Карасев Владимир Юрьевич

Неизвестный алмаз. Обычная тайна волнового процесса

Глава 1. Пролог

Старый индус внимательно слушает сбивчивый, взволнованный рассказ молодой женщины. Он не перебивает, не задаёт вопросов. Её большие красивые глаза говорят ему гораздо больше, чем дрожащий от волнения голос. В этом взгляде отражается боль за любимого мужа, страх остаться одной с тремя детьми, безнадёжность и отчаяние. И только глубоко внутри этой всеохватывающей энергии смятения тлеет маленький огонёк надежды. Надежды на знания и возможности старого Учителя. Маленький огонёк веры в его Мудрость, веры, что он поможет. Он – единственный, кто может это сделать.

– Хорошо, – он поднимает руку.

Женщина умолкает и вопросительно смотрит на него.

– Где он?

– Мы с родственниками принесли его сюда. Он там, в саду, на носилках.

– Ладно, я постараюсь помочь. Сделаю что смогу.

– Спасибо, Учитель, – глаза женщины загораются, и маленький внутренний огонёк надежды вспыхивает яркой энергией Веры во всемогущество Учителя.

Старый индус печально улыбается, покачивает головой. Её вера, её любовь помогут ему. Это великая энергия. И он знает, как с этой энергией можно работать. Как направить её на благо. На благо человека. Как помочь этой красивой женщине излечить её мужа.

У выхода из комнаты, внимательно слушая весь разговор, почтительно стоят два его ученика. Он смотрит на них и молча кивает. Ученики, поклонившись, выходят.

– Ступай с ними. Они скажут, что надо делать.

Оставшись один, старик задумывается. Великий Творец даёт человеку всё, чтобы выжить в этом мире. ВСЁ и, может быть, чуть больше. Но человек почему-то не понимает этого. Не ощущает всего величия и могущества этого бесценного Дара. Может со временем он поймет? И когда наступит это время? Учитель вздыхает. Дожить бы до этого…

Он подходит к небольшому столику у стены. На столике одиноко стоит красивая шкатулка. Открывает её. На дне шкатулки лежат два кристалла. Соединив руки ладонями, старик почтительно наклоняется и начинает шептать старинные мантры. Кажется, что ничего в мире больше не существует для него. Погрузившись в музыку древних знаний, он уважительно просит кристаллы помочь ему. С улицы раздаётся негромкий звук ситара. Значит, всё готово. Ученики всё подготовили и ждут только его. Старый индус, поклонившись, бережно берёт один из кристаллов и выходит на веранду.

До изнывающей жары остаётся ещё несколько часов, но воздух, насыщенный тонким ароматом цветущих растений, теряя последние остатки утренней свежести, становится упругим и плотным, как бы готовясь отразить всепоглощающий зной. И в этой атмосфере ожидания чарующие звуки ситара с упоением разносят старинную завораживающую мелодию, которая, переплетаясь с симфонией утренних ароматов, обволакивает окружающий мир своей удивительной волновой энергией гармонии и красоты, лаская и нежно затрагивая сокровенные душевные струны и настраивая людей на великое таинство единения с Природой. Со всем Сущим.

На самом краю тени, что даёт раскидистая крона многовекового дерева, на земле, на носилках лежит бледный молодой мужчина. Кажется, что жизненные силы медленно, но неотвратимо покидают его. Старик садится рядом. Вынимает кристалл и бережно кладёт его на небольшое блюдце, лежащее на солнце за границей тени дерева. Закрывает глаза и, медленно покачиваясь в такт звучащей мелодии, начинает тихо наговаривать старинные молитвы. Подносит руку ко лбу лежащего и, не касаясь его, медленно ведёт руку вдоль его тела, останавливая это движение только в энергетических центрах человека – чакрах. Он как бы прислушивается к этим центрам, ощущая переплетающуюся в них энергию жизни. Ощущая, как болезнь сбила гармонию протекания этих энергетических потоков, сформировав холодные центры диссонанса.

Так Учитель проделывает несколько раз. Мужчина дышит ровнее, закрывает глаза. Кажется, что он засыпает. Старик бережно берёт согретый солнцем кристалл и определённым образом располагает его сначала на груди лежащего. В том месте, где находится сердечный энергетический центр. Немного ждет. Потом переносит кристалл ниже, в район солнечного сплетения, потом в остальные энергетические центры. Так он проделывает несколько раз, периодически возвращая кристалл на солнце для наполнения энергии.

Он знает, что кристалл будет отдавать накопленную энергию солнца, осторожно пополнять жизненную энергию человека и исправлять движение энергии жизни, уничтожая эти холодные центры, порождённые болезнью. Это единственный камень из всех известных человеку кристаллов, способный впитывать в себя, а потом возвращать энергию солнечного света, помогая восстанавливать тонкие жизненные силы. Воистину кристалл – божественный подарок человеку.

Старый индус походит на любящую мать, зашивающую порванные в детских играх штаны своего сына. Где надо, делает стежки и вставляет заплатки в энергетической ауре больного. Наконец он поднимается, кладёт кристалл в карман. Делает поклон дереву. Благодарит его за участие. Неторопливо подходит к стоящей на веранде притихшей женщине.

– Всё хорошо, – тихо говорит ей. – Если он попросит еды, давайте только воду и фрукты. А завтра приходите вместе. Посмотрим, как идут дела.

– Учитель! – глаза женщины сияют от счастья. – Как мне благодарить тебя?

Старик улыбается, наслаждаясь этими сияющими огромными глазами. Вот она, лучшая награда старому индусу. Сияние Великой энергии божественной Любви, подаренной человеку Творцом.

– Береги себя, – он слегка кивает женщине и неторопливо входит в дом.

Мои мысли отвлёк холодный нос, ткнувшийся в мою руку. Передо мной, внимательно и немного озабоченно глядя в глаза, стоит верный пёс – такса.

– Что, Кабан? – я ласково потрепал собаку за ухо. – Что случилось?

– М-м-м?! – ответил он, выражая своё беспокойство.

– Я просто задумался. Всё нормально. Мы с тобой ждём Друга. Он сейчас придёт. Иди. Иди и займись делом.

Кабан успокоено завилял хвостом, ещё раз ткнулся своим носом в мою руку и побежал дальше копать в земле ямку под соседним кустом.

Я попытался восстановить прерванные размышления. Так как же древние индусы лечили людей кристаллом алмаза? Уж, конечно, не так, как в 1532 году врачи лечили папу Климента VII, прописывая ему употребление алмазного порошка. Во народ! Либо всё сожжёт, а потом ищет новые источники энергии, чтоб опять в топку сунуть, либо что-то сожрёт и животом мается начинает. И всё о волшебной палочке мечтает. Словно кто-то другой должен ему принести, дать, положить, а он этим воспользуется. Только бы самому ничего не делать, не искать, не думать. Хорошо, если алмаз мелко потолкли. В этом случае ничего плохого не будет (как и хорошего). А если оставили крупные осколки, то и кишечник поранить можно, заразу постороннюю в ранку занести. Вот и разводи потом руками: и что же, горемыка, помер от кишечной инфекции, когда мы лечили его от простуды?!

Я сидел в лесу на нашей с Другом поляне, на нашем бревне. Лесом, конечно, это уже не назовёшь. Но остатки настоящего леса, что когда-то окружал строящийся мегаполис, все же сохранились. Мы много лет назад облюбовали эту небольшую поляну, стоящую немного в стороне от обычных «пикниковых» зон отдыхающих горожан. Тишина и уют бывшего «дремучего» леса настраивали на «размышлительный» лад. Сколько же здесь было споров и жарких дискуссий… Больше двух лет мы не виделись с Другом. Он уехал преподавать физику в зарубежный университет, а я пытался приспособиться к новому укладу жизни в этой удивительной и непредсказуемой стране. И не только выжить, но и продолжить в одиночестве наши исследовательские работы, начатые много лет назад.

В конце прошлого века мы сделали открытие в области обработки алмаза. Удивительное открытие! До сих пор никто в него не верит (кроме нас, конечно). Работая раньше в режиме строжайшей секретности, мы, естественно, ничего не сообщали широкой общественности, не делали научных докладов, не публиковались в специализированных журналах. А когда рухнула империя и стало зарождаться новое государство, то до нашего открытия вообще никому не стало никакого дела. Все упорно пытались выжить в новых условиях. Но мы, как могли, сохраняли нашу Технологию и постепенно уже в одиночестве продвигались в её изучении.

Суть явления довольно проста: взаимодействие акустических колебаний. Скорость звука в алмазе составляет порядка 18 км в секунду. Огромная скорость! Затухание этих волн очень мало, вот они и могут довольно долго носиться в кристалле, перенося энергию звука и формируя некое волновое энергетическое поле в объёме кристалла. Но дело не только в этом. Нам удалось создать оборудование, обеспечивающее максимально возможный перенос энергии акустических волн. Максимально допустимый для алмаза и на уровне его атомной структуры. Взаимодействуя между собой в объёме кристалла, эти волны могут сконцентрировать значительную энергию, которая способна изменить не только исследованные свойства этого материала, но и проявиться в новом неизвестном состоянии.

Кабан вылез из-под куста и начал внимательно принюхиваться. Как-никак охотничья порода. На соседней поляне две отдыхающие пожилые пары начали жарить шашлык. Негромко играл магнитофон. Похоже, старые друзья встретились после долгой разлуки. Ветерок донёс запах костра и жареного мяса. Пёс, принюхавшись, повернулся ко мне.

– М-м-м! – глядя мне в глаза, промычал он. Словно хотел сказать: «Пойдём туда. Там мясо! Поедим!»

– Нет, малыш. Это не наше мясо. Давай мы в выходные возьмём Друга, много мяса и пойдём на пруд. Сами пожарим шашлык. Вот ты наешься!..

Пёс ещё раз внимательно принюхался, вздохнул и вернулся к своему занятию под куст. С соседней поляны, где играл магнитофон, зазвучала песня легендарной группы «The Beatles» «Lucy in the Sky with Diamonds». Я невольно улыбнулся. Люси, Люси…

По-моему, в 2004 году учёные открыли бывшую звезду. Её назвали в честь песни «The Beatles» «Люси». Этот бывший белый карлик находится в созвездии Центавра на расстоянии всего 50 световых лет от Земли. И самое удивительное – она полностью состоит из алмаза. Масса этого кристалла диаметром 1500 км составляет 10^34 карат. Вот это алмазик!!! А ведь когда-то эта бывшая звезда сияла так же ярко, как наше Солнце. Наверное, и наше Солнце через каких-то семь миллиардов лет превратиться в гигантский алмаз. Поразительно! Звёзды умирают, превращаясь в алмазы!.. Светятся, пульсируют и гудят на всю Вселенную!!!

Во второй книге Пятикнижия Моисеева алмаз упомянут среди украшений служебных одежд первосвященника Аарона (Ветхий Завет, «Исход», гл. 39. ст. 11). В индийских поэмах алмазу приписывались мистические чудодейственные свойства. В Древней Индии считалось, что вибрации алмаза излечивают человека. В Индии есть бронзовая статуя, возраст которой около 2000 лет. Вместо глаз у нее необработанные алмазы. В музее натуральной истории в Лондоне находится бронзовая греческая скульптура с округлым алмазом. Возраст этой скульптуры более 2000 лет.

Так, может, именно этот принцип использовали индусы для лечения человека? Вибрации алмаза. Те же акустические колебания. Те же волновые процессы. А если учесть, что алмаз способен аккумулировать солнечный свет, то есть волновую энергию Солнца, то, может, моё воображение, нарисовавшее картину лечения больного, не так уж далеко от истины? Солнечный свет активизировал волновое поле кристалла. Помещённый в прохладу тени дерева, он начал излучать энергию. Звуки ситара, спокойная музыка гармонических колебаний, энергетические центры, мудрость старца. Вот иммунная система больного и восстановилась, а может, и активизировалась на какое-то время? И уж, конечно, никто алмаз внутрь не употреблял.

Мистика, магия. Всё, что за гранью известного, человек сначала мистифицирует. Неизведанное его страшит. Столкнувшись с чем-то непонятным, он сразу пугается и относит явление к мистике, проявляя свое дремучее невежество. А разобравшись кое-как с явлением – хохочет. Да всё просто, однако! И начинает назидательно объяснять окружающим это явление со своей точки зрения, с точки зрения так называемых современных человеческих знаний. И, как правило, даже не допускает мысль о том, как он далёк иногда бывает от сути наблюдаемого. Но ему стало что-то понятно. Он сам себе всё объяснил. И довольный, что развенчал мистику, идёт дальше.

– Посмотри, дорогая!

Толстый обритый «братан» с такой же, как он толстой золотой цепью на шее, тычет жирным пальцем в древнюю статую.

– Совсем дошли, пращуры! Зубы, наверное, из брюликов уже достаточно понаделали, так в глаза алмазы вставлять начали! Совсем обалдели от роскоши древние! За-е-лись!..

И не может понять мамонтоголовый всё очарование символизма наших предков. Не пропускает его толстая волосатая шкура тонкую энергию сокровенных знаний древних цивилизаций. А уж они-то прекрасно знали, что мысль человеческая материальна. Несёт огромную энергию тонких волновых полей. И глаза, как оптический прибор для этой энергии, могут сфокусировать её и направить в нужном направлении.

И разве выстрелянный из-под длинных бархатных ресниц, лукавый, многообещающий и зовущий взгляд красавицы не заставляет зашкаливать в своих вибрациях все внутренности мужчины?! Не заставляет ли его лихорадочно искать некий огнетушитель, некий стоп-кран, чтобы, включив его, не наделать непредсказуемых глупостей? И потом досадно сожалеть, что ты его нашёл… А если не нашёл, то сожалеть уже о содеянном, опять лихорадочно ища виновного. И уж, естественно, найдя его в области мистики, истошно орать: «Бес попутал, ребята! Я не виноват!!! Это всё он, окаянный, со своей сединой в бороде!» И успокоившись, что всё каким-то образом обошлось, через много лет, сидя в кресле-качалке укутанный тёплым пледом, с умилением вспоминать: «А бес то вроде ничего был…».

«Имеющий уши да услышит!». Глубокая мудрость символизма древних. Права была Великая Актриса, тихо ответившая толстой накрашенной девице, пялящейся на гениальную картину Леонардо да Винчи и недоумевающую при этом:

– И что такого в ней все находят?! Мне вот она совершенно не нравится!

– Знаете, мадам, картину посмотрело столько народа и картина так стара, что сама вправе выбирать: кому ей нравиться, а кому нет.

А они будут просвечивать картину рентгеновскими лучами, выискивать рецепт красок, лихорадочно искать, кто позировал Леонардо, уж не с себя ли он её писал?!.. И невдомёк им тонкая магическая энергия волнового процесса, блестяще воплощённая в картине Великим итальянцем и сияющая для людей до сих пор. Энергия ироничной застенчивой Любви. «Имеющий уши да услышит!». Имеющий душу да почувствует тонкую фантастическую энергию мудрости Мастера.

Глава 2. Начало

Директор

Прошло почти двадцать лет, а я до сих пор удивляюсь: как же мне повезло в своей жизни повстречаться с этими людьми! Словно кто-то свыше написал необычный сценарий создания и становления нашего открытия и обеспечил участие в исполнении этого сценария многообразие удивительно талантливых и одарённых людей. Словно нас всех сознательно собирали для какой-то великой цели. И каждый из нас с вдохновенной радостью творчества самоотверженно отдавался этому непростому процессу познания, принося ему все свои знания, умения, весь свой талант. Словно чувствуя, что от этого зависит рождение того, что мы сегодня с благоговением называем «Технология».

Впервые поднимаясь как-то утром по широкой лестнице министерства, я ощущал себя немного неловко. Меня встретила и провожала к Начальнику его миниатюрная и симпатичная помощница. В чёрной юбке, в белой блузе с жабо, с красивой причёской и макияжем, вся в украшениях. Да и все, кто попадался мне на пути, были одеты словно пришли в театр. Шагая по красной ковровой дорожке, я старался не переживать. Ну и что, что я в потёртых джинсах и стареньком пиджаке, да ещё и без галстука? Мне дали телефон начальника отдела перспективной микроэлектроники этого министерства мои старые друзья. «Он парень толковый, любит всё новое. Даст ход твоему изобретению», – напутствовали они меня. И какая разница как я одет? Не по одёжке же провожают, успокаивал я сам себя.

Начальник, высокий скуластый красивый, как герой американских вестернов, моложавый мужчина со слегка тронутыми сединой висками, поднявшись из-за стола, крепко пожал мне руку.

– Водку принёс? – сразу спросил он.

Я немного растерялся от этого вопроса.

– Нет!

– Разве ты не знал, куда шёл?

Я смутился. Мои друзья, правда, меня предупреждали. Здесь такие правила для новых посетителей.

– Я не пью водку, – тихо ответил я.

– Почему?! – искренне удивился он.

– Водка по определению – женское начало. А я пью коньяк. Это мужской напиток. Вот коньяк я и принёс.

Начальник ухмыльнулся. Расплылся в улыбке. Посмотрел на помощницу и кивнул в мою сторону.

– Похоже, наш человек!

Он вышел из-за стола. Подошёл ко мне. Окинул меня оценивающим взглядом. Опять ухмыльнулся.

– Пойдём. Я кое с кем тебя познакомлю.

И мы вместе вышли из кабинета.

– Понимаешь, – ведя меня по длинному коридору, назидательно поучал Начальник, – ко мне приезжают люди со всей страны. Они же в командировке! И чтоб нигде не шастали, наслаждаясь временной свободой, и не теряли зря драгоценное время, я их заставляю сразу работать. Выделяю кабинет, и пусть общаются. Но не могу же я их всех обеспечить водкой за свой счёт! Никакой зарплаты не хватит! А родят идею – милости прошу ко мне, но уже без водки. И чтоб всё уже было продумано. Вот так!

Мы вошли в небольшой кабинет. Из-за стола поднялся невысокий, плотный, начинающий слегка лысеть, пожилой симпатичный мужчина.

– Знакомьтесь! Это – Директор. Директор строящегося самого уникального в мире алмазного завода. Директор, а это – Вованище, гениальный изобретатель. Я тебе о нём уже говорил. Садитесь и общайтесь! Хозяин кабинета в командировке, так что времени у вас навалом. Находите общие точки соприкосновения. Через два часа я зайду. И чтоб уже был готов план сотрудничества! Закуска в холодильнике.

Он поставил на стол принесённый мной коньяк и вышел.

Мы переглянулись.

– Прошу, – Директор кивнул на стул.

Я сел за стол напротив него и внутренне собрался. «Сейчас, наверное, будет серьёзный экзамен», – подумал я.

– Расскажи мне, в чём суть твоего изобретения?

– Мы запускаем в кристалл гармонические колебания. Волны взаимодействуют в объёме материала. Возникают максимумы и минимумы волновой реакции. В максимумах может концентрироваться огромная энергия. Кристалл во время возбуждения приобретает необычные свойства. Становится как пластилин. Качество полировки получается на атомарном уровне. Но когда убираем возбуждение, опять становится обычным кристаллом.

– Да… – театрально-саркастически покачал головой Директор. – Прямо революционная технология! Весь мир бьётся над качеством полированной поверхности, а у тебя раз – и всё готово. Чудеса!

Оценивающе посмотрел на меня.

– С какими кристаллами работал?

– Кремний, арсенид галлия.

– А с алмазом работал?

– Нет! Даже не видел ни разу. А какая разница?! Кристаллическая структура же у них подобная. И в нём всё получится. Я в этом не сомневаюсь!

Директор внимательно посмотрел мне в глаза. Неожиданно его правый глаз сузился в лукавом прищуре.

– Знаешь, я много повидал разных изобретателей. Все они в один голос утверждали, что сделали гениальное открытие в обработке алмазов. При этом алмаз даже в руках не держали. И зубы себе потом пообломали, когда я их заставлял повторить всё, что они утверждали на этом материале. Алмаз – это нечто особенное, дорогой. Совершенно уникальное состояние материи. И человеку своих тайн не открывает. Во всяком случае не всем!

Он неторопливо вынул из ящика стола чистый лист бумаги, ручку и положил их передо мной.

– А теперь давай всё сначала и поподробнее.

Я взял ручку и приготовился описать всё, что мне на тот момент было известно.

– Стой! – неожиданно остановил меня Директор. – А давай-ка по стопочке. И где же там, в холодильнике была закуска?..

Через два часа в кабинет влетел Начальник.

– Как дела? – обратился он к нам.

Я сидел, молчал. Директор задумчиво изучал нарисованную на листе бумаги диаграмму процесса обработки и словно не слышал зашедшего Начальника.

– Директор, что скажешь? – спросил его Начальник.

Директор отложил в сторону диаграмму, внимательно посмотрел на него. Немного помолчав, коротко ответил:

– Да!

– Отлично!

Начальник похлопал меня по плечу.

– Значит, так, Вован! Деньги на финансирование твоего проекта я уже нашёл. Сейчас готовится договор. Как он будет готов, принесу тебе его подписать. И начинай делать станок! Ясно?

Я ошарашенно смотрел на него. Сказанное им до меня доходило с большим трудом.

– Но я же только пришёл… Вы мне поверили?!

Начальник хмыкнул и расплылся в улыбке.

– Ты уже два часа как работаешь, родненький! И независимая экспертиза в лице Директора дала «добро». Так что ты в команде, милый! И что же тебе здесь непонятно?!

Ещё раз похлопав меня по плечу, он направился к выходу. У двери остановился, обернулся и внимательно посмотрел на Директора.

– А ты возьми его на свой завод. Пусть сам всё увидит.

– Обязательно, – ответил Директор и хитро прищурил правый глаз.

Алмазники – удивительный народ! Люди, которые непосредственно работают с алмазами, сильно отличаются от обычных людей. Спокойные, уравновешенные, внимательные, добрые, открытые специалисты, патологически не в состоянии даже лукавить, а не то, что врать. От них исходит какая-то внутренняя тёплая энергия. Сначала я думал, что на такие человеческие качества влияет специфика работы с огромными материальными ценностями. Потом догадался, что на формирование внутреннего человеческого состояния воздействует кристалл алмаза. Они относятся к алмазу как к любимому маленькому ребёнку. Я смотрел, как аккуратно работает огранщик. Он словно пеленает новорожденного. Сортировщицы, разбирая поступившее сырьё, потихоньку мурлычут спокойные песни, словно убаюкивают малышей. Оценщик, сохранивший в своей памяти все прошедшие через его руки кристаллы, как заботливая нянька, трепетно и бережно рассматривает бриллиант. Удивительная любовь к кристаллу. И он, похоже, платит им тем же.

Директор энергично ввёл меня в этот неповторимый, восхитительный алмазный мир. Познакомил с талантливыми людьми. Я облазил всё производство. Терроризировал геммологов. Доставал вопросами технологов. За полгода я получил информации столько, сколько не даст ни один институт. И такую, которую не получишь нигде, ни в каком вузе.

В общих чертах наше открытие подтвердилось. Прав был Директор! Всё надо почувствовать самому и найти те нюансы, которые ты никогда не найдёшь, лёжа на диване. Мы мотались с ним по стране, готовя новый проект – создание рабочего прибора на алмазных пластинах. Встречались с проектировщиками микросхем, с изготовителями микрочипов. На одном из заводов министерства уже изготавливался мой малогабаритный настольный автоматический станок (ЧПУ) для обработки алмазов. Перспективы открывались просто захватывающие. Мы чувствовали себя сопричастными большому и важному делу.

Возвращаясь как-то из очередной командировки, мы сидели с Директором в маленьком привокзальном буфете, ожидая прибытия поезда.

– Знаешь, – обратился я к Директору, размешивая ложечкой сахар в своей чашке кофе. – Никак не могу понять: почему Начальник мне так сразу поверил? Деньги выделил. В работу включил. Он что, ясновидящий?

Директор улыбнулся. Хлебнул чайку. Он не пил кофе. Хитро посмотрел на меня.

– Да-а, Владимир Юрьевич! Ну, знаешь, сегодня я могу тебе это сказать. Ты, конечно, очень открытый и доверчивый человек. В общем – лох, то есть нормальный парень. И проявил себя как надёжный партнёр…

Он посмотрел на часы. До прибытия поезда ещё было достаточно времени.

– Когда ты первый раз пришёл к Начальнику, он уже знал о тебе столько, сколько твоя родная мать не знает.

И самодовольно посмотрел на мою вытянувшуюся от удивления рожу.

– Наши специальные службы предоставили ему необычно пухлое досье на тебя. Кто ты, откуда, чем интересуешься, чем живёшь, и какие доносы на тебя строчили близкие твои знакомые. Я сам не читал, Начальник говорил. Мы же тесно работаем с министерством обороны. Так что сам понимаешь…

Он неторопливо помешал сахар в своей чашке.

– И когда ты пришёл, то вопрос уже был решён. Надо было только вникнуть в суть дела, что я и сделал. А прикол с водкой – тоже проверка: а как ты на алкоголь реагируешь? Так что всё довольно просто.

Я ошарашенно смотрел на Директора. А ведь действительно всё просто. Он продолжал:

– Ты и на моём заводе прошёл ряд проверок. Сам, конечно, этого даже не заметил.

Он засмеялся, наблюдая моё искреннее недоумение.

– У нас есть одно испытание. Проверка человека. К нам приезжают разные люди. Имеют различные рекомендации. И чтобы понять, с кем мы работаем, иногда делаем следующее. Человека приглашаем в отдельную небольшую комнату, сажаем за стол, а на стол кладём чистый белый лист бумаги. На этот лист помещаем бриллиант размером карат или больше и предлагаем ему полюбоваться камнем. А сами внимательно смотрим в глаза посетителю на его реакцию. Поверь, человек раскрывается полностью. Всё его внутреннее состояние как на ладони. Хитрость, лукавство, нажива – ничего нельзя утаить. Вся суть человеческая видна в реакции на алмаз.

Он помолчал.

– Тебя тоже так проверяли, когда ты первый раз к нам приехал.

– И что? – заинтригованно спросил я.

– А ничего. Ты с восторгом попросил оптический микроскоп, чтобы рассмотреть что-то внутри алмаза. Обнаружил некачественную огранку. Долго этому удивлялся. Кстати, главный технолог из-за этого потом чуть выговор не схлопотал. Но в итоге разобрались с огранщиком.

Мы помолчали. Я осмысливал услышанное, а Директор думал о чём-то своём.

– Алмазы – удивительное состояние материи, – задумчиво продолжил он. – Они все разные. Нет ни одного одинакового кристалла. И каждый со своим особым внутренним строением. Как человек со своим внутренним миром. Нет ведь ни одного одинакового человека. Природа очень мудрая дама. Но человеку неизвестно, для чего и как она создала это уникальное состояние углерода. В реакциях, происходящих на Солнце, углерод участвует в качестве катализатора. Я не удивлюсь, если через много миллиардов лет наше Солнце превратиться в алмаз. Это, правда, только фантастическое предположение. И в твоей человеческой структуре ДНК присутствует углерод. Он несёт, по-видимому, какую-то очень важную вселенскую информационную нагрузку.

Он придвинул свой стул ближе к столу, облокотился на стол и таинственно продолжил.

– Представляешь, в атомах углерода может находиться информация обо всей Вселенной! О прошлом и о будущем! Получается, что человек может быть связан с Космосом с помощью каких-нибудь ещё не освоенных, скажем, квантовых информационных, хрональных, лептонных или торсионных полей. Много разных предположений и теорий начинает зарождаться, но где же правильная?! И природный алмаз, поверь, займёт не последнее место в этих исследованиях!

И он многозначительно выставил указательный палец своей правой руки.

Дорогой мой Директор! Тогда в конце прошлого века, сидя в буфете на маленьком вокзале затерянного в просторах необъятной страны городка, где поезда останавливаются всего лишь на одну минуту, мы отдавались безудержной фантазии о роли углерода во Вселенной, о значении алмаза. И кто тогда мог знать, что всего лишь через каких-то пятнадцать лет, но уже в другом веке, будет много статей о торсионных полях, а учёные найдут алмазную звезду и нарекут её тёплым и ласковым женским именем Люси.

– Твоя технология мне симпатична тем, что не производит насилие над алмазом. Не дерёт его, не скалывает. Она волновыми процессами как бы предлагает ему измениться, используя внутреннюю энергию кристалла. А что это за энергия, можно только предполагать. И куда занесёт тебя судьба в изучении этого процесса, одному Богу известно. Хотя и здесь у меня появляются сомнения…

– Мы же вместе работаем, – возразил я. – Вместе пойдём дальше. И всё увидим сами!

Директор глубоко вздохнул, опять посмотрел на часы.

– Знаешь, я старый человек. Я пережил культ личности, оттепель, застой. Сейчас перестройка разгорается. Я с опасением отношусь к резким изменениям в укладе страны. Ничего хорошего не жду. Всякое может случиться. Но пошли, сейчас поезд подойдёт.

Он как в воду глядел. Это была наша последняя с ним совместная командировка.

Начальник собрал нас в своём кабинете. Мы молча выслушали зачитанный им приказ о расформировании министерства. Молча разошлись. Всё уже было ясно и до этого. Но формальность была соблюдена. На улицу мы вышли вместе с Начальником. Падал крупный бархатный снег. Его шляпа, а других головных уборов он не признавал, начала превращаться в небольшой сугроб. Мы подошли к его машине.

– Вот и всё, Вован! Как в старом кино. Лента событий оборвалась на самом интересном месте!

– Что теперь будет?

– Не знаю. Думаю, что этого никто не знает. Увидим.

Мы помолчали. Было очень грустно. Снег стал усиливаться.

– У меня к тебе просьба, – задумчиво произнёс Начальник. – Не бросай исследований. Я знаю, что в твоей технологии есть очень большая перспектива и какая-то удивительная тайна. Когда-нибудь всё уляжется, и она может быть весьма востребована.

– А как я могу продолжить? У меня же ничего нет…

Начальник стряхнул снег со шляпы. Ухмыльнулся. Посмотрел на меня взглядом голливудского героя. Молча открыл багажник своей машины. В багажнике стоял аккуратно упакованный мой станок!

– Начальник… – от волнения я потерял дар речи.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Я растерянно, а он нежно и немного иронично.

– Кто-то ведь должен был о тебе позаботиться, – широко улыбаясь, сказал он. – Забирай и дерзай! Иди на электричку, платформа рядом. В автобусы и метро не садись. Бандиты и менты ведут себя дерзко. Неправильно себя ведут. В электричке немного спокойнее и вопросов у окружающих будет меньше. Ну, прощай!

Мы обнялись. Он помог мне поднять станок на плечо, и я пошёл. Пошёл в метель. Стараясь не упасть, не поскользнуться, не уронить свою великую драгоценность. И в усиливающимся снегопаде ничего не было видно. Только впереди тускло светились огни железнодорожной платформы, словно маленький тёплый огонёк в конце тоннеля – тоннеля сквозь неизвестность.

Магиня

Мы втроём сидели в лаборатории и молча тупо смотрели друг на друга. Пытались найти хоть какое-то внятное объяснение только что обнаруженному эффекту. Открылась дверь, и вошёл Шеф.

– Какие проблемы? – сурово спросил он.

Мы встали.

– Да вот, – ответил я. – Пилили-пилили алмазную пластину четыре часа, а она стала только толще. Словно выросла.

– И что же у вас всё не как у людей! Ладно, решим и это противоречие. Знакомьтесь!

Он отошёл в сторону. За его спиной стояла невысокая, ладненькая женщина. В джинсах, серой кофте, с волнистыми волосами, спадающими на плечи. Нас поразил взгляд её больших, красивых и тёмных глаз. Какой-то детский, немного наивный взгляд, но удивительно глубокий. Словно она отчётливо видела в окружающем нас пространстве то, что никто из нас не мог видеть.

– Это специалист по противоречиям. Поработает с вами какое-то время. Поможет вам найти правильные решения. В технике она не очень разбирается, но хорошо разбирается в психологии. Так что прошу любить и жаловать.

Шеф вышел. Мы смотрели на даму. Острый на язык Конструктор спросил.

– А Вы кофе умеете заваривать?

Женщина облегчённо вздохнула. Она видно внутренне переживала, как её примут в мужском коллективе. Благодарно взглянула на Конструктора.

– Да! Причём это я делаю с удовольствием. Заварю вам кофе по своему рецепту. Такого вы никогда ещё не пробовали.

Она направилась в угол комнаты, где возле раковины стоял наш чайный столик.

– Ну вот, – удовлетворённо заметил Конструктор. – Одним противоречием стало меньше. Интересно, а бутерброды она тоже может делать по своему рецепту?

– Бутерброды и я могу сделать, – назидательно ответил Друг. – Было бы из чего!

Конструктор быстро повернулся к компьютеру и стал усиленно тыкать пальцем в клавиатуру, изображая крайнюю занятость.

– В мужском коллективе существует только две проблемы, – пристально глядя на него, философски заметил Друг. – Это сколько брать, и кто пойдет.

Конструктор поднял голову и хитро улыбнулся.

– Я понимаю, что я самый молодой. А молодым у нас везде дорога. И я даже догадываюсь, в какой магазин пролегает эта дорога. Но, может, мы по-другому решим и это противоречие? А?

И мы, не сговариваясь, посмотрели в сторону чайного столика.

Магиня, так с лёгкой руки Конструктора мы окрестили для себя эту даму, постепенно влилась в наш коллектив. Совершенно не соображая в технике, она принесла нам основы огромной системы необычных знаний. Таких знаний, о которых мы даже не догадывались. Эзотерика, магия, сакральная геометрия, ясновидение, строение тонких миров. Смысл рисунка Цветка Жизни, обнаруженный в древних храмах Египта. Значение Великой пирамиды.

Обычный человек, как правило, не сталкивается с такими понятиями. Они ему не интересны. Он не обращает на это внимания, считая всё это неким мракобесием, совершенно не нужным ему в процессе своей бытовой или производственной деятельности. И мы поначалу хихикали. Но постепенно втянулись. Она заставила нас рассуждать. Ощущать окружающее пространство. Разбираясь в древнейших человеческих представлениях, знаниях, философиях мы стали замечать, как осторожно начали меняться и наши ощущения. Мы даже на нашу Технологию стали смотреть немножко другими глазами.

– Поймите, – говорила Магиня. – В Англии, в музее, статуя с округлым алмазом во лбу символизирует то, что это – третий глаз. Третий глаз у человека – дар ясновидения. Древние очень хорошо понимали значение этого дара. Алмаз помогает человеку овладеть этой тонкой волновой энергией. Энергией ясновидения. Почувствовать этот вселенский закон причинно-следственных связей. И первосвященник Аарон, ходя с Моисеем, знал о таких свойствах алмаза.

Люди древних цивилизаций очень много что знали, много что умели. Отголоски этих знаний сохранились и у современного человека. Только не каждому дано вспомнить, почувствовать. Алхимики в Средние века были помешаны на получении золота из свинца. Но у них ничего не вышло, хотя параллельно они сделали многие открытия, которые потом стали основой современной науки. А почему ничего не вышло? Потому что они подходили к этому процессу только с материальной точки зрения. О духовной составляющей они и не подозревали. Они даже понятия не имели об алхимии души. А если и догадывались о духовной составляющей в Познании, то ничего не могли сделать, так как имели свою очень низкую энергию духовности. А, например, Великие Посвящённые могли в случае необходимости трансформировать свинец в золото. Только им это было доступно. Они могли работать с энергиями, о которых человек сегодня только догадывается. И они, Посвящённые, соответствовали своей внутренней энергией высоким требованиям Природы для подобных дел. И, конечно, шоу из этого не устраивали.

– Современная наука этого тоже не отрицает, – сказал Друг. – Можно создать золото из свинца. Перестроить необходимо только структуру атома. Приложить достаточную для этого процесса энергию – и всё. Но дело в том, что стоимость такого золота будет баснословной. Смысл подобного действия просто пропадает.

– Вот и я говорю, – кивнула Магиня. – Приложить энергию извне надо значительную. Где её взять и как приложить?! А ведь древние подходили к этому вопросу совсем иначе. Они ведь не знали современные понятия о строении атома. Кстати, этой планетарной модели строения атома Резерфорда ещё нет и ста лет, а уже возникают новые представления. Более глубокие. А что будет ещё через сто лет?

Посвящённые знали, как создать условия, чтобы внутренняя энергия атома сама участвовала в этой трансформации. Они не прикладывали внешнюю энергию, они использовали внутреннюю энергию материи, затрачивая лишь незначительные свои энергетические усилия для создания условий протекания этой трансформации. Чувствуете разницу?

В следующую нашу совместную беседу она затронула совсем уж необычный вопрос. Такие семинары у нас возникали спонтанно, как правило, когда мы наблюдали необычный результат, сотворённый нашей Технологией, и пытались его объяснить.

– А вы знаете, что природные кристаллы бывают мужского женского и среднего рода?

– Да иди ты! – восхитился Конструктор. – А то я смотрю, что мне одни дамочки попадаются, да ещё по ночам сниться пытаются. Ничего не могу сделать без женского общества! И к нашей Технологии отношусь, как к самой красивой и любимой Даме.

Он единственный из нас был не женат. Магиня, улыбнувшись, продолжала.

– Здесь идёт речь о направлении вращения энергетического поля человека. Гармония человеческого тела, гармония этой энергетики отражена в великом каноне Леонардо. У мужчин это энергетическое поле вращается против часовой стрелки, а у женщин – по часовой. Вот по этому принципу, по принципу направления вращения внутреннего поля, один американский профессор и разделил кристаллы. Природные кристаллы обладают своей изначальной формой. Эта форма создаёт и определяет вращение внутренних энергетических потоков. Вращение этих полей может происходить или по часовой стрелке, или против. Или никак не вращаться. Других вариантов нет! На алмазе вам это ещё предстоит выяснить, найти. Без нахождения этого волнового эффекта вы не сможете пойти дальше. Вам необходимо знать, как возникают и как взаимодействуют волновые поля в природных кристаллах. Как и когда вы это сделаете, я не знаю. Но знаю, что это вы должны будете сделать, если хотите узнать что-то новое о природе и предназначении алмаза. Понять, что же вы с ним можете сотворить. Научиться формировать эти поля и, в конце концов, определить, для чего же вам дана свыше эта Технология.

– А о каких полях идёт речь? – скептически ухмыльнувшись, спросил Друг. – Есть электромагнитные поля, гравитационные. Есть спиновое взаимодействие, фотонное, фононное, ядерные силы. Тепловые колебания решётки кристалла, наконец. В чём, собственно, дело? Какие поля рассматриваются?

Магиня уставилась на Друга, пытаясь осмыслить, что он сказал. Её по-детски наивный взгляд выражал полное непонимание темы, затронутой Другом. На помощь пришёл Конструктор.

– Речь идёт, по-видимому, о мировом эфире. Правильно?

– Я имела в виду энергию Жизни…

– Ага, – опять ухмыльнулся Друг. – Я так и думал. А каким прибором можно померить эту энергию? Какими формулами её можно рассчитать?

– Я не знаю… – смутившись, тихо произнесла Магиня. – Может, уже и есть какие-то приборы… Не знаю. Но эту энергию можно просто почувствовать. Человек может делать это весьма эффективно. Это ему дано от Природы.

Друг хотел сказать что-то ещё, но сдержался. Возникла пауза.

– Слушай, Магиня. А ты можешь мне написать рецепт пирога, которым ты нас вчера угощала. Я свою матушку хочу попросить такой же сделать, – обратился к ней Конструктор.

– Хорошо, – пожав плечами, растерянно произнесла Магиня.

Они пошли к чайному столику.

– Ты что на дамочку напал? – тихо обратился я к Другу.

– Слушай, – так же тихо ответил он. – Избавь меня от подобных посиделок. Надоело слушать никчёмную чепуху. Я наукой занимаюсь, а не мракобесием всяческим. Я сейчас в неравновесную термодинамику нашего процесса залез. Что-то по-настоящему интересное складываться начинает. Это гораздо важнее, чем «половое» различие кристаллов.

Он раздражённо встал и направился на своё рабочее место. Больше к этой теме мы не возвращались.

Наши исследования продолжались. Мы уже сделали первую сферическую поверхность алмаза. Отработали алгоритм получения конусообразных образований. Иногда наблюдали совершенно необычные проявления нашего волнового воздействия.

Как-то Конструктор, выключив установку, озадаченно смотрел на кристалл. Подошёл Друг.

– Что там у тебя?

– Да вот… Я в процессе обработки конуса прикоснулся вращающимся инструментом к алмазной поверхности с одной стороны, хотел её подправить, а с другой стороны конуса, где я его не касался, исчезла алмазная грань. Словно рассосалась…

– Да?! – удивился Друг. – А ты лягушачью лапку не употреблял перед этим? Или, может, сосал крысиный хвостик, когда пилил?

