, почему так произошло, и исправить ситуацию.

В стендапе нельзя проснуться знаменитым. Карьера тут дело небыстрое, это работа всей жизни.

Причина 1

Ты выступаешь не так, как прежде, когда шутка заходила на ура. Это самая распространенная причина, почему материал категории А перестает работать. Прошло несколько месяцев с тех пор, как шутка была написана. Вполне возможно, что ты не помнишь тех эмоций, которые сподвигли тебя ее придумать и показать на сцене, пока она была свежа в памяти. Возможно, ненамеренно изменилась позиция, благодаря которой шутка выстреливала.

Например, пока Мэри Димино была не замужем, у нее была убийственная шутка про то, как она профукала свой шанс на брак:

А мы ведь могли бы пожениться. Могли бы. Если б я не заявилась на вечеринку по случаю помолвки со словами: «Ты только глянь, сколько ж тут красавчиков!»

Когда Мэри придумала эту шутку, большинство ее друзей были женаты, а ее собственные шансы на брак равнялись нулю. Когда она рассказывала эту шутку на сцене, в сетапе звучала безнадежность. Жизнь проносилась мимо. А когда она переходила к панчу «Сколько ж тут красавчиков!», безнадежность сменялась восторгом. И мы понимали, почему жених отменил свадьбу. К счастью для Мэри, ситуация изменилась, и она встретила мужчину, который сделал ей предложение. Никогда ее такой счастливой не видел. Так как зрители не знали, что она на самом деле обручена, и шутка работала, Мэри оставила ее в репертуаре. Но внезапно она перестала заходить. Я посмотрел ее выступление, и все стало ясно. Счастье, которое обрушилось на Мэри в реальной жизни, окрасило шутку. Она просто светилась от удовольствия, начиная сетап, да и заканчивая панчем, тоже. Складывалось ощущение, что ее приводила в восторг сама мысль о том, что она никогда не выйдет замуж. Новое отношение испортило всю шутку.

Решение: вернись к той позиции, с которой шутка срабатывала. Если есть запись тех выступлений – пересмотри. На следующем шоу покажи нужное настроение, и снова зазвучит смех.

Причина 2

Шутка устарела. Как ни прискорбно, но зрители не готовы бесконечно слушать шутки про Монику Левински. Стеб над Дж. Бушем длился восемь с половиной лет, но потом срок годности истек, и такие шутки стали просроченными. Одно время были тысячи шуток про соперничество Клинтон и Трампа на президентских выборах. Долго они не протянули. Правда, после того как узнали результаты голосования, встал вопрос, сколько протянем мы… впрочем, я отвлекся. Если шутка о чем-то, что уже обмусолили ведущие ток-шоу и многочисленные комики, то в определенный момент зрители решат, что услышали уже достаточно. Ты поймешь это, когда не услышишь смех.

Решение: убери шутку из репертуара.

Причина 3

Поменялось место шутки в твоем сете, и тем самым ей был нанесен ущерб. Есть такие шутки, которые, на первый взгляд, друг с другом не связаны. Кажется, что они работают самостоятельно – расскажи их в любой момент, и они зайдут. Иногда так и есть, а иногда нет. Можно легко понять, когда перемещение шутки все испортило: зрители больше не смеются.

Серкал Кус, мой студент из Германии, писатель и стендап-комик, как-то с этим столкнулся. Серкал – очаровательный умный парень и производит приятное впечатление со сцены. У него есть отличная шутка категории А, которая стопроцентно всегда заходит и обычно звучит в середине номера:

Год просто сумасшедший какой-то. Взять вон Летние Олимпийские игры. Америка почему-то не взяла золото по стрельбе.

Шутка всегда вызывала у зрителей восторг, и он решил переставить ее в самое начало и сделать вступительной. Так Серкал и поступил, однако после этого она провалилась. И вот почему: выходит парень на сцену, с сильным немецким акцентом, говорит, что приехал из Германии, а потом сразу заявляет своей американской публике, что они настолько жестокие, что должны выигрывать на Олимпиаде золото по стрельбе. Зрители обескуражены. Американская аудитория видит категоричного, высокомерного и грубого парня, хотя на самом деле он совсем не такой. Но подобной шуткой он выставил себя именно в таком свете. Вот несколько его острот, которые обычно предшествовали той первоклассной шутке.

Я из Германии. Родины комедии.

Иногда можно не совсем обычно узнать в детстве про такую штуку, как национальность. «Я немец? Фуу…» А потом родители заявляют тебе: «Не расстраивайся, на самом деле мамочка и папочка не немцы. Мы с Ближнего Востока». (Встревоженно) Вот черт!!! Хотя теперь понятно, почему в шесть лет у меня уже волосатая грудь.

А, сынок, еще кое-что. Мы иммигранты из Курдистана, у нас нет денег, и нас все ненавидят. Повеселись там в школе! «Yallah! Yallah! Yallah!»[32]

После таких шуток Серкал предстает пред зрителями совершенно в другом образе. Ведь они остроумны и полны самоиронии. В них рассказывается о трудностях Серкала: он комик из страны, которая славится отсутствием чувства юмора. В детстве разочарование от того, что он немец, сменилось ужасом от осознания того, что родители на самом деле не из Германии, а нищие беженцы из Курдистана. Теперь мы болеем за парня. Он нам нравится. И потому, когда звучит шутка про США, мы считаем его не высокомерным иностранцем, унижающим нашу страну, а пареньком, который благодарен за возможность находиться здесь, а еще он достаточно остроумно подмечает то, что происходит в приютившей его стране. И вот теперь мы с радостью посмеемся над шуткой про золото Олимпиады.

Решение: если шутку переставляли, верни обратно туда, где она была, это не самостоятельная шутка. Значит, есть что-то в изначальном расположении, и это важно для того, чтобы в итоге все сработало. Верни шутку на прежнее место, и смех вернется, так же как и у Серкала.

Причина 4

Материал не подходит конкретной аудитории. Я как-то сотрудничал с комиком, у которого был самый разный материал: и чистый стендап, и шутки про секс. У него выходило очень смешно, и как-то ему предложили платку. Это был провал. «Ни единого смешка», – жаловался он мне на следующий день, крича в трубку: «Я ОБЛАЖАЛСЯ, И С МЕНЯ ХВАТИТ». «А с каким материалом ты выступал?» – спросил я. «С непристойными шуточками» – был ответ. «А что за мероприятие было?» – «Бар-мицва».

Ой.

Группа тринадцатилетних мальчиков и девочек, их родители, бабушки, дедушки и раввин – не самая лучшая аудитория для шуток про члены. Подчеркни последнее предложение. Непристойности не зайдут детям раннего подросткового возраста, они их смутят. А в кругу семьи, где присутствуют дети, родня посчитает такой материал неуместным. Да и раввин явно не в восторге будет. Похабщина зайдет поздним вечером у холостых, сексуальных, пропустивших-минимум-по-два-стаканчика-перед-шоу людей двадцати-тридцати лет. Чем старше и искушеннее публика, тем холоднее они воспримут похабные шуточки.

