Samus

1000 и 1 жизнь

Пролог

Огромный зал, окутанный полутьмой, в которой терялись стены и потолок. В центре кипящий котел, варево душ, смертей и проклятий, судеб и исходов, черно-зеленая булькающая жижа. Женская фигура в багровом обтягивающем платье на троне сидела и смотрела на котел, словно завороженная брызгами и бульками, за каждым из которых скрывались сотни жизней. Затем фигура что-то уловила в котле и вскинула обнаженную до локтя руку, лениво прищелкнув пальцами.

Из котла вылетело серебристое облачко, соткалось в некое подобие человека.

― АААА!!! — закричал серебристый человек, вскидывая прозрачные руки. — Не надо!!!

Фигура на троне еще раз прищелкнула пальцами, серебристый опустил руки и начал озираться, восклицая:

―Что? Кто? Где я? Кто вы?

―Ты умер, Сергей Распопов, — сказала, поднимаясь, женщина на троне.

Она была прекрасна и ослепительна, подавляла одним своим видом, и двигалась грациозно, словно ожившая волна, облаченная в багровое. Женщина обошла призрак Сергея, чуть растянула губы в удовлетворенной улыбке.

―Не стоило отмечать с однокурсниками окончание университета и получение диплома.

―Я… я…, — призрак делал ощупывающие движения, руки проваливались внутрь, — я же разбился!

―Друзья хотели пошутить над тобой, — чуть наклонила голову женщина, — вы же часто так развлекались, только раньше никто не выпадал из окна двадцатого этажа.

―Вы… откуда вы все это знаете?

―Твоя душа, — острый, карминно красный ноготь, перечеркнул грудь призрака, — в ней все записано. И ты мне подходишь.

Призрак Сергея облизал несуществующие губы, потом спросил осторожно.

―Вам?

―Мне казалось, что в литературе твоего мира — особенно той, что читал ты — сюжет посмертной встречи с божественной Сущностью достаточно популярен, чтобы мне не пришлось долго объяснять. Если прибегнуть к понятным тебе терминам, то я Мать-Магия.

―М-мать, — икнул ошарашенно призрак.

―Ты готов получить второй шанс и вторую жизнь, отправиться в другой мир?

―С магией? — жадно колыхнулся телом Сергей. — С настоящей магией?!

―Самой доподлинной, какая только может быть, — ответила Мать-Магия. — Одним из критериев отбора было знание о магии, принятие ее существования.

―Вы ошибаетесь! Какой же из меня маг?

―Тебе и не нужно быть магом. Достаточно того, что ты прочитал много книг в жанре, который вы называете «фэнтези», — женщина еще раз прищелкнула пальцами и села обратно на трон. — Одна из таких книг — искаженная и стократно перевранная версия, в которой правдиво только использование палочек и совершеннолетие в семнадцать лет, но общее представление она дает.

―Я готов! — тут же воскликнул Сергей.

―Ты даже не знаешь, что тебе надо будет совершить.

―Я готов!!

Женщина чуть улыбнулась уголками губ, кивнула удовлетворенно. Повела пальцем и в воздухе высветился трехмерный образ какого-то ветерана — культуриста. Бугрящиеся мышцами руки, сложенные на могучей груди, гладко выбритое лицо, изукрашенное шрамами, и абсолютно лысая голова, тоже со шрамами, едва прикрытыми небольшой шапочкой, вроде турецкой фески. Свирепый сверлящий взгляд, сломанные уши и нос, казалось, что их обладатель сейчас вот возьмет и просто прибьет на месте, потому что ему так захотелось.

―Альфред Гамильтон, сто одиннадцать лет, ректор Британской Академии Магии, — пояснила женщина. — Убьешь его и ты свободен.

―И всё? — недоверчиво спросил Сергей.

Выглядел Гамильтон мощно, но сто одиннадцать лет — это все же почтенный возраст. Может, просто фотография была сделана раньше? Помолчав, Сергей осторожно добавил:

―Разве вы не божество?

―Все сложнее, чем ты думаешь, — пальчики женщины отбили дробь на подлокотнике, — намного сложнее. Прямое вмешательство убьет не только Альфреда, но и всех, кто с ним связан, а это больше половины чистокровных магов.

―П-понятно. Вы — Мать-Магия и любите своих детей.

―Любое вмешательство божества — это проблемы, — в голосе женщины послышалась нотка раздражения. — Каждое действие рождает противодействие. Поэтому мы предпочитаем действовать через своих посланников, аватар и чемпионов.

―И я стану чемпионом магии?

―Станешь. Получишь новое тело с огромным потенциалом. Не рассчитывай на легкую работу — мои дети просто не справились. Я дам тебе магию… магию отката во времени после смерти, возможности переиграть все. Это очень редкий дар и среди моих детей не нашлось никого, кто смог бы воспринять эту магию, и никому из них не хватило одной жизни, чтобы победить Альфреда Гамильтона.

―Я…

―Тысяча жизней, и меня не волнует, сколько их ты потратишь, прежде чем убьешь Гамильтона — все нерастраченные останутся в твоем распоряжении. Магическая мощь, влияние и имя у тебя будут, но все это есть и у Гамильтона. Я дам тебе дар легкой смерти, магию самоубийства по желанию, поверь, она тебе пригодится. Не стоит недооценивать противника, который покушается на само мое существование.

―А… эмм… простите… я могу упоминать вас?

―Можешь, — неожиданно широко ухмыльнулась женщина. — Можешь делать что угодно, главное — убей этого гада Гамильтона. И помни, тысяча жизней и одна твоя.

―Я готов! — выпрямился Сергей.

Женщина щелкнула пальцами и призрак исчез.

Теперь ей оставалось только ждать.

Глава 1

31 июля 1991 года, Великобритания, Брайтон

Сергей пришел в себя лежащим на полу, твердом и прохладном. Над ним склонялся незнакомый молодой парень и встревоженно спрашивал.

―Парри, Парри, как ты?

―Я…, — прохрипел Сергей и осекся.

Воспоминания владельца тела, Парри Тука, нахлынули волной, оседая в голове Сергея, и следом за ними обрушилась вторая волна воспоминаний, настоящего владельца тела — Гарольда Чоппера.

―Приляг, — посоветовал парень, Барри Тук, как подсказывали воспоминания.

Парри Тук считал и называл его братом. Но Парри Тук был лишь маской, фальшивым образом, наложенным поверх заблокированных воспоминаний Гарольда. Зачем? С этим еще предстояло разобраться.

―Похоже, удар в голову был слишком сильным, сейчас принесу аптечку, — цокнул языком Барри, легко выпрямляясь.

Был он мускулист, подтянут, черноволос и Сергей припомнил, что они, как обычно, спарринговались, когда Парри — Гарольд потерял сознание. Возможно, от факта подселения Сергея, или еще по какой причине. Например, потому что Гарольду в ту минуту исполнилось ровно семнадцать и он стал совершеннолетним? Сам Гарольд помнил очень мало, воспоминания и магию ему заблокировали, когда он был еще совсем малышом, а Парри искренне считал днем своего рождения первое декабря.

От всего этого раскалывалась голова и почему-то ныли зубы.

―Так, где там моя волшебная палочка? — простонал Сергей, поднимаясь.

Крепкое, спортивное тело повиновалось легко, и Сергею понравилось то, что он увидел — в своей прежней жизни таких мышц у него не было. Спортивные штаны, растянутая футболка, на ногах изношенные кроссовки, специально для занятий. Семейство Туков неплохо зарабатывало, но жить предпочитало в строгости, трудиться от зари до зари и… Сергей опять схватился за голову.

Да, Парри считал Бёртона Тука и Пегги Тук папой и мамой, но Сергей и на пару с ним Гарольд — нет. Это обилие воспоминаний, своих и чужих, создавало ощущение, что у него в голове живет несколько личностей и Сергей, по правде говоря, здорово перетрухал. Испугался того, что заполучил шизофрению. Испуг омыл его изнутри волной холода и тепла, и неожиданно все закончилось.

Словно щелкнули выключателем, и воспоминания отступили, заняв положенное им место.

―Уже лучше, — пробормотал Сергей-Гарольд.

Он еще не решил, как лучше идентифицировать себя. Воспоминания Парри — уроки в школе, новости и слухи — рисовали весьма противоречивую картину, сходившуюся только в одном: маги способны на все. Вся власть у них и благодаря им страна процветает. Впрочем, это могло и подождать, вначале предстояло разобраться со своей магией — которую Сергей ощущал в себе, но как использовать не знал.

―Так, — пробормотал он под нос, — осмотримся.

Тренировочный зал, он же подсобное помещение и мастерская пополам с гаражом, где можно было не бояться что-то сломать, сейчас был пуст. Бёртон Тук находился на работе, Пегги Тук пошла по магазинам, до вечера Парри и Барри еще предстояло поработать в саду и по дому. Туки никогда не показывали, что Гарольд им неродной, растили так же, как и Барри: в строгости, привычке к труду и учили, как постоять за себя, а также придерживались принципа «в здоровом теле — здоровый дух».

Прямой правой, подсечка, блок, тело слушалось привычно, и это радовало. Было бы плохо потерять все, остаться без воспоминаний и рефлексов тела. Если маги способны на все, то на что способен ректор Академии Магии? Бессменный ректор, пришли воспоминания Парри с уроков маговедения. Одно зацепилось за другое и перед глазами Сергея, словно развернулись строчки, заучиваемые наизусть фамилии Родов Священной Полусотни, тех магических родов, кто семьдесят лет назад восстановил правильный порядок вещей.

То есть вышел из укрытия и взял власть над страной.

―Ого, — еле слышно простонал Сергей, прикладывая руку к виску.

Маги взяли власть над всем миром, и восторг Парри от мысли, что он живет в самой могущественной стране, Британской Магической Империи, да не в какой-то там колонии, а в самом ее сердце, Британии, да еще и неподалеку от сердца Британии, Лондона, просто захлестнул Сергея с головой, едва не утопив.

―Парри, ты зачем поднялся? — раздался сердитый голос Барри.

―Моих родителей убили, когда мне был год?

―Парри? — осторожно спросил Барри.

Можно было и дальше играть роль Парри, воспоминаний и подготовки, языка на это хватило бы, но Сергеем неожиданно овладело злое нетерпение. Убить быстрее Гамильтона и покончить со всем этим, насладиться новой жизнью в новом мире! Первым шагом на новом пути — утвердить себя, как мага — не просто мага, из Священной Полусотни!

―Я не Парри. — ответил он. — Я — Гарольд Чоппер.

Перемена, произошедшая в брате Парри, была разительной. Встревоженный и доброжелательный взгляд сменился суровым, лицо словно закаменело. Сергей с трудом удержался от того, чтобы облизать губы — если его держали здесь под надзором тюремщиков, притворяющихся семьей…

―Милорд! — взревел Барри, роняя аптечку и бухая себя кулаком в грудь. — Я готов служить вам!

Это было немного неожиданно. Барри тем временем преклонил колено и склонил голову.

―Встань, — произнес Сергей и, подумав, добавил, — и объясни мне, что происходит.

―Я и мои родители из семьи Курс, и мы поклялись отдать жизнь за вас, милорд, — произнес Барри, снова наклоняя голову. — Я должен известить их, что к вам вернулась память!

―Да, конечно, — махнул рукой Сергей.

Секунду спустя он вскрикнул, повысив голос:

―Так вы знали, что моя память заблокирована?!

―Да, милорд.

Обращение резало слух, и Сергей не знал, как на него реагировать, потому сказал:

―Зови меня Па… Гарольд, мда.

―Да, милорд Гарольд, — отозвался Барри.

Он уже сдвигал верстак, раскрывая какой-то тайник. Первым делом он извлек оттуда небольшой ящик с кнопкой и тут же вдавил ее, потом начал доставать оружие и деловито раскладывать на отодвинутом верстаке. Ружья, дробовики, гранаты, пистолеты, пустые обоймы, которые Барри тут же начал деловито снаряжать.

―Я все еще жду объяснений.

―Прошу прощения, милорд Гарольд, — ответил Барри, смутившись. — Враги убили ваших родителей, Джонатана и Розу Чоппер, которые возглавляли Род Чоппер, а вместе с ним и клан. Враги никогда не одолели бы их в прямом бою, но ваших родителей подло предали и ударили в спину. Предал кто-то из своих, и поэтому мы, как верные слуги Рода…

Тут он снова смутился и оборвал сам себя на полуслове.

―Я тогда был еще слишком мал, но с того дня мой отец начал готовить меня к служению! И к роли вашего брата!

Вихрь воспоминаний Парри пронесся в голове. Туки — или Курсы, тут Сергей окончательно запутался — ничем не выдали себя за эти годы, воспитывали Парри без пиетета перед главой Рода, именно что как сына. Оставалось только восхититься такой преданностью и силой актерского мастерства.

―Ты отлично справился, — заметил Сергей.

Они дрались друг с другом и вставали друг за друга горой, как и положено братьям. Вместе отбывали наказания и делали работу по дому, помогали в учебе и ссорились из-за разной ерунды и девчонок. У самого Сергея не было ни братьев, ни сестер, но по рассказам других студентов, именно так все обычно в семьях и выглядело.

―Это честь для меня, милорд, — ответил Барри.

Отвечая, он не переставал действовать. Чистил оружие от смазки, набивал патронами обоймы. Осторожно отложил в сторону несколько шариков.

―Враги никуда не исчезли, — пояснил Барри, — и могут напасть в любой момент, теперь, когда защиты вокруг вашего разума и магии пали. Но мы защитим вас, не сомневайтесь!

―Защитите от магии? — недоверчиво спросил Сергей, основываясь на воспоминаниях Парри.

Головная боль начала возвращаться, и он попробовал повторить трюк с волной жара-холода. Поднатужился мысленно, не зная, что делать — магии в обычной средней школе не учили. Стало немного легче.

―Я не знаю деталей, родители не посвящали меня в них, — ответил покаянно Барри, — но они всегда знали, что этот день придет. День, когда с вас слетят оковы, вернется магия и воспоминания, и тогда вам нужно будет что-то сделать. Они знают, что, и поверьте, милорд Гарольд, они уже мчатся сюда, так быстро, как только могут!

―Верю, — вздохнул Сергей.

Что за враги и почему они не успокоились бы после полутора десятков лет? Ответ на это мог бы дать Гарольд, помни он хоть что-то значимое. Но все же, это была зацепка, Род Чоппер, явно все было связано с ним. Или с владениями Рода в графстве Суррей, находившемся неподалеку от Брайтона.

―Возможно, нам следует сразу отправиться в Суррей? — предложил он.

―Милорд, умоляю вас! — едва ли не взвыл Барри.

Тут Сергей вспомнил прошлые слова — родителей Гарольда предал кто-то из своих. В таких условиях возвращаться прямо к предателям, означало спустить в унитаз все те годы маскировки, которые он провел без памяти. Зачем у него отобрали память? Он еще мог понять магию, но память?

―Так, давай помогу, — подошел он к Барри.

Вдвоем дело пошло веселей, благо тело помнило, что нужно делать. В доме Туков, на втором этаже, имелась оружейная комната, с усиленными стенами, полом и потолком, и оружие в ней было ровно таким же, как в тайнике. Поэтому порядок чистки и ухода Парри знал назубок, как и Барри, да и стрелять оба умели — регулярно выезжая вместе с родителями на стрельбище и в тир. Но все равно смысл обустройства тайника — при наличии оружейной комнаты — от Сергея ускользал, а память Парри ничего не подсказывала.

―Почему не взять оружие из оружейной? — спросил он.

―Ключи у родителей, а враги могут напасть в любой момент.

Сергей посмотрел на брата, бывшего старшего брата. Серьезное, сосредоточенное лицо, с выступающими скулами, наметками усов и пушком на щеках. Черные глаза, перебитый нос, шрам наискось через лоб — следы побега из сада старого Донована, когда Барри остался прикрывать бегство самого Парри.

―Но почему они тогда не нападали раньше?

―Ваша магия, милорд, была заблокирована, а без нее можно хоть заискаться, пока никто не знает, как вы выглядите.

―Тогда зачем было блокировать мне память? И кто это сделал?

―Не знаю, но кто-то наверняка очень сильный, — все так же серьезно ответил Барри. — Без блокировки вас бы враз нашли, потому что внешность скрыть или изменить — это легко, а вот магию очень тяжело.

Сергей задумался, порылся в памяти. Парри и правда был очень похож на Барри — возможно, это тоже было делом рук неизвестного мага? Тогда как же выглядел настоящий Гарольд Чоппер? И почему маги не могли определить магии, скрывшей его магию? Память Парри не давала ответов — секретам магии учили только самих магов. И для Парри они были окутаны ореолом некого почтительного благоговения — маги защищали страну, маги обеспечивали ее процветание, маги правили мудро и справедливо, маги легко могли одарить здоровьем, богатством и долголетием — только трудись на них преданно.

―Но зачем было блокировать мне память? — в голосе Гарольда прорезалось возмущение.

―А как же без этого, милорд? — с искренним удивлением в голосе ответил Барри. — Ведь у вас же эта, сила крови!

―Что?

―Родовая память и сила предков в вашей крови! Тем более, Рода Чоппер, существующего с незапамятных времен, когда основатель Рода Билл Стоун порубил на куски дюжину врагов, причем без всякой магии, за что и получил прозвище Чоппер, затем ставшее названием Рода! — горделиво провозгласил Барри, словно сам помогал неведомому предку Гарольда рубить неведомых врагов.

На его лице тут же отразилось понимание.

―Да, вы были слишком малы, милорд, а мои родители не акцентировали внимания на Роде Чоппер, дабы не тревожить защиту вашей памяти, но сейчас я вам всё принесу!

Торопливо вытерев руки ветошью, Барри помчался куда-то вглубь дома. Судя по направлению звука, в кабинет отца, где располагалась также небольшая библиотека, включавшая книги с описаниями магических Родов. Обычное дело в современной Британии, припомнил Сергей и криво усмехнулся. Он-то решил, что Чоппер — это вертолет, а на самом деле вон как все повернулось — прозаичнее, древнее и брутальнее.

В этот момент снаружи донесся стук.

Сергей подпрыгнул, Парри занял боевую стойку. Затем схватил пистолет, как раз тогда, когда стук донесся еще раз, а в щель между полом и воротами протиснулся конверт. Мало того, он не только протиснулся, но тут же взлетел в воздух и ринулся к Гарольду, словно притягиваемый магнитом.

―Магическое письмо! — помимо воли, радостно возопил Сергей.

Сколько он мечтал об этом дне! Сколько раз он представлял в красках, как ему придет письмо из какой-нибудь академии магии, вроде академии Деорга! Пускай ему и пришлось погибнуть, но не жалко, ради такого, такого, такого вот замечательного события! Точно, с него спали оковы и его сразу учуяли и послали приглашение, может даже совой, хотя память Парри как-то не припоминала сов, ну да, что взять с ребенка, считающего себя обычным?

―Милорд, не надо! — донесся крик Барри от входа.

Но было уже поздно. Сергей, ухвативший краем глаза часть текста «… му Гарольду Чопперу, Брайтон…», коснулся конверта.

Мощнейший взрыв разнес дом Туков, убив самого Сергея, Барри и еще трех соседей.

Глава 2

Волна боли и тьмы была короткой, и Сергей пришел в себя, стоя в гараже, возле верстака. Раздался стук, и в щель между полом и воротами начал протискиваться конверт.

― Твою ж мать! — взревел он, припомнив, что случилось.

Руки уже сами схватили первое, что попалось под руку — пистолет, загнали обойму, и Сергей начал судорожно стрелять, целясь в злополучный кусок бумаги. Рефлексы и навыки Парри выручили, все пули били строго в цель.

Мощнейший взрыв разнес дом Туков, убив самого Сергея, Барри и еще трех соседей.

Волна боли и тьмы была короткой, и Сергей пришел в себя, стоя в гараже, возле верстака.

― Пиздец! — взревел он, припомнив прошлые две смерти.

Что делать? Касание или расстрел, конверт все равно взорвется, и он явно был нацелен строго на Гарольда. Как остановить его? Завалить вход ящиками? Нет, это тоже вызовет взрыв. Может, его нужно рассечь холодным оружием? Взгляд Сергея пробежался по инструментам. Можно ли было считать огромный гаечный ключ холодным оружием?

Конверт пробился внутрь и стремительно рванул к Сергею.

― Да отцепись ты! — крикнул Сергей, уклоняясь.

Он отпрыгнул, уклонился, рванул кругами по гаражу, конверт не отставал.

― Транатой его, милорд! — донесся выкрик Барри.

― Чем? — обернулся на бегу Гарольд.

Барри уже действовал, рука его выхватила один из шариков, ранее осторожно отложенных им в сторону, метко метнула его прямо в конверт. Раздался хлопок, вспышка и конверт осыпался на пол гаража песком.

― Прошу прощения, милорд, — виноватым голосом отозвался Барри, подходя ближе к тяжело дышащему (не от усталости) Сергею. — Моя вина, я забыл, что вам этого не показывали.

Сергей посмотрел на него, не в силах сформулировать вопрос.

― Траната — трансмутационная граната, магическое оружие, превращающее все, чего коснется, в нечто иное, — объяснил Барри. — Милорд, нужно срочно уходить, раз уж взрыв-конверт вас нашел, то…

ДАДАХ! Дом содрогнулся, а ворота сорвало и впечатало внутрь, попутно размазав в кровавую кашу Барри и Гарольда.

Сергей пришел в себя, стоя в гараже, возле верстака.

Рука его сама ухватила ближайшую транату, метнула в конверт, протискивающийся внутрь. Тот и кусок ворот осыпались песком.

― Милорд! — донесся восхищенный возглас Барри от входа в гараж.

― Уходим! Быстро! — рявкнул Сергей, хватая оружие.

Стоило бы выскочить наружу, но он помнил, что оттуда и стреляли в прошлый раз. Транспорт в доме отсутствовал, кроме пары велосипедов на заднем дворе, где к тому же имелась неприметная калитка. Барри, к счастью, все понял, и они рванули туда.

Но все равно опоздали.

― Ого! — воскликнул Барри, отшатываясь.

Через открытую им дверь в дом влетело несколько пуль, ударило в стену, расколотив часы, издавшие сиплый скрежет. Барри успел отшатнуться, и тут же резко присел, выглянул и снова отпрянул.

― Два стрелка, машина, штурмовик, — быстро перечислил он. — Отступаем вглубь дома!

Сергей уже отползал. Снаружи загрохотало, интенсивно, мощно. Окна некоторое время держались, затем разлетелись, усыпая пол осколками. Внутрь полетели гранаты, начавшие исторгать клубы густого дыма. Это Туки отрабатывали, и тело Парри сделало все само, стоило только Барри хлопнуть по кнопке и извлечь из тайника газовые маски. Барри жестами показал, что фильтра хватит на десять минут, и тут же дом снова содрогнулся — среди дымовых и слезоточивых гранат оказались еще и боевые.

Грохот снаружи стих, донесся слаженный топот.

Под лестницей на второй этаж находился чулан, узкий, темный и тесный. Туки хранили в нем метлы и швабры, но сейчас Барри торопливо вытащил оттуда две огромные мины и начал закреплять возле лестницы. Из клубов дыма вынырнули две фигуры, Сергей вскинул пистолет, начал стрелять. Бронежилеты на фигурах словно бы вспыхивали, пули не оказывали никакого видимого воздействия.

Первый застрелил Барри, второй очередью перечеркнул самого Сергея.

― Да что за хуйняяяя!! — вырвался вопль отчаяния из груди Сергея, когда он пришел в себя.

Какое еще убийство ректора, когда его тут гоняют, словно зайца на охоте?! Этак он всю тысячу жизней здесь и оставит.

― Мины! — рявкнул он Барри, поднимаясь выше по лестнице.

Дробовик в его руках дернулся несколько раз, простреливая дым.

Откуда-то сбоку вынырнула еще фигура, в бронежилете и шлеме, Сергей торопливо развернулся, выстрелил. Ответный выстрел разнес резные балясины, впился в ногу Гарольда, и та подломилась. Он покатился вниз по ступенькам, которые сам же и начищал не далее, как вчера, ощущая болезненные удары и грохот.

― Милорд! — выкрик Барри в ухо.

Он подхватил Гарольда, потащил наверх, прикрывая собой.

― У них магическая броня! — крикнул он.

Но было уже поздно. Подстреливший Гарольда ранее бестрепетно принял выстрелы Барри на грудь и выстрелил в ответ, разнеся обоих братьев Туков в кровавый фарш.

― К дьяволу мины! Валим! — заорал Сергей.

В этот раз они успели, тем более что Барри на бегу подпрыгнул, стукнул кулаком по одному из украшений на стене, и в стенах вдоль лестницы открылись еще тайники. Вниз с дробным грохотом посыпались металлические шарики, которые пару секунд спустя начали взрываться. Стаккато мелких взрывов сотрясало дом, снизу доносился крик раненого, затем снаружи снова загрохотало.

Барри уронил шкаф, перекрывая выход с лестницы, оттащил Сергея к оружейной.

― Ничего, эту стену пулемет не возьмет, милорд, — заверил он.

― А транаты? — спросил Сергей и пояснил. — Раз уж у них магическая броня, то, наверное, и магическое оружие есть?

Барри обернулся к нему и побледнел.

― Милорд, вы должны замагичить наше оружие или нам конец!

― Замагичить? — моргнул Сергей.

Барри побледнел еще сильнее, видимо тоже сообразив, что пускай к Гарольду и вернулась магия, но пользоваться ей его никто не учил.

― Сила крови, — прошептал Барри, сглотнув.

Доносились звуки шагов, поднимающихся по лестнице. Барри произнес твердо

― Я выполню свой долг! Спасайтесь, милорд!

И рванул к лестнице, на верную смерть. Волна отчаяния поднялась в Гарольде, который все еще видел в Барри брата, поднялась и излилась в дробовик, а затем и в пистолет.

― Назад! — рявкнул Гарольд страшным голосом.

Барри отшатнулся к стене, туда, где только что стоял шкаф, и Гарольд, поднявшись во весь рост, расстрелял, словно в тире двух поднимающихся. Пули прошивали их бронежилеты, как бумагу, рвали тела в клочья. Затем Сергея немедленно замутило и начало рвать.

― Сила крови, — прошептал Барри, приближаясь.

― Что? — Сергей выпрямился, утирая рот, в котором стоял гадостно-медный привкус.

Попробовал вызвать в себе новую волну, но не вышло, и тогда он вручил дробовик Барри.

― Сила крови Рода Чоппер! — благоговейно провозгласил тот. — Умение творить артефакты из чего угодно! Теперь мы…

Дым поднимался снизу, громыхнуло резко, и неожиданно часть дома исчезла, словно кто-то ее откусил. Оружейная, спальня Барри и Парри, кусок спальни их родителей и кухня на первом этаже, все исчезло. Сергей невольно ожидал выкриков в мегафон «сложите оружие, поднимите руки и сдавайтесь!», но вместо этого снова раздались выстрелы.

― Руби не глядя! — взревел Барри, прыгая вниз.

Он выстрелил в прыжке, и одного из нападавших на первом этаже словно взорвало. Сам Барри ударил ногой в стену, оттолкнулся, еще, приземлился с треском и тут же ушел перекатом, вскочил и выстрелил снова. Сам Сергей упал на пол, вытянул руку и тоже выстрелил, подстрелив еще одного врага, прямо через укрытие — огромный камень, украшенный какими-то фигурками.

Теперь, когда часть дома исчезла, он был на виду, и следовало отступать или наоборот, бежать на врага, как это сделал Барри. Решившись, Гарольд перекатился вперед, выстрелил не глядя, толкнулся ногой и приземлился неловко в диван, в котором немедленно что-то хрустнуло и грюкнуло. Укатился дальше, на пол, пули вспороли диван, застучали вокруг. То, что срезало дом, забрало и дым, но Гарольд уже рванул в медленно оседающее облако, скрылся в нем.

Проскочил коридорчиком, вынырнул возле бывшего выхода, на ходу перезарядив пистолет и надеясь, что его непонятная магия подействовала на оружие, а не пули. Увы, чуда не вышло, два выстрела бессильно ткнулись в бронежилет огромной черной фигуры, и тут же мощнейший пинок в лицо отбросил Гарольда, пребольно ударив обо что-то.

― Да сколько ж вас тут, пидоров, собралось, — прошамкал он, ощущая во рту осколки зубов.

Фигура вскинула оружие, и новая волна боли с темнотой накрыла Сергея.

Воспоминания о боли от удара в зубы хватило, чтобы пистолет снова вспыхнул, и в этот раз врага разнесло. Гарольд выскочил наружу, еще двумя пулями снес врага, который уже готовился застрелить Барри, и тут же рванул зигзагом к нему, вихляя и пригибаясь.

Увы, особых укрытий тут не было, ухоженный газон, теперь изрытый выстрелами и ногами. Из-за тщательно подстриженных Парри и Барри кустов, выглянул еще кто-то, Гарольд выстрелил, не глядя и попал. Голову словно взорвало, мимо пронесся осколок шлема, чиркнув по щеке. Еще две гранаты лениво взмыли над оградой, и Гарольд рванул к ним, рявкнув Барри:

― За мной!

Тот подчинился, и они вдвоем вывалились на улицу, едва не столкнувшись нос к носу с еще тремя врагами, невесть откуда тут взявшимися. Не следовало забывать и о тех, кто атаковал дом с другой стороны, но сейчас было просто не до этого. Барри напрыгнул на крайнего слева, подбил ноги, и тут же выстрелил из дробовика, всунув его между броней и шлемом.

По дороге мчалась машина, за спиной раздавался грохот.

Все окрестные дома словно вымерли, так что в машине наверняка мчалось еще подкрепление, но вначале Гарольду нужно было разобраться с еще двумя врагами. Одинаковые, словно горошины, черные бронежилеты и шлемы, ботинки, какие-то военные штаны, оружие в руках, готовность стрелять, не колеблясь, сейчас они представлялись Сергею этакими боевыми клонами. Не людьми, а биороботами.

Он метнулся вправо, ставя обоих на одну линию, застрелил переднего, а затем и заднего, который в свою очередь тоже успел выстрелить, но промазал.

― Сзади, милорд! — донесся выкрик Барри.

Сергей начал разворачиваться, ощущая, что не успевает. Кто-то из недобитых ранее врагов, судя по отсутствию шлема и окровавленной голове, поднялся, вскидывая пистолет-пулемет. Сергей смотрел на него, видя перед собой обычного британского парня, ничем не выделяющегося из толпы. Парри каждый день видел таких, в школе и на улицах Брайтона, и это добавляло медлительности Сергею, так как перед ним неожиданно оказался не биоробот, а человек.

Громкий, непрерывный гудок, и Сергей отшатнулся.

Машина, не сбавляя скорости, врезалась в недобитого, швыряя его через ограду прямо на лужайку к Смитам, в кусты азалий, которыми особенно гордилась миссис Смит. Сергей ошарашенно смотрел, как из машины выскочила Пегги Тук, метнула с двух рук ножи. Оба промазали, один отскочил с лязгом, второй впился в стену коридора на втором этаже, но в любом случае враг отшатнулся.

Пегги, которую Парри всю жизнь считал мамой и образцовой домохозяйкой, выхватила с пояса еще что-то, метнула. Молоток-топорик для разделки и отбивки мяса с глухим треском впечатался в шлем врага, отскочил без особого вреда. Страх за маму позволил преодолеть ступор, позволил заново зарядить оружие, и Сергей подумал отупело, что дело, наверное, в сильных эмоциях. Гарольд уже подскочил к машине, из-под капота которой тянулся дым и пар, выстрелил, попал и откатился к колесу.

Очередь вспорола капот, прошила то место, где только что находился Гарольд.

― Радиатор помяло, милорд! — крикнул Барри, оказавшийся рядом. — Но если ваша магия…

Сергей покачал головой. В доме что-то взорвалось, мимо братьев Тук, по пологой дуге пролетела чья-то конечность. Гарольд торопливо выглянул и тут же отпрянул, зажмурившись. Весь дом взорвался, ослепительной вспышкой, и ударная волна качнула машину, угрожая ее опрокинуть прямо на Барри и Парри. Они рефлекторно уперлись спинами и плечами, не дали себя задавить.

― Мама, — пробормотал Барри.

Сергей хотел сказать что-то утешающее, но тут же осекся. Пегги Курс уже стояла рядом с ними, сжимая в руках чей-то пистолет-пулемет. Всегда чистое и аккуратное платье ее было заляпано кровью, словно кто-то взял кисть и начал размахивать, целясь в левую половину, в самом платье виднелись два разреза.

― Милорд, вы ранены, — отрывисто сообщила Пегги.

Сергей провел по щеке, вспомнив, как его чиркнуло осколком шлема.

― Ерунда, — ответил он. — Нужно уходить.

Пока не убили и не пришлось начинать все сначала. Особенно Сергею не хотелось повторения выбитых зубов и переломанной спины.

― Вы, как всегда, правы, милорд, — кивнула Пегги. — Почти вся группа захвата перебита, взрыв…

― Захвата? — возмущенно заорал Сергей. — Да меня…

Он хотел крикнуть «убили десять раз», но во время осекся и замолчал.

― Это наша вина, милорд, — виновато произнесла Пегги. — Мы примем наказание, но вначале дайте нам спасти вас!

Сергей не успел ничего ответить, из проулка на полной скорости вылетела машина, огромный «Рэнж Ровер», едва не опрокинувшийся на повороте. Оттуда выскочил Бёртон, немедленно уважительно поклонившийся Гарольду, а на его место прыгнула Пегги.

― Полиция уже в пути, милорд, — сообщил Бёртон.

― Может, дождемся их? — вырвалось у Сергея.

― Мы на землях Лагранжей, милорд, а они кровники Рода Чоппер, — спокойным голосом ответил Бёртон.

Однако сам он был напряжен, руки сжимали автомат, а глаза напряженно следили за пожаром на месте дома. Сергей, осознав собственную дурость, метнулся в машину, на заднее сиденье, рядом плюхнулся Барри, тут же впрочем, извернувшийся, откинувший сиденье и начавший доставать оружие прямо из багажника.

«Ровер» рванул с места, помчался стремительно, не соблюдая правил. Какой-то полицейский попробовал сунуться, остановить, но Бёртон просто высунул в окно ружье и выстрелил с двух стволов, убив бедолагу на месте. После этого он повернулся к Сергею и спокойным голосом сказал:

― Милорд, мы должны доставить вас в Чоппер-мэнор.

Глава 3

Мимо мелькали дома и машины, «Ровер» стремительно приближался к северной окраине Брайтона. Сергей сидел, вжавшись в угол, тяжело дышал и пытался справиться с последствиями такого стремительного развития событий. Туки — Курсы не сидели без дела: Барри, изогнувшись над откинутым сиденьем, извлекал и извлекал из багажника оружие, передавал отцу и складывал себе под ноги.

― У нас остались еще транаты? — спросил Бёртон.

― Я прихватил одну, — отозвался Барри.

― Наведение по письму, группа захвата, Пэгги?

― Я держу скорость не ниже 70, - тут же отозвалась та напряженным голосом.

Бёртон удовлетворенно кивнул, но тут же тревожно дернул головой.

― Маголеты! — рявкнул он. — Барри, гранатомет! Готовь электросети! Пэгги, жми сотню!

И тут же глава семейства изогнулся, откинул люк над головой и высунулся в него, протиснув жилистое тело. Барри, едва не выпав, высунулся в окно, подавая отцу огромную трубу гранатомета. Сергей, пребывавший в несколько заторможенном состоянии, вскинулся, тоже завертел головой. Затем приоткрыл окно и высунулся.

― Милорд, укройтесь! — громко крикнул Бёртон.

Сергей торопливо отдернул голову, пытаясь переварить увиденное. За их машиной, в небесах, мчались три треугольных самолетика — беспилотники, наверное. К корпусам были реалистично пририсованы хищные морды, клювы и когти, и мало того, беспилотники несли с собой в захватах, словно в когтях, какие-то контейнеры.

Над головой ахнуло, впереди мелькнула струя огня.

― Сетемёт! — крикнул Бёртон. — Живее, Барри, живее!

Машину тряхнуло, подбросило и дернуло, в сторону окровавленной кеглей отлетел сбитый горожанин. Стукнула по корпусу труба гранатомета, а Барри, высунувшийся в окно, опять чуть не вылетел.

― Говорил же — второй люк нужен! — донесся голос Бёртона.

Сергей же высунулся, успел рассмотреть, что отброшенного машиной сломало, словно куклу, вывалив требуху на дорогу, и его замутило.

― Милорд, берегитесь! Сверху!

Сергей невольно повернул голову и увидел: контейнеры падали, раскрываясь и выпуская на свободу десятки каких-то мелких летающих хреновин. Сетемёт тихо свистнул, сеть взлетела, раскрываясь и летающие хреновины, соприкасаясь с ней, искрили и падали.

― Жми, Пэгги! Пиксиборгов слишком много!

Барри тоже выстрелил, но промазал, его сеть лишь смазала троих пиксиборгов зарядами, прежде чем улететь куда-то вдаль.

― Держитесь!

Машина еще прибавила скорости, содрогнулась от удара, подпрыгнула, на каком-то препятствии, и Сергей увидел, что они переехали еще одного человека. Полицейского. В этот раз его все же вырвало, и тут же Сергея вдернули внутрь, а мимо лица свистнуло что-то. Взрыв тряхнул машину, но не остановил, а Барри ловко подсунул Сергею под нос пакет со словами:

― Милорд, снаружи опасно.

― Ё-ё-ё-ё, — хрипел Сергей, травя наружу содержимое желудка.

― Дорогой, впереди!

Бёртон развернулся, крича:

― Пулемет! Быстрее, Барри, мало тебя гоняли, лентяйская твоя душа!

Барри, занятый подачей пакета Сергею, ринулся извлекать пулемет, но тот как назло зацепился, встал в распор.

― Держитесь, иду на таран! — крикнула Пегги, еще ускоряя машину.

Сергей, продолжавший держать пакет, увидел, как люди впереди разбегаются, открывая дуло какой-то установки. Не то пушки, не то пусковой установки на треноге. С нее сорвалась какая-то штуковина, и волна боли, рвоты и темноты накрыла Сергея.

Машину тряхнуло, и Сергей вдернул голову внутрь, крикнул Барри, который доставал пакет:

― Пулемет на крышу! Быстрее!

И тут же начал блевать прямо на Барри, из-за чего тот не успевал достать пулемет вовремя.

― Впереди….

Взрыв разнес машину в клочья.

Машину тряхнуло, и Сергей торопливо вдернул голову внутрь.

― Впереди пушка! — рявкнул он.

Пэгги тут же рванула руль, и они ушли вправо, в какой-то проулок, где немедленно столкнулись лоб в лоб с едущей там машиной. Удар был такой силы, что вторую машину смяло, вместе с водителем, но и «Ровер» не сумел проскочить через груду металла, застрял.

― Наружу! — рявкнул Бертон, уже раскрывая дверь. — Барри, охраняй милорда!

Сергея мутило, но он еще успел рассмотреть падающих с небес крошечных созданий. Металлические тельца, крошечные крылышки, острые зубы и глаза-объективы. Боль от укусов сменилась темнотой и болью взрыва.

Машину тряхнуло, и Сергей вдернул голову внутрь, рыбкой нырнул за пулеметом, прямо в ноги Барри. Вкус смерти и рвоты стоял во рту, перед глазами мелькали окровавленные пасти пиксиборогов. Пулемет засветился, и Сергей… нет, уже Гарольд, неожиданно ощутил оружие, вложенную в него энергию, распределение зарядов и изменения.

― Дорогой, впереди! — крикнула Пэгги.

Гарольд высунулся в окно, удерживая пулемет на весу, и дал очередь, наугад, ни на что особо не надеясь, просто не желая в очередной раз умирать в крови и рвоте. Машины впереди взорвало, пусковую установку снесло, словно ураганом.

― На таран! — крикнул Бёртон, опускаясь обратно в салон.

«Ровер» опять рванул, снося горящие машины и вырываясь за пределы города.

― Там была полицейская машина, с мигалками, — заметил Барри.

― Не успели бы, — ответил Бёртон почти спокойно.

― Пиксиборги тупые, — возразил Барри.

― Да и ты тоже! Три маголета, все с дальносвязью! Вначале оторвемся, потом сменим машину и остальное!

Барри пристыженно замолк, завозился с оружием.

― Третий? — спросила Пэгги непонятно.

― Четвертый, — отрывисто бросил Бёртон.

Сергей увидел, что они готовятся к новой схватке и ему опять стало трудно, поплохело внутри.

― Благодарю вас, милорд, — тем временем церемонно сказал Бёртон, — без вас мы бы не прорвались. Я прошу прощения, но сможете ли вы заколдовать еще немного оружия, оно бы нам очень пригодилось в дальнейшем пути?

― В Чоппер-мэнор, — вяло отозвался Сергей.

Казалось, что эта погоня длится уже вечность.

― Именно так, милорд.

Сергей посмотрел на него внимательно, воспоминания Парри — отец! — колыхнулись внутри, но наружу не пробились. Несомненно, Барри пошел в отца — формой скул и носа, общим видом и серьезностью, черными волосами и всем остальным. Сергей искал издевку и не находил, только почтительное согласие с высказанным.

― Барри сказал, что моих родителей предал кто-то из своих же, из Чопперов, — напомнил Сергей.

― Все правильно, милорд.

― И теперь мы едем в Чоппер-мэнор.

― Именно так, милорд.

― Но что изменилось?

― Вы стали взрослым, милорд.

Сергей озадаченно моргнул, невольно бросил взгляд на Пэгги. Та вела машину на огромной скорости, обгоняла, подрезала, смотрела только на дорогу. Воспоминания Парри о самой лучшей маме на свете сменились взглядом со стороны Сергея. Обычная англичанка средних лет, с вытянутым лицом и слегка неправильными зубами. Или не слишком обычная, с учетом продемонстрированных навыков.

Но все равно — не Анжелина Джоли.

― Даю вам слово, милорд, как только мы окажемся в безопасности, я все вам объясню, — все так же церемонно, но все же с некоторым беспокойством в голосе сказал Бёртон.

«Ах да, оружие», вяло подумал Сергей. Гарольд внутри встрепенулся, воспоминания Парри о магах тоже снова начали подниматься на поверхность. В то же время Сергей ощущал, что эта мешанина внутри него сливается воедино, в нечто цельное, чему предстояло стать… новым Гарольдом Чоппером, пожалуй. Если маги способны на всё, то ему, пожалуй, лучше будет идентифицировать себя как Гарольда даже мысленно.

И тут же вдогонку пришла новая мысль — где его таланты к магии? Потенциал, о котором говорила Мать-Магия, это прекрасно, но толку с того потенциала, если он потратит всю тысячу жизней, даже не добравшись до Чоппер-мэнора?

― Хорошо, — все так же вяло изрек Гарольд. — Мне надо подумать.

Бёртон лишь склонил голову, снова занялся оружием. Гарольд смотрел в окно, где стремительно проносились какие-то домики, тут же сменявшиеся фермами, небольшими лесочками и прудами, на берегах которых стояли АЗС и какие-то магазины. Мелькали машины, деревья, люди, еще какие-то существа, стремительность поездки завораживала и вводила в транс, словно бы вымывала мысли.

В этой пустоте Гарольд ощутил в себе нечто кипящее, словно бы он выпил залпом чайник горячего чая, с тмином и кусочком сахара, как его делала по выходным мама, и теперь тот обжигал ему живот и грудь изнутри. Он ощущал эту кипящую, непокорную силу и не мог до нее дотянуться, точно так же, как не смог бы залезть себе в грудь, чтобы избавиться от чая.

Но все же, казалось, вот только протяни руку, и это озеро силы покорится тебе. Гарольд потянулся и не достал, ощущая покалывание в кончиках пальцев. Мимо промелькнула полицейская машина, и мысли переключились. Гнев, отчаяние, страх, любовь, эмоции помогали ему раньше, значит, стоило прибегнуть к ним и сейчас. Любовь Сергея к магии, любовь Парри к родителям и брату, страх Гарольда перед неизвестным и желание отомстить тем, кто убил его родителей, желание могущества, все это сплелось в канат, якорь, который он метнул в озеро и начал подтягивать себя к нему.

Озеро впереди забурлило еще сильнее, словно снизу забили сотни источников, взлетело фонтанами ало-багрового, бушуя, ходя волнами и осыпая метафорический берег брызгами. Оно было рядом, по-настоящему рядом, но в то же время Гарольд никак не мог дотянуться и окунуть лицо в этот красный бурлящий источник, словно перед ним воздвигли невидимую стену. Он сдирал руки в кровь о воображаемый шершавый канат, но не мог продвинуться. В кровь? Гарольд попытался ранить самого себя, чтобы обрызгать невидимую стену кровью, но у него не получалось. В приступе отчаяния он вонзил ногти в рану на щеке, впился в нее, раздирая, закричал от боли… и проснулся.

― Милорд! — в голосе Бёртона слышался страх.

Гарольд торопливо крутнул головой, осматриваясь, капельки крови со щеки сорвались, заляпывая сиденье. Сбоку от них мчался маголет, но в этот раз большой. Летающий автомобиль, с которого на них смотрела огромная штука, а наводящий ее на Гарольда боец, жестом показывал — остановиться или буду стрелять! За «Ровером» по дороге неслись две машины, с мигалками и громкоговорителем, из которого доносилось:

― Немедленно остановитесь!

«Почему они не стреляют?» мелькнула мысль на периферии и спала. Что-то бурлило в Гарольде, рвалось и трещало, просыпалось окончательно, и он знал, нет, не знал, просто ощущал, что сейчас не время думать и анализировать. Впереди тоже выстраивались машины, перегораживая дорогу, но Пэгги и не думала снижать скорость, лишь чуть пригнула голову, словно укрываясь за рулем.

Бёртон и Барри сидели, с оружием в руках, первый с пулеметом, второй с барабанным гранатометом, смотрели на Гарольда преданно, ожидая команды. Гарольд не знал, что им можно сказать, и не знал, нужно ли что-то говорить, но изнутри неожиданно пришел в ответ.

― Остановитесь, — приказал он.

Пэгги немедленно начала тормозить, Бёртон и Барри лишь чуть сильнее сжали оружие.

― Топор, — отрывисто скомандовал Гарольд.

Барри подал небольшой топорик, которым они, бывало, рубили сухостой, когда выезжали «на природу» — то есть совершали пешие походы с тяжелыми рюкзаками, преодолевали препятствия и выживали. Теперь Гарольд отчетливо видел это, понимал, что Туки готовили его, как могли (для Парри все это так и осталось веселым туризмом с вкусными пикниками). Они не могли дать ему магии, не могли обучить его быть магом из Рода Священной Полусотни, но все, что могли — они для него сделали.

Остальное зависело только от него. От него и от крови Рода внутри.

― Каков девиз Рода Чоппер? — спросил он, сжимая топорик.

Тот светился. Машина замедлялась, уже практически остановилась.

― Руби, не глядя, — чуть сдавленным голосом отозвался Бёртон.

― Когда я выкрикну его — действуйте!

Гарольд коснулся двери, и та вспыхнула, а сам он спрыгнул на камни обочины. Сила внутри не подвела, срезала дверь с петель, напитала собой, и Гарольд рванул в атаку, прикрываясь дверью, ставшей теперь щитом. Ошеломление в маголете, зависшем метрах в десяти, длилось секунду, Гарольд успел преодолеть большую часть расстояния и заорал громко, не жалея легких:

― Руби, не глядя!

Штука в маголете еще успела выстрелить два раза, но дверь легко отразила выстрелы, а потом топорик в руках Гарольда развалил ствол, словно мокрую бумагу. Гарольд даже не подумал тормозить, и ворвался, запрыгнул на летающую платформу, а топорик его раскроил череп стрелка, еще быстрее, чем его оружие. Пилот машины еще попробовал развернуться, выстрелить, но Гарольд успел развернуться первым. Топорик разрубил пилота вместе с креслом, прорубил днище машины и она немедленно тюкнулась носом в землю.

Гарольд выпрыгнул, благо до земли было не больше метра, заорал, вскидывая к небесам окровавленный топорик:

― Руби, не глядя!!

Нет, молния не ударила в него с небес, но вот невидимая стена внутри словно разлетелась, и внутренний Гарольд влетел со всего размаха в бурлящую алую жидкость, скрылся в ней с головой, ощущая, как его переполняют восторг и мощь. Крик восторга, слившийся с воплем в реальном мире.

― Милорд! — донесся выкрик Бёртона.

Гарольд успел развернуться, прикрылся дверью, об которую бессильно застучали пули. Курсы уже выпрыгнули из машины, и Бёртон стрелял из пулемета по врагам впереди, пока Пэгги приближалась к ним стремительными бросками по дренажной канаве. Барри подорвал одну из машин сзади и стрелял, стараясь подавить огнем, не дать высунуться.

― Руби, не глядя!!! — захохотал Гарольд, кидаясь в атаку.

Глава 4

Сергею было тошно. Нет, он не блевал, но все равно ему было тошно. Понятно было, что вроде действовал как бы и не совсем он и вообще, эта «инициация кровью» была необходима для пробуждения магии, но все равно внутри мутило. Взять и хладнокровно снести черепа — это просто не лезло ни в какие ворота!

И поведение Туков — Курсов туда же, лыко в строку. Ведь они убивали, давили, резали, отбирали и грабили без всякой жалости. Словно разбойники с большой дороги, а не добропорядочные горожане, которых всегда ставили в пример другим соседям! Но так как они сейчас были его единственным шансом добраться до безопасных мест, Сергей помалкивал, опять глядя в окно и размышляя.

Машину Бёртона повредили в перестрелке и магия Гарольда не смогла ее починить. Машина вспыхивала светом магии, но работать отказывалась. Как подозревал Сергей — требовалось нечто большее, чем просто сила крови, дабы починить автомобиль. Попутно ему вспомнились слова об использовании палочек — возможно, в этом было дело? Обыскивать тела тех, кто преследовал их, было бесполезно, магов среди них не имелось.

Память Парри подсказывала, что это общая практика: заколдованные предметы и оружие, вручаемые обычным людям, облеченным доверием магов. Не исключено, что существовал и черный рынок таких предметов, ведь откуда-то у Туков взялись те же транаты? Но в любом случае, магическое оружие и предметы сразу давали огромное преимущество перед теми, кто пользовался обычным — из-за чего, собственно, обычное оружие вполне спокойно и свободно продавалось. Добропорядочным гражданам, конечно, но все же.

Аналогично и с транспортом. Самый быстрый и сверхбыстрый транспорт был доступен только магам и их подручным, а также государственным структурам, что, в сущности, было одним и тем же, так как Император, Кристофер Фейн и сам был магом. Впрочем, Туков — Курсов это, опять же, вообще не волновало, у них имелся план, даже План и они корректировали его на ходу.

Все машины испорчены? Бёртон и Пегги тут же тормознули пузатый вместительный «Ливерпуль», задние сиденья которого были сняты и совмещены с багажником, для большей вместительности. Впрочем, сейчас там было пусто, а сам водитель то ли не сообразил, что происходит, то ли просто не заметил ничего, занятый своими мыслями. В любом случае, его остановили, Бёртон сунул ему в ноздри ружье и вышвырнул прочь.

Как подозревал Сергей, водителя — рыхлого рыжего толстячка в рубашке в клеточку и с толстыми пухлыми пальцами-сосисками — просто пристрелили бы, дабы не оставлять свидетелей, но он вмешался и запретил. Бёртон повиновался, отвесил толстяку пинка и сказал проваливать. Затем они быстро перетаскали оружие, обыскали убитых, не найдя ничего особо полезного, залезли в «Ливерпуль» и покатили прочь, пока не примчались еще представители власти.

― Какой у нас план? — произнес он, с трудом разомкнув губы.

― Теперь, когда к вам вернулась магия, милорд, — осторожно ответил Бёртон, — можно свернуть в Кроли и там переместиться телепортером. Скорее всего, нам откажут, но мы можем захватить его силой, а вы запитаете кабинку.

Сергей невольно посмотрел на свои руки. Магия была внутри, теперь он ощущал ее, как мог бы ощущать тот же желудок, например. Или мышцы живота. Хотя нет, желудок или там легкие вернее — мышцами он мог управлять, а вот внутренними органами не особо. Но все же магия, сила крови, была, и Сергей знал, что теперь может дотянуться до нее в любой момент, зачерпнуть чего-то, что превращалось в сияние, в броню, во всеразрушающее оружие.

При этом он подозревал, что не использует силу Рода Чоппер и на 1 процент.

― Каков был начальный план?

― Собраться на пикник, выехать в сторону Суррея и не вернуться. Доехать до Чоппер-мэнора и ввести вас в права наследования, — ответил Бёртон.

«Ливерпуль» вздрогнул, заскрипел, пристукнул задом, потом все стихло.

― Амортизаторы убитые, — заметила Пэгги, снова севшая за руль.

― Знаю, — ответил Бёртон немного раздраженно.

― Сменим машину? Эта скорости не даст, значит, нас может еще один взрыв-конверт догнать.

Бёртон бросил виновато-вопросительный взгляд на Сергея. Тот не разбирался особо в машинах, да и водить не умел… в отличие от Парри, которого как раз учили — в последний год, на пару с Барри.

― Нет, — сказал он, чуть дернув головой.

Если их обнаружат, то смена машины не поможет — догонят, а сама смена машины, захват силой или угон, могли привлечь ненужное внимание. Скорее всего, все силы округа уже были подняты, что называется, в ружьё — непонятно было только, вследствие действий Туков или они как раз заранее знали, что так и будет, и поэтому не стеснялись?

― Почему мы не собрались и не поехали на пикник раньше? — спросил он.

― Прошу прощения, милорд, — бесконечно виноватым тоном ответил Бёртон, — мы предполагали, что печать с вас спадет через месяц.

― Предполагали?

Бёртон неловко кашлянул.

― Знали. Маг, который помог спасти вас и который наложил печати, сразу назвал срок — первого сентября этого года. Столько лет прошло, а я до сих пор все помню, как вчера всё было.

― И кто же этот таинственный Маг-Которого-Нельзя-Называть? — не удержался Сергей.

― Почему нельзя, милорд? Можно. Все его знают. Это сам Альфред Гамильтон, ректор Британской Академии Магии!

Сергей помимо воли вздрогнул от упоминания того, кого должен был убить. Что это, насмешка судьбы? Расчет Матери-Магии? Случайное совпадение? Или вселение Сергея и стало тем толчком, что сбросил печать?

― Он старый друг Рода Чоппер, милорд! — торопливо воскликнул Бёртон, не так истолковавший молчание Гарольда. — Еще со времен Джорджа Чоппера, возглавлявшего Род, когда Альфред Гамильтон вместе с Герхардом Хофманном подняли магов на борьбу за власть. И сын Джорджа Чоппера, ваш дедушка, Вудс Чоппер, воевал бок о бок с Гамильтоном во время Первой и Второй магических войн! Ваши родители…

― Прошу прощения, милорд, отец, но впереди затор, — вмешался Барри.

Барри смотрел вперед в невесть откуда взявшийся бинокль. Старый, потертый, с красным следом на боку, словно кто-то провел пальцем, и с едва ощутимым запахом сосисок. Помимо воли, Сергею представилось, как владелец фургона ел сосиски, макая их в кетчуп, и при этом наблюдая за кем-то в бинокль. Зачем наблюдал? Непонятно. Зачем сам Сергей все это представлял, он тоже не понял, но звоночек был нехороший. Соскальзывание внимания, рассеянность, неспособность сконцентрироваться — несмотря на смертельную, буквально, угрозу! — все это свидетельствовало о сильной усталости. Возможно, даже не физической, в конце концов, тело Парри чувствовало себя хорошо, заклеенная пластырем щека больше не кровоточила.

― Милорд, — тут же спохватился Барри, протягивая бинокль.

Запах сосисок стал чуть сильнее. Сергей сосредоточился, вглядываясь вперед, благо фургон замедлялся.

Впереди виднелись дома, одно и двухэтажные, еще какое-то селение, то большая деревня, то ли мелкий городок. Деревья, бегущие куда-то жители. Отряд кентавров скачущий по улице. Ча… отряд кентавров?! Сергей сжал бинокль так, что тот затрещал, словно сила сдавливания могла увеличить степень кратности прибора. Да, кентавры, в каких-то ало-золотистых попонах, сияющих доспехах, с чем-то вроде трезубцев в руках. Четверо… нет, пятеро кентавров, с ними еще десяток человек с оружием!

Они скакали по направлению к церквушке, шпиль которой, с характерной фигурой Христа, заносящего магическую палочку, выделялся среди домов и деревьев. Воспоминания Парри о том, как он один раз видел кентавра, и целых два — настоящего горного карлика, а также как-то раз наблюдал поверх домов голову великана, шествующего по своим делам, сплелись с обрывками фактов о магликанской церкви, и неожиданной тяжестью навалились на голову. Словно кто-то придавил мозг, до онемения извилин и конечностей.

― Кентавры, — коротко бросил он, отдавая бинокль Бёртону.

Пегги и Барри уже вышли наружу, поднимали капот, рылись в багажнике, имитируя остановку из-за поломки. Если они могли видеть селение, то и из селения могли видеть их, так? Сергей одобрил предосторожность, но что делать дальше, не знал. Объехать?

― Не знаю, милорд, — сказал Бёртон, опуская бинокль. — Кентавры в цветах Малькольмов, а здесь еще территория Лагранжей.

― Кровников Рода Чоппер, я помню, — скривился невольно Сергей. — Стоило ли прятаться тут?

― Здесь мы смогли спрятаться, милорд, до этого нам приходилось переезжать чуть ли не каждый месяц. И до владений Рода Чоппер недалеко.

«Кровная война с соседями, мило», подумал Сергей раздраженно и тут же возразил сам себе: «хотя это как раз и понятно, с тем, кто живет далеко, делить нечего, а вот с соседями как раз есть из-за чего драться».

― Риск, но разумный, — продолжал оправдываться Бёртон. — Мы смогли осесть, вжиться и заняться подготовкой к вашему возвращению, милорд. Если бы печать не слетела раньше времени, мы бы спокойно уехали, не возбудив подозрений, а потом проскочили бы во владения Рода, прежде чем кто-то успел бы поднять тревогу.

― Я не виню вас, просто пытаюсь разобраться, — ответил Сергей.

― Ваше великодушие не знает границ, милорд.

― Так что там впереди?

― Скорее всего, какое-то совместное мероприятие Лагранжей и Малькольмов, возможно, большая охота. Не самих Священных Родов, конечно, просто двух семей, проживающих неподалеку, для точного ответа надо подъехать чуть ближе, рассмотреть рисунок на кентаврах точнее.

― Род состоит из семей?

Вопрос был глупым — на маговедении Парри, как и остальным ученикам, объясняли эту социальную пирамиду. Основание пирамиды — неважно, рода, клана или империи, составляли простые люди, неспособные к магии. Затем шли волшебные существа, от карликов до великанов, и на самой вершине маги. Простых людей было больше всего, магов меньше всего, и таким образом получалась пирамида, устойчивая и могучая.

Семья, то есть пара носителей пробудившейся родовой силы, возможно прямой наследник или наследница, и глава семьи на вершине этой пирамиды. Когда семья разрасталась, становилась больше, многочисленнее, начинала насчитывать несколько поколений, вкупе с различными боковыми ответвлениями, двоюродными дядюшками, тетушками и бабушками, то она уже могла претендовать на наименование Рода, как обозначения совокупности семей, связанных единой силой крови. Несколько Родов составляли клан — как совокупность не только семей магов, но и подчиненных им людей и существ, различных предприятий и земель. Мега-корпорация, объединяющая под своим крылом различные направления бизнеса и связанная узами крови и вассальных клятв.

Но неизменным оставалось одно — воспроизведение модели пирамиды. Семьи подчинялись главе семьи. Рода — главе Рода, которым, как правило, являлся глава старшей из семей. Главы Родов — главе клана, как правило, являвшимся и главой старейшего, самого сильного из Родов (по крайней мере, в священной Полусотне это правило соблюдалось неукоснительно). И главы кланов, в сущности новых, магических феодалов, поделивших страну между собой, подчинялись Императору.

Просто. Понятно. Надежно.

― Да. Возможно, кто-то из одной семьи, входящей в клан Малькольмов приехал в гости к другу, просто со свитой, — с сомнением в голосе ответил Бёртон. — Чтобы знать наверняка, надо или быть вхожим в эти круги, или иметь информатора.

Сергей посмотрел на него и твердо сказал.

― Мы туда не поедем.

Они, конечно, как смогли, оттерли кровь с себя, но все равно получилось ужасно. Требовалось или тратить время на стирку, или сворачивать искать одежду или магический пятновыводитель. Но опять и снова — магические товары продавали благонадежным гражданам, а их сейчас отнести к таковым никак не получалось.

― Как скажете, милорд, — чуть наклонил голову Бёртон. — Дорогая, отбой!

Пэгги тут же вынырнула из-под капота, кивнула. Сергей отметил, что попутно она запачкала платье в масле и грязи, удачно скрыв кровавые пятна.

― Но кто-то нас ищет, — словно размышляя вслух, произнес Сергей, — ведь не само же по себе появилось то письмо?

― Прошу прощения, милорд, но могло и само по себе, — возразил Бёртон. — Если когда-то Лагранжи настроили ловушку, нацеленную персонально на вас, то она запросто могла сработать сама по себе.

― Как?

― Не знаю, я не маг, но могу предположить. К вам вернулась память, пробудилась магия, и вы проявили ее.

Сергей припомнил события в гараже и кивнул.

― Отправка письма также активировала сигнализацию и автоматически отправила сигнал группе захвата в Брайтоне, с приказом живыми не брать. Это объяснило бы такое быстрое их появление. Заодно включилась общая тревога, но деталей никто не знал, поэтому нам удалось вырваться. Затем нас настигла одна из групп, которые, скорее всего, разослали во все стороны, но мы вывернулись и временно стряхнули погоню, сменив машину. Но это ненадолго, милорд.

― То есть каждый раз, когда я использую магию, меня могут найти?

― Не знаю, милорд, — озадаченно ответил Бёртон.

Он пощипал нос, провел пальцем по гладко выбритой верхней губе, повторил:

― Не знаю. У магов есть способы защиты от обнаружения… но вы их не знаете, простите, милорд.

Сергей лишь отмахнулся с досадой. Вот еще проблема на голову, если каждое применение самого сильного его оружия указывает врагам на его местоположение!

― А почему вы не переехали заранее ближе к Чоппер-мэнору?

― Вас мог почуять кто-то из родственников, просто найти по крови.

А так как один из родственников предал, то приезжать надо в последний момент, мысленно продолжил Сергей. Стремительным броском достигнуть Чоппер-мэнора и что-то там дальше, то ли палец приложить, то ли завещание, залитое кровью Чопперов извлечь и предъявить. Неважно.

― А здесь, на землях Лагранжей, их власти и магии нет, — просто добавил Бёртон.

― Поэтому вы хотели подгадать отъезд к дате падения печати?

― Да, чтобы здесь никто не всполошился, а там не успели ничего сделать.

Сергей вздохнул и решил сменить тему.

― Вы знаете, куда ехать?

― Просто объедем это селение и все, вон там грунтовые дороги уходят и влево, и вправо, а этот старый фургон не жалко. Главное, убраться с земель, пока в дело не включились сами Лагранжи.

― А что тогда будет?

― Поверьте, милорд, — чуть содрогнулся Бёртон, посмотрел пристально своими черными глазами, — маг из Священного Рода — это страшно.

Гарольд надменно вскинул голову — он тоже маг из Священного Рода! — и скомандовал:

― Поехали!

Глава 5

«Ливерпуль» прокряхтел на низкой ноте, но потом все же схватился, завелся и покатил вправо по грунтовой дороге, поднимая легкую пыль. В селении если и заметили их, то никак не отреагировали. Сергей наблюдал в бинокль пристально, не отрываясь, и поэтому не заметил момента выстрела.

Автомобиль он зачаровал ранее, но стрелявшие, похоже, знали о том, что к нему вернулась магия. Снаряд ударил под машину, подбрасывая ее в воздух на несколько метров. Старый «Ливерпуль» кувыркался, всех швыряло, так как никто не пристегнулся (а сидевшим сзади попросту не к чему было пристегиваться), и не успел Сергей ничего сообразить, как его крепко приложило всем телом о потолок, ставший полом. Ему потребовалась секунда, чтобы сфокусировать взгляд.

Бёртон лежал вверх ногами, с неестественно вывернутой шеей. Рядом слабо ворочалась Пэгги, оглушенная и залитая кровью. Барри вроде был в порядке, но его зажало между передних кресел, едва не насадив лицом на рычаг переключения передач. По корпусу застучали пули, затем грохнуло оглушительно. Корпус выдержал, но стекла вылетели, несколько осколков впилось Сергею в шею.

― Бегите, милорд, — прохрипел Барри. — Бегите!

Новая очередь, в этот раз прошившая навылет защиты, и Барри обмяк, заливая Сергея кровью. Пэгги хрипела и билась, то ли в предсмертных конвульсиях, то ли пытаясь выбраться. Сергей отчаянно толкнулся, скользнул наружу, ощущая, как ползет по стеклу и то впивается в незащищенные участки тела. Толкнулся еще, высунулся до половины и тут по фургону, словно ударили огромной битой и он перевалился, придавливая Сергея.

― Блядь, да что же это, — простонал он, пытаясь выбраться.

Свечение не давало суперсилы, не помогало. Пока Сергей пытался сообразить, что делать, в фургон ударила еще бомбочка, и все вспыхнуло, ярко и жарко. Ноги Сергея моментально охватило огнем, и он заорал от боли, бездумно, надрывно, заходясь в животном крике не желающего умирать.

Крик взметнул в нем черную волну, и он умер.

― Аааа, — судорожно выдохнул Сергей, охлопывая ноги.

― Милорд? — участливо и встревоженно спросил Бёртон. — Вы вспомнили что-то еще?

Сергей посмотрел на него безумным взглядом. Они стояли на обочине, и Бёртон только что закончил говорить про то, что маг из священного Рода — это страшно.

― Справа — засада, нас ждут, — выдохнул он.

Ощущение того, как он горел заживо, не проходило. Но зато теперь он ощущал в себе тот самый дар «легкой смерти», и это только увеличивало злобу на Мать-Магию. Ведь знала же, знала!

― Влево! — махнул он рукой.

В этот раз Гарольд Чоппер умер легко, когда два магических снаряда прошили борт фургона, взорвавшись внутри.

― Назад!

Они успели отъехать на километр, прежде чем с небес рухнули два беспилотника, взяв фургон на таран.

― Милорд?

― Нас обложили со всех сторон, — невольно облизал губы Сергей.

Взгляд его упал на селение. Прорваться нагло через него? Но если там представители кланов и те же кентавры… нет, неожиданно понял Сергей. Те, кто расставил засады, не мог не учесть селения. Там их тоже ждали, наверняка. Вывод? Нужно уходить куда-то, где нет дорог. Беспилотники, пришло воспоминание.

― В лес! — скомандовал Сергей. — Прямо через поле!

Что, впрочем, никак не отменяло засад впереди — так как грунтовые дорога вправо как раз и вела через лес. Да и сам лес, пускай и довольно густой на вид, никак не тянул на непроходимую тайгу.

― Милорд, у меня есть план лучше, — произнес Бёртон спокойно. — Сделайте вид, что садитесь в фургон, а сами скройтесь из вида и уходите в сторону леса. Я отвлеку погоню на себя. Барри, не подведи милорда! Пэгги.

Та лишь кивнула коротко, чуть прикрыв глаза.

― Нет, прорываемся вместе! — резко возразил Сергей.

Фургон застрял посреди поля, сломался и уперся. Они выскочили и рванули к лесу, но это не помогло. Их настигли на опушке, прижали и расстреляли, несмотря на всю магию Гарольда.

― Милорд, у меня есть план лучше, — произнес Бёртон спокойно. — Сделайте вид, что садитесь в фургон, а сами скройтесь из вида и уходите в сторону леса. Я отвлеку погоню на себя. Барри, не подведи милорда! Пэгги.

Та лишь кивнула коротко, чуть прикрыв глаза.

― Нет! Прорываемся вместе! — резко возразил Сергей. — Прямо через селение!

Но они даже не успели приблизиться к нему, как их подстрелили на месте и потом расстреляли издалека.

― Милорд, у меня есть план лучше, — произнес Бёртон спокойно.

― Нет! — не стал дослушивать Сергей. — Устроим засаду!

И они устроили. Ударили вбок прикатившей погоне, засадили на всю длину… и их тут же обстреляли в спину.

― Милорд…

― Нет! Уезжайте! Молчать! Выполнять! — рявкнул Сергей.

Злость на них, на самого себя, на череду смертей вскипала в груди. Пусть уезжают, он сдастся, а там видно будет.

― Выполнять приказ! — снова крикнул он.

Бёртон, Пэгги и Барри медленно влезли в «Ливерпуль», покатили вперед. Автомобиль их взорвался практически одновременно с расстрелом самого Сергея. Никто не пытался вступать с ним в переговоры, не предлагал сдаться, не обещал горячий чай и радушие.

Его просто расстреляли.

― Милорд, у меня есть план лучше, — произнес Бёртон спокойно. — Сделайте вид, что садитесь в фургон, а сами скройтесь из вида и уходите в сторону леса. Я отвлеку погоню на себя. Барри, не подведи милорда! Пэгги.

Та лишь кивнула коротко, чуть прикрыв глаза. Сергей тоже прикрыл глаза, но промолчал.

― Всегда верный! — воскликнул Барри.

― Всегда верный! — отозвался Бёртон.

Фургон рванул к селению на полной скорости, какую только мог выдать, а ошеломленный и растерянный Сергей вместе с Пэгги и Барри, осторожно и пригибаясь, прячась за складками местности, устремились к лесу. В голове Сергея царила мешанина, вызванная отправкой Бёртона, фактически, на верную смерть. Но если бы он остался, то погибли бы все. И сколько жизней он потратил, пытаясь спасти тут всех? Двадцать, не меньше.

Или еще был шанс переиграть, погибнуть и вернуться на ту обочину? Можно ли было управлять временем отката? Сергей уже примерно понял, что его возвращает в точку выбора, в результате которого он гибнет, но можно ли вернуться в точку предыдущего выбора? Или самого первого выбора? Лучше всего было бы вернуться вообще в начало, не пробуждать в себе магию и скрытно уехать.

Но возможности выбора в себе Сергей не ощущал.

― Всегда верный? — тихо спросил он во время короткой паузы.

«Ливерпуль» уже влетел в селение и скрылся из вида.

― Девиз нашей семьи, — ответил Барри.

До Сергея неожиданно дошло. Всегда верный курс, ну да, ну да. Судя по лицам Барри и Пэгги (глядя на которые сейчас действительно верилось, что они родственники), мрачным и решительным, они верили, что Бёртон все сделал правильно, и также были готовы принести себя в жертву, лишь бы Гарольд Чоппер добрался до места назначения.

Все это, честно говоря, пугало и сбивало с толку.

― Нам не стоит здесь задерживаться, милорд, — напомнила Пэгги.

Сергей невольно бросил взгляд назад и кивнул. Поворачивая голову обратно, он заметил блеск в уголке глаза Пэгги, но ничего не сказал по этому поводу.

Они успели укрыться за деревьями до того, как преследующие сзади появились в поле видимости. Воспоминания Парри очень скупо повествовали о космосе, кроме того, что он есть, туда летают и даже есть базы на Луне и Марсе. Поэтому Сергей не мог отделаться от ощущения, что их сейчас рассматривают со спутников сверху в сверхвысоком качестве, видят каждый их шаг.

Глупость, конечно, но именно от таких вот, глупых, ничем не обоснованных, идиотских предположений было труднее всего избавиться. И усталость, конечно, давала о себе знать, опять же не физическая, а психологическая. Хотелось остановиться, лечь, свернуться в клубок, чтобы все эти погони, стрельба и смерти закончились, словно и не было.

― В селении суматоха, — сообщил коротко Барри. — Взгляните, милорд.

В голосе его слышалась нотка надежды, словно он верил, что Гарольд сейчас сообщит ему о судьбе отца и пообещает, что с тем все будет в порядке. Впрочем, почему словно, скорее всего он в это действительно верил, размышлял Сергей, пока они углублялись в лес. Да, суматоха в селении стояла знатная, все куда-то бежали, что-то хватали, в общем, косвенные признаки указывали на то, что Бёртон прорвался.

― Мы можем залечь и спрятаться здесь, в лесу, — произнес Сергей, — но они, скорее всего, вернутся и прочешут все, так?

Пэгги и Барри кивнули синхронно. Большую часть оружия пришлось бросить, теперь они остались с двумя пистолетами и дробовиком у Барри. Зачарованными, конечно, но Сергей видел уже достаточно, чтобы понимать — это их не спасет. Владей он магией в достаточной мере, то сумел бы зачаровать машину… нет, самолет… нет, сразу переместился бы туда, куда нужно!

― Можно вернуться и заложить петлю, попробовать обойти с запада, — неуверенно предположил Барри.

― Нам нужно выбираться с земли Лагранжей, милорд, — покачала головой Пэгги.

Ее всегда аккуратная и опрятная прическа растрепалась, вид прилежной домохозяйки сменилось какой-то смесью бездомной со странствующей хиппи. Пэгги, всегда натиравшая ручки до блеска, не терпевшая ни пятнышка грязи на плите, аккуратистка, требовавшая ровной стрижки газонов и кустов, теперь вообще не обращала внимания на грязь, кровь, встрепанные волосы и прочий беспорядок.

Оставалось только мысленно покачать головой и восхититься такой выдержкой и актерской игрой.

― Нападем на засаду на дороге! — азартно предложил Барри. — Порубим и на их же транспорте рванем!

Вот это предложение пришлось Сергею по душе — разом покончить со всеми проблемами и удрать. Но при этом в глубине души он понимал, что так просто не выйдет, это лишь мечты.

― Милорд? — спросила Пэгги.

― Я доверяю вам, — ответил Сергей, так как он просто не знал, что делать.

Ну да, он смутно представлял местность и что им на север, но что дальше? Просто бежать — не выход, как показывали эти засады, их просчитали и подловили. Бёртон что-то толковал о телепортационных кабинках, рвануть туда? Парри был подготовлен физически, но его приемная семья, по очевидным причинам, не учила его командовать, и не учила магии.

― Лучше не трогать засаду, — ответила Пэгги сдержанно, — не шуметь и не привлекать внимания.

― Разве у вас не было плана на такой случай?

― Милорд, мы не могли готовить магический отход — нас бы просто поймали. Весь план строился на растворении в среде, на том, чтобы не привлекать к себе внимания, а потом просто уехать на очередной «пикник».

Да, это был простой, солидный план, который он же и порушил.

― Я не знаю, тайники там, какие-то укрытия, запасные автомобили? — немного беспомощно покрутил он рукой.

― У нас был такой план, милорд, — голос Пэгги дрогнул.

Она склонила голову, рука ее дернулась, словно собираясь утереть слезу. Сергей куснул губу.

― Мы даже начали работу над ним, — голос Пэгги снова дрогнул, но все же выровнялся, — но поняли, что не потянем по расходам, во всяком случае, не привлекая внимания. Пускай даже мой муж постоянно находился в разъездах, в роли коммивояжера, но тут требовались серьезные покупки, пускай даже через подставных лиц, которым тоже пришлось бы платить.

Пока она рассказывала, они пробирались через лес, куда-то на восток, если верить подготовке Парри. Здесь не было завалов, коряг, прелой листвы в полметра толщиной, и, в общем-то, среди деревьев можно было довольно быстро шагать. Проблема заключалась в том, что эти просторы также делали их заметными издалека, и непонятно было, где может скрываться наблюдатель. Стволы буков были достаточно широкими, чтобы спрятаться за ними — если знать, откуда наблюдают.

― Затем мы планировали воспользоваться сетью тайников ФОЛа, — продолжала Пэгги.

Фронт освобождения людей, подсказала память, радикальные террористы, мечтающие зверски убить всех магов и магических существ.

― Но их сеть в наших графствах разгромили шесть лет назад.

Впереди показалась прогалина, за которой виднелись густые кроны тисов, смахивающих на ёлки. Причем высажены они были ровно, густо, явственно указывая на искусственное происхождение этой части леса. Возможно, где-то рядом имелся и лесник, возможно даже с транспортом. Во всяком случае, следы колес на прогалине виднелись.

― Вернулись к тому, с чего начинали — лучше и надежнее всего не привлекать к себе внимания. Это помогло, нас так и не нашли.

Они рывком преодолели прогалину, замерли. По идее, ситуация требовала бега — как можно быстрее преодолеть лес, найти транспорт, разорвать дистанцию, чтобы когда преследователи вернутся сюда с поисками, Сергей и остальные были уже далеко. Но бег мог привлечь внимание. В результате приходилось двигаться быстрым шагом и время, драгоценное время утекало между пальцев.

― Маголетов не видно, — тихо сообщил Барри, поглядывая вверх.

― Слышишь? — так же тихо спросила Пэгги, указывая вдаль. — Слышите, милорд?

Сергей замер, вслушиваясь. Где-то вдалеке раздавался шум. Словно бы топот. Отдаленный неразборчивый звук на низкой ноте.

― Рога и кентавры, — сообщила Пэгги. — Там идет охота.

― Отобрать у них лошадей? — с сомнением спросил Сергей.

Пэгги посмотрела странно, затем повторила.

― Охота, милорд, и то, что мы видели в селении, было подготовкой к ней. Наши преследователи не посмеют помешать охоте, разве что сюда явятся сами Лагранжи, и это наш шанс затеряться и выскользнуть из леса, сбив со следа погоню. Нужно всего лишь незаметно обогнуть их, обойти сбоку или сзади и скрыться, захватив ближайший транспорт. Идеально — устроить засаду и тихо захватить нескольких загонщиков, переодеться в них и выскочить из леса. Даже если преследователи оставили наблюдателей, в чем я сильно сомневаюсь, мы будем в одежде загонщиков, и на нас не обратят внимания.

Сергей задумался, потом спросил:

― Если преследователи не посмеют помешать охоте — то в ее составе маг?

― И скорее всего не один, — кивнула Пэгги, — как со стороны Малькольмов, так и Лагранжей. Обычно подобные охоты носят больше ритуальный характер, вроде вечеринок, на которых заключаются разные союзы и обсуждаются вопросы, из числа тех, которые лучше обсуждать в неофициальной обстановке. В случае необходимости, и кровь для скрепления под рукой — в лице тех, на кого охотятся.

Сергей замер, словно ему в лицо плеснули холодной водой из ведра. Память Парри молчала, кроме подтверждения того факта, что да, маги — аристократы частенько развлекаются на охоте, что на уроках маговедения подавалось, как «возрождение благородных старых традиций». Но само построение фразы Пэгги указывало на то, что охота эта — не совсем погоня в полях за зайцами.

― То есть они охотятся на людей? — сдавленным, хриплым голосом спросил он.

Внутри все бурлило, магия рвалась наружу.

― Да, милорд, — немного удивленно ответила Пэгги. — Разумеется, на обычных, не магов.

Сергей хотел выкрикнуть «вперед, помешаем охоте!», но остановился. Он уже пожертвовал Бёртоном и в Пэгги, пускай она и старалась не подавать вида, прорывались переживания по поводу мужа. Что будет, если она потеряет еще и Барри? Да и готов ли он был сам пожертвовать близкими ему людьми ради незнакомых?

― Вперёд, — скомандовал он, — огибаем охоту и уносим ноги.

Глава 6

Деревья впереди стали реже, снова сменились лиственными породами. Кроны их наверху смыкались, укрывая от солнца, но при этом не настолько плотно, чтобы внизу ничего нельзя было разглядеть. Сергей замер за широким, украшенным наплывами и наростами, стволом, вглядываясь в происходящее.

Шестеро — четверо мужчин и две женщины — бежали через лес, сжимая в руках оружие. Видно было, что бегать они не умеют и уже изрядно устали и запыхались. Двое мужчин сбросили свои бронежилеты, но это им не помогло, так как они то и дело оглядывались в страхе через плечо, тем самым теряя скорость. Сергей усилием воли подавил в себе импульс, желание броситься им на помощь, так как именно этого они и пытались избежать

― Милорд, — обратилась Пэгги, — они бегут прямо на нас, нам лучше уходить.

Сергей машинально бросил взгляд по сторонам, кивнул.

― Влево, — тихо шепнула Пэгги, сопровождая слово жестом руки.

Они пробежали, пригибаясь и прячась за деревьями, не больше сотни метров, когда где-то впереди, громко и отчетливо раскатился звук рога. Они замерли, а Сергей снова посмотрел на беглецов. Те разделились, один из мужчин полез на дерево, судорожно цепляясь за ветки и ствол, обдирая руки, и скрылся, залег. Остальные прибавили ходу, ненадолго, метров на десять, затем снова побежали устало, судорожно, когда тело подгоняет страх, а само оно готово сдаться и лечь.

Бежавшая впереди девушка указывала прямо на Сергея и Курсов.

― Они же охоту прямо на нас тащат, — пробормотал Барри сердито.

Ни он, ни Пэгги не выказали ничем своего страха от того, что могли столкнуться с магами и охотой, наоборот, демонстрировали, что в любой момент готовы отдать за Гарольда Чоппера свои жизни. Такая верность, опять, пугала и наводила на мысли — не является ли она результатом какой-то магии? Но сейчас было не место и не время думать об этом, так как Сергей увидел остальную часть охоты.

Впереди мелькнули кентавры, сзади тоже доносился топот, перестук и бряцание снаряжения, ржание.

― Загонщики — кентавры? — удивленно прошептала Пэгги. — Неужели это?

Снова раскатился звук рога, практически рядом, затем ржание лошадей и кентавров. Сергей, немного нервно оглянувшись, неожиданно понял, что их окружили. Ну, не совсем их, а убегающих людей — добычу в этой охоте — но легче от этого не становилось.

― Невидимые лошади, — пробормотал Барри под нос. — Точно маги.

Сергей, надо заметить, отлично видел этих невидимых лошадей и не мог оторвать взгляда. Тогда как свита — два десятка людей, тоже с оружием, были на обычных лошадях, трое впереди ехали на чем-то совершенно необычном. Шестиногие лошади-гиганты, словно закованные в костяную броню, с огромным витым рогом во лбу и налитыми кровью глазами, выпускающие пар из ноздрей. При этом форма их тела образовывала удобное седло, а с боков торчали костяные шипы, прикрывая ноги всадников. Те, впрочем, и не думали таиться и бояться, наоборот, улюлюкали, свистели, пришпоривали своих костяных лошадей.

― Я их вижу, — тихо заметил Сергей.

― Их видят только взрослые маги, видевшие смерть, милорд, — тихо, почти интимно шепнула ему в ухо Пэгги. — Двое в цветах Лагранжей, семья Эветт, если не ошибаюсь, эти мелкие сошки, а вот тот, что в середине, он в цветах Малькольмов. Главной семьи. Милорд, мне нет прощения, я ошиблась и нам лучше уходить, пока еще можно.

― Боюсь, что уже нельзя, — мотнул головой Сергей, указывая за спину.

Охотники почти домчались до дерева, на котором прятался беглец, когда вперед выскочили какие-то мелкие собаки, залились лаем, а затем полезли вверх по стволу!

― Магтерьеры, милорд, — пояснила Пэгги, в этот раз, впрочем, отодвинувшись, — специально выведенная для таких охот порода.

У Сергея опять мелькнула мысль, что надо бы расспросить их, как следует, откуда они все это знают. Мелькнула и пропала, так как опять было не до нее. Всадники остановились, обмениваясь жестами, затем рассмеялись. Сопровождающие их просто остановились и ждали терпеливо, поглядывая по сторонам.

― Умрите! — с истошным воплем спрыгнул с дерева человек.

В ногу его вцепился один из магтерьеров, но беглец сосредоточился на том, чтобы выстрелить в падении. Блондин в цветах Малькольмов просто вскинул руку, и заряд дроби замельтешил вокруг него бабочками. Человек грохнулся мощно, опасно, явно сломав себе что-то. Магтерьер все же слетел с него, с куском мяса в зубах, но тут же ринулся в новую атаку. Один из свиты сопровождения свистнул и магтерьер отступил, а маги на шестиногах чуть подали своих костяных чудищ в стороны.

― Ненавижу! — прохрипел мужчина, сумев все же встать.

Малькольм медленно, лениво, сдернул что-то с бока своей лошади, и оно тут же начало расти, превращаясь в длинное копье. Одна рука беглеца висела плетью, нога подгибалась, да и сам он покачивался. Выронил оружие, рванул нож с пояса, попытался атаковать, но тщетно. Костяная лошадь рванула вперед, и копье пронзило беглеца, пригвоздив к земле, словно одну из бабочек, продолжавших порхать вокруг.

Малькольм сказал что-то своим спутникам, те засмеялись.

Свист и магтерьеры стаей посыпались с дерева, заюлили вокруг тела, разрывая на куски. Все еще живой мужчина кричал страшно несколько секунд, затем затих. У Сергея сжимались кулаки, магия внутри бурлила и рвалась наружу. Кто-то из свиты вострубил в рог и охота помчалась дальше, вослед беглецам, которые все так же устало и измученно пытались удрать.

Продолжая бежать прямо на Сергея и его спутников.

― Ваше оружие, — отрывисто скомандовал он Барри и Пэгги.

Замагичив оружие, он скомандовал еще:

― Едва нас обнаружат — выскакиваем и атакуем в лоб.

― Милорд, если позволите, даже убийство наследника Малькольмов не стоит такого риска, — склонила голову Пэгги. — Мы еще можем прорваться.

Сергей сжал зубы, поиграл желваками. В словах Пэгги был резон, да что там, он же и сам согласился обогнуть охоту, бежать, не вмешиваясь! Но бросить этих беспомощных сейчас? Рисковать зазря жизнями Пэгги и Барри? Сергей не мог прийти к решению, его разрывало в противоречиях, и время утекало впустую, драгоценные секунды.

― Вы кто такие? — неожиданно выскочил за их спинами кентавр.

Сергей даже не понял вначале, что это кентавр, просто разрядил ему половину обоймы в лицо, охваченный слепой, не рассуждающей ненавистью. Только затем взгляд ухватил остальные детали: броню на груди, нечто вроде кирасы, копье-разрядник в руках, нижнюю половину тела — конскую. Бронещитки на ногах, почти до копыт, пах был заботливо укрыт чем-то вроде кожаной брони.

Скорее всего, обычное оружие не смогло бы причинить им вреда, поэтому беглецы даже не пробовали прорваться сквозь загонщиков. Имелось у кентавра и обычное оружие, в кобуре на боку, но это Сергей понял только тогда, когда Барри ловко выхватил таковое. Запоздалый страх прошил молнией тело — ведь сумел же подкрасться незаметно, да так что никто не заметил этого сраного кентавра!

― Нас услышали, милорд, — заметила Пэгги, следившая за охотой, чуть присев за толстым стволом.

Сергей кивнул, коснулся пистолет-пулемета кентавра, не став забирать его у Барри и они помчались вперед, теперь уже не скрываясь.

За эти короткие секунды, потребовавшиеся на разборку с кентавров, диспозиция изменилась. Двое беглецов — мужчина и женщина — остановились, сели на землю, а потом вообще упали. Остальные трое что-то им говорили, пытались поднять, но двое лишь отмахивались. Затем эти двое неожиданно вскочили, отпихнув троицу, и рванули навстречу охоте. Троица смотрела им вслед, даже не пытаясь сбежать, не обращая внимания на подбегающего со спины Сергея и его спутников.

Охота приближалась, свистела, завывала, гавкала.

Магтерьеры налетели сворой… и громкий взрыв сотряс все вокруг.

― Милорд! — не скрываясь, крикнул Барри, бесцеремонно дергая Сергея за плечо и роняя на землю.

Земля рядом содрогнулась от удара булыжника, еще один стукнул Барри в левое плечо и он согнулся, стиснув зубы. Еще и еще камни падали вокруг, вперемешку с кусками мяса, и Сергей неожиданно сообразил, что случилось. У беглецов была с собой траната, возможно, что именно из-за нее за ними и охотились. Несмотря на широкое применение зачарованных вещей, для их приобретения и использования требовалось в первую очередь быть добропорядочным гражданином, верным подданным Императора. Помимо изначальной ограниченности магического оружия — так как изготавливать его могли лишь маги — незаконное приобретение, хранение и распространение карались предельно строго.

