Максим Задорин

Рефлексия нерефлексивного

Мотивы

– Людям свойственно ошибаться, – вздохнул Кот, глядя на то, как Человек безуспешно пытался собрать недавно купленный кухонный шкаф.

– Опять ты вслух думаешь, – проворчал Человек. – И в чем, по-твоему, я сейчас ошибся?

– В том, что отказался от услуг сборщиков, естественно, – безразлично ответил Кот, широко зевнув. – Скупой платит дважды.

Человек, положив отвертку и схему сборки на пол, тяжело поднялся с табуретки.

– Давай попьем чаю, – предложил он. – Всё равно ни черта не выходит, а ты интересную тему затронул.

– Я чай не люблю, как ты знаешь, а вот от молока не откажусь, – Кот с готовностью сел за стол, разместившись на табуретке, – что за тема? Жадность не порок?

Поставив чайник на газовую плиту, Человек сел за стол напротив Кота и, немного подумав, ответил:

– Мотивы.

– Что мотивы? – не понял Кот.

– Мотивы действий, – Человек налил молока в фарфоровое блюдце и придвинул его к Коту.

– Ммммм, – протянул Кот. – Твои мотивы в этом вопросе очевидны. Экономия, понятное дело.

– Ну, это ты так думаешь, усатый. Так сказать, в силу своего кошачьего мировоззрения, – Человек задумчиво посмотрел в окно на низко летящие по небу тучи.

– Чайник закипел, – прервал молчание Кот и, опустив нос в блюдце, принялся шумно лакать молоко.

– Так вот, – продолжил Человек, добавляя кипяток в ароматную заварку на дне кружки, – мой мотив не в том, о чем ты подумал. Мне просто захотелось самому собрать этот чертов шкаф.

– Зачем? – не отрываясь от миски, спросил Кот.

– Чтобы понять, смогу или нет и, если все-таки получится, то ощутить удовольствие от результата.

Кот недоуменно поднял морду, с которой стекали молочные капли, и спросил:

– А если не получится?

– Если не получится, значит, не получится, – отхлебнув из кружки, ответил, подмигивая, Человек. – Но я уверен, что справлюсь. Просто я никогда этого не делал.

– Так зачем делать то, чего никогда не делал и не разбираешься в этом?

– Чтобы как раз суметь разобраться.

– Если так хочется разобраться, то поучился бы сперва у тех, кто это умеет, – поучительно заметил Кот.

– А я хотел именно сам, понимаешь? Сам разобраться и получить удовольствие от того, что все-таки смог самостоятельно это сделать.

– Сомнительное удовольствие, если честно. Вот испить вкусного молочка – это удовольствие. На подоконнике под греющим солнцем понежиться – удовольствие. Сосиску съесть – удовольствие. А здесь что?

– Не в этом дело. Согласись, мотив моего выбора существенно отличается от того, что ты подумал ранее.

– Ну, отличается, – неохотно согласился Кот, – тем не менее, не знаю что лучше, алчность или гордыня.

– Ты как всегда утрируешь, – улыбнулся Человек, – в моем случае все-таки не гордыня, а гордость. Но и не в этом дело, а в том, что мотив другой, даже если в твоей утрированной плоскости рассматривать. Важны мотивы, понимаешь? Неправильно определенный мотив дает некорректную характеристику совершенным действиям.

Человек допил чай и, предварительно сполоснув, поставил кружку обратно на стол. Кот сосредоточенно смотрел на молоко в блюдце.

– Ты помнишь историю с пожаром в заброшенном доме соседнего квартала? – неожиданно спросил Человек.

– Еще бы! – восхищенно встрепенулся Кот, – такое зрелище было. Кошки во дворе до сих пор пересказывают. Пожарный, молодчага, вынес из огня еще слепых котят. И как он только услышалписк этих мальцов? И главное – полез в горящий дом. Другому вообще наплевать было бы.

– А он и не слышал. Более того, даже не подозревал о том, что они там есть. Он когда-то давно жил в том доме и, приехав на вызов со своей бригадой, вспомнил, что под плинтусом старой квартиры он еще в детстве спрятал несколько очень древних почтовых марок. Филателисты за них предложили приличную сумму. Он все еще думает, боится продешевить.

Кот изумленно посмотрел на Человека:

– Тьфу ты, как все банально. А я его героем считал. Да что я, все коты!

– Как бы не был банальным мотив его поступка, котят, которых он там нашел случайно, все-таки спас от огня, – не переставая хитро улыбаться, сказал Человек.

– Спас, тоже мне. Так, мимоходом. Рисковал-то он не ради них, а ради квадратиков бумаги, – буркнул Кот.

– Зато честно потом рассказал об истинных причинах своего поступка, – уже серьезно сказал Человек.

– Ага, спас бы мимоходом не котят, а ребенка, так помалкивал, поди. Что ему наше кошачье восхищение? Вот если люди его героем бы считали, так другое дело, – Кот недовольно отодвинул от себя миску с молоком.

– А это уже был бы другой мотив, – произнес Человек и, вооружившись отверткой, стал в очередной раз внимательно изучать схему сборки.

Поздно вечером Кот, дремля в уютном кресле сумрачной комнаты, услышал радостный возглас Человека, доносившийся из кухни:

– У меня получило-о-о-о-ось!

"Идиот,– подумал сквозь сон Кот,– и мотивы у него идиотские…"

Двигатели

– Кот! Коо-о-от, – позвал из кухни Человек. Через несколько секунд Кот с тихим урчанием уже жадно кусал клыками вареную, еще горячую рыбку.

– Это ты…ам-м-м, прауильную ыбку взяу…а-а-ам…речнуая, сразу поняу, – шамкая, приговаривал Кот, стараясь остудить еще дымящиеся кусочки в своей раскрытой пасти.

– Если понравилось, то еще принесу. Знакомый рыбак два мешка наловил. Я просто больше не смог взять, руки заняты были, – ответил Человек.

– С тобой пойду…а-а-ам… помоугу. В жубах…а-а-ах понеусу, – не отрываясь от поглощения, отреагировал Кот.

Спустя десять минут Человек и Кот сидели за столом друг напротив друга и пили свои любимые жидкости. Глядя на Кота, Человек задумчиво спросил:

– Вот интересно, что тобой движет?

– Инстинкты, ясен пень, – произнес Кот, лакая молоко из фарфорового блюдца.

– А чего же ты благодаря им сам рыбу не ловишь? – хитро поинтересовался Человек.

– В ванной у тебя что ли? – парировал Кот.

– Ну, вот ездили мы в прошлые выходные за город, на озеро. Что-то ты там не ловил.