Решение: оцени зрителей, перед которыми предстоит выступать. Прикинь их возраст и в случае чего готовься поменять сет, если поймешь, что выбранные шутки не заходят. Если ты выступаешь не под первым номером, послушай выступления комиков, которые пойдут перед тобой. Услышишь громкий смех после остроумного и чистого материала – не стоит озвучивать на сцене «10 способов вашей девушки пустить шептуна». Прибереги на потом. Воздержись. Благодарю. Когда предложат выступить на выпускном – вот там пусть и угорают.

Причина 5

Теория относительности Розенфилда. У Эйнштейна – своя, у меня – своя. Его теория может быть интересна, если тебя беспокоит относительная скорость света. Моя должна вызвать интерес, если ты пытаешься понять, почему хорошая шутка перестала работать.

Скажем, ты всегда заканчиваешь свой сет убийственной шуткой, после которой триумфально покидаешь сцену под дикий хохот, овации и крики. Несколько месяцев спустя шутка провисает, и ты тащишься со сцены под звуки, больше напоминающие кошку, которая топчет подушку. Ты проверил все по списку: изначальное настроение шутки не поменялось, она не устарела и подходит конкретной аудитории, и место ее в номере не менялось. Так что же происходит? Больше всего зрители смеются над самым смешным относительно номера в целом. Если ты добавляешь более качественный материал в свой сет, то шутка, которая когда-то казалась разрывной, сейчас покажется очень слабой. Вот почему часть материала может провалиться. И это лучшая в мире причина выкинуть какую-нибудь остроту из своего номера. Ты становишься профессиональнее как автор, и твои старые труды недотягивают до тех, что выходят из-под твоего пера сегодня. Поздравляю.

Решение: выкинь шутку.

Ведение мероприятия

Если можешь быть МС – вперед. Хотя это не всем под силу, и ничьей вины тут нет. Некоторые эксцентричные стендаперы не могут исполнять роль добродушного и восторженного ведущего. Стивен Райт, например, прекрасный стендапер, но его стиль дедпан лишает комика возможности быть МС. Персонаж-на-грани-нервного-срыва Льюиса Блэка также лишает его этого шанса. Чтобы выступать в роли ведущего, комик должен иметь общительную, приветливую и компанейскую натуру. Если ты обладаешь этими качествами, то можно и нужно искать возможность вести разные шоу. Если сразу себя хорошо проявишь, будет больше предложений.

Хороший МС – необходимый элемент классного шоу. Отличный ведущий знает, как моментально рассмешить публику и как сделать так, чтобы смех не смолкал на протяжении всего шоу. Также он следит за благопристойностью поведения. Ведущие поддерживают артистов, предваряя их номера приятными подводками, и не высмеивают их ни до, ни после выступлений. Хороший МС обычно выясняет у продюсеров шоу или менеджеров клуба, что именно от него потребуется.

Ведущий играет важную роль на вечернем мероприятии, однако не он звезда этого шоу, а хедлайнер. И в клубе не МС главный, а менеджер. В турне МС – это обычно наименее опытный комик из всех. Однако ведущий – клей, на котором держится шоу. Он координатор слаженного развлекательного шоу.

Самым успешным МС в истории американского шоу-бизнеса был Эд Салливан. Сам он не выступал, а был лишь ведущим. Он приветствовал зрителей в начале телешоу, в конце благодарил их за внимание и желал хорошего вечера. Помимо этого он представлял выступающих артистов.

Чтобы выступать в роли ведущего, комик должен иметь общительную, приветливую и компанейскую натуру.

Смотрелся он нескладно. Плечи были высоко задраны, практически до ушей. Его жестикуляция была размашистой и частенько не соответствовала тому, о чем шла речь. Он умудрялся говорить энергично, но в то же время невнятно, и вроде ты его прекрасно слышал, но все равно понятия не имел, что он сказал. Десятки лет он был любимчиком пародистов. И тем не менее «Шоу Эда Салливана» настолько обязательно к просмотру, насколько ни одно другое. Его успех в роли телеведущего никак не был связан ни с комедийным талантом, ни с харизмой. Он был связан кое с чем другим – с энтузиазмом.

Эд Салливан приветствовал публику каждый воскресный вечер в 20:00, обещая им «настоящий аншлаг». Он коверкал слово «аншлаг», и оно скорее напоминало «башмак». Однако многочисленная аудитория соображала, что к чему. Эд объявлял каждый номер, будь то группа «Битлз» или жонглер, вращающий тарелки на шесте, с неукротимым энтузиазмом. А заканчивалось каждое шоу уверениями, что в следующее воскресенье публику ждет очередной «башмак».

Как показал нам мистер Салливан, ключевой навык ведущего – энтузиазм. Нужно выражать восторг абсолютно по любому поводу: шоу, клуба, официантов, зрителей и артистов. Помни, что зрители чувствуют то, что чувствует артист. Поэтому знай: если ведущему не хватает энтузиазма, он будет нагонять на зрителей тоску, даже если стендап-номера смешные. Если МС саркастично высмеивает клуб или стебет зрителей и комиков, это лишь вызовет недовольство и испортит настроение.

Вот пошаговое руководство хорошего ведущего:

Сет МС

Сет МС совсем не похож на твой обычный сет. У него есть определенные требования, которые необходимы лишь ведущему. Во-первых, это должен быть чистый материал. Зрители только устраиваются поудобнее, и впереди их ждет знакомство с тобой. Еще слишком рано для похабщины, шуток на грани фола или матерщины. Одна из задач ведущего – сделать так, чтобы зрителям было комфортно, убедить их, что они в надежных руках до конца шоу. Чистым и смешным материалом ты вселишь в людей эту уверенность.

Будучи ведущим, не стоит рассказывать длинные анекдоты. Зрителям будет сложно внимательно следить за продолжительным сюжетом, так как официанты начнут принимать заказы и приносить первые напитки.

Отлично пойдут короткие шуточные наблюдения. Если недавно произошло что-то, заслуживающее внимание, неплохо придумать про это шутки, при условии, что повод не трагичный и не грустный. Вступительные монологи вечерних ток-шоу служат отличным примером успешного начала. Забавные наблюдения о себе тоже будут к месту, если они не мрачные или не на грани фола. Работа с залом, если она написана заранее, обкатана и проверена, – прекрасный способ заинтересовать отдельных людей и приковать их внимание к сцене.

Обкатка нового материала или импровизация – не самое лучшее решение для ведущего. Твоя главная задача на этом поприще – заставить людей смеяться. Этого можно добиться чистыми, емкими, обкатанными шутками.

Перед началом шоу

В клуб нужно приехать заранее, чтобы позаботиться обо всех нюансах еще до начала программы. Выясни, если еще не в курсе, хотят ли менеджеры клуба или продюсеры шоу, чтобы со сцены прозвучали какие-то объявления. Нужно время, чтобы с ними ознакомиться. Постарайся не читать с листа, когда к ним перейдешь. Они должны звучать так, словно исходят от тебя. Озвучивая эти объявления, представь, что ты играешь в рекламе, поэтому говори убедительно и с энтузиастом. Иначе будешь звучать так, словно зачитываешь номер неправильно припаркованной машины. Обязательно выясни, есть ли что-то, что менеджер не хочет, чтобы ты говорил. Иногда организаторы не хотят, чтобы ведущий упоминал названия других клубов, представляя артистов.

