Князев, не беси!

Кира Ланвин

Подростковая проза

Короткий любовный роман

В тексте есть: студенты, первая любовь, противостояние характеров

— Так, стоп. Ты вроде должен был моё прощение вымаливать. А в итоге что?

— Вымаливать?

— Конечно. У меня, может, психическая травма на всю жизнь после твоих воплей и угроз. Может, ты мне в кошмарах снишься. Где компенсация?

— И что же тебе снится?

А снились мне вовсе не кошмары.

— Ого. Кажется, это мне пора жаловаться. Даже думать боюсь, что ты там такое себе представляешь.

Я запыхтела, как паровоз, не в силах подобрать слов.

— Тише-тише! Я пошутил. Всё. В качестве компенсации предлагаю свидание, — выдал он с самодовольной ухмылочкой.

— Ты серьезно? Свидание? С тобой?

1

Восемь месяцев назад…

— Ты всё поняла? — спросил симпатичный, но отбитый на всю голову парень, наклонился ко мне и замер, едва не коснувшись ледяным, уверена, кончиком носа моего носа. — Повторять не нужно?

Покрытые инеем, как и у меня, длинные ресницы. Глаза свои сощурил, брови почти образовали монобровь — так сильно хмурился. Пугал своим видом, ростом ненормальным. Переросток неадекватный… Всё настроение мне испортил, душу наизнанку вывернул, а причину своего гнева так и не назвал. Точно — псих!

— Всё поняла, — согласилась я быстро, больше не желая выслушивать бред от него.

Ощутила, как по щеке покатилась горячая, так сильно контрастирующая с морозом, слеза. Всё-таки не сдержалась. Поспешно опустила голову, чтобы он не заметил. Я тут до смерти замерзну, если он не отстанет. Гад. Скорее бы ушел уже.

— Иди давай, что встала? Чтобы здесь тебя больше никто не видел. И ещё раз услышу от Кристины, что ты ей пишешь или приезжаешь — найду тебя и будем говорить «по-плохому». Ясно?

— Ясно! — крикнула я и побежала прочь, лишь бы это уже закончилось. Можно подумать, сейчас мы говорили «по-хорошему».

Холод щипал лицо и конечности, пронизывающий ветер пробирался в рукава, кусал спину, грудь. Добежала до киоска на остановке, хотела зайти, хоть немного согреться, но все как сговорились! На двери висела табличка, гласящая о перерыве. Замечательно!

Внутри бушевали обида, горечь и страх. Сейчас бы в тепло. Где же Крис? Почему её телефон весь день недоступен? Утром я сказала ей, что скоро приеду. Правда, не сказала, что это случится уже сегодня. Неужели этот придурок, что угрожал мне только что, не соврал, и подруга не хочет больше видеть меня… Но почему? Мы ведь даже не ссорились никогда, кажется. Надо дождаться, когда парень уйдет от её подъезда и вернуться туда. Может быть, Кристина приедет прямо сейчас. А вдруг она дома и просто не открывает… Да нет, она бы так не стала поступать со мной. Тут явно что-то не то, какая-то ошибка. Мы точно поговорим с ней, решим всё. Я согреюсь. Только бы психованный ушел скорее! Мне ведь даже некуда идти теперь, а уже ночь. В такой мороз во дворах почти никого нет. Только я, странный тип — якобы друг Кристины, иногда быстро пробегающие прохожие, и люди, вышедшие на пару минут для прогулки с собакой.

А что, если моя горячо любимая лучшая подруга не приедет? Что же делать? Вот так сюрприз я устроила накануне каникул, которые начинались уже завтра. А какой сюрприз ожидал меня здесь… Дура пустоголовая! Можно же было раньше пополнить баланс телефона и набрать Кристине, сообщить, что дома скандал и я мчусь к ней. Но в голове был такой кавардак, что я даже до такого простого действия не додумалась. А потом долгое время отсутствовала связь, пока теплый автобус вёз меня по трассе, а за окнами проносились заснеженные поля, деревья и другие автомобили.

Я потихоньку вернулась во двор и осмотрелась. Парень, наконец, ушел, а я бросилась к подъезду. С трудом, дрожащими пальцами ткнула нужный номер квартиры в домофоне: вдруг она уже зашла домой, пока я не видела. Но вызов снова остался без ответа. Паника обступила со всех сторон, сжала сердце болезненно: мне некуда идти! Неужели придется пробиваться в какой-нибудь подъезд и ночевать там? Да за что мне это? А если полиция? Они же меня в участок заберут, несовершеннолетнюю. Горькие слезы застелили глаза, покатились вниз, замирая на подбородке, быстро замерзая. Я поспешно стирала их, шмыгала носом. Пока вдруг не вздрогнула, услышав вновь злой голос рядом. Слезы сами собой застелили глаза.

— Ты почему до сих пор здесь?

Ну всё, парень, теперь держись. Хуже уже точно не будет. Эффект неожиданности в этот раз на меня уже не подействовал.

И в этот момент родной голос всколыхнул неверие и отчаянную радость. Кристина!

— Ребята, вы что тут стоите? Холод такой! Варь, родная, ты как тут оказалась? — начала она расспрос, поочередно обнимая нас. Сначала меня, затем и психа. — Ты плачешь? Варечка, милая, да что случилось?

Я горестно всхлипнула и злобно посмотрела на парня. Его глаза округлились, как бы не выпали. И выглядел он очень ошарашенно. Ну надо же. Что это его удивило?

— Варя? Тебя зовут Варя? Не Катя? — переспросил он.

Эмоции на его лице сменяли друг друга. Удивление, неверие, шок. Меня же трясло от холода и нервов, и я мечтала лишь об одном — быстрее в тепло! Залезть под горячий душ, залить в себя пару кружек горячего чая и спрятаться под тяжелое, теплое одеяло.

— Вот блин! Что же я наделала! Варя, Даня, я сейчас всё объясню! Только давайте зайдём, а то у меня сейчас уши и нос отвалятся!

— Чёрт… — покачал головой этот Даня. — Я очень извиняюсь, Варя. Я спутал тебя с другим человеком. Мне очень-очень жаль.

Выглядел он, и правда, очень раскаивающимся. Но обида говорила, нет, буквально орала во мне и я озвучила то, что она мне твердила.

— Не прощу! — воскликнула я гневно, и протиснулась внутрь подъезда, дверь которого только что распахнула Крис. — Даже не надейся!

2

Я побежала на лестницу, громко шелестя пакетом, но Крис схватила меня за рукав.

— Ключи, Варь, — сказала она, протягивая звенящую связку. — Дома никого нет. Я сейчас приду.

Я схватила их и понеслась наверх, на последний этаж пятиэтажки. Заледеневшие ноги жгло, слезы мешали видеть ступеньки, но я не останавливалась. Еле открыла квартиру, разделась, бросила огромный пакет с вещами в комнату Крис, только достала из него футболку и штаны домашние, полотенце. И забежала в ванную. Как же всё болит! И тело, и душа, в которую так гадко плюнули и растоптали. В зеркале увидела, что губы посинели. Неудивительно, у меня зуб на зуб не попадал, так сильно дрожала. Я залезла в ванную и включила теплую воду, которая пока казалась кипятком. Даже пришлось сделать её холоднее. В итоге разрыдалась от всего, что произошло сегодня.

Спустя полчаса, я выползла оттуда. Согревшаяся, почти спокойная, но жутко уставшая, голодная и дико желающая обняться с подушкой. Ощутив запах чего-то жареного, мгновенно свело желудок и я пошла на кухню, по дороге прихватив контейнер с эклерами, что купила для подруги.

— Крис, — шепнула я, увидев девушку у плиты, стоящую ко мне лицом и бросилась обнимать подругу.

То, что мы на улице обнялись — вообще не то. А вот сейчас да, те самые, теплые, родные, согревающие насквозь объятия лучших подруг.

— Варька, — вдруг серьезным голосом произнесла Крис, когда отстранилась. Её руки остались на моих плечах. — Даня хороший парень, правда. Очень хороший. Я знаю, что он тебе гадостей наговорил, но это моя вина. Я его попросила.

Мои брови поползли вверх, и я ошарашенно спросила, хлопая ресницами:

— Зачем? — и добавила более шутливо: — Какое зло я тебе сделала?

— Да не ты, Варь. Стерва из параллельного класса — Катька — грозила мою переписку с одним парнем, старую, слить Олегу. А он мне нравится, очень, ты же знаешь.

— Ага, знаю, — ответила я и присела на табуретку.

Похоже, рассказ будет занимательным. Кристина продолжила, параллельно подвинув ко мне горячий чай и тарелку с жареной картошкой, от которой ещё шёл пар. Я сложила руки в благодарном жесте, чтобы не перебивать и не мешать. Налетела на еду.

— Эта Катя грозила, что изменит на скринах дату и вывернет все так, будто я на днях с тем парнем переписывалась, а не летом. А Олег же капец ревнивый. Но, — Кристина сделала глоток чая, усаживаясь напротив. — Она предложила вариант. Я должна была свести её с Даней, и тогда бы она всё удалила.

— Страсти какие. А откуда у нее эти скрины?

— Так тот парень и отправил, с которым переписывалась. Так что, Варь, никаких компрометирующих переписок. Лучше уж вживую что-то сделать или сказать, чем вот так.

— Вот же гады!

— Да вообще, — согласилась подруга, убирая в хвост длинные волосы. — В общем, я рассказала об этом Дане. Мы же с ним уже давно дружим, в одном дворе жили, пока он не переехал, общаемся. И он согласился встретиться с Катей и предложил её припугнуть, чтобы больше и ко мне не лезла, и в его сторону не смотрела. Они договорились увидеться сегодня вечером, возле моего дома. Но вместо Кати пришла ты.

— Какая прелесть, — буркнула я. — Уровень везения зашкаливает просто. А что с перепиской? Раз Катя не пришла, значит, до сих пор вопрос не решён? Может быть, я могу чем-то помочь?

Кристина самодовольно улыбнулась.

— Я уже всё решила. Больше эта гадина лезть не станет. С девчонками ее после школы встретили, поговорили. Я не первая, с кем она такое провернуть пыталась. Разговорились с ними, проучили немного, — кровожадно сказала Крис, разрезая помидорку черри на две части. Мне даже не по себе стало, а она продолжила добродушно. — Вот я и задержалась. И ещё телефон сел, зараза. На морозе сразу отключается.

— Эм, Кристина, а девочка-то живая? В школу ходить сможет? — спросила я с сомнением.

— Ох, Варь, ты меня за кого принимаешь? Я сам ангел во плоти и в перьях! — воскликнула она с улыбкой. — Всё с ней нормально. Наорали, припугнули и обошлись без рукоприкладства.

Я выдохнула. А то, оказывается, дыхание даже задерживала.

— Вот и славно, — улыбнулась я, и улыбка тут же сползла, как только в голове снова зазвучали гадкие слова. — Прости, но твой Даня — псих. Ты только представь, как я испугалась. Ко мне ночью подходит какой-то амбал и начинает унижать. Говорил, что никогда даже в мою сторону не посмотрит, что я такая-сякая, лживая и плохая и что мне ничего не светит. Я даже решила сперва, что он из дурки сбежал или под чем-то. Но ведь он тебя упомянул, и от этого стало ещё хуже. Никак не могла принять, что вы знакомы. Столько всего передумала, пока там стояла. И что он не отстанет, и что ты на меня за что-то дуешься.

Кристина плюхнулась рядом и сжала меня в объятиях.

— Прости-прости-прости! — протараторила она и села рядом, взяв за руку. — Я не хотела, чтоб так получилось. Надо же, а, как все совпало! Даня переживает, прощения просит. Ему жаль, — она сделала скорбное лицо. — Так ты знаешь, я ведь ему ещё сказала, что Катя будет прикидываться, что она ни при делах и что она будет играть роль невероятной скромняги, вот он и давил.

— А зачем скромняги? — не поняла я.

— Ну сказали ей подружки, что учатся с ним в универе, что он на скромных ведётся.

— Понятно, — ответила я и взялась за кружку, чтобы допить чай. — А родители у тебя где?

— Мама в деревне, папа к бабушке уехал на несколько дней. Стоп. Варь, а ты-то почему тут? Разве у вас не будет завтра Зимнего бала?

— Будет, но я не собиралась туда идти.

— В смысле? У нас же выпускной класс. Надо успеть всё посетить, чтоб остались приятные воспоминания. С парнями потанцевать, отдохнуть, все дела.

Я опустила взгляд в кружку. Ладно.

— Да с мачехой разругалась. Думала, что побуду немного у мамы, а потом к тебе поеду.

— Так. Что ей опять надо?

— Да всё как обычно. Хочет, чтобы я уехала скорее и перестала сидеть на их шее. Как бы выпускного дождаться и поступления. Я уже нашла универ с бесплатным общежитием и достаточным количеством мест. Надо любой ценой поступить на бюджет.

— Ох. Но Варь, думаю, у тебя всё получится. Даже не сомневайся. Осталось восемь месяцев и свобода. Даже меньше, в июне же экзамены все сдашь и уже свободнее будешь.

— Ты права. Дожить бы.

— Доживёшь, — заявила Кристина уверенно. — Ты к маме, а она что? Опять не дома?

— Почти.

И я поведала ей ещё одну прекрасную историю, подтверждающую моё просто колоссальное везение.

— Мама сказала, что я могу приехать к ней на несколько дней. Три часа на автобусе, и вот я на месте. Зная, как её муж не любит посторонних в доме, хотела остаться на пару дней, а после уже к тебе, как договаривались.

3

За пару часов до той самой встречи с «психом»

Когда я постучала в дверь и на пороге возникла мама, я сразу поняла: меня не ждали.

— Варюша? Привет! А ты что тут делаешь? — спросила удивлённо она.

— Привет, ты же меня в гости позвала. Ты забыла? — спросила я осторожно.

Рядом возник Александр. Он приветливо улыбнулся.

— О, Варвара, проходи! Что в дверях стоишь? Лена не говорила, что ты приедешь. Чай будешь? Мы тут буквально на чемоданах, но, если ты голодная, можем по-быстрому пельмени сварить.

Он всегда ко мне относился по-доброму. Поэтому до сих пор не могу поверить, что его раздражает мое присутствие. Такое чувство, что это маме не нравится, когда я к ним приезжаю, но сказать об этом она мне не может прямо, вот и прикрывается Александром.

Спасибо ему, от матери я приглашения не дождалась. Она уже убежала, видимо, продолжать сборы. Да, быстро она исчерпала запас нежностей для дочери, с которой не виделась с начала учебного года.

— Забегай, у нас ещё полчаса есть. Потом на такси в аэропорт. Ну, как у тебя дела? — скороговоркой проговорил муж мамы, забирая мой пакет с вещами и помогая снять пуховик.

— Спасибо! У меня всё хорошо. А вы куда собрались? — спросила в спину, по пути на кухню.

— На море, Варь. Решили праздники там провести. Хотели раньше, но с работой не получилось. Надеюсь, в следующем году у тебя будет меньше дел, и ты тоже сможешь полететь.