– Так ты и удочек не взял, а рыба на берег сама не выпрыгивает, – Кот вылизал блюдце и, отодвинув его от себя, стал расправлять свои влажные от молока усы.

– Так ты там вообще никого не ловил. Ни мышей, ни кузнечиков, ни мух, – продолжил Человек.

– А зачем мне мухи, если ты с собой сосисок взял? Они всяко вкуснее этих насекомых. Кузнечики, пф-ф-ф-ф, тоже скажешь, – прыснул Кот.

– Так инстинкты же! Ты же сам говоришь! – удивился Человек.

– Я тебя умоляю. Инстинкты – это уже последнее дело, когда эмоциональных двигателей нет. А они у меня, слава богу, имеются. А то носился бы как дурачок за мышами, да за прочей мелкой живностью.

– А что за эмоциональные двигатели?– поинтересовался Человек, убирая со стола блюдце и кружку с остатками чая.

– До недавнего времени я их классифицировал по двум видам: «Благодаря» и «Вопреки», но, познакомившись с тобой, думаю, что уместно было бы определить и третий – «Ради».

– Не понял?

– Экий ты непонятливый. Ты тащишь домой рыбу ради меня, а я не ловлю мух благодаря тебе, – безразлично ответил Кот, давая понять, что беседа окончена.

Полигамия

Человек стоял на балконе с кружкой дымящегося чая в руке и тоскливо смотрел на серые нитки дождя, падающие с пасмурного неба.

– Грустишь? – не глядя на Человека спросил Кот, сидевший на раме открытой створки окна.

– Ну, – отозвался Человек.

– Из-за нее? – не поворачивая головы, уточнил Кот.

– Ага, – вздохнул Человек.

Кот чуть дернул хвостом, качнув его слегка из стороны в сторону и, помолчав, безучастно произнес:

– Закономерный итог.

– Почему закономерный? – отреагировал Человек.

– Потому что увлекся слишком, а этого не надо было делать, – Кот вытянул шею и повел носом, втягивая сырость влажного воздуха.

– Тебе легко говорить, – Человек отхлебнул из кружки горячий чай, – вы, кошаки, по природе полигамны.

– А вы, прям, не такие, – закатив глаза, сгримасничал Кот.

– Вообще-то не такие. Иначе института семьи как такового не было бы, – вяло отозвался Человек.

– А причем тут семья? – Кот внимательно посмотрел на Человека сквозь стекло, – будь она у тебя, ты бы только на ней и замкнулся что ли?

– Ты сейчас о чем? – оживился Человек.

– Понятно о чем. Стал бы ты с семьей в футбол по субботам играть, ага. Или, скажем, модели своих самолетов клеить вместе с ней, а потом еще и испытывать при любой погоде. Может, ты вместе с семьей и палаточным туризмом продолжишь заниматься? Дурацкие песни под гитару орать у костра и комаров кормить?

– Было бы здорово, – мечтательно произнес Человек.

– А кому ты тогда об этом будешь рассказывать? С кем будешь делиться впечатлениями, если семья твоя и так будет знать, так как во всем участвует? – поинтересовался Кот.

– Друзьям и приятелям. Тем, кому это будет интересно, – не понимая, к чему клонит Кот, ответил Человек.

– Ну, так это и есть полигамия, только в более широком смысле. Невозможно получить все необходимое из одного источника. Мы это понимаем, а вы, люди, часто забываете об этом или просто не задумываетесь.

Кот, вытянувшись на всех четырех лапах, грациозно развернулся и, подставляя хвост каплям дождя, продолжил:

– Вот ты тоскуешь сейчас, хотя не следовало бы, поскольку она твоих увлечений не разделяла и слушала твои рассказы без интереса. Следовательно, получал ты настолько мало, что компенсировать ее отсутствие большого труда не составит.

Немного подумав, он добавил:

– Да и кругозором она похвастаться не могла. Надо ж было додуматься, чтобы меня «Барсиком» окликать, – Кота при этом нервно передернуло.

– Ты прав, – улыбаясь, согласился Человек и, поставив кружку на подоконник, решительно направился вглубь комнаты.

– Пойду в мастерскую, доделаю движок для новой модели, – донесся воодушевленный голос до Кота из квартиры.

– Иди, иди, моногамный, – приглушенно произнес Кот и, не без сожаления, вспомнив, что давно не виделся со своей подругой, раздраженно подумал, – вот ведь точно, с кем поведешься…

Скрытая привязанность

Кот тихо дремал, свернувшись на подоконнике, согретом лучами утреннего солнца. Сон был неглубоким, но беспокойным, из-за чего длинные кошачьи усы постоянно подрагивали. Ему виделось, что Человек так и не вернулся домой, из-за чего пришлось прыгать с балкона 7-го этажа, чтобы оказаться за пределами запертой квартиры. Вздрогнув от ощущения неприятного приземления, Кот услышал, как в замочной скважине проворачивается ключ, после чего дверь шумно распахнулась.

– Кот, ты как? – раздался в коридоре тревожный голос Человека.

– Сплю, – недовольно откликнулся Кот, испытывая при этом чувство большого облегчения.

– Прости, друг. Дорогу развезло, всю ночь машину толкали. Под утро только на трассу выбрались, – оправдываясь, сказал Человек, стягивая с ног резиновые сапоги с налипшими комками грязи. – Ты голодный?

– Не-а, – как можно более непринужденно ответил Кот, – и вообще, что ты так переживаешь? Я что, такой беспомощный по-твоему?

– Да нет, – Человек зашел в комнату и устало сел в свое любимое кресло. – Я волновался просто, что тебе нет возможности сообщить.

– Мы не собаки, чтобы так болезненно привязываться, – с напускной небрежностью отреагировал Кот, – ты еще предположи, что я тосковал в твое отсутствие.

При этом Кот вспомнил тягучее, ноющее чувство, когда он сидел весь вечер, глядя в выходящее во двор окно, высматривая Человека.

– Ты не подумай, – Человек прикрыл глаза, – мне просто пришло в голову, что в мое отсутствие тебе никак из дома не выйти, а в четырех стенах человеческого комфорта коту трудно быть самостоятельным.

– Ничего, – буркнул Кот, – с балкона сигану. Я уже так делал.

– Когда? – спросил Человек уже сквозь пелену окутывающего сна.

– Пока тебя ждал, – тихо ответил Кот, но Человек уже этого не слышал…

Сомнения

Кота разбудил доносившийся из кухни звук гитарных струн. Недовольно перевернувшись на другой бок, Кот прикрыл глаза и попытался заснуть вновь. Но звенящий ритм, то утихающий, то усиливающийся, постоянно выдергивал его в реальный мир. В конце концов, Кот не выдержал и раздраженно спрыгнул с подоконника.

– Слушай, ну это решительно невозможно, – с этими словами он прошел на кухню, где на небольшом угловом диване разместился Человек с гитарой в руках, – мало того, что мне почти каждые выходные приходится слушать ваши бренчания на природе, так ты еще и дома мне спать не даешь!

– Извини, я думал, ты не услышишь оттуда, – улыбаясь, сказал Человек, продолжая тихонько перебирать струны.

– Ага, как же. Новый бой что ли разучиваешь? Долбил так, что мои когти на лапах вибрировали, – сказал Кот, усаживаясь на табурете за столом, – налей молока что ли, раз такое дело.

– Это пожалуйста, – отложив гитару в сторону, Человек с готовностью подошел к холодильнику.

Открыв дверцу, он постоял в нерешительном раздумье и сказал, немного смущаясь:

– Я тут песню сочинил…

Кот неопределенно хмыкнул, уставившись на воркующих голубей за окном.

– Надеюсь не о любви? – спросил он ехидно.

– Нет, нет, – поспешил ответить Человек, – об общих интересах, о дружбе и все такое.

– И то ладно, – отреагировал Кот, – а то сплошные мурчувства кругом, будто больше петь не о чем.

– Ты молока-то нальешь?! – вопросительно посмотрел он на Человека.

– Да, конечно, – опомнился Человек и, открутив крышечку молочного пакета, стал лить в фарфоровое блюдце любимую жидкость своего друга.

– Хочешь спою? – спросил нерешительно Человек, глядя как Кот с удовольствием принялся утолять свою жажду.

Чуть поперхнувшись, Кот ответил нехотя:

– Ну давай.

Человек взял в руки гитару и, быстро настроив, сыграл первые аккорды. Уже на втором куплете, Кот, оторвавшись от блюдца, удивленно посмотрел на исполнителя и, когда Человек завершил свою композицию невероятным проигрышем, выразительно протянул, – дае-е-е-е-шь.

– Не понравилось? – спросил Человек, поблескивая легкой испариной на лбу.

– Поешь, конечно, безобразно, но сама песня очень даже ничего. Признаюсь, не ожидал, – прокомментировал Кот.

– Вот, хотел послать на конкурс авторской песни, – сказал Человек, – но сейчас уже передумал после твоей реакции

– Моя реакция – это исключительно мое мнение. В твоей туристической тусовке, на мой взгляд, все кошмарно поют. Мне вообще песни под гитару мало нравятся. Дело вкуса, сам понимаешь. Но это не повод, чтобы ты сразу сдался. Попробовать, думаю, стоит. К тому же своя аудитория у всего найдется.

– Ладно, забудь, – махнул Человек рукой, – это так, баловство. Первую пробу и сразу на конкурс отправлять. Там уже более опытные бодаться будут.

– Выводы так-то правильные, – начал рассуждать Кот, – сомневаться в себе тоже нужно порой. А то те, которых сомнения никогда не грызут, ничего не стесняются. Что в голову пришло, в сыром виде в массы швыряют. А если отворачиваться будешь, так силой в рот засунут, чтобы попробовал.

Кот, сопроводив сказанное движением передней лапы в пустоте, закончил:

– Но начинки никакой, потому что не раздумывали особо, так как сомнениями себя не обременяли. Шлеп, шлеп, и так сойдет – хавай.

Кот перешел с табурета на диван и, сев рядом с гитарой, провел лапой по струнам.

– Так что посомневайся немного, но творение свое доделай, а сомнения помогут сделать его лучше. Может, тебе только аккомпанировать, а петь кому-то другому? Женский вокал выигрышнее, по-моему, будет. Вон, соседка, например. Поет с утра до ночи за стенкой, ей и предложи.

– А что, вариант, – подмигнул Коту Человек, – скажу, что мой кот порекомендовал.

– Ну если в дурдоме отдохнуть хочешь, то, конечно, так и скажи. Хотя, – Кот при этом сглотнул собравшуюся в пасти слюну. – Кого нынче этим можно удивить?

Эстафета

Ночную тишину спящей квартиры нарушил настойчивый телефонный звонок. Человек, нащупав рукой трубку, лежащую на столе, нажал на кнопку вызова и поднес к уху. Спустя несколько секунд он, уже сидя, спустив ноги с дивана на холодный пол и окончательно от этого взбодрившись, внимательно слушал чей-то голос и с большим участием изредка вставлял свои комментарии. После полуторачасового разговора Человек попрощался с невидимым собеседником и взволнованно проследовал на кухню. Вскоре оттуда до Кота, также разбуженного ночным звонком, донесся шум гремящей посуды.

– Ты бы выключал на ночь телефон для своего же спокойствия, – сказал Кот, появившись в дверном проеме, – а еще лучше сразу вноси бесцеремонных людей в черный список.

– Да, – махнул неопределенно рукой Человек и с силой поставил на стол кружку, от чего чай расплескался по скатерти бурыми пятнами.

С шумным вздохом Человек опустился на табурет и, обхватив голову руками, произнес:

– Ё-мае, да что ж такое-то?

– Мазохизм чистой воды, – поучительно произнес Кот, – вот что это такое.

– Давай ты еще мне тут лекции почитай, – сварливо отреагировал Человек.

– Можно и без них обойтись, ведь ты и сам все понимаешь, – с этими словами Кот, изогнувшись, вытянул передние лапы перед собой.

– Понимаю, конечно, но что я могу? – в голосе Человека прослеживались нотки беспомощности, – просто сказать, чтобы меня своими проблемами не грузили? Так с друзьями не поступают.

– С друзьями не поступают, а вот с теми, кто тебя постоянно в эстафету завлекает – можно, – сказал Кот, широко зевнув.

– В какую эстафету? Ты бредишь что ли? – непонимающе спросил Человек.

– Эстафету не-га-ти-ва, – протянул по слогам Кот. – Ты получил отрицательные эмоции от чужой проблемы, и у тебя теперь два варианта: передать раздражение от этого дальше или же самому с ним бежать до финиша. Выбирая из двух зол меньшее, ты, как всегда, остановишься на втором варианте.

– А, по-твоему, мне нужно выбрать первый? – устало спросил Человек.

– По-моему, пора научиться выбирать третий – не участвовать в такой эстафете, – уточнил Кот.

– К тому же, – продолжил он, потирая лапой за ухом, – безотлагательная помощь выражается в личном участии решения проблемы, а не в психологической разгрузке по телефону. А раз уж так приспичило, то для ночных звонков есть телефон доверия. Друзья так и поступают.

– Ну, котяра, как всегда в корень зришь. Я сейчас четвертый вариант проверну, – с этими словами Человек стал лихорадочно искать в записной книжке телефона нужный номер.