Когда начнут приезжать стендап-комики, выясни, как их следует представлять. Важная часть твоей работы – убедить их, что у тебя все схвачено и ты выставишь их в лучшем виде. Обязательно узнай, как правильно произносятся их имена. Исковеркав их, ты собьешь весь настрой комика еще в самом начале выступления. Им придется исправлять твои ошибки, вместо того чтобы начать с запланированных вступительных шуток. Они взбесятся и будут правы. А еще уточни, есть ли какая-то информация, которая должна прозвучать в подводке. Когда они ею поделятся с тобой, повтори и убедись, что все правильно и их устраивает то, что ты скажешь.

Помимо того что нужно правильно произнести их имена и верно рассказать о заслугах, стоит обязательно сказать что-то приятное о каждом выступающем. Если тебе нравится их творчество, так и скажи: «Обожаю комедию этого парня, уверен, и вы ее оцените». Если же творчество артиста тебе не знакомо, скажи что-то вроде: «Уверен, вам понравится наш следующий артист». Если у комика до этого никогда не было опыта публичных выступлений, можно сказать: «Как это волнительно. Сегодня у нашего следующего артиста состоится дебют в стендап-комедии. Давайте его тепло поприветствуем». Если говорить о каждом что-то хорошее, зрители с нетерпением будут ждать, кто же следующий, а сами артисты будут чувствовать себя увереннее.

Есть кое-что, чего не следует делать в подводке. Не стоит переоценивать артиста фразами, подобными этой: «Нет никого смешнее нашего следующего комика… «Такая чрезмерная похвала выводит стендаперов из себя, оказывая чрезмерное давление на артиста. И еще, ни в коем случае не поднимай на смех комика, которого представляешь. Это смертный грех. Нельзя говорить что-то из серии: «Наша следующая артистка побывала у Джимми Фэллона. Нет, не на шоу. Она побывала у него в постели». Подобные хохмы могут рассмешить зрителей, и то не факт. Но совершенно точно это взбесит артиста, и твоя репутация в камеди-сообществе будет испорчена.

Если в программе выступают дебютанты, слова поддержки перед выступлением прибавят им уверенности. Самое важное, что стоит им сказать: «Веселись и наслаждайся общением с публикой». Не подначивай их, говоря что-то пугающее или негативное. «Лучше бы тебе сегодня быть смешным» – это последнее, что новичок, да и, если уж на то пошло, опытный стендапер захочет услышать перед выходом на сцену.

Если в программе выступают дебютанты, слова поддержки перед выступлением прибавят им уверенности.

Уточни у продюсера, сколько каждому комику отводится сценического времени и нужно ли тебе предупреждать артистов. А также узнай, кто будет следить за временным регламентом: организаторы или ты. Убедись, что знаешь систему сигналов, сообщающую артисту об истекающем времени. Как я уже объяснял в одной из глав выше, обычно это красный свет. Мигающий свет означает, что пора закругляться. Горящий красный означает: все, стоп. Уточни, нужно ли тебе донести эту информацию до выступающих. Следить, чтобы шоу шло по плану, – твоя работа. И, конечно, нужно знать, сколько времени отводится тебе и учитываются ли объявления.

Самого ведущего обычно представляет менеджер клуба в микрофон за кулисами. Напиши то, что ему следует сказать о тебе. Если твое имя можно легко исковеркать, проговорите его вместе. Ему тоже нужно, чтобы твое имя звучало без ошибок.

Также не помешает уточнить у официантов, нужно ли сообщать им за двадцать минут об окончании шоу. Это позволит им донести последние напитки и разнести чеки.

Позаботившись обо всем этом до начала шоу, ты сделаешь так, что представление пройдет гладко, а у артистов и персонала будет хорошее настроение.

Время шоу

Выскочи на сцену энергично и с энтузиазмом. Помни, они чувствуют то, что чувствуешь ты. Тепло поприветствуй публику. Не помешает с ходу проверить, насколько сильно аудиторию переполняет восторг, спросив что-то вроде: «Вы готовы к крутому шоу?» Если ответная реакция сильная и восторженная, сделай комплимент зрителям: «Вау, ребята, вы – отличная публика. Будет круто!» Если же их ответ не особенно воодушевляет, нужно заводить толпу фразами вроде: «Уверен, что вы можете гораздо лучше. Мы сегодня вместе, напитки превосходные, комики уморительные, так что давайте громче: вы готовы к крутому шоу?!» Потом похвали их за более восторженный ответ. В твои обязанности входит наращивать восторг зрителей и сохранять его до самого конца шоу.

Если зрителей мало, не акцентируй на этом внимание. Небольшое количество зрителей может разочаровать тебя, но не их. Они пришли веселиться. Не порти им вечер.

Делай объявления, отыгрывай свой сет. Иногда бывает, что неотзывчивая, «холодная» публика не готова услышать твои шутки сразу. В таком случае сперва пообщайся с ними немного. Обсуди самые простые всем известные вещи: погоду, пробки, последние новости про знаменитостей. Если получится, поболтай о том, что логично подведет к твоей первой шутке. Когда поймешь, что они настроились и готовы, начинай свой сет. Заканчивай сет вовремя. Будучи ведущим, ты, возможно, будешь следить и за временем. В таком случае тебе никто не сможет подать сигнал, что время на исходе. Чтобы быть уверенным, что все идет по регламенту, заранее рассчитывай время своего материала.

Самая худшая МС из всех, которых мне довелось видеть, решительно вознамерилась закончить свой сет громким смехом. А его все не было, потому она продолжала. И продолжала. И все равно громкий смех так и не звучал в зале, потому мадам все еще продолжала. Продюсер сигнализировал ей красным светом, что нужно закончить. Она этот сигнал игнорировала. В конце концов он в отчаянии подошел к сцене. Только увидев его, девушка остановилась. Из-за нее начало шоу получилось отвратительным. Она не только взбесила продюсера, в ярости был и первый артист, у которого сократилось время выступления. Я еще расскажу, что на этом попытки этой трешовой ведущей саботировать вечернее мероприятие не закончились.

Когда с объявлениями и сетом будет покончено, представляй первого артиста. И старайся избегать еще одной ошибки: если слышал шутки комика, не упоминай о них. Например, если ты знаешь, что стендапер будет рассказывать шутки о родителях, не говори ничего из серии: «Если думаете, что ваши родаки с приветом, послушайте, что наша следующая артистка расскажет о своих». Не выдавай ничего, что касалось бы материала стендапера. Так можно лишить его смеха зрителей.

Порядок подводки обычно таков:

1. Сведения об артисте: «Наш следующий комик выступает в клубах по всему городу, а вечером по четвергам его можно увидеть в эфире телевизионного шоу “Готэм Лайв”…»

2. Что-то приятное: «Встречайте прекрасного парня…»

3. Имя: «Майк Джонс!»