Мои брови взлетели. Дел? Ну да, ну да. Я же вся такая занятая, аж самой страшно. В этот момент мама зашла на кухню и я с вопросом посмотрела на неё. Она прочистила горло, отвела взгляд.

— Саш, ну всё, я тогда одеваться пошла. Всё вроде готово, — сказала она неуверенно, не глядя на меня.

Ну мама, ну молодец. Так ловко от меня отвертелась. Но я уже не слишком удивляюсь, ничего нового.

— Лен, иди, конечно. Мы вещи уже на сто раз проверили. Собирайся спокойно.

И она быстренько ретировалась.

— Ой, да, дядь Саш, конец года выдался сложным. Контрольные, к экзаменам уже готовиться начинаю. Но мы как-нибудь вместе обязательно слетаем на отдых.

— Буду рад. И Ксюша обрадуется, она часто о тебе спрашивает. В Инстаграме на тебя подписалась.

— Здорово, да, я видела. Мы иногда общаемся. А она не летит?

Передо мной на стол опустилась кружка с радужным пони. Ксюше, моей сводной сестре, в этом году уже исполнилось восемь. Я не слишком вникала в её жизнь, как и она в мою, но иногда мы и правда списывались или обменивались мемасиками.

— Нет, с бабушкой останется. У нее все праздники выступления в театре, не хочет пропустить.

— Понятно. А ваш сын?

Александр нахмурился.

— Он даже слушать не стал. Мы общаемся, конечно, но он парень упрямый, самостоятельный. Каникулы с отцом не для него. Да и он больше с матерью всегда был, а потом и вовсе съехал, один живёт.

А я бы вот с радостью поехала. Только меня никто не спросил.

— Варь, как у тебя с деньгами? Помощь нужна?

Я отрицательно покачала головой. Мама, когда с Александром сошлась, строго-настрого запретила брать у него деньги. Сказала, чтобы с этим вопросом я обращалась к отцу. Да я и не навязывалась. Когда узнала, что у мамы ребенок будет, Ксюша, так и осталась жить с папой в нашем поселке городского типа. Вроде и не деревня, но ещё и не город.

Мы ещё немного поболтали, пока не прилетела мама в панике и не позвала мужа помочь найти что-то. Я допила чай с печеньем, глядя на веселого пучеглазого парнокопытного. Вздохнула. Ну и ладно, подольше у Кристины побуду, она только обрадуется. Сегодня не созванивались с ней, я хотела написать, как буду у мамы. Но, раз я здесь не остаюсь, надо позвонить, предупредить, что приеду скоро. Достала телефон, нашла номер в журнале вызовов. В трубке услышала лишь, что абонент недоступен. Что ж, пусть мой визит станет сюрпризом, приеду так.

— Спасибо за гостеприимство, я поеду, — сказала я, закутываясь в огромный шарф.

— Да, конечно, — с облегчением сказала мама, оказавшись рядом. — Мы вернёмся через десять дней, приезжай в гости.

— Обязательно, — улыбнулась я, теребя серьгу в ухе. — Дядь Саш, пока.

— Варя, тебе может такси вызвать? — спросил он.

— Да ну бросьте, так доеду.

— Ну смотри, не простудись только. Болеть в праздники очень грустно, — заметил он.

— Согласна.

Мороз защипал нос, и я тут же зарылась лицом в шарф. Ресницы покрылись инеем. Ну и холод сегодня, даже дышать трудно. Забежала в супермаркет, что был с другой стороны дома, купила эклеры со сливочным кремом и понеслась, едва ли не вприпрыжку, на остановку. Эх, а мама сегодня уже в тепле будет. И я бы не отказалась в морюшке искупаться и на пляже поваляться. Ну ничего, успею ещё. Только бы не отморозить себе сегодня ничего. Ещё и трамвай долго не ехал, и мне пришлось скакать на льду, чтобы ноги не окоченели. Наконец, приехал вагончик, в который я радостно забежала, наперевес с сумкой с вещами. Только радость моя длилась недолго — в салоне стоял такой же холод, как на улице. Что-то с печками случилось. И ещё плюс один в моё везение. Или минус один — я уже запуталась, как считать. Бедные сотрудники, и как они только работают в таких условиях.

До остановки рядом с домом Крис доехали минут за двадцать. Уже окончательно стемнело, только белый снег искрился в свете фонарей, и переливались гирлянды на стендах и магазинах, на обрезанных тополях и в окнах домов. Они дарили ощущение праздника, и на душе становилось светлее, глядя на веселые огоньки.

Я уже предвкушала, как заберусь в горячую ванну и буду сидеть там до тех пор, пока ноги и руки не перестанет щипать и я не забуду об этом как о страшном сне. По дороге не раз пыталась дозвониться, но все без толку: абонент снова и снова недоступен. И куда же она запропастилась? Может, с телефоном что-то произошло? В любом случае, я уже на месте и надо звонить в домофон.

Я снова и снова нажимала кнопки с номером квартиры, но никто не отвечал. Неужели ее, и правда, нет дома? И почему я была уверена, что она никуда не уедет? Я же ей сказала, чтобы в гости ждала… в ближайшие дни. Вот засада. Блин, везение, за что ты так со мной? Где я так провинилась…

— Привет, — услышала мужской голос рядом, и отвлеклась от созерцания носков своих ботинок, яростно пинающих затвердевший снежный завал. — Ты же подруга Кристины, да?

4

Я удивлённо моргнула, хорошо хоть глаза ещё не превратились в ледышки, и кивнула.

— Да, подруга. А что случилось? — спросила озадаченно, надеясь, что с Кристиной все хорошо, едва не стуча зубами.

— И я её друг. Ты же хотела со мной познакомиться?

Моя челюсть приготовилась удариться об лёд, но вовремя передумала — слишком болезненная рисовалась перспектива.

— Да? — спросила с сомнением.

— Да ладно тебе, можешь не притворятся. Крис всё о тебе рассказала, — сообщил парень, и вид у него стал устрашающим.

— Как ин-интересно, — ну вот, зубы всё же начали стучать.

Я оглянулась по сторонам — в такой мороз людей на улице почти не было. Зато есть такой простор — беги куда угодно. Парень сделал большой шаг и оказался близко. Слишком близко. Я задрала голову. Хотела закрыться, обнять себя, но руки не слушались. И чего ему от меня надо? И с чего вдруг Кристина ему про меня рассказать решила? Неужто моей личной жизнью опять обеспокоилась? Точнее, её отсутствием. А если ещё точнее — личная жизнь у меня была, но в одиночестве.

— И что же она тебе сказала обо мне? — спросила, мысленно ругая подругу за длинный язык и за то, что не додумалась меня поставить в известность о своих планах.

И вообще, как она узнала, что я к ней сегодня приеду? Пробудились способности экстрасенса и провидца, а она мне об этом сообщить забыла?

— Да много всего. Что ты милая, симпатичная. Но только с виду. А на деле ты редкостная дрянь, — последние слова он буквально выплюнул, припечатал ими, напугал.

Я с трудом поморгала, ресницы были такими тяжёлыми. Пора бежать! Я сделала шаг, но он схватил меня под локоть.

— Не так быстро, дорогая. Ты, конечно, и правда, хорошенькая, даже в таком виде. Но я вижу тебя насквозь. Какого хрена ты к Кристине привязалась? Достала уже. И я тебе зачем? Думаешь, я на твою внешность поведусь?

Кажется, парень тяжело ударился головой, а помощь не принял и не оказали. Иначе как объяснить тот бред, что летит из его рта?

— Прошу прощения, но я не хотела с Вами знакомиться и не понимаю, что Вам надо от меня, — сказала я и развела руками. — Диалога у нас не получается, так что давайте попрощаемся и разойдемся. Я здесь подожду, а Вам бы в… — хотелось назвать одно место, но опасненько. — А Вам бы домой. Отдохнуть, успокоиться, согреться.

Я сама обалдела от своего красноречия, но стресс порой непредсказуемо управлял мозгом.

— Кажется, ты не поняла. Свали отсюда и близко не подходи. Кристину не трогай, она моя подруга, и я за нее любому голову оторву. И не посмотрю, что ты девчонка. Мордашка у тебя смазливая, но твои действия… Займись лучше учебой. А сейчас вали отсюда, — буквально прорычал он и стал давить меня к холодной стене шагами.

Он ещё что-то говорил в извращённой форме о нравственности, человечности, сострадании, параллельно не прекращая идти на меня и сыпать оскорблениями. Гад. Чтоб тебя… Я вдруг поняла, что перед глазами всё расплывается. Так страшно стало, так жалко себя. Столько всего разом, и этот придурок вдобавок.

Я шагнула в сторону. И ещё раз, чтобы было место для побега.

— Ты всё поняла? — спросил симпатичный, но отбитый на всю голову парень, наклонился ко мне и замер, едва не коснувшись ледяным, уверена, кончиком носа моего носа. — Повторять не нужно?

Покрытые инеем, как и у меня, длинные ресницы. Глаза свои сощурил, брови почти образовали монобровь — так сильно хмурился. Пугал своим видом, ростом ненормальным. Переросток неадекватный… Всё настроение мне испортил, которого и так не было, душу наизнанку вывернул, а причину своего гнева так и не назвал. Точно — псих!

— Всё поняла, — согласилась я быстро, больше не желая выслушивать бред от него.

Ощутила, как по щеке покатилась горячая, так сильно контрастирующая с морозом, слеза. Всё-таки не сдержалась. Поспешно опустила голову, чтобы он не заметил. Я тут до смерти замерзну, если он не отстанет. Гад. Скорее бы ушел уже.

— Иди давай, что встала? Чтобы здесь тебя больше никто не видел. И ещё раз услышу от Кристины, что ты ей пишешь или приезжаешь — найду тебя и будем говорить «по-плохому». Ясно?

— Ясно! — крикнула я и побежала прочь, лишь бы это уже закончилось. Можно подумать, сейчас мы говорили «по-хорошему».

Вот же ж. И что теперь делать? Денег с собой нет почти, даже в гостиницу не поехать…

Ну а дальше вы знаете. Кристина подоспела вовремя.

* * *

Когда-нибудь и мне удача улыбнется. Наверное. А пока вот такая дребедень происходит в моей жизни. Ну ничего. Скоро кончится школа, начнется новая жизнь. Осталось только сдать хорошо экзамены и поступить. С этим я точно справлюсь.

5

Спустя восемь месяцев после встречи с ДанейПочтиПсихом

— Пойдём, — настойчиво произнесла Кристина, взяла меня за руку и потянула за собой к большому зеркалу в прихожей.

Я поплелась за ней, с сожалением поглядывая в сторону кровати с теплым одеялом и мягкой подушкой. Последние сорок минут я убеждала подругу, что лучше останусь и посплю лишний часик, чем идти на улицу. Но её было не убедить. Она договорилась о встрече с Даней, который, судя по всему, ей очень нравился. Иначе как объяснить её настойчивость? Говорит, что её друзья должны общаться друг с другом. И будь там любой другой её приятель, я бы с радостью, но этот… Я помню, что те гадости предназначались не мне. Но сказаны они были мне в лицо, со злостью и презрением. Вот как я теперь должна смотреть в его честное, самоотверженное лицо?

— Не хочу идти, — уже ни на что не надеясь, уныло повторила я. — Не хо-чу. Крис, это насилие над человеком, покушение на свободу личности. Оставь меня в покое, я лучше посплю.

Кристина только отмахнулась, решительно мотнув головой, и принялась густо красить ресницы, размашисто орудуя кисточкой с пушистой щетиной. Я с трудом подавила зевок и устало потерла глаза.

— Нет, Варя. Хватит прятаться. Надо смотреть в глаза своим страхам. Мы просто погуляем все вместе и всё, — закончила она с ресницами и перевела взгляд на моё отражение. — Он симпатичный, адекватный парень. К тому же, это просто прогулка, так что не переживай. Я уверена, вы познакомитесь чуть лучше и обязательно понравитесь друг другу. А тебе не стоит вечно сидеть в ракушке. Вот-вот учеба начнется, нужно хоть немного развеяться, пока есть время. Да и как ты потом общаться будешь в универе? Надо развивать коммуникативные навыки.

— Да иди ты, Крис, — беззлобно отправила подругу. — Можно подумать, у меня с общением проблемы. Нормально всё у меня. Нормально. И без Дани будет только лучше. Но раз уж ты настаиваешь, я составлю тебе компанию, — согласилась я, вздыхая. — И вообще, кто тебе сказал, что я его боюсь? Глупости. Он же не маньяк, — пробормотала я.

— Ну вот и славно!

Кристина широко улыбнулась мне в отражении, а после вновь сосредоточилась на макияже. Тогда я отправилась на кухню, где налила себе крепкий чай в большую кружку, чтобы хоть как-то взбодриться. И сделала мысленную пометку — по пути обратно купить кофе. Присела на угловой диванчик и, прикрыв глаза, осторожно пила горячий напиток, пока Кристина не позвала. Пришлось выливать остатки в раковину и идти к ней.

— Я почти готова. А ты?

Я безразлично пожала плечами, на что подруга только покачала головой, воздержавшись от комментариев, зная, что это бесполезно. Глядя в большое зеркало, она нанесла вишневый блеск на губы и поправила свое лёгкое синее платье, которое едва доходило до середины бедра. Я не стала краситься, только расчесала слегка волнистые волосы. Всё равно мои веснушки, усыпавшие нос и скулы, толком не замаскировать, а тонну косметики накладывать не хочется. Кристина говорит, что веснушки сейчас в моде и некоторые даже рисуют их на лице. А ещё круги под глазами таинственным образом подчёркивают глубину глаз. Ну да, ну да. Мне такая мода не по душе, так что с удовольствием и бесплатно отсыпала бы всем желающим этого «добра». Ресницы тоже не стала трогать, ими я гордилась. Длинные и густые — вот они-то точно подчёркивали зелёный цвет моих глаз. А губы… К чему привлекать к ним лишнее внимание сегодня?

Уже обувшись, Кристина схватила с высокой тумбы бутылочку причудливой формы с парфюмерной водой, которую она называла «фруктовый взрыв» и брызнула сначала на себя, а потом и на меня. Я не стала возмущаться, аромат был сладким, сочным и очень приятным. Он очень подходил уходящему лету. Я ещё раз с тоской взглянула в сторону спальни и пошла за Кристиной.

Солнце пробивалось сквозь ещё зелёные листья берёзы, что росла прямо у подъезда. Оно ослепляюще искрилось в мелких лужах. Я с удовольствием вдохнула прогревшийся, чуть влажный, пряный воздух. Подошвы моих кроссовок поскрипывали на влажном песке и камушках, что скопились у бордюра, а цокот каблуков Кристины сплетался с шелестом листьев от налетевшего ветра и звонким щебетом птиц. Обойдя пятиэтажку, мы оказались на пятачке с детской площадкой, почти полностью залитой солнцем. Ранним воскресным утром детишки с родителями ещё не выбрались на улицу, и было очень спокойно и тихо. Даже гул автомобилей звучал словно приглушённо и совсем не мешал. Пустые разноцветные скамейки, качели, блестящие от росы островки короткой травы и одинокая мужская фигура, частично скрытая в тени деревьев.

Кристина ухватилась за мой локоть.

— Вера, он уже здесь! — громко прошептала она и чуть замедлила шаг, ступив на розоватый щебень, которым была усыпана территория у входа на площадку.

— Вижу, Крис. На зрение я тоже не жалуюсь, — ответила и поджала губы.

Я придержала подругу, чтобы она не споткнулась. На неровной поверхности походка Кристины стала неуверенной, и она замедлила шаг. Будь я на ее месте — свалилась бы, не выходя из дома, на таких-то каблуках. Даже на свой выпускной — тот самый, который пропустила, но к которому поначалу готовилась, — покупала туфли с каблуками в два раза меньше, чем у Крис.

Парень не смотрел в нашу сторону, поэтому я свободно разглядывала его. А он хорош, подлец. Не удивлюсь, если Кристина в него тайно влюблена. Широкоплечий, подтянутый. Красивая фигура… Но я забыла, что он настолько высокий! Крис говорила, что ему до плеч даже не достает, но она в принципе маленькая, меня чуть не на голову ниже. С ней всё понятно, она рядом со всеми малышка. Метр с кепкой, как говорит моя мама. А оказалось, и я по сравнению с ним как слон и Моська. То есть я — Моська, не он. Не очень уместное сравнение, но именно такая картинка возникла перед глазами… Не совру, если предположу, что он метра два.

Я прекратила осмотр объекта моего равнодушия и уставилась себе под ноги. Да-да. Ничего он во мне не вызывает. Ни-че-го-шень-ки!

— Ой, Вааарь, — пискнула Крис и активно затормозила меня.

6

— Что такое? Твой любимый друг повернулся, улыбнулся, чихнул? — проворчала я. Раннее утро — вообще не моё время.

— Да что с тобой? Точно со зрением хорошо? Посмотри!

И я посмотрела. Вот блин.

— Он что, группу поддержки привёл? — удивлённо спросила я, резко остановилась и с подозрением уставилась на подругу.

Рядом с Даней уже стоял второй парень. Не такой высокий, ближе к нормальному росту, а не к этому мутанту. Светло-русые волосы, будто бы светящиеся под солнцем. Светлая футболка, джинсы прямые на крепких ногах. И этот хорош. Оба как на подбор. И оба смотрели на нас.

— Я не в курсе. Мамочки. Ты только посмотри, какой у него друг хорошенький! — не скрывала своего изумления Кристина. — И почему я его раньше не видела?

— Ага. Просто прелесть. И смотрит сейчас на нас с тобой, как на дур последних, что слюнки пускают. Ладно хоть ещё пальцем не тыкаем в него. Пойдём уже.

— Конечно. Я точно хорошо выгляжу? — проговорила она, завертелась и ойкнула.

Высокий каблук застрял между камнями и утонул в песке, отчего подруга едва не осталась без туфли. Ругаясь, она пыталась ногой поддеть её, чтобы вытащить, а заодно поглядывала в сторону парней. В это время я стоически придерживала Кристину под локоть, чтобы та не потеряла равновесие. Наконец, всё получилось, и мы смогли двинуться дальше. Идеальное появление. Можем, умеем.

Подруга снова улыбалась и была взволнованна. Я прямо чувствовала, что эмоции переполняют. Её настроение передалось и мне. А еще, кажется, она уже влюбилась в них обоих. Или кого-то одного? Ладно, по ходу разберемся. А то слишком яростно она рвется вперёд, что вызывает вопросы. Я бы лучше вот прямо сейчас обратно ушла. Развернулась бы, пробежалась до пятого этажа и прямиком в кроватку.

А ещё вдруг совершенно не вовремя подумалось, что я не знаю, что такое любить, быть влюбленной в кого-то. Родственники и животные не в счёт. Кристина вот слегка чокнутой выглядит от влюбленности. Ну ладно, не чокнутой. Взбудораженной, излишне активной, эмоциональной. Хихикает много, вертится, волнуется. Хотя, может, я и ошибаюсь, и она вовсе не влюблена. Но новый знакомый ей совершенно точно нравится. Интересно, а как бы я вела себя, будь у меня к кому-то подобные чувства?

Так, ненужные мысли, прочь из моей головы! Ещё не хватало о такой ерунде думать. Других проблем и забот хватает.

— Привет, — улыбнулся Даня лучезарно, когда мы остановились рядом с ними, и я вдруг залипла.

Волнистые каштановые волосы частично скрывали лоб и одну бровь. Небольшая ямочка на подбородке притягивала взгляд, и кончики пальцев закололо — так захотелось коснуться этой ямочки! Зимой я ее и не увидела под высоким воротником. Как и шикарных волос. А очерченный контур чувственных губ… Захотелось подойти поближе и рассмотреть каждую черту. Время словно остановилось или стало двигаться медленнее, а сердце, напротив, застучало сильнее. Я вдруг поймала себя на том, что откровенно рассматриваю этого парня, что мне совсем несвойственно. Наваждение какое-то. Притягательная внешность, цепляющая. И почему Крис мне не говорила, что он такой классный. Наверняка же есть что-то, что оттолкнет. И память услужливо подсунула зимний, до боли унизительный диалог. Я сразу отвела взгляд, тихо поздоровалась.

Подруга подалась к Дане, а он, подхватив её, обнял. Закружил, словно не взрослую девушку, а котенка. Так легко и ловко. Я прям залюбовалась.

— Дима, — кивнул мне друг Дани.

Он стоял в сторонке и, не успев поздороваться со мной, стал пристально следить за Кристиной. А вот и новый её воздыхатель, либо скоро им станет.

— Варя, — легко улыбнулась в ответ.

Кристина в этот момент задорно засмеялась и воскликнула:

— Данька, поставь меня на землю!

— Привет, я уж думал, мы никогда не встретимся, — сказал ей парень.

— Да ну, мы и не встретимся? Это же фантастика!

— Увы, реальность. До тебя очень сложно дозвониться.

Они о чём-то ещё говорили, а я опять зависла. Такой приятный, мужской, притягательный голос… В прошлый раз он был совсем иным. Пугающим, грубым. Как два разных человека. Обычно я не обращаю внимания на подобные мелочи, но не в этот раз. Теперь я всегда буду ставить под сомнения действия этого человека, если жизнь продолжит упрямо сталкивать нас друг с другом. Задел он меня, ох, как задел. Часто вспоминаю нашу чудесную первую встречу, сама не знаю зачем. И до сих пор от нее не по себе.

Не успела я подумать об этом, как заметила, что парень смотрит прямо мне в глаза, отпуская Крис. Мне резко стало жарко.

7

Дима всё смотрел на Кристину, глаз с неё не сводил. А когда она подошла, чтобы поздороваться, широко улыбнулся и представился.

— Кристина, — ответила девушка и обернулась к Дане. — Ты не говорил, что будешь с другом.

Даня, наконец, отлепил от меня свой наглый взгляд и заговорил с Кристиной. Сразу стало дышать легче! Та повертела глазами, намекая, чтобы рассказал больше о друге.

Я вновь посмотрела вниз, где носком кроссовка стала рисовать на песке каракули. Да что это со мной? Наверное, давление подскочило. Или что ещё может вызвать усиленное сердцебиение и слабость в ногах? И тут пришло озарение. Зря я удивляюсь. Это последствия почти бессонной ночи, что произошла по вине Крис. Или шок от того, что я поперлась сюда, чтобы встретиться с тем самым психом.

— Так получилось. Мы не планировали встречу. Это мой однокурсник и приятель, живёт в этом же районе, — пожал плечом Даня и обратился ко мне. — Случайно встретились только что, и он решил составить нам компанию. Никто ведь не против?

— Нет, не против, — с довольным видом воскликнула Крис. — А ты где живёшь? А то я раньше тебя не видела, — продолжила она, обращаясь к Диме.

Даня приблизился ко мне. Эм. Кажется, мы неожиданно разбились на пары. Меня это категорически сильно напрягло. Крис, это что такое? А, она уже занята разговором. Придется самой с Даней справиться.

— Всё ещё дуешься?

В подтверждение его слов я скрестила руки на груди и сделала максимально надменное лицо. И не важно, правда это или нет. Будет знать, как беззащитных обижать. Пусть и во благо.

— Естественно.

— Серьёзно? — спросил недоверчиво. — Я же извинился. И ты знаешь, что те слова предназначены были не тебе.

— Так, ребята, только не ссорьтесь, — встала между нами Кристина, но каблук опять подвёл — нашел новую возможность провалиться.

Я только сделала шаг, чтобы помочь ей, не дать свалиться на острые камушки, как Дмитрий ее уже аккуратно подхватил и как-то слишком уж сильно вмял в свою грудь. То есть, прижал, конечно. Хм. Вот так и не скажешь, что человек тут оказался случайно, незапланированно. И как-то незаметно они переместились вдвоем на скамейку. Так. Наверняка Даня устал смотреть, как Крис страдает по Олегу и решил с другом познакомить. Вот только сама Кристина не учла, что я не жажду общения с противоположным полом, но она меня оставила с этим самым полом. Мужским.

— Ну так что, Варвара? Меня это, может, беспокоит, спать мешает и есть. Что мне сделать, чтобы ты простила ту оплошность?

— А по тебе не скажешь, что ты страдаешь.

— Да по тебе тоже, если ты не знала, — ответил Даня.

Лицо отчего-то запылало. Чтоб его! Я постаралась возмутиться, оскорбиться. Столько внимания к моей скромной персоне, хотя обычно я предпочитаю быть в тени. Так проще. Я посмотрела на парня, а он подошёл близко. Голову не успела поднять, как взял меня под локоток и повел ровнехонько в сторону свободной скамейки, рядом с той, что уже занимали довольные Дима и Крис. Ну хоть у кого-то сегодня приятная компания. И это я не про себя.

Моя рука коснулась мягкой ткани, обтянувшей теплое тело, пока мы шагали под руку. Я вдохнула свежий запах геля для душа. Как-то Даня слишком близко ко мне. Я думала, будет отторжение, но нет. Я ощущала лишь удивление и смущение. По телу разлилась волна жара. Ну, Даня, коварный змей-искуситель. Наконец, я присела, а он занял место рядом и с интересом уставился на меня.

Я отсела подальше, чтобы прийти в себя. Не люблю, когда кто-то нарушает личное пространство. Комфортнее быть на расстоянии. Даже если этот кто-то — приятно пахнущий красавчик. А тем более, если он ещё и голову вскружил, изверг…

— Вопрос всё тот же, Варя. А я не уйду без ответа, — заявил он, откинув длинную прядь с глаза, заворожив этим жестом.

8

Его губ коснулась едва заметная улыбка. Мои губы дрогнули, и через секунду я несмело улыбнулась в ответ. Ай, где же моя серьёзность?!

— Я подумаю, что бы ты мог сделать. А пока давай просто посидим. Не хочу ни о чём думать.

— Прогуляемся или здесь будем? — вдруг задала вопрос Кристина.

Туфли она скинула, и довольная свесила ноги с высокой скамейки.

Я пожала плечами:

— Мне всё равно.

— Мне тоже, — ответил Даня.

Дима неопределенно махнул рукой.

— Ладно, значит, будем здесь, — обрадовалась подруга. — Что слушаешь? — спросила у своего соседа по скамейке.

Да, хорошо, что мы не пошли никуда, а то Кристине было бы тяжело передвигаться в такой обуви. И я не особо хотела бродить по улицам. Так что оперлась на теплую спинку скамейки и постаралась придать себе вид самого спокойного человека.

— Там много всего. Хочешь послушать? — спросил Дима, а Кристина охотно согласилась.

Он передал ей один наушник, второй оставил себе. Они почти прижимались друг к другу. Если этот парень хороший — я буду рада, если у них завяжутся отношения. А то этот её Олег, от которого она всё никак отвязаться не может и который ей вечно выносит мозг неадекватной ревностью, уже порядком достал.

Я за всем наблюдала краем глаза. Не взяла с собой телефон и теперь не знала, чем себя занять. Неужели придется общаться с Даниилом? Я не особо была готова, думала, за нас троих поговорит Кристина. Ну да ладно. Разберемся. Самочувствие вроде улучшилось, я поуспокоилась. Но рано обрадовалась.

— Варя, вы давно дружите с Кристиной? — спросил Даня.

Я повернулась к нему и попала в плен темных глаз. Сейчас они были тёплыми, манящими. Хотелось погрузиться в них с головой. Ох, подруга, зачем же ты музыку включила, да ещё и в наушниках. Как мне теперь быть? Сердце, от волнения, забилось в районе горла.

— Дружим с младших классов, — быстро проговорила я и поспешила задать вопрос, чтобы больше самой не отвечать. — А как вы познакомились?

Многие любят говорить о себе, и я надеялась, что Даня из числа таких людей. Это было бы очень удобно и не пришлось бы смущаться, отвечая на его вопросы. Но парень явно был настроен на диалог. Он тряхнул головой, убирая волосы в сторону.

— Учились в одной школе, жили в одном дворе. А общаться начали, когда мы пса завели. Кристине родители не разрешали, так что мы вместе ходили гулять с моей собакой, — просто ответил Даня, а лицо его озарилось теплой улыбкой.

Возможно, есть в нём что-то хорошее. Доброе. Может даже в большом количестве. Но я проверять не хочу.

— А у нас родители были знакомы ещё до нашего рождения. Но с Крис мы стали общаться лет с семи. Я шла по улице, встретила её и понеслось.

— Почему я раньше тебя не видел? Я бы точно запомнил. Живёшь где-то далеко?

— Да. Жила с папой в поселке городского типа. Планирую сюда переехать в ближайшее время. Поступила в университет. Но пока общежитие не дали, так что осталась у Кристины.

— Хм. Это вроде как деревня? — спросил Даня, загадочно улыбаясь.

— Тааак. А чего это мы так улыбаемся? — спросила прищурившись.

Он вскинул руки и сделал ангельское лицо. Бровки домиком, глазки как у известного кота из мультика. Не хватало только нимб нарисовать и крылья за спиной. Ладно.

— Это не деревня! А поселок городского типа.

— Значит, большая деревня? — невинно похлопал глазами. Ух и гад!

— Нет! И вообще, чем тебе деревни не нравятся? Какой-то пунктик?

— Нет, что ты! Деревня — это круто! Свежий воздух, деревья, отсутствие людей и высоких домов. Коровы бегают…

9

Я не выдержала.

— Так, стоп. Ты вроде должен был моё прощение вымаливать. А в итоге что? — выдала с претензией.

— Вымаливать? — фыркнул он и расхохотался.

А я вскочила на ноги и встала перед ним, снова скрестив руки на груди.

Кристина и Дима дружно вскинули головы, переглянулись, и продолжили ворковать, вернувшись к обсуждению своих музыкальных предпочтений. Будто ничего не видят и не слышат.

— Конечно. У меня, может, психическая травма на всю жизнь после твоих воплей и угроз. Может, ты мне в кошмарах снишься. Где компенсация?

— И что же тебе снится?

А снились мне вовсе не кошмары. Но ему об этом знать не следует. Лицо предательски заалело. Я чувствовала, как жар заливает щеки.

— Ого. Кажется, это мне пора жаловаться. Даже думать боюсь, что ты там такое себе представляешь, — заметил он.

Я запыхтела, как паровоз, не в силах подобрать слов.

— Тише-тише! Я пошутил. Всё. В качестве компенсации предлагаю свидание, — выдал он с самодовольной ухмылочкой.

— Ты серьезно? Свидание? С тобой? Да это же очередная травма для моего нежного сердечка и впечатлительной натуры.

Наш спор набирал обороты. Вот так милая беседа может превратиться из нормальной в странную, а затем перерасти в ссору.

— Не знал, что ты такая раненая на го…, ой, то есть, я хотел сказать, ранимая. Не знал, что настолько ранимая, — сказал нагло.

— Понятно. Диалога не получится. Но чтобы ты знал — я с таким, как ты, никогда встречаться не стану! И на свидание не пойду!

— С таким, это каким? — выгнул бровь мой раздражитель и поднялся.

Мне пришлось голову задрать, чтобы смотреть ему в лицо, а не в прекрасную (тьфу ты!), ужаснейшую, широкую грудь.

— С таким наглым человеком, который даже извиниться по-человечески не может.

— А надо?

— Надо, Даня. Надо, — для убедительности покивала головой.

— Но ты же сама сказала, чтоб я и не надеялся на прощение. И к твоему сведению, тебя никто не приглашает встречаться.

— Да ты даже не попробовал извиниться.

Даня пробубнил себе под нос что-то про крутые деревенские нравы. Ах ты, да я тебе устрою нравы. Вот увидишь. Никогда не страдала мстительностью, но этот потрясающий во всех смыслах человек открывал во мне то, чего даже я видеть не хотела. Кристина и Дима продолжали старательно делать вид, что не слышат нас. Вот же ж. Оперативно спелись. Предатели.

— Ладно. Прости, что наговорил гадостей. Я действовал в интересах твоей подруги и должен был быть уверенным в эффективности моего метода.

— А вот не прощу. Ты всё правильно запомнил, — сказала ехидно. Так ему.

— Да ладно? — с издёвкой переспросил он. — Ещё повтори, что на свидание не пойдешь.

— Не пойду, конечно. Никогда не пойду.

— Пф, больно надо. Я вообще сюда из-за Крис только пришёл, — сказал он и сел обратно, отвернулся.

— Так и я тоже, — ответила спокойнее, как-то быстро растеряв боевой запал.

— Точно не пойдешь? — ещё раз спросил Даня, резко ко мне обернувшись.

— Точно.

— Хорошо подумала?

— Лучше и быть не может.

— Ок, — кивнул он, как ни в чём не бывало. — Так на чем мы там остановились? Ах да, надолго ты тут?

10

Это сбило с толку, но я быстро переключилась.

— На несколько дней. Потом уеду и вернусь уже в последний день лета. И, надеюсь, останусь здесь.

— Значит, в последний день лета… — задумчиво повторил Даня. — Надо запомнить.

— Это ещё зачем? — настороженно спросила я. Не знаю, откуда взялось это желание подначивать. Но так сложно было этого не делать! — Опять хочешь где-то подкараулить и запугивать?

Даниил махнул на меня рукой и закатил глаза.

— Да нет же! Отмечу этот день в календаре черным цветом и напоминания поставлю.

— И какие же? — спросила и приготовилась.

Любопытство наше всё. Знала же, что ерунду какую-нибудь ответит.

— Сидеть дома и не высовываться. Ещё не хватало тебя в очередной раз встретить. Надумаешь ещё себе лишнего, решишь, что понравилась.

И сидит весь такой из себя царь. Руки в стороны раскинул, водрузив на прогретую солнцем спинку скамейки, развалился вальяжно, бровь выгнул. Просто невыносимый, но почему-то очень привлекательный тип. Хотелось податься вперёд и мягкие — уверена, они именно такие — волосы ему пятерней растрепать. Пока я думала над тем, что ответить, под пристальным взглядом его карих глаз, оживился Дима.

— Погнали в кино? — предложил он, поднявшись и помогая Кристине всунуть ноги в туфли. — Фильм-катастрофа вышел сегодня, трейлер очень эффектный.

Я мельком заметила, как Дима и Даня переглянулись. Кажется, кое-кто хочет провести побольше времени с Кристиной наедине. Что ж, я мешать точно не буду. Видно же, что и подруга совсем не прочь. Она смущённо улыбалась, поглядывая на нового знакомого. Ну, Даниил, настоящая сваха!

Думаю, Даня тоже всё понимает и друзей поддержит.

— Слушай, отличная идея, но я могу только вечером. В ближайшее время никак. Так что вы вдвоём езжайте.

— А как же Варя? — удивилась Крис и обратилась уже ко мне. — Ты поедешь с нами?

— Нет, спасибо. Я спать жутко хочу, боюсь, прямо там отключусь. Уж лучше домой пойду, посплю, — заверила я и, пока Дима не видел, показала ей большой палец.

Подруга смутилась, ресницами захлопала, начала волосы на палец накручивать.

— Только я схожу, обувь переодену, — спохватилась она и призналась: — Эти туфли ужасны.

— Я тебя провожу, — тут же оживился Дмитрий и взял Кристину под руку.

— Идите, я пока здесь побуду, — успокоила я подругу, которая явно беспокоилась обо мне.

Я села на освободившуюся скамейку и не знала теперь, куда себя деть. Даниил пока не торопился уходить, его лицо потеряло легкомысленный вид. Настроение шутить резко исчезло.

Захотелось признаться, что я не злюсь и не обижаюсь на него. На случай, если вдруг он сам этого не понял. Но сомневалась, стоит ли. Я просто не знала, как себя вести рядом с ним. И вместо того, чтобы принять приглашение, включала защиту-нападение.

Странно, но мы оба молчали. Не было в руках гаджетов или чего-то отвлекающего. Просто каждый погрузился в свои мысли. Ай, как некстати. Мне надолго вообще в них нельзя окунаться: такого могу нафантазировать, что сама расстроюсь и других растревожу, если под руку попадут. Я не смогла долго выносить тишину, в которой посторонние звуки казались размытыми и даже тёплые лучи уже не приносили того же удовольствия, как минут пятнадцать назад. Поэтому сама села рядом со слегка удивленным Даней.

— Ну что, попрощаемся навсегда, когда эти двое уйдут в кино? — спросила я то, что беспокоило.

Конечно, формулировка так себе, но ничего иного не придумала.

— Почему навсегда? Теперь ты будешь жить в городе, а значит, чаще приезжать к Кристине. У тебя много шансов увидеть меня снова.

— Да больно надо, — покачала я головой.

— Ну если больно, то не надо. А вообще, я хотел тебя пригласить прогуляться, но знаю же, что опять откажешься, — сказал он будто бы с безразличием и как-то странно на меня посмотрел.

Точнее, может и не странно, но я не могла понять, что выражает его взгляд. И Даня не прав. Не отказалась бы. На этот раз точно. Но раз он так решил…

— Правильно понимаешь, — ответила я и, не дожидаясь, вскочила на ноги. — Я пойду. Сон не ждёт.

Даня поднялся следом.

— Конечно, там же я, в твоих снах. А я очень не люблю ждать, — заявил он. — До встречи.

Я повернулась и шагала теперь спиной вперёд.

— До встречи, — грустно улыбнулась и отвернулась, поспешила в квартиру.

Тогда я действительно была уверена, что это наша последняя встреча. Даже расстроилась по этому поводу и в одиночестве съела целый контейнер ванильного мороженого под плаксивую мелодраму о неразделённой любви. Но вскоре мне пришлось убедиться, что моё предположение оказалось совсем неправильным.

11

А дальше меня затянула студенческая жизнь.

Суматоха с заселением в общежитие, знакомство с соседками по комнате.

Стрессовое привыкание к соседкам по комнате (я лишилась личного пространства!). Раньше и не подозревала, что это окажется так болезненно. Жить впятером в одном помещении — к этому нужно готовиться! Но, в любом случае, во всем есть свои плюсы. Все девочки, кроме одной — из моей группы. Можно не беспокоиться за конспекты, если вдруг пропустила занятие.

Бешеная неделя на учёбе. Знакомство с одногруппниками (их оказалось сорок человек и почти одни девушки!). Выбор кандидатов в студенческий совет. Это тоже оказалось непростым пунктом. Я люблю сидеть в сторонке, на парах тихонько, одним ухом, слушать музыку через наушник, а вторым слушать преподавателя. Остальное же меня особо не интересовало. Вот только никто не спрашивал, чего я хочу. Как итог: меня засунули в совет, помощником по организации мероприятий. Меня. Я своё-то время не могу как следует распределить, а тут организовывать для других. Кажется, им придется пожалеть о своем выборе. Особенно той рыжей девушке, что зовут Оксана. Именно она выдвинула мою кандидатуру прямо после того, как мы поцапались в уборной из-за лака для волос, которым она щедро поливала не только себя, но и всех, кто оказался поблизости.

Знакомство с преподавателями. Сразу запомнила, что на экологию опаздывать нельзя и пропускать тоже нельзя. И какое счастье, что этот предмет будет только в первом семестре. А ещё по мировой художественной культуре и философии препод очень требовательный и не терпит халявщиков.

В общем, начало учебного года получилось динамичным, стремительным, насыщенным на события. Поэтому с Кристиной мы не виделись две недели. И как только я немного освоилась и выдался свободный день, помчалась к любимой подруге.

Через пару часов я уже стояла у её дома. Сентябрь выдался на удивление контрастным, то жара, то холод и дождь. Сегодня же пришлось закутываться в одежду. Палец замер над кнопкой домофона, когда из подъезда вылетела Кристина. Она мельком взглянула на меня и побежала дальше. Не узнала? Но вот мгновение спустя подруга обернулась.

— Варя, привет! Я задумалась и даже не сразу поняла, что это ты, — быстро проговорила она, стремительно обнимая меня.

— Значит, я либо настолько серая, либо богатой буду. Лучше второе, — улыбнулась я.

Обняла в ответ. Как же я соскучилась!

— Куда спешишь?

Подруга отстранилась.

— Думала, что успею в магазин зайти и тебя на остановке встретить. Но слишком долго сушила волосы.

— Тогда пойдём вместе, — ответила я, подхватывая Крис под локоть.

Я отрицательно покачала головой. Мы быстрым шагом направились в сторону супермаркета. Кристина была чем-то взбудоражена. По дороге она рассказывала про учёбу, иногда сбиваясь и переспрашивая, на чем остановилась.

— Это ты из-за Димы такая взволнованная?

— Я не взволнованна, тебе показалось. Все со мной нормально и Дима тут ни при чём, — принялась заверять Крис.

— А вы общаетесь?

Она повернулась ко мне, заулыбалась счастливо.

— Да. Каждый день созваниваемся, списываемся. Гуляли несколько раз.

— Это же хорошо. А что с Олегом? — тема неприятная, но обходить её не имеет смысла.

Кристина опустила голову, улыбка слетела с лица.

— Да всё уже. Столько лет трепал мне нервы. Я больше не вынесу этого, не хочу. У него уже месяц как новая девушка. И я решила не стоять на месте. К тому же Дима мне понравился.

— Надеюсь, он хороший парень.

— И я надеюсь. Пока так точно.

На обратном пути, когда мы шли мимо остановки, я заметила высокую фигуру. Сердце ускорило ход, ноги стали непослушными. Руки сами собой потянулись поправить волосы, что выбились из высокого шарфа. А заодно подумала, может, этим самым шарфом лицо спрятать. Даниил! Он шел навстречу и пока не видел нас. Пусть и дальше не замечает. Нет, хоть бы заметил! Или не надо…

12

— Привет! — закричала Кристина, всунула пакет с печеньем мне и кинулась к Дане. Я поплелась следом, неуверенно улыбаясь.

Он снова, как и в первую нашу встречу, закружил девушку в руках.

Только не смотреть на него. Только не думать. Мне всё равно. Я вообще его не знаю. И это не он неделю назад подписался на мою страницу в Инстаграм. И это не я каждый день захожу в его профиль, посмотреть на фотографии. Вообще не я. И это совсем не мы не пишем друг другу ни словечка, ни комментария.

— Варя, привет, — услышала его голос и, набрав полные лёгкие воздуха, помахала рукой и преувеличенно бодро выдала:

— Приве-е-ет!

Он не подошёл ко мне. Не обнял, как Кристину. Разочарование горькой волной прокатилось по телу. Он просто стоял и наблюдал. Держал дистанцию. Я полезла в сумку за телефоном, чтобы сделать вид, что занята. Достала, но сумку застегнуть не сумела. Замок начал противиться и застрял ровно посередине.

— Давай помогу, — прозвучало близко, и я чуть не подпрыгнула.

Его пальцы на мгновение коснулись моих. Прохладные, как и у меня, и всё же прикосновение вызвало столько эмоций! Словно острой иглой пронзили самое сердце и тут же заполнили его теплом, через край. Я отдернула руки, а Даня, сжав пальцами одной руки две части сумки, без проблем закрыл её. Кристина топталась рядом, переступая с ноги на ногу.

— Спасибо, — поблагодарила я тихо.

— Я же говорил, что мы ещё встретимся, — ухмыльнулся он, отступив на шаг.

— Ты оказался прав, — признала я и вскинула голову. — Давай, показывай, где ты его прячешь?

— Да я не прячу, — пожал плечом. — Приходи ко мне и покажу всё, что пожелаешь.

— Чего? — переспросила я, с опозданием соображая.

— Того. Варь, конкретизируй, а то, боюсь, нас после такой демонстрации на улице и повязать могут, — хмыкнул он. — Что показывать-то?

К лицу, несмотря на холод, прилил жар. Уверена, теперь все щеки красные, и даже уши. Вот негодяй! Кристина хихикала в ладошку, наблюдая за нами. Ей только тарелки с чипсами не хватало.

— Извращенец! Я про бинокль!

— Какой ещё бинокль? — удивился Даня.

— Тот, из которого ты за мной следишь. Не верю я в эти случайности, Дань, ох, не верю, — покачала я головой, принимая серьезный вид.

— Так. Я смотрю кто-то зазвездился. Варенька, я просто покупал кошке корм. Магазин — общественное место. Там кто угодно может встретиться.

Тут между нами вклинилась подруга.

— Так, стоп, опять начали, — пробормотала она и с широченной улыбкой развернулась к парню. — Данечка, как хорошо, что мы тебя встретили! Хотела спросить у тебя кое-что про Диму…

Кристина стала расспрашивать о новом знакомом, парень отвечал, а я отключилась от разговора, только слушала его голос. Бархатистый, приятный, будоражащий… Передышка! Засмотрелась на вечно мигающие огоньки вывески на цветочном киоске. Сердце начало успокаиваться, возвращаясь в привычный ритм. Небо из насыщенно-розового превращалось в сиреневое. Ветер поднимал в воздух разноцветные листья. В какой-то момент я краем уха услышала, как Даня говорит:

— Да не выспался просто, кошка не дала. Запрыгнула на кровать с утра пораньше, под одеяло залезла. Намекала ненавязчиво, что её пора кормить.

И тут у меня произошел сбой в системе. Не иначе!

— Хотела бы я оказаться на её месте, — тихо сказала я, не сводя глаз с огоньков.

Несколько секунд ничего не происходило. Только меня начала смущать внезапно наступившая тишина. А потом я осознала, что сказала это вслух. Да как так?!

— Что? Я тебя не услышала, Варь.

— Ничего! — поспешно воскликнула я, отмахиваясь рукой, ощущая, как нестерпимо горят щёки. — Сама не поняла, что сказала.

Вдруг Даня наклонился ко мне, близко-близко и тихо, проникновенно так сказал:

— Я бы не отказался.

И улыбнулся одним уголком. Улыбнулся! Ямочка на подбородке, в этот момент, делала его лицо ещё более нахальным. Я готова была сквозь землю провалиться! Кажется, у меня даже температура подскочила. Не отказался бы он! Я спрятала лицо в воротник, насколько это было возможно.

— Да чего вы там шепчетесь? — возмутилась Крис.

— Да ни о чем. Продолжайте, извините, что отвлекла, — пробубнила я, хаотично тыкая пальцем в дисплей телефона.

Их разговор продолжился, будто ничего и не произошло. А я так и простояла, склонив голову, пряча улыбку, от которой не могла избавиться.

Больше я ничего не говорила. Ребята быстро попрощались, Кристина потянула меня за собой. Я махнула рукой Дане, а он щёлкнул мне по носу!

— Выше нос, — улыбнулся он и пошел в противоположную сторону.

Эта встреча расшатала моё равновесие. Я две недели старалась не думать о Дане, а он внезапно нарисовался и теперь всё только усилилось. Ну вот что за человек?

13

— Ух, что это было? Вы так всегда общаетесь? — спросила Кристина, когда мы пошли к ней.

— Это наша третья встреча. В первую он на меня наорал, во вторую смутил, и вот, сегодня мы виделись в третий раз, — ответила я, глядя на дорогу.

— И больше не общались? В соц сетях, по телефону? — удивилась Крис.

— Нет, конечно. Ещё чего не хватало. Он меня до ручки доведёт! — возмутилась я.

— Ты его тоже, похоже, — засмеялась подруга. — Но он правда хороший. Шуточки, у него, конечно, такие себе, но в остальном он отличный парень. И, кажется, у него сейчас никого нет. Я не спрашивала, но в Инстаграм давно не было девушек у него.

— Да мне всё равно. У меня пока учёба. И работу хоть какую-то надо искать, подработку точнее. Не знаю, как всё совмещать. Но надо пробовать.

Это меня действительно волновало куда больше. Работа и учёба — пары пропускать не хотелось бы. Не все преподаватели пойдут на встречу. Философ и экологичка — точно нет. И это мы ещё далеко не со всеми познакомились… Эти вопросы вызывали головную боль, и я решила, что с понедельника займусь поисками.

— У меня даже на примете ничего нет. Не знаю, чем помочь, — грустно сказала Кристина, открывая дверь подъезда. — Я могу поспрашивать, может что-то удастся найти.

— Да не заморачивайся, придумаю что-нибудь, — заверила я. — У тебя у самой учеба.

Кристина будет учиться графическому дизайну, а я… Я выбрала гостиничное дело. Долго сомневалась, но решилась идти туда. Не слишком большой выбор был, чтоб и с общежитием, и бюджет, и далеко не максимальные баллы экзаменов. Да и главное — получить высшее образование, а там видно будет.

— А меня Дима позвал на турбазу, через две недели. На лодках поплавать, шашлыки пожарить, отдохнуть, — поделилась подруга, когда мы сели пить чай.

— Эм. Наедине? Только ты, он и природа? — спросила я тихо, поиграв бровями.

Кристина ничуть не смутилась.

— Нет, с его друзьями. Не знаю пока, кто будет. Но могу спросить про тебя. Вдруг есть место свободное.

Я выставила руки вперёд.

— Да ну, что ты! Где я, и где веселье? Я только-только привыкать начала к общаге и универу. Мне нужно время, Крис. Да и мешать вам не хочу.

— Ну смотри. Если надумаешь, сообщи обязательно.

Я пообещала, что непременно сообщу. Только почти на все сто была уверена, что откажусь.

Я переночевала у подруги и уехала в общежитие. Надо было подготовиться к занятиям. Вечером, залипнув в телефоне, снова зашла в профиль Дани. Точно, фоток с девушками нет. Но какое мне дело? Полистала, посмотрела, и… лайкнула последнее фото. Блин! Малодушно хотела убрать лайк, но это выглядело бы слишком глупо. Так и оставила. До самой ночи потом проверяла, нет ли у меня новых событий в профиле, но была тишина. Значит, всё же я ему совсем безразлична. Вот и славно. Легла спать, настраиваясь на новую учебную неделю и довольно быстро уснула.

А в понедельник меня ждал «сюрприз».

14

— Здравствуйте, — протараторила я, проскакивая мимо коменданта общежития и вахтерши.

— Варвара, задержись, — скомандовала Людмила Петровна, шагнув в сторону двери, тем самым преградив мне путь своей немаленькой фигурой.

Сидящая на вахте Татьяна закатила глаза. Мимо промчались девчонки с этажа, старательно отводя взгляд. Попалась. Людмила Петровна любила устраивать внезапные допросы. Жертвой мог стать каждый. Сегодня моё везение снова не повернулось ко мне лицом.

— Варвара, как дела? — спросила строго, отводя под локоть в сторону.

— Хорошо. Но если опоздаю на пару — будет плохо. А бежать до института ох как не близко, — попыталась я.

— Ничего, пробежки полезны. Мне жалоба поступила, что на вашем этаже курят. Скажи-ка, не видела, кто это делает?

Блин. Лизка опять чуть не попалась утром. Еле успела заскочить в комнату. Рита с психу ее своей туалетной водой полила, которую подарил очередной воздыхатель, и которой она не пользуется, конечно. А потом нам дружно пришлось проветривать комнату, потому что запах был ядерный. Даже в коридор просочился.

— Не видела, Людмила Петровна. Может, через вентиляцию запах принесло?

— Да ну. Ты мне шутки здесь не шути. Постой, а чего это от тебя пахнет так? — спросила она и стала принюхиваться.

— Нравится? Да трагедия у нас приключилась. Мы духи пролили, дорогие. Рите жених подарил, а тут такое случилось… Всё утро с девочками оплакивали их. Жалко, сил нет, — покачала я головой, поглядывая на настенные часы.

— Эх вы, растяпы. Лучше бы мне отдали. Ну ладно, иди, — махнула она рукой, и я помчалась на улицу.

Фух, в этот раз удалось отвертеться быстро, но всё равно придется идти очень быстро.

В институт влетела за семь минут до начала пары. Растрёпанная, раскрасневшаяся, а ещё надо в гардероб куртку сдать. Засунула шапку в сумку и встала в конец очереди.

— Варя, иди сюда, — услышала красивый, по-настоящему завораживающий женский голос.

Таким голосом говорят роковые женщины в фильмах. Таким голосом можно соблазнить. Мне кажется, если Наташа захочет, ей запросто дадут такую роль в фильме. Все головы повернулись ко мне. Блин.

— Да ладно, Наташ, я здесь постою, — улыбнулась я, старательно отворачиваясь к окну.

— Варя… — произнесла она. Вроде и не настойчиво, но я не стала спорить, и пошла к ней.

Удивительно, но никто не возмутился, что я влезла без очереди. Вот и славно.

— Привет, — улыбнулась Наташа, — Ты сегодня поздно.

Я называла её Королева. Не вслух, конечно, про себя. Нетипично красивая. Её уверенность передавалась другим. Прямая спина, длинные ноги, черные, здоровые волосы до середины спины. Идеальные брови, нос с небольшой горбинкой, придающий ее внешности ещё большую притягательность. Всегда на каблуках, чаще в платьях, чем в брюках. Но самое притягательное, кроме голоса и отменной фигуры — глаза. Кристально голубые. Рядом с ней я чувствовала себя невзрачной подружкой и всё удивлялась, как мы смогли подружиться.

— Я подверглась допросу с пристрастием. Но удалось вовремя ретироваться, — поделилась я, раскрывая сумку и разыскивая расчёску. — Да где же она?

— Надеюсь, всё закончилось благополучно? — с улыбкой в голосе произнесла Наташа. — Держи, — и она протянула мне расчёску.

— О, спасибо. Надо навести порядок тут, — кивнула я на сумку, пока девушка взяла мою куртку, а я принялась распутывать сбившиеся у концов пряди.

Мы сдали куртки, я бубнила что-то о несправедливости и вводе расписания на допросы, а Наташа, до этого тихонько хмыкающая, явно отвлеклась. Да и вообще стало на мгновение подозрительно тихо. Я вскинула голову, пытаясь понять, что происходит.

— А вот и мальчики, — хищно улыбнулась Наташа, как и остальные, выглядывая в окно.

Послышались вздохи, щепотки, все стремительно начали прихорашиваться. Я встала на цыпочки, чтобы увидеть, что же за «мальчики» привлекли такое внимание. И обомлела.

В холл, двумя большими группами, вошли парни. Человек десять, не меньше. За ними тянулись остальные. Хах. А ведь девчонки жаловались, что тут так мало представителей мужского пола. Я почти вернулась к прежним делам, как услышала.

— Кажется, я нашла того, кто скрасит серые будни первого семестра.

Я проследила за её взглядом. В конец очереди, возвышаясь над другими, встал Даня. Даня? Да, Даня. Этого великана я ни с кем не спутаю. Рядом остановился Дима и ещё трое парней.

— Э… — только и смогла сказать я.

— Какие хорошенькие. Варь, посмотри. Может, и ты себе кого присмотришь.

Ага, присмотрю. Будто мы на отбор принцев попали. Мне захотелось немедленно сбежать. Я даже волосы ещё не привела в порядок. Даня мельком, с видом победителя, оглядел тех, кто был перед ним в очереди, задержался взглядом на Наташе, и… посмотрел на меня.

15

Мои брови поползли вверх. А он здесь что забыл? Ещё и толпу с собой привёл. Не может же быть такого, что он тут учится. Определенно не может. Кто-то бы уже упомянул об этом. Да и где они все были с начала учебы?

Тем временем Даня что-то сказал Диме, который тут же нашел меня глазами и, улыбнувшись, приветливо помахал. Я помахала в ответ. Часть девушек, кто с интересом, кто с удивлением, кто с подозрением уставились на меня. А мне оставалось лишь густо краснеть и ещё более упорно расчесывать волосы, о которых уже успела позабыть. Столько внимания к моей застенчивой персоне, что я теряюсь. Даня передал куртку другу и, о нет, пошёл к нам! Я хотела сбежать, но Наташа поймала меня за руку.

— Варь, спокойней. Это всего лишь парень. К тому же, видимо, твой знакомый.

— В том-то и дело! — шикнула я, но было уже поздно.

— Привет, — сказал Даня, ослепительно улыбаясь.

— Наташа, — сказала приятельница и изящно протянула руку парню.

— Да-да, это Наташа, это Даня, приятно познакомиться и всё такое, — пробормотала я, возвращая расчёску.

Даня крепко пожал узкую ладонь, и я не сдержала нервного хихиканья. Наташа же ничуть не смутилась. Но зато, когда Даня приобнял меня за плечи, едва не впечатав в свою грудь, мне резко захотелось провалиться под землю. Хотя, кому я вру? Я чуть не прикрыла глаза от окружившего меня тепла и головокружительного аромата. Ну всё!

— Варя, вот мы и встретились снова. Ты что же, учишься здесь? — спросил парень, наклонив голову.

Я нехотя освободилась из его захвата с воинственным, надеюсь, видом. И встала напротив, скрестив свои руки на груди.

— У меня тот же вопрос. Ты что тут делаешь? — спросила без тени веселья, злобно щурясь.

— Учусь, Варя. И теперь мы будем встречаться на-амного чаще.

— Только этого мне и не хватало… То есть, какая радость! — воскликнула я, поморщившись. — Наташа, экология вот-вот начнется, мчим!

Даня с улыбкой наблюдал за мной. Весело ему, видите ли.

— Вы пара? — мило хлопая глазами, спросила приятельница, переводя взгляд с меня на Даню и обратно. — Варвара о тебе не рассказывала.

Да вы издеваетесь! Даниил вскинул брови, не отрывая от меня взгляда. Что ж такое!

— Да нет, конечно. Разве мы похожи на пару? Да никогда! Мы просто иногда общаемся. Да, Данечка?

Даня покачал головой. Хмыкнул.

— Да, Варечка, приятельница моя дорогая. Дружище, — деланно радостно сказал он и, быстро вскинув руку, костяшками пальцев растрепал мне волосы!

Я не удержалась, и локтем въехала ему по ребрам. В шутку, конечно. Мы же приятели, как он сказал. И, ничего больше не говоря, помчалась прочь, под весёлую болтовню ребят у гардероба и зеркал. Им что, не надо на пары?

— Варь, погоди, у меня же каблуки, — позвала Наташа, еле поспевая за мной.

Я чуть сбавила шаг.

— А вы друг друга стоите. Но если вы, и правда, не вместе, ты же не будешь против…?

— Не буду, Наташ, делайте, что хотите.

Мы забежали в аудиторию и заняли места за две минуты до начала пары. Впервые с начала учебного года я ловила на себе столько взглядов. Ну, Данька!

— Вот и хорошо, Варь. Он такой славный парень. Смешной. Как раз то, что нужно.

— Ага. Наслаждайтесь, — тихо сказала я, восстанавливая дыхание и приводя волосы в порядок. Только на душе вдруг так тоскливо стало, хоть вой.

Я знала, что ничего серьезного у них получиться не должно. И всё же, о своих словах, мне пришлось пожалеть в этот же день.

16

Ввалившиеся в последние секунды девчонки, которые застали интересную сцену у гардероба и едва не оставшиеся в коридоре, всю пару поглядывали на меня. Видела, потому что с Наташей сидели в конце третьего ряда. И если подруга выглядела так, словно Даня уже её парень и «завидуйте молча», то я старательно прятала глаза и вообще активно записывала лекцию. В общем-то, как и всегда.

Сперва экологичка не дала нам пятиминутный перерыв, заявив, что работы много предстоит, а пара не резиновая, так что нечего отлынивать. А после пары и вовсе задержала нашу группу, чем вызвала недружный негодующий стон разочарования. Пропустила его сквозь уши и продолжила надиктовывать, по её мнению, очень важную лекцию. В итоге мы чуть не опоздали на вторую пару. Зато я успокоилась: никто не донимал с расспросами. Несколько записочек, которые я сразу демонстративно отправила в урну, не в счёт. Ну а что? Я сюда учиться пришла, а не о каком-то парне рассуждать. Пусть сами идут и общаются с ним или его друзьями. Я-то тут причем?

— Девчонки! — влетела в аудиторию наша староста — Ольга. Девушка, которая очень любила брать ответственные задания и перекладывать их на плечи других бедных студентов. — Я всё узнала! — с важным видом заявила она, присаживаясь рядом с нашей второй негласной Королевой — Никой.

— Выкладывай, Оль, — потребовала Ника резко, откладывая миниатюрное зеркальце и нежно-розовый блеск для губ, так не сочетающиеся со сталью в её голосе.

— В общем, третий корпус, где учились айтишники и ещё несколько отделений — экстренно закрыли. То ли на ремонт, то ли финансирование на этот год сократили. Не суть. Часть студентов отправили в наш корпус, часть во второй. Пятикурсников отправили сегодня, а остальные приступят к учебе в ближайшие дни.

Вот так новости! Но, кажется, все были рады такой перемене. Ну да, теперь-то им точно не будет скучно на учёбе. И мне тоже.

— И надолго они к нам? — спросила Ника, бросив на меня странный взгляд. Ах да, её записку я тоже выбросила.

— Пока неизвестно, но в деканате упоминали что, скорее всего, на весь учебный год.

Учебник, что я только что достала из сумки, громко приземлился на стол. Несколько любопытных обернулись на звук, но остальные принялись радостно обсуждать что попало: парней, которых успели увидеть сегодня; одежду, в которой пойдут завтра на пары; пересказом последних событий для тех, кто все пропустил. Я же думала, как минимизировать наши с Даней встречи и сделать этот год наименее невыносимым для нас обоих. Но на ум ничего не шло. Только нестерпимо захотелось накрасить ресницы и заменить теплый бесформенный свитер на что-то более приличное… Ох, чую, не к добру это.

Я уселась рядом с Наташей. Достала бутылку с водой и стала жадно пить.

— Как думаешь, как скоро Даня полезет целоваться? — невзначай спросила Наташа.

Я подавилась и закашлялась. Вытаращила глаза на подругу. Озорной вид исчез, теперь она выглядела обеспокоенно.

— Может, постучать по спине? — спросила она, даже немного испуганно.

Я последний раз кашлянула.

— Не надо по мне стучать, — предостерегла сиплым голосом. — Лучше заранее предупреждай, что хочешь поговорить о таком. Я ведь не была готова, — ответила я, прикидывая, что бы ответить на вопрос. Представлять их целующимися категорически не хотелось. — Слушай, Наташ. Я его почти не знаю. Так что никаких прогнозов делать не могу. Но ты можешь сама найти его и задать все интересующие тебя вопросы.

— Спасибо за совет. Я подумаю, — хмыкнула Ната, ничуть не обидевшись.

17

Я с недовольством посмотрела на часы. Преподаватель задерживался уже на десять минут и это не радовало. Не хотелось слушать трёп о парнях, а тем более о Дане. Мне он точно не нужен, но что-то или кто-то внутри меня очень ревностно относился к любому упоминанию его персоны.

Наконец, Валерий Петрович, или как его называла Наташа — ВП, вошёл в зал с задумчивым видом. А когда услышал наши приветствия, вскинул голову и пораженно уставился на нас.

— Вы что тут делаете? — спросил он неприязненно-удивленно, явно не испытывая теплых эмоций от созерцания нас. — Я думал, у меня окно, — поникшим голосом закончил он, вздохнул и прошел к своему месту. Водрузил коричневый портфель на стол. — Староста, сбегай в деканат за журналом. Так… Кто тут у нас?

Наташа, недолго думая, изящно встала.

— Валерий Петрович, ну вы что же, забыли о нас? — спросила она, добавив в голос капельку каприза.

Преподаватель сразу приосанился, стал старательно втягивать живот, глаза загорелись, ладно хоть слюни не полились, и на том спасибо.

— Ну что вы, Наталья, как я мог? Да никогда. Вас, то есть вашу группу, невозможно забыть, — выдал он и промокнул платочком лоб.

— Хорошо, — улыбнулась Наташа и села.

Я показала ей большой палец. Умничка! Хотя бы потому, что не дала нам выслушивать долгое брюзгливое ворчание.

Пара пролетела быстро. ВП старался, как мог, чтобы менеджмент для нас стал самым интересным предметом. И Наташа его всячески подбадривала и хвалила, а он от этого старался ещё сильнее.

— Калинкина, — услышала голос Ольги, когда спешила покинуть аудиторию вместе с Натой и отправиться в столовую. — После пар собрание в актовом зале, явка обязательна.

Я понуро опустила плечи. Студенческий совет, чтоб его. Я ведь почти успела забыть о том, что меня туда засунули. Интересно, какие сложности могут возникнуть, если я откажусь? Позже разузнаю. А сейчас надо скорее бежать на обед, пока ещё кто-нибудь не привязался.

Мы заняли место в очереди. Наташа шагала впереди, а я за ней. Народу сегодня было особенно много, очередь начиналась прямо у входа в столовую, но двигалась довольно резво. Видимо, сказывалось внезапное пополнение рядов студентов. Только бы потом столик свободный найти. Есть стоя как-то ну вообще не хотелось. Я стала вертеться, пытаясь узнать, как там с местами, как вдруг почувствовала теплое прикосновение к руке. Вздрогнула и резко развернулась, наступив кому-то на ногу. Вот чёрт!

— Ай! Варвара, не буянь, это всего лишь я, — сказал Даня, выставляя перед собой ладони.

Я не успела ничего ответить, как вклинилась Наташа.

— О, Даниил, — тепло улыбнулась она. — Составишь нам компанию за обедом?

Даня оглянулся на других парней, а я, злобно прищурившись, посмотрела на Нату. Весь её вид говорил: «Ну а что такого?». Действительно, и не объяснишь же, что этот человек бесит настолько же сильно, насколько и волнует.

— Почему бы и нет? — ответил Даня, шагнув ко мне ближе. — Я всегда за хорошую компанию.

Парни чему-то рассмеялись, а я опять чуть не сгорала от стыда от того, что на нас все пялились.

18

— А давайте я пока нам столик займу? Варь, возьмёшь, что и себе, ладно? — спросила Наташа и сунула мне в руку купюру.

— Да, конечно, — ответила я, убирая деньги в карман.

А что, так можно было? Надо было самой пойти, отсидеться спокойно. А не стоять тут напряжённо, с этим надоедливым человеком за спиной. Кому-то я точно перешла дорогу, раз Даня теперь постоянно попадается на глаза. Надо подумать, где я могла так накосячить, что притянула парня-переростка с восхитительным голосом и глазами, который так раздражает.

— Варя, ты чего застыла? Двигайся, — прямо мне в ухо тихонько проговорил Даня, теплым дыханием заставив мои волосы пощекотать шею.

По телу прокатилась горячая волна, подбросив сердце к небу и обратно. Да что ж это делается? Я встрепенулась и торопливо продвинулась вперёд, слегка врезавшись в стоящую впереди девушку, которая старательно делала вид, что нисколько не пытается нас подслушать. Она буркнула «Осторожней!» и отвернулась. Оставшиеся несколько минут прошли относительно спокойно. Даня отвлекся на друзей, болтал с ними, а я поставила на поднос нашу с Наташей «любимую» гречку и две тарелки супа. Чай. Макароны уже закончились, рис выглядел слипшимся, а брокколи я не переношу. На этом выбор гарниров заканчивался. На самом деле, гречку я любила. Ровно до того момента, пока не стала есть её почти каждый день в общежитии.

— Наташ, зачем ты его позвала? — проворчала я, когда села рядом с ней за стол рядом с окном.

— Как зачем? — удивилась она. — Познакомиться поближе. Он — идеальный кандидат.

— Кандидат на что? — удивилась на этот раз уже я, отчего-то расстроившись.

Она заговорщически улыбнулась, но не успела ничего сказать — на стол приземлился поднос, а следом стул рядом занял Даня, оказавшись между мной и Наташей.

— Приятного аппетита! — громко сказал он, улыбаясь нам обеим.

Ната поблагодарила и пожелала того же, а я просто кивнула, настолько удивилась. Рядом с Наташей, не сводя с неё взгляда, застыл парень. Похоже, старшекурсник. Возможно, как и Даня, с последнего курса. Худощавый, высокий, волосы русые короткие. В джинсах и клетчатой серой рубашке. Симпатичный, но с моей подругой, очевидно, ему ничего не светит. У неё совсем другие вкусы.

— Привет, тут не занято? — спросил он, придерживая поднос одной рукой, а второй коснулся спинки стула.

— Не занято, — ответил Даня не особо радостно.

Кажется, Наташа хотела отправить его за другой стол, но тут же осеклась. К нам, с улыбками акул, приближались две девчонки, что с первого дня предлагали Наташе дружбу, ходили за ней хвостиком, вроде свиты. Пока не узнали, что есть ещё одна претендентка на звание Королевы, которая появилась на учебе лишь спустя дня три после начала занятий. Ника. И они тут же переметнулись к ней, вошли в «главный состав», и после изредка бросали на Нату взгляды превосходства. Зато мы с ней тогда как-то случайно стали общаться.

И вот сейчас эти две не очень хорошие девушки, с уверенностью носорога, топали к нам, глядя на Даню.

— Свободно, — ответила Наташа, а я даже помогла стул отодвинуть этому парню, чем заслужила полный замешательства взгляд Дани.

Рядом послышался нестройный возглас разочарования. Их двое, а стул свободный остался один. И тот явно лишний. Ну да ладно, его уже никто не станет занимать. Мы с Натой переглянулись: удачно этот парень оказался рядом, а то от той парочки было бы не отвертеться. Очень назойливые.

Мы принялись за еду. Точнее, я.

— А я сначала подумал, что у нас такая красивая преподавательница в этом корпусе, а оказалось, ты студентка, — услышала голос парня, что сел напротив Дани.

Да, Нату часто считают старше. Я сама думала, что ей лет двадцать семь, когда увидела. Слишком взрослой она выглядела по сравнению с нами. Хотя ей всего девятнадцать.

— Ну что ты! — снисходительно засмеялась подруга, — Варе всего восемнадцать, мы с ней на одном курсе учимся.

Даня хохотнул, а мои брови взлетели. Я покачала головой. Парень же смутился, даже будто покраснел слегка.

— Я… — начал он и запнулся.

— Я знаю, что ты обо мне говоришь, — уже с улыбкой продолжила Наташа. — Я привыкла к подобным предположениям. Мы — первокурсницы. Я — Наташа, — протянула она ему руку, и парень её поцеловал.

Ой-ой. Вот это было неожиданно. Даже Ната смутилась. А парень как ни в чем не бывало продолжил.

— Глеб, — представился он. — Князев, а ты тут что делаешь? Разве тебя не ждут? — спросил он и указал на столик, где сидели старшекурсницы.

19

Даня даже в лице не изменился. Продолжил жевать свою котлету, или что он там взял и лишь потом ответил:

— Тебя это волновать не должно. Но, чтобы девушки не тревожились, скажу, — продолжил он спокойно, а я в этот момент громко фыркнула и закатила глаза, демонстрируя всю степень моей «встревоженности» за его семейное положение. — Никто меня там не ожидает. Я свободен и готов к новым отношениям, — торжественно закончил он и очень выразительно посмотрел на меня.

То ли убить хотел взглядом, то ли намекал, что готов к отношениям, но только не со мной, а может… Нет, третий вариант я боялась даже обдумывать. Вдруг придумаю что-то не то, и потом будет очень больно падать из воображаемых объятий. Лучше обойтись без этого.

— О-о-о, — многозначительно протянул Глеб, глядя то на Даню, то на меня.

Я не поняла, к чему это, но на всякий случай кивнула. А Наташа засмеялась своим супер-голосом, от которого взгляд Глеба мгновенно переметнулся к ней, и он замер, как околдованный. Ох, попал парень. Может, ещё и сам не знает, как попал. Только бы с Даней за Нату драться не начали. А то станет совсем грустно. Князев, несомненно, раздражающий тип, но уж очень симпатичный. Будет жаль, если его лицо пострадает в борьбе за любовь.

Я продолжила есть и крепко задумалась. Справедливости ради хочу заметить, что в нашем корпусе парни действительно в дефиците. Тут очень много чисто женских специализаций или просто тех, на которые парни не пойдут. Потому что быть чуть не единственным представителем мужского пола на сорок девушек в группе — выдержит не каждый. У нас так двое отчислились через день после начала занятий. Так что неудивительно, что столько пристального внимания к Дане и его сокурсникам сегодня. Думаю, завтра, когда из «мужского» корпуса хлынет вторая волна, о Дане и, конечно же, обо мне, все забудут.

— Столовая здесь, конечно… — с видом мученика прокомментировал Глеб стоящую на подносе еду. — Скорее бы кафешку снова открыли, что была на первом этаже. Там хотя бы вкусно, а не вот это вот всё.

Наташа пожала плечами. Мы с ней были совсем не придирчивы к еде. Вообще, когда вдруг не остаётся денег, а ты живёшь в общаге, почти любая еда становится вдруг вкусной. Ну, кроме брокколи, пожалуй. Брр.

— В ближайшее время будет расширение. Так как целый корпус перевели сюда, столовая станет больше. Часть персонала переведется сюда. Увеличится и ассортимент. В начале каждого года одно и то же: по месяцу, а то и по два нужно им для раскачки, — поделился Даня, совсем не воротя нос.

— И всё же, столовая с кафе не сравнится, — не унимался Глеб. — Наталья, как только заведение откроется, будем ходить только туда.

Ната снова выглядела удивленной. Уж не знаю, почему. Чем-то её смущал этот парень. Вроде симпатичный, внешность нетипичная, интересная. Худощавый слегка, но ему так даже хорошо. Не пойму, чего это с подругой. Уж чего-чего, а внимания она точно не боялась и умела его привлекать. Или не знает, как его спровадить?

— Да? Глеб, но мне и здесь вполне нравится, — возразила Наташа, закладывая за ухо черную прядь.

Глеб ошарашенно уставился на её поднос, на свой. Несколько раз хорошенько присмотрелся к тарелкам. Даже что-то понюхал.

— Ну нравится, значит нравится. Неожиданно, конечно. Но ты права, вполне сносно. И к непонятной толпе, наверное, привыкнуть можно. Ладно. Будем обедать здесь. Только без сладкого я умру. Наталья, ты же любишь сладкое?

— Да. Люблю, — ответила она, возвращая прежний невозмутимый вид.

— Отлично. Никуда не уходи, я сейчас вернусь, — сказал он и сорвался с места.

— Странный какой-то, — заметила я.

— Согласна. Дань, кто он такой? — спросила Ната, мило хлопая глазами.

Ох, опять эти гляделки. Вот люблю Наташу, но прямо сейчас придушить хочется, за то, что Дане глазки строит. И не мое это дело вовсе, но как же раздражает!

20

— Варь, ты чего? Ты меня своим взглядом убить пытаешься? — спросила она у меня, и я мгновенно сдулась, схватилась за стакан, вытащив пакетик.

Князев хмыкнул. Кня-зев. А красиво звучит. Князева Варвара Васильевна — очень даже неплохо. Я даже ещё раз повторила, перекатывая на языке звучание, скрасившее горечь слишком сильно заварившегося чая.

— Ты что, мою фамилию себе примеряешь? — удивлённо спросил Даня, возвращая брови, взлетевшие вверх, на место.

Я захлопнула рот, который, без моего ведома, произнес вслух то, что никто не должен был слышать. Это невыносимо! Лицо вспыхнуло, стакан чуть не выпал из рук, но я постаралась успокоиться.

— Тебе показалось! — воскликнула я.

Ната уже в третий раз закатила глаза, едва сдерживая смех.

— Не рановато ли, Варь? — продолжил Даня. — Ты же меня ещё не простила даже. Или это значит простила?

— Простила! — сказала я громко и прямо полегчало. Давно ведь собиралась, а тут такой шанс. — И не злилась почти, понятно? — почему-то почти крикнула я.

Эмоции заискрили. Этот человек одним присутствием меня выводит из себя! Эти глаза его чудесные, губы обалденные. А ямочка на подбородке? Кто вообще придумал такую красоту? Черт!

Даня заулыбался. Ната обвела зал глазами, и вид у нее сделался сконфуженный. Но я быстро отвлеклась.

— Значит, пойдешь со мной на свидание? — также громко спросил Даня, почему-то вставая и протягивая мне руку.

Я посмотрела на протянутую конечность как на прокаженную — поморщилась в ужасе.

— С тобой и Натой? Зачем? Князев, ты в своем уме? Я не поклонник множественных союзов! — воскликнула я, а Даня убрал руку.

В столовой стало тихо, но я не могла переключиться. Даня бархатно рассмеялся, окутав волшебством своего голоса. Покачал головой.

— Варь, я тебя зову на свидание со мной. Сегодня. Или завтра. Пойдешь?

Теперь и я вскочила, едва не уронив стул. Да что он опять так неожиданно, а? Я ведь не готова! А когда я не готова, мой мозг творит «чудеса». И язык, ох, что творит язык.

— Да никуда я с тобой не пойду, Князев! Я вообще ни с кем не пойду. Я сюда учиться приехала, мне свидания не нужны. А отношения — тем более! Официально тебе заявляю: я ни с кем в универе встречаться не буду! — сказала громко, но вдруг испугалась своих слов. — До Нового года точно!

Взгляд Дани сделался нечитаемым, Наташа прикрыла лицо ладонью. Да, перебор. И вдруг я поняла, что мне не показалось, и в столовой действительно все притихли. И наблюдали за нами. Вот блин. Я же только что одним махом Даниилу репутацию подпортила, публично отказала. Да и самой теперь неловко было. Почему я не могла просто согласиться? Идиотка.

Даня продолжал молчать. На самом деле, всего несколько секунд прошло, но время словно замерло. Ну всё. Сейчас он точно уйдет и имени моего не вспомнит. Ещё и Наташку с собой захватит. Или нахамит. Я бы после такого отказа точно ушла.

— Ох, Варя, зря ты раскричалась, — сказал он тихо, продолжая сверлить меня нечитаемым взглядом.

Стало не по себе. Но почему все только тихонько перешептываются? В чем дело? И вот тут я не поняла: многие, почему-то, доставали деньги.

— Наат, они что, Дане на утешительный приз скидываются? Или мне на новые мозги? — спросила я осторожно, но Наташа только хмыкнула.

Я подпрыгнула, когда рядом материализовался Глеб, а на стол приземлилась красивая коробка с пирожным. Коварно улыбнувшись, он достал бумажник и вынул купюру. Положил на соседний стол.

— Ставлю пять тысяч на то, что до Нового года Варенька будет замечена в отношениях. Принимаю ставки!

— Э-э-э… Что? — крикнула я. — Это ещё что такое? Я что, зря тебе стул двигала? Ты обалдел? — кинулась я на Глеба.

— За стул спасибо, Варь, и не обижайся — ничего личного. Скушай пироженку и успокойся, — сказал он и отвернулся к ребятам.

И тут началось. Все ожили, стали громко болтать. До меня доносились обрывки фраз. Кто-то ставил на то, что я буду одна, кто-то на отношения, а кто-то уже стал подбирать кандидатов на роль того, с кем именно я буду встречаться.

Ну и ну! Да такое мне и в кошмарном сне не могло присниться!

21

Я сбежала. Схватила сумку и ушла, не желая слушать этот бред. Быстро шагала по широкому коридору, спеша к лестнице, с трудом обходя других студентов, заполнивших пространство. Да, рядом с Даней у меня совсем с головой плохо становится, раз я мало того, что встала, так ещё и орать начала. Ну это же надо так, а! На душе стало тяжело. Лицо не переставало пылать. Как же это всё на меня не похоже…

Да я в жизни подобного не устраивала! Даже когда один придурок, год назад, позвал встретиться, а на встрече, пользуясь эффектом неожиданности, поцеловал меня, за что получил коленом в одно место. А потом распространял слухи о том, что всё зашло куда дальше, и он этим самым местом… В общем, я тогда и то вела себя спокойнее. Только поплакала тихонько, да сообщила всем, кто ему поверил, параметры того, что находится у него ниже пояса. Не проверяла, но описала всё с весьма неприглядными подробностями. Думала — убьёт, но нет, пережил эту маленькую травму. И я пережила. А тут… Парень приглашает меня на свидание, парень, который мне нравится. А я не могу согласиться и устраиваю дичь. Да что со мной?

Решила пойти на улицу — подышать и выветрить из ушей разноголосый хор. У гардероба опять толпились, поэтому пронеслась мимо и выскочила из здания, тут же оказавшись в холодных объятиях осени. Накрапывал мелкий дождь. Всунула руки в карманы свитера. Быстро вдыхала холод и выдыхала клубы пара, которые тут же уносил ветер. Ладно. Пару дней поболтают и успокоятся. Забудут эту глупость и найдут новый повод для разговоров. К тому же, продолжила утешать себя, в столовой было не так много людей. Так что не все в курсе дурацких ставок и моего выступления.

Ветер пронизывал, капли ощущались мелкими острыми иголками, впивающимися в кожу, но возвращаться не хотелось. Ещё минут двадцать до конца перемены оставалось, побуду тут. Мимо пробегали девушки и парни, проходили преподаватели, прячась под зонтами, кутаясь в воротники, перешагивая лужи.

— Как тебе погодка? — сначала услышала мягкий голос, а затем ощутила на плечах тяжёлую кофту.

— Уже лучше, — хмыкнула я, не глядя на Даню, а наблюдая за тем, как он застегивает свою толстовку на мне. Соединяет края и бережно ведёт замочек вверх. Накидывает капюшон мне на голову. — Спасибо, — выдохнула вместе с паром, когда завязки от капюшона завязались бантом на моей шее. — Тепло, — посмотрела ему в глаза.

Его вид не выражал недовольства. Спокойствие. Теплота. Меня снова начало уносить.

— Ты что тут, расклеилась совсем? — спросил Даня спокойно, словно и не замечая колючего ветра, что проникал ему под тонкую футболку.

— Да нет, всё нормально. Это просто дождь, — хихикнула, вспомнив мемасик.

Продела руку в безразмерный рукав и вытерла глаза. Даня отвернулся к завешенному с другой стороны окну и взял что-то с небольшого выступа, что прятался под металлическим навесом.

— А это просто кофе, — сказал Даня и протянул мне горячий бумажный стаканчик, оставив себе такой же.

— Ух ты! Спасибо, Дань. — Вку-усно, — улыбнулась я, быстро согреваясь, но улыбка тут же исчезла. — Дань, что делать теперь? Правильно мне первая мачеха говорила: жить с придурью, конечно, весело, но сложно. И это я при ней почти не чудила.

— Первая? А сколько их у тебя было?

Я на секунду задумалась, вспоминая каждую по имени.

— Три. Сейчас четвёртая. У неё мертвая хватка, держится уже шесть лет. Остальные быстро сдувались. И у этой самый сложный характер, у нас с ней взаимная нелюбовь.

— Твой отец, очевидно, тоже не привык скучать? — спросил Даниил, правая бровь которого чуть выгнулась.

— Ага. То он выкинет что-то, то женщина попадется с огромными сюрпризами. Так и живём.

22

Рядом с ним я забыла, что мы на улице. Что тут холод и непогода. Что был какой-то спор и скоро мне снова придется оказаться среди тех людей, что так активно подключились строить предположения о моей личной жизни. А ведь Даня просто стоял рядом, в этой своей футболке, со стаканчиком в руке, с добродушной улыбкой и лучиками в уголках глаз. Волосы сбились набок от ветра, чуть изменив черты. И я не могла перестать смотреть. Забыв обо всём, ловила каждое слово, каждый жест. Даже противоречия спрятали голову и затихли, оставив чистую, без примесей, симпатию.

— Не обращай внимания, Варь. Какая разница, что говорят? Это их деньги, их выбор. Лично ты ничего не теряешь от этого. Делай так, как считаешь нужным. Это ведь твоя жизнь.

Так-то оно так, но… Даня не мой и такими темпами я только оттолкну его. Вот сейчас же мы говорим, общаемся нормально, даже мило, но потом что-то переключается и всё!

— Ты прав, — ответила я. — Спасибо. Пойдём уже. А то меня на части разделают твои поклонницы, если ты заболеешь.

— У меня только одна поклонница — ты, — засмеялся Даня. — Вот и вылечишь меня.

Опять начинает! Проходящий мимо ВП глянул угрюмо, но промолчал. Весь его вид говорил: «И тебя вылечат».

— Князев, не беси! Я тебя только пинками могу подлечить. Специальный рецепт от наглости и завышенного самомнения. Хочешь?

— Заметь, не я себе многочисленных поклонниц выдумываю. И да, вижу, фамилия тебе понравилась. Классная, да?

— Да, — согласилась я и тут же закатила глаза. — Ты неисправим.

— Но тебе же нравится это, — ответил Даня, открывая мне дверь и пропуская ещё одну девушку, чуть зависшую от вида переростка. То есть, высокого парня.

— Ни капельки.

Я допила кофе и бросила стаканчик в урну рядом с гардеробом. Даня сделал то же самое. На душе было намного легче, чем когда я отсюда выходила недавно. Расстегнула толстовку, напоследок вдохнув, уткнувшись в воротник. Ммм. Крышесносно.

— Тебе помочь? — вернул в реальность его голос.

Я протянула руку с кофтой, отдала с сожалением. Заметила, как пялится Ника с двумя девчонками, которым мы не дали сесть с нами за стол. Черт, а я ведь только отвлеклась. Ладно, может, им вообще плевать и случайно зацепились взглядом, а я всё утрирую в своей голове.

— Спасибо за кофе. И вообще, что вышел ко мне, — сказала я, глядя снизу вверх на Даню «почти принца» после такой заботы. — Только замёрз ведь. Промок…

— Это того стоило, — с довольной улыбкой заявил Даня и взъерошил свои волосы, став ещё более классным. — Мне надо идти. До встречи, Варь. А то, как ты говоришь, поклонницы ждут.

— Иди-иди, а то горькими слезами захлебнутся.

Он только покачал головой. Я смотрела вслед удаляющемуся силуэту и едва сдерживала улыбку. Ну вот, можем ведь, когда хотим. Нормальный диалог получился, нормальные взгляды. И на сердце теперь так тепло, так радостно…

Вдруг прямо передо мной оказался Глеб. Да как он это делает?! Рядом маячила Наташа. Ага, спелись.

— Так, Варя, молодец, — сказал он и положил руки мне на плечи, как бойцу, после сложного раунда. Даже помассировал слегка. — Мы на верном пути. Голоса разделились, сорок процентов уверены, что ты будешь в отношениях. Они, как и я, поставили на это. Так что, Варь, не подведи!

— Ната, что он ко мне привязался? — спросила у подруги, избавляясь от конечностей на моих плечах. — Эй, ты что это, с ним заодно?

— Нет, конечно, Варь, что ты! — сказала подруга, но как-то неубедительно. — Ну, разве, самую малость, — призналась эта предательница и сложила руки, будто собралась умолять. — Варь, постой, мы и с тобой поделимся выигрышем. Правда, Глеб? — переключилась на него.

Идея ему явно не понравилась. Он с недоумением посмотрел на меня, но стоило Нате хлопнуть ресницами, как парень просиял.

— Да, конечно, как скажешь, Натали. Это отличная идея!

Ого, оперативно. Сперва Наталья, теперь уже Натали. Забавный бы был парень, если б не его наглость.

— Ой, всё, предатели. Всё с вами ясно. Подыгрывать не собираюсь. Как получится, так получится. Я дала это слово, мне его и забирать, — решила я и направилась к лестнице. — Ната, ты на пару идти собираешься?

— Конечно, — кивнула она и пошла за мной, на прощание махнув рукой Глебу.

23

На этом безумный день не закончился. Когда я вошла в аудиторию, многие повернулись в мою сторону.

— На-ат, я ещё что-то пропустила? — спросила я негромко, вышагивая к свободному столу в конце кабинета.

— Самую малость, — улыбнулась подруга, гордо шагая рядом, выныривая из телефона. — Твоё выступление сняла блогерша с пятого курса, у которой больше десяти тысяч подписчиков. И она выложила его и в историю, и отдельным постом. Там обсуждение активное, но ты лучше не смотри.

Мы заняли места, а я старательно игнорировала взгляды и болтовню, чтобы лишний раз не расстраиваться. Однако все равно кое-что услышала. «Да кому она нужна? До конца универа никто с ней не станет встречаться» или «Нормально так цену себе набила», «Выскочка» и «Неужели это кому-то интересно?». Последний вопрос — золотые слова, с которыми я согласна миллион раз, но, видимо, да, кому-то это нужно и интересно.

— А почему ты мне сразу не сказала? — спросила я Наташу.

— Я сама только увидела, — ответила она, откладывая телефон. — Не обращай внимания, Варь. Все скоро успокоятся.

— Да уж, — вздохнула я. — Я мастер находить проблемы там, где их быть не должно. Восхитительная суперспособность. Поделиться навыком?

— Э, нет, спасибо, — открестилась Наташа, словно я, и правда, могу отсыпать горсть этих самых способностей.

— Ну, не хочешь, как хочешь. Но если что, обращайся. Я всегда рада помочь, — заверила я подругу.

— Ага, спасибо, — ответила подруга, с опаской поглядывая в мою сторону.

Пара прошла спокойно. В основном записывали лекцию, отвечали на вопросы. Только один момент был, выбивающийся из обычной атмосферы пары по организации обслуживания. Я редко переспрашиваю преподавателей или прошу что-то разъяснить. Но сегодня была интересная тема и один момент мне хотелось узнать получше. Поэтому я подняла руку, чтобы спросить, а когда мне кивнули, и я уже была готова задать вопрос, встряла Ника.

— Что, Варя, нам телефоны для записи готовить? Снова ради хайпа чушь нести или орать будешь? — спросила она, а её благородная свита мгновенно захихикала.

Настроения шутить шутки вообще не было. Я только-только забылась парой и вот опять напоминание. Ну спасибо.

— Команды снимать не было, ассистент. Лучше возьми ручку и записывай лекцию, — ответила я, четко определив нотки занудства в собственном голосе, и задала вопрос преподавателю.

На этом Ника отвязалась, предварительно громко фыркнув. Пара закончилась, я радостно побежала из аудитории, следом за Наташей, но голос старосты заставил остановиться.

— Калинкина, куда понеслась? Забыла про собрание?

— Туда и несусь, Оль, туда и несусь, — вздохнула я и сбавила темп. — Нат, не жди меня, я сегодня на каторгу.

— В смысле? — остановилась Наташа, явно желающая что-то обсудить и спешащая к выходу.

— Ольга мне вежливо напомнила, — сказала я, а староста поджала губы. — Что собрание сегодня. А я же, по воле кое-кого весьма наглого, попала в досуговый центр.

— Ой, точно. Ну ладно, я к тебе тогда забегу вечером. Пока! — и она помчалась по коридору.

На том и попрощались. Уже у самой лестницы дорогу ей преградил Глеб. Полминуты, и вот они вместе пошли к лестнице. Я не узнавала Наташу. Он, этот Глеб, ну вообще не её тип, как она говорила. А так мило общаются. Но, может, я чего-то опять не понимаю.

Я прошла в актовый зал на третьем этаже. Там уже было человек десять. Четыре из них сидели группой, несколько ребят расположились по одиночке, и с краю, у окна, разместилась парочка. Решила сесть рядом с ними. Под слепящими лучами внезапно выглянувшего солнца не сразу заметила, кто там. Присмотрелась, когда уже садилась. Ну точно. Как же без него. Видела же, что кто-то высокий, и даже сердце ускорилось, и всё равно пошла к ним. Князев, собственной персоной. Я села через ряд от парочки, о чем пожалела. Вся моя благодарность за кофе и теплые слова улетучилась. Рядом с Князевым сидела светловолосая девушка и откровенно флиртовала. Точно-точно. Так активно, что казалось, она свои волосы скоро не только на палец, на локоть наматывать начнет, а язык заболит от бесконечного облизывания губ. Ррр!

— О, Варя, — обернулся ко мне Даня, — А ты чего рычишь? — спросил он удивленно.

— Князев, тебе опять что-то кажется, — ответила я, краснея.

— Нет-нет, я тоже слышала, — вмешался тонкий голосок его подружки, которая, словно случайно, когда поворачивалась, положила свою руку на руку Дани. — Это твоя знакомая?

Даня кивнул, аккуратно высвободил руку из мягкого захвата. А он молодец, держится, не поддаётся.

— Это массовые слуховые галлюцинации. Такое бывает, — заверила я симпатичную девушку, к которой, несмотря на её привлекательную внешность, симпатии не ощущала. — Как это было с Мадонной у часовни на холме.

24

Она скривила губы и повернулась к Дане — стала активно рассказывать ему о каких-то соревнованиях в столице, быстро потеряв ко мне интерес. Парень ещё некоторое время смотрел на меня, я чувствовала, а после отвернулся. Я достала ручку и блокнот — надо же будет не только генерировать идеи, но и передать потом остальным, до чего мы тут договоримся. Надо быть готовой. Люди постепенно наполняли зал, а я вставила в ухо один наушник и включила тихо музыку. Первой рандомно включилась одна из популярных песен The Killers.

Когда кто-то задел мой локоть, я вздрогнула. Погрузилась в свои мысли, зарисовывая листок неизвестными чёрными узорами. Рядом сидел какой-то парень, которого видела, кажется, впервые. О таких говорят — живёт в спортзале. Светлая водолазка облегала широченные, крепкие плечи, мощную грудь. Короткие темно-русые, почти черные волосы были взлохмачены, в своеобразном беспорядке, но ему шло. Так. Кто это и зачем пожаловал? После короткого «сканирования» вынула наушник. Надо сказать, меня он тоже досконально изучил.

— Привет, — сказал он, блеснув белоснежными зубами.

Ух, я думала, такие только в рекламе бывают. У меня даже близко не такие белые зубы. Стоматолог сказала, когда я пришла пожаловаться на отсутствие эффекта от отбеливающих паст, что мало у кого они чисто-белые, в основном с оттенком.

— Привет, — ответила я, ожидая, что он продолжит.

Но парень просто остался рядом, залез в свой телефон, начал что-то листать. Кгхм. Ладно. Я вернулась к прежнему занятию, предварительно осмотревшись. Мест много в аудитории, заскучал, бедняга? Заметила впереди движение — Даня повернулся к нам. Судя по выражению его лица — увиденным он остался крайне недоволен. Я пожала плечами и кивнула на девчонку рядом с ним. Мол, что тебя не устраивает? Князев ещё некоторое время посверлил моего соседа взглядом и, не дождавшись реакции, отвернулся.

Наконец, место у кафедры заняла девушка-старшекурсница, и я выключила музыку. Она рассказала о том, зачем мы все собрались, как будет организована работа. Только первая встреча проходила вместе, дальше, по большей части, все центры будут встречаться по отдельности. Лишь иногда собираться для объявления новостей. Досуговый центр, информационный, спортивный и так далее. Точнее, мы можем проводить собрания и в одном зале, но стараться не мешать друг другу.

Дальше нас всех отметили в журнале, параллельно как бы представляя друг другу. Но людей было столько, что я мало кого запомнила. Поняла только, что Даня и девушка рядом с ним — в спортивном центре, а зовут девушку Лена. Я думала, парень рядом со мной тоже относится к ним, но нет. Когда наступила его очередь представиться, он сообщил, что его зовут Кирилл Зверев и он вместе со мной, в организации досуга. Что ж, ладно. Князев снова смерил его нечитаемым взглядом, на что получил кривую усмешку. Мда, ребята явно друг друга недолюбливают.

Нашей группе из двадцати человек, что теперь отвечали за досуг, дали задания. На самом деле, нас было куда больше, но самыми сложными задачами занимались только старшекурсники, которые уже сбежали. Но то задание, которое досталось нам с Кириллом, я бы с радостью передала кому-то другому.

— Ребят, наш ректор подглядел, что в одном из университетов ежегодно стали проводить «Осенний бал». С вальсом, платьями, украшением зала, — начала Оксана, которая всеми нами тут управляла. Последнее предложение она произнесла мечтательно. — Ему очень понравилась эта идея и вот уже второй год он желает реализовать такое же мероприятие у нас. Теперь нам нужно, чтобы все студенты пришли на этот прекрасный праздник. Вообще все. И не просто пришли, но и участвовали в совместных репетициях. Разумеется, кроме тех, у кого есть уважительная причина для отсутствия.

— Эм. Простите, — решила прояснить один вопрос я. — А обычно сколько процентов приходит на этот замечательный праздник? То есть, сколько было в прошлый раз?

— В прошлом году было человек пятьдесят, — хмыкнул Кирилл. — Как мы должны их привести? Заставить?

Оксана вздохнула.

— Заставить, заманить… Делайте что угодно. Но если всё будет подготовлено, но снова придет полтора инвалида, ректор нам с вами головы открутит. Так что, кровь из носу, но чтоб были все. Мы голосование проводили, только тридцать процентов указали, что им интересно.

Мы с Кириллом переглянулись. Мда. Помню я этот анонимный опрос. Сама лично бросила бумажку с фразой: «мне не интересны праздники». А теперь не только придется самой участвовать, так ещё и других на это подбивать. И ладно Зверев — парень видный, общительный, договориться может, пригласить, а я? Я, кроме Наты, пожалуй, никого и не смогу позвать. Что же делать?

25

— Ах да, — вдруг вернулась Оксана и попыталась сделать виноватый вид. Так, это дурной знак. — Послезавтра будет повторное голосование. Ждём от вас крутых результатов.

— За-ши-бись, — убито произнесла я, закрывая лицо руками на секунду. — Сроки шикарные. Чем их всех заманить? — спросила я, обводя рукой пространство.

В зале по-прежнему было много народу, стоял монотонный гул, иногда разбавляемый чьими-то возгласами, смехом. Даня с ребятами из своего центра сидел теперь левее. Я нашла его взглядом. Лена почти вплотную прижималась к нему, что-то активно записывая и комментируя. А он смотрел на меня. Я не смогла сдержаться и улыбнулась. Приятно, что он обо мне не забывает, как и я о нем. И он мне подарил мимолётную улыбку, но его тут же отвлекли.

— Варвара, — обратился ко мне Зверев, чуть склонив голову. — Давай сделаем так. Я возьму на себя девчонок. Ты бери парней. Идёт?

— Час от часу не легче, — вздохнула я. — Ну ладно, буду думать, что сделать. Будто у меня выбор есть. Эй, ты что делаешь?

Кирилл встал, схватил меня за запястье и потянул меня за собой к кафедре.

— Не я, а мы. Будем записывать для девушек видеообращение. Тебе лишь надо будет постоять рядом и нажать на кнопку включения и выключения режима видеосъёмки в телефоне.

Хм. Снова видео? Ну ладно, теперь же не я буду позориться.

— А, ну это без проблем, — заверила я.

— Сейчас просто снимай, когда я скажу. Я вечером смонтирую, всё сделаю и передам нашей известной местной блогерше. И все девчонки будут наши. То есть, придут на праздник.

— Прости, конечно, но сомневаюсь, что получится что-то.

Я покосилась на него с сомнением, но он просто самодовольно хмыкнул. Что нужно сказать, чтобы произвести такой эффект? Ох, не верю в эту затею. Кажется, кому-то придется разочароваться в силе собственного обаяния. Я дошла с ним до кафедры, представляя, как этот парень будет пытаться своей харизмой сотворить невозможное. Ну-ну.

— Так, давай на твоём телефоне включим музыку. Можно? — кивнул на мой смартфон.

— Держи, — ответила я, разблокировав экран и передавая ему.

Через минуту громко заиграла тягучая, гипнотизирующая музыка, под какую извиваются и двигаются плавно в ночных клубах. Это я в фильмах видела и клипах. Хм, неплохой выбор. Я оглянулась. Опять все смотрят.

— Вы там обалдели? — крикнул кто-то из зала. — Мешаете!

— Две минуты, — ответил на это Кирилл. — Тааак, а теперь снимай. И смотри, не вырони телефон.

Не выронить телефон? Так переживает за свою собственность? Бедняга. Но я и не собиралась ничего ронять. Нажала на красный кружок, началась запись. И моя челюсть чуть тут же не отвалилась. Да и смартфон, признаться, дрогнул в руках. Под гипнотизирующую музыку этот отчаянный парень стал плавно стягивать водолазку, по чуть-чуть оголяя рельефный живот с кубиками. Ааа!

— Кирилл, стоп, у нас другая задача. Ой-ой, — я продолжала снимать, а ткань уже оголила его грудь. Он что-то говорил, улыбался очень вызывающе.

Позади меня люди вдруг оказались ближе, и все возгласы я уже буквально ощущала спиной. Случайные зрители, а особенно девчонки, обступили.

— Что происходит? — спросил Даня хмуро, вставая рядом со мной. — Он что, так подкатывает к тебе?

— Да нет, ты что, это для задания. Агитируем прекрасных девушек пойти на «Осенний бал».

— А ты пойдешь? — спросил Даня.

Я заметила, как в его глазах вспыхнул интерес. Окинул меня с ног до головы пытливым взглядом, будто представляя в красивом платье, в своих руках… Ну нет, это уже моя фантазия. Сомневаюсь, что он подумал об этом же.

— А куда я денусь? Мы отвечаем за то, чтобы привлечь туда как можно больше людей, — произнесла обречённо, краем глаза наблюдая за движениями Кирилла.

— Отлично. Я помогу. А с тебя танец на балу, — заявил он.

Задорная улыбка зажглась на губах, и вот он уже тоже в кадре, стянул футболку, обнажив поджарое тело. Без таких четких кубиков, но такой красивый, подтянутый торс, широкие плечи, рельефная грудь… Ох, мамочки! Каким же он спортом занимается, что поддерживает тело в таком состоянии?

Стоп. Парни стараются, а я о ерунде думаю. Голос они потом наложат, но я бы даже слушать не стала. После такого видео прилетела бы первой и в очереди стояла, зная, что есть шанс потанцевать с одним из этих принцев, то есть, парней. Так что, их задумка должна сработать.

Не знаю, как так случилось, но в кадре появился Глеб. Хм. Его ранее точно не было в зале. Момент — и он так же обнажен сверху по пояс и двигается в такт музыке. Я не поняла, их что тут, танцам обучали или что? Раньше я никогда не видела вживую, чтобы парни красиво танцевали, а эти как на подбор. Огонь…

Парни не обращали внимания друг на друга, их взгляды были прикованы к невидимым зрителям, что скоро увидят шоу. Мое сердечко готово было выскочить и присоединиться к ним. Ну надо же…

Кто-то положил руку мне на плечо, и я крепче ухватилась за смартфон. В последнее время все так и норовят нарушить мое личное пространство. Да и помешать созерцать эффектное зрелище.

— Удивительно, — услышала женский голос. Рядом стояла незнакомая девушка, точно старше меня. — Заставить трёх парней, которые друг друга недолюбливают, танцевать перед камерой ради девушки… А ты сильна, Варя. Молодец, — она похлопала меня по плечу и ушла, оставив меня в замешательстве.

Я хотела бы окликнуть её, прояснить, что не для меня они отплясывают и сверкают красотой, но девушка уже куда-то исчезла. Ну да ладно. А парни, и правда, хороши. Даже слишком. Особенно Даня.

26

Представление вскоре закончилось, и я с сожалением нажала кнопку завершения записи. Это был тот случай, когда стыдно, но хочется ещё. Теперь я просто не могла смотреть им в глаза. На грудь и животы тоже, кстати. Поэтому отвернулась, дождалась, пока верхняя часть их тела вернется в одежду и только тогда повернулась обратно.

— Это было здорово, вы такие молодцы, — похвалила я, кивая головой как те собачки, которых раньше ставили на приборную панель. — Девушки точно будут в восторге.

— Значит, тебе понравилось? — спросил Кирилл, забирая из моих рук свой телефон и случайно касаясь пальцев. Или не случайно?

— Да. Было круто, — не стала отпираться и врать.

— Теперь твоя очередь, Варь. Времени осталось мало. Удиви нас, — вдруг подмигнул инициатор жарких танцев и прошел мимо меня. — Видео скоро будет готово, — сказал напоследок.

— Ага, — ответила уже без радости.

Удивлять я не умела, это точно. Танцы на камеру — не мой конек. Надо что-то думать и делать. Только вот что?

— Натали будет впечатлена, — самодовольно проговорил Глеб, на ходу поправляя чуть растрепавшиеся волосы. — Пока, Варя. И проследи, чтобы Наташа увидела меня.

— Обязательно, — ответила я, мыслями тут же уплывая к другому человеку.

К тому, что ещё не ушел, а стоял чуть дальше других. Теперь, когда они ушли, он подошёл ко мне. Ух, какой красивый! И как хорошо, что он уже одет, иначе пришлось бы одергивать себя, чтобы не коснуться горячей кожи…

— Спасибо, Дань, за помощь. Это было очень кстати.

— Обращайся, — улыбнулся он ярