Монастырский Михаил

Был снегопад, или Дорога домой

В конце рабочего дня Рею позвонили из Аспена, небольшого городка его детства в Колорадо, и сообщили, что отец, с которым они не виделись более пятнадцати лет, умирает.

Скорее, заскочив по дороге на автозаправочную станцию, не заезжая домой, где Рея ждала жена Метти с дочерями, он направился к родителю, в надежде застать его живым. Отношения сына с отцом никогда нельзя было назвать хорошими, но спустя столько лет, плохими их уже глупо бы было считать. Зрелый возраст Рея и, несколько лет назад начавшийся, старческий маразм отца обоим были на руку – они не общались.

Был снегопад. Жители шумного города ликовали. Через несколько часов  наступал Новый 2012 год, красочно искрящийся на улицах фейерверками и мигающий цветными лампочками праздничных гирлянд, которые перестали отражаться в тонированных стёклах автомобиля Рея, как только он выехал на заснеженную трассу. Здесь его дожидалась последняя в этом году ночь. Прибавив регулятор печки на одно деление и, сильнее надавив на газ, он представил, как в снежной безветренной мгле постепенно исчезли красные фонари габаритных огней его чёрного Volvo.

Трасса была абсолютно пуста. Крупные хлопья снега, освещаемые ближним светом фар, неторопливо кружили и падали на пути. Зелёные цифры часов на приборной панели показали время – 20:15. Справа на обочине дороги из темноты друг за другом появились два дорожных указателя: один с надписью «Счастливого пути!», другой – указатель расстояния «Аспен – 450 миль». Рей планировал добраться до Аспена к рассвету. Вглядываясь в ночную дорогу, он погрузился в воспоминания. «Завтрашний визит будет уже не таким, каким он был очень-очень давно, когда была жива мама».

Неожиданно на дороге появился одноглазый грузовик, кативший навстречу. Он вернул Рея к реальности. Грузовик моргнул Volvo два раза своим, не перегоревшим левым глазом, и коротко, но громко просигналил. Рей притормозил, сравниваясь с ним, чтобы понять значение сигналов, но тот, не снижая скорости, проехал мимо. Лобовое стекло кабины одноглазого было полностью засыпано снегом, и разглядеть водителя было невозможно. «Видимо, у него не работают дворники, и он боялся со мной столкнуться», – провожая взглядом через боковое зеркало удаляющийся в сторону города грузовик, решил Рей и снова прибавил скорость.

Зелёные цифры часов на приборной панели так и показывали 20:15. Кнопки для установки времени не реагировали на тщательные нажатия, и Рей включил подсветку наручных часов. Циферблат вспыхнул ярко-голубым светом на три секунды, ослепив Рея, и осветив салон машины. Стрелки часов стояли на 20:15. Тогда он достал из кармана куртки мобильник. Связь отсутствовала. Время на экране зависло на 20:15. Оно явно сопротивлялось и не хотело идти. Рей решил, что одновременный сбой всех часов и телефона – это тот самый редкий случай, когда снаряд падает несколько раз в одно и то же место. А ведь он выехал из города не менее часа назад. Тут Рей вспомнил, что сразу не засёк расстояние на спидометре и обнулил счётчик. «Через 5-6 часов буду рядом с отцом. Конечно, теперь он желает меня видеть».

Снег падал под колёса бесшумно летящего Volvo. Словно вязь, мысли Рея, сближающиеся и соединяющиеся одна с другой, связывались в непрерывный узор. Он думал о том, что каждый человек имеет право прожить жизнь так, как ему хочется. О том, что его папаша, по крайней мере, не сделал его таким же, как он сам – не заслужившим у сына ни уважения, ни гордости за отца. У Рея всё было иначе, чем у его друзей. Но их отцы мастерили из сыновей свои копии. «Так может мне повезло, что мой был занят только самим собой, и я всегда был предоставлен себе?» – продолжал размышлять Рей. Он вспомнил, как когда-то при встрече отец, оправдывая себя в своих собственных глазах, назвал отсутствие воспитания воспитанием! Рей, молча, согласился с этим наглым и нелепым объяснением, дабы лишний раз не ранить старика. Да, и к тому времени у него уже были свои дети, которых он никогда не оставлял без внимания больше, чем на время двухнедельной командировки. Согласие сына с «учением» отца тогда приятно утешило деда, ни разу в жизни не нашедшего повода увидеть собственных внучек, а Рей просто перевёл разговор на другую тему и через полчаса укатил от него навсегда за 450 миль. «Я давно похоронил его, а он воскрес, чтобы снова меня пригласить на свои поминки!».

Был снегопад. Крупные хлопья снега, как птичьи перья, всё больше и больше сыпались с чёрного неба. «Будто их специально собирали в корзины и с большой высоты все разом высыпали на землю под Новый год, тщательно ощипав тысячи тысяч подстреленных тушек», – представил Рей, одновременно обратив внимание на спидометр – он уже проехал 159 миль. Зелёные цифры часов, по-прежнему, показывали 20:15. И ни одной встречной или попутной машины. Никого.

Снова справа по обочине из темноты друг за другом показались два дорожных указателя: один с надписью «Счастливого пути!», другой – указатель расстояния «Аспен – 450 миль». «Видимо устали глаза и мне показались те же самые надписи, что и при выезде из города», – объяснил себе Рей и, не сбавляя скорости, пронёсся дальше. Но проехав ещё около получаса, он остановился, и вышел из машины, чтобы немного отдохнуть от дороги.

Ни одной машины. «Ну, кто в такую погоду, да ещё и в новогоднюю ночь поедет на межгород? Только при чрезвычайных обстоятельствах, только». Куртку в один миг засыпал падающий снег. «Как тихо и необычно. Будто этот мир не настоящий. Всё осталось там, позади. Там веселье и радость, праздник и смех».

Расстегнув на брюках ширинку и получая непередаваемое наслаждение от освобождения мочевого пузыря, Рей всматривался в каждую падающую волшебную снежинку. Но вдруг где-то с боку раздался уже знакомый ему короткий и громкий сигнал неожиданно вынырнувшего из чёрной материи одноглазого грузовика. Как в прошлый раз он странно проехал мимо, не сбавляя скорость. Рей даже забыл о мочеиспускании. Он опять не смог разглядеть водителя, но заметил, что лобовое стекло кабины действительно полностью засыпано снегом. Рей, недоумевая, смотрел ему вслед.

Проехав ещё минут десять, он включил музыку, пытаясь выкинуть из головы мысли о необычном грузовике, но на первой же песне (это был любимый с юности "Nazaret") Рей выключил магнитофон, решив, что в тишине ехать лучше.

«Но мы же с ним не едем по кругу? Чушь какая-то! Просто точно такой  грузовик ехал оттуда же откуда и первый. И в том же направлении. И лампочки правых фар у них тоже одновременно перегорели, так же как и у меня сейчас зависли трое часов».

Рей снова посмотрел на часы. 20:15.

Был снегопад, и он не собирался заканчиваться. Рей знал, что недалеко уже известный каждому, проезжавшему хоть раз по этой дороге, одинокий отель «Белый волк». «Там я выпью чашечку кофе и узнаю точное время, – запланировал Рей. – Наверняка уже за полночь».

Он вспомнил как ещё двадцать, нет, ровно двадцать четыре года назад, шумной компанией друзей они останавливались в этом отеле. Некоторые из них уже на том свете. Рон, Тод, Брюс, Сара и Хелен. С каждым годом имена только прибавляются. Тогда в «Белом волке» они смеялись и отрывались пару дней, это был 1988 год. Будто это было вчера. С остальными друзьями у Рея, как и у всех, встречи теперь только случайны. «Нет, надо чаще встречаться! – пришёл к выводу Рей. – Обязательно! Вот вернусь и соберу всех у себя дома, даю слово! Хочу увидеть всех вместе!»

Скорость была высока. Сейчас Рей наслаждался видом необыкновенных белоснежных хлопьев, освещаемых летящим по трассе Volvo, и украшающих его путь. И тут снова справа из темноты друг за другом показались два дорожных указателя: один с надписью «Счастливого пути!», другой – указатель расстояния «Аспен – 450 миль». Стоп!!! Рей резко ударил по тормозам, машину кинуло в сторону, она завиляла, но не слетела в кювет. Рей чудом удержал её на дороге. Но сейчас, ни это было для него важно! Быстро включив заднюю скорость, он резко сдал назад, так что через секунды оба указателя оказались перед ним в нескольких метрах от передних фар. Рей щёлкнул дальний свет и обомлел. Это были те же самые указатели, которые он видел, выехав из города!