– Да я серьёзно говорю! – возмутился Конструктор.

Мы засмеялись.

– Господи, – улыбаясь, вздохнула Магиня. – Какие же вы дураки!

И в её взгляде отразилось ласковое снисхождение мудрого учителя, наблюдающего, как спорят первоклашки, только что выучившие таблицу умножения.

Может быть, эти новые знания так бы и остались как спорное «развлечение» для исследователя. Упражнение для ума. Дополнительная ни к чему не обязывающая информация. И заняла бы она в наших головах свою маленькую нишу в познании Природы, как где-то там существующую энергию. Если бы не произошло это.

Отработав методику получения сферических и конусообразных поверхностей на алмазе, мы решили проверить одно предположение. Если бриллианты имеют полированные грани, плоские поверхности, то что же будет, если собрать подобную конфигурацию, состоящую только из «кривых» поверхностей. Некую совокупность сферических и конусообразных форм. Оптика кристалла с подобными линзами, по нашему представлению, должна стать совершенно необычной. Такого ещё никто не делал!

Загоревшись этой идеей, мы работали день и ночь. Установки не выключались сутками. Нам пришлось вводить график работ по ночам. В ту ночь мы дежурили с Другом. Первую половину ночи спал я, а вторую он. Конструктор должен был заменить нас утром.

Утром я проверял программное обеспечение, когда Друг, потягиваясь, подошёл к установке.

– Я такой сон видел… – мечтательно сказал он. – Представляешь, мне приснились формулы, описывающие процесс в алмазе, когда создаются поверхностные трёхмерные конфигурации. Неравновесная термодинамика зашевелилась! Ой, что будет!.. А пойду-ка я заварю кофе!

Приехал Конструктор. Мы стали с ним обсуждать предстоящий алгоритм работы станка. Неожиданно со стороны чайного столика раздался крик:

– А-а-а!

Друг, согнувшись пополам, рухнул на пол. Мы подскочили к нему, подняли и перенесли на диван.

– О-о-й, – скрепя зубами, стонал Друг.

– Что случилось?

Обеспокоенные, мы пытались добиться от него какого-то ответа, но он только стонал. Наконец он немного успокоился и с трудом произнёс:

– Не знаю. Словно лом в меня всадили. Никогда такого не было. Наверное, радикулит схватил. Продуло. Сейчас пройдёт. Немного полежу, и всё пройдёт.

– Давай я тебя домой отвезу, – предложил я.

– Нет! – раздался резкий голос от входной двери.

Мы оглянулись. На пороге стояла Магиня. Бледное лицо. Озабоченный взгляд. Словно произошло что-то очень неприятное.

– Пусть Конструктор отвезёт, – жёстко сказала она. – Вовка, ты мне нужен!

Мы с Конструктором помогли Другу спуститься к машине. Разложили сиденье и уложили на него охающего и постанывающего Друга. Конструктор сел за руль, и они уехали. Я вернулся в лабораторию.

Магиня, заварив кофе, ждала меня за чайным столиком.

– Я сегодня ночь не спала, – сказала она, когда я сел за стол. – Я ожидала нечто подобное, но не думала, что это произойдёт с Другом.

– А что всё же произошло? Ты мне можешь объяснить?

– Объяснить это не просто. Я, например, ничего не понимаю в квантовой механике. Ты так же мало что поймёшь, если я буду говорить на своём языке. Но попытаюсь.

Она немного помолчала. Вздохнула. Внимательно посмотрела на меня.

– Вы можете верить или не верить. Смеяться или иронизировать. Но суть от этого не изменится.

Природа очень тщательно охраняет свои тайны от невежества человеческого. Тайны Природы открываются только тем людям, кто этого достоин. Чем глубже человек погружается в познании этих тайн, тем жёстче требования к нему предъявляются. Халявы не бывает! Человек должен духовно по своей структуре, по своей внутренней энергетике соответствовать этим жёстким требованиям. Чем чище душой человек, чем меньше у него греха, тем выше он продвигается по лестнице познания. И малейшая оплошность с его стороны, его даже малейшее лукавство перед самим собой, может мгновенно скинуть его с этой лестницы. Вернуть на примитивное понимание или, что ещё хуже, поместить в петлю осмысления. А в этой петле можно остаться на всю жизнь. Там нет времени…

Она помолчала. Молчал и я. Мне нечего было возразить. Нечего было спросить. Тогда я ещё не совсем ясно представлял, о чём идёт речь.

– В своих исследованиях вы зашли довольно далеко. Я имею в виду не современную науку. Она, наука, пусть сама решает и делает свои оценки, если сможет…

Она глубоко вздохнула. Немного помолчала и продолжила.

– Вы прикоснулись к основам мироздания, к основным волновым законам Природы. Этот маленький кристалл алмаза может отражать суть многих этих законов. Поэтому требования к вам многократно возросли. Это особенно важно в это время, в котором мы сейчас живём. В это время идёт смена эпох, смена тысячелетий, начало нового века.

Она пристально посмотрела мне в глаза.

– Друг допустил оплошность. Он невольно подставил себя под удар. Чтобы тебе было проще понять – под удар «злых» сил. Это не совсем правильное определение, но тебе должно быть хоть немного понятно.

– Так что же произошло?

– Посмотри, сколько сейчас развелось всяческих колдунов, ведьм, шаманов, ясновидящих. Возьми любую газету. Они все пестрят объявлениями о приворотах, наговорах, порчах, сглазах. Плати только деньги и получай любую услугу. Шарлатанов развелось видимо-невидимо. А люди верят… Люди верят и даже не догадываются, в какие энергетические катаклизмы они могут попасть. Как это для них может быть опасно. Очень опасно.

– И Друг обратился к колдуну, – хихикнул я.

Я представил, как Друг пришёл к шаману и в дыму костра, под удары бубна, в ритуальном танце попросил его помочь в написании формулы из неравновесной термодинамики. Подкорректировать его уравнение квантовой физики.

Магиня поняла моё настроение. Улыбнулась. Покачала головой.

– Нет, немного не так. Он недавно был в командировке и там познакомился с девушкой. Нет, нет! Не подумай ничего плохого!

Она замахала на меня руками.

– Друг нормальный человек и хороший семьянин. Нет! Он не позволил себе ничего предосудительного. Его оплошность заключалась в том, что он не стал разубеждать эту девчонку, которая в него влюбилась. Он её просто не заметил.

– Так в чём же дело?

– Ему, наверное, польстило, что он может нравиться молоденьким девочкам. Он позволил ей себя сфотографировать.

Магиня многозначительно замолчала.

– Ну и что же в этом плохого? Мало ли нас фотографируют?!

– Плохого в этом, конечно, ничего нет. Но эта дура, а по-другому я её назвать не могу, обратилась с этой фотографией к местному колдуну. Обратилась с просьбой приворожить Друга. Ей очень захотелось, чтобы он в неё влюбился. Этот начинающий колдун, а я его уже энергетически вычислила и пообщалась с его астральным двойником, применил древний наговор, смысл которого он и сам не сильно понимает. У него, колдуна, несомненно, существует дар, но использует он его опрометчиво. Он просто дилетант. Сейчас на смене эпох энергия, которую он послал, многократно усилилась и трансформировалась. Этот «колдун» просто не учёл подобную трансформацию. В результате безобидный приворот Друга на любовь обратился приговором ему на смерть!

Мурашки побежали у меня по спине.

– Средневековье какое-то… – пробормотал я.

Магиня усмехнулась.

– Средневековье – детский сад по сравнению с тем, что сейчас происходит! Поверь! Сейчас всё по-другому, всё очень серьёзно!

– И что с ним будет?

– Будет три приступа. Первый вы уже видели. Второй может наступить дня через три-четыре. Он будет ещё сильнее. Третьего Друг не переживёт.

– Что делать?

– Друг верит в Бога?

Я усмехнулся.

– Он кандидат физико-математических наук. Верит только в науку. Хотя… Я с ним как-то говорил на эту тему. Он верит в высший разум, в законы Природы.

Магиня грустно вздохнула.

– Это не совсем Вера. Это всего лишь предположение, мировоззрение, допущение. И Природа – это не ландшафт местности, не тихая заводь таёжной речушки. Это гораздо большее! Это – всё сущее. В том числе и внутренняя энергия человека. Настоящая Вера – это сила. Огромная сила! Огромная духовная внутренняя энергия. И только она может противостоять негативной энергии, направленной против него. Эту негативную энергию нельзя уничтожить. Во всяком случае это не каждому дано. Закон сохранения энергии и здесь работает. Но эту негативную энергию можно перенаправить, отразить. Мы это называем «эффект бумеранга». Отправить её туда, откуда она пришла. И чтобы это можно было сделать, Друг должен начать действительно верить. Поверить в себя, в свое единство с Природой, в единство всего мира, в Бога, наконец! Ощутить в себе эту всеохватывающую положительную энергию. И эту Веру в нём необходимо пробудить.

– Как это сделать?

– Он крещёный?

– Нет.

– Для начала необходимо его срочно окрестить. Как можно быстрее. Он должен понять почувствовать смысл Веры и сам противостоять этому энергетическому удару. И тогда с его проснувшейся внутренней духовной силой, с помощью его ангела-хранителя мне будет гораздо легче помочь Другу. Езжай в местную церковь и всё расскажи батюшке. Всё, что я тебе сказала. Договорись с ним о ближайшем времени крещения Друга. Понятно?

– Да.

Я внимательно посмотрел на Магиню и поразился выражению её глубоких красивых и каких-то необычайно грустных глаз. В этих глазах застыло беспокойство за судьбу Друга.

– Магиня, – тихо и медленно спросил я. – Ты кто?

Мы пристально и долго смотрели друг другу в глаза. Наконец, она улыбнулась.

– Я – чистильщик. Спасаю людей. Очищаю внутреннюю энергию человека от всякой посторонней энергетической гадости. Как могу, помогаю людям, когда они ко мне обращаются. Нас немного, но мы есть. И в этой области идёт самая настоящая война. Поверь, крайне жестокая. Меня направили к вам и попросили помочь, если что случится. Поэтому я и пришла. Похоже, что вовремя. И я уйду, когда всё обойдётся.

– Кто попросил?

Она опять улыбнулась, оставив мой вопрос без ответа. Я понял, что он прозвучал немного бестактно. Но неожиданно для себя я стал догадываться о смысле её молчаливого ответа.

– А батюшка мне поверит?

– Обязательно. Мы с ними выполняем одну и ту же работу. Они по-своему, мы по-своему. Дополняем друг друга. И ещё. Батюшке обязательно скажи, что Другу при крещении нужно взять тайное имя. Это даст возможность изменить траекторию посланного удара. Тебе всё понятно?

– Да.

– Тогда отправляйся. Я останусь здесь и дождусь Конструктора. Езжай!

К моему удивлению, батюшка меня выслушал очень внимательно и отнёсся к рассказу крайне серьёзно.

– Нельзя терять время, – сказал он, когда я закончил рассказ. – Через два дня привози Друга, и мы проведём таинство крещения. Обязательно привози! Дело весьма непростое. Ты сам крещёный?

– Да.

– Когда последний раз причащался?

– Две недели назад.

– Если вдруг приступ наступит раньше, а это нельзя упускать из виду, сделай следующее.

И он меня обстоятельно проинструктировал, что я должен буду сделать, если возникнет такая неожиданная ситуация.

Вечером я позвонил Другу.

– Как дела?

– Да всё нормально, – бодро ответил он. – Прекрасно себя чувствую. Завтра буду на работе. Наверное, просто продуло ночью. Хотя радикулита у меня никогда не было.

– Ты посиди пока дома дня два. Закончи свои расчёты. Ты же хотел написать статью, вот и займись этим. Лучше не рисковать. А то вдруг осложнения возникнут.

– Ладно. Мысль хорошая. Я все расчёты тогда попытаюсь оформить в виде небольшого отчёта. Хоть польза от этого будет.

В пять утра у меня истерически зазвонил телефон. С трудом оторвав голову от подушки, я взял трубку.

– Алло…

– У-у-у…– раздалось из трубки.

– Алло, говорите.

– У-у-у… – не переставая, звучало в ответ.

– Перестаньте хулиганить. Я сейчас положу трубку, – раздражённо сказал я.

В трубке что-то упало, стукнуло, зашуршало, и раздался взволнованный голос жены Друга.

– Вовка, срочно приезжай! Другу очень плохо!

Остатки сна мгновенно улетучились из моей головы. Я вскочил, оделся и помчался к Другу. Меня встретила бледная, растерянная и крайне взволнованная его жена.

– «Скорая» только что уехала. Врачи ничего не понимают. У него вроде всё нормально. Они ничего не нашли. Постояли, посмотрели и уехали. А он умирает…

Она заплакала, утирая нос мокрым платком. Я вошёл в комнату, где лежал на кровати Друг.

Бледный, с выпученными от дикой боли глазами, ничего не видящий вокруг он только стонал. Даже не стонал, а просто тихонько выл.

– Принеси чистое полотенце, стакан и спички, – приказал я его жене.

Вытащил из сумки и поставил на тумбочку иконку, свечи и бутылку святой воды. Всё, чем снабдил меня батюшка. Жена принесла, что я просил. Я зажёг свечи. Налил в стакан святой воды и начал делать то, чему меня научил батюшка.

Мы сидели на кухне. Друг спал в комнате. Боль его утихла. Он даже сначала попытался немного шутить, но от пережитого быстро уснул.

– Вовка, что творится? – требовательно спросила его жена.

Взволнованная, с красными от бессонной ночи глазами она растерянно смотрела на меня. Я пожал плечами.

– Война…

– Какая, к лешему, война?! Что ты от меня скрываешь? А?

Я опять пожал плечами. А что можно было на этот вопрос ответить? Если я отвечу, как есть, то, возможно, выглядеть буду полным идиотом в её глазах.

– Знаешь, я тебе всё объясню позже. Сейчас надо закончить дело. Наступила всего лишь передышка в его болезни. Спасти Друга необходимо более серьёзными действиями. Ты должна мне помочь.

– Что надо сделать?

– Сходи сегодня днём в церковь и узнай всё, что необходимо подготовить для крещения Друга. Завтра будем его крестить. А вот после этого я отвечу на любые твои вопросы. Если ты, конечно, захочешь их задать.

Она, не отрываясь, внимательно смотрела мне в глаза. И я, вдруг увидел в этом взгляде отражение боли за любимого мужа, страх остаться одной, безнадёжность и отчаяние. И только глубоко внутри этой всеохватывающей энергии смятения тлел маленький огонёк надежды. Надежды на чудо…

Обряд крещения в церкви проходили пять человек. Четыре новорожденных младенца на руках своих матерей и наш пятидесятилетний Друг. Мы с нескрываемым удовольствием смотрели на эту «новорожденную толпу». Было немного смешно в представлении, когда младенцев окунали в купель, как в неё поместится наш Друг? Но всё прошло очень красиво.

После окончания таинства крещения к нам подошёл улыбающийся батюшка.

– Как я тебе завидую, – ласково обратился он к Другу. – В пятьдесят лет стать безгрешным! Чистым духовно, яко младенец. Ты уж, сокол, постарайся теперь больше не грешить.

Высокий, стройный, красивый, словно сошедший с иконы, он излучал такую Любовь, что у меня невольно мелькнула мысль: «С таким батюшкой не то, что сорок лет по пустыне ходить можно, а всю жизнь! И не только по пустыне».

Он оглядел нас ласково, стоящих дружной, восторженной стайкой рядом с Другом.

– И обязательно отметьте это событие. За хорошим столом, все вместе. По нашему православному обычаю.

Уж это мы сделали незамедлительно.

Сидя за столом в квартире Друга, я с удивлением за ним наблюдал. Как же он изменился! Друг словно светился изнутри. От него исходила какая-то необычная тёплая энергия. Словно перед нами сидел новый, незнакомый нам, но очень добрый и чуткий человек. Я посмотрел на его жену и понял, что никаких вопросов у неё ко мне не будет. Её глаза просто сияли от счастья.

Наша работа продолжалась. Недели через две после крещения мы опять дежурили с Другом. Он расстелил диван и готовился первым лечь спать. Мы сели попить чайку за наш столик.

– Знаешь, – неторопливо начал Друг, – я себя как-то по-новому ощущаю. Словно заново открываю этот мир. Замечаю то, на что раньше просто не обращал внимания. Меня тянет в лабораторию. Здесь какая-то удивительная энергия. Какая-то необычная аура. Я такое чувствую, когда прихожу, например, в церковь. Очень необычные и интересные ощущения.

Я улыбнулся.

– А ты иронизировал и не верил Магине. А она, похоже, была права насчёт энергии жизненной силы.

– А где она? Я что-то не вижу её в последнее время.

– А тебе зачем?

– Хотел извиниться перед ней за свои придирки.

– Она закончила «стажировку» и ушла.

Друг удивлённо посмотрел на меня.

– Она что, стажировалась на нас?

– Можно и так сказать – ухмыльнувшись, покачал головой я.

Он посмотрел куда-то в сторону, о чём-то размышляя.

– Я хочу сказать тебе спасибо.

– Мне?! А за что?

– Ты заставил меня пройти обряд крещения. Этим и спас.

– Я?!

– А кто же ещё?!

Мы пристально взглянули друг на друга. Он недоумённо, а я…

Наверное, пора ему сказать правду, решился я. И рассказал, как всё произошло на самом деле. Друг долго молчал. Встал со стула, походил неспешно кругами по лаборатории. Опять сел. Задумался.

– Она больше не придёт? – осторожно спросил он.

– Не знаю. Но она оставила все свои координаты. Адрес, телефон. Позвони и договорись о встрече, если, конечно, считаешь нужным сделать подобное действие.

Полумрак комнаты, шелест работающей установки, светящиеся экраны компьютеров навевали спокойствие и уют. Мы помолчали. Наконец Друг осторожно спросил.

– Ты считаешь, что магия, колдовство существуют?

– Не знаю. Не могу сказать однозначно. Я не специалист по этому вопросу. Думаю, что что-то в этом, конечно, есть. Какая-то энергетическая связь, несомненно, присутствует. Человечество всегда это знало. Недавние передачи по телевидению об открытии информационной составляющей воды, о переносе и хранении информации в ней об этом и говорят. Может, это действительно работает. Я в твоей истории был лишь исполнителем. Магиня сказала, батюшка научил, я сделал. Ты это пережил. А что за этим стоит, извини, я не знаю. Может, действительно человек ещё не отдаёт себе отчёта о роли слабых полей, о мощи неведомой энергии. Не знаю.

Мы помолчали. Каждый думал о своём.

– А ты сам что думаешь? – спросил я.– Ты же всё пережил сам. Первоисточник, наглядный пример, если можно так сказать.

Друг как-то странно и пристально посмотрел на меня. Неторопливо поднялся со стула. Начал расстегивать свою рубашку.

– Я ещё думать не умею, – внушительно, с каким-то скрытым смыслом, таинственным голосом произнёс он. – Как сказал батюшка, я новорожденный. Мне этому предстоит ещё научиться. А ты решай сам!

Он снял рубашку и повернулся ко мне спиной. Волна неподдельного ужаса сдавила моё горло и смертельный, всё поглощающий холод начал распространяться по моему телу.

Вверху на правом плече Друга и внизу на его левом боку, попирая все законы разумности, размером с пятирублёвую монету, с тёмными вкраплениями запёкшейся крови зияли две недавно зарубцевавшиеся раны. Словно кто-то неведомый в великой ярости проткнул Друга копьём.

Глава 3. «Железяка»

Командировка

Меня вызвал Шеф.

– К командировке всё готово? – подходя к окну своего кабинета, озабоченно спросил он.

– Да, – ответил я. – Алмазные пластины подготовлены. С технологами определено время и условия ростового процесса. Улетать можем хоть завтра.

Шеф задумчиво смотрел в окно. Я его понимал. Задача, которую предстояло выполнить, была очень непростая.

– Как думаешь, получится вырастить качественную плёнку кристалла кремния на алмазной пластине?

Он повернулся ко мне. Я понял его озабоченный взгляд и постарался успокоить.

– Этого никто и никогда не делал. По обычным представлениям – маловероятно. Совершенная монокристаллическая плёнка кремния может и не вырасти. Уж очень большое несоответствие параметров кристаллической структуры у алмаза и кремния. Но мы верим в нашу Технологию. Таких алмазных пластин ещё в мире никто не делал. Поверхность алмазных пластин – уникальна на атомном уровне. Да и ребята-технологи там весьма талантливые. У них очень руки чешутся провести такой эксперимент. Надеемся, что что-то более или менее приличное получится.

– Ну, хорошо. Вот вам в нагрузку ещё одна проблема.

Он вытащил из ящика стола и положил передо мной кусок металла размером примерно со спичечный коробок.

– Это что? – поинтересовался я.

Шеф задумчиво прошёлся по кабинету. Сел в кресло и озадаченно почесал свою бороду.

– Не знаю.

– Во как!

Я посмотрел на лежащий передо мной кусок металла. Чтобы шеф не мог даже предположить, что это такое, показалось мне странным. На вид – обыкновенный металл.

– Друзья из тайги прислали. Там один местный охотник случайно свалился в реку. А в этом месте река подмыла берег и обнажилась сферическая поверхность какого-то металлического предмета. Охотник прибежал в посёлок и сообщил о находке геологам. Те приехали на берег реки и трактором вытащили находку. Оказалось, что форма этого предмета похожа на большое яйцо весом примерно тонны три. Но странное такое яйцо. Там, где у обычного яйца тупая поверхность, здесь – впадина, очень напоминающее сопло ракетного двигателя. Геометрически правильное. И никаких следов ржавчины. Они попытались отпилить кусок для исследований, но металл оказался очень необычный. Еле отпилили. Вот этот кусок.

Я с большим интересом разглядывал лежащий передо мной объект будущих исследований. Азарт изучения непознанного начинал постепенно разгораться.

– Элементный анализ показал, – продолжал Шеф, – что это чистое железо. На 95%. И 5% – 64 элемента таблицы Менделеева. Металлурги в один голос заявили, что создать такой сплав современная технология не может. Радиационный анализ показал, что в космосе он тоже не был. Значит, не метеорит.

Он помолчал. Посмотрел на меня. Я уловил в его взгляде растерянность.

– Возраст, как ты понимаешь, определить нельзя. Вот и не понятно, что это такое. Будешь в командировке, попробуй провести анализ структуры. Может, он что-то подскажет.

Мы с Другом стояли в буфете аэропорта, ожидая приглашения на посадку, и пили удивительный, необычный для таких буфетов вкусный кофе. На столе перед нами на салфетке лежала «железяка». Так мы окрестили неизвестный кусок металла для краткости.

– Что ты о ней думаешь? – спросил я Друга.

– Ничего, – прихлёбывая кофе, спокойно ответил он.

– А может, это часть двигателя космического корабля, построенного пришельцами? Или сплав, сделанный древнейшими высокоразвитыми цивилизациями? А может…

– Ну-ну, – скептически перебил меня Друг. – Это, конечно, романтично. Но давай без летающих тарелок обойдёмся. Это всего лишь кусок металла. Образовался, наверное, где-то в недрах Земли и со временем выдавился на поверхность, приобретя яйцеобразную форму. Ничего необычного. И в структуре его я не ожидаю что-то нового. Все структуры металлических соединений известны для электронной микроскопии. Ну, может, и будут какие-то нюансы… Не думаю, что мы столкнёмся с чем-то совершенно необычным.

– Эх, – огорчённо ответил я, убирая в карман пиджака «железяку». – И что вы, учёные, такие скучные, такие земные. Где ваша трепетность перед непознанным?! Где полёт фантазии? Так же намного интереснее!

Друг улыбнулся. Иронично взглянул на меня. Покачал головой. Потом задумался.

– Мне сейчас мысль пришла в голову. – Он многозначительно помолчал. – Мы же представители частной фирмы. Командировочных удостоверений у нас нет. Правильно?

– Зато есть хорошие командировочные.

– Я не об этом. Пойдём на посадку в самолёт, будем проходить досмотр – металлоискатель от «железяки» зазвенит. Что будем говорить сотрудникам аэропорта? Сейчас ведь с досмотром очень строго. Терроризм на планете. Нам нужны лишние вопросы? А ведь у тебя ещё алмазные пластины в кармане…

Я неожиданно внутренне напрягся. Засосало под ложечкой. Хоть мы и ничего противозаконного и не делаем, но лучше не вызывать необоснованных подозрений и вопросов.

– Что-нибудь придумаем, наверное.

– Вот ты и придумай. Пойдешь первым. Я за тобой. Пластины – в портфель. Зазвенит «железяка» – скажешь, что везём кусок обычной стали на исследование в Академгородок. Может, и обойдётся. Давай лучше ещё раз обсудим предстоящий разговор с Технологом, как вырастить кремний на алмазе. Это гораздо интереснее, – допивая кофе, закончил он.

Объявили посадку на наш рейс. Возникшее у меня внутреннее напряжение от предстоящих объяснений по поводу «железяки» по мере приближения к пункту досмотра трансформировалось в некое радостное азартное возбуждение. Мне казалось, хрустальные искорки замелькали вокруг меня. Это возбуждение было связано, наверное, с предстоящей необычной работой по росту кремния на алмазных пластинах.

Завтра начинается Эксперимент. Я нисколько не сомневался, что удастся вырастить совершенную плёнку кремния. Предчувствие не должно меня обмануть. Всё получится. А это может говорить о том, что появится вероятность возникновения абсолютно нового класса микроэлектронных приборов с уникальными характеристиками. Приборов, совмещающих современные достижения кремниевой электроники с уникальными свойствами алмаза. Это компьютеры с колоссальным быстродействием. Преобразователей солнечной энергии в электрическую энергию с фантастической эффективностью. Средства связи, работающие в ультрафиолетовой части оптического спектра. И эти возможности откроет наша Технология! Очень приятно. И чертовски привлекательно! И кто этому сможет помешать?!

Пройдя без проблем досмотр, я стоял, ожидая Друга. Открывающиеся перспективы захватили меня, и ими очень хотелось с ним поделиться, посмаковать. О «железяке» я совсем не думал. Просто забыл о ней.

Друг прошёл металлоискатель, и тот вдруг истерически зазвенел, заверещал. Выскочил ОМОН. Друга поставили к стенке и остервенело начали обыскивать. Он жалобно смотрел на меня. Я недоумённо пожимал плечами. Обыскав Друга и найдя у него только носовой платок, милиционеры с сожалением его отпустили.

– Как так?! – возмущался Друг, когда мы с ним шли к самолёту. Бледность от пережитого постепенно сходила с его лица. – Ведь «железяка» у тебя была! Почему я зазвенел?

– И не только «железяка», – не сдерживаясь, хихикал я. – В другом кармане – горсть мелочи (как мы потом посчитали 64 рубля мелкой монетой), связка ключей, перочинный нож и дежурная открывалка для пивных бутылок. От такой наглости с моей стороны металлоискатель, видно, заклинило. Система отыгралась на тебе. А на самом деле – просто у тебя зазвенел твой научный скептицизм. Не веришь ты в непознанное! И иначе объяснить реакцию металлоискателя не получается!

Этот факт так и остался необычным фактом. В то время мы не смогли найти каких-то внятных объяснений. Они пришли гораздо позже, когда накопился достаточный экспериментальный материал. Но тогда мы решили, что произошедшее событие – просто сбой электронной системы. Бывает. Обычное совпадение. Но было очень смешно.

В этом Институте мы с Другом когда-то работали. Здесь было много знакомых и приятелей. Прежде чем приступить к Эксперименту, мы сначала встретились с нашим общим старым другом Физиком, большим специалистом в области электронной микроскопии.

– Надо посмотреть в микроскопе этот объект, – протягивая «железяку», попросил его Друг.

– А что это? – с любопытством рассматривая металл, спросил Физик.

– Кусок разбившейся летающей тарелки, – выпалил я. – Военные в тайге нашли. Там такой бой был!

Физик опешил.

– Не слушай его, – Друг укоризненно посмотрел на меня. – Это кусок железного метеорита. Геологи попросили.

Здесь опешил я. Друг пожал плечами, как бы говоря: «Пусть будет метеорит, какая разница? О яйце говорить и объяснять что-то – долго, да и ни к чему».

– Ладно, – хмыкнул Физик. – Отдам на оптический участок. Пусть отрежут полоску и отполируют её. Завтра или послезавтра проведём анализ.

Посмотрел на меня, улыбнулся.

– А ты по-прежнему, старик, неисправимый романтик.

И нежно похлопал меня по плечу.

Дня через два он нам позвонил.

– Ну, мужики, вы даёте! Начальник оптического участка весь в недоумении. Не режется у него «железяка»! Два дня уже пилит, а маленькую полоску отрезать не может. И не понимает почему. Я ведь ему про метеорит ничего не сказал. Так что – ждите. Будет готово – позвоню.

Но Эксперимент по росту кремния нас захватил полностью. Мы как-то забыли о «железяке». Получаемые предварительные результаты становления ростового процесса показали, что есть вероятность получить эпитаксиальный кристалл на наших алмазных пластинах. Исследовательский азарт вытеснил из головы все посторонние мысли. Несколько раз мы даже ночевали в Институте под ростовыми установками. И вот – свершилось! Совершенная плёнка кремния выросла на алмазной пластине!

В конце недели, в пятницу вечером, мы собрались в гостинице подвести итоги командировки. В портфеле лежали десять уникальных алмазных пластин с выращенной монокристаллической структурой. Нам ещё самим не верилось, что всё получилось.

– Уникальный материал, – возбуждённо вещал Технолог. – Я никогда не работал с алмазом. Такое впечатление – он живой. Правда! Я ощущал, когда поднять температуру процесса, а когда чуть-чуть её изменить. Словно не алмаз был в ростовой камере, а я сам.

– Так и должно быть, – хитро глядя на Друга, поддакивал я Технологу. – В твоём теле достаточно углерода, чтоб алмаз почувствовать своим родственником.

– А ты можешь снова всё повторить? – не обращая внимания на меня, спросил Друг.

Технолог, прищурив один глаз, молчал. Насладившись выдержанной паузой, восторженно ответил:

– Я скажу больше! Технолог – как художник! Когда он впервые начинает творить кристалл, ещё неизвестно, что получится. Это искусство. Поверьте, по общепринятым представлениям о ростовых процессах мы не могли получить то, что получили. И я не могу пока детально описать, как мне это удалось. Со временем, проведя ещё несколько Экспериментов, возможно, и получится написать инструкцию, по которой любой сможет это сделать. Сегодня эту инструкцию я пока написать не в состоянии. Просто я ОЩУЩАЛ весь процесс. Словно был его частью. А каждая пластина подсказывала свои нюансы. И если надо повторить – я с удовольствием это сделаю. И всё получится. Не сомневайтесь! И ещё…

Он задумался, о чём-то размышляя. Мы с нетерпением ждали продолжения. Возникло ощущение, что он сейчас скажет что-то необычное.

– Знаете, друзья мои, я всю прошлую ночь не мог заснуть. Ворочался-ворочался, пытался осмыслить весь технологический процесс. Сейчас я с полной уверенность могу сказать, что на алмазных пластинах можно вырастить любой материал микроэлектроники. Любой! Получить совершенные плёнки не только кремния, или германия, или ещё чего-то. Можно вырастить весьма сложные соединения, состоящие из нескольких различных материалов. А это – фотоприёмники с уникальными характеристиками, приборы ночного видения с фантастическими параметрами. И многое-многое другое. Нет ограничений, – подняв указательный палец, как бы показывая значимость сказанного, он лукаво улыбнулся.

В это время раздался звонок гостиничного телефона. Друг взял трубку. Звонил Физик.

– Чем занимаетесь? – спросил он.

– С Технологом общаемся. Итоги подводим. Подъезжай, интересный разговор складывается. Весьма интересный.

– Не могу, к сожалению. У жены сегодня день рождения. Обещал приехать пораньше. А Технологу – пламенный привет! Кстати, только что принесли отрезанную «железяку». Ох, и ругался оптик… Целую неделю ей занимался! Добил-таки её. Я поэтому на завтра разрешение на работу получил и вам пропуска заказал. Ваш самолёт когда?

– Послезавтра.

– Ну, вот и поработаем. В Институте никого не будет, суббота. Спокойно посидим. Никто не помешает. Договорились? Так что до завтра!

Утром мы были в пустом Институте.

– Твоя «железяка» – тебе её и травить, – сказал Физик, включая электронный микроскоп. – Иди в химическую комнату. Там есть все реактивы. А мы с Другом пока побеседуем. И халат не забудь одеть!

Чтобы посмотреть структуру металла в электронном микроскопе, объект надо сделать прозрачным для электронов. Химически протравить металл до образования очень тонкой фольги. Методика известная и хорошо отработанная. Все металлы реагируют на кислоту.

Я налил в химический стакан немного концентрированной серной кислоты и поставил рядом стакан с водой. Если реакция пойдёт слишком быстро, рассуждал я, сразу добавлю воды. А то вся «железяка» растворится ещё. Что смотреть будем? Взял специальный пинцет с фторопластовыми наконечниками, захватил им отрезанную маленькую полоску «железяки» и кинул её в стакан с кислотой. Она спокойно опустилась на дно. Никакой реакции. Я немного подождал. Ничего не происходило. Ладно, думаю, попробуем другую кислоту. Поменял серную кислоту на азотную. Кинул в эту кислоту свой объект исследования. Реакция такая же. Точнее, никакой реакции. «Железяка» спокойно опустилась на дно стакана. Процесс травления не шёл. Я перебрал все имеющиеся в химическом шкафу кислоты. Никакого результата. Зазвонил внутренний телефон.

– Как дела, алхимик? – спросил Физик.

– Никак, – растерянно ответил я. – Ни в какой кислоте она не травится.

– Однако… – удивился он. – А ты попробуй в «царской водке». В ней всё травится.

Я налил в химический стакан адскую смесь кислот. Бросил туда «железяку». Она спокойно опустилась на дно стакана. Никакой реакции…

Мы молча смотрели друг на друга. Я на «железяку», она на меня. Я ничего не понимал. «Железяка» словно издевалась надо мной! Но такого же не бывает, рассуждал я. Должна же ты травиться. Реакция с кислотой должна происходить! Это же закон! Но она, видно, так не думала. Что делать? Никакой мысли в голове не возникало. Время шло. От безысходности происходящего я взял пинцет и сверху ткнул им в пластинку «железяки».

– Травись, ядрёна копоть! – в сердцах воскликнул я.

И вдруг пошла реакция! И какая… Из металла стало выделяться что-то тёмно-коричневое. Словно из неё забил родник какой-то вязкой жидкости. Перемешиваясь неторопливо с кислотой, она заставила её приобрести тёмно-коричневый цветовой оттенок. Через какое-то время передо мной стоял стакан, наполненный чем-то таким, что напоминало по цвету крепко заваренный чай.

– Однако, – озадаченно пробормотал я. – Ну теперь хоть знаем, что делать.

Поменяв кислоту, я промыл водой полоску «железяки». Посмотрел её под оптическим микроскопом. Она выглядела блестящей и чистенькой, как после бани. Взяв её пинцетом, я опять кинул металл в кислоту. «Железяка» спокойно опустилась на дно стакана. Никакой реакции. Но я же знал, что надо сделать! Прицелившись пинцетом, опять её ткнул. Ничего!.. Я стал её тыкать и тыкать, негромко выкрикивая различные фразы с разнообразной эмоциональной интонацией. Реакции не было!

Опять зазвонил телефон.

– Ну и как идёт процесс? – иронично спросил Физик.

Я всё рассказал.

– Такого не бывает! А ты не фантазируешь?

– Какие фантазии! У меня волосы на голове шевелятся. Ничего не происходит! Не знаю, что делать!!!

– Ладно, неси её сюда. Может, найдём прозрачный участок…

В полумраке микроскопической комнаты мы с Другом восторженно смотрели, как работает Физик. Талантливый профессионал, его руки, как у гениального пианиста, вдохновенно порхали над пультом управления электронным микроскопом. Он нашёл на краю «железяки» небольшой прозрачный участок и теперь колдовал над его изображением. Время летело незаметно. Полумрак комнаты, моргающие огонёчки пульта управления микроскопа, приглушённый стук вакуумных насосов стали навевать на меня дремоту.

Наконец Физик повернулся к нам и включил свет. Молча уставился куда-то в пространство, не видя нас. Словно нас не было. Мы ждали. Пауза стала затягиваться. По взъерошенному виду Физика, по его отсутствующему взгляду стало ясно, что он чем-то сильно озабочен. Я ткнул Друга в бок. Друг посмотрел на меня. Я кивнул на толстый портфель, стоящий на полу. Друг понял. Неторопливо достал и открыл банку пива, предусмотрительно принесённую с собой. Протянул Физику. Тот, не отрываясь, выпил её до дна. Взгляд его стал осмысленный.

– Метеорит говорите, – задумчиво произнёс он. – Ну-ну… А какая у вас есть ещё информация по этому материалу?

Друг протянул ему данные экспертизы. Физик заинтересованно углубился в их изучение.

– Я так и думал, – наконец произнёс он. – Что ещё знаете?

Мы рассказали о яйце.

– Сразу надо было сообщить! – посетовал Физик. – Я бы не потратил столько времени на исследование. Знал бы, что искать! Впрочем… – он помолчал. Тяжело, как-то горестно вздохнул. – Впрочем, это уже не имеет значения. Ваша «железяка» – идеальный монокристалл! Да-да! Вы не ослышались. Совершенный кристалл! Я не знаю, как это может быть, но это факт. Данные экспертизы, – он ткнул в листок пальцем, – показывают, что в нём, кроме самого железа, присутствуют редкоземельные металлы. То-то я смотрю, что её структура мне напоминает что-то до боли знакомое!

Он смотрел на нас, наслаждаясь нашей растерянностью.

– Структура этого вещества очень похожа на структуру открытой недавно высокотемпературной сверхпроводящей керамики. Каково, а? – и он радостно засмеялся.

Мы, обалдевшие, смотрели на Физика, пытаясь осмыслить сказанное. А он, достав из портфеля ещё банку пива, продолжал.

– Сами подумайте! Ну-ка быстрее соображайте! Высокотемпературная сверхпроводимость керамики открыта несколько лет назад. Недавно за это открытие Нобелевскую премию дали. А у вас в идеальном кристалле, да ещё в металлическом кристалле, структура почти аналогичная! Это может быть величайшее открытие в науке!!!

Он в возбуждении заходил по комнате. Наконец и до нас дошло сказанное им. Совершенно невероятное совпадение. Металл, обладающий структурой высокотемпературного сверхпроводника?! В это невозможно было поверить!

– Вы мне оставьте этот маленький кусочек «железяки». Я поговорю с ребятами. Попробуем исследовать её и с этой стороны. Но, похоже, здесь очень интересное открытие корячится, – и он азартно потёр ладони.

Ночной разговор

Рано утром мы улетали. Ночью я неожиданно проснулся. Друг, одетый, стоял у окна и задумчиво смотрел в светлеющее безоблачное августовское небо.

– Ты что не спишь?

– Не могу. – Он подошёл к моей кровати и сел в кресло. – Мысли всяческие одолевают. Поговорим? А в самолёте выспимся. А?

Я заинтригованно сел на кровать, накинул на ноги одеяло и приготовился слушать. Очень редко Друг обращается с такой просьбой, да ещё среди ночи. Я почувствовал, что разговор предстоит необычный.

– Плёнки мы вырастили, – начал разговор Друг. – Это действительно важное событие. Важное не в том, что может образоваться новый класс микроэлектронных приборов. Важно то, что мы доказали принципиальную возможность проведения такого ростового процесса. Может, ты и прав, утверждая, что алмаз взаимодействует с энергией человека. Технолог это, как мне кажется, подтвердил.

– Конечно, прав! Сколько известных данных! Просто в них никто не верит. Для современного человека, допускаю, это немного непривычно. Но за этим будущее! Новые возможности открываются. И какие!

Друг поднял руку, как бы прося его не перебивать.

– И в наши плёнки никто не поверит. Да, вот они лежат. Да, мы опубликуем эти данные. Но пройдет немало времени, когда это будет востребовано. Слишком уж всё необычно.

Он глубоко вздохнул. Задумчиво потеребил мочку уха. Неторопливо продолжил.