И теперь один из оставшихся — женщина — подорвала себя, обычными гранатами, вместе с трансмутационной, превратившей стаю магтерьеров в куски камня. Более того, все это было лишь уловкой, дабы второй оставшийся еще раз попробовал достать охотников. Двух из свиты магов-охотников ранило, задело и шестиногую лошадь, смяв ей несколько костяных пластин. Мужчина бежал, чуть вихляя из стороны в сторону, выстрелил из ружья, с двух стволов почти в упор, и костяная лошадь пошатнулась, вздрогнула.

Малькольм уже спрыгнул на землю, шагнул вперед, что-то выкрикнул и правая рука мужчины, вместе с ружьем, отлетела в сторону. Беглец даже не замедлился, тут же выхватил нож, прыгнул, держа его перед собой, словно копье. Малькольм сдвинулся, ударил появившимся в его руке клинком, отрубая вторую руку. И тут же совершил молниеносный оборот, обрушил меч сверху вниз, разрубив обезрученного беглеца напополам, словно тот состоял из бумаги.

Все смотрели завороженно, а после удара начали аплодировать.

― Папа! — раздался выкрик сбоку, и Сергей невольно повернул голову.

Пэгги успела повалить девушку, и они уцелели, а ее спутников снесло каменными кусками магтерьеров. Одному размозжило голову, убив на месте, второго припечатало в живот и по ногам, и теперь он, подвывая, пытался ползти прочь, видимо, совсем потеряв голову от страха и боли.

Девушка вывернулась (не то, чтобы Пэгги ее сильно удерживала), рванула к охоте, бестолково размахивая пистолетом, выкрикивая угрозы. Свита наблюдала, не спеша доставать оружие, как будто даже не беспокоясь из-за появления Сергея и его спутников. Непонятная реакция и Сергей, приготовившийся к рывку, несколько секунд пытался понять, что происходит.

Тем временем маг-охотник, наследник Малькольмов, щелкнул пальцами и вся одежда на девушке внезапно пропала, оставив ее полностью голой. Девушка взвизгнула, уронила оружие и начала закрываться под общий глумливый гогот.

― Вперед! — гаркнул Сергей, вскакивая и вкладывая все силы в рывок.

Их и не подумали воспринимать как угрозу, продолжали гоготать — вызывая дополнительную ярость в Сергее. Он и Барри проскочили мимо голой девушки, и Сергей снова гаркнул, зло, ненавидяще:

― Огонь!

Двое ближайших свитских разлетелись кровавыми брызгами, вместе с лошадью, повалив всех соседей. Пэгги, забравшая дробовик у сына, тут же выстрелила еще раз, взрывая следующего. Пистолет-пулемет в руках Барри выдал очередь, перечеркивая дальних, сразу срубая четверых.

― Стоять!! — снова крикнул Сергей и сам останавливаясь.

Он опять задыхался и опять не от усталости. Ярость била в голову, хотелось рвать и метать.

― Помощь, да еще и с магическим оружием? — слегка повернул голову наследник Малькольмов к своим спутникам. — Кажется, эта охота все же будет интересной.

Его спокойный голос, невозмутимый вид, одновременно еще взъярили Сергея и в то же время немного привели его в чувство. Все же перед ним был настоящий маг — ровесник Гарольда, судя по виду, но в то же время маг, обученный и умелый. Что мог сам Сергей? Швырять магию в предметы, добавляя им разрушительной мощи или крепости, и только.

― Это наш промах, — заметил один из местных магов, — нам его и устранять.

Семья Эветт, зло подумал Сергей. Наследник Малькольмов смотрел невозмутимо, похоже, полностью уверенный, что его и пальцем не тронут. Остальная свита не спешила тянуться за оружием, Барри и Пэгги держали их под прицелом, бросали на своего милорда нетерпеливые взгляды. Сергей же опять не знал, что делать. Перебить всех? Потребовать транспорт? И не стоило забывать о толпе кентавров за спиной. Он ткнул рукой за спину, указывая примерно в направлении голой девушки и скомандовал:

― Верните одежду!

Наследник Малькольмов и не подумал слушаться, лишь чуть повернул голову, посмотрел с интересом, словно с ним заговорила табуретка. Выглядел он холёно, сыто, белые волосы, уложенные в какую-то замысловатую прическу, даже не растрепались. Да, на нем была какая-то имитация лат, но ведь голова оставалась неприкрытой!

Магия из груди Гарольда текла в пистолет.

Остальные двое, Эветты — тоже парни, чуть моложе Гарольда и наследника Малькольмов — едва заметно кивнули друг другу. Они были похожи, не близнецы, просто родственники, с прямыми носами, наглыми глазами, в одинаковой одежде, тоже стилизованной под средневековье. Сергей искал взглядом пресловутые волшебные палочки и не находил. Оружия у них тоже вроде не было, но они легко могли вырастить его в считанные секунды.

И мало того, эти два родственника начали расходиться.

― Стоять! — гаркнул Сергей.

Пистолет в его руках дернулся, один из Эветтов зажал плечо, второго окатило душем из костяной брони и потрохов шестинога. Создавалось ощущение, что Сергей стрелял из гранатомета, а не пистолета. Наследник Малькольмов едва заметно приподнял правую бровь, лицо его стало чуть озадаченным.

― Ты…

― Молчать! — гаркнул Сергей.

Пистолет выстрелил еще, и второй Эветт, вдобавок к душу из потрохов, получил еще и дырку в боку. Он прижал туда руку, поднес ее к рукам, словно не веря, что видит там кровь.

― Хоть звук и я стреляю! — прорычал Сергей.

― Я все же издам звук, — заметил наследник Малькольмов.

Он прищелкнул пальцами и к девушке вернулась одежда, опять сбив ее с толку. Сама девушка в этот момент, состроив хищную гримасу и забыв о наготе, как раз промчалась мимо Сергея, прямо к наследнику Малькольмов, собираясь стрелять. Фигурка у нее была что надо, хотя Сергей и старался не пялиться.

― Обычное заколдованное оружие не пробило бы эти доспехи, — продолжал наследник Малькольмов. — Кстати, не советую…

Девушка взвизгнула и все же выстрелила ему в бок, почти в упор, но все равно безрезультатно. Потом зачем-то бросилась к Сергею, раскрасневшаяся, злая, с раздувающимися ноздрями и перекошенным ртом. Безобразная в ярости и в то же время красивая.

― Не припоминаю вашего лица, — продолжал наследник Малькольмов, спокойно и невозмутимо, — но вы явно маг. Поэтому я представлюсь — Дункан Малькольм, сын главы Рода, Люка Малькольма и его наследник. Вы оскорбили меня и гостеприимных хозяев, принявших меня, так что от их имени я вызываю вас на дуэль, прямо здесь и сейчас.

Сергей молчал, не зная, что сказать и ощущая звон в ушах. Девушка что-то кричала, требовала от него, но рядом появился Барри, сдавил ей плечо, заставляя замолчать. И тут же тихо шепнул самому Сергею:

― Представьтесь, милорд, таков этикет.

― Я — Гарольд, — ответил Сергей, выходя из ступора. — Гарольд Чоппер.

Глава 7

Представители семьи Эветт одновременно побледнели и обрадовались, зато их свита окончательно приуныла.

― Гарольд Чоппер, — повторил Дункан, словно пробуя на вкус, затем кивнул. — Достойный противник. К барьеру!

Сергей замешкался, не зная, что делать, потом ему в голову неожиданно ударила злость. Он вскинул пистолет и выстрелил в Дункана, извлекавшего что-то из рукава.

Ответный удар Дункана, доставшего волшебную палочку, испепелил Сергея и добрую часть леса.

― … прямо здесь и сейчас.

― Убить его! — выкрикнул Сергей.

Барри и Пэгги немедленно выполнили приказ, но отдача его заняла секунду, за которую Дункан пригнулся и рванул прочь, спрятавшись за шестиногой лошадью. Та прожила пару секунд, дав ему время извлечь волшебную палочку.

Ответный удар Дункана испепелил Сергея и добрую часть леса.

― … прямо здесь и сейчас.

Он еще договаривал, а Сергей уже вскинул пистолет, высаживая остаток обоймы прямо в сердце Дункана. Что было хорошо в зачарованном оружии, оно ощущалось продолжением руки. Навыки Парри, вкупе с магией, приводили к тому, что Сергею даже целиться особо не требовалось, он словно бы просто тыкал пальцем в мишень.

― Как подло, — пробормотал Дункан, опуская взгляд.

По его одежде расплывалось кровавое пятно.

― Милорд, добейте его! — яростно крикнул Барри. — Быстрее!

Дункан неожиданно словно ускорился, оказался рядом с Барри, позади него и прострелил магией насквозь, вырывая сердце и часть груди. Одежда Дункана светилась, сам он пылал, буквально, и Барри, сжигаемый заживо, еще успел издать крик боли.

Затем удар Дункана испепелил Сергея и добрую часть леса.

― … прямо здесь и сейчас.

Мысли Сергея мчались, словно легкоатлет на стометровой дистанции на Олимпийских играх. Вариант победы в силовом противостоянии был только один — отобрать палочку. Сергей вскинул пистолет, высаживая остаток обоймы в голову Дункана, и тут же рванул к нему, рванул рукав, пытаясь отобрать палочку.

― Как подло, — пробормотал Дункан, вскидывая вторую руку.

Затем удар Дункана испепелил Сергея и добрую часть леса.

― … прямо здесь и сейчас.

― Я — Гарольд Чоппер, — ответил Сергей, — но нашу дуэль придется отложить.

Нет, оставались еще варианты, вроде перехватить дробовик и высадить его в упор по Дункану, но Сергей ощущал, что и это ничего не даст. Как-то же Дункан пережил несколько выстрелов в грудь и сердце? Переживет и все остальное или не переживет, но Гарольда опять прибить успеет.

Стало быть, требовалось выкрутиться, не умерев и не доводя до дуэли. От всего этого, включая пустую потерю бесценных жизней, хотелось выть и рвать волосы на голове. Но Сергей усилием воли сдержался, попытался изобразить из себя невозмутимого и спокойного мага, такого как Дункан. Выходило не очень, отчасти благодаря тому, что воспоминания Парри требовали склониться и подчиниться.

― Гарольд Чоппер, — повторил Дункан, словно пробуя на вкус. — Неожиданная встреча. Могу я узнать причины, по которым вы отказываетесь от дуэли?

― Не отказываюсь, — с усилием произнес Сергей, — а прошу отложить. Я тороплюсь в Чоппер-мэнор, по… неотложному делу.

В последнюю секунду он сообразил, что, пожалуй, не стоит говорить о вступлении в наследование. По совокупности причин.

― И у меня нет с собой палочки, — добавил он, мысленно вздохнув.

Даже если удастся разойтись краями с Дунканом, еще оставались эти, из семьи Эветт. Раз Лагранжи кровники Чопперов, то Эветты, наверняка, не упустят шанса. Нападут с палочками, потом Лагранжи их похвалят, а Сергей даже противопоставить палочкам ничего не сможет.

― Это весьма уважительная причина, — кивнул Дункан. — Я могу одолжить вам одну из своих, Гарольд, если вы согласны немного отступить от дуэльного этикета.

Сергей чуть скосил глаза — Барри стоял, слегка прикусив губу, и всем видом показывал, что не надо соглашаться. Сергей был такого же мнения, ведь даже если считать информацию о том, что «чужая палочка плохо слушается», враньем, от этого она не переставала быть чужой палочкой. Он еще своей палочкой не обзавелся, куда ему с чужой напрыгивать на опытного мага? Размажет, а дуэль будет признана честной. Или попробовать дуэль до первой крови?

― Я считаю, что между священными Родами, все должно быть строго по этикету! — как можно надменнее произнес Сергей, вскидывая голову.

Тут же понял свой промах — наверняка, по тому же самому этикету, он не имел права вмешиваться в чужую охоту. Пришла отговорка, про Лагранжей и охоту на него, желание насолить врагам, нет, просто войну и охоту. Лагранжи охотятся на него, он портит охоту им, а Малькольма… не заметил просто, не до того было, да.

― Видите ли, друг мой, — произнес Дункан таким тоном, что другом себя Сергей точно не ощутил, — вы вмешались в мою охоту. Сии достойные господа (легкий жест в сторону представителей семьи Эветт) поймали преступников, нанесших ущерб моему клану и думавших укрыться в соседнем графстве…

― Ты всё врёшь! — взвизгнула девица.

Дункан повел рукой, бросил брезгливо:

― Молчать!

И девушка замолчала. Нет, она пыталась что-то сказать, но ничего не выходило. Повинуясь наитию, Сергей положил руку ей на плечо, и голос вернулся к девушке.

― Не верьте им, добрый милорд! — взвизгнула она.

― По этикету, — покачал головой Дункан. — Вы опять солгали мне и еще раз оскорбили. Возможно, вы и не Гарольд Чоппер, что является еще одним оскорблением.

Пэгги начала стрелять, но тут же вспыхнула, словно живой факел. Сергей еще успел выстрелить два раза, прежде чем заклинание отрубило ему ноги.

― Явно не Чоппер, — донесся голос подходящего ближе Дункана.

Все тело Сергея вспыхнуло болью, непередаваемой болью, и он заорал.

― Кто ты? — спросил Дункан.

Сергей нырнул в волну темноты, уходя от боли.

― … прямо здесь и сейчас.

― Я — Гарольд Чоппер, — ответил Сергей. — Если вы одолжите мне одну из своих палочек, то я готов к дуэли.

На холеном лице Дункана отразилось легкое удивление. Или он позволил ему там появиться, проявив мимикой бровей, щек и рта.

― Почту за честь, — ответил он, — и в качестве ответного жеста, готов помиловать уцелевших, если вы, Гарольд, победите в нашей дуэли.

― В чем они провинились? — вырвалось у Сергея.

― Вы вступились за них, не зная их вины? — в этот раз голос Дункана звучал действительно удивленно.

Черные глаза его, однако, оставались холодными, не смотрели — сверлили Гарольда, словно мечтая пробурить череп и достать оттуда информацию. Сергей, честно говоря, уже сотню раз проклял тот момент, когда решил вмешаться, но отступить уже не получалось. Да и был ли выбор — с выскочившей прямо на них охотой?

― Благородно, но глупо, — продолжал Дункан.

Не так уж и глупо, хмыкнул Сергей мысленно, уж тех, кто нанес личное оскорбление Роду, ты в жизни не стал бы прощать в качестве ответного жеста. Ярость, в том числе и за прошлые смерти, бурлила в нем, требовала выхода. Победить в дуэли и бежать, бежать, бежать до Чоппер-мэнора без остановок. Если он сможет одолеть Дункана, то уж обычную погоню точно запинает!

― Вступаться за этих животных, — с оттенком презрения повел рукой Дункан, — укусивших руку, которая их кормит.

― Да вы…, - но девушка тут же согнулась и скривилась от боли, так как Барри снова ухватил ее за плечо.

Сдавил до хруста, да еще и прошептал что-то, отчего девица все же заткнулась. Сергей подсознательно ожидал появления погони, загонщиков-кентавров, но секунду спустя сообразил, что это для него прошла масса времени и смертей. Для всех остальных они только-только помешали охоте.

― К барьеру.

― С двадцати шагов до первой крови! — выпалил Сергей, опять же по наитию.

Обрывки сведений из школы подсказывали ему, что еще бывают некие дуэли по жребию, через платок и до смерти. Детали, разумеется, отсутствовали, но Дункан не повел и бровью, лишь кивнул. Извлек из одежды палочку, протянул.

― Я принесу, милорд, — тут же быстро зашагал вперед Барри.

Принял палочку, с легким поклоном, быстрым шагом вернулся, протянул Сергею. Основание палочки было снабжено чем-то вроде кастета, рукоять с прорезями для пальцев, для лучшего захвата. Выполнена палочка была в форме едва заметного конуса, от основания к кончику, и покрыта опять же металлическим узором, оплеткой. «Украшение и защита от поломок?» подумал Сергей, касаясь палочки.

Нет, его не охватил оргазм слияния, но палочка определенно не была простым куском дерева. Внутри что-то откликалось, хрустело, отзывалось, и магия Гарольда общалась с ней, сталкивалась, переплеталась. Словно бы подгоняла палочку к Сергею, нет, Гарольду, и Гарольда к палочке.

― Прошу прощения, что усомнился в вашем происхождении, дорогой Гарольд, — неожиданно произнес Дункан, — и предложил вам самую норовистую из своих палочек.

До Сергея неожиданно дошло, о чем идет речь, и он моментально вспотел от головы до задницы. Подставить, значит, хотел, чтобы в дуэли Гарольд (или, вернее, самозванец) колдовал слабее.

― Меня может извинить только то, что находилось немало самозванцев, желающих присвоить ваше доброе имя, — продолжал Дункан. — Хотя нет, и это не извиняет моей грубости. Я не только помилую уцелевших, вне зависимости от исхода нашей дуэли, но и добьюсь того, чтобы с них сняли все обвинения, и лично выплачу им компенсацию. Слово Малькольмов!

Эветты опять побледнели, но ничего не сказали, лишь застыли, что-то соображая. Сергей, ощущая сильнейшее облегчение, лишь кивнул, стараясь держать лицо непроницаемым. Оставалась сущая мелочь, победить в дуэли, убраться из этого долбанного леса и как-то справиться с погоней — в том случае, если придется вернуть палочку.

― Прошу вас быть свидетелями дуэли, — обратился Дункан к Эветтам.

На свиту он даже не посмотрел, словно жизни людей его и не интересовали. Хотя, если он считал их животными, то может и не интересовали. В Сергее снова вскипела злость и он ощущал себя каким-то подобием перегретого чайника, который того и гляди взорвется. Или устанет кипеть и обессиленно расплавится.

― К барьеру, — неохотно произнес один из Эветтов.

Насколько понимал Сергей, ему очень хотелось выхватить палочку и прибить Гарольда на месте, но он не мог пойти против Малькольма. Или мог, но тем навлек бы вражду между кланами? В любом случае представители младшей (скорее всего) семьи даже на своей земле не слишком плясали против прямого наследника Священного Рода. Это обнадеживало и могло бы помочь Гарольду Чопперу, как такому же наследнику, не находись он на враждебной территории!

― Каждый использует в качестве оружия только одну палочку, — напомнил Эветт.

Сергей мысленно поперхнулся. Только одну? Что было бы, начни Дункан стрелять сразу с пяти палочек? Да еще своих, родных, подогнанных под него?

― Броня — та, что была на дуэлянтах, — продолжал Эветт. — Телепортация и полеты запрещены, поединок до первой крови, поэтому магия крови тоже запрещена. Расходитесь, господа, и начинайте, когда я хлопну в ладоши!

Они разошлись, встав в двадцати шагах друг от друга. Не слишком большое расстояние, но и не такое уж малое. Подскочить и дать в зубы не получится, уж точно. Чувства Сергея словно обострились, он ощущал запах убитых ранее, лиственные нотки от деревьев, запах страха и пота от девушки, железный привкус оружия. Шуршание листьев и веток, скребущиеся пластины костяных шестиногов. Дальний звук рогов и хриплые выкрики кентавров.

Эветт хлопнул в ладоши, и Сергей прыгнул влево, прямо на открытое пространство.

Надо заметить, что свита Эветтов и Малькольма отступила влево, а Барри, Пэгги и девушка — жертва вправо, дабы не попадать под заклинания. Это немного беспокоило Сергея, но он решил, что свитские не полезут в дуэль раньше своих магов.

― Бриллио! — заклинание Дункана вспороло ствол дерева справа от того места, где стоял Сергей.

Хитрость удалась, и он ударил своей магией. Не зная заклинаний, просто швырнул энергию в палочку и из нее вырвался толстый зеленый луч, словно лазер, вспоровший лесную почву, помчавшийся прямо к Дункану. Тот ушел перекатом, но и Сергей отыграл на этом пару метров, стал еще ближе. В этот раз Малькольм не стал ничего кричать, но Сергей неожиданно ощутил, что его ноги увязают — земля стала зыбучим песком.

Луч превратился в толстую зеленую веревку, канат, тут же выдернувший Сергея, да с такой силой, что он фактически взлетел. Дункан не ожидал такого, и его заклинание промазало, ушло куда-то в небо. Сам Сергей уже приземлялся, и он попробовал припечатать ногой по лицу Дункана. Тот отскочил, подбил ногу, роняя Сергея спиной о землю.

Боль и ошеломление, голова взорвалась гулом колоколов.

Не Сергей и не Гарольд, Парри поднялся, потому что так было надо. Оставаться лежать означало проиграть, а он…

― Победил Гарольд Чоппер! — провозгласил не слишком охотно, но громко, Эветт.

Сергей с трудом спрятал улыбку — луч из палочки все же достал Дункана, побрил ему белые волосы с куском кожи, и оттуда теперь лилась кровь. Сам Дункан уже извлек откуда-то компресс и приложил к ране, немедленно начавшей затягиваться.

― Я ожидал заклинаний, — признал Дункан, — поэтому и проиграл.

Сергей незаметно облегченно выдохнул. Справился!

Глава 8

Дальше возникла короткая пауза, со стремительно нарастающим напряжением. Казалось, все ждали от Гарольда Чоппера чего-то… каких-то обязательных по этикету слов? Спасенная девушка попыталась было снова что-то вякнуть, но и в этот раз Барри заставил ее заткнуться, а также зашипел в ухо:

― Только усомнись в слове Малькольмов и вас всех месяц пытать будут, прежде чем дадут умереть!

Слово! Мысли Сергея вышли из ступора, ну точно, слово — беглецы спасены, никто им ничего не сделает, а значит, и охота окончена. Следовательно, представители семьи Эветт и их свита сейчас нападут на Гарольда. Или не нападут? Взгляд Сергея еще раз пробежал по собравшимся. Мрачные лица свитских, готовых схватиться за оружие в любую минуту. Пока Пэгги держит их под прицелом — все в порядке, но что дальше? Раненые Эветты, хотя дырка в боку у одного из них, кажется, уже затягивалась. Регенерация? Магическая медицина? Артефакты?

Напасть первым?

― Огонь! — скомандовал Сергей.

Началось все неплохо, очередь Пэгги перечеркнула троих ближайших, взорвала их вместе с лошадьми. Фонтан крови и кишок обдал свиту, заставив их замешкаться, и Барри тут же выскочил сбоку, начал стрелять из дробовика. Сам Сергей успел подстрелить уже ранее раненного Эветта и взорвать еще одного шестинога, прежде чем заметил сбоку движение.

― Я в гостях, — прозвучал голос Дункана, — и долг…

Все смело волной огня и боли.

― Я ожидал заклинаний, — признал Дункан, — поэтому и проиграл.

― Ваше мастерство в магии велико, уверен, в следующий раз вы победите, — вежливо ответил Сергей, возвращая палочку.

― Я принимаю ваше приглашение и обязательно нанесу визит в Чоппер-мэнор в ближайшее время, — учтиво склонил голову Дункан.

Сергей же смотрел на его белые волосы и думал, не вляпался ли он еще в какую ловушку? Но ведь Дункан сказал в ближайшее время — значит, потом, а им бы сейчас выжить!

― Долг…

Сергей ощутимо напрягся, ожидая волны огня.

― … представителей священных Родов помогать друг другу.

Взгляд в сторону Эветтов. Те стояли с видом, словно откусили половинку лимона, с начинкой из говна, затем тот, что стоял слева, произнес угрюмо:

― Он на земле клана. Он кровник.

― Кровник Лагранжей, — невозмутимо парировал Дункан. — Или семья Эветт уже часть рода Лагранж?

― Он на нашей земле! — упрямо повторил Эветт.

Дункан чуть развел руками, повернулся к Сергею. Напряжение в воздухе, казалось, можно было резать ножом, и эта невозмутимо — хамская манера поведения Малькольма, честно говоря, бесила. Хотелось разнести ему выстрелом голову, положить тут всех и бежать дальше.

― Он прав, — сообщил Дункан Гарольду.

― Просто не вмешивайтесь, — процедил Сергей сквозь зубы.

― Вы правы, Гарольд, вы правы, — неожиданно кивнул Дункан. — Я дал слово, а слово нужно держать.

В тишине, нарушаемой лишь шумом листвы и звуками лошадей с шестиногами, он подошел к девушке, на которую только что охотился, лишал одежды и чьих родителей он только что убил. Собственно, труп ее отца так и лежал чуть в сторонке. Можно было не сомневаться, что сейчас девушка изрыгнет что-то неприемлемое, и Сергей уже собирался подать знак Барри, когда Дункан повел рукой, провел двумя пальцами горизонтальную черту, сопроводив их коротким словом:

― Бальб.

Девушка опять онемела, попробовала броситься с кулаками, но Барри придержал ее.

― В наши дни так нелегко держать слово, — пожаловался Дункан Гарольду, — никто не ценит твоих усилий. Все так и норовят укусить кормящую и вытаскивающую их из пропасти руку.

Он щелкнул пальцами и шестиног подскочил с готовностью, а Дункан запрыгнул на него легко, словно взлетел, бросив отчасти парализованную девицу поперек седла. Сергей уже вспыхнул было, но тут же вспомнил прошлую жизнь, замечание Барри насчет «усомниться в слове Малькольмов». Снова бесполезно умирать не хотелось, а если этот гад все же нарушит слово, вот тогда можно будет с чистой совестью настучать ему в бубен!

Девушка смотрела умоляюще, словно молодой олененок, влажными серыми глазами. Видение ее обнаженного тела мелькнуло перед глазами, и Сергей с трудом удержался от того, чтобы еще раз напомнить про слово. Но все же сдержался, кивнул Дункану, тот кивнул в ответ, посылая шестинога вперед.

― Огонь! — первым крикнул Сергей, кидаясь вперед.

Но в этот раз все пошло немного иначе — Эветты и их свита тоже были готовы. Очередь Пэгги перечеркнула лошадей, но их владельцы уже скользнули и прыгнули вниз. Очередь Пэгги убила двух животных, задела одного свитского, но и только, остальные успели рассыпаться и упасть.

― Милорд! — донесся выкрик Барри.

Сергей бежал, стреляя, и пистолет очень быстро защелкал вхолостую. Но главного он добился, шестинога, за которым укрывался раненый Эветт, снесло и разорвало, закидав потрохами и костяшками чешуи все вокруг.

― Ах ты ж пидор! — выкрикнул раненый ранее Эветт, откатываясь в сторону. — Ты ответишь за моего Шустрого!

Сергей пригнулся, на ходу хватая горсть земли и листьев. Мимо скользнул луч, едва не вспоров бок, и мало того. Второй Эветт отходил, прямо к своим людям, которые уже целились в Гарольда.

― Милорд, пригнитесь! — донесся выкрик Пэгги.

Она высунулась опасно из-за дерева, стреляла, не жалея патронов, взрывая лошадей и не давая остальным стрелять. Эветт отвлекся, выкрикнул что-то неразборчивое и заклинание снесло дерево, за которым укрывалась Пэгги, взорвало его грудой щепок.

― Получайте! — крикнул Сергей, швыряя вперед светящуюся от магии землю.

Сработало, ударило не хуже картечи, земля дырявила тела свитских, пронзала их насквозь, несмотря на броню, вот только добросить удалось не до всех. По правой ноге словно ударили изо всех сил молотом, и Сергей упал, взревев от боли и ярости. Второй Эветт уже пришел в себя и ударил заклинанием, но тут же скрылся, когда выстрел Барри хлестнул по дереву, перемалывая кору и вырывая щепки.

― Милорд!

Пэгги вынырнула сбоку, рывком ворвалась в ряды свитских, не обращая внимания на рану в боку, и тут же метнула два ножа, добивая ближайших. Топорик для мяса разнес головы еще одному, затем ее сбили с ног и расстреляли. Сергей попытался перекатиться, зачерпнул еще земли, и тут же ощутил угрозу сбоку.

Шестиног навис над ним костяной горой

― Ату его, Грозный, ату! — свистнул не раненный Эветт.

Шестиног ударил копытом, еще раз, Сергей безуспешно пытался блокировать удары, откатывался неуклюже, так как ногу продолжало сводить от боли. Шестиног взревел, прыгнул всей тушей и пронзил Сергея рогом, пришпилив к земле. Чуть приподнял голову, устремляя взгляд красных глаз в Сергея, которого потащило по земле.

― Вот так! Вверх его! — и новый свист.

Сергей потянулся к дару легкой смерти, медленно, бессильно, так как боль в груди и ноге сводила с ума, смешивала мысли. Потянулся и не успел, заклинания Эветтов ударили с двух сторон, убив его на месте.

― Огонь! — первым крикнул Сергей, кидаясь вперед.

Внутри бушевали злоба и ярость. Нет, он понимал, почему Туки не могли и не готовили его к бою с магами, но жизни! Драгоценные жизни! Он всего лишь хочет добраться до Чоппер-мэнора, неужели это так трудно?! Он же могучий маг!

Очередь Пэгги взорвала двух лошадей, ранила свитского, а сам Сергей в этот раз не стал стесняться — обрушил выстрелы на шестиногов. Те не успели даже наклонить рога, как их взорвало изнутри, заливая землю потрохами и чешуей. Сергей и не подумал сбавлять темпа, проскочил сквозь фонтан, обрушившись на раненого ранее Эветта. Да, у него кончились патроны, но зато оставался пистолет!

― Получи, гондон! — взревел Сергей, обрушивая рукоять на голову Эветта.

Тот качнулся и пистолет ударил по плечу, дробя его. Левая рука Эветта повисла плетью, и Сергей попробовал пнуть, но лишь сам получил в ответ. Отлетел, перекатился и ринулся в новую атаку, смещаясь, так, что один Эветт прикрывал его от другого. Жаркий невидимый полог обрушился сверху, туманя мысли, но Сергей отбросил его, волной ярости, крикнул:

― Барри!

― Да, милорд!

Дробовик выстрелил несколько раз, но выиграть время не получилось. Свитские начали отстреливаться.

― Живьем их брать! — орал второй Эветт. — Я их на кол посажу! За моего Грозного они умрут сотню раз! А Чоппер будет…

Сергей бы и ответил, но он был занят борьбой со вторым Эветтом. Они сошлись в клинче, Сергей собирался не дать врагу достать палочку, но и сам не мог ничего сделать — или не доставал, или места атаки были прикрыты броней.

― За Императора! — неожиданно заорал его противник и впился зубами в шею Сергея.

Причем впился всерьез, вгрызся с немалой сноровкой, жадно поглощая кровь, и Сергей от неожиданности ослабел, пропустил удар вслед за укусом. Согнулся, попытался зажать рукой рану на шее.

― Сладка кровь врага, — утер губы Эветт, прежде чем убить Гарольда заклинанием.

― Огонь! — первым крикнул Сергей, кидаясь вперед.

Рука его невольно дернулась к шее, из которой, казалось, все еще хлестала кровь. Сергей мысленно обругал себя последними словами, за идиотизм, стереотипы и косность. Рука его метнула вперед горсть земли, вспоровшую деревья и не давшую раненому Эветту высунуться. Сергей подлетел, пнул в колено и тут же высадил остаток обоймы в Эветта, сунув пистолет ему в зубы, разбив лицо.

Как бы ни был крепок маг, но такого он не выдержал, и голова разлетелась, обдав Сергея кусочками мозгов и кровью.

― Какая гадость, — сплюнул он, утирая рот от крови.

Вторая рука его ощупала рукава и камзол убитого, искала палочку. Донесся грохот взорванного дерева, затем бешеный рев второго Эветта.

― За Майкла я тебя…

― На кол посажу! — насмешливо крикнул в ответ Сергей.

Сбил на мгновение, но Эветт тут же засвистел и шестиноги трубно взревели. Свитские стреляли, не давая высунуться, но теперь это, наверное, не имело значения. Сергей опять ощутил, как палочка в его руке словно плывет, подстраивается и неожиданно понял, что вот она — сила крови. Работа с артефактами.

― Полетай! — рявкнул он почти в морду первому выбежавшему шестиногу.

Из палочки вылетел импульс, фиолетовый шар, и шестинога швырнуло, словно пушинку, прямо туда, где залегли свитские Эветта. На мгновение стрельба стихла, и Сергей выкатился из-за дерева, пропуская атаку второго шестинога сбоку, и тут же выстрелил лучом энергии, повел им из стороны в сторону, выигрывая время.

Еще раз откатился, и тут же отпрыгнул.

― Сдохни! Сдохни! — орал второй Эветт.

Палочка в его руке взорвала дерево перед Гарольдом и теперь была нацелена ему прямо в грудь. Свистнуло что-то и кухонный молоток стукнул по руке Эветта, сбив прицел. Сергей вышел из ступора, пригнулся и от земли снизу вверх, распахал лучом Эветта, от задницы до головы.

Над головой жахнуло, Барри был уже рядом, припал на колено.

― Милорд?

И дробовик выстрелил еще раз.

― Я в порядке, — выдохнул Сергей тяжело.

Из распластанной туши Эветта рядом продолжали, шипя, лезть кишки, брызгала, слабея, кровь. Барри отпрыгнул и шестиног пронесся мимо, приняв на свой бок несколько выстрелов от свитских. Пули не пробили костяной брони, ушли в сторону, но и гнева шестинога, как ожидал Сергей, не вызвали. Мгновение спустя он сообразил — ну, конечно же! С чего бы шестиногам бояться огнестрела, скорее наоборот, их, возможно, приучали его не бояться, чтобы наездник — маг всегда мог насадить парочку дерзких с огнестрелом на рог.

― Влево, милорд!

И они отпрыгнули от второго шестинога. Кто-то попытался кинуть гранату, но Пэгги вмешалась, подстрелила. Сергей хлестнул лучом, словно плетью, испугав шестиногов, и те помчались на свитских, затоптав нескольких по дороге. Те, кто оказался слабее духом, вскочили, и Сергей еще раз резанул лучом, ощущая, как начинает кружиться голова.

Тем не менее, это стало последней каплей и люди бежали в ужасе.

― Почему ты не застрелил их? — спросил Сергей у Барри устало. — Шестиногов.

― Патроны кончились, милорд.

Вроде он еще стрелял, попытался припомнить Сергей, но потом махнул рукой. Сейчас была задача поважнее — убраться из леса и продолжить поездку — бегство к Чоппер-мэнору.

― Нужно уходить и быстро. Берите оружие… лошади?

Барри виновато развел руками, прошептал:

― Простите, милорд.

Лошади — привилегия богатых, припомнил Сергей, не особо нужная в мире автомобилей. Поэтому Туки не занимались лошадьми и не учили Парри на них ездить.

― Есть предложения?

― Да, милорд, — появилась слева Пэгги.

Вид чопорной домохозяйки был окончательно утрачен. Сейчас она выглядела скорее партизанкой, год не вылезавшей из болот. Перепачканной в грязи и к тому же, опять раненой.

― Нужно немедленно догнать тех, кто уцелел из свиты, добить их или взять в плен, чтобы они указали, где оставили транспорт. Даже с палочкой, милорд, сражение с вернувшимися кентаврами не будет простым, они магические создания и они разумны.

Сергей мгновение взвешивал варианты, потом кивнул. Пэгги была права — бег на своих двоих работал только тогда, когда о них никто не знал. Сейчас им снова нужна была мобильность, а значит, транспорт.

― В погоню! — скомандовал он, и они побежали.

Глава 9

Пэгги неожиданно начала резко тормозить, и Сергея швырнуло вперед, ударив о спинку сидения и опять напомнив, почему надо пристегиваться. Вот только в их положении, когда в любую секунду могло потребоваться выпрыгивать наружу, пристегиваться было непозволительной роскошью. В остальном «Форрестер» — специальная модель для езды по лесам, полям и бездорожью — был выше всяких похвал, несся быстро, ям на дорогах словно и не замечал, а мягкие и удобные сидения навевали мысли о том, чтобы поспать.

― Держитесь, милорд! — крикнула Пэгги отчаянно.

Раньше она таким высоким — сердитым голоском звала Барри и Парри, когда те бедокурили и проказничали, и оба брата синхронно вздрогнули, чуть втягивая голову в плечи. Пэгги и не заметила, занятая тем, чтобы войти в поворот налево на как можно большей скорости, но при этом и не опрокинуться. Каменная стена дома приближалась, скрежетнул декоративный заборчик, шарахнулась встречная машина.

Что-то ухнуло и свистнуло, и дом, в который они чуть не врезались, расцвел вспышкой.

― А, дьявол, их трое! — выкрикнула Пэгги.

Сергей, отвлекшийся на взрыв и попытку рассмотреть, откуда стреляли, перевел взгляд вперед и замер.

Там, прямо посреди улицы, выбив в ней хорошую яму одной ногой, стоял огромный человекоподобный робот. Мабот (магический робот), как их называли обычно. Ночной кошмар и порождение ада, как их именовали враги. Один из столпов силы, власти и могущества магов.

Парри раньше не видел мабота вживую, но все же кое-что о них знал. Сергей пожирал взглядом человекоподобную фигуру, метров пяти ростом, попутно соотнося воспоминания Парри с действительностью. Где-то там, в районе груди, спины или головы, находилась кабина пилота, куда садился маг, приводя в действие мабота. Только маги могли приводить их в движение и управлять, и только магам это удавалось, так как обычных двигателей у этих роботов просто не было.

Тем не менее, за попытку кражи, взлома, похищения или порчу мабота была положена смертная казнь.

― Сзади, мам! — крикнул Барри громко.

Сергей бросил взгляд назад, да, там находился еще один мабот. Чуть пониже, чем первый, с растопыренными руками, словно имитировал гориллу. Магия подобия приводила в действие маботов, и поэтому все они были человекоподобны. Можно было приделать маботу хвост или третью руку (и встречались такие модели), но чтобы они работали в унисон, требовалось, чтобы у мага внутри имелись этот самый хвост и третья рука.

― Держитесь, милорд!

Пэгги выкрутила руль, поддала газу и снесла заборчик, взрыла газон, задавив выскочившую наружу собаку. За спиной Форрестера замолотило градом пуль, превращая кусок дороги в перепаханную смесь щебня с асфальтом. Кто-то из горожан неосторожно или в панике сунулся наружу, его тоже снесло, как травинку.

Пэгги и не думала сбавлять скорости, проскочила поверх какой-то клумбы, снесла еще забор, задела крылом сарай и развалила его, несколько поленьев гулко ударили по корпусу автомобиля, одно вломилось внутрь, прямо под нос Сергею. Тот, надо заметить, пребывал в легком ступоре, потому что одно дело знать отвлеченно, а другое видеть своими глазами! По слухам, у маботов никогда не заканчивались патроны, они могли летать, прыгать и телепортироваться, и каждый в одиночку мог уничтожить целую армию.

Что же, после знакомства с Дунканом, в такое верилось весьма охотно.

― Пгйте, млр! — крикнула невнятно Пэгги, прикусившая язык. — Я вдух зсбй!

Сергей, тем не менее, понял ее, хотел крикнуть, что хватит с них Бёртона, но не успел. В небесах снова мелькнуло, и третий мабот пролетел, уже никуда не торопясь, развернулся и завис, неспешно целясь. Этот мабот был белоснежным, только плечевые щитки красные, и за спиной виднелись крылья, то ли украшения, то ли и правда необходимые, чтобы вот так зависать в воздухе.

Сергей вытолкнул полено, просунул палочку и выкрикнул, вспомнив Дункана:

― Бриллио!

Тройное лезвие, почти невидимое в воздухе, рвануло к маботу, и тот окутался на мгновение вспышкой щита, после чего вскинул правую руку, и та мгновенно удлинилась, превращаясь в огромную вытянутую пушку.

― Это Ланселот! — в бессильной ярости выкрикнул Барри.

Он выскочил из машины, на полном ходу, влетел в какое-то строение, мимо которого несся «Форрестер», но жертва оказалась напрасной. Мабот в небе выстрелил, ослепляющее копьё света ударило чуть сбоку от автомобиля, испепеляя дома, деревья, людей и дорогу, животных и птиц, оставляя после себя лишь огромную воронку. «Форрестер» швырнуло вбок, и несколько секунд они летели, кувыркаясь, Сергей даже успел рассмотреть печную трубу под собой, и затем снаряд первого мабота разорвал машину прямо в воздухе.

― Назад! — крикнул Сергей.

Пэгги снова начала резко тормозить, но в этот раз Сергей был готов.

― Там три мабота! — заорал он.

Пэгги рванула ручник, поддала газу, с визгом колес и дымом, разворачиваясь на месте, и рванула обратно, в ближайший лесок. Над машиной просвистели две вспышки, затем вокруг начали рваться снаряды. «Форрестер» кидало и швыряло, Пэгги орала что-то, неслышное за грохотом взрывов, и рядом стукался о потолок и кресла Барри. Сергей бросил взгляд назад и обомлел, раскрыл рот, и тут же его швырнуло, челюсть лязгнула, едва не откусив язык.

Но как было не замереть, когда там мчался мабот!

Бегущий пятиметровый робот, к тому же еще и стреляющий с двух рук! Пули рвали дорогу, словно ткань, взрывали асфальт, и то, что «Форрестер» метался туда-сюда зигзагом, неожиданно оказалось на руку. Мабот мазал, но при этом он сокращал дистанцию и да, патроны у него словно и не думали кончаться. Мимо мелькнуло что-то, какая-то мелкая легковушка пыталась съехать с дороги и спрятаться, но не успела. Вначале ее разорвало напополам взрывом, потом изрешетило пулями. Тела внутри дергались, и Сергей закричал в бессильной злобе, высунул руку.

Луч заклинания ударил и соскользнул с нагрудной бронепластины мабота, ушел в землю.

― Один из них летает! — крикнул он, вспомнив прошлую смерть. — Ланселот!

― Нам его не одолеть, — отозвался Барри.

Затем он рванул ткань сиденья, начал срывать его с места. Выходило откровенно плохо, Барри швырнуло вперед и назад.

― Милорд, зачаруйте его! — заорал он, указывая на сиденье. — Я выскочу и взорву ему ногу!

― Бесполезно! — заорал в ответ Сергей. — Смотри!

Ланселот обогнал их, развернулся и завис над дорогой, перегораживая путь. Пэгги еще пыталась отвернуть, но рука Ланселота уже начала удлиняться, снова превращаясь в огромный ствол-копьё. Сергей видел прошлую воронку и понял, что они никак не успеют. От такого не убежать. Судя по точке отката, он потратит все жизни здесь, в бессильных попытках одолеть трех маботов одной палочкой.

Что-то свистнуло, мелькнуло и «Ланселот» неожиданно упал грудой металла на дорогу.

В спине его торчал огромный топор.

Сергей еще пытался осмыслить увиденное, когда Пэгги вдавила педаль газа, и «Форрестер» почти что прыгнул с места, резко устремляясь вперед, мимо упавшего «Ланселота». Сергей подал еще магии в автомобиль, думая о том, что он хотел бы сделать машину прочнее. Не помогло, мабот за спиной еще ускорился, помчался по прямой, и очередь пуль вспорола задние колеса «Форрестера», снесла их, не заметив. Сергей еще попытался выпрыгнуть, но тут же ощутил, что взлетает к небесам, в огненном взрыве.

Что-то свистнуло, мелькнуло и «Ланселот» неожиданно упал грудой металла на дорогу.

В спине его торчал огромный топор.

― Из машины! — рявкнул Сергей, подавая пример.

Барри и Пэгги замешкались на мгновение, но тоже выпрыгнули, и очередь мабота вспорола автомобиль, прошлась, словно швейная машинка по ткани. Мабот ускорился, перенося огонь на Сергея, Барри и Пэгги, обстреливая тот участок поля, на котором они оказалась. Какая-то пшеница или не пшеница, трава, в общем, колыхалась под ветром, и Сергей рассчитывал спрятаться в ней, пока неведомый обладатель топора не придет на помощь, но тут же понял свою ошибку.

Пули вспарывали траву и землю, кромсали ее, и мало того, к ним добавился звук летящих снарядов.

― К «Ланселоту», милорд! — крикнул Барри.

Сергей вскочил, но тут же пригнулся, побежал, петляя, к сраженному маботу. За спиной грохотало и рвалось, впереди тоже все рвалось, пули взрывали землю, траву и асфальт, и Сергею казалось, что мир сошел с ума. Даже во время сражения в доме, не было этого ощущения, что вокруг одна лишь смерть, что бежать просто некуда.

― Вниз!

Барри навалился, вжимая Сергей в землю, и казалось, можно было ощутить, как пули проносятся над головой, задевают волосы и кожу.

― Прошу прощения, милорд! — заорал он прямо в ухо Сергею.

― Ходу! Ходу! — донесся злой крик Пэгги.

Она была уже впереди, вынырнула на мгновение и сумела отвлечь мабота на пару секунд. Тот перенес огонь на нее, и Барри с Сергеем одним рывком добрались до бессильно откинутой руки Ланселота, так и не ставшей копьем, упали и поползли вдоль нее. Запах горелой пластмассы и электроники мешался с какой-то кислой вонью, в которую вплетались тепло и запах нагретого асфальта, с нотками горелой резины.

― Мам, отбой! — крикнул Барри, не поднимая головы.

Трудно было ползти, не задирая головы и задницы, сливаясь с дорогой, но как раз этому Туки учили Парри, а значит и Сергея. Мабот перенес огонь, рука Ланселота едва заметно подергивалась от попаданий, но пока что не уступала.

― Батареи еще держат, — проорал Барри сзади.

Сергей не понял, что за батареи, раз мабот работает от мага, но не стал возражать. Мгновение спустя земля начала подрагивать, и он с ужасом вспомнил о втором маботе со снарядами, и подумал, что рука их от артобстрела не спасет.

― Справа, милорд!

Сергей чуть скосил глаза и увидел источник сотрясений: огромного… человека? Нет, великана, подсказала память Парри. Пониже «Ланселота», не пять метров, а три с половиной, но все равно огромный. В каких-то странных доспехах, словно в обтягивающем латексе, толстых ботинках и в шлеме с гребнем на голове.

― Э, злыш, зыгройде ушы, — прогрохотал великан, моментально оказавшись рядом с Сергеем и Барри.

Он выхватил нечто вроде зонтика и раскрыл его, выставив куполом над головами. В «зонтик» немедленно замолотили снаряды, тот гнулся, но не поддавался. Второй рукой великан небрежно подхватил топор, выдернув его из «Ланселота».

― Арольд Тчоппэр? — прогудел великан, перекрывая грохот рвущихся снарядов.

― Это я, я! — выкрикнул Сергей с земли.

― Хыражо, дыржыдес!

Пока Сергей осмысливал услышанное — мало того, что голос у великана был гулким, резонирующим, так еще и говорил он с ужасным акцентом, безбожно коверкая слова — сам великан схлопнул зонтик и рванул дальше. Слева появилась Пэгги, быстро-быстро приблизилась, пригибаясь и укрываясь за корпусом «Ланселота».

― Милорд?

― Я в порядке, — немного вяло ответил Сергей.

Барри даже говорить ничего не стал, переполз ближе. Сергей, честно говоря, ожидал, что сейчас Пэгги что-то да объяснит, но та выглядела такой же растерянной, как и он сам.

БАМ!

Сергей невольно выглянул, готовясь нырнуть в укрытие, но этого не потребовалось. Грохот, донесшийся до них, издал упавший оземь мабот. Точнее говоря, великан уронил его и тут же рубанул топором, отсекая руку. Вторая вскинулась, но великан ткнул зонтиком, отводя пулемет в сторону и тут же чуть подпрыгнул. Окованный металлом ботинок вспыхнул, проламывая маботу грудину. Ноги робота задергались, словно в конвульсиях.

― Сзади! — выкрикнул Барри.

Третий мабот чуть раздался, разноцветные лучи его пушек заплясали по фигуре великана, соскальзывая с латексной брони. Возможно, они и успели бы нанести ущерб, но великан немедленно отпрыгнул, подхватывая топор, и рванул к новому противнику. За его спиной рвались снаряды, отскакивая бессильно от поверженного второго мабота.

Мало того, великан вскинул топор, и с рукояти его сорвался огромный шар, фиолетово-лиловый, с плывущими разводами. Третий мабот пропустил шар мимо себя, но тот развернулся, поплыл обратно, заходя маботу в спину.

― Боевой полувеликан, — покачала головой Пэгги. — Не верю своим глазам.

― Может, просто великан с оружием? — усомнился Барри.

― Смотри, он магичит и речь, — возразила Пэгги, указывая на поле боя.

Великан не уступал маботу в скорости, мчался, словно грузовик. Пригибался, закрывался зонтиком, кидал заклинания топором, и сокращал дистанцию. Мабот несколько раз стрелял толстым лучом, засыпал великана снарядами, строчил из пулеметов, но тщетно. Когда великан был уже совсем близко, со стороны мабота донесся громкий хлопок и робот сразу прекратил стрелять.

― Ушел, телепортировался с кабиной, гад! — сжала кулаки Пэгги.

Сергей подумал, что не мешало бы ее расспросить, откуда она столько знает о маботах и тут же вяло ответил сам себе, что наверняка со времен работы на родителей Гарольда. Великан тем временем развернулся, побежал спиной вперед, закрываясь зонтиком и топором. Мабот взорвался, выбросив столб огня и света, и Сергей с Барри и Пэгги снова присели, укрываясь за «Ланселотом»

― Погодите-ка, — осенило его. — А он не взорвется?!

― Великан сразу убил пилота, без него не сработает, милорд, — заверила его Пэгги. — Знать бы еще, кто его послал.

― Мня звад Руберд Огр, — прогудело сверху, где обнаружился уже стоящий рядом великан. — Олфред Гомилдон пасылай, гавари зощещад Арольд Тчоппэр! Велкий мак Олфрэд Гомилдон!

Глава 10

― Сам Альфред Гамильтон! — радостно воскликнула Пэгги, первая расшифровавшая сказанное.

― Олфред Гомилдон, — кивнул великан.

Сергей невольно сглотнул. Нет, он был рад, что их вытащили из безвыходной, казалось, ситуации, но вот упоминание Гамильтона настораживало.

― Ехад, — махнул рукой великан.

Любопытство Сергея — на чем мог ездить такой здоровяк — оказалось быстро удовлетворено. Помесь кабриолета — с открытой крышей и здорового пикапа на мега-колесах, с переделанным и усиленным кузовом и измененной внутренней частью. В том смысле, что там было только одно кресло — для самого Руперта Огра.

― Огр — это указание на то, из какого он великанского племени, милорд, — шепнула Пэгги по дороге.

― А почему полувеликан?

― Бапа — чоловег, — пробасил Руперт. — Мак.

Кресло застонало, машина просела. Великанские размеры оставляли достаточно места остальным, пускай и без кресел. Вроде поездки в кузове грузовика, подумал Сергей. Мотор рыкнул, но тут же заработал тихо, и монстрокабриолет понесся вперед, выскочив из леса и проскочив мимо поверженных маботов.

― Скоро здесь будут остальные, — заметил Барри в пространство, — если уж маботы пошли в ход.

― Лагранжи рядом, — кивнула Пэгги сыну, — или как минимум, боевое крыло клана.

Она простецким жестом вытерла лицо рукавом, размазав грязь, села, подогнув под себя ноги, и привалилась к борту машины. Выдохнула устало.

― Э, злыш, орыжые дама, — сообщил Руперт, не отрываясь от руля.

Тот был грубым, огромным, словно лом согнули в некое подобие колеса. Сергею это смутно напомнило фильмы и игры постапокалиптической тематики. Тут до него дошло:

― Оружие?

― Орыжые, — кивнул Руперт.

Сергею очень хотелось расспросить его, подробно, но эта искаженная, скупая речь оставляла мало шансов на взаимопонимание и продуктивный диалог. Еще раз окинув взглядом латексную броню и подумав, что не помешало бы обзавестись такой же, Сергей сдал назад.

― Точно, оружие, — сказал Барри.

Имитация багажника была прикрыта изнутри каким-то куском фанеры, и за ним обнаружилось несколько ящиков. Патроны, пистолеты, ружья, автоматы, даже гранатомет. Причем обычных, человеческих размеров, то есть Руперт, собираясь в эту поездку, прихватил оружия для Гарольда и его сопровождающих. Знал? Или может просто всегда с собой возил такое?

Вопросы, однако, не помешали ему брать оружие и пытаться замагичить его. Ярость внутри стихла, магия выходила наружу неохотно, через силу. Палочка приятно грела руку, но что с ней делать еще, Сергей не знал. Спрятать в рукав? В одежду? В футляр?

― Ма…Пэгги, — произнес он тихо, едва не перескочив на привычное для Парри обращение.

― Милорд? — чуть склонила голову та.

― Я бы хотел поговорить о, — он указал глазами на спину Руперта.

Тот держался за руль, громко бибикал, что-то ворчал под нос, словно перекатывал мешок с камнями. Они уже проскочили селение, рядом с которым состоялась битва с маботами. Испуганные жители выглядывали из-за окон, прятались, когда машина Руперта приближалась к ним. На центральной площади топтались в нерешительности двое полицейских, но при виде машины Руперта сразу как-то сдали назад, отскочили к ограде из тщательно постриженного в форме конуса кустарника.

― Его прислал Альфред Гамильтон, милорд, — ответила Пэгги, — и он спас нас.

― Олфред Гомилдон великай мак! — обернулся и кивнул Руперт. — Друк Тчоппер!

Сергей невольно цокнул с досадой, опять чуть не прикусив язык, так как Руперту именно в этот момент приспичило резко зайти на обгон, с вихлянием, мотылянием и ворчанием. Подрезанный водитель, правда, вначале не понял, кто перед ним и начал бешено бибикать, что-то заорал, высунувшись из окна.

― Тихха! — рыкнул Руперт, высовывая в ответ наружу свой трехметровый топор.

Крики за спиной сразу стихли.

― Я не про то, можно ли ему доверять, — вздохнул Сергей, — а…

Попытавшись подобрать слова, он понял, что взялся за непосильную задачу. Во всяком случае, здесь и сейчас. Объяснять про Мать-Магию, задачу убить Гамильтона, тысячу жизней, подозрительность появления полувеликана Руперта? Нет, Пэгги это была Пэгги — свою готовность отдать жизнь за Гарольда она уже продемонстрировала неоднократно. Но обсуждать убийство Гамильтона в присутствии полувеликана, несомненно, преданного ему душой и телом? Да еще и с острым слухом?

Самоубийственный план.

― Ладно, потом, — махнул рукой Сергей.

Покрутил головой, осматриваясь. Все тот же пейзаж, урбанизированная сельская глубинка, поля, селения, дороги и автомобили. Ветер в ушах и в лицо, синее небо над головой, словно впереди пикник и никаких забот. Мелькнула табличка с указателем «…вуд 2 мили».

― Как скажете, милорд, — кивнула Пэгги.

Тут Сергея осенило новой мыслью.

― Мы можем отправиться за Бёртоном!

Еще бы, с таким боевым великаном, разделавшим трех маботов под орех, казалось, никто не устоял бы! Тем более что это был не абы кто, а Бёртон — отец Парри, и в целом преданный слуга Гарольда, как оказалось.

― Милорд, — неуверенно пробормотала Пэгги.

― Что не так? — резче, чем хотел, спросил Сергей.

Опять наваливалась усталость. Усталость, голод и холод.

― Милорд, мой муж, — чуть спотыкаясь, начала говорить Пэгги. Остановилась, тихо всхлипнула, но потом продолжила решительно. — Он выполнил свой долг, и если мы вернемся, то вы опять окажетесь в опасности!

Сергей указал взглядом на спину Руперта. Барри, привалившийся к противоположному борту, делал вид, что разговор его не касается, со скучающим видом обозревал окрестности. Ветер трепал его черные волосы, но Барри это, казалось, не беспокоило, в отличие от самого Сергея, которому казалось, что его сейчас продует и начнется воспаление в ушах.

Глупость, конечно, ведь это было тело Парри, закаленное, выносливое и крепкое, но усталость брала свое.

― И получится, что он не выполнил свой долг! — продолжала Пэгги. — Нам, похоже, повезло, в маботах были младшие маги, не сообразившие вовремя, что происходит.

― Один сбежал, — указала Сергей.

― Вы правы, милорд, возможно, сейчас он уже вернулся и привел за собой еще магов. Но мы оторвались и выиграли время, хотя на границе нас, скорее всего, будут ждать.

― Перекроют всю границу?

В животе квакнуло, потом заурчало, а Сергей сообразил, что опять ляпнул глупость. Достаточно только засечь их, тут же подать сигнал или позвонить, и в указанную точку сбегутся маги. Возможно, прямо в маботах — телепортацией.

― Да и граница ненадежна, милорд, — махнула рукой Пэгги.

― Почему?

― Простите, милорд, вы голодны, а я…

― Не надо, — прервал ее Сергей. — Если мы остановимся поесть — то все умрем, уж это я понимаю.

― Эда? — рыкнул Руперт, оборачиваясь.

Ручища его, оставив руль, скользнула куда-то вглубь брони, и на свет появился сдавленный в лепешку бутерброд. Или какое-то его подобие. В любом случае, в кармане Руперта он сплющился в блин, превратившись в этакую импровизированную пиццу.

Но пахло вкусно.

― Шпашиба! — запоздало сказал Сергей, откусив огромный кусок.

Пришла мысль об отравлении, но он от нее отмахнулся. Стоило ли их спасать, чтобы отравить? Разве что несовместимостью еды, чем там питаются великаны? Конечно, магия — это магия, но мысль о том, что папа Руперта — обычный человек, как-то не укладывалась в голове. Может, он в великана перекидывался? Стоило бы спросить, но опять, захочет ли Руперт объяснять и если да, то, сколько сил придется потратить на попытки его понять?

Руперт что-то пророкотал, взмахнув рукой.

― Так что там с границей? — вздохнул Сергей.

Нет, он мог бы, наверное, приказать мчаться за Бёртоном, но стал бы Руперт его слушать? И, правда, вдруг они сами влетели бы в безнадежную ситуацию? Нет, портить отношения с человеком, ладно, великаном Гамильтона определенно не стоило. Тем более, таким великаном, который мог сразить мабота в бою.

― И с родом Чоппер, если уж на то пошло, — продолжил он, выстроив ассоциативный ряд с Бёртоном.

― Вы правы, милорд, одно связано с другим, — уважительно отозвалась Пэгги. — И с нашей… вашей поездкой тоже!

В небе вроде было чисто, на дорогах тоже, Барри бдил, и Сергей позволил себе немного ослабить бдительность насчет врагов, сосредоточившись на рассказе Пэгги. Тем более что ее рассказ имел непосредственное отношение к его будущему.

Гибель родителей Гарольда не только обезглавила Род Чоппер, но и внезапно ослабила весь клан. Сила крови, работа с артефактами, бывшая благословением, внезапно стала проклятием. Главная сокровищница Рода, хранилище артефактов клана, казна, все это замыкалось на кровь родителей Гарольда и никто не смог их открыть. Нет, у Гарольда, как выяснилось, хватало родственников (в этом месте глаз Сергея невольно дернулся), но защиты вышеуказанных мест замыкались на родителей и самого Гарольда. Родственники сумели открыть все остальное — все же сила крови была с ними, но основные сокровища внезапно оказались недоступны.

Равно, как и сам Гарольд.

Пэгги не присутствовала лично в тех событиях и сразу сказала, что пересказывает все со слов мужа. Семья Курс, как вкратце пояснила Пэгги, относилась к числу младших, лишь недавно принятых в клан. Сестра Бёртона, Мария Курс, пробудила магию и способности, и их приняли. Нападение было коварным, внезапным и ясно указывало, что к нему причастен кто-то из своих, ближайших родственников, посвященных в планы родителей Гарольда. Мария Курс так и осталась навсегда горсткой пепла на полях Суррея, а Бёртон все же вырвался, унося с собой предсмертную просьбу Розы Чоппер — защитить ее сына, Гарольда.

Бёртон поклялся своей жизнью и потом, вслед за ним, поклялась и Пэгги, и Барри, когда подрос.

― Так если враги предусмотрели всё, — нахмурился Сергей, — почему не захватили Гарольда?

― Они рассчитывали использовать младенца, вас, милорд, как ключ-отмычку к сокровищнице клана. Прямо похитив вас, они бы выдали себя, да и не требовалось им похищать. Ваши родители погибли, управление взяли б другие родственники, собственно, ваш двоюродный дядя Альфард сейчас и управляет Родом и Кланом. Они были бы словно регентами при вас, понимаете? Никто ничего не заподозрил бы.

― Тогда я не понимаю, почему… ааа, Бёртон.

― Да, он примчался весь в крови, неся с собой предсмертную просьбу Розы Чоппер, и мы сбежали. Нас объявили преступниками, конечно, долго искали, нам приходилось постоянно переезжать, пока мы не обосновались у Лагранжей. Альфред Гамильтон помог нам замаскировать вас, поставил защиты и сказал, что когда день придет, вам, милорд Гарольд, надо будет явиться в Чоппер-мэнор и вступить в наследство.

― Тогда давайте я явлюсь туда один, не подвергая вас опасности, — подумав, сказал Сергей, — а когда вступлю в наследство, объявляю о вашей невиновности.

― Милорд, — немного побледнела под грязью Пэгги, — вас убьют!

― Разве без меня они смогут открыть сокровищницы?

― Как раз без вас — смогут. Не сразу, но смогут. Накопят силы крови, ослабят защиты и вскроют, в случае вашей гибели, защита перешла бы в пассивное состояние, как раз на такой случай, чтобы Род не остался окончательно без своих запасов.

― Как все сложно, — нахмурился Сергей. — А зачем им меня убивать, если я открою сокровищницы?

― Так вы же станете Главой Рода, милорд! — воскликнула Пэгги. — По праву наследника и силы крови! Род Чоппер за это время сильно ослаб, вы можете спросить с тех, кто это допустил, казнить их и сам Император вам слова лишнего не скажет! Вы наверняка начнете расследование гибели родителей и предательства, и кто знает, можете и найти тех, кто ударил им в спины.

― Если это затевалось с целью взятия власти и артефактов, то долго искать не придется, — криво усмехнулся Сергей, не ощущая, впрочем, никакой радости.

Мысль продолжилась, придя к своему логическому завершению — не получится просто попросить помощи у ближайшего представителя клана Чоппер. Даже если ему поверят, допустим, ему поверят, если он предъявит силу крови, то об этом же немедленно станет известно верхушке, так? А раз они хотели его убить и справились с родителями, которые точно были сильными магами, то и с самим Гарольдом справятся.

― Вы понимаете, милорд, — с неожиданной горечью произнесла Пэгги. — Но мы клялись служить Роду Чоппер и сдержим свою клятву! Ваше возвращение поможет Роду снова подняться, позволит ему расцвести!

― Поэтому вы хотели незаметно приехать и проскользнуть?

― Да, милорд, чтобы никто не успел насторожиться. Как только вы вступите в наследство по праву, всем придется склониться перед вами.

Сергей моргнул. Что-то во всем сказанном было неправильно, царапало слух. Затем до него дошло.

― Мои родители были главами Рода?

― Ваш отец — Джонатан Чоппер, был главой Рода, да, милорд, — ответила Пэгги, — так как ваша мама, Роза Чоппер, относилась к так называемой новой крови.

Сергей опять моргнул, но уточнять не стал.

― Стало быть, склонение перед ним не помешало родственникам предать и ударить ему в спину?

― А… а…, - Пэгги несколько раз открыла и закрыла рот, потом призналась. — Не знаю, милорд.

Хорошенькое дело, подумал Сергей зло, лезть прямо в пасть хищникам! Но ресурсы нужны будут, без них даже великана Гамильтона не победить, не то что самого Гамильтона.

― Э, злыш, — повернулся Руперт, словно услышав мысли Сергея. — Гадовдэс.

Глава 11

С этими словами он нажал что-то на панели и резко свернул с основной дороги, вламываясь в лес на обочине. Проскользнул между несколькими деревьями, остановился метрах в двадцати от дороги. Сергей каким-то шестым чувством ощущал, что в машине гудит нечто иное, создающее вокруг словно толстую пленку.

Он напрягся, крепче сжимая оружие, и отметил, что Пэгги тоже напряглась, а Барри придвинул к себе гранатомет. Непонятно было, пробьет здоровяка выстрел, пускай даже в спину и в упор. После увиденного сражения с маботами, Сергей был готов поверить во что угодно.

―Скрыд, — прогудел Руперт. — Десяд минуда.

Он нажал еще кнопку, и сбоку открылось нечто вроде бардачка, откуда выкатился сверток. Руперт небрежно метнул его за борт, что-то дернув, и сверток начал шипеть и разворачиваться, превращаясь в огромную палатку.

―Портативный дом! — воскликнула Пэгги.

―Дом, — кивнул Руперт. — Йа уводид погоня. Вы ехад. Десяд минуда.

Сергей в это время обернулся посмотреть, не видно ли их с дороги, и с удивлением увидел, что и следов за ними уже никаких не осталось. Словно и не вламывалась машина.

―Милорд, — произнесла Пэгги.

―Да, — кивнул Сергей, выпрыгивая наружу.

Но все равно, он потерял еще с десяток секунд на входе. Палатка снаружи выглядела большой, но все же палаткой. Внутри же это действительно был дом, хотя тут скорее подошло бы слово склад. Вода и душ, оружие, мотоциклы и старый «Касл» 70-го года, неопределенно серого цвета, патроны и инструменты, спальные мешки и плита с подсоединенным газовым баллоном.

―Милорд, прошу вас, у нас десять, нет, уже девять минут! — воскликнула Пэгги.

Сама она прошла вперед, ничуть не стесняясь, сбрасывая с себя одежду. Сергей невольно засмотрелся на крепкую, подтянутую попу, но тут же спохватился и стыдливо отвел взгляд. Слегка обвисшая плоская грудь, вытянутое некрасивое лицо, возраст и воспоминания о том, что он много лет считал ее мамой, сбили внезапный прорыв гормонов.

Барри уже тоже скидывал одежду и переодевался.

―Каков план? — спросил Сергей, присоединяясь к всеобщему раздеванию.

―Переодеться, смыть грязь, замазать раны, — быстро начала отвечать Пэгги, — взять транспорт, оружие и продолжить поездку, милорд.

―Мотоциклы, — прищурился Сергей.

В этом был смысл. Мобильность и возможность проехать почти где угодно, объехать пробку и заграждение, закрыть голову шлемом, не вызывая подозрений у окружающих. Сам он не умел на них ездить, но вот Парри и Барри учили. Немного, в рамках образа. Риск, конечно, но что сейчас не являлось риском? Следовало удирать как можно быстрее.

―Мотоциклы, милорд, — кивнула Пэгги.

Она уже втискивалась в мотоциклетный костюм, и Сергей невольно подумал, что если такой зачаровать на крепость, то и разбиться будет не страшно.

―Меньше смывать, — продолжала Пэгги, открывая краны.

Вода шла самотеком из огромного бака. Или, возможно, создавалась магией прямо в кране, Сергей решил не вдаваться в детали. Сейчас важнее было умыть лицо — мало ли где придется снять шлем — и быстро собраться.

―Заправлены и ухожены! — крикнул Барри, осматривавший мотоциклы. — Оружие, милорд?

―Вы что-то посоветуете? — спросил в ответ Сергей после секундного колебания.

―Да, милорд, — тут же отозвалась Пэгги, которая уже стремительно умылась.

Барри занял ее место, а сама Пэгги сместилась к зеркалу. Открыла стоящую там коробку, зачерпывая двумя руками влажную массу и растирая ее по лицу и голове.

―Пистолеты, милорд, — продолжала она немного невнятно, так как водила руками по лицу. — Их можно скрыть под курткой, от людей точно сможем отбиться.

―А от кентавров? — невольно заинтересовался Сергей.

―Если вы их зачаруете, милорд, — ответила Пэгги, повернувшись.

Влажная масса впитывалась в ее лицо на глазах, царапина на щеке исчезала, равно как и прочие следы сражений. Волосы, как в рекламе, стали гладкими шелковистыми. Любительница мотоциклов, ухаживающая за волосами, никак не домохозяйка и не отчаянная воительница.

―Заживляющий гель-шампунь, — пояснила Пэгги, опять невнятно, так как держала в зубах заколку.

Руки ее сплетали волосы в пучок. Сергей принялся умываться, потом понюхал влажную массу. Пахло чем-то хвойным, но очень отдаленно, словно когда-то в емкости держали елку.

―Эксклюзивный продукт клана Лоддард, приносящий им треть всех прибылей, но он того стоит.

Барри уже намазывался, и Сергей последовал за ним. Пэгги тем временем отобрала пистолеты, нашла уже снаряженные обоймы. Быстро, слаженно, чётко, и Сергея опять посетило ощущение, что он лишний в этом механизме, тормозящая всех деталь. Воспоминания Парри помогали, но все же автоматизм сбоил, заставлял терять секунды.

―Попросите у Руперта карту, милорд, — напомнила Пэгги перед выходом.

Сергей чуть не ляпнул про смартфоны, джипиэс и спутниковые карты, но вовремя прикусил язык. Магфоны тут имелись, но опять — для магов и богатых добропорядочных горожан. Тукам вполне хватило бы и того, и другого — и денег, и добропорядочности — чтобы обзавестись таковыми, но вот беда, по слухам во всю магтехнику встраивались следящие заклинания. Обычный человек никак не мог их снять, что, конечно, не было препятствием для криминала, но тут важнее было другое — магфоны могли представлять опасность, в плане слежки и прослушивания, и поэтому Туки ими не пользовались.

Руперт поджидал их, невозмутимо полируя рукоять топора.

―Эдем, — тут же поднялся он.

―Скажите, Руперт, у вас найдется карта? — спросил Сергей.

―Карда! — великан хлопнул себя по лбу.

Звук был такой, словно он треснул бревном по камню. Руперт залез в «бардачок» и извлек оттуда карту.

―Маккарда! — горделиво провозгласил Огрид. — Великий мак Олфред Гомилдон для Арольд Тчоппер!

Сергея слегка перекосило, но он сдержался и карту выбрасывать не стал.

―Здэся, — ткнул пальцем Руперт в карту, едва не порвав ее и накрыв половину Суррея и окрестностей. — Йа уводид погоня. Вы ехад.

―Но…

―Милорд, — едва слышно шепнула Пэгги, указывая на автомобиль.

Сергей поперхнулся на полуслове. Там словно бы сидели они втроем. Нет, если присмотреться, становилось видно, что это манекены, но на полной скорости разве такое разглядишь? И схожесть лиц — просто потрясающая. Нет, все было понятно — магия, но за девять минут сотворить такое?

―Дубэл, — удовлетворенно кивнул Руперт. — Великий мак Гомилдон! Бращевайде!

С этими словами он погрузился в машину и просто сдал назад, выезжая обратно на дорогу. Махнул рукой, поддал газа и помчался прочь.

―Выждем немного? — спросил он.

―Да, милорд, это будет разумно, — кивнула Пэгги.

Дорога была пуста, но они все же сдали чуть назад, прячась за деревьями, чтобы их нельзя было увидеть с первого взгляда.

―Почему он так говорит? — спросил Сергей. — Руперт, в смысле?

―По правде говоря, милорд, я удивлена, что он вообще говорит, — немного смущенно отозвалась Пэгги. — Гортань великанов не приспособлена к человеческой речи, у них свой язык и обычно они живут отдельно, своими племенами, чтобы не создавать проблем из-за разницы в росте, весе и речи.

―Так у него же отец был маг, нет?

―Боюсь, что вы немного неверно поняли, милорд, — еще больше смутилась Пэгги. — Эмм… сомневаюсь, что он… эмм… любил какую-то великаншу… и они… это…

И это при том, что тому же Парри и Барри в свое время была спокойно прочитана лекция об основах размножения, откуда берутся дети, объяснены меры защиты и контрацепции. В этом вопросе данный мир был как-то раскованнее своего земного аналога, насколько мог судить Сергей. Вряд ли он сумел бы перечислить все детали, но ощущение имелось.

Впрочем, это могло и подождать.

―В общем, великаны и маги несовместимы, и попытки ускорить их размножение искусственным путем провалились, — сказала Пэгги и тут же пояснила. — Видите ли, милорд, у них от природы высокая сопротивляемость магии, что вкупе с физической мощью, делает их грозными противниками для магов. Поэтому искались способы увеличить их численность, для нужд обороны и нападения, а также как-то дать им возможность колдовать. Сколько я слышала, постоянно шли разговоры о таких вот боевых полувеликанах, как Руперт, но живьем я ни одного не видела. И не слышала. И до этого дня думала, что это невозможно.

―Нашелся, значит, умелец, — глубокомысленно изрек Сергей.

―Да, милорд, — совершенно серьезно ответила Пэгги. — Подозреваю, что это кто-то из учеников Гамильтона занимался, по заданию Императора, поэтому все сохранилось в тайне. Смотрите, он умеет колдовать, сохранил отчасти сопротивляемость магии, а также рост и вес. Умеет говорить, нормально соображает, водит машину.

―Императора? — переспросил Сергей.

Еще только внимания Императора ему не хватало!

―Вы же видели схватку, милорд, — покачала головой Пэгги. — Мэноры Священных Родов — неприступные крепости, но вне их основную боевую мощь кланов, помимо магов, составляют маботы. Конечно, опытный маг с силой крови побьет и мабота, но это, как правило, маги, собственно Священных Родов, тогда как в маботов можно сажать и просто магов, не настолько сильных, и роботы все равно будут действовать.

―Полувеликаны могут стать оружием против маботов, милорд, — добавил Барри.

―Верно, сынок, — одобрительно отозвалась Пэгги. — Личная гвардия Императора, как еще один способ держать кланы в кулаке.

―Понятно-о-о, — протянул Сергей. — Интересно.

Особенно насчет еще одного способа. Как сейчас Император держал кланы в кулаке? Возможно, что-то пригодилось бы самому Сергею, дабы удержать в кулаке клан Чоппер? Уже было понятно, что в одиночку он Гамильтона не заборет, если, конечно, не потратит предварительно десяток, а то и сотню лет на подготовку. И то, с ресурсами клана готовиться точно выйдет веселее и быстрее.

Запоздало пришло воспоминание о словах Мать-Магии, что никто из местных не справился. Наверняка, среди них был опытные маги, уж точно сильнее Гарольда. Стало быть, требовалось вступить в наследство, объявить себя главой Рода, сгрести клан в кулак и потом этим кулаком прибить Гамильтона.

―И, разумеется, для войны с соседями, милорд, — добавила Пэгги.

Извечные враги Британской Империи, Франция и Германия, подсказала память.

―Конечно, — кивнул он в ответ.

Помимо двух мировых войн, из которых вторая прошла в ином, уже магическом формате, постоянно вспыхивали локальные конфликты из-за колоний и в самих колониях. Война в Европе, между гегемонами, Британией, Францией и Германией, вспыхнула только раз, в 68-м, но зато от души. Именно ее именовали Второй Магической, иногда путая со Второй Мировой, которая считалась Первой Магической.

Зато, как с удивлением понял Сергей, в этом мире не было ядерного оружия. Конечно, по степени разрушительности, магические бомбы и иные изыски магической мысли, местами не уступали тактическим ядерным зарядам, но они уж точно не несли с собой километровых грибов, выбрасывающих пыль в атмосферу всей планеты, радиации и продуктов распада, способных излучать годами, и прочих гадостей атомного оружия.

―Но если полувеликанов станет много, то, наверное, появятся и маботы против них?

Извечная гонка брони и снаряда. Если обычные великаны плоховато соображали и не могли магичить, то маботы, надо полагать, с ними справлялись. За счет снарядов и пуль, хотя бы, если уж магия плохо брала великанов.

―В любом случае, — продолжил Сергей, — это дело будущего и сейчас у нас другие заботы.

―Да, милорд, — согласилась Пэгги. — Думаю, прошло уже достаточно времени и можно выезжать. В первом же населенном пункте сориентируемся по карте и проложим новый маршрут. Пообедаем.

Пообедать звучало отлично. В доме-палатке нашлась пара шоколадок, но этого явно было недостаточно. Желудок пока еще не квакал и не урчал, но явственно намекал, что не отказался бы перекусить. Заживляющий гель помог, взбодрил и снял усталость, но и ощущение голода усилилось. Мозг тут же подсунул воспоминания о гречке с котлетами, от Сергея, смешав их с воспоминаниями Парри о ростбифе и картошке.

―Конечно, если это будет безопасно, милорд, — спохватилась Пэгги. — Можно купить по дороге что-нибудь в магазинчике или на вынос, и потом свернуть в укрытие, поесть там. Просто я беспокоюсь…

―Не надо объяснять, — повел рукой Сергей.

Объяснений и правда не требовалось, материнский инстинкт кормления птенцов в ней явно взял верх, несмотря на опасность.

―В путь, — бросил он, взбираясь на мотоцикл.

Немного опасно, но не слишком и тащить на руках мотоцикл до дороги не хотелось. Пара ямок? Плевать, подвеска выдержит, да и цель не так, чтобы уж слишком далеко. Если бы не помехи со стороны местных хозяев, они уже давно были бы в Суррее, а может даже и неподалеку от Чоппер-мэнора.

―Я первой, милорд, если не возражаете, — сказала Пэгги. — Барри замыкающим.

Сергей не стал возражать, кивнул. На одинаковых мотоциклах, в одинаковых костюмах и шлемах они смотрелись отнюдь не семьей, скорее группой друзей, выбравшихся покататься. Возможно, это было плюсом к маскировке, Сергей не знал. Несмотря на всю подготовку Парри, магическую матчасть врагов он знал плохо — не учили, из опасения повредить печать защиты, надо полагать.

―Остановимся в селении, сориентируемся, потом решим, — повторила Пэгги.

Сергей кивнул еще раз. Толковый план, да и отсутствие смертей каждые пять минут, располагало к оптимизму.

Глава 12

Как выяснилось, они действительно находились недалеко от Суррея. Проскочив Хорли и въехав в графство, они молчаливо решили отъехать немного, прежде чем расслабляться и останавливаться. Возможно, стоило бы мчаться и дальше, но живот Гарольда уже сводило и неясным оставалось, сколько еще проблем впереди. И позади — поведение Дункана Малькольма ясно демонстрировало, что почем. Ведь не у себя же находился, а все равно Эветты и остальные гнулись перед ним.

В общем, нарваться на проблемы теоретически можно было даже перед воротами Чоппер-мэнора, раз клан ослабел, то Лагранжи вполне могли явиться и туда. Терять им все равно нечего — и без того кровная вражда с Чопперами. Поэтому Сергей ограничился лишь некоторыми мерами предосторожности — остановился не в селении и не в городке, а по дороге. Заправочно-гостиничный-обслуживающий комплекс, в котором, как понял Сергей, можно было, и отдохнуть, и заправиться, и весело провести время, потратить деньги и все остальное.

Заправив мотоциклы, они уселись за столик на террасе.

―Мы выехали на пикник, — заметил Сергей. — Все, как обычно.

Он помог Пэгги сесть.

―Спасибо, Парри, — произнесла та, не став ничего добавлять про мамочек и помощь.

На площадке никого не было, лишь в дальнем углу вяло ковырял вилкой жаркое какой-то могучий дальнобойщик. Намек Сергея был понятен и прост — никаких милордов, ничего подозрительного. Даже если Лагранжи объявили их в розыск и объявили награду, то здесь, в Суррее их власти не было. И, если повезет, ориентировку они рассылали не на Гарольда Чоппера, а на семью Туков — террористов и убийц.

Симпатичная официанточка приняла заказ.

―Пока что все спокойно, — сказал Барри.

Он зевнул, потянулся, до хруста костей, заодно сканируя местность.

―Не люблю толпу, — поморщилась Пэгги.

―Может, посмотрим новости? — предложил Сергей.

―Внутрь идти, неохота, — отмахнулся Барри.

―Мы выехали на природу, сын, — строго сказала Пэгги. — Наслаждайся, оторвись уже от своей стеклянной соски!

Оба были в образе, искренне, честно и правдиво. Сергея, честно говоря, это немного пугало. Чтобы отвлечься, он начал думать про еду, благо особых усилий прилагать не требовалось. Еда. Самые знаменитые сети фаст-фуда, вроде МакДональдса, БургерКинга и КФС, здесь были неизвестны — возможно, они так и не сумели выйти за пределы США или даже не появились, так как события истории здесь пошли по другому пути.

США не стали мировой сверхдержавой, зато Британия ей осталась.

В противовес им здесь, в этом мире, имелась своя сеть закусочных быстрого приготовления, под общим названием «Чайный клипер», с намеком на скорость приготовления и чай. Парри там нравилось, хотя Пэгги и поджимала пренебрежительно губы при упоминании «клипперных».

―Прошу вас, — официанточка улыбнулась широко Барри, сгружая еду с подноса.

Сергей лишь улыбнулся слабо — Барри всегда привлекал девушек больше, чем Парри. Черт знает почему, вроде и телосложение у них было примерно одинаковое, и сходство имелось, как ни крути, и ходили они везде вместе, а все равно. Барри и улыбки, и пуговку на блузке лишнюю расстегнут, и номерок готовы дать, а Парри — ну, не совсем пустое место, но никаких восторгов.

А вот был бы Парри при параде Гарольда Чоппера, можно не сомневаться, официанточка смотрела бы только на него преданным взором. Еще бы, маг! Не просто маг, наследник Священного Рода Чоппер! Только помани пальцем и она отдалась бы ему прямо здесь, повизгивая от счастья.

Сергей смутился дурных мыслей, зато Парри внутри словно оживился. Припомнилась Изольда с соседней улицы, которая так ему нравилась, так нравилась, что у Парри прямо все обмирало внутри. Ну и что, что Лагранжи были кровниками? Разгромить их! Отомстить за то, как они гоняли самого Парри! И за Бёртона и всех остальных отомстить! А потом въехать на маботе в город, небрежно так спрыгнуть…

Сергей помотал головой, сообразив, что слишком увлекся чужими фантазиями.

―Горячо? — участливо спросила Пэгги.

Очень горячо, подумал Сергей про себя. Парри уже успел жениться на этой Изольде и заделать ей близнецов, прежде чем Сергей прервал полет его фантазии.

―Нормально все, — чуть кашлянул он. — Просто задумался.

―Главное не поперхнись, — заботливо напомнила Пэгги.

Девушки. Ну да, Парри был как раз в том периоде, который Сергей уже благополучно миновал. И то, что мир тут в плане сексуального просвещения и принятия соответствовал современности Сергея, помогало Парри не особо. Сейчас это было вдвойне неуместно, и Сергей отодвинул мысли в темный угол, пообещав, что для этого будет время, потом, когда он станет настоящим Гарольдом Чоппером, а не потенциальным. Мысли нехотя, со сладким томлением, отодвинулись.

―Осмотрим парки? — предложил он.

Настоящей их целью был Гилфорд, но в рамках легенды они выехали на природу. Наверное. Как-то не обговорили детали, и теперь таковые не придумывались. Да и к Гилфорду можно было проехать как раз через эти самые лесопарки.

―Нет, — неожиданно мотнула головой Пэгги. — Там рядом магический заповедник, не стоит к нему приближаться.

Магический заповедник клана Чоппер, надо полагать, вяло подумал Сергей. Еда придала сил, но одновременно с этим словно обессилила его душевно. Выдернула стержень. Не хотелось никуда бежать, драться, стрелять, стремиться. Словно он уже всего добился или знал, что впереди нечто страшное и хотел увильнуть.

―Я бы предложил просто сделать заезд на дистанцию, посмотреть, как себя поведут колеса, — не понижая голоса, произнес Барри.

Смачно откусил кусок душистой булочки, добавил.

―А в следующий раз уже уверенно планировать маршрут. Мы же хотели обкатать? Надо сразу дать условий, чтобы потом не ремонтироваться в лесу.

―Молодец, сынок, — кивнула Пэгги.

Сергей же задумался, что если это разыгрывается для неведомых подслушивателей и наблюдателей, то смогут ли их опознать по голосу, например? Или виду? Ладно, Гарольда не смогут, но ведь Пэгги служила главе клана? Более того, родственники Гарольда могли ее помнить. Про Лагранжей и говорить нечего, все, кто был с Гарольдом, наверняка уже занесены в особые папки, их личная жизнь рассмотрена под микроскопом и препарирована.

Но каков был шанс, что тут, посреди дороги, в случайно выбранном кафе, их подслушивали? Или Курсы следовали принципу «не расслабляйся никогда, играй свою ты роль всегда?» Вполне могло быть. Вон как они моментально переключились на «милорда» и тут же сдали назад, к «сыну Парри», когда это потребовалось.

Ерунда и мелочь? Возможно.

Или нет, если и правда подключится верхушка Чопперов. Сергей невольно представил себе, как ломится к некоему тайному замку, а враги прут такой плотной толпой, что он в них просто вязнет, не успевая разбрасывать, и снова помотал головой.

―Нужно ехать, — пояснил он. — Слишком тут хорошо и мирно. Расслабляет.

―Хорошо, расплатимся и поедем, — кивнула Пэгги.

В этот раз все было спокойнее, никто не перекрывал дороги, из-за домов не выскакивали маботы, в небе не носились маголеты. Хотя нет, несколько раз они проносились, но куда-то мимо, не за «Гарольдом Чоппером и сопровождающими его лицами». Правил не нарушали, поэтому изредка встречающиеся им полицейские лишь провожали ленивым взглядом или вообще не обращали внимания на тройку мотоциклистов. Собственно, не успели они и глазом моргнуть, как домчались до Гилфорда — без препятствий и попыток убийства это была лишь дорога, причем не самая длинная — около тридцати километров.

Правда, потом они все же влетели в небольшую пробку — пропускали какую-то колонну.

―Смотрите, — указал Барри вправо.

Там, сквозь стекло, виднелся большой телевизор в пабе, и на экране телевизора как раз показывали какую-то большую драку, в середине которой мелькала очень знакомая черная латексная броня. Сергей чуть прищурился, пытаясь рассмотреть бегущую строку, но не преуспел.

―Что там такое, сынок? — спросила Пэгги.

Признаться честно, да, Сергея тянуло бросить все, войти в паб и уставиться на экран. Полюбоваться чужой дракой, тем, как Лагранжам, похоже, взвесили по полной, как они сами неоднократно взвешивали Гарольду. Если бы не козырь в виде отката в прошлое, никогда Гарольд Чоппер не ушел бы от них. Возможно, прямо сейчас его пытали бы… хотя нет, скорее всего, просто убили бы, а потом уже взялись издеваться.

Тут ему пришла в голову новая, неожиданная мысль.

―Какая-то большая драка и с маботами, мам, — подпустил озабоченности в голос Барри. — Как бы нам потом не пришлось объезжать и давать круга.

―Ничего, я захватила с собой запас денег, дозаправиться сможем, — успокоила его Пэгги.

Да, денег из дома-палатки они тоже прихватили, но мысли Сергея сейчас крутились вокруг другого вопроса. Могли ли Чопперы быть в сговоре с Лагранжами? Удар в спину от своих — но кто сказал, что родственники Гарольда делали все сами? Наоборот, удар от Лагранжей был бы идеален, кровники напали и все тут, чего расследовать? Свои лишь вступили с ними в сговор, провели тайно по дорогам, открыли возможность.

Волна тревоги поднималась и росла, захотелось начать вертеть головой в панике, выискивая следы засады Лагранжей. Сергею пришлось напомнить себе, что никто не знает о них, что Гарольд Чоппер здесь, все думают, что он там, с Рупертом Огром. Курсы то ли знали больше, чем говорили, то ли просто предусмотрели изначально, но план — приехать незаметно, не афишируя и не выдавая себя — демонстрировал все большую и большую разумность. Если бы Сергей-Гарольд не выдал себя магией… тут его снова ожгло тревогой.

У Лагранжей стояла сигнализация на магию Чопперов — Гарольда сразу вычислили. Наверняка, от такого есть защиты, но он им пока не обучился. В дороге он магичил и в целом ехал без защиты, поэтому их так быстро находили? А как же взрыв-конверт? Нет, они ехали быстро, конверт просто не успевал за ними. Поэтому реагировали на упреждение? Знали ли Курсы? Сергей не удивился бы, если бы они знали, но все равно продолжали ехать и защищать.