Сознание Рея спуталось, ему стало дурно. В висках застучала кровь, сбилось дыхание. Всё неожиданно смешалось. Машина вдруг дёрнулась, двигатель внезапно завизжал и заглох. Тьма поглотила свет и автомобиль с находящимся в нём человеком. Рей осторожно протянул руку вперёд и на ощупь повернул ключ зажигания. Фары вспыхнули, Volvo откликнулась рёвом и бросилась с пробуксовкой вперёд. Бешено набирая скорость, Рей в ужасе мчался в «Белый волк», только там он найдёт объяснение происходящему.

Вдалеке блеснул огонёк. «Это, конечно же, «Белый волк», я точно знаю, – твердил себе Рей. – Всё хорошо, всё хорошо». Он ездил по этой дороге ни один раз и прекрасно знал расстояние от города до отеля. И тут он вспомнил жену и дочерей. «Какое счастье, что они есть у меня! Перед отъездом я только и успел поговорить с ними пару минут по телефону…».

Volvo заехал под огромную вывеску «Белый волк», освещавшую мерцающим оранжевым светом территорию парковочной стоянки. Здесь стояла пара машин, полностью заваленных снегом. В окнах кафе Рей заметил нескольких ликующих, судя по их жестам, людей. «У них Новый год!», – раздражённо он сказал себе вслух, взяв с передней панели телефон, и посмотрев на его экран. Мобильная связь не появилась, а часы упрямо показывали 20:15. Выключив двигатель, Рей вышел из машины, захлопнул дверь, и поставил Volvo на сигнализацию. Она в ответ пикнула и пару раз моргнула фарами.

С чёрного неба продолжал падать ослепительно белый снег. Рей внимательно вглядывался в каждую чарующую его снежинку. «Всё равно будто этот мир не настоящий. Всё осталось там, позади. Здесь веселье и радость, праздник и смех». Рей  был безумно довольный. Глубоко вдохнув свежего воздуха, он направился к ночному кафе, но остановился у одного из окон.

Ему показалось, что он увидел парня очень похожего на его, погибшего в 93-м году друга Брюса. Рей приблизился к стеклу и внимательно посмотрел в зал кафе. За большим столом сидели его умершие друзья – Тод, Рон, Сара и Хелен! Они выпивали и дурачились точно так, как тогда, двадцать четыре года назад.

В глазах потемнело, и сознание Рея снова дало сбой. Мозг не мог объяснить увиденное. Рей начал пятиться назад, но Брюс заметил его и стал указывать обеими руками в сторону друга. Все радостно закричали и бросились к окну, у которого оцепенел Рей. Они смеялись, корчили ему рожи и звали скорее зайти в кафе.

Рука машинально доставала из кармана ключ от Volvo, но вдруг  знакомый короткий и громкий сигнал, раздавшийся прямо за спиной окончательно напугал Рея. Он выронил ключ и, обернувшись, увидел рядом с собой одноглазый грузовик. Лобовое стекло было полностью засыпано снегом. Дверь кабины медленно отворилась, и из неё вышел его отец.

– Привет, – сказал он, подойдя к сыну. – А мы тебя ждём, пойдём вовнутрь, тут холодно. Твои друзья будут рады тебе.

Рей, дабы не тревожить старика своим волнением, молча, согласился. А за столом он узнал, что вчера в 20:15, когда выехал из города на трассу, у него случился инфаркт. Рей умер в машине, остановившись у края обочины прямо перед двумя дорожными указателями: один с надписью «Счастливого пути!», другой – указатель расстояния «Аспен – 450 миль». Когда был снегопад…

Архивная справка из местной газеты: «Отель «Белый волк» был закрыт в 1990 году и в течение следующего года был снесён, в связи с нерентабельностью заведения».

P.S. Даже не думай парковаться здесь!

Content

Монастырский Михаил Был снегопад, или Дорога домой