– Технолог получил результат по своему наитию. По интуиции. Он очень талантливый человек! А интуицию к делу не подошьёшь. В современной науке необходимо, чтобы всё было тонко, звонко и прозрачно. И доступно для каждого. И воспроизводимо любым оператором. А пока этого нет – это искусство. А наука и искусство – сёстры разные. Вот и неизвестно, когда наши результаты будут востребованы. Доживём ли мы до этого…

Он поднялся с кресла и опять подошёл к окну. Помолчал. Начало светать…

– Твёрдый, в кислоте не травится, температура плавления неизвестна. А какие ещё свойства у него есть? – задумчиво произнёс он.

– Ты не прав! Об алмазе известно многое. И современная наука довольно пристально и интенсивно изучает его возможности. Это всё-таки материал будущего. Материал XXI века, как утверждают.

– А я не об алмазе говорю? – он хмыкнул и повернулся ко мне.

– А о чём? – искренне, удивился я.

– О «железяке».

Я замер. Никак не ожидал такого поворота разговора.

– Да! – друг опять сел в кресло. Иронично посмотрел на меня. Покачал головой. – Да, дорогой. Я говорю о нашем неизвестном материале. Об этом необычном состоянии материи. Что это? Откуда взялось? Для чего? Кто его сотворил? И почему попало к нам? Кофе хочешь?

Я кивнул, быстро оделся, и мы тайком кипятильником заварили в стаканах кофе. Уютно устроились в креслах и продолжили разговор.

– Почему только один раз произошла реакция с кислотой? – спросил он.

Я молча пожал плечами.

– Да потому, что ты, ткнув «железяку» пинцетом, запустил в её объём одиночную сферическую волну. А одиночная сферическая волна когерентна! В объёме возникли гармонические колебания. Кристалл активизировался, и пошла реакция. Понял?! «Железяка» активизировалась!

– А почему реакция дальше не пошла? Я ведь потом много раз её тыкал?

– Кристалл изменился. Может как-то очистился. Так, наверное, совпал диапазон частот. От одного воздействия, от одного волнового возбуждения прошёл предварительный процесс очищения. Материал стал готов к работе. Какой – не знаю. Но, наверное, дальше надо запускать уже другие волны. Может, другой частоты.

Я ухмыльнулся.

– Если учесть допущения Физика, то этот материал может эффективно реагировать на слабые высокочастотные поля? Например, на биополе человека?

Друг кивнул.

– И ты хочешь сказать, что случай в аэропорту с металлоискателем не простое совпадение?

Друг опять кивнул и застенчиво улыбнулся.

– Да! Именно на это я и намекаю. Это всего лишь предположение. Пусть даже и фантастическое. Энергия твоей волновой функции стала «созвучна» энергии «железяки» резонансно, если хочешь. И вы сотворили нечто общее. По-видимому, какое-то совместное поле. Ты для металлоискателя стал «невидимым». А «отыгрался» он на мне.

– Так давай это сегодня проверим? Теперь ты пойдёшь первым. Посмотрим – зазвенит или нет!

Друг опять грустно покачал головой.

– Нет! У меня это не получится. Моё биополе или по нашей терминологии моя волновая функция имеет немного другие свойства. Я не знаю, это врождённое или приобретённое качество человека. Ты. Технолог. Вы ощущаете кристаллы. Ощущаете процесс. Я, наверное, так ощущаю формулы, когда делаю свои физические расчёты. Но формулы не материальное тело. У меня это не получится.

Я нежно посмотрел на Друга.

– Знаешь, а ты фантазёр ещё почище, чем я.

Мы засмеялись.

– А может, «железяка» просто вокруг себя создаёт какое-то поле, на которое не реагирует металлоискатель?

– Маловероятно. Металл есть металл. Не думаю, чтобы сам по себе он что-то делал. Но у меня есть одна идея.

В это время зазвонил телефон. Подъехало такси, чтобы нас увезти в аэропорт.

В аэропорту я прошёл досмотр первым и сразу подошёл к оператору, просвечивающему ручную кладь. Встал у него за спиной и нетерпеливо стал ждать прохождения нашего портфеля, внимательно рассматривая «картинки» на мониторе. В этом и заключалась идея Друга. Если «железяка» сама не даёт искажений, то её будет хорошо видно. Показался наш портфель. В самом его центре, на дне портфеля ярким чёрным пятном сияла «железяка». Наверное, слишком ярким и необычным пятном, поскольку оператор сразу настороженно повернулся ко мне.

– Это что? – он пальцем показал на изображение «железяки».

– «Железяка».

– Какая железяка?

– Секретный сплав для стратегических ракет особого назначения, – неожиданно для себя выпалил я. – Получен по линии министерства обороны. Сверхсекретный материал.

– Разрешение есть? – ошарашенно вытаращив глаза, прошептал оператор.

– А как же! Ещё какое!

– Есть! – подскочивший Друг схватил портфель, меня и поволок нас на посадку. – У нас всё есть!

– Почему без охраны? – растерянно спросил вслед оператор.

– Как это без охраны! – пытался возмутиться я, театрально раскинув руки, якобы сопротивляясь натиску Друга. – А кто меня сейчас тащит?! Там в самолёте ещё целая бригада сидит! Все в касках, бронежилетах и с рогатками!!! Никакой вражеский истребитель мимо не пролетит!

Растерянный оператор долго смотрел нам вслед.

– Ну, сколько можно?! – ворчал Друг, затаскивая меня в самолёт. – Ещё не хватало нам неприятностей. Молчи до посадки. Понял?!

Через неделю после нашего возвращения позвонил Физик:

–– Мужики! Вы даже не представляете, что это такое! Мы такие эффекты обнаружили! Это почти живая система! По нашему сегодняшнему представлению – это…

Но раздался треск, и телефонная связь неожиданно оборвалась.

Оборвалась не только связь. Рухнула целая держава. Развалилась великая страна. Рухнул привычный мир. Стало не до исследований.

Эх! Как всегда, на самом интересном месте…

Глава 4. «Железяка»-2

«Бомбиловка»

Мы, водители своих машин, стояли в очереди перед автобусной остановкой, поджидая клиентов. Я был в этой очереди первым на своих стареньких «жигулях» четвёртой модели. За мной на стареньком «Москвиче» стоял бывший майор-десантник. За ним на новенькой «девятке» бывший капитан-вертолётчик. События в стране заставили нас как-то искать выход из сложившейся ситуации, как-то кормить семью. И в этой кутерьме событий мы, имеющие свой личный транспорт, стали частными извозчиками или, как нас называли клиенты, «бомбилами».

Лаборатория развалилась. Шеф уехал. Судьба всех раскидала. Я опять перетащил свой станок домой. Но заниматься исследованиями пока не получалось. Всё время поглощала беспрерывная езда по городу в поисках случайных пассажиров. В поисках хоть какого-то заработка. Непросто создавать новый уклад своей жизни в совершенно необычной стране, которой на данном этапе своего развития стали не нужны ни твои профессиональные навыки, ни твоя специальность, ни твой возраст. Да, похоже, и ты сам.

К остановке подъехали четыре новенькие «девятки» и встали впереди нас. Из них вышли водители и, ухмыляясь, стали нас разглядывать. Их «бригадир», или «бугор», щупленький коротышка-заморыш, направился в нашу сторону. Остановился возле моей машины, но обратился ко всем нам.

– Значит, так, лохи! Эта остановка наша. Если хотите здесь стоять, платите мне дань. Иначе – колёса попротыкаем. И мы всегда в очереди будем первые! Понятно?!

Из «Москвича», не спеша, вылез богатырского роста бывший майор и подошёл к «прыщу». Окинул его взглядом. Взял его за грудки и приподнял одной рукой над землёй. Подержал на весу на вытянутой руке. Заморыш задёргал ножками и ручонками, но дотянуться до могучего десантника не мог.

– Значит, так, папаша! Я много чего повидал и хочу, чтобы ты хорошенько запомнил. Это наша страна, и не тебе, уроду, устанавливать в ней свои «уркагановские» законы. А хотите клиентов, то занимайте общую очередь. Тебе понятно?

«Прыщ», краснея от железной хватки десантника, что-то мычал. Майор поставил его на землю. Тот подпрыгнул и, не оглядываясь, побежал к своим подельникам. Они о чем-то возбуждённо зашептались, размахивая руками и косясь в нашу сторону. Я вышел из машины и встал рядом с майором. С другой стороны подошёл капитан-вертолётчик. Мы втроём стояли и ждали, что будет дальше.

О чем-то договорившись, «братва», кидая на нас яростные взгляды, расселась по машинам и уехала. Мы переглянулись. Майор пожал плечами, как бы говоря: «Уроды – они и в Африке уроды».

Подошла дама и попросила отвести её до ближайшей станции метро.

Многие водители помнят этот непростой период в своей жизни. Иногда можно было попасть в очень опасные, смертельно опасные ситуации. И каким-то чудом из них выкарабкаться. Хотя не каждому это удавалось сделать. Как это ни печально. И на моих глазах происходило всякое. Чего только не происходило… Бандиты, проститутки, наркоманы, алкаши. Кого я только не повстречал в своей машине, работая на извозе. Иногда мне казалось, что я проходил некое испытание на прочность. На прочность своей человеческой сущности, внутреннего стержня или, как мы раньше говорили, своей волновой функции. Словно кто-то неведомый давил и корёжил события, кидал меня в ту или иную ситуацию, проверяя на износ или на живучесть. Утешало только одно. Видимо, в такой ситуации находились все нормальные люди, решая простой и вечный вопрос. Либо ты остаёшься Человеком, несмотря ни на что, либо имеешь много денег, плюёшь на всех и ублажаешь себя на всю катушку, а расплачиваешься за это своей душой.

Рано утром я вернулся из рейса из соседней области, проведя почти шестнадцать часов за рулём. Добрался до кровати и рухнул на неё, не раздеваясь. Сил просто не было. И снов тоже. Я не сразу сообразил, что уже давно трезвонит телефон. Посмотрел на часы. Оказалось, что спал я не больше трёх часов. С трудом подняв руку, я взял трубку. Звонила Магиня.

– Вовка, ты что делаешь?

Я собрался с силами и мрачно ответил:

– Если бы ты была мужчина, я бы сказал весьма откровенно. А тебе скажу просто – ничего!

Она захихикала.

– Очень доходчиво! А тебе не надоело мотаться по городу, как голодная блоха в поисках собаки?

– Ты хочешь что-то предложить? – устало вздохнул я.

Она опять хихикнула.

– Хватит валять дурака! Необходимо продолжить исследования. Этого от тебя ждут.

Я хмыкнул. Очень захотелось сказать какую-нибудь едкую и мерзкую грубость. Я начал подыскивать слова.

– Вот не надо этого делать! – опередила меня Магиня. Я давно догадывался, что она умеет читать мои мысли – Не надо грубить! Чтобы появилось время на исследования, тебе надо создать сеть своих личных клиентов. И заработок будет постоянный, и на исследования Технологии время определится.

Я вздохнул. Сел на кровать. Понял, что уже не усну. Голова просто трещала.

– А ты знаешь, как это сделать?

– Я нет. Но у тебя же есть «железяка». Спроси её. Она не только подскажет, но и поможет тебе в этом.

– Слушай, мне не до шуток! Я спал всего три часа. И плохо соображаю. Причём здесь «железяка»?!

Моё раздражение попыталось вылезти наружу, но у него тоже не хватило сил, и оно с грохотом рухнуло обратно. Магиня опять хихикнула.

– Ладно! Слушай внимательно. Опять постараюсь доходчиво для тебя сказать. Сегодня ночью я «пообщалась» с «железякой». Точнее, вошла в контакт с её волновой функцией и много что поняла. Эта система вполне может работать с волновой энергией человека. Создана она Высшими силами. Природой, если хочешь, для совсем других целей. Есть в космосе целые планеты такого материала. Этот материал «нормализует» окружающее пространство. Определённым образом взаимодействует с ним. Но его не меняет. Он как бы усиливает «правильную» энергию тонких энергетических полей и уменьшает или корректирует действие «неправильной» энергии. «Правильная» и «неправильная» с точки зрения законов Природы, конечно. Некий такой природный «нормализатор». «Железяка» может эффективно работать и с намерением человека. С энергией направленного человеческого желания.

– Я должен сказать какое-то заклинание, чтобы эта волшебная палочка сработала? Или поскакать на одной ноге, сплёвывая через левое плечо? Или выпить какой-то вонючий эликсир и, упав на колени в сторону восходящего солнца, завывая, рвать на себе волосы?!

Она звонко засмеялась.

– Нет, конечно! Ничего подобного делать не надо. Просто поноси её с собой и внимательно прислушайся к своим ощущениям. Сам всё поймёшь. Пока!

Я встал и пошёл умываться. Посмотрел на себя в зеркало. В ответ на меня уставилась бледная, измождённая рожа с потухшими, мутными глазами и торчащими в разные стороны волосами. Ну и видок!..

Умывшись, решил выпить кофе. Открыл на кухне дверцу подвесного шкафчика. В шкафчике была совершенная пустота. Я вспомнил, что кофе кончился ещё два дня назад. Жаль! Пошёл в комнату. Открыл шкаф, где лежали мои разнообразные инструменты. Нашёл коробочку, в которой лежала пластинка «железяки». Посмотрел на неё. Железка как железка. Ничего особенного. Я завернул её в бумагу, чтоб не порвать карман джинсов. Сел в кресло. Голова трещала, и сил куда-то идти просто не было. Тупо уставился в окно.

Магиня, конечно, права. Надо создать сеть своих постоянных клиентов. Надоело мотаться по городу, сжигая бензин и конкурируя с местными извозчиками. Как же мне это сделать? Неожиданно я почувствовал, что боль в моей голове стала проходить. Она потихоньку начала превращаться в некий уменьшающийся шарик, переместилась в район затылка и исчезла. В организме возникло ощущение только что выпитого кофе. Хорошего, необычно вкусного кофе. Как тогда в аэропорту перед отлётом в командировку с Другом. Я пошёл в ванную комнату и опять посмотрел на себя в зеркало. На меня уставилась розовая довольная физиономия с блестящими, необычно ярко сияющими глазами. Вот тебе раз! В чём дело, ребята?!

Я вытащил из кармана джинсов «железяку» и положил её на стол. Сел в кресло. Минут через десять эффект выпитого кофе исчез. Кофе! Я достал бабушкин измеритель давления. Хороший японский прибор. Он ещё и частоту пульса мог измерять. Настроил прибор и измерил своё давление и пульс. Сто двадцать на семьдесят. Частота пульса семьдесят. Как у молодого повесы. Словно не было бессонной ночи.

Взял в руку «железяку». Через минут десять появился эффект выпитого кофе. Измерил себе давление и пульс. Сто тридцать на восемьдесят. Пульс восемьдесят. Ну и дела!

Я с удовольствием начал экспериментировать. Проделал эти измерения несколько раз. Вывод был однозначный. Когда я брал в руку «железяку», моё давление и пульс увеличивались. Всегда на одно и то же значение. Что же это получается? Каким-то образом эта неведомая материя влияет на моё состояние?! Ненавязчиво. Чуть-чуть, но влияет!

Я попытался как-то осмыслить эти результаты. Сидел, зажав в руке «железяку» и старался подвести разумную базу объяснений под свои рассуждения. Внезапно я почувствовал, что «железяка» в моей руке стала нагреваться. Но этого же не может быть! Она завёрнута в бумагу, а бумага очень хороший теплоизолятор! Я же не могу ладонью её так нагреть! И как она может нагреваться?

Достал из шкафа электронный термометр, развернул бумагу и замерил температуру «железяки». Тридцать семь и шесть! На десять градусов выше моей температуры тела. Вот это да! А до какой температуры она вообще сможет нагреться?

Завернул её опять в бумагу, зажал в кулаке и стал ждать. Неожиданно почувствовал, что «железяка» стала пульсировать. Такое ощущение, словно я в руке осторожно держал воробушка-птенчика и ощущал биение его сердца. Может, это частота моего пульса? Я уставился на часы и отсчитал частоту пульсаций «железяки». Она пульсировала с частотой где-то сорок пять, пятьдесят биений в минуту. Ну хоть здесь мой пульс выше, чем у неё! Я позвонил Магине.

– То ли ещё будет, – хихикнула она. – Пока всё нормально. Хорошо, что ты пульс Земли почувствовал. Молодец! Дальше твой организм, твоя волновая функция начнёт очищаться. Привыкать к новым условиям. Всеми известными способами очищаться. Не пугайся, когда почувствуешь необычный запах своего пота или пойдёшь в туалет по малой нужде или по большой.

Она опять захихикала.

– Через неделю всё это пройдёт. Вы адаптируетесь друг к другу. Вот тогда-то и начнётся самое интересное!

Я спустился к машине и сел за руль. Посмотрел на себя в зеркало заднего вида. Рожа красная, глаза блестят, волосы предательски точат дыбом в разные стороны, как бы я их не приглаживал. Ладно, пусть торчат.

Имея опыт извозчика, я знал в каком районе нашего небольшого, расположенного рядом со столицей страны городка могут ожидаться клиенты. Начал перебирать в памяти эти районы, представляя в уме, как они выглядят. Неожиданно я почувствовал, словно вижу сразу весь наш городок с высоты птичьего полёта. Не знаю, что на самом деле видят птицы, но я вдруг ощутил весь городок как одно живое целое. И в верхней части этой «схемы» я почувствовал тёплое пульсирующее пятно. Клиенты!

Как я сразу понял, там, на другом конце города, возле остановки автобуса стоят молодые мужчина и женщина. Женщину надо отвести в близлежащий посёлок, заплатят они мне вполне определённую сумму. Я сразу узнал величину этой суммы. Это – мои клиенты. Я завёл двигатель машины и поехал.

Подъезжая к «увиденному» мной месту, я с удивлением обнаружил, что ни одного местного «бомбилы» вокруг не было. Словно кто-то их разогнал. Подошедший молодой человек попросил отвести его жену в посёлок. Я согласно кивнул. Он сразу со мной рассчитался. Женщина села, и мы поехали. Всё, как и предполагалось. Как почувствовалось.

Всю дорогу туда и обратно я снова пытался осмыслить происходящее. Но опять ничего внятного не получалось. «Да пусть будет так!» – решил я. Может, потом разберёмся. Подъезжая обратно к своему городу, я опять «увидел» на «схеме» тёплое пульсирующее пятно. С этого дня всё в моей жизни изменилось.

Но в этот же день обнаружилось одно «недоразумение». Меня семь раз останавливали гаишники и проверяли на содержание в моём организме алкоголя. В конце концов я не выдержал, заехал в ближайшую парикмахерскую и остригся наголо. А на местном рынке купил солнцезащитные очки.

Мадам

Они стояли на остановке. Она – шикарная, высокая, немного полненькая блондинка. Он – её четырнадцатилетний сын. Попросили отвезти их домой. Я согласился. По дороге выяснилось, что она работает в редакции нашей местной газеты, а живёт в ближайшем посёлке. Каждый день добирается на перекладных. Подъезжая к её дому, я получил от неё предложение стать её водителем. Утром привозить на работу и вечером увозить обратно. Я, естественно, согласился.

Вечером мне позвонил знакомый.

– Ты что завтра делаешь? – спросил он.

– Как обычно валяю дурака! А что?

– В нашем офисе серьёзный ремонт намечается. Ремонт надолго. Нужна машина на небольшие разъезды. Где мешок цемента подвести или шпаклёвки. Где за электриком съездить. Да и так по мелочам. Три или четыре часа работы каждый день на своей машине. Я предложил тебя. Ты согласен?

Что я мог здесь сказать?! Жизнь, похоже, стала совсем неплохо налаживаться!

Мадам вечером довольная села в машину.

– Володя, сегодня нам выдали зарплату. Я хочу заехать на местный рынок и что-нибудь прикупить. Ты не возражаешь?

Я не возражал. Мадам всегда чётко оплачивала мою работу. А постоять в ожидании мне было не привыкать. Всегда есть о чём подумать.

«Что же получается, – сидя в машине у рынка и ожидая Мадам, размышлял я. – Совершенно очевидно, что “железяка” работает. По какому принципу, как это происходит совершенно непонятно. Но происходит».

– Это вполне объяснимо, – в одном из телефонных разговоров поясняла Магиня. – Во всяком случае для меня. Твои намерения – это твоя внутренняя энергия. Возможно, правильно тобой сформированная. «Сформированная» с точки зрения природных законов. Эта энергия «понятна» «железяке». Вы вместе участвуете в прохождении всех событий. А прохождение событий – это протекание обобщённой энергии. Не забудь, что вверху, то и внизу. Это ещё Гермес утверждал. Я допускаю, что невольно ты чувствуешь все события, но осознаёшь только тебе доступные. Пока всё нормально.

Каждый день я открывал что-то новое в своих ощущениях. Пришло, например, удивительное чувство дороги. Каждый водитель это знает. Но в моём случае возникли некие особенности. Я очень хорошо чувствовал всех рядом едущих водителей. Словно мы были единым целым или я во всех лицах сразу. Словно мы все существовали в некой одной энергетической упряжке. Я знал за несколько секунд, что впереди едущий водитель, например, сейчас примет решение перестроиться. Он только что сам для себя решил это сделать, а я уже это знал. Он даже сигнал поворота мог не включать. Чёткое ощущение дороги как какого-то живого организма. И ты его составная часть.

– Так и должно быть, – говорила Магиня. – Всё, что существует в Природе можно ощущать. Намерения человека, его мысли, потоки энергии. Это естественно. Но будь осторожен. Скоро возникнет у тебя желание этим управлять. А это очень серьёзно! Пожалуйста, не торопись с действиями. Принять подобное решение – очень ответственный шаг! Будь осторожен!

Вернулась Мадам с рынка и чем-то озабоченная села в машину.

– Что случалось? – спросил я.

– Странно как-то, – она помолчала, собираясь с мыслями. – Прохожу вдоль торговых рядов, и вдруг в моей голове возникает мысль: «Купи кольцо». Я оглядываюсь. За прилавком стоит цыганка и внимательно на меня смотрит. Перед ней на прилавке лежат кольца. Я подошла и выбрала кольцо с нефритом. Мой размер. Красивое кольцо. Цыганка не торговалась. Я рассчиталась и пошла к выходу. По дороге захотела купить такие же серьги. Чтобы был комплект. Вернулась, но ни цыганки, ни колец не было! Она растворилась! Просто пустой прилавок! Мистика какая-то… Ты что об этом думаешь?

Я молча пожал плечами.

– Может, тебя обманули и кольцо фальшивое?

Она усмехнулась.

– Меня нельзя в этом вопросе обмануть! Я очень хорошо разбираюсь в кольцах. Да и цена смехотворная. Нет! Кольцо настоящее! Нефрит в оправе из мельхиора с глубоким серебрением. Но вот что интересно. Это кольцо работает!

У меня засосало под ложечкой.

– Что значит «работает»?

Мадам повернулась ко мне и таинственно улыбнулась своей очаровательной улыбкой.

– Моя прабабушка была ясновидящей. Видно, часть её таланта передалась и мне по наследству. Я ощущаю эту энергию. Вот надеваю кольцо на палец, и рука начинает теплеть.

Я сглотнул слюну. Господи, что происходит?!

– Дай посмотреть!

Она протянула кольцо. Я вытащил ювелирную лупу, с которой никогда не расставался. Внимательно стал рассматривать кольцо. Неожиданно на внутренней неполированной поверхности кристалла параллельно плоскости кольца увидел отпечаток конуса. Словно кто-то каким-то непонятным мне образом «вдавил» некий конусообразный материал в нефрит, словно в пластилин.

– А в каком положении кольцо работает наиболее чувствительно? – спросил я.

Мы стали экспериментировать. Я заставлял её надевать кольцо на разные пальцы. На разные руки. По-разному его поворачивать. Кристаллом вверх, кристаллом вниз. Через какое-то время мне всё стало ясно. Кольцо работает только в одном случае. Когда оно на среднем пальце её правой руки и вершина конуса направлена в сторону, вправо. Если учесть, что волновая энергия женщин имеет вращение по часовой стрелке, то, входя в основание конуса, эта энергия начинает работать с кольцом. Магиня, похоже, была права.

Кабан

Изменения в своей волновой структуре я заметил не сразу. Сначала обратил внимание на свою повышенную восприимчивость к посторонним человеческим переживаниям, особенно негативным.

Показывают, например, по телевидению, как обокрали мошенники старую женщину-пенсионерку, а у меня всё внутри переворачивается. Начинает трясти и слёзы на глаза наворачиваются. Я словно вижу этих волновых уродов, обидевших ради своей наживы старушку, чувствую их мерзкую негативную энергию. Становлюсь созвучным с горестными переживаниями обиженной женщины. Каждая клеточка моего организма вибрирует, словно меня обокрали. Что я сам впустил в дом этот «собес» и с великой добротой за чашкой душистого чая открыл им свою душу. А они воспользовались этим и утащили все мои сбережения.

Ощущения предательства, несправедливости, какой-то вопиющей дисгармонии сильно выбивали меня из себя. Я уж не говорю о показываемых по ТВ грабежах, насилиях, убийствах. Немного позже заметил, как я начинаю необычно сильно радоваться и смеяться, когда показывают что-то хорошее, например, новорожденных детей. Слёзы умиления неудержимым потоком текли по моим щекам. Я чувствовал себя счастливым, словно отец всех этих карапузов. Короче, я перестал смотреть телевизор.

Со временем всё более или менее нормализовалось. Стало понятно, что к этой эмоциональной энергии можно адаптироваться. Всё улеглось. Моя волновая структура пришла в некое гармоничное состояние. Да, она стала новой, немного необычной, но к этому я быстро привык. Зато начало проявляться нечто другое…

Я сидел и читал учебник физики. Возникла очередная идея, и я хотел освежить в памяти какие-то понятия. Подошёл Кабан с мячиком во рту и молча уставился на меня. Стоял и гипнотизировал меня взглядом, пока я не обратил на него внимание.

– В чём дело, товарищ пёс? – спросил я.

Он молча продолжал смотреть. Я отложил учебник и посмотрел ему в глаза. Какое-то время мы смотрели друг на друга.

– Вы хотите на улицу?

Он продолжал смотреть. Этот красноречивый взгляд как бы говорил: «Хватит валять дурака. Соображай быстрее!»

– А! Понятно! Вы, наверное, хотите кушать? Правильно?

Он аккуратно положил мяч на пол и возмущённо фыркнул. И так на меня посмотрел, что я не выдержал и засмеялся.

– Понятно, понятно. Вы хотите поиграть в мяч. Я правильно понял?

«Ну, наконец-то!» – вздохнул он. И носом ткнул мяч в мою сторону: «Давай, кидай!»

– А может, Вы хотите поиграть в шахматы? – предложил я.

Он задумался. Пошевелил бровями, словно соображал. Его взгляд не вызывал сомнений.

«Нет. В шахматы неинтересно. Я люблю бегать».

Внезапно мне в голову пришла идея.

– Тогда скажи «папа».

Пёс недоумённо уставился на меня. Начал что-то в уме прикидывать. Видно, предложение ему понравилось. Через какое-то время он тихо два раза промычал:

– У-у.

– Не «му-му, а «па-па». Пасть шире открывать надо.

Он опять задумался. Наконец, смешно вытянув свои губёшки, тихо и неторопливо произнёс:

– Гау-гау.

– Ну, уже лучше. Но над дикцией надо поработать. Давай ещё разок. Пасть открывай ещё шире и резче, чтоб звук «п» слышимый был. Не спеши. Ну…

Зашла жена.

– Вовка, оставь кобеля в покое. Сходи лучше в магазин за хлебом и купи что-нибудь к ужину.

Идя по улице, я размышлял. Ведь в древних сказаниях много примеров, когда тот или иной герой понимал язык зверей и птиц. Совершенно очевидно, что ни звери, ни птицы не способны в совершенстве владеть речевым аппаратом, подобным человеческому. Но также очевидно, что волновая энергия мыслительных процессов доступна для ощущений всему сущему. Может, в каком-то определённом частотном диапазоне. Между собой они же прекрасно общаются, обмениваются информацией. Так, видно, устроена Природа. Звери и птицы прекрасно понимают друг друга. Без особой речевой фонетики. Издаваемые ими звуки в основном эмоциональное проявление энергии. Страх, угроза, опасность. Или любовь…

Я вспомнил, когда у нас жила кошка и родила котят, то она весьма недобросовестно относилась к своим материнским обязанностям. Основную роль по воспитанию подрастающего поколения на себя взял Кабан. Эта гроза кошек на улице дома нежно и бережно возился с котятами. Умывал, облизывал, таскал по квартире, играл, воспитывал. Был им отцом. И когда котята подросли, то стали таскать мои тапки по комнате, старались поднять заднюю лапу в туалете и пытались тявкать на посторонних. Получили собачье воспитание, одним словом.

Придя домой, я положил принесённые продукты на стол. Жена мыла посуду. Подбежал Кабан. Его охотничий нюх учуял еду. Он усиленно завилял хвостом. Потом встал на задние лапы, сел на хвост и, вытянувшись столбиком, сложив передние лапы на груди, молча уставился на сосиски.

– А ну-ка, – я взял одну сосиску и показал её Кабану. – Скажи «папа».

– Па–па, – сразу сказал Кабан.

Жена выронила из рук вилку, которую мыла. Засмеялась.

– Да что же это такое! Что за семейка!! Собаки уже говорить начали!!! А ну, вышли все из кухни! Придурки!..

И мы пошли в лес.

Кабан бежал впереди меня по лесной тропинке. Мы обогнали какую-то женщину, возвращающуюся от местного родника с бадейкой воды.

– Ой, какая собачка! – воскликнула дама.

Кабан даже ухом не повёл и продолжал бежать дальше. Мы уже отошли от неё метров на десять.

– Собачка, собачка, – крикнула дама, – а ты меня любишь?

Кабан неожиданно встал как вкопанный. Оглянулся на даму, потом посмотрел на меня. Взгляд его вдруг стал хитрющий-хитрющий. Он неторопливо развернулся и лёгкой игривой походкой фланирующего деревенского фраера не спеша направился к даме. Я такой походки у него никогда не видел. В моей голове отчётливо зазвучала мелодия «Мурки». Господи! Что же сейчас будет?!

Дама, поставив банку с родниковой водой на землю, присела, ожидая подходящего Кабана. Пёс остановился перед ней на расстоянии чуть больше вытянутой руки, чтоб она не смогла до него дотронуться, сел и молча уставился ей в глаза.

– Собачка, собачка, – кокетливо произнесла женщина, сложив руки на коленях. – Хорошая собачка. А ты меня любишь?

Кабан, выдержав паузу, глядя ей в глаза, отчётливо произнёс:

– Па-па.

От этой неожиданности женщина плюхнулась на тропинку и пугливо стала озираться. Но вокруг никого не было. Я стоял довольно далеко, и заподозрить меня в чревовещательстве было невозможно. Покрутив головой, женщина уставилась на Кабана. Он, не отрываясь, смотрел ей в глаза. Через какое-то мгновение женщина тихо спросила, почему-то перейдя на «Вы»:

– Извините, что Вы сказали?

Кабан, как профессиональный артист, выдержал паузу и опять чётко произнёс:

– Па-па.

Я отчётливо увидел, как на голове женщины стали подниматься волосы. Её глаза начали округляться до немыслимых размеров. Почти обречённо, тихим шёпотом она спросила:

– Разве собаки говорят?

Опять выдержав паузу, глядя ей в глаза своим хитрющим взглядом, Кабан с пафосом ответил:

– Угу.

Глаза женщины стали расширяться дальше, приобретая запредельные размеры, и неторопливо начали стекленеть.

– А разве такое бывает? – еле слышно прошептала она.

И ставя последнюю точку в разговоре, Кабан утверждающе промычал:

– Угу.

Повернулся и такой же уникальной вихляющей походкой подошёл ко мне.

– Разве так можно? – тихо, еле сдерживая смех, спросил я. – Ты же напугал женщину! Так нельзя делать!

Кабан скептически посмотрел мне в глаза. Этот взгляд говорил только об одном: «Собачка… Собачка… Какая я ей собачка?! Сам всегда говорил, что я – кобелина!»

И, фыркнув, побежал по дорожке дальше.

Я посмотрел на женщину. Вроде всё нормально. Просто небольшой шок. Пройдёт.

– Вы его извините, – крикнул я ей. – Он ещё маленький. Не научился хорошим манерам. Он исправится. Он так больше не будет!

Но женщина не слышала моих слов. Она, не отрываясь, своим остекленевшим взглядом провожала горделиво поднятую голову и хвост неторопливо убегающего Кабана.

Придя домой, пёс забрался на кровать и о чём-то задумался, не замечая ничего вокруг. Я рассказал своему семейству о случае в лесу. Все смеялись. Потом потихоньку заходили в комнату и смотрели на Кабана. Но он никого не замечал. Может быть, устал от прогулки. А может, осмысливал новое для него состояние. Новые ощущения, которые он открыл для себя. Прислушивался к тем необычным внутренним процессам, которые происходили в его скромной и застенчивой собачьей душе.

Последний день работы с «железякой» я запомнил надолго. Чуть больше месяца я вынимал её из кармана только на ночь. Ходил с ней постоянно. Были мысли и на ночь её оставлять с собой, но какое-то чувство подсказало мне, что моему организму необходим периодический отдых от этого взаимодействия.

Утром я подвёз Мадам к редакции.

– Знаешь, Володя, сегодня день какой-то странный. Руководства нет. Всё спокойно.

Она потянулась. Вздохнула.

– И работать совершенно не хочется. Весна, однако. Я, наверное, удеру с работы раньше.

От этой мысли она оживилась. Внимательно посмотрела на окна редакции.

– Да прямо сейчас и поедем обратно. Минут тридцать подожди. Или домой заскочи. Кофейку выпей. Я позвоню, когда выходить буду. Хорошо?

Я кивнул. Она вышла.

Впереди на остановке автобуса мужчина с женщиной ловили такси. Я решил понаблюдать. «Бомбилы» по очереди останавливались, но этих пассажиров не брали. Уезжали.

– «Странно», – подумал я.

Чтобы доехать до своего дома, я обязательно должен был проехать мимо этой пары. Меня-то они точно остановят.

– «Может, это мои клиенты? А куда им ехать?» – подумал я.

Через секунду я уже понял, что им необходимо попасть к определённой станции метро. Ехать до неё минут двадцать, двадцать пять в один конец. Столько же обратно. Может рискнуть, пока Мадам в редакции? Но сегодня пятница. Пробки наверняка. И тут я с ужасом обнаружил, что оставил свой мобильный телефон дома. Вечером поставил на зарядку и утром забыл его взять. Если будет звонить Мадам, то я не смогу ответить! И не смогу её предупредить, что задерживаюсь. Что делать?

– Ладно, – решил я. – Если они предложат заплатить меньше такой-то суммы, не поеду.

Но я уже понял, что это мои клиенты. Когда я подъехал, мужчина, открыв дверь моей машины, назвал ту самую сумму, от которой я не мог отказаться, и название станции метро. Мне ничего не оставалось, как молча кивнуть в знак согласия.

Я сконцентрировался. Нельзя подвести Мадам, да и работу надо выполнить. Выскочив на трассу, напряжённый, как струна, я надавил на газ.

Хоть была и пятница, но утром особых пробок не было. Движение было плотненькое, но без заторов. Ответственность и желание «правильно», гармонично выполнить эту работу заставили меня внутренне собраться. Я ограничен временными рамками и отсутствием мобильного телефона. Эти обстоятельства могли поставить меня в условия, когда я непроизвольно мог кого-то подвести, кому-то создать неудобства, поставить себя в положение виноватого. А этого я допустить не мог! Никогда в жизни я так внутренне не концентрировался. Словно меня не было. Не было моих личных ощущений. Ощущений себя. Была только дорога и обстоятельства, которые мне необходимо было преодолеть.

Стремительно двигаясь по трассе в крайнем левом ряду, я начал интуитивно формировать события. Ощущая всё движение дороги, весь её энергетический алгоритм я мысленно предлагал впереди едущим водителям принять вправо, освобождая мне дорогу. «Извините, братцы, – посылал я просьбу, – но я очень тороплюсь». И водители принимали вправо, освобождая мне путь. Я понимал, что они это делают неосознанно. Но у меня не было другого выхода!

Перед моим внутренним взором стал формироваться путь моего движения. Я представлял дорогу и как бы мысленно освобождал её для своего движения. Этот мысленный представляемый мной путь начал обрастать какими-то хрустальными, окружающими его и мерцающими звёздочками. Сложилось впечатление, что образовался какой-то еле заметный пространственный «хрустальный» тоннель. Словно само пространство помогало мне. И я двигался внутри этого тоннеля.

Подлетая к очередному светофору, я ощутил, что сейчас загорится жёлтый свет, а затем красный. Не успеваю! Совершенно не отдавая себе отчёта, я «задержал» мысленно переключение светофора и продлил горение зелёного света всего лишь на несколько секунд и со «свистом» проскочил перекрёсток. Через восемнадцать минут мы были на месте.

– Никогда так меня не возили, – крякнул мужчина. – А вы не могли бы подвезти нас ещё немного подальше? Я заплачу дополнительно.

Я отрицательно покачал головой. Нельзя походя менять условия уже заключённого договора. И никакие деньги не смогут меня это заставить сделать.

– Нет! – ответил я. – Мне надо обратно.

– Жаль, – ответил мужчина. – До свидания!

– Пока!

Обратно я возвращался уже не очень торопясь. Финансовый план на этот день был почти выполнен. Этот финансовый план срабатывал у меня каждый день. Словно кто-то свыше установил мне ежедневную вполне определённую зарплату. Любые мои попытки хоть немного её увеличить приводили к противоположному результату. Я просто зря тратил бензин. В конце концов я смирился. И, выполнив дневной «план», занимался своей Технологией.

Сегодня мне не хватало лишь небольшой суммы, чтобы, отвезя Мадам, спокойно поставить машину на стоянку. Подъезжая к своему городку, я вдруг почувствовал, что Мадам берёт трубку своего телефона и начинает набирать номер моего мобильника. Я явственно ощущал нажатие кнопок, словно сам был телефонной трубкой.

Впереди был светофор. За перекрёстком, на остановке стоял парнишка и голосовал. Я понял, что ему надо до ближайшего магазина, а это мне по пути, и он заплатит недостающую сумму. Я проскочил светофор на жёлтый свет и остановился перед парнем.

– Шеф, до магазина!

– Садись! Пристегнись только.

Посмотрел вперёд. Впереди была совершенно свободная дорога. Сзади все автомобили стояли перед красным сигналом светофора. Я был на дороге один. Парнишка сел в машину, и я надавил на газ.

Дорога имела небольшой уклон вниз. Я быстро набрал скорость сто двадцать, хотя висел ограничивающий знак не больше сорока. Но я торопился! Несясь по дороге, я вдруг с ужасом увидел впереди вылезающего из придорожных кустов гаишника и с неподдельной радостью какого-то садистского предвкушения, направляющего на меня радар.

«Сейчас меня остановят и разденут по полной программе», – мелькнула мысль.

Но этого нельзя было допустить! Мадам уже набрала мой номер телефона. Я только с силой опять надавил на газ. Передо мной снова возник еле заметный «хрустальный» тоннель. Пролетая пред гаишником, я боковым зрением увидел, как он тупо смотрит на радар и усиленно пытается что-то понять. Но меня не остановил!

«Интересно, – подумал я. – А что же ты, родной, там увидел?».

Но это на всю жизнь осталось для меня загадкой. Высадив парнишку, я примчался к своему дому и влетел на четвёртый этаж. Забежал в комнату и схватил звонящий мобильный телефон.

– Володь, я освободилась. Подъезжай!

Через минуту я был возле редакции.

Многообразие. Многообразие Природы. Многообразие её законов. Человек пытается их понять, осмыслить. А для чего? Чтобы выжить, наверное, в этом непростом мире. Но это упрощённый ответ. Есть ведь удивительные свойства человеческой натуры – любознательность, любопытство, неравнодушие. И человек иногда задаёт себе очень непростые вопросы. А что же там, например, за горизонтом? И он вдруг решается и начинает упорно туда ползти. И ничто его не может остановить! А есть ли в этом смысл? Пока человек туда ползёт, особого смысла, наверное, нет. Он, смысл, возникает позже, когда что-то становится ясно. Когда он туда уже добрался, докарабкался. И вот тогда он, человек, начинает обустраивать свою жизнь по-новому. По новому своему видению, благодаря сделанным открытиям, озарениям, приобретённым жизненным опытом.