Если во время сета микрофон был у тебя в руках, верни его и стойку на место в центр сцены до того, как перейдешь к представлению. Не нужно заставлять артиста тратить драгоценное время на возвращение микрофона туда, где ему положено быть. Та трешовая ведущая находилась в правой части сцены, когда увидела продюсера. Оттуда же она представила следующего артиста и там же вручила ему микрофон. Сам комик обычно работал со стойкой, которую ведущая оставила в противоположной части сцены. Это шоу было соревнованием, которое проводил комедийный клуб «Готэм» на своей огромной главной сцене. У каждого участника было три с половиной минуты. И вот тот парень лишился драгоценного времени, пока ходил по сцене за стойкой и возвращал ее на место. Тем временем приветственные аплодисменты закончились. И на секунд пять-десять в зале воцарилась мертвая тишина. Естественно, такое начало выбило его из колеи. К счастью, он оказался профи и справился. Но, несомненно, его подкосила выходка ведущей.

Уступая место следующему комику, следуй простым правилам. Во-первых, не оставляй сцену пустой. Если там никого нет, у зрителей не будет причин аплодировать. Поэтому оставайся на сцене до тех пор, пока не выйдет артист. В конце своей подводки необходимо:

1. Наградить аплодисментами следующего исполнителя.

2. Встретиться взглядом с артистом, когда он или она выходит на сцену. Если ты аплодируешь и не смотришь на выходящего комика, складывается ощущение, что ты умираешь со скуки.

3. Отойти от микрофона, чтобы человек мог спокойно к нему подойти.

4. Поприветствовать выходящего артиста на правах хозяина. Это твоя вечеринка, встречай гостя. Но делай это молча: рукопожатием, ударом кулак о кулак, или легонько похлопай по плечу.

Не нужно заставлять артиста тратить драгоценное время на возвращение микрофона туда, где ему положено быть.

5. Удалиться.

Так как сцена не должна оставаться пустой, будь поблизости, чтобы можно было быстро вернуться, когда номер закончится. Если артист все еще возвращает микрофон и стойку на место, доделай это за него, чтобы он мог уйти со сцены под аплодисменты. Усиливай аплодисменты, повторив имя выступавшего комика, сказав что-то вроде: «Майк Джонс, дамы и господа! Пусть он вас услышит!» Если он зажег, не оставь это без внимания: «Это было круто! Майк Джонс! Пусть он вас услышит!»

Но что делать, если комик облажался?

Не стоит говорить, что кто-то блистал, если это не так. Публика должна тебе доверять. И, конечно, не стоит акцентировать внимание на том, что стендапер облажался. Ни зрители, ни комик не оценят, если ведущий будет ядовито язвить о неудачном выступлении. Во-первых, необходимо усилить аплодисменты, повторив имя артиста. Затем расскажи пару своих проверенных коротких шуточек, чтобы зрители снова начали смеяться. Но не затягивай. Помни, у шоу есть временной регламент. Хороший МС никогда не приглашает на сцену артиста, если публика отвлеченная или «мертвая». Никогда. Если люди в зале разговаривают, утихомирь их. Это нужно сделать дружелюбно и смешно, сказав что-нибудь из серии «Эй, ребята, мне вас не хватает. Не бросайте меня сейчас!» А если это не сработает, вежливо попроси их умолкнуть. Это часть твоей работы, чтобы смех не смолкал и поведение гостей было подобающим. В основном это легко. Временами бывает сложнее. Если станет получаться – будут приглашать выступать.

Между выступлениями у ведущего есть ряд обязанностей, потому следует оставаться в зале во время номеров. Возможно, тебе придется отвечать за временной регламент и подавать сигналы комикам. Иногда артист может закончить раньше, чем предполагалось, и тебе нужно будет сразу же появиться на сцене, чтобы объявлять следующий номер. Если такое случится, а ты где-то куришь или языками с кем-то чешешь – тебе крышка. Воздержись от алкоголя во время шоу, тебе необходимо быть на высоте весь вечер. Чтобы хорошо выполнять свою работу, нужно быть постоянно сосредоточенным, а не только в те моменты, когда ты на сцене. Наблюдая за выступлениями других стендаперов, сможешь спокойно придумать, что можно сказать, провожая очередного артиста со сцены под его финальные аплодисменты. Ну и, в конце концов, выпивающий ведущий действует на организаторов, словно красная тряпка на быка. Менеджеров настораживают люди, выпивающие на работе. И МС не исключение. Пусть ты не хедлайнер и не босс – если ты ведущий, это твое шоу. Чтобы все прошло круто, нужно быть в зале, бдительным, трезвым и готовым к бою.

Ближе к концу вечера предложи публике поблагодарить официантов аплодисментами и напомни про чаевые. Они это заслужили и поэтому оценят этот жест. Принимать и разносить заказы, приносить чеки, принимать оплату тихо и незаметно, дабы не мешать выступающим, – навык, заслуживающий аплодисментов.

В конце шоу снова попроси публику не скупиться на аплодисменты, на этот раз для всех артистов. Если необходимо сделать финальные объявления – озвучивай их уверенно. Закончи шоу, поблагодарив зрителей и пожелав им хорошего вечера.

Внутренний голос

Если тебя одолевают плохие мысли относительно своей работы и из-за них ты на взводе или боишься; если считаешь себя недостойным заветной мечты или полным ничтожеством по сравнению с коллегами; если чувствуешь, что вот-вот все бросишь, – ты страдаешь от внутреннего голоса. Это распространенное явление, а потому нет причин паниковать. Я объясню, как с этим справиться. Важно как можно быстрее разобраться с этой проблемой. Если проигнорировать ситуацию, то внутренний голос в лучшем случае подпортит тебе карьеру, а в худшем – вообще ее загубит. Но мы не позволим этому случиться.

Главное – не путать внутренний голос с волнением. Нервы – это совершенно здоровая и крайне ценная реакция на осознание предстоящего выступления. Они проявляются чрезмерным возбуждением. Эти ощущения сродни тем, что испытываешь перед поездкой на американских горках. Обычно от волнения в голову лезут подобные мысли:

Боже! Я и правда собираюсь это сделать. Лишь бы не забыть текст. Так, шпора здесь? А, вот она. Так, глубокий вдох. Так, секунду, а Майкл приехал уже? Он вечно опаздывает. Ну сегодня это просто непростительно… О, это меня уже объявляют! Разбудите меня, когда все уже закончится!

Волнение вызывает приятный испуг, словно американские горки. А внутренний голос вызывает даже не смятение, он вселяет ужас. От этого нет никакой пользы, один сплошной вред. Он пытается помешать тебе заниматься делом всей жизни. Обычно чем больше выступаешь, тем меньше волнение. Перестаешь переживать, что забудешь реплики. Тебе уже встречались разные аудитории: большие, маленькие, щедрые, равнодушные. Однако внутренний голос не утратит своей силы, пока мы его сами не заткнем. И я прямо сейчас научу тебя, как это можно сделать.

Первое, что необходимо сделать, это понять, что это именно он. Голос крайне опасен для твоей карьеры, потому что мастерски маскирует свою истинную сущность. Ты принимаешь его за дельную критику, которая вполне логично провоцирует беспокойство относительно твоей писанины, актерских навыков, отношений с коллегами и наставниками. Когда внутренний голос берет тебя в оборот, в голове сразу возникают мысли:

Я не смешной. Никто не смеется над моими шутками. А если кто и смеется, это лишь из жалости. Другие комики гораздо смешнее меня. Мне здесь не место. Те, кто говорит, что я смешной, врут мне в глаза. Я просто посмешище. Это не мое.