Поневоле проникнешься уважением к таким верным защитникам, не так ли?

―О, кажется, пропускают, — указал он вперед.

Пэгги и Барри поняли невысказанное, не стали соваться в бар. Судьба Руперта важна, но узнать о ней можно и позже, пересмотреть новости или скачать видео, если тут уже развился магический интернет. Важнее другое, думал Сергей, осторожно лавируя между машин, которые все никак не могли стронуться с места. После встречи с Рупертом он уже больше не колдовал — просто не требовалось. Дом-палатка и генератор магического полога на десять минут — они скрыли Гарольда? Перебросили след на манекены Руперта? Неважно. Главное, что он не колдовал.

Могла ли у Чопперов стоять сигнализация на Гарольда? Могла. Правда, если она срабатывала на силу крови, то сами Чопперы и должны были вносить искажения, но кто знает? Магия наследника Рода или какая-нибудь там реакция защит главной сокровищницы — мало ли? Отсюда вытекало, что ему никак нельзя магичить. Нельзя было там, на землях Лагранжей, и вдвойне нельзя здесь, на землях Чопперов.

Иначе цепь смертей может начаться по новой.

―Каждый мэнор окружен рядом защит, милорд, — сказала Пэгги почтительно.

Они стояли на обочине дороги, с которой вдалеке виднелся Чоппер-мэнор. Чуть поодаль стояла машина, пассажиры которой — родители с двумя детьми — тоже пялились на мэнор, указывали друг другу что-то, фотографировали.

―Часть из них обычные, заборы, шлагбаумы, камеры, патрулирующие маголеты и просто места, где не пройти и не проехать. Часть — сторожевые и охранные заклинания. Часть — защиты, завязанные на силу крови. И наконец, защитники самого мэнора, его стражи.

Теперь Сергею окончательно стало ясно, почему Туки-Курсы не спешили везти Гарольда за наследством. Привези раньше, когда печать еще не спала, и просто не пройдешь защиты. Привези позже и проявившаяся магия притянет к себе врагов.

―Вы правильно сделали, милорд, что не прибегали к силе крови на землях Чопперов, но теперь вам нужно будет поступить наоборот — непрерывно ее использовать, и тогда магические защиты будут вам нипочем.

Сергей не испытывал такой уверенности — заклинания, например, могли просто убивать всех, не вдаваясь в подробности и не прося предъявить паспорт. Но тут он был бессилен, оставалось только положиться на удачу и подарок Мать-Магии.

―Ваша основная проблема — обычные охранники, но их мы возьмем на себя.

―Почему бы просто не подъехать и не предъявить силу крови? — пожал плечами Сергей.

―Это может оказаться ловушкой.

―Прорываться силой, убивая направо и налево — разве защита мэнора не будет тут же поднята в ружье?

―Простите, милорд, — виновато вздохнула Пэгги, — конечно же, будет. Простите.

Самым «безопасным» было бы изучить мэнор и окрестности, найти место прикрытое лишь магическими защитами и пройти там. Не исключено, что Курсы так и собирались сделать, приехать на пару дней раньше и попартизанить, после чего Парри-Гарольду оставалось бы только пройти через защиты.

Но теперь на это не было ни времени, ни сил.

―Вперед, — скомандовал Сергей.

Подъехать, представиться, проехать. Если не выгорит, тогда уже и пускать в ход план «убей всех».

Огромные ворота, украшенные гербом Рода: скрещенные топор и палочка, снизу девиз «Руби, не глядя!».

―Назовите себя и сообщите дело, по которому вы прибыли, — донесся из домофона у ворот голос невидимого охранника.

―Я — Гарольд Чоппер, — сообщил Сергей, — и я прибыл получить причитающееся мне по праву.

Глава 13

Всякого ожидал Сергей, вплоть до появления в небе толпы волшебников и выдвижения из-под земли ракетной установки с огромной ядерной бомбой, но только не смеха. Здорового, крепкого смеха, словно прозвучала хорошая шутка.

―Молодец, хорошо подготовился, — прозвучал, наконец, ответ. — Теперь заводи свой мотоцикл и вали отсюда подобру-поздорову.

«Неужели так много дураков, пытающихся выдать себя за Гарольда Чоппера?» смутно удивился Сергей. Одна проверка на силу крови — да хотя бы предложение открыть сокровищницу — и всё, мошенник разоблачен, а дальше уже от фантазии Чопперов все зависит. Потом он подумал, что надо бы показать им силу крови, но как?

―Вы знаете, что я потом с вами сделаю? — крикнул Сергей.

Вышло бессильно и жалко, по правде говоря. Стереотипно. Шаблонно.

―Ты знаешь, что мы сделаем с тобой сейчас? — раздалось в ответ, под новые взрывы хохота. — Оставь свою подружку и вали, может она окажется достаточно горячей, чтобы развлечь нас и утомить настолько, что мы не станем за тобой гоняться!

―Это моя мама, урод! — вырвалось у груди из Сергея горячее.

―Значит, тогда я стану твоим папой, га-га-га, — донеслось из домофона.

Умопомрачающая волна ярости накрыла Сергея с головой, и он рванул палочку из рукава. Единым импульсом расплескал ворота металлическим дождем, попутно заставив домофон умолкнуть.

―Милорд, быстрее! — крикнула Пэгги умоляюще.

Но Сергей застыл, ошеломленный происходящим. Небо стремительно затягивало свинцово-серыми тучами, в которых полыхали молнии. Где-то вдалеке раздавался вой и грохот, мелькали вспышки. Из земли за воротами — прямо посреди огромного ухоженного парка, прочерченного тропинками и дорогами, лезли капониры, наставляя стволы орудий и пулеметов, причем, похоже автоматических.

Словно стая птиц взмывали беспилотники, затем пошли залпы сфер с пиксиборгами, и на закуску из-под земли поднялись три платформы, со стоящими на них и готовыми к бою маботами. Правда, ни один из них не тронулся с места, возможно, они управлялись дистанционно, но и этого оказалось достаточно.

Шквал огня, стали и взрывов смел Гарольда Чоппера.

―…отсюда подобру-поздорову.

Сергей чуть язык не прикусил от злости. Что теперь, доказывать, когда тебя даже слушать не хотят? Пригласить подняться и ответить за еще не прозвучавшие слова в адрес Пэгги? Возможно, системы защиты среагировали так именно на магию? Такая плотность стволов — уверенность, что в других местах ограду не преодолеть?

―Я — Гарольд Чоппер! — повторил он. — И могу это доказать!

―Доказать! Ты бы еще пешком пришел! — раздался новый взрыв хохота.

Сергей ощутил прилив крови к ушам и щекам. Ну точно! Полеты и телепортация — привилегия магов, а он приехал на мотоцикле, словно обычный человек! Какие еще нужны доказательства? Магия Чопперов, если только, но опять — как ее демонстрировать?

―Если я сломаю эти ворота касанием пальца, то вы мне поверите?

Пауза.

―Сэр, прошу вас покинуть данную территорию, — прозвучало холодно и официально в ответ. — В случае применения вами магии, мы вынуждены будем применить силу.

В этот раз начал выдвигаться только один мабот.

―Также я должен предупредить вас, сэр, что ведется видеозапись, и если вы не покинете данную территорию немедленно, будет поставлена в известность служба безопасности клана Чоппер, а также представитель Императора и полиция Гилфорда.

Опасаются, неожиданно понял Сергей. Что под шлемом может скрываться какой-то могучий маг, решивший пошутить по-идиотски. Хотя нет, по идиотски шутят обычные люди, а сильный маг просто шутит, а кто не смеется, тот сам дурак. Наверняка есть законы на этот счет, которыми они и прикрываются сейчас. Сами Чопперы могли бы просто прибить нахала, но где нахал на мотоцикле и представители Чопперов? В смысле, не будут же Чопперы бегать, разбираться с каждым заезжим дураком? Не будут.

―Если у вас есть какое-то предложение к клану Чоппер, вы можете подать его в установленном законом и обычаями порядке, — продолжал холодно бубнить голос. — В случае если вам необходимо встретиться с кем-то из Рода Чоппер, вы можете обратиться в представительство клана в Гилфорде, подать прошение в установленном законом и обычаями порядке.

Ага, где какой-нибудь младший клерк будет долго и занудно его проверять, а потом пообещает ответ через месяц. Соврешь — откажут во встрече. Скажешь правду — Чопперы узнают. Сложно и непонятно. И слова его, что он — Гарольд Чоппер, уже прозвучали, назад не сдашь, не прикинешься новой семьей с магическим даром. Гм.

―Да, мне нужно встретиться с Чопперами! — крикнул Сергей. — Прямо сейчас!

Если они все с одинаковой силой крови, то должны же ощутить в нем родственника? Рискованно, но после прошлой демонстрации силой прорываться не хотелось. Руперт бы здесь прошел, да, но где тот Руперт?

―Просим вас сохранять спокойствие, — прозвучало в ответ.

Столб ворот раскрылся, изнутри выехало нечто вроде экрана. И пулемет сверху. Но Сергей смотрел только на экран, уж больно тот напоминал киношные сканеры отпечатков пальцев и сетчатки глаза. Возможно, у него собираются взять пробу крови? Это было бы неплохо, в плане разведки возможностей — способа мирно отступить и вернуться Сергей здесь не видел и махнул рукой на жизнь, решив провести, что называется разведку боем.

―Ми…

Хлопки сзади и с боков. Пока все отвлекались на экран и пулемет, выдвинулись неприметные орудия и выстрелили. То ли благодаря магии, то ли потому что он стоял дальше, но Сергей еще успел обернуться и все понять. Пэгги и Барри повалились на асфальт, ногу Барри с хрустом вмяло мотоциклом. Не убийство, нет, лишение сознания и эта мысль резанула Сергея, мало ли что там узнают местные умники, пока он будет валяться без сознания?

―Не вам, — просопел Сергей, пытаясь извлечь палочку (чтобы его расстреляли) и одновременно с этим обращаясь к дару легкой смерти.

Он уже почти отключился, но все же дар сработал.

―…отсюда подобру-поздорову.

Можно было уехать, а потом попробовать захватить кого-то из Чопперов и прорваться. Или поговорить с кем-то из Чопперов. Или просто прорваться, захватив летающий транспорт. Или прорваться силой, найдя точку — как? — где защита завязана только на силу крови. Теоретически что-то могло сработать, но точно так же, теоретически, любой смог бы стать Олимпийским чемпионом.

―Прошу прощения, сэр, это была неуместная шутка, вызванная восторгом, охватившим меня при виде Чоппер-мэнора!

―Парень, ты переигрываешь, — прозвучало из домофона. — И вынь свой язык из моей жопы.

―Я — маг! — выкрикнул Сергей, ощущая, как в нем вспыхивает злоба. — И хотел бы вступить в клан!

Припомнив рассказ Пэгги, он добавил:

―Младшей семьей! Моя мама и брат — отличные стрелки, водители и механики!

В этот раз вылезло два пулемета, а также снова появился знакомый Сергею экран.

―Сэр, приложите руку к экрану и обратитесь к своей магии, — голос снова стал безжизненно-официальным.

―Индикатор Гляйссе, милорд, — шепнула Пэгги. — Он светится, когда его касается маг.

Сергей мысленно пожал плечами и коснулся экрана правой рукой, одновременно с этим обращаясь к морю энергии внутри себя. Заряжая экран, как оружие — даже если сломает, всегда можно сказать, что он неопытный маг. Главное — попасть внутрь, осмотреться, понять, может уже изнутри совершить рывок к сокровищнице или где там короноваться надо.

Но он никак не ожидал того, что произошло дальше.

Пулеметы с хрустом скрылись, снова выдвинулись, но теперь смотрели в другую сторону. Ворота начали открываться, но тут же остановились. Землю легко тряхнуло, затем слева от ворот распахнулся люк. Оттуда почти бегом выскочили трое, с поднятыми руками. За ними следом по пандусу выкатились два робота или голема, Сергей не взялся бы сказать. Но судя по тому, что они выкатились, он решил все же отнести их к роботам. Человекоподобным, ростом чуть ниже него, с угловатыми очертаниями тел, а также четырьмя руками и четырьмя ногами, наверное, для устойчивости.

―Угроза жизни Чоппера, — прогудел-пробулькал ближайший робот.

Сергей невольно отметил, что бок его и часть спины покрыты ржавчиной. Второй робот тоже поскрипывал и трещал, словно его давно не смазывали.

―Действия, сэр?

―Не погубите, ваше магичество! — прохрипел один из «пленных». — Мы действовали по инструкции, а если бы мы знали, что вы под маскировкой…

―Вынь свой язык из моей жопы, — с удовольствием вернул ему фразочку Сергей.

Второй робот немедленно протянул манипулятор, вцепился в лицо говорившему, собираясь вырвать язык.

―Стой, — скомандовал Сергей.

Оба робота немедленно скрипнули и замерли. Охранники начали было опускать руки, но тут же вскинули их, увидев, что Барри наставил на них пистолет.

―Обезоружить. Обезвредить. Связать. Не убивать, — приказал Сергей роботам.

Роботы немедленно зафиксировали охранников манипуляторами и начали вязать металлическими тросиками, вылетающими откуда-то из их туловища.

―Я прошел тест? — тихо спросил Сергей у Пэгги.

―Нет, милорд, — покачала головой та, — охранные системы, как правило, изолированы от системы мэнора, чтобы их не сожгли магическим импульсом. Информация пересылается, но перепроверяется, существует масса способов обмана систем охраны, и они постоянно улучшаются. Поэтому вас…

―Мы едем вместе.

―Нас будут проверять на протяжении всего пути. Но главное уже сделано — мы преодолели первую линию, с людьми и не связанную с силой крови. На этом мы строили изначальный план — прорваться силой, чтобы вы смогли пройти дальше, где включатся системы защиты мэнора и узнают вас.

―Узнают, — чуть поежился Сергей.

Узнали, ага. Расстреляют, а не узнают!

―Возможно, нам встретятся магические слуги, порожденные предателями, — не совсем понятно продолжала Пэгги, — но вашей магии, милорд, должно хватить, чтобы они остановились, не в силах причинить вреда одному из Чопперов! Разумеется, это раскроет вас, но слуги самого мэнора…

Сергей, прищурившись, посмотрел на нее. Для обычного человека, Пэгги как-то чересчур много знала о защитах мэнора. Или Курсы играли при родителях Гарольда какую-то иную роль, не просто телохранителя и няньки самого Гарольда? Еще несколько вопросов без ответов и на которые некогда искать ответы.

―В общем, мне нужно магичить направо и налево, чтобы мэнор меня узнал и пропустил… и что?

―Не забывайте, милорд о предателях!

―Допустим, мы никого не встретим из числа моих родственников. Что нужно будет сделать?

―Добраться до Алтаря Рода, пролить на него кровь и потом принять перстень Главы Рода, — медленно, словно не веря тому, что она это говорит, произнесла Пэгги.

Лицо ее неожиданно озарилось радостью, расплылось в широкой улыбке, демонстрирующей чуть желтоватые зубы.

―Милорд, вам нужно попросить мэнор о помощи!

―Попросить?

―Приказывать ему вы сможете, приняв перстень Главы Рода. Магические слуги выполнят любой ваш приказ!

―Даже убить других Чопперов?

Пэгги замялась, потом развела руками.

―Не знаю, милорд. Но мэнор может помочь вам пройти мимо, не столкнуться с другими Чопперами по дороге к Родовому Алтарю.

―Разве его не охраняют?

Конечно, все это стоило бы выяснить заранее, но кабы Сергей знал, о чем спрашивать! А Пэгги молчала, по неизвестной причине.

―Вся защита там на магии, завязанной на силу крови, — покачала головой Пэгги. — Непрошенных гостей из числа обычных людей там сожжет на месте.

Сергей неожиданно ощутил слабость в коленках и животе. Словно он… боялся? Понять бы только чего, возможного скорого окончания пути или того, что все окажется обманкой? Или того, что все опять превратится в бесконечную череду смертей? Или он боялся неизвестной магии мэнора и других Чопперов, с которыми ему придется взаимодействовать? Боялся ответственности главы клана?

Сергей с негодованием отверг последнюю мысль — разве не об этом он мечтал на Земле? Страх! Чего ему бояться после стольких смертей за один день? Глупо, просто глупо! Мать-магия дала ему шанс, не стоило им пренебрегать.

―Отлично, тогда мне потребуется транспорт.

―Да, милорд.

Проникновение оказалось неожиданно легким, скучным даже. Первое же столкновение с магическими слугами принесло контакт с мэнором, хранитель которого прямо завизжал от счастья. Замахал метафорическим хвостом, как преданная собака, каковой, в сущности, и являлся. Искусственно-магический интеллект, да, но при этом специально ограниченный и привязанный к хозяевам.

Правда, он тут же попробовал завести печальную песню о том, что магические слуги уменьшились в численности и силе, и что защиты мэнора было бы не худо обновить, но Сергей отмел все решительным жестом, заявив, мол, вступит в наследство и все станет хорошо.

Магическая служанка — прекрасная и юная — перенесла Сергея к входу в зал с Родовым Алтарем.

―Да, — произнес вслух Сергей, отгоняя страх, — не мягкий диван.

Родовой Алтарь — грубая необработанная глыба камня — высился посреди пещеры. Воздух был душным, вязким, испарения из источника рядом с Алтарем — чаша, в которой вяло побулькивала темно-синяя жидкость, кружили голову. Сергей подошел ближе и, повинуясь наитию, резанул руку, после чего впечатал ее в Алтарь.

Камень содрогнулся, а вода взбурлила, пещера вокруг затряслась, содрогнулась, словно издав вздох удовлетворения.

―Что там дальше? — оглянулся Сергей.

Внезапно он ощутил в голове карту мэнора — в том числе и главную сокровищницу рядом с Алтарем. Вход в нее был запечатан, но теперь Сергей ощущал дверь и прошел прямо к ней, снова приложив руку с кровью. Пещера еще раз содрогнулась в пароксизме страсти, только сладострастного чавкающего звука высасываемой крови не хватало, и дверь открылась, отъехала в сторону.

―Сим я объявляю себя главой Рода Чоппер! — выкрикнул Сергей, цепляя перстень на палец.

Ему ответил громовой раскат небес и новая дрожь земли.

Глава 14

Это было неописуемо. Сергей словно снова окунулся в озеро энергии, но бушующее и кипящее. Набрасывающееся, пытающееся растворить его, поглотить и утопить. В то же время откуда-то изнутри пришло понимание, где верх, и Сергей устремился туда. Он вынырнул из озера, ощутив себя бесплотным духом, охватывающим все вокруг, видящим и ощущающим все в мэноре и его окрестностях.

Здание мэнора. Дремлющие в толще его артефакты. Озеро кипящей энергии — источник магии, рядом с Родовым Алтарем. Конюшни шестиногов и магического слугу, натирающего им чешуйки. Задремавшего было в кресле и сейчас вскочившего, судорожно втягивающего ноздрями воздух пожилого мужчину. У Сергея было ощущение, что если напрячься, то он сможет даже сказать, как его зовут, он напрягся, и имя пришло — Альфард Чоппер.

Он ощущал и видел сторожевых големов в стенах и маботах в бункерах вокруг мэнора, артефакты и самого хранителя мэнора. Магических слуг, обслуживающих мэнор неслышными тенями, и просто людей вокруг, занимающихся своими делами. Девушку, занимающуюся любовью с магическим слугой в западном крыле мэнора. Девушка, обнаженная, как и магический слуга, лежала на спине, на краю кровати, закинув ноги на плечи слуге, и страстно мяла свою грудь. Сергей невольно прикипел взглядом к этой сцене, и только секунд двадцать спустя стыдливо отвел глаза, оставив Жизель Чоппер развлекаться и дальше.

Сергей увел взгляд прочь, за пределы мэнора.

Попробовал, по крайней мере, неожиданно поняв, что ничего не выходит и рванул в панике куда-то, спеша вырваться из этих пут, спастись от лавины информации. Несколько секунд он бился, словно муха в паутине, потом все же разорвал ее и вернулся в свое тело.

―Что… что это было? — прохрипел он.

Он стоял, взмокший и потный, посреди все той же пещеры, хранилища артефактов Рода, как Сергей теперь знал. У входа маячил хранитель мэнора, пожилой, невозмутимый и важный, этакая помесь Альфреда при Бэтмене и Дживса при Вустере.

―Вы приняли кольцо Главы Рода, милорд Гарольд, — объявил хранитель, — и оно подстраивалось под вас.

―А если бы не подстроилось?

―Если бы вы не соответствовали Главе Рода по крови и силе, то кольцо убило бы вас, — невозмутимо ответил хранитель.

―Нет, я про это… я ощущал все, что творится в мэноре и окрестностях!

―Разумеется, вы же стали Главой Рода!

―Я такое видел… чего предпочел бы не видеть.

―Вам достаточно пожелать не видеть, милорд Гарольд, — заметил хранитель.

Сергей, до того опасавшийся, что он вынужден будет постоянно созерцать все творящееся в мэноре, облегченно выдохнул. Нет, некоторые картины были весьма, да, весьма, но вот остальное, нахрен. В то же время, в возможности подглядывания было что-то такое, омерзительно-притягательное.

―Так, не помешало бы переодеться или хотя бы высушить одежду, — задумчиво сказал Сергей.

―Если таково будет ваше желание, милорд, — наклонил голову хранитель.

Их перенесло в центральную часть мэнора, как понял Сергей в то же мгновение. Не удержавшись, он хихикнул от неуместной мысли, что заполучил в голову встроенную карту.

―Это покои Главы Рода, — продолжал хранитель. — Милорд, желаете новую одежду или примерить что-то из одежды ваших родителей?

―Новую? — усомнился Сергей.

―Талия изготовит ее за час, вам достаточно только пожелать.

―Час? — опять усомнился Сергей. — И почему Талия?

―По традиции, идущей со времен вашего четыре раза прадедушки, личные магические служанки носят имена греческих Муз, — пояснил хранитель.

Затем он чуть наклонил голову, рядом появилась магическая служанка. Платье ее, скромное, с широкими рукавами, доходящее чуть ли не до пола, в то же время странным образом не скрывало фигуры, а наоборот, словно подчеркивало ее. Могучая грудь рвалась наружу из лифа, казалось, в любую секунду раздастся треск ткани. Служанка присела в почтительном поклоне, потом подняла голову. Карие глаза ее смотрели на Сергея с обожанием, любовью и почитанием.

―Да мне бы просто одежду подсушить, — сказал он.

От Талии немедленно повеяло теплом, словно она превратилась в огромный радиатор. Она снова поклонилась, из рукавов вылетели магический сантиметр и перо со свитком, которые начали порхать вокруг Сергея, причем не касаясь. Сантиметр мерил, перо записывало, на свитке быстро появлялась трехмерная модель Сергея с цифрами.

―У вас, стало быть, есть деление по возрасту? — спросил Сергей, не зная, чем занять паузу.

―Мой облик — лишь отражение ваших подсознательных желаний, милорд, — ответил хранитель.

―Подсознательных? — насторожился Сергей.

―Я лишь отражение магии мэнора, той магии, что составляет часть вас, милорд. Вы же не подозреваете свою руку в преступных замыслах, если она почесала вам коленку?

―То есть, если я прикажу…

Договорить Сергей не успел, облик хранителя изменился.

―Мда, — озадаченно крякнул Сергей. — Неожиданно.

Губка Боб в роли дворецкого — это было действительно неожиданно. И самое главное, теперь он никак не воспринимался как дворецкий.

―Вернись в прежний облик, — взмахнул рукой Сергей, и хранитель изменился обратно. — Да, и оставайся в нем, так будет проще.

―Как прикажете, милорд.

―И они, стало быть, — прищурившись, Сергей посмотрел на Талию.

―Да, милорд, конечно, магические слуги питаются магией мэнора и являются ее частью, а стало быть, подчиняются вам во всем. Изменить облик?

―Нет-нет, пусть остается в прежнем, — торопливо ответил Сергей.

Купание в источнике или чем там было это метафорическое окунание в озеро, вернуло ему силы, бодрость и энергию. И теперь вид Талии, скажем так, не оставлял его равнодушным.

―Так это я, стало быть, могу подумать что-то не так, и всё вокруг изменится? — задумался Сергей, оглядываясь.

Он находился в большом зале, библиотеке, судя по шкафам до потолка, занимающим три стены и забитым книгами до отказа. Присутствовал и большой камин, с пылающим в нем огнем, стол из темного полированного дерева, одним своим видом навевающий мысли о надежности и прочности. Диван, кресла и небольшой столик, на котором лежало несколько газет. Сергей послал мысленный импульс, но обстановка не изменилась.

―Я взял на себя смелость доставить вам свежую прессу, милорд, — поклонился хранитель.

Сергей посмотрел на него, размышляя о том, как бы спросить про интернет. Нет, он не сомневался, что хранитель ответит, в меру своего понимания. Поймет ли он, что такое интернет, сайты и соцсети, бурлящая всемирная паутина, с порнографией, новостями и котиками? Если он отражение мыслей Гарольда, то откуда он может знать что-то свое об окружающем мире?

―Ваш дядя, Альфард Чоппер, пытается попасть в зал с Родовым Алтарем, милорд.

―Отказать! — резко бросил Сергей.

Талия, тем временем, закончила обмеры и исчезла с низким поклоном.

―Мгновенное перемещение в пределах мэнора и его окрестностей, милорд, — тут же пояснил хранитель. — Вы, как Глава Рода, можете запрещать и разрешать другим такие перемещения, и сами можете переместиться в любую точку, куда дотягивается сила мэнора и его источника.

―Надо полагать, дотягивается она не слишком далеко? — задумался Сергей, припомнив, как они подъезжали к Чоппер-мэнору.

Ограда была проведена по границе силы? Нет, наверное, с запасом, решил он.

―Сила источника пропитывает все вокруг, но это сфера и поэтому плотность энергии падает кубически с каждым метром расстояния, милорд. Там, где плотность энергии становится слишком низкой, чтобы поддерживать жизнь магических слуг, и пролегает граница. Осмелюсь заметить, что ваш дядя Альфард направляется прямо сюда.

―А… девушка в западном крыле, кто она?

―Ваша троюродная племянница, Жизель, милорд.

―И что, больше в мэноре никто не живет? Из Чопперов, в смысле?

―Сейчас все в разъездах, милорд, но можете не волноваться, все, кто находился поблизости, ощутили ваше вступление в права Главы Рода.

―Ощутили? — переспросил Сергей встревоженно.

Нет, он не знал механизмов воздействия, но все же представлял себе все немного иначе. Хотел сохранить все в тайне, может разобраться с теми, кто находился в мэноре, потом с теми, кто прибыл бы позже, в общем, постепенно. Теперь же, если все ощутили вступление, надежда сохранить все в тайне разлетелась.

―Я взял на себя смелость, милорд, отправить сообщения тем представителям Рода, кто находился не в Суррее.

―Смелость, — поджал губы Сергей. — Ты вроде как часть меня, а творишь… черте что!

―Это традиция, милорд, вы вправе наказать меня, — тут же чопорно поклонился хранитель.

―Так, никому ничего больше не отправляй, понятно? Без моего разрешения, во всяком случае.

Он потянулся и неожиданно ощутил Пэгги и Барри. После того, как Сергей установил контакт с хранителем и перенесся к Родовому Алтарю, Пэгги и Барри засели в ближайшем строении — хозяйственном складе. Они просто выжидали, зорко осматривая окрестности и вслушиваясь в отдаленные звуки. Сергей потянулся, инстинктивно ощутив, что нужно делать, и перенес их обоих к себе в зал.

―Милорд, для этого существуют слуги, — чопорно заметил хранитель.

―Милорд, — Пэгги и Барри упали на одно колено, синхронно склоняя голову и ударяя кулаком в грудь.

Сергей устало вздохнул.

―Встаньте, — сказал он.

Повернулся к хранителю, подумал секунду, потом сказал.

―У тебя наверняка есть имя.

―Со времен вашего прадедушки Джорджа Чоппера, я традиционно ношу имя Дживс, милорд, — сообщил хранитель.

Сергей чуть усмехнулся, видимо не ему одному пришла в голову такая ассоциация.

―Хорошо, Дживс, устрой моих гостей со всеми удобствами. И что там насчет слуг?

―Осмелюсь заметить, что если Глава Рода будет заниматься всякими мелочами, то у него не будет времени управлять Родом.

―Они не мелочи! — резко возразил Сергей. — Это люди, которые спасли меня, вырастили и делом доказали, что они готовы отдать за меня жизнь!

―Милорд, — прошептала Пэгги, по лицу которой катилась слеза.

Она и Барри все так же стояли на колене.

―Да встаньте же! — приказал немного зло Сергей.

―Милорд, мы должны поцеловать кольцо Главы Рода, в знак принесения клятвы верности и того, что мы не злоумышляем против вас, — сдавленным голосом произнес Барри, не поднимая головы.

―Ладно, — растерялся Сергей.

В сцене целования кольца было что-то противоестественное, но в то же время приятное. Сергей напомнил сам себе, что его ждет еще некое сборище Рода, иначе, зачем бы Дживс рассылал им сообщения? У Рода есть новый Глава, ура-ура, а то, что сам новый Глава хотел сохранить все в тайне, никого не волнует, традиции и обычаи, мать их!

Сергей ощутил словно бы касание, невесомое дуновение и понял, что оно означает. Дядя Альфард пытался попасть в центральную часть мэнора, отведенную главе Рода, ту часть, где сейчас находился сам Сергей. Выглядел он… взволнованным.

―Гарольд, это ты? — закричал Альфард в воздух, едва Сергей дотянулся магией, дабы посмотреть, что происходит. — Гарольд! Я безумно рад, что ты вернулся!

Было очень странно слышать такое от незнакомого — всем троим, Парри, Гарольду и Сергею — пожилого мужчины.

―Мы столько искали тебя! Знали, что ты жив, но не могли найти!

Слова эти напомнили Сергею о рассказе Пэгги. Предатели, сокровищница, защита крови. Сергей стал Главой Рода, но своих прав и обязанностей не знал. Мог ли он послать Альфарда и остальных Чопперов далеко-далеко? Он невольно потянулся мыслью ко второй представительнице Чопперов. Та деловито красилась и занималась макияжем, стоя перед огромным зеркалом, уже одетая наполовину, и что-то бормотала под нос о несносных родственниках. От нее веяло холёным бесстыдством и страстью, несло с такой силой, что Сергей не мог оторвать взгляда.

―Милорд? — прозвучал в ушах голос Пэгги.

Сергей понял, что слишком ушел в себя, и вернулся в реальность, оторвавшись от постыдно-приятного подглядывания. Над всем увиденным и испытанным, по-хорошему, стоило бы подумать пару суток. Почитать умные книги, подтянуть матчасть, хотя бы методичку «как быть Главой Рода» прочесть, прежде чем сдавать этот экзамен. Но чего не было, того не было.

―Дживс, сколько времени потребуется членам Рода Чоппер, чтобы собраться здесь?

―Услышав о появлении нового главы они, несомненно, отложат все дела и поспешат сюда, милорд, — чопорно сообщил Дживс. — Осмелюсь предположить, что уже завтра к утру соберутся все.

Слова Дживса неожиданно напомнили Сергею, что еще и дня не прошло, как он оказался в этом мире. Из-за длинной череды смертей, погонь и драк, казалось, что прошла целая вечность.

―Дживс, вы не могли бы отвлечь моего дядю? — попросил Сергей. — Выиграть время?

―Боюсь, милорд, мастер Альфард будет настаивать на немедленной встрече. Я могу попробовать его отвлечь, но вряд ли он будет слушать меня.

―А раньше ты слушался его беспрекословно и во всем?

―Он был Главой Рода, только без кольца, просто по праву силы крови, так что да, я слушался его, до определенных границ.

―И он не отдавал тебе приказов убить меня, если я вдруг здесь появлюсь? Не отдавал приказов докладывать ему о моем появлении?

―Никогда, милорд.

Это немного успокаивало. Немного.

―Я осмелился милорд отдать приказ магическим слугам готовить все к съезду Рода, — продолжал Дживс.

―Да-да, конечно, — вздохнул Сергей. — А теперь все же займись моим дядей.

Дживс возник возле Альфарда, который так и топтался у дверей, завел церемонно-длинную речь о мастере Гарольде и что тот сейчас вступает в наследство и готовится к церемонии сбора родичей. Появившаяся Жизель надула губки.

―И чего торопить было? Прервали на середине.

―Все бы тебе развлекаться, вертихвостка! — прикрикнул Альфард. — Соблюдай манеры, у Рода Чоппер новый Глава, что он о тебе подумает?!

―Что я красивая и веселая! Дяде Гарольду же сейчас семнадцать, он точно не такой надутый бука, как все вы, взрослые!

―Ах ты французская…, — Альфард чуть побагровел от ярости, но слово все же проглотил.

За этой сценой явно стояли какие-то семейные хитросплетения и истории, о которых Гарольд просто не знал и не мог знать. Оставалась только одна надежда, на Пэгги и Барри, что они не подведут, прикроют советом.

Глава 15

―Милорд? — спросила Пэгги.

Сергей осознал, что разглядывает ее и Барри уже минуту, словно размышляя о чем-то. Но нет, Сергей не размышлял, ибо в голове было удивительно пусто и в этой пустоте несколько мыслей ходили по кругу, повторяя одно и то же.

―Мне нужен совет — как себя вести, что делать с этими… родственниками, — Сергей выдержал паузу, покрутил рукой и добавил, — которых я не знаю.

Пэгги не стала жеманиться и сразу начала излагать, четко и внятно.

―Милорд Гарольд, жизнь магов-аристократов, особенно из Священных Родов, заполнена вещами, этикетом и магией, которым мы не могли вас обучить, по понятным причинам.

Сергей кивнул.

―Поэтому я посоветовала бы вам, милорд, даже не пытаться изображать знание всех этих вещей — сейчас, по крайней мере. Потом вы им обучитесь, конечно же.

Сергей нахмурился, но ничего не сказал — учиться магии он все равно планировал.

―Не забывайте, вы — Глава Рода, по праву силы крови и кольца, вы открыли сокровищницу артефактов Рода и поэтому ваши права несомненны, подтверждены самой магией.

―Я опасаюсь за свою спину и того, что по незнанию могу попасть впросак, — объяснил Сергей.

Какого черта? Эти люди вырастили его и знают о нем все! Чего стесняться и пытаться пыжиться перед ними, разыгрывая роль, которой он не знает?

―Боюсь, милорд, что мы…

―Да бросьте, — перебил ее Сергей. — Такие обширные познания не берутся из ниоткуда!

Пэгги сглотнула и потупила взор.

―Ваши родители доверили нам охранять вас, милорд, сами понимаете, мы должны были знать… многое, чтобы успешно следить за вами. Но поверьте, милорд, мы не знаем всего и уж тем более, не знаем хитросплетений политики и отношений внутри Рода Чоппер, где мы не были шестнадцать лет!

―Но вы все равно знаете больше меня, — отрезал Сергей.

―Милорд, — голос Пэгги стал умоляющим. — Вы — глава Рода, принявший кольцо, даже внешность ваша изменилась, теперь вы истинный Чоппер!

―Что? — вскинулся Сергей.

Мысленный импульс, вроде щелчка пальцев, и перед Сергеем появился магический слуга, держащий в руках огромное зеркало. Слуги практически не было видно за зеркалом, но Сергей знал, что там стоит парень. Потому что он подсознательно пожелал парня, так как зеркало было тяжелым, раз, и он подсознательно был уверен, что девушка его не удержит. И не желал отвлекаться на ослепительно прекрасных служанок, это два.

Вздохнув, Сергей принялся разглядывать себя в зеркале.

Парри… ну он не исчез до конца, мускулистое тело, так понравившееся Сергею в первые мгновения пребывания в этом мире, осталось и даже вроде стало еще более могучим. Изменилось лицо, внешность и прическа. Черные глаза стали зелеными. Появился немного выдающийся вперед подбородок, нет, тут же понял Сергей, черты лица стали немного острее, благодаря чему изменилось и восприятие подбородка. Уши стали чуть шире, чуть сильнее прижались к голове. Также изменился и цвет волос, из брюнета Гарольд стал скорее шатеном, с темно-коричневыми переливами и оттенками.

―Разве не должен был я измениться в момент падения печати? — удивился он.

―Это разная магия, милорд, — заметила Пэгги, — по крайней мере, так объяснял Альфред Гамильтон.

Сергей посмотрел на нее, но тут же отвел взгляд. Ну да, Пэгги и шестнадцать лет спустя помнила слова Гамильтона, потому что они были важны, потому что Курсы несли миссию охраны, потому что это говорил очень важный человек, а не, потому что все это было частью какого-то всемирного заговора.

Магия. Нужно было срочно учиться ей, раз уж Мать-Магия обещала таланты и потенциал.

―Ладно, — вздохнул он устало, отсылая слугу. — Это не отменяет того, что мне все еще нужно прикрыть спину, и чтобы было кому подать совет.

―Мы готовы служить вам, милорд, — синхронно ответили Барри и Пэгги, снова кланяясь.

―Но я должна предупредить вас, милорд, — продолжила Пэгги, выпрямляясь, — ваши родственники будут недовольным нашим присутствием.

―Я — глава Рода или нет? — усмехнулся Сергей.

Что же касается их недовольства, то его все равно следовало ожидать. Вылез из ниоткуда начальник, кому такое понравится? Не говоря уже о тех, кто предал родителей Гарольда. Кому он здесь мог доверять? Пока что только Барри и Пэгги, и отсюда собственно вытекало все остальное.

В мэноре произошла перемена, вначале появился мужчина средних лет, тут же поспевший к Альфарду Чопперу, затем, почти сразу после него, прибыла старуха, в сопровождении какого-то здорового мужика с бесстрастным, почти каменным лицом.

―Я получил сигнал! — выкрикнул мужчина.

―Гарольд Чоппер принял кольцо главы рода, — пояснил ему Альфард. — И, Дерек.

―Да, отец?

―Застегнись.

Старуху, морщинистую, седую, едва стоящую на ногах, тем временем усадили в кресло. Магический слуга перенес его и сопровождающего старуху мужика к остальным Чопперам, находившимся возле входа в центральную часть мэнора.

―Тетушка Мюриэль! — воскликнул Альфард. — Зачем вы прибыли? А ты куда смотрел, болван? Тебе за что платят?!

Он уже вскинул руку, то ли чтобы ударить мужчину, сопровождавшего Мюриэль, то ли чтобы заколдовать его, но тут старуха прошамкала.

―Офтафь ефо, Альфи, эфо я фиказала. Хачу пафматет на нофофо флафу и уфереф фпокофно.

―Что вы, тетя Мюриэль, вам еще жить и жить, — сказал Альфард, наклоняясь к ней. — Особенно если не будете рисковать здоровьем в телепортациях.

В голосе его звучало искреннее участие. Он махнул рукой и старуху укрыл плед. Жизель чуть в стороне ожидала, нетерпеливо постукивая ножкой, то и дело оглядываясь. Не хватало только вскидывания руки и взгляда на часы, честно говоря.

―Отец, так вы теперь больше не глава? — в голосе Дерека звучала искренняя обида.

Сергей всмотрелся в него внимательнее. Те же черты Чопперов, что он видел недавно в зеркале. Возраст, пожалуй, около двадцати пяти лет. Намечающийся животик, рыхлое тело, изукрашенные богатые одежды.

―Дерек! — прикрикнул Альфард на сына. — Ты должен радоваться! Твой брат Гарольд вернулся!

―Троюродный, — скривившись, прошептал Дерек, но отец его все равно услышал.

―Да хоть семиюродный, все равно он — родня! Подлинный Глава, теперь Род Чоппер и клан расцветут! Ты должен думать о семье и величии Рода в первую очередь, а потом уже о себе! Подтянись!

Сергей наблюдал за сценой со смешанными чувствами. Он-то ожидал немедленных ударов в спину, сражения могучей магией, от которой расколется синева небес, и истребления предателей. Вместо этого, семейные сцены, в ожидании родственника, который все никак не выходит.

Сергею даже стало немного стыдно.

―Дживс, сообщите моим родственникам, что они могут войти.

Защиту вокруг центральной части он снял сам. Слова Пэгги о том, что священные мэноры неприступны, обретали очертания и смысл. Вокруг все было пропитано магией источника, магией, теперь подчинявшейся Сергею. Защитные заклинания — да, они были важны (и это Сергей планировал исправить в ближайшее время, изучить всё, что есть в библиотеке), но эта энергия, повинующаяся по щелчку пальцев, была еще важнее.

Дживс не стал спрашивать, куда их проводить, просто исчез и возник возле Альфарда.

―Еще нужно будет заняться службой безопасности и всеми остальными, выяснить, кому можно доверять, — сказал он Пэгги и Барри, раздумывая, садиться ли в кресло?

Вроде бы он — глава и все должны подходить и кланяться ему? На ум пришли слова Пэгги о незнании и совет не пытаться изображать знание магического этикета. Стало быть, стандартный вариант встречи родственников? Пожалуй.

―Милорд, там, наверняка, повсюду люди и маги ваших родственников, — заметила Пэгги. — Нам потребуются полномочия.

―Вы — мои ближайшие советники и помощники, конечно, у вас будут полномочия! — уверенно пообещал Сергей.

Пэгги и Барри склонили головы и чуть отступили, так как в зале появились Чопперы.

―Гарольд! — Альфард облапил его, сжал, да так, что казалось, сейчас хрустнут косточки.

Весь мысленный сценарий рукопожатий и поклонов, придуманный Сергеем, тут же оказался сломан. От Альфарда веяло мощью — ну да, иначе он не стал бы главой Рода — пахло чем-то крепким. Да и сам он был крепок, Сергей, несмотря на всю накачанность тела Парри, ощущал себя пушинкой, попавшей в ураган.

―Жив! — выкрикнул Альфард, отстраняясь, но, не отрывая рук от плечей Гарольда. — Жив, магия меня забери! Смотрите, тетушка, каким красавцем стал Гарольд!

―Фафой ефе Фафольд? — прошамкала старушка, всматриваясь подслеповато и дрожа. — А фе Фуфс?

―Тетушке и твоей бабушке уже за сотню, — доверительно сказал Альфард Гарольду, наклоняясь чуть ближе, — и она немного сдала за последние годы.

Затем он наклонился к старухе и повысил голос.

―Это Гарольд! Сын Джонатана и Розы!

―А, Фафофьд! — обрадовалась старушка. — А фе Фонафан?

Альфард лишь вздохнул устало. Жизель в сторонке ухмылялась, стреляя глазками в сторону Барри. Сергей же смотрел на старушку, прикидывая в уме. Мюриэль за сотню и она недавно сдала, недавно. Гамильтон будет покрепче телом, возможно, что он и не сдал. Но ему тоже за сотню. Наверное, у магов есть способы продления жизни, но не слишком надолго. Возможно, что тетушка-бабушка Мюриэль и не показатель, но все равно Сергей немного повеселел, словно его шансы на победу над Гамильтоном действительно улучшились.

―Но где же ты пропадал все эти годы? — воскликнул Альфард. — Мы так тебя искали!

―Меня спасли и вырастили эти достойные люди, — указал рукой Сергей в сторону Барри и Пэгги.

Альфард посмотрел туда, словно впервые увидел, и морщинистое лицо его внезапно исказилось яростью.

―Ты! — крикнул он, вскидывая руку в направлении Пэгги. — Предательница!

Сергей чуть подбил руку дяди, заклинание ушло выше, вспороло один из шкафов, откуда посыпались книги. Дерек вскрикнул, а Жизель рассмеялась и зааплодировала.

―Га…

―Нет! — рявкнул Сергей, отстраняясь от дяди. — Никакой магии! Эти люди закрывали меня собой!

―Глава, — Альфард чуть наклонил голову, голос его стал жестким и упрямым, — вы не понимаете. Вас обманули, ввели в заблуждение без всякой магии, ее смыла бы магия Источника!

«Смыла?» удивился Сергей, но тут же понял. Вот, значит, почему его внешность изменилась!

―Но это лишь делает обман еще более страшным! После смерти ваших родителей, Род и клан провели расследование, привлекли следователей со стороны Императора! Эти люди, новая семья, втеревшаяся в доверие вашим родителям, они и предали их! Ударили в спину и погубили, а потом выкрали вас и бежали!

Дерек за его спиной кивал часто, Мюриэль в кресле подслеповато моргала, оглядывалась, словно не могла понять, где оказалась. Мужик за ее спиной стоял невозмутимо, с все тем же каменным выражением лица.

―Бежали, чтобы вернуть сюда? — удивился Сергей.

―Конечно! Они вырастили вас и вернули в момент совершеннолетия! — голос Альфарда дрожал и звенел от неподдельной ярости. — Теперь вы безраздельно доверяете им, приблизили к себе! Этого они и добивались!

―Они все рисковали своими жизнями, а один, Бёртон Курс, так и вовсе отдал ее, пока мы прорывались с земель Лагранжей!

―А почему они спрятали вас на землях кровников Чопперов?! Глава, они не могли не знать об этом!

―Они знали! — Сергей понял, что тоже повысил голос, практически кричит. — Их искали везде!

―Да! Мы искали вас, чтобы вырвать из рук похитителей! Вернуть в Род!

―Я вернулся, — уже спокойным тоном сказал Сергей, выдыхая. — И это мои люди, нравится вам это или нет… дядя.

Несколько секунд они бодались взглядами, затем Сергей добавил:

―Я — глава Рода или нет?

―Глава, — ответил Альфард, но тут же добавил упрямо. — Но и мой любимый племянник тоже! Я просто не…

―Хватит!

Возможно, дядя и руководствовался самыми наилучшими намерениями, возможно. Но Сергей помнил жизнь Парри, помнил сегодняшний день и то, сколько раз Курсы отдавали за него жизнь, не колеблясь. Бёртон и Пэгги уже были доверенными людьми родителей Гарольда, раз им доверили, собственно, Гарольда. Смысл был им рисковать, убивать (при том, что они были не-магами) каким-то образом родителей Гарольда, а потом растить его под чужим именем, не внушая к себе абсолютного доверия? Ведь они легко могли воспитать Гарольда иначе, так, чтобы он безраздельно верил каждому их слову, так? Так.

Но они вырастили Гарольда иначе.

―А, Фафольд, — неожиданно обрадовалась тетушка Мюриэль. — Фнуфок! Фаф фы фыроф!

―Завтра будет собрание Рода, — отчеканил Сергей, глядя прямо в глаза Альфарду, — и эти люди, Пэгги и Барри Курс, будут там. Потому что вот настолько я доверяю им и потому что они вырастили меня, как собственного сына, и в каком-то смысле теперь тоже являются частью Рода Чоппер.

Альфард хотел еще что-то сказать, но Сергей добавил.

―Это не обсуждается. Сейчас я хотел бы все же познакомиться с остальными, возможно, поужинать вместе и узнать результаты поисков убийц моих родителей, а также узнать о состоянии дел в клане и в Роду.

―Да, глава Гарольд, — отозвался Альфард тоном, в котором бурлила плохо замаскированная ярость. — Как пожелаете, только не пожалейте о своем решении.

Глава 16

1 августа 1991 года, Чоппер-мэнор

Собрание Рода происходило в особом церемониальном зале, огромном, круглом и расположенном прямо над Источником. Так сказать, центр и средоточие магии и власти, место, откуда начинался Чоппер-мэнор, но не история Рода, магический эпицентр в его буквальном значении — того, что находится над центром. Вчера Сергей полистал начало «Краткой истории», с изумлением узнав, что история магов и родов уходит далеко в прошлое, на десятки тысяч лет, восходя к первым шаманам, камлавших в каменных пещерах на удачную охоту на мамонта.

Не исключено, что история магов уходила еще дальше, только записей не сохранилось.

Церемониальный зал был выполнен в простом стиле — колонны, подпирающие купол прозрачного потолка. Также зал был внутри больше, чем снаружи, расширялся, автоматически подстраиваясь под число пришедших, и по их же числу создавал круглый стол с соответствующим количеством кресел.

Сейчас в зале находилось тридцать четыре представителя Рода Чоппер.

Дедушки и бабушки, тетушки и дядюшки, братья и сестры, и племянницы с племянниками, разных степеней родства и связей с Гарольдом и его родителями. Все — обладатели силы крови Рода, поэтому численность Рода можно было смело умножать на три, а то и четыре — за счет мужей и жен, детей, и прочих. При этом к каждой из семей, образовывавших Род Чоппер, примыкало снизу еще несколько Родов, в свою очередь делившихся на семьи, и к этим Родам лепились младшие семьи, в результате чего численность магов клана доходила до полутысячи, а то и больше, Сергей пока не вникал.

―Это собрание Рода, — первым взял слово Джекил Чоппер.

Он был двоюродным братом Вудса Чоппера и, стало быть, дедушкой Гарольда, пускай и не прямым. Было ему девяносто четыре, и Джекил еще помнил времена, когда маги скрывались, времена до Освобождения. В отличие от той же Мюриэль, был он вполне вменяем и разумен, и на вид ему было лет шестьдесят. Пожилой, да, но вполне крепкий, с черными волосами без единого намека на седину, и в каком-то вычурном костюме с блестящими запонками, Джекил мысленно представлялся Сергею этаким британским джентльменом — старпёром из девятнадцатого века.

―Семья Курс спасла и вырастила меня, — как можно небрежнее ответил Сергей, делая жест рукой.

За спиной его кресла стояли, единственные среди собравшихся, Барри и Пэгги.

―Поэтому я считаю их членами Рода Чоппер, заслужившими свое присутствие здесь, — продолжил он, щелкая пальцами.

Магические слуги появились и опустили на плечи Барри и Пэгги церемониальные накидки, означающие их принадлежность к Роду. Стол немедленно раздвинулся, добавились еще два кресла, по левую руку от Гарольда, в которые и уселись Багги и Пэрри. Собравшиеся Чопперы начали перешептываться, не особо скрываясь.

―Неслыханно!

―Не-маги за столом Рода?

―Без силы крови?

―Что могут люди понимать в воспитании магов?!

―Да еще и по левую руку!

―Почему молчит Альфард?

Альфард Чоппер, сидевший по правую руку от Гарольда, и правда, молчал. Вчера они уже обсудили все, и теперь Альфард молчал, скрестив руки на груди. Сергей, сохраняя небрежно-скучающий вид, наблюдал за собравшимися. В рукаве его была палочка, внутри — связь с магией Источника. Помимо воздаяния по заслугам Курсам, данная сцена выступала еще и провокацией, попыткой выявить открытых смутьянов.

―Семья Курс входит в Род Чоппер, — заговорил Сергей, — это мое решение, как Главы Рода. Я доверяю им и жду того же от остальных, что им будут доверять и не будут чинить препон, а наоборот, будут всячески помогать.

―Это возмутительно! — не выдержал один из братьев Гарольда.

Пришла подсказка от Дживса — Квентин Чоппер.

―Даже получение Кольца-По-Праву не дает людям права совать нос в дела магов! В дела Чопперов, Рода из Священной Полусотни! — с жаром заговорил Квентин. — Что будет завтра? Мы признаем, что люди равны магам?! Отдадим им обратно власть?!

С десяток Чопперов загудели возмущенно, одновременно с этим выражая поддержку Квентину. Сергей скосил глаза, Альфард сидел с непроницаемым лицом, скрестив руки на груди. Не то, чтобы обиделся, просто предоставлял Гарольду самому расхлебывать заваренную им кашу. Вчера он говорил об этом, но Сергей решил, что стоит сразу расставить точки над запятыми, дабы потом не отвлекаться. По плану он должен был знакомиться с делами клана и спешно учиться магии, пока Барри и Пэгги будут высматривать верных людей, тех, на кого можно положиться, тем самым расширяя «пирамиду» самого Гарольда.

―Не забывайте, что семья Курс уже присягала Роду Чоппер и моим родителям лично! — напомнил Гарольд.

―После чего предала их и ударила в спину, — прошамкал один из дедушек.

―Да перед нами не настоящий Глава! — тоненьким голоском выкрикнула Оливия, еще одна племянница Гарольда.

―А ну тихо! — неожиданно рявкнул Альфард. — Ты что несешь, дура?! Забыла, что такое Кольцо-по-Праву?!

Оливия сжалась в страхе, чуть сдвинулась, словно стараясь спрятаться за соседкой. Но круглый стол и массивная мебель оставляли на это мало шансов, и Оливия чуть сползла, словно собираясь спрятаться под столом.

―Мать-Магия не ошибается! — громогласно выкрикнул Альфард, поднимаясь.

Сергей невольно вздрогнул, но этого, кажется, никто не заметил. Все смотрели на гневного Альфарда, продолжавшего взмахивать рукой, словно рубил кого-то.

―Источник смывает любую подчиняющую магию! Кольцо-по-Праву — сама Мать-Магия подтвердила право Гарольда!

Чопперы хмурились, угрюмо поглядывая на Альфарда. Взгляд Сергей скользил по этим незнакомым зеленоглазым лицам, но не находил того, чего искал. Они признавали право Гарольда, но при этом были недовольны Курсами, нет, даже не столько Курсами, сколько попранием традиций и обычаев, покушением на их права.

―Что касается предательства семьи Курс, у нас нет доказательств и Глава готов поручиться за них своим словом!

―Провести им магический допрос, — скучающим тоном предложил очередной родственник.

Дживс подсказывал имена, но все они быстро слиплись в голове в один тяжелый ком. С каждым нужно было знакомиться отдельно, общаться, вникать, чтобы за именем стоял образ, за образом человек, точнее маг.

―Экспресс-допрос был проведен вчера, лично мной, — тут же сказал Альфард. — Находящиеся здесь не присутствовали при гибели Джонатана и Розы Чоппер, и не знали о таковых замыслах.

―Это не дает им права командовать нами! — вскочил очередной брат, тоже Джонатан. — Маги выше людей, это предопределено самой историей! Раз Глава готов поручиться за них, то пусть присвоит им статус Доверенных Слуг, и дальше мы будем взаимодействовать, как установлено традициями и обычаем!

―Верно, верно, все правильно сказал, — раздались возгласы.

―Принимать их в Род без силы крови — это оскорбление! — продолжал Джонатан. — У нас есть жены и мужья, дети и родители, но их сейчас здесь нет, потому что в их жилах не течет сила крови Чопперов!

―Да! — в этот раз возглас был дружнее.

―Ах так! — разозлился Сергей, вскакивая.

Палочка его, родовая палочка Чопперов из хранилища, вспорола руку, болезненно, но терпимо.

―Милорд, не надо, — еле слышно прошептал Барри.

―Встань, брат мой! — выкрикнул Сергей. — И стань братом по крови!

Он собирался смешать кровь, передать частичку силы, решив, что заодно и Барри станет сильнее, ему будет легче действовать. Чего Сергей не предвидел, так это общей волны возмущения. Гвалт и гомон, младшие просто ударили с десятка палочек по Барри, старшие Чопперы присоединились мгновение спустя. Сергей еще попробовал возвести стену из магии Источника, но без заклинаний она спасовала. Одной лишь сырой силы не хватило, чтобы остановить атаки.

Сергей бросился вперед, прикрывая собой Барри, и отразил несколько заклинаний, крикнув Курсам:

―Прячьтесь!

―Они опоили его без магии! — донесся чей-то пронзительный визг.

―Отречение! Отречение! Отречение! — донеслось скандирование.

―Мать-Магия, услышь нас!

В зале царил хаос, шум, во все стороны летели заклинания, Чопперы кто, во что горазд, применяли силу крови, творили артефакты, сражались с магическими слугами, сбивались в кучки и пробивались к выходу.

А затем все погасло.

―… не течет сила крови Чопперов!

―Да! — раздался дружный возглас.

Побледневший Сергей смотрел на Джонатана, с трудом удерживаясь от того, чтобы ощупать себе спину. Кто-то достал его заклинанием в спину! Кто-то из своих! Но кто? Обратиться к магии источника он не успел, слишком быстро убили. Сергей попытался припомнить, кого видел перед собой, но мысли смешивались, ведь в зале царил такой хаос. И Чопперы ждали его реакции, ответа на претензии Джонатана. Общие претензии, как он теперь понимал.

Он хотел сказать про женитьбу и замужество, ведь тот же Барри с интересом поглядывал на Жизель. Конечно, это было бы жестоко по отношению к Пэгги, только что потерявшей Бёртона, но ведь можно было бы сделать брак формальным, не так ли? Но тут же Сергей вспомнил, что буквально несколько предложений назад Джонатан говорил о женах и мужьях, и что их все равно нет в этом зале.

Силой добавить силы крови он уже попробовал.

Что теперь? Прогнуться? Кто-то убил его заклинанием в спину! Возможно, это и была случайность, но что-то в это слабо верилось. Получалось, что он прогнется, Курсов от него ототрут, и вот, пожалуйста, он глава рода, но без власти. Возможно, на что-то такое и рассчитывал Альфард, поэтому и не возражал особо Гарольду. Но как же слова о величии рода? Или он уверен, что с ним Род станет великим, с ним, а не выскочкой Гарольдом, которого воспитали обычные люди?

Злость ударила в голову, подняла Сергея.

―Те, в чьих жилах течет сила крови Чопперов, предали моих родителей! — закричал он, вскидывая руку.

Волна молчаливого недовольства в ответ. Джонатан открыл уже рот, но Сергей рявкнул:

―Или предатели были найдены?! Нет? Почему?! Возможно, вы не особо и искали?! Кто готов поклясться своей магией, что он не убивал и не предавал моих родителей?!

―Глава, — тихо, но так, что было слышно по всему залу, — мы проверили всех членов Рода такой клятвой, во время первого же расследования.

Сергей даже не понял вначале, что услышал, затем растерялся на секунду и тут же потерял инициативу.

―Есть традиции и обычаи! — взвизгнул Джонатан. — Если мы начнем нарушать их, то чем мы будем отличаться от обычных людей?! Сама Мать-Магия покарает нас и лишит своего благословения!

Злость снова вскипела в Сергее, на себя, на этих дурных Чопперов с их обычаями и на Мать-Магию, за все сразу. Теперь, после убийства в спину, следовало удвоить и утроить осторожность — предатель среди Чопперов. Следовало прикрыть спину, а значит, следовало продавить Курсов в качестве помощников. Не просто помощников, а способных приказывать Чопперам. Сергей вспомнил волну возмущения и понял, что такое не пройдет.

Но его тут же осенило новой мыслью.

―Тихо! — рыкнул он, усилив голос магией Источника.

Зал затрясся, а возмущенные Чопперы заткнулись и теперь возмущались молчаливо.

―Мать-Магия, говорите? — он обвел всех взглядом. — Мать-Магия, призываю тебя в свидетели того, что я все делаю правильно!

По большому счету, это был выстрел наугад. Но ведь она сама призвала Сергея сюда, так? И не запрещала упоминать себя? Так что стоило рискнуть, и Сергей рискнул. Мгновение ничего не происходило, затем в центре зала, над серединой стола заплясали багровые искры и воздух, словно прострелило невидимой, но ощутимой молнией.

Вот теперь Чопперов наконец-то проняло.

Молчание из возмущенного стало подавленным, лица побледнели, кое-кто торопливо чертил защитные знаки перед собой. Сергей выжидал, затем заговорил снова.

―Я вырос и воспитывался среди обычных людей, потому что вы, маги Рода, провалили свои обязанности по защите Главы. Вы говорите, что маги выше людей?! Хорошо, пусть будет так! Тогда МОИ ЛЮДИ встанут выше всех остальных людей, а я встану выше магов, как Глава Рода!

Вот это был верный шаг, ответной волны возмущения не последовало. Хотя, к гадалке не ходи, можно было ожидать сопротивления в вопросе людей. Но и на этот счет к Сергею пришла идея, как одним заклинанием убить двух зайцев.

―Мой дядя, Альфард Чоппер предупреждал меня о такой реакции, но я ему не поверил. Мне казалось, что слово Главы Рода — непреложный закон, но теперь я вижу, что это не так. Возможно, в этом виновато то, что я вырос среди людей, но. Я все равно — Глава Рода Чоппер. С помощью дяди я разберусь и в делах клана, и в делах Рода, и в том, кто убил моих родителей. То, что я чего-то не знаю, не спасет тех, кто ударил в спину, потому что я выучусь, узнаю и разберусь, клянусь в том перед лицом Мать-Магии!

Новая багровая вспышка и Чопперы еще больше побледнели. Альфард выглядел встревоженным.

―Теперь, когда мы познакомились и собрались все вместе, как положено по традициям и обычаям, думаю, стоит перейти все же к официальной части собрания, основному вопросу, ради которого мы здесь собрались.

Знакомство с новым Главой Рода, и знакомство Главы с делами Рода. Под это дело Сергей рассчитывал ближе познакомиться с родственниками, записать, кто, чем занят, может быть даже понять, кого привлечь. Провокация с Курсами удалась, но совсем не так, как он рассчитывал.

Но все же выкрутиться удалось, теперь оставалось только работать с результатами.

Глава 17

Дверь в камеру открылась и Дэбби нахмурилась. Там стоял ОН. Испортивший жизнь всей ее семье, убийца ее родителей, насильно притащивший ее туда, откуда он все бежали — во владения Малькольмов. Не просто во владения, в самую их сердцевину, в городок неподалеку от Малькольм-мэнора. Да еще и засадил обратно в тюрьму, подлец!

―Доброе утро, — сказал Дункан Малькольм, вежливо кивая Дэбби.

Та фыркнула и отвернулась. Оружие, выданное на время охоты, разумеется, отобрали, да и даже если бы не отобрали. С ружьем на мага? Не смешно! Для этого самому надо быть магом! А кто она? Обычный человек, без связей и силы, да еще и преступница!

―Я так понимаю, разговор будет долгим, — спокойно сказал Дункан. — Джимми, пусть принесут чая и сладостей.

Один из двух мордоворотов, сопровождавших Дункана (зачем они ему, с его-то магией?!), кивнул и исчез. Сам Дункан спокойно сотворил себе стул и сел на него, напротив койки Дэбби. Сама Дэбби, ощущая, как мерзко она выглядит после кровавой охоты, как воняет, посмотрела украдкой на Дункана. Тот был подтянут, одет с иголочки и выглядел именно тем, кем и являлся — мерзавцем-аристократом из высшего света.

―Видите ли, моя дорогая Дэбби, можно я буду звать вас Дэбби?

Дэбби не хотела отвечать и лишь насупилась, снова отвернулась.

―Слово для родовитого мага, — продолжил тем временем Дункан, — это всё. Если уж мы даем слово, то держим его, и не только из соображений чести, но и потому что, не сдержав слово, лишимся своей магии.

Голос у него был хороший, правильный, в меру густой и вызывающий доверие. Что, конечно же, только разозлило Дэбби.

―И вот я дал слово, что сниму с вас все обвинения, а также позабочусь о вас, а вы отворачиваетесь зло, не желаете сотрудничать.

―С вами?! После вчерашнего?!

―Дорогая Дэбби, вы взрослая девушка и должны понимать, что ничего просто так не дается. Вы хорошо жили, вкусно ели и сладко спали, ходили в школу и ездили с родителями в заморские колонии на каникулах, но задумывались ли вы, за чей счет все это было?

―Родители работали! Много и честно! — выпалила Дэбби зло.

―Работали, вот, — согласился Дункан. — А на кого они работали, вы знаете?

Дэбби молчала, потом все же дала ответ, так как молчание и злость, казалось, разъедали ее физически изнутри.

―На Род Койлов.

―А Род Койлов?

―Входит в клан Малькольмов. И что?!

―Абсолютно ничего, — развел крепкими, красивыми руками Дункан.

Принесли чай и сладости, возле мордоворота, чуть не повизгивая, вился начальник тюрьмы, но его отослали прочь. Дункан сотворил столик, сам налил чая Дэбби.

―Вы честно трудились, помогали клану стать богаче и клан в ответ помогал стать богаче вам. Это залог процветания, формула успеха, благодаря которой все, кто служит магам, живут и процветают под сенью Императора.

Дункан взял чашку, чуть пригубил чай и посоветовал.

―Выпейте и не стесняйтесь с сахаром, он придаст вам сил. Съешьте пирожное, сладкое помогает.

Дэбби и дальше продолжала бы фыркать и отворачиваться, но она ничего не ела со вчерашнего дня и, где-то в глубине души, побаивалась Дункана. Нет, даже не Дункана, а того, что он мог сотворить с ней при помощи магии и без нее. Правда, он дал слово, что не причинит вреда… поколебавшись, Дэбби все же взяла чашку.

―Только чай, слово Малькольма, — улыбнулся Дункан.

Зубы у него тоже были красивые, ровные и белые. Магическая медицина, конечно, была доступна и добропорядочным горожанам, саму Дэбби лечили три раза, благо заработки родителей позволяли. Это было быстро, весело и не больно, и в такие минуты Дэбби всегда завидовала магам, хотела стать одной из них.

―Но ваши родители, Дэбби, я уж не знаю почему, вдруг решили взбунтоваться и начали красть деньги, словно какие-то дикари!

Дэбби знала причину, но не знала, знает ли о ее знании Дункан, поэтому еще отхлебнула чая.

―Им доверяли, а они, пользуясь этим доверием, крали и обворовывали Род Койл, а с ним и весь клан Малькольмов! Вы, наверное, слышали о силе крови, Дэбби?

Она кивнула — кто же не слышал о силе крови потомственных магов? Чем старше Род, тем больше его сила крови. Необученный маг, с сотней поколений предков за плечами, легко мог одолеть какого-нибудь «нового мага», за которым не стояли поколения.

―Дар Рода, — мечтательно произнес Дункан, чуть прикрыв глаза, — и знаете, какова эта сила у Малькольмов? Деньги. Там, где, например, Лагранжи, просто посадили бы вас в тюрьму, а Пруденты, скажем, выдали бы императорским властям, чтобы не пачкать рук, мы, Малькольмы, воспринимаем как личное оскорбление, когда у нас крадут деньги. И не только личное, но и оскорбление всех тех неисчислимых предков, что пронесли нашу силу крови через тысячелетия. С другим Родом вам хватило бы бегства, но только не с украденными у Малькольмов деньгами.

―Ты убил моих родителей!! — выкрикнула Дэбби, не выдержав.

Чай из ее чашки полетел в Дункана, и она пихнула столик, собираясь опрокинуть его на наследника Малькольмов. Тот повел рукой, и чай со столиком застыли в воздухе.

―Ты убил Майкла! — крикнула Дэбби, ощущая, что не может пошевелиться.

―Кто такой Майкл? — искренне удивился Дункан.

―Мой младший брат!

―Я не убивал твоего младшего брата, клянусь, — серьезно ответил Дункан. — И ты неправильно воспринимаешь охоту.

―Что?!

―Я мог бы выдать вас всех властям или отдать палачам клана, но я учел заслуги твоих родителей и позволил вам умереть, сражаясь. Дал шанс, крохотный, но все же шанс, убить охотника и заслужить свободу, — с равнодушным видом пожал плечами Дункан.

Дэбби всхлипнула от бессилия.

―Что же касается твоего младшего брата… что там случилось?

―Он приглянулся Маргарет Койл, — неохотно ответила Дэбби.

―Сейчас мы с тобой отправимся к судье, для объяснения новых открывшихся обстоятельств твоего дела — ведь все должно быть официально, ты согласна?

Дэбби лишь кивнула, не имея сил возражать. Имперской машине правосудия она никогда бы не доказала, что невиновна. И что ее родители невиновны, что их подставили, чтобы избавиться от свидетелей!

―И там, ты изложишь все подробности, касающиеся убийства твоего младшего брата, — продолжал радушным тоном Дункан.

Дэбби вспыхнула, потом посмотрела на Дункана. В присутствии наследника Малькольмов судья, наверное, забегает, не хуже таракана на бегах. Чем не шанс отомстить?! Да, его предлагал ненавистный Малькольм, но самой ей в жизни не светило бы достать Маргарет Койл.

―Я согласна, — ответила Дэбби.

―Тогда вам, Дэбби, должно быть, захочется помыться, привести себя в порядок и переодеться, — кивнул Дункан, подавая знак своим помощникам.

Как верно догадался Сергей, клан можно было представить этакой транснациональной корпорацией — занимающейся множеством вещей, не чем-то одним. В таком разрезе Чопперы выступали в роли совета директоров, каждый из которых курировал какое-то направление. Аналогия, конечно, была весьма условная, это понимал даже Сергей, чьи познания в экономике были также весьма условны. Но так ему было легче понимать происходящее.

Помимо Чопперов в самой Великобритании, присутствовали Чопперы и в заморских колониях, и в других странах, тоже занимаясь делами клана и Рода. В принципе, насколько уловил Сергей, они могли и прибыть, транспортная и информационная связность здесь превышали аналогичное время в его родном мире — разумеется, за счет магии. И, разумеется, все блага доставались в первую очередь магам.

Что-то было в этом, такое, недосказанное и витающее в воздухе, но Сергей пока не стал вдаваться в детали, дабы не прерывать заседание и не уводить в сторону. Ну и не демонстрировать лишний раз свою неосведомленность, конечно. Поэтому он удовлетворился пояснением, что там, в колониях, как правило, работают младшие представители семей, набираясь опыта, под присмотром опытных специалистов.

―Основополагающий бизнес клана это, конечно же, производство артефактов, — заявил Альфард Чоппер, выпуская в воздух клуб дыма.

―Особенно для маботов, — поддержал его другой дядя Гарольда, Тристан Чоппер.

Дядей он приходился Гарольду через одного из дедушек. Собственно, на дальней стене очередного зала как раз висел огромный гобелен с родовым древом, от одного взгляда на который начинало рябить в глазах.

―Благодаря этому позиции клана не так плохи, как могли бы быть, — продолжал Альфард.

Сигара, которую он курил, была скручена из некоего особого «магического» табака, с плантаций клана Лонгхэдов в одной из колоний в Африке. Силой Рода была работа с растениями, и они держались на этом, так как, подобно Чопперам, их глава тоже погиб лет десять назад, а восприемника Кольца-по-Праву не нашлось. Вроде бы у Лонгхэдов подрастал наследник, но надежды на него не было, силы крови он не демонстрировал и вообще был робким и забитым.

У Сергея голова шла кругом от этого потока информации, намеков и обмолвок невзначай, не затем, чтобы его запутать, а потому что для Альфарда, Тристана и остальных это была реальность, в которой они жили. Знали всех и вся, строили политику клана и Рода, где экономика сплеталась с политикой и переходила в магофеодальные отношения, с вассалами и клятвами, и тут же возвращалась к капитализму, колониям и прибыли.

И все это, похоже, Сергею надо было изучить в первую же очередь.

―С чем это связано? — спросил Сергей.

Предполагалось, что двое дядей учат его — да, собственно, так оно и было, по большому счету! — просто обучение проходило в такой вот неформальной обстановке. Зал, книги по истории и географии, камин, выпивка и сигары, бдящие магические слуги, невидимо убирающие пепел и наполняющие бокалы. Сам Сергей практически не притрагивался к бокалу с красным вином, в отличие от Альфарда и Тристана.

―Сделанное силой крови, дорогой племянник, оно всегда лучше, чем сотворенное заклинаниями, — снисходительно пояснил Альфард. — Сотворенное заклинаниями того, чья сила — творить артефакты, вещь становится в разы качественней, долговечнее, лучше.

―Разве из-за этого их не станут покупать реже? — удивился Сергей.

―Если ты о тех поделках, что покупают обычные простаки, то их клепают младшие члены Рода, кто едва ощутил силу. Простакам и такое за великую честь, а младшие развивают силу, — небрежно пояснил Альфард. — Изделия же старших, опытных Чопперов простакам и вовсе недоступны. Мы продаем их другим кланам, отдаем в качестве нашего налога Императору и еще продаем поверх этого, потому что всем нужны качественные, надежные, долговечные артефакты, особенно в маботах.

―Раньше больше половины начинки любого мабота состояла из артефактов производства Чопперов, — ностальгически вздохнул Тристан, прикладываясь к бокалу.

Видимо от избытка чувств он приложился сильнее, чем обычно, и вино окрасило его седоватые, жесткие усы, в красный, словно кто-то разбил дяде Гарольда нос.

―Я все равно не понимаю, — вздохнул Сергей. — Если у нас кровная вражда с теми и с этими Родами, то не лучше ли продавать или просто снабжать только наших союзников, делая их сильнее?

―Сразу видно, что тебя воспитывали простаки, — ухмыльнулся Альфард.

Ни Пэгги, ни Барри рядом не было — Сергей решил, что двое Чопперов — не тридцать, и он уж как-нибудь справится, случись чего. К тому же теперь магический слуга незримо охранял его со спины.

―Мы можем враждовать, и мы враждуем между собой, — продолжил Альфард, опять приложившись к сигаре. — Но нас, магов, мало, нас всегда было мало. За время с момента Освобождения мы набрали численности, но нас все равно мало. Мы — волки в стаде овец-простаков и если вдруг бараны решат затоптать нас толпой, мы сбиваемся в стаю и рвем их в ответ. Скажу тебе по секрету — официально мы с Лагранжами не торгуем. Но у наших союзников нет с ними кровной мести и они продают Лагранжам нашу продукцию, с полуторной накруткой. Прибыль мы делим пополам и все довольны.

Он замолчал, глядя в пламя камина. Сергей тоже молчал, пытаясь переварить такую модель отношений. Тристан, занимавшийся как раз заводами маботов, заговорил, жестко и непримиримо, словно давя на Гарольда:

―Маботы — вот что держит это стадо в повиновении! Простаки глупы, им нужны символы, они видят мага, такого же, как они и не боятся. Они видят большого мабота и боятся. Поэтому их надо держать в кулаке и напоминать регулярно о силе магов, иначе они забудут страх и снова восстанут, настолько они глупы.

―Но им хватило ума придумать принцип «разделяй и властвуй», — усмехнулся Альфард. — Самых верных и полезных мы приближаем, давая заглянуть в мир магии, прикоснуться к его чудесам. Основную массу сыто кормим, остальных, кто совершает преступления, убивает и бунтует, пускаем под нож и система работает.

Сергей начал догадываться, куда идет разговор, но постарался не подать вида. Альфард выдержал паузу, подался вперед, к Гарольду, обдавая его запахом табака. Пахло, как ни странно, приятно, словно он не курил, а вдыхал освежитель воздуха с клубникой.

―Но никогда, слышишь, Гарольд, никогда простаки не будут равны магам! Мы можем приближать их к себе, возвышая до своего уровня, можем оказывать им милость, снисходя до них, можем любить их или использовать в качестве игрушек, но они все равно остаются ниже нас. Таковы законы природы, установленные Мать-Магией.

―Курсы останутся, — упрямо ответил Сергей.

―Конечно, глава, — выдохнул дым Альфард, стряхивая пепел на ковер.

Сергей, осознавший, что из него «выбивают воспитание простаков», сдержал злость, сказал.

―Давайте вернемся к маботам.

Глава 18

Сергей стоял на пороге огромной пыльной мастерской, задумчиво вглядываясь в темные глубины.

―Прошу прощения, милорд, — донесся чопорный голос Дживса из-за спины, — но так как мастерская принадлежала бывшему Главе, вашему отцу, и нового Главы так и не появилось, уборка здесь не проводилась, тем более, что слуг в мэноре не хватает.

―Мгм, — рассеянно отозвался Сергей.

Нет, это определенно была не клёвая мастерская Тони Старка, «Железного человека», с роботами, компьютерами и искусственным интеллектом. На заброшенную пещеру ведьмы, с побулькивающим котлом и развешанными по стенам сушеными внутренностями летучих мышей тоже как-то не походила. Мастерская больше походила на внутренности небольшого завода — похоже, тут опять применялось расширенное пространство — расположенные в ангаре для самолетов.

―Погоди, — остановился он и посмотрел на Дживса.

Тот стоял, в костюме дворецкого, весь такой подтянуто-невозмутимый, ожидающий приказаний. Сергей знал, что это лишь образ, принятый им некогда по желанию одного из предков Гарольда, но все же это работало. И сейчас мысли переключились на Дживса и слуг, тем более что хранитель мэнора изначально пытался пожаловаться на нехватку таковых.

―Погоди-ка, — чуть прищурился Сергей.

Мысленно он пробежался по зданию, припомнил свое первое соприкосновение с «всевидящим оком» мэнора. Сам Сергей бы дергался постоянно, зная, что за ним наблюдают или могут наблюдать в любую секунду, а вот Чопперы относились как-то индифферентно.

―В мэноре находятся только магические слуги, — произнес он.

―Да, милорд, — ответил Дживс, — так было заведено исстари. Магические слуги не могут предать, они трудолюбивы, послушны, исполнительны, не пытаются саботировать распоряжения и владеют магией, благодаря Источнику и связи с ним через мэнор. Поэтому обычных людей, за исключением доверенных, в мэноры не пускают. Они, как правило, живут и трудятся где-то вокруг, чаще всего за пределами магии мэнора.

―Хмм, допустим, — отозвался Сергей.

Щелкнув пальцами, он призвал магическую служаночку, сегодня как раз дежурила Эрато. Негритяночка в белом переднике и прочих деталях костюма французской горничной, с метелкой в руке. Чуть поклонившись, она тут же начала убирать пыль, помахивая метелкой. Казалось бы, во все стороны должны были лететь клубы пыли, но очищающая магия делала свое дело, вся пыль просто исчезала.

―Я захотел и призвал служанку, — сказал он. — И у тебя есть еще слуги в подчинении.

―Вы — глава, милорд, — ответил Дживс. — Когда вы призываете слугу, он всегда приходит, даже если до этого выполнял распоряжение кого-то другого из Чопперов. Но поверьте мне, милорд, их не хватает на то, чтобы выполнять все работы по мэнору и распоряжения магов.

―А если я обрежу остальным Чопперам доступ к слугам?

―Боюсь, ммм, они будут недовольны. Очень недовольны.

―Особенно мадмуазель Жизель? — скабрезно ухмыльнулся Сергей.

―Особенно она, но и ваш дядя Альфард тоже. И другие родственники тоже.

Однако Сергей его уже не слушал. Воспоминания о Жизели и ее «развлечениях», а также прошлое нетерпение самого Сергея, соединенное с гормонами молодого тела Гарольда, поднялось в нем волной. Нетерпеливой, требующей немедленной разрядки волной возбуждения.

Дживс молча исчез, а Сергей подумал, что магические слуги это и правда, очень удобно. Не стоило злить родственников из-за таких мелочей, он уже погиб один раз из-за такого. Разве что разогнать всех из мэнора? Но кто тогда будет учить его всему, а в первую очередь магии? Не говоря уже о том, что ему предстояло еще проехаться по Суррею, производствам и заповедникам клана — не стоило злить тех, кто мог ударить в спину.

Так что он уже мысленно решил заняться просьбой Дживса, но потом, вначале предавшись более приятному делу.

―Да, милорд? — чуть испуганно повернулась к нему служаночка.

Она была немного ниже его, смотрела, приоткрыв рот, и Сергея затопило возбуждением. Он прижал ее к столу, навалился сзади, сжимая руками грудь. И… тело Гарольда содрогнулось, выбрасывая толчками накопленное. Сергей, ощущая себя полным дебилом, разжал руки, отступил, не зная, что делать. Возбуждение отступило, только усиливая стыд. Конечно, можно было навалиться снова, в надежде, что юное тело возьмет свое, но… признаться честно, Сергей просто не ожидал такого фиаско, забыл, как оно бывает.

―Милорд, вы запачкались, — Эрато присела, потянулась руками.

Сергей, внезапно представивший второй раунд позора, убрал ее, отправил прочь. К счастью, служанка успела убрать пятно своей очищающей магией, но все равно, вышло как-то неловко. Тем не менее, возбуждение отхлынуло и мысли, как всегда, переключились на дела.

Поколебавшись секунду, он решил пока не призывать Дживса.

―Да будет свет, — пробормотал Сергей, опять обращаясь к магии мэнора.

Лампы под потолком вспыхнули, заливая мастерскую светом, и мало того, несколько огоньков спустились с потолка, подлетели ближе к Сергею, словно предлагая использовать их в качестве переносных ламп. Он отмахнулся от них — слепили, и огоньки взмыли под потолок.

―С размахом все устроено, — произнес Сергей.

Слова вместо эха утонули в объемах ангара. По краям ангара лепились какие-то мелкие склады, стояли верстаки и столы, лежали инструменты, пол был расчерчен цветными линиями, образуя различные зоны. Подъемники и кран, с проложенными рельсами, ездящий туда-сюда, какие-то захваты и лапы, без пультов управления. Впрочем, причина выяснилась сразу — здесь все было пропитано магией Источника и работало от нее, и Сергей интуитивно понимал, как и что делать, куда направить мысленный импульс.

Помогал и «фильтр Дживса», как Сергей решил для себя называть помощь хранителя мэнора. Мысленной дисциплины и умения четко представлять образы Сергею не хватало — пока не хватало, и он надеялся в процессе обучения магии исправить это упущение. Так вот, Дживс помогал, отсекал лишнее, не давал разом запустить все подъемники или там призвать всех-всех слуг одновременно. Еще Сергей подозревал, что это связано именно с магией мэнора, и вне его пределов он не сможет так легко оперировать.

Но это он, как уже было сказано, надеялся поправить в ходе обучения.

Детали — части нескольких маботов, руки и ноги, торсы, лежали отдельно, кусок головы и шеи до сих пор свисал на тросах в одной из зон. За всеми этими деталями Сергей даже не сразу увидел, что чуть в стороне стоит почти готовый мабот. Рядом с ним, отчасти закрывая мабота, стоял небольшой кран, а также три открытых длинных, высотой примерно с метр, ящика. Мабот был почти готов — на столах за ним лежали рука и голова, и их же, соответственно не хватало самому маботу. В отличие от белоснежных и алых моделей, встреченных Сергеем в его забеге до Чоппер-мэнора, эта была серой, невзрачной.

Он подошел ближе.

―Что это? — спросил он.

―Незаконченный проект вашего отца, милорд, — раздался голос Дживса за спиной.

Сергей чуть вздрогнул, поняв, что неосознанно призвал его. Ладно, здесь и сейчас, а если это случится в другой, более интимный момент? Похоже, мысленную дисциплину стоило передвинуть в планах на первое место. Хотя там уже стояли без очереди изучение истории мира, магии, маботов, подготовка к убийству Гамильтона и вникание в дела Чопперов и их родственные связи, для подбора себе команды.

―Мой отец делал маботы? — спросил он.

―Ваш отец был непревзойденным пилотом, милорд, — ответил Дживс, — и его не устраивали стандартные модели. Он не был конструктором маботов, но он делал их для себя, по индивидуальному проекту.

―Железный человек, — не удержавшись, пробормотал Сергей под нос. — И что это за проект?

―Боюсь, милорд, здесь я вам не помогу, — произнес Дживс, чуть кланяясь. — Я не помогал Джонатану Чопперу конструировать и создавать этого мабота, он все делал сам. Ваша мать помогала ему, но и она не посвящала меня в детали.

Ну да, с магией то оно все легче, подумал Сергей, обходя недоделанного мабота по кругу.

Если его не подводил глазомер, то он был чуть ниже встреченных им маботов, ростом соответствуя скорее Руперту Огру. Голова была непропорционально большой, выдавалась назад. Одна нагрудная бронепластина отсутствовала, и было видно, что внутри мабота пустота.

―Капсула для пилота? — спросил Сергей.

―Да, милорд. Но ваш отец обычно использовал не капсулу, а комбинезон и шлем, лично им зачарованные.

Сергей моргнул, не поняв, в чем разница. Родственники рассказали ему о производстве маботов, но в общих чертах. Руки-ноги, капсула — с аварийным телепортом и амортизирующей подушкой, заклинаниями защиты и жизнеобеспечения пилота, и самым главным — магией подобия. Присутствовали некие загадочные маговоды, которые потом Сергей расшифровал как энерговоды, батарея, магоаккумулятор, броня, тоже зачарованная на защиту и самое главное — оружие. Заклинания удвоения и умножения на боеприпасы — и они никогда не заканчиваются, заклинания охлаждения — и стволы никогда не перегреваются, заклинания мелкого ремонта и мабот ремонтирует сам себя — во всяком случае, когда нет воздействия внешней магии.

Еще одна причина, по которой маботы представляли ультимативное оружие. Оружие обычных людей не пробивало магические щиты, и даже если где-то проскакивало в зазоры, пилот выживал, мабот чинил сам себя, и затем приходило возмездие тем, кто покусился на мабота и его пилота. Доверенные люди с магическим оружием еще могли представлять проблемы для маботов, но они не зря именовались доверенными — в ближний круг к магам пускали только тех, кому могли доверять. Ну и магических слуг, конечно.

В результате мабот представлял собой машину смерти, остановить которую мог только другой маг. А маги, как популярно объяснил Гарольду Альфард — держались друг за друга против простаков-людей. Тут у Сергея возникла смутная ассоциация с монголами-чингизидами в войсках Чингисхана и его потомков: их было не слишком много по отношению к общей численности, но они были начальниками и элитой. Не то, чтобы это помогало лучше понять социум, просто немного помогало смириться с его чуждостью.

―А другие так не делают, потому что у них нет силы крови Чопперов?

―Прошу прощения, но я не знаю, милорд. Милорд Джонатан никогда не говорил мне ни о чем подобном.

Заклинания и артефакты, компоновка и оружие, Сергей подозревал, что маботы в чем-то сродни автомобилю. Упакуй все в корпус, да чтобы работало, ездило и не конфликтовало, чтобы водитель не убился, чтобы машина не развалилась от первого же чиха. Взаимодействие магии наверняка тоже можно было просчитать… или зачаровать мабота целиком? Сергей заинтересованно посмотрел на робота, припомнив, как он зачаровывал автомобиль в дороге.

Пожалуй, с этим стоило разобраться отдельно.

―Надо будет посетить завод дяди Тристана, — решил Сергей, — поговорить со специалистами.

―Уверен, что это будет наилучшим решением, милорд, — отозвался Дживс.

―Теперь вернемся к твоей проблеме, пока я снова не отвлекся.

―Благодарю вас, милорд.

―Итак, слугами могут пользоваться все Чопперы, находящиеся в мэноре, так?

―Если вы не запретите этого, милорд, да.

―Запрещать я ничего не буду, значит, нам… тебе нужны новые слуги.

―Все верно, милорд.

―Как нам увеличить число слуг?

―Создать их из подходящих людей, милорд. Сейчас вакантно место шестидесяти одного слуги и осмелюсь…

―Постой, — перебил его Сергей, и Дживс сразу замолчал.

Тишина и покой царили в пыльной мастерской, и Сергей решил, что ослышался.

―Ты сказал — создать?

―Да, милорд, — невозмутимо отозвался Дживс. — Благодаря тому, что мастер Альфард регулярно приносил жертвы, мощь Источника и благосклонность Мать-Магии не уменьшились, и поэтому, как я уже сказал, шестьдесят…

―Жертвы?! — опять перебил его Сергей.

―Из числа обычных людей, милорд. После специального ритуала они получают доступ к магии мэнора и становятся магическими слугами. Магии же Источника, милорд…

―Да-да, шестьдесят одна вакансия, я помню! — раздраженно и зло рявкнул Сергей.

Игривые мысли минутной давности — позвать ту служанку-негритяночку (сотворенную им изначально в таком облике, чтобы поиметь, как он теперь четко осознал) потереть ему спинку — немедленно увяли, скукожились и рассыпались пеплом. Живых людей приносили в жертву? С учетом того, что магические слуги могли менять облик… кем была служаночка при жизни? Сергей подавил приступ тошноты, попытался взять себя в руки.

―Жертвы, значит, приносил? — почти прошипел он.

―Да, милорд, как и положено по традициям и обычаям. Но осмелюсь заметить, жертвоприношение, совершенное рукой Главы Рода, будет полезно для Источника, и…

Сергей вскинул руку, затыкая его. Людей в жертву? Это не укладывалось в голове.

―Милорд, только полноценный глава имеет право…, — осторожно начал Дживс.

―Заткнись нахрен! — рявкнул Сергей, не сдерживаясь. — Шестьдесят вакансий?! Ни одного слуги тебе!

Хотелось орать и кидаться чем-то тяжелым, дать выход душащей злобе, пока она не задушила изнутри.

―Милорд, знайте, что Мать-Магия может оскорбиться таким пренебрежением и тогда Источник разрушится, а я погибну, — скорбно склонил голову Дживс.