Чудеса, случайности. У Природы нет ни чудес, ни случайностей. Эти определения существуют только у человека. Они подсказывают ему о многообразии непознанного. О великих тайнах, которые существуют и которые ему ещё предстоит понять, осмыслить. И разве сама Природа не помогает ему в этом? Не старается ли она направить его по правильному пути? Не подсказывает, не беспокоится ли она о том, чтобы дети её не наделали очередных глупостей, ошибок? А может, и огорчается, когда мы их делаем…

Не случайно же, проделав немыслимый путь, пройдя через многочисленные руки специалистов, исследователей, «железяка» попала ко мне. Не случайно же она лежала несколько лет в шкафу, дожидаясь своего часа. А для чего? А может для того, чтобы мне не ведающему показать многообразие законов Природы?! Чтобы я почувствовал их энергию, их силу. Чтобы я мог понять, куда могут занести меня эксперименты по изучению Технологии. По сотворению Кристалла. Увидеть, почувствовать предстоящий путь. И понять, наверное, в чём разница и что может быть общего между многообразием структуры «железяки» и многообразием структуры алмаза. А может и многообразием структуры человека?..

И разве возможно, почувствовав эти законы, гордиться этим и пытаться на них влиять? Устраивая некое шоу из понятого. Прибегать к мужикам и с радостью рассказывать им об испытанных ощущениях?! А они в ответ хором восторженно заорут:

– Отлично! А ну-ка, проложи нам тоннельчик в ближайший магазин!

Я пришёл домой и положил «железяку» в коробочку. А её засунул в самый дальний угол своего «технического» шкафа. А сверху на коробочку положил старый толстый справочник. И больше никогда её не вытаскивал.

Через какое-то время всё улеглось, стало забываться. Я вернулся к своему обычному «нормальному» состоянию. Всё стало по-прежнему. Меня опять захватило изучение алмаза. Начались новые эксперименты, принося уникальные, необычные результаты. Словно и не было никогда «железяки». Но, видно, жизнь так устроена, что накладывает отпечаток на человеческую энергетику, на его душу прошедшими пережитыми событиями. И никуда от этого не деться.

Сегодня у меня только одна малюсенькая ненавязчивая проблема связанная, как мне кажется, с этим неведомым состоянием материи. Не хочу сказать, что это какая-то животрепещущая проблема. Проблемка спокойная, обыденная. Я бы даже сказал бытовая проблемка. Но она существует, иногда напоминая мне о прошлом. С этой проблемой я сталкиваюсь почти каждый раз, когда иду в супермаркет за продуктами или за баночкой пива. И кто только придумал эти автоматически открывающиеся двери магазина?!

Задумавшись о чём-то своём, иду следом за очередным посетителем в супермаркет. Он проходит, а я в последний момент отскакиваю от закрывающейся передо мной с большой скоростью автоматической двери. «Пошёл вон! Этот магазин не для тебя!» Она словно специально норовит меня ударить или что-нибудь мне прищемить. Иногда ей это удаётся. И тогда, вытащив из зажатых дверей ударенную руку, я, потирая ушибленное место, возвращаюсь назад, на несколько метров. Выкидываю все мысли из своей головы, оставляя какую-нибудь одну примитивную типа: «хочу кушать». Делаю тупой взгляд и опять подхожу к этой двери. И она широко распахивается передо мной, как бы приглашает войти внутрь и посмотреть на это прилавочное изобилие и оставить в кассе все свои деньги. Словно некий неведомый и мистический символ входа в наш обычный и реальный мир.

Дед

Память человеческая словно некая «машина времени», как удивительная база данных хранит всё, что ты повстречал на своём пути. Хранит все прожитые тобой события. С самого момента рождения. И ты в любое время можешь к ней обратиться. И она подскажет. Восстановит в твоих ощущениях любое произошедшее с тобой событие. То событие, которое давным-давно прошло, но как голограмма она сохранила в многообразии информационных полей этот миг познания и отразила его в твоём уникальном внутреннем архиве. И ты, опять мысленно начиная переживать это событие, неожиданно по-другому его ощущаешь. Ты вдруг находишь в этом событии то понимание, то ощущение, которое тогда в то время не понял. То, что в тот момент упустил. И становится немного грустно, что в тот миг, тогда в далёком прошлом ты этого не почувствовал.

– Вовка!

Это зовёт меня мой старый восьмидесятилетний Дед. Он сидит на своей кровати в своём закутке на кухне за огромной печкой и терпеливо ждёт, когда я третьеклассник приду из школы.

– Вовка!

– Да, дед.

– А который сейчас час?

– Два часа.

– Ага. Два часа пополудни. – Он поглаживает свою седую бороду довольный, что я, наконец, пришёл. – Ты мне радио не забудь включить в три. Новости надо послушать. Что там с Манолисом Глезосом дальше будет?

Родившийся в конце XIX века, он прошёл всю Первую мировую войну. От звонка до звонка. Пережил смертоносную газовую атаку. Тогда погибли все его сослуживцы. А он успел пописать на свой носовой платок и через него дышал. Жив остался. Но к старости ослеп. Когда белые пришли, он зарыл свой партбилет в огороде. Его не тронули. А когда красные пришли, то он не стал его откапывать.

Я включаю радио, подвожу его, усаживаю на стул. И он, открыв рот, весь во внимании слушает новости, переживает. Ближе к вечеру к нему приходит его друг дядя Яша, в прошлом лихой кавалерист. Тоже прошедший эту войну. Порубанный в боях шашками. С переломанными ногами, которые у него неправильно срослись. И когда он идёт, прихрамывая на обе свои кривые ноги, то мне кажется, что лошадь до сих пор находится под ним.

Они усаживаются на завалинке и неторопливо обсуждают события в Греции, погоду, предстоящий урожай, греясь в лучах ласкового солнца. А потом тихо подзывают меня и тайком, чтобы женщины не увидели и не услышали, протягивают мне деньги.

– А ну-ка быстренько сбегай в десятый магазин. Шкалик нам купи. Только тихо!

– Мне же не дадут. Детям не отпускают! – шепчу я.

– Тихо! Скажешь, что для меня. Зинка даст. Давай, чеши! И осьмушку чёрненького не забудь. Надо же занюхать.

И я гордый от оказанного мне доверия, сжимая в кулаке мятые рубли, мчусь в местный магазин номер десять. Толстая продавщица тётя Зина молча заворачивает в старую газету осьмушку чёрного душистого ржаного хлеба и шкалик водки, и я бегом несусь обратно. Дядя Яша достаёт из кармана огромных необъятных галифе два гранёных стакана, и они разливают водочку, внимательно прислушиваясь к женской речи, степенно её выпивают, занюхивая чёрным хлебом, зажёвывают и продолжают неторопливо вести беседу дальше.

– Да! На трёх китах стоит, а киты по океану жизни плывут.

– Нет! Земля круглая, – кипячусь я. – В космосе находится. Она шар!

– Ну ты даёшь! Земля шар?! И в пустом пространстве висит? Врёшь ты всё!

И мне, пионеру, председателю совета отряда это утверждение кажется верхом абсурда. Я распаляюсь ещё больше и очень недоумеваю, как мне такому умному ученику, отличнику, гордящемуся своей страной, в середине XX века не удаётся доказать Деду, имеющему только три класса церковно-приходской школы, что Земля круглая.

– А ты сам видел? – лукаво прищуриваясь и поглаживая свою седую бороду, спрашивает Дед.

– Нет! Разве это можно увидеть человеку? – ещё больше распаляюсь я. – Это во всех учебниках написано! Учёные это доказали!

– Ага. А эти учёные сами видели, что она круглая?

– Нет. Это нельзя увидеть! Они это вычислили, объяснили.

– Ну, тогда, стало быть, она плоская и стоит на трёх китах!

Он лукаво ухмыляется в свои седые усы. Видно, что спор доставляет ему неописуемое удовольствие. А я стою растерянный и не могу что-то внятное возразить.

Много десятилетий спустя, вспоминая этот спор, я поражаюсь житейской мудрости Деда. Ведь речь шла не о почве или планете. А о том, на чём человек стоит. О его ЗЕМЛЕ. О его внутренней основе, опоре. А три кита – это Вера, Надежда, Любовь! Именно это позволяет человеку ориентироваться в океане своей жизни.

А тогда в апреле 1961-го я сломя голову, не замечая ничего вокруг, мчусь домой. Влетаю в избу, зашвыриваю куда-то портфель и радостно ору:

– Дед! Человек в космосе! Дед!

– Да что же ты так кричишь?!

– Человек в космосе! Юрий Гагарин полетел! Он облетел Землю и доказал, что она круглая!

– Ну, что же, всякое бывает, – философски замечает он, улыбается.

Немного молчит.

– А как он туда добрался?

– На ракете!

– Далеко, стало быть?!

– Очень! В космосе он был! В самой что ни есть пустоте!

– Как ты говоришь его имя?

– Юрий Алексеевич Гагарин!

– Ага! Стало быть, наш человек?!

– Ну да! Наш, советский!

Дед задумывается. А меня распирает от восторга. Я же прав оказался! Земля ведь действительно круглая! Доказано!!! Что здесь возразишь?!

А Дед долго молчит, словно собирается с силами и, глядя куда-то в сторону, осторожно спрашивает:

– Как, говоришь, его имя?

– Юрий Гагарин!

Он опять молчит. И видно, что спросить он хочет что-то очень важное, но не осмеливается. Наконец он решается.

– Скажи мне, а он Бога там видел?

И напрягается весь, и плечи его поднимаются, словно этот вопрос для него очень значимым является.

– Нет, конечно! Не видел он никакого бога!

– А может, видел, только не говорит?

– Нет! Его же по телевизору показывали. Бога нет! Сказки всё это.

Он как-то облегчённо вздыхает. Плечи его расправляются. И кажется, что какая-то радость им овладевает.

– Хорошо!.. Значит Он ещё дальше. И вам до Него не дотянуться…

И тихо-тихо, почти про себя, он запевает какой-то церковный псалом.

А я стою, недоумевая и ничего не понимая. Разве можно нам, строителям коммунизма, заря которого возгорелась над планетой, опаляя человеческие судьбы и калеча человеческие личности, разве можно нам до чего-то не дотянуться?

А он тихонько поёт, счастливый от того, что сохранилось самое главное в его жизни, и может главнее, чем сама жизнь – его Вера!

Дед задумчиво смотрит перед собой, как будто своим невидящим взором в каком-то непонятном мне пространстве видит что-то своё, тёплое и светлое. Негромко напевая, находясь в какой-то тихой затаённой благости, он застенчиво улыбается, словно сидит не на старой железной кровати, а на ладони самого Бога.

Глава 5. Открытие

Вот он, красавец. Природный кристалл алмаза. Весь в своей первозданности (рис. 1). Как его сотворила матушка Природа. Таким его человек достал из Земли. Отмыл, очистил. Пока ещё этот кристалл кажется невзрачным. Но пройдя обработку, почувствовав тепло человеческих рук, он засияет, засверкает, заиграет всеми цветами радуги, вызывая трепетность и преклонение перед восхитительным творчеством породившей его Природы.

Я рассматривал этот кристалл и удивлялся. В обычной нашей жизни человек не встречается с природным, не тронутым никакой технологией кристаллом алмаза. Он его даже нигде не сможет увидеть, пощупать. Таковы правила. Таковы законы нашего общества. Мне, например, эти законы не совсем понятны. С алмазом мы можем встретиться только в ювелирном магазине, когда в виде готового бриллианта в шикарной оправе он мерцает и притягивает своей красотой. Почему так? Пока не знаю. Но, видно, в этом есть какой-то смысл.

Фотографировать алмаз – одна из непростых задач. Он бликует, отражает свет, диспергирует, и вообще ведёт себя как непоседливая девчонка перед объективом фотокамеры. Мне пришлось с помощью оптического микроскопа наладить какую-то свою схему фотографирования, чтобы фиксировать информацию. Я освещал кристалл сверху белым светом, а снизу иногда подсвечивал жёлтым светом, чтобы на возникающем контрасте изображения можно было заметить изменения, зафиксировать информацию, получить его информационный портрет.

Мой кристалл – типичный представитель всего многообразия добываемых алмазов. Обычный октаэдр по существующей классификации. В Алмазном фонде хранится кристалл «Горняк» (рис. 2). Тоже октаэдр (фото взято из Интернета). Кристалл идеальной октаэдрической формы. Но посмотрите, он совсем по-другому смотрится: ровненький, чистенький, прозрачный, с острыми рёбрами, с блестящими гранями. Весь переливается. Настоящий Кристалл! Четырёхгранная пирамида сверху, четырёхгранная пирамида снизу. Всего восемь граней, двенадцать рёбер и шесть вершин. Такие октаэдры, такого качества, попадаются очень редко.

А мой? Весь округлый, не блестящий. Где находятся рёбра, можно только догадываться. Видна на поверхности граней микроскопическая слоистость с треугольными фигурками. Как считается, это следствия процесса растворения при его росте. Но тем не менее это октаэдр. «Горняк» все называют уважительно «Кристалл», а мой, представитель основного многообразия добываемых алмазов, каким-то холодным и безликим словом «сырьё».

Много-много лет назад во время нашей последней встречи Директор протянул мне на прощание небольшой пакетик, в котором лежали три маленьких кристалла алмаза.

– Возьми, Владимир Юрьевич. Это дешёвое и дефектное сырьё. Но это алмазы. Береги их. Придёт время, и они тебе очень помогут. Не пытайся сделать из них бриллианты. От этого не будет толку. Они не для этого, как мне кажется. Не касайся их Технологией до тех пор, пока сам не поймёшь, что по-другому нельзя, что время пришло. Пришло время что-то сотворить, создать. Вот только тогда и займись ими.

Я их бережно хранил в маленькой коробочке, в своём «техническом» шкафу. Несколько раз вытаскивал, разглядывал и клал на место. Что-то меня останавливало от их использования. Мы уже освоили формирование и сферических, и конусообразных поверхностей на алмазе, уже подобрались к созданию совокупности каких-то трёхмерных конфигураций. Хотели сделать новый «бриллиант». Но судьба распорядилась по-своему. Эти кристаллы опять пролежали в моём шкафу несколько лет.

Сравнивая фото этих двух кристаллов, я почему-то ощущал в изображении своего алмаза какую-то загадку. «Горняк» красив, ничего не скажешь. Но какой-то простой, «доступный» с точки зрения технологии обработки. Пусть уникальный, красивый, но простой. Что здесь может сделать моя Технология? Только повторить то, что сотворила Природа. Просто отполировать. Но это может сделать и современная технология. А в моём кристалле, округлом и шероховатом, присутствует какая-то неопределённость. Какая-то тайна. Словно спрятавшись за свою «бесформенность», за свою «рубашку», он мне шепчет: «Видишь, я не совсем “правильный”. Но ты должен меня понять, разгадать. А зачем меня вот таким сотворила Природа? И какой в этом смысл?» И словно хихикает. И это начинает завораживать. Начинает разгораться азарт изучения непознанного. Я ничего не могу с собой поделать.

Наверное, чтобы построить систему рассуждений, необходимо придерживаться какой-то наглядной схемы. Я условно провёл на фото алмаза (рис. 3) главную ось октаэдра (а), пространство сопряжения оснований двух пирамид обозначил как плоскость (пространство) (б).

В этой плоскости обычно происходит формирование рундиста, круглого пояска будущего большого бриллианта. В моём кристалле эта плоскость имеет определённую толщину. Поэтому мы иногда эту плоскость будем называть «пространство» – в зависимости от того, что мы рассматриваем: объём этого участка или его геометрическое место расположения.

В существующей, традиционной технологии изготовления бриллиантов поступают обычно так: отрезается верхняя часть, примерно половина пирамиды 1, вершины 3, 4, 5, 6 скалываются, скругляются, формируется «поясок», и получается два бриллианта. Один маленький и один большой. На вершинах 1 и 2 формируется «шип», точка схождения всех граней низа будущего бриллианта. Это традиционная технология. Мне необходимо придумать что-то своё, что-то связанное с округлыми формами. Найти, где можно сделать, например, сферическую или конусообразную поверхность. Попробуем в этом разобраться.

Рассмотрим фрагмент поверхности нашего кристалла (рис. 4). Все вот эти «треугольнички» на поверхности, конечно, можно заполировать. Сделать такую «выпуклую» грань. Ну и что? А может, она будет работать как линза? Может и будет. Линза с таким большим радиусом куда-то, может, и будет направлять свет, но что от этого изменится? Особо, наверное, ничего. Может, даже будет и неинтересно. Это показатель технологии? В какой-то мере. Но это, похоже, не главное.

А рёбра? На фото ребро наблюдается как некая «полосатая» линия. Оно округлое и рельефное. Можно, наверное, повторить его геометрию и отполировать. Получится двенадцать узеньких выпуклых полосок, окаймляющих округлые плоскости. Необычно? Очень! Причём настолько необычно, что смысл в этом тоже особо не угадывается.

Как найти «подсказку» Природы в моём кристалле? На первый взгляд ничего не получается. Технология изготовления бриллианта отшлифована веками. Что здесь можно придумать нового? Может в этом и заключается моя ошибка? Попытка применить новый способ воздействия на кристалл с точки зрения создания бриллианта. Какого-то конечного изделия. Но ведь у Природы бриллиантов нет. Это произведение человеческих рук. Может, пойти по другому пути в своих рассуждениях?

Традиционная технология изготовления бриллианта формирует на поверхности алмаза грани, плоские грани и клинья. Измени я эти поверхности на «выпуклые», ничего особого не произойдёт. Даже, может быть, станет хуже. Он, бриллиант, не будет так сиять. Будет нарушена его оптическая система. А больше в бриллианте ничего нет. Только плоские поверхности. И чтобы их создать, убираются все неровности и выпуклости. Значит, надо рассматривать мой алмаз не с точки зрения создания бриллианта, отойти от существующих требований. Рассмотреть алмаз с другой точки зрения. А с какой?

С точки зрения волновых процессов, конечно. Воздействие моего инструмента начинает колебать атомную решётку кристалла. В объёме алмаза возникают акустические волны. Они несут энергию, отражаются от внутренних поверхностей алмаза, возвращаются в его объём и взаимодействуют между собой. Если я просто отполирую природные формы кристалла, то волны будут отражаться наиболее эффективно. Смысл моей полировки граней и рёбер именно в этом.

Надо рассмотреть все вершины алмаза. Они, на мой взгляд, и формируют основную волновую схему кристалла. Рассмотрим внимательно вершину 1 (рис. 5).

Микроскопические снимки смотреть непросто. Микроскоп открывает человеку совсем необычный, непривычный мир. В этом его великая информационная заслуга. В нашем случае, в случае рассмотрения вершины 1, рёбра (показаны чёрными стрелочками) сходятся к вершине, а на вершине – маленькая пирамидка! Размер основания этой пирамидки где-то десятые доли миллиметра. Но это пирамида! Или почти пирамида…

Вполне естественно, что гранить эту пирамидку не имеет смысла. Проще её «закатать» в маленький конус, типа «заточить карандаш» в этом месте. Какой в этом смысл? Пока не знаю. Посмотрим на противоположную вершину 2 (рис. 6). В этом случае рёбра сходятся, но не в «точку». Появляется маленькая «перемычка» между ними. Вот природная кристаллография. Геометрически всё, наверное, правильно. Напротив верхней пирамидки (1) находится маленькая, таких же размеров «перемычка» (2). Это, по-видимому, обосновано какими-то процессами при рождении кристалла. Ростовыми процессами многообразия природного воздействия. Кстати, на фотографии «Горняка» на его верхней вершине наблюдается такая же картина. Там чётко видна «перемычка».

Что делать в этом случае? Да вполне очевидно, что здесь логичнее всего сделать маленькую сферическую поверхность (для краткости назовём её «сфера»). Сама форма «перемычки» это подсказывает.

Если аккуратненько всё промерить, то получается одно интересное наблюдение. Геометрические размеры основания конуса, сделанного из маленькой пирамидки на вершине 1, совпадают с размером (диаметром) основания сферы, сформированной на вершине 2. Но сфера – это отражающая фокусирующая линза. А любая линза имеет свой радиус отражающей плоскости, который и задаёт её определённое фокусное расстояние. Как мне определить этот радиус сферической линзы? Попробуем поднять увеличение микроскопа, посмотреть этот участок сбоку и подсветить кристалл снизу жёлтым светом (рис. 7).

Фантастика! Из-за такой комбинированной подсветки прозрачная вершина кристалла смотрится как какой-то горный седлообразный хребет. Словно иллюстрации неведомого мира к какой-то мистической сказке. Но этот «хребет» имеет вполне определённую геометрическую форму. Эта форма видна. Если её усреднить, то есть провести среднюю линию кривизны поверхности этого «хребта», и нарисовать обобщённый абрис, то получается некая дуга с вполне определённым радиусом. Этот радиус и необходимо взять за основу при составлении программного обеспечения для формирования сферы на вершине 2. Отлично! Похоже, что пришло какое-то понимание предстоящего процесса обработки.

Что ж, можно приступать к делу. Нашлось применение моей Технологии в формировании кристалла. Пока, правда, непонятно, какой в этом смысл общего изготовления изделия, но применение Технологии обрисовалось. Так что же меня останавливает для немедленного помещения кристалла в станок? Что же здесь не так?..

Не может подсказка Природы быть такой «примитивной». Что я упустил? Какой в этой схеме смысл?

Получается, что это действительно некая оптическая схема кристалла! Мой Друг нам давно доказал, что конусообразная линза (в моём случае это вершина 1) при отражении падающей акустической волны меняет её исходную частоту, увеличивает её. А в каком направлении эта волна отражается? В объём кристалла. В том числе и на сферическую линзу, сформированную на вершине 2. Вершины 1 и 2 находятся на одной оптической оси (главная ось (а) октаэдра). Мои прикидочные расчёты показали, что точка фокуса (F) отражающей линзы вершины 2 находится в середине объёма кристалла! Это получается, что пришедшую волну сферическая линза фокусирует в центральную точку (F) плоскости сопряжения двух основных пирамид (б) и чётко проецирует её на геометрические размеры основания конусной линзы вершины 1, волна опять отражается (рис. 8). И так далее. Пока волна «бегает» в кристалле, этот процесс имеет место быть постоянно!

Расчёты Друга показали также, что при воздействии нашего инструмента в объёме кристалла формируются когерентные волны. Носясь с огромной скоростью между двумя линзами, они могут начать менять свои частотные характеристики и взаимодействовать.

Кристаллическая решётка наверняка начнёт колебаться с такой высокой частотой, что может начаться некая генерация какой-то энергии. Так это же схема квантового генератора!

Я взял алмаз пинцетом в плоскости (б) и посмотрел на него сбоку. Если условно в кристалле выделить пространственную область между двумя нашими линзами (рис. 9), придерживаясь их геометрических размеров, то это и есть не что иное, как энергетическое «тело» этого «генератора». Некий такой «энергетический стакан», в котором всё и может происходить.

В какой-то степени это всего лишь предположение. Но предположение обоснованное. Все лазеры так устроены. Рабочее тело и отражающие зеркала. Ещё система накачки рабочего тела. Допустим, что «энергетический стакан» и является «рабочим» телом нашего предполагаемого акустического «лазера». Но не вырезать же его из алмаза! А что ещё есть в кристалле?

Рассматривая остальные вершины, находящиеся на плоскости (б) сопряжения двух пирамид, я обнаружил такую же закономерность. Вершины 4 и 5 оканчивались маленькими пирамидками, а вершины 3 и 6 имели «перемычки». Удивительно! Значит, напротив каждого сделанного мной конуса необходимо сформировать сферическую линзу. Действительно возникает какая-то необычная оптическая схема кристалла.

Почему же мы раньше не обращали внимания на эту схему? Наверное, потому, что, увлекаясь частностями, формированием геометрических конусообразных и сферических форм кристалла, решая технические проблемы, мы не обращали внимания, что эти формы в природном алмазе связаны между собой определённой закономерностью. Мы не рассматривали весь кристалл как единое целое с точки зрения проходящих волновых процессов. Ну что же, наверное, пришло время и для этого.

Я внимательно разглядывал алмаз, пытаясь найти в этой схеме какой-то смысл. Ведь для чего-то Природа сотворила такую совокупность форм. Неожиданно я это увидел! Сначала я не поверил своим глазам. Этого же не бывает! Но факты вещь упрямая. Через какое-то время у меня не осталось сомнений. Я разглядывал то, что раньше не мог даже предположить.

В плоскости (б) (рис. 10) все четыре ребра пирамиды 1 не совпадали геометрически с четырьмя ребрами пирамиды 2. Это можно было объяснить только одним: в плоскости «б» пирамида 2 развёрнута относительно пирамиды 1 на небольшой угол. Имеет небольшой разворот вокруг оси (а) против часовой стрелки относительно пирамиды 1, если смотреть со стороны вершины 1.

В объёме алмаза при прикосновении моего инструмента возникают волновые процессы. Волны «бегают» с огромной скоростью ~ 18 километров в секунду, как рассчитал Друг. Вся поверхность кристалла отражает их. Кристалл можно рассматривать как некий резонатор акустических колебаний. И пирамиды 1 и 2 не исключение. Пирамида 1 направляет весь поток волновой энергии на пирамиду 2. Пирамида 2 в ответ направляет волны на пирамиду 1. Но они развёрнуты друг относительно друга на небольшой (~ 5°) угол! В результате волны начинают взаимодействовать между собой в пространстве (б). Учитывая разворот этих отражающих пирамид, получается, что в этой плоскости может происходить сдвиг по фазе волнового потока. Рождается новое волновое поле. Пространство (б) имеет вполне определённые геометрические размеры. Его толщина, например, составляет доли миллиметра. Это толщина ребер, на которых находятся вершины 3, 4, 5, 6. Выходит так, что в неком объёме кристалла, рассматриваемом нами как «плоскость (пространство) (б)», может образоваться своё особое, отличное от всего кристалла волновое поле. Некая такая «энергетическая мембрана». Особое состояние волнового потока, образованного в алмазе при применении нашей Технологии. Я, затаив дыхание, рассматривал свой алмаз. Замеченный разворот пирамид совсем по-новому заставил взглянуть на природные формы кристалла. Неожиданно я почувствовал какой-то особый смысл в этой совокупности природных образований. Что-то неуловимое происходило в энергетическом потоке моих мыслей. Словно какой-то внутренний, неведомый калейдоскоп поворачивался в моей голове, складывая какие-то понятия, знания, предположения в новую необычную картину. Неожиданно я опять увидел… И не сразу поверил…

В вершине 1 все рёбра (рис. 11) сходятся в некую точку. В этой области образуется маленькая пирамидка. Она даже имеет свою вершинку. И все плоскости этой пирамидки геометрически «правильные».

В пирамидке на вершине 4 (рис. 12) за счёт разворота основной пирамиды 2 появилось некое наклонное образование (отмечено белой стрелкой). Это образование наклонено под тем же самым углом, на который и развёрнуты между собой основные пирамиды.

И вообще, вершину 4 пирамидкой уже не назовёшь. Она больше напоминает заготовку для будущего конуса. Но немного странную, деформированную заготовку. Такой покосившийся холмик.

Конус – фигура вращения. Эта фигура имеет ось, вокруг которой и происходит формирование конуса. В нашем случае ось вращения конуса заготовки смещена (развёрнута) вправо на известный уже некий угол. Конус наклонён влево. И ось вращения конуса не проходит через геометрический центр пространства (б)!

Я внимательно просмотрел все оставшиеся вершины 3, 5, 6. Картина везде аналогичная. Все оси вращения конусов на вершинах 4, 5, оптические оси сферических линз на вершинах 3, 6 развёрнуты относительно главной оси октаэдра на некий одинаковый угол и не пересекаются в одной точке. Они проходят мимо «энергетического стакана» (рис. 13).

Получается, что пространство (б) имеет свою уникальную оптическую объёмную «схему». Мало того, что в этой плоскости происходит взаимодействие волновых потоков при воздействии Технологии, так ещё и сформированные линзы (сферические и конусообразные), имеющие смещение (разворот) оптических осей в одну сторону, заставляют эти волновые потоки закручиваться, вращаться против часовой стрелки в ограниченном объёме кристалла относительно главной оси октаэдра. Некий такой «кольцевой отражатель» волновой энергии.

Здесь моё воображение разыгралось, распоясалось. В голове стали возникать различные картинки каких-то схем, устройств.

Можно, конечно, предположить, что «энергетический стакан» – рабочее тело некоего квантового генератора. Получается, что «энергетическая мембрана» может оказаться системой накачки этого «акустического лазера». Они вместе составляют единое целое. Это одна система. И какая из них является главной, сказать трудно. А может это никакого отношения к «лазеру» и не имеет? А тогда что это за система? Для чего она?!

Моё воображение услужливо выкопало из памяти и осторожно подсунуло мне недавно увиденную фотографию галактики. Гигантская спираль вращается по часовой стрелке вокруг своего центра. По современным представлениям центр галактики излучает огромную энергию. В этом центре может находиться чёрная дыра. А какое это отношение имеет ко мне?

В научных коллективах есть такой приём, называется «мозговой штурм» – объединение интеллектуальной энергии всего коллектива научных сотрудников. Когда возникают проблемы или получаются результаты эксперимента, которые сразу объяснить трудно, собираются единомышленники и совместно пытаются найти решение. Как правило, это удаётся. Иногда это решение бывает весьма необычным. Сразу в него трудно поверить. Но оно найдено! И дальнейшие эксперименты показывают верность принятых результатов «мозгового штурма».

В моём случае возникает одна существенная проблема. Я не коллектив. И посоветоваться мне не с кем. Только с самим собой.

Если допустить, что «кольцевой отражатель» «закручивает» волновое поле в объёме кристалла в пространстве б в одну сторону, то вполне допустимо образование каких-нибудь энергетических вихрей, спиралей при прохождении потока волновой энергии. Эти спирали имеют направление вращения вокруг некого общего центра. Этот центр находится в плоскости б на основной оси октаэдра между линзами 1 и 2, в точке фокуса F сферической линзы 2. Если предположить, что возможно при определённых условиях выделение какой-то энергии из этой центральной точки, то наличие оптической системы отражающих вершин 1 и 2 может привести к целенаправленной генерации этой энергии. Ещё более стимулировать этот общий процесс.

Получается всё как-то необычно. Сразу осмыслить найденное решение, увиденную оптическую схему кристалла непросто. Может, это заблуждение? Просто игра воображения? Но у меня же есть ещё два кристалла. А что в них? Какая «схема» образовалась на этих алмазах?

Я внимательно рассмотрел второй камень. Оптическая «схема» этого кристалла оказалась аналогичной первому. Такой же сдвиг пирамиды 2 против часовой стрелки. А вот третий…

В третьем кристалле сдвиг второй пирамиды оказался по часовой стрелке. На всех вершинах, находящихся в пространстве (б), отчётливо виден этот разворот (рис. 14). Некое наклонное образование (отмечено красной стрелкой) показывает величину этого разворота. Это может означать, что «кольцевой отражатель» третьего кристалла «закручивает» волновое поле в области пространства (б) по часовой стрелке относительно основной оси октаэдра.

Я сразу вспомнил американского профессора, разделившего природные кристаллы на мужской, женский и средний род. Получается, что, учитывая направление вращения волновой энергии пространства (б) в моих алмазах, у меня два «мальчика» и одна «девочка»! Чего только в жизни не бывает! Мне даже стало немного весело.

Вот, наверное, почему у старого индуса в шкатулке лежало два кристалла. Помещённые на солнце, они активизируются, накапливают внутреннюю энергию в области «мембраны». Их внутреннее волновое поле начинает вращаться, выделяя эту энергию. Имея направление вращения, эта энергия у одного кристалла эффективно взаимодействует с энергетическим полем мужчин, а у второго с энергетическим полем женщин. А вот «Горняк», между прочим, не имеет сдвига пирамид вокруг главной оси. Получается, что он «среднего рода». Как бы и не то, и не сё. Зато красивый. Ну надо же так…

«Взорвавшийся»

«Схема» моих кристаллов существует. У меня в этом нет сомнений! А вот что она означает?.. Какая энергия может выделяться? Какие акустические колебания могут воздействовать эффективно на атомную структуру алмаза? Что при этом будет происходить? В каком волновом диапазоне может оптимально работать эта «схема»? Огромное количество вопросов. Есть ли на них ответ?

Может быть, ответ и существует, но мне он не известен. А двигаться надо дальше. И я решил, что отсутствие ответов на все возникшие вопросы не так уж и важно на этом этапе. Надо начать обрабатывать кристалл, сформировать эту «схему», посмотреть, что получится. Может быть, ничего и не произойдёт. Тогда и ответы искать не надо. Очень простая житейская философия.

С чего начинать? «Стакан» или «мембрана»? Наверное, всё равно. «Схема» если и заработает, то только тогда, когда сформирована будет полностью. Так мне кажется. Гораздо важнее решить, с какой фигуры начинать воздействие. Со сферы или с конуса. Начни формировать сферу, природный «конус» может начать «работать». И наоборот. В конце концов, я решил, что всё равно ничего не придумаю обоснованного. С чего начну, с того и начну. Если уж начинать, то начнём, как обычно, со «стакана». Возьму главную ось. На ней необходимо сделать сферу и конус. Начну со сферы. Вершина 2. Мне показалось, что так будет лучше.

Как закрепить в станке кристалл? Сначала я его вклеил созданным специально для алмазов цементом в оправку. Поставил на станок. Прикоснулся диском вращающегося инструмента. Кристалл развернуло, и он чуть не выпал из держателя. Клей таких условий вибраций не выдержал. От клея пришлось отказаться. Тогда я подобрал цангу, механический зажим, и, зажав алмаз, поставил его в держатель станка. Немного волнуясь, нажал кнопку «Пуск». Система пришла в движение. Кристалл завращался, развернулся и стал приближаться к работающему инструменту.

Инструмент – это диск, то есть вращающаяся с определённой скоростью плоская поверхность. Округлый кристалл к ней касается одной точкой своей поверхности. Чтобы сделать сферическую конфигурацию алмаза, необходимо кристалл вращать и перемещать (покачивать) по определённому закону и при этом прижимать его к работающему инструменту (словно картошку чистишь). Равномерно перемещать точку касания кристалла с инструментом по обрабатываемой поверхности. Всё это математически просчитано, программа отработана. Я сделал только одну поправку: направление вращения алмаза. Когда инструмент касается кристалла, в алмазе сразу начинают возникать волновые процессы. Учитывая это, кристалл необходимо вращать в том направлении, в котором исходящая от инструмента энергия будет перемещаться по направлению вращения схемы «кольцевого отражателя». Если в «кольцевом отражателе» волновая энергия «закручивается» против часовой стрелки, то и энергия от инструмента должна перемещаться тоже против часовой стрелки. Всё энергетически должно двигаться и вращаться в одну сторону. Не противоречить друг другу. Процесс должен происходить строго в рамках природной «схемы» алмаза.

Инструмент коснулся поверхности кристалла. Сфера начала формироваться. Я периодически вынимал цангу с кристаллом и рассматривал в микроскопе происходящие изменения. Поверхность равномерно обрабатывалась, и будущая сфера уже стала приобретать свои очертания. И здесь я допустил первую оплошность.

Сфера никак не хотела полироваться. Постоянно местами возникали на её поверхности какие-то матовые небольшие области, некие «проплешины» в полировке. Меня это сильно удивляло. Раньше я этого никогда не видел. И я её всё пилил и пилил, добиваясь высококачественной полированной поверхности. Диаметр основания сферы уже намного превосходил требования «энергетического стакана», а она всё никак не становилась идеально полированной. Наконец я решил остановиться. Пусть будет такая, какая получилась. Всё равно уже от требований «энергетического стакана» я отошёл. Вытащил алмаз, рассмотрел. Сфера как сфера. Вроде ничего особенного не наблюдается. Перевернул кристалл. Опять зажал в цангу и поставил в станок. Теперь начнём формировать конус на вершине 1.

Конус делать немного проще, чем сферу. В этом случае кристалл не надо перемещать (периодически наклонять), необходимо его только вращать по поверхности инструмента под определённым углом. Как бы «затачивать иголку» (словно морковку чистишь). Я быстренько подправил программное обеспечение. Убрал наклонное перемещение объекта, оставил только его вращение и выставил необходимый постоянный угол наклона алмаза к поверхности инструмента. И нажал кнопку «Пуск».

Система, так уважительно я называл свой станок, пришла в движение, определила координаты, двигатели начали набирать обороты. Через определённое время она вошла в рабочий режим. Работающий инструмент стал неторопливо приближаться к поверхности медленно вращающегося алмаза. Я внимательно наблюдал за процессом. Приблизившись, инструмент коснулся кристалла. Прошло несколько секунд. Неожиданно раздался треск, словно сломалась сухая ветка. Кристалл разделился ровно на две половины. Пирамида 1, на которой я пытался сделать конус, медленно «отвалилась» от пирамиды 2 и повисла в воздухе, непонятно на чём держась одним концом в цанге. Система мгновенно остановилась, инструмент отошёл от кристалла. Я сидел и тупо смотрел на висящий остаток бывшего октаэдра.

При обработке алмаза существующим традиционным методом возникает вероятность, что кристалл может треснуть, рассыпаться, развалиться. Это может произойти с особой вероятностью при обработке напряжённого и дефектного сырья. Огранщики говорят, что алмаз «взорвался». При его обработке, при касании алмаза к инструменту, прикладывается определённое давление на кристалл. От трения алмаз начинает нагреваться. Температура его может достигать нескольких сотен градусов. В этом случае внутренние напряжения кристалла (напряжения его кристаллической решётки) реагируют на эти воздействия образованием трещин и сколов. Очень напряжённый кристалл просто иногда рассыпается при обработке на мелкие кусочки. Такие кристаллы обрабатывать очень непросто.

В моём случае станок обеспечивал небольшое давление на кристалл, оно составляло всего 200 грамм. Встроенный датчик температуры показывал: нагрев алмаза не превышал 30 градусов. Комнатная температура. Этот температурный параметр характерен для нашей технологии. Редко, когда температура процесса может достигать 60 градусов. И величина этого нагрева тоже закладывается в программном обеспечении. Мы можем задавать определённую температуру алмаза при его обработке.

Проведённые несколько лет назад исследования показали, что при нашем волновом возбуждении алмаза происходит снятие его внутренних напряжений. Он становится более однородным по своей кристаллографии. За двадцать лет работы у нас не развалился ни один кристалл. А иногда мы обрабатывали в целях эксперимента очень напряжённое сырьё. Так в чём же дело? Почему он «взорвался»?

Я аккуратненько достал остатки октаэдра и положил их под микроскоп. Первое, что меня удивило, так это полное отсутствие пространства (б). Оно просто испарилось, словно его и не было. Пирамиды 1 и 2 остались, а геометрический размер пространства (б) исчез. На станке ни осколков его, ни каких-то других следов частиц алмаза я не обнаружил. Определённый объём алмаза (пространство (б)) просто исчез. Я попытался приложить остатки пирамид друг к другу, чтобы в этом убедиться. Сомнений не было. Область (б) «испарилась».

Я внимательно разглядывал то, что осталось от бывшего октаэдра. Остатки клея (чёрные области на поверхности алмаза) не позволили мне сразу обратить на это внимание (рис. 15).

Микроскопическая слоистость с треугольными фигурками на поверхности кристалла, прекрасно наблюдаемая на изначальном алмазе, исчезла, словно её и не было. Даже намёка на неё я не обнаружил. Все эти «треугольники» рассосались. Или они испарились, или трансформировались в некую волнистость, наблюдаемую по всей поверхности кристалла на обоих остатках пирамид.

Но ещё большее моё удивление вызвал тот факт, что сами пирамиды исчезли. Объём материала, конечно, остался. А вот его форма! Даже при большом желании то, что я наблюдал, пирамидами не назовёшь. Исчезли грани. Где были рёбра, сказать очень трудно. Вся поверхность обоих бывших «пирамид» трансформировалась в некое волнистое, округлое, конусообразное формирование. И вершина 1 на бывшей «пирамиде» 1 приобрела вполне заострённые, какие-то определённые треугольные формы (рис. 16). Такое впечатление, что я рассматривал совсем другой кристалл. Поставил на обработку октаэдр, а получил два развалившихся конусообразных образования с небольшой сферической линзой на одном из них. Где мой кристалл, ребята?!

Что же произошло? Дать внятный и исчерпывающий ответ у меня не получится. То, что алмаз мог в станке треснуть от температуры или давления, даже не рассматриваем. Для этого не было необходимых условий воздействия. Современные представления физики обработки кристалла алмаза не дадут внятного ответа, почему изменилась изначальная форма октаэдра. Куда исчезли грани и рёбра в тех местах поверхности, где не происходило касания инструмента. Что бы как-то разобраться или понять, что же произошло, необходимо самому выдвинуть какие-то предположения и, если удастся, найти какие-нибудь подтверждения этому.