Это все происки внутреннего голоса. Создается ощущение, что критика твоей работы обоснованная и справедливая. Не ведись. На самом деле это отголоски пугающих родительских нравоучений из далекого прошлого. В детстве никто не мог напугать нас сильнее наших родителей. Даже в благих целях они могли перепугать своих собственных детей до смерти. И чем больше страха нагнетается в детстве, тем сильнее это аукается во взрослой жизни.

Волнение вызывает приятный испуг, словно американские горки. А внутренний голос вызывает даже не смятение, он вселяет ужас.

Внутренний голос – это отголосок прошлого. У него особая миссия. Его цель – заставить тебя бросить то, что хочется делать больше всего на свете, даже если где-то в глубине души ты знаешь, что можешь. Он будет только рад, если ты откажешься от своих амбиций и переедешь к мамочке с папочкой, в буквальном смысле, если они еще живы-здоровы, и в фигуральном, если они уже отошли в мир иной. Но внутренний голос даже не пискнет, если ты будешь строить воздушные замки, мечтать о совершенно несбыточных идеях. Я, например, обожаю баскетбол. Мне нравится играть и смотреть матчи по телику. Временами я мечтаю о том, чтобы все бросить и стать профессиональным баскетболистом, и знаешь, никаких переживаний, страхов. А все потому что я точно знаю, что скорее снег пойдет в июле в гольф-клубе Трампа в Мар-а-Лаго, чем это случится.

Однако у меня был личный опыт с внутренним голосом. Хоть это было и не связано с выступлениями. Это касалось важного бизнес-решения, которое мне предстояло принять. Американский институт комедии занимал маленький офис, который явно стал нам мал, так как сильно вырос штат сотрудников и прибавилось студентов. И вдобавок ко всему арендодатель объявил, что здание в скором времени пойдет под снос. Так что пришло время переезжать в новое просторное место. И я нашел просто идеальный вариант. Добираться стало бы значительно удобнее и сотрудникам, и студентам. Размеры позволяли расти еще. И цена была подходящей. Я влюбился в это место. Тут-то и вмешался внутренний голос. Я как раз направлялся подписывать договор аренды, когда меня охватило чувство тревоги. Вот что сразу пришло на ум:

Подписание этого договора – чудовищная ошибка. Ты не можешь себе позволить такую арендную плату. И на прежнем месте не остаться. Вот это ты влип. Считай, твой бизнес накрылся медным тазом. Неудачник.

Эти мысли напугали меня, даже несмотря на то что:

1. Дела шли лучше, чем когда-либо; собственно, вот почему необходим был переезд.

2. Новая локация оказалась такой просторной, что там можно было проводить занятия, и еще оставались бы помещения для меня и других сотрудников. А это означало, что не надо было платить отдельно за офисные помещения и за студии. Мы даже рассчитывали сэкономить на текущих расходах.

3. Мне понравилось место, собственно, как и персоналу, и студентам, которые тоже его смотрели, прежде чем я решился на подписание договора.

То есть у женатого мужчины с двумя детьми и ипотекой мечты о карьере профессионального баскетболиста не породили ни одной негативной мыслишки. А успешного продюсера и преподавателя комедии охватила паника от одной только мысли переехать в местечко прекраснее, да еще и дешевле.

Внутренний голос выставил меня неудачником. Он хочет, чтобы именно таким человек себя и считал. В твои пустые бесплодные мечтания он не вмешивается, потому что знает, что у тебя духу не хватит даже попробовать. Твоих неудач он не боится, ведь именно они и приводят к дурным мыслям. А вот твой успех для внутреннего голоса – угроза, как и в целом твой путь, который показался тебе правильным. Если тебе сопутствует успех, внутренний голос потерпит поражение. Ведь если твои начинания увенчаются успехом, тебе не придется возвращаться к родителям. У тебя будет свой дом и своя жизнь. Чем больше твой успех, тем громче внутренний голос. Вот почему многие люди начинают заниматься самовредительством буквально в шаге от успеха. Загнав тебя в угол, внутренний голос заставляет поверить в самые ужасные вещи, которые твоим близким покажутся полным абсурдом.

Вот что необходимо предпринять, чтобы ослабить его хватку:

1. Распознай внутренний голос. Это несложно. Если во время занятий чем-то в голову лезут ужасные мысли, которые вселяют тревогу, страх, заставляют чувствовать себя ущербным, и возникает желание все бросить и сдаться, это и есть твой внутренний голос. Тандем негативных мыслей и тревоги – это уже звоночек.

Помни вот что: ты на самом деле можешь адекватно и критически мыслить, а это помогает в твоей работе. Критическое мышление помогает понять, где именно стоит отредактировать свой материал, что оставить, что переписать, что выкинуть, а где просто поменять эмоциональную реакцию. Благодаря такому подходу возникают мысли и идеи, которые делают твою работу только лучше, не пугают тебя и не заставляют опустить руки и все бросить. Совершенствуя свое выступление, ты чувствуешь себя творческой личностью, а не запуганным до смерти. Именно тревога – первый сигнал внутреннего голоса.

Загнав тебя в угол, внутренний голос заставляет поверить в самые ужасные вещи, которые твоим близким покажутся полным абсурдом.

Распознав присутствие внутреннего голоса, ты обнаружишь реальный источник своего беспокойства. Это не касается твоей работы, шоу, зрителей или конкретного отрывка. Это не про «сейчас». Источник твоей тревоги – голос из далекого прошлого. Он настоящий профи во всем, что может тебя напугать. Однако он полный профан в комедии, что подводит нас к следующему шагу.

2. К счастью, внутренний голос всегда ошибается, так что выруби его. Я не просто так говорю «к счастью». Если бы он временами случайно оказывался прав, было бы практически невозможно отличить его от конструктивной критики. Как здорово, что это не наш случай. В нашем мире, полном неопределенностей, одно можно сказать наверняка – внутренний голос всегда ошибается.

Работая с артистами, я постоянно в этом убеждаюсь. Бывало, на репетициях студентка показывает блестящую работу. Ее коллеги и я с восторгом наблюдаем за выступлением, как вдруг она останавливается и заявляет, что не в силах продолжать, потому что все это дутая фальшивая херня. Или я предлагаю пересмотреть видеозапись выступления одного из студентов, а он умоляет меня не включать ее, потому что уверен, что это полная лажа. Я настаиваю, и после первой же шутки слышен громкий смех. Внутренний голос артистов полностью изуродовал их видение своей работы.

И это логично, если вспомнить его цель: заставить тебя бросить заниматься тем, что хочется делать больше всего на свете, и тем, что, определенно, хорошо получается.

Внутренний голос ошибается. Не ведись. Не соглашайся составить ему компанию за пивом или на пробежке, не слушай его. Все, что он несет, – хрень собачья. Скажи ему – пусть заткнет пасть, и продолжай выступление.