―Ты и так неживой, — злобно отозвался Сергей.

―Но я ценю возможность служить Роду Чоппер!

Сергей засопел злобно, сверля Дживса взглядом. Затем все же дал выход ярости, швырнул в стену несколько сгустков энергии, от которых содрогнулись стены. Стало немного легче, и Сергей нашел в себе силы спросить:

―Куда делись прежние слуги?

―Они погибли. Тела людей не слишком приспособлены для магии, поэтому они быстро изнашиваются и нуждаются в периодическом пополнении.

Новая вспышка злости ударила в голову Сергею, и он крикнул:

―Так и приносили бы в жертву магов!

―Как можно, милорд?! Чтобы Мать-Магия принимала в жертву своих же детей?! — в этот раз Дживс выглядел по-настоящему испуганным.

―Хм. Вот у тебя магии на шестьдесят слуг — пусти ее на слуг, полностью состоящих из магии.

―У Источника может быть только один полностью магический слуга, его защитник и хранитель, милорд.

―То есть ты.

―Да, милорд, это я.

Сергей скрежетнул зубами. Людей — в жертву?!

―Милорд, осмелюсь заметить, что в жертву обычно приносят преступников и нарушителей обычаев, — заметил Дживс в сторону

―Экскурсия окончена, — рыкнул Сергей и зубы его скрежетнули еще раз. — Пригони сюда… нет, ничего не делай. Мне нужно подумать.

Глава 19

Сергей всегда интересовался историей. Не как профессионал, дотошно исследующий эволюцию костюма каких-нибудь ландскнехтов в ходе Тридцатилетней войны, а как любитель. И в роли любителя его больше всего привлекал период средневековой Европы, эпохи великих географических открытий и всего, что было в те времена. Он мечтал быть феодалом и властно распоряжаться, вершить судьбы, а также водить свою дружину в атаки, давая отпор обнаглевшим соседям и королю. Мечтал открывать новые земли и первым прыгать на песок дальних островов, разя направо и налево кровожадных аборигенов — каннибалов. Мечтал двигать прогресс и побеждать, а также закатывать балы и вести беседы с утонченными красавицами. Правда потом, почитав о кое-каких фактах реального Средневековья, энтузиазм его поугас, но все же знания и лакированная мечта — без грязи, блох, вшей, болезней, и с современными удобствами — осталась.

Собственно, сейчас он находился в библиотеке мэнора и читал «Краткую историю магов от древнейших времен до Освобождения», ощущая, как почти буквально шевелятся волосы на голове. Нет, древнейшая история была нормальной, даже почти скучной. Шаманы, духовные практики, колдуны, постепенное развитие сил, осознание необходимости накопления и развития таковых сил, тысячелетия магических браков — с зародышами концепций «чистой крови» и «брака между своими», первый прорыв в этой области. Маг, ставший известным людям, как Иисус Христос.

На этом месте Сергей долго моргал, перечитал два раза и даже понюхал книгу — пахло от нее странно, словно кто-то читал ее и курил, курил, курил. Память Парри услужливо подсунула сведения о магликанской церкви, название, пришедшее после реформ Освобождения. «Не мир я вам принес, но меч», потому что в те времена палочек у магов еще не было.

Сергей не верил в религии, не состоял в сектах, но обрывков сведений, так или иначе застрявших в голове, хватало, чтобы видеть разницу. Для Парри, после уроков в школе, все было просто и понятно: маг, из любви к людям, вышел проповедовать, чтобы люди не убивали друг друга, потому что маги уже тогда заботились о простых людях и хотели сделать их жизнь лучше. Мага не поняли, схватили, распяли, он «воскрес» — явив миру чудеса магии, но и этого тогда тоже не поняли, и началось обожествление. Тем не менее, христианство распространилось, и так как оно было религией, созданной магами, то именно поэтому христианские страны и покорили весь мир.

Для Сергея это выглядело… странным, мягко говоря.

Шло время, силы магов продолжали расти, тысячелетия магических родов привели наконец-то к качественному скачку, зримым проявлениям силы крови, возможности воздействовать на мир. Началом Новой Магической Эры, судя по книге, считалось получение философского камня знаменитым французским алхимиком Николя Фламелем. Продолжительность жизни магов и так была выше, чем у обычных людей, а с камнем Фламель сумел прожить еще дольше, накопить еще больше сил и развить их. И именно он в середине 15 века уловил странные сигналы в магосфере, свидетельствующие о том, что где-то далеко, за океаном, творится что-то непонятное и ужасное.

Проверки при помощи прорицателей и пифий, магические ритуалы и вот уже экспедиция Колумба отплыла в дальние дали. Маги были встревожены и озаботились маскировкой — для всех Колумб плыл открывать путь в Индию. По факту же он шел по магическому компасу и поэтому приплыл на острова Карибского моря. Маги не стали приближаться к источнику сигналов, провели исследования издалека и связались с Европой.

Те, кто стал известен, как конкистадоры, устремились к берегам Америки.

Сергей облизал пересохшие губы и отхлебнул горячего чая, услужливо поднесенного одним из слуг мэнора. Краткая, сухая выжимка фактов истории читалась, словно кровавый захватывающий боевик — возможно потому, что он знал факты истории своего мира и ему было с чем сравнивать. Шаманы Южной и Центральной Америк шли по пути, схожему с магами Европы (да и других регионов мира, если уж на то пошло), постепенно и очень, очень медленно накапливали силу крови через браки и поддержание чистоты крови. Но затем у них случился внезапный прорыв, и они открыли магию крови. Нет, даже не так, МАГИЮ КРОВИ.

В древнем мире все приносили жертвы, кровь лилась рекой, но, как оказалось, этого было недостаточно и требовались, буквально, водопады крови, чтобы магия перешла из количества в новое качество. Кровавые гекатомбы приводили к взрывному развитию силы крови, резкому ее улучшению, и именно эти сигналы — от жертвоприношений — и уловил в свое время Фламель.

Почему шаманы Северной Америки не натолкнулись на все это, книга умалчивала, и Сергей решил, что дело в отсутствии государственности. Поди, набери тысячи и тысячи жертв, когда вокруг мелкие племена кочевников, бегающих хаотично по прериям. Ацтеки же и остальные жили скученно и сумели добиться эффекта. Промедли европейские маги хоть немного и вся история мира пошла бы по совершенно другому пути — вполне возможно, что в новой истории над империей Ацтеков «не заходило бы солнце», как сейчас над Британской.

В свое время Сергей сильно удивлялся, как конкистадоры всего лишь сотней человек опрокидывали целые государства. Объяснения про страх перед лошадьми и огнестрельным оружием выглядели как-то слабовато, у них же не современные автоматы с кодом на бесконечные патроны были, а древние фитильные ружья, выстрелил и перезаряжай потом две минуты. Когда против тебя десятки тысяч, сотня ружей не спасет. Потом Сергей прочитал, конечно, про расколы среди местных, что часть их знати поддержала конкистадоров, в ходе борьбы со своими же, ну, в общем, реальность опять немного пригасила мечту.

Здесь, в этом мире, конкистадоры приплыли в сопровождении магов. Лучших и сильнейших. Пускай европейские маги и не дошли до массовых жертв, но на их стороне было время — они раньше начали развиваться и сбиваться в Рода. Время и палочки. Именно в этот момент, в краткой истории впервые упоминались Чопперы — вкупе с другим Родом артефакторов, Пассажами, из Франции, они сделали первые палочки. Концентраторы, усилители, носители стандартных заклинаний, облегчающие работу с ними.

Бойня на территории Центральной и Южной Америк была кровавой и упорной. Палочкам и ружьям противостояли луки, копья и сила крови. Палочки быстро эволюционировали, были заложены основы межконтинентальных путешествий, огромные транспортные пирамиды, впоследствии превратившиеся в телепортеры. Прорицатели выдавали скверные прогнозы, и европейские маги бились как львы, на чужой территории, и сумели вырвать победу. События тех времен в краткой истории именовались «Войной Крови» и считались первой войной, с подлинно массовым участием магов.

Вообще, Сергей зашел в библиотеку почитать о магических слугах и с чем их едят, но история появления мэноров и Источников отсылала к ритуалам Крови, а та к истории их зарождения, и так вот он добрался до краткой истории. Страшно было представить, что будет в «полной истории», подробные перечисления ритуалов и их последствий, с кровавыми, буквально, подробностями?

В любом случае, европейские маги, по колено в крови врагов, оскальзываясь на их внутренностях, вырвали победу и увезли завоеванное к себе домой. В Европу хлынули не только золото и серебро, новые сельскохозяйственные культуры и товары, но еще и магические знания. Ошалелые и пьяные от победы маги даже не задумывались о последствиях и поняли свою ошибку слишком поздно, когда знание о кровавых ритуалах стало общеизвестным, распространилось по всему миру. Да-да, эпоха великих географических открытий, дополнительно подталкиваемая страхом перед возвышением других заморских магов, привела к тому, что за 16 век европейские маги и исследователи побывали везде, кроме разве что полюсов, и то, исключительно потому, что там никто не жил, кроме пингвинов и медведей.

Картина магического развития повсюду была схожа с европейской — медленное, долгое развитие сил через сотни поколений — и это в самом сильном случае. В самом слабом их встречали шаманы племен, которых средний европейский маг укладывал щелчком пальцев, даже без усиления кровью и палочек. И без молитв Матери-Магии, культ которой вспыхнул и расцвел с утысячеренной силой.

Кровь, лившаяся в войнах реками, теперь потекла морями. Перспектива скорейшего усиления, прямо сейчас, при жизни, кружила головы и сметала всякие заслоны морали и законов. Усиленные ритуалами маги, увешавшись палочками, приплывали в иные страны и сметали местных, словно солому, после чего тут же принимались резать их, как овец, проводя новые ритуалы, чтобы стать еще сильнее. Ацтеки ощутили бы себя жалкими дилетантами, глядя на то, что творили их «ученики».

Прогресс и сила магов стремительно скакнули вперед, сила крови европейских магов росла, как на дрожжах, и им стало тесно. Войны заполыхали и в самой Европе, войны на истребление, войны, чтобы стать сильнее самому и не дать усилиться врагам, войны за новые земли и колонии, а значит и новую кровь, войны по поводу и без повода. Казалось, что весь мир тонет в крови и этому не будет конца.

Но тут маги подложили свинью сами себе. Одержимость силой напугала обычных людей, настолько, что возник целый заговор. Короли и герцоги, императоры и прочие правители начали исподволь раздувать войны между магическими Родами, поддерживали их своими войсками, выделяли средства и сами под шумок, где получалось, резали магов. Не затем, чтобы принести в жертву, конечно же, просто, чтобы избавиться от этих маньяков, угрожавших самому существованию людей.

Аналогично и на завоеванных землях, европейские маги не особо и скрывались и секрет «кровавых ритуалов» ушел в массы, тоже стал общедоступным. Местные тоже начали усиливаться втайне, перенимать магию и технику, огнестрельное оружие и палочки, начали готовиться к отпору, потому что у них просто не было выбора. Либо они сражаются и дают отпор, либо их истребят полностью в погоне за силой.

Сергей утер пот — «краткая история» не пыталась смягчать краски и замалчивать ошибки, называла вещи своими именами — и продолжил чтение. К концу 17 века количество убитых магов из количества перешло в качество — их стало слишком мало. Прозрение пришло не сразу, слишком уж увлеклись резней, но тут уже ошиблись сами люди. Кровавая резня мешала бизнесу, попросту говоря, и речь здесь шла не только о зарождающемся классе буржуазии. Маги резали подданных королей, топили корабли и сжигали караваны, уничтожали крепости и города, в общем, ломали и крушили всё, и казалось, что вот еще немного и королевства в Европе просто исчезнут. Все рассыпется на части и вернется к временам хаоса и распада, темным векам, наступившим после развала Римской Империи.

Поэтому люди ударили открыто и маги протрезвели и спохватились.

Слишком поздно, чтобы брать в свои руки абсолютную власть — не хватало магов и люди, без сомнения, не постеснялись бы призвать на помощь заморских магов, сытых европейскими проливателями крови по самое горло — но все же с достаточным запасом времени, чтобы успеть спрятаться. Мэноры, построенные на Источниках магии (открытых тоже благодаря усилению силы крови одного из Родов), обнесли скрывающими заклинаниями, заключили общий пакт о сокрытии и маги скрылись с глаз людей, предварительно подсунув им реалистичную обманку, дабы все поверили, что маги истреблены.

Затем пламя этой войны выплеснулось в колонии, где местные маги резали остатки европейских, те сопротивлялись, просто европейцы тоже били в спину своим же магам, но при этом громили и местных, стремясь отстоять колонии. В результате маги, гнавшиеся за силой, внезапно резко ослабели, и почти везде им пришлось спрятаться, чтобы избежать истребления.

Началась новая эпоха в жизни магов. О нет, они ничего не забыли и собирались вернуться и отомстить. Проблема заключалась в том, что теперь кровавые гекатомбы жертв были недоступны — без раскрытия факта того, что маги уцелели — и что магов осталось слишком мало. Нужда и необходимость — сильнейшие мотиваторы, и маги, засучив рукава, взялись за работу.

Кровавые ритуалы были оптимизированы и улучшены, в результате чего количество жертв — при одинаковом усилении — резко сократилось. Уже не требовалось континентальной войны, чтобы скрыть один ритуал усиления. Попутно маги трудились над вымарыванием фактов о себе, переведением всего в разряд мифов, легенд и небылиц, словно и не было никогда магов, и немало преуспели в этом. Они втайне трудились над увеличением численности людей, ведь чем больше их будет, тем легче будет скрыть ритуалы усиления на крови.

Попутно маги наращивали свою численность. Проблема заключалась в том, чтобы не разбавить достигнутой силы крови, не ослабить ее разбавлениями и примесями, что неоднократно происходило в прошлом, пока маги не разобрались в причинах. Но и здесь маги справились, нашли выход. У людей изымали их детей с сильным магическим даром, сильнейших самородков, названных новой кровью. Родителям их и соседям стирали память, опаивали и заколдовывали, или просто подстраивали «несчастные случаи», а якобы погибших детей увозили в спецшколы, прообразы будущих Академий Магии. Там их воспитывали и обучали магии, вливали в Рода, не теряя силы крови, даже наоборот, иногда становясь сильнее.

Разумеется, традиционным размножением маги тоже не пренебрегали.

Все это потребовало времени, больше двух сотен лет подготовки, планирования и трудов. Бывали и проблемы, и проколы, и трудности, не говоря уже о том, что большая часть магов позабыла, с чего все начиналось и начала считать, что скрытое от людей существование и есть правильная жизнь. Но верхушка и самые упертые маги помнили, и после Первой Мировой, когда люди оказались особенно ослаблены, в Европе — в Англии и Германии — началось восстание магов, возглавляемое Альфредом Гамильтоном и Герхардом Хофманном.

Теперь оно именовалось Освобождением.

Глава 20

―Глава Гарольд, — раздался за спиной Сергея чарующий женский голос, — разрешите поприветствовать вас.

―Разрешаю, — проворчал Сергей, оборачиваясь.

Голова его гудела и раскалывалась. Привычка учить в ночь перед экзаменом помогала слабо — там надо было выучить, сдать и забыть. Здесь же требовалось выучить и не забывать, свободно оперировать фактами. Создавалось ложное, но очень стойкое ощущение, что в клане никто ничем не занимался шестнадцать лет, все сидели, сложив руки, и ждали появления Гарольда, чтобы засыпать его просьбами, жалобами, предложениями, письмами с витиеватыми намеками, половину которых Сергей просто не понимал.

Собственно, поэтому он и шел по коридору мэнора, вместо того, чтобы переместиться мгновенно от Альфарда Чоппера к Квентину Дорсету из Рода Дорсетов, возглавлявшему службу безопасности клана. Служба безопасности соединяла в себе функции охраны, разведки и контрразведки, и обсуждаться там должен был очень важный вопрос. Спасение Бёртона Курса из застенков Лагранжей.

Сергей чувствовал, что обязан спасти его, вытащить любой ценой, поэтому пошел прогуляться и немного освежить гудящую голову. Конечно, можно было принять пилюлю или обратиться к той же Гарриэт Марпл из семьи Марпл, принесшей клятву верности Магдалине Чоппер, приходившейся Гарольду четвероюродной тетей. Какие там занятия магией, он никак не мог вынырнуть из дел клана и Рода, которыми его завалили с ног до головы как Главу. От одних только родственных связей Чопперов и других Родов можно было повредиться умом, а ведь они составляли лишь малую часть той информации, которую Сергею приходилось впитывать, запоминать и переваривать.

Но зато он сразу опознал обратившуюся к нему.

Саманта Чоппер, его троюродная кузина через тетушку Агату, двадцать три года, готовится с отличием закончить Британскую Академию Магии, пока что не замужем, хотя и велись переговоры с Родом МакЛаренов. Зеленые глаза, аккуратный носик, слегка полные губы, четвертый размер груди и прямые ноги, поддерживающие ослепительно красивое тело. От ее шутливой имитации книксена кровь Гарольда вскипела, в штанах стало тесно, и Сергей утомленно вздохнул.

Стоило бы перестроиться «под местного», да вот беда, для Сергея, Гарольда и Парри — для всех троих — эти люди были чужими. Не воспринимал он их как родственников, вот вообще ни разу, за исключением щекочущего ощущения одинаковой силы крови. Но и оно было просто ощущением, а не нажатием на красную кнопку «Нельзя!» Умом, Сергей, конечно, все понимал, но ум против пышущего гормонами тела как-то пасовал.

«Вот о чем надо поговорить с Гарриэт», подумал он устало «о противогормонах».

―Можете называть меня просто Гарольд… кузина, — выдавил из себя Сергей.

―О! Отлично, братец Гарольд! А ты тогда зови меня Самантой! — жизнерадостно воскликнула Саманта.

Затем уперла руки в боки, чуть нахмурилась и наклонила голову. Волосы ее, собранные в какую-то замысловатую прическу, и не подумали рассыпаться и свисать вниз, хотя никаких заколок Сергей не видел.

―Ну что, братец? Решил зажать бал? — вопросила Саманта.

―Какой еще бал?

―По случаю твоего возвращения, конечно же!

―Не до балов сейчас, — устало ответил Сергей, глядя на Саманту сверху вниз.

Он ощущал себя старым, усталым и очень мудрым — во всяком случае, в части выше пояса. Часть ниже пояса, глядя на жизнерадостную улыбчивую Саманту ощущала себя очень юной и рвалась в бой. Дело было не только в теле Гарольда, но и в местных магичках или магессах, Сергей еще не определился, как их называть. Местные или говорили «маг» всем, или отдельно называли «ведьмами» или «волшебницами», не проводя особой разницы. Но для Сергея она имелась — все эти ослепительно красивые магички (из числа тех, кто не ленился следить за собой и пользоваться магической медициной) никак не тянули на ведьм. Ведьмы это что-то старое, скрюченное, с бородавкой на носу, помешивающее котел с гнусным варевом. Местные же были «ослепительно холодными красавицами», как у Сапковского.

―Вы, мужчины, все одинаковые, — улыбнулась Саманта широко, — что дядя Альфард, что ты братец! Вечно прикрываетесь своими делами, лишь бы не признаваться, что танцевать не умеете!

Сергей молчал, сверяясь с памятью. Танцевать Парри умел, но только простонародную джигу.

―Альфард Чоппер радеет о клане, — произнес он.

―Фу, как чопорно, — притворно зажала нос Саманта, — братец, ты же молод и горяч, а эти старики уже превратили тебя наполовину в такого же замшелого пня, как и они!

―Не забывайся, — не выдержав, рыкнул Гарольд.

Саманта тут же отступила назад, чуть присела.

―Прошу прощения, милорд Гарольд, но все же осмелюсь заметить, что вы недооцениваете важность этого бала. Если так удобнее, назовите его приемом, суть не меняется.

―Сбор соседей для демонстрации того, что я настоящий и что дела клана теперь пойдут в гору.

―Первое — да, а вот второе — очень сомнительно.

Саманта прищелкнула языком, с сомнением покачала головой. На ней было нечто вроде топа с лямками, оставлявшего открытыми плечи и демонстрировавшего, что лифчика она не носит, и спортивные шорты выше колен.

―Если меня будут вот так отвлекать, то дела точно не пойдут в гору, — все же нашел, что сказать, Сергей.

―Ах, братец, — покачивая головой, Саманта придвинулась ближе.

Плавное движение, бесшумное, благодаря коврам, и солнечные лучи, выгодно подсветившие тело. Сергей не удержался и сглотнул.

―Вот видишь, братец, — тихо, тягуче рассмеялась Саманта.

Было в этом смехе нечто такое, что внутри Сергея все задрожало от возбуждения. Мелькнула мысль, что его, кажется, соблазняют, и неожиданно наступил покой. Чары обольщения рассеялись, Саманта стала просто девушкой, ладно женщиной.

―Вы быстро учитесь, глава Гарольд, — улыбнулась Саманта, придвигаясь еще ближе.

Глаза ее сверкнули, словно налились зеленью.

―Но там, на балу или на приёме, называйте, как хотите, будет много магов из других Родов и кланов, и пускай вас защищает магия мэнора, но и другие маги не будут относиться к вам так дружелюбно, как я.

―Для этого и существует служба охраны, не так ли?

―Ах, братец, — снова соскользнула в фамильярный тон Саманта, — если Главу Рода, Священного Рода, будут защищать маги СБ… мы станем посмешищем на всю Британию. Весь смысл бала окажется разрушен и над нами будут смеяться от Индии до Америки.

―Вот и отлично, еще один повод не проводить этого бала — приёма, — продолжал ворчать Сергей.

―Но его все равно придется проводить, — голос Саманты снова стал немного тягучим. — Все равно придется участвовать в магических приемах и вести дела с другими кланами.

―Дядя Альфард учит меня политике.

―Но не защите на приёмах и балах, потому что он старый замшелый пень, который и там говорит только о делах.

―Что мешает мне поступить также?

Саманта рассмеялась, тихо, беззлобно.

―Братец, тебе 17 и ты ни с кем даже не помолвлен, и при этом ты Глава Священного Рода, из первого десятка, получивший Кольцо-по-Праву. Я, честно говоря, удивлена, что мэнор не осаждает армия мамаш, с двумя дивизиями девиц на выданье.

Вот об этом я не подумал, признал Сергей. Как-то вылетело из головы за этими делами.

―Священные Рода — это всегда политика, большая политика, — продолжала Саманта, — и ты, братец, в самом ее центре. Если ты не ударишь первым, не сделаешь этого на родной территории, то тебе придется сражаться на чужой территории, и ты падешь там, жертвой интриг, обмана и желания породниться с Чопперами.

―А ты просто бескорыстно желаешь мне добра?

―Если я научу тебя… всему, — многозначительно выдержала паузу Саманта, — то повышу свои позиции в Роду, а значит и в клане. Это взаимовыгодный союз.

―Разве у нас нет учителя этикета и интриг? Разве дядя Альфард не поможет мне?

―Удачи с этим, братец, — склонила голову Саманта. — И помни, что я первой предлагала тебе помощь.

―Я не забуду, — с любезной улыбкой пообещал Сергей.

Гарольдом Чоппером, для которого такие ситуации должны были быть естественными, повседневными, он себя в эти дни не ощущал. Точнее говоря, ощущал еще меньше, чем в первые мгновения пробуждения и возвращения воспоминаний Гарольда.

Тогда все было проще — добраться до Чоппер-мэнора. Просто и понятно.

Дэбби смотрела на себя в зеркало, пытаясь разобраться в своих чувствах.

―Госпожа недовольна? — раздался тоненький голосок сбоку.

Дэбби повернула голову, посмотрела на шелкопряда, висящего в воздухе на своей паутинке. Боязнь пауков — обычное дело, чего уж там, но как ни странно магические паучки, каждый размером примерно с голову самой Дэбби, не вызывали у нее отвращения. Возможно, дело было в том, что они носили такие смешные пиджачки и налокотники на своих лапках, а может и в том, что они умели говорить. И колдовать, о да.

Раньше Дэбби всегда завидовала, как ладно и по фигуре сидят костюмы и платья у магов и волшебниц. Сегодня она увидела, почему так, на себе испытала магию паучков, которые спряли ей платье буквально у нее на глазах. Причем именно такое, какое она хотела, облегающее фигуру, но не стесняющее движений, лимонно-желтого цвета с оттенками зеленого, короткими рукавами, оставляющими большую часть ее рук открытыми, и легким воротничком, прикрывающим шею сзади.

―Спасибо, все прекрасно, — ответила Дэбби, замявшись на секунду.

Как обращаться к паучку? Приведший ее сюда Дункан просто бросил приказ «сшить лучшее платье» и дальше паучки только уточняли ее пожелания, без необходимости обращаться к ним по имени. И было ли у них имя? В школе на маговедении им давали основы, но паучки — это были уже детали и нюансы, которых она не знала, несмотря на работу на Род Койлов.

В душе ее взметнулась мстительная ярость, и снова заныл отбитый о зубы Маргарет Койл палец на ноге.

―Я ощущаю ваше недовольство, — пропищал грустно паучок.

―Нет-нет, — торопливо вскинула руки Дэбби. — Это…

Она запнулась, не зная, как объяснить, не зная, нужно ли вообще объяснять? Что этим магическим портняжкам ее ненависть к Маргарет, любительнице молоденьких мальчиков? К тому, что она, обычный человек, смогла выбить зубы высокородной магичке и отчасти отомстить за брата? Конечно, все это было с разрешения и в присутствии Дункана, благодаря чему Маргарет не только не испепелила дерзкую Дэбби, но еще и целовала ей потом туфлю окровавленным ртом и униженно молила о прощении. Было в этом нечто омерзительное, но в то же время такое приятное и сладостное. И то, что этому поспособствовал Дункан, убийца ее родителей, вносило дополнительный душевный раздрай в чувства Дэбби.

Нет! Она ненавидела его, как и раньше, но не могла не признать — слово свое Дункан держал.

―Оно не связано с платьем, — произнесла Дэбби. — Платье просто чудо!

―Наши клиенты должны быть довольны, — продолжал пищать паучок. — Примите, пожалуйста, в дар от нашего ателье!

Еще два паучка, торопливо перебирая лапками, поднесли ей коробку, в которой лежали… туфли из драконьей кожи. Дэбби знала, что она не вправе принимать такие подарки, знала, КТО организовал ей такой подарок, но. Настоящие туфли из настоящей драконьей кожи! Ее мечта чуть ли не с семи лет. Родители смогли подарить ей только туфли из виверны, и это было грандиознейшее событие, а теперь родители мертвы, убиты.

Дэбби сунула ноги в туфли, глянула в зеркало и застонала от восторга.

Тут же в ней поднялась волна отвращения к самой себе. Родители убиты, а она стонет от наслаждения в новых туфлях! Но они так отлично на ней смотрелись, так приятно ласкали кожу, несли в себе тепло и комфорт, а она… Дэбби едва не сорвала с себя обувь и не отшвырнула прочь. Точнее говоря, она собиралась, уже даже потянулась рукой, но тут ее взгляд натолкнулся на паучка, который выжидал, вися на паутинке в воздухе и смиренно сложив перед собой лапки.

Дэбби не то, чтобы передумала, но устыдилась своего порыва. Паучки всего лишь хотели, чтобы она осталась довольна, и теперь, если она отбросит туфли, то страшно представить, какой будет реакция. Опять ее недовольство и неумение держать эмоции при себе приведет к тому, что пострадают другие, вообще не причастные, люди. Или паучки, какая разница? Никто из них не заслуживал страданий из-за Дэбби.

―Это просто неописуемо, — искренне сказала она. — Я словно в раю!

Где каждый становится магом, мелькнули воспоминания о воскресных проповедях. Да, если бы она была магом, то воскресила бы всех! И отомстила! Нет, в первую очередь не погиб бы Майкл!

Хорошо быть магом.

―Мы рады, что госпожа довольна, — пропищал паучок. — Спасибо, что воспользовались услугами нашего ателье! Приходите еще!

Дэбби опять споткнулась на ответе. Она хотела бы прийти еще, но где взять столько денег? Пока что платил Дункан, но потом, после суда и оправдания, он уже не будет таскаться за ней и исправлять причиненный ущерб. И будет это уже скоро, жернова правосудия мололи ровно и быстро, подстегнутые рукой наследника Священного Рода.

Хорошо быть магом.

Что будет дальше, после суда и оправдания, Дэбби не знала и ощутила, как ее снова захлестывает хаос мыслей, эмоций и противоречий.

Глава 21

Маголет — летающий автомобиль — стремительно мчался над просторами Суррея. Сергей завороженно смотрел в окно, ибо это было то, о чем он мечтал, что он неоднократно видел в фильмах. Даже мрачный повод поездки сейчас не мог омрачить его молчаливого восхищения и зависти.

―По-хорошему, сюда следовало бы отправить представителя одной из младших семей, из числа тех, что присягали лично вам, глава, — слегка недовольным тоном прокряхтел Альфард Чоппер.

―Бёртон не просто лично присягал мне, — бросил Сергей в ответ.

―Все мы испытываем благодарность к простакам, но не стоит демонстрировать ее так явно, — продолжал выражать недовольство Альфард. — И явившись лично забирать тело этого Курса, вы показываете свое слабое место.

―Семью Курсов? — озадачился Сергей.

Такое ему в голову не приходило. Он просто счел должным лично явиться за телом того, кто вырастил Парри-Гарольда, кто без сомнений отдал за него жизнь, дабы выиграть немного времени, дать им уйти от погони. Но дядя Гарольда был прав, теперь его могли попытаться достать через Пэгги и Барри.

―Пусть попробуют, — немного высокомерно бросил он. — На этом мы их и подловим!

Альфард лишь покачал головой:

―Глава, я уже говорил и еще раз повторю — вам не хватает должного воспитания. Я не стал бы заострять на этом внимания, но вы же подставляете не только себя, но и весь Род и клан!

Эти слова перекликались с тем, что говорила Саманта. Сергей посмотрел на дядю Гарольда, затянутого в какой-то официальный мундир, с изображенным там гербом Рода, и мысленно вздохнул.

―В результате возникает весьма щекотливая и противоречивая ситуация, — продолжал Альфард. — Вы — Глава, по праву получивший кольцо, сама Мать-Магия признала вас, и мы не можем ничего противопоставить этому. Разве что собрать весь Род и голосовать о вашем низложении, но сами понимаете, решение должно быть единогласным и потом еще требуется два сложных ритуала, так что в истории такое встречалось только один раз.

―Стоит ли тогда беспокоиться? — проворчал Сергей.

Наставления Альфарда бесили его — возможно, потому что он понимал их оправданность, понимал, что Альфард говорит по делу и опять радеет за Род и клан в первую очередь. Но все равно, это бесячее чувство и желание поступить наперекор были очень сильны.

―Стоит, — серьезно ответил Альфард. — Враги увидят ваши слабости и ловко ими воспользуются. Необходимо провести официальный приём…

―И ты туда же! — воскликнул Сергей невольно.

―Кто бы ни говорил вам об этом, глава, он был прав. Традиции, обычаи и правила, на них держится общество магов. Если мы не будем поддерживать их, снова разбежимся и замкнемся каждый в своем мэноре, бешеные и дикие простаки рано или поздно осмелеют и снова начнут нас убивать.

―Дикие? — удивился Сергей.

Память Парри считала их страшилкой, придуманной родителями, дабы он не ходил по темным улицам ночью.

―Идиотский протест сытого общества, все-таки мы перекармливаем простаков, чтобы там ни считали в императорской канцелярии, — скривился Альфард.

Лицо его, пожилое и морщинистое, в такие мгновения становилось совсем старым и безобразным. Внутри Альфард был, конечно же, не так хлипок и стар, просто пренебрегал косметической магией, считая, что это для «глупых юнцов, которым важен вид их мордашки».

―Но это не отменяет их опасности, — продолжал Альфард. — Наверху считают их клапаном, мол, протестующие сами уходят туда, мы их потом утилизируем в ритуалах, с молчаливого одобрения общества, раз уж они сами идут против него, а я так скажу, Гарольд! Надо взять вопрос в свои руки и зачистить Суррей от них! Провести большую охоту, собрать союзников, заодно обкатать…

Внутри машины неожиданно все вспыхнуло красным и Альфарда с Гарольдом словно выбросило оттуда катапультой. Они зависли в воздухе в сотне метров от маголета, разлетающегося обломками. Капсула маголета, вылетевшая вверх, тоже разлетелась в клочья, обломками железа, пластмассы и электроники.

Три мабота сопровождения — один из них падал, пробитый насквозь, двое других закрывались щитами от обстрела. Создавалось ощущение, что снизу лупит дивизион реактивных минометов, с зачарованными снарядами, такой силы был обстрел. Альфард подхватил падающего Сергея, взмахнул второй рукой, очерчивая круг… но ничего не произошло.

―Блокировка телепорта! — рыкнул он зло.

Еще движение. Снаряды начали рваться, все ближе и ближе, словно стремились выжечь воздух вокруг, превратить все в кипящее море взрывов.

―Искажающие чары! — прохрипел Альфард.

Он выпустил Гарольда, молниеносно сделал руками несколько пассов, выкрикнув:

―Тухинга моа эдис!

Вокруг них вспыхнула сфера, о которую разбилось несколько снарядов. Сергей приземлился ногами на дно сферы, судорожно пытаясь извлечь свою палочку. Но защитная магия не помогла, еще десяток снарядов пробили защиту сферы, разорвали ее и разнесли в клочья Альфарда и Гарольда.

―… Необходимо провести официальный приём…

―Впереди засада!! — заорал Сергей, подпрыгивая.

―Красный четыреста! — без промедления заорал Альфард в магический аналог рации.

Машина резко остановилась, просто встала на месте, без всякой инерции и швыряния пассажиров, после чего, заложив вираж, начала отлетать назад. Маботы сопровождения, построившись треугольником, активировали совместно щиты, как-то слив их в один, гораздо больший щит.

Несколько мгновений длились маневры, и висела напряженная тишина.

―А теперь, племянник…

Те, кто устроил засаду, сообразив, что их обнаружили, все же попробовали достать Чопперов. Огненный град прочертил небо, но в этот раз у них не было эффекта внезапности и расстояние было гораздо больше. Маботы сопровождения изрыгнули свой град противоракет, стремительно полетели спинами вперед, удерживая щит. Маголет с Альфардом и Гарольдом тоже отступал

―На нашей же земле?! — взревел трубно Альфард, вскакивая на ноги.

Ярость его была неподдельной, затапливала все вокруг. Он быстро вытащил магофон, ткнул кнопку и заорал в нее:

―Маботов в воздух! Гвардию — в ружьё! Пеленг на мой магофон, враг в трех километрах к югу, активировать артдивизион! Пограничникам — поднять пиксиборгов! Чтобы никто не ушел! Живыми брать и сразу в ближайшую ритуальную залу!

Тут он остановился, с трудом сфокусировал взгляд на Сергее, словно не понимал, кто он такой и что тут делает.

―Простите, глава, — прохрипел он и тут же заорал в магофон. — Заклинаний не жалеть! Доставить прямо к Чоппер-мэнору!

Тяжело, горячо выдохнул, пояснил:

―Магия источника подавит все чары, а кровь предателей особенно сладка для Родового Алтаря! Я его лично разделаю, глава, они у меня трое суток умирать будут!

Тут Альфард снова остановился.

―Еще раз прошу прощения, глава, возможно, вы сами захотите…

―Нет, — поспешно мотнул головой Сергей. — Да и стоит ли прибегать к такому?

―Стоит! — рявкнул Альфард убежденно, глаза его горели, руки сжимались. — Они покушались на Главу! Такое не прощают, такое нельзя прощать!

Он сел и спокойным голосом добавил:

―И поэтому на такие мероприятия не ездят представители Священного Рода.

―Такое нельзя прощать, — задумчиво повторил Сергей. — А как же смерть моих родителей?

Вообще, Главой Рода был Джонатан Чоппер, но тут в дело вступали кроваво-магические дополнения к реальности. В том смысле, что Джонатан и Роза заключили магический брак перед лицом Матери-Магии, а потом подтвердили его на Родовом Алтаре, с пролитием крови на таковой в первую брачную ночь. Поэтому Роза тоже стала Чоппер и отчасти Главой Рода, по праву крови и магического брака.

Как это сочеталось с криками на собрании Рода «здесь нет наших жён», Сергей пока не понял.

―Это, — тяжело выдохнул Альфард, — это позор и пятно на моей репутации.

―Разве не СБ клана вела расследование?

―Я возглавлял Род, — признал Альфард, — значит это мое пятно и мой позор.

―Но вы все же не перестали быть главой, дядя? — заинтересованно спросил Сергей.

Такой шанс проникнуть в некоторые тайны подводных взаимоотношений клана! Сейчас, когда Альфард эмоционально раскрылся и стал уязвимым, в другие моменты из него вряд ли получилось бы что-то извлечь.

―Я стал главой, ненастоящим, конечно, не по праву, а по силе крови и в результате компромисса между основными семьями Рода, — неохотно признал Альфард. — После гибели твоих родителей начался хаос, Род едва не развалился, а мэнор едва не оказался уничтожен, в результате попыток добраться до сокровищницы и закрытых частей. Твоя мама… она была гением защиты, сумела выстроить все так, завязать на жизни, свои и твою, что пока кто-то из вас был жив, мэнор активно сопротивлялся подобным попыткам. Но мы сумели вовремя остановиться, я стал Главой по выбору.

―Но, значит, ты не имеешь никакого отношения!

―Я стал Главой, значит это мой позор, — повторил Альфард зло и тут же сказал, меняя явно неприятную ему тему. — Кажется, обстрел закончился, летим туда.

Сергей не стал настаивать, ибо кое-что все же стало понятнее. С таким разобщенным Родом, похоже, предстояло много поработать, прежде чем он станет единым, станет оружием, которым можно будет сокрушить Гамильтона. Или нельзя будет? Сергею опять не хватало информации, потому что у него просто не хватало времени и сил переварить все, что в него запихивали едва ли не круглосуточно. А тут еще уроки воспитания! Точнее говоря, закрытости и умения держать лицо, не теряться в любой ситуации и не показывать слабости.

Саманта в образе ласковой и понимающей наставницы выглядела особенно соблазнительно.

Но, но и еще раз но. Нужно было учить еще многое другое, а Сергей никогда не был фанатиком учебы. Обычным студентом, учащим то, что нравится, и забивающим на пары ради развлечений — был, а фанатиком-ботаником нет. Здесь, в этом мире, ему тоже хотелось развлекаться — в перерывах между тренировками в магии, дабы прибить Гамильтона — попробовать и вкусить всех магический удовольствий, ибо потом он все равно станет скучным, взрослым Главой.

―И кто в нас стрелял? — спросил он.

―Лагранжи, больше некому, — ответил Альфард сердито. — Вот к чему приводят личные полеты, да еще сообщения об этом факте кровникам!

―Но они не могли знать маршрута! — немного шокировано воскликнул Сергей.

―Они знали конечную точку! — указал на очевидный факт Альфард. — Нетрудно расставить засады на основных направлениях или посадить наблюдателей, которые передадут маршрут, после чего засада скорректирует свое местоположение.

―Но нас обстреливала целая дивизия!

―Несомненно, несколько опытных магов, владеющих транспортными чарами, портативные ангары, распаковка на месте, возможно несколько артустановок, снятых с маботов, — объяснил Альфард.

―Так это что, нигде не скрыться? Даже на своей земле?

―Службы наблюдения должны были засечь транспортные чары, магия Источника предупредить, но клан в упадке, чтобы там кто ни думал, а Источник… да тоже в упадке! Поэтому, Гарольд, я считаю важнейшим делом, еще даже до приема, провести грандиозную облаву на диких простаков, а также показать поданным, что новый Глава Рода крепок телом и разумом, и способен лично проводить ритуалы.

―Казни?

―На Родовом Алтаре! — вскинул палец Альфард. — В тюрьмах хватает тех, кто злоумышлял против Чопперов, такие жертвы алтарь и Мать-Магия принимают особенно охотно!

―Когда мне учить эти ритуалы? — вспылил Сергей.

В основе его гнева лежал тот факт, что ему не хотелось никому резать глотки. Даже преступникам.

―Как часть общего воспитания отлично впишутся, — махнул рукой Альфард. — И остальные трижды подумают, прежде чем шутить свои шуточки, после массового ритуала.

―Ш-шуточки? — чуть не поперхнулся Сергей.

Отчасти из-за такого легкомысленного отношения к тому, что его попытаются заколдовать и подчинить, отчасти из-за того, что маголет приземлился и двери распахнулись. Выжженная пустыня — часть леса и половина какой-то очередной деревни. Гарь, пепел, воронки, развалины и никого живого. Сергей даже закашлялся, но тут же активировалась защита костюма, начала отсекать всё, кроме чистого воздуха. Точнее говоря, всё превращалось в воздух.

―Мы стоим вместе против диких людей, на фоне этого наше соперничество лишь шутки и розыгрыши, — предельно серьезно ответил Альфард, вылезая.

Сергей вылез следом, и к ним немедленно подбежала фигура в броне и шлеме.

―Лейтенант Джонсон, СБ клана! — выкрикнул он. — При попытке захвата враги уничтожили самих себя!

―Помеховые чары не дали бы им самим сбежать, — недовольным голосом пояснил Альфард. — Наверняка заколдованные смертники, заряды магогня в снаряжении, а также античаровый аэрозоль.

―Именно так, мастер Альфард!

―Лысого пикси мы тут найдем, а не следы, — вздохнул Альфард. — И все же, установку таких мощных чар должны были засечь. Где Квентин?

―Квентин Дорсет лично руководит захватом еще одной засады, к западу отсюда! — отрапортовал Джонсон.

Сам глава СБ примчался, подумал Сергей вяло. Общепринятая практика — брать на такие посты кого-то из младших Родов или семей, дабы те могли присягнуть на верность Священному Роду целиком. Магическая подстраховка и гарантия верности, все-таки пост главы СБ был слишком важным, открывал слишком много возможностей по удару в спину.

―И там они ничего не захватят, — заметил Альфард. — Хорошо подготовились. Глава, я рекомендовал бы вернуться, отправить Лагранжам обвинительное письмо, а потом можно будет спланировать операцию отмщения. За все сразу, чтобы не думали, что мы тут совсем ослабели!

―Нет, — отрезал Сергей.

―Что нет? Вы не будете мстить?

―Буду, — сжал зубы Сергей. — Но нет, мы не будем возвращаться. Показывать спину кровникам и трусливо убегать? Нет!

―Браво! — неожиданно воскликнул Альфард. — Вот это правильно! Летим дальше. Лейтенант, пусть сопровождение увеличат.

―Слушаюсь, мастер Альфард!

Глава 22

Пэгги в простом черном платье стояла у гроба, в котором лежали останки Бёртона — изуродованное тело без головы — и слезы молча катились по ее щекам. Выглядела она при этом так, что у Сергея, нет Парри, щемило сердце. Ему хотелось подойти и обнять ее, тоже расплакаться и сказать что-нибудь утешающее. Произнести вдохновенную речь над телом Бёртона, после которой Чопперы, захваченные общей волной ярости, поднялись бы и смели Лагранжей, сбросили их в Ла-Манш и услали обратно во Францию.

А Парри вынес бы из охваченного огнем Брайтона Изольду.

Но он молчал, потому что подобные речи мог бы произносить Парри Тук, но никак не Гарольд Чоппер, глава Рода и клана. Когда они забирали тело Бёртона, случилась еще одна безобразная сцена, с главой семьи Эветт, чьих сыновей Гарольд убил, когда они столкнулись во время той злополучной охоты. В общем-то, все было логично, Бёртон прорывался через Чаррингвуд, на землях Эветтов, главу семьи и прислали, так как он выдавал тело Священному Роду.

Но вся эта логика не помешала проявлению эмоций. Ненависть там, в сцене передачи тела, можно было передать физически, да что там, Сергей даже один раз умер — Винс Эветт бросился в самоубийственную атаку, которой не ожидал никто, даже Альфард. Затем они сцепились в клинче, и маботы охраны не рискнули стрелять, а потом… стало поздно.

―Мы отомстим за него, — произнес Сергей, все же подходя ближе.

Пэгги повернула к нему свое вытянутое лицо, слегка прикрытое черной вуалью, едва сдержалась от того, чтобы сказать «Сынок» и просто грустно улыбнулась. Барри стоял рядом с мамой, молча, не плача, но сжимая кулачищи и играя желваками.

―Милорд, — тихо произнесла Пэгги, — не надо рисковать своей жизнью зазря. Бёртон отдал свою жизнь, чтобы вы стали Главой Рода, заняли принадлежащее вам по праву место. Если вы погибнете, мстя за него…

Она беспомощно замолкла, ничуть не напоминая ту сильную, волевую женщину, что тащила Парри и Барри через владения Лагранжей, стреляла и сражалась, не отступила даже перед маботами. У Сергея снова защемило сердце. К счастью, никого из других Чопперов рядом не было, а то опять начались бы советы, как себя вести подобающе.

―Мы еще вернемся к этому разговору, — пообещал он.

Но все же, ему и самому было тяжело смотреть на Бёртона и Пэгги, и Сергей ушел. Судя по короткому описанию случившегося и телу, Бёртон дал хороший бой и его долго пинали, даже после убийства. Сергей выдохнул, переместился в другую часть мэнора.

―Милорд, — поклонился Квентин Дорсет, потом посмотрел на Сергея. — Возможно, стоит отложить этот разговор?

Сергей тоже сжал зубы и перекатил желваки, словно подражая Барри. Часть воспитания главы Рода — в первую очередь, действовать во имя Рода и клана, а личные чувства… потом, за тремя щитами, в закрытой спальне, где никто не видит. Вокруг мир хищников, где только прояви слабость, сразу оторвут кусок мяса. Может и не сожрут до конца, чтобы ты мог бежать в стае, нападать на стадо простаков, но искусают и ослабят изрядно.

―Нет, — бросил он.

―Прошу, милорд, — тут же с поклоном подал ему тощую папку Квентин.

Сергей бросил взгляд — на столе Квентина лежали еще папки и бумаги, стоял пяток магофонов, в особых подставках, виднелся терминал зеркальной связи. Род Дорсетов, из которого происходил Квентин, появился на свет благодаря Чопперам, по крайней мере, так утверждал Альфард Чоппер. Эксперименты с артефактами, усиливающими кровообращение и мозговую деятельность, попытки придать магической силы искусственно. Несколько сот погибших, один выживший — дедушка Квентина.

―У нас есть свой человек у Лагранжей? — едва начав читать, удивленно прервался Сергей.

―Как и они держат у нас своего, — спокойно ответил Квентин. — Да и не только они.

Он стоял спокойный, крепкий, уверенный в себе, не пытался скрещивать руки на груди или там теребить рыжую аккуратную бородку.

―Это еще одна причина, почему в мэноре орудуют только магические слуги, которые не предадут, — пояснил Квентин все так же спокойно. — Максимум, куда могут добраться обычные люди, это слуги, работающие во внешнем кольце мэнора, и мы используем их, чтобы скармливать дезинформацию врагам.

―Так может и нашему шпиону тоже скармливают дезинформацию?

―Все возможно, поэтому любая поступившая от него важная информация выверяется по нескольким разным источникам, — ответил Квентин. — Мне пояснить подробнее, милорд?

Сергей представил себе все эти шпионские и контршпионские мероприятия, проверки, игры на трех слоях логики и мероприятия по обеспечению достоверности дезинформации, чтобы обмануть потом, и ему стало не по себе. Словно его голова уже взорвалась от перегрузки.

―Нет, не надо, — ответил он, возвращаясь к папке.

Руперт Огр не постеснялся приехать прямо в засаду и как следует засадить всем находящимся там. Неудивительно, что они потом проскользнули в Суррей спокойно — все силы оказались стянуты к месту битвы с Рупертом. Более того, в докладе приводилась масса фотографий, того, что не показывали в новостях. Порубленные в хлам маботы, танки с оторванными башнями, тела людей повсюду, раздавленные, смятые и разорванные. Разнесенные дома и взорванные дороги.

―Словно сошлись в битве два клана, не жалея сил, — заметил негромко Квентин. — Открытых заявлений не было, но зато имеются донесения, что идут переговоры, о том, кто виноват, и в каком объеме выставлять претензии. Конфликт между Лагранжами и Гамильтоном, и определение объема виры осложняются тем, что обе стороны действовали в ваших интересах, Глава Гарольд, а у Чопперов кровная месть с Лагранжами.

Сергей, как раз рассматривавший общую панораму последствий боя, лишь кивнул, мысленно утирая холодный пот. Если Огр (хотя нет, Огр это фамилия, общая у всего племени), нет, если Руперт выйдет защищать «великий мак Олфрэд Гомилдон», то даже сил клана Чоппер может не хватить. Конечно, машины он лишился, да и приманки — манекены Гарольда Чоппера и сопровождавших его лиц — Руперт оставил, но все равно, он ушел оттуда на своих ногах. И более того, успешно оторвался от погони, и никто не предъявлял обвинений в нападении на Священный Род Лагранжей, никто не объявлял Руперта во всебританский розыск.

Влияние Гамильтона? Или они решили, что Руперт — посланник Чопперов? Или пока переговоры, о которых только что толковал Квентин, не закончатся, предъявить обвинение не получится? Он сделал себе мысленную попытку разузнать все у дяди, какие там правила у этой кровной мести, кого можно убивать, а кого нет. Когда начинается, собственно, такая месть и нельзя ли как-то прекратить эти разборки с Лагранжами.

―По слухам, там была Мария Лагранж, — продолжал Квентин, — но нашему шпиону не удалось достоверно узнать, правда это или нет. Но если она была…

―А Руперт все равно одолел, — кивнул Сергей понимающе. — Это страшно.

―Хорошо, что он наш союзник.

Мысленно Сергей скривился и выругался — ну да, откуда бы Квентину знать о миссии Мать-Магии! Хорош, блин, союзничек, помог, конечно, добраться до Чоппер-мэнора, но попробуй пройди через такого, чтобы добраться до Гамильтона!

―Да, хорошо, — вздохнул Сергей, — но не будет ли проблем с Лагранжами?

―Будут, — кивнул Квентин уверенно. — Засада по дороге — лишь первая ласточка.

―Так что, война с Лагранжами?

―Война вряд ли, — повторил слова Альфарда Квентин, даже не подозревая о том, — но вот активная кровная месть вполне. Но и это можно обратить к нашей пользе!

―Как именно?

―Лагранжи наверняка активируют спящих агентов, внедренных за последние шестнадцать лет. СБ клана и боевому крылу давно нужна встряска и практические занятия против врагов, без этого все начинают лениться и теряют хватку.

―Разве за последнее время Чопперы ни с кем не воевали?

―Мастер Альфард предпочитал действовать дипломатией и уступками, переводя силовые претензии в область экономических, — деревянным, официальным голосом ответил Квентин. — Благодаря этому, клан избежал трех локальных войн, сумел сохранить за собой юго-запад Суррея, но уступил позиции в сфере производства маботов.

―С чем это, по-вашему, может быть связано, Квентин? — спросил Сергей с любопытством. — В смысле, такое поведение мастера Альфарда?

―Клан оказался в сложном положении, без Главы и возможности избрания нового, с почти готовым расколом между семьями Рода, — ответил Квентин, пожимая плечами, — с закрытыми сокровищницами и частично блокированным Родовым Алтарем. Клан мог выиграть локальную стычку, клан мог не пустить в Суррей других, но воевать против другого Священного Рода? Мы бы проиграли.

Сергей задумался. Дядя Альфард говорил об этом вскользь, и казалось, что Род силен и могуч. Специально не упоминал? Не хотел позориться? Хотел открывать правду постепенно?

―То есть мы сейчас слабее остальных?

―Клан Чопперов все еще в первой десятке, — покачал головой Квентин, — и это прямая заслуга мастера Альфарда. Он удержал всех вместе, не дал развалиться, не дал клану ослабнуть и сохранил производство. Многие по-прежнему недовольны им, и со времен раскола после гибели вашего уважаемого отца, Джонатана Чоппера…

―А вы знали его?

―Знал, — не стал отпираться Квентин, — но, боюсь, что он тогда меня не знал. Или знал, как одного из Дорсетов, но точно не придавал никакого значения. Главой СБ я стал уже при вашем дяде, десять лет назад.

―Гм, понятно.

Могло ли это означать, что Квентин нарочито восхваляет Альфарда или где-то что-то скрывает? Да, он давал клятву верности Чопперам и не нарушал ее, давал клятвы насчет безопасности, но ситуация, в которой племянник чего-то не знает о дяде, относилась не к безопасности клана, а к семейным делам Чопперов. Или относилась? Сергея уже предупредили, что надо аккуратнее и осторожнее относиться к клятвам, не разбрасываться словом (тут он невольно вспомнил Дункана) и помнить о последствиях.

В общем, как и с множеством других вопросов, вначале требовалось изучить магическую матчасть.

―То есть вы, Квентин, считаете, что мой дядя справился идеально?

―Я…

―Как Глава Рода я разрешаю и приказываю вам высказываться прямо!

―Священные Рода пребывают в состоянии перманентной тихой войны друг с другом, а войны не выигрываются обороной, — помолчав, тихо произнес Квентин. — Мастер Альфард сохранил имеющееся, но все равно при нем клан слабел, медленно, почти незаметно, но постоянно. Мастер Альфард и сам это осознавал, но предпочитал договариваться и уступать, нежели контратаковать и рисковать. Если бы вы не вернулись, то рано или поздно была бы пройдена критическая точка, и клан покатился бы под откос. Один раз стала бы понятна слабость и нас бы разорвали.

―А как же союзники?

―Простите, глава, но союзники предполагают союз, — невесело усмехнулся Квентин, — а союз это поддержка друг друга.

―Понятно, — немного озадаченно ответил Сергей. — Военный союз означал бы необходимость вступать в войны, а дядя Альфард этого избегал. Гм.

―Не все так плохо, глава Гарольд, — заверил его Квентин бодрым голосом. — Просто…

―Иногда надо бежать вдвое быстрее, чтобы просто оставаться на месте, — кивнул Сергей.

Квентин, узнавший цитату, улыбнулся широко и кивнул.

―Хорошо, готовьтесь к войне с Лагранжами, — решил Сергей. — Даже если ничего не будет, выйдут те самые практические учения.

―Слушаюсь, глава. Желаете сделать упор на чем-то?

―Да, на Изольде, — брякнул Парри.

―Простите, на чем? — не понял Квентин, нахмурил рыжеватые брови.

―Неважно. Девушка с соседней улицы, — буркнул Сергей. — Все никак не отрешусь от Брайтона.

―Понятно, — деловито кивнул Квентин. — Особые приметы? В каком виде ее вам доставить?

―Что?! Нет! Ничего не надо! Отчет о планируемых мероприятиях по войне с Лагранжами и всё!

Этот «прорыв Парри» не на шутку встревожил Сергея. Мысли о шизофрении и нескольких обитающих в голове личностях только утихли и тут такой сюрприз!

―И расследование гибели моих родителей, — добавил Сергей с легким вздохом.

―Конечно, глава, я все приготовил, — встал и поклонился Квентин.

Этим поклоном всем туловищем он напомнил Сергею японца. Сходство усилилось, когда Квентин двумя руками, не поднимая головы, протянул ему толстую папку, которая, казалось, гудела от энергии.

―Выпрямитесь, Квентин, вы тогда не имели никакого отношения к СБ, — сказал Сергей.

Дорсет выпрямился, но горделиво надувать грудь не стал. Стоял, потупившись в пол, протягивая папку двумя руками, и Сергей взял ее, озадаченный поведением главы СБ. Квентин, с ощутимым облегчением на лице, проводил папку взглядом, затем добавил, с усилием, словно выталкивая из себя слова.

―Внутри засекреченные материалы, запечатанные силой крови Рода. Такая магия… она может наказать за то, что ее взяли не теми руками. Кровь — не водица.

―Сказали бы, я сам бы взял эту папку, — недоуменно ответил Сергей.

По крайней мере, гудение становилось понятно. Заклинания и сила крови, ну, с этим он мог разобраться.

―Не положено.

«Неужели дополнительно встроенные заклинания проверки на верность?» подумал Сергей удивленно, но тут же осознал свою ошибку. Квентин был верен, значит, он боялся чего-то другого. Чего? Скорее всего, гибели от слишком мощной магической системы охраны. Но смысл тогда хранить эту папку у Квентина?

―Можете не волноваться, Квентин, папка останется у меня, в личных покоях. Думаю, они по степени защищенности не уступят вашим сейфам.

―Да, глава, — еще раз склонился Квентин. — Главное, чтобы доступ к ним имели только вы.

―А как же те, кто вел расследование? Не в одиночку же — кто там от Чопперов вел расследование? — он лазил по месту убийства?

А может и один, тут же подумал Сергей. Мало ли что может магия?

―Всем стерли память, — тут же коротко сообщил Квентин.

―А как же следователи Императора?

―Им тоже стерли память.

―Что?

―Личное распоряжение Императора и в его канцелярии хранится копия, — Квентин кивнул на папку, — запечатанная личной печатью Императора.

«Во что я вляпался», только и подумал Сергей, выходя от Квентина.

Но хотя бы становилось понятно напряжение Дорсета — есть такие секреты, которые убивают всех, кто рядом.

Глава 23

«Магия есть неотъемлемая часть волшебника и точно так же, как дети учатся ходить и владеть своим телом, маги учатся владеть своей магией. Наилучшим способом для этого признаны различные игры, так как дети в детстве охотно и без принуждения занимаются ими, тем самым тренируя свои магические „мышцы“. Как правило, к десяти годам, становится понятен будущий потенциал и насколько хорошо сформировалось то самое магическое ядро, магическое сердце, отвечающее за переработку и перекачку магии по всему телу, точно так же, как обычное сердце качает кровь в нем же. Последующие несколько лет посвящены исправлению возможных перекосов развития ядра и определению специализации или развитию силы крови, опять же, без принуждения и понукания, ибо оно может привести к магическому срыву.

Общепринятой практикой является вручение первой палочки после первой поллюции или менструации. Организм показывает, что он готов к размножению и магии при помощи палочки, что магические каналы в теле сформировались и готовы к передаче. Гормоны и эмоции выводят накачку ядра на новый уровень и окрепшие магические каналы жизненно необходимы, иначе маг рискует сжечь самого себя. Таковые случаи редки, но они встречаются, поэтому перед вручением первой палочки, как правило, проводится стандартный осмотр и проверка юного мага».

―А меня никто не проверял, — задумчиво заметил Сергей.

Он посмотрел на свои руки, но нет, магических вен там не бугрилось, ощущения бегущей по жилам магии тоже не наблюдалось. Означало ли это, что он, нет, Гарольд под печатями развился правильно? Мать-Магия обещала огромный потенциал, но без заклинаний потенциал оставался лишь потенциалом, поэтому Сергей, ускользнув от очередной груды бумаг, дел и уроков этикета, засел в библиотеке, решив почитать хоть что-нибудь про развитие и обучение магии, так сказать «для чайников». Ведь получилось же у него заклинание, там, в лесу?

Сергей задумчиво обвел взглядом шкафы, забитые книгами. В обычных условиях (или в его прежних мечтах) он поместил бы туда симпатичную служаночку с метелкой, которая сметала бы с книг пыль, перекатываясь на особой лестнице. Потом, устав учиться (то есть достаточно быстро), он поймал бы ее в падении и потом насладился бы ее восхитительно юным трепещущим телом, прижав его к шкафу. Или, возможно, превратил бы в строгого библиотекаря в очочках в тонкой оправе, которая повела бы его между шкафом и полок, дабы показать, где стоит нужный фолиант.

Но в библиотеке было пусто, информация о жертвоприношениях убила в Сергее интерес к таким играм.

―Ладно, надо будет пройти проверку, — пробормотал он, возвращаясь мыслями к книге.

Это было, конечно, непросто, «мысли о бабах», грубо говоря, заполняли сознание — тело Гарольда, очнувшееся от «спячки» печатей, требовало всего, что ему задолжали за годы. Можно было сказать, что Гарольд запоздало и заново, когда спали печати, вступил в пубертатный период, и мысль эта внезапно насмешила Сергея, да так, что он зашелся в хохоте.

«Работа и освоение своей палочки — во всех смыслах — продолжается до самого совершеннолетия, наступающего в 17 лет. Некоторые из исследователей, на основании этого факта, до сих пор пытаются доказывать, что магия есть прерогатива мужчин, несмотря на то, что это устаревшее мировоззрение давно опровергнуто самой природой и устройством общества магов. Подлинное равноправие и свобода в выборе пола и отношений указывают, что…»

Сергей озадаченно поморгал, потом все же спросил в пространство:

―Чего?!

Но ответа, конечно, не получил и продолжил чтение.

«Совершеннолетие является не только барьером, но и новой ступенькой в жизни мага. Взрывного роста подросткового периода уже можно не ожидать, но зато полностью стабилизировавшееся ядро и развитые магоканалы в теле создают основу для обучения магии в ее взрослом варианте. Работа с несколькими палочками, управление маботами, развитие выносливости и умения колдовать много часов кряду, постоянно поглощать и отдавать магию, и многое другое. Те, кто разумно развивал и укреплял свои магические мышцы с самого детства, разумеется, получат преимущество над другими, кто ленился и не занимался своим телом и магией. Тем не менее, при должной мотивированности и правильном подходе к делу, под руководством инструкторов, любой может развить себя и стать умелым магом. Тем не менее, как показывает практика, самых выдающихся результатов достигают те, кто тренировался с детства, причем тренировался весело, с азартом, не воспринимая магию как нечто принудительное. Несомненно, это является отражением связи магов с Матерью-Магией, подтверждением того факта, что все мы ее дети».

―Мать-Магия, значит, — фыркнул Сергей, захлопывая книгу.

Легкий импульс и фолиант полетел на свое место, а Сергей задумался. Проверка? А почему бы и нет? Гарриэт сразу пыталась о ней рассказать, но Сергей ее тогда просто не понял, из-за незнания и отчасти паранойи, раскаленной в тот момент после забега до Чоппер-мэнора.

Он потянулся мыслью и увидел, что Гарриэт как раз в медицинском крыле мэнора, в компании любвеобильной Жизель. Нет, ничем таким они не занимались, хотя Жизель была привычно обнажена наполовину — Гарриэт проводила какой-то осмотр. Глава Рода мог явиться туда, выгнать Жизель или даже помочь в осмотре, но Сергей как-то еще не дорос до таких высот магического этикета и решил просто подождать.

Жизель была, в каком-то смысле, детищем войны, Второй Магической, когда в 68-м три мировых сверхдержавы: Британия, Франция и Германия сцепились в клинче очередной мировой войны. Особо разрушительное оружие не применялось, по общему соглашению, но это не сделало общий накал войны слабее — сражения шли на земле и воде, и в их глубинах, а также в воздухе и местами в космосе. Рубились как в метрополиях, так и в заморских владениях и колониях, по всей Земле, раскатывая в блин некоторые страны лишь затем, чтобы они не стали союзниками врагов.

Четвероюродный брат тогда еще не родившегося Гарольда, Майкл Чоппер, участвовал в той войне и десанте возле Бордо, о котором обычно говорили, проводя параллели со Столетней войной и битвой при Пуатье. Из тех сражений Майкл привез домой пристрастие к французским винам, дремлющее в районе левой ключицы проклятье, три шрама, а также пленницу: полунимфу-полуведьму. Французы бросили в бой целый легион подобных созданий, просто от отчаяния, так как обычно подобными «недомагами» «истинные маги» высокомерно пренебрегали.

Легион оказался разгромлен начисто, благодаря новейшим маботам серии «Король Ричард», и, собственно, именно с истребления того легиона начиналась история «котла», решившего исход войны, так как от его последствий Франция так и не оправилась. Пленниц обычно брали ради выкупа или развлечений, переводя в статус наложниц, но Майкл, вопреки давлению родни, взял и женился на Эжени. Пришлось вмешиваться Главе Рода, шептались о запретном колдовстве нимф, но в конечном итоге Майкл добился своего, наплевав на потери в статусе и положении. У них родилась дочь, та самая Жизель, которая теперь весело проводила время в мэноре, пользуясь совершеннолетием (она была старше Гарольда на три года), попустительством Альфарда и тем, что спящее проклятие все же проснулось и убило Майкла Чоппера лет пять назад. Тем не менее, из-за такого происхождения, в Роду косились на Жизель — несмотря на явленную ей силу крови — и относились соответствующим образом.

Самой Жизель было плевать, и она развлекалась в свое удовольствие, в свободное от работы на Род время.

Пока Сергей размышлял и вспоминал, осмотр уже закончился, видимо не слишком приятно для Жизель. Она что-то гневно говорила, неожиданно напомнив Сергею о спасенной им на охоте девушке. Где она? Что с ней? За этим ворохом дел и забот она как-то даже вылетела из головы, хотя… в чем проблема? Дать поручение Квентину, пусть узнает, наследник Малькольмов это величина, так что за ним наверняка следят. Точно, провериться у Гарриэт и дать поручение, а потом, потом дела и бумаги, от которых он сбежал.

Как тут учиться магии, Сергей решительно не представлял.

―Пожалуйста, глава Гарольд, встаньте сюда, — указала Гарриэт Марпл на центр круга.

Вокруг располагалась аппаратура и Гарриэт еще дополнительно начала цеплять провода с присосками на Гарольда. Выглядела тридцатилетняя целительница при этом собрано и деловито, для нее это было лишь одной из стандартных рабочих процедур. Сергей же, признаться, изрядно волновался — ну да, Мать-Магия обещала, но кто знает? Ее просьба убить Гамильтона ясно демонстрировала, что магическое божество далеко не всесильно.

―Теперь не дышать? — попытался пошутить он.

―По желанию, — отозвалась Гарриэт, взмахивая двумя руками, в каждой из которых была зажата палочка.

Источник подсказал, что магия не враждебна, и Сергей разрешил воздействие. Диагностические заклинания, вкупе с аппаратурой, сработали быстро, и зловещего вида самописец немедленно начал вычерчивать какие-то зигзаги, словно рисовал горы и пропасти.

―Поздравляю вас, глава, — задумчиво склонила голову набок Гарриэт. — Тут еще потребуется расшифровка, но даже на глаз можно сказать, что ваша жизнь среди простаков, с подавленной магией, не причинила вам вреда. Даже наоборот.

―Наоборот?

―Крохи просачивающейся магии впитывались в тело, делая его крепче, — карминно-красный ноготь Гарриэт отчеркнул пару «пичков», — а сама магия, копясь под печатью, развила ядро до огромных значений. У вас невероятный потенциал, глава, и если вы его разовьете, то встанете вровень с сильнейшими магами Земли, а может даже и превзойдете их. И подавление магии печатью сделало вас восприимчивым к энергиям вокруг, я права?

Сергей лишь кивнул в ответ. Тут было над чем поразмыслить.

В заседании объявили перерыв, и суд удалился для размышления над приговором. И хотя результат не вызывал сомнений — не тогда, когда в невиновности юной прекрасной девушки уверен сам наследник Рода Малькольм — но традиции, обычаи и официальные процедуры — это незыблемо. Поэтому Дункан предложил скоротать свободное время прогулкой по прекрасной тисовой аллее, и Дэбби согласилась. Ну, как согласилась — не стала возражать, так как знала, что Дункан от нее не отстанет, а провести где-то время все равно нужно было.

Правда, прогулки толком не вышло, аллея была тиха и тениста, даже чересчур, неприятно напоминая о лесе и охоте.

―Тогда предлагаю испить прекрасного чая «Принцесса Кали», — предложил Малькольм, — и полюбоваться прекрасным видом на город.

После чего перенес себя и Дэбби прямо за столик. Специальный столик, бессрочно зарезервированный для Дункана в его любимых заведениях, как недавно узнала Дэбби. Помнится, тогда ее обуяли зависть и злость, сейчас же она ощущала лишь усталость и легкую апатию.

―Дэбби, вы обязательно должны попробовать местный торт «Тадж-Махал», выполненный в форме этого шедевра зодчества, — посоветовал Дункан.

Дэбби посмотрела на него хмуро, не зная, что сказать. Дункан обаятельно улыбнулся, наклонился ближе и прошептал доверительно:

―Сотворенная магией еда насыщает, но не полнит, поэтому рекомендую вам еще попробовать пирожные в форме слонов, здесь они особенно прекрасны.

―К чему все это? — не выдержала Дэбби.

―Я дал слово позаботиться о вас…

―Да нет же! — чуть повысила голос Дэбби.

Она ощущала, что ее несет, но не могла остановиться. Раздрай чувств и двойственность эмоций достигли своего пика и наконец, прорвались наружу.

―Меня оправдают, и часа не пройдет, к чему все это?! Вы уже позаботились обо мне, оставьте меня в покое!

Надо заметить, что мысль о несправедливости магического правосудия — ясно продемонстрированная Дунканом — тоже добавляла огня и ярости Дэбби. Ведь могло быть так, что родители были невиновны? Могло! Но какая-нибудь Маргарет шепнула словечко, скрывая свои похождения, и пожалуйста, Дэбби и ее семью признали виновными в краже денег клана!

―А вдруг с сами что-то случится, милая Дэбби, в это время и получится, что я нарушу свое слово? — чистосердечно изумился и ужаснулся Дункан. — Но даже без слова, мысль о разлуке с вами печалит меня!

―Печалит?

―За эти дни я узнал вас, Дэбби, и вы просто чудо, — белозубо и немного смущенно улыбнулся Дункан.

Дэбби, помимо воли, едва не улыбнулась ему в ответ, но тут же сердито поджала губы.

―Я думал, что сделал все, дабы загладить свою вину, но как выяснилось, я ошибался. Словно сама судьба и Мать-Магия решили указать мне на ошибки, на то, как неправильно я жил. Я чуть не совершил страшнейшее из преступлений, которое потом терзало бы меня всю жизнь!

Накал эмоций был таким, что Дэбби невольно спросила:

―Какое еще преступление?

―Вы — маг, моя дорогая, милая, прекрасная Дэбби!

Комплиментов Дэбби ожидала и приготовилась мысленно дать им отпор, но сообщение о том, что она маг, выбило ее из колеи, проломило защиты.

―Что? — ошарашенно спросила она.

―Да! — радостно воскликнул Дункан. — Когда вас обследовали и проверяли здоровье, провели стандартные тесты, показавшие, что вы маг! Более того, у вас дар предвидения и пророчества, самый редкий из всех!

―Я… э-э…

Дэбби ощутила, что у нее кружится голова. Всех жителей Империи регулярно проверяли на способности к магии, и она была уверена, что у нее ничего такого нет.

―Это подарок судьбы! — доносился до нее, словно через толстый слой ваты, голос Дункана. — И я обязан взять на себя ответственность и позаботиться… Дэбби! Дэбби, что с вами?

Но Дэбби его уже не слышала, так как потеряла сознание.

Глава 24

Для посещения завода маботов лететь никуда не пришлось. Завод, как и многие другие ключевые производства клана, был соединен с мэнором телепортационной сетью. В отличие от многого другого, увиденного Сергеем в этом мире, телепортационная сеть была порождением чистой магии, практически без примеси техники и науки — просто облагороженная применительно к современности. Сергея сопровождал Барри, увешанный магическим оружием, словно новогодняя елка игрушками. Встречавший их Тристан Чоппер удивленно посмотрел на Барри, двое сопровождавших Тристана продолжали стоять с каменными лицами, мол, дела магов нас не касаются.

―Это что, дядя, так любой может сюда попасть? — полюбопытствовал Сергей, отчасти действительно из интереса, а отчасти, чтобы отвести внимание от Барри.

Открытое неприятие Курсов сменилось глухой настороженностью, вызывавшей у Сергея тревожное чувство. В мэноре он был практически неуязвим (главное не собирать возле себя много Чопперов), но отсиживаться всю жизнь в раковине мэнора точно не вышло бы. Нужно было рисковать, нужно было с чего-то начинать — хотя бы с визита на завод маботов.

―Любой? — немного удивленно переспросил Тристан.

Потом он понимающе кивнул. Ох и бесили же Сергея эти понимающие кивки, мол, Глава у нас на всю голову простаками ушибленный, что с него взять?

―О нет, Гарольд, далеко не любой, совсем не любой, — густым голосом начал объяснять Тристан, делая приглашающий жест в сторону цехов. — Сеть Рода завязана на мэнор, так что явиться на эту площадку может только кто-то из Чоппер-мэнора, куда не так просто попасть. Разумеется, есть общеимперская телепортационная сеть, где каждый клан поддерживает ее на своей территории, а у имперских служащих имеется общий доступ в любой уголок, на любую площадку, но наша сеть с общеимперской никак не связана.

―А если имперским служащим все же захочется попасть сюда? — полюбопытствовал Сергей.

―Бывают комиссии со стороны Императора, конечно, — наклонил голову Тристан.

Сергею бросилась в глаза седина в жестком ежике волос.

―О них извещают заранее, согласовывается время и для них открывается подключение. В иных случаях, ближайшее место, куда могут прибыть гости — площадка перед входом в заповедник, находящаяся под наблюдением и от которой до завода два десятка километров.

―Вы не говорили, дядя, что завод расположен в заповеднике, — нахмурился Сергей.

―Ха-ха-ха-ха, — добродушно — гулко рассмеялся Тристан, полез за очередной сигариллой из магического табака, пахнущего какими-то ягодами. — У нас не заводы простаков! Они не гудят и не чадят…

Он прищелкнул пальцами, разжигая кончик сигариллы, затянулся и выдохнул, после чего продолжил:

―Ну, может немного и чадят, но это ерунда. А в заповеднике завод находится, потому что здесь магические растения и звери, источник компонентов для маботов.

Сергей озадаченно моргнул. Двери впереди распахнулись, и они оказались в огромном цеху, который живо напомнил Сергею мастерскую под Чоппер-мэнором. Та же компоновка, ангар куполом, разве что крыша прозрачная, рельсы и краны, детали маботов, сборочные зоны и склады. Но имелись и отличия — во-первых, роботы, масса роботов, здесь, похоже, заменявших магических слуг. Несколько магов, один из них сидел в молитвенной позе напротив полусобранного мабота, другие взмахивали руками и колдовали, каждый в своей зоне. Сергей ощущал эти невидимые вспышки энергии, заклинания, устремлявшиеся к маботам.

―Почему он сидит? — указал Сергей на мага.

Тристан посмотрел на одного из своих сопровождавших, тот шагнул вперед.

―Джереми Колинз из Рода Колинз, — представил его Тристан. — Занимается, собственно, такими вот деталями.

Старший Чоппер, помимо администрирования, занимался еще и финальной доводкой маботов, обработкой их силой крови. Сергей перевел взгляд на Джереми, который перестал изображать каменного истукана и низко поклонился. По магическому этикету — который уже лился у Сергея из ушей, хотя и не успевал вытекать весь — пока кто-то не был представлен, считалось, что его просто нет. Поэтому при первом знакомстве дядя Альфард не сразу кинулся душить Пэгги Курс.

Разумеется, относилось это больше к ситуациям начальник-подчиненный, в отношении общения просто магов были иные нюансы, но их Сергей пока не успел заучить. Или успел, но они уже успешно испарились, словно знания, полученные за семестр, перед экзаменом. Имелись заклинания, зелья и магические практики, улучшающие память, да вот беда, применять их пока Сергею было противопоказано. Гарриэт Марпл, после того обследования на способности, прямо заявила, что «магии главы Гарольда нужно время», на то, чтобы, условно говоря, покрыться защитной коркой и затвердеть. Сейчас магия Гарольда, по ее словам, была подобна сдобной булке, только что вынутой из печи, горячей, мощной и мягкой. Любое неверное воздействие могло смять булку, деформировать так, что след потом останется на всю жизнь. Если же выждать немного, буквально пару недель, то магия приспособится, окрепнет, и можно будет пить зелья, обучаться по-взрослому и так далее.

Проблема заключалась в том, что у Сергея не имелось пары недель и учиться требовалось сейчас.

―Он заряжает батарею мабота, попутно проверяя ее на стабильность и заполняемость, — глуховатым, слегка невнятным голосом начал объяснять Джереми.

―Разве мабот не питается от мага?

―Это распространенное и в целом верное мнение, — кивнул Джереми, снова склоняя голову.

В этот раз Сергею бросились в глаза пятна лысины, рубцы, с которыми, видимо, не смогла справиться и магическая медицина.

―Но при этом ошибочное в деталях, — продолжил Джереми. — Прошу вас, глава.

Они подошли к ближайшему маботу, висящему на крюках. Маг, работавший над маботом, отступил, кланяясь, со лба его сорвалось несколько капелек пота. Джереми взмахнул руками, и захваты сняли часть спины мабота, показав его внутренности.

―Вот этот ящик под капсулой — батарея или аккумулятор, — указал Джереми. — То, что простаки именуют источником бесперебойного питания. Маг, садясь в мабота, автоматически начинает подавать энергию в батарею, а та уже рассылают магию по маговодам мабота. Для чего это нужно? Так обеспечивается равномерность и синхронность подачи, стабильность работы без перепадов, даже если маг в капсуле на некоторое время потеряет сознание или выйдет из строя.

«Батарея еще работает!» всплыло воспоминание.

―Но в целом мабот может работать и без батареи? — спросил Сергей, памятуя о мастерской Джонатана Чоппера.

―Да, милорд, и старшие маги Священных Родов, асы пилотирования маботов, как раз и предпочитают модели без батарей — выигрывая в размерах, куда можно поставить еще несколько артефактов, или наоборот, ужать мабота, сделать компактнее. Мощи их все равно хватает на питание всех артефактов, опыт позволяет не только подавать энергию равномерно, но и устраивать перекосы, при необходимости, например, используя пулеметы или чаромёты с двухсотпроцентной эффективностью.

―Разве от такого оружие не испортится?

―Испортится, но не сразу, асы усиливают и систему охлаждения, жертвуя оружием ради повышенной мощности огня или полетных систем, например. Обычные маботы же рассчитаны на то, что ими сможет воспользоваться любой маг, поэтому мы используем унифицированные схемы, стандартное управление. Также есть варианты упрощенных моделей, но их собирают на других заводах.

―О чем идет речь?

―О доверенных людях, Гарольд, — вмешался Тристан, до того момента покуривавший сигариллу в сторонке. — Тех, кому можно доверить мабота.

―Но он же… а, батарея!

―Именно, вот что значит кровь Чопперов — сразу ухватил суть! — похвалил Гарольда дядя. — Такие маботы несут меньше оружия и брони, но больше батарей, и в результате обычный человек вполне в состоянии пилотировать их несколько часов. В случае же, если за пульт такого мабота проберется злоумышленник… ну что же, здесь упрощенная модель не даст ему сломать чересчур много и она легко уступает даже стандартным маботам.

―Где только взять для них всех магов, — пробормотал Сергей.

―Ты прав, Гарольд, ты прав, — неожиданно серьезно поддержал его Тристан. — Но мы работаем над этим!

И гулко рассмеялся, захохотал на весь цех. Сопровождавшие его улыбнулись, несколько вымученно, а Сергей сообразил, о чем идет речь. «Плодитесь и размножайтесь», в исполнении магликанской церкви, относилось не только к обычным людям, но и к магам, и этот вопрос заслуживал отдельного изучения. Лучше всего с практическими занятиями.

―Также, на основе упрощенной модели, создаются беспилотные маботы, так называемые стаи, сопровождающие основной мабот с магом, — продолжил уже Тристан, взмахивая рукой. — И к вопросу, где взять на них всех магов, не забывай, племянник, что маботы — это элита.

―Угу, — буркнул Сергей, припомнивший некоторые детали путешествия до Чоппер-мэнора.

―Основная же часть армии — простые рядовые Биллы и Джо, с обычными винтовками в руках.

―Не магическими?

―Зачарованное оружие требует отдельных условий хранения, перезарядки минимум раз в полгода, так что все это не имеет смысла, — отмахнулся Тристан, и при этом взмахе уголек тлеющего пепла слетел с сигариллы, а в воздухе растеклась прядь дыма. — Вот во время войны там да, кланы мобилизуются, оружие заряжается, маботы идут в бой на острие прорыва, а им навстречу идут вражеские маботы, а у них по бокам уже сражаются всякие там танки, самолеты и пехота. Да-да, конечно, маги зачаровывают оружие, укрепляют блиндажи, возводят укрепления, лечат личный состав, но все равно, основное решается маботами.

Тристан повернулся и любовно огладил бронепластину — голень мабота.

―Хочешь попробовать? — неожиданно обратился он к Сергею.

―Так он же еще не собран!

С одной стороны Сергею было страшно — лезть в такую дуру?! — но с другой, очень хотелось попробовать. Ну как же, можно сказать, еще одна мечта детства, даже две — огромный человекоподобный боевой робот, да еще и с бесконечными патронами!

―У нас есть и готовые модели, — ничуть не смутился Тристан. — Идем, я покажу.

Они прошли в соседний цех, где бригады роботов раскрашивали несколько маботов. Насколько мог судить Сергей, при этом они пользовались программами, четко привязанными к ориентирам, ибо каждый мабот стоял в центре особым образом раскрашенного квадрата, и за спиной у него висел экран, с разбросанными там и сям квадратами, кругами и треугольниками.

―Недавнее наше изобретение, — небрежным тоном бросил Тристан. — Магия оживления големов в сочетании с чипами памяти и зашитыми программами. Как только сборочная линия приносит сюда мабота, робоголемы улавливают сигнал и начинают красить. Сейчас они наносят стандартный городской камуфляж, это модель «Бобби», которую мы производим для полиции и службы охраны порядка. Видишь, щитки, которыми можно сгребать, восполняемый заклинаниями резервуар воды под давлением, винтовки с резиновыми пулями, слезоточивый и парализующий газ, в глазах — ослепляющие прожекторы, встроенные динамики с усилением звука, один «Бобби» может разогнать и парализовать толпу в десять тысяч человек, эффективно рассечь ее и выдавить в проулки, а также пленить лидеров и утащить их с собой, все необходимое для этого в маботе есть.

―В десять тысяч? — задумался Сергей. — И часто такое бывает?

―Случается иногда. Память у простаков короче мышиного хвоста, после разгона и казней они быстро все забывают и снова сбиваются в толпы.

Сергей покосился на Барри, но тот стоял с непроницаемым лицом, поглядывая по сторонам.

―Казней?

―Ну да…, — Тристан осекся и снова понимающе кивнул, после чего начал объяснять. — Понимаешь, толпы они разные бывают. Вот есть болельщики, ну сам понимаешь, выходит толпа со стадиона, все разгоряченные поражением или победой, молодые и глупые, давай ломать и крушить. Понятно, дело молодое, показать удаль, размять кости, но разве такая толпа будет слушать доводы разума? Ставим парочку «Бобби» да сразу вытесняем их на какой-нибудь пустырь поблизости, пусть дерутся.

―Но как же?

―А кто захочет одуматься, тот одумается моментально, а нет — ну его право, — отмахнулся Тристан. — Или вот, например, какой-нибудь фестиваль или народные гуляния, выпили там, драка началась, пустили «Бобби», всех положили, да в кутузки.

Тут взгляд Тристана построжел.

―А еще бывают не стихийные драки, а именно что бунты. Убийцы, грабители и насильники, кому охота пограбить и пожечь, выместить свою злобу за жизнь неудачную на добропорядочных горожанах, кто им отпора дать не сможет. Вот такую вот толпу сама Мать-Магия приказывала не жалеть. Все, кто намеренно и без причины проливают кровь, пусть не удивляются, что их кровь окажется, пролита в ответ и без всякой жалости.

―Гм, — издал глубокомысленный звук Сергей, не зная, что возразить и нужно ли возражать. — А с чего вообще такие бунты обычно начинаются?

―Да дикие воду мутят, не забивай себе голову, — опять отмахнулся Тристан, — выедешь на первое подавление или охоту, там и развлечешься пополам с обучением. Вот, смотри «Галахад», одна из наших лучших моделей!

Сергей, занятый мыслями о казнях и толпах, посмотрел, издал восхищённый звук. Мабот примерно четырех метров в высоту, смотрелся элегантно и мощно — не хватало только коня, чтобы представить, как рыцарь-крестоносец едет спасать Гроб Господень.

―Попробуй, — сделал приглашающий жест Тристан. — Обычно капсулы привязывают к пилоту, но здесь ничего нет, так что просто подай импульс вот сюда, потом сюда и влезай в капсулу. Не забудь надеть маску и не пугайся шлангов — это маговоды.

Сергей так и сделал, ощущая себя немного глупо. Надел маску и капсула стремительно наполнилась красным студнем, вызывавшим ощущение, словно он плывет в толще воды. Экраны засветились, побежали строчки какой-то информации, Сергей ощутил, как маговоды охватили его руки и ноги, прижались к спине и затылку.

―Попробуй сделать шаг, — посоветовал дядя.

―Понять бы еще как, — пробормотал Сергей под маской, и слова его неожиданно загрохотали снаружи.

Тем не менее, он попробовал шагнуть и неожиданно мабот сдвинулся, да так широко, что чуть не наступил на робота-маляра. Сергей поспешно отступил, мабот тоже отступил, начал заваливаться, Сергей замахал руками, сделал отмашку, не давая себе упасть и влетел в другого собранного мабота, запаниковал еще сильнее, отпрыгнул и… мабот взорвался в прыжке, разнеся половину завода.

Глава 25

―Попробуй, — сделал приглашающий жест Тристан.

Сергей даже сделал первый шаг, затем замер, вспомнив, что случилось. Хотя, что именно случилось, он так и не понял, только то, что мабот взорвался. От его судорожных прыжков? Мабот, рассчитанный на ведение боевых действий, в том числе против других маботов? Невероятно.

―Ну же, Гарольд, вот сюда подаешь импульс, — начал объяснять Тристан Чоппер.

Сергей же смотрел на него, чуть нахмурившись, и пытался понять, была ли это намеренная ловушка со стороны дяди? Подсунуть негодный мабот, убить его взрывом? Тогда это объясняло бы его настойчивость и желание самому провести экскурсию. Попробовать еще раз и снова умереть? Отказаться и сказать, что передумал? Точно.

―Я лучше попробую другую модель, вон ту, — указал Сергей.

―«Стриж», отличный выбор, — кивнул Тристан.

Держался он уверенно, ничуть не сбился, и у Сергея закралось страшное подозрение — заминированы все маботы. Заминирован весь завод. Злоумышленник найден и теперь он хочет погубить Гарольда даже ценой своей жизни. Хотя, это еще бабушка надвое сказала, если дядя вовремя уйдет телепортацией или закроется защитами, то взрыв ему мог и не навредить. Залезть в мабота и напасть?

Сергей мысленно выругался, решив следить за дядей, и если тот начнет колдовать — сразу бить.

―Разведывательный мабот, улучшенная аэродинамика, увеличенная броня, но при этом все равно сниженный вес, за счет выноса большинства оружейных систем, — продолжал рассказывать Тристан. — Соответственно, увеличено количество летных артефактов и поддерживающих заклинаний и общая мощь, что дает просто запредельную скорость в пятьсот километров в час!

Глаза Сергея невольно расширились — нехитрый подсчет показывал, что это почти 140 метров в секунду.

―А пилот-то успевает маневрировать на такой скорости?

―Да, с этим есть небольшие проблемы, — уважительно посмотрел на него дядя, — поэтому пришлось встроить в Стрижа дополнительный детектор препятствий, а также увеличить количество амортизирующего геля в капсуле. Но даже так, полет на максимальной скорости представляет запредельно сложную задачу и большинство пилотов летает в обычном режиме, примерно на 150–200 км/ч, в случае необходимости резко ускоряясь и уходя от врага или проскакивая опасные участки. Также в мабота, разумеется, встроены камеры и еще…

―А капсула может телепортироваться? — перебил его Сергей.

―Как и любая другая, — теперь во взгляде дяди сквозило недоумение, тут же сменившееся бесящим пониманием и превосходством. — Но это долгий способ, требующий к тому же, чтобы сам маг владел телепортацией. И в условиях боя или нападения превосходящих сил врага, спасение Стрижа как раз в скорости, а не в ее снижении при выбросе капсулы. Тем не менее, мы встроили в эту модель мабота разовый телепортатор — перебрасывающий мабота пробоем на километр в любую сторону. Очень дорогое и энергозатратное решение, но пока заказчик платит, почему бы и нет? Из оружия только пулеметы, броня усилена, хотя это я уже говорил.

―Ладно, — сдался Сергей, — давайте попробуем.

В высоту Стриж был примерно метра три, и по сути, представлял собой капсулу, обшитую броней, заглаженную и зауженную, ужатую где только можно. Разовый телепортатор был пристроен к батарее и оба были выполнены в форме плоских пластин, «прикрывающих» спину — попросту говоря, здесь толщина брони была меньше.

―И сюда же больше всего целят враги, — пояснил Тристан с кривой усмешкой, — но лучше решения не нашлось. Точнее говоря, мы предлагали эти же пластины переместить на живот, но эти вояки возмутились, мол, как это так, грудь и живот будут прикрыты меньше! Мол, у вас и так тут не капсула, а комбинезон с гелем из-за уменьшения размеров, в общем, пришлось переделывать, добавлять, переносить.

Спина Стрижа раскрылась, и Сергей увидел, что капсула там действительно скорее не капсула, а толстый скафандр с амортизирующим гелем. Руки — ноги уходили в руки — ноги мабота, словно пилоту требовалось физически управлять роботом. Сергей тут же сообразил, что это решение из-за желания сэкономить места, но все равно выглядело странно. Ужимать мабота и убирать капсулу, чтобы наращивать внутри броню и слой защитного геля?

―А если еще ужать?

―Перегрузки при пилотировании разрушали манекены, ну, муляжи для тестирования, каркас Стрижа тоже не выдерживал и разваливался, при нагрузочных полетах с имитацией частичных повреждений, — бросил Тристан. — Потом уже испытывали с добровольцами — простаками, ну там тоже были проблемы, но справились.

Сергей вздохнул, осознав, что тут над расчетами и тестами потрудились уже до него.

―А если сделать маботов больше? — спросил он, влезая в скафандр. — Ведь тогда больше влезет всего?

Скафандр принял его в мягкие, упругие объятия, закрылся сзади и тут же броня на спине мабота сошлась. Вспыхнули экраны, снова побежали строчки сообщений. В этот раз Сергей не стал спешить, аккуратно переступил с ноги на ногу, чуть повел руками.

―Делали, сразу после Освобождения каких только уродцев не делали! — хохотнул Тристан, прищурившись, наблюдая за Стрижом. — Коробки эти простаков, танки, десятиметровые и квадратные, огромных роботов с лучами смерти из глаз, пытались даже бронедракона сделать!

―Бронедракона?

―Ну да! Как мабота, только дракона и второй вариант был живого дракона броней увешать! — откровенно веселился Тристан.

Сергей еще переступил, сделал пару шагов. Было непривычно смотреть с такого ракурса, не ощущать воздуха вокруг или прикосновения ног к земле. Но Стриж слушался, не в пример лучше, чем Галахад, и Сергей прошелся вокруг дяди и Барри, потом сделал еще круг и даже рискнул подпрыгнуть.

―Чувствуешь?! Никакой задержки в управлении! Для пилота на таких скоростях это очень важно! Попробуй оторваться от пола.

Сергей сглотнул, но все же попробовал — следя за дядей. Тот, в свою очередь, следил за маботом, не замечая, что сигарилла в его руках уже догорает и вот-вот обожжет ему пальцы. Колдовать Тристан не пытался.

Мабот чуть перевалился с бока на бок, но уже в воздухе. Сергей начал подниматься выше, ощущая странную дрожь в теле, словно внутри все закипало. Импульс и крыша раскрылась перед ним, а Стриж ускорился. Внизу еще что-то кричал дядя, но Сергей уже не слышал, захваченный полетом.

Парри учили водить машину и мотоцикл, но это! Это было нечто совершенно иное, несравнимое вообще и никак, ибо никогда раньше управление машиной не вызывало у Сергея таких ощущений. Бурление крови в жилах, захватывающая душу синева неба и одновременно с этим сердце, падающее в пятки от перегрузок, восторг полета и управления, эйфория скорости и послушного твоей мысли мабота. Нет, даже не мысли, он был един с маботом, словно сам летел в поднебесье, выписывая фигуры высшего пилотажа, о которых даже и не подозревал. Кровь кипела и бурлила в теле Сергея, сейчас ему казалось, что он всесилен, что он создан для пилотирования маботов.

А затем Стриж взорвался, разметав останки Сергея на километры вокруг.

―Попробуй, — сделал приглашающий жест Тристан.

Сергей стоял, ошеломленный, еще не пришедший в себя от эйфории полета и боли взрыва. Как? Как это случилось? В него никто не стрелял и не слал заклинаний, в этом Сергей был уверен. На той скорости, с его бочками, мертвыми петлями, виражами, кругами и пике в него вообще никто не смог бы попасть.

Дистанционный подрыв?

―Гарольд? — нахмурился Тристан. — Ты встревожен, что-то случилось?

―Да, — медленно изрек Сергей. — Я чувствую опасность.

―Опасность?

―Она исходит из… мабота, — выдержал паузу Сергей.

―О! — густые брови Тристана взмыли вверх. — Кажется, в тебе проснулся дар предвидения! У твоего прадедушки Дина был такой, именно он убедил Чопперов встать под знамена Гамильтона и начать Освобождение!

Те же, у кого не нашлось пророка Дина, не вошли в Священную Полусотню, да и в целом оказались оттерты от власти, хотя и не остались без влияния и средств — маги как-никак.

―Предвидение, да еще в бою, это мощная сила, — уважительно закивал Тристан. — Говоришь, мабот? Гм. А если воспользоваться другим?

―От них от всех исходит опасность, даже от «Бобби», — отозвался Сергей.

―Значит, дело в тебе, а не в маботах, — прищурился Тристан. — Как любопытно.

―Во мне?!

―Прошу прощения, глава Гарольд, — раскрыл рот Джереми Колинз. — Я слышал об обстоятельствах вашего чудесного спасения, но скажите, проходили ли вы обследование на мощь вашей магии?

―Гарриэт Марпл что-то там замеряла, сказала, что у меня какой-то там запредельный потенциал.

Сопровождавшие Тристана переглянулись, кивнули друг другу.

―Прошу прощения, глава Гарольд, если вы не против — проверить кое-что в испытательном цехе, — Джереми поклонился и указал куда-то влево от себя.

―Гм, — снова крякнул Тристан, жуя окурок сигариллы. — Об этом я как-то не подумал!

―О чем? — спросил Сергей, когда они пошли в этот самый испытательный цех.

―Батарея в маботе служит также для стабилизации потока энергии, чтобы маг во время сильного эмоционального напряжения — в бою или во время первого полета, неважно — не сжег энерговоды, подав чрезмерное и разбалансированное количество энергии. Батарея поглощает энергию, равномерно выдает ее по энерговодам, а остальное запасает.

Сергей задумался на секунду.

―То есть, если я подам больше энергии, чем способна впитать батарея, то она взорвется?

―Именно так, — кивнул Тристан. — И это еще одна причина, почему асы обычно летают без батареи. Слишком легко увлечься и сжечь ее, перегрузить и вызвать взрыв.

―А от такой перегрузки не сгорит сам мабот?

―Такое тоже бывало, — усмехнулся Тристан. — Поэтому им делают маботов по индивидуальным заказам, либо они сдерживаются, летая на стандартных моделях. Вот сюда.

Они вошли в испытательный цех.

Такой же ангар, как и прочие, но наполненный шумом, грохотом, визгом, пылью, словно их внезапно занесло в какой-то промышленный ад. Сергей оглянулся и сделал несколько шагов обратно. Тишина и прохлада сборочного цеха. Шаг вперед — грохот, шум и визг. Шаг назад.

―Ты прав, Гарольд, проще будет объяснить здесь, чем колдовать внутри.

―Но это же?!

―Магия, да, все верно. Заклинания против звуков, пыли, вибраций. Специальный цех для испытаний без ограничений и в то же время внутри завода. Там работают големы и роботы, за которыми приглядывает дежурный маг под защитой заклинаний.

―Ладно, — помотал головой Сергей. — Так в чем дело?

―Эта часть не зря названа испытательной. Внутри есть испытательный стенд для проверки энерговодов и батарей, не на зарядку, как в сборочном, а просто на работоспособность. Шарахнуть максимальным зарядом и посмотреть, расплавится или нет.

―А, — произнес Сергей, — который начал о чем-то догадываться.

―Да, возьмем батарею Стрижа, энерговоды стандартного сечения и посмотрим, выдержат они тебя или нет.

Так они и сделали. Несколько пассов руками, заклинание, управляющие магические импульсы и батарея подплыла к стенду и словно сами собой зазмеились энерговоды, толстые, словно пожарные шланги. К энерговодам быстро прицепили несколько зажимов, ведущих к чему-то, внешне изрядно смахивавшему на моноблоки.

―И что требуется делать? — спросил Сергей немного недоуменно.

―Просто возьми в руки энерговод, энергия потечет в батарею, — взмахнул рукой Тристан.

В этот раз он колдовал, как заметил Сергей. Что-то защитное, вроде силового поля, и еще заклинание в рукаве, практически буквально. Паранойя взыграла с новой силой, вспомнились ощущения полета, и неожиданно потянуло паленым.

―Берегись! — крикнул Тристан, вскидывая руку.

Заклинание вылетело оттуда, словно мячик, окутало батарею, из которой валил дым. Сергей чуть не сказал, что в маботе ничего не горело и не предупреждало, но вовремя захлопнул рот. В руке Тристана тем временем появилась палочка, и во второй руке вторая, с которой тоже сорвался луч заклинания. Двойная сфера окутала батарею, которая уже сияла и мерцала.

ПУХ!

Благодаря щитам хлопок взрыва вышел мягким, нежным, почти неслышным. Тристан Чоппер, однако, побледнел и пошатнулся, потом утер пот.

―Сколько ты туда закачал? — крикнул он хрипло.

―Да я просто держал! — удивился Сергей.

―Так, — Тристан облизал губы, выдохнул и обратился к Джереми. — Подключение в общую сеть!

―Милорд…

―Быстро! — рявкнул Тристан. — Немедленно!

Затем он повернулся к недоумевающему Сергею и быстро объяснил ему ситуацию — требовалось просто подавать энергию по толстым кабелям, мол, общая сеть все выдержит. Сергей не поверил, но сеть выдержала, правда от показаний приборов Тристан пришел в сильнейшее удивление. Потом хлопнул по лбу и воскликнул.

―Я знаю, что тебе нужно! Доставить «Чайку»!

―Чайку?

―Мабот твоего отца, индивидуальная работа, стоимостью в сотню обычных маботов. Но оно того стоило.

Когда полчаса спустя, пьяный и пошатывающийся Сергей вылез из «Чайки», дядя Тристан крепко облапил его и сжал до хруста костей.

―Ты! Ты! — кричал он. — Как ты летал!

―Что? — вяло спросил Сергей.

―Я словно снова увидел в небе Джонатана, вот что! И твой магопотенциал, наши основные маговоды чуть не расплавились! Племянник — ты прирожденный пилот мабота, один из тех, что рождаются раз в столетие! Уверен, ты прославишь имя Чопперов так, как его никто еще не прославлял!

Сергей слабо улыбнулся в ответ, все еще пьяный полетом.

Глава 26

―Глава Гарольд, вас пытается вызвать мастер Альфард, — церемонно сообщил Дживс, появляясь рядом.

Сергей со вздохом отложил в сторону только что открытую книгу «Общие начала магии», одним из авторов которой числился Альфред Гамильтон. Сколько он ни пытался приступить к изучению магии и заклинаний, у него все никак не получалось. Если не учеба этикету и истории, то дела, если не дела, то разговоры с другими Чопперами, если не разговоры, то сообщения о происходящем в Суррее, и так далее. Какой-то бесконечный водоворот дел, решений, фактов, которые надо изучить еще вчера (а магия, конечно же, подождет!), убеждений, просьб, жалоб, от которых невозможно было отказаться.

Во всяком случае, если он хотел быть Главой, способным бросить клан в атаку на Гамильтона.

―Слушаю, дядя, — сказал Сергей, поводя рукой и разрешая доступ.

―Гарольд, нам нужно серьезно поговорить, — сообщил Альфард.

Это был уже далеко не первый серьезный разговор, и Сергей не стал закатывать глаза, изображать отвращение или как-то реагировать. Просто кивнул и сделал приглашающий жест. Альфард жестом придвинул к себе кресло, уселся в него и заговорил жестким, решительным голосом:

―Скажи, Гарольд, зачем ты отказался от приглашения Дайсонов на охоту? Да еще и в такой грубой форме?

―Потому что, — голос моментально взъярившегося Сергея сорвался. — Потому что в одной я уже участвовал, хватит!

Надо заметить, что Парри об этой стороне жизни магов практически ничего не знал. Трудись, молись и слушайся магов, которые стоят на страже общества, и будешь вознагражден — вот что им внушали в школе. Факт убийства людей магами преподносился как естественный отбор и чистка общества от преступников, извращенцев, людей с отклонениями и так далее. Преподносился как суровая оздоровительная мера, мол, кровопускание омолаживает и бодрит организм. Фоном также проскакивала мысль, что это небольшая цена за благополучие общества и бытие сверхдержавой — Британской Империей, над владениями которой не заходит солнце.

Но это все видел именно что Сергей, Парри даже не пытался особо задумываться, воспринимал все как данность.

―Твое простецкое воспитание опять создает проблемы, — провел рукой по лицу Альфард.

―Никаких проблем, я просто не участвую в охоте, — отмахнулся Сергей.

―Гарольд, Гарольд, — покачал головой его дядя.

Он снова с силой потер лицо, и Сергей невольно обратил внимание, что Альфард Чоппер стал выглядеть хуже. Мешки под глазами, углубившиеся морщины, движения, как будто он был уже не в силах носить собственное тело. Не бодрый маг, в личине пожилого человека, а скорее старик, стремительно нагоняющий седую Мюриэль с ее деменцией и наполовину отказавшим телом.

―Вам стоит отдохнуть, дядя, — сказал он. — Вы же себя загоняете.

―Во имя Рода! — рявкнул Альфард, подаваясь вперед. — И от других жду того же! А ты!

―Не хватает только слова «сопляк», — огрызнулся моментально вспыхнувший Сергей.

Он уже как-то привык, что к нему относятся почтительно, слушают со всем вниманием и унижением, и тут такой афронт!

―Именно! — и не подумал сбавлять тон Альфард.

―Я получил титул Главы по праву!

―Разве Источник дал тебе знания о социуме магов?! Прибавил тебе мозгов?!

―Сама Мать-Магия направила меня сюда! — не выдержав, заорал Сергей.

После этого выкрика повисла тревожная тишина. Сергей мысленно сдал назад, поняв, что чуть не проболтался обо всем (ведь он до сих пор не знал, можно ли полностью доверять дяде). Альфард, похоже, тоже сдал назад, припомнив багровую вспышку на собрании Чопперов.

―Мать-Магия, — задумчиво повторил дядя, словно пробуя эти слова на вкус. — Как ты думаешь, Гарольд, Мать-Магия дала нам силу и власть затем, чтобы мы все разрушили?

―Нет, но…

―Дослушай, — чуть вскинул руку Альфард. — Мать-Магия дала нам силы и власть, и мы встали во главе общества, взяв на себя, таким образом, ответственность, за это самое общество и страну, Британскую Империю. Согласись, что было бы очень глупо с нашей стороны предать такое доверие Мать-Магии и допустить разрушение того, что она нам подарила?

Он замолчал, испытующе глядя на племянника, ожидая ответа.

―Допустим, — неохотно признал Сергей, когда пауза слишком затянулась.

―Вот! Значит, мы должны следить за государством, поддерживать в нем порядок и защищать его, как от внутренних врагов, так и внешних. С этим ты согласен?

―Согласен, — опять неохотно признал Сергей.

Непонятно было, к чему ведет дядя Гарольда и как оно связано с охотой. В голову ничего не лезло, и Сергею оставалось только настороженно обдумывать сказанное, реагировать по факту, пытаясь рассмотреть ловушку.

―Вот! — повторил Альфард Чоппер наставительно. — Внешние враги, все эти Франции, Германии и прочая Восточная Европа, Китаи и прочая Африка нас сейчас не интересуют. Внутренние же враги — это жители Британской Империи, те, кто подрывают устои Империи изнутри. Преступают законы и обычаи. Преступники. Скажи мне, как простаки поступают с преступниками?

―Их ловят и сажают в тюрьмы, — процедил Сергей. — Но не охотятся же на них!

―Дослушай, — все так же спокойно парировал Альфард. — Скажи мне, как во все времена, неважно, чья была власть, поступали с разбойниками и убийцами, насильниками?

Сергей знал, как поступали, но отвечать не хотелось, и он молчал.

―Их казнили, чаще всего при большом скоплении людей, дабы те видели, что власть их защищает, заботится о безопасности своих подданных, выполняет свои функции. Вот скажи, разве ты против смертной казни для тех, кто насиловал и убивал своих соседей, сжигал людей заживо, например?

―Нет, — наконец ответил Сергей, и под пристальным взглядом дяди добавил. — Нет, я не против такой смертной казни.

―Так, — кивнул Альфард. — Как ты знаешь, бывают разные формы казни. Повешение, четвертование, отрубание головы, насаживание на кол, утопление или расстрел.

―Например, расстрел на охоте, — прищурился Сергей.

―Именно! Это просто форма смертной казни, наиболее удобная и подходящая для нового социума, общества магов! — энергично воскликнул Альфард. — Ты же не против смертной казни?

―Для убийц и насильников, — повторил, набычась, Сергей.

―А кто, по-твоему, будет на охоте? — искренне удивился дядя в ответ.

―Кто?

―Приговоренные к казни, конечно же! И более того, им даже дается шанс, крошечный, но все же шанс, смыть свои преступления кровью. Убить охотника и уйти прочь.

Сергей припомнил охоту, на которой встретил Дункана, кивнул. Затем нахмурился. Та девушка была преступницей? И ее родители как-то не тянули на кровавых маньяков, хотя, говорят же, что внешность бывает обманчива?

―Зачем? — спросил он.

―Зачем давать шанс? — тут же уловил Альфард. — Чтобы они видели шанс и сражались изо всех сил. Конечно, мы могли бы скучно казнить всех в тюрьмах, отрубить головы или там поразить заклинаниями, неважно. Но в таких охотах мы и сами оттачиваем навыки, привыкаем быть настороже — магам всегда надо быть настороже, чтобы защищать то, что даровала нам Мать-Магия.

По крайней мере, оно у него связно выходит, угрюмо подумал Сергей, не зная, что возразить.

―И мы не только защищаем общество, избавляя его от преступников, — вдохновенно продолжал вещать дядя Гарольда, — но и отбраковываем слабых среди себя! Одним заклинанием три цели! Те, кто неспособен справиться с обычным простаком, пускай и вооруженным, нам не нужны. Можно было бы подумать, что ты боишься проливать кровь — не спеши вскидываться! — но твои слуги сообщили, что ты храбро сражался, пока вы пробивались к Чоппер-мэнору, что ты не колеблясь, убивал. Тристан все никак не может унять свой восторг и непрерывно говорит о том, какая ты вылитая копия Джонатана. Ты получил Кольцо-по-Праву, я подумал, что ты стал одним из нас, понял вынужденную необходимость охот.

―Необходимость? — саркастично переспросил Сергей.

―Вот, — обрадовался Альфард, — я и понял, что ты не понимаешь и пришел с этим разговором! Ты признаешь необходимость смертной казни, так?

―Так, — поджал губы Сергей.

―Ты готов убивать в бою и на охоте будет бой, не сомневайся.

―Со свитой, магтерьерами, заклинаниями, шестиногами и магией? — спросил Сергей, которому опять припомнился Дункан.

―Можешь выйти на них с таким же оружием, как у преступников, — серьезно отозвался Альфард. — Можешь выйти с голыми руками, вооруженный одной лишь внутренней магией. Но в любом случае это будет бой, поверь, если оружие простаков разнесет тебе голову, ни один целитель тебя не спасет. Если на тебя нападут, ты же будешь защищаться? Убьёшь без колебаний?

Сергей припомнил забег до Чоппер-мэнора. Скольких он убил по дороге? Неизвестных ему людей и магов, всего лишь загораживавших дорогу к цели, всего лишь пытавшихся убить его самого. Припомнил и кивнул мрачно.

―Ну вот, значит все и сложилось. Что же касается нравственных аспектов, не забывай, что они преступники, и не забывай, что и сами простаки, не моргнув глазом, режут свой скот, выбраковывая больных и увечных, забивая их на мясо, чтобы жить самим.

Сергея покоробило это сравнение с домашним скотом, но он не нашелся, что возразить.

―Значит, ты не возражаешь? Вот и отлично, — обрадовался Альфард. — Охоты и балы — важные составляющие жизни магов, особенно Священных Родов, их нужно посещать, особенно, когда приглашают союзники, а Дайсоны и есть наши союзники.

―Разве не должен вначале пройти какой-то там бал-приём в честь того, что я теперь Глава? — со слабым сарказмом в голосе спросил Сергей, делая последнюю попытку сопротивления.

―А ты меньше слушай этих молодых сисястых дур, которым лишь бы подрыгать жопой, — грубо отозвался Альфард. — Приём нужен, но на нем должен быть Глава Рода Чоппер, подлинный Глава, иначе выйдет только хуже. Ты должен знать и понимать! Жаль, конечно, что нельзя заколдовать тебя…

―Никакого колдовства надо мной! — взъярился Сергей.

―… помимо твоего нежелания, Источник все равно все с тебя смоет, — равнодушно закончил Альфард. — Но если ты сможешь притворяться хотя бы полчаса Главой, то уже можно будет рискнуть. Понятно?

―Да, — неохотно ответил Сергей.

Если он хотел поддержки Рода и клана, то должен был в ответ выполнять социальные обязательства. Принимать, посещать, участвовать, общаться. Охотиться и убивать преступников. Либо принуждать свой Род силой. Либо забраться в мабот и в одиночку полететь и разбомбить Гамильтона к хренам. Возможно, он так бы и сделал, но воспоминания о Руперте Огре мешали.

―В общем, нужно написать Дайсонам другое письмо. Напишешь?

―Да, — ответил Сергей, в этот раз не удержавшись и скрипнув зубами. — Напишу.

Дэбби открыла глаза, обнаружив над собой белый, стерильный и безжизненный потолок, какие бывают только в магических больницах. Практически сразу же открылась дверь и внутрь вошла очень красивая и доброжелательная девушка, в костюме медсестры.

―Меня зовут Дэйзи, я ваша личная медсестра, уважаемая Дэбби. Как ваше самочувствие? Хотите ли вы чего-нибудь? Его светлость наследник Малькольм уже извещен о вашем пробуждении, — сообщила Дэйзи.

Дэбби хлопала глазами, силясь понять, что происходит. Потом она вспомнила и глаза ее раскрылись широко, а один из приборов рядом заверещал, словно кошка, которой наступили на хвост.

―Не надо волноваться, уважаемая Дэбби, вы просто потеряли сознание, — чуть быстрее заговорила Дэйзи. — Если хотите, могу предложить вам сладкий успокоительный сироп с…

―Нет, не надо, — резко бросила Дэбби.

Она села, обнаружив, что на ней белая бесформенная больничная рубаха до колен. Начала срывать с себя датчики.

―Вашу одежду сейчас доставят, уважаемая Дэбби, — все тем же спокойным и профессиональным голосом сообщила Дэйзи не делая попыток помешать.

Прибор угомонился и теперь вместо безумной кошки тихо попискивал мышкой в норке.

―Может хватить уважакать через слово? — не выдержав, грубо, нарочито исказив слово, изрекла Дэбби.

Мысль о том, что сейчас сюда явится Дункан, не придавала ей спокойствия. Мысль о том, что он ее сюда и принес, сопровождалась идиотской воображаемой сценой, как он помогал ее переодевать в этот больничный балахон.

―Так положено, уважаемая Дэбби, — снова поклонилась Дэйзи. — Вы же маг.

―А ты откуда об этом знаешь? — тут же с подозрением посмотрела на нее Дэбби.

―Его светлость наследник Дункан Малькольм сказал об этом, — с готовностью ответила Дэйзи.

Вся она была какая-то сытая, ухоженная и холеная, сияющая от радости общения с магами. За глаза подобных девиц называли, если использовать мягкие выражения, «куклами магов для развлечений». Мысль о том, что Дункан мог развлечься с этой Дэйзи была настолько неуместной и несвоевременной, что Дэбби аж закашлялась.

―Я помогу, — придвинулась Дэйзи.

―Нет!

И Дэйзи отодвинулась, достала откуда-то и с почтительным поклоном протянула Дэбби ее одежду. Чистенькую, выглаженную, приятно пахнущую. Дэбби неоднократно видела знаки уважения, оказываемые магам, но оказаться с другой стороны было неожиданно приятно. При этом где-то внутри сидела прочная уверенность, что она заслужила и достойна этого. Достойна всего, что заслуживают маги.

Это было очень странное ощущение, но времени предаваться раздумьям не имелось.

―Кажется, у меня не было с собой денег, — остановилась она на середине влезания обратно в платье.

Действительна ли была медкарта? Ее же судили и признали преступницей, правда потом оправдали, но восстановили ли автоматически аннулированную медкарту? Спишут ли с нее деньги? Есть ли там вообще деньги? И хватит ли их на оплату магической больницы?

―Обслуживание для магов полностью бесплатное, за все платит клан Малькольм, — сообщила Дэйзи, широко улыбаясь.

Вот это было приятно. Если бы не оплата Малькольмами, словно загоняющая ее в долги Дункану, все было бы вообще идеально. Тем не менее, Дэбби ощутила, что жизнь магов нравится ей все больше и больше.

Глава 27

―Это честь для нас, — с трудом склонил седеющую голову Майкл Дайсон.

Толстая шея, словно раздутая заклинанием, брюшко и одутловатое лицо. Сергей уже побеседовал немного с Гарриет, магическая медицина могла многое, практически все — для тех, кто мог себе ее позволить. Но уж Глава Священного Рода, а именно им и был Майкл Дайсон, мог себе позволить лечение. И все же, маги не следили за собой, маги не лечились, маги не делали себе идеальных тел. Во всем этом крылась какая-то загадка, в которой Сергей пока не разобрался.

―Честь для нас, — повторила эхом за мужем, Виктория Дайсон, чуть приседая.

Вот она пользовалась магической медициной в полной мере, явно мешая ее с пластической хирургией. Не знай Сергей из ее досье, что Виктории пятьдесят четыре, то никогда не дал бы ей больше двадцати пяти. Свежая, цветущая, с грудью, грозящей разорвать декольте, она смотрелась юной «мисс британия» при богатом, старом и жирном «папике».

―Союз между нашими Родами освящен временем, — ответил Сергей, как его и учили.

Более того, у него в ухе торчал магический передатчик, по которому ему подсказывали ответы. Не сам Альфард, конечно, но его правая рука, секретарь, референт и бог знает кто еще, вживую обладательницу этого бархатного чувственного голоса Сергей ни разу не видел.

В принципе, пока в ее подсказках нужды не было, Сергей помнил лекцию дяди. Формально все Рода Священной Полусотни были равны между собой — и в чем-то это даже было правдой, если считать то, что они одинаково возвышались над всеми остальными, кроме Императора. Но вот между собой Рода были далеко не равны, и Чопперы в этой негласной табели рангов стояли намного выше Дайсонов, несмотря на долгое отсутствие Главы.

Дайсонов было намного меньше, чем Чопперов, не более двух десятков, и других Родов с семьями, соответственно, под их рукой ходило меньше, земли они держали меньше и в военном отношении были слабее. Но при этом была одна вещь, из-за которой, собственно, дядя Альфард так давил на племянника: сила крови Дайсонов. Работа с металлами, создание уникальных сплавов, переработка руды — «пустой» для всех, кроме Дайсонов. В этом они соперничали, а то и превосходили горных карликов, которым, дабы избежать подделок и бесконтрольного размножения монет, общим решением Священных Родов доверили изготовление магических денег (под присмотром магов Императора, конечно же). Более того, отдельным эдиктом Императора роду Дайсонов запрещалось заниматься изготовлением денег и каждый из них приносил магическую клятву не чеканить монеты. Этой силой и попыткой воспользоваться ей для изготовления магических монет отчасти и объяснялась малочисленность Рода Дайсонов.

На эти сплавы и изготовленные из них бронепластины маботов отлично ложилась сила крови Чопперов — особо крепкие металлы и зачаровывались лучше, впитывали в себя больше магии, становились сильнее, как артефакты, что, в свою очередь, делало Чопперов производителями лучших маботов. По крайней мере в Британской Империи. И поэтому принятие приглашения Дайсонов до официального приема — бала (Сергей уже почти смирился с тем, что его уговорят и придется проводить это мероприятие) несло в себе особый смысл: подтверждение всех ранее принятых договоренностей, демонстрация того, что союз Чопперов и Дайсонов нерушим (отсюда и первые слова Сергея), и что Чопперы будут защищать Дайсонов, если потребуется. Охота сама по себе тут играла незначительную роль — намного важнее было само прибытие Гарольда Чоппера к Майклу Дайсону.

Это, в свою очередь, понимали и Дайсоны, и потому склонялись и приветствовали.

―Это мой доверенный слуга, Барри Курс, — небрежно повел рукой Сергей.

Тут он заметил, что Дайсоны притащили с собой двух младших дочерей. Все, как и предполагал Альфард. Старшей из них было 20 и она весьма умело стреляла глазками в сторону Гарольда, младшая пыталась подражать, но в свои 15 лет выходило у нее так себе. Впрочем, не будь Сергей предупрежден, возможно, уже мысленно крутил бы порнуху в голове — выглядели дочки Дайсона весьма возбуждающе.

Дядя Альфард особо предупреждал об этом, без всяких эвфемизмов объяснив расклады: совершеннолетний холостой Глава Священного Рода без прежних договоренностей. Достаточно ему было бы намекнуть, просто мимикой, и через пару минут обе сестры Дайсон уже задирали бы перед ним юбки. Правда, потом пришлось бы жениться на них, что не пошло бы Роду на пользу, но все же… теоретически… Сергей сейчас мог уложить кого угодно. Даже жену Майкла, вместе с его дочками впридачу.

Именно поэтому ему следовало держать мысли, руки и иные органы при себе.

―Желаете отдохнуть с дороги, милорд Гарольд, или сразу приступим к охоте? — спросил Майкл Дайсон.

―Сразу, зачем тянуть, — небрежно ответил Сергей, втайне мечтая о том, чтобы скорее все закончилось. — Если будут какие-то вопросы, сразу за охотой их и обсудим.

Опять же, если держать близко к Майклу, то и у дочерей его не будет шанса раздвинуть ноги перед Гарольдом. Оно, конечно, что родители им сами намекнули (да и девицы, надо полагать, были не против), но все же внешние приличия и условности, сами понимаете.

―Надо было взять свиту, милорд, — тихо заметил Барри почти в ухо.

―Пожалуй, — неохотно согласился Сергей.

Он не хотел брать свиту из полузнакомых людей и магов, и дядя Альфард не стал возражать, мол, это знак особого доверия Дайсонам со стороны Гарольда. Но если Сергей не сможет выкрутиться здесь, в тепличных условиях, то как он справится на балу?

Может в этом и состоял план Альфарда? Обучение методом швыряния в воду?

―Прошу вас, — указал Майкл, — у нас уже все готово.

Они проследовали к телепортационной кабине — Гарольд с Барри, Дайсоны и их свита, в полусотню человек и магов. Пока шел разговор, свита почтительно выжидала в сторонке, да и телепортировалась вторым заходом.

Вышли они в каком-то огромном зале, за окнами которого виднелись деревья.

―Мой охотничий домик, — пояснил Майкл.

По размерам он, правда, больше напоминал дворец, но Сергей уже немного коснулся вопроса строительства при помощи магии и расширения пространства. В общем, опытный маг возвел бы такое строение за несколько часов, был бы план да стройматериалы.

―Молодым в радость носиться по лесам, гонять дичь, а я уже как-то немного староват, — чуть извиняющимся тоном произнес Майкл.

―Все в порядке, — ответил Сергей. — Это ваша охота, я на ней всего лишь гость.

―Почётный гость! Почётный! — воскликнул обрадовавшийся Майкл.

Сергей в свою очередь тоже обрадовался, так как по старинке означало, что «дичь» (он старался не думать о том, что это живые люди) будут выгонять прямо на них. Экспресс-курсы «посадка-слезание с шестинога» никак не давали Сергею мастерства езды на этих магических лошадях. Возможно, будь они роботами, которых требовалось пилотировать, скрытые таланты дали бы о себе знать, а так, Сергей научился только залезать и сидеть на шестиноге. Ни о каких там ударах копьев, скачке галопом по лесу и прочих делах не могло быть и речи.

―Обычно их высаживают на определенном расстоянии, дают оружие, — объяснял Майкл.

Сергей, припоминая единственную виденную им охоту, кивал. Похоже, сравнения людей со зверьми, которыми так увлекался Альфард Чоппер, распространялись и на охоту. Только вместо клыков и зубов людям давали оружие, вместо звериной хитрости предлагалось использовать голову.

―Так что, охота всегда заканчивается гибелью добычи? — спросил он.

―Необязательно, — ответил Майкл. — Иногда это просто развлечение, например, Прейеры очень любят выпускать стайки девушек, а потом ловить их и наказывать прямо на месте, если вы меня понимаете.

Он подмигнул Гарольду, мол, дело молодое, рядом радостно закивала Виктория.

―Но сегодня у нас не тот случай, — голос Майкла чуть построжел. — Да, на обычных охотах дичи оставляют шанс, проскользнуть мимо загонщиков, сбежать или спрятаться так, что не найдешь, ранить охотника.

―Не убить?

―Чтобы простак убил мага?! — Майкл остановился, запрокинул голову и захохотал от души.

Все его тело колыхалось, словно извиваясь в танце. Рядом улыбалась Виктория, остальная свита тоже посмеивалась. Один Барри стоял с непроницаемым лицом.

―Ох, милорд Гарольд, а вы отменный шутник! — утер слезу Майкл, отсмеявшись.

―Так почему вы решили не оставлять им шанса?

―Во-первых, я староват, чтобы гоняться за ними, поэтому их выгонят на нас, а во-вторых, это не те простаки, которые заслуживают прощения.

―Да? И что же они натворили?

―Один из них в полнолуние убивал случайных прохожих и поедал их печень, веря, что так он сможет превратиться в оборотня. Другой, притворяясь представителем службы магического тестирования, предлагал родителям якобы экспериментальный препарат, который сделает из их будущего ребенка мага. На самом деле там была самодельная смесь, парализующая и стирающая память.

―Тут…

―Он выбирал только семьи, в которых уже жили маленькие девочки, — вмешалась Виктория, — и, обездвижив родителей, насиловал их, в смысле девочек, а не родителей. Потом перерезал глотки всем, после чего выносил все ценные вещи.

Сергея затошнило.

―Все они были приговорены к смертной казни через ритуал жертвоприношения, но я, услышав о вашем возвращении, решил заменить приговор смертью на охоте, — любезным тоном пояснил Майкл.

Сергей ничего не ответил, борясь с самим собой. Конечно, такие отъявленые преступники не заслуживали жизни. Но все же охота… как-то это было неправильно.

―Все равно, я считаю, что это слишком легко, — сказала Виктория, сузив глава, словно уже высматривала жертвы. — За такое их надо пытать самым жестоким из ритуалов, ибо сказано было Матерью-Магией — глаз за глаз и боль за боль!

―Ничего, дорогая, — успокаивающим тоном ответил ей Майкл, — ты можешь обездвижить свою дичь, а потом воздать им, если считаешь нужным. Вы не возражаете, милорд?

Сергей опять растерялся — вот что тут можно было ответить? Я сам убью их всех, чтобы вы их не пытали? Но разве подобные кровавые пытки не остановят потом других маньяков? А если просто убить их, какое тут будет показательное наказание? Конечно, посторонних сюда не пускали, но свита Дайсонов, надо полагать, со всем удовольствием разнесет сплетни о том, как плохо быть маньяком.

―Понимаю, милорд, — кивнул Майкл, — с высоты вашего положения все простаки одинаковы. Прошу принять мои извинения…

―Не надо, — оборвал его Сергей. — Не надо извиняться.

Краем глаза он поймал восхищенные взгляды дочек Дайсона и подумал, что наверное выглядел круто в этой сцене.

―Давайте поохотимся, а потом обсудим дела.

Дочек своих на маньяков Дайсон не выпустит, потом разговор и домой.

―Как пожелаете, милорд. Гвен, передайте, пусть начинают.

Один из свитских поклонился, тут же нажал кнопку на магофоне. Вдалеке взлетела вспышка, затем раздался шум.

―Неужели вспугивание шумом работает? — удивился Сергей.

―Еще как, если оно производится выстрелами с беспилотников и пиксиборгами, — улыбнулся Майкл.

Сергей не стал спрашивать про оружие, предполагалось, что они должны сражаться при помощи только своих палочек и магии. Зачарованный пистолет у него с собой имелся, на всякий случай.

―Прошу вас, милорд, — указал рукой Майкл.

Правила охоты были просты — они шли навстречу дичи, та пыталась напасть или пробежать мимо. Впрочем, Майкл не преминул добавить, что если кому из жертв и удастся добежать до опушки, то он просто проживет немного дольше, чтобы затем оказаться разделанным умелыми ручками Виктории. В целом, вся охота производила впечатление состряпанной наспех, и Сергей мысленно этому порадовался, на фоне всех этих огрехов терялись его собственные промахи.

Ходить по лесу преступники не умели и ломились, как каток сквозь чащу. Не то, чтобы Сергей был великим знатоком, но Туки, во время пикников на природе, отрабатывали элементы выживания в условиях дикой природы, в том числе и бесшумного перемещения.

Первый выметнулся, словно кабан с щетиной, ободранный, с диким взором на лице, сжимая в руках могучего вида дробовик. Сергей привычно сместился за дерево, секундой позже бахнул выстрел и полетела кора. Сразу стало как-то легче, дело перешло в привычную плоскость «убей или будешь убит сам», и Сергей выкатился понизу, стреляя из палочки.

―Бриллио!

Маньяк, бежавший к дереву, не ожидал такого и разлетелся на четыре куска, вспоротый тройным лезвием. Даже дробовик распался на несколько частей, полетел вперед, так как куски тела маньяка продолжали двигаться вперед по инерции.

―Милорд, — раздался спокойный голос Барри за спиной.

Но Сергей видел и сам. Он все же волновался и волнение повышало мощь энерговсплеска. Тройное лезвие, взрезав маньяка, и не подумало останавливаться. Вспороло еще одного преступника, отрубив ему голову, подрезало кусты и срубило деревья, которые тут же начали заваливаться, с громким треском. Причем в сторону самого Сергея, так заклинание ушло по восходящей.

―..тай! — донесся конец заклинания, выкрикиваемого Дайсоном.

Шквал ветра ударил, словно воздушным кулаком. Отбросить обратно деревья не получилось, но их раскидало в стороны, не дав упасть на охотников. Доносились выкрики, стоны и проклятия, похоже лесоповал придавил собой не ожидавшего такого преступников — дичь.

―Милорд! — в голосе спешащего Дайсона слышалось восхищение. — Одним заклинанием! Прошу вас, добейте их всех, теперь они полностью ваши!

Откуда-то сзади доносились восторженные охи и ахи, хвала мастерству Гарольда Чоппера.

Глава 28

Саманта, веселая и довольная, возлежала во фривольной позе на огромном диване, поглядывая на Сергея. Короткий халатик на ней скорее провоцировал, чем скрывал что либо. Не хватало только подноса с фруктами, специального кормильщика и раба с огромным опахалом. Сергей, хмурый и сосредоточенный, читал книгу по истории Освобождения, но глаза его словно магнитом так и тянуло к ножкам Саманты.

―Что, нравится? — без малейшего стеснения спросила Саманта, когда Сергей в очередной раз посмотрел в ее сторону.

―Нравится, — признал он.

―На балу все будут такие, — вздохнула Саманта.

Она перевернулась на живот, подгребла под себя несколько подушек, и подвигала ногами.

―Все-все?

―Все, кого привезут строить тебе глазки, — с блудливой улыбочкой сообщила Саманта. — Видел дочек Дайсона?

Сергея передернуло. Восторг барышень от охоты был таким, что они его чуть не изнасиловали прямо там же, в лесу, наплевав на присутствие родителей и свиты. Как говорится, еле живым ушел.

―На балу будет хуже, — уверенно сообщила Саманта.

Снова улыбнулась, являя Сергею ряд белоснежных зубов, и томно вздохнула. Сергей вздохнул в ответ. Ситуация, с одной стороны, была предельно ясна — Саманта, с разрешения родителей и ведома Альфарда Чоппера, готовила нового Главу Рода, к соблазнам и искусам молодого женского тела, которого на бале будет очень много. С другой, молодое тело Гарольда видело этого самое женское тело перед собой и трактовало все так, что это самое женское тело очень даже не прочь покувыркаться. Сергей, при всем своем опыте (не слишком большом), тоже не мог сказать, что к чему в этой ситуации.

Поэтому предпочитал пока сдерживать позывы плоти.

―Дядя обещал защиту, — хмуро ответил Сергей.

Абзац о взаимоотношениях Хофманна и Гамильтона не лез в голову… в отличие от ножек Саманты.

―Защиту! Аха-ха-ха, братец! — залилась звонким смехом Саманта.

Она перевернулась обратно на спину и задергала ногами. Сергей смотрел хмуро и возбужденно, опять не в силах решить, выполняет ли Саманта задание или, желая прикрыться заданием, соблазняет его? Получалось у нее просто отлично, надо заметить.

―Что не так с защитой? — поинтересовался Сергей.

―Прием будет проходить здесь, так что заклинаний точно не будет, а если и будут, то ты сразу их ощутишь, ты же Глава и находишься в радиусе Источника, — ответила Саманта, моментально переходя к деловитому тону.

Она села, выпрямилась, приняла строгий вид и даже водрузила на нос очки. Это помогло, строгих учительниц с линейками Сергей никогда не рассматривал как объект сексуальных мечтаний. Разве что иногда хотелось забить кого-нибудь указкой, измолотить в хлам, а потом этой же указкой наподдать, словно бильярдным кием, лишь бы училка заткнулась и перестала утюжить мозг какой-нибудь ветхозаветной заплесневелой херней.

―Разумеется, и тут есть варианты, — голос Саманты стал чуть глубже, сексуальнее.

Она закинула ногу на ногу, демонстрируя, что на ней розовые трусики, чуть выгнулась вперед, склонила голову и, сняв очки, прикусила одну дужку, призывно глядя на Сергея исподлобья. Посыл оказался мощным, моментально пробил все попытки Сергея выглядеть хмуро и отстраненно.

―Заметь, без всякой магии, братец, — улыбнулась Саманта, снижая давление. — И если такое получилось у меня, практически не использующей косметическую магию, не сомневайся, у остальных выйдет еще лучше.

Сергей молчал, осознавая свое бессилие на этой стезе. Имелись защитные заклинания, но он их не знал. Защита Источника не спасала от гормонов… гм.

―Зелья и отвары, заглушающие гормоны?

―Не сомневайся, дядя их тебе даст, но не слишком-то рассчитывай на них, братец, — склонила голову в другую сторону Саманта. — Если перебрать с дозой, ты весь будешь такой, заторможенный и невосприимчивый. Дядя Альфард же, наоборот, хочет, чтобы ты блеснул — подал всем надежды — а потом разыграть эту карту с максимальной прибылью.

―Что ж он раньше-то не рисковал, — пробормотал Сергей под нос.

―Разумеется, есть верный способ, доступный без всякой магии, любому… кто в состоянии отлучиться ненадолго с бала, — с двусмысленной усмешечкой продолжала Саманта. — Ну или можно просто держать руки в карманах, хотя это будет сочтено отсутствием воспитания и грубостью.

―Ну да, — отозвался Сергей, до которого дошло, о чем идет речь.

―И, разумеется, пара магических служанок перед балом, но не так, чтобы ты потом на ногах не стоял, а чтобы просто не стоял, где не надо, — не унималась Саманта.

―Служанок, — помрачнел Сергей.

Служанки, в отличие от Саманты, возбуждения не вызывали. Мысли о кровавых жертвах, подкрепленные недавней охотой, как-то сбивали на невозбужденный лад. Сергей посмотрел на свои руки, подумал, что может это выход? Думать о кровавых гадостях, тогда его никакой афродизиак не возьмет?

―Что с ними не так, братец? — деловито осведомилась Саманта. — Тебе не хватает воображения? Нужно посмотреть и попробовать натурно, на ком-то живом?

―Ты сказала, что почти не пользуешься косметической магией, — ответил Сергей, переводя тему.

Говорить о жертвоприношениях и убийствах ему не хотелось, не с Самантой, которая тут же доложила бы все дяде. И началась бы стандартная песня о долге перед Родом, простецком воспитании и превосходстве магов, необходимости жертв и очистке общества. Здесь, в этом мире, США так и не стали сверхдержавой, а доллар не стал мировой валютой — хотя его с успехом заменяли фунты, франки и марки — но зато имелась другая, универсальная валюта. Жертвы и кровь, кровь и жертвы. Алтари, Родовые и малые, переносные и стационарные, государственные даже, особые, где приносил жертвы сам Император, во имя процветания Империи, и кровь, кровь, кровь, водопадами омывающая, бурной рекой стекающая по ступенькам пирамиды власти магов.

―Так и есть, — кивнула Саманта. — Успею еще потом, когда перестану быть молодой и красивой. А что?

―Вот тот же Майкл Дайсон, — охотно начал объяснять Сергей, которому, помимо увода темы, и правда хотелось разобраться. — Жена его — прямо шедевр косметической магии…

Саманта только фыркнула и пробормотала что-то про сиськи.

―… а он сам толстый и старый, неужели не хочет воспользоваться косметической магией? Или вот дядя Альфард, он же явно внутри моложе того возраста, на который выглядит!

―Ммм, понятно. Ты говоришь — не хочет, и знаешь, братец, — Саманта чуть подалась вперед, углубляя декольте и голос, — так оно и есть.

Сергей внутренне поморщился, но ничего не сказал. Его опять натаскивали методом бросания в воду — Саманта изображала всех тех гипотетических обольстительниц с бала, попутно разыгрывая наиболее вероятные сценки и ситуации, исподволь дополняя знания этикета. В общем, как с шестиногами — Сергея учили залезать на них и слезать, но если на балу что-то пойдет не так, то его скинет оземь и будет больно и неловко. В принципе, все ничего — Саманта была красивой, а кому не нравится, когда с ним заигрывает и откровенно соблазняет красивая девушка? — если бы не эта ее постоянная двусмысленность, в словах, жестах и поведении. Пожалуй, если бы она сейчас подошла, встала на колени и сняла с него штаны, Сергей испытал бы облегчение от самой разрядки ситуации.

Правда, потом пришли бы проблемы.

―То есть просто не хочет?

―Тело мага, — Саманта провела руками по своему телу, лаская изгибы, — это полностью его дело. Мы можем быть любыми, нам ли обращать внимание на условности тела?

―И тем не менее ты наводишь красоту.

―Подловил, подловил, братец, — рассмеялась Саманта задорно.

―Так в чем дело?

―Ну, во-первых, мы действительно можем быть любыми, хоть мужчинами, хоть женщинами. Можем делать себе любые тела, превращаться в животных и птиц, других магов, кого угодно.

―Вы можете менять пол? — ошарашенно спросил Сергей.

―Ну, не прям по щелчку пальцев, — ничуть не смутилась Саманта, — нужно особое заклинание, порция алхимии и ритуальный круг. Маги обычно развлекаются таким у себя дома или в борделях, если кому лень чертить круги и покупать алхимию.

Сергей молча и ошарашенно переваривал новую информацию.

―Да что там, даже простаки могут себе такое позволить, — продолжала веселиться Саманта, — хотя это и обойдется им в кругленькую сумму.

―Но как?

―При таких борделях есть дежурный маг, ритуальный круг стационарно закреплен в полу, а поставщики алхимии там и так есть, всякие там противозайчаточные зелья, знаешь ли.

Медицина в этом мире — не то, чтобы стояла на недосягаемой высоте — просто магам требовались здоровые, крепкие «свинки», которым можно было пускать кровь, много крови. Поэтому эпидемии гасились в зародыше, различные смертельные заболевания вывели путем поголовных магических прививок, а риск заразиться чем-то от незнакомого полового партнера был меньше риска подхватить простуду и к тому же, и то, и другое легко лечилось. Свобода нравов, помимо всего прочего увязанная с Древней Грецией, о чем ему толковал дядя Альфард, была отчасти следствием политики «плодитесь и размножайтесь», а отчасти шла от самих магов, как вот оно выяснилось.

―И что, можно даже… забеременеть? — осторожно спросил Сергей.

―О, какие у тебя фантазии, братец! — обрадовалась Саманта. — Правильные фантазии, размножаться нужно, особенно Главе! Не волнуйся, можно забеременеть, родить и даже выкормить, можно годами жить в теле другого пола, хотя магмедики рекомендуют делать перерывы. Помнится, у Долишей был один, принимал отвар беременности, а потом сам у себя молоко из сиськи сосал и ничего.

―Ээээ, — промычал Сергей.

―Согласна, немного чересчур, хотя он был асом маботов, так что желающих учить его жизни не нашлось. И ощущения в теле птицы, ммм, никакой мабот такого не даст. А уж забраться на горячую кобылку!

Тут она посмотрела на Сергея и снова рассмеялась звонко, запрокидывая голову.

―Ты бы видел свое лицо, братец! Ахахахаха! Ох уж эти простаки с их ханжеским воспитанием! Учим их, учим, хотя надо признать, бордели приносят неплохой доход. Возможность превратиться в кого-то другое, в самое натуральное животное, просто сводит с ума простаков. Один такой, помнится, все по мне вздыхал, готов был целовать землю, по которой я ходила, ну я его и пригласила в бордель, ахахахаха!

―И что? — Сергею опять было неловко, но в то же приятная, постыдная страсть запретного плода щекотала где-то внутри.

―Я же тебе говорила про горячую кобылку?!

―Эээ… так он… это…

―Ну да, — без тени стеснения отозвалась Саманта. — Стал колыбкой, а я жеребцом, и ух, я ему засадила на полметра! А потом поимела жестко, что у него чуть круп не порвало, а он все ржал радостно и подмахивал! Уфф, вот это было мощно. Когда изливалась в него, казалось, что он лопнет!

Саманта раскраснелась от воспоминаний и удовольствия. Сергей тоже сидел красный, но от смущения. И тем не менее, представившаяся его взору картину возбуждала.

―Стесняешься, братец? Правильно дядя Альфард говорил, все в тебе простецкое воспитание никак не умолкнет! Оно, конечно, им лучше размножаться друг с другом, чтобы было кому копошиться в грязи да было кого на алтарях в жертву приносить.

Такое отношение охладило Сергея, вернуло с высот разгоряченных фантазий.

―Почему бы не размножить магов — вон сколько простаков бегает, — заметил он в тон Саманте.

―Ты что, братец?! — искренне возмутилась та. — Это же будет разбавление силы крови и умаление Рода! Трахать простаков можно сколько угодно, но размножаться? Неееет. Только новая кровь! А развлекаться можно с кем угодно, в любом теле. Теперь ты понимаешь, почему мы, маги, без пиетета относимся к собственным телам?

―Отчасти понимаю, — ответил Сергей, глядя на Саманту. — Но только отчасти.

―Ууу, зануда, — надула губки Саманта. — Да-да, магическое ядро сцеплено с нашим настоящим телом, потому что в нем оно развивалось и росло. Поэтому нужны ритуалы и магия для превращения — чтобы подстроить, подавить ядро, а также не дать остаться в новом теле навсегда.

―Остаться?

―Братец, я была огромным жеребцом с полуметровым хером, ты правда думаешь, что я смогла бы колдовать, размахивая им, как волшебной палочкой? Максимум приманила бы еще кобыл, горячих кобылок! К счастью, ядро противится изменениям, откатывает и отбрасывает их, и ты возвращаешься в прежний облик. Тем не менее, находились умники, проводившие запретные ритуалы крови, дававшие возможность обращаться навсегда.

―И что?

―Да что, сдохли давно, если Мать-Магия их не покарала, звери то живут меньше людей.

―Может, они в черепах превращались?

―Превращенный в магическую черепаху все так же фонит магией, а с защитными, врожденными инстинктами у него беда, — парировала Саманта. — В общем, поэтому косметическую магию надо постоянно обновлять, не говоря уже о том, что она создает уязвимость для врагов. Поэтому многие предпочитают ей не пользоваться, а сил или времени, или возможностей для немагической работы над собственным телом у них отсутствует. Вот и получаются… Дайсоны.

―Понятно, — задумчиво отозвался Сергей. — А для бала все, значит, прихорошатся, гм. Надо поразмыслить.

Глава 29

―Послушайте, дядя, — откровенно взмолился Сергей. — Разве не будет для Рода лучше, если я овладею магией?!

Альфард Чоппер, в серой мантии, честно говоря, больше напоминавшей банный халат, удивленно воззрился на племянника. Ноги дяди украшали безразмерные тапочки, на носу красовались странного вида очки. Альфард поверх них посмотрел на Сергея и сказал озадаченно:

―Ты же летал на маботе!

―Да нет же! Теория магии, заклинания, работа палочкой, а то и палочками, ибо на одном потенциале далеко не уедешь!

―Гарольд, — вздохнул дядя, придвигая ближе принесенную им папку.

Все важные бумаги приносились им в подобных папках — невзрачных на вид, серых и грубых, но зато сделанных из древесины магического дерева кинко. Благодаря магической структуре они впитывали еще больше магии, позволяли зачаровывать себя, то есть ставить защиты. Заклинания, помимо всего прочего, завязанные на силу крови Рода, обеспечивали достаточную защиту, чтобы взлом таких папок считался очень сложным делом. Не невозможным, но очень, очень сложным.

―Я не прав?! — с вызовом в голосе бросил Сергей.

Многое в делах Рода и клана было завязано на Альфарда Чоппера, как на Главу-по-Крови, и поэтому Сергею постоянно приходилось с ним взаимодействовать. Вроде бы дядя не собирался предавать Гарольда и бить ему в спину, ибо это было бы против интересов Рода, но. Но при этом он гнул свою линию — в интересах Рода, конечно же! — и линия эта расходилась с интересами Сергея.

―Прав, — вздохнул Альфард.

Кресло придвинулось к нему, и он сел, почти упал, устало. Прищелкнул пальцами, призывая бутылку вина, магический слуга поднес хрустальный бокал, наполнил до краев. Сергей тем временем открыл папку, посмотрел на принесенные материалы, дабы не поддаваться этому спектаклю «тянем многозначительную паузу».

Очередные финансовые документы. Какие-то поставки из Австралии, ЮАР и Канады — Сергей вчитался, пытаясь разобраться. Неожиданно быстро понял — поставки магических ингредиентов из тамошних заповедников на землях Чопперов и частично товар, купленный у соседей. Маботы, ритуалы и производство, многое в магических делах требовало различных ингредиентов от магических зверей и растений. В те два столетия, что маги прятались от людей, многое пришло в упадок на этом фронте — не хватало сил скрывать заповедники, не было места разводить зверей — но зато потом, после Освобождения маги развернулись, как следует.

А те, кто был против, что у них отбирали землю под заповедники, пошли под нож, пригодившись в ритуалах очерчивания границ заповедников, выставления защит. Дисцпилины ритуалистики и ингредиентоведения, а также сочетания их с магией крови, рванули вперед с огромной скоростью. Маги за эти два столетия подготовки не теряли времени и, отринув былые запреты и предубеждения, перенимали у людей все полезное, тут же сплавляя с магией.

―Но в то же время и не прав, — задумчиво произнес Альфард.

Сергей бросил взгляд искоса. Дядя опустошил несколько бокалов и слегка размяк, расслабился. Выглядел он сейчас по-домашнему, немного неуместно в интерьере кабинета Главы Рода.

―Гарольд, могу я быть с тобой откровенен? — спросил Альфард.

―Конечно, дядя, всегда, — отозвался Сергей.

Мысленно он потирал руки. Нет, конечно, на полную и истинную откровенность нельзя было рассчитывать, но даже кусочек — уже хорошо. Окончательно определиться, можно ли доверять дяде и идти дальше, с этим знанием.

―Маг из тебя, как из простака магический слуга, — произнес Альфард.

―В смысле?

―В смысле, после кровавой жертвы (Сергей напрягся), специального ритуала и массы усилий из простака получается магический слуга. Или не получается.

―Не получается?

―Примерно в одном случае из пяти, но это если проводить специальный отбор, — покрутил рукой в воздухе Альфард. — А если нет, то один из дюжины, где-то так. Никогда не вел подсчетов.

Он снова приник к бокалу с вином, а Сергей сжал зубы.

―Даже твое поведение сейчас — это поведение простака, — продолжил безжалостно Альфард. — Как будто жизнь другого простака чего-то стоит. Нет, говорят, среди них есть такие, что не едят мяса и защищают животных, но это же исключение из общей массы, отклонение, какие всегда бывают.

―К чему это, дядя? — спросил Сергей сдержанно.

―Ты все же обиделся, — уличил его Альфард, — хотя по вопросу об откровенности должен был понять, что речь пойдет о неприятных вещах. Неприятных для тебя. Видишь, даже в этом вопросе ты не соответствуешь Главе Рода. Не спеши возмущенно сопеть и надуваться, дай я выскажусь.

―Хорошо, дядя, — выдохнул Сергей, хотя внутри все кипело.

―Я все понимаю, — слегка заплетающимся языком произнес Альфард. — Тебя воспитали простаки… магия с ними, доверенные простаки, спавшие с твоими родителями…

―Что?!

―… но которые не решались учить тебя чему-то магическому, несмотря на защиту Гамильтона.

―А что с ней не так? — насторожился Сергей.

―Заклинания Гамильтона хрен сломаешь, нужна исключительная сила и талант к магии… хотя именно ты мог и справиться, судя по замерам Гарриэт. Ладно. В общем, магии тебя не учили, учили не выделяться, и вот сидишь ты, Глава Рода с Кольцом-по-Праву и воспитанием, натурой простака. Магических наследников учат с детства, а ты уже совершеннолетний. Тебя можно обучить, несколько лет интенсивной учебы, и будет отличный Глава Рода, но того, что впитывалось с молоком матери — этого не будет никогда.

Сергей молчал, пытаясь понять, куда клонит дядя. Несколько лет обучения этикету и поведению?! У него нет столько времени. Или есть? По хорошему, по уму, как раз стоило бы затаиться и ждать. Вживаться и учиться. Мать-Магия же не ставила ему ограничений по времени? Не ставила. Учить магию, собирать союзников и прийти к Гамильтону лет двадцать спустя, когда тот еще ослабеет.

Но то по уму. По факту же Сергей, зная себя, знал, что не успокоится, пока хотя бы разок не нападет на Гамильтона. А смысл тратить жизнь в бесплодной попытке, когда можно подтянуть магию, напасть вместе с кланом и полнее изучить вопрос? А потом, после гарантированной смерти (скажем прямо, будь Гамильтона так легко достать, его бы завалили прошлые посланцы Мать-Магии) уже строить новые планы, с учетом увиденного.

―Время, время, время, — продолжал Альфард. — Дорого зелье к отравлению. Мы не можем ждать несколько лет, пока ты обучишься всему. Лагранжи уже распространяют информацию, что ты жил на их территории, не говоря уже о том, что все Священные Рода и Император в курсе того, что Чопперы обрели Главу, признанного Матерью-Магией. Время очень, предельно ограничено. Если бы не слова Гарриэт, при тебе круглосуточно дежурили бы специалисты по медмагии, поддерживая бодрость в отсутствие сна и идеальную память заклинаниями.

―Отсутствие сна?

―Время предельно ограничено, — жестко повторил Альфард. — За эти дни, когда у нас еще есть свобода маневра, ты не научишься магии.

―Что за свобода маневра?

―Мы должны подготовить прием, новый Глава жил вне Рода, так что две-три недели времени у нас есть. Но потом, никто не поймет нашего молчания и отсутствия официального приёма с объявлением о возвращении Главы. Тут же пойдут слухи, что Глава поддельный, что его отвергла Мать-Магия, еще что-нибудь и нам придется их опровергать, придется показывать тебя в неблагоприятных условиях.

А здесь, на территории мэнора, Гарольда прикрывал Источник. Сергей кивнул.

―Заклинания открыто никто не применит, остальное можно пережить. Даже если эти вертихвостки затащат тебя, я буду рядом, чтобы прикрыть. Или кто-то еще, кому ты доверяешь, хотя бы те же Курсы. Дашь доступ в центральную часть мэнора и мы явимся и спасем тебя из объятий.

―Да не боюсь я секса, — грубо отозвался Сергей.

―А я боюсь, — отозвался Альфард. — Боюсь, что тебя подведут под магический брак, и Чопперы резко утратят позиции.

―Магический брак?

―Клятва перед лицом Матери-Магии на Родовом Алтаре, — пояснил Альфард. — В сущности, он тебе и предстоит, но позже и с той, что лучше всего будет отвечать интересам Рода и клана.

―А мое мнение?

―Интересы Рода выше личных. Но и твое мнение будет учтено, главное вот сейчас, на этом приеме, не проеби, буквально, этот шанс. Понимаешь, мы не можем обучить тебя всему за эти недели, но можем обучить минимуму необходимого и в таких условиях терять время на заклинания?!

Наконец Сергей понял. Не сказать, что его порадовало это понимание.

―Магия, — Альфард отпил еще вина. — Магию можно учить всю жизнь. А прием вот он, сейчас. И мы должны продемонстрировать на нем тебя, холостого Главу Рода с Кольцом-по-Праву, с огромным потенциалом и талантом пилота мабота. Показать тебя, как сияющий приз, поманить возможностью — что ты, благодаря своему простецкому прошлому, станешь легкой добычей — и потом на этом получить максимум прибыли.

―Тогда зачем мне все вот это? — Сергей кивнул на финансовые документы.

―Я знаю, знаю, — пьяненький голос Альфарда неожиданно стал твердым, жестким. — Знаю, что ты не разбираешься и в этом. Но ты должен иметь хотя бы общее представление! Ведь на приеме будут разговоры, будут танцы, а не только попытки подставить тебе свою магическую дырку. Будут прощупывания насчет союзов, будет выяснение, насколько ты разбираешься в вопросах. Если увидят твою подготовку, то отступят, заподозрив ловушку.

Что-то в этих словах показалось Сергею неправильным, но он так с ходу и не сообразил.

―Главное — ничего сразу не подписывай и не давай слова! Даже мое присутствие рядом может не спасти, тем более, что нас, наверняка, вначале разделят, под предлогами беседы, игры в шахматы или карты. Все эти приемы отработаны и проверены, но ты, как новичок, ничего им противопоставить не сможешь, понимаешь?

―Смутно, — неохотно отозвался Сергей.

―Это все из-за простецкого воспитания. Ладно, увидишь, от бала нам не отвертеться, на радость этим молодым вертихвосткам.

Сергей понял, что он говорит о младших Чопперах.

―Выкрутимся с приёмом и у нас будет время, драгоценное время, и свобода маневра. До бала у Императора на Рождество — почти полгода, все подтянем, изучишь свою магию, что ты там собирался изучать. Я думал, что ты все понимаешь, а потом сообразил, что не понимаешь…

―Саманта донесла?

―Саманта девочка умная. Даже слишком. Не поддавайся, если она тебе в штаны полезет.

Сергей машинально кивнул, потом до него дошло.

―Что?

―Гарольд, Гарольд, вот зачем Саманта тебе лекцию читала? — покачал головой Альфард. — Мы можем быть кем угодно, а запрет на сексуальные родственные связи проистекает из риска ухудшения потомства. У магов же наоборот, сила крови только умножается от такого. Думаешь, зря Верховные Инки женились на сестрах? А всякие там генетические отклонения магмедики отлично выявляют и устраняют. И раньше устраняли, без знания всякой там генетики.

―Так мне что, нужно будет жениться на сестре?

―В века до Освобождения такое широко практиковалось, — кивнул Альфард, — дабы не разбавлять силу крови. Теперь, когда нам служат миллиарды простаков, всегда хватает новой крови. Но если захочешь, никто тебе не сможет запретить. И осуждать не будет, даже за спиной.

Он поднялся, подмигнув ошеломленному Сергею.

―Только Саманту не бери, — сказал напоследок Альфард, — она слишком пронырлива и озабочена вылезанием наверх. Как личные качества — это хорошо и полезно, но для Рода не подойдет. Сосредоточься на подготовке к приёму, почитай документы, хорошо?

Альфард исчез, а Сергей, вздохнув, потянулся к папке, но мысли в его голове бродили совсем не деловые.

Дункан протянул Дэбби подарок в упаковке и с бантиком сверху.

―Что это? — спросила она.

―Прощальный подарок. Сумочка с магической косметикой, зачарованная на то, чтобы быть внутри шире, чем снаружи. Карта с деньгами. Официальные документы. Я…

Он заколебался, и Дэбби, начавшая разворачивать подарок, замерла.

―Что? — спросила она.

―У меня нет ощущения, что я достаточно загладил вину перед вами, моя милая Дэбби.

―О нет, этого более чем достаточно!

―Этого могло быть достаточно для обычной Дэбби, — возразил Дункан. — Для Дэбби с магическим даром — да еще каким! — этого недостаточно. Но я не рискну предложить вам, это было бы оскорблением.

Ему удалось разжечь любопытство Дэбби. Воистину жизнь магов полна чудес! Такие вещи и недостаточная компенсация? Что же Дункан считает достаточной?

―Обещаю выслушать без гнева, что бы там ни было.

―Всего лишь приглашение посетить со мной бал у Чопперов, в качестве моей дамы, — скромно заметил Дункан.

Дэбби чуть не задохнулась: магический бал Священных Родов! Потом до нее дошло.

―У Чопперов?

―Ну да, вы же к нему собирались? К Гарольду Чопперу? — спросил Дункан самым естественным тоном.

Такая мысль приходила Дэбби в голову, но признаваться в ней почему-то не хотелось.

―О бале в честь возвращения Гарольда, Главы Рода, будет объявлено в ближайшее время, вот я и подумал, что мог бы еще загладить свою вину, доставив вас к Чопперам со всеми удобствами и показав бал. А время до бала мы могли бы посвятить развитию вашего магического дара.

―Да?

―Да. Хотя истинная причина, конечно, в том, что я хочу продлить время, проведенное в вашей компании, милая Дэбби, — ответил Дункан, выглядя при этом очень мило.

Сердце Дэбби трепыхалось и билось, в груди пылал пожар, от открывающихся возможностей и вида Дункана.

―Я согласна.

Глава 30

Первая мировая война стала поворотным моментом истории по нескольким причинам.

Во-первых, она отчетливо выявила слабые моменты защиты мэноров — снарядам и бомбам было плевать на отпугивающие, отвращающие и скрывающие чары. Конечно, еще оставались универсальные щиты, но маги, не ожидавшие попадания под бомбежки, не держали их постоянно активированными, и три мэнора — три Рода рядом с Лондоном — просто перестали существовать. Но никто не мог гарантировать, что простаки не придумают чего-то еще, намного более мощного.

Во-вторых, многотысячные сражения Первой Мировой, перемещения миллионов солдат легко позволяли скрыть кровавые ритуалы магов, многотысячные жертвы, иногда прямо на поле боя.

В-третьих, два столетия путешествия к цели изрядно ослабили стремление к этой самой цели и понимание, зачем она нужна. Живые свидетели бойни магов давно уже умерли, остальные более-менее обустроились под скрывающими чарами и начали считать, что так и должна выглядеть жизнь магов. Даже начали придумывать обоснования, мол, они выше простаков, нечего их пускать к магии, от них только проблемы, вот маги и спрятались добровольно, чтобы жить припеваючи, и так далее.

И в-четвертых, самых главных, нашелся лидер, даже два лидера, которые поняли сложившуюся обстановку и поняли, что надо действовать. Мало того, давно готовились действовать, ибо Альфред Гамильтон и Герхард Хофманн дружили уже не первый десяток лет и строили планы покорения простаков. Как раз они не забыли конечной цели, жадно вчитывались в рассказы стариков, в легенды и хроники прошлого, и строили планы, как избежать прежних ошибок. Во всяком случае, так утверждалось в книгах, а правду сказать смогли бы, пожалуй, только сами Гамильтон и Хофманн, ибо оба были пока живы и скромно трудились на благо своих Империй.

Они начали действовать и первыми применили ритуалы, замаскированные под потери в сражениях. Резко прибавив в силах, Альфред и Герхард стали наглядным, живым свидетельством мощи магии крови. Они начали проповеди и агитацию, начали вербовку сторонников, возрождая память о том, почему маги были вынуждены скрываться. Они разжигали ненависть к обычным людям и делали это весьма успешно. К третьему году Первой Мировой, магический мир Европы — Британии и Германии, в первую очередь — оказался охвачен лихорадкой освобождения. Маги исподволь начали влиять на людей, ужесточая накал сражений — и маскируя под трупами свои ритуалы. Ужесточая саму войну и тем самым ослабляя государства людей, дабы потом их легче было завоевать.

И этот план сработал.

―А как же Франция? — удивился Сергей вслух.

Но тут же нашел пометку. Франция присоединилась к «лихорадке освобождения» позже остальных, потому что там все ждали слова Фламеля. Да и не только во Франции, по большому счету. Бессмертный патриарх магического мира обладал огромным авторитетом.

―А Гамильтон с Хофманном, наверное, просто не стали ждать этого старпёра, — продолжил веселиться сам с собой Сергей. — Ибо пока дождались бы — уже пришла бы Вторая Мировая.

Но молодые лидеры просто действовали, и лавина действий увлекла за собой всех, включая Фламеля. Он дал «добро» и магическая Франция включилась в общую гонку. В Российской Империи, так же, как и в мире Сергея, произошла Февральская революция, со свержением царя, и сам Сергей не взялся бы сказать, насколько там приложили руку маги.

Обескровленные Империи пришли к концу войны, просто потому, что все выдохлись в этой кровавой бойне, и в этот момент — немного выждав, дабы люди успели распустить армии, а также немного расслабиться — Гамильтон и Хофманн дали сигнал к началу восстания. Новая бойня вышла короткой и кровавой, очень кровавой. Маги сломали хребет государственности людей, уничтожили правительства и знать, перебили магией и прототипами маботов всех, кто пытался восставать. Расчет на ослабление армий (и попутно усиление своих магов кровавыми ритуалами) и стран сработал просто на ура.

После первой вспышки сопротивления, после попыток дать отпор — кроваво и жестоко подавленных — все притихли и затаили недовольство. Усталость от четырехлетней бойни, невозможность сразу дать отпор, переход на сторону магов части элиты людей, а также жестокость магов — для которых жизни людей не стоили ничего, все это сыграло свою роль в том, что маги сумели захватить власть. В Великобритании, Франции и Германии — для начала. Эти первые валуны, брошенные в огромный пруд, породили волны — захваты власти магами в колониях трех сильнейших держав, захваты власти магами в остальных империях.

К 1920 году мир склонился перед магами.

За исключением редких территорий — которые были просто не интересны магам — и той самой Российской Империи. Хаос гражданской войны выжег родину Сергея. Выжившие отгородились «железным занавесом», послав мировое магическое сообщество на три буквы. Так и жили впроголодь, в страшнейшей нищете, оторванные от всех, отгородившиеся полосами выжженной, мертвой земли и патрулями из фанатиков. В начале Второй Мировой была предпринята попытка спасти голодающих и удерживаемых насильно, но она провалилась. Заваливание врага трупами, а также целенаправленная охота на магов — с террористами-смертниками — привели к тому, что на них окончательно махнули рукой и возвели свой «занавес». Как выяснилось, там только на словах декларировали равноправие и борьбу с магами, а на самом деле несколько магических Родов (скорее всего являющихся одним) захватили власть — при помощи силы крови, позволяющей массово промывать людям мозги. Делиться властью они, разумеется, не желали, людей не жалели, в отличие от стран Европы, и поэтому оказалось, что проще возвести свой «занавес».

Не сплошной, все-таки территория была слишком велика, но где смогли, выставили и забыли. В мире без магов, возможно, и не прекратили бы попыток добраться до природных богатств и земель, но здесь был мир с магами. И мир ощутил на себе не только минусы, но и плюсы их правления в первые же годы. Ремонт магией, умножение еды, истребление вредителей опять же магией и стремительное сращивание таковой с лучшими достижениями людей.

Десять лет спустя все прославляли магов за сытое существование. Причем без всякой промывки мозгов.

―А те, кто затеял Освобождение, стали живыми легендами при жизни, — пробормотал Сергей.

Священная Полусотня Родов — относилась к Великобритании, но их аналоги имелись и во Франции, и в Германии. Те, кто рискнул и взял власть, не выпустили ее из рук и более того, укрепили свое положение. Политика кнута и пряника — одной рукой маги подкармливали людей, другой кроваво истребляли всех, кто против и насаждали свою идеологию и правила. Здесь, если верить книгам, решающая роль также отводилась Гамильтону и Хофманну, и их пропаганде, напоминаниям о том, что случилось, и призывам не допустить повторения той трагедии истребления магов.

И это сработало.

―Освобождение, — проворчал Сергей под нос.

―Что? — спросил появившийся рядом Альфард Чоппер.

―Да вот, историю Освобождения читаю, — ответил Сергей недовольно.

Нет, он сам дал доступ сюда дяде, но все же следовало следить за языком. Более того, можно было начинать думать, как избавиться от дяди, причем не вызвав недовольства остального Рода. Потому что нападение на Гамильтона точно шло вразрез с интересами Рода и клана, и Альфард никогда его не одобрил бы. Или взять власть в Роду такую, чтобы дядя даже пикнуть не мог.

В общем, тупик из маловыполнимых вариантов.

―Это правильно! Освобождение надо чтить, это была великая веха в истории магов, она обязательно всплывет в разговорах! — одобрил Альфард.

―Может, сам Альфред Гамильтон, легенда Освобождения, почтит своим вниманием наш бал? — словно размышляя вслух, изрек Сергей.

Альфард бросил острый взгляд из-под густых бровей, потом покачал головой.

―Это было бы просто превосходно, но нет. Гамильтон не посещает мероприятия Родов, и даже в Академии редко снисходит до общения с наследниками. Весь в делах, великий маг Гамильтон.

И сказано это было всерьез, с искренним восхищением, что немного обеспокоило Сергея. Почитание Руперта Огра было понятно и приемлемо, но со стороны дяди Альфарда? Тупик усиливался, ибо Сергей не мог убрать дядю и не мог обойти его в делах Рода и клана. Точнее говоря, мог, но наломал бы дров, вне всяких сомнений. Переубедить его против Гамильтона?

Вообще тут имелся беспроигрышный вариант — сослаться на волю Мать-Магии — но. Дядя наверняка тут же придрался бы ко всему остальному. Где соблюдение традиций? Где жертвы? Где ритуалы? А слова о том, что он лично общался с Мать-Магией… не смешно. В мире с ее культом постоянно кто-то говорил об этом, возвещал, что Мать-Магия лично явилась ему и лично явила свою волю. Нет, конечно, Сергей мог бы подкрепить слова явлением воли Мать-Магии, как это случилось на собрании Рода, но что дальше? Сергей там выступил против традиций и обычаев и тут же схлопотал заклинание в спину, причем от кого так и осталось невыясненным.

Выступление против героя Освобождения тоже могли приравнять к выступлению против традиций.

―По приглашению Императора он посещает церемонии, но приём у Императора это не приём у Чопперов, — продолжил Альфард задумчиво. — Но он прислал вам на выручку своего полувеликана. Помог тебе — младенцу, а значит и потом присматривал. Похоже, он и правда благоволит тебе, племянник. Гм, это будет ловкий ход, который не будет стоить нам практически ничего.

Сергей ощутил, как по телу пробегает дрожь. Гамильтон здесь — ну не прямо здесь, в центральной части мэнора, но здесь, в мэноре, где власть Гарольда над Источником абсолютна? Какой шанс одним ударом закончить эту историю! Раз и в дамки, минуя все остальные клетки. А кто потом возмутится, тому явить волю Мать-Магии, надо думать за принесение ей в жертву Гамильтона, она разве что лично сюда не явится! И не надо будет уговаривать дядю, готовиться, мобилизовать клан, вообще ничего не надо будет! Ударить мощью Источника, отрезать Гамильтона от магии и расстрелять, натравить на него магических слуг, да хрен с ним, взорвать часть мэнора, главное себя не задеть, а то откат назад и всё.

Но все равно это было ШАНС.

―Написать приглашение Альфреду Гамильтону?

―В точку, Гарольд, в самую точку. Его появление здесь придаст нам такого веса, что ха! Лагранжи точно не рискнут воевать и подожмут хвосты от такой открытой поддержки!

―А Лагранжи все же будут воевать?

―И обязательно попробуют сорвать приём, — кивнул Альфард. — Ничего, мы тоже не простаками деланные, кое-какие меры уже приняты и СБ с Квентином во главе трудится над остальным. Встряхнем боевое крыло, проведем учения, покажем всем твой талант пилота, чтобы остальные Рода еще сильнее желали тебя заполучить!

―Может, после приёма? — скривился Сергей.

Не слишком убедительно — летать в маботе ему понравилось. Жаль только, что дела оставляли так мало времени на полеты. Поездка на завод вышла очень познавательной, он кое-что понял в отцовском маботе, но именно кое-что. Включая тот факт, что этот ИМ (Индивидуальный Мабот) отлично подошел бы и ему самому.

―Гарольд, Гарольд, у нас будет только один шанс подловить на крючок остальных — на приёме, а значит…

―Слава прирожденного пилота должна разойтись еще раньше, — уныло закончил Сергей.

―Да. Над расхождением поработаем, запустим слухи, сольем в сеть видео, каналы отработаны.

―Хорошо, дядя, — вздохнул Сергей.

Влезать в эти дела совершенно не хотелось.

―Да! Я же прибыл совершенно по другому делу! — хлопнул картинно себя по лбу Альфард. — До приёма надо провести пару социальных акций, для новостей и простаков на землях клана, и тут как раз удобный случай подвертывается.

―Что там такое?

―Открытие в Фарнеме нового детского дома под патронажем клана и Рода Чопперов! Совмещенный с детской клиникой, оборудованный по новейшему слову техники и магии, и прочее, что там обычно пишут в газетах.

―А на самом деле?

―Дом, куда можно анонимно подбросить новорожденного или ребенка, от которого решили отказаться, — деловито пояснил Альфард.

―Анонимно? — усомнился Сергей.

―Магкамеры засекают всех, — одобрительно ухмыльнулся Альфард, — но пусть простаки верят, что все анонимно. Выбрасывают обычно нежеланных и детей с пороками, ну для наших целителей исправить такое раз плюнуть. А потом они вырастают и становятся преданными слугами Рода и Императора, бойцами, строителями, теми, кем нужно клану.

Сергей мысленно покривился. Вот опять все какое-то двусмысленное. С одной стороны практически закабаление. С другой, спасение жизней, лечение пороков, взращивание и обучение.

―А пока будем туда лететь, можно и письмо Альфреду Гамильтону набросать, потом отшлифуем формулировки, хотя, — Альфард почесал подбородок. — Либо Гамильтон тебе благоволит и приедет, либо нет, и тогда ни одна формулировка не спасет.

―Да? — рассеянно удивился Сергей.

―Да ему таких приглашений десяток за неделю поступает, такие зубры дипломатии и изящных словес старались, не нам чета.

―И что, никто не оскорбился таким отказом?

―Ты еще скажи, вызвал Гамильтона на дуэль! — хохотнул Альфард, утер несуществующую слезу. — Главное на приеме такого не скажи, а то все животики надорвут со смеху! Ты бы еще предложил кровную месть ему объявить!

―Неужели и такого не было?

―Было, — еще раз усмехнулся Альфард. — Альфред Гамильтон многим перешел дорогу, многие мечтают его достать. Находились и Рода, не из священной Полусотни, конечно, кто пытался объявить ему месть, причем словно из ниоткуда, на ровном месте.

Прошлые посланцы Мать-Магии, понял Сергей и спросил жадно:

―И как?

―Альфред Гамильтон все еще ректор Британской Академии Магов, разве ты не знаешь? — удивился Альфард. — А тех, кто пытался отомстить ему, давно уже закопали в землю и забыли. Или ты думаешь, что звание Великого Мага он получил за красивые глаза?

―То есть он всех убил? — уточнил Сергей.

―Размазал в кровавую кашу, а Император одобрил его действия отдельным указом. Дважды. На третий раз пока что дураков не нашлось. Ну что, вперед, к будущим сироткам?

Сергей только вздохнул и кивнул, поднимаясь.

Глава 31

Фарнем встретил их солнцем и теплом, а также поданным прямо к станции телепортации маголетом. Разумеется, и дома стоять в очереди к кабинке Альфарду с Гарольдом не пришлось. Во-первых, система работала быстро, четко и слаженно, так что очередей не наблюдалось, а во-вторых, для магов стояли отдельные кабинки.

―Это было обязательно? — спросил Сергей, оглядываясь. — Дядя, ты же сам говорил про Лагранжей и войну.

С ними, как всегда, отправился Барри, молчаливый и увешанный оружием, но он так умело оставался незаметным всегда и везде, что Сергей воспринимал его как данность.

―Но еще я говорил про социальную миссию, — наставительно отозвался Альфард. — Людям нравится, когда Глава Рода путешествует по той же телесети, что и они. Отсутствие охраны и маботов — по крайней мере видимых — создает иллюзию, что ты демократичен и близок к народу. Присутствие на подобных мероприятиях показывает, как Чопперы заботятся о простаках. И мы заботимся о них, без всякой фальши.

Сергей припомнил аналогии про овечек и коров — ведь о них хозяева тоже заботились, обеспечивали сытую жизнь в тепле и уюте, прежде чем пустить под нож.

―В то же время, — продолжал разглагольствовать Альфард, — быстрое перемещение телепортом не даст Лагранжам отреагировать, даже если они замыслили что-то нехорошое. И покажет, что ты ничуть не испуган, да и просто тебя покажет всем. Пресса уже предупреждена, все несутся сюда, а местная полиция и силы клана наблюдают за окрестностями.

А заранее занять позицию никто не мог, мысленно продолжил Сергей, так как не знал, куда они отправятся. Краем глаза он уловил движение, затем дернулся рефлекторно. Камень ударил в маголет и отскочил.

―Дикие совсем обнаглели, — недовольно покачал головой Альфард. — Надо будет провести общую облаву, отловить их, заодно провести учения боевого крыла. А преступников потом пустить под нод, увеличить число слуг и провести пару общих ритуалов на весь Род и клан.

Сергей молчал угрюмо, глядя в окно, потом произнес.

―Раз мы так заботимся обо всех, откуда эти самые «дикие» и что это вообще такое?

Память Парри содержала в себе информацию, что дикие — это преступники, выступающие против государства и магов. Из зависти и глупости желающие сделать всех нищими, все разрушить, переломать и радостно ухая, как обезьяны, скакать на обломках Империи. В сущности, это можно было считать официальной точкой зрения простаков, насаждаемой государством и кланами — Парри в этом вопросе был образцовым учеником.

Но у магов, наверняка, был свой взгляд на эти вещи.

―От сытости нашей и доброты, — проворчал Альфард. — Всегда находятся те, кому не нравится общество и государство, и система — просто так не нравится, по природе своей. Но в другое время желающих выступить против просто повесили бы или сгноили в тюрьмах, а мы, как видишь, даже не трогаем особо, пока они не начинают наглеть сверх меры. И простаки живут в такой сытости и благах, что даже крошек с их столов хватает диким, чтобы выживать. Сами они не могут устроиться на работу, не могут пользоваться магическими благами, вот и гадят по мелочи, мол у них нет, так пусть и у остальных не будет! Прижать их, конечно, можно, но тогда придется закручивать гайки и делать хуже добропорядочным горожанам, которые ни в чем не виноваты.

―Поэтому они дикие? Живут вне системы?

―Да и еще потому, что надо быть дикарем, чтобы выступать против такого блага для всех, изобилия товаров и услуг, еды и прочего.

Здесь дядя Гарольда не врал. После Освобождения маги не только свернули в бараний рог всех противников, но и действительно обеспечили изобилие. Задавили болезни, накормили голодных, обеспечили общее благополучие, до известных пределов, конечно. Но все равно, военное превосходство — особенно за счет магии и маботов, обеспечение сытой жизни и поддержка магами друг друга, привели к тому, что никто так и не смог свергнуть их режима. Никто особо даже не пытался, по правде говоря. Были какие-то вялые попытки, как правило заканчивавшиеся провалом в первые же дни, если не часы.

―Поэтому мы предпочитаем не обращать на них внимания. Хотят жить в дикости, как обезьяны, дохнуть по лесам и своим самодельным хижинам, пускай дохнут, — сердито говорил Альфард. — Но они в тупости и дикости своей регулярно забывают обо всем и начинают кусать руку, которая их кормит.

―И тогда вы объявляете охоту и убиваете их, — в тон ему отозвался Сергей. — Приходят следующие и все начинается заново. Вам не кажется, что в системе изъян?

―А что ты предлагаешь? — удивленно посмотрел на него Альфард.

―Обучить их? Не убивать, а бить, пока не поймут, что не стоит кусать руку?

―Заняться дрессировкой, ты хотел сказать, — удовлетворенно кивнул Альфард. — Слышал ли ты о Роде Кенсингтонов? Ах да, не слышал, вам же этого не преподавали.

Тут маголет остановился, так как они прилетели на место. Не то, чтобы дядя сильно разжег любопытство Сергея- Гарольда, но послушать историю он бы не отказался. Точно лучше, чем стоять под вспышками камер, приветственно помахивая рукой. Хотя радостные возгласы, приветствия и выкрики «Гарольд Чоппер — вы мой кумир!» были приятны, чего скрывать.

Попутно он, с некоторым удивлением, обнаружил представителей магических существ. На крыше детского дома, то ли подражая средневековой архитектуре, то ли просто сочтя место удобным, сидела гарпия, полуженщина-полуптица. Грудь она прикрыла крыльями и напряженно водила головой из стороны в сторону, словно принюхиваясь. Внизу, среди нескольких полицейских, делавших вид, что они просто стоят в сторонке, мелькнула ламия, полуженщина-полузмея. Вот она была при полном параде, с боевой плеткой, луком и в доспехах, скользила по асфальту не слышно.

Не то, чтобы присутствие магических существ являлось чем-то из ряда вон выходящим, все-таки они являлись полноправными (согласно степени разумности) гражданами Британской и прочих империй, где правили маги. Более того, в силу наличия магии они даже были выше в правах, чем обычные люди. Просто так сложилось (как подозревал Сергей, не без участия магов и принципа «разделяй и властвуй»), что существа жили сами по себе, люди сами по себе, почти не смешиваясь, в силу ряда причин. Те же великаны, например, выберись они в обычный город, больше напоминали бы пришествие Годзиллы, сворачивающей и разрушающей здания. Илии драконы — легко могли бы устроить пожар, а с учетом негасимости их огня обычными средствами, так и вовсе мега-пожар. У магов даже имелось схожее заклинание «Драконье пламя», особо мощное и боевое, опять же, негасимое обычными средствами, только встречной магией.

―… клан Чопперов всегда считал своим долгом…, — продолжал тем временем вещать какую-то стандартную ерунду Альфард, пока Сергей размышлял о своем.

Он осмотрелся еще раз. Благообразные, приятные на вид люди, ничуть не испуганные ни магическими существам, ни «кровавыми магами». Искренняя радость на лицах. Стрельба глазами в Гарольда со стороны представительниц прекрасного пола. Машины за спинами собравшейся толпы, нарядная, чистая одежда, какие-то техномагические гаджеты в руках. Довольствие и достаток, уверенность в себе и завтрашнем дне.

До этого дня Сергей обитал как-то все больше в мэноре или среди других магов, а воспоминаниям Парри об обычной жизни нельзя было доверять на сто процентов, как показали книги магов. Но вот здесь, на этом открытии новенького и сияющего детского дома сомнения Сергея оказались поколеблены. Для себя он решил провести втайне вылазку куда-нибудь «в люди», замаскироваться и в сопровождении Барри выбраться, проверить, как живут люди вокруг. В стиле Гарун-аль-Рашида, если выражаться высокопарно, побродить неузнанным среди подданных, посмотреть на их нужды, послушать, что говорят.

В родном мире можно было бы посёрфить интернет, но здесь он таких высот еще пока не достиг. Хотя в целом, техническое развитие опережало Землю Сергея, явно за счет магии и ее сплава с техникой людей. Подслушивание разговоров, в свою очередь, возвращало Сергея к прежним планам, перетянуть СБ на свою сторону, сделать так, чтобы он был уверен в правдивости их докладов. Но как этого добиться, пока что оставалось неясным.

―А сейчас слово предоставляется Главе клана и Рода Чоппер, Гарольду Чопперу, который почтил эту церемонию открытия своим присутствием!

Приветственные крики сразу резко усилились, да так, что даже гарпия недовольно вздрогнула, раскрывая крылья. Одежды под ними не имелось.

―Живите честно, — сообщил Сергей всем присутствующим. — Плодитесь и размножайтесь, растите детей.

Толпа, выждав секунду, снова взорвалась радостными криками и аплодисментами. «Да здравствуют Чопперы!», «Виват Гарольду Чопперу!», «Спасибо магам!» и прочие выкрики сплетались друг с другом, создавая мощнейшую какафонию, в шуме которой можно было хоть из автомата стрелять, никто не услышал бы.

Вопреки опасениям Сергея никто так и не напал, не ударил заклинанием, не подстрелил его издалека, не сбросил мабота с небес, не отравил чем-то. Умом Сергей понимал, что их забег до Чоппер-мэнора был чем-то из ряда вон выходящим, экстремальным мероприятием, где они находились в невыгодной позиции и где их никто не жалел. Понимал, что нахождение в Чоппер-мэноре, да и в целом на территории клана, обеспечивает ему защиту, снимает массу опасностей и угроз, и, соответственно, снижает количество смертей почти до нуля.

Но то умом, а чувства вопили об опасности, кричали, что его сейчас подстрелят. Если Сергей и не сбежал, то только потому, что опять же понимал — только поддайся страху и все, он сожрёт тебя. Ему же требовалось нечто обратное, действовать, невзирая на страх, научившись обращать его в оружие. В общем, требовались тренировки в магии и боях, а дядя — во благо клана — тащил его в социальную и дипломатическую часть.

―Разрезай ленточку, — подсказал дядя.

Сергей разрезал, они еще немного «поторговали лицом» и улетели обратно.

―Видишь, быстро и эффективно, — наставительно заметил Альфард, — люди довольны, прессе есть чем заняться, твой имидж улучшился. Да, кстати.

Он извлек магофон и быстро бросил в трубку:

―Джонсон, подготовить материалы по диким, — после чего опустил магофон и посмотрел оценивающе на Сергея. — А не провести ли нам облаву до приёма?

―Что?

―А что? Будет о чем рассказать, дадим еще прессы и фотографий, покажешь простакам, что ты о них заботишься, лично, вот этими вот руками. Многие ускользнут, конечно, раз операция будет проводиться наспех, да и Мерлин с ними, потом поймаем, если потребуется, — продолжал рассуждать Альфард.

На его серьезном, морщинистом лице не было ни тени веселья. Сергей лихорадочно пытался придумать предлог, как бы отказаться, но что-то ничего не придумывалось.

―И речь твоя мне понравилась. Коротко, ясно, без двусмысленностей, — одобрил дядя.

―Да я просто не знал, что говорить! — рассердился Сергей. — Неужели нельзя было подготовить речь?!

―Можно было, — с безразличным видом пожал могучими плечами Альфард. — Но зачем? Жизнь Главы наполнена такими вот моментами, когда надо что-то говорить и не получится отделаться фразой «без комментариев». Продолжай в том же духе и тебя полюбят все, не только жители Суррея, но и других графств. Может, даже решат перебраться к нам на постоянной основе.

―Кстати, об этом, — вспомнил Сергей. — Перемещения по общей телепортационной сети как-то контролируются?

―К ним допускаются только добропорядочные граждане, занесенные в единый реестр. Ни один дикий там не прошмыгнет, если ты об этом.

―Нет, я о другом. Вот решат, не знаю, те же Лагранжи, подослать к нам кого-нибудь, он приедет, поселится, потом начнет внедрение.

―И при чем тут телесеть? — искренне удивился Альфард. — Он точно так же может прийти пешком, прилететь или приехать, даже приплыть, из какого-нибудь Верхнего Зимбабве. Перемещения и жизнь регулируют общеимперские законы, а для сохранения наших секретов есть проверки, службы безопасности, магия и клятвы. Конечно, путешествующих телесетью, попутно проверяют на всякие опасные штуки, так такие же магосканеры стоят и на вокзалах, и в аэропортах. А когда вводят чрезвычайное положение, к ним добавляют еще и магтерьеров с живыми магами — но это редко. Последний раз было, когда этих террористов из секты освобождения людей громили.

―Совместно? — спросил Сергей, припомнив, что Пэгги ему что-то об этом говорила.

―Да, службы безопасности нескольких кланов объединились и провели операцию, а то эти террористы как тараканы, сколько ни дави, так и норовят перебежать к соседям. А тут совместно их окружили, ударили разом, всех накрыли и уничтожили всю сеть. Так что, Гарольд, если вдруг надумаешь контролировать общую телесеть на землях клана, вначале лучше запасись эдиктом Императора!

―Угумс, — рассеянно отозвался Сергей, глядя в окно.

Дикие, террористы, кровная месть и война кланов. Но с другой стороны, сытость, благополучие, ухоженность страны. Как все это сочеталось, Сергей не представлял, но в то же время вот она, Британия, за окном. Как-то же Империя жила, росла, существовала и не думала разваливаться?

―Так что там с Родом Кенсингтон? — спросил он.

―О! Была у них Глава, которая, значит отличалась исключительной любовью ко всему живому, — со вкусом начал рассказывать Альфард Чоппер.

Сергей слушал и не слушал его, глядя в окно маголета и опять пребывая в сомнениях.

Глава 32

―Милорд, — донесся смутно знакомый голос.

До Сергея даже не сразу дошло, что обращаются к нему. Он поднял голову, отрываясь от многостраничного документа, росписи дружественных Чопперам кланов и Родов, их состава, земель, взаимодействия в колониях, экономических и политических союзов, а также родственных связей и многого другого, после чего с трудом сфокусировал зрение. Расплывчатое пятно кое-как сфокусировалось, превратившись в Пэгги Курс.

Сегодня на ней было уже не черное платье, да и скорбь на лице отступила куда-то вглубь.

―Выпейте, — протянула она дымящуюся чашку.

―Что это? — моргнул Сергей, вглядываясь в жидкость золотисто-соломенного цвета.

―Отвар трав, для укрепления сил. Никакой магии, и с одобрения уважаемой Гарриэт Марпл, милорд, — почтительно ответила Пэгги.

Сергей еще раз моргнул. Магия Источника не ощущала опасности для него (да, в положении Главы-по-Праву были свои преимущества), и он взял чашку. Отхлебнул немного горячей жидкости с резким, не слишком приятным вкусом. Не сказать, что ему сразу стало лучше, но разум немного прояснился. Фоном еще мелькали имена, цифры, фамилии, описания, но Сергей уже вырвался из плена «методички».

Бывало с ним такое, да и не только с ним — транс перед экзаменом, как они в шутку именовали такое состояние между собой. Отличалось оно здесь только двумя вещами: никак нельзя было забывать выученное после экзамена и последствия не сданного экзамена выходили более серьезными, чем двойка в зачетке. Но в остальном, Сергей словно снова вернулся в студенческие годы, и это его немного печалило. Смысл переноситься в другой мир, получать магическую мощь и власть, если ты все равно студент и сидишь, зубришь, не пользуясь властью и магией?

―Спасибо, — сказал он, отпивая еще отвара и ставя чашку обратно. — Что-то случилось?

Пэгги замялась на мгновение, но тут же заговорила решительно:

―Прошу прощения, милорд, если слова мои покажутся вам неуместными и оскорбительными, но я столько лет растила вас, что до сих пор в глубине души воспринимаю как своего сына. И увидев, как вы устаете, я взяла на себя смелость немного помочь вам.

Сергей прервал ее жестом и указал на кресло, предлагая сесть. Посмотрел задумчиво на Пэгги, обдумывая ситуацию. Где-то глубоко внутри все еще сидело сожаление, что он не смог спасти Бёртона, даже со всей силой переигрывания ситуаций после смерти. Он был рад, что Пэгги отошла от гибели Бёртона, но ее стремление защищать и и помогать следовало направить в иное русло.

―Дживс, — сказал Сергей в пространство, — где сейчас Барри Курс?

―На стрельбище, милорд, — последовал немедленный ответ.

Так было проще, чем сосредотачиваться на мэноре, воспринимать, где кто находится среди обитателей. Заодно и подглядывания не выходило.

―Сообщи ему, что он нужен здесь и как только будет готов, перемести.

―Слушаюсь.

Сергей посмотрел на Пэгги, отпил еще отвара. Родственники и союзники окончательно выскочили из головы, сразу стало легко и хорошо. Он послал мысленный импульс, одна из служанок появилась со сладостями и чаем.

―Мы ждем Барри, — пояснил он коротко.

Пэгги кивнула, во взгляде ее, устремленном на Сергея, читалась материнская любовь и нежность. Похоже, даже смена внешности (пускай и не слишком сильная), цвета глаз, прически и одежды не помогли. Впрочем, чему было удивляться, когда сам Сергей — стоило ему обратиться к воспоминаниям Парри — начинал воспринимать мир, словно он Парри Тук.

―Милорд?! — появился Барри, с оружием в руках, взъерошенный, готовый ринуться в схватку.

―Нет-нет, все спокойно, никто не нападает, — заверил его Сергей с улыбкой. — Садись, бери чай и сладости.

Барри так и сделал, попутно бросив вопрошающий взгляд на маму. Та лишь прикрыла глаза.

―Понимаете, — начал Сергей.

Остановился и помассировал виски, отстраняясь от воспоминаний Парри. Помогло, сидевшие перед ним люди сразу перестали восприниматься как родственники. Скорее, как соратники по квесту — «доберись до мэнора и получи левел-ап» — но это не мешало.

―Вы — моя семья, — заговорил он медленно, — и ничто этого не изменит. Вы вырастили меня, вытирали мне нос, помогали, утешали, поддерживали, кормили, да что там говорить, вы и сами все знаете! От того, что спала печать с Гарольда Чоппера, воспоминания и жизнь Парри Тука никуда не делись. Я по-прежнему люблю вас.

Вспышкой мелькнула картинка — голая Пэгги — и Сергей мысленно проклял это молодое тело, кипящее энергией. Имелась связь — не прямая, но имелась — между магическим потенциалом и либидо, и выплески гормонов Гарольда были связаны в том числе и с этим. Магическая печать спала и гормоны полезли из ушей, попросту говоря.

―Но вы должны понимать, что здесь все по-другому.

Порномысли удалось оборвать воспоминанием о чьих-то словах, что Курсы пролезли в телохранители через постель с родителями Гарольда. После лекции Саманты и жеребцов с полуметровым хером вполне могло быть и такое. Сергей не стал вникать в детали, но сейчас мысль о том, что Пэгги действительно может оказаться его мамой, а Барри братом, остудила ненужный мысленный пыл.

―Мы понимаем, милорд, — тихо сказала Пэгги.

―Да?

―На вас устремлены сотни глаз, — ответила она, — магов священных и просто Родов. От вас ждут поведения Главы Священного Рода и если вы начнете выказывать родственные чувства к нам, вместо Чопперов, то маги этого просто не поймут. Ваша репутация, а вместе с ней и репутация всего Рода, пострадает. Пускай и считается, что маг — сам себе хозяин, может делать, что хочет, но обычаи, традиции и особенно родственные узы связывают его с ног до головы. Маги придают особое значение крови и родственным узам, и даже ваша попытка приблизить нас к Роду Чоппер, вызвала сильное возмущение.

Сергей припомнил свою попытку ввести их в Род Чоппер через кровь, а также результаты этой попытки, и помрачнел. Неужели дело было в этом, а не в том, что враги шестнадцатилетней давности решили вылезти наружу? Конечно, он не мог выучить все в магмире за неделю, но пропуск такой очевидной причины слегка расстроил его.

―Нет, я все сделал правильно, — мотнул он головой. — Вы вырастили меня, спасли, защищали, не боялись отдать свою жизнь. Такой пример служения заслуживает соответствующего вознаграждения, дабы и остальные вдохновлялись им. Если остальные Чопперы этого не понимают — их проблемы.

Барри и Пэгги сидели вроде бы невозмутимо, но теперь от них исходили волны признательности и гордости такой оценкой.

―Поэтому знайте, что Парри с вами, но на людях он показаться не может, — закончил Сергей, возвращаясь к начальной теме.

―Да, милорд! — выпятил грудь Барри.

Он похоже и так все понимал, молчаливой тенью следуя за Гарольдом и никак не показывая, что тот его брат, пускай и не по крови.

―Да, милорд, — тихо отозвалась Пэгги.

Сергей кивнул и допил уже остывший отвар, заел его огромной мармеладкой.

―Тогда поговорим о делах. Во-первых, расследование убийства моих родителей.

Он извлек папку с материалами.

―Ваших показаний там нет, так как вы сразу же сбежали и скорее всего, правильно сделали. Иначе мы все сейчас лежали бы в могилах или трудились где-нибудь в виде оживших мертвецов.

Некромантия и химерология здесь были не особо развиты, так как самых талантливых исследователей, занимающихся экспериментами, регулярно пожирали оживленные или созданные ими же создания. Но все же они имелись и тот, кто решился убить родителей Гарольда, вполне мог потом оживить их, поднять в качестве зомби, в порядке мести. Или ненависти, здесь Сергей не мог сказать наверняка. Но подобное преступление точно требовало массы личных чувств, готовности рискнуть всем, включая возможность навлечь на свою голову гнев остальных Священных Родов.

―Скорее всего, конечно, убийца не стал бы рисковать, но кто знает?

Последние защиты спали с папки и Сергей протянул ее Пэгги.

―Барри был тогда слишком мал, но вы должны помнить

―О да, милорд, я помню все так, словно это было вчера, — прошептала Пэгги, с каким-то страхом глядя на папку, не решаясь ее открыть.

―И вы помните рассказы Бёртона о случившемся?

―То, что он счел нужным рассказать, да.

―Тогда прочтите — внимательно и вдумчиво. Бояться нечего, все защиты я снял. Из кабинета его выносить нельзя, но здесь можно работать смело. Так вот, прочтите, внимательно и вдумчиво. Отметьте все, где события исказили. Запишите все, что помните, особенно из рассказов па… Бёртона.

―Да, милорд, — кивнула Пэгги и тут же добавила. — Стоит ли ворошить прошлое?

―Стоит! — отрезал Сергей. — Убийца так и не был найден, возможно, он придет и за мной. Если это был заговор других Родов, то об этом надо знать, чтобы понимать, чего от них ждать. Если это была работа изнутри, то надо понять, кто из Чопперов предал, чтобы не получить удара в спину.

―Ваш дядя, милорд? — не слишком уверенно предположил Барри.

―Да, он первым приходит на ум, но, — Сергей выдержал паузу, посмотрел многозначительно.

Все же это было намного веселее скучной зубрёжки каких-то неведомых людей, которых Сергей никогда в жизни не видел, того, чем они владеют и в каких отношениях состоят с частями клана Чоппер, о которых Сергей также по большей части никогда в жизни не слышал.

―Но я много общался с ним и смотрел материалы службы безопасности. Пост Главы Рода он занял из необходимости, дабы прекратить внутреннюю свару, которая едва не закончилась войной внутри рода. Интересы Рода для него всегда на первом месте, ради них он не щадит себя.

И это было бы полностью прекрасно, не действуй он при этом в ущерб миссии Сергея.

―Убийство Главы Рода никак не отвечает этим интересам. Наоборот, все уверены, что Джонатан и Роза Чопперы вели Род к новым высотам, собирались взяться за проекты, благодаря которым Род и клан расцвели бы просто невообразимо.

―Милорд, может дело именно в этом? — заметил Барри. — В проектах?

Сергей задумчиво потер подбородок, пробежал взглядом по кабинету. Тут хватало различных книг, каких-то рабочих записей Джонатана, но были ли среди них записи о проектах? Не бегал же он за ними каждый раз в хранилище? Или просил Дживса доставить?

―Может быть, — признал он. — Только их надо вначале найти, посмотреть и понять. И не думаю, что где-то там на полях будет пометка «из-за этого проекта нас хотят убить». Но мысль очень хорошая. В любом случае, Альфарда Чоппера можно пока что условно исключить из числа подозреваемых.

―Условно? — переспросила Пэгги.

―И это подводит нас ко второй проблеме, — вздохнул Сергей. — Допустим, мы что-то заподозрили в Альфарде Чоппере. Как его проверять?

―СБ? — опять неуверенно предположил Барри.

―Это хорошая мысль, — кивнул Сергей, — и она тоже пришла мне в голову первой. Глава СБ приносит клятву на верность Роду, клянется защищать его, но разве Альфард Чоппер представляет угрозу Роду? Нет. Убрать Квентина? А кого ставить взамен? Кому можно безоговорочно доверять, кроме вас?

―Тем, кто принес вам личные клятвы? — предположила Пэгги.

―Таких нет. Чопперы принесли общую клятву, как Главе Рода, но она очень расплывчатая. Личных младших семей и вассалов у меня нет. Остальные Рода клялись другим Чопперам и требовать от них личных клятв мне… да проще прямо заявить самим Чопперам, что я им не доверяю и считаю угрозой Роду. Но такие заявления должны подкрепляться доказательствами, даже как Глава-по-Праву я не могу просто взять и казнить или изгнать из Рода, отрезав силу крови.

Виноваты в этом, надо полагать, неожиданно подумал Сергей, все те же родственные узы и кровные отношения. И отголоски тех времен, когда магов было мало и они прятались. Был только один, крайне шаткий и опасный вариант: взывать к Мать-Магии, дабы та проверила родственников. Проблема заключалась в том, что ритуал был публичным — првоодился в присутствии всего Рода — и одиночным. Станет Мать-Магия отзываться на тридцать шесть просьб Сергея? После того, как она швырнула его в тело Гарольда, навстречу смертям от рук Лагранжей, показав, что не собирается подтирать ему сопельки, а если он хочет приза, то нужно трудиться самому? Сомнительно, крайне сомнительно.

Но даже если предположить, что Магия откликнется и проверит всех — каким-то неведомым образом — и окажется, что Чопперы чисты, что тогда? Им можно доверять, да, но будут ли они доверять самому Гарольду? В результате из желания сделать лучше станет только хуже, намного хуже. Либо придется всем объяснять свою высокую миссию и сколько Чопперов сбежит, узнав, что Сергей подрядился убить самого Альфреда Гамильтона?

―Поэтому мы будем вести свое расследование и работать с Альфардом Чоппером, — подытожил Сергей, после чего усмехнулся. — На благо клана, конечно же.

Глава 33

Дункан смотрел на нее опечаленно, а Дэбби злилась. На саму себя.

―Уверен, у вас все получится, — сказал он сочувствующе. — Надо всего лишь немного потренироваться и…

―Да сколько можно-то? — вспылила Дэбби.

Села, закрыв глаза, ощущая, как из глаз вот-вот потекут слёзы. Ну почему она такая неумёха?! Мама и папа отдали за нее жизни, а она… она даже даром своим толком воспользоваться не может! И вот он, убийца мамы и папы, сидит напротив нее, а у нее даже, даже злиться на него не получается. Потому что она неумёха. Потому что Дункан ей нравится. Она должна обдумывать, как бы вонзить кинжал в спину Дункана, а вместо этого мечтает, чтобы он вонзил в нее кое-что другое!

Как ж она жалка.

―Я неумё-ё-ё-ё-ёха, — разрыдалась Дэбби.

Она ожидала, что Дункан будет ее успокаивать, и тогда она на эмоциях вырвалась бы и убежала, но Дункан лишь смотрел сочувствующе, с состраданием, явно ожидая, пока она наплачется. Дэбби попыталась вызвать в себе ненависть к нему за это, но не смогла. Даже не из-за влюбленности. Дункан был вежлив и предупредителен (и чертовски обаятелен), он не пытался вымолить прощения или надавить с позиции силы. Нет, он просто объяснил все, и самое страшное, что Дэбби его поняла.

Долг и необходимость — не личная злоба вели руку Дункана. Последний шанс, добыть свободу или пасть в сражении, вместо позорной казни. Это не отменяло содеянного им, не отменяло того, что он убил бы и Дэбби, и остальных, не вмешайся Гарольд Чоппер. Не отменяло, но не давало ей ненавидеть его. Понимание вело к состраданию, а сострадание к любви. Может быть не той любви, которую воспевают в стихах и балладах, но желание хорошенько поиметь Дункана определенно присутствовало.

―Жизнь мага полна неудач и разочарований, — тихо заговорил Дункан. — Обычным людям кажется, что все мы рождаемся с золотой ложкой во рту, вытащив счастливый лотерейный билет. В чем-то оно так и есть, если сравнивать магию с отсутствием таковой.

Он словно размышлял, с оттенком горечи, приложив руку к голове, частично закрыв ей лицо и глядя куда-то вдаль. Словно он… вспоминал? Дэбби утерла слёзы, еще раз посмотрела на Дункана. Ей даже стало немного стыдно, хотелось сказать, что она продолжит занятия, попытки предвидеть, что внесут через двери. Но Дункан еще не закончил говорить, и Дэбби притихла, слушая.

―Но в остальном? На нас с детства… нет, у нас просто нет детства. Учись магии, сынок. Учи этикет. Улыбайся дядям и тетям, так нужно Роду. Тренируйся. Мало. Почему ты плохо учишься? Ты маг. Наследник Рода. Ты должен. Сквозь боль. Забудь о чувствах. Ты должен. Не хочешь убивать? Ты должен. Должен. Должен.

К концу речи голос Дункана звучал так, словно он сейчас расплачется. Впечатление усиливалось тем, что он закрыл лицо руками. Затем он убрал руки и улыбнулся через силу Дэбби.

―Извините, дорогая Дэбби, я что-то немного увлекся, — произнес он. — Рядом с вами так легко и уютно, а я все испортил.

―Нет, это я все испортила!

―Может, это и хорошо, что ваш дар так слаб, дорогая Дэбби? — опять вымученно улыбнулся Дункан. — Не поймите меня неправильно, я желаю вам только добра, но иногда сильный дар может стать… проклятием.

―Я верю, что вы желаете мне только добра, милый Дункан, — глухо отозвалась Дэбби, — но я бы все же хотела сильный дар, сильную магию! Тогда!

Она сжала кулаки, не в силах толком сформулировать, что тогда. Ее бы не тронули? Она была бы равна Дункану? Смогла бы оживить родителей? Вести такую жизнь, какую захочет?

―Если не касаться способов, связанных с пролитием крови, — вздохнул Дункан.

―Нет, — замотала Дэбби головой.

―С противозаконной и темной магией, пожирающей душу…

―Нет и нет! — еще энергичнее затряслась она, уже всем телом.

―То выход только один, — сказал Дункан и замолчал.

Пауза тянулась, тишина в комнате, казалось, звенела. Наконец, Дэбби не выдержала.

―Каков же он, скажите?!

Дункан повернул голову, посмотрел на нее ясным взором. Открыл рот, но тут же закрыл.

―Извините, милая Дэбби, я не могу этого сказать.

―Просто не можете или не можете из-за клятвы?!

Дункан помолчал немного.

―Не могу, потому что не хочу причинять вам лишней боли, милая Дэбби. Я дал слово помогать вам…

―Вот и помогайте! — топнула ногой Дэбби, неожиданно вошедшая в раж. — Разве стать сильнее это не помощь?

Дункан выдержал паузу, тяжело вздохнул.

―Хорошо, — произнес он, — слушайте. Вы можете получить силы через магический брак.

―Но…

―И непростой брак! — вскинул предостерегающе указательный палец Дункан. — А магический брак, заключенный перед Родовым Алтарем и подтвержденный на нём же!

Дэбби задумалась на мгновение, потом посмотрела удивленно на Дункана, полностью осознав смысл слов.

―Так вы предлагаете…, — прошептала она.

―Не предлагаю, — Дункан снова закрыл лицо руками.

Дэбби вскинулась, но наследник Малькольмов заговорил глухо, с тоской.

―Как я могу предлагать вам такое? Я, убийца ваших родителей… жизни не хватит, чтобы загладить мою вину! Я был глуп и эгоистичен, думал только о себе, думал, что я выполняю свой долг перед Родом, но вы, вы, милая Дэбби, вы раскрыли мне глаза! Пробудили меня! Я просто недостоин вас! Поэтому я не хотел говорить вам, зная, что вы еще больше возненавидите меня…

Во время произнесения голос Дункана стихал, пока не стал совсем уж неразборчивым. Дэбби ощущала, как ее охватывает жар, такой, что от него кружилась голова. Дункан говорил верные вещи, но тем больше Дэбби хотелось обнять его, прижать к груди и поплакать вместе над разрушенными судьбами.

Она не стала сдерживаться и порывисто бросилась вперед, прижала голову Дункана к своей груди. Сердце ее колотилось так, что в ушах звенело, и ей казалось, что голову Дункана должно было отбрасывать прочь. Поэтому она еще крепче охватила ее руками, зашептала горячо.

―Я не сержусь на вас и не ненавижу, милый, милый Дункан, нет, это я недостойна вас!

Дункан хотел что-то сказать, но Дэбби только прижала его сильнее.

―Теперь, когда у вас раскрылись глаза, мы сможем пойти и исправить все ошибки вместе, рука об руку! И… я знаю, как вы можете загладить свою вину.

Она отпустила голову Дункана, потом медленно нагнулась и впилась в его горячие губы своими.

―Как видишь, Гарольд, — указал рукой Итан Чоппер, — здесь установлены стандартные защиты.

Был он родным братом Квентина, который на собрании Рода всё выступал, и относился к семье очередного дяди Гарольда, только не Альфарда и не Тристана, а еще одного, Джейкоба. Пускай Сергей и зазубрил старательно семейное древо, но время от времени знания в его голове смешивались — как на экзамене — в кашу, и приходилось прилагать сознательные усилия, чтобы вспомнить, кто есть кто.

―Чтобы внутрь никто не пробрался? — с оттенком иронии в голосе спросил Сергей.

Четырехметровые стены, с отрицательным углом, колючей проволокой и магической сигнализацией, а также ловушками.

―Да кого волнуют эти простаки? — с искренним презрением воскликнул Итан. — Сдохнут, так и не жалко. Но они же перед этим потопчут растения, а то и пойдут на корм животным! Ладно бы они голышом лезли в пасть, мясо иногда бывает полезно, но они же в одежде! Обуви! Ты когда-нибудь лечил запор у летающего иглобрюха, Гарольд, запор, вызванный ботинком простака?

―Нет. Не лечил, — скупо отозвался Сергей.

―В колониях заповедники, конечно, охраняются хуже, — смягчившимся тоном продолжал Итан. — И маги слабее, и территория больше, да и существа с растениями в них или не так важны, или их действительно много, там на площадях можно не экономить.

Сергей смотрел на него, зеленоглазого и черноволосого, очень похожего на то, что он сам видел в зеркале каждый день. Смотрел и видел увлеченного магозоолога — энтузиаста, одного из тех, кого Род расставлял на ключевые позиции.

―Более того, — снова воодушевился Итан, — некоторым диета из мяса простаков даже полезна, как выяснилось, в частности огненным колибри, а также ласковым мухоловкам. Самое замечательное в этом, что и те, и другие отдают предпочтение слегка протухшему мясу и с одного трупа могут питаться неделями!

―Тебе не жалко людей? — вырвалось у Сергея.

Он тут же осознал сказанную глупость — ведь только что Итан сообщал о своем отношении!

―Людей жалко, а простаков нет, — отмахнулся Итан. — Тем более, простаков-каннибалов, пожирающих друг друга. Помнится, мы даже подманили нескольких на труп их же товарища, а потом…

Сергея замутило и он пропустил часть предложения.

К счастью, дальше Итан ушел от темы людоедства, вернувшись к самим заповедникам. Клан Чопперов владел землями в Канаде, Австралии, Новой Зеландии, Индии, Южно-Африканской Республике, Кении и Бразилии, и на всех землях были обустроены заповедники. Это была стандартная практика, которой придерживались и остальные Священные и прочие Рода, из числа тех, кому удалось заполучить землю с Источником на ней.

Самые мощные Источники отводились под мэноры, конечно же, но имелись и более слабые Источники, над которыми устраивали заповедники или крепости, или возводили «вспомогательные мэноры». С помощью Источников в заповедниках создавались места с искуственно повышенной плотностью магии, для лучшего размножения существ и выращивания растений, которым строились также отдельные теплицы и парники, завозились особые удобрения. С помощью магии менялся ландшафт, выращиваемым создавались наилучшие условия, как правило, на основе природных, и так далее.

―Вот здесь, с древесными хохлатками и прочими птицами, возвели отдельный купол. Кварцевое стекло, пропускающее ультрафиолет, укрепленное заклинаниями и стальной рамой, — продолжал разливаться Итан, размахивая руками. — Были проблемы с питанием, но затем мы наладили поставки с Ближнего Востока…

Да, там у клана тоже имелись земли. Колонии Британской Империи раскинулись по всей Земле, из-за чего и родился лозунг, мол, над владениями не заходит солнце. И везде, во всех колониях имелись земли Чопперов, одного из сильнейших кланов Империи. Сила крови, маботы и союзы, а также девиз «Руби, не глядя!» — которому Чопперы следовало фанатично, а иногда даже буквально. И весь этот запутанный клубок земель, родства, связей, подчиненных семей и боковых ветвей самих Чопперов, у которых сила крови проявилась слабее, оказалась «загрязнена», Сергею приходилось зубрить и учить, словно таблицу умножения.

―А драконов здесь нет? — спросил он у Итана.

Тот остановился на полуслове, замер ошеломленно, словно Сергей сказал нечто невероятное. Потом моргнул, видимо вспомнил, что «глава Гарольд» не получил должного образования, и снова включился, с утроенным энтузиазмом взявшись за объяснения.

Теперь пришел черед Сергея озадаченно моргать, так как подобных нюансов он не знал. Все магические существа обладали врожденной магией, но при этом часть из них была разумна и могла говорить (и, следовательно, использовать, например, волшебные палочки), а часть нет. Неразумную часть кланы могли выращивать у себя в заповедниках, и часть выращенного, по общему Соглашению, заключенному после Освобождения, они должны были отдавать в фонд Императора, на защиту и развитие Империи. Соглашение, в сущности, регулировало отношения кланов и Императора, прописывало права и обязанности, и подтверждалось клятвами, как самого Императора, так и Глав Родов, так что Сергею еще предстояло эта церемония, после официального приёма, возвещающего о его возвращении, конечно же.

Разумные магические существа считались поданными Императора, хотя им никто не мешал идти на службу кланам (Сергею сразу вспомнились кентавры Малькольма) и кланы, в свою очередь, прилагали немалые усилия, дабы сманить к себе таковых. В плане прав они стояли выше людей, но ниже магов, и в целом, как уже Сергей знал, предпочитали проживать отдельно, среди своих. В обмен на защиту и покровительство, они тоже поставляли ингредиенты из самих себя, но уже напрямую Императору, для которого все это служило дополнительным рычагом воздействия на кланы (равно как и растения из особого списка, выращивать которые можно было только в магических заповедниках). Урезал поставки и клан просел в мощи и ритуалах, например.

Система выглядела запутанной и переусложненной, поэтому Сергей решил обдумать ее отдельно позже.

―Так что там с драконами? — спросил он, направляя Итана в нужное русло.

―А! Драконы! — чуть не подпрыгнул тот.

С учетом того, что рассказ о системе заповедников он перемежал лекциями о существах и растениях, мимо которых они проходили, Сергей осознал, что до драконов Итан может и не добраться. И слегка подтолкнул в нужную сторону.

―Драконы, великаны, горные карлики и…, — Итан замялся, наморщил лоб. — Кто там четвертый был в списке?

―Русалы, — подсказал его помощник.

―Точно, русалы! Драконы, великаны, горные карлики и русалы — четыре вида разумных магических существ, которых кланам запрещено сманивать к себе на службу и у которых отдельные, особые Соглашения с Императором. В силу их стратегической государственной ценности, в общем, на случай войны. Как с заповедниками.

―А что с ними?

―Заповедники на территории Британии должны обеспечивать страну всем необходимым, на случай осады! — важно ответил Итан, вскинув палец. — Ну что, продолжим экскурсию?

Сергей кивнул, ощущая, что в голове его, вместо прояснения, все еще только больше запуталось.

Глава 34

―Не надо тужиться, — посоветовал Альфард Чоппер немного снисходительным тоном, — это не поможет.

Сергей поджал губы, но промолчал. Посмотрел на палку, которую держал в руке. Основы зачарования он освоил экстремальным методом — во время забега до мэнора — но этого было мало. Такое воздействие было неэффективным. Только чудовищно огромный потенциал тела Гарольда позволил хоть как-то превращать то оружие во что-то убойное. Ибо на эффективное воздействие тратились доли процента от всей магии, все остальное просто распылялось в воздухе. Попутно дядя Альфард подтвердил то, что Сергей понял из опыта — эмоции, взвинченное состояние добавляли силы магии.

Правда, Альфард на этом не остановился и тут же объяснил, какой опасности подвергал сам себя Сергей. Да, заклинания или просто воздействие магией выходили сильнее, но при этом и нестабильнее. Все это можно было сравнить с тем, как люди в минуту смертельной опасности, совершали такое, чего потом повторить не могли: поднимали автомобили, отбрасывали бетонные плиты. С магией проблема была еще шире — мало того, что от такого рывка можно было «надорваться», так еще и нестабильность могла привести к взрыву заклинания в руках колдующего. Или враги могли разрушить его, подав легкий импульс — надо было только знать, как и куда бить. Сами зачарованные конструкты тоже получались нестабильные, с дичайшими потерями энергии и все той же возможностью взрыва.

Пощупав, обнюхав и даже поколдовав над пистолетом, который Сергей зачаровал привычным (ему) способом, дядя Альфард разве что мелко креститься не начал и слегка побледнел. Возможно, те результаты замеров на заводе маботов оставались для него всего лишь абстрактными цифрами, а тут он вживую столкнулся. Возможно, наверняка Сергей не знал. Но зато взамен он все-таки взялся учить Сергея магии — чтобы тот не взорвал мэнор ко всем чертям.

―Опять, опять простецкое воспитание, — проворчал Альфард, обходя племянника. — Ты привык, что для работы нужны усилия мышц и напрягаешь их. А магические мышцы не напрягаешь, потому что их не тренировал.

―Да откуда бы я их тренировал? — обиженно спросил Сергей.

―Да-да, ты был запечатан, извини, — Альфард провел рукой по лицу, вздохнул. — Я не хотел тебя обидеть, просто стариковское ворчание. Как подумаю, какие возможности могли открыться!

―Или не могли.

―Да, может и не могли, — поджал губы Альфард. — Может, тебя убили бы за эти годы, а может и нет. Но уж точно не было бы ситуации, когда ты выдаешь магии достаточно, чтобы с зачарованной палкой выходить против мабота и побеждать, а по факту не можешь ей даже защититься!

―Поэтому я и просил научить меня магии!

―Да-да, — ворчливо отозвался Альфард, — просто я не думал, что все настолько плохо. Этак ты нам всех гостей на приеме перебьешь, всего лишь желая показать пару фокусов.

―Я просто не буду показывать фокусы.

―Ты будешь вынужден показывать фокусы, со всей той магией и феромоново-эликсирной волной, что будет на тебя направлена. Твой потенциал, гм, да.

―Что с ним?

―Он послужит тебе защитой. Отчасти, да. Такую гору потенциала так просто не перешибешь. Даже зачарованной тобой палкой.

Сергей посмотрел на палку, гудящую от энергии. Со вздохом протянул дяде.

―То же самое, — объявил Альфард несколько мгновений спустя.

―Стабильно плохой результат, — нашел в себе силы пошутить Сергей.

―Это результат ребенка, впервые взявшегося осваивать силу крови, — ответил Альфард, щелчком пальев развеивая палку в прах.

Он посмотрел на племянника, потом обвел взглядом зал: испытательный зал для разных новых творений и артефактов, полигон для отработки заклятий, когда нежелательно, чтобы они уходили куда-то вдаль. Экранированные стены, мощнейшие энергопоглотители, впитывающие в себя заряд, прилетевший в стену. Сами стены, зачарованные на восстановление и подпитывающиеся от тех же поглотителей. Но если всего этого не знать, просто длинный пустой зал, с редкими лампочками и серыми стенами, словно тут когда-то располагался тир.

―И в этом нет ничего плохого и оскорбительного, — добавил Альфард, — просто констатация факта. Но вот что плохо… что ты никогда не учился пользоваться этими мышцами. Да-да, тебя не учили, ты не мог, я просто констатирую факты, чтобы тебе самому стало понятнее. Скажем, если тебе будет понятнее: вот у тебя, например, все жизнь не было ни рук, ни ног. Представил?

―С трудом, но допустим.

―А потом ты проснулся в один прекрасный день и у тебя есть руки-ноги. Ты что, сразу понял, как ими пользоваться?

―Врожденные рефлексы?

―Врожденные рефлексы вкупе с привычками приводят к тому, что ты, как и раньше перекатываешься по полу, но теперь еще и толкаешься ногами! — неожиданно рассердился Альфард. — И руки используешь, чтобы крошки из рта выпадали, а в остальном жрёшь все так же! Вот как ты ими пользуешься!

Он выдохнул и снова провел рукой по лицу, заметно успокаиваясь.

―Возможно, я привел неверную аналогию. Ты с детства учишься ходить, учишься пользоваться руками, все это для тебя естественно, как воздух. Но когда ты не наработал умений и достигнув совершеннолетия уверяешь, что поступая как младенец, действуешь правильно — это…

―… вызывает смех?

―Головную боль! — рявкнул Альфард. — Я бы попросил тебя забыть всему, чему тебя учили, так тебя ничему и не учили! Ты что-то там инстинктивно понял сам и теперь держишься за него, словно за спасательный круг! Детей потому и начинают учить… в детстве, что у них ничего этого еще не выработалось. Чтобы они привыкали работать этими самыми магическими мышцами, учились правильно ими владеть, и потом, когда тело и разум окрепнут, станут взрослыми, можно было учить их уже по взрослому.

―Зато я взрослый и умею учиться, — опять обиделся Сергей.

―Тогда не тужься, словно у тебя недельный запор! Не тужься. Магическая энергия вокруг нас, ей наполнен мир, все живое и неживое. Ее не надо выдавливать мышцами живота из себя, словно пасту из тюбика.

―А как же магическое ядро?

―Если бы использовался термин магическое сердце или магические легкие? — спросил Альфард.

Они все так же стояли посреди пустого зала и разговаривали. Сергею было как-то не по себе, казалось, что нужно присесть, создать кресла или там позвать магических слуг, чтобы что-нибудь принесли. Сплошные стены создавали впечатление, что помещение не проветривается и воздух поэтому должен быть спертым, затхлым и душным. И обязательно должно пахнуть лежалой пылью. Ничего такого не наблюдалось, но воображение — великая вещь, Сергею постоянно казалось, что он вот-вот и учует, что вот-вот и начнется.

Дядя Альфард, в полную противоположность, держался спокойно.

―Перегоняющее кровь магии по твоим жилам или орган, которым ты вдыхаешь магию и выдыхаешь? У тренированных людей они сильнее, те, кто не злоупотребляет разными вредными привычками, тоже крепче и живут дольше, и могут больше.

―Сейчас еще выяснится, что мне нужно стать магическим вегетарианцем.

―Кем-кем? А, нет, — захохотал Альфард и эхо гулко раскатилось по залу. — Я просто хотел показать тебе, что все эти названия — глупость, сбивающая с толку. Когда тебя учат с детства, как-то не обращаешь внимания, там названия не становятся помехой. Но мы, как ты знаешь, постоянно ищем и находим новых магов среди простаков, и вот тогда возникают некоторые… эксцессы обучения.

―Но ведь тогда методики обучения взрослых должны быть поставлены на поток?

―Ты не сравнивай себя, наследника и Главу Рода Чоппер, получившего Кольцо-по-Праву, с каким-то голодранцем-простаком, в котором на четвертом десятке проснулась искра магии и он сумел выдать пару огоньков, — тихо хохотнул Альфард. — С таким, конечно, еще никто не сталкивался, чтобы Главу Рода воспитывали простаки, но с остальным доводилось встречаться. Так что еще раз тебе говорю, расслабься. Не думай о ядрах и сердцах. Думай, как о дыхании. Ты вдыхаешь в себя магию, ты выдыхаешь из себя магию и заклинания. Ты как-то ощущаешь магию внутри себя?

―Да. Как бурлящее озеро, — ответил Сергей и подумав, добавил. — Озеро цвета крови.

―Даже так, — озадаченно ответил Альфард. Крякнул. — Гм, это многое объясняет. Цвет крови — благосклонность Мать-Магии, бурлящее — склонность к боевой магии. Ну и озеро — оно отражает твой потенциал.

―Да? — озадаченно переспросил Сергей, чтобы что-то сказать.

―У многих просто лужи, а то и вовсе пересохшие колодцы, поверь. Так что, как ты пользуешься магией? Зачерпываешь из озера?

―Нет, представляю, что она начинает бурлить и потом взлетает фонтаном, — буркнул Сергей.

Ну а кому понравится, когда его сейчас отчитают за глупое и нерациональное использование магии? Чего он не ожидал, так это того, что Альфард снова побледнеет и даже отступит на шаг.

―Да, — выдохнул дядя, утирая пот со лба, — пожалуй, следует поблагодарить Мать-Магию за особое благословление тебя.

―Благословление? — насторожился Сергей.

―Ну а как еще назвать то, что под печатью твой потенциал только рос? Цвет крови? И то, что крайне нестабильная, взрывная магия просто испарялась в пространстве? Доли процента ее оседали в оружии и это как раз была приемлемая энергия, потому оно лишь увеличивало разрушительную мощь.

Теперь настал черед Сергея бледнеть, от представившейся картины, как он во время каждого применения магии мог просто взорваться нахрен. Нет, он, конечно ожил бы, хвала Мать ее Магии, но стал бы пользоваться после этого энергией внутри? Не стал бы, только если очень припечет, нервничая, и еще раз взорвал бы себя. Мог и вовсе до мэнора не доехать — с такими раскладами.

―Тебе по-хорошему сейчас вообще магичить нельзя, — снова утер пот дядя, — особенно с палочкой и в маботе.

―Так там же просто артефакты?

―Там тот же принцип, что и в палочках, концентрирование, усиление, помощь — дабы маг, зачерпнув из своей пересохшей лужи, смог справиться. И тут приходишь ты, зачерпываешь половину озера и… всё.

Сергей лишь пожал плечами. Летал он, не задумываясь, и ничего не сжег, даже не погиб.

―Ффух, ну и задал же ты задачку, племянничек. Так, для начала запомни самое главное — никаких гейзеров, выбросов, никакого кипения эмоций.

―Нет эмоций, есть Сила, — кивнул Сергей.

―Именно, — кивнул в ответ Альфард, то ли не узнавший цитату, то ли решивший, что такая аналогия вполне пойдет. — Спокойная, текучая, сонная вода. Ты погружаешься в нее и сам становишься спокойствием. Тогда энергия будет хотя бы выходить не взрывной. Никаких палочек! Помни, ты младенец, который учится дышать, ходить и говорить. Можешь представлять себе, что предмет в руках погружается вместе с тобой озеро, напитывается водой и энергией. Еще лучше представлять себе просто небольшой ручеек, тихо и мирно — ни в коем случае не задорно! — омывающий этот предмет.

―И тогда зарядка пойдет лучше?

―Тогда ты перестанешь рисковать взрывом и не будешь тратить такое чудовищное количество энергии! Все равно, что использовать самого мощного мабота для отрезания уголка у пакетика.

―Почему?

―Потому что такие же идиотские затраты энергии в никуда! И потому что самый мощный мабот «Весельчак Ганс» был тридцати метров в высоту и даже самое слабое из его орудий уж точно не смогло бы отрезать уголок у пакетика. Спросишь почему? Потому что оно испепелило бы пакетик и все вокруг в радиусе десяти метров и оставило бы там дыру такого же размера.

―Ого.

―Немцы построили его… да бес их знает, зачем они его построили. Возможно, хотели построить сухопутный дредноут, мабота с такой концентрированной мощью, который проламывал бы все стандартные щиты. В результате французам пришлось бы или везде держать сверхщиты, или наваливаться на Ганса, который, в сопровождении свиты из стандартных маботов, расстреливал бы их издалека.

―И как, получилось?

―Вначале Второй Магической — да, Весельчак наделал шороха. Он бил издалека и французы вначале даже не поняли, что происходит. Потом собрали несколько эскадрилий маботов, вылетели и показали Гансу, что такое превосходящая боевая мощь.

―Так просто? А почему нельзя было сделать его летающим?

―Внутри и так сидел экипаж из двадцати магов, я даже не возьмусь представить, как немцы там синхронизацию сводили. Но стоило лишь слегка подбить Весельчака и он пошел вразнос, окончательно похоронив проекты мега-маботов.

Сергей кивнул задумчиво — синхронизация энергии, похоже, представляла серьезную проблему даже в пределах стандартного мабота, иначе не сидели бы пилоты жопами на батареях.

―А что потом с ним стало? — спросил он.

―Космическую ракету, кажется, сделали, — немного рассеянно отозвался Альфард. — Не помню точно.

Сергей только вздохнул мысленно, вспомнив, что тут летают на Луну и Марс, готовятся к высадке на Венеру и не видят в этом ничего особенного. Магия! Чудеса! Прекрасный новый мир! А он торчит в старом мэноре, словно муха, попавшая в клей, жужжит, жужжит чего-то, да все без толку.

―Сосредоточься, — снова взялся за свое Альфард. — Безмятежный поток воды, тихой, умиротворяющей, несущей покой.

Глава 35

―То есть ты твердо намерен не проводить охоту на диких магглов? — спросил Альфард Чоппер.

Сергей мысленно вздохнул. Дядя возвращался к этой теме уже не в первый раз, вбив себе в голову, что до официального бала-приёма надо, мол, обязательно, показать, кто в доме хозяин. И попутно поучиться ритуалам на «диких», чтобы было потом о чем говорить с другими магами. То, что Альфард еще раз поднял этот вопрос прямо здесь, на собрании верхушки Рода, говорило о том, что он придает ему первостепенное значение и что он хочет «дожать» Гарольда.

Сергей обвел взглядом собравшихся — старшее поколение Чопперов. Трое дядьёв — Альфард, Тристан и Джейкоб, двое теток — Агата, глава пресс-службы клана, и Барбара, отвечающая за транспорт и логистику с колониями клана. Единственный не-Чоппер, Квентин Дорсет, и он же единственный, кто не всматривался сейчас пытливо в Гарольда Чоппера.

Возможно, присутствуй здесь молодежь, или там Гарриэт Марпл, они бы тоже не стали сверлить взглядами Гарольда, но увы, их не было. Сюда не пустили не то что, «молодую вертихвостку» Жизель, но даже ту же Саманту, хотя изначальной темой собрания была заявлена «подготовка к приёму». Но дядя, как всегда, не преминул хитро все повернуть и приплел охоту к подготовке.

―Да, намерен, — ответил Сергей.

―Охота у Дайсонов, конечно, была слишком поспешной, — поставленным голосом заметила Агата.

Левый глаз ее подергивался, словно она постоянно подмигивала — последствия Второй Магической, которые так и не смогли вылечить.

―Дело не в охоте у Дайсонов, тем более, что там дело было не в охоте, а в союзе, — возразил Сергей.

Альфард удовлетворенно наклонил голову.

―И в условной репетиции того, что будет на приёме — на примере дочек Майкла Дайсона.

Сергей немного нервно повел головой. Не от облегчения, что ему удалось избежать «ловушки», в этом вопросе тело Гарольда как раз охотно бы в нее попалось, вместе с обеими дочками, а еще лучше и с женой Майкла впридачу. После лекций Саманты легко можно было ожидать и такого — впрочем, тогда Сергей точно сбежал бы оттуда, наплевав на союз и все выгоды. Нет, нервное движение было вызвано как раз пониманием того, что нечто похожее — в удесятеренном количестве, предстоит ему на приёме.

Зато Альфард выглядел еще более удовлетворенным.

―И вообще, мы собрались обсудить приём, а не охоту на диких, которые нам ничем не угрожают.

―Они швырнули камень в маголет! — повысил голос Альфард.

―Что? Швырнули камень? — не на шутку встревожилась Барбара.

Выглядела она этакой молодящейся теткой, из числа тех, что постоянно проводят подтяжки, липосакции, сидят на диетах и прибегают к различного рода курсам, омолаживающим кожу, а также часами сидят у зеркала, наводя макияж и закрашивая даже малейшие морщинки. Ожерелье в три ряда, высокий воротник, блестящее, изукрашенное платье, с жестким корсетом, призванным выпятить невыпячиваемое, а также скрыть все лишнее. Но при всем при этом, даже ухищрения с одеждой, макияжем и косметическая магия не могли скрыть возраста на лице Барбары, хотя и очень старались.

―Почему об этом не доложили сразу? — встревожился вслед за Барбарой Джейкоб. — Где это было? Далеко от заповедников? Нужно усилить там охрану и обновить заклинания! Выделить пару маботов или хотя бы зачаровать новых големов!

Голова его при этом подергивалась из стороны в сторону, словно он пытался высмотреть диких магглов с камнями в руках. Неладно что-то в Датском королевстве, подумал Сергей, глядя на все это. Конечно, история Рода Кенсингтонов, рассказанная дядей, была поучительной (можно даже сказать нравоучительной), но там-то все происходило при прямом попустительстве главы Рода! Причем не номинального главы, вроде самого Сергея-Гарольда, а настоящего, которому подчинялся весь Род, надеющийся стать кланом.

―Потому что я надеялся уговорить Гарольда провести охоту, — ответил Альфард спокойно. — Не будоража зря членов Рода — в преддверии приёма нам такое не нужно.

―Да, ты прав, — кивнула Агата. — Но помните события в Эдинбурге в 73-м? Если нам придется утопить диких в крови, да сразу после приёма или во время его, то имидж точно пострадает.

―Служба безопасности не располагает никакими данными о готовящемся бунте, — официальным, скучным голосом добавил Квентин в пространство.

―Значит, плохо работаете! — рыкнул Тристан. — Камень швырнули в маголёт!

―Они не могли знать, что мы там внутри, — вмешался Сергей.

Тристан метнул в него взгляд, говорящий о том, что он, конечно, уважает племянника за мастерство пилота мабота, но в остальном считает полнейшим дурачком. Воспитанным простаками, конечно же. Взгляд этот, в сущности, выражал общее отношение старших Чопперов к новому Главе. Они признавали его право и силу, но в остальном считали могучим дурачком. Старались помогать и направлять в меру сил и возможностей, направлять на действия во благо Рода — те действия, которые они считали таковыми.

Можно сказать, магическая иллюстрация высказывания «благими намерениями выложена дорога в ад». Намерения у старших Чопперов были самыми благими — ведь они помогали заблудшему родственнику и новому Главе, и разубеждать их в этом было бесполезно. Ну, что мог понимать в благе Рода воспитанный простаками? Вот-вот, ничего. То, что они почитали благом и нужными действиями, возможно, таковым и являлось, но расходилось с планами Сергея.

В результате он словно пытался сдвинуть или задержать съезжающий по склону айсберг. Огромная, непосильная масса, надвигающаяся, пассивно, равнодушно и неумолимо. Размажет и не заметит, никак не сдвинуть и не затормозить. Можно, конечно, забраться наверх и попутешествовать, но при этом уехать в другую, совершенно ненужную вам сторону. Или, если следовать аналогиям Альфарда, Гарольд — младенец в магии, неразумный и ни на что не способный, кроме как гадить под себя. Младенцу может не нравиться, что его пеленают или переодевают, кормят не тем, везут на прогулку или суют какую-то гадость в рот, он может орать возмущенно, но толку с того не будет — с ним все равно сделают то, что считают нужным взрослые.

―Неважно, были вы там внутри или нет, — резко сказал Тристан. — Дикие простаки кинули камень в маголёт!

―Может, они были домашние? — возразил Сергей.

―Домашние и доверенные простаки потому так и называются, что ведут себя мирно и им можно доверять. Недостаточно быть подданным Императора, чтобы являться доверенным! И если дикие начали кидаться камнями в маголёты, значит, они либо готовы к бунту, либо совсем потеряли страх. И в том, и в другом случае, по традициям и обычаям, установленным после Освобождения, их нужно показательно и кроваво разгромить!

―Подав это, как охоту, для имиджа и обучения Главы, — добавил Альфард.

Остальные, кроме Квентина, закивали, переглядываясь, на лицах их было написано полное одобрение. «Старпёры сраные», подумал Сергей с легкой бессильной злобой. Устранить их — а кто дела тянуть будет? Налетят соседи да сожрут, или общиплют так, что не о Гамильтоне надо будет думать, а о пропитании. Не устранять, а оставить все как есть, значит и дальше надо будет плясать под их дудку. Постепенно заменить своими людьми — оставалось пока что самым реалистичным из вариантов, реалистичным, но при этом все равно маловероятным. Как мог он обзавестись своими людьми, являясь де-факто номинальным главой? Кто пойдет за ним, кто будет слушать?

Тупик, в общем, из которого не было легкого выхода.

―Постойте, — внезапно встревожился Джейкоб. — Так это что, если не будет охоты и если Глава Гарольд не проводит ритуалов, не будет ритуала Плодородия в первый день осени?

«Что еще за ритуал Плодородия?» подумал мрачно Сергей, но вслух ничего не сказал. Он ждал, что Альфард снова заговорит про увеличение количества магических слуг, но тот тоже молчал.

―Как-то же вы справлялись без меня все эти годы, правда? — сказал он, когда томительная пауза затянулась.

―Ритуалы Альфарда хороши, но ритуал Главы-по-Праву точно будет сильнее. И из этого можно развернуть отличную историю, — чуть закатила глаза Агата, словно уже представляя себе заголовки, — о принесении благоденствия и о том, как энергия нового, молодого Главы, наполняет земли клана.

―Мы, кажется, собрались, для разговора о приёме, — напомнил Сергей.

Увы, попытка сменить тему оказалась тщетной.

―Наши деды и прадеды, пойдя за Гамильтоном и Хофманном, провели Освобождение и завещали нам больше никогда не отдавать власти простакам! — сердито и энергично заговорил Тристан, то и дело быстро затягиваясь и пыхая гневно табачным дымом. — Больше никогда! Все эти годы мы свято хранили их завет и не давали простакам ни малейшего шанса! Неужели теперь, даже в нынешних особых обстоятельствах (взгляд в сторону Сергея) мы отступим от своих обычаев и традиций? Альфард все сделал правильно, но и опасностью мы пренебрегать не можем!

Сергей мысленно вздыхал и хмурился. Какую опасность могла представлять толпа обычных людей даже не для мабота, для бойца в магических доспехах, он не представлял. Обычное оружие его не возьмет, магическое — доступное только добропорядочным людям, которые бунтовать не выйдут. Контрабандного — как у Туков — много не достанешь, и едва применишь, как в ход пойдут маботы.

Что-то тут не сходилось, но для понимания ему не хватало знаний.

―Поэтому предлагаю сделать так! — стукнул кулаком по круглому столу Тристан. — СБ подготовить план облавы по всем крупным поселениям диких, а также план развертывания сети для отлова одиночек.

Квентин кивнул, быстро записывая.

―Затем объявляем мобилизацию клана — выводим боевое крыло, попутно отрабатываем возможное вторжение со стороны Лагранжей. Мобилизуем Рода и семьи, да и сами все выходим на охоту. Разом накрываем всех и вся, вычищаем Суррей, стаскиваем пленных на Ритуал Благословения Магии. Пресс-службе — подготовить хорошее освещение для прессы, подать нашего Главу в выгодном свете.

―Можно даже заранее все подготовить, — заметила Агата, кивая.

―Будет Глава Гарольд участвовать или нет — его дело, в прессу подать все как нужно, облаву и зачистку провести в полном объеме, ритуалы проведет Альфард, — закончил свою речь Тристан.

Словно и не присутствовал тут сам Гарольд. Вот оно, отношение айсберга, двигающегося куда-то по своим делам, подумал Сергей. Шансов переломить ситуацию не было, остальные старшие Чопперы опять кивали и выражали свое одобрение речам Тристана.

―Я теперь даже не номинальный глава, — напомнил Альфард. — Ритуалы станут еще слабее.

―Тогда…

Взгляды присутствующих скрестились на Гарольде. Опять повисло томительное молчание.

―Не выйдет, — первой вздохнула Барбара. — Добровольность — важное дело в ритуалах.

―Да ну можно подумать, все прямо рвутся глотки резать и печень разделывать, — возразил Тристан. — Равнодушия вполне хватит.

Сергей, уже выдохнувший было облегченно, тут же снова напрягся.

―Может, боевые ритуалы? — предложил неуверенно Джейкоб. — Против убийств Гарольд ничего не имеет.

―Да и на охоте у Дайсонов не растерялся, — закивала Агата.

―О чем идет речь? — осторожно спросил Сергей, чувствуя, что его сейчас все же затянут в какой-то кровавый блудняк.

―Есть боевые ритуалы принесения в жертву, проистекающие из ритуальных дуэлей перед лицом Матери-Магии, — пояснил Альфард. — Нечто подобное было у простаков, ритуальные поединки для выяснения правоты, мол, кто победил, тот и прав перед лицом богов. С другими может и не прошло бы такое, но ты любимец Матери, отмеченный ей, со склонностью как раз к боевой магии, может ритуалы даже станут сильнее.

Старшие Чопперы зашептались негромко, поглядывая на Гарольда.

―Сколько еще информации ты от нас утаил? — недовольно кривя губы, спросила Барбара у Альфарда.

―Утаил? — удивился тот в ответ. — А она вам нужна была? Помогла бы в перевозках?

―Помогла бы в решении насчет будущих союзов! — ткнула пальцем, словно собиралась выколоть глаз, Агата. — Одно дело, артефакторика, но если Гарольд пошел в Джонатана…

―И превзошел его, — добавил Тристан. — Ты бы видела, как он летал, как летал!

―И почему я… мы… все остальные об этом не знаем? — еще больше рассердилась Агата. — Мы вроде собрались обсуждать приём, а в итоге выясняется, что наш Глава полон скрытых талантов!

―И что с того?

―Что с того? — голос Агаты наполнился сарказмом и ядом. — Да хотя бы то, что в пиар-компании это можно, это нужно подчеркнуть! Если он пилот-ас маботов, нужно это показать! Склонен к боевой магии? Показать в боевых ритуалах! Да вы что, как первый раз с подобным сталкиваетесь? Мы собираемся, дабы выставить нашего Главу как можно более героическим, храбрым и все остальное, чтобы закинуть удочки как можно дальше… может быть даже в Императорский дворец (эти слова она произнесла, понизив голос)… а вы утаиваете информацию!

―Что такое боевые ритуалы? — чуть повысив голос, вмешался Сергей.

―Ритуальный поединок, в котором победитель приносит побежденного в жертву Матери-Магии, убивая его, — любезно пояснил Альфард. — Ты же ничего не имеешь против убийства убийц, маньяков и насильников, дорогой племянничек?

Сергей молчал, осознавая, как ловко и изящно его все же загнали в ловушку.

Глава 36

Дэбби не удержалась и чуть крутнулась на месте. Пышное белое платье словно бы взлетело, чтобы затем невесомо осесть. Зеркала, висевшие вокруг нее, тоже колыхнулись, демонстрируя ее самой себе со всех сторон.

―Шикарно, — искренне произнесла она, — но нужно ли?

На лице Дункана отразился вежливый интерес.

―Мы же вроде женимся тайком?

―Увы, отец против, — печально вздохнул Дункан, — и нашего брака, и официальной церемонии.

Он словно вспыхнул и ударил кулаком о ладонь.

―Хватит! Довольно они все диктовали мне, как жить, что делать, кого любить! Дэбби, ты открыла мне глаза и теперь я буду поступать иначе! А платье нужно, оно предписано обычаями и традициями, равно как и мой костюм, — указал он рукой.

На нем была старинная белая мантия, закрывающая от шеи до пят. Причем создавалось ощущение, что под мантией ничего и нет.

―На самом деле есть, — немного смущенно улыбнулся Дункан, словно подслушав мысли Дэбби, — но вот раньше да, ничего не носили.

―Эй!

―У тебя на лице все было написано! — вскинул руки Дункан. — Такой знаешь, оценивающий взгляд, мол, передо мной блюдо из любимого мужчины и сейчас я посмакую!

Дэбби ощутила, что краснеет.

―На самом деле, во всем этом есть смысл. Белое платье символизирует чистоту помыслов, равно как и моя белая мантия.

―Не девственность?

―Зачем Матери-Магии твоя девственность? — искренне удивился Дункан. — Нет, если хочешь, можно… в косметический и медицинской магии есть соответствующие заклинания… если это так важно…

Он явно растерялся и смутился, бормотал все тише. Дэбби хихикнула.

―Раз неважно, то неважно. А что нужно Матери-Магии?

―Чтобы любовь была искренней, чтобы согласие было добровольным, чтобы оба были магами, — начал перечислять Дункан.

―Это так важно?

―Конечно! Связь магического брака — как по-твоему, на чем она строится? На магии жениха и невесты, конечно же. И Родовой Алтарь, как свидетель клятв и создатель связи, поэтому положено брак проводить сразу на нем. Для чего, собственно и были придуманы мантии.

―Да?

―Она больше необходимого размера, — заговорщическим шепотом сообщил Дункан, проводя рукой по складкам, — и специально утеплена. Поэтому ее можно подсунуть под спину и еще укрыться сверху, и все это, не нарушая традиций, понимаешь?

Дэбби снова захихикала, ощущая жар в животе и на щеках.

―А без одежды под мантией, чтобы сразу приступать к делу?

―И чтобы не взопреть, для деторождения плохо, — серьезно ответил Дункан. — Ну и укрывшись мантией, можно как бы отстраниться от наблюдающих свидетелей.

―Детей, — прошептала Дэбби, потом до нее дошла вторая часть. — Каких еще свидетелей?!

―Брака и его закрепления. О, не волнуйся, до всех быстро дошло, что сама Мать-Магия скрепляет брак независимо от свидетелей, ее не обманешь и поэтому помыслы должны быть чисты, а согласия добровольны.

―Ааа, — облегченно протянула Дэбби.

―Свидетелей убрали, а мантии остались — удобно, знаешь ли.

―Не знаю, — ответила Дэбби. Остановилась и прищурилась: — А ты знаешь?

―Мы собираемся заключить магический брак и я не могу и не хочу тебе врать. Был один раз, с младшей из Лагранжей, Виллианой. Я, признаться, и сам не знал, зачем мантии, а ей вскоре было выходить замуж и она интересовалась темой. Настолько, что решила попробовать заранее. Я был молод и горяч, а она прекрасна, и я согласился — на алтаре Лагранжей сделать ничего не получилось бы, ее отец сразу бы узнал.

Рассказывал он это со скорбным видом, но Дэбби видела — для Дункана это действительно было что-то особенное, то, что он запомнил на всю жизнь.

―Стой, — сказала она. — Так твой отец сразу все узнает?

―Но помешать нам он будет уже не в силах, — покачал головой Дункан. — Разрывать брак, подтвержденный Матерью-Магией?! Да его самого там испепелит!

Дэбби постояла, отгоняя от себя дурные мысли, заново оценивая Дункана. Раз он готов пойти против родителей, против Рода, то, возможно, и правда изменился. Вместе! Вместе они смогут и справятся!

―Хорошо, — выдохнула она. — Давай уже сделаем всё.

И насладимся друг другом, закончила она мысленно. После первого их поцелуя, Дункан отстранился, сообщил, что любит Дэбби всей душой и именно поэтому, раз уж чувства взаимны, желает их узаконить. Мол, он изменился и теперь намерен соблюдать правила и вообще, не намерен изменять Дэбби даже с самой Дэбби, но до брака. Выглядела вся эта романтическая чепуха так мило и трогательно, что сердечко Дэбби просто растаяло. Кое-что другое взамен напряглось и за прошедшие двое суток подготовки к тайной свадьбе, уже несколько раз бывали моменты, когда ей хотелось просто прыгнуть на Дункана и отыметь его прямо на месте, наплевав на обстановку.

―Хорошо, — не стал разводить церемонии Дункан и поднялся. — Возьми меня на за руку.

Вот так, рука об руку, в церемониальных белых нарядах, они и прибыли в низенькую пещеру, окутанную полумраком. Холодную — изо рта Дэбби вырвалось облачко пара и она подумала, что мантия будет как раз кстати. Вид Родового Алтаря, огромного необработанного камня, вызвал в ней противоречивые чувства. Возбуждение и томление, от осознания, что вот оно, сейчас все состоится, и легкую дрожь — даже на вид камень был холодным.

―И что теперь?

―А теперь жених может поцеловать невесту, — ухмыльнулся Дункан, приникая к губам Дэбби.

Все мысли сразу вышибло у нее из головы, даже то, что Дункан прижал ее к камню, изогнул, укладывая спиной на неровную поверхность, только придали дополнительного возбуждения. Руки его уже задирали юбки Дэбби, под которыми не было ничего и Дэбби в ответ тоже пустила в ход руки, обнаружив, что на Дункане тоже нет нижнего белья.

―А говорил, что-то есть, — простонала она.

―Ну да, меховая жилетка, чтобы не мерзнуть, — ответил Дункан.

Дэбби фыркнула и тут же снова застонала, так как Дункан вошел в нее, не встретив ни малейшего сопротивления. Жар охватил все тело Дэбби, ей казалось, что она тает, вместе с камнем под ней.

―Клянешься ли ты, Дэбби, добровольно и без принуждения, перед лицом Матери-Магии, стать моей навсегда?! — пропыхтел Дункан.

―Дааааа, — простонала Дэбби, охватив Дункана за поясницу ногами и ощущая, как ее спина ездит по неровностям камня.

―Да будет так! — выкрикнул Дункан, ускоряя движения бедрами.

В следующее мгновение Дэбби словно взорвалась гейзером наслаждения и ухнула в небытиё нирваны.

―Вначале, сразу после Освобождения, пытались проводить такие вот официальные приемы в присутствии магов из всей Священной Полусотни, — низким, возбуждающим голосом, рассказывала Саманта.

Верхние пуговки на ее блузке были расстегнуты, юбка укорочена, и сама она выглядела такой мягкой и податливой, сдобной булочкой, которую хотелось затискать. Сергей держался, так как все это было частью тренировки перед приёмом. Надо заметить, Саманта старательно подходила к вопросу и перед прошлой «лекцией» Сергей все же сломался, пригласил Талию и отодрал её на столе два раза. После этого лекция пошла значительно лучше и легче, и перед сегодняшним рассказом, Сергей повторил выручивший его приём.

Жертвы жертвами, но когда тебе чуть ли не в лицо тычут четвертым размером, нужно принимать меры.

―Но все это длилось ровно до Кровавой Свадьбы, когда Грейсоны — кровники Андерсонов, явившись на свадьбу и объявление Главы, попытались перебить всех Андерсонов.

―А как же защиты мэнора? — удивился Сергей.

―Так как собирались представители всей Священной Полусотни, прием проводился вдали от Источника, и нападавшие первым делом попробовали убить Главу, — ответила Саманта, потом улыбнулась поощряюще. — А ты молодец, братец, умеешь зрить в корень.

Она поставила ногу на стул, наклонилась поправить длинный гольф, выгодно оттеняющий голень, и попутно, словно в дешевом порнофильме, демонстрируя отсутствие нижнего белья.

―Ну это уже слишком, — не выдержал Сергей.

Саманта лениво поправила чулок, лениво опустила ногу и, бесстыдно улыбаясь, спросила у Сергея:

―На скольких магических балах ты был, братец?

―Ни на одном, — буркнул Сергей.

―Так вот, поверь человеку, который там бывал неоднократно, тебе продемонстрируют различные части тела, причем так, что все останется в рамках приличия. А те, с кем ты будешь беседовать, будут наблюдать за твоей реакцией.

―Ты же говорила, что там будут только союзники, — еще сердитее буркнул Сергей.

―И нейтралы, — кивнула Саманта. — После событий Кровавой Свадьбы, кровников и врагов на такие мероприятия уже не приглашают. А на императорских приемах рассаживают как можно дальше друг от друга, да и приглашенные знают, что лучше не начинать свар на глазах Императора.

Это Сергей уже знал, дядя просветил. Статуса Священного Рода, конечно, лишить за такое не могли, физически уничтожать никто не собирался, но имелась масса других способов выразить свое неудовольствие. И Род вместе с кланом скатывались на последние позиции, начинали побираться по соседям, пытаясь хоть как-то восстановить свое положение. Собственно, именно так Дайсоны и оказались в последнем десятке, задрали носы во время Второй Мировой, когда казалось, что их сила крови незаменима, и поплатились.

―Разумеется, надо чтобы присутствовало больше половины Священных Родов, но пока что ни один Род не оказался тупым настолько, чтобы восстановить против себя половину других Родов, — с усмешечкой пояснила Саманта, наклоняясь вперед.

―А вот, допустим, найдутся такие дураки, — серьезным голосом ответил ей Сергей, стараясь не подавать вида, что его снова захлестывает магией женского тела.

С этим надо было что-то делать. Пить эликсиры вперемешку с бромом в перерывах? Быстро нагибать служанок за портьерой? Возможно, имелось какое-то заклинание? Точно, маги не могли не придумать заклинания для такого случая!

―И что тогда?

―Тогда они сами себе дураки, — небрежно пожала плечами Саманта.

Небрежно, но так, чтобы как можно соблазнительнее выпятить грудь.

―Никаких официальных объявлений, разве что на императорских приемах, но им надо будет очень сильно прогнуться перед Императором, чтобы тот разрешил им там сделать такое объявление. И две с лишним дюжины враждебных родов, как думаешь, сколько продержится такой Род под натиском тайной войны?

―Не очень долго?

―Именно. Не очень долго. Их сожрут в бизнесе, отберут земли, и останутся они с клочком вокруг Родового мэнора, надолго, если не навсегда оказавшись на последнем месте в Священной Полусотне.

Саманта подошла ближе, несомненно затем, чтобы на Сергея пахнуло животным теплом готовой к соитию самки. Он невольно облизал пересохшие губы, а Саманта хихикнула, мигом превращаясь из сексуально озабоченной наставницы в родственницу, выполняющую задание.

―Неужели нет заклинания на такой случай? — взмолился Сергей.

―Это же твое тело, ты сам должен исполнять такое заклинание, — развела руками Саманта. — Чужое с тебя просто слезет, да и неправильно это будет, если кто-то ощутит на Главе-по-Праву чужие заклинания.

Сергей поджал губы, признавая справедливость ее слов. Чопперы собирались проецировать определенный образ Главы Гарольда, и чужие заклинания в него не вписывались.

―И ты его знаешь?

―Знаю, — просто ответила Саманта, — но учить тебя, братец, не буду и не проси.

После чего она начала застегивать пуговки, а юбка словно сама собой удлинилась до колен

―Почему? — удивился Сергей.

―Во-первых, это достаточно сложная магия. Воздействие на самого себя это не кидание огненных шаров и не обращение к силе крови, на одной интуиции тут не выедешь. Неправильное же исполнение может защемить тебе что-нибудь другое, кроме гормонов в теле, и отменить так просто уже не получится.

―У меня талант к магии, — заметил Сергей, но больше для того, чтобы сказать, нежели затем, чтобы давить.

―И во-вторых и самых главных, братец. Какова цель приема?

―Объявить, что я — Глава-по-Праву, вернулся и все такое.

―Это официальная цель, а неофициальная?

―Показать меня выгодным женихом, — ответил Сергей, скисая.

Но ей-богу, ну невозможно же! И если представить зал, в котором будет сотня таких Самант, желающих его соблазнить, то будет просто невозможно выжить. Разве что дырку в кармане проделать и незаметно непрерывно дрочить, никуда не отлучаясь.

―Вот именно, братец, вот именно, — белозубо улыбнулась Саманта, потрепала его по щеке. — А какой же из тебя выгодный жених, если ты на молодых мамзелек не реагируешь? Начнут подкладывать тебе мальчиков, карликов, кентавров, но все равно, момент будет упущен. Сейчас, пока ты выглядишь этаким необученным простаком, самое время поманить тобой, а потом выбрать лучших, тут дядя прав. И естественность твоих реакций, на лице и под мантией, она просто бесценна. Несмотря на твои успехи, будет выглядеть все так, словно ты не в силах противостоять женским чарам.

―Так может тогда и не надо всего этого? — Сергей указал на топорщащуюся блузку.

―Надо, братец, надо, без этой закалки ты вообще падешь прямо на приёме, а так есть шансы продержаться. Оставив у всех впечатление, что ты созрел и готов упасть им в ладони.

Глава 37

Сергей проснулся от звонка магического будильника и тихо вздохнул, глядя в разукрашенный потолок. Огромная кровать, как и многое другое в центральной части мэнора, была чудом магического искусства. Воздействие силой крови пополам с заклинаниями и особым материалом и вот, пожалуйста: кровать, поддерживающая спящего в ней мага. Не дающего затечь рукам, ногам и шее, в какой позе ты бы ни спал, обеспечивающая максимальный комфорт и удобство, спасающая от перегрева и охлаждения. Массирующая тело во сне, так что просыпаешься всегда бодрым и отдохнувшим.

Кровать, в котором можно нежиться хоть весь день.

Собственно, поэтому Сергей и ставил будильник, хотя и не любил их. Иначе легко можно было проспать весь день, затем лежать, нежась и наслаждаясь комфортом и обслуживанием, прямо в постель. Увы, эта жизнь развращенного аристократа только манила издалека, маячила на горизонте несбыточной мечтой — возможности имелись, но не было ни времени, ни сил. Конечно, возжелай Сергей и легко можно было отодвинуть все в сторону, но он понимал, что лежа в постели, Гамильтона не убьешь.

―Приветствую вас, глава, — донесся нежный голосок одной из служанок.

Сергей неразборчиво поприветствовал ее в ответ, хотя магическам слугам все это было не нужно. Они просто служили, выполняли приказы, не нуждаясь в еде, питье и сне, не требуя какого-то особого отношения. Они не могли предать, могли менять облик и немного колдовать, в пределах мэнора, что позволяло им еще лучше выполнять свои обязанности. Поэтому — и еще из опасений предательства — в мэнор не пускали обычных слуг, только магических, только рожденных из Источника, над которым возводился мэнор.

Он прошлепал в ванную комнату, вход в которую находился в спальне — сделал утренние дела и сполоснулся холодной водой, дабы взбодриться. Магия работала и тут, вода могла быть любой температуры, но как и с кроватью слишком уж легко было разлениться. И отказаться от таких удобств просто не хватало сил. Поток теплого ветра для просушки, и Сергей вернулся в спальню, где служаночка — сегодня это была Клио — уже накрыла завтрак и стояла, потупив глазки в пол, ожидая новых приказаний.

―Рассказывай, — махнул рукой Сергей, берясь за завтрак.

―Мастер Альфард отбыл на переговоры с Родом Ричардсон, — тут же начала излагать Клио.

Хороша, чертовка, подумал Сергей, бросая на нее искоса взгляды и истребляя традиционный завтрак, с тостами и беконом. Средиземноморская смуглая внешность особо подчеркивалась белоснежностью ее униформы, увеличивая привлекательность. Поставить бы ее на колени, да дела, дела и борьба с изнеженностью и самим собой.

Гарриэт Марпл, правда, прочитала ему лекцию, обильно уснащенную медицинскими и магическими терминами, из которой Сергей понял, что его ненормально высокое либидо и ненормально высокий магический потенциал напрямую связаны. В принципе, ничего экстраординарного в ситуации не было — если не считать самих величин — и часто встречалось среди магов-подростков, особенно наследников. Или наследниц, магия различий между полами не делала.

Лечение было очень простым — чаще использовать магию, давать ей выход, и в конечном итоге, пубертатно-магический период заканчивался, либидо приходило в норму, а подросток (если все было сделано правильно) получал прибавку к мощи магии. Сергей тут же заподозрил, что любвеобильность Жизель связана как раз с такой ситуацией, и сделал себе заметку проверить — союзница с мощным потенциалом ему не помешала бы. Разумеется, самому Сергею такое лечение не светило — до приёма — опять и снова из соображений «продажи» его как жениха.

―… и Квентин Дорсет ожидает вас, с докладом, — закончила Клио свой рассказ.

Сергей удивленно приподнял брови, затем встревожился. Обычно Квентин делал доклад по вечерам, значит, что-то случилось за ночь. Не совсем смертельное, иначе он напрямую потребовал бы аудиенции (и получил бы ее), но явно выходящее за рамки мелких происшествий.

―Скажи ему, что я прибуду через пять минут, — сказал Сергей, кидая взгляд на остатки завтрака.

В конце концов, кофе — тоже особый магический сорт — можно было выпить и слушая доклад. Клио поклонилась и собиралась переместиться.

―Стой, — вскинул он руку. — Что у меня запланировано на сегодня?

―Танцы с маэстро Бартини. Урок езды на шестиногах. Урок этикета с Самантой Чоппер. Изучение родословных ближайших союзников рода Чоппер. Купание и оздоровительные процедуры.

При этих словах Сергей все же не сдержал улыбки. Под оздоровительными процедурами скрывались физические упражнения, массаж и секс. Для экономии времени и сил, иногда они даже совмещались и проходили со служанкой, назначенной «дежурной» на сегодня. И еще разок перед сном — и отдельно перед лекциями Саманты — позволяли держать себя в руках, не взрываться и не съезжать мысленно на голых баб каждые две минуты.

―Обед. Просмотр документальных фильмов. Урок истории и геополитики.

«Как будто и не уезжал из универа», весело подумал Сергей. Весело, потому что через два дня должен был состояться приём и вся эта круговерть уроков, уроков и еще уроков, должна была закончиться или, по крайней мере, изрядно ослабнуть.

―Урок пилотирования маботов с мастером Кренжиком, — продолжала перечислять Клио. — Лекция по силе крови, но мастер Альфард сообщил, что он не знает, сколько продлятся переговоры.

―Замени на урок стрельбы, — Сергей задумался, — с отработкой командной слаженности. Поставь в известность Барри и Пэгги Курс, сообщи мастеру Шелтону, что мы будем отрабатывать атаку на магов.

―Слушаюсь, глава, — чуть склонилась Клио.

Память у магических слуг была абсолютна — благодаря магии — и была создана искусственно, для уменьшения рисков раскрытия информации. Сами слуги никогда не выдали бы ничего доверенного им, в отличие от бумаги или послания в какой-то иной форме. Да, слуги действовали только в «радиусе Источника» — мэноре и вокруг — но все же от такого полезного их свойства отказываться никто и не думал. Даже если не было опасности перехвата их врагом, всегда было удобно — просто продиктовал и мэнор сделает.

―Может, совместить урок пилотирования с боевым? — подумал вслух Сергей.

Шелтон Чоппер возглавлял боевое крыло клана, но исключительно номинально, так как в силу возраста и былых ранений был уже мало на что пригоден. Поэтому его не позвали на совещание руководства (и еще потому, что он, как правило, соглашался со всем, что приказывал Глава), а его заместитель — де-факто возглавлявший то самое боевое крыло — был не из Чопперов, а другого Рода.

―Нет, не стоит, — решил он. — Значит, сообщение мастеру Шелтону, нужна будет стандартная группа захвата, усиленная магом.

То есть без маботов, но с магическим оружием. Имитация забега до Чоппер-мэнора, отработка правильных действий, мало ли, вдруг повторится? Пока он не знал заклинаний, многое могло случиться.

―Что там еще?

―Ужин в кругу членов Рода, — сказала Клио.

Сергей поморщился. Помимо ужина как самого ужина — мероприятия по поглощению еды и скрепления коллективных уз — это была еще и очередная тренировка перед приемом. Как сидеть и держаться, чем пользоваться, как говорить и что делать, если вам достался невменяемый собеседник (в его роли обычно выступала «тетушка Мюриэль») или неприятный, назойливый (здесь старался Дерек), слишком обольстительный (Саманта) или хитрый (сам Альфард или Тристан). Ничего приятного в этом не было — еще одна изматывающая тренировка.

―Затем ванна, массаж, оздоровительные процедуры и легкое чтение перед сном, — закончила Клио.

―Понятно. Отправляйся, сообщи Квентину, что я скоро буду. Хотя нет, — еще раз остановил он служанку. — Я сам скажу, а ты приберись тут.

Особой нужды в указаниях не было — Дживс и так следил за мэнором, направлял слуг, чистил, следил за порядком и прочем — но Сергей все никак не мог отрешиться от старых привычек. Хотя новую — приказывать магическим слугам — подцепил быстро. Также в какой-то момент стало понятно, почему Дживс считал, что ему не хватает слуг (и продолжал канючить о них, на что Сергей старался не обращать внимания). Дживсу не хватало слуг, чтобы постоянно поддерживать порядок во всем мэноре и при этом выделять достаточно слуг на остальные дела по мэнору и по запросу Чопперов.

Сергей переместился к Квентину, который сидел спокойно и тихо, сложив руки на папке, которую держал на коленях, и смотрел куда-то в стену. При виде Сергея он начал подниматься, но тот сразу переместил их обоих в кабинет и махнул рукой, указывая на кресло. Спросил нетерпеливо:

―Что случилось? — после чего все же отхлебнул кофе.

Как и магический табак, оно выращивалось особым образом в заповедниках в колониях. В бизнес-империи Чопперов имелись свои плантации и того, и другого, но на особый, элитный вкус никогда не тянули — хотя и успешно продавались обычным людям, как впрочем все, имеющее отношение к магии. Поэтому Гарольд, как и многие другие, потреблял продукцию Лонгхэдов, которые, благодаря силе крови, были первыми в таких делах.

―Сегодня ночью произошли две провокации со стороны Лагранжей и одна небольшая пограничная стычка. Ничего особенного, без магов, но сам факт достаточно настораживающий. Поэтому я счел нужным прийти с утра с докладом.

―А Альфарду Чопперу сообщили? — задумчиво спросил Сергей, отхлебывая еще кофе.

Может, тут дело было в какой-то хитрой политике? Дядя точно бы увидел скрытое.

―Сразу же после происшествия, — склонил голову Квентин, придвигая папку.

Сергея кольнуло. Вот оно, истинное отношение — истинному главе докладывают сразу, ему же только с утра. Он уже открыл было рот, чтобы возмутиться, но промолчал. Отношение было неприятным, но верным. Чем он проявил себя на посту Главы? Ничем. Тут скорее следовало бы возмущаться в сторону Мать-Магии, но и та ведь не соврала: обещала возможности, вот они возможности. Не можешь реализовать? Ну так извини, подтирать тебе жопу и нос никто не обещал. И еще, если смотреть с точки зрения блага клана и Рода, поведение их было опять же верным. Ну что мог Сергей? Проблеять что-нибудь про усиление границы? Сесть в мабота, полететь и разобрать всех?

―И что он сказал? — постарался сделать голос нейтральным Сергей.

―Что ваше бегство, глава, похоже задело их крепче, чем можно было ожидать.

Сергей ощутил холодок, пробежавший по спине. Кровная месть, со свежими эмоциями — ну как же, Гарольд был у них в руках! Даже взрыв-конверт долетел! А потом упустили. Лагранжи, конечно, не могли знать, что их ловушки и кордоны были расставлены грамотно и умело, сколько раз он там погиб, пока бежали — десять? Двадцать? И никто не мог предвидеть появления Руперта Огра, боевого полувеликана, способного навалять даже маботу.

―А с чего вообще началась эта кровная месть? — спросил он.

―Простите, я не в курсе деталей, думаю мастер Альфард лучше сможет просветить вас, — немедленно отозвался Квентин дипломатичным тоном. — И теперь можно ожидать какой-то большой пакости. Вплоть до повтора Кровавой Свадьбы.

―Серьёзно? — нахмурился Сергей.

―Боевое крыло Лагранжей исключительно сильно, благодаря постоянной практике, с соседями и Францией.

И в таком контексте, поражение от Руперта Огра, несомненно, добавляет им ярости, с тоской подумал Сергей.

―Но все же, открытое нападение на приём, где будут присутствовать представители большинства Священных Родов? — усомнился он.

―Мастер Альфард также не исключает, что за возросшей дерзостью диких стоят Лагранжи, — с непроницаемым лицом продолжил Квентин.

Все-таки хитросплетения большой политики, продолжал размышлять Сергей. Хотя… может Лагранжам и не нужна была кровавая баня? Просто припугнуть, чтобы церемония потеряла официальность, то есть осталось меньше половины Родов? Не самое простое дело, ожидались представители сорока с лишним Родов (отчасти благодаря дяде Альфарду — дипломату), но если налететь хорошей толпой маботов, то почему бы и нет? Или маботами отвлечь, а акцию устроить на земле? Неясно, все же такое количество магов — каких-нибудь пехотинцев с танками и сами легко размажут, даже без систем охраны мэнора.

―Поэтому мастер Альфард предлагает ускорить проведение охоты, сместив ее к югу, дабы заодно устроить провокацию Лагранжам.

―А сам он об этом сказать не мог?

―Мастер Альфард считает, что вы с предубеждением воспринимаете его советы насчет охоты.

Психолог хренов, мысленно выругался Сергей. Ну да, он воспринимал с предубеждением — если так называется нежелание участвовать в охоте. Старшие Чопперы все бубнили про кровавые ритуалы, но Сергей в ответ тупо тянул время, надеясь, что после приёма проблема исчезнет сама собой.

―Если они замыслили что-то недоброе, то занервничают и ударят, а мы обезопасим будущих гостей, если же нет, то вычистим диких и обязательно надо будет провести ритуалы укрепления границы, так сказал мастер Альфард, — заметил Квентин бесцветным голосом. — Но действовать надо сейчас, немедленно иначе потом мы уже не успеем среагировать или отбиться — подготовку к приёму уже не остановить, а сам приём не отменить.

Оставалось только нецензурно ругаться. Дядя загнал все-таки на охоту, расставив вилку, как в шахматах. Рисковать не признанием Главой Сергей просто не мог, хотя и не по тем причинам, о которых мог бы подумать Альфард Чоппер.

―Значит, урок танцев отменяется, — вздохнул Сергей.

Глава 38

В этот раз все было иначе, не так, как у Дайсонов. Маголет проносился мимо постов на дорогах и перекрестках, мимо деревушек и городков, где собирались горожане с оружием в руках, потрясали им грозно. Этого момента Сергей тоже пока не понимал. С одной стороны — камень в маголет — повод провести облаву и перебить кучу народа, а с другой — вот оно, оружие, свободно продается. Обычное оружие, не магическое, но все равно, лучше камня, не так ли?

―Почему дикие не покупают оружия? — удивился он.

―Милорд, — сдержанно отозвалась Пэгги, сидевшая напротив, — все оно маркируется заклинаниями. Дикие отвергают магию, принципиально, и поэтому используют самодельное оружие.

―Да? — удивился Сергей. — А мне вы такого не рассказывали!

―Для миссии это было неважно, — покачала она головой, — мы никогда не рассматривали диких как способ спрятаться или уйти от погони.

―Почему? Если они избегают всего магического?

―Именно из-за этого за ними следят, отдельно и особо, — ответила Пэгги.

В броне, шлеме и с оружием она смотрелась особенно грозно и прекрасно.

―Раз следят, то почему не уничтожают?

―А зачем? — неожиданно вмешался Дерек. — Пока они не лезут к горожанам и магам, они не представляют угрозы, и нам даже не надо прилагать никаких усилий, дабы выявлять недовольных. Все, кто недоволен магами, сами сбегают к диким.

―Несмотря на кровавые охоты?

―Что ты хотел от тупых простаков? — цинично вопросил Дерек, пожимая плечами. — И все думают, что их высылают в колонии, трудиться на благо Империи, так что сам понимаешь.

―Не понимаю, — искренне ответил Сергей.

Не проще было просто взять и уехать? К чему этот протест в стиле «назло маме уши отморожу»?

―Разве не находится тех, кто не бежит в леса?

―Находятся, но их усилия мало что приносят. Добропорядочные горожане глухи к их призывам к мятежу, они-то видят, насколько лучше стала жизнь при магах! Поэтому этих сопротивленцев быстро ловят, благодаря сообщениям от их же соседей, — разглагольствовал Дерек, чуть помахивая правой рукой, — или они понимают, что ничего не добьются и бегут в леса.

―Но почему они не могут просто взять и уехать? — все же задал Сергей вопрос вслух.

Мимо промелькнул мабот, стоявший возле какого-то старинного кирпичного здания, мрачного на вид.

―Потому что дураки? Потому что им не хватает мозгов притворяться добропорядочными гражданами? — риторически вопросил Дерек.

Добропорядочным горожанам — права и сытую жизнь, понял Сергей. Тем, кто приближен к кланам — еще более сытую и богатую возможностями. А идешь против порядка — получи поражение в правах и отправляйся на рудники. Или под нож на алтаре.

―С чего бы вообще церемониться с простаками-преступниками? — задал в свою очередь вопрос Дерек, и голос его звучал удивленно. — Есть множество примеров, доказывающих…

―Да-да, твой отец и мой дядя мне все их перечислил, — немного раздраженно отозвался Сергей, перебивая Дерека.

Сергей злился на себя — получалось так, словно он защищал преступников. Злился на местных магов, выстроивших всю эту дурацкую систему. На дураков-людей, неспособных бежать и бороться где-нибудь вне Империи.

―Простите, Глава, — неожиданно склонил голову Дерек. — Я ни в коем случае не хотел обидеть вас и ваших спутников.

Взгляд его метнулся к Барри и Пэгги, которые сидели с невозмутимыми лицами. Вот уж у кого хватило сил шестнадцать лет бегать от поиска Родов и кланов, а потом притворяться добропорядочными горожанами. Как? Почему? У них была цель? А у диких, что, нет цели?

―И какова же цель диких?

Права была Пэгги — плевать на диких. Они неважны для миссии. Лагранжи важны — кровники могли ударить в спину, выступить на стороне Гамильтона, а дикие? Какая от них угроза? Да никакой!

―Разрушить Империю, — ухмыльнулся Дерек.

Здесь, в отсутствие отца, он держался намного более свободно и раскованно. При этом ни в грош не ставил Барри и Пэгги… возможно, потому что они считались людьми Гарольда?

―Прячась по лесам? — озадачился Сергей.

―Лет сорок назад, после Второй Мировой, в Индии нашелся умник, Махатма Ганди, решивший избавиться от власти Империи, как он писал «ненасильственным способом». Толпы индийцев ничего не делали, пытались саботировать работу и устраивать сидячие забастовки, в общем, думали, что если они соберутся толпой, то парализуют все вокруг.

Сергей нахмурился. В истории Земли, его Земли и правда был такой момент. Он не помнил подробностей, но о Махатме Ганди слышал. Равно как и о том, что Британская Империя резко сдала позиции после Второй Мировой, и потеряла свои колонии, в том числе и Индию.

―И как?

―Вначале у них даже что-то получилось, — признал Дерек, — наверное, благодаря тому, что никто такого не ожидал. Или потому, что они устраивали свои пассивные сидения на землях этих криворуких Саннидейлов. Они хороши с магическими животными, слов нет, но в управлении простаками… нет, не их талант. Я так думаю, если бы они сразу подавили восстание, то ничего бы и не было — сколько этих восстаний произошло, кто их все помнит? Только какой-нибудь безумный профессор истории!

Дерек хохотнул громко, начал вставать, так как маголет как раз приземлился. Сергей тоже выпрыгнул наружу, оглядываясь с любопытством. Они находились на окраине какого-то городка под названием «Хаслмир». В отдалении виднелись две полицейские машины, перегораживавшие подъезды к площадке. Деловито сновали военные и какие-то люди со значками СБ клана, за спиной Сергея возвышался мабот, явно с пилотом внутри.

―Глава, мастер Дерек, — тут же объявился рядом с ними представитель СБ.

Сергей, чуть напрягшись, вспомнил, кто это — один из заместителей Квентина. Прямо на капоте машины расстелили карту, где граница Суррея была отмечена жирной зеленой линией. Красные точки пятнали местность, сверху и снизу от линии. Также имелись синие квадратики и черные треугольники.

―Поселения диких, — указал заместитель Квентина на красные точки, — и наши силы (синие квадратики). Черные — известные силы Лагранжей. Предлагаемый план операции очень прост — ударами по поселениям диких выгнать их за границу владений клана, к Лагранжам.

―То есть намеренно обострить ситуацию? — нахмурился Сергей. — А если они ударят в ответ?

―Тогда они обозначат свои силы и ввяжутся в открытые бои, — невозмутимо ответил представитель СБ. — На приём это никак не повлияет, наоборот, помешает Лагранжам ударить скрытно.

Сергей метнул в него взгляд, но ничего не добился, человек Квентина смотрел преданно и открыто, с выражением служебного рвения на лице. Замысел СБ и дяди Альфарда был понятен, но все равно как-то претил изнутри. Развязывать войну, просто, чтобы сорвать возможные планы, которых, возможно, и нет? Может, Лагранжи и не планируют нападать, а тут Чопперы ударят и завяжется война?

Квентин клялся в верности, Квентин доверял своим заместителям — но все равно, этот момент тоже беспокоил Сергея. Слишком многие знали о планах, кто помешает Лагранжам изменить свои? Или им просто не хватит времени подготовить другую акцию? Но что, если они сделают вид, что ничего не происходит, а потом ударят в момент приёма? Смогут ли маги боевого крыла в маботах противостоять Священному Роду? До таких глубин теории и практики боя на маботах он еще не добрался и ответа не знал.

―Действуйте, — повел рукой Сергей, ощущая себя последним предателем.

Но тогда уж вообще не стоило влезать в это дело, отказываться до последнего, лишиться поддержки Рода и клана, и думать, как победить Гамильтона в одиночку. Да! Все эти жертвы — преступников, выбившихся из социума! — во имя будущей победы над Гамильтоном, избавления от его тирании. Он возглавлял Освобождение, привел Империю к тому, чем она являлась сейчас, и продолжал оставаться лидером магического общества. Не Императором, но лидером, духовным и магическим, с которым по слухам, постоянно советовался сам Император.

Недаром же Мать-Магия отправила Сергея разбираться с ним?

―Представители пресс-службы будут здесь через пять минут, — сообщил заместитель Квентина. — Нам сообщили о возможных… затруднениях с маботами, поэтому мы подготовили два резервных.

―Не стоило, — покачал головой Сергей. — На заводе маботов я летал на стандартном и никаких проблем не было.

Главное — не задумываться над тем, что он делает. Как только начинались попытки анализа, ощущений, распределения энергии, как маботы сразу начинали гореть и плавиться. Уроки дяди Альфарда пошли на пользу, Сергей быстро впитывал их и осваивал, буквально на лету. Больше не было взрывных выбросов, ушли трудности обращения к магии, плавный поток струился по его телу, готовый к использованию в любую секунду. Но даже поток можно было сделать чрезмерным, словно превратить струю из крана в гидропушку, и вот тогда начинались проблемы.

―Дядя Джонатан летал на индивидуальном маботе, — заметил Дерек, доставая сигарету, и в голосе его слышалась зависть.

―Я знаю, — сухо отозвался Сергей.

Отцовский мабот все еще оставался загадкой для него — хотя, конечно, особого времени исследованиям «Молнии» он не уделял, так как его просто не было. Но главное он уже понял, пока что садиться в «Молнию» ему было рано. Сгорит или испортится — без стабилизатора энергии, без батареи. Сергею требовалось научиться летать — все так же бездумно и интуитивно, но при этом с пониманием и знанием, что происходит вокруг. Изучить теорию маботов, достроить «Молнию» и затем протестировать ее. Судя по обрывным записям и заметкам, мабот разрабатывался как раз затем, чтобы дать возможность одолеть любого другого мага, в любой модели мабота.

Но и мощи от пилота он требовал соответствующей.

―Милорд? — спросил Барри.

―Пока что стоим на месте, — махнул Сергей рукой, — ждем фотографов. Потом, что у нас потом по плану?

―Непосредственно охота, облавная цепь из жителей уже вышла, посты расставлены. К вашему появлению все будет готово, глава, — сообщил заместитель Квентина.

―Готово к чему?

―К боевым ритуалам. Мне передали, что вы будете заниматься ими.

Сергей нахмурился, а Дерек, наоборот, просиял.

―Так вот, зачем, отец меня сюда погнал! — воскликнул он.

―Зачем?

―Начертить ритуальный круг, помочь с полевым алтарем, конечно же, — будничным тоном пояснил Дерек. — Я, может, и не великий мастер боевой магии, но в ритуалистике кое-что смыслю.

Сергею не хотелось продолжать этот разговор, но и плюнуть на все и покинуть охоту он уже не мог — раньше надо было сопротивляться. Поэтому он попробовал перевести разговор.

―Так чем там история с Ганди закончилась?

Парри, конечно же, преподавали историю, но все, что выдавала его память — пару строчек о том, как подлые индусы, подстрекаемые врагами Империи, взбунтовались и были жестоко наказаны. И с тех пор, мол, в Индии царит тишь и благодать, а сама она остается по-прежнему «жемчужиной в короне Британской Империи».

―Эти сторонники пассивного сопротивления не учли, что времена изменились, — хохотнул Дерек, делая последнюю затяжку и испепеляя окурок в полете. — Император быстро издал эдикт, а из метрополии слетелись представители наших, священных Родов. Обстановка в Европе, конечно, была неспокойной, но после того, как Гамильтон ввалил Хофманну, а у французов погиб Фламель, война затихла, словно сама собой. И поэтому в Индию прилетело и приплыло немало маботов и сопровождающих войск.

―Утопили в крови, понятно, — кивнул Сергей, ощущая горечь во рту.

―Что-то в этом духе. Не сопротивляются же? Массово развернулись ритуалы и многие считают, что именно это, так называемое «индийское усиление» потом помогло во Второй Магической, когда Франция решила пощупать нас и Германию. Самые упертые сопротивленцы быстро закончились, те, кому была дорога жизнь, быстро разбежались и принялись трудиться, дабы их не пустили под нож. Остальная прослойка, вроде наших диких, разбежалась по лесам, решив бороться издалека, не используя магию. На них махнули рукой, слишком затратно было выковыривать, точнее говоря, оно просто того не стоило, ни времени старших магов, ни ресурса маботов, и их оставили быть, пока сами не вылезут из норок. Собственно, наши дикие, да и не только наши, оттуда и зародились — была пересмотрена политика в метрополии, созданы социальные лифты и клапаны, ну и запущены легенды, конечно, как же без них? Поэтому простаки регулярно сами сбегаются в свои общины диких, нам даже трудиться не надо, чтобы очистить от них общество. Конечно, на них кормятся всякие там террористы, но это ерунда — позволяет держаться в тонусе.

―Террористам тоже позволяют быть?

―Да не, сами заводятся, бегут на нас, мы их утилизируем, я ж говорю, даже усилий особых прилагать не надо. Все эти борцы с системой или сидят тихо, или сами прибегают под нож, так что наши предки придумали все просто гениально!

В голосе Дерека слышалось искреннее восхищение, а Сергей пожалел, что так неудачно сменил тему. Но кто же знал? Хотя, можно было и догадаться — местные маги очень любили кровь и все с ней связанное.

―Да уж, — отозвался Сергей.

От продолжения разговора его спасло появление представителей пресс-службы, посыпавшихся из машин. Уж лучше было позировать на фоне мабота, чем вести разговоры о ритуалах. О предстоящих схватках с преступниками, Сергей старался не думать.

Глава 39

Представители пресс-службы, к облегчению Сергея, вели себя сдержанно, не пытались засунуть ему в глотку микрофон, вспышками слепили умеренно и от сценария не отклонялись. Сергей как раз заканчивал позировать на фоне мабота модели «Робин Гуд» (с сильными системами маскировки и дальнобойным оружием), вяло думая о следующей части. Они должны были вылететь к лагерю диких, провести там съемки и фотосессию, и в процессе атаки, потом зачистки и парочке боевых ритуалов.

Смертельного ужаса не было, равно как и облегчения. Такое, вяло-тяжелое противное чувство, когда ты знаешь, что тебе предстоит, не хочешь им заниматься, но опять же знаешь, что отвертеться не удастся. Душевных сил и желания с энтузиазмом готовиться и ждать нет, и нет сил сбежать, так, вялые подергивания и ожидание из разряда «а вдруг случится чудо?» Потом чуда не происходит и ты наворачиваешь дерьма большой столовой ложкой, проходишь через неприятное, мысленно клянясь себе, что больше никогда!

И потом, позже, когда вкус дерьма спадает и ты расслабляешься, повторяется схожая ситуация.

―Глава Гарольд! — подскочил заместитель Квентина.

На его лице с щетиной бакенбардов виднелся легкий испуг. Если транслировать в обычные чувства, без сдерживания, просто сильнейший ужас.

―Лагранжи нанесли удар! Звено маботов летит сюда! Нужно немедленно уезжать!

Сергей неожиданно ощутил сильнейшее облегчение. Да, его ждала смертельная опасность, но к смертям он немного да привык. И такой шанс избежать избиения и убийств обычных людей! Лагранжей ему было не жалко, злоба за все случившееся во время забега до Чоппер-мэнора до сих пор бурлила где-то в глубине.

И Сергей решился.

―Всем — немедленно эвакуируйтесь! Барри, Пэгги — проследите.

―Милорд!

―Я задержу их, — ухмыльнулся Сергей, посылая уже почти привычный импульс в мабота.

Тот раскрылся, пилот в стороне чуть дернулся, затем неожиданно расплылся в горделивой улыбке. Сергей подпрыгнул, влезая в капсулу — в этой модели она была сдвинута вверх, занимая часть головы. Сделано это было для сохранения обзора, в случае выхода из строя экранов — так как Робин Гуд не отличался сильной защитой. Это была модель полностью соответствующая своему имени: скрытно подстеречь в засаде, подстрелить, не сходясь с врагом грудь в грудь.

―Дайте мне мабота! Мабота! — кричал Дерек снаружи.

Заместитель Квентина, вытащив магофон, быстро докладывал обстановку своему начальству. Сергей отрешился от внешнего, только поддайся и его вытащат из мабота, обложат подушками и повезут резать глотки ни в чем не повинным людям. Нет уж, лучше резать глотки во многом повинным людям!

―Руби, не глядя! — взревел он, швыряя мабота в небо.

Летные модули Робина были слабоваты, но сейчас Сергей просто хотел убраться подальше и не стал стесняться. В верхней точке прыжка он увидел, как впереди в небе кто-то мелькает. Радар молчал. Было страшно, немного, но восторг полета и чувство облегчения пересилили. Пребывая в лихорадочно-энергичном состоянии, Сергей, тем не менее, сохранил ясную голову.

Слова Ксенжика, с легким акцентом, зазвучали в голове.

―Первым всегда разведчик летит, — быстро говорил Ксенжик. — Быстрый, незаметный, все во имя скорости и незаметности. Поэтому не доверяй на все сто радару, головой крути, высматривай. Увидел — прячься, чтобы он тебя не заметил. Остальные подлетят — вот тогда и лупи прямо в центр. Разведчик может вернется, не обращай внимания, оружия там минимум, все во имя скорости и незаметности.

―Тогда может просто затаиться и влупить ему между глаз?

―Разведчик — смертник, почти всегда, даже если погибнет, остальные знают — впереди кто-то есть. И магоэлектроники на нем больше, чем у тебя. Он создан, чтобы быть скрытным, а ты нет. Он создан, чтобы обнаруживать, а ты нет.

―Тогда не скрыться?

―Обмануть, затаиться, пропустить мимо.

С учетом того, что они обсуждали тогда как раз такой случай — бой одного мабота против группы — Сергею следовало поднырнуть ниже, скрыться в подлеске. Включить маскировку, возможно сдвинуться куда-нибудь под воду или где много железа, дабы обмануть маградары.

―А я прятаться не собираюсь, — усмехнулся Сергей.

Инстинкты пилота вели его и они швырнули мабота вперед, на максимальной скорости. Разведчик потерял секунду, то ли идентифицируя, то ли решая, что делать, и Сергей сжал гашетки, запуская заклинания умножения предметов и их выталкивания. Маботам не требовалось таскать с собой огромные количества боеприпасов, только образцы, из которых заклинание умножения создавало копии для пулеметов и пушек мабота. Заклинание же выталкивания придавало им дополнительную скорость, помимо обычного срабатывания за счет силы давления газов.

Разведчик ушел ниже, заложил петлю, развернулся и рванул прочь.

―Погоняйся с этим! — хмыкнул Сергей.

Основное оружие «Робин Гуда» — лазерные «луки», встроенные в руки. Бесшумные, средней мощности, зато целых два.

―Верткий, зараза, — процедил Сергей сквозь зубы.

Разведчик уклонился от череды импульсов, крутнулся спиралью, взмывая выше. Сергей, захваченный азартом погони, попытался еще добавить скорости, не прекращая обстрела и готовя новый удар. В части маботов были встроены так называемые «метатели заклинаний», орудия, зачарованные на производство одного заклинания, только успевай подавать энергию. Недостатком их была не слишком большая дистанция и сильное рассеивание с растоянием. Поэтому на Робин Гуде были лишь две «оглушалки», но зато имелся распылитель газов и метатель сети.

Но самое главное, на маботе имелся современный аналог лука — снайперская винтовка, с пулей размером со снаряд. К счастью, в маботе не нужно было знать наизусть сотни кнопок и десятки рычагов. Магия — врожденный талант пилота — давала Сергею интуитивное понимание, и он запустил программу преобразования.

Решение было, конечно, спорным, но все же местами изящным. Левая рука мабота отсоединялась и стыковалась с правой, образуя длинный ствол винтовки. Угнаться за разведчиком в воздухе однозначно не получалось, Робин Гуд уже снижался, и Сергей решил воспользоваться к этим к своей пользе. Ноги мабота выбросили зацепы, винтовка стала еще длиннее, одна из грудных пластин сдвинулась, образуя прицел.

ДАДАХ!

Снаряд, дополнительно разогнанный заклинаниями, в момент настиг разведчика, прошил навылет и разорвал. Сергея пронзило острое чувство опасности и он рванул с места, даже не выходя из трансформации. Зацепы пришлось отстрелить, так что второй раз воспользоваться ими уже не получилось бы.

Три мабота, тяжелых, бронированных и увешанных оружием и метателями заклинаний. Один из них, вскинув правую руку, непрерывно стрелял в Сергея, не давая остановиться, второй «газил» пиксиборгами из бака на спине, третий разбрасывался каким-то заклинаниями, кажется, собираясь закрыть всю местность.

―Гарольд Чоппер? — прогремел искаженный голос.

―Да, с кем я говорю?

―Я — Колин Лагранж, третий наследник Рода! — прозвучал горделивый ответ. — Сегодня кровная месть наших Родов будет завершена!

«С каких это еще кислых щщей?» мелькнул вопрос в голове у Сергея. Какие-то правила прекращения кровной мести? С учетом того, что она началась еще во времена Второй мировой и Вудса Чоппера, давно уже можно было все прекратить. Или убийство Главы обрывало месть? Но тогда получалось, что не Лагранжи прикончили родителей Гарольда?

―Ну да, вчетвером-то на одного, — подколол его Сергей, не прекращая двигаться.

Впрочем, гонявший его тяжеловес и не подумал прекращать обстрел.

―Мы вылетели защищать границы клановых владений! — высокомерно объявил Колин.

―И нечаянно залетели на земли соседей. Это залет, боец, — вырвалось у Сергея.

―Для кровной мести нет границ! — еще высокомернее объявил Колин.

Почему-то Сергею он представлялся таким, с густыми бровями, злобным взглядом исподлобья и квадратной челюстью, а также шерстью по всему телу. Словно огромный бабуин в маботе.

―Тогда можно было просто прислать приглашение и мы бы сразились.

―Кровная месть так не творится. Впрочем, чего еще ожидать от Главы, воспитанного простаками?

Вот здесь Сергей вспыхнул. Да, они обсуждали этот момент с дядей и Альфард заверял его, что так «продажа» пройдет даже выгоднее, а год спустя никто и не вспомнит о прошлом Гарольда. А если и вспомнят, то можно будет все подать в гордом свете — выжил под носом у кровников! — и дополнительно обосрать Лагранжей.

Но все равно Колин задел болевую точку.

―Давай, иди сюда, если не боишься, — процедил сквозь зубы Сергей. — И воспитанный простаками надерет твою благородную жопу.

―Ты обвиняешь меня в трусости?

―Нападать в маботах на обычных жителей? Нападать вчетвером на одного? Что это, если не трусость?

Обязательно надо будет посмотреть, что там с кровной местью, подумал отстраненно Сергей. Потом, если выживет. Или если не выживет, все равно посмотреть.

―Ха-ха-ха-ха, — неожиданно рассмеялся Колин, отчетливо выговаривая каждую «ха». — Я вообще не рассчитывал на такую удачу, не поверил, когда мне сообщили, что там будет сам Гарольд Чоппер, но глупо упускать такой шанс. Благодарю тебя, Мать-Магия за твою благосклонность!

Теперь пришел черед Сергея смеяться. Он — то знал, с кем благосклонность Мать-Магии!

―Милорд, держитесь! — неожиданно раздалось в кабине мабота Сергея.

Голос был искаженным, с шумами и хрипами, но все равно узнаваемым — Барри!

―Еще пять минут, маботы и силы клана уже в пути!

―Я ставлю магический купол по праву кровной мести! — взревел Колин бешено. — Не вмешивайтесь в кровную месть, иначе на ваши голову падёт проклятие Матери-Магии! Да свершится месть!

Сергей ощущал энергию вокруг, надо полагать тот самый купол, но он и не собирался бежать. Правил он не знал, так что оставалось предполагать, что двое пособников Колина в тяжелых маботах и разведчик где-то там тоже имеют право нападать на Сергея.

―Не убегай, трус! — продолжал рычать Колин.

Его мабот чуть снизился, бока раздвинулись, выдвигая новые орудия. Сергей мчался над лесом, полосуя его лазерами, роняя деревья. Второй мабот закончил сброс пиксиборгов, присоединился к обстрелу, равно как и третий, закончивший установку купола.

―Получи!

Сергей неожиданно ткнул удлиненной рукой-винтовкой в землю, выстрелил, совершая своеобразный «рокетджамп». Залп Колина промчался ниже, взорвал кусок леса гейзером щепок и бревен. Сергей торопливо отстрелил левую руку, тут же перехватил ее правой, одновременно с этим взмывая в лобовую атаку на мабот Колина.

Сравнение с гейзером пришло не просто так, сейчас Сергей ощущал себя струей, потоком, неумолимо несущимся к цели. Поток энергии рвался из него, сжигая энерговоды в хлам, и «заряжая» левую руку, через правую. Пиксиборги рвались с боков, но Робин Гуд уже раскрыл щели.

―Понюхайте, — прорычал Сергей.

Густой, тяжелый белесый дым рванул во все стороны, дополнительно скрывая Робин Гуда. Сочетание дымовой завесы с отравой, созданной как раз против пиксиборгов. Пускай их крошечные тельца были механизированы, заколдованы и снабжены артефактами, но основой все равно оставалась органика, полное сокрытие которой приводило к тому, что пиксиборги становились слишком тяжелыми и медлительными.

―Тебе не спрятаться, трус! — донесся голос Колина.

―И не думал! — крикнул в ответ Сергей, выстреливая обманку.

Иллюзия силуэта Робин Гуда вылетела из дыма, и Колин немедленно расстрелял ее из всех орудий и заклинаний, подарив Сергею секунду на то, чтобы вынырнуть позади него. Механическое управление правой рукой (из того же разряда, что и вынос головной части капсулы в голову мабота) не подвело, и она метнула левую, словно копье. Впрочем, даже без словно, это и было копье, заряженное силой Гарольда Чоппера.

Пускай до идеала зарядки было еще далеко, но все равно, энергия оказалась потрачена не так бездарно, как две недели назад. Уроки дяди Альфарда не пропали даром и сейчас Сергей возносил ему мысленную благодарность. Вспыхнули щиты мабота, но рука-копье проломила их, словно и не заметив, потом проткнула броню, как будто та была из бумаги, и прошила мабот Колина насквозь, да так и осталась торчать из груди.

―Хрпрпрпрпспс, — донеслось по системе связи.

Мабот Колина начал падать, а два других застыли на месте, прекратив атаки.

―Ну что, месть завершена? — вырвалось у Сергея.

―За наследника! — донеслось в ответ.

―Не посрамим!

Сергей мысленно проклял свой длинный язык, но выбирать не приходилось. Он камнем рухнул вниз, прямо в облако дыма и отравы, но даже не подумал останавливаться, пролетел до самой земли. Подхватил поваленную сосну, прижал к себе, выжигая «оглушалки», но взамен заряжая дерево.

И когда мабот с пиксиборгами вынырнул из дыма, сразу обрушив вниз ливень выстрелов, Сергей немедленно взмыл в небеса, держа сосну под мышкой наперевес, словно рыцарское копье. Мабот рванул навстречу, выхватывая могучий клинок, несомненно рассчитывая на свою массу и скорость.

―Будете знать, как нападать толпой на одного! — прорычал Сергей, когда сосна разнесла клинок на мелкие кусочки и проткнула следующего мабота.

Третий мабот шарахнулся вбок и ушел выше, несомненно усвоив урок. Чего он не учел, так это состояния Сергея и охватившего его безшабашного веселья. Отстрел батареи и немедленное разматывание ее рукой, придерживая за кабель, словно камень в праще. Робин Гуд немедленно начал выгорать — он и без того был поврежден двумя предыдущими зарядками — но пилот третьего мабота этого не знал. Он запаниковал, отменил купол и рванул ввысь… немедленно получив три прямых попадания от прибывших маботов клана Чоппер.

―Так, теперь не уебаться при посадке и все меня будут в жопу целовать, — пробормотал себе под нос Сергей, предварительно, разумеется, убедившись, что коммуникаторы сдохли и сгорели.

Робин Гуд, ну не падал, а медленно опускался, но легче от этого не становилось. Тем не менее, интуиция не подвела и Сергей приземлился, после чего облегченно выдохнул и ткнул в кнопку раскрытия капсулы. Ворвавшийся горячий ветер показался ему свежим бризом, воодушевляющим и прохладным.

Определенно, жизнь была прекрасна.

Глава 40

Чоппер-мэнор представлял собой нечто вроде семилучевой снежинки, окруженной многочисленными точками вспомогательный зданий, с различными складами и службами. Если соединить эти точки, то вышла бы морская медуза, украшенная шипами. На конце одного из семи лучей снежинки, устремленный на северо-восток, в сторону Лондона, находился огромный зал, специально отведенный для подобного рода приемов.

Магические слуги надраили тут каждый квадратный сантиметр, магия мэнора дополнительно расширила помещение — как и в случае с церемониальным залом, ровно по количеству гостей. Таким образом достигались сразу несколько моментов. Приём проходил в Чоппер-мэноре, вдали от центра, но в пределах магии Источника, и с выходом на просторы вокруг мэнора, если кто-то из гостей пожелает. Неподалеку находились конюшни, как обычных лошадей, так и шестиногов, и гаражи с маголетами. Имелся пруд и аллеи для прогулок и беседки со столиками, магические слуги разносили напитки и закуски, для тех, кто не желал танцевать, и в общем-то было где уединиться.

По словам Саманты, имелся даже отдельный клуб — стремившихся отметиться сексом в каждом мэноре Священной Полусотни. Причем не во вспомогательных, а именно что главных мэнорах, средоточии силы Рода. Плюс к тому же магия Источника давала возможность подслушивать и подглядывать.

―Именно поэтому не стоит болтать о секретах в чужом мэноре, — давал последние наставления Альфард Чоппер племяннику.

Сергей, разглядывавший себя в огромном зеркале, кивнул. Смотрелся он… странно, на свой вкус. По волшебным меркам все было выполнено идеально. Мантия, с окантовкой рунной вязью, сшитая магическими пауками-портными. Особые туфли, тоже расшитые, с длинными заостренными носами, закручивавшимися на конце. Сергей даже припомнил смутно, что такие носили в Средневековье — наверняка, подхватив моду у магов. Остроконечная шляпа, с длинными полями, и поясок, небрежно завязанный на два узла.

Традиционное одеяние волшебника — ключевое слово «традиционное».

―Ну, подсказки через магофон будут, все вроде повторили по два раза, — с сомнением в голосе произнес Альфард, оглядываясь. — Что еще? Ах да, точно!

Он подал Сергею этакую раззолоченную палку, смесь скипетра и волшебной палочки, вещь опять же освященную обычаями и традициями. Настоящие палочки, как и у большинства других магов, находились в рукавах, в особых, расширенных вкладках в одежде, кое-кто встраивал их даже в обувь, активируя ударом каблуков друг о друга. Маги извлекли уроки из поражений и Освобождения, и редкий взрослый маг выходил из дома менее чем с десятью палочками. Конечно, большая часть их была специализированными, равно как и артефакты на самом маге, но все же факт оставался фактом.

Магам легче было выйти из дома без трусов, чем без палочек. И предложить сдать палочки — в большинстве случаев означало или нанести смертельное оскорбление, из числа тех, что смываются только кровью, или, что вас считают преступником и предлагают сдаться без сопротивления. Имелись и исключения, вроде приемов у Императора или переговоров Родов — кровников, но данный приём к ним не относился.

―Красавец! — Альфард неожиданно провел рукой с силой по лицу. — Джонатан и Роза гордились бы тобой!

Сам Сергей считал, что выглядит как полный идиот, но опять — спорить было уже поздно. Сумел отвертеться от кровавых ритуалов на охоте, может и здесь получится отвертеться от всего остального? Тем более что церемониальное одеяние требовалось только на первую часть приема, соответственно официальную. Потом можно было предаваться веселью, переговорам и еде, в общем, кому что.

Сергею как Гарольду Чопперу, например, веселье никак не светило, танцы с нужными девушками, разговоры с нужными людьми, представление нужным союзникам, и так далее, в общем, все во благо Рода, ради чего все и затевалось.

―Ну, да поможет нам Мать-Магия, и если что…

―Руби, не глядя! — вскинул вверх руку, сжатую в кулак, Сергей.

Убийство Колина внезапно резко подняло акции Гарольда. Как выяснилось, он не только не отступил от правил кровной мести — в отличие от Лагранжа — но еще и проделал все стремительно, в духе истинного Чоппера. Рубил, не глядя, и мало того, Колин первым объявил в эфире о свершении кровной мести. Тело Колина, то, что от него осталось, отослали Лагранжам, «диких» все же разгромили — раз уж операция началась — но без Гарольда, к вящему облегчению Сергея.

Ну и тот факт, что он на маботе-засаднике разнес троих тяжеловесов, тоже добавил ему очков.

―Глава Рода Чоппер, носящий Кольцо-по-Праву, Гарольд Чоппер! — провозгласил церемониальным голосом Альфард Чоппер.

Сергей ожидал, что объявлять (и стукать жезлом в пол) будет Дживс, но как выяснилось, магическим слугам на таких приемах отводилась только одна роль — безмолвного обслуживающего персонала. Допускались только маги и только маги Священной Полусотни, в самом крайнем случае их прямые вассалы, но опять же маги.

Не то, чтобы отсутствие Барри и Пэгги сильно нервировало, но с ними Сергей ощущал свою спину прикрытой.

―Прямой наследник Джонатана и Розы Чоппер, Глава Гарольд вернулся в Род! — продолжал провозглашать Альфард.

Голос его, усиленный магией, разносился по залу. Сергей, опять ощущая себя идиотом, стоял рядом с дядей, в церемониальной позе. Отделаться от ощущения, что он мишень и сейчас присутствующие достанут палочки и начнут палить в него, было очень нелегко. Только прикосновение к магии Источника, мысль о том, что он в любой момент может атаковать их всех, помогала держаться.

Промах в тренировках — надо было отрабатывать сам приём, как и стояние перед толпой.

―И сегодня Род Чоппер с гордостью возвещает о том, городу и миру, всем, кто нас слышит! Мать-Магия благословила Род Чоппер, признав Гарольда, и мы призываем всех наших союзников разделить с нами радость обретения Родом Главы!

Так называемая «церемониальная речь», полная заглавных букв и пафоса. Она казалась Сергею напыщенной и идиотской, но остальные внимали жадно, сверлили взглядами Гарольда. Среди прибывших было полно молодых девиц и Сергей, казалось, уже ощущал вздымающуюся волну любовной магии и феромонов. Он совершил все необходимые приготовления, дядя Альфард большую часть приёма должен был находиться рядом — что опять же было в пределах и рамках этикета и традиций (так как он был предыдущим Главой) — но даже этого могло оказаться недостаточно.

От ламп и бликов на украшениях рябило в глазах.

―Во славу Рода! — вскинул руку Альфард.

Вспышка вылетела и словно разбилась о потолок. Потоки разноцветных лучей потекли по стенам, потолку и окнам, превращаясь в украшения и герб Рода, вплетаясь в уже существующее убранство. Благодаря магии Источника, Сергей видел, что происходит, но как этого добился дядя — не понимал. Впрочем, сейчас от него не требовалось тонкой магии, даже наоборот.

―Руби, не глядя! — выкрикнул он, тоже вскидывая руку.

Удар в полную мощь, без сдержек, и с усилением магией Источника, снес крышу зала. Целиком. Она взлетела в небо и взорвалась фейерверками, сложившимся опять же в герб Рода. Присутствующие смотрело, ошеломленно молча, и Сергей заметил тень удовлетворенной ухмылки на губах дяди Альфарда.

«Продажа» Гарольда началась и началась крайне успешно.

―Глава Гарольд, — подошел очередной гость.

―Айзек Филипс, дядя нынешнего главы Рода Филипс, — тут же зазвучал голос в ухе, — и фактически его первый советник.

Сергей развернулся, приветствуя Айзека Филипса. Ниже среднего, словно приплюснутый, с пробивающейся сединой в пышной шевелюре и бакенбардах, смотрел Айзек самоуверенно, с чувством собственной силы. И было от чего, силой крови Рода была работа с пространством. Не просто чары расширения пространства, какие применялись повсеместно, а телепортация и умение пронзать пространство.

Связность Империи с колониями, телепортационные сети в метрополии, базы на Луне и Марсе, обширная сеть сателлитов, все это было отчасти заслугой именно Рода Филипс, его вкладом в общее дело. Поговаривали, что после Второй Магической, когда три страны подписывали соглашение об ограничении гонки вооружений, к нему прилагались ряд тайных протоколов, в которых упоминались и Филипсы. Сразу после протокола, ограничивающего артефакторов.

―Рядом с ним, его троюродная племянница, Николь Филипс, учится в БАМ, специализация — любовная магия.

Это Сергей ощущал и сам. Николь была обворожительно прекрасна. Огромные синие глаза, чувственный рот, милые щечки, дерзко очерченная грудь и чуть обнаженные ножки, вызывающие трепет. Скромное простое платье словно само являлось артефактом, усиливающим воздействие своей хозяйки.

―Рад, что мы союзники! — пробасил Айзек, протягивая руку.

Хватка у него была сильной, крепкой. Прежнего Сергея он бы раздавил, но Парри все же был крепче, тренировался, и к тому же разбудил магию Гарольда. Как и с либидо, магический потенциал усиливал и физическое тело, чем нередко пользовались, стараясь усилить подростков. Основной проблемой тут было не пропустить нужный момент, так как нереализованный магический потенциал — усилив тело и не имея другого выхода — начинал отравлять тело и вырываться наружу, так называемыми «стихийными вспышками», а попросту говоря разрушительными выбросами. Самому Сергею, как его заверили дядя и Гарриэт, это не слишком грозило — раз уж тело развивалось и копило потенциал под печатями — но все равно легкая тревога сохранялась.

―Думаю, нам, старикам, нужно поговорить о скучных финансовых делах, — обратился Айзек к Альфарду, — а молодежь пусть повеселится, пока есть время. Потом они станут старыми, вот тогда и будет время для скучных разговоров!

Он засмеялся мощно, жизнерадостно, и Сергею сразу же захотелось впечатать кулаком в эту самодовольную рожу. Чуть поднять руку и вот уже лицо на уровне кулака, очень удобно. Но вместо этого Сергей сдержался и улыбнулся, чуть наклоняя голову. Айзек подхватил Альфарда под руку, тут же громко начав толковать о магоэлектронной начинке маботов.

―Скажите, а это правда, что вы сразили Колина Лагранжа в неравной дуэли? — чуть хрипло спросила Николь, придвигаясь ближе.

Ей-ей, если бы не уроки Саманты, Сергей бы сейчас уже потерял голову, так как вся кровь ушла бы в другое место. Голос, пластика, движения, все было точно рассчитано, до миллиметра.

―Истинная правда, — ответил Сергей, — но, мне кажется, это не слишком подобающие разговоры.

―А мне всегда нравились сильные мужчины, способные постоять за себя в любой ситуации.

В ее речи слышался легкий акцент. Французский, придающий ей еще больше шарма. Неожиданно, плюс на плюс дали огромный жирный минус. Сергей словно сбегал порукоблудствовать, в голове резко прояснилось, стало легко и свободно.

―Думаю, таких в Британии очень много, начиная с Императора Фейна, — сказал он.

―Несомненно, — чуть зарделась Николь. — И говорят, он был в тяжелом маботе?

―Не вижу смысла восхвалять себя, — пожал плечами Сергей, к его облегчению уже избавившийся от церемониальной одежды, сменив ее на обычный костюм, — думаю, дела уже все сказали за меня.

―Да вы еще и скромны, редкое качество в наши дни, — рассмеялась Николь.

Так разговор продолжался еще некоторое время, пока не стало видно, куда все идет. Мол, вы такой-растакой ас-пилот, возьмите меня покататься и возьмите меня прямо в кабине мабота. Это еще больше охладило Сергея — барышня, при всех своих чарах, явно нихрена не знала о маботах. И к тому же была магичкой из Священного Рода, то есть являться слабой и изнеженной ну никак не могла, хотя бы в силу силы крови.

К счастью, регламент был на стороне Сергея в этой части. Каждому Роду отводилось некоторое время, потом его сменял следующий. Под видом приветствий новому Главе, попутно подтаскивали молоденьких племянниц и дочерей, каждая из которых представляла собой натуральную крепость любви, окруженную рвом, заполненном эликсирами до краев, ощетинившуюся феромоновыми пушками и снабженную магическими ловушками.

Страшной силы оружие.

Сергей переместился, ощущая, что едва успел. Еще немного и пошел бы за этой, как ее, Кэтти, да Кэтти. Из Рода Морган, да. Половина ее предшественниц начинала заходы с Колина Лагранжа, и к этому приёму Сергей успел привыкнуть. Соблазнительные позы, ножки, попки, грудь, любовные чары, все это он проходил с Самантой — выступившей в роли прививки. И все равно, количество переходило в качество, и на Кэтти, еще одной милой мордашке, Сергей ощутил, что сейчас сдатся.

Впрочем, к разговору Морган подошла нестандартно, зайдя со стороны обычной жизни.

―Ладно, старые дедовские способы еще ни разу не подводили, — проворчал Сергей, протягивая руку.

Потом обозвал себя мысленно идиотом и выдернул руку из штанов. Прищелкнул пальцами и перед ним явилась Мельпомена, а может и какая другая муза, сейчас у Сергея перед глазами мелькали совсем другие картинки. Он едва успел войти в теплое и горячее, как организм взорвался и все поплыло перед глазами.

―Вот чертовки, — выдохнул Сергей, глядя в стену. — И ведь знают, а все равно лезут!

Впрочем, как и он знал, что последует, а все равно играл свою роль. Невидимый суфлёр помогал, подсказывал, выручал репликами, смена Родов тоже давала передышку. То, что Сергей сдался, когда эта часть приема дошла до половины, тоже было хорошим признаком.

Но почему-то не покидало ощущение, что вторая половина будет тяжелее.

И еще ощущение, что он что-то упустил. Нет, они заранее договорились с дядей Альфардом о распределении ролей, мол, тот будет говорить о политике, экономике, финансах, оставив Гарольду изображать перспективного жениха перед девицами, лезущими из юбок.

―Милорд, — рядом появился Дживс, — прошу прощения, но только что поступили императорские новости. Ваше присутствие необходимо в общем зале, прямо сейчас.

―Что там еще? — проворчал Сергей, приводя себя в порядок и перемещаясь.

Глава 41

―Что-то, связанное с наследниками, местью и Родовыми мэнорами, — ответил Дживс.

Сергей испытал мгновенный приступ страха — неужели на него разгневались из-за истории с Колином? — но тут же страх схлынул. Будь оно так, дядя точно предупредил бы или начал принимать какие-то контрмеры. Но сейчас на лице Альфарда Чоппера, как впрочем и на всех остальных, было написано легкое удивление, внимание (потому что так положено с посланиями Императора) и встревоженность, возможно, даже не наигранная.

―Мои возлюбленные подданные и дети Матери-Магии! — зазвучал голос.

Сергей заметил, как брови на лице Дерека, оказавшегося рядом, поползли вверх, а на самом лице проступило искреннее удивление.

―Император говорит лично, — тихо шепнул сын Альфарда.

Сергей не совсем понял, почему это должно вызывать такое удивление, правда потом вспомнил про разные средневековые дела, когда кто-то объявлялся Голосом короля и вещал от его имени, и немного успокоился.

―… Смерть каждого мага — это боль и потери, отдающаяся в моем сердце, но только сражаясь друг с другом, мы становимся лучше, сильнее и крепче!

Сергей облегченно выдохнул — дело было явно не в Колине.

―Но сегодня неведомый враг ударил в самое сердце! Он покусился на святое — на родовые мэноры и ему это удалось! — в голосе Императора звучала, звенела ярость. — Час назад поступило сообщение — мэнор Рода Лонгхэд уничтожен! Члены Рода уничтожены и перебиты, и на месте мэнора пылает неугасимое магическое пламя!

По лицу моментально побледневшего Дерека бежали капли пота, впрочем, остальные выглядели не лучше. Даже барышни перестали стрелять глазками в Гарольда, все внимали Императору. Кто-то сжимал кулаки, кто-то прикрывал глаза, некоторые — забыв об образе изящных девушек — сжимал кулаки и матерился сквозь зубы. Впрочем, в последнем они были не одиноки, многие поступали так же — и неожиданно к Сергею пришел ответ от Хранителя.

Неугасимое пламя выжигало Источник, причем навсегда.

―Ох, — вырвалось у Сергея.

―Не говори, — повернулся к нему бледный Дерек. — Что же это творится? Неужели, Сопротивление нанесло новый удар?

«Что еще за Сопротивление?» удивился мысленно Сергей. Память Парри молчала, подсовывая обрывки сведений о всяких там фронтах освобождения и ирландских революционных армиях.

―И ведь они только недавно выбрали нового Главу! — продолжал горячечно шептать Дерек. — Нолан Лонгхэд, он, как и ты, без родителей остался, подрос и получил Кольцо-по-Праву. Все пророчили Лонгхэдам расцвет, а вместо этого…

«Разве не его считали рохлей, неспособным принять кольцо?» подумал Сергей, смутно припоминая отрывки сведений. Но он мог просто неверно запомнить или ему, например, рассказывали о событиях прошлого года.

―Думаешь, Нолан тоже погиб? — чуть содрогнулся Сергей.

Сходство судеб намекало на то, что судьбу Нолана он может повторить до последней детали. Если уж защиты мэнора пали, то что могло спасти Сергея? До этого момента ему казалось, что защиты мэнора абсолютны. Да что там, так считали и все остальные, связка Главы с Источником давала ему невероятную мощь, подпитку щитов, невероятные возможности в радиусе силы Источника.

Чтобы победить такое, пришлось бы вместе собраться паре десятков Родов и они ушли бы с того боя уполовиненные. Обратная сторона союза Императора с Родами — да, у Императора имелись средства давления, но и у Родов имелись неприступные крепости. Имелись ровно до этого момента.

―Несомненно, — ответил Дерек. — Чтобы враги сумели выжечь Источник при живом Главе? Наверное, подловили на чем-то, но на чем?

―На бабе, — прошептал себе под нос Сергей.

Взгляд его опять пробежался по собравшимся. Волна страха и тревоги смыла возбуждение, наконец-то уняла жар в низу живота. Конечно, ему вроде как предстоял магический брак и, скорее всего, не с одной наследницей, и там вроде как нельзя было предать, но все равно. Если Нолану ударили в спину, то это же могло ослабить защиты? Могло. Для преодоления сопротивления все равно требовалась потрясающая мощь, но без Главы это становилось относительно возможным делом.

―В любом случае, Нолана убили первым, — безапелляционно заявил Дерек, — иначе ничего не вышло бы!

―Кто-то, кому он доверял?

Император продолжал гневно вещать о том, что враги не должны уйти живыми, и тут заявил нечто такое, после чего снова все стихло.

―Поиски убийцы объявляются делом Императора!

Сергей опять не очень понял — все-таки в его курсе обучения Император практически отсутствовал, так как его не ожидалось на приёме — но по залу прокатилась волна возбуждения. Разбредшиеся по окрестностям возвращались, едва ли не толкались в дверях, возбужденно перешептывались.

―Пап, мы будем участвовать? — повернулся Дерек к появившемся Альфарду.

Бледность слегка спала, Дерек говорил оживленно, пускай и немного нервно.

―Нашедший убийцу получит личную награду из рук Императора, а его Род возвысится, — коротко пояснил Альфард Сергею, и повернулся к сыну. — Я думаю, нам лучше отойти в сторону. Лонгхэды нам не союзники, хотя и не враги.

Просто область «ведущих бизнесов» Чопперов — маботы, и Лонгхэдов — магические растения практически не пересекались. Да и графство с родовым мэнором находилось у Лонгхэдов дальше к северу, практически на границе Англии и Шотландии. Конечно, у Чопперов имелись владения в Ирландии и Шотландии, но это не то же, что земли, на которых находился родовой мэнор.

―И это сходство судеб совершенно не случайно, — продолжал Альфард низким голосом.

Наплевав на этикет, он окружил их чарами против подслушивания. Сергей добавил энергии Источника.

―Не факт, что следующим станет Гарольд — одно дело травники, а другое боевой маг, любимец Мать-Магии, но сама ситуация очень тревожная. Если мы влезем в расследование, то через него могут попробовать добраться до нас.

Сергей кивнул, неожиданно поняв. Если не влезать — может, враги ударят по кому-то другому, если у них хватит наглости и умений на это, конечно. Насколько понимал Сергей, вся магическая верхушка Британии и их подчиненные, сейчас должны были начать гоняться за убийцей.

―Надо выказать свою озабоченность, предложить вклад в общее дело, но самим не лезть. Гарольд?

―Предложить одного из наших маботов?

―Пойдет, — одобрил Альфард. — И предоставить всем доступ к каналам связи, дабы они смогли отдать распоряжения.

―А что, приём продолжается? — удивился Сергей.

―Не на нас же напали, чего разбегаться трусливо? — пожал плечами Альфард. — Гм, теперь наши магические плантации может немного поправят свои дела. В общем, объявляй о вознаграждении и поддержке, и перерыве на часик, дабы все уладили свои дела. Кто захочет — уедет за это время, с остальными продолжим приём. В конце концов, еще не все девицы на тебе испытали свои чары.

Он отменил заклинания против подслушивания, после чего подмигнул Сергею.

Тот лишь вздохнул и вышел вперед, пытаясь придумать, что сказать. В голове почему-то крутили обрывки мыслей про «ведущий бизнес», словно застряли и никак не хотели уходить. Ведущий бизнес не означал, что он уникален, просто то, что у данного Рода получалось лучше остальных — за счет силы крови. Да что там, даже у Чопперов имелись плантации магического кофе и табака где-то в Африке. По сравнению с продукцией Лонгхэдов они были как лапша быстрого приготовления по сравнению с супом из трехзвездочного ресторана, но и их массово покупали — обычные люди, обеспечивая прибыльность даже таких плантаций.

Это не говоря о двух десятках других Родов, тоже занимавшихся выращиванием разного.

Точно так же, если бы Чопперы внезапно выбыли из игры, нашлось бы кому массово производить маботов. Может, не таких хороших, но все равно маботов, способных давать отпор врагам и людям. Эта было частью общественного устройства магов — уживание Родов и кланов друг с другом, но при этом еще и конкуренция, покусывание друг друга за бока и одновременно с этим выступление против общего, внешнего врага.

―Это тяжелая новость, — заговорил Сергей, поняв, что дальше паузу тянуть уже неприлично.

Речь вышла так себе, скомканной и без огонька, но как ни странно, восприняли ее с пониманием. Мол, волнуется Гарольд, переживает за собрата и поэтому говорит скомкано. Судя по реакции барышень, это внезапно прибавило ему несколько очков в их глазах, мол не бездушный политик, а чувства есть и эмоции. Отголоски страха бродили в Сергее, хотелось бросить всю энергию в щиты, сделать их такими, чтобы даже бактерии сгорали на подлете.

Но он держался, борясь с собственной паранойей.

―Род Чопперов окажет посильную помощь, протянет руку помощи Лонгхэдам, — продолжал говорить Сергей.

Его пронзило внезапной мыслью. Лонгхэды ослаблены — даже если часть членов Рода уцелела, Источник, Алтарь и мэнор уничтожены. Что теперь? Соседи их сожрут? Раздергают их земли? До этого Сергею казалось, что враг внешний — только у другой Империи хватило бы на такое сил — но что, если это дело рук Императора? И то, как он быстро обо всем узнал, не подозрительно? Ослабить Священную Полусотню, свести численность до четвертьсотни, чтобы Император случись чего, смог бы их контролировать? Ослабление страны легко можно нивелировать принудительно набрав сирот-магов во всякие имперские приюты и вырастив из них пилотов.

Хотя… сила крови, как ее компенсировать?

―И тому, кто сумеет найти убийцу и доставит его для свершения правосудия Родов, — чуть повысил голос Сергей, — Чопперы подарят индивидуального мабота, даю вам в том слово!

Судя по реакции собравшихся, ход был правильным.

―Предлагаю сделать перерыв на час, прошу вас, располагайте каналами связи и транспортом мэнора, как своим собственным, — сделал приглашающий жест Сергей.

Подсказчик не подвел, но все же Сергей сделал одну уступку паранойе. Дополнительно закрыл центральную часть мэнора всем, кроме себя. Мало ли, кто как из гостей распорядится предоставленным правом, вдруг агенты врагов уже здесь?

―Все же надо бы узнать, не проводили ли Лонгхэды недавно каких-то приёмов, где могли проникнуть посторонние, — сказал он дяде Альфарду, повернувшись к нему. — И не было ли там людей Императора.

Глаза Альфарда и Дерека расширились. Тяжелая пауза тянулась, благо собравшиеся обратились к своим делам, а девицы сами не подбегали

―В этом есть смысл, — тяжело признал Альфард, подвигав челюстью. — Но это было бы слишком страшно. И не уверен, что Он пошел бы на такой риск.

―Разве не для этого объявлено Дело Императора?

―Оно еще к тому же замораживает клан Лонгхэдов в нынешнем состоянии, — пояснил Альфард. — Любой, попытавшийся отнять земли или заводы, или еще что, станет личным врагом Императора. И Он знает, что расследование будут вести кланы, будут землю рыть носом в поисках такого врага — и это абсолютно правильное решение. Того, кто угрожает Источникам — надо найти и казнить самым длинным и кровавым ритуалом, с прямой трансляцией!

―Гм, я не знал, — признал Сергей. — Тогда…

―Но в чем-то ты прав, — задумчиво продолжал Альфард. — Такое не по силам одному человеку! Сопротивление или нет, но, возможно, мир слишком долго отдыхал и забыл уроки Второй Магической.

―Пап? — нахмурился Дерек.

―Это все лишь предположения, — немного вымученно улыбнулся Альфард. — Развлекайтесь, не берите в голову, сейчас бесполезно гадать.

И он ушел, а Сергей посмотрел на Дерека. Зал изрядно опустел, но от этого концентрация красоток — охотниц лишь увеличилась. Кое-кто уже отошел от шока и стремительным зигзагом продвигался к Сергею.

―Пойдем на балкон, — предложил Сергей, перемещая себя вместе с двоюродным братом.

Было ли это по этикету? Да плевать! Продажа или нет, он уже достаточно показал себя. Не танцевал еще, правда, какие тут гормоны, когда интуиция шептала об опасности самому Сергею?

―Что это за Сопротивление?

―Маги-отморозки, — неохотно ответил Дерек, глядя в сторону. — Появились после Второй Магической, говорят их предводитель немного свихнулся на войне. Мол, надо прекратить все смерти, а все смерти от магов, вот он и взялся убивать магов.

―И другие маги поддержали?

―Всегда есть уроды, — вздохнул Дерек тяжело.

Он покрутил в пальцах появившийся там бокал, сказал негромко.

―Дживс, плесни-ка виски, не стесняясь, — сказал Дерек.

Бокал наполнился до краев и Дерек осушил залпом, чуть поперхнулся, но закусывать не стал. Помолчал немного, потом сказал.

―Вообще, это немного табуированная тема, но в свете обстоятельств, — Дерек чуть покрутил рукой. — Их предводителя, Владыку Смерти поддержали другие ветераны и они стали называть себя Убийцы Смерти. Появляются в балахонах, наподобие ку-клукс-клана простаков, если ты слышал о таком.

Сергей кивнул.

―Проводят такие же казни — мол, кто больше всех убивал, тех и вешаем. Одно время они затихли, казалось, что распались сами, но потом снова выплыли. Всякие там фронты освобождения по сравнению с ними слепые щенки. Опытные маги-вояки с поехавшей головой. Увидишь кого-то, убивай без сожалений, это бешеные собаки, за головы которых назначена награда.

―Неужели так никого и не поймали?

―Опытные вояки, — повторил Дерек и опять осушил полный бокал.

Его слегка повело, и Сергей придержал его за локоть.

―Разрешите присоединиться к вам, — раздался за спиной смутно знакомый голос.

Сергей обернулся, с удивлением увидев там Дункана Малькольма.

―И представить мою прекрасную спутницу, — продолжал тот, уверенным и спокойным голосом.

Спутница в украшенном кружевами белом платье, оставлявшем открытыми руки и ноги ниже колен, склонила голову, потом подняла ее улыбаясь. Лицо ее тоже было знакомым, а руки в белых перчатках до локтей, смотрелись крайне обворожительно.

―Дэбби Уоррен, — еще раз улыбнулся Дункан. — Я дал слово позаботиться о ней и сдержал его.

Глаза Сергея расширились против его воли. Да, это была она — девушка с охоты!

Глава 42

―Также, Дэбби хотела лично поблагодарить вас, Гарольд, — продолжал Дункан уверенным, слегка фамильярным тоном, — и выразить свою признательность за всё, поэтому я решил совместить одно с другим.

Дэбби, чуть присев и склонив голову, начала многословно выражать свою благодарность Гарольду. Сергей смотрел на нее и размышлял, может ли считаться дуэль знакомством и дает ли она Дункану право вот так приводить сюда не-мага? Конечно, он первый наследник Малькольмов, но достаточно было опять и снова вспомнить историю на собрании Рода. Чуть отошел в сторону от традиций и сразу убили. Или все верят Малькольму, что тот не нарушит ничего?

Или он просто взял и сделал, будучи уверенным в своем праве?

―А ты, Дункан, наглец, — слегка заплетающимся языком промолвил Дерек. — Явиться посреди бала, да еще и с простушкой! Вот за это я тебя всегда и любил!

―А ты, Дерек, наглеешь только когда выпьешь, — холодно произнес Дункан, меряя того взглядом. — Вряд ли в трезвом состоянии ты бы рискнул оскорбить уважаемую Дэбби Уоррен, вместо этого…

―Хватит, — чуть понизив голос, рыкнул Сергей.

Он прибег к магии Источника, заглушая их обоих, и попутно направляя на Дерека протрезвляющие чары. Не самые приятные, но уж точно лучше кровавой дуэли. Что могут оба, он видел и не сомневался — Дункан размажет Дерека на дуэли, и черт его знает, к чему это приведет. Воевать еще и с Малькольмами из-за такой вот ерунды?

―Никто никого не хотел оскорбить, — вскинул руку Сергей, — и я от имени Рода Чоппер прошу принять извинения за поведение моего двоюродного брата. Сообщение о Лонгхэдах весьма взволновало и встревожило всех нас.

―Да, бедолага Нолан, — с искренним огорчением в голосе произнес Дункан. — Только вроде встал на ноги, обрел уверенность и получил Кольцо-по-Праву, как такое вот.

Дерек свесился с балкона и начал блевать, но так как внизу находился густой розарий, можно было не опасаться, что он обольет кого-то. Сергей на всякий случай добавил еще маскирующей магии.

―И ты сказал уважаемую? — продолжил уводить тему Сергей.

―О да, у Дэбби обнаружился магический дар, — горделиво, словно это было его заслугой, ответил Дункан.

Дэбби очень мило зарделась и снова склонила голову, правда тут же вскинула ее, посмотрела с вызовом. Вот теперь Сергей точно видел «девушку с охоты», а то в голову уже полезли тревожные мысли, что Малькольм — в целях заботы и помощи, конечно же! — обработал ее магией.

―Это было немного неожиданно, но я дал слово позаботиться о ней и она выбрала вас, — продолжал свои речи Дункан.

―В смысле? — встревожился Сергей, опять стреляя взглядами по сторонам.

Слова «выбрала вас», вкупе с обстановкой — наводили на весьма определенные мысли. Нагло явиться посреди бала, дабы влезть без очереди, такое было вполне в характере Дункана. Нет, Дэбби смотрелась просто обворожительно, и особой прелести ей придавало то, что она не пыталась пластикой, феромонами, голосом и любовными чарами добраться до Сергея. Но все же.

―Да нет, не в этом смысле, — усмехнулся Дункан и даже подмигнул многозначительно. — Более того, одной из причин, почему я пропустил начало бала — как раз с целью избежать всех этих охотниц.

―Ты?

―Я, конечно, не так привлекателен, как Глава Рода Чоппер, но тоже не какой-то там мелкий клерк, — добродушно заметил Дункан.

Он не стал говорить «простак», и это понравилось Сергею. Попутно он вспомнил, что да, Дункан — первый наследник Священного Рода, тоже весьма привлекательный объект в глазах всех этих охотниц за положением. Пожалуй, Дерек был прав, наглец, но весьма обаятельный. И войну вроде устраивать не собирался, уже хорошо. Оставалось только прояснить вопрос с Дэбби.

―Не теряйся, Гарольд, — посоветовал Дункан, чуть понижая голос и наклоняясь ближе.

Он достал упаковку сигарет, с выбитым на ней фирменным знаком Лонгхэдов — плющом, обвивавшим дерево, ствол которого был нарисован в характерной форме волшебной палочки — цилиндроконусом, длинным и слегка сужающимися к кончику. Протянул Сергею, тот заметил коротко.

―Не курю.

―Если надумаешь, бери вот эти, черный трехлист от Лонгхэдов, да пребудут их души с Матерью-Магией, — заметил Дункан, доставая сигарету и подкуривая от пальца.

Одновременно с доставанием упаковки на нем активировались приглушающие чары, и Сергей не то, чтобы восхитился таким решением, но опять отметил наглость Малькольма. Другие, даже претендентки на его руку, сердце и прочие органы, тоже прибегали к чарам и артефактам, но старались все скрыть, замаскировать. Дункан даже не пытался, просто активировал и все.

―Привыкания магический табак не вызывает, а паузу в разговоре позволяет создать, — выдохнул дым Дункан, — но это так, частности, перед основным вопросом. В общем-то, от нашего Рода тут кто-то и так торчит, кажется дядя Фредерик.

―Именно так, — машинально кивнул Сергей.

―Я заскочил посреди приёма, чтобы этим хищницам не попасться, — Дункан сделал движение головой в сторону общего зал, — а то знаю я их, только расслабься и все, ты уже стоишь перед Родовым Алтарем и приносишь клятву всю жизнь носить ее на своей шее и бегать магическим слугой по ее капризам. Хотел дать совет, но смотрю, ты и так неплохо справляешься.

С одной стороны эта фамильярность слегка раздражала, с другой — была как глоток свежего воздуха, среди всех этих гнущихся слуг, вассалов и прочих. Старшие Чопперы, конечно, с Гарольдом, не особо церемонились, но там было другое — этакое снисходительно-пренебрежительное отношение свысока, к племянничку, воспитанному простаками. Конечно же, в порядке тренировки перед приёмом, развитие умения держать лицо, хотя Сергей подозревал, что это лишь отмазка, дабы просто выражать свои истинные чувства, делая вид, что помогаешь.

Дункан, в отличие от них, держался на равных и если отбросить магию, можно было подумать, что Сергей снова оказался в общежитии родного университета. Вечеринка с девчонками и выпивкой, и завтра не идти на пары.

―Справляюсь, да, — кивнул Сергей, не став вдаваться в детали.

―Тогда забирай Дэбби…

―Забирать?

―Ну да, а то и ее сожрут эти хищницы, — серьезно ответил Дункан. — Видишь, уже приближаются, как акулы в море?

―Но мне-то что с ней делать?

―Ты ее спас, конечно, девчонка хочет под твое крылышко, — еще раз подмигнул Дункан. — В клане всегда найдется место еще одному магу, пускай и со спящими способностями.

Сергей хотел спросить, чего ж тогда ей не нашлось места у Малькольмов, но тут же передумал. Наверняка Дункан бы оскорбился и опять напомнил, что давал Слово помогать и защищать. И если Дэбби выбрала Гарольда, что в принципе выглядело вполне естественно, то уж точно не стоило отпихивать ее обратно Малькольмам.

―А какой в этом интерес Малькольмам? — спросил он. — И лично тебе, Дункан?

―О, молодец! Не зря я чары актировал! — одобрил Дункан. — Разумеется, можно было дать Дэбби маголет или просто денег на дорогу, добралась бы в лучшем виде. Но это лишь предлог, дабы немного замаскировать визит и этот вот разговор. Предполагается, что мы сейчас обсуждаем Дэбби, но на самом деле отец хочет предложить Чопперам тайный пакт. А я предлагаю просто дружить. Да, наше знакомство началось не лучшим образом, признаю, но ты меня впечатлил и потряс. Даже заставил переосмыслить пару вещей.

―Дружить — это можно, — кивнул Сергей. — А вот тайный пакт вряд ли. Заключать его за спиной дяди Альфарда я не буду. И разве посланник от Малькольмов не говорил об этом пакте?

Собственно, пока очередная девица или девицы строили глазки Гарольду, старшие родственники договаривались о делах. Отработанный, четкий, одобряемый социумом механизм.

―Нет, он потому и тайный, что это договоренность личная и устная, подкрепленная не бумагами, а Словами глав и наследников, — объяснил Дункан.

Сергей напрягся еще больше. Похоже его хотели затащить в какой-то блудняк, причем очень тайный.

―Но если мы сейчас начнем обсуждать его, то нас точно заподозрят, что мы говорим не о Дэбби, — Дункан рассмеялся непринужденно, развел руками, указывая одной из них собственно на Дэбби.

Та немного растерянно топталась в одиночестве. Дерек, вытошнившись и протрезвев, отбыл к себе, переодеться и избавиться от запаха.

―Так что не будем ее оставлять в одиночестве, — продолжил Дункан. — А союз… конечно, расскажи своему дяде Альфарду. Нападение на Лонгхэдов означает перемены в геополитике и думаю, он лучше, чем я, объяснит, что нас может ожидать и почему в свете грядущего лучше поддерживать друг друга. И потом, если надумаешь, позвони и мы снова встретимся. Просто, как друзья.

Сергей кивнул, не став расспрашивать. Про блудняк, в который его хотят затащить, лучше и правда послушать от Альфарда. Если там будет что-то против интересов Рода, дядя сам пошлет кого угодно и очень далеко, и Сергей останется не при делах. Хотя, если его самого что-то не устроит, достаточно ведь будет не звонить? Очень удобно.

―Прошу прощения, уважаемая Дэбби, — обратился к ней Дункан, — я просто приватно объяснил некоторые особые обстоятельства нашего визита, ведь, как вы знаете, в нашу прошлую встречу с Гарольдом мы не успели толком объясниться. Я выполнил ваше желание и меня здесь более ничто не задерживает, поэтому я удаляюсь и желаю вам всех благ и как следует повеселиться.

Совершив нечто вроде замысловатого поклона, Дункан воспарил и перелетел через перила балкона, после чего плавно опустился вниз, прямо в подлетевший туда маголет с открытым верхом. Маголет стремительно набрал высоту и скрылся в ночи, Дункан махнул рукой напоследок. Сергей, специально обратившийся к «всевиденью», отметил, что Дункан не соврал. «Охотницы» уже нацеливались на него, а также заходили со стороны парка. Ловкий маневр с полетом избавил Малькольма от личных столкновений лицом к лицу и необходимости здороваться, реагировать, отвечать и так далее.

―Ну надо же, — не сдержал удивления и высказался вслух Сергей.

―Да, весьма незаурядная личность, хотя, конечно, козёл и убийца моих родителей, — высказалась Дэбби.

―Поэтому вы остались у Малькольмов на две недели?

―Я… устранила первопричину страданий моей семьи, — потемнев лицом, отозвалась Дэбби.

Мимо пролетело два маголета. На улице, в общем-то, уже окончательно стемнело, а фонари вдоль дорожек освещали только дорожки. Сергей ощущало несколько парочек в парке и то, что активность в целом повысилась, но мысленно отстранился.

―И потом, когда такой высокопоставленный маг изо всех сил старается помочь, как-то уже не выходит отказаться, — продолжила Дэбби.

Она старалась говорить непринужденно, но видно было, что ей не слишком приятно вспомнить прошедшие две недели. Тут Сергей мог ее понять, хотя больше абстрактно — что может чувствовать человек, принужденный день за днем общаться с убийцей своих родителей? С тем, кто травил тебя, как зверя, желая убить?

―Он обижал вас? — вырвалось у Сергея.

―Что? — Дэбби вскинула непонимающий взгляд прелестных глаз. — О нет, нет, что вы.

Она облизала губы, но не затем, чтобы соблазнить Сергея. Дэбби изрядно нервничала.

―Просто… бывает столько заботы, что от нее начинаешь задыхаться, понимаете?

―Понимаю, — ответил Сергей, подумав. — Поэтому вы решили сбежать?

―Я с самого начала собиралась отправиться к вам, — просто ответила Дэбби. — Не затем, чтобы проситься куда-то, просто поблагодарить и остаться жить на ваших землях.

Сергей ощутил горечь во рту. Словно участием в охоте у Дайсонов и непредотвращением разгрома лагерей «диках» он как-то предал те идеалы, которые Дэбби видела в нем. Но начинать сейчас распинаться об охотах, обычаях, традициях и инерции общества было бы как-то глупо и неуместно.

―Дункан сказал, что у вас есть магический дар, — сказал он.

Рядом и чуть сбоку от Дэбби появился дядя Альфард, услышавший его последние слова. Затем посмотрел на Дэбби вопросительно. Та, не замечая появления нового действующего лица, отозвалась чуть печально.

―И он очень уговаривал меня остаться. Думаю, если бы не данное им слово, все закончилось бы гораздо печальней.

―Неужели? — вмешался Альфард.

―Дункан сказал, что у меня спящий дар пророка, что это редкость, — растерянно отозвалась Дэбби, явно испугавшаяся дяди Гарольда.

―О да, это редкость, — прищурился Альфард. — Впрочем, Малькольмы слишком дорожат своей честью, чтобы даже из-за него нарушать слово.

Кто такая Дэбби он спрашивать не стал, впрочем Сергей и не делал особой тайны из той встречи на охоте. Сопоставить все остальное было несложно.

―Скажите, уважаемая…

―Дэбби.

―Дэбби, вы хотели бы вступить в клан Чопперов?

―Я просто хотела выразить свою признательность Главе Гарольду! — пискнула та, закрывая глаза.

―И вы хотели бы быть полезны Гарольду?

―О да!

―Тогда вам нужно будет пройти обследование, для подтверждения дара, — сделал приглашающий жест Альфард. — Гарольд, переправь ее к Гарриэт.

―Прямо сейчас?

―Разве так не будет лучше? — ответил вопросом на вопрос дядя.

Сергей подумал, что может и да, будет лучше, не придется спасать Дэбби от остальных.

―Да-да, я согласна, — кивнула Дэбби. — Обследование это не больно.

Сергей переправил ее, а Альфард тут же добавил.

―А я сейчас же сообщу Квентину, чтобы он провел стандартные проверки на воздействие чужой магией.

Глава 43

―Воздействие? — задумчиво переспросил Сергей. — Но она говорила, что ее не трогали?

Прием нехитрый, но действенный, и Альфард тут же пояснил небрежно.

―Ее могли заколдовать и без ее ведома. Поработить. Опоить. Принудить дать клятву. Масса способов.

―Поработить?!

―Обычное дело, даже со словом Малькольма можно было выкрутиться, если подать все как заботу и уход за этой самой Дэбби. В подчинении у Дункана у ней были бы лучшие уход и забота, и Слово сдержано, и клятва дана. Он еще что-то сказал?

―Что? Кто? — Сергей посмотрел непонимающе.

Погруженный в гневные мысли о рабстве и жертвах, он даже не сразу понял о чем говорит дядя.

―Дункан Малькольм что-то еще сказал? — нетерпеливо повторил Альфард.

―А, да, — моргнул Сергей. — Он предложил дружбу и какой-то тайный пакт, мол, грядут перемены в геополитике и лучше бы нам дружить Родами в это непростое время.

Альфард озадаченно нахмурил густые брови, затем понимающе кивнул. Сергей изобразил лицом вопрос.

―Знаешь, что, — чуть прищурился Альфард, потер пальцами подбородок. — Лучше тебе не знать. Сейчас не знать, а то ты себя выдашь. С Малькольмами я немедленно переговорю, а потом и тебе расскажу. Хорошо?

―Хорошо.

―И не волнуйся, Дэбби проверят на всю возможную подчиняющую и порабощающую магию, я лично прослежу, даю тебе в этом слово, — заверил его Альфард.

Сергей облегченно кивнул.

―А теперь иди и веселись или делай вид, что веселишься — это тоже очень важно, не забывай о начальных целях приёма, — подтолкнул его дядя.

И Сергей отправился веселиться.

Сияла ты, словно Луна

Тянулась магии струна

На ней играла ты умело

Волшебное являя тело

Тягучий, чувственный голос какого-то местного маэстро выводил песню, насколько понимал Сергей — из разряда местной магической попсы. Или романсов, в музыке Сергей всегда разбирался хреново. Девиц пробирало, некоторые утирали слезы или просто пользовались поводом припасть на грудь кавалеру. Медленное кружение под песню, какая-то помесь вальса с топтанием на месте, вызывало в Сергее двойственные чувства.

С одной стороны, он был рад, что его «познания» в танцах не пригодились — все равно он выучил движения крайне хреново. С другой наличествовало возмущение, ради чего он оттаптывал ноги часами, чтобы все это не пригодилось теперь?

―О чем вы задумались, милорд? — раздался голос с тягучим акцентом.

Род Палмер выделялся среди других внешностью — благодаря особенностям политики усиления. Все Рода искали (и находили) талантливых девушек и юношей, с сильным магическим даром — так называемую новую кровь — которых затем принимали внутрь Рода через женитьбу или замужество. Да что там далеко ходить, когда мама Гарольда, Роза Чоппер, была как раз из числа «новой крови». Редкой силы магический талант и потенциал, красота, усиленная косметической магией, ее и Джонатана считали «восходящими звездами», теми, кто прославит все поколение.

Так вот, Род Палмер свои поиски ограничивал только Индией и окрестностями, где Роду принадлежало немало земель. По этой же причине, часть старших Палмеров, в отличие от других Родов, на постоянной основе проживала в Индии, а не в метрополии. Сами Палмеры были смуглыми, восточными, широкими — индийская кровь давала о себе знать. И в то же время, они легко и непринужденно удерживались в первой десятке Родов, копили и улучшали силу крови Рода — работу с камнями, включая драгоценные — и никто им не указывал на их «не-британскую» внешность.

―О женской красоте, — почти честно ответил Сергей.

Он посмотрел сверху вниз на невысокую, изящную Лору Палмер, и неожиданно подумал, что традиционное индийское сари с разными украшениями ей очень пошло бы. Собственно, украшений — обработанных силой крови — на ней и сейчас было немало, но вот платье было традиционно британским. Не то, чтобы это уменьшало красоту Лоры, скорее недостаточно выразительно ее подчеркивало. Смесь европейских и индийских черт наделяла Лору какой-то буквально магической привлекательностью, такой, против которой Сергею даже не особо хотелось бороться.

―Осмелюсь ли я спросить, кто она, избранница вашего сердца? — тихо спросила Лора.

Сергей обнаружил, что она нравится ему все больше. Девять других из десяти тут же начали бы кокетливо изображать застенчивость, делая вид, что Гарольд Чоппер думал о них.

―Нам никогда не быть вместе, — отозвался Сергей.

Он мог уступить желаниям тела Парри, ворваться в Брайтон и похитить Изольду десятком способов, но это было бы не то. Насилие и жизнь наложницей. Может даже под принуждающей и порабощающей магией, чтобы она не кусалась, а покорно отвечала на ласки «господина». То же принесение в жертву, как в ритуале создания магического слуги, только на иной лад. И мысль об этом, мысль, что с Дэбби могли сотворить такое… от нее Сергея слегка потряхивало.

―Вы должно быть очень ее любите, Гарольд, — печально улыбнулась Лора.

―Возможно, — отозвался Сергей.

Дома у него не было ни жены, ни девушки, несколько случайных связей в университете и мысли, что все остальное потом, потом, после учебы.

―Как я вас понимаю, — тихо вздохнула Палмер.

Сергей удивленно посмотрел на нее, упиваясь очарованием девушки, погружаясь в него. То, чего не смогли сделать прямые атаки, неожиданно сработало там, где предполагаемая «охотница за скальпом» Гарольда даже не собиралась за таковым охотиться. Внешность ее не была модельной и кукольной, и оттого становилась только притягательнее, небольшой носик и слегка раскосые глаза, мелкие острые зубки, смуглая шея. Тело не распирало ткань и платье, весьма свободное, еще дополнительно маскировало все, скрывало, но опять же, парадоксально придавало тем загадки и привлекательности.

―Вы смотрите так удивленно, — тихо рассмеялась Палмер, опять показывая зубки, — о Кали, Гарольд, вы так очаровательны в своей непосредственности!

―А как же Мать-Магия? — смутился Сергей.

―Кали тоже приносили жертвы и до сих пор приносят, а я большую часть жизни прожила в тех местах, вернулась только в прошлом году, — словоохотливо начала объяснять Лора.

Сергей ощутил, что его руки на ее талии начали потеть и чесаться, в частности от желания скользнуть ниже. Желание огладить ее попу, ощутить несовершенство ее формы было сродни зуду между лопаток — невозможно было думать ни о чем другом, тело требовало почесать зудящее место во что бы то ни стало.

―Простите, — пробормотал он, отпуская Лору.

Стало легче, пришла мысль, что теперь понятно, откуда такой акцент.

―Что-то случилось? — участливо осведомилась Лора, делая крохотный шажок ближе.

Сергей видел, что ее участие было искренним, но тем невыносимее становилась ситуация. Ему хотелось крепко обнять, сжать Лору, упиваться ее запахом и шептать влюбленные благоглупости. Держать за руку и смотреть в глаза. Нельзя было сказать, что он влюбился до потери пульса, но и обычным приступом вида «ябывдул» это тоже не являлось.

Поэтому Сергей отступил. Совсем чуть-чуть.

―Как я вас понимаю, — снова вздохнула Палмер. — Когда ты первый наследник, ты теряешь свободу. Ты становишься манекеном в витрине, сияющей драгоценностью, которой подманивают возможных союзников. Тебя словно бы раздевают и выставляют на аукцион и ты стоишь, неподвижный и безмолвный, наблюдая, как за тебя торгуются. Когда ты Глава — чуть легче…

Голос ее был полон горечи, искренней и тяжелой, ядовитой настолько, что Сергей возразил.

―Ничуть. Просто ты сам руководишь торгами, на которых продаешь себя.

―Все для блага Рода, — легкая улыбка чуть тронула смуглые, полные губы Лоры.

―Поэтому вы приехали сюда? — неожиданно осенило Сергея. — В смысле, не на этом приём, а вернулись в Британию?

―Да, — шепот ее был еле слышен. — Здесь Священные Рода… и их наследники. Здесь сердце Империи. Спасибо вам, Гарольд.

―За что? — искренне удивился Сергей.

Теперь он лучше понимал природу своих чувств. Да, это была не любовь — хотя плотская страсть к этому смуглому, точёному телу сохранялась — а сочувствие, основанное на понимании. Они оба находились в одной и той же лодке, плывущей по озеру Продажной Любви Нужной Роду, стараясь не слишком размахивать веслами, чтобы брызги дерьма, из которого состояло озеро, не летели во все стороны.

―За понимание, — чуть наклонила голову Лора. — Когда в целом мире есть хоть кто-то, кто тебя понимает… это уже много.

Она церемониально раскланялась, завершив танец, и ушла, немедленно покинув приём. Сергей остался с легким привкусом горечи в груди и желанием уйти к себе. Но его желания здесь не имели никакого значения и «аукцион» продолжался. Голос маэстро выводил, взлетая под своды зала.

Когда плывет над миром тишина

Я знаю, где-то ждет меня Она

―А ведь тебе понравилась Лора Палмер, братец, — заметила Саманта.

Сергей, усталый и измученный танцами, переговорами и собственным телом, посмотрел на нее мутным взором. Саманта, в платье, открывающем плечи, с белозубой улыбкой и пятнышком от чего-то на лбу, вызывала у него желание послать ее далеко и надолго. Чтобы не мучила и без того усталого человека.

―А ты наблюдала, — попытался съязвить он, но вышла лишь усталая констатация факта.

―Наблюдала, — серьезно ответила Саманта. — Думаешь, тебя один дядя страховал? Если бы ты вдруг… начал думать не той головой, я бы тут же все тебе испортила.

―Вот спасибо.

―Пожалуйста.

И это тоже было сказано серьезно. Сергей опять припомнил Лору, мелкую, смуглую и несчастную, как и он сам.

―Ты ошибаешься, — сделав усилие, произнес он. — Она просто выделялась среди этой толпы кобылиц, вот и запомнилась.

―Отрицание влюбленности есть первый шаг к ней.

―Чего тебе нужно? — грубовато спросил Сергей, отбросив политесы.

―Просто пытаюсь понять, что случилось.

―Она не пыталась залезть мне в штаны и не демонстрировала готовность отдаться под ближайшим фикусом, ясно тебе?

―Более чем, — улыбнулась Саманта.

После чего все же упорхнула, к вящему облегчению Сергея. Взамен нее рядом появился Альфард, с двумя стаканами в руках, с кроваво-красной жидкость в них.

―А простаки еще уверены, что мы беззаботно веселимся на балах, — улыбнулся он, протягивая стакан.

―Да уж, — Сергей ощущал себя так, словно пробежал марафон до железнодорожной станции, где потом разгружал вагоны, одновременно с этим сдавая экзамен на время, путем решения задач в голове. — Что это?

―Поможет тебе немного прийти в себя, — пояснил Альфард. — Пускай гости уже практически все разъехались, не дело демонстрировать тебя в таком виде.

Сергей взял запотевший, неприятно влажный и холодноватый стакан, отхлебнул.

―Томатный сок?

―С кровью и эликсирами, — ответил Альфард.

Сергей бросил взгляд, но нет, дядя, кажется, не шутил. Выглядел он тоже уставшим, наверное из-за бесконечных переговоров. Не замечая взгляда, Альфард тоже приложился к стакану, уполовинив его одним махом. После чего вызвал себе кресло, почти упал в него и закурил, поставив стакан на появившийся рядом столик.

―Милорд? — осведомился Дживс.

―Кофе мне и покрепче, — бросил Сергей.

Сок может и бодрил, но создавал ощущение, что мозг от него сейчас замерзнет и превратится в ледышку. Сергей обвел взглядом зал — со следами приёма, украшениями и запахом вечеринки. Несколько кучек гостей обсуждали геополитику — будет ли война с Германией — помахивая руками с сигарами и прикладываясь к напиткам. Все танцующие разъехались, маэстро больше не выводил попсу, в одной из дальних подсобок торопливо дотрахивались два юнца, попутно переругиваясь друг с другом.

―Ну что, — произнес Альфард.

―Ну что? — вяло повторил Сергей.

―Считай, что ты сдал первый экзамен, Гарольд, — заверил его дядя. — Не идеально, но если сделать поправку на условия, то все же идеально. И пакт с Малькольмами, как вишенка на торте, уже ради него одного стоило устроить этот приём. Тебе там больше никто на охоте полезный не попадался, а?

Он засмеялся, заржал даже, грубо и мощно, явно взбодренный соком. Кое-кто из говоривших о войне с Германией оглянулся, Альфард вскинул руку.

―Так что там за дела с ними?

Дживс появился с парящей чашкой. От одного аромата, казалось, прояснялось в голове.

―Тайный пакт, — сказал Альфард, продолжая улыбаться и помахивать гостям. — Их деньги и наши маботы. Когда грянет новая мировая война, ух и развернемся же мы!

―Новая мировая война? — встревожился Сергей.

―Не прямо сейчас и не завтра, но эта история с Лонгхэдами — как первый звонок. После него прозвенит и второй, и третий, и вот тогда и грянет Третья Магическая. У нас будет время подготовиться, благодаря деньгам Малькольмов, мы развернем все заранее! Ты, с твоим талантом пилота-аса, прославишь Чопперов, и на войне всем нужны маботы, лучшие маботы! Ух! Мы выйдем на первые позиции рейтинга, может даже пробьемся к Императору, если ты понимаешь, о чем я.

―Не совсем, — осторожно ответил Сергей.

―Ты молод, красив и не связан брачными договорами, а у Императора две внучки на выданье, — без экивоков пояснил Альфард. — Так что готовься, все только начинается!

―Всегда готов, — вяло отозвался Сергей.

Глава 44

И вновь руководство Рода и клана собралось в тесном кругу, дабы обсудить случившееся и итоги приёма. Все тот же церемониальный зал над Источником, круглый стол и уже знакомые лица. От былого восторга, настороженности и страха первой встречи не осталось ничего, кроме тягучего, вязкого ощущения попадания в патоку и невозможности из нее выбраться.

Сергей знал, что кто-то из собравшихся или близких к ним, убил его тогда заклинанием в спину. Знал, но ничего не мог ни доказать, ни найти, так как об этом убийстве помнил он один. И то, помнил об убийстве, а не о том, кто где находился. Тех, чья сила крови позволяла им преодолеть «пассивный порог» — защиту Источника без активного сопротивления и знания Главы — было слишком много.

Имелся, конечно, выход — расследование боем. Подстраивать ситуации с нарушением обычаев и традиций, идти против интересов Рода и смотреть на реакции, но. Не факт, что один на один те же люди стали бы действовать так же, как на общем собрании Рода. И тратить кучу жизней на выявление потенциального убийцы? Такого, который возможно теперь и вовсе не проявит себя, потому что условия не совпадут?

К черту его, и так дел хватает!

―Расследование событий в Лонгхэд-мэноре продолжается, — цедил слова Тристан Чоппер, не вынимая сигары изо рта, — но это чушь полнейшая! Чего там расследовать, если негасимое пламя затем и пустили, выжечь все следы?

―Границы закрыты, вот что плохо, — вмешалась Барбара.

Она была даже не накрашена, и на лице виднелось несколько морщин. Дело совсем плохо, решил Сергей.

―Да-да-да, — горячо поддержал Джейкоб. — Что будет, если прекратятся поставки пятнистых мексиканских мышей?!

―Придется твоим зверям питаться британскими мышами, вот и все, — парировал Альфард. — Ясно же, что долго режим закрытой границы не продержится. Мало того, что все несут убытки, так еще и это бессмысленно все. Убийца либо сбежал, либо залег на дно и будет там лежать неделями, месяцами, годами, пока закрытый режим не уберут. Он может ждать, а Империя нет.

―Но это пощечина Родам и Императору лично, сколько бы ни старались мои коллеги смягчить удар в прессе, — пробурчала немного неразборчиво Агата.

Не хватало только слов «я уже слишком стара для всего этого». И руки ее тряслись больше обычного.

―Да чего смягчать, когда в газетах Франции и Германии, в магсетях, по тиви, везде эта новость! Простаки могут и не понять, что там к чему, да и плевать на них! — энергично, зло заговорил Тристан, вынув сигару изо рта. — Главное, что маги понимают — все понимают, что тот, кто пришел за Лонгхэдами, может прийти и за ними! Империя, Владыка Смерти, Хофманн, голожопые африканские шаманы, да неважно, кто там приходил, главное, что он насрал нам на головы и успешно скрыл свои следы! Знаете, что сейчас будет?!

Впрочем, ответ Тристану не требовался, поэтому он продолжал, даже не дав никому рта открыть.

―А я скажу вам, что будет! Все, буквально все, включая нас, немедленно схватятся за жопы и начнут их прикрывать! Нагородят чар, заклинаний, маботов, войск, закутаются в защиты, как мумии в бинты, засядут в своих скорлупках, как раки-отшельники и черепахеры! А потом, если нового удара не воспоследует — а его не воспоследует, потому что тот, кто это проделал умен и не будет напрыгивать с суицидальной миссией — неожиданно окажется, что все вооружились до зубов и сидят на куче всего. Обстановка и так напряженная, а тут еще все примутся друг друга обвинять, ведь ясно же, что одиночка мог хоть тысячу лет усираться, но не сделал бы такого! И все, полыхнет Третьей Магической, радостная бойня, дабы забыть страхи!

―А Малькольмы, значит, заранее все просчитали, — покачал головой Альфард. — Ох и хитрецы.

―Деньги — кровь Империи, и они, со своей силой крови, — Тристан мрачно оскалился, — чувствуют эти движения. Что еще хуже — если тот, кто это сделал, действительно настолько не дурак, то в разгар войны он ударит по еще какому-нибудь Родовому мэнору. Причем обставит все под удар вражеской стороны.

―Зачем это ему? — удивился Сергей вслух.

―А зачем ему или им нападение на родовой мэнор? — вперил в него тяжелый, давящий взгляд Тристан. — Вариантов тут только два — или Империи взялись ослаблять друг друга, или завелся сильный безумец, вроде Владыки Смерти, кто нашел способ взламывать защиты мэноров. И в том, и в другом случае ослабление и уничтожение — причем чужими руками! — будет им только на руку. Ну же! Что вы сидите, когда впору за головы хвататься?!

Причем обращался он не только к Гарольду, но и остальным Чопперам.

―Не шуми, — поморщился Альфард. — Всем и так ясно, что нарушен основополагающий запрет, краеугольный камень, на котором держалось общество. Неприкосновенность и незыблемость родовых мэноров и источников. Будем думать, императоры не глупее нас и понимают последствия, а значит, не будут поддаваться на провокации.

―Может даже наоборот, объявят всеобщий розыск и магическое возмездие, — с надеждой в голосе добавила Агата.

―Может, — кивнул Альфард. — Тогда точно нигде не скроется, разве что на дне морском, но и там можно отыскать было бы желание. И к вопросу о желаниях. В чем прав Тристан — так это в панике и страхах магов. Нужно немедленно подтвердить пакт с Малькольмами, взять деньги и начать расширять производство, а также рекламу Гарольда.

―Какую еще рекламу? — ощетинился Сергей.

―Пилот — ас, Глава Рода, причем Чопперов, делающих лучшие маботы в Империи, — пожал плечами Альфард с отсутствующим видом.

―О, я прямо вижу этот ролик, — неожиданно вспыхнула Агата, вытянула руку и заговорила мечтательным голосом, полуприкрыв глаза. — Пролёт по небу, стремительные фигуры высшего пилотажа, сокрушительный удар, и затем мабота крупным планом. Из него вылезает Гарольд, нет, лучше молодцевато так спрыгивает.

―Погодите, — перебил ее Сергей. — Только что говорили, что Императоры не допустят войны.

―Не допустят, — Альфард оставался спокоен, — но это не помешает магам бояться, а нам продавать им маботов, еще больше маботов. Обновить линии, запустить производства, создать новую модель и заполнить ей склады. Все распродадим, получим хорошую прибыль, Священные Рода и остальные получат хорошую защиту и обновят свой парк маботов, Империя в целом станет сильнее, всем выгодно.

―А если вдруг война?

―Тем более, продадим еще больше маботов и вообще, лучше воевать на новой технике, не так ли? — с победным видом припечатал Альфард Чоппер. — Кстати, надо будет подумать над моделью для защиты Источника.

Тристан уважительно покивал головой и начал что-то записывать.

―И это всё, что вас волнует? — крикнул Сергей.

―Нас волнует очень многое, — ответил Альфард за всех. — Включая безопасность нашего мэнора — а значит, в первую очередь, твоя безопасность, Гарольд! Но разве опасность это повод упускать прибыль и возможность расширения влияния? Нет, они всегда шли рука об руку, и может наши предки и рубили, не глядя, но зато потом смотрели за добычей в оба! Саманта сообщила мне, что у тебя наладился контакт с Лорой Палмер?

Сергей насторожился, начал мысленно перебирать варианты ответа.

―Палмеры — это хорошо, — задумчиво изрек Тристан. — Можно соединить их силу с нашими маботами, будет и нарядно и практично.

―И они как раз в поиске, — закивала Агата.

―Логистика с Индией может улучшиться, — чуть закатила глаза Барбара, словно обдумывая.

―Стоп! — вскинул руку Сергей, останавливая это испускание слюны по поводу перспектив. — Мне было обещано, что после приёма все это прекратится.

―Как можно прекращать в такой момент? — удивился Джейкоб. — Индийские заповедники! Наши земли там слабы, если породниться с Палмерами, можно сильно улучшить свои позиции. И Гималаи рядом! Высокогорные растения — это ценный источник ресурсов, даже если за них надо будет немного навтыкать этих узкоглазым китайчатам.

―Тем более, что наша модель «Хиллари» кроет их «Небесную птицу», как бык овцу, — самодовольно заметил Тристан.

―Мне нужно учиться магии, — процедил сквозь зубы Сергей.

―Так учись, кто ж мешает? — искренне удивился Тристан. — Но такие контракты и возможность породниться с первой наследницей Палмеров, они даются только раз. А магии учиться можно всегда.

―И суматоха из-за Лонгхэдов, — добавил дядя Альфард. — Такие возможности открываются! Для блага Рода…

―Мне говорили, — перебил его Сергей, — что после приёма минимум полгода будет осторожное прощупывание позиций и согласование намерений, прежде чем разговор хоть как-то отдаленно дойдет до теоретической возможности помолвки! А вы здесь уже меня поженили и делите земли!

―Кто же знал, что вы с Лорой Палмер так понравитесь друг другу?

―Да не нравимся мы друг другу!! — уже почти истерично заорал Сергей. — Просто у нас одинаковая судьба — родственники выставили и продают!

―Ну, это судьба всех наследников, — философски заметил Джейкоб.

―И Палмеры торгуются уже давно, все их никто не устраивает, даже как-то конференция была, помните, с Ричардом? — вмешалась Агата. — Никто не говорит, что они плохо продают товар, но время-то идет, часики тикают, а значит и наши шансы растут.

Сергея аж передернуло. Нет, он не питал особых иллюзий и знал, что такое договорные браки и как все это выглядело во времена средневековья, но тут! Ему казалось, что время есть, что есть шанс выучиться, вломить Гамильтону и потом… о потом, были бы уже совсем другие разговоры! С прямым благословением Матери-Магии, он бы многое поменял и уж точно запретил бы его продавать. Но тут вдруг все вывернуло на то, что свадьба будет чуть ли не завтра и вообще, надо все бросить и опять заниматься чем-то, не имеющим отношения к Самой Главной Миссии.

Отдельного оттенка добавляло то, что Лора ему искренне понравилась, и тут вот, вылезать и все ей портить? Себе портить? Только потому, что у Чопперов нет там каких-то высокогорных сорняков? Опять и снова — все та же ловушка, когда под рассказы об «интересах Рода» его вели куда-то в сторону.

―Палмеры, может, тоже не дураки, чувствуют, с кем перед войной дружить надо, — цинично заметил Альфард, но тут же оживился и прищелкнул пальцами.

Магический слуга наливал вино, а Альфард, чуть подавшись вперед, заговорил оживленно.

―Тройственный союз, а?! Чопперы, Малькольмы и Палмеры?! Три Рода из первой десятки, когда еще бывало такое?!

―Перед Второй мировой, — тут же отозвалась Барбара. — Лонгхэды, Лагранжи и Пруденты, тройная комбинация сил крови, они еще собирались этим инкам в Андах вломить, для начала, отжать себе полностью сельву Амазонки и сделать в ней один огромный заповедник.

―А, да-да-да, точно, — скривился Альфард. — Я и запамятовал, там сразу война грянула и началась мясорубка в Бенилюксе. Точно, Пруденты еще свой флот перебросили и войска, которые собрали под инков, потом в Гибралтаре застряли, пока их Франция не вышибла.

Освобождение, припомнил Сергей, привело также к возрождению старых кровавых империй, инков, ацтеков, майя и прочих, заграбаставших себе Южную и Центральную Америку. Опять лилась реками кровь и США, в которых с силой крови магических родов было не очень, приходилось нелегко. Британия и остальные поддерживали США, как щит против кровавых империй, но в клуб мировых держав не пускали.

―В любом случае — такой мощный союз стоит того, чтобы еще потрудиться!

―Послушайте, вы так и будете игнорировать мое мнение? — окончательно разозлился Сергей. — Я — Глава или нет?

―Глава, — согласился Альфард, — но ты же сам, Гарольд, согласился, что интересы Рода важнее! На балу были и другие красавицы, из важных Родов, но Палмеры среди них — на первом месте. Тем более, что вы понравились друг другу!

Сергей мысленно застонал, зарычал и закатил глаза.

―С косметической магией внешность не особо важна, — цинично заметила Барбара, выдыхая струю дыма. — На характер и привычки тоже можно наплевать, мэнор большой, можно хоть годами не встречаться. А зачатие проводить в дни наибольшего благоприятствования Мать-Магии, все это такие мелочи.

―В отличие от земель и связей, — наставительно вскинул палец Альфард. — Нам, как еще недавно сдававшим позиции…

Сергей выдохнул, заткнул руками уши, не слушая дядю. Не желая слушать. Опять интересы Рода! Сейчас женитьба, потом реклама, потом еще что-нибудь, какие-нибудь земли в Мухосранске, куда надо явиться лично, и дела, бумаги, бумаги и дела, ведь не может же он сидеть без дела, а магия, ну что магия? Магия не волк, в лес не убежит, а вот союзники, о это да, надо же понимать всю глубину наших глубин.

―Милорд? — раздался над ухом негромкий голос Дживса.

Сергей оглянулся — он переместился в свои покои, сам того не заметив. На душе неожиданно стало легко и спокойно, и он сказал.

―Знаешь что, Дживс, тащи выпивку и закуски. Хочу нажраться.

Глава 45

Дэбби сидела напротив в чинном, строгом платье, сложив руки на коленках и потупив глазки. Примерная школьница, да и только. Сергей, уже успевший употребить внутрь, но не испытавший от того облегчения, еще раз посмотрел на отчет службы безопасности. Предельно краткий и сухой. Не была, не участвовала, не привлекалась, проблем со здоровьем нет, следов подчиняющего магического воздействия не обнаружено, следов стирания памяти не обнаружено, в качестве источника сведений ценности не представляет (с пометкой, что все сообщенное о Роде Койл и лично наследнике Дункане, и без того было известно СБ), спящий дар слабой ясновидящей, рекомендации стандартные.

То есть попросту говоря, дар разбудить, а Дэбби вовлечь в клан.

―Скажи мне, Дэбби, — произнес Сергей задумчиво, — ты хотела бы работать на клан Чопперов?

Дэбби вскинула голову, но тут же опустила ее. Пальцы ее перебирали ткань платья, словно собираясь скомкать его.

―Я не знаю, ваша светлость, — отозвалась она тихо.

Сергей прищелкнул пальцами, вызывая служанку. Жизнь в мэноре в этом смысле не прошла даром, он понял, почему маги предпочитают использовать жесты, а не мысленные импульсы (хотя и их тоже). Сейчас, в полупьяном состоянии, он просто не смог бы сосредоточиться достаточно, чтобы отправить нужный импульс — не хватало ни опыта, ни тренировок. Зато жест просто работал.

―Налей гостье вина, — приказал он Талии.

―Вина? — вскинулась Дэбби.

―Я, конечно, могу развязать тебе язык заклинанием, — не стал увиливать Сергей, — но не хочу. А сама ты стесняешься. Выпей и расскажи, излей душу, так сказать.

При словах о душе нахлынули сведения о местных делах в этом вопросе. Магликанская церковь, да и прочие, чего уж там, признавали наличие души у магов. Призраки, полтергейсты, явления — некоторые особо вредные или могучие души даже колдовать немного умели. Но все это появлялось только из магов, и иногда из волшебных существ, как правило разумных. Люди ничего такого не производили и поэтому считалось, что у них нет души. То есть они были уже как бы и не люди, а животные второго сорта. Простаки.

Сергей налил себе маговиски и выпил залпом.

Разумеется, спасение обещалось и людям, тем, кто верно служит обладателям души. Сюда же вплетались восточные нотки, с кармой и улучшением себя, мол, трудись — служи и в будущей жизни станешь магом с душой и вообще. Сергей пока не понял, как оно сочетается, души, небеса и цикл перерождений, но религиоведение никогда не было его сильной стороной, а специальных изысканий он не проводил. Но в любом случае, толкования дяди Альфарда, его аналогии с животными, стали немного понятнее.

―Д-да, конечно, — кивнула Дэбби. — Я доверяю вам, ваша светлость.

И тоже выпила залпом. Магический табак не вызывал привыкания. Магическая выпивка не давала похмелья. Или, может быть, компоненты ее потом нейтрализовывали образующиеся альдегиды, Сергей не уточнял, удовлетворившись самим фактом.

―Еще? — спросил он у Дэбби, та помотала головой. — Тогда излагай.

Чего он прицепился к Дэбби, Сергей и сам не знал. Или, точнее говоря, знал, но не облекал это знание в словесные формулировки, довольствуясь смутным ощущением, что это правильно. Не хотелось ему сейчас чеканных формулировок, отточенных мыслей, хотелось тумана в голове и расслабления.

Но, увы, алкоголь не помог. И дело было даже не в защите Источника и протрезвляющих чарах, их Сергей отключил (с удовлетворением отметив сам факт, что можно пить и не пьянеть), а в том, что привычный способ не сработал. Дома, выпив и болтая с друзьями и товарищами по общежитию, о девчонках, играх, новых мемах из интернета, он отключался от учебы и действительности. Где-то глубоко внутри он знал, что можно пропустить завтра пару или вообще, махнуть рукой на универ и свалить, можно уйти от проблем, сменив их на другие.

Здесь было иначе.

Сергей знал, что завтра или даже сегодня, протрезвев, ему придется возвращаться ко все тем же проблемам. Иметь дело со все теми же упертыми старыми родственничками (в этом проблема была схожа с земной, но там Сергей сбежал в общежитие, а здесь?) и пытаться им что-то объяснить. Пытаться как-то изогнуть события в свою пользу, вернуться к миссии хоть каким-то боком.

―Я, — Дэбби облизала губы, попросила. — А можно еще вина?

―Конечно, — и Талия тут же налила ей еще.

Выпивка в библиотеке, конечно, смотрелась немного пошло, но Сергей злорадно подумал, что это его дом, где хочет, там и пьет. Он бы и в покои Дэбби пригласил, да та могла неправильно понять. Нет, она была красива, пускай и не дотягивала до красоток с косметической магией, и может даже была бы не прочь ответить на чувства Гарольда, пускай и в качестве благодарности за спасение на охоте, а не из-за любви. Но тут выплывал еще один пример влияния родственников, чтоб их Мать-Магия побрала, на окружающую действительность. Вскроют же череп и съедят мозг ложечкой, за неправильные связи — но не из-за секса, а потому что такая связь сейчас могла помешать выгодной женитьбе в интересах Рода.

Желание послать «родственников» по маме и по папе стало еще сильнее.

―Мои родители служили верно и честно, — заговорила Дэбби, не поднимая глаза, — и чем род Койл отплатил нам? Маргарет Койл забрала моего младшего брата и искалечила его во время секса. Конечно, ее наказали, но только тогда, когда вмешался сам наследник Дункан, а если бы не эта охота… он убил моих родителей… и я думаю, что их ложно обвинили как раз из-за Майкла…

Голос ее прерывался и срывался на приглушенные рыдания и всхлипывания. Талия молча подала платок и еще вина, начала ласково поглаживать шею и плечи Дэбби. Мысли Сергея тут же свернули в известном направлении и он опять послал пачку мысленных проклятий родственничкам. Это ненадолго, только до приёма, все будет, интересы Рода, мысленно передразнивал он их. И вот, пожалуйста, приём прошел, а либидо никуда не делось, потому что ну как можно учиться магии, когда тут на носу такой выгодный союз? И в результате мысли по сто, тысяче раз на дню, сворачивают на баб, магический потенциал ищет выхода и не находит. Нет его!

Перекрыт родственниками, в интересах Рода! Тьфу!

―Спасибо, — всхлипнула Дэбби. — И я видела, что если бы не слово, меня так и оставили бы в клане, Маргарет осталась бы безнаказанной, а я бы прислуживала Дункану!

―И ты сбежала, — констатировал печально факт Сергей.

―Простите, ваша светлость…

―Просто Гарольд, — немного раздраженно повел рукой Сергей.

―Простите, Гарольд, но я знала только о вас, и вы помогли мне, просто так, ничего не требуя взамен, а тут еще этот бал… я подловила Дункана на слове и вот, собственно, — Дэбби потупила взор и опять начала перебирать складки платья. — Я знаю, что это выглядело некрасиво и прошу прощения.

―Не надо, — чуть поджал губы Сергей. — Дэбби, ты все сделала правильно. А с ответом про клан ты затруднилась, потому что теперь думаешь, что здесь все будет как у Малькольмов?

―Да, — прошелестела Дэбби настолько тихо, что обычными ушами Сергей ее не услышал. — Простите.

―Дэбби! Подними голову! Распрями плечи! — скомандовал Сергей. — Ну, куда делась та боевая девушка с охоты? Над тобой не колдовали, но похоже сумели все-таки забить и согнуть. Выпрямись! Здесь нет Дункана! И ты права насчет службы клану.

И от этого факта Сергею становилось тоскливо. Вот если бы он мог зажать всех в кулаке, но как? Как? Какой-то порочный круг, из которого не вырваться… не вырваться. В голове его забрезжила идея, но опять же не оформленная словами. Тень идеи? Ощущение идеи?

―Все для блага Рода и клана, — пробормотал Сергей.

―Я понимаю, что так везде, — вздохнула Дэбби, — но вы же просили ответить честно?

―И я искренне благодарен за ответ. Он натолкнул меня на одну интересную мысль.

Сергей покатал мысль в голове, словно пробуя на вкус, затем спросил задумчиво.

―Скажите, Дэбби, а вы хотели бы служить не клану, а лично мне?

―Разве вы не Глава Рода и клана? — недоуменно нахмурилась Дэбби. — Служить вам, все равно, что служить клану.

―Да, — признал Сергей с горечью.

Он замялся, не зная, как выразить свою мысль. Уверять, что он не такой? Или вообще не связываться с Дэбби? Но он же спас ее на охоте и потом она пришла к нему за защитой? Он же хотел найти верных людей, вот один такой сидит прямо перед ним, надо только убедить. Идеальные, тепличные условия для тренировки, ведь если он хочет сковать себе пирамиду верных ему людей и магов, тех, на кого он сможет опереться в борьбе за реальную власть и против Гамильтона, что в общем-то одно и то же, то ему надо будет научиться убеждать людей. Вести их за собой. Возглавлять по-настоящему, а не только благодаря кольцу на пальце.

Чего оно стоит на самом деле, отлично продемонстрировали старшие родственники.

―Но я готова служить лично вам, Глава Гарольд, — неожиданно твердо заявила Дэбби.

―С чего такие перемены? — удивился Сергей.

―Вы спасли меня там, на охоте, и здесь дали приют. Я видела, что вы были готовы отпустить меня, не требуя ничего взамен. Ваши дела сказали за вас. Я готова стать вашим личным вассалом и следовать за вами повсюду, куда вы прикажете!

Сергей удовлетворенно кивнул. Курсы тоже числились в личных вассалах, хотя и вида «труба ниже и дым жиже», так как они не были магами. Возможно, сама судьба или Мать-Магия подсказывали ему решение проблемы, тыкали в него носом, а он все не хотел видеть? Неважно.

―Да, я прикажу, — ухмыльнулся Сергей.

Ни тени сомнения не промелькнуло на лице Дэбби. Возможно, она и правда доверяла ему. Да и судьбы их, если присмотреться, были весьма схожи. Убитые врагами родители, жизнь среди обычных людей, с внезапно открывшимися потом магическими способностями и повышением социального статуса. Давление окружающей среды и посторонних людей или родственников, но в случае Сергея к ним вполне было применимо и посторонние или незнакомцы.

И самое главное: желание сбежать от всего этого, повысить личную силу.

―Я прикажу последовать за мной в Британскую Академию Магии! — воскликнул он, оформляя пришедшую ему в голову идею в слова.

Там у него будет все. Обучение магии. Жизнь отдельно от Чопперов — без потери статуса Главы. Жили же они без него шестнадцать лет и еще проживут парочку, ничего не случится. Отсрочка всей этой сраной женитьбы, ведь у Гарольда учеба, а учеба, как известно, важный и нужный процесс! Побег от всех этих бесконечных дел и бумаг, разговоров, рассказов о благе Рода, изучении всякого нужного и ненужного, потому что это нужно Роду, а не самому Сергею.

Там он сможет сосредоточиться на своей главной задаче — Гамильтоне. Тем более, что Гамильтон — бессменный ректор Академии, а значит, будет где-то рядом. Конечно, он опытнее, сильнее, на своей территории и прочее, но с даром воскрешения и отката во времени, Сергей уж точно сможет нащупать его слабое место, потратив десять, двадцать, да пускай сотню жизней! Плевать! Выполнить, обучиться, подняться, стряхнув всю эту шелуху сторонних дел. Не тратить время зря, закисая в родовом мэноре — тем более, что как показали последние дела, даже здесь небезопасно — а быть там, рядом с врагом, изучая его.

Взять с собой Дэбби, раз уж она маг, разбудить ее дар, ясновидение всегда пригодится, и кого-то из Туков. Барри, наверное, для примерного нивелирования возрастов и избегания неловких ситуаций с Пэгги. А саму Пэгги оставить здесь, да, пусть и дальше собирает информацию, наводит мосты и занимается дальнейшим расследованием гибели родителей Гарольда. Не то, чтобы там произошли какие-то серьезные подвижки, но все же. И к Гамильтону на этой же козе — защите, поставленной им на Гарольда после гибели его родителей — можно будет подъехать.

Идеальное решение, пускай опасное и чреватое множеством смертей.

―В БАМ?! — восхищенно выдохнула Дэбби. — Мне?!

―И мне тоже, — кивнул Сергей. — Будем учиться вместе, помогать друг другу.

Каких-то особых проблем с этим делом он не видел. Да, учеба не самое приятное занятие, но как-то же местные справляются? А у Сергея пять лет универа за плечами, учиться хоть немного да умеет. И заклинания в помощь, организм стабилизировался, нарастил ту самую «чешую», о которой ему толковала Гарриэт.

―Помогать? — теперь в голосе Дэбби звучал легкий ужас. — Я вам?

―Не волнуйся, я такой же профан в магии, как и ты, — заверил ее Сергей с улыбкой.

На душе неожиданно стало легко и просто, что являлось косвенным признаком правильности принятого решения. Да, предстояли проблемы, но решаемые, а не вся эта родовая круговерть.

―Ну, за БАМ! — вскинул он бокал.

―За БАМ! — вскинула бокал в ответ Дэбби.

Глава 46

Британская Академия Магии появилась, разумеется, после Освобождения, но не на пустом месте. Прятавшиеся маги понимали, что недостаточно просто поддерживать знания, они же еще собирались подкопить магической силы и вернуться, выдав всем по заслугам. Поэтому они организовали нечто вроде школы и центра обмена заклинаниями, два в одном. Выделили под это дело, не скупясь, самый мощный Источник, накрыли щитами, возвели здания и дело пошло.

В те времена скрывались все, поэтому никто не спешил вцепляться друг другу в глотки и рвать на куски из-за мести. А может и спешили, но конфликты сглаживались, об этом те книги, что прочел Сергей, умалчивали. Конечно, со временем начали проявляться все недостатки закрытого сообщества — упадок и деградация, в том числе и в сфере обучения. Это было одной из причин, почему Гамильтон с Хофманном поспешили со своим выступлением, но все же увеличенная продолжительность жизни магов и начальный импульс от тех, кто бежал и скрывался, поклявшись вернуться и отомстить, позволили не скатиться совсем уж на дно.

После Освобождения, разумеется, магия расцвела и дабы не начинать все с нуля, Академию Магии возвели на основе прошлой школы и центра обмена, сохранив имеющееся и многократно расширив. Обучение на дому сохранилось, но и изменилось при этом, сдвинулись сроки, стали другими условия. Умножение потенциала, закалка тела, отработка взаимодействия с палочкой — во всем этом Рода следовали рекомендациям именно Академии Магии. Методики домашнего обучения разнились — хотя, при желании можно было просто брать стандартные и рекомендованные Академией модели — но принцип оставался одним и тем же. И заклинания, вкупе с выбранными дисциплинами магии, тоже можно было учить на дому, но БАМ и в этом превосходила на голову любых частных учителей.

―Ну ты сам посуди, братец, — толковала Саманта, — будет ли очень сильный маг преподавать какому-то сопляку и возиться с ним?

―Ну, если это его сын? — предположил Сергей неуверенно.

Соблазнительное поведение Саманты закончилось, но воспоминания о нем остались. Да и мелькало в ее глазах нечто такое, шальное. Сергей уже пожалел, что взялся ее расспрашивать — Саманта и сама училась в БАМ и слова о том, что Гарольд размышляет над поступлением туда, восприняла как-то чересчур горячо.

―Сын, о да, — ухмыльнулась Саманта. — Великий маг не означает великий педагог, многие на этом срезались.

Сергей запоздало припомнил средневековый обычай отсылать детей и подростков на обучение и воспитание вне дома. Чтобы не разбаловать, чтобы их обучали в строгости и со всем прилежанием. Здесь и сейчас к этому следовало прибавить талант профессоров Академии. Или хотя бы привычку преподавать и учебный план.

―Считается, — произнес Сергей. — Найм кем-то, кто может оплатить услуги?

―Очень богатый Род, да, и еще надо найти мага-одиночку, чтобы не был связан с другим Родом, и не уступал по силе, — начала перечислять Саманта. — Бывали и такие случаи, конечно, но единицы в общем числе. А в Академии все бесплатно и поставлено на поток, для священных Родов, конечно, ну так, зря что ли наши деды и прадеды кровь проливали?

―То есть я могу просто послать им письмо и меня сразу зачислят? — спросил Сергей.

На приглашение на приём Гамильтон не ответил, о чём, впрочем, предупреждали. Но все равно, создавалось ощущение, что пошлешь бумаги в БАМ, а они тоже не ответят.

―Ты же Глава, — усмехнулась Саманта. — У них там для таких случаев особый порядок есть. Можешь поступить в любой момент, хоть посреди учебного года, и они тебе отдельное здание построят, чтобы ты мог его сам зачаровать, и магических слуг, если хочешь дадут.

―Слуг?

―Ну да, только редко кто соглашается, слуги они же БАМовские, а не твои личные. Наследникам тоже привилегии, но ты же целый Глава! Сможешь ходить только на те предметы, какие захочешь, и вообще.

На лице Саманты была написана неприкрытая зависть. Сергей же задумался. Он знал, как тяжело и противно учить все подряд, но если считать, что он уже освоил цель высшего образования, научился учиться? Нет, решил он, такое потакательство только расхолодит, да и неясно, какая из магий может пригодиться против Гамильтона. Надо посмотреть предметы, выбрать полезные… нет, надо попросить индивидуальный учебный план, стыкующийся с академическим, да.

―Посмотрим, — нейтрально заметил Сергей. — Может, вообще буду каждый день из мэнора приезжать туда.

―Не выйдет, — покачала головой Саманта. — Там порядки другие: прибыл — учись, всем необходимым Академия обеспечит. Но чтобы погружение в учебный процесс, без отвлечений на дом.

Сергей, который именно на это и рассчитывал, с трудом сдержал выдох удовлетворения. Расчет был верным, но нужно было подтвердить еще кое-что.

―Разве Священные Рода не против?

―Ну, кое-кто может и хотел бы свое чадо забрать, да только есть отдельный договор об Академии. Между Родами, Императором и Гамильтоном, — пояснила Саманта. — Ну ты сам подумай, туда же собираются представители всех Родов, да еще молодые и горячие, только ставшие совершеннолетними! Поэтому у Гамильтона там особые права, там ему даже Император особо не указ.

―Ого!

Не то, чтобы это сильно меняло дело. Убить Гамильтона, а если что пойдет не так, прикрыться Матерью-Магией. Не исключено, что многие Рода, желающие изменения договора и уменьшения прав Гамильтона, поддержат Гарольда, и тогда вообще удастся проскочить без проблем.

―Ну так, сам подумай, каждый там с силой крови и привычкой повелевать, а Гамильтон, если что, в роли дубинки для них. Местами очень способствует обучению, да и профессоров никто не задевает.

―А их там много? — спросил Сергей.

Нет, в книгах приводились цифры, но все эти ахи-охи о площади Академии, многочисленных корпусах и профессорах, о том, что целый городок рядом вырос, исключительно для обслуживания нужд Академии, все это оставалось некоей абстракцией в голове.

―Очень много, — ответила Саманта. — Все исследователи магии там.

―Разве в кланах не ведут своих исследований?

―Ведут, — пожала плечами Саманта, — но они, как правило, связаны с силой крови. В Академии же исследуют магию, сочиняют новые заклинания, изучают, что еще можно совместить с изобретениями простаков и так далее, и так далее. Идея оказалась настолько хорошей, что остальные страны ее подхватили у нас.

―Вот прямо все страны?

―Ну, кроме Германии. Британия и Германия начали первые, с подачи Гамильтона и Хофманна, чуть позже включилась Франция. Правда, у них был Фламель, поэтому вначале многие туда ехали. А потом уже все остальные подхватили. Но их Академии и университеты уступают нашим.

―Точно?

―Братец, мы — держава номер один в мире, — снисходительно бросила Саманта, принимая фривольную позу. — Неужели ты этого не знаешь?

―Слышал что-то краем уха, — сыронизировал Сергей в ответ. — И еще про какие-то Францию с Германией, где собрались жалкие подражатели Британской Империи.

―Да ну тебя! — притворно надулась Саманта, но тут же рассмеялась. — Жалкие подражатели, скажешь тоже!

―Ладно, я понял, что с поступлением в Академию у меня проблем не будет, — улыбнулся Сергей, возвращаясь к начальной теме, — а что насчет магических дисциплин? Стоп, стоп, список вот перечислен в книгах и самый подробный и новый вывешен на сайте Академии…

―Где? — переспросила Саманта недоуменно.

Сергей мысленно вздохнул. Магический интернет здесь был более развит, чем интернет на земле в те же годы, но строился на каких-то иных принципах. Да и компьютеры были не компьютерами, а скорее артефактами, вроде наливного яблочка на блюдечке из сказок. Термины, соответственно, тоже отличались.

―Ну, место в магосети, где можно ознакомиться с Академией, — объяснил он.

О да, там даже трехмерный интерактивный тур имелся, с полным погружением — Сергей не рискнул настолько отдаваться чужой магии, но все равно был впечатлен. Преподавателей и Гамильтона, там, конечно, не показывали, но общий вид на Академию сверху, где что преподают и в каких корпусах, площади и поля вокруг, городок рядом, все это можно было осмотреть.

Да что там, аналог скайпа тут тоже имелся, при помощи зачарованных зеркал.

―А, ты смотрел на образ Академии, — закивала Саманта. — И чем тебя не устраивает список?

―Я же не знаю магии, так? — начал объяснять Сергей. — Так как я смогу выбрать себе нужные предметы, если не знаю, о чем они? А если выберу не те? Что тогда, говорить, что они мне не подошли и брать новые? Перебирать все методом тыка? Если уж у нас лучшая Академия, то наверное это проблема решена как-то?

―Все, поняла, ты говоришь про специализацию, — опять закивала Саманта.

Она задумалась, приложив палец к губам, то ли формулируя мысль, то ли припоминая, что им самим рассказывали об организации учебного процесса.

―Первые два курса — общие предметы, — сказала Саманта, — которые нужны любому магу.

―Базис, понятно, — кивнул Сергей.

―Затем — специализация, как раз по итогам первых двух лет. Выясняют, кто к чему более склонен, к теормагу, домоводству, строительной магии или там техномагии. Хотя с тобой, братец, и так все ясно.

―Да? — насторожился Сергей.

―Склонность к боевой магии, любимец Матери-Магии, талант пилота, — объяснила Саманта. — Точно войдешь в сборную Академии, причем скорее всего еще на первом курсе. С твоим-то потенциалом!

Она вздохнула, немного завистливо, а Сергею неожиданно вспомнилось предупреждение дяди Альфарда. Насчет честолюбия Саманты и желания забраться выше. Похоже, в Академии тоже надо будет быть настороже — не только из-за Гамильтона, но и из-за родственников вроде Саманты под боком. Или нет? Если поманить ее возвышением, то на что она будет готова? И речь здесь вовсе не о сексе, размышлял Сергей, а о готовности прикрыть спину в ударе по Гамильтону. Впрочем, судя по горячности ее восклицаний о ректоре, возможно, она искренне преклоняется перед ним. Но все же такую возможность приобрести союзников тоже следовало обдумать.

―И что это за сборная? — спросил он.

―Сборная пилотов маботов, куда берут только самых лучших, — пояснила Саманта. — Множество великих асов начинали в сборной Академии.

―Погоди-погоди, — начало доходить до Сергея. — Ты говоришь о боях маботов?

Вот это точно была любимая передача Парри. Кровавый и зрелищный вид спорта, неизменно приковывавший огромную часть населения к экранам телевизоров. У клана Чопперов тоже имелась команда «Боевые Топоры», вот только у Сергея все не доходили руки познакомиться с ними и посмотреть на тренировки.

―Что-то вроде, хотя в боях маботов — которые по телевизору — обычно участвуют не родовитые маги, да и модели там, старые и типовые. Простакам, конечно, и этого хватает, сидят, раскрыв рты.

Вот здесь она уязвила Парри в самое сердце. Он-то так восхищался, а ему, оказывается, показывали старье?!

―Погоди, а как же команда нашего клана? — удивился Сергей.

―Ай, братец, ты опять все путаешь, — с досадой в голосе отмахнулась Саманта. — Команда клана — это для состязаний между кланами и решения разных вопросов, иногда проще решить все поединком команд маботов, чем затевать месть. А бои маботов по телевизору — это другое. И сборная Академии это третье.

―Ладно, — помотал головой Сергей, — расскажи про сборную Академии.

―Обучение пилотированию мабота, проектирование таковых, основы устройства — все это входит в базовые дисциплины, — тут же начала рассказывать Саманта, — потому что каждый маг должен это знать и суметь, при необходимости построить мабота.

Толково придумано, подумал Сергей, если смотреть с точки зрения сохранения своей власти над людьми.

―Соответственно, проходят практические занятия, полеты, сражения на полигонах, все необходимое в Академии есть. Сражения команд факультетов, опять же, они очень популярны в Академии, за ними следят, они влияют на негласные рейтинги, даже профессора частенько болеют за ту или иную команду.

―И чем это тогда отличается от боев маботов по телевизору? — искренне удивился Сергей.

―Да хотя бы тем, что там в основном выступают одиночки, желающие выгоднее показать себя перед каким-то кланом или наняться подороже! А в Академии выступают родовитые маги! — гневно воскликнула Саманта.

Сергей все равно не увидел разницы, но не стал возражать, кивнул в ответ. Похоже, он опять чего-то не понимал во всей этой магической культуре, чего-то, что для местных являлось вещью, естественной как дыхание.

―А в сборную Академии так вообще берут только лучших! И у них у всех, как правило, индивидуальные маботы! — продолжала бурно негодовать Саманта. — Такого тебе по телевизору не покажут, только по магическому! И сборная Академии защищает честь Империи перед другими Академиями на ежегодном чемпионате!

―Ладно, ладно, я понял, что ничего не понимаю, — вскинул руки Сергей. — Если меня возьмут в эту сборную…

―Не если, а когда!

―Когда меня возьмут в эту сборную, уверен, во всем разберусь на месте, — кивнул он. — Спасибо за лекцию, сестренка, кое-что стало понятнее.

―Да что-то незаметно!

―Я не про бои маботов, а про магию — все же я еду туда учиться, в первую очередь, учиться, учиться и еще раз учиться.

Основы первые два года это было прекрасно, а если потребуется где-то ускориться или отказаться — право выбора предметов всегда с ним, и это успокаивало. Обнадеживало. Теперь оставалось только разобраться с маботом.

Глава 47

Мастерская Джонатана и Розы Чоппер была все такой же тихой и пустой, разве что пыль исчезла, стараниями магических слуг. Да-да, родители Гарольда работали тут вместе, сочетая силу крови Чопперов с талантами Розы в защите и алхимии. Сергей, разумеется, с налета не освоил всё про маботов, но кое-что все же понял. Что-то подсмотрел на заводе маботов у дяди Тристана, где-то нашел записи родителей. И магия Источника, в роли своеобразного тестера и анализатора, инструмента, помогающего лучше понять, чего напихали внутрь «Молнии».

Имя недостроенному маботу было присвоено не зря, по своим скоростным характеристикам он должен был превосходить даже курьеров и разведчиков. Разумеется, такое требовало подлинного таланта пилота мабота, но он у Джонатана Чоппера имелся. И особых характеристик самого мабота, но и они имелись. Металл Дайсонов, магоэлектроника с вкраплениями драгоценных камней, обработанных силой Палмеров, Сергей насчитал не менее десятка других сил крови, не Чопперов, и наверняка еще несколько пропустил.

При этом, судя по записям родителей Гарольда, они осознавали проблему — уникальные узлы — артефакты на ходу, в поле, так быстро не заменить, или вчерашние союзники могли стать врагами и прекратить поставки (именно уникальных вещей, продаваемых как союзникам и друзьям, не массовую штамповку, которую можно было купить с наценкой даже у врагов). Поэтому все узлы можно было заменить на стандартные, переделать, отключить, при необходимости. Характеристики мабота при этом, конечно, падали, но и полевой ремонт не превращался в непосильную задачу.

Все эти уникальные компоненты и основа из обработанного силой крови металла изначально задирали цену «Молнии» чуть ли не на два порядка. После дальнейшей обработки силой крови Чопперов, а также защиты от Розы, мабот становился просто бесценным. Крепость и прочность позволяли ему выдерживать обычные атаки без вреда, а также маневрировать на тех самых запредельных скоростях, без разрушения внутренностей. Увеличенная защита позволяла выкинуть капсулу, освободив еще и еще места.

При меньших, по сравнению со стандартными моделями, размерах, «Молния» несла в себе больше вооружения, больше приспособлений, чем даже специализированные маботы, заточенные на одну задачу. Комбинезон, опять же зачарованный силой Чопперов и сшитый на основе дорогущих растений Лонгхэдов, позволял компенсировать перегрузки, а также повышал чувствительность управления, скорость реакции самого пилота. В результате «Молния» могла в одиночку разносить целые отряды маботов, самовосстанавливаясь после мелких повреждений.

Точнее говоря, могла бы, будь она закончена.

И во всей этой мощи и универсальности имелся еще один огромный минус. Молния требовала от пилота просто запредельной магической мощности. Она могла функционировать и на 10 % мощности, доступных, как указывалось в записях «среднему магу Священного Рода», но при этом оставалась бы просто запредельно дорогой игрушкой для полетов. Всю свою мощь, включая механизм телепортации мабота прямо на поле боя, она показала бы только с могучим пилотом.

Таким, как Гарольд Чоппер.

Вот только Молния была не закончена, и Сергей, честно говоря, даже не знал, с какого конца начать подступать к завершению работ. В теории надо было просто собрать оставшиеся части, но на практике возникали проблемы. Мало того, что требовалась масса заклинаний — собранная часть полыхала ими, словно маяк — которых Сергей не знал, так еще и накладывать их требовалось в правильной последовательности. И собирать тоже.

Только в представлениях обычного человека, маги взмахом палочки создавали себе голема или робота, а потом сразу начинали пользоваться им. Магический сопромат — сколько заклинаний может выдержать материал, совместимость и проводимость, и наоборот, несовместимость заклинаний. Магическая изоляция от утечек энергии. Все это требовалось учесть, скомпоновать, не допустить конфликтов при сборке и в работе. С учетом того, насколько Молния была напичкана артефактами и заклинаниями, одно неверное движение и мабот оказался бы испорчен. Это также объясняло, почему родители Гарольда трудились над ним здесь — наверняка они прибегали к помощи Источника, чтобы не сделать этого самого неверного движения, попутно дополнительно напитывали Молнию магией, а также собирались провести финальный ритуал.

Дерзкое, смелое, опасное решение — в девяти случаях из десяти после такого ритуала мабот ломался навсегда.

Полное зачарование собранного мабота силой крови Чопперов, поверх всех артефактов, заклинаний, сил крови и прочего. Для Сергея это было все равно, что ребенку из детского сада, едва освоившему счет до трех, увидеть дифференциальные уравнения высшей математики. Мало того, что в них ничего не понял, так еще и глаза начали немедленно закрываться.

―Не из-за этой ли машинки вас убили? — пробормотал Сергей в тишине мастерской.

Традиционный ритуал обхода вокруг «Молнии» был уже выполнен, легкие касания магией Источника проведены, новых идей, как и раньше, не появилось. Очень, очень соблазнительно было явиться в Академию на «Молнии». Сверхмощный и сверхбыстрый уникальный мабот — дополнительные шансы пройти в сборную и приблизиться к Гамильтону. Или просто напасть на него на «Молнии», ударить издалека, чтобы ректор даже не понял ничего!

―Эх, эх, эх, эх, — шумно вздохнул он несколько раз.

Размеры маботов — пускай и постоянно уменьшающиеся — были вызваны как раз проблемой несовместимости разных артефактов друг с другом (а значит, требовалось пространство, чтобы разделить их, поставить защиту, провести какое-то сопряжение через третий артефакт) и их всех с расширенным пространством. Чары расширения становились нестабильны при тех потоках энергии, что хлестали по энерговодам мабота, и разрушались, уничтожая часть мабота или целиком. Была даже отдельная ветвь магической науки — подбор и разработка совместимых друг с другом артефактов и компоновка их в маботе. На этом поприще было достигнуто немало успехов, но при этом, совмещение несовместимого все еще давало наилучшие результаты.

Молния в этом вопросе не была исключением.

―Как же все это непросто, — пробормотал Сергей.

Вызвав себе материалы о гибели родителей Гарольда, он разложил их на верстаке. Сергей читал их уже дюжину раз и знал чуть ли не наизусть. Обычный летний день 81-го года. Джонатан и Роза Чопперы, в сопровождении Бёртона Курса, его сестры Марии и тогдашнего главы СБ, Кормака МакЛеннона, отбыли куда-то, предположительно на тайную встречу с кем-то. Или на инспекцию завода маботов. Или в заповедник. Здесь версии расходились. Единственной добавкой были показания Пэгги, которой Бёртон как-то сказал, что «такого вообще не должно было случиться, никто ничего не ожидал, не в этом месте». Но что это за место, почему там никто ничего не ожидал, он не рассказал, ответив, мол, сам все расскажет Гарольду, когда тот подрастет и когда спадут печати с его памяти.

Единственными словами Бёртона о бое было то, что их ударили в спину и что он сам уцелел лишь потому, что никого не интересовал. Его отбросило в сторону и он, увидев, что родители Гарольда мертвы, предпочел трактовать клятву как необходимость защитить Гарольда, а не мстить за трупы своих работодателей и сестры. И рванул к Пэгги, после чего они ударились в бега, спасая жизнь Гарольда. Во время бегства они и столкнулись с Гамильтоном, который спешил на выручку Чопперам, учуяв что-то неладно, но все же опоздал. Гарольд его не слишком интересовал, но все же Гамильтон согласился помочь, уступив мольбам Курсов, и поставил защиты. Именно благодаря им Курсы сумели избежать магического поиска и скрыться, переезжая с места на место.

Разумеется, кто нападал и почему, так и осталось неизвестным. У Сергея даже мелькала мысль поднять Бёртона, но ознакомившись с основами некромантии, он отказался от этой мысли. Поднятые трупы, призраки, скелеты — все как один теряли воспоминания о прошлом, сохраняя в себе лишь неутолимую жажду рвать все живое (из-за чего и гибли неопытные некроманты и почему нежить вообще применяли как оружие) и воспоминания лишь о своем периоде посмертного «существования».

Но мысли Сергея вернулись к гибели родителей Гарольда немного по другой причине. Здесь, в мастерской под мэнором, отсутствовали необходимые запчасти и ингредиенты для завершения «Молнии». Рука и голова, лежащие отдельно, были лишь заготовками, полыми внутри и ждущими начинки. Да что там, внутри Молнии тоже было пустовато, насколько понял Сергей, сверяя заметки Джонатана с действительностью. Главная сокровищница Рода, хранилище артефактов — которые с таким восторгом навещали Альфард и Тристан, перебрасывая запасы в работу — там тоже отсутствовала начинка Молнии.

Конечно, оставался шанс, что работы над маботом остановились как раз поэтому — не хватало компонентов, но все же у Сергея зародилось подозрение, что в тот злополучный день родители Гарольда навещали еще одно тайное хранилище. Отдельное и скрытое от всех и содержащее какие-то артефакты, относящиеся к Молнии. Возможно, они подозревали предательство среди родственников, поэтому и взяли с собой Бёртона и главу СБ, а не того же Альфарда или Тристана.

Или они хотели организовать себе хранилище и убежище, отдельно от мэнора? Сергей обдумал и отмел эту мысль, лучше защиты Источника, связанного с Главой нерушимыми узами, ничего еще не придумали. Возможно, они опасались того же врага, что напал на Лонгхэдов, но почему тот ждал так долго? Ждал появления Главы? Если они планировали убежище для Гарольда, это объясняло бы присутствие Бёртона, но не объясняло, почему тот не рванул туда и не отсиделся в убежище. Зачем вообще было брать Бёртона с собой? Телохранителем? Смешно. Нет, это явно было связано с Курсами и их ролью при Гарольде, но опять же, если подумать с высоты новых знаний — телохранители-люди при маге? Почему не маги? Родители Гарольда чего-то опасались или что-то предвидели? Если предвидели, почему не предотвратили?

Но версия с убежищем хоть как-то, с огромной натяжкой, объясняла все детали.

―И если там содержимое Молнии, — задумчиво пробормотал Сергей, после чего закончил грустным голосом, — то оно мне ничего не даст.

Это ж надо будет напичкать мабота, с применением заклинаний, да еще возможно, зачаровывать после установки, силой крови. Или до? Он не знал даже этого. Посвятить в тайну Тристана и его людей? Возможно. Но внутренний голос продолжал упорно твердить Сергею, что Молнию надо оставить в тайне, завершить самому, а потом применить против Гамильтона. Раз про нее никто не будет знать (а Дживс промолчит), то это поможет ускользнуть от обвинений — ведь невозможно будет просто так убить одного из сильнейших магов, ректора Академии, героя Освобождения, и не оставить следов? Невозможно. А так можно будет списать на тех же гадов, что Лонгхэдов разнесли.

―Ха-ха, точно! — прихлопнул по коленкам Сергей.

Да, возможно, где-то имелось тайное убежище с запчастями Молнии, и его следовало найти. Этим и займется Пэгги, прикрываясь расследованием гибели родителей Гарольда. Сам Сергей же, в Академии, наберется знаний о маботах, привлечет, не раскрывая деталей, магов Тристана, и поймет, что нужно доделать в Молнии. В Академию же он отправится с Чайкой, другим отцовским маботом, который вполне себе на ходу. И можно будет специалистов Академии к его ремонту привлекать и учиться, учиться, не выдавая тайны.

Чем не план по сносу Гамильтона? Причем вполне посильный и одиночке, не влезая в дела клана и рода, требующий лишь учебы и времени, то есть вполне посильных для Сергея задач. Плюс, нахождение в Академии поможет изучить Гамильтона, без всех этих дел Рода. Сергей довольно потёр руки, радуясь, что выход нашелся.

―Ну а теперь, раз уж дела идут так прекрасно, надо бы избавиться от еще одного травмирующего воспоминания, — с ухмылкой пробормотал он. — Закрыть гештальт, как говорят умники из интернета.

Эрато появилась почти моментально, в той же форме горничной, что и в прошлый раз, с такой же метелкой. Конечно, любая из служанок могла принять такой же образ, горничной — негритянки, но Сергею почему-то было важно, чтобы явилась ровно та же служанка. Как и в прошлый раз он прижал ее к столу, вжался в горячее тело, перекатывая в руках податливую плоть.

―Я грязная и плохая служанка, — простонала Эрато. — Глава, очистите меня своей волшебной палочкой изнутри!

―О да, именно так я и поступлю! — заверил ее Сергей.

Поднявшись наверх, приняв душ и переодевшись, Сергей ощутил себя чистым и умиротворенным, как душевно, так и телесно. План был составлен, меры приняты, теперь оставалось только следовать по новому пути, оставив родственничков и Род на время за спиной. Он уже собирался пообедать, когда пришел вызов от дяди Альфарда. Подумав секунду, Сергей пригласил его разделить трапезу, решив, что так будет проще. Все равно он не собирался соглашаться на уговоры дяди подождать и не ездить в БАМ, пока не будут извлечены все выгоды из его возвращения.

Но обед первые десять минут шел в тишине.

―Да-да, знаю, ты уже решил, и уговаривать тебя бесполезно, — немного сердито заявил Альфард, откладывая в сторону вилку и нож.

―Я думал, какое-то срочное дело, — небрежным тоном заметил Сергей, — а вместо этого тишина.

Все преимущества были на его стороне, можно было и подколоть слегка дядю. Но тот отозвался неожиданно задумчиво.

―Дункан Малькольм прислал тебе приглашение, вы же теперь друзья?

―Ну, — Сергей покрутил неопределенно рукой, не зная, как все это трактовать.

―Я не буду больше просить тебя остаться, но к Малькольмам съезди? — тон Альфарда стал чуть ли не умоляющим. — Одна поездка всего, а? Лукас Малькольм, отец Дункана и Глава Рода, посмотрит на тебя, познакомитесь, словесно подтвердите пакт, и мы уж дальше сами справимся. Пока будешь изучать магию, мы уже пустим в дело их деньги, а они наших маботов.

Сергей опять задумался. Что же, другие Рода приезжали же в Чоппер-мэнор, почему бы ему не съездить к Малькольмам? Дядя отстанет с уговорами, Род станет сильнее, что же, ради такого можно было и потерпеть немного.

―Хорошо, съезжу, — кивнул Сергей, — но только одна поездка.

―Слово! — обрадованно воскликнул Альфард, снова накидываясь на еду. — Ты не пожалеешь, что согласился!

Глава 48

Честно говоря, Сергей не знал, чего ждать от этой встречи, поэтому заранее настроился на самое худшее. Тягостные и непонятные беседы о магических делах, этикет, макание с головой в эту бездонную лужу под названием «воспитанный простаками», приставания незнакомых девиц и попытки воздействия магией в чужом мэноре, которых он даже не заметит, а потом будет выглядеть дураком перед дядей Альфардом и прочими родственниками. Не говоря уже о непременной охоте, где он упадет с шестинога, или не сможет исполнить заклинания.

Но реальность опять обманула его ожидания.

Лукас Малькольм, Глава Рода Малькольмов, холеный блондин средних лет, чьи пальцы были унизаны перстнями, не стал разводить церемоний и приплясываний. Просто пожал руку Гарольду, они подтвердили союз между двумя Родами, и на этом вся официальная часть закончилась. Затем его и Дункана отправили «развлекаться».

―Наше знакомство началось не в самых лучших условиях, — Дункан развел руками, — да и продолжилось тоже не совсем хорошо. Надо полагать, Дэбби обижена на нас и лично на меня?

―Скорее испугана, — ответил Сергей.

Дункан вздохнул и провел рукой по какой-то замысловатой (и наверняка модной) прическе. Белые волосы, того же оттенка белизны, что и Лукаса, даже и не подумали сминаться или растрепываться. Сам Дункан тоже выглядел этаким холеным модником, в костюмчике с иголочки, начищенными до зеркального блеска туфлями, и прочими деталями метросексуала. Не видел бы его Сергей на охоте, счел бы представителем именно этого вида городских жителей.

―Я предполагал, что так и будет, — пояснил Дункан, — но увы, не все в наших силах. Позволь мне загладить свою вину и выступить в роли гостеприимного хозяина и гида?

―Гида? — чуть удивился Сергей.

―Посетим Лондон, прогуляемся, посмотрим достопримечательности, развлечемся где-нибудь, попутно непринужденно поболтаем. Не о делах, конечно, дела оставим в своих мэнорах, согласен?

―Согласен.

―Тогда прошу, — сделал приглашающий жест Дункан.

Сергей даже не понял вначале, куда, но как выяснилось, его приглашали к телепортационной комнате.

―Вроде бы телепорт-сети Родов не соединены с общей? — припомнил он слова кого-то из дядьёв.

―Так и есть, — кивнул Дункан, глядя в огромное зеркало, занимающее всю стену.

Он чуть поправил галстук, смахнул что-то невидимое с рукава, затем неожиданно улыбнулся и начал рассказывать.

―У Императоров всегда хватало своих финансистов, но нас, Малькольмов, благодаря силе крови, тоже привлекали к этим делам. И вот однажды, прошлый Император и отец нынешнего, Конвей Фейн, предложил дедушке, Абрахаму Малькольму, пост казначея. Времена были трудные, после Второй мировой, и Император рассчитывал на нашу силу крови.

Рассказывал Дункан интересно, без пафоса и вальяжности, не строил из себя охрененного аристократа и ничем не демонстрировал враждебности или желания унизить Гарольда. Мир вокруг моргнул и они оказались в другом телепорт-зале.

―Дедушка, разумеется, согласился, — Дункан сделал приглашающий жест, — но тут набежали придворные злопыхатели и начали нашептывать Императору, что раз казначей, то надо присматривать за ним особо, с деньгами же дело имеет. Мол, начнет подделывать, благодаря своей силе крови, поэтому надо открыть доступ к телепорт-сети Малькольмов, назначить надзирающих, ну и так далее, сам знаешь, как оно бывает — предложения вроде и по делу, а слова такие, что впору на дуэль вызывать.

Они прошли по какому-то коридору с кучей дверей, сбоку вынырнул пожилой слуга, с бакенбардами, поклонился Дункану. Тот шевельнул в ответ рукой, слуга еще раз поклонился и исчез. Дункан же продолжил рассказывать.

―Дедушка тут же заявил, что привилегии Родов не продаются даже за честь служить Императору, ну, собственно, наши враги на это и рассчитывали. Поставить на место казначея своего человека, в общем, все эти смешные придворные интриги со стороны Родов, не входящих в Священные.

―И что ответил Император? — невольно заинтересовался Сергей.

Похоже, они переместились в другой особняк Малькольмов, но куда? Магии вокруг было много, очень много, но с Источниками она имела мало общего.

―Поставил дедушку главным казначеем, разумеется, — ответил Дункан таким тоном, словно это само собой разумелось, — и уже через полгода финансовый кризис в стране закончился.

Двери перед ними распахнулись и они вышли из огромного особняка. Маголет с открытым верхом уже ждал у подножия лестницы. Сергей хотел спросить, где они, но тут заметил вдалеке здание, известное даже ему. Биг Бен.

―Так мы в Лондоне? — небрежным тоном поинтересовался он.

―Да, на Пикадилли, где находятся особняки всех священных Родов, — так же небрежно бросил в ответ Дункан. — Позволяет посещать Лондон без необходимости пользоваться общей сетью и дворец Императора недалеко. Если что-то случится, Священные Рода сразу прибудут ему на помощь.

Он небрежно развалился на заднем сиденье маголета, а Сергей подумал, что значит где-то здесь должен находиться и особняк Чопперов. Маголет взмыл и неспешно полетел вперед, на высоте пяти метров над землей, по теннистой аллее, ведущей к главным воротам.

―В другой раз мы бы обязательно поднялись на максимально разрешенную высоту в сто метров, — пояснил Дункан, — но я же обещал выступить гидом!

―Сто метров? — нахмурился Сергей.

Взлететь было заманчиво, но он же не в маботе и не у себя дома — что будет, если маголет перевернется?

―Увы, увы, — печально вздохнул Дункан. — После воздушных атак во Второй Магической и нападений террористов разрешенная высота была ограничена. Пруденты, да и другие тоже, писали петицию Императору, но гарантий того, что все не повторится, предоставить не смогли.

Несомненно, водитель был человеком или магом, верным клану и Роду Малькольмов, но все равно, было как-то непривычно, вот так вот болтать открыто в присутствии постороннего. И в машине с открытым верхом. В маголетах Чопперов имелись перегородки и комплексы заклинаний, а здесь? Непонятно.

Ворота распахнулись и маголет чинно вылетел на улицу, полетел поверх потока обычных автомобилей. Воздушных пробок вокруг не наблюдалось, хотя маголеты мелькали, конечно, чаще, чем в Суррее. Также Сергею бросилось в глаза, что обычная «лапша» из проводов, вывесок, коммуникаций по воздуху, здесь отсутствует. Надо полагать, чтобы они не мешали полетам, подумал он, а также проходу маботов.

―Думаю, для начала легкий перекус на террасе «Императорского сада» будет в самый раз, — предложил Дункан.

Сергей не стал возражать. Он и раньше отличался хорошим аппетитом, а уж тело Парри и подавно. Иногда создавалось впечатление, что весь этот впечатляющий магический потенциал, о котором ему столько твердили, обеспечивался как раз едой.

―Посмотрим на столицу, поболтаем, а там и решим, что делать дальше, — продолжал Дункан.

―А что, ваша сила крови и правда позволяет подделывать деньги? — полюбопытствовал Сергей, доедая пирожное.

Терраса «Императорского сада» и правда была открытой, и вид открывался восхитительный. На тот самый дворец Императора, ранее известный как Букингемский, на комплекс садов вокруг, на Лондон и немного на Темзу. Комплексы заклинаний гарантировали, что никто их не подслушает и не подсмотрит — для Дункана и Сергея они сидели посреди террасы, для остальных их словно и не было. Заведение было из разряда «только для магов» и публики вокруг сейчас было немного.

―Позволяет, — легко признал Дункан. — Так же, как ваша позволяет легко взламывать любые чужие артефакты, но никто же не бьет тревоги по этому поводу?

Сергей улыбнулся.

―На самом деле, есть ограничения, недаром сразу после Освобождения изготовление денег передали горным карликам. В их прессах и матрицах заложена магия карликов и подделать ее на одной лишь силе крови… можно, но очень сложно. Поэтому мы просто даем слово не заниматься подделкой и этого достаточно. Не гвооря уже о том, что денег у нас и так хватает.

―Разве денег бывает мало? — сделал вид, что удивлен, Сергей.

―Много денег это гиперинфляция и обесценивание, это один из признаков того, что у страны проблемы, что она слаба, — улыбнулся Дункан. — Поэтому мы внедряем безналичную оплату, поэтому в среде Родов параллельно циркулируют магические деньги, чтобы не зависеть от денег простаков. Согласись, Гарольд, это было бы немного унизительно?

Сергей лишь пожал плечами. Знаний, как экономических, так и социальных, чтобы спорить с финансистом о небходимости двойной денежной системы, ему точно не хватало.

―Не говоря уже о том, что не надо придумывать ордена и медали. Одарил простака магической монетой и он уже счастлив. Но я хотел поговорить как раз о противоположном случае, о несчастном человеке. О Дэбби.

Пирожные были уже съедены, чай выпит, окрестности осмотрены — пожалуй, момент для разговора был выбран идеально. Во всяком случае, сил сердиться на Дункана Сергей в себе не ощущал. Тем более, что тот сдержал Слово и помог Дэбби.

―Несмотря на семьдесят лет, прошедших со времен Освобождения, нас, магов, все еще слишком мало, — заговорил Дункан предельно серьезным тоном. — Священных Родов, с тысячелетней историей и могучей силой крови, и того меньше. Новые, молодые Рода, что-то пытаются, но на одних ритуалах далеко не уедешь и тысячелетней истории себе не приобретешь. Одного плодитесь и размножайтесь тут недостаточно.

Дункан подумал, извлек из воздуха сигарету и прикурил от пальца, потом продолжил.

―Или достаточно, если мы хотим просто наплодить людей, обладающих толикой сродства к магии, если мы хотим разбавить и ослабить кровь, снова став уязвимыми перед простаками. Тем более, что их технологии убийств, с нашей помощью, шагнули далеко вперед.

Не видел ты ядерной бомбы, подумал Сергей отстраненно, и тут же замер, пораженный новой мыслью. А что, если по Лонгхэдам долбанули как раз тактическим ядерным зарядом? Защиты мэнора не выдержали, потому что не были рассчитаны на ядерное оружие, Источник разрушен, все остальное сожрало негасимое пламя. И мэнор уничтожен, и следы заметены.

―Вижу, ты силишься подобрать пример превосходства оружия простаков — не надо, — посоветовал Дункан. — Сейчас им нечего нам противопоставить, но я говорил больше в отвлеченном, абстрактном смысле. Мы научили их думать творчески, подхлестнули прогресс — смотри, как далеко вперед все шагнуло! Разве мыслимо было подумать о таком сотню лет назад?

Сергей, знавший, что на Земле местами справились не хуже без всякой магии, был не слишком впечатлен.

―Поэтому, если мы хотим оставаться во власти, нам надо бережно относиться к своим сородичам. Поэтому я не сдержал радости и сообщил Дэбби, что она маг, и поэтому же наши целители, проводившие обследование, доложили отцу.

Дункан выдохнул струю дыма, сложившуюся в силуэт птицы, посмотрел вдаль.

―Признаться честно, мы даже поругались немного, — сказал он. — Отец — прекрасный человек, гениальный финансист, и не только из-за силы крови, но деньги — это цифры, металл, бумага, биржевые сводки, там он в своей стихии. А вот в отношениях людей не слишком силен. Положено приглашать в клан обнаруженного мага, традиции и обычаи, понимаешь, такие!

Сергей ощутил к нему толику симпатии, ибо злость по поводу «традиции и обычаи» и «я старше, делай так, как я сказал» вполне разделял.

―Отец и перегнул немного палку. Со своей точки зрения он действовал как обычно, но если представить обычного человека, — Дункан покачал головой. — И я тоже оказался не на высоте. Единственное, на что меня хватило, слегка подтолкнуть ее, направить на бал и к тебе, Гарольд, подальше от нас.

―И этих подталкиваний она тоже испугалась, — сообщил Сергей.

―Значит, я вдвойне оказался не на высоте, — виновато ответил Дункан.

―В жизни не поверю, что у вас не было способов воздействия.

―Я давал слово защитить ее и позаботиться, — отозвался Дункан. — А отец, возможно, так и не понял, что враждебно настроенный нам пророк это еще хуже, чем отсутствие пророка. Но если вдруг Дэбби захочет меня увидеть и принять слова прощения, то знай, что я готов извиниться. За себя и весь Род. Ну что, отправимся дальше?

Жестом фокусника он извлек откуда-то пластиковую карточку, а рядом тут же возникла феечка-официантка. Несмотря на свои миниатюрные размеры и мелкие крылышки, подносы она таскала уверенно, да и платежный терминал, больше напоминавший хрустальный шар гадалок, сжимала в ручонках уверенно.

―Ты хранишь платежную карточку в рукаве? — удивился Сергей.

Когда пластиковые карты вошли в массовый обиход на Земле, он толком не помнил, но потом решил не ломать голову. И мир другой, и наследник Рода на массового потребителя точно не тянул.

―В кармане расширенного пространства, вместе с волшебными палочками и прочими нужными в обычной жизни вещами, — пояснил Дункан.

К счастью, он не стал вопросительно смотреть на Гарольда или удивляться, что тот не знает такого. Сергей же в бешеном темпе размышлял, почему ему никто не сказал о таком, и как бы такому научиться. Шар в руках феечки вспыхнул багровым и она запищала радостно.

―Спасибо, что посетили нас! Приходите еще, мы всегда рады вас видеть!

―Придем, придем, — добродушно улыбаясь, заверил ее Дункан, поднимаясь. — Так, магазином артефактов Чопперов, тебя, конечно, не удивить, но что скажешь насчет трехмерного театра? Сегодня как раз премьера нового творения самого Винченцо Росси, «Николя Фламель и философский камень».

Сергей не стал возражать и они отправились в театр.

Глава 49

Дядя Альфард был очень сердит. Стоявший рядом дядя Тристан тоже. Джекил Чоппер, для разнообразия, просто смотрел на Сергея осуждающе. В руководство Рода он не входил, самоустранившись, но сейчас его притащили для поддержки.

―Глава Гарольд, уж извините, что в сотый раз говорю вам об этом! — заявил Альфард таким тоном, что ясно было, «извините» тут скорее для издевательства. — Но ваше простецкое воспитание опять может все разрушить!

―Всё, — поддержал Тристан.

―Для чего мы проводили приём?! Для чего тренировались и создавали вам определенный образ?!

―Чтобы как можно больше молодых шлюшек мечтало запрыгнуть ко мне на алтарь, — проворчал Сергей в ответ.

Джекил ухмыльнулся в густые седые усы, зато Альфард еще больше рассвирепел.

―Не молодых шлюшек, а уважаемых наследниц Священных Родов! Какого дьявола, Гарольд?! Столько трудов, а ты готов затащить на алтарь какую-то вчерашнюю простачку, спасенную в лесу?! Тебе магических служанок мало?!

―На какой еще алтарь?! — заорал в ответ Сергей.

―На Родовой!

―Зачем?!

―Ты же хотел добавить ей силы?! То ты этих простаков-Курсов чуть ли не в члены Рода тащишь, теперь эту Дэбби! Первая жена должна быть…

Сергей, тяжело дыша, щелкнул пальцами, отключая магией Источника звук повсюду. В ушах звенело, в голове тоже. Дядя Альфард, багровея на глазах, беззвучно разевал рот, разве что за сердце рукой не хватался. Но все же перерыв в криках помог, Сергей хоть немного сконцентрировался.

―Так, стоп, никто не собирался делать ее первой женой, — заявил он, включая обратно звук. — Даю в том слово!

Родственники, хмурясь, рассматривали Гарольда.

―А зачем ты тогда тащил ее к алтарю? — поинтересовался дядя Тристан.

―Попробовать разбудить ее дар магией Источника!

―Погоди, ты сказал — увеличить ее силу! — тут же уличил его Альфард.

―А что, это не одно и то же? — прикинулся дурачком Сергей.

Он, конечно, уже сообразил, что к чему, жаль только, что не сразу. Далеко за примерами ходить не нужно было, взять хотя бы его родителей. После заключения магического брака Роза Чоппер стала сильнее и так далее, и так далее. Разумеется, эти старые пердуны подумали именно об этом, что он влюбился в спасенную им девицу, а узнав, что у нее тоже есть магия, тут же потерял голову и потащил к Родовому Алтарю. Поиметь, усилить, заодно заключить магический брак, пролив, так сказать, кровь, возможно, что и в метафорическом смысле (состояние девственности Дэбби Сергея, разумеется, ничуть не волновало, и он им не интересовался), и тем самым разрушить все планы приёма на «выгодного жениха Гарольда Чоппера».

В этом мире, у магов, было все в порядке, как с родственными браками, так и с гаремами, хоть из мужчин, хоть из женщин, хоть из кентавров — было бы желание и возможности. Но при этом первая жена все-таки считалась старшей, главной над остальными, и возьми Гарольд в жены Дэбби, все эти «уважаемые наследницы» под нее уже не легли бы. Под Лору Палмер легли бы, возможно, даже буквально, а вот под Дэбби Уоррен нет.

В общем-то, причины гнева Альфарда и остальных стали понятны, но легче от этого как-то не становилось.

―Конечно же, нет! — крикнул Альфард. — Источник может увеличить силу того, кто с ним связан! Через силу крови и клятвы, через жертвы и ритуалы, через Родовой Алтарь! А это значит — магический брак!

―Я уже понял, но поверьте, не собирался делать ничего такого, — приложил руки к груди Сергей. — Только попробовать пробудить дар и все. Разумеется, с ее согласия.

Без дара ее бы не взяли в БАМ, собственно, с этого и началась вся история. Спящий потенциал мог быть каким угодно, но для учебы в Академии требовалась активная, проснувшаяся магия. Академия готова была пойти Гарольду навстречу во многом, его заверили, что отдельный особняк для него уже возводится и готовы были взять Дэбби без экзаменов, раз уж за нее ручался сам Глава Рода Чоппер. Но все же, требовалась активная магия. Хоть немного.

Сергей задал пару вопросов родственникам, а потом решил прибегнуть к не раз выручавшему его инструменту: магии Источника и даруемому ей интуитивному знанию. Пощупать, так сказать, Дэбби, устроить магическую акупунктуру, в общем, что-то да попробовать — не прибегая к кровавым ритуалам.

―Ну, ее согласие — это дело третье, — отмахнулся Альфард.

―Нет, — нахмурился Сергей. — Хватит с нее страданий у Малькольмов. В любом случае, я не собираюсь заключать с ней магический брак и она согласна попробовать пробудить магический дар. Так как меня никто не учил магии, то я не знаю, существуют ли какие-то стандартные методики пробуждения спящего дара. И если они есть, то прошу со мной ими поделиться.

В голосе Сергея звучал сарказм, но он уже ничего не мог с собой поделать. Достали.

―Это к Гарриэт, — тут же отмахнулся дядя. — И… кто там у нас за выявление и инициацию отвечает?

―Брауны, кажется, — нахмурился Тристан, но видно было, что он и сам толком не помнит.

―Целительство? — не понял Сергей, при чем тут Гарриэт.

―А ты как думал, племянничек. Конечно! Когда в организме есть магия, а он не может ее использовать, это болезнь, тяжелая болезнь.

―Магический запор, — подсказал Джекил Чоппер серьезным тоном. — Я вижу, разобрались без меня, и это хорошо. Понимаю, что мои слова могут прозвучать брюзжанием старика, но прошу вас, Глава, чаще спрашивайте совета у ваших дядей. Меня не спрашивайте, я слишком устал, а вот Альфард и Тристан за Род радеют.

Опять радение за Род, тут же мысленно окрысился Сергей. Как проблемы — так радение за Род.

―Обычно магия просыпается вскоре после рождения, — пояснил Альфард, — по крайней мере у детей магов. С простаками сложнее, но их тоже регулярно обследуют, на предмет спящего дара. Обычно находят еще в детстве, легко пробуждают, направляют. Но бывает, что дар проявляется и у взрослых, тогда сложнее всего. Методик не помню, это лучше спрашивать у Гарриэт, но кажется, пробуждают по методу, схожему с самим появлением магического дара.

―А его можно как-то создать?

―Не создать, нет. Появление дара чаще всего связано с экстремальными ситуациями, опасностями для жизни. Магия и без того есть в организме, необнаружимая в глубинах, но организм, в критической ситуации, усиливает ее, достигая уровня слабого дара, уже вполне обнаружимого стандартными измерителями. А там уж, пробудит человек дар или нет, как повезет. Скорее всего, многие гибли, так и не сумев воспользоваться этим даром, потому что его еще надо суметь активировать и выжить, суметь воспользоваться. Все это слишком случайно и ненадежно. Велись исследования в время войн, особенно массовых, мечтали создать целые армии, задавить врага, но в итоге только перевели зря кучу людей, — развернулся уже собиравшийся уходить Джекил и неожиданно выдал целую лекцию.

После чего все-таки ушел. Сергей покивал мысленно — ситуация у Дэбби была самая что ни на есть экстремальная, но снова помещать ее в такие условия? Нет, только если совсем не останется выхода.

―Благодарю, — склонил он голову, — но вначале я все же попробую свою идею, раз уж взялся за нее.

Родственники смотрели на него пристально, словно решая, что делать с этим своевольным и капризным ребенком, которого они, по каким-то причинам, не могут просто отшлепать и поставить в угол. Сергей набычился в ответ, ибо его такое отношение уже просто утомило. Оно могло быть мотивирующим в малых дозах, но не в крупных же!

―Дай слово, что не вступишь в магический брак с Дэбби Уоррен, — процедил Альфард.

Сергей хотел возмутиться, но его внезапно осенило новой идеей. Слово по сути являлось клятвой, заверяемой силой крови и Матерью-Магией, при помощи связи через все ту же силу крови и Родовой Алтарь. Поэтому слово магов-новичков, вчерашних людей, ценилось не слишком высоко — связь с Мать-Магией была слишком слаба и не факт, что она стала бы карать за нарушенную клятву, лишая, собственно магии. И наоборот, чем ближе маг стоял к вершине, а значит и Матери, тем выше ценилось его слово и тем более страшными были кары за его нарушение.

Разумеется, маги, при всем декларируемом ими превосходстве над людьми, все же «имели общего предка», и поэтому существовала масса уловок и в данной области. Формулировки слова, позволяющие потом его нарушить, хитрые обходные пути, предварительная подготовка, чтобы ты поклялся, а сделал все кто-то другой, кому ты отдал приказ еще до того, как дал слово, да мало ли, что можно было придумать. Но сейчас Сергей как раз не собирался хитрить, финтить и ловчить, а наоборот, искренне дать слово, поклясться от всей души.

―Даю слово, что никогда не вступлю в магический брак с Дэбби Уоррен, вне зависимости от обстоятельств, клятв, принуждений и ее желания, — отчетливо произнес Сергей, глядя прямо в глаза дяде.

Да, такое тоже существовало — подловить на слове, заставить нарушить и тем самым лишить магии. Просуществовало, правда, недолго, как выяснилось Мать-Магия не стеснялась карать направо и налево, и подобная практика практически сошла на нет. Но так как идея Сергея заключалась в том, чтобы дополнительно успокоить Дэбби, что ее никто ни к чему принуждать не будет, то он решил завернуть такую формулировку. Он и сам не взялся бы сказать, что произойдет, если теперь вдруг обстоятельства сложатся так, что кто-то попробует принудить его к магическому браку с Дэбби. Мать-Магия не подтвердит клятвы и покарает принудителя? Сергею очень хотелось верить в такой вариант.

―Хорошо, — наконец-то смягчился Альфард.

Напоминать о том, что Сергей дал Слово, он не стал — такое считалось неприличным. Мол, если уж дал слово, так сдержит, нечего оскорблять мага священного Рода недоверием, примерно так оно трактовалось по этикету.

Сергей перенесся к Дэбби и обрадовал ее известием.

―Вы дали слово, милорд? — пролепетала Дэбби.

Лицо ее вытянулось, словно она ни есть, ни пить не могла, так мечтала срочно вступить в магический брак с Гарольдом.

―Ты и так настрадалась, — объяснил Сергей, — и я же вижу, что ты все подергиваешься, думая, что тебя и здесь к чему-нибудь принудят. И что это за милорды?

―Но… Гарольд…, — Дэбби сглотнула, облизала накрашенные губы, — ты же и так обещал взять меня в Академию! Я и без того тебе верю!

―Ну, так будет надежнее, — после секундной досады ответил Сергей. — Чтобы уж наверняка. Учеба и еще раз учеба.

Тут, конечно, у Сергея имелись свои подозрения. Раз Дэбби так огорчилась, то на что-то же, да рассчитывала? Секс в общаге, ну или особняке в Академии, это же ни разу не магический брак, так? Хотя, если опять ссылаться на слово и не портить хороших отношений сексом?

―Да, ты прав, — чуть прикусила губу Дэбби. — Нужно думать об учебе.

―В общем, ритуалы есть, — спохватился Сергей, — но они все такие… вроде обряда инициации на охоте или в смертельной схватке. Поэтому вначале все же попробуем с Источником.

―Я доверяю тебе, Гарольд Чоппер! — произнесла Дэбби пафосно.

Она выпрямила спину, положила руки на колени, прикрыла глаза, и неожиданно превратилась в этакую институтку, пай-девочку, способную упасть в обморок от одного намека на неприличное слово. Метаморфоза усиливалась платьем, схожим с школьной формой, и Сергей тоже прикрыл глаза.

Потянулся к магии Источника, посмотрел через нее на Дэбби, пытаясь активировать что-нибудь, похожее на «магическое зрение». Как ни странно, получилось, он одновременно словно бы держал ее в огромных невидимых руках, ощущая вибрации тела и его энергии, и смотрел сверху, ощущая внутри Дэбби клубок энергии. Спутанный, искривленный, со свисающими нитями, ведущими в никуда, и словно бы пульсирующий, но очень медленно.

Повинуясь все тому же наитию, Сергей потянулся этими невидимыми руками к клубку. Начал медленно распутывать его и «собирать пазл» — присоединять оборванные концы к телу Дэбби. Клубок начал подергиваться, мешать, и Сергей придавил его, а затем чуть сдвинул и начал мять руками, словно делая прямой массаж сердца. Страх сделать что-то не то, присоединить что-то не туда и убить Дэбби плавал где-то на задворках сознания, не влияя на действия Сергея. Он знал о страхе, но это было некое абстрактное знание, почти несущественное на фоне знания фактического: что этот клубок и есть магическое сердце. Знания, что его надо соединить, а затем запустить, толкнуть, после чего магическое сердце или ядро начнет действовать. Пульсировать в такт организму, гнать магическую энергию по телу, ну в и общем, то магия станет активной, а дар пробудится.

Когда Сергей вышел из транса, Дэбби больше не выглядела чинной институткой. Она не столько сидела, сколько расплывалась на стуле, красная, словно распаренная, и изможденная.

―О, Гарольд, — простонала она, сползая со стула и теряя сознание.

Сергей успел подхватить ее магией Источника и подумал, что наверное все получилось. И еще немного порадовался, что этой сцены не видят старшие родственники, а то обязательно подумали бы совсем не то.

Глава 50

―Забудь о новом особняке, — сказал Альфард командным тоном, не слишком одобрительно наблюдая за сборами.

Вереницы чемоданов и сундуков словно сами собой плыли во воздуху, скрываясь в бездонных недрах маголёта. По правде говоря, Сергей собирался прибыть в Академию скромненько, с одним лишь бездонным чемоданом, но обстоятельства изменились. Во-первых, это было «не по традициям и обычаям», но этим еще как-то можно было пренебречь, в данном конкретном случае. Во-вторых, даже бездонные вещи лишь назывались таковыми, по факту все же имея конечный объем. Огромный, но все же конечный, а вещей с собой Сергею требовалось взять очень много. На целый особняк. И в-третьих, возможно самых главных, в бездонный чемодан не влезла бы «Чайка».

Так же как расширенное магией пространство практически не применялось в маботах из-за искажений и помех в работе, так и сами маботы — в уже готовом виде — не подлежали транспортировке в расширенном пространстве. Даже в специально изолированных контейнерах возникали помехи и искажения, которые потом очень тяжело обнаруживались и могли привести к поломке мабота в любой момент.

Самое смешное и странное при этом, что обычные противомагические щиты — отражающие вражеские заклинания и сгустки энергий, призванные нарушить работу внутренностей мабота — не справлялись. После долгих и вдумчивых исследований специалисты Британской Академии пришли к выводу, все дело в самой структуре расширенного пространства. Мол, она там повсюду и поэтому щиты с контейнерами не справляются. Одно время даже разрабатывались ловушки на основе расширенного пространства, считалось, что это станет ультимативным оружием против маботов.

Не стало. Ловушку надо было ставить в объеме и маскировать от обнаружения, и в итоге тратилось столько энергии, что ловушка все равно засекалась. Не говоря уже о том, что расширенное пространство не всегда сразу выводило мабот из строя и те вырывались, уничтожая всё и вся вокруг. Свое место в общем ряду анти-маботских мер и средств ловушки РП заняли, но ультимативным оружием все же не стали.

Сергей мог бы прилететь на «Чайке», а чемоданы могли бы доставить Барри и Дэбби, но тут в дело вмешались родственники. Собственно, Сергей сам был отчасти виноват, забирая «Чайку» у дяди Тристана упомянул желание прилететь на ней в БАМ, и началось. Бесполетные зоны над территориями других кланов и Родов, а что это ты с чемоданом и просто так прилетишь, нет, это не по традициям, и так оно все дошло до информации о новом особняке и дяди Альфарда.

―А где мне жить? — ехидно осведомился Сергей.

Нет, он отлично прожил бы и в общежитии, а вопрос был задан скорее, чтобы подколоть дядю. Но вышло немного неловко, потому что Альфард Чоппер посмотрел на племянника, как на идиота, и ответил:

―В старом особняке Чопперов, конечно.

―Старом?

―Построенном еще для Вудса Чоппера, когда он был еще только первым наследником, — тяжело роняя слова, объяснил Альфард Чоппер. — Да, Глава Рода там еще не появлялся, обычно Чопперы вначале учились в БАМе, потом становились Главами, но сути дела это не меняет. Особняк зачарован на совесть, снабжен всем необходимым, за исключением разве что телепортационной комнаты.

Вот эту часть Сергей знал. На территории Академии работали только телепортационные площадки Академии. И пропускали они только тех, кого разрешала Академия. Это не только отвечало требованиям Академии о погружении в учебный процесс (тут, правда, Сергей не совсем понял, в чем дело — с телесетью можно было хоть на обед в родной мэнор на другой конец страны спокойно возвращаться, но решил, что выяснит на месте), но и являлось одной из мер безопасности.

Дело, разумеется, опять сводилось к Освобождению и его урокам. Академия, несмотря на отсутствие внешних каменных стен, была отдельно укреплена и защищена заклинаниями. Имелся здесь и свой гарнизон големов, и маботы, и прочие меры предосторожности, помимо массы находящихся магов. Центр исследований, записи, расчеты, новейшие достижения магической мысли, припасы для дительной осады, Академия была настоящей магической крепостью, укрепленной даже лучше дворца Императора.

Отдельно и особо также были предприняты меры безопасности, связанные с тем, что в Академии учились представители всех Священных Родов. Даже не касаясь их кровной вражды друг с другом (Академии был присвоен экстерриториальный статус, правила места и вражды здесь не действовали, хотя Сергей опять же не стал вникать в тонкости обеспечения процесса), лучшего места для теракта было не придумать. Возможно, именно поэтому ни одного теракта и проникновения извне в Академию так и не произошло, и она по праву считалась самым безопасным местом в Британии.

В хранилища горных карликов несколько раз вламывались и похищали матрицы монет и денежные прессы (об этом Сергею поведал Дункан во время их развлечений в Лондоне), дворец Императора дважды успешно бомбили во Второй Магической и известен был как минимум один случай успешного воровства, в мэноры Родов (не всех) тоже, случалось, проникали, но только не в Академию. Сергей подозревал, что и в Академию проникали, только уйти потом не смогли и проникших прикапывали где-нибудь в земле, без установки надгробия и разглашения факта прониковения. Но подтвердить эту теорию было некому, кроме разве что самого Альфреда Гамильтона, а ему вопросы Сергей точно не собирался задавать.

―А чего ж они тогда про новый особняк твердили?

―Да ты наверное сам сказал, а персонал Академии всполошился, — теперь в голосе дяди слышалось плохо скрытое ехидство, несомненное связанное с «дуростью» Гарольда. — Ничего, им полезно, пусть побегают. И о том, что ты прибудешь с маботом, надо было заранее сообщить, а ты наверняка не сообщил.

―Не сообщил, — согласился Сергей и съехидничал в ответ. — Деньги, оружие, наркотики там декларировать не надо?

―Нет, этого добра и внутри Академии хватает, — отозвался Альфард немного рассеянно. — Но ты же захочешь потом забрать Чайку с собой? Для этого надо изначально сообщить о маботе, таковы правила.

―А мне ничего об этом не говорили.

―Ну да, перед тобой носились на задних лапках, в полной уверенности, что ты и так все знаешь, как Глава Рода, — тяжестью сарказма в голосе дяди можно было раздавить пару бетонных плит. — Хорош бы ты был, пронесись ты на маботе над запрещенными к полету местами и вызвав пару дюжин конфликтов! И все только для того, чтобы тебя не пустили потом в Академию, выписав вечный запрет!

―Главе Рода?

―Ты кажется так и не понял, кто такой Гамильтон, ну ничего, в Академии быстро поймешь, — махнул рукой дядя, потом посмотрел на маголет. — Эх, ну никакой представительности!

По мнению Сергея «Чайка» — парящая за маголетом на «поводке» сама по себе создавала нужную представительность — но он тут же сообразил, что дядя говорит о пышности выезда. Самого Сергея вся эта пыль в глаза и караваны маголетов, увешанных украшениями, не особо волновала, и он не видел смысла беспокоиться. Ну прилетел на одном маголете и что такого? Кому-то это не понравится и он начнет зубоскалить, рискуя навлечь на свои головы месть Рода? Сергей сильно сомневался в подобном, ну а если все же начнутся дураки, он готов был выбить им пару зубов вместе с руками и ногами — в конце концов, в драке на равных точно следует практиковаться.

―Не забывай вызывать по зеркальной связи, — наставительно произнес Альфард. — Конечно, все звонки там записываются, ну может тебе станет стыдно лишний раз делать что-то, не обдумав и не посоветовавшись.

―И звонки по магофонам тоже?

―Они же проходят через артефакты Академии, конечно, они записываются. Сторожевые заклинания вычленяют ключевые слова, делают проверки на угрозы, проверяют, ты ли это сделал звонок или не ты.

―Серьезно?!

―Не знаю, — неожиданно ответил Альфард. — Сторожевые заклинания Академии держатся в тайне, чтобы их было труднее обойти и обмануть. Так что возможно всё. Но раз ты будешь звонить за советом, не сомневайся, никто тебя за это на судилище Магии не потянет.

―Судилище Магии?

―Ты что, не готовился к поездке? — неожидано разозлился дядя. — Ладно, в Академии сам все поймёшь, ты же туда рвался так, что не остановить было.

Дядя Альфард замолчал, а потом махнул рукой и ушел.

―Не жалко тебе дядю? — раздался насмешливый голос Саманты. — Разозлил его, довёл.

Впрочем, по глазам ее и улыбке было видно, что она довольна. Сергей ожидал следующей ее реплики и не ошибся.

―Скажи, братец, я же помогла тебе с подготовкой к приёму? — голос Саманты стал вкрадчивым и манящим.

―Помогла, — не стал спорить Сергей. — Можешь ехать с нами до Академии.

―Только до Академии? — Саманта сделала шаг ближе.

―Слушай, ну ты же сама меня учила и закаляла перед приёмом всеми этими приемчиками, — чуть-чуть через силу ухмыльнулся Сергей.

―И я помню, — голос Саманты опустился до пробирающего шепота, — что ты не оставался равнодушным к моим чарам. Еще как не оставался.

Сергея, собственно, и сейчас пробирало, но все же кое-чему он научился. Например, держать в узде это молодое и полное магических гормонов тело, чтобы оно не прыгало и не имело все, что шевелится.

―А я могу тебе и там быть полезна, — продолжала Саманта, стоя уже вплотную и касаясь Сергея мягкой, горячей грудью, едва прикрытой тканью. — Советом, ведь там не будет дяди, делом, ведь там не будет магических слуг, помощью.

Рука ее предельно откровенно и ничуть не стесняясь присутствующих Барри, Дэбби и прочих слуг, легла на промежность Гарольда, сжала сквозь ткань костюма. Сергей отбил руку, отступил на шаг.

―Еще раз так сделаешь и вылетишь из особняка. Причем не только в Академии, ясно?! — прорычал он.

Лицо Саманты исказилось, но тут же снова стало спокойным, слегка озаренным улыбкой.

―Я всего лишь хотела помочь и быть полезной Главе, — развела она руками, чуть поклонилась и добавила, глядя снизу вверх. — Во всем.

―Будешь, — пообещал Сергей. — но по делу. Советы по Академии, изучение магии, все вот это. Пока ты будешь полезна и будешь сохранять спокойствие… между ног, сможешь жить там в особняке. Один промах и вылетишь пинком под зад, а также я подумаю, отлучать тебя от Рода или нет.

Разумеется, будь он хоть трижды Глава-по-праву, в одиночку отлучить ее он не мог. Выгнать — да, это сколько угодно, но отлучить, лишив силы крови и фамилии Чопперов — нет. Но с учетом поддержки дяди Альфарда, который точно неодобрительно отнесся бы к таким честолюбивым замыслам Саманты, можно было рассчитывать и на отлучение. Наверняка она еще кому-то да перешла дорожку, в своих попытках пробиться наверх любыми способами.

―Да, Глава, — ответила Саманта, склонив голову и скромно потупив глазки.

Если бы Сергей не видел лично, насколько развратной она может выглядеть, то точно поверил бы.

―Все погрузили? — повернулся он. — Ну тогда поехали!

Дорога оказалась удивительно скучной и спокойной. Никто не нападал, не стрелял ракетами с земли, не спешил вылетать на маботе. Разговоры велись благопристойные, места внутри огромного маголета хватало, чтобы при желании даже поспать. Сергей почитал еще материалы о магических дисциплинах, которым обучают в Академии, поболтал с Самантой и Дэбби, поглазел в окошко, несколько раз выглядывал посмотреть на «Чайку». Та летела на поводке, никуда не отклоняясь. Не все маботы оснащались функцией автопилота, но в Чайке имелся, с усиленной безопасностью — помимо поводка и привязки, требовался еще и сам Джонатан Чоппер. Но родства с ним и статуса Главы все же хватило, иначе пришлось бы везти Чайку на грузовом маголете.

Зато можно было не бояться кражи, это уж точно.

―Милорд, подлетаем, — донесся голос водителя.

Стена маголета стала прозрачной, являя вид на Академию впереди. Парки, поля, стадионы, строения, шпили высоких зданий и купола низких, леса, речка, и городок, выросший возле Академии — он оставался по правую руку. Воздух над Академией не то, чтобы кишел, но уж точно не пустовал. И внизу тоже было людно и существенно, от слова «существа». Озеро, лодки, магические существа. Промелькнувший дракон и пегасы.

―Учебный год скоро начнется, — негромко заметила Саманта, — поэтому так оживленно.

―Нам туда? — спросил Сергей, указывая на ворота, где было весьма оживленно.

―Только если охота стоять в очереди среди новой крови, — брезгливо поморщилась Саманта. — Нам к Священным Воротам. А если бы не было мабота, можно было бы сразу влететь внутрь.

Сергей не ответил, так как бросать «Чайку» он не собирался. Дядя заверил его, что в особняке есть все необходимое, включая гараж-мастерскую для мабота. Дэбби разве что восторженно не пищала и не пыталась выпрыгнуть из окна, Барри сидел, старательно делая невозмутимое лицо.

Маголет опустился прямо перед воротами, которые, казалось никем не охранялись.

―Британская Академии Магии, Чародейства и Волшебства, — прочитал Сергей, выбравшись из маголета.

Ворота начали медленно раскрываться и Сергей невольно расплылся в улыбке.

Впереди его ждала новая жизнь!

Content

Samus
1000 и 1 жизнь

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50