Исходить будем, конечно, из оптической «схемы» изначального кристалла. В «развалившемся» она уже отсутствует. То, что у меня в результате получилось, является следствием «работы» начальной «схемы» волнового процесса в алмазе.

Формируя сферу по определённому алгоритму возбуждения, я закачивал волновую энергию в кристалл. «Энергетическая мембрана» её аккумулировала. И я допускаю, что при этом могла измениться её кристаллическая структура. Но вся «схема», похоже, тоже начала работать. Проплешины в полировке поверхности сферы могли означать, что по главной оси (а) происходило выделение какой-то энергии. Эта энергия локально нарушала условия полирования формируемой сферы. Чем больше я полировал сферу, тем больше и «целенаправленнее» концентрировалась волновая энергия в области «мембраны», в пространстве (б).

Борясь с «плешатиной», я, видимо, закачал столько энергии в «мембрану», что кристаллу ничего не оставалось делать, как начать менять свою форму. Ведь на финишном этапе формирования сферы матовых областей на полированной поверхности я уже не наблюдал. В этот момент, очевидно, и надо было обратить внимание на трансформацию формы алмаза. Но знал бы, где упасть…

Когда я кристалл перевернул для формирования конуса, то продолжил волновое возбуждение в тех же режимах. Но при этом я допустил грубейшую ошибку! До сих пор не могу понять, как же я это упустил из виду.

Сфера формировалась по условиям оптической «схемы энергетической мембраны». Волновое воздействие инструмента на кристалл происходило против часовой стрелки. Было обеспечено строго определённое направление вращения алмаза. Когда я его перевернул, чтобы начать формировать конус, то направление вращения кристалла необходимо было изменить на противоположное!

Проведите простой эксперимент. Возьмите обычный стакан и водите пальцем по его кромке по часовой стрелке. Теперь, продолжая водить пальцем, переверните стакан и посмотрите со стороны его дна, в какую сторону у вас двигается палец. Он будет перемещаться против часовой стрелки. Альберт Эйнштейн со своей теорией относительности был великим человеком. С точки зрения вершины 1 вращение энергетического поля происходило против часовой стрелки, а сточки зрения вершины 2 оно происходило по часовой стрелке. А вот с точки зрения алмаза вращение происходило строго в определённом направлении и не зависело от точки зрения наблюдателя.

Мне необходимо было в программном обеспечении, в параметре вращения кристалла, когда я его перевернул, поставить всего лишь знак минус. А я это не учёл. Когда кристалл «неправильно» начал вращаться, то энергия от инструмента стала поступать в объём в противоположном направлении. Воздействие инструмента пошло против «энергетической шерсти» кристалла. Здесь и произошло «короткое замыкание». Вся накопленная энергия «энергетической мембраны» мгновенно выделилась. Пространству б ничего не оставалось, как «испариться». Других вариантов у него просто уже не было.

Остались ли следы от этого «взрыва» на месте бывшего пространства (б)? Я стал рассматривать поверхность оснований бывших «пирамид». Или, точнее, то, что от них осталось. Вообще-то, у меня были представления о том, что когда кристалл раскалывается, то какие-то характерные кристаллографические направления всё же сохраняются. Это же кристалл. Это алмаз! Алмаз имеет кубическую структуру. Если происходит раскалывание кристалла, то оно происходит по вполне известным кристаллографическим направлениям.

Но то, что я увидел, как-то не вписывалось в мои представления (рис. 17). Поверхность бывших оснований «пирамид» представляла собой какую-то бесформенную массу. Какая-то каша непонятно чего. Намёки на кристаллографические направления можно было найти с трудом и с большой натяжкой.

Встречались какие-то матовые, словно оплавленные области (отмечено синей стрелкой). Словно какая-то огненная лава выплеснулась неизвестно откуда и застыла. А в центре бывшей «пирамиды» 1 я отчётливо увидел яркую, округлую и цветастую от падающего света область. В этом месте образовалась что-то типа воронки или кратера, словно в этом месте произошёл мощнейший «взрыв».

Является ли эта воронка тем местом, той точкой, вокруг которой вращалось энергетическое поле «мембраны» и фокусом F сферической линзы? Сказать трудно, но предположить можно. Да и вообще вопросов не стало меньше. Остаётся только одно: копить информацию и продвигаться в исследованиях дальше. Может, со временем что-то и возможно будет обобщить, и сделать внятные выводы.

Но это будет потом, наверное. А пока я рассматривал участки кристалла, удивляясь странным образованиям на его «взорвавшейся» поверхности. Действительно (рис. 18) напоминает застывшую лаву после извержения вулкана (отмечено красной стрелкой). Неожиданно выше этого участка я увидел чьи-то «пальцы»! Как будто чья-то неведомая огненная «лапа» расположилась по-хозяйски в своей вотчине среди каких-то «черепов». Ну, привидится же такое…

«Шарик»

Итак, что же мы имеем? Имеем первый блин, оказавшийся комом. Ну почему же комом? А потому, что кристалл развалился. Но кто же знал, что так произойдёт? Я ведь хотел только подправить природные подсказки. Просто сформировать малюсенькие сферки и конусочки в вершинах октаэдра. Немного подкорректировать природную «схему» изначального кристалла. Кто же знал, что эта «схема» начнёт работать! Да, наверное, не просто работать с энергиями тебе не ведомыми. Но отступать поздно! Надо идти дальше.

У меня осталось ещё два кристалла. Просто повторить то, что я уже пытался сделать, не имеет смысла. Надо придумать другой алгоритм эксперимента. Какой же кристалл взять? Ну, раз мы начали с «мальчиков», то на «пацанах» и продолжим. А «девчушку» оставим для контрольного эксперимента, если, конечно, мы до него доберёмся.

Природная «схема» кристалла уникальна. Подходить к ней упрощённо, по своим техническим представлениям, наверное, неправильно. Я вначале первого эксперимента выбрал «энергетический стакан» и начал его формировать. Сразу сработала «мембрана». В этот раз необходимо, видно, сделать по-другому. Надо выбрать из всего многообразия возможностей воздействия на кристалл другой алгоритм.

У нас есть шесть вершин. Потенциально три из них сферы и три конуса. Вся «схема» состоит из двух «блоков»: «мембрана» и «стакан». Попробуем в этот раз сделать следующее: вначале сделаем маленький конус на основной оси октаэдра (вершина 1). Не будем обращать внимания на качество его полировки. Просто сформируем его геометрически. После этого перейдём на обработку вершин в области (б). Например, воздействуем на вершину 3. Сформируем на ней маленькую сферу. После этого опять возвращаемся к формированию конуса, но уже на вершине 4. После этого у нас на очереди вершина 6, а потом 5. Заканчиваем весь процесс вершиной 2. Окончательную точку в эксперименте ставим на сфере «энергетического стакана». Вот тогда и посмотрим, что получится. При таком подходе, как мне кажется, возможно, и кристалл сохранить, и какой-то результат получить. Хотя всякое может случиться…

Я осторожненько сформировал конус на вершине 1. Конечно, в прямом смысле конусом это не назовёшь (рис. 19). Получилась какая-то скруглённая матовая пирамидка. Не хватило мне времени процесса, чтобы сформировать и отполировать настоящий конус. Но оставим как есть. Геометрическое основание этой пирамидки находится в границах «энергетического стакана». С точки зрения волновых процессов это образование всё равно должно работать. Отражать в объём приходящие волновые потоки.

Процесс эксперимента пошёл дальше. Поэтапно формировались вершины октаэдра строго в рамках принятого алгоритма. Я внимательно следил за геометрией формируемых образований. Всё должно быть строго по «схеме». И не важно, какая у них полировка поверхности. В процессе воздействия, конечно, возникали небольшие технические трудности. Например, как правильно закрепить алмаз, чтобы ось вращения конуса на вершине 4 совпала с требуемым положением кристалла в цанге. Я опять увлёкся и конечно опять проследил это.

Заканчивая формирование конуса на вершине 5, я вдруг заметил, что обломился кусок цанги, в которой был зажат алмаз. Словно что-то выдавило цангу изнутри. Я внимательно посмотрел на кристалл и обомлел.

Заканчивая формирование конуса на вершине 5, я вдруг заметил, что обломился кусок цанги, в которой был зажат алмаз. Словно что-то выдавило цангу изнутри. Я внимательно посмотрел на кристалл и обомлел.

Вместо октаэдра я увидел какое-то округлое, шарообразное образование (рис. 20). Блестяще отполированное образование, с красивой волнистостью по всей поверхности алмаза в местах, где инструмент не касался кристалла. Вся не тронутая инструментом поверхность сформировалась по своим законам в какой-то гармоничный и элегантный рисунок. Словно сами по себе (а так оно и есть) образовались какие-то рёбрышки, прозрачные округлости. Я не нашёл участки поверхности, где ранее формировал свои сферы. Они исчезли. Сохранились только участки с обработанными конусами. Это вершины 1, 4 и 5. При этом они были правильные и прекрасно отполированы. А весь алмаз словно светился изнутри. Какой-то воздушный и сияющий «шарик».

Я с восторгом его разглядывал. Поверхность «шарика» была настолько гладкой и прозрачной, что её практически тяжело было увидеть. Словно поверхность умыли и обмазали каким-то маслом. Только непонятная волнистость поверхности говорила о том, что эта поверхность существует. И эта элегантная волнистость, словно некая тонкая паутинка, взаимодействуя между собой и переплетаясь, складывалась в какие-то фантастические завораживающие рисунки, придавая всей поверхности некий шарм. Как тоненькие трещинки на великолепной старинной картине великого Мастера. И этим Мастером была Природа.

Удивительная прозрачность поверхности позволила увидеть всю внутреннюю структуру кристалла. Алмаз принадлежал к низкосортному сырью. В его объёме наблюдались всевозможные дефекты и образования. Наблюдая внутреннюю структуру алмаза через эту патину волнистости, я словно погружался в какую-то новую вселенную. В какой-то неведомый доселе, но завораживающе прекрасный мир.

Я впервые видел такую картину. Может быть, я был единственным человеком, которому очень повезло наблюдать это творение. Творение Природы, которой я всего лишь немного помог, предоставив палитру волновых процессов. Моя Технология только обеспечила многообразие условий волнового возбуждения кристалла, а он уж сам по своей структуре, по своей природной «схеме», по своим свойствам выбрал и впитал в себя эту энергию, распорядившись ей по-своему.

Я с восторгом любовался «шариком», разглядывая его с разных сторон. Неожиданно, рассматривая кристалл в поляризованном свете, я увидел это и замер в каком-то волнении. Из объёма кристалла (рис. 21), словно прорываясь через немыслимые пространства и не считаясь с человеческой разумностью, ясно и отчётливо на меня взирал чей-то лик.

Как объяснить полученный результат эксперимента? У меня никаких объяснений не было. Вопросов стало ещё больше. Единственное, что мне было понятно, так это образование шарообразной формы кристалла. Шар является самой оптимальной формой материи. Ей энергетически выгодно существовать в форме шара. И всё… Дальше мои размышления не продвинулись. Почему алмаз принял такую форму? Какие силы, какая энергия заставила его так трансформироваться? Пока на эти вопросы ответа нет.

По всей видимости, накопилось достаточно энергии и произошла неизвестная мне трансформация алмаза. Изменилась и его структура. Она должна была измениться. Иначе как объяснить изменение его формы. А это может означать, что кристалл приобрёл какие-то новые свойства. А какие?

Недолго думая, словно в меня вселился какой-то бес, я взял алмаз, маленькое блюдце и выскочил на балкон.

Стоял ясный и солнечный летний день. Поставив на перила балкона блюдце, я положил на него алмаз. Надел ювелирные очки и уставился на кристалл. Полчаса я, не отрываясь, смотрел на «загорающий шарик». Иногда мне казалось, что внутри него вспыхивают какие-то цветные звёздочки. Словно в его объёме что-то происходит. А может, мне это просто казалось…

Через тридцать минут я взял «шарик» и пошёл его разглядывать под микроскопом. Ничего особенного не увидел. Только на поверхности алмаза, которая была обращена в сторону солнца, выступили какие-то «пузыри» (рис. 22), словно эта поверхность вспучилась от солнечного света или получила термический ожог.

В конце концов, не придумав ничего вразумительного, я положил «шарик» в маленький полиэтиленовый пакетик и засунул его в ящик письменного стола. Пусть полежит пока. Может, со временем что-то придумается. Возникнут какие-нибудь внятные мысли. Ну, хоть какие-нибудь…

Через несколько дней мне захотелось опять посмотреть на «шарик». Я вытащил пакетик. Но не успел его открыть. «Шарик» из него вывалился и, радостно подпрыгивая, покатился по столу. В пакете образовалась огромная, по сравнению с размером алмаза, рваная дыра. Я внимательно рассмотрел её под микроскопом. Этой дыры уж точно раньше не было. И никто этот пакетик не вытаскивал из моего стола. У меня возникло только одно объяснение, откуда она взялась: её «прожёг» «шарик». Даже не прожёг. В этом случае не было никакого термического нагрева. Об этом говорят рифлёные края дырки. Они не оплавлены. «Шарик», по-видимому, просто «испарил» окружающий его полиэтилен.

Я поставил в микроскоп нужные фильтры и посмотрел на эту дыру в полиэтиленовом пакетике в поляризованном свете (рис. 23). То, что я увидел, опять не поддавалось никаким разумным объяснениям. Энергия «шарика» не только «испарила» окружающий его полиэтилен, но и изменила его внутреннюю структуру. Иначе я не мог объяснить увиденную картину на краях дырки, которая сияла и переливалась всеми цветами радуги.

Размышления

Так что же всё-таки произошло? Как объяснить, хотя бы себе, все полученные результаты проведённых экспериментов? Попытаться их обобщить. Хоть как-то объяснить их с любой разумной точки зрения. К моему сожалению, детального анализа полученных результатов я сделать пока не могу. Что-то не складывается в голове. Всё как-то необычно.

Попробуем себя представить в положении атома углерода в структуре алмаза. Сидит он атом себе спокойненько в определённом месте решётки, имеет связи с соседями, слегка колеблется от температуры. Всё у него хорошо и ровненько. Все довольны. И тут в объём алмаза врывается поток гармонических колебаний. Не просто «музыка», абы какая, а волновые колебания, понятные атому, и с многообразием определённых акустических гармоник. И что делает наш атом? Начинает быстрее колебаться, дёргая за связи своих соседей. А в каком-то объёме алмаза «толпа» соседей стала колебаться ещё быстрее. И всем остальным ничего не остаётся, как последовать их примеру. И процесс пошёл! «Дискотека» начала набирать обороты!

В любом твёрдом теле существует предельная величина частоты акустических колебаний атомов решётки. Она довольна высокая и хорошо известна современной науке. Если перейти критическую величину этих колебаний, этот своего рода частотный «барьер», то атом разрывает связи с соседями и весь материал (тело) разрушается. А если его не переходить? Приблизиться к этому «барьеру», но его не пересекать? Что будет тогда?

Вы, например, засыпаете в мешок картошку. Мешок уже полный. Больше не входит. И что вы делаете? Вы берёте мешок и его начинаете трясти. Картошка находит оптимальное положение, и в мешок может войти ещё ведро картошки. Вот что-то подобное может происходить и с атомами в структуре алмаза. Вопрос только, как трясти.

Приблизившись к критическому «барьеру» своих колебаний, атомы могут проявить новые свойства материи в этой ситуации. Это «возбуждённое» вещество может обладать необычными характеристиками. Убери воздействие, и всё нормализуется. Материя вернётся в своё привычное состояние. «Дискотека» закончилась.

В Перу есть местечко Ольянтайтамбо. Развалины древнейшего сооружения, возраст которого 10 – 12 тысяч лет, поражают возможностями древних строителей. Огромные гранитные блоки, вес которых более 100 тонн, словно обработаны «пластилиновой технологией». Их идеально полированные поверхности, как плоские, так и закруглённые, подогнаны друг к другу с удивительной точностью. Кто, как и зачем создал подобное сооружение, неизвестно. Сами инки утверждают, что это творение древних богов.

Эти боги, видно, очень хорошо разбирались в колебательных процессах твёрдого тела. Не знаю, как они это делали технически, какой конкретно применяли обрабатывающий инструмент (может быть, акустический «лазер»), но то, что в основе этого принципа воздействия ими были использованы определённые алгоритмы акустического возбуждения гранита, у меня нет сомнений. В этом состоянии гранит может обретать мягкость и податливость, как пластилин, а после прекращения воздействия опять становится гранитом. Древние боги прекрасно понимали, как надо «трясти мешок картошки».

В случае с «шариком» с самого первого прикосновения моего инструмента начала работать природная «схема» октаэдра. И в этом случае очень важно не просто приложить волновое возбуждение, но и ещё понимать, как его приложить, как «подать информацию». По какому алгоритму подойти к активизации этой «схемы». По одному пути пойдёшь, она может развалиться. По-другому пойдёшь, получишь шарик. А если по третьему пути пойти?..

Каким бы ни был мужчина, высокий, пышущий здоровьем, с золотой цепью на шее или толстеньким и лысым коротышкой, приглашая даму на тур вальса, он соблюдает некие условия, что бы она сразу веером по шее его жирной не стукнула, а с радостью и удовольствием танцу отдалась. Вот в этом случае и проявляются, блистают гармоники волнового процесса. Ведь он, приглашая её к танцу, сознательно выпячивает определённые свои качества. Якобы он ласковый и нежный, легкоранимый и чуткий, беззащитный. И она, дура, верит ему и нежную ручонку свою на плечо его мощное кладёт. И не понимает пока, что коготок уже увяз и всей птичке – хана.

«Шарик» и «взорвавшийся» это только мои неуклюжие попытки разобраться с работой этой удивительной природной волновой «схемы». Надо, видимо, искать другие, более «элегантные» подходы к её оптимизации. К её осмыслению. Подобная «схема» может себя проявлять, наверное, и не только в алмазе. И если уж безудержно фантазировать, то кто сказал, что Великая пирамида в Египте это пирамида?!

То, что мы иногда видим, что нам кажется понятным, может быть только верхушкой некого айсберга. В опубликованной литературе много предположений, что Великая пирамида это некий прибор, построенный представителями древнейших цивилизаций или богами. Прибор для определённых целей. Для каких целей, мы обсуждать не будем. Существуют различные мнения. Но, если это прибор, то каков принцип его работы? Учитывая, что огромные блоки, из которых сложена пирамида, могли быть изготовлены по волновой технологии (как в местечке Ольянтайтамбо в Перу), то вполне очевидно, что в основе работы этого прибора должен быть заложен тот же волновой принцип. А если это так, то без природной «схемы» не обойтись. И Великая пирамида это не что иное, как октаэдр.

И уж если придерживаться нашей терминологии, принятой для природного алмаза, то видимая часть Великой пирамиды – это пирамида 2. И на её вершине находится маленькая отражающая линза. А пирамида 1 с острым конусом находится под землёй. Примерно как на рис. 9. Поверхность земли это плоскость б. Высокочастотную часть энергии Великой пирамиде даёт солнце, а низкочастотную составляющую – колебания плато Гиза («пульс Земли»), на котором она находится. И этот «прибор» будет работать до тех пор, пока светит солнце и живет наша планета, излучая в пространство неведомую энергию.

Полученный эффект с полиэтиленовым пакетом мне немного понятен. Любой дачник, имеющий теплицу, этот эффект знает. Старение полиэтилена, как органического соединения, происходит от воздействия солнечного света. Ультрафиолетовое излучение солнца разлагает длинные цепочки молекул, из которых состоит полиэтилен, и он разрушается. В моём случае что-то аналогичное, видимо, и произошло. Можно предположить, что «шарик», накопив энергию солнечных лучей, мог выплеснуть её в виде, например, жёсткого ультрафиолетового излучения. За короткое время от этого излучения в определённом месте образовалась в полиэтилене «дыра». Материал не испарился, а просто превратился в пыль, которую я не заметил. Но это означает, что «квантовый генератор» алмаза работает. Да ещё как работает! И работает он, по-видимому, в области ультрафиолетового диапазона. Или захватывает этот диапазон.

Странная складывается ситуация. Человек освоил почти весь известный ему диапазон электромагнитных колебаний – от длинных радиоволн до коротковолновых ядерных излучений. А вот оптический ультрафиолетовый диапазон волновых процессов им ещё в полной мере не охвачен. Словно некий камень преткновения на его исследовательском пути. Почему? Только ли технические сложности не позволяют ему это сделать? Или в этом случае возникает нечто, что Природа тщательно оберегает?

Алмаз известен человеку с незапамятных времён. В древности люди не знали, что алмаз – это определённое кристаллическое состояние углерода. Проблема состава алмаза была решена только 1814 году. Знаменитый английский физик Х. Дэви провел опыты по сжиганию бриллиантов в запаянной колбе в атмосфере чистого кислорода. В проведении этих опытов ему помогал его ассистент М. Фарадей. В результате этих опытов Х. Дэви сделал вывод, что алмаз является углеродом.

По одному из древнейших понятий энергетическое поле человека имеет форму кристалла. Форму октаэдра. Эти представления утверждают, что каждой грани этого «энергетического кристалла» соответствуют определённые свойства человеческой личности. Сегодня довольно много публикаций на эту «энергетическую» тему. Известны и размеры этих полей, их структура, свойства. И вполне вероятно, что природа (суть) этих полей может и не принадлежать принятой в физике шкале длин волн. Вообще может не соответствовать природе электромагнитных колебаний. Не иметь электромагнитной составляющей. Это могут быть поля вращения.

Знакомясь, например, с человеком, которого вы раньше никогда не видели, у вас по каким-то критериям складывается мнение (ощущение) об этом человеке. Вы в этот момент получаете информацию. И вы можете с большой долей вероятности судить о многих свойствах его натуры. И, как правило, это первое мнение (ощущение, полученная интуитивно информация) довольно верно. И смысл интуиции, предвидения (реакции вашего внутреннего информационного поля) может быть именно в ощущении энергетических вихрей формируемых событий и их участников. А каким прибором можно измерить вашу интуицию?

Можно предположить, что 3 – 5 тысяч лет назад (а может быть, и больше) о кристалле алмаза люди знали то, о чем сегодня мы можем только догадываться. И древним ученым (жрецам) в голову не могло прийти уничтожение природной оптической схемы и уникальных волновых характеристик кристалла в тот вид, который мы сегодня называем бриллиантом.

Во времена Римской империи алмаз становится символом могущества и власти и переходит в разряд ювелирных изделий. Но гранить его они еще не научились. С началом новой эры в Индии появляется огранка алмаза. В Европу ограненные алмазы попадают очень редко. Их нельзя было вывозить из Индии, так как они принадлежали только её правителям. В Европе огранка алмазов рождается в 1454 году (Людвиг Роберт де Беркгем изобретает прототип современной огранки).

С возникновением огранки в Европе бриллиант становится доступен многим. В это же время Коперник (1473–1543) опубликовывает свою гелиоцентрическую систему. Свирепствует инквизиция. Уничтожают Джордано Бруно (1600 год.). Врачи лечат Папу Климента VII (1532 год.) прописывая ему употребление алмазного порошка. В 1685 году найдены алмазы в Бразилии. В 1687 году Ньютон открывает свои три закона. В 1843 году М. Фарадей открывает электричество, а в 1851-м открыты алмазы в Австралии. В 1865 году Максвелл опубликовывает теорию электромагнитного поля, а в 1867-м обнаружены алмазы в Южной Африке. В 1905 году найден самый большой в мире алмаз (3025,75 карата) «Куллинан», стоимостью 7,5 миллиарда долларов, а Альберт Эйнштейн открывает теорию относительности. Интенсивное техническое развитие нашей цивилизации и почти хронологически совпадающая всевозрастающая доступность бриллиантов для обычного человека. Словно кем-то свыше природная удивительная «схема» кристалла алмаза закопана, завалена, утрамбована переплетением времени и событий. И этот кто-то неведомый тщательно оберегает эту тайну волновых процессов, отражённую в этом маленьком кристалле.

Я с удовольствием вспоминаю полученное письмо Друга. Как же я его понимаю!..

«Величие матушки Природы нашей в том, что всё она с Любовью и высочайшим (изначальным) уровнем энтропии (многообразия) сотворяет. Недаром кристалл алмаза самую высокую позицию занимает среди собратьев своих. Царь кристаллов! И не только за свои механические (или другие) свойства. А за то, что уровень его природной энтропии самым высоким оказывается и потенциал энергетический в этом величайший присутствует. До сих пор человек понять этого не может: откуда ОН взялся, и для чего Природа его сотворила? А по невежеству своему и из-за страха перед силой природной чудотворной, кастрирует он его в бриллианты, да и восторгается при этом: «Ой! Какой он красивый чистой воды получился». Да и быстренько продать его с выгодой норовит. А тот, кто покупает его, бабло своё выкладывает, да и перед сородичами своими пыжиться начинает, раскармливая иллюзии да ЭГО свое до размеров немереных, ибо низкий (весьма низкий) уровень собственной энтропии ему с помощью кристалла за иллюзорную значимость и величие собственное выдать хочется.

А бриллиант наш, хоть и усечённый в форме природной своей, но не растративший энергию свою изначальную, вступает во взаимодействие с волновой функцией этого человека и всеми силами очистить и нормализовать её пытается, дабы дурь его уменьшить, или хотя бы через край предельный чтоб она не выплёскивалась».

Вполне допускаю, что увиденная мной «схема» алмазного октаэдра («квантового генератора») самое простое и в какой-то степени обобщённое отражение каких-то законов Природы. По своей форме все люди одинаковы. Голова, ноги, руки и любимый животик. Но многообразие людей определяется не в их внешних формах, а в уникальном внутреннем состоянии. В неповторимости их внутренних духовных миров. Приложи «неправильную» энергию к этому миру, и человек «взорвётся», развалится его внутренняя структура. Человек исчезнет. Останется только его физическая оболочка. Появится некий зомби.

А приложи «правильную», гармоничную энергию, и человек расцветёт, засияет, засветится изнутри. Словно яркий и тёплый «шарик», словно само солнышко, согревая всё вокруг себя мягким внутренним светом. Может, в этом и проявляется нечто основополагающее, некая суть законов Природы, суть самой Жизни?..

Глава 6. Библиотека

Письмо Другу

Привет, любимый верный и дорогой мой Друг!

Последний телефонный разговор с тобой взволновал меня, заставил углубиться в пучину размышлений различных, что и вылилось в потребность написать тебе очередное письмецо. Одна твоя фраза определила тему послания: «Эх! Как бы читательский билетик в эту Библиотеку получить?!» А ведь речь шла об энергии информационных полей, о волновых функциях высшей информации. И каким образом с ними возможно взаимодействовать. Спешу разочаровать тебя (или обрадовать), что билетик этот у тебя есть. А вот как ты им эффективно пользуешься, вопрос особый. Попытаемся разобраться в этом, придерживаясь определённой системы рассуждений, которая нами самими была давно создана, и которая и сейчас развивается, и совершенствуется.

Да простят меня физики, биологи, психологи, эзотерики, маги и прочие глубоко мной уважаемые специалисты различных направлений человеческого любопытства. Я не претендую на какое-то новое объяснение материала. Всё это известно. Просто для тебя я попытаюсь изложить тему как можно доступнее и в ракурсе наших бесед, используя выработанные нами терминологии и понятия, что должно упростить восприятие рассматриваемого материала.

Информационное поле Земли, хроники Акаши, энергия информационных полей, Высшая информация и прочие известные понятия мы объединим одним словом – Библиотека. Просто и понятно. Представления, каким образом волновая энергия этих полей воспринимается человеком, неплохо изложены в книге Дэвида Айка «Бесконечная любовь – единственная истина, все остальное – иллюзия». Его схема, что ДНК человека является неким приёмным устройством волновой функции этих полей (некий гетеродин), нами принимается. Всё равно, как это происходит на самом деле, неизвестно. В данном случае это не имеет значения. Главное, что это происходит.

Неплохим примером в этом случае может стать история Лаборатории. Как мы искали решения создавшихся проблем, как пытались объяснить эффекты нашей Технологии, как мучились ночами, ища выход в понимании того или иного результата. А Технология наша ставила новые задачи, давала очередные эффекты трансформации кристалла, и процесс этот продолжается до сих пор. Вот именно поэтому вынуждены мы были обращаться в Библиотеку, чтобы хоть в общих чертах разобраться в происходящих событиях. Как же получить абонемент в читальный зал Библиотеки? И как им пользоваться?

Несколько лет назад, сидя на твоей кухне и пальцем чертя на мебели различные схемы волнового взаимодействия в алмазе, мы сформулировали «Принцип интеллектуальной микроскопии». Очень нам этот принцип понравился! Изобрели его для себя, для создания (формирования) хоть какой-то системы взглядов. И некоторые наши размышления сразу обрели черты ясности при использовании этого принципа. С конкретными примерами. Напомню тебе его в общих чертах.

Принцип интеллектуальной микроскопии

В общих чертах «Принцип интеллектуальной микроскопии» есть некий схематичный взгляд на попытку (методику) работы с объективной информацией. В различных эзотерических направлениях взаимодействие с объективностью рассматривается довольно сложно. Особенно сложно в науке Каббала. Но в Каббале есть одно очень простое утверждение, которое и было нами взято за основу. «Есть только Творец и эгоизм человеческий. Больше ничего нет. Путь к Творцу через преодоление эгоизма». Работайте, ребята, в первую очередь со своим эгоизмом! Понятие «эгоизм» в этом случае не имеет никакого отношения к психологии и медицине вообще. Ты тогда правильно заметил, что здесь понятие эгоизма– это эго человеческое. И ещё очень важное замечание необходимо сделать. Определения Творца, Абсолюта особого отношения к Библиотеке не имеют. Бог есть всё! Поэтому договоримся, что Библиотека как бы некий «отдел» Высшей канцелярии, который контролирует вполне определённые функции, то есть отвечает за работу с окружающими нас информационными полями.

На этом рисунке я попытался отобразить схему воздействия энергии информационных полей (солнышко) с человеком (рожица). А необычная «шляпа» – экран человеческого эгоизма.

Во всех эзотерических учениях экран человеческий предохраняет его от Божественного света. Не будь экрана, человек бы просто сгорел. Поэтому я ещё раз повторюсь. Мы рассматриваем только схему взаимодействия с информационными полями и в глубокие «высшие материи» человеческих представлений (определений) попытаемся не залезать.

Человек, как ты знаешь, довольно сложная волновая функция. Поэтому он и существует в этом пространстве и взаимодействует с ним. Если исходить из смысла движения энергии этого взаимодействия, то схему можно упростить. И нарисовать её по правилам электронной техники. Поскольку всё в мире едино, то и схему мы поместим в некую окружность.

Тебе эта схема ничего не напоминает? Уж очень она похожа на схему лампового триода. Причём «сетка» связана с человеком. Существует обратная связь, что вполне естественно, так как эгоизм – составная часть его волновой энергетической функции. В этом случае работа «сетки», степень пропускания энергии информационных полей, целиком зависит от умения работать со своим любимым эгоизмом.

Здесь следует заметить, что сигнал посылаемый человеком на «сетку» должен соответствовать определённым правилам, правилам объективности, так как энергия информационных полей объективна. Сигнал – это твои намерения. Концентрированное желание, имеющее вектор направленности. Если ты будешь формировать желание типа «хочу водки, денег и женщин», то сетка даже не «дёрнется». У Природы денег нет. Этот посланный тобой энергетический импульс работает в «противофазе» с объективной энергией, и все твои энергетические посылы останутся в нижней части «триода» под «сеткой». И ничего не произойдёт. «Сетка» как пропускает сигнал, так его и отражает. Приведём несколько примеров работы этого «триода». Я их условно разделил на три принципа взаимодействия.

Принцип первый

Отразившись и сконцентрировавшись под «сеткой», энергия твоих «неправильных» намерений не имеет выхода. Она начинает «закручиваться», формируя некое волновое (так и хочется добавить – квантово-волновое) поле и порождать иллюзии. А энергия иллюзий – подруга коварная. Человек начинает искать подтверждения им. Пытается с чем-то сравнивать. Строить свои умозаключения, правила, мировоззрение. А поскольку подобное притягивает подобное, то и «кучкуются» они, в стаи собираются и радость, и энергию различную выделяют, дабы себя поддержать, да и перед другими хвост свой распушить. А все, кто вне этой стаи находится, – люди другого сорта. Законы сохранения энергии должны же соблюдаться. Поэтому обмен энергиями только между особями одного вида происходит (в границах стаи, воровского схода, партийного устава, «высшего общества» и т.п.), и объективности туда проникнуть крайне проблематично. Прекрасный пример подобного проявления – коммунальная квартира. Некая «воронья слободка», удивительно реалистично описанная в классической литературе. Приведу ещё свой пример.

Есть у меня хороший знакомый. Живёт в моём городе недалеко от меня. Позвонил он как-то, предложил зайти ко мне и выпить по бутылочке пива, да и о жизни поговорить. Идти ему минут десять. Жене сказал, что ко мне пошёл. По дороге встретил своего приятеля. Выпили они по маленькому коньячку, поговорили, новостями обменялись, да и ко мне он продолжил путь. А в это время (ровно через 10 минут после его выхода из дома) звонит мне его жена и спрашивает: «Он пришёл?» «Нет, говорю, не было». «Ах, он…, да я ему… Вот только появится…». Пришёл Знакомый минут через 30. «Жена тебя потеряла», – говорю ему. «Так я же сказал ей, что к тебе пошёл!» – удивился он. В это время звонит жена: «Ах, ты… По бабам шастаешь?!.. Да ты…, да я тебя…» Вознегодовал мой знакомый, да и домой помчался со сжатыми кулаками. Да и мордобитие учинил, чтобы напраслину на него не возводили. А жена обиду лютую затаила, да и на следующий день подсыпала что-то в борщок ему. «Вот тебе, ирод!». И увезла его «скорая» с обострением язвы желудка, которой отродясь у него не было. О какой работе с объективной информацией здесь можно говорить? Самое удивительное, что во всём этом я виноват оказался.

Вот так работает принцип первый. К чести моего знакомого разобрался он постепенно с эгоизмом своим и работать стал по принципу второму. Мир и спокойствие в доме его воцарились. Чему я несказанно рад.

Принцип второй

Принцип этот, как ты догадываешься, уже позволяет работать с информационными полями. «Сетка» тобой иногда управляется, и информацию ты получаешь. Здесь важно отметить следующее. На начальном этапе это происходит неосознанно и свойственно в первую очередь, конечно, натурам творческим. Умеющим энергетически концентрироваться на поставленной проблеме.

Интуиция, озарение, «муза посетила». Подобные кратковременные вхождения в информационные поля говорят о том, что человек пытается договориться со своим эгоизмом. И у него это получается. Хоть ненадолго, но информация приходит. Решение найдено («Болдинская осень»). И он с великим удовольствием восторгается собой: «Ай да Пушкин! Ай да сукин сын!» Какой я умный, великий, гениальный! И это нормально! С любимым эгоизмом надо уметь работать. Запрятал, а потом вытащи и погладь, чтоб он не сильно обижался. Гармония во всём должна присутствовать. Но «сетка» опять закрылась. Насладившись своим величием, человек снова пытается получить «подсказку Природы». И у него это опять получиться может. Вот так импульсно человек и посещает Библиотеку.

Со временем, приобретя опыт (осознание), он может работать целенаправленно. И с этого момента эгоизм его находится под его полным контролем. Спрятал, вытащил. Спрятал, вытащил. И в Библиотеку он может попасть в любое время дня и ночи. И сидеть в читальном зале сколько захочется. Важный такой переходный этап. Значит, трансформация человека достигла такого уровня его осознания, что посещение Библиотеки становится его естественным состоянием. Здесь я хочу сделать одно существенное замечание.

В тот момент, когда человек ещё посещает Библиотеку интуитивно, он, получив информацию, прибегает к мужикам, например, из первого принципа и кричит им: «Ребята, не ходите туда! Опять на грабли наступите! В дерьмо влезете! Аннушка уже разлила подсолнечное масло!» «Да иди ты…» – отвечают мужики. Пошли и наступили (в дерьмо влезли, на масле поскользнулись). Прибегают: «Ах ты, интеллигент проклятый, очкарик в шляпе! Наколдовал окаянный! Ату его, ребята!» Да и побили горемыку. Или Дантеса науськали. Или на костёр потащили.

А человек, посещающий Библиотеку целенаправленно, просто сделает так, что мужики туда вообще не пойдут. Они даже не поймут, почему не пошли. И об этом факте никто не догадается. Это действие можно объяснить, как некое правило из «Техники безопасности при работе с информационными полями». В эзотерической литературе это называется «Принцип контролируемой глупости». Лучше не скажешь. И всё становится ясным. И взаимодействовать можно с представителями любого уровня осознания.

Ярким примером подобного действия может служить Коперник. Создав свою гелиоцентрическую систему мироздания, он тридцать лет её не публиковал. Догадывался, что его может ожидать. Но! Нашёл решение и опубликовал её в виде сказки. Как бы сегодня сказали, в виде научно-фантастического рассказа. Инквизиция задумалась. И долго не могла понять, как на это реагировать. Человек вроде сам подписался, что это – дурь. Вроде и наказывать за дурь нелепо. И Коперник спокойно дожил до конца своих дней. Но! Информация уже опубликована! И спохватилась инквизиция, когда последователи Коперника стали это проповедовать и развивать. Великие Галилео Галилей и Джордано Бруно. Чем всё кончилось, ты знаешь. Но информационный процесс для человечества стал необратим.

Принцип третий

Здесь всё просто. Человек живёт в Библиотеке. Иногда он приходит, «включая» свой эгоизм, и смотрит на мир открытыми и удивлёнными глазами. «Как?! Вы этого ещё не знаете?! Ну, ребята, надо тщательнее. А то шибко у вас всё неинтересно». Да и обратно в Библиотеку уйдёт. Но творение его очень долгое время удивлять и восхищать будет. Примером этому могут служить Пифагор, Леонардо да Винчи, Тесла и многие другие яркие представители человеческой цивилизации.

Вот в общих чертах схема работы «интеллектуальной микроскопии». Теперь попробуем разобраться, что такое «Читательский билет».

Читательский билет

Мысль человеческая материальна. Она несёт энергию. Иногда эта энергия может быть весьма значительной. Этот факт известен. Но не это главное. Главное – этой энергией можно (и нужно) управлять. Правильно формировать и правильно направлять. В крайнем случае – осознано контролировать. Иметь навыки энергетического контроля (управления) своими внутренними энергопотоками (в частности, процессом формирования мыслеобразов). Ибо природа (основа, суть, принцип) энергии информационных полей и энергии мысли человека – одна.

Читальных залов в Библиотеке бесконечное множество. Чтобы выбрать нужный, необходимо вполне конкретно (на энергетическом уровне) сформировать свой заказ и определить тему (форму, конкретный читальный зал). Сформировать энергию мысли не только по содержанию (что весьма непросто в энергетическом плане), но и облечь её в определённую (адресную) форму. Если ты, например, пишешь письмо мне то, кроме содержания письма, на конверте должен написать адрес. При этих условиях я могу надеяться получить и с удовольствием прочитать от тебя послание. А при большом желании даже ответить на него (если есть, конечно, обратный адрес).

Читательский билет – это умение сформировать желаемое в некий энергоинформационный потенциал и направить его по определённому вектору (векторная ориентация).

В противном случае может получиться такая история. Приходит посетитель в Библиотеку и говорит библиотекарю: «Хочу информацию про деревянного человечка». «Вам про Буратино или Пиноккио?» – спрашивает библиотекарь. «Там ещё есть девушка с голубыми волосами». – «Ага, всё понятно». И получает посетитель вместо прелестной сказки рекламу на ТВ «Орбит белоснежный». Получите девушку с голубыми волосами (да ещё и гориллу в придачу)! Энергетически надо «тщательнее выражаться»! Иными словами, понимать (ощущать, направлять и получать) что же ты, в конце концов, хочешь.

Энергия информационных полей – живая энергия. Настраивая свой «гетеродин» на определённый уровень общения с Библиотекой, ты должен придерживаться принципа «живого общения». От статуи Венеры при любом твоём желании ты ничего не добьёшься, и общения не произойдёт. Получая информацию от Библиотеки, ты ещё одновременно отдаёшь свою. Правильно сформированную. В эзотерике это называется открытый канал (информации). В этом великий смысл взаимодействия, взаимного обогащения тебя и Библиотеки. Вот почему человеческий эгоизм в этом случае переходит в область шумов и помех.