– Алло, это опять я. Спишь что ли? Молодец, а я вот уснуть не могу никак. Почему, почему… проблему твою обдумываю…Ага…Ты знаешь, не так все-таки надо…Как?… Ну, не знаю, подумай еще…Нет, нет, мне больше нечего добавить. Просто надо как-то по-другому, а как ты уж сам…Ну все, давай. Приятных снов, – с этими словами Человек положил трубку и злорадно захихикал, потирая руки.

– Ну что, полегчало? – спросил Кот

– Спрашиваешь, – довольно ответил Человек.

Через десять минут где-то в ночном городе настойчиво зазвонил телефон…

Инстинкт

Кот больше суток не появлялся дома, поэтому Человек уже начал беспокоиться его долгим отсутствием. Погода резко испортилась, и на улицах вскоре стало совсем безлюдно из-за сильного дождя с грозой. Человек обулся в резиновые сапоги и, прихватив с собой зонт, направился на поиски своего товарища.

Долго искать не пришлось, поскольку, уже выйдя из арки дома, Человек разглядел в струящихся полосах воды семенящего Кота, обегающего глубокие лужи, скопившиеся на асфальте. С его намокшей шерсти стекали частые капли, а в зубах болталась что-то темно-серого оттенка с четырьмя свисающими маленькими лапками и длинным тонким хвостиком.

– Тебе есть разве нечего, что ты на мышей охотиться решил? – спросил Человек, когда Кот с ним поравнялся.

Но тот, ничего не ответив, не сбавляя скорости, продолжил свое движение по направлению к знакомой парадной уже ставшего родным дома. Человек, хмыкнув, развернулся и пошел быстрым шагом вслед за Котом. Дойдя до крыльца, он увидел, как Кот брезгливо положил на сухую плитку свою добычу и услышал слабое, тоненькое мяуканье.

– Так это котенок что ли?! – удивился Человек, – неужели твой отпрыск?

– Скажешь тоже, – отплевываясь от мокрой шерсти, проворчал Кот, – оно мне надо? Подобрал в двух кварталах отсюда. Черт его знает, чей он и откуда. Поспрашивал там в округе, но никто не сознался.

Кот раздраженно махнул лапой:

– Пожалел уже, что гулять туда пошел. Нашел себе проблему. И ведь не бросить уже, сниться еще начнет, – недовольно проговорил он, отряхиваясь от облепившей бока воды.

Котенок несколько раз быстро чихнул.

– Во-о-о-от, подтверждает еще, – Кот недобро посмотрел на свою ношу.

– Отцовский инстинкт сработал, – лукаво прокомментировал Человек.

– Да не отец я ему! Не мой он, не понял что ли?! – взорвался Кот.

– Да ладно тебе, – примирительно сказал Человек, – отец не тот, кто воспроизвел, а кто воспитает. Пошли домой греться.

С этими словами Человек открыл железную дверь и пропустил вперед Кота, подталкивающего лапой неожиданно обретшего временное пристанище котенка.

– И воспитывать я его не собираюсь, – эхом донеслись с лестничной клетки ворчливые слова Кота, – только покажу, где лоток, чтобы не гадил, где попало.

Проходили дни, Кот периодически интересовался у Человека о поиске хозяина для их нового квартиранта, но желающих все не было. Вскоре Человек стал замечать, что Кот проводит своеобразные занятия со своим маленьким подопечным, вполголоса читая газеты вслух. А если котенок отвлекался от занятий, то получал резкую, но при этом легкую затрещину по холке, принуждающую к вниманию. Кот и котенок часто сидели вместе на подоконнике по вечерам и смотрели в окно. При этом было слышно, как Кот что-то объяснял на кошачьем языке подрастающему котенку, иногда строго на него посматривая, убеждаясь, правильно ли было воспринято и усвоено сказанное. Казалось, что Кот относился к своему младшему собрату снисходительно и сдержанно, как подобает строгому, но вместе с тем справедливому воспитателю. Но порой взгляд Человека ловил старательно скрываемое проявление заботы. Например, в процессе приема пищи Кот незаметно перекладывал в миску котенка часть своих кусков рыбы или мяса, а к молоку притрагивался только тогда, когда его подопечный полностью утолял жажду и не желал добавки.

Три месяца спустя у Человека гостила большая веселая компания, в которой было несколько детей. Малышам очень понравилось играть с забавным и немного задиристым котенком. Это было взаимно, поскольку подурачиться вволю ему самому прежде не доводилось из-за постоянного присутствия, порой незримого, но очень бдительного надзирателя. Девочка четырех лет, немного шепелявя, попросила своих родителей взять котенка к себе домой.

– Это нужно спрашивать у хозяина, – улыбаясь, ответили родители, ничего не имеющие против такой просьбы.

Человек внимательно посмотрел на Кота, твердо полагая, что именно он должен принять решение по этому поводу, и, уловив едва заметный кивок согласия, ответил девочке:

– Пожалуй, можно, но только если ты станешь ему настоящим другом.

– Обесяю, фто я никогда не буду его обизать, – поспешила заверить Человека маленькая девочка, прижимая к себе только что обретенного пушистого товарища, который в этот момент старался ухватить лапкой спадающие на плечи детские косички.

Поздно вечером, когда гости уже разошлись, Человек по свойственной ему традиции пил чай перед сном, сидя на кухне. Кот был рядом, а перед ним стояло наполненное до краев молоком фарфоровое блюдце.

– Не жалеешь? – спросил Человек.

– Давно пора, – сухо ответил Кот и посмотрел в окно, в котором при свете электрической лампы отражалась пара больших желто-зеленых глаз, полных подрагивающей влаги.

Различия

Человек сидел на деревянном мостке вечернего озера, свесившимися ногами ощущая тепло воды, согретой жарким июльским днем. Кот лежал рядом, подобрав под себя лапы, и загипнотизировано следил за поплавком, мирно раскачивающимся на водной глади. Клева не было, о чем говорило пустое ведро, поэтому к удочке, закрепленной на перилах, Человек вскоре утратил всякий интерес.

– Ты счастлив? – вдруг спросил Человек.

– Чё? – переспросил Кот, дернув ухом, не выходя из состояния сосредоточенности.

– Да я так, что-то пришло в голову, – смутился Человек, – просто пытаюсь найти определение слову счастье.

– Забей в поисковике, да посмотри толкование, – не отвлекаясь от процесса рыбалки, ответил Кот.

– Здесь сеть не ловит, – сказал Человек.

– Удочка, я смотрю, тоже, – отстраненно произнес Кот.

Человек театрально вздохнул, навязчиво намекая, что хотел бы продолжить разговор. Кот, почувствовав это, сделал внутреннее усилие и произнес:

– Слушай, сколько бы ни существовало определений, как бы это состояние ни пытались объяснить, одно я могу сказать совершенно точно: счастье очень мимолетно. Поэтому это чувство нельзя осознать, его можно только испытать.

– Вот и я так думаю, – с готовностью подхватил Человек, – само слово «счастье» только характеризует состояние, но не определяет.

– И что с того? – спросил с небольшим раздражением Кот, поняв, что его собеседник не ограничится услышанным, – тебе так нужна определенность в этом вопросе?

– Да не то чтобы…, – Человек на мгновение задумался, немного нахмурившись. – Просто я недавно столкнулся с коротким, но очень емким определением слова «счастье» – это значит быть довольным. Но получается, что это не так.

– Так, не так, – начал заводиться Кот, – что тебя вдруг на словоблудие потянуло?

– Не знаю, – пожал плечами Человек, – может, то, что быть счастливым и быть довольным все-таки разные состояния и важно отличать одно от другого.

– Кому важно, тот отличит и размышлять на эту тему не будет.

– А ты отличаешь?

– Конечно! И если использовать язык аллегорий, чтобы ты понял, то счастье – это…Поплавок! Дергается! – возбужденно воскликнул Кот, увидев, как тот резко ушел под воду, сильно натянув леску.

Человек судорожно схватил обеими руками удочку, вытащив ее из импровизированного крепления, и стал не спеша сматывать катушку, осторожно притягивая к себе сопротивляющуюся добычу. Кот, напрягшись всем телом и с азартом наблюдая за волнением воды, созданной попавшейся на крючок рыбы, в мечтательном предвкушении закончил свою мысль:

– А круги на воде от него – это уже удовольствие…

Псевдореальность

Летним днем, согретым солнечным теплом после свежести ночного дождя, Кот, прихрамывая, брел по скверу старого парка, а чуть поодаль шел Человек и читал свежую газету. Остановившись возле покосившейся лавочки, напротив заросшего пруда, Кот не без труда на нее взобрался и, устроившись поудобнее, замер, войдя в кошачий транс. Человек присел с краю, дочитывая заинтересовавшую статью.

– Что пишут? – спросил Кот, не выходя из своего состояния.

– Да вот, про память, – ответил Человек, закончив читать,– она способна на удивительные метаморфозы. До такой степени может дойти, что реальные события полностью подменяются вымышленными.

– Это да, – задумчиво произнес Кот, – вы, люди, постоянно свою историю переписываете, преподнося ее каждому последующему поколению в новом свете.

– Тут не об этом речь, хотя ход мыслей верный, – улыбнулся Человек. – Имеется ввиду, что можно убедить себя в том, чего на самом деле не было и выдавать за чистую монету, будучи абсолютно уверенным в своей правоте.

– Про психов что ли статья? – ухмыльнулся Кот.

– В какой-то степени, – подтвердил Человек. – Только не в таком общепринятом смысле. В статье говорится о психологической разгрузке, благодаря которой неприятные для нас воспоминания мысленно переигрываются в более мягком исполнении. Таким образом удается избавиться от мучающих переживаний.

– Нормально, – возмутился Кот. – Так с себя любую ответственность можно снять, подменив реальность произошедшего на более удобный вымысел.

– Ну, ты сразу в крайности уходишь, – не согласился Человек, – ситуации разные бывают. Не все из них относятся к той категории, когда необходимо договариваться со своей совестью.

– Допустим, – неохотно ответил Кот. – А как быть в тех случаях, когда кто-то явно не прав, а уверен в своей правоте, благодаря манипуляциям со своей памятью?

– Не знаю, – пожал плечами Человек. – Видимо, никак. Тут уж не переубедишь. Да и нужно ли это делать, если тому, другому, так легче?

– Нужно, конечно! Легче ему, видите ли, – возбужденно ответил Кот, вспомнив о чем-то своем, – лапой ему по морде надо сразу дать, чтобы память правильно работала. А то повадился, гад, дверь парадной метить и прикидываться, что не предупреждали.

– Ты о чем сейчас? – не понял Человек.

– Да все о том же, – буркнул Кот, так же быстро остыв, как и завелся.

Человек хитро посмотрел на Кота, смерив его взглядом, и спросил:

– А ты чего хромаешь-то?

– Споткнулся неудачно, – ответил Кот, безуспешно пытаясь убедить себя в том, чего не было.

Валерьянка

Человек, провозившись несколько минут с непослушным замком, несколько раз роняя ключи на пол, открыл входную дверь квартиры и ввалился в темноту на подкашивающихся ногах. Нащупав на стене выключатель, он щелкнул им, освещая приглушенным светом прихожую, в которой уже сидел Кот, щурясь от резкой перемены освещения.

– У-у-у-у, да ты никак надрался, – прокомментировал Кот попытки Человека стянуть с ног не расшнурованные ботинки.

– Т-с-с-с-с, – прижал непослушный указательный палец к губам Человек, пытаясь сфокусировать свой мутный взгляд на Коте, – т-только никому не г-говори.

– Кто поверит говорящему коту, – усмехнулся Кот. – Что за повод-то хоть?

– А-а-а-а, – махнув рукой в пустоту, выдавил Человек и направился, пошатываясь, на кухню, – всё т-тлен.

Плюхнувшись на диван и упершись локтями о стол, Человек, поддерживая голову непослушной рукой, заплетающимся языком промолвил:

– Я на сам-м-мом д-д-дне, дружище, – причем последнее слово прозвучало совершенно нечленораздельно в виде набора согласных.

– И тебе там нравится? – спросил Кот.

Человек отрицательно помотал головой, от чего та неуклюже соскочила с поддерживающей ладони.

– Ну, так отталкивайся и всплывай, – поучительно изрек Кот.

– Ах-х-ха. Щ-щ-щас только т-точку опоры нащ-щ-щупаю, – с этими словами Человек, попытавшись подняться с места, с шумом завалился на диван, запнувшись о ножку стола.

– Давай-ка так, – деловым тоном сказал Кот, – ты сейчас мне накапаешь валерьянки, и мы с тобой на равных поговорим.

Человек грузно поднялся и сосредоточенно, в полном молчании проделал подготовительные процедуры для продолжения разговора, после чего сел на диван, шумно при этом выдохнув.

– Да здравствует запой, – сказал Кот и вылакал бурую жидкость с пряным ароматом из фарфорового блюдца.

Громко икнув, Кот залез на стол и, вальяжно на нем растянувшись, снисходительно обратился к Человеку:

– Теперь мы на одной волне. Валяй. Что у тебя там?

Человек, несколько оторопев от такой наглости, тряхнул головой:

– Ты чего это?

– Не понимаю, что тебе не нравится, – отозвался Кот, перекатываясь с одного бока на другой, – ты напился, и я тоже. Сейчас будем обсуждать твои проблемы, если они, конечно, у тебя есть.

– Не, я так не хочу, – брезгливо глядя на действия Кота, сказал Человек, – ты ж не в себе.

– А ты в себе что ли? – злобно прошипел Кот, мгновенно вскочив с места.

Неожиданная метаморфоза преобразила его до неузнаваемости, взъерошив на холке шерсть и заставив блестеть глаза с необычно широкими зрачками.

– Я вот сейчас тебе когтем от уха до уха улыбочку прочерчу, навсегда забудешь, что такое грусть, – злобно ухмыляясь, сказал не своим голосом Кот, растопыривая при этом свою лапу широкими лепестками.

– Э-э-э-э, хорош, – выдавил из себя Человек, мгновенно трезвея от выброса адреналина в кровь, – ты больной что ли?

– А хоть бы и так. Какая теперь уже разница? Сделаю радостным твое лицо навсегда, – пристально смотря в глаза Человеку, словно гипнотизируя жертву перед броском, ответил Кот. – Будешь в зеркало смотреть и улыбаться, чтобы не забывать, как это делается.

– Спасибо, но я лучше сам, без твоей помощи, – искренне заверил Человек, чувствуя удивительную ясность в своей голове.

– А ну-ка, продемонстрируй, – недоверчиво сказал Кот.

Человек выдавил из себя слабую улыбку на бледном лице.

– Не верю, – взревел Кот, занося растопыренную лапу над своей головой, готовясь к резкому выпаду.

– Да иди ты к черту, – Человек испуганно оттолкнул от себя Кота, от чего тот комично свалился кульбитом на пол, издав резкий кошачий вопль.

Осторожно заглянув за край стола, Человек увидел неподвижно лежащего Кота с прикушенным ярко-розовым языком.

– Эй, ты чего? – удивительно резво без нарушенной координации, подскочил Человек к казалось бездыханному телу животного.

–Хы-хы-хы, – залился сдавленным смехом Кот в конвульсиях. – Испугался?

– Вот придурок, – отпрянул Человек, – сущий демон.

– Ну что, проблемы еще остались или пустое? – лукаво спросил Кот, выходя из своего необычного образа.

– Остались, но могло быть и хуже, – отходя от только что пережитого спектра чувств, ответил Человек.

– То-то и оно, поэтому не стоит переживать о произошедшем, – философски заметил Кот.

И уже направляясь по коридору, мимоходом бросил:

– Валерьянка, похоже, выдохлась. Нулевой эффект.

«Могло быть и хуже», – отозвались мысли Человека внезапно увеличившимся ритмом сердцебиения.

Баланс

Человек с завистью смотрел на дремлющего Кота, который свернулся клубком в шезлонге, прикрыв шерстяной лапой мокрый нос, тем самым предсказывая предстоящие октябрьские холода. Отдых в загородном доме, сопровождаемый коротким бабьим летом, подходил к концу, а едкий дым тлеющих куч осенней листвы напоминал о многих, еще не законченных перед отъездом делах. По наблюдениям Человека, размеренная жизнь Кота здесь, на природе, ничем не отличалась от его квартирного образа жизни и сводилась к двум основным действиям – трапезе и сну, в перерывах между которыми происходили интересные и насыщенные диалоги. Кот не выказывал интереса к человеческим заботам и хлопотам, проявляя удивительную отрешенность от всего происходящего вокруг. Человеку порой казалось, что Кот проживает во сне полную ярких эмоций жизнь, в которой приходилось придаваться отдыху, оказываясь при этом в мире реальном. Вот и сейчас, очнувшись ото сна, Кот полуприкрытыми глазами без интереса наблюдал за тем, как Человек колет дрова.

– Вот я все думаю, – расщепляя очередное полено надвое, сказал Человек,– как тебе удается столько спать?

– А ты сам попробуй. В этом нет ничего трудного, – сладко жмурясь в теплых лучах падающего на шезлонг солнца, ответил Кот.

– Я бы с удовольствием, но дел много. К зиме дом подготовить надо, – ответил на призыв Человек.

– В этом-то все и дело. В твоем извечном «надо». Ты всегда найдешь, чем себя занять. Придумываешь себе какие-то дела. В этом твоя человеческая натура заключается, в постоянном беспокойстве. Творящийся хаос внутри тебя принуждает к постоянному свершению действий, а внутри меня покой и умиротворение. Так что мое состояние только способствует сну, – закончил свое умозаключение Кот, заразительно широко зевнув.

Человек, поймав этот жест боковым зрением, не смог удержаться и подавить внезапно накатившую зевоту. Воткнув топор в колоду, он подошел к свободному шезлонгу и с наслаждением разместился в нем, расслабляя напрягшие от нагрузки мышцы.

– Завидую я тебе, усатый, – искренне сказал Человек. – Мне покой только снится.

– А мне напротив снится беспокойство, – ухмыльнувшись, ответил Кот, – баланс миров, так сказать.

– И что в твоих снах происходит? – заинтересовался Человек.

– Я дрова колю, а ты в шезлонге спишь, – пошутил Кот. – Не все ли равно? Сон – это тоже жизнь, только в несколько иной форме, недостающей нам в реальности.

– Не перестаю удивляться твоему умению философствовать, – прокомментировал Человек размышления Кота, – прямо буддийский монах.

– Может, в своих снах я – он и есть, – предположил Кот.

– Интересно, кто тогда я, – закрыв глаза, мечтательно сказал человек, мысленно возвращаясь к разбросанным дровам, лежащим на увядающей осенней траве…

Блики

Человек, удобно устроившись в любимом шезлонге, умиротворенно наблюдал, как соседский мальчишка, перевесившись через забор, играл с Котом, направляя небольшим зеркальцем в зажатой руке солнечного зайчика на свежескошенный газон. Кот с увлечением и азартом метался вдоль забора, то замирая, готовясь к очередному прыжку, то резво перебирая лапами, пытаясь ухватить постоянно ускользавший золотистый отблеск на зеленой траве. Мальчик весело смеялся, когда Кот упускал из виду солнечного зайчика, недоуменно оглядываясь по сторонам в его поисках, в то время как тот находился на его холке или спине, припекая теплом кошачью шерстку. Эту бесконечную забаву прекратили родители мальчика, позвавшие его к столу обедать. Нехотя, но в приподнятом настроении от веселой игры, мальчик слез с забора и направился в дом.

Кот, отрывисто дыша, подошел к Человеку и тяжело бухнулся в тень, отбрасываемую шезлонгом:

– Уффффф, загонял, – сказал он, переводя дух.

– В какой-то момент я было подумал, что ты веришь в то, что солнечный зайчик можно поймать, – прокомментировал увиденную игру Человек.

– А разве нет?! – пошутил Кот, постепенно восстанавливая нарушенное дыхание.

– Просто ты с таким азартом ловил этот солнечный блик, что я засомневался…э-э-э-м-м-м, – подбирая слова, осекся Человек.

– В моих умственных способностях? – продолжил Кот.

– Что-то вроде того, – смущенно улыбнулся Человек.

– Все-таки ты такой поверхностный, как и большинство людей, – пожурил Человека Кот. – Я не за отражением солнца в зеркале гонялся, а соревновался с мальчиком в быстроте реакции. Азарт был именно в этом.

– Получается, что твой соперник тебя всегда обыгрывал? – спросил Человек.

– Ты делаешь выводы на основе того, что видел. А видел ты исключительно то, что я гоняюсь за солнечным зайчиком. Но я априори его не мог поймать, потому что он нематериален, – поучительно изрек Кот.

– Так чья реакция оказалась быстрее? – не понял Человек.

– Моя, естественно, – невозмутимо ответил Кот, – только лишь нематериальность солнечного блика позволяла мальчику продолжать игру. А так бы она закончилась почти сразу после моего первого прыжка.

– Выходит, вы оба играли в одну игру, преследуя при этом разные цели?

– Положим, цель была одинакова – получить удовольствие от игры. А вот способы достижения ее – разные. Я соревновался, а мальчик, наивно полагая, что я гоняюсь за нематериальным, забавлялся.

– Ты меня запутал своим глубокомыслием, – недовольно заключил Человек. – Выходит, что ты соревновался с соперником, который заведомо считал тебя глупым.

– Да, поэтому я и победил, потому что мальчик меня недооценил, – сказал Кот, поднявшись. – Пойдем на речку сходим. Ты рыбу половишь, а я поем.

– А-а-а-а, вроде как тоже цель одна, а способы достижения разные, да? – догадался Человек.

– Тяжелый случай, – постучал лапой по своей голове Кот и направился к калитке.

Остановившись возле забора, Кот пояснил:

– Не надо искать скрытый смысл там, где его нет.

Стимул

Утром будничного дня Человек, стоя в прихожей, оценивающе поглядел на стены квартиры и, как обычно, испытал неприятное чувство неизбежности предстоящего ремонта. Пространство давно требовало кардинального обновления, но Человек никак не мог решиться и собраться с силами, чтобы положить начало этому этапу своей жизни. Поверхностный подсчет предстоящих денежных и временных затрат, а самое главное, понимание того, что любой ремонт – это грязь, строительный мусор и дискомфорт, делали из Человека приспособленца, который, выбирая из двух зол меньшее, склонялся к привычному, все больше отдаляясь от пугающе бытового. Поскольку в нем не было уверенности, что итог оправдает его ожидания, то и стремление к изменениям сходило на нет.

В очередной раз, испытав саспенс от необходимости ремонта, Человек убедил себя, что в целом все не так уж и плохо выглядит, а он просто слишком придирчив к обоям, местами отходящими от стены, и потрескавшемуся линолеуму. С этими мыслями он окончательно собрался и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь. Кот, в который раз ставший молчаливым наблюдателем происходящей внутренней борьбы Человека с самим собой, деловито прошел в прихожую, внимательно оглядел стены, пол, потолок, после чего сел и задумчиво посмотрел на свои острые когти…

Вечером того же дня, возвращаясь домой, Человек заскочил в строительный магазин за тюбиком универсального клея, укрепившись в уверенности, что в капитальном ремонте нет нужды, достаточно только подклеить отошедшие обои. В приподнятом настроении от найденного компромисса Человек открыл входную дверь в квартиру и остолбенел от увиденного. Стены и пол были размашисто исполосованы длинными глубокими бороздами, из-за чего покрытия во многих местах отходили от поверхности кусками всевозможных форм. Все свисающие и выпирающие отрезы были припорошены крошками штукатурки и известковой пылью, которая заставила Человека поднять голову вверх и почувствовать, как мелкая дрожь пробежала волной по всему телу. На потолке была отчетлива видна запутанная вереница следов кошачьих лап, которая местами переплеталась с беспорядочными мелкими бороздками, явно указывающими на следы от когтей.

– Кот…Ты…Чё…А-ба-а-арзе-е-ел?! – рывками выдохнул Человек, выронив портфель на пол.

Едва уловимой тенью Кот скользнул меж расставленных подгибающихся человеческих ног в незакрытую дверь на лестничную площадку, откуда донеслось короткое:

– Через неделю вернусь.

Человек ошеломленно сполз по торцу двери, усевшись на пол…

Спустя ровно семь дней Человек, удовлетворенно потирая руки, придирчиво разглядывал свою законченную работу. Прихожая преобразилась до неузнаваемости и радовала своей новизной глаза любого скептически настроенного перфекциониста. Дверь на площадку была распахнута, а в самом проеме стоял мешок с остатками строительного мусора, рядом с которым вот уже пять минут отсвечивали два желтых кошачьих глаза.

– Заходи, заходи. Что стоишь? – не глядя на Кота, сказал, улыбаясь, Человек, продолжая любоваться результатами ремонта, – принимай работу!

Кот, плавно ступая по узорчатой керамической мозаике, выложенной на полу, прошел на середину прихожей и восхищенно огляделся. Медленно переведя взгляд на потолок, он удовлетворенно кивнул, оценив его неестественную белизну и ровность.

– Натяжной? – спросил Кот.

– Ага, очень оптимальный вариант. А был уверен, что будет непомерно дорого, – сказал Человек.

– Ну так, страхи от неизвестного. Пока не столкнешься, не узнаешь, – не отрываясь от потолка, прокомментировал Кот.

– Ты это…В общем, спасибо, – отвлекся Человек, немного смущаясь.

– Да, пожалуйста, – жмурясь от солнечного света, ответил Кот, глядя на Человека. – Что там у тебя еще в списке? Океан, кажется, хотел посмотреть?

– Ну, ты махнул, – фыркнул Человек. – Это просто нереально. Ценник неимоверно высокий.

– А ты хоть варианты искать пробовал вообще? – многозначительно спросил Кот и задумчиво посмотрел на свои острые когти…

Идея

Вернувшись домой поздно вечером, Человек застал Кота за просмотром телевизора, звуковой и видеоряд которого беспорядочно менялся от переключения каналов с помощью пульта управления, лежащего рядом с Котом на диване.

– Ты чего это? – удивился Человек, зайдя в комнату и щелкнув выключателем, разогнав вечерние сумерки светом электрической лампы.

Кот, ничего не ответив, продолжал меланхолично переключать каналы, изредка всматриваясь и вслушиваясь в происходящее на большом экране.

– Может, что-то конкретное ищешь? – уточнил Человек, с интересом присев рядом.

– Да. Идею, – не отвлекаясь от просмотра, ответил Кот.

– Для бизнеса? – улыбнувшись, попытался пошутить Человек.

– Вашу идею, – серьезно ответил Кот, разочарованно отодвинув пульт в сторону. – Целый день смотрю, безрезультатно. Ведь это массовое средство вещания, информационный рупор. В каждом доме, считай, есть, а идея не транслируется.

– Да что за идея-то? – так и не понял Человек.

– Та, что вас, людей, объединяет. Делает вас по-настоящему сильными – венцами природы, так сказать, – пояснил Кот.

– Ну, нашел, где искать, – скаламбурил с улыбкой Человек. – В телевизоре ее нет. Точнее сказать, есть, но не та, о которой ты говоришь.

– А где та? – внимательно посмотрев на Человека, спросил Кот.

– Где? – рассеянно повторил Человек. – В книгах, в поступках, словах и мыслях, в интернете в конце концов.

– Какая разрозненность, – с сожалением заметил Кот, – при таком раскладе поиск идеи приводит к тому, что она у каждого будет своя.

– Ну а как иначе? – удивился Человек. – Мы все разные. Значит, и идея должна быть у каждого своя, индивидуальная.

– В таком случае люди так не эволюционировали бы. Шли бы в разные стороны, кто куда. Каждый к своей индивидуальной идее. В итоге не я, а ты сидел бы сейчас в моей квартире и лакал из блюдца свой любимый чай.

Человек скептически хмыкнул, представив эту картину.

– А что ты смеешься? – укоризненно спросил Кот. – Вот назови мне три основных атрибута, определяющие человека?

– Ну если с научной точки зрения, то наличие разума, речи и способность трудиться, – быстро сориентировавшись, ответил Человек.

– Все верно. Но есть еще четвертый, который вас, людей, в совокупности с тремя атрибутами ставит в еще более выгодное положение в сравнении с нами, животными. Вы способны коллективно трудиться, благодаря чему вы смогли сформировать общество и построить целые города. А такой труд может быть объединен только одной идеей, но никак не разными.

Сменив удобную поверхность мягкого дивана на твердую плоскость подоконника, Кот, уже глядя свысока на Человека, уничижительно закончил свою мысль:

– А раз этой общей идеи у вас сейчас нет, то вы стагнируете, если не сказать больше – деградируете.

И, уже отвернувшись, глядя в окно, с грустью добавил:

– Я разочарован.

На этом разговор закончился, и остатки вечера прошли в одностороннем молчании, несмотря на все попытки Человека разговорить уникального философа.

Утром Кота в квартире не было, будто бы испарился, на что указывали закрытые окна и запертая на замок входная дверь. Пустой кошачий лоток и нетронутое молоко в миске, что простояла на столе всю ночь, только усиливали присутствие необъяснимого, рационально указывая на возможное сумасшествие. Не найдя никаких логических оправданий бесследному исчезновению своего домочадца, Человек в смятении собрался на работу и, уже запирая входную дверь на ключ, столкнулся на лестничной клетке с соседом.

– Здорово! Что квелый такой, погода давит? – весело спросил тот.

– Ты кота не видел? – рассеянно спросил Человек вместо ответа.

– У тебя кот был? – переспросил в свою очередь сосед.

– Неважно, – пробормотал Человек, прекратив диалог, сплошь состоящий из вопросов, и не дожидаясь вызванного лифта, спустился вниз по лестнице.

Усиливающуюся мысль о своем возможном безумии он решил опровергнуть, обратившись к свидетелям существования Кота. Судорожно выбрав из списка контактов телефона нужный, Человек нетерпеливо поднес трубку к уху, слушая длинные гудки.

– Привет! Слушай, ты видел кота, когда в последний раз у меня в гостях был? Вы еще котенка для дочки забрали, – торопливо проговорил Человек.

– Здрав будь! – донеслось из трубки, – за котенка еще раз спасибо. Малая не нарадуется. Обещание свое держит, не обижает животинку. А на счет кота вопрос не понял. Это его потомство? А сам он как выглядит, какой породы?

– Ясно, забей. Перезвоню, – мрачно ответил Человек и сбросил вызов.

Несколько дней Человека не покидало ни с чем несравнимое чувство ощущения собственной психической неполноценности, которая развивала страх перед своим собственным внутренним я, таящее в себе, как показала практика, скрытых демонов, способных выкинуть неизвестно какой еще фортель.

Почти лишившись сна в очередную беспокойную ночь, Человек после череды тревожного забытья и бодрствования неожиданно для себя вдруг провалился в глубокий, обволакивающий, словно липкая патока, сон. Он отчетливо видел себя в ослепительно солнечной, невообразимо огромных размеров, комнате, где все предметы мебели и интерьера были гигантских размеров, не давая усомниться в том, что это жилище явно принадлежит какому-то великану. В знакомом до боли кресле, являющейся увеличенной копией кресла, ставшего любимым для Человека в своей квартире, вальяжно восседал Кот. Только это был уже не кот в чистом виде, а человек, в форме, образе и внешности которого явственно угадывались знакомые черты четвероногого. Расплывшись в хитрой улыбке, Кото-человек, поблескивая солнечными искорками прищуренных глаз, неторопливо и поучительно произнес узнаваемым голосом:

– Твои мысли в последние дни совершенно не в ту сторону направлены. На твоем месте я бы беспокоился о другом, а не признаками шизофрении и как ее лечить.

Человек хотел спросить Кота о его иллюзорности, но вместо слов вырвался только жалобный писк. Оторопев от своей физической несостоятельности высказаться, Человек с ужасом перевел взгляд на свои руки, которые оказались мышиными лапками, покрытыми белой меховой шкуркой ровно до кистей нежно-розового оттенка.

– Вот, вот, – ухмыльнулся Кото-человек, – а вместо идеи длинный сизый хвостик. Зато у каждого свой. По-моему, очень логично, не правда ли?

И резко подавшись всем корпусом вперед, не вставая с кресла, начисто стерев ухмылку с лица, с очень серьезным и сосредоточенным лицом, полным тревоги, приглушенно, но в то же время очень четко произнес:

– Пора проснуться, Человек…

Content

Максим Задорин
Рефлексия нерефлексивного

Мотивы

Двигатели

Полигамия

Скрытая привязанность

Сомнения

Эстафета

Инстинкт

Различия

Псевдореальность

Валерьянка

Баланс

Блики

Стимул

Идея