3. Преврати негативный посыл внутреннего голоса в позитивный, ведь он не просто неправ, он совершенно не прав. Правда всегда совершенно противоположна тому, что говорит тебе твой внутренний голос. Поэтому, если нужно объективное мнение относительно своей работы, послушай его и повтори все, но уже в позитивном ключе. Скажем, например, ты на мастер-классе, смотришь комиков, выступающих перед тобой. Если начнешь паниковать, поняв, насколько же у тебя выходит несмешно по сравнению с ними, и если ты сейчас не примешь разумное решение и не слиняешь отсюда, то это будет одно унижение. Это значит, что в глубине души ты думаешь:

Некоторые из них такие смешные, да и я тоже не промах. Мне, конечно, было боязно приходить на этот мастер-класс, но я смотрю в лицо своим страхам, и вот я здесь. И теперь понимаю, что здесь мое место. Наконец-то!

Вот что ты чувствуешь и думаешь на самом деле. Внутренний голос – это комплимент твоей работе и признак прогресса, только сказанный наоборот. Ты все это услышишь, только когда преуспеешь в работе и останешься ею доволен. Ты имеешь право на эти позитивные мысли и чувства. Они абсолютно заслуженны. Они твои. Не позволяй внутреннему голосу отнять их у тебя.

По своему опыту знаю, что большинство людей в сфере искусства и развлечений рано или поздно сталкивается с внутренним голосом. Это все равно что подхватить простуду. Обычное дело: она периодически возникает на разных этапах жизни. Если сразу решишь проблему, никакого вреда не будет. Если же проигнорируешь – возможны осложнения.

Итак, когда внутренний голос начинает одолевать тебя, вот что следует предпринять:

1. Распознай его.

2. Он ошибается, так что заглуши его.

3. Переформулируй негативные сообщения в позитивном ключе и смело иди навстречу прогрессу и успеху.

Зная все это, сможешь превратить внутренний голос из агрессивной злокачественной раковой опухоли на своей карьере в маленький чих.

Твое здоровье!

Все, что следует знать о стендап-индустрии

Бизнес процветает. Вот только не надо сейчас лезть и смотреть на титульном листе, в каком году я рассказывал об этом бизнесе, чтобы понять, соответствует ли еще это утверждение действительности. Год совершенно не важен. У профессионалов бизнес всегда процветает. Меняется лишь бизнес выступлений. Впервые стендап-комики появились на сцене варьете среди прочих артистов: певцов, танцоров, акробатов и фокусников. Затем варьете исчезли. Им на смену пришли ночные клубы. И все артисты, включая комиков, переехали на новую площадку. Также стендаперы освоили абсолютно новую и перспективную развлекательную платформу – радио. А когда его популярность стала умирать, комики перебрались на зрелищную площадку последнего слова техники – на телевидение. На смену ночным клубам пришли джаз-клубы и фолк-клубы, где постоянно выступали и стендаперы. Сильной популярностью эти места не пользовались, и появился совершенно новый вид заведений – комедийный клуб. Сейчас телевидение постепенно сдает позиции, цифровой мир разрастается, и комики заняли места на передовой этого развлекательного формата.

С этим ничего не поделать. Стендаперам относительно легко дается адаптация к новым местам. Им не нужно изобретать новых техник выступления, они стоят и рассказывают. Если площадка новая, просто покажите им, куда встать, и они в деле.

Раньше новым комикам давали мудрый совет: пусть мастерство растет, пусть тебя видят, пусть тебе платят. Ситуация изменилась.

Когда комедийные клубы впервые открыли свои двери в 1960-х и 1970-х годах, вопрос оплаты у комиков не стоял, потому что стендаперам не платили в принципе. А так как за талант не нужно было платить, многие предприниматели начали открывать комедийные клубы. К концу 1970-х и началу 1980-х такие заведения превратились в выгодный бизнес, и владельцы уже не могли убедить востребованных стендап-комиков выступать бесплатно. В те годы в этой сфере творился настоящий бедлам. Обещания оплаты и оплата частенько не совпадали. Комикам обычно советовали не уходить из клуба, не дождавшись оплаты. Сегодня, конечно, бизнес в этой индустрии ведут более цивилизованно. Заказчики (агенты) обычно платят вперед и, хоть никогда не помешает отслеживать финансовые вопросы, как правило, платят своевременно.

Год совершенно не важен. У профессионалов бизнес всегда процветает. Меняется лишь бизнес выступлений.

До эпохи интернета нужно было постараться, чтобы тебя заметили. Сейчас это не проблема: агенты любых клубов, даже самых престижных, просматривают видео, которые им присылают неизвестные стендаперы. Вопрос не в том, будет он смотреть твое видео или нет, а в том, как долго он станет его смотреть. Посмотрит ли он первые 30 секунд, решит, что ты недостаточно хорош для клуба, и выключит? Или ему безумно понравится увиденное, и, досмотрев до конца, он тебя ангажирует? (Видео должно длиться 5-10 минут. Оно не должно состоять из нарезки лучших моментов разных выступлений. Это должен быть один номер. Агентам нужно увидеть, как ты держишься от начала до конца.) Единственная часть из того старого высказывания, которая еще актуальна на сегодняшний день: пусть мастерство растет, неуклонно растет. Те, кому удалось стать профи, вложили в это время и силы – столько, сколько потребовалось.

Агенты любых клубов, даже самых престижных, просматривают видео, которые им присылают неизвестные стендаперы.

Конечно, связи помогают в бизнесе. Тебе откроются многие двери. Но что потом?

Связи в стендапе – все равно что связи на корриде. Скажем, хочешь ты стать тореадором, даже прочитал пару книг и отработал движения на местных телятах. Приятель твоего дяди владеет ареной, и его убедили дать тебе шанс попробовать свои силы на настоящем бое быков. И вот день настал. Объявили твой выход, толпа ликует, но есть одна проблема: долбаный бык гигантских размеров несется прямо на тебя! Маамаа!!

Хочешь ли ты стать тореадором или комиком, не получится проигнорировать работу, которая требует поразительного мастерства. Тогда и только тогда тебе станут платить. И поверь, когда это произойдет, когда люди будут смеяться на протяжении всего сета, вечер за вечером, в больших и маленьких клубах, перед аудиторией родного городка и перед абсолютными незнакомцами – вот тогда ты станешь профи. В стендапе нельзя проснуться знаменитым, а потому нет никому не известных великих комиков. Если над тобой громко смеются, люди в этом бизнесе обратят на тебя внимание.

Смысл игры в том, чтобы преуспеть. Для этого нужно учиться, выступать, писать и упорно продолжать.

Обучение

Обучение под руководством опытного стендап-наставника ускорит развитие и повлияет на решение сделать стендап своей профессией. На странице 151-й я рассказывал, как узнать, подходит ли тебе педагог. Чтобы понять, какой курс тебе нужен, я советую безбоязненно определить, где ты хочешь оказаться, занимаясь комедией, и уже тогда выбрать курс, который позволит успешно справиться с поставленной задачей.