Подводя итоги, можно ещё так сформулировать. Читательский билет – умение общаться с собой.

При долгожданной встрече с любимым и закадычным другом можно с восторгом обсуждать любые темы, лихорадочно перебивая друг друга и перепрыгивая с одной проблемы на другую, и получать при этом неописуемое удовольствие от общения. Но ещё большую трепетность и очарование ты получаешь тогда, когда с другом можно упоительно и восхитительно помолчать.

Примеры работы Библиотеки

В Библиотеке нет понятий времени и пространства. Она вне этих человеческих определений. Не важно, обратился ли ты в Библиотеку сначала в раннем детстве, а потом в глубокой старости. Это не имеет значения. Только библиотекарь определяет читальный зал согласно твоему «читательскому билету». И в этом читальном зале ты можешь «случайно» встретиться с Пушкиным и пообщаться. Или поговорить с Архимедом. Или устроить дискуссию с горячо тобой любимыми Ландау и Лившицем. Всё определяется в первую очередь важностью информации для Библиотеки. Той энергетической структурой мысли, которую ты сформировал. И как живая энергия, она (мысль) стремится к развитию. Вливаясь в общий энергопоток информации, обеспечивает «жизненные силы» всей Библиотеки. И только библиотекарь решает, в каком читальной зале это будет наиболее эффективным. «Занимайте места согласно купленным читательским билетам».

Я приведу несколько примеров работы Библиотеки. Попытаемся их вместе проанализировать. Хотя ты и сам прекрасно можешь привести свои примеры, аккуратно покопавшись в СВОИХ внутренних архивах.

Прогулка с Другом

Работа с алмазом поставила перед нами очень много проблем. Их поэтапное (последовательное) решение никак не складывалось в чёткую картину нашего понимания. Анализируя полученный уникальный экспериментальный материал, мы никак не могли его внятно обобщить. Человек ещё не сталкивался с такими эффектами, которые мы получили, развивая волновую Технологию воздействия на алмаз. Отдельные блоки информации из квантовой механики, термодинамики, оптики и т.п. не оформлялись в целостную картину. И тогда мы пошли в лес.

Ты должен помнить эту прогулку. Значимая она была. Лето, хорошая погода, в лесу никого. Тишина. Маленькая бутылочка коньяка с орешками в авоське. И большое желание найти понимание в наших исследованиях. И спорили мы, и доводы разные приводили. И формулами ты сыпал физическими. И ни-че-го!

В конце концов, пришла идея. А давай мы попробуем всё забыть и начать рассуждения с нуля. В лесу никого. Да и не лекцию же мы читаем в Академии наук. Раскрепостим нашу фантазию (уберём в некий закуток наш эгоизм). Вот что придёт в голову, то и будем рассматривать. И в это будем верить. И это будет правильно. И… Понеслось!!!

Вот тебе пространство, время, дуализм волновой. И ошибка Эйнштейна. И Ньютон, бедолага, не совсем прав был. И вот уже родилась сетка импульсов, возникло понятие «шубы», «суперконденсат» и многое, многое другое. Наши представления стали складываться в стройную, необычную и красивую картину. И эта информация помогает нам до сих пор. Вот пример коллективного посещения Библиотеки.

Хочу заметить, что информацию мы получили каждый свою. Но это только дополнило и обогатило общую картину. И сейчас продолжает дополнять. А как на это реагировали ребята из принципа первого? Да нас просто забрали в вытрезвитель, когда мы вышли из леса и на обочине дороги с упоением веточкой на земле писали формулы. «За что?! Мы же не пьяные!». «Конец месяца, – делово объяснили нам. – И какой нормальный будет палкой в землю тыкать? Посидите пару часов, и мы вас отпустим. Вам какая разница? А мы план сделаем». И сидели мы три часа. И ты был задумчивый. А я с восторгом местным алкашам читал вводную лекцию об основах «интеллектуальной микроскопии». Более благодарных и любознательных слушателей я больше никогда не встречал.

Вот такая история похода в Библиотеку. В заключение хочу отметить, что с этого момента все получаемые нами в Лаборатории результаты стали прогнозируемы. И некоторые эксперименты мы могли проводить целенаправленно. Фактор неопределённой случайности испарился. Развитие Технологии пошло по новому руслу.

Встреча с попутчиком

Решил я навестить своего друга в Белоруссии. Плацкартных билетов на поезд до Минска не было, пришлось взять купейный. В купе нас оказалось двое. Вагон вообще был полупустой. За всю ночь к нам никого не подселили, и этому мы были рады.

Моим попутчиком оказался весьма интересный мужчина. Бизнесмен, интеллигент, творческая личность. А когда выяснилось, что он прекрасно разбирается в эзотерике, то неожиданное появление на столе бутылки коньяка оказалось весьма кстати.

Из всех обсуждаемых нами тем (а что ещё делать в дороге?) мне запомнилась только одна. Хочу привести её, конечно, в своей интерпретации. Не получится у меня повторить её так красочно и эмоционально, как это сделал мой попутчик. Вот его рассказ.

«Приходят ко мне они».

Сразу замечу, что совершенно не важно, как обращается человек к Библиотеке. Я говорю она. Ты говоришь он. А попутчик – они. Это не имеет значения. Итак, …

«Приходят ко мне они и говорят: «В ночь на Ивана Купалу ты должен быть возле Горючь-камня к определённому часу». А это в Муромских лесах находится. При всём моём желании я к этому часу не успеваю. «А как я туда попаду?» – спрашиваю.

Тут они мне разъясняют, что передвигаться можно не только на самолете или на машине, но и очень просто можно трансгенерироваться (телепортироваться) в любое место, и начинают меня детально инструктировать, как это делается.

Действительно оказалось, что это очень просто, даже примитивно. Как только я всё понял, как это делается, мне неожиданно пришла в голову мысль: если это так просто, то я же могу трансгенерироваться куда угодно, в том числе и в хранилище любого банка, к примеру. В тот же момент вся информация о технике трансгенерации начала исчезать с большой белой доски, где она была расписана, как будто её кто-то стирает тряпкой и одновременно из моей памяти. Я начал орать, что это не моя мысль, что не я её думал и прочий бред… Всё равно стерли».

Почему я запомнил именно эту историю – ты догадываешься. Вот она «неожиданная» работа эго человеческого. Провалил попутчик «курсовой проект» перед Библиотекой.

Каким-то чудом он всё же попал к назначенному часу в Муромские леса. Пробыл возле этого камня всю ночь. И ничего, кроме местных «язычников», прыгающих через костёр, не увидел. Почему же я запомнил именно эту историю?

Возвращаясь из Минска, лёжа на верхней полке плацкартного вагона, я пытался рассуждать. Эта история с точки зрения «интеллектуальной микроскопии» уж очень проста. Да понятно, что на определённом этапе сотрудничества с Библиотекой, отшлифовывая свои навыки работы с мыслеформами, ты выполняешь некие «лабораторные работы», которые ставит Библиотека. Она заинтересована в твоей эффективной работе с энергопотоками. Определяя перед тобой некие события, она предлагает решить их в рамках достигнутых тобой навыков. Выполнив одну работу, приобретя опыт в решении этой «лабораторной работы», ты сразу получаешь другую, ещё более необычную. Тем самым как бы ты «тренируешься» в работе с энергией информационных полей. Твои успешные тренировки выгодны Библиотеке. И она, в конце концов, подводит тебя к «курсовому проекту». Успешно его защитив, ты переходишь на другой уровень ответственности, на другой уровень решения поставленных задач, на другой уровень осознания. И так далее. Всё вполне очевидно. Так почему у меня из головы не выходит эта история?

И тут меня осенило! Я вскочит, ударился головой о багажную полку и рухнул назад на подушку, потирая ушибленный лоб. Попутчик должен был материализовать определённое событие!

Их (а он мог быть и не один) собирали в определённом месте для вполне конкретной цели! И цель эта только Библиотекарю ведома. Но Попутчик провалил «курсовую работу», и событие не произошло. Он мог бы никуда и не ездить. А какое должно было произойти событие – никто и никогда не узнает. Величайшая работа Библиотеки! А как ещё в нашем пространстве и времени свершать события? Только их материализовывать. Событие свершилось, и его участники пошли дальше. К другому событию, более интересному. Участники событий могут никогда и не узнать друг о друге. Некая «преддипломная практика» для посетителей Библиотеки. Потрясающе!!!

Печать Соломона

Изучая философию Таро, мне случайно попалась книга Элифаса Леви «Ритуал трансцендентальной магии». Из любопытства я стал её листать и вдруг обомлел. На какой-то странице была изображена неизвестная мне печать Соломона. Но не это так меня захватило. В этом изображении, неожиданно для себя, я увидел «схему» кристалла алмаза. До сих пор мне не ясно, почему я увидел здесь алмаз с точки зрения волновых процессов, с точки зрения нашей Технологии.

Сам Элифас Леви (родился в 1810 году) об этом знаке говорит так: «Знак, который является иероглифической теорией магнитов и представляет круговое движение свечения». Тебе понятно? Мне, признаться, не очень.

Вполне очевидно, что это – иероглифическое изображение информации. Но какой? Какие таинственные знания отображены в этом символе? С этого момента не стало мне ни покоя, ни отдыха. Все мысли и рассуждения были направлены только на расшифровку этого знака. Не имея возможности связаться с автором этого произведения и задать ему наводящие вопросы, мне пришлось построить свою схему размышлений, по возможности придерживаясь неких основополагающих признаков. Неких принципов, которые были бы общими (очевидными) как в наше время, так и в том глубоком прошлом.

Принципы эти в общем случае известны. Единство всего сущего, многообразие миров, голографичность пространства и т.д. Каждая чёрточка, каждая линия, любой изгиб несёт смысл. И комбинировал я, перебирая как фигурки «Лего», различные комбинации этих символов.

Неоценимую помощь мне в этом деле оказал природный кристалл алмаза. Как только складывалось какое-либо понятие, я сразу пытался «вписать» его в алмаз. В предполагаемые взаимодействия волновых процессов, протекающих в его объёме. Обнаружив в алмазе какую-нибудь закономерность, я сравнивал это представление со «схемой» печати. Со временем, неожиданно для меня, стала формироваться не только система рассуждений, но и некая удивительно необычная оптическая волновая схема природного алмаза. С одной стороны, обнаружилось в иероглифе изображение «интеллектуальной микроскопии» (увидь его сам), а с другой – оптическая схема квантового генератора с его «энергетической мембраной» в области будущего «рундиста» (если из алмаза делать бриллиант). С одной стороны – принцип работы информационных полей, с другой – принцип взаимодействия кристалла алмаза с волновой функцией человека. И многое другое. Пришло понимание, в частности, каким образом древние индусы могли лечить человека с помощью вибраций кристалла алмаза. И ушло у меня на эту работу ажно девять месяцев.

Сегодня мне ясно, что, пытайся я понять печать без привязки к кристаллу, ничего бы не произошло. Я бы ничего не понял. А взяв за основу природный алмаз (волновой принцип) и пытаясь с ним разобраться, информация стала складываться в некий единый потенциал. Так электромонтажник собирает электронный блок, придерживаясь его принципиальной схемы. В результате в алмазе я увидел природную заготовку прибора, очень напоминающую по принципу работы некий «квантовый генератор». С удивительно красивой и необычной совокупностью оптических природных форм (например, сфер и конусов).

Кольцо Соломона

Влияние различных природных минералов на волновую функцию человека давно известно. Вот тебе амулеты, обереги и т.п. Много чего описано в литературе. Только об алмазе крайне скупые сведения. Он Царь – и всё. Но! Ведь первосвященник Аарон, ходящий с Моисеем, носил на себе алмазы. А это XIII век до новой эры. В то время о бриллиантах и слыхом не слыхивали. И вообще алмаз не принадлежал к категории драгоценных камней. Значит, древние жрецы знали о таких свойствах алмаза, о которых сегодня мы можем и не догадываться. О каких? Да всё просто, как мне кажется! Например, природный алмазный «квантовый генератор» делает более эффективной работу энергии информационных полей для человека. Некий такой «коммуникатор», позволяющий волновой функции человека в максимальном «объёме» и гармонично посещать Библиотеку. А как этот прибор может выглядеть реально?

На ум неожиданно пришла легенда о кольце царя Соломона. Я кинулся искать хоть какую-нибудь информацию об этом кольце. И ничего! Либо сведения противоречивые (например, какой в нём использовался камень) либо вообще «сплошной туман». Неоспорим только факт, что оно существовало. Ладно, думаю, сами разберёмся. И разобрался относительно быстро.

Конечно рука человека, обладающая наибольшей степенью свободы как часть тела, является наиболее оптимальным «носителем» нашего «прибора». Кольцо на пальце в любой момент может быть «приближено» к любому энергетическому центру человеческого тела (например, системе чакр). Вроде бы весьма логично.

А как добиться наибольшей эффективности динамического взаимодействия кольца и энергии информационных полей? Как «прибор» правильно сориентировать (настроить) относительно биополя? Точнее – вектора вращения энергетического потенциала человека (если вспомнить Друнвало, то – Мер-Ка-Ба). Пришлось разбираться с местом расположения (ориентации) самого «прибора» в кольце, то есть понять, каким же образом крепить кристалл в оправе. Точнее, как расположить «квантовый генератор волновой энергии» в тороидальном волноводе (кольце) с учётом гармонического взаимодействия с энергетическим полем человека. Подобная трактовка вопроса привела к пониманию совершенно необычной «системе крепежа». Ни один нормальный ювелир так кристалл крепить не будет. Осталось понять последнее: из чего делать оправу, из какого материала должно быть сделано само кольцо (тороидальный волновод).

Человек на 72% состоит из воды, а на 23% из углерода. Остальные 5% почти вся таблица Менделеева. Во второй половине прошлого века, после изобретения процесса роста искусственных алмазов, в Америке обсуждалась идея (к счастью, в то время не реализованная). После кремации умершего человека из его пепла можно вырастить кристалл алмаза. Оставшегося от человека углерода хватит на получение кристалла массой ровно один карат. Представляешь?! Семь миллиардов потенциальных «каратников» ходят по Земле! Алмаз, похоже, не совсем «чужой» с точки зрения углерода для человека. (Ведь в структуре ДНК также присутствует углерод.)

Получается, что материал кольца хотя бы по количеству элементного состава должен приближаться к многообразию элементного состава человека. Иметь некое «сродство» волновых функций. Хоть какую-то вероятность «соответствия» (взаимодействия, чувствительности) волновых энергетических процессов. Ни золото, серебро или платина под эти требования не подходят. Хоть и благородные металлы, но слишком простые. И в этот момент я вспомнил о «железяке».

Основную работу по исследованию этого материала ты знаешь. Откуда он взялся – неизвестно. Нашли его геологи в тайге. Такое огромное яйцо. С трудом отпилили кусочек (алмазные пилы его не брали). И часть этого кусочка попала нам на исследование. Что же мы установили (коротко)?

Металл, состоящий на 95% из чистого железа, а оставшиеся 5% – 64 элемента таблицы Менделеева! В основном редкоземельные металлы. Некий аналог «железной» колоны, стоящей в Индии. Не ржавеет, в кислоте не травится, точку (температуру) плавления установить не удалось. По данным электронной микроскопии – совершенный монокристалл. Заключение металлургов – человек такой сплав создать не может (во всяком случае в данное время и на нашей планете). Да и в космосе он не был (заключение Института метеоритов). Идеальный материал для кольца с точки зрения природной энтропии (многообразия).

Как только мне в голову пришла эта идея, сразу была предложена «лабораторная работа». Раз считаешь, что этот материал подходит для кольца с точки зрения энтропии и взаимодействия с человеком, а ну-ка, парень, проверь это на себе. Почувствуй, как он взаимодействует с твоей энергией.

В общих чертах результаты этой работы тебе так же известны. Пространство, время, материя, волновая энергия, проходящие события, предстоящие события и многое другое – не просто слова или понятия. Это материально. Это можно чувствовать. С этим можно работать. Удивительные ощущения! Мне даже казалось, что взаимодействие с этим веществом – живое взаимодействие. Действительно возможности человека далеко ещё не изучены в полной мере. Пусть мне и удалось с этим соприкоснуться при посредничестве необычного материала, но я твёрдо убеждён, что человек может и самостоятельно добиться очень многого. Во всяком случае «железяке» я весьма благодарен за показанные возможности. Какие последствия? Я стал подстригаться очень коротко. Потому что иногда волосы вставали дыбом от происходящего. А ходить с такой «причёской» было неуютно.

Итак, теоретическая работа закончена. Экспериментальные проверки проведены. Схема создана. Что остаётся? Выполнить (материализовать) задуманное! Я рассматривал наработанный материал с разных сторон. И так подходил, и эдак проверял. Вроде всё красиво и логично. Система должна работать! Так какие же сомнения?

Сомнения простые. Если проект готов, то надо его как-то «обкатать», с кем-то посоветоваться, устроить предзащиту. Ответить на вопросы «независимой экспертизы». Глядишь, что-то, может, ты и упустил. А вдруг этот «прибор» обладает чудовищной разрушительной силой, реализуя принцип «что бы учёный ни делал – всё равно получится бомба»? Обычные осторожные человеческие сомнения. А с кем на эту тему поговорить? Какого специалиста привлечь? Кто тебе поможет в этом деле? Представляю, если я какому-нибудь академику об этом начну рассказывать. Не только палата, а даже номер этой палаты могут стать вполне очевидными. Что делать? Мне ничего не пришло в голову, кроме одного. Раз в работе использованы печать и кольцо, то почему бы не обратиться с вопросами к самому царю Соломону? А?! Сказано – сделано!

Царь Соломон

Потрясающее выражение «сказано – сделано». А попробуй сказать и особенно попробуй сделать! Номер телефона не наберёшь и об аудиенции не договоришься. И вообще, возможно ли в принципе подобное общение? Одно дело получить в Библиотеке общую информацию и совсем другое – общение с конкретным носителем конкретной информации, да ещё отделённого таким временным фактором. Я уж про свой личный опыт подобного диалога вообще не говорю. Его просто нет! И даже намёка не слышал, чтоб кто-то из моих знакомых экстрасенсов проделывал такую работу и смог бы что-то посоветовать. Но подобная постановка вопроса, несмотря на его кажущуюся абсурдность, захватила мня, и я пошёл в лес. А вдруг…

Первое – что сказать? Мысль надо сформулировать в один вопрос и оформить его в некий энергетический потенциал. Почувствовать эту энергию вопроса. Ведь невозможно оформить эту мысль, впихнув в неё всё, что я написал выше. Какие лазеры, квантовые процессы, «железяки»?! По дороге в лес сложилось примерно следующее: «Правильно ли я совместил информацию печати и принцип работы кольца?». Поверь, никакая словесная форма не может адекватно описать энергию мысли. Только в каком-то приближении. Главное – постараться правильно «оформить заказ». И где-то на таком информационном, энергетическом приближении я остановился.

Второе – сделать! На тот момент, что я знал о царе Соломоне? Да практически ничего, кроме легенд. Ну, жил давно, царь, большой гарем, печать, кольцо да рассказы моего деда о «великой мудрости царя Соломона». Ну, ещё всяческие истории. Я даже Библию в этом смысле не читал. Но, по всей видимости, даже этого было достаточно, чтоб определить вектор направленности. Главное – он жил! Пусть давно. Но был человеком. Значит, можно «оформить» конкретный энергетический адрес.

Придя на нашу поляну и сев на известное тебе бревно, у меня уже всё было готово. Как мне казалось. Сработает или нет – я не знал. Как это происходит – я не ведал. А что ещё оставалось мне делать? И я задумался… Сильно задумался… И внезапно, в какой-то момент почувствовал, что…

«ВСТРЕЧА» ПРОИЗОШЛА!

Я неожиданно ощутил в себе присутствие объективной информации. Новой энергии, которой у меня до этого момента не было! Некий «энергетический клубок» спокойно появился в моём сознании. Его (информацию) надо ещё аккуратно «размотать». Ощущение – словно ты получил кассету с долгожданным видеофильмом, который ещё не смотрел, но знаешь о чём он. Примерно так. Но сразу ярко и отчётливо в голове сложилась фраза – ответ на мой вопрос: этим заинтересовались боги высокого уровня.

Огромное количество мурашек носилось по моему телу, огибая капли холодного пота. Может у меня «крыша поехала»?

– Ну, исчерпывающий получил ответ? – ехидно прозвучал в голове голос моего Эгоизма.

– Заткнись! – я грубо его оборвал.

– Нате вам! – нисколько не обидевшись, ответил он. – Как в Библиотеку шастать, так «потерпи, браток». А как пообсуждать, так «заткнись»!

– Оставь его! – вмешался Интеллект. – Ему надо в себя прийти. Потом и поговорим.

Недели две я пытался разобраться в произошедшем. Осознать. Осмыслить. Найти какое-нибудь общепринятое объяснение. Обзвонил знакомых, хоть немного понимающих в эзотерике. Встречался с ясновидящими. Перевернул горы литературы (включая Библию). Посетил даже Институт социальной экологии, специализирующийся на подобных явлениях. Мнения всех можно суммировать примерно в такой фразе: «Поздравляем! Ты проснулся! То, что произошло, – нормально. У каждого это происходит по-своему. Просто для тебя это было впервые. И для первого раза – неплохо. Привыкнешь». Ничего себе – привыкнешь! Разве к этому можно привыкнуть?!

Конечно, постепенно всё нормализовалось. Пришло понимание, что подобное событие может произойти. Клубок информации, не торопясь, раскручивался, складываясь в определённую картину повествования. Эту «видеокассету» я «просматривал» множество раз. Как любимый видеофильм. Ничего лишнего. Всё чётко в цвете с мелкими деталями. Конечно, «мелкость деталей» определяется степенью разрешения твоего «видака». Ну, какой есть, такой и есть! Да дело то и не в этом. Другие вопросы возникли. И на эти вопросы очень захотелось получить ответ.

Опишу тебе «встречу». Сегодня я могу это сделать. Вполне очевидно, что описание диалогов потребует некоего литературного приёма. Адекватно описать энергию – весьма непростая задача. Но возвращаясь к ним многократно, я их трактовал разными выражениями, смысловая нагрузка которых оставалась неизменна.

И ещё. Прокручивая «видеозапись», я не мог ни вставить в неё что-то, ни убрать что-то из этого «файла». Даже стереть её не могу. Полученная информация не редактируется. Это лишний раз подтверждает, что это не могло быть порождением моего воображения. «Файл» – только для чтения.

Представь себе квадратную комнату примерно 6 х 6 метров с высокими потолками. Я как бы висел в воздухе под потолком в верхнем правом углу. Такой вот ракурс. Слева от себя я видел часть большого письменного стола, заваленного книгами и какими-то рукописями. На левой, противоположной от меня стене, ничего не было. Она заканчивалась дверью в этот кабинет. Всю стену прямо напротив меня занимал книжный шкаф. Точнее, стеллаж, заставленный книгами. Всю стену справа (я её не видел) занимало, вероятно, большое окно. От этой стены исходил дневной свет. Весь пол был покрыт красивым, тёмного орнамента ковром. «Ручной работы», – почему-то отметил я.

Что сразу меня очень удивило и поразило, это то, что я появился не один. Сзади за моей спиной находились ещё двое. Это были с одной стороны ты, с другой – мой младший сын. Вас я не видел, но очень чётко ощущал.

– «А вы то, собственно, что притащились? – подумал я. – Вас кто звал? Вы и в мыслях моих не были, и не думал я о вас!»

Но вы, молча, «висели», наблюдая происходящее.

В центре комнаты стояли два человека. Одеты они были в длинные узорчатые халаты. На головах шапки (или некие уборы), примерно, как на изображении фараонов. Они, слегка наклонившись друг к другу, о чём-то увлечённо шептались. При моём «появлении» у человека, стоящего спиной ко мне, приподнялись плечи. Он почувствовал моё «прибытие». Это был царь Соломон. Он стал что-то быстро говорить своему собеседнику. У того широко округлились глаза в величайшем недоумении. Это был (как я понял) вновь назначенный главный военачальник Ванея. Он суетливо повернулся к двери и, старательно не глядя в мою сторону, засеменил к выходу. Соломон, что-то тихо договаривая и подталкивая его в спину, довёл до выхода, закрыл за ним дверь и обернулся.

На вид ему было лет двадцать, может, двадцать два. Стройный человек невысокого роста (тогда, наверное, все были невысокого роста, по сравнению с нами). С красивой чёрной кучерявой бородой. Орлиным носом. Глубокими тёмными глазами. Красавцем далеко не назовёшь. «И что в нём бабы находят?» – подумал я. Но исходящее от него величие, достоинство, какая-то огромная внутренняя энергия, сразу дали ответ на этот вопрос.

Он, улыбаясь, направился ко мне, разведя руки, как бы показывая радость от встречи. Подошёл и остановился в метрах трёх от меня, глядя снизу-вверх (я же под потолком висел).

– Наконец-то! Я уже давно вас жду! – сказал он.

Меня это слегка удивило. Возникло ощущение, что мы опоздали на «аудиенцию», проторчав в какой-то пробке.

– Правильно ли я расшифровал твою печать? – сразу задал я вопрос.

– Мою печать?! – брови его поднялись от удивления. Я представил изображение печати. – Ах это?!

– Я понял, как работает твоё кольцо.

– Моё кольцо?! – ещё больше удивился он. И в этот момент глаза его блеснули, словно его озарило. Так бывает, когда ты постоянно думаешь о какой-то проблеме и неожиданно находишь её решение.

– Правильно ли я совместил информацию печати и принцип работы кольца? – задал я главный вопрос.

Взгляд его изменился. Он стал как бы жёстко-деловой, но с какой-то едва уловимой хитринкой. Необычный взгляд.

– Этим заинтересовались боги высокого уровня, – ответил он.

– А Библию ты написал? – поинтересовался я.

– Какую Библию? – опять искренне удивился он.

Понятно. В то время её ещё не написали. Вроде бы пора уходить. Все вопросы заданы. Но время «аудиенции» ещё не закончилось. Я продолжал висеть. И тогда я задал вопрос, как говорится, «по ходу дела»:

– А эти-то, зачем со мной притащились? – спросил я, мысленно кивая в вашу сторону.

За всё время беседы вы, молча, висели сзади.

Царь Соломон улыбнулся. Эту улыбку я запомнил на всю жизнь.

– У них у каждого в этом деле своя задача. Они ещё скажут своё слово.

На какое-то мгновение наши взгляды встретились. Только на мгновение. И мне вдруг показалось, я на миг почувствовал это. Один миг. Словно в его взгляде отразилась сама беспредельность! А может, показалось…

И всё. «Аудиенция» окончилась.

«Прокручивая» этот «видеоролик», я каждый раз ощущаю себя полным идиотом. Таким «тупым пацаном», попавшим к серьёзным людям и задающего глупые наивные вопросы. Но второй встречи не будет. Что сделано, то сделано. Хорошо, что этого никто не видел. Но!.. Его улыбка и особенно прощальный взгляд…

Информационные поля – носители информации. Они не могут передавать состояние! Нельзя передать понятие любовь! Это можно только ощутить при личной встрече! Ты можешь говорить о чём угодно, но только по твоим глазам, улыбке можно почувствовать, о чём ты говоришь. И это ощущение идёт в обход каналов Библиотеки! И ей не контролируется! Удивительное открытие!

Как можно описать этот последний взгляд и эту улыбку царя Соломона?! Никак! Можно попытаться с чем-то сравнить, чтоб ты по каким-то ассоциациям понял, что имеется в виду. У меня только одно сравнение.

Вспомни себя малюсенького, делающего первые в своей жизни шаги. Ты топаешь в сторону отца счастливый и радостный, и вопящий от этого: «Смотрите я иду!» И в любой момент можешь свалиться. А отец, улыбаясь, протягивает тебе руки, и ты знаешь, что он тебя подхватит и не даст упасть. И ты смело топаешь к нему. А отец знает, что топать тебе предстоит всю жизнь! И иногда ох как непросто будет сделать даже один шаг! Он это знает! Но он уверен, что ты этот шаг сделаешь и пойдешь дальше, и достигнешь того, куда идёшь. Почему? Да потому, что в его улыбке и его взгляде сияет сама мудрость. Великая Любовь.

Совещание

Со временем у меня многие вопросы отпали. Остался один, на который очень хотелось получить ответ. Или хотя бы намёк на ответ. Поскольку уж в этом я вообще ни с кем не мог посоветоваться, мне ничего не оставалось, как обратиться к самому себе. Человеческая сущность (эго) многообразна. Можно (условно) выделить в ней: Сознание, Интеллект и Эгоизм. Вот с этими ребятами я и решил поговорить. Естественно, что я представлял Сознание. А как иначе?..

– Итак, собрал вас я, что бы сообщить…

– Вот только не надо цитировать классиков! – перебил меня Эгоизм. – Всё равно у тебя это красиво не получится.

– Действительно, дядя Вова, давай по делу, – добавил Интеллект.

– Хорошо. Мог ли я надоумить царя Соломона в создании кольца?

– Я! – хихикнул Эгоизм. – Следует заметить, что меня там не было. Тщательнее надо выражаться.

– Ну ладно. Могла ли моя наработанная информация о кольце быть интересна царю Соломону? И насколько?

Эгоизм зевнул. Интеллект вытащил блокнот и стал, не торопясь, его перелистывать. Возникла пауза.

– Мог ли библиотекарь направить полученную от меня информацию самому царю Соломону для проверки или реализации? – наконец сообразил я.

– Ну вот! – оживился Эгоизм. – Хоть и коряво, но всё же более или менее внятно.

– Здесь надо обратиться к фактам, – начал Интеллект.

Царь Соломон пришёл к власти, когда ему исполнилось двадцать лет. И правил государством ровно сорок лет. С 972 по 932 год до новой эры. Путь к престолу был непрост. И большую роль в этом деле сыграла его мать Вирсавия. Но реальным конкурентом на престол выступал четвёртый сын Давида брат Соломона Адония. И в этом непростом деле (устранении конкурента) Соломону помог вновь назначенный главный военачальник Ванея. Ты его видел, как мне кажется.

– Но не наша сейчас задача, – продолжал Интеллект, – описывать исторические события и обсуждать обычаи и нравы того времени. Нас интересует следующий факт.

Придя к власти, царь Соломон обратился к богу Яхве с просьбой дать ему мудрости. Заметь, единственный, кто обратился к богу с такой просьбой. Если придерживаться темы нашего совещания, то можно ещё и по-другому это интерпретировать. Он обратился к библиотекарю с просьбой об информационной поддержке, то есть о предоставлении постоянного «читательского билета». Учитывая желание и главное положение Соломона, ему была предоставлена возможность материализовать «коммуникатор» в виде кольца.

– Но они же не могли обрабатывать алмазы!

– Ну, ты, парень, даёшь! – захихикал Эгоизм. – А кто говорит об алмазах?!

– ???

– Дело в том, – посмотрев в блокнот, продолжил Интеллект, – что в твоём энергетическом послании слово «алмаз» не прозвучало.

– Как так?!

– Тщательнее надо выражаться, дорогой. Ой как тщательнее! Не можешь ты пока в мыслях своих отличать «кристалл» от «алмаза», – съязвил Эгоизм.

– У тебя прозвучало «кольцо с кристаллом», – пояснил Интеллект. – Причём выражение «кристалл» для людей того времени равнозначно понятию «драгоценный камень». Имея в своём подчинении двадцать четыре тысячи жрецов, внушительная цифра по сравнению с народом населения Израиля и Иудеи, уж, конечно, Соломон мог сформировать из достойных весьма эффективную Академию наук.

– А уж в магических свойствах этих камней (взаимодействие с энергией человека) они разбирались гораздо лучше любого современного академика, – дополнил Эгоизм.

– Естественно, что камень для кольца выбирался в полном соответствии «волновой функции» самого царя Соломона. А инструкция по изготовлению, схема в виде печати, у них была.

– А почему же они не воспользовались ей раньше до получения информации от библиотекаря?

– Любая научная информация не интересна правителю, пока он не увидит в ней практической реализации. Печать не жрецы создали. Она попала к ним с ещё более древних времён. И понять её они не могли. Не могли жрецы сопоставить сакральную смысловую нагрузку иероглифа с практической инструкцией по изготовлению кольца. Не могли! А получив информацию, всё встало на свои места. Конечно, «по понятиям» того времени! Но суть «коммуникатора» не изменилась. Он был материализован! В том или ином виде. Какая разница? Ведь «испытания» прошли успешно.

– В таком случае я же его мог сделать на основе алмаза! С применением «железяки»!!!

– Ой-ёё-ёё-ёй! – нежно проговорил Эгоизм, и неожиданно мне подмигнул. – Так будешь рассуждать – ты мой полный клиент! А какие я тебе иллюзии сотворю!.. Мы ещё до Адама и Евы доберёмся!

Я смутился.

– Извините! Вырвалось…

– Когда ты попытался сделать «алмазный генератор», что у тебя получилось? – улыбаясь, спросил Интеллект.

– «Шарик»!

– И о кольце ты совсем не думал. Почему?

– Меня захватила наблюдаемая трансформация алмаза. Я никак не ожидал, что октаэдр при прикосновении инструмента к его вершинам начнёт трансформироваться в шарообразную форму. И о кольце я совсем не думал…

– Вот видишь! Практическая реализация (материализация) «коммуникатора» новое необычное решение вопроса даже для Библиотеки. Проверка его на себе в это время, в котором ты живёшь, может привести к непредсказуемым последствиям. Что пишет Элифас Леви? «Если невежественный оператор пользуется этими знаками, досконально не разбираясь в них, он уподобляется слепцу, читающему лекцию о свете слепым, или неграмотному человеку, обучающему детей читать».

Гораздо безопаснее и эффективнее провести испытания, скажем, в далёком прошлом. С тем «оператором», который имеет большое желание – это сделать, и самое главное – обладает возможностями для полноценного всестороннего испытания этого изделия.

– Твои возможности и возможности царя Соломона – две бо-о-ольшие разницы! – похихикал Эгоизм.

– Так, может, именно это и имели в виду боги высокого уровня?

– Да… – мечтательно произнёс Эгоизм. – Боги могут себе это позволить. На то они и Боги. Но мы, к сожалению, не можем думать, как они. А жаль…

– Действительно, что имели в виду боги высокого уровня, – понять не просто. Но, – Интеллект закрыл блокнот, – это уже тема для другого совещания.

Заключение

Похоже, что на основные вопросы ответы найдены. Правильные они или нет – не знаю. Да и как в «правильности» ответов можно быть уверенным? Пусть будет так! Имеет ли это значение? Особенно для меня, обычного человека? Может ли слесарь, сделавший одну, пусть и очень важную, заклёпку в космическом аппарате первого космонавта, бегать и всем кричать, что именно он – самое важное звено в покорении космоса? Нет, не может! Он просто сделал свою работу.

Наверное, важно нечто другое. На первый взгляд неуловимое, но, похоже, значимое событие. «Значимое» – с точки зрения Библиотеки. Ведь «шарик» существует! Существует и «сдувшийся», и «расплавленный». А может, не зря при работе с ними родилась в голове эта мысль: «Новые источники энергии». А?!

И может, где-то в невообразимых вихрях пространства, в непонятном переплетении времени именно в данный момент неожиданно вскочил взъерошенный чудак и заорал: «Эврика! Ведь «шарик» скоро лопнет от избытка энергии, а в «сдувшимся» её катастрофически не хватает! Надо только некий «мостик» соорудить, и энергия потечёт от одного кристалла к другому! И в это время черпай её, сколько хочешь! А «мостик» этот я уже придумал! Вот в чём смысл МОЕГО «коммуникатора»»! И побежит, и проверит, и получит результат! Узнаем ли мы об этом? А какое это имеет значение? Мы просто добросовестно выполнили свою работу!

Закончив одну работу, мы получили «техническое задание» для другой. Ведь не зря в телефонном разговоре с тобой нам вместе пришла в голову эта мысль, которую не сразу осознали: «Беззащитный алмаз». Наверное, где-то возникла какая-то проблема? И мы опять будем не спать ночами, чтобы ответить на старый вопрос: «Что же такое алмаз и что же мы с ним своей Технологией делаем?»

А улыбка и прощальный взгляд царя Соломона говорят о том, что, вероятно, в Высшей «канцелярии», кроме Библиотеки, существуют и другие «отделы». И там что-то происходит совсем по-другому. Человек только начинает это познавать. Может, это и имели в виду боги «высокого уровня»? Понять это нельзя и объяснить невозможно, но надо идти и попытаться почувствовать! Почему? Да всё, наверное, очень просто. Ибо это и есть сама жизнь во всём её великолепном многообразии. Как мне кажется…

А как исследователя меня опять волнует один вопрос, на который, похоже, вообще ответить невозможно. И в этом, пожалуй, его очарование. Предположим я «видел» кабинет и самого царя Соломона. А что видел он? Как думаешь? А?..

Пока!

P.S. Письмо тебе закончено. Во время его написания вокруг меня происходили всякие, порой очень странные события. Но это всё уже в прошлом. Сейчас пятый час утра. Все спят. Спит мой верный пёс такса. Спит бабушка, сын, жена, город, страна… Все спят. Да и мне надо ложиться. Утром – обычный рабочий день.

На письменном столе лежит книга. Не помню, как она сюда попала. Может, я купил, а может, кто-то принёс. Не знаю. Несколько дней уже лежит. Я её взял в руки, чтобы поставить на полку к остальной литературе. Машинально прочитал название: «Библейские сказания». Стало интересно. Открыл и прочитал на первой попавшейся странице:

«И пришли к нему (Соломону) три ангела

И сказали: «Сделай это».

****

И пошёл Соломон

****

И сделал».

Вот так!!! Обычному человеку одного ангела достаточно, чтобы передать исчерпывающую информацию, в крайнем случае – двоих! А к этому ажно трое притащились!!!

Но сдаётся мне, что двоих из них я о-о-очень хорошо ЗНАЮ…

В.К.

ВСТРЕЧА

Маленькая стайка диких уток неторопливо плыла по поверхности тихого лесного пруда, оставляя за собой клинообразный, расходящийся, волновой след. И в этой лёгкой волнистости поверхности водной глади отражение окружающих пруд лесных деревьев и редких пушистых облаков приобретали какие-то сказочные, вибрирующие очертания. Стояла удивительная покойная тишина.

– Зря, наверное, ты ему показал камень, – провожая взглядом утиное семейство, с сожалением сказал Друг. – Словно последняя надежда рухнула.

– Не знаю. Может, зря, а может, нет.

Мы сидели с ним на бревне на берегу пруда. Где-то рядом в кустах охотился за какой-то живностью сытый и довольный Кабан. Было слышно только его увлечённое фырчанье. Я рассказывал Другу об утренней встрече с Банкиром.

– Не мог я по-другому, понимаешь? Он такой любезный, обходительный. Хоть сейчас готов начать финансирование нашего проекта. Видно хорошее вложение денег почувствовал. Свою немереную прибыль сразу подсчитал. Такой довольный был. И документы, говорит, все в порядке.

– Ну и что ты с этим листком бумаги полез?! Похвастаться захотел? Эгоизм свой ублажить попытался?

– Да нет!.. Просто я почувствовал какой-то подвох. Какую-то двойственность мысли, неопределённость в его словах. Уж очень он обрадовался моему появлению. Вот я и решил показать кристалл, который неделю назад сделал. Пусть, думаю, посмотрит, с чем ему дело предстоит иметь. Положил перед ним чистый лист белой бумаги, а на него свой кристалл. Да и в глаза Банкиру уставился.

– Ну?!

– А мог бы и не смотреть. Я и не ожидал, что так всё сразу проявится. Он встрепенулся, глаза его округлились. На кристалл уставился, замер. И мгновенно вся его гнилая и мелочная сущность словно наружу вылезла. Я это чётко почувствовал. Вся его немереная жажда денег. И ради них он готов Технологию нашу постепенно к рукам прибрать, да впоследствии и продать с выгодой. Кому угодно. Только продать. Вор он. Обычный респектабельный вор. Я это сразу понял. Он, похоже, тоже. Засуетился, начал перебирать бумажки на своём столе. Нашёл наш проект. Придрался к какой-то фразе. Сказал зайти через неделю. Ему надо якобы что-то уточнить. Но, думаю, что это был вежливый отказ. Через неделю ничего не будет. Он здорово испугался.

– Чего?! Кристалла?

– Нет. Того, что его передо мной «вывернуло». Он, похоже, это осознал.

Мы помолчали. Обоим было грустно. Опять возникла неопределённость нашей дальнейшей жизни.

– Что теперь делать будем? – задумчиво спросил Друг.

– Не знаю. Пустота какая-то в голове. Даже думать на эту тему пока не хочу. Посмотрим. Может, другой Банкир объявится.

– И ты ему опять бумажку подсунешь… – расстроено пробормотал Друг.

– А куда я денусь?! Обязательно подсуну! Ведь невозможно с грязными мыслями касаться алмаза, нашей Технологии. Всё должно быть гармонично, правильно, красиво. Иначе нельзя…

Утки уплыли, и ничто не нарушало зеркальной поверхности сказочно красивого лесного пруда. Этот живописный вид действовал на нас успокаивающе, навевая тихую умиротворённость.

– Эх! Мать честная! – неожиданно в сердцах воскликнул Друг. – Почти двадцать лет мы бьемся над нашей Технологией! Уникальные результаты получены. И никому до этого нет дела! Словно стена какая-то…

Он встал расстроенный, подошёл к пруду. Посмотрел на небо. Вернулся. Постоял. Махнул в сердцах рукой. Обошёл вокруг бревна и опять сел. Из кустов сразу высунулась заинтересованная морда Кабана и вопросительно уставилась на нас. Мы молчали. Кабан понял, что всё нормально, и его голова скрылась. Из кустов опять раздалось довольное фырчанье.

– Ведь раньше мне казалось, – уже спокойно начал Друг, – сделай открытие в области алмазов, и ты будешь востребован. Возникнет целенаправленная работа. Твоя продукция будет нужна людям. А у нас? Кому мы нужны с нашей Технологией? От нас даже банкиры начали шарахаться.

– Ну, банкиры это не люди. Я имею в виду ещё не все люди. Есть ведь и другие специалисты. Наша тематика уж очень непростая. Много в ней чего необычного и нового. Ты сам знаешь, как непросто применить к нашей Технологии современный аппарат математики и физики. Объяснить полученные результаты. Ведь так?

– Допустим…

– Мне вот в прошлом году ребята из ювелирной фирмы кристалл дали. Руководство этой фирмы задумало проверить нашу Технологию для целей автоматической огранки алмазов в бриллианты. А какая у нас производительность оборудования при огранке, допустим, восьми граней алмаза? Вот и дали маленький круглый кристаллик для эксперимента.

– Ну и что?

– Что-что! Я решил приложить максимальную энергию нашей системы. Давление приличное выставил. Частоту возбуждения поставил максимальную. Думал быстро всё пройдет, и результат будет на «мировом уровне». Подготовил программу и нажал кнопку «Пуск».

– И что?

– Когда инструмент коснулся алмаза, кристалл неожиданно вспыхнул ярким золотистым светом. Засиял весь, засветился. А температура процесса всего тридцать пять градусов. Всё вроде нормально. Нет большого нагрева алмаза.

– Ну!

– Когда процесс закончился, то кристалл погнулся.

– Это как?! – опешил Друг.

– А вот так! Процесс прошёл. Я кристалл вынимаю из установки, смотрю под микроскопом, а он кривой. Идеально полированная пирамида из восьми граней просто прогнулась в одну сторону. Правильная восьмигранная пирамида. Только грани у неё криволинейные. Если провести прямую линию из её вершины к основанию, то получается красивая такая дуга. Словно пластилиновую пирамиду с одной стороны чем-то придавили, и она прогнулась. Алмаз погнулся.

– Такого не бывает!

– Вот и ребята так сказали. И ещё добавили, чтобы я это никому не показывал.

– Дашь посмотреть?

– Не могу.

– Почему?

– А он «сгорел»!

– Как это «сгорел»?! – опять опешил Друг.

– Я его на солнечный свет вытащил, чтобы внимательно рассмотреть. Повертел-повертел, потом в стол положил. Через два дня опять вытащил, смотрю, а от полированной поверхности только сморщенные белёсые остатки. Словно металлическую фольгу в костёр кинули, и она сморщилась. И часть поверхности куда-то испарилась. Восемь граней как не бывало. Вот так! Вошёл этот кристалл в историю лаборатории как «расплавленный». Кристалл-то я вернул, но фотографию сделал. Вот посмотри.

– Это какая же энергия выделилась, чтоб так алмаз покорёжить… – пробормотал Друг, рассматривая фотографию.

– Не знаю. Но ювелиры от меня тоже шарахаться стали.

– Ты мне ещё про «сдувшийся» писал. А это что?

– После «шарика» я решил проверить ещё один алгоритм воздействия нашей системы. А что, думаю, будет, если начать формировать природную «схему» октаэдра только конусами. «Шарик», как ты помнишь, последовательно был сделан. Конус, сфера, конус, сфера. А здесь дай, думаю, сначала все конуса оформлю, а потом сферы. Ну и энергию волнового потока немного увеличил.

– И что? – заинтригованно спросил Друг.

– Да жуть стала происходить. Вот посмотри фотографии. Алмаз «усыхать» стал. Словно свежее яблоко оставили на столе и забыли. А оно сморщилось со временем, усохло. Вот и алмаз так. Только это «усыхание» на моих глазах происходило. Он стал как бы сжиматься. Внутрь уходить. Грани и рёбра «впадать» стали. Я этот прогиб на фото красной стрелочкой пометил. Мне, честно говоря, немного страшновато стало. Ощущения не очень комфортные появились. А когда я его в поляризованном свете посмотрел, то сразу в ящик стола спрятал и вытаскивать его никакой охоты нет. Впечатление такое, словно из его внутренностей какая-то энергия прорваться хочет. И вся цветная такая… Переливается…

– Интересно, – рассматривая фотографии, задумчиво проговорил Друг. – Эффект конуса сработал?! А его ты на солнце не пытался вытащить?

– Нет! – категорично ответил я. – И никакого желания нет. Жутковато немного. Кто его знает, что может случиться… Пусть пока в столе полежит. Может, со временем какие-то предположения возникнут, что же с ним произошло.

Я вздохнул.

– А ты говоришь «востребованным быть». Самим бы разобраться…

Мы помолчали.

Из кустов выскочила молодая белка, промчалась мимо нас и взлетела на дерево. Следом за ней с радостным лаем пронёсся Кабан. Подскочил к дереву и попытался на него залезть. Бельчонок лукаво смотрел на него сверху своими глазами-бусинками. Кабан попрыгал, попрыгал, посмотрел на белку, фыркнул и побежал опять в кусты.

– У меня такое ощущение, – грустно проговорил Друг, – что мы подошли к какой-то черте, к какому-то шлагбауму и дальше идти нельзя. Нас не пустят. Пока мы сами не изменимся, сами не найдём правильных решений в нашей Технологии, пути дальше не будет. Пока мы не поймём что-то главное в нашем волновом процессе, так и останемся на месте в неведении. Я даже не могу построить какие-то внятные планы на ближайшую перспективу.

Я усмехнулся.

– Ты, дорогой мой, наверное, прав! Я тоже ощущаю нечто подобное. Но давно уже стараюсь придерживаться одной древней мудрости: «Хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах». Мне иногда кажется, что дальнейшее развитие событий нашей жизни определяется там, наверху. И от нас почти не зависит.

Друг внимательно посмотрел на меня. Неожиданно он сделал жуткие глаза и зловещим шёпотом произнёс:

– Во мы попали!..

– Да не то слово! – в тон ему ответил я.

Мы оба засмеялись. Стало легче. Исчезло внутреннее напряжение. Пришло ироничное философское спокойствие.

– Я неделю назад встречался с нашим другом Оценщиком, – продолжил я.

– Как он? – спросил Друг.

– На пенсии. Величайший специалист своего дела. Более сорока лет занимался алмазами. Сколько же через его руки кристаллов прошло! Ученики его по всему миру разъехались. Он же алмаз «Граф Орлов» оценивал! А живёт на мизерную пенсию.

– Да… – вздохнул Друг. – У нас удивительно заботливая страна.

– Я ему свой только что сделанный кристалл показал. Он вытащил свою знаменитую лупу. Внимательно посмотрел на алмаз. И вдруг безудержно слёзы покатились по его щекам. Он долго не мог успокоиться. А когда успокоился, то сказал: «Спасибо! Порадовал. Не думал, что доживу до этого. Всю жизнь я верил, что алмаз достоин гораздо большего, чем просто огранка. Он же живой! И ты мне сейчас показал «интеллектуальный» камень. Я почувствовал его любовь. Меня словно в какие-то прекрасные дали увлекло. Даже моя теперешняя жизнь показалась не такой уж мрачной… Спасибо!»

– Удивительный человек! – задумчиво произнёс Друг.

– И я подумал, может быть, он прав? И наш кристалл, в отличие от обычного бриллианта, затрагивает в душе человека новые, тёплые струнки. Показывает ему удивительный мир Любви, величие Природы, величие Жизни. И в наше сумасшедшее время во всё прогрессирующую бациллу человеческого равнодушия вносит осторожное напоминание о самой великой ценности Вселенной, о величии и красоте человеческой души… Может быть, именно это и имели в виду «Боги высокого уровня»? А?

Друг нежно посмотрел на меня.

– Ты безнадёжный фантазёр и патологический романтик. Хотя… Так, наверное, жить интереснее…

Мы помолчали.

Подул лёгкий ветерок, подняв небольшую рябь на зеркальной поверхности пруда.

– Да… – задумчиво произнес Друг, глядя на пруд. – Вот они, волновые процессы! Лёгкий ветерок, и вся спокойная поверхность воды изменилась. А они ещё и взаимодействуют между собой. Несут энергию. Эти малюсенькие волны…

Из кустов опять выскочил Кабан. Повертелся-повертелся, подбежал к пруду и сел у кромки воды. Уставился на её поверхность и замер. Словно ожидая что-то.

Поднятые игривым ветерком волны резвились на водной глади, пересекались, сливались, взаимодействовали. Создавали и опять разрушали многообразные блики, круги, рисунки, отчётливо наблюдающиеся в наклонных лучах склоняющегося к закату солнца.

– Ты видишь? – неожиданно и взволнованно спросил Друг.

– Что?!

– Картину!

– Какую картину?!

– Волны на поверхности воды картину рисуют…

Я внимательно пригляделся и неожиданно увидел. Мурашки беспорядочно побежали по всему моему телу. Казалось, что на поверхности пруда складывался рисунок огромных, миндалевидных, женских глаз!

– Почему женских, – шёпотом спросил Друг.

– А каких же ещё, – так же шёпотом ответил я. – Не твоих же…

– А почему миндалевидных?..

– Красиво…

А эта картина на поверхности воды становилась всё чётче и чётче. Уже не возникало сомнений, что складывается изображение огромных глаз. И эти глаза начали обретать осмысленность, словно в нашем пространстве они пытались что-то увидеть, кого-то найти. Мы в каком-то волнительном оцепенении наблюдали происходящее.

Неожиданно мы оба вздрогнули от раздавшегося звонка моего мобильного телефона. Звонила Магиня.

– Вовка! Ты мне можешь ничего не говорить про встречу с Банкиром. Я всё знаю. Друг с тобой?

– Да.

– Ребята, не переживайте! Ничего страшного. Так и должно быть! Нужный банкир появится тогда, когда придёт время. Совсем немного подождать осталось. Алло, ты меня слышишь?

– Да, – тихо промямлил я.

Глаза на поверхности воды не только обрели осмысленность. Они, словно поискав кого-то вокруг, уставились на нас. От происходящего мы с Другом оцепенели.

– Ребята, не надо так расстраиваться. Всё будет хорошо! Да что там у вас происходит?! Вот чудаки! Алло, вы слышите меня?

– Да, – ещё тише произнёс я и в доказательство начал кивать головой.

– Вовка, я сегодня ночью получила «Послание». Что бы тебе было понятнее, послание оттуда! Я ночью почувствовала какую-то удивительно красивую словно музыку энергию. Вскочила среди ночи, до смерти перепугав мужа, побежала на кухню и записала это «Послание». Ты же знаешь, что я ничего не понимаю в технике, а в вашей Технологии тем более. И я никогда не писала стихов. Но когда я утром прочитала то, что ночью записала, сразу поняла, что это послание для вас! Ты меня слышишь?

Я, молча, кивнул. Я не мог оторвать взгляд от этих удивительных объёмных глаз на поверхности пруда.

– Ну, слушайте:

Ты знаешь,

Ангелов на переправе не меняют.

Даров небесных никому не продают

И духу никогда не изменяют.

Пусть душу сторожит соблазнов спрут.

Иди туда, где огненная лава

Живёт в великолепии пирамид.

Иди туда, где звуков россыпь

Гармонию кристалла сотворит.

Иди туда, где даже поступь

На части твою душу разорвёт.

Иди и ничего не бойся,

Ты часть того, что создаёт.

Она захочет, будет всё конечно.

Она подумает, и так произойдёт.

Она, как вечность, бесконечна.

Доверься ей!

Она, как мать, поймёт.

И казалось, что этот удивительный и непостижимый взгляд, внезапно проявившийся на поверхности пруда, загадочно улыбается. И от него, словно из каких-то неведомых глубин пространства, из каких-то неведомых далей Вселенной исходит ласковое и нежное сияние. Сияние тёплой и величественной энергии. Великой энергии божественной Любви, так щедро подаренной человеку Творцом.

Глава 7. Нефертити

И куда занесёт тебя судьба

в изучении этого процесса,

одному Богу Известно.

Хотя и здесь у меня

появляются сомнения…

Директор

Я сидел в приёмной Банкира. Много лет назад мы с этим парнем работали в одном институте, занимались изучением кристаллов. Он был тогда весьма перспективным молодым сотрудником. Но держава рухнула, и нас раскидала судьба. А на прошлой неделе мы с ним случайно встретились на улице, на оживлённом проспекте в центре города. Посидели в кафе, поговорили о жизни, о том, как она у нас сложилась. Он стал банкиром. Окончил ещё один уже экономический ВУЗ в далёкой зарубежной стране и стал весьма преуспевающим банкиром в нашем, но очень известном банке.

– Заходи ко мне на работу. Поговорим. Нас сейчас очень интересуют перспективные проекты, – пригласил он меня.

И вот я сижу в его огромной и светлой приёмной, сижу уже второй час. Напротив меня, за большим столом работает с документами его секретарь. Из-за монитора компьютера я вижу только её голову в больших и элегантных очках. Обычная секретарша, ничего особенного. На улице на неё просто не обратишь внимания, если случайно встретишь.

– Мог бы и симпатичнее найти дамочку, – подумал я.

Несмотря на работающие кондиционеры, в приёмной было немного душно. Жаркое лето выдалось в этом году. Справа и слева от меня сидели посетители, ожидая своей очереди. Общий список присутствующих находился у Банкира, и он вызывал к себе того, кого считал нужным вызвать, такие были здесь правила. Предыдущий посетитель зашёл в кабинет почти час назад и ещё не выходил. Я уже рассмотрел всю наглядную агитацию, развешенную по стенам приёмной, изучил конструкцию всей мебели, разглядел всех посетителей, и заняться мне было совершенно нечем. Секретарша профессионально стучала по клавиатуре компьютера, набирая очередной документ. Этот равномерный стук вызывал у меня неудержимое желание уснуть, и чтобы случайно этого не сделать и не свалиться со стула, я решил настроиться на волновую функцию кого-нибудь из обречённо ожидающих приглашения посетителей. Надо же было как-то отвлечься от сонливости.

Несколько лет назад, в последние дни работы с «железякой» совершенно неожиданно у меня это получилось: почувствовать волновую мысленную энергию постороннего человека. Иногда случается так, что два пешехода, задумавшись, идут навстречу друг другу и в последний момент пытаются разойтись, чтобы не столкнуться. Один делает шаг в одну сторону, и второй делает шаг в ту же сторону. И так они начинают перемещаться, пока кто-то из них первым просто не остановится и они, улыбаясь, расходятся. Подобный «встречный резонанс» всегда вызывает улыбку у людей.

В тот день, поставив машину на стоянку, я направился домой. Задумавшись, стоял на перекрёстке с остальными пешеходами, ожидая разрешающего сигнала светофора. «Железяка» в этот день опять показала мне что-то новое, и я внимательно прислушивался к своим ощущениям. Пешеходы стали переходить дорогу, и я пошёл за ними. Навстречу мне торопливо шла элегантная, очень красивая и роскошно одетая женщина, словно жена олигарха. Я отступил влево, она сделала то же самое, я вправо, она так же. Я встал, пропуская её, и вдруг отчётливо услышал:

– «Вот придурок! Мельтешат под ногами всякие козлы и уроды! Чмо поганое!» – и дальше разнеслось такое, чего я не слышал со времён службы в армии, когда наш ротный старшина случайно сел на раскалённый паяльник.

Я остолбенел. Дама же рта не открывала! Она высокомерно, не глядя на меня, прошла мимо! Я как вкопанный, недоумённо стоял на дороге: за что меня так?! Машины поехали. Я перебежал дорогу, оглянулся и попытался взглядом отыскать эту женщину, но она уже растворилась в толпе.

Что же произошло? Каким образом энергия её мыслей стала созвучна моей энергии? Непонятно, но факт есть факт! Получается, что возможно при каких-то определённых условиях настраиваться на энергию мыслей другого человека. Как приёмник настраиваешь на любую волну, так, наверное, и здесь. Ведь сейчас, стоя у перекрёстка, я ничего не ощущаю, кроме своих мыслей незаслуженной обиды и досады. А если попробовать сознательно настроиться на энергию прохожего? Что будет? Я стал экспериментировать.

Впереди меня шёл молодой парень. А ну, родной, чем ты озабочен? Я попытался представить себя им. Неожиданно в моей голове «зазвучало»:

– «Ну, как же так, Петрович! Я же говорил, что представителя надо вызвать, а ты? «Таджики быстро выкопают, быстренько проложим кабель, и никто не узнает. Время и деньги сэкономим!». Вот теперь и плати штраф за ущерб! Ну почему вы всё делаете неправильно?! Деньги, деньги, нажива! Нет! Надо уходить отсюда. В Москву поеду. Васька давно меня ждёт!»

Я «отключился». Смотри-ка – работает! А если на ком-нибудь другом попробовать? И я ходил по городу, прислушиваясь к мыслям прохожих, настраиваясь то на одного, то на другого. Я чувствовал их заботы, планы, мечты. Нормальные мысли нормальных людей и ничего особенного в них нет. Через час я «отключился» окончательно и пошёл домой. Ну что же… Выполнена очередная «лабораторная работа», пройден некий этап. Посмотрим, что будет дальше.

Слева от меня сидел пожилой, немного тучный мужчина. Он задумчиво смотрел в пол. Я настроился.

– «Маша, а покормила ли ты внука? Слава богу, что ему не надо готовить! Просто взять детское питание и покормить. А если придётся готовить?! Ты замечательная женщина, Маша! Я очень рад, что ты у меня есть, но почему Бог не дал тебе хоть немного таланта в приготовлении пищи? Разве так можно переводить продукты?! Ведь всё старательно делаешь по книжке, а получается что-то ужасное. В любой забегаловке захудалый борщ кажется произведением ресторанного искусства, по сравнению с твоим пойлом. А я так люблю борщ! Эх, Маша, Маша…».

Справа сидел мрачный молодой парень.

– «И какого лешего я здесь делаю? На улице такая погода! На пляже надо загорать! С пивком! Так нет же: «Только занеси платёжку – и свободен!» Прораб – сволочь! И сколько я здесь ещё торчать буду?».

Слева:

– «А этот молодой аспирант талантливый! Очень талантливый! На нашем-то оборудовании найти новую планету в созвездии альфа Центавра – это надо постараться. Лишь бы Банкир продлил кредит! Закупим новое оборудование и всё проверим ещё раз. А аспирант – просто молодчина!».

Справа сидел мужчина и читал газету. Я настроил свои мысли на его функцию и неожиданно ничего не почувствовал. В чём дело? Сосредоточился ещё раз. Ничего! Я внимательно посмотрел на посетителя и вдруг понял: он безмятежно спал! Вот это школа! Сидит и «читает» газету, а на самом деле – сладенько спит! Вот это опыт посещения приёмных, вот это талант!

Из кабинета Банкира выскочил маленький, кругленький, красный, как рак, лысый мужчина. Вытирая одной рукой носовым платком свою потную лысину, прижимая другой к животу пухлый портфель, он, не глядя ни на кого, торопливо прошёл через приёмную и вышел. Мы все уставились на секретаря. Она спокойно продолжала набирать текст какого-то документа. Раздался звонок внутреннего телефона.

– Хорошо, – произнесла секретарша, положила трубку и обвела нас оценивающим взглядом. Мы все затаили дыхание. Кто следующий?

Она встала. Ей, похоже, безумно захотелось потянуться, расправить занемевшие от напряжённой работы руки и что-то с удовольствием «крякнуть». Но работа есть работа. Она вышла из-за стола, обошла его, прислонилась к столу и ещё раз обвела нас взглядом. Мы замерли. Оттолкнувшись элегантно от стола, она неторопливой походкой королевы подиума направилась в мою сторону.

Господа!

Вы когда-нибудь видели, как военно-морская эскадра отправляется на учения?! Несокрушимая мощь, отдраенные до ослепительного блеска палубы, зачехлённые орудия, гордо развевающиеся флаги – всё это вызывает внутренний трепет и восторг глазеющих зрителей. Вспененные буруны рассекаемой водной глади распространяются в стороны будоражащими волнами, безжалостно раскачивая, а иногда и потопляя утлые лодчонки мужского самолюбия. Сила и красота неотвратимости в выполнении поставленной задачи.

«Ничего себе! Прораб, родненький, да я же каждый день готов приносить сюда платёжки! Вот это да!».

«Да гори огнём эта альфа Центавра! И почему у меня аспирант, а не аспирантка?!».

«Во!!! Чуть самое интересное не проспал!».

Она подошла ко мне и наклонилась.

Господа учёные!

Кто сказал, что свет распространяется равномерно и прямолинейно?! Я отчётливо ощутил, как пронизывающие и обжигающие взгляды посетителей, завинчиваясь и искривляясь в окружающем пространстве, пытаются проникнуть в очаровательное декольте её блузы, в самые затаённые складки её одежды, пытаясь испепелить и уничтожить возникшие помехи.

Господа разработчики бронежилетов!

В наш век, когда коварные враги изобретают новые виды лучевого оружия, присмотритесь, пожалуйста, к структуре ткани бюстгальтера симпатичной секретарши. Вы наверняка найдёте неизвестные современной науке изменения в этой структуре, позволяющие противодействовать этой всё прожигающей и уничтожающей энергии взгляда мужского любопытства, охраняя и оберегая достоинства своей хозяйки.

И в абсолютной тишине раздался чарующий, бархатный, неземной голос восхитительной феи:

– Вас вызывают.

Она неторопливо выпрямилась, элегантно развернулась и грациозной походкой богини всех подиумов мира направилась к своему столу.

Господа!

Вы когда-нибудь видели, как военно-морская эскадра возвращается после успешно завершённых учений?! Нет, господа! Вы этого никогда не видели, поскольку не были на месте поверженного противника. Горделивая осанка с осознанием блестяще выполненной задачи, лёгкие, причудливые и таинственные колебания волн облегающей юбки и полное пренебрежение к затухающей энергии взгляда поверженного противника, настойчиво и конвульсивно пытающегося хоть напоследок проникнуть чуть ниже ватерлинии величественной эскадры.

Подойдя к своему столу, дама развернулась и жестом великой балерины, бравшей уроки гениального хореографа, показала на дверь кабинета Банкира.

– Прошу.

В абсолютной тишине я поднялся со своего места и направился к двери. Всем своим телом я явственно ощущал полное отсутствие каких бы то ни было признаков разумной мужской жизни. И только взявшись за ручку двери, я почувствовал этот обречённо затухающий и вибрирующий вопль исчезающего рассудка:

«Маша-а-а! А ты борщ готовишь лучше-е-е…»

И я вошёл в кабинет.

Однажды я встретился со своим другим Оценщиком по его просьбе.

– Володь, я сейчас подрабатываю на одной ювелирной фирме. Рассказал о твоей Технологии президенту. Он заинтересовался и попросил его удивить: сделать что-нибудь из кристалла алмаза такое, что он никогда не видел. Вот кристалл.

Он протянул мне необработанный округлый алмаз, и я с любопытством стал его разглядывать.

– Видишь, он покрыт природной «рубашкой», как яйцо скорлупой. Это природное образование очень не любят огранщики. Она вязкая, твёрдая и доставляет много мороки, пока доберёшься до самого кристалла. Алмаз дефектный, очень дешёвое сырьё. Я предполагаю, что сам кристалл имеет сложную внутреннюю структуру, но из-за «рубашки» её не видно. Ты вскрой «окно», обработай небольшую площадку на поверхности, и мы с тобой через эту площадку посмотрим, что творится в объёме алмаза, и решим, что и как можно из него сделать.

Я пришёл домой и внимательно рассмотрел кристалл под микроскопом. Да, вот это серое образование типа асфальта и есть природная «рубашка», под которой спрятался сам алмаз.

Кристалл весь округлый, грани и рёбра можно определить с некоторой долей условности. Интересный кристалл. Той прежней, чёткой, природной, октаэдрической «схемы» я уже не увидел. И что же мне с ним делать?

Самая простая идея, которая пришла в голову, – просто повторить природную форму. Кристалл округлый и хорошо видны сферические образования в разных модификациях. Ну, наверное, так и надо сделать. Жаль, что не просматривается в его конфигурации ни одного конуса, хоть какое-то многообразие воздействия бы наблюдалось. И что, мне просто так его «пилить»? А где изюминка?!

И здесь мне в голову пришла одна шаловливая мысль. Если уж мне попался такой кристалл, где я не могу воспользоваться природной «схемой», то почему бы не проверить взаимодействие волн в другом исполнении. А вдруг произойдёт что-то необычное?! Но для начала вскроем «рубашку». Но вскроем её сразу уже по новой, экспериментальной схеме, по необычному волновому воздействию.

Я взялся за дело. Написал новую программу, закрепил кристалл, поставил на установку и внимательно и осторожно подвёл кристалл к перемещающемуся инструменту. Обработал небольшую поверхность на одной из плоскостей этого кристалла. Когда я вытащил алмаз из установки, то уставился на него в великом недоумении: в объёме алмаза, где-то глубоко внутри сияла и переливалась радуга. Отражение падающего света на изменённых внутренних дефектных областях кристалла превращалось в какую-то фантастическую цветную картину. Я никогда и ничего подобного в алмазе не видел.

А когда я вытащил кристалл из держателя и стал рассматривать его под микроскопом со всех сторон, то замер в полном восхищении.

С противоположной стороны я увидел фантастическое, завораживающее свечение, которое прорывалось через «рубашку». Это свечение переливалось и сияло, увлекая меня в какие-то неведомые дали. Чистота наблюдаемого сияния, это многообразие красок, многообразие спектров цветовой палитры природной гармонии не могли оставить равнодушным любого человека. Словно заворожённый я любовался этой природной радугой. Ничего себе, как говорится, вскрыл «рубашечку»!!!

– Потрясающе! Как тебе это удалось?

Банкир с восторгом разглядывал мой новый кристалл. Он с каким-то трепетным восхищением рассматривал его с разных сторон, поворачивая к свету то одну, то другую поверхность округлого алмаза.

– Никогда ничего подобного не видел!

– А никогда ничего подобного и не было. Где бы ты увидел?!

Я с удовольствием любовался изумлением Банкира.

– Ну, всё же! Как это получается?

– Да обычно делаешь так: загоняешь в кристалл сначала волну одной частоты. Внутренняя структура кристалла перестраивается. А потом накладываешь на эту структуру другую волну, с другими параметрами. Ну и немного сдвигаешь её по фазе. И всё получается. Словно некая дифракционная решётка начинает работать в его объёме. Довольно просто.

– Ну-ну, – хмыкнул он. – Я ещё не забыл кристаллографию. И прекрасно понимаю, как это «просто».

Он бережно положил кристалл на чистый лист белой бумаги, лежащей перед ним, и с любопытством посмотрел на меня.

– Это и есть коммуникатор?

– Нет. Это всего лишь проверка одной идеи. Идеи особого, последовательного, волнового взаимодействия в пространстве алмаза. Перед тобой всего лишь результат эксперимента. С коммуникатором намного сложнее. Прежде чем начинать его делать, надо понять, для чего его делать, вникнуть сначала в его принцип, в его суть. Или дать хоть какое-то внятное определение, что же это может быть в принципе. Почувствовать не только сам кристалл, но и природу, его породившую. В этом направлении я только в начале пути. И не знаю, когда я доберусь до его сотворения.

Мы помолчали.

– Это – «отходы» производства, – я кивнул на лежащий перед Банкиром алмаз.

– Ничего себе «отходы»! – хмыкнул Банкир. – В наше-то время ещё кто-то пытается что-то новое изобрести и считает это «отходами»?!

Он откинулся на спинку своего кресла и с любопытством посмотрел на меня. В его удивлённом взгляде я не почувствовал ничего такого, что бы могло меня насторожить.

– Давай так договоримся.

Он ещё раз внимательно и задумчиво посмотрел на кристалл.

– Ты можешь его мне оставить на какое-то время? Я могу написать расписку, дам любые обязательства тебе его вернуть! Можешь в этом не сомневаться, с ним ничего непредвиденного не произойдет!

Я улыбнулся.

– Конечно! Пожалуйста. Я тебе верю. А что ты с ним хочешь сделать?

Банкир поднялся с кресла, прошёлся по кабинету. Подошёл к окну и задумчиво посмотрел в голубое чистое небо. Повернулся и подошёл ко мне. Я встал. Какое-то время мы, молча, смотрели друг на друга.

– Я знаю, – наконец сказал Банкир. – Тебе не нужно очень много денег, чтобы создать современную лабораторию. Деньги есть! Любые деньги я достану под этот проект, но всё может быть гораздо сложнее, чем может показаться. Под коммуникатор я денег не достану, мне просто не поверят. А вот под «отходы» я деньги достать смогу. Но, прежде чем начать финансирование, я должен показать кристалл уважаемым людям. От их решения зависит весь успех дела. Пойми, дело не только в деньгах. Эти «отходы» – новый вид совершенно необычных ювелирных изделий, невиданных изделий! Без одобрения этих людей любые наши телодвижения бессмысленны. Ты же знаешь, наш мир гораздо сложнее, чем простое наличие денег. Вот я и прошу у тебя разрешения на показ кристалла. Дай мне немного времени, и я всё сделаю как надо. Договорились?

Я кивнул. Он протянул мне руку, и я с удовольствием её пожал.

– Да! И не переживай за бизнес-план, не отвлекайся на эту работу. Я сам всё сделаю в лучшем виде, всё как положено! Я ещё не забыл, как устроены кристаллы и что это такое вообще.

И он искренне и как-то по-доброму улыбнулся.

«А все-таки мне, наверное, везёт на нормальных людей. Если он хочет стать моим партнёром, то у меня возражений нет», – подумал я, выходя из кабинета.

Мой Знакомый удивлённо вскинул брови.

– Ты не смотрел эту передачу?! И ничего не знаешь о кольце Нефертити?!

– Я редко смотрю телевизор.

Он самодовольно улыбнулся.

– Ну, так я тебе расскажу. Захоронение царицы было разграблено, и её кольцо попало к масонам. Они его берегли и охраняли. По легенде – кольцо воплощало дух Нефертити. Масоны передали его на хранение, знаешь кому?

Я отрицательно покачал головой.

– Михаилу Илларионовичу Кутузову. Оказывается, он тоже был масоном и с кольцом никогда не расставался. Считается, что дар полководца у него открылся именно поэтому. После его смерти за кольцом пришли, и его жена вернула масонам кольцо, и знаешь, кому было дальше передано кольцо на хранение?

Я опять отрицательно покачал головой.

– Елене Рерих! Она, оказывается, была праправнучкой Кутузова. После этого у неё открылся дар ясновидения, словно дух Нефертити воплотился в ней. Тебе что, не интересно?

Я, молча, пожал плечами.

– А я думал, что тебя все кольца интересуют…. Ну ладно, я пошёл. Пока!

Меня почему-то тогда не очень затронула эта история. В своих мыслях я постоянно обдумывал идею коммуникатора. Мне было понятно его устройство (как я предполагал), принцип работы, но что-то не связывалось в моих рассуждениях.

Я понимал, что работать с Библиотекой можно и без коммуникатора. При определённых навыках информация может быть доступна и без всякого кольца. Допускаю так же, что информацию можно записывать и хранить в определённых материалах способами и в виде, пока недоступными современной науке, ведь иконы-то несут энергию. Тонкая информационная энергия волновой функции человека может быть сознательно скопирована (помещена, заложена) в структуру, например, кристалла и храниться в ней тысячелетиями и при определённых условиях стать «созвучной» с энергетическим состоянием другого человека, близкого по своим характеристикам к энергии записанной информации, и информация может быть прочитана. Так, наверное, устроено кольцо Нефертити. Это не коммуникатор, видимо, а просто хранилище информации, но какой?

Постепенно эта мысль стала меня увлекать. Я внимательно прислушивался к себе и удивлялся, как настойчиво и неотвратимо я скоро сяду за учебники, за статьи учёных, за изучение истории Древнего мира, которую сегодня я с трудом помнил, ибо слишком много времени прошло со школьной поры. И вот это настало! Я ничего не мог поделать…

Меня сразу поразило многообразие существующих теорий, гипотез, предположений. И всё это произошло совсем недавно. За какие-то последние двести лет. До конца XVIII века европейцы очень мало что знали о Египте. 27 сентября 1822 года Жан Франсуа Шампольон (1790–1832), лингвист, подлинный революционер в науке о древности сделал в Академии наук в Париже сообщение о своих принципах дешифровки иероглифов. Этот день и считается датой рождения науки египтологии. Но самое поразительное, что надолго вывело меня из равновесия и заставило ночами просиживать за изучением литературы, это загадочная личность в истории нашей цивилизации – Аменхетеп IV (Эхнатон), сын Аменхетепа III, десятый фараон XVIII династии (1424-1388 гг. до н. э.), тронное имя Неферхепрура.

Описывать всё, что мне удалось узнать, – дело неблагодарное. На эту тему существует много книг и научных публикаций. Я приведу только несколько цитат из прекрасной книги Кристиана Жака «Нефертити и Эхнатон: солнечная чета».

«Историю Эхнатона и Нефертити писать непросто. Трудно получить хоть какие-то точные данные. Известно, например, что Эхнатон правил семнадцать лет. Но в каком возрасте он взошел на престол? Похоже, самое раннее – в шестнадцать, самое позднее – в двадцать четыре.

Ученые спорят и о точной датировке его правления: 1377–1360 годы до н. э., согласно Редфорду; 1364–1347, согласно Триггеру и его соавторам, недавно написавшим книгу о социальной истории Египта; ок. 1353 – ок. 1336, как пишут Йойотт и Верню в обобщающем труде по истории Египта… Мы сослались только на три гипотезы, а их гораздо больше».

«Путешественник, который посетит сегодня эль-Амарну, может испытать горькое разочарование, если будет ожидать встречи с восхитительными храмами, дворцами, особняками – памятниками знаменитой столицы царственных супругов, слава которых пережила века, а судьба до сих пор остается для людей волнующей загадкой. Священного города Нефертити и Эхнатона более не существует. Он почти полностью исчез. Сохранившиеся фундаменты построек привлекают внимание только специалистов. Здесь царят пустыня, тишина и забвение. Между Нилом и скалами простирается огромная равнина – ничем не заполненная, сухая, почти скорбная.

Да и сами Нефертити и Эхнатон были, так сказать, вычеркнуты из истории: фараон-еретик и его супруга не упоминаются в царских анналах. Открытие Сикара долгое время не имело никаких последствий. Во время своего знаменитого путешествия в Египет в 1828–1829 годах Жан-Франсуа Шампольон не обнаружил следов Эхнатона. Только к середине XIX века ученые определили, что странный фараон правил в период XVIII династии, между Аменхотепом III и Хоремхебом».

Эхнатон впервые ввёл понятие единого бога – бога Атона, бога Солнца. Единого бога всего сущего. Для Египта, имеющего тысячи разных богов, это было крайне необычно. Но, наверное, самое главное то, что нежные отношения Эхнатона к своей супруге царице Нефертити на протяжении всей их жизни показали нам, людям, что миром может править Любовь. Любовь к богу, семье, людям, жизни. И именно их любовь, сохранённая в памяти человечества, дошла до нас из глубины веков.

«Многие амарнские тексты доказывают, что религия атонизма сохранила фундаментальное понятие ка – созидательной энергии нечеловеческой природы, которая может воплощаться во все живое, не трансформируясь в процессе своих манифестаций. Поэтому после смерти человеческое существо «возвращается к своему ка», к первобытной энергии, из которой оно произошло и которую более или менее удачно использовало в период своего пребывания на земле.

Религия Атона не только не изменила традиционных представлений об элементах личности (ба, ка, имя), но даже способствовала развитию «приватного» культа, следы которого были обнаружены в домах жителей города Солнца. Эти люди поклонялись уже не предкам или традиционным божествам, а царственной чете, которая приносит жертвы Атону и получает от него жизнь. Как можно убедиться, посетив зал Атона на первом этаже Каирского музея, некоторые горожане имели у себя дома настоящие наосы в форме фасада храма, которые служили жертвенниками для отправления культа царской семьи – священного посредника между человечеством и Атоном. В соответствии с символикой, принятой в амарнском искусстве, наиболее распространённым объектом почитания была триада: Эхнатон, Нефертити и одна из их дочерей».

«Фараон – космическое существо. В нем соединены мужское и женское начала. Что касается египетского государства, то верховную сакрализованную власть в нем осуществляет царствующая чета. Эту вечную для Египта истину Нефертити и Эхнатон олицетворяли с особой наглядностью».

Явление этой пары в мировой истории настолько необычно даже для нашего времени, что породило ряд гипотез. Например, что эти люди могли быть представителями древнейших цивилизаций Атлантиды или Сириуса, помогавшие нам на начальном пути нашего развития. Подобное предположение каких-то тридцать лет назад могло бы показаться весьма фантастичным, но сегодня, в начале XXI века, когда даже Ватикан признал возможность существования внеземных цивилизаций, оно не кажется таким уж слишком необычным. А что может произойти в нашем понимании ещё, скажем через тридцать лет? Так это или не так – покажет дальнейшее развитие событий. Мы сейчас не будем касаться такой темы. Не наша это задача. Важно другое.

Одностороннее, технократное развитие человечества – не гармоничный путь развития. Без духовной составляющей человеческой личности мы обречены на деградацию. Это понимали все существовавшие и понимают все существующие высокоразвитые цивилизации. И может быть, тогда, три с половиной тысячи лет назад, была попытка показать нам, что без веры в созидательную силу нечеловеческой природы, без любви к ней у нас ничего не получится?..

«Духовный опыт Эхнатона и тексты амарнской эпохи не раз поражали ученых-христиан, занимавшихся этим периодом. Можно ли считать, что вера Эхнатона была – в какой-то степени – предвосхищением христианства, глубоким прозрением божественного единства, которое по необходимости вылилось в монотеизм?

Атон, действительно, предстаёт перед нами как чисто духовная сила, порождающая жизнь. Дэниэл-Ропс, поражённый глубиной образа Атона, ставит вопрос: «Не есть ли это то самое божество, которое, как нам кажется, постигаем мы; не есть ли это наш Бог?»

Если признать, что приверженцы древних религий, и особенно религий Ближнего Востока, неосознанно готовили пришествие Христа, то, конечно, бог Эхнатона обнаруживает особенно разительное сходство с Богом первых христиан. Однако такая точка зрения основывается исключительно на эволюционистском подходе к истории, который мы не разделяем».

«В одном оксиринхском папирусе записаны следующие слова Христа:

Вы спрашиваете, кто приведет нас к Царству? Вы спрашиваете, расположено ли Царство на небесах? Птицы в воздухе и все звери, которые под землей и на земле, а также рыбы в море – вот те, кто вас приведет; что же касается Царства Небесного, то оно находится в вас самих.

Любопытный отзвук амарнских текстов, не правда ли?

Христос, произнося эти слова, вовсе не впадает в сентиментальный натурализм, но дает понять своим ученикам, что божественные тайны запечатлены в природе. Наблюдая ее, общаясь с ней, человек рано или поздно обнаруживает, что секрет жизни сокрыт в его собственном сердце. Все учение Эхнатона вмещается в это внезапное озарение».

Они опередили время? Или они не могли иначе? А может, на заре становления нашего развития эта царственная чета знала и понимала то, что мы начинаем понимать и ценить только сейчас, в начале XXI века? Единство всего сущего, величие и красоту человеческой жизни, данной нам свыше. И своим примером они зародили в нас те зёрнышки духовного развития, которые должны были прорасти. Как маленькая затравка, от которой со временем произрастает удивительный кристалл чистоты, познания, веры.

«Нефертити и Эхнатон – солнечная чета, воспринимавшаяся как символ божества, – были посредниками между первичной силой Света и египетским народом. Каждый день царь и царица совершали в храме ритуалы в честь Атона, и весь Египет был сопричастен их действиям. С точки зрения египтянина, каждому человеку подобает соприкасаться душой со всем живым: переживать, как собственные ощущения, рождение цветка, ритмическое движение воды, инстинктивную радость животного – и повсюду узнавать творение Бога.

Царственные супруги, рожденные от божественного Солнца и каждодневно возрождаемые им, справляют праздничный обряд своей любви. Манифестируя эту любовь (которая соединяет их в духовном аспекте), царь и царица тем самым продолжают процесс созидания мира посредством света – процесс, начавшийся в первый день Творения.

В основе реального опыта атонизма лежит идея четы. Великая супруга царя, Нефертити, была не пассивным партнером Эхнатона, а его постоянной вдохновительницей, «гением» его царствования. О ней говорили, что, когда слышится ее голос, люди издают ликующие крики. Слова, которые она произносит, радуют сердца всех живых. Ее прекрасные руки на изображениях свершают ритуальные жесты, ублажающие Бога. Ее сравнивали со сверкающей звездой».

Могли ли революционные идеи Эхнатона и Нефертити иметь продолжение. По всей видимости, да, но при одном условии, наверное – должна была быть преемственность власти, должен был быть духовный наследник. Но бог почему-то не дал им сына, и с рождением шестой дочери они поняли, что их кровное дело может быть обречено. И тогда на четырнадцатом году правления Эхнатона Нефертити удалилась в северный дворец вместе с мальчиком Тутанхатоном, племянником Эхнатона, которому позднее суждено было править Египтом под именем Тутанхамона.

И может быть тогда, воспитывая и передавая знания юному Тутанхатону, великая царица задумалась о том, чтобы эти знания не растворились во времени? Чтобы эти знания каким-то образом были сохранены. Может быть, тогда и родилось её кольцо, дошедшее до нашего времени? Так это или не так – покажут дальнейшие исследования. Мне же хочется сказать, друзья мои, только одно. Вглядитесь в их лица, в лица фараона Эхнатона и его великой царицы Нефертити. Не правда ли – как же они прекрасны!

Удивительные возникли ощущения. Никогда и ничего подобного не происходило со мной. Словно кто-то свыше включил во мне некий «тумблер», и я стал ощущать свою сопричастность со всем человечеством, с его историей, со всем путём развития нашей цивилизации. Словно повзрослевший ребёнок начинает понимать, что такое его семья, его родная и единственная семья, со всеми её плюсами и минусами, со всеми достоинствами и со всеми недостатками, с величайшими взлётами в развитии и шокирующими безрассудствами конфликтов, подводящих иногда к смертельной грани самоуничтожения.

И вполне естественно, что, зародившись, наша цивилизация, как новорожденный ребёнок, так же находилась под присмотром «родителей» и эти «родители» внимательно следили, чтоб дитя малое правильно развивалось, крепло и двигалось в нужном направлении. И самое главное: необходимо, чтобы это дитя само понимало, какое направление является правильным, само принимало то, что для него является жизненно необходимым условием развития. Ну а заботливые «родители» периодически делали подсказки, создавали условия для принятия нами, людьми, решений. И из всего многообразия подсказок мы выбирали только те, которые считали нужными, ибо право выбора всегда оставалось только за нами.

Вполне допускаю, что на заре нашего развития некие дружественные цивилизации, например, с Сириуса, Атлантиды или Гипербореи, пытались нам помочь и помогали. Наверняка следы этой помощи можно обнаружить, хотя это может быть весьма проблематично доказать, ибо мы люди весьма эгоистичны по своей натуре. Мы считаем, что всё придумали сами: язык, счёт, письменность, все науки. Но дело не только в этом. Самое главное, на мой взгляд, это внутреннее состояние человека, его внутренний мир, его Вера, его духовная сила, если хотите. Его вектор устремлений. Это состояние и позволяет человеку развиваться. Отсутствие этого состояния приводит к катастрофической деградации человека и его гибели, и никакой технический прогресс, никакие блага цивилизации не смогут это остановить. А в основе этого состояния находится Любовь. И разве наши «родители», следящие за становлением цивилизации, не пытались (а может, и сейчас пытаются) делать подсказки в этом направлении, в этом самом главном, что и делает человека Человеком.

Фараон Эхнатон пытался ввести культ единого бога, дать понятие веры и таким образом объединить людей. В то время ему это не удалось. Все попытки сплотить людей в их истиной вере привели только к его гибели. «Не нужны нам чужие боги, – кричали люди. – У нас своих хватает!» и сокрушили всё, что им казалось неправильным. Но великая Любовь Великой царицы к её мужу и детям как пример воистину неземной Любви остался в памяти человечества и дошёл до наших времён.

Великий Моисей, современник и единомышленник Эхнатона, своё детство провёл при дворе фараона. Моисей получил прекрасное жреческое образование. «Грекоиудейский философ Артапан (II в. до н. э.) приписывал Моисею целый ряд замечательных и «чисто научных» изобретений, по уровню знаний сравнивая его с богом Тотом, которого чтили как самого сильного волшебника, обладавшего полным знанием и мудростью. Исаак Ньютон полагал, что Моисей был посвящён во многие тайны Вселенной и мира атомов. Моисей превосходил всех других пророков тем, что он был единственным, кому удалось выйти за пределы законов природы и проникнуть в сферу сверхъестественного бытия. Считается, что Моисей был выдающимся каббалистом. Филон Александрийский (I в. до н.э. – I в н. э.) подробно описал, чему был обучен Моисей. «Учёные египтяне преподавали ему арифметику, геометрию, размер, ритм и гармонию. Они же научили его философии, выраженной символами в так называемых священных писаниях». Одновременно его обучали науке о небесных телах и астрономии» (Михаил Зильберман «Исход евреев из Египта». Книга IV).

Вот бы нашим современным академикам обладать хотя бы малейшими представлениями об этих знаниях в магии, эзотерике, науке каббала, которыми обладал Моисей! Глядишь, и жизнь наша была бы немного интереснее. Хотя…

Чтобы оперировать такой огромной информационной системой знаний, человек должен обладать очень высоким уровнем своего духовного развития, а с этим у нас, похоже, большие проблемы.

Великий пророк оставил своему народу и всему человечеству свои десять заповедей. Обычная и простая инструкция жизни человеческой: не убий, не укради, не прелюбодействуй и т.д. Ну, куда проще! Как ещё доходчивее можно объяснить обычные житейские правила?! Правила Жизни! Ну так нет же! Положа руку на сердце, скажите, а все ли их соблюдают в наше время? Плохо лежит – утащу домой: «Государство большое, не обеднеет». Да и браконьерить пошёл или к трубе нефтяной присосался. А как словом убить можно – не мне вам объяснять. И опять до человека что-то не доходит слово Творца.

Мой любимый Соломон, величайший царь! Когда он пришёл к власти, его военачальник Ванея единственный в армии имел осла, все остальные ходили пешком. Да и армия была, мягко выражаясь, не дееспособная. А через некоторое время благодаря Соломону она превратилась в одну из самых мощных армий того времени, имела самую эффективную конницу с боевыми колесницами. И это в стране, в которой никогда не разводили лошадей и не было леса для изготовления колесниц!

И за все сорок лет царствования Соломона больших войн не происходило, не было ни одного значимого военного конфликта, а государство процветало. Разве это не пример Мудрости и Великой Любви к богу. А ведь в гареме Соломона каждая женщина могла верить своим богам, это не запрещалось. Соломон к этому относился с пониманием. Наши современники считают, что именно этот факт и был одним из определяющих, что привело к развалу государства после смерти царя.

Подсказки. Подсказки…

А мы, как малолетние дети, пытались отстоять своё ещё несформированное видение вопроса и гнули свою линию безрассудства. И становилось уже опасно продвигаться дальше, ибо дальше могла произойти деградация человеческая и вместо настоящей цивилизации мог вырасти какой-то жалкий и не дееспособный уродец. Что оставалось делать Богу? Как остановить этот процесс духовного одичания? Как ещё нам, его детям помочь, чтоб мы стали ну хоть что-то понимать? Какую сделать нам последнюю подсказку, прежде чем всыпать ремня непослушному дитяти по полной программе? И ему ничего не оставалось, как самому воплотиться на нашей Земле. Приход Спасителя был предрешён…

Коммуникатор… Что же это такое? Почему этот вопрос упорно не оставляет меня равнодушным? Почему я постоянно возвращаюсь к этой теме, перебирая в памяти всё, что мне удалось узнать, изучая кристалл алмаза? Почему подсказки природы, показывая мне удивительные свойства алмаза и «железяки», не дают ответ на главный вопрос, не складываются в общую картину понимания? Что же мне не хватает? Может быть, потому, что я ищу ответы на эти вопросы только с технической точки зрения, с точки зрения некоего прибора и упускаю из вида другие вопросы. Может быть, самые главные, связанные с основами законов Природы? А коммуникатор, по-видимому, эти основы затрагивает, и ситуация может быть гораздо серьёзнее…

Ранним летним утром я встал, принял душ, оделся, положил в один карман джинсов «железяку», в другой «шарик» и пошёл в лес.

– Ты что задумал?

Я сидел в лесу на нашем бревне. Напротив меня, настороженно нахохлившись, сидели мои любимые Эгоизм и Интеллект.

– А ну, рассказывай! – Эгоизм подозрительно прищурился.

– Я, похоже, подошёл в своих исследованиях к чему-то непростому и не знаю, что мне делать дальше. Много вопросов, на которые нет ответа. Я должен что-то понять, что-то осмыслить, а что – тоже не знаю или, точнее, – только немного догадываюсь.

– Ну и что?! Сиди и догадывайся! Кто тебе мешает? Сюда-то зачем пришёл?

Я вздохнул. Перед собой нельзя лукавить.

– Хочу обратиться к богам Высокого уровня.

– Что-о-о! – Эгоизм вскочил и возмущённо замахал руками. – Ты что, совсем рехнулся?! С какого дерева ты упал?! Ты хоть понимаешь, куда ты лезешь?!

– Подожди, – остановил его эмоциональную речь Интеллект. – А с каким вопросом ты хочешь к ним обратиться?

Эгоизм раздражённо сел и опять подозрительно уставился на меня.

– Богам не задают вопросы и тем более не получают на них ответ. Это должен человек делать сам. Я могу обратиться к ним только с просьбой, – ответил я.

– И что это за просьба?

Я немного помедлил с ответом. Опять вздохнул.

– Я хочу увидеть Христа.

Интеллект широко раскрыл глаза и замер. Эгоизм вскочил, начал махать руками и открывать рот, но звуков не было. Немая сцена продолжалась какое-то время. Наконец они успокоились, переглянулись и, молча, уставились на меня.

– И поверьте, это не простое любопытство. Это что-то очень важное…

Мы все замолчали. Возникла какая-то грустная и тягостная пауза. Эгоизм, растерянно качая головой, рассматривал что-то на земле. Наконец Интеллект заговорил.

– Дядя Вова! После «встречи» с Соломоном ты обратился в Библиотеку с просьбой показать, как Моисей вёл свой народ. Тебе показали?

– Да.

– После этого ты захотел увидеть Христа. Ты опять обратился с просьбой, и что тебе ответили?

– Удивительные возникли ощущения. Меня как бы нежно погладили по голове, и в ней возник ответ: «Парень, а тебе это надо?» И я понял, что мне этого не надо. Это гораздо серьёзнее, чем мне тогда казалось.

– Так что же ты сейчас хочешь?

Они пристально смотрели на меня, ожидая ответ. Очень непросто найти правильный ответ даже самому себе.

– Тогда я увлёкся открывшимися возможностями. Ничего подобного никогда не происходило со мной, для меня это было очень необычно, и мной руководило простое любопытство. Но, наверное, простому любопытству всегда наступает предел, и за этим пределом должен возникать смысл. Обоснованный и глубокий смысл, и возможно, что сегодня я этот смысл начинаю ощущать.

– Совсем свихнулся парень, – пробормотал Эгоизм. – А «железяку» с «шариком» зачем сюда приволок?

– Это всё, что у меня есть. Всё, что удалось мне самому сотворить: «шарик» и запрограммированная на меня «железяка». Мы с ней вместе находили «взаимопонимание». Больше пока я ничего значительного не сделал.

– Не густо, прямо скажем, – буркнул Эгоизм.

– А ты хоть понимаешь, что простая известная тебе схема обращения в Библиотеку здесь не сработает? – спросил Интеллект.

– Да.

– Почему? – удивился Эгоизм.

– Потому что этот вопрос находится за пределами возможностей Библиотеки. Сознание в этом случае с собой не возьмёшь. С богами может встретиться только его душа.

– Да вы что?! – взвизгнул Эгоизм, вскочил и суетливо забегал по поляне. – Заложить душу ради чего?! Это же опасно, смертельно опасно! Вы хоть понимаете это?! Он же не вернётся! Мы погибнем!!!

– Понимаю, – кивнул я. – Но очень надеюсь, что всё может быть и получится.

Интеллект внимательно смотрел на меня. Эгоизм наконец успокоился и сел рядом.

– Придурок, самому отдать Богу душу… – досадливо качая головой, буркнул он в мою сторону.

Мы опять помолчали.

– Пошли, – неожиданно сказал Интеллект, взял Эгоизм за руку и встал.

– Куда?! – недоумённо спросил Эгоизм.

– Пойдём, не будем ему мешать. У него всё равно ничего не выйдет.

– Почему? – упираясь, спросил Эгоизм.

– Он этого никогда не делал. У него не получится. Посидит, посидит, да и пойдёт домой, а ты потом всем будешь рассказывать байки, как встречался с богами.

– А если получится? – настороженно и подозрительно спросил Эгоизм.

– Тем более тебе будет, что рассказать. Пошли.

Они пошли по поляне. За Интеллектом понуро тащился упирающийся Эгоизм. Подойдя к краю поляны, Эгоизм оглянулся на меня, повертел пальцем у своего виска и тихонько посвистел.

Я закрыл глаза.

– Тебе надо научиться управлять своей энергией, – Магиня поставила чашки с кофе на стол и подвинула мне сахар. – Проведи одну «лабораторную работу».

– Какую?

Я положил в кофе сахар и начал его размешивать, с интересом слушая, что она скажет дальше.

– Попробуй научиться разгонять облака.

– Да ты что, – я вытаращил глаза. – Разве такое возможно?!

Магиня улыбнулась и неожиданно засмеялась, наблюдая моё недоумение.

– Да, возможно. Это самая простая работа, с которой все начинают. И безопасная. Но довольно эффективная работа с точки зрения ощущений и наглядная с точки зрения отработки навыков управления своей внутренней энергией.

Моё удивление сменилось интересом исследователя.

– Что надо делать?

– Всё довольно просто. Выбери время, лучше с утра, когда по небу плывут маленькие, лёгкие и пушистые облака. Выбери одно из них, поменьше, сконцентрируйся на нём и заставь его раствориться. Помести своё пространство в это облако и рассей его.

– А это не опасно? Я имею в виду для облака.

– Нет. Облака – это неустойчивое состояние паров воды, они находятся в неустойчивом равновесии. Тонкая энергия мысли человека в состоянии их вывести их этого равновесия, и облако растворится, но через некоторое время опять соберётся, но уже в другом месте. Ты же его не уничтожаешь, а всего лишь предлагаешь ему рассеяться на какое-то время, и никакой негативной энергии ты в него не помещаешь.

– А что такое «помести в него своё пространство»?

– А вот это ты и должен понять, – она загадочно улыбнулась. – Это ты должен ощутить сам. Это же твоё пространство. Твоё внутреннее состояние. В этом и заключается смысл «лабораторной работы».

Утром я вышел на свой балкон и уселся в старенькое кресло-качалку. По чистому голубому небу плыли редкие, пушистые, белые облачка.

– Ну, ребята, поехали! – потирая от исследовательского азарта руки, обратился я к ним.

Я выбрал небольшое облачко и впился в него взглядом. Я пыжился его сверлить, рассеивал, стирал и что только не делал, но оно спокойно плыло по своим делам и, казалось, хихикало надо мной. Уже почти час я пялился на облака и от натуги начал краснеть.

– Ну-ну, – заглянув на балкон, хмыкнул сын. – Под Мюнхгаузена работаешь?!

И уехал в университет. Я позвонил Магине.

– Что-то у меня ничего не получается. Они не обращают на меня никакого внимания. Наверное, у меня чего-то не хватает или делаю что-то не так.

– Не отчаивайся. Я забыла тебе сказать самое главное из этой методики. Когда ты постоянно смотришь на облако, возникает обратная связь и твоя энергия рассеивается. Надо сконцентрироваться, послать импульс в облако и тут же постараться об этом забыть. Убери обратную связь. Думай о чём-нибудь другом. Через некоторое время сам увидишь эффект.

– Ага, понятно.

Я опять уселся в кресло. В этот раз, выбрав облако, я прикинул время, за которое оно окажется прямо надо мной. Уперся в пол глазами, сконцентрировался, сформировал мысленную энергию, посмотрел на облако, отправил импульс и опять упёрся в пол. О чём бы мне подумать, чтобы отвлечься? В моём воображении возник маленький кусочек чёрного ржаного хлеба, а на нём сверху маленький кусочек янтарной слабосолёной селёдочки. Я сглотнул слюну. Посмотрел на небо. Облако исчезло! Словно его никогда и не было! Да разве такое возможно?!

Я решил повторить. Но в этот раз, наверное, необходимо сократить время на отвлечение, а то пропущу всё самое интересное. Выбрал облако, сконцентрировался, отправил импульс, опустил глаза на отвлечение. Передо мной возник уже большой ломоть хлеба, усыпанный аппетитными, просвечивающими и переливающимися кусочками селёдочки, а сверху на них горделиво лежали два колечка ослепительно белого хрустящего лука. Я тряхнул головой и посмотрел на небо. В небе неторопливо таяло бывшее облако. Я был в восторге. Сработало!

Несколько часов я сидел и «разгонял облака». Оказалось, что всё довольно просто. Необходимо только немного наловчиться, ну и, естественно, грамотно концентрироваться. Концентрировать своё внимание, свою волновую энергию. Я позвонил Магине.

– Молодец! Но это только начало. Теперь тебе необходимо попробовать поработать со своими мыслеформами.

– А это как?

– Сформируй не просто импульс, а придай ему форму. Например, просверли в облаке отверстие или создай какую-нибудь картину. Реши сам. Ты же технарь. Вот и создай из облака, например, шестерёнку с отверстием. Это очень увлекательная работа! Заодно отработаешь навыки управления мыслеформами.

Я с азартом взялся за дело. Шестерёнка – это хорошо! Сейчас я её «нарисую»! На небе показалось небольшое вытянутое облако. «Ладно, – думаю, – жаль, что не круглое. Придётся лишнее стереть». Сконцентрировался, послал импульс, отвлёкся, посчитал до пяти и взглянул на небо.

Весь в недоумении, широко раскрыв глаза, я откинулся на спинку кресла. По небу величественно и с какой-то издевательской горделивостью плыл… скелет слабосолёной селёдки. Да-а… С мыслеформами ещё надо поработать, однако…

Закрыв глаза, я попытался представить пустоту. Убрать из головы все мысли и ощущения. Постепенно серый фон моего «видения» стал темнеть, цветные всполохи мыслей становились всё реже и реже и начали перемещаться куда-то за меня, за мой затылок. Неожиданно я почувствовал, что оказался в Пустоте.

Это было незабываемое ощущение. Пустота была бескрайняя и безграничная. Совершенно чёрная, бархатно-чёрная, удивительно объёмная и бесконечная. Абсолютная Пустота, но этой Пустотой я любовался недолго.

Внезапно я оказался в каком-то ярко освещённом помещении. Свет в нём исходил со всех сторон и никаких теней. Помещение было круглое, куполообразное с плоским серым полом, стены его были из какого-то «прозрачного» материала. И эти стены ничего не отражали и ничего не просвечивали, но явно ощущались «прозрачными». Они состояли как бы из множества «секций» и, словно хрустальные лепестки, сходились где-то вверху над моей головой. Я находился как бы в центре какого-то неведомого, огромного, «хрустального» цветка. И всё изображение было ослепительно чёрно-белым. Никакого намёка на присутствие другого цвета не было. И я не мог «вертеть» головой, чтобы всё разглядеть, только тот ракурс, который есть. Я с любопытством таращился на всё это, поражаясь многообразию оттенков серого цвета.

И второе, что меня поразило. Полная, абсолютная тишина. Словно меня обложили тоннами ваты. Такой тишины в обычной жизни не бывает. Вообще ничего! Никаких энергетических импульсов. Только по каким-то очень слабеньким своим ощущениям я догадывался, что за этими стенами что-то происходит. И куда же я попал?

Внезапно передо мной появились двое. Они как бы «вышли» из этой «хрустальной» стены и подошли ко мне. Одеты они были в какие-то серые френчи со стоячими воротниками и застёгнуты на все пуговица до самого подбородка. Они, молча, стали меня разглядывать. Особенно меня поразил взгляд того, который находился слева от меня. В этом бесстрастном взгляде не отражалось никаких эмоций, вообще ничего и никакие человеческие определения не могут описать этот пронизывающий взгляд. Во всяком случае у меня это не получится. Взгляд Властителя душ, которые ежесекундно проходят перед ним, и Он решает, что с ними делать далее.

Тот, который был справа от меня, начал что-то рассказывать Левому, иногда указывая на меня рукой. До меня не доносилось ни одного звука. Подавляющая тишина. Только по каким-то очень-очень слабеньким ощущениям я понял, что речь идёт обо мне. Левый, молча и пристально глядя на меня, слушал. Моя душа, а я уже догадался, что перед ними находится именно она, только широко таращила глаза и доверчиво улыбалась, словно маленький мальчишка, не понимая разговора взрослых, не ожидая ничего плохого, доверчиво и радостно с интересом участвуя безмолвно в этой беседе.

Неожиданно Левый резко повернул голову к Правому и что-то переспросил. Правый неторопливо кивнул и повторил то, что только что сказал. Я догадался, что речь зашла о «шарике» и «железяке». Левый опять пристально посмотрел на меня. Неожиданно в его взгляде я уловил мимолётный, крошечный энергетический импульс заинтересованности. Он кивнул:

– Хорошо, – отчётливо прозвучало в моей голове. – Предоставим ему возможность ещё раз.

Не глядя больше на меня, он повернулся и ушёл куда-то влево. Правый последовал за ним. Проходя мимо, он на секунду остановился, посмотрел внимательно на меня и очень по-доброму, как старый хороший знакомый, улыбнулся. Так улыбается маленькому мальчишке, наверное, старый друг отца, которого он неожиданно уговорил подарить этому пацану долгожданную и так необходимую ему игрушку. И этой «игрушкой», похоже, была моя жизнь.

Я опять оказался в Пустоте.

И снова мне недолго пришлось любоваться этим бархатным безмолвием. Где-то далеко-далеко передо мной вспыхнула маленькая яркая звёздочка. Она посияла, переливаясь яркими серебристыми лучами, и стала приближаться ко мне всё быстрее и быстрее. И захватила вдруг меня своим сиянием…

Я оказался на вершине небольшого холма посреди бескрайней, каменистой пустыни. Меня сразу поразило буйство цвета. Такой цветовой палитры я никогда не видел. Наше человеческое зрение даёт только смутное представление о богатстве природных красок. Бездонный купол удивительного голубого неба. Такую голубизну нигде и никогда невозможно увидеть. Я словно ощущал отдельно каждый спектр цветовой гармонии, каждый квант чистой энергии света, и это изображение было объёмным. И эту объёмность мы так же не можем лицезреть, ибо восприятие наше тоже ограничено. Так, наверное, может ощущать пространство только наша душа.

Слева от меня простиралась до самого горизонта каменистая пустыня. Я словно ощущал отдельно каждый камешек её, каждую песчинку. Справа я видел тени каких-то небольших скал. Солнце, склоняясь к закату, находилось сзади меня. Прямо передо мной на плоском камне сидел человек.

Я отчётливо видел каждую складочку его одежды, каждый волосок его бороды. Положа руки на колени, он задумчиво смотрел вдаль. Легкие, редкие порывы тёплого вечернего ветерка осторожно шевелили его длинные волнистые волосы. Но они не могли вывести его из этой глубокой задумчивости. И глубина этой задумчивости находилась где-то далеко-далеко за гранью человеческого понимания, за гранью ощущений человеческой души…

И я опять оказался в Пустоте.

Но Пустота эта уже не была такой абсолютной. Постепенно она серела, серела. Появились всполохи каких-то мыслей. Всё закружилось в каком-то цветном хороводе, и я открыл глаза.

Передо мной сидели, радостно улыбаясь, Интеллект и Эгоизм.

– Что с вами? – удивлённо спросил я.

– А что?! – вытянулась самодовольная рожа Эгоизма.

– Да какие-то вы помолодевшие, яркие и цветные.

– Сейчас это пройдет, – сказал, расплывшись в улыбке, Интеллект. – У тебя ещё восприятие не адаптировалось. Через пару минут придёшь в норму.

И весь окружающий меня лес был каким-то необычно ярким и отчётливым. Но постепенно краски возвращались в состояние обычного восприятия.

– Ура! – запрыгал Эгоизм. – У него получилось! Он вернулся! Мы опять живём! Это надо обязательно отметить! Пошли в кабак, а?!..

Довольный Интеллект внимательно смотрел на меня. Покачал удовлетворённо головой и вытащил свой блокнот.

– А ты знаешь, что по времени твоё «отсутствие» было немного дольше, чем тогда, когда ты «встречался» с Соломоном? Ненамного, правда. Но если информацию от Соломона ты осмысливал почти месяц, то полученную информацию сегодня ты будешь осмысливать, может быть, год, а может быть, и больше. И ещё одна деталь! В полученной тобой информации есть один маленький «файлик». Он как бы вставлен в общую информацию. По времени он занял только 0,3 секунды, а вот по информативности!.. Вот его ты будешь, дорогой мой, осмысливать всю оставшуюся жизнь, если, конечно, её тебе хватит для этого…

– Вот и я говорю, – подскочил Эгоизм. Сел рядом с Интеллектом и ткнул его локтем в бок. – Ты сам всегда утверждал, что для осмысления должны быть условия. Правильно? Вот я и предлагаю. Мужики, пошли всё-таки в кабак! Там всё и обсудим.

Я встал и пошёл домой по знакомой лесной тропинке. И казалось, что окружающий меня лес о чём-то задумчиво размышляет, покачивая величественно кронами деревьев, словно купаясь в теплых и нежных порывах ласкового летнего ветерка.

Мы расположились на лесной полянке. Я собрал мангал и развёл огонь. Сын выкладывал продукты на небольшой раскладной столик, который мы принесли с собой. В кустах копошился Кабан.

– Забыл тебе сказать, – нанизывая мясо на шампуры, сказал сын. – Звонил Банкир, когда ты ходил в магазин.

– Что сказал? – раскладывая первую партию мяса на мангале, спросил я.

– Он сегодня улетает в командировку и просил тебя связаться с ним через три дня. Ещё он сказал, что твой вопрос решён положительно. В ближайшее время можешь приступать к работе.

– Ну вот! Похоже, что начинается новый виток деятельности, – удовлетворённо улыбнулся я.

Мясо неторопливо жарилось на углях. Я его по необходимости иногда поворачивал, чтоб не пригорело. Сын накрывал на стол, резал овощи. Из кустов периодически выскакивал Кабан и внимательно принюхивался к запаху мяса.

– Теперь-то ты займёшься своим коммуникатором? – спросил сын.

– Не знаю. Как получится. На это надо время. Будет ли оно у меня?

Подошёл Кабан и уставился на меня.

– В чём дело? – спросил я.

– У-у! – промычал он.

– Он мясо просит, – засмеялся сын.

– Оно ещё не готово.

– У-у! У-у! – настырно ответил Кабан, сверля меня взглядом.

– Он считает, что для него готово, – смеясь, перевёл его мычание сын. – Он степень готовности мяса по запаху определяет.

– Положи ему в тарелочку, – протягивая сыну шампур, попросил я. – Только оно ещё горячее.

– Ничего, – похихикал сын. – А он на него подует. Правда, пёс?

– Р-р, – рыкнул Кабан. Словно хотел сказать: «Сам разберусь! Ты только положи!»

– Скажи, – обратился ко мне сын. – А сейчас ты можешь дать определение, что же это такое – коммуникатор?

Я вздохнул. Вопрос по-прежнему остаётся очень непростым.

Работая на своей машине извозчиком, я возил разных людей. И однажды решил провести исследование, некий такой «соцопрос». Я задавал людям только один вопрос и просил отвечать на него сразу, не задумываясь. Вот какой ответ возникнет в душе, то сразу и сказать. А вопрос был простой: что вы ощущаете при слове алмаз. Причём я допускал, что обычный человек редко видит необработанный кристалл, в крайнем случае он мог видеть бриллианты. Данные этого «опроса» меня удивили. Возрастная категория опрошенных мной взрослых людей была от двадцати до шестидесяти лет, детей – от шести до четырнадцати.

Мужики все, как один, в разных вариантах говорили практически одно и то же: деньги, «бабло», «капуста» и т.д. Вроде всё понятно.

Дамочки были немного разнообразнее в своих ответах. Но всё многообразие их ответов можно было свести к одному – любовь.

А вот дети меня просто поразили! Ни одного похожего ответа. Свести ох ответы к одному у меня так и не получилось. Это и далёкие миры, неизвестные цивилизации, сказочные страны. Но больше всего меня поразил ответ одного мальчишки – гордость! Вдумайтесь, друзья мои, откуда у этого маленького пацана такие ощущения?! Гордость! Я был настолько поражён его ответом, что не стал уточнять, что он имел в виду, но где-то в глубине души я его очень хорошо понял.

– Знаешь, – ответил я сыну, – наверное, одним словом можно сказать, что это состояние.

– Состояние чего? – удивлённо спросил он.

– Состояние системы алмаз-человек. Природа изначально снабдила алмаз определённой структурой, определённым положением атомов в его решётке. Но эта система ещё не однообразна. Каждый участочек в объёме кристалла может содержать неоднородность и вести себя по-своему. Нет общего единого энергетического алгоритма функционирования этой системы. Волновые процессы моей Технологии вводят этот алгоритм. Кристалл меняется и начинает функционировать как единое целое. Это уже получается некий прибор. Диапазон частот, на которых может работать этот прибор, весьма высок, и этот прибор начинает реагировать на окружающие его энергетические поля. Возникает обратная связь, в том числе и с энергетическим полем человека.

Каждый человек обладает своей вполне определённой индивидуальной энергетической функцией, вполне определённым её частотным диапазоном. И этот частотный диапазон связан с имеющимся уровнем духовного состояния этого человека. С его внутренней энергией, энергией Веры, если хочешь. Чем выше уровень духовного развития человека, тем в более высокочастотном диапазоне работает его волновая функция.

Я побрызгал водой из бутылки на чрезмерно разгоревшиеся угли.

– И вот смотри, что получается. Взаимодействие каждого человека с алмазом происходит индивидуально, в строго определённом частотном диапазоне. И эту основную частоту взаимодействия задаёт сам человек.

– Своим внутренним духовным состоянием, – дополнил меня сын.

– Точно! Своей внутренней энергией. Ведь алмаз может работать во всех диапазонах, но эффективно взаимодействует с конкретным человеком только в том диапазоне, которым обладает сам человек. Отсюда и возникает некий определённый тандем. Возникает общая энергетическая система алмаз-человек, общий алгоритм взаимодействия, энергетическое единство. И эта система работает в конкретном, заданном самим человеком частотном диапазоне и возникающие возможности этой системы именно этим и определяются.

– Чем выше уровень духовного развития человека, тем большие возможности проявляются у этого тандема?

– Да! И ограничений нет!

– У-у, – раздалось за моей спиной.

Я оглянулся. Сзади меня стоял Кабан с пустой тарелкой в зубах.

– Ты что, – засмеялся сын, – пылесосом сегодня работаешь? В одну секунду всё смёл!

– Р-р, – беззлобно огрызнулся пёс. Словно хотел сказать: «Моё мясо! Как хочу – так и ем. Давай добавку!»

Мы засмеялись. Положили в тарелку ещё мясо. Кабан уже неторопливо и степенно принялся за дело.

– Так, может, именно это и заинтересовало богов Высокого уровня? – спросил меня сын.

– Может быть. Вполне допускаю, но…

– Не всё так просто, хочешь сказать?

– Да. Не всё так просто, как иногда кажется. Это взаимодействие – человек и алмаз, порождает третье состояние: их совместную энергетику. И вот это-то состояние – самое интересное. Возникает как бы новая личность. С одной стороны – лучшее позитивное энергетическое состояние человека. С другой – кристалл алмаза, энергетически «восстановленный» по природным законам. Понимаешь, происходит энергетическое «слияние» человека и природы, и это третье совместное состояние уже отвечает высоким требованиям её законов. И эти законы начинают открываться перед человеком как родная, неотъемлемая часть, и у человека возникают удивительные возможности. Просто фантастические! Но чтобы достигнуть самых вершин этих возможностей, человеку необходимо постоянно повышать свою внутреннюю частоту, то есть духовно расти. Вот этот аспект и мог заинтересовать богов Высокого уровня.

– А какие открываются возможности?

– Ну, об этом пока можно только догадываться, хотя нечто подобное у меня происходило, когда я работал с «железякой». Она в чём-то подобна коммуникатору. Так сказать, некий неведомый, но очень схожий прототип.

– А почему ты остановил эту работу?

– Я подошёл в изучении «железяки» к проявлению очень серьёзных эффектов, очень серьёзных! И понял, что моё внутреннее энергетическое состояние ещё далековато от совершенства. Надо ещё поработать над своим духовным развитием. Над своей функцией. Иначе ничего не выйдет. Вот я и прекратил на время эти исследования.

– Да… – вздохнул сын. – В этом, наверное, есть определённый смысл.

– Во всём существует определённый смысл. Ни один ангел не обладает тем, чем наделил нас, людей, Творец, создав нас по «образу и подобию» своему. Это – творчество. Процесс созидания. Понимаешь? И коммуникатор даёт человеку в этом вопросе дополнительные свойства в познании, расширяя диапазон восприятия, открывая удивительные возможности на его пути к Свету. Подтверждая Цель Творения. Человеку надо только постараться…

Угли в мангале уже еле тлели. Остался последний шампур. Кабан лежал на траве и полузакрытыми томными глазами глядел на лёгкий дымок от углей. В его умиротворённом взгляде лениво шевелилась только одна мысль: «И что же ты так медленно перевариваешь? Ещё столько мяса…»

– Я здесь пообщался с твоей «железякой», – сказал сын.

– У тебя получилось? – удивился я. – Ведь она «настроена» на мою волновую функцию.

– А ты не забывай, – улыбнулся сын, – я ведь твоё дитя. Значит, наши функции схожи. Я с ней долго «общался».

– И что ты узнал?

– Я понял, например, что, контролируя своё внутреннее состояние, свою волновую функцию, можно спокойно перемещаться в окружающем пространстве без помощи особых технических средств. Она мне подсказала некий алгоритм, как это происходит. Не так, конечно, как описывают писатели-фантасты, совсем по-другому. Но это возможно при определённых условиях, конечно. Нет никаких ограничений в перемещении, куда угодно! Но для этого нужен твой коммуникатор. Так что делай его быстрее! Потренируемся, да и начнем шастать по пространствам, – и он азартно потёр ладони.

Я помахал газетой над углями, заставляя их разгореться. Совсем немного осталось дожарить последнюю порцию мяса.

– И куда же мы направимся? – усмехнулся я. – Земля круглая. Места много. С чего начнём?

– А где соус? – спросил сын.

– В чёрном пакете. И зелень достань.

Я посмотрел на шампур. Ну, ещё немножко дожарить? Или хватит?

– А как ты считаешь, Нефертити действительно могла быть представителем цивилизации с Сириуса? – осторожно спросил сын.

– Всякое может быть…

Похоже мясо готово полностью. Я снял с мангала шампур и повернулся к сыну. И тут сказанное им дошло до моего сознания. Мурашки побежали у меня по спине. Я чуть не выронил шампур.

– Ты что имеешь в виду? – хриплым от волнения голосом спросил я.

Сын поднялся и, хитро глядя мне в глаза, широко улыбнулся.

– А что! Может, нагрянем к ним с ответным визитом? А?!

И он лукаво прищурился.

Пройдёт время. Человечество найдёт оптимальные решения своего развития. Все напасти, надеюсь, минуют нас, и мы вольёмся в содружество всех цивилизаций, существующих во Вселенной, став полноправными, хоть и молодыми, членами этого сообщества. Но человеческую сущность переделать невозможно. Мы так и останемся теми, кем всегда были. И очень надеюсь, что были мы, есть и будем нормальными людьми.

И может быть, как-то раз нам станет немного скучно. Соберёмся мы, пошушукаемся, наберём пива, да и выйдем на центральную площадь Вселенной с плакатами да с транспарантами: «Свободу угнетённому человечеству!», «Повысить пенсию землянам!», «Долой грабительские налоги на сверхсветовую скорость!». И Вселенная затихнет в великом недоумении.

А мы пошумим-пошумим, потом соберём мусор в пакеты. Отыщем в разных уголках пространства своих загулявших соплеменников. Пересчитаем их.

– Все?

– Все!

Да и вернёмся домой. Посидим. Помолчим. Отдохнём. Да и тихо-тихо скажем:

– Извините, ребята! Мы пошутили. Это была только шутка!

И вздохнёт облегчённо Вселенная:

– Ну, вы даёте!.. Ну, вы и шутники…

И всё войдёт в свою привычную колею.

А где-то в далёкой галактике, в какой-то захолустной её части будет сидеть над детской кроваткой шестиконечная мамаша и тихонько-тихонько мурлыкать своему дитяти колыбельную песенку. И мелодия этой колыбельной песенки будет удивительным образом напоминать почему-то нашу бессмертную мелодию «Bessame mucho».

И шестиконечный отец, расплывшись в кресле, будет задумчиво почёсывать свои мозговые отростки и мрачно рассуждать:

– Вот эволюция до чего дошла, не то, что раньше. Дитя родилось почему-то четырёхконечное, а не шести, да и беленькое какое-то, да и шерсти совсем нет. Надо же так…

А мамаша, мечтательно глядя куда-то в пространство, покачивая колыбельку, тихонько вздохнёт:

– «Бессаме мучо… Бессаме мучо… Ты, землянин, конечно подлец хороший!.. Но мужик классный…»

И украдкой смахнёт из пятого верхнего глаза предательски набежавшую умилительную слезинку.

А в безграничной бархатной объёмной Пустоте будет сиять звенеть и петь на всю Вселенную удивительная кристальная звезда. И эта неслыханная доселе мелодия расплещется по Пространству величественным и торжественным гимном. Гимном Жизни и Великой Любви. И волны этого гимна докатятся до людей. И склонят люди головы в трепетном благоговении перед автором этого гимна. Перед Человеком. Человеком, в глубокой задумчивости сидящего на камне.

А звёздочка наша будет сиять своим таинственным и ласковым светом, как маленький, тёплый и животрепещущий огонёк в конце неведомого, загадочного и такого непознанного тоннеля. Тоннеля нашей жизни.

В оформлении обложки использованы фрагменты иллюстраций с сайтов:

https://trasyy.livejournal.com/825458.html

https://www.flickr.com/photos/etolane/15630854/in/faves-jcm/

https://fishki.net/1282270-snimki-orbitalnogo-teleskopa-habbl–glubiny-vselennoj.html

Content

Карасев Владимир Юрьевич Неизвестный алмаз. Обычная тайна волнового процесса

Глава 1. Пролог

Глава 2. Начало

Директор

Магиня

Глава 3. «Железяка»

Командировка

Ночной разговор

Глава 4. «Железяка»-2

«Бомбиловка»

Мадам

Кабан

Дед

Глава 5. Открытие

«Взорвавшийся»

«Шарик»

Размышления

Глава 6. Библиотека

Письмо Другу

Принцип интеллектуальной микроскопии

Принцип первый

Принцип второй

Принцип третий

Читательский билет

Примеры работы Библиотеки

Прогулка с Другом

Встреча с попутчиком

Печать Соломона

Кольцо Соломона

Царь Соломон

Совещание

Заключение

ВСТРЕЧА

Глава 7. Нефертити