Стендаперы обычно становятся актерами, писателями, продюсерами и режиссерами. Мысли глобально, куда твоя комедия должна тебя привести. Подумай об этом сейчас, чтобы пройти обучение и получить образование, которое понадобится для работы на этих поприщах. Если решишь стать актером, пройди курсы актерского мастерства. Если хочешь писать, нужно освоить комедийный стиль творчества. Смотри комедии в кино, по телевизору, в театре, изучай те, которые больше всего понравились, и используй полученные знания, чтобы писать собственный материал, который будет востребован. Делай все возможное, чтобы с твоим материалом выступали. Чтобы узнать на сто процентов, смешной твой материал или нет, отдай его на суд публики.

Выступления

Иди на сцену при первой же возможности, везде и всегда. Техники, которым можно научиться из книг или на курсах, существенно ускорят твое развитие. А применяя на практике раз за разом все то, чему тебя научили, усовершенствуешь, разовьешь и повысишь свои навыки стендапера. Используй каждый шанс, который смогут дать местные клубы, чтобы заполучить возможность оказаться на сцене. Участвуй в комедийных фестивалях. Поищи площадки поэтов и рассказчиков, которые будут рады комикам. Сообщи всем, что занимаешься стендапом. Не упусти возможность выступить на мероприятиях, которые спонсируют организации, членом которых ты являешься: школа, церковь, благотворительные фонды, встречи выпускников и т. д. Вот хороший показатель, если хочешь стать профессиональным стендапером: 1000 выступлений.

Стендаперы обычно становятся актерами, писателями, продюсерами и режиссерами. Мысли глобально, куда твоя комедия должна тебя привести.

Писательский труд

Помимо написания и выступления со своим стендап-материалом посмотри дополнительные возможности, где можно дать волю своему таланту: местные газеты, журналы, сайты. Веди юмористический блог, используй соцсети для буйства своей комедии. Собери портфолио лучших письменных работ и видео, на которых выступают с твоим материалом, чтобы при первой же возможности блеснуть своими навыками.

Продолжай делать свое дело

Чтобы достичь вершин мастерства, нужно упорно продолжать свое дело. Понадобятся годы, прежде чем станешь профи. Лучший совет из всех, что я слышал относительно упорства, исходил от Эдди Мёрфи. Он говорил, что никогда не ставил себе никаких сроков, ни год, ни два. Он решил, что выложится по максимуму и покажет лучшее, на что способен. Приняв это решение, он продолжал упорно двигаться вперед, никогда не оглядываясь. Прекрасный совет.

Успех в любом начинании сводится к тому, насколько упорно ты работал, чтобы приумножить все то, что дала тебе природа и чему ты научился. Речь не о том, где ты начинал, а о том, где закончишь. Я видел много раз новичков, которые ужасно начинали и ничего не добивались, и тех, кто несся на огромной скорости навстречу своему «плану Б» и в итоге становился хедлайнером. Разница лишь в том, что у некоторых людей есть огромное желание и способность работать постоянно, становиться лучше, а у некоторых этого нет. Все в твоих руках.

Когда будешь делать все то, что я говорю, двери новых возможностей распахнутся перед тобой, и ты войдешь туда, точно зная, что тебе это по силам.

Людям нужна комедия. Мы точно знаем, ведь она была везде и всегда. Работай усердно, упорно, преуспей в этом начинании – и станешь работать в клубах, театрах, на радио и телевидении, в кино, в печатном и цифровом мире и в том, что придет им на смену.

Дай знать, если появятся вопросы. Можешь писать на stephen@stephenrosenfieldcomedy.com.

Успех в любом начинании сводится к тому, насколько упорно ты работал, чтобы приумножить все то, что дала тебе природа и чему ты научился.

Благодарности

Особую благодарность выражаю:

Кирстен Лагатри, которая дала мне необходимый пинок, а позже и наставления, чтобы я смог написать эту книгу.

Джулии Шорке, которая нашла мне прекрасного агента.

Моему агенту и редактору Барбаре Браун.

Моим редакторам в Chicago Review Press Ювалу Тэйлору и Дэвону Фрини.

Лоре Басси, которая, будучи помощником, редактором и исследователем, стала моим источником силы и мудрости с первого до последнего дня работы над книгой.

Моим редакторам, что изо дня в день оказывались на передовой, Кейт Редвей и Натаниэлю Розенфилду.

Комикам и авторам комедии, чьи работы я использовал, чтобы проиллюстрировать процесс овладения навыками стендапа: Майрону Коэну, Джею Лено, Джонни Карсону, Ленни Брюсу, Джорджу Карлину, Ричарду Прайору, Джеки «Момс» Мейбли (Лоретте Мэри Айкен), Джерри Сайнфелду, Тиг Нотаро, Марку Твену, Ганнибалу Бёрессу, Дино Вайанду, Эдди Иззарду, Бобу Ньюхарту, Луи С. К., Марине Франклин, Дэвиду Леттерману, Конану О’Брайену, Джорджу Лопесу, Крейгу Фергюсону, Стивену Кольберу, Крису Року, Родни Дэнджерфилду, Филлис Диллер, Ти Джей Миллеру, Рики Джервейсу, Дону Риклзу, Лизе Лампанелли, Джеки Мейсону, Клейтону Флетчеру, Лоре Басси, Моше Кашеру, Мэри Димино, Джоан Кейтер, Саре Сильверман, Кейт Редвей, Стиву Мартину, Гилберту Готтфриду, Полу Рубенсу, Энди Кауфману, Уиллу Роджерсу, Бобу Хоупу, Сэму Кинисону, Мольеру, «Странному Элу» Янковичу, Ричу Литтлу, Джорджу Бёрнсу и Грейси Аллен, Джеффу Данэму, Терри Фейтору, Джонатану Уинтерсу, Вуди Аллену, Ольге Неймер, Джиму Гэффигану, Граучо Марксу, Розанне Барр, Серкалу Кусу.

Шону Флинну за его вклад в главу «Ведение мероприятий» и за то, что он лучший менеджер клуба из всех, которые мне встречались.

Крису Мазилли за то, что подарил моим студентам возможность начать свой путь в потрясающем клубе «Готэм».

Лекси Каллен-Бейкер, чья помощь во всем просто неоценима.

Джадду Джонсу за его поддержку и прозорливость.

Эли Крупнику, с которого все началось.

Моим студентам, благодаря которым работа над книгой превратилась в сплошное удовольствие.

Кейт, Бену и Нэту, чья преданная любовь и поддержка делают возможным абсолютно все.

Об авторе

Стивен Розенфилд – директор и основатель Американского института комедии. Он учит и наставляет комиков и актеров, от начинающих до номинантов на «Оскар», обладателей премий «МАК», «Оби», «Эмми» и «Тони». Выпускники его стендап-курса выступают в лучших клубах Северной Америки и всего мира, создают и снимаются в собственных ситкомах на каналах HBO, «Центральный Комедийный» и «ТВ Лэнд», записывают спешлы на «Нетфликсе». Они появлялись на всех вечерних телевизионных ток-шоу, работают телеведущими на каналах «Телевиза» и «Фокс Нетворкс». Его ученики – публикуемые авторы, чьи работы звучат в эфирах Saturday Night Live, «Ежедневного шоу», «Во всей красе с Самантой Би», «Девчонок», «Позднего шоу с Дэвидом Леттерманом» и «Шоу Джима Гэффигана». Работая актерами, они появляются на Бродвее, на сетевом и кабельном телевидении и в крупных кинофильмах.

Стивен – приглашенный артист и лектор искусства комедии в Университете Флориды, Университете Бригама Янга, Университете Содружества Вирджинии, Барнард-колледже, Вашингтонском университете, в Новой школе, Нью-Йоркском университете, Университете Лоуренса и Нью-Йоркской объединенной теологической семинарии. Розенфилд был основателем и художественным руководителем курса комедии в Колледже Хамбер, профессором театрального и комедийного искусства, научным руководителем курса комедии в Университете Уильяма Патерсона. Сейчас он входит в совет директоров Национальной ассоциации театральных школ (НАТШ). Стивен имеет степень бакалавра театра и драмы в Университете Лоуренса и магистра изящных искусств на театральном отделении Стэнфордского Университета.

Газета «Нью-Йорк Таймс» назвала Стивена Розенфилда самым известным преподавателем комедии в стране.

Примечания

1

Obie Awards – ежегодная премия за внебродвейскую (Off-Broadway) театральную постановку.

2

Драматург, пишущий комедии.

3

Спешл – большой сольный концерт одного комика, может длиться от 30 минут до двух часов, иногда по заказу какого-нибудь телеканала.

4

Политический скандал в США 1972–1974 годов, закончившийся отставкой президента страны Ричарда Никсона.

5

Американский государственный деятель, первая женщина на посту генерального прокурора.

6

Американский политик, вице-президент США при президенте Дж. Буше-старшем.

7

Fox News Channel – американский информационный канал.

8

Вторая часть, концовка шутки (добив).

9

Button-down mind of Bob Newhart.

10

Когда шутки рассказываются с каменным лицом, видимым равнодушием, отчего возникает своеобразный комедийный эффект.

11

Бéдфорд – Стáйвесант, район на севере Бруклина.

12

Человек из зрительного зала, который своими выкриками мешает выступлению комика.

13

Короткие шутки одной строкой.

14

MC, или master of ceremonies, – ведущий церемонии.

15

Ежегодная премия «MAC» присуждается Манхэттенской ассоциацией кабаре и клубов за лучшие выступления в джазе, кабаре и сатире.

16

Голдберг более всего известен серией карикатур, в которых фигурирует так называемая «машина Руба Голдберга» – чрезвычайно сложное, громоздкое и запутанное устройство, выполняющее очень простые функции (например, огромная машина, занимающая целую комнату, цель которой – передвижение ложки с пищей от тарелки до рта человека).

17

Еврейский Новый год.

18

Африканский Новый год.

19

Активистское движение «Черные жизни имеют значение» против насилия в отношении чернокожих.

20

Оплачиваемое выступление.

21

Убийца президента Линкольна.

22

Альтернативная комедия – это способ, который является «альтернативным», то есть он избегает стандартной структуры построения шуток, где идет последовательность реплик и кульминаций.

23

Сторителлинг – искусство донесения информации с помощью рассказов и историй, которые несут в себе яркие эмоции. Простыми словами – захватить и удержать внимание зрителя с первых секунд и до конца истории.

24

Массачусетский технологический институт.

25

Утрированно-комическая манера актерской игры.

26

Выступление с материалом, над которым комик еще работает.

27

Мобильное приложение, позволяющее создавать шестисекундные видеоролики.

28

Цельный питательный батончик для женщин.

29

Профессиональный бейсбольный клуб.

30

Человек, который следит за соблюдением временного регламента.

31

Система измерения количества аудитории, созданная компанией Nielsen Media Research для установления количества аудитории телевизионных программ в США. Разработан рейтинг Нильсена именно для подсчета спроса и популярности радиопрограмм.

32

Давай-давай, вперед! (Пер. с арабского.)

Content

Стивен Розенфилд
Ухожу в Stand Up!: полное руководство по осуществлению мечты от Американской школы комедии

Предисловие

Часть I Начинаем сотрудничать

Что мне о тебе известно

Впереди долгий путь

1. Выясни, в чем твоя оригинальность

2. Научись мастерски писать тексты для стендап-выступлений

3. Отточи мастерство стендап-выступлений

4. Придумай сценического персонажа

5. Расширь свои познания в комедии

6. Учись у великих комедийных актеров

7. Выступай! Выступай! Выступай!

8. Не обвиняй аудиторию

9. Разбирайся в видах стендапа

10. Нужно разбираться в бизнесе

11. Доверяй своей нервной системе

12. Веселись

«Нет!»

Часть II Виды стендап-комедии

Комедия наблюдений

Сторителлинг

Стендап-скетчи

Акт-аут

Унижаем знаменитостей

Унижаем людей из твоего окружения

Унижаем хеклеров

Комедия оскорблений

Самоирония

Работа с залом

Комедия пороков

Комедия персонажей

Юмор на грани

Особые формы выступлений

Импровизация

Часть III Руководство по созданию материала для стендап-комедии

Прежде чем браться за черновик

Поверь в то, что ты – автор комедии

Лови свое чувство юмора

Не воруй

Темы для стендап-комедии

Черновик

Не переживай, если потребуется слишком много времени, прежде чем раздастся смех

Во время работы с черновиком не задумывайся о переходах от одной шутки к другой

Не бойся уйти от темы

Не беспокойся о том, смешно это или нет

Не беспокойся о том, оригинальны ли твои идеи

Ни о чем не парься

Напиши о местах, о людях и вообще обо всем, что раздражает тебя до чертиков

Напиши то, что захочется

Обкатываем черновик

Сетапы и панчлайны

Двигаемся в обратном направлении

Составляем сет-лист

Часть IV Руководство по выступлению со стендап-комедией

Волнение. Его плюсы

Самое важное – радость общения

Оживая на сцене: вся гамма эмоций

На одной волне

Подача

Темп

Тайминг

Акценты

Паузы

Что необходимо сделать перед приходом в клуб

Рассчитай время

Запомни свой сет

Приготовь экземпляр текста, который возьмешь с собой

Продумай, что наденешь

Перед началом шоу

Никакого алкоголя и наркотиков

Проверка микрофона

Сигнальный свет

Место в очереди

Твоя подводка

Нейтральная зона

Представление начинается

Определи время выхода

Регулировка микрофона

Начиная выступление

Если шутка не зашла

Провал

Завершение номера

Часть V Как добиться непревзойденного мастерства

Составляем сет категории А

Продумываем сценический образ

Шесть характеристик удачного сценического персонажа

Оригинальность

Правдоподобность

Яркость

Сценическое обаяние

Смешная суть

Седьмая характеристика

Что делать, если: «когда-то эта шутка разрывала зал, а теперь вообще не заходит, какого черта?»

Причина 1

Причина 2

Причина 3

Причина 4

Причина 5

Ведение мероприятия

Сет МС

Перед началом шоу

Время шоу

Внутренний голос

Все, что следует знать о стендап-индустрии

Обучение

Выступления

Писательский труд

Продолжай делать свое дело

Благодарности

Об авторе

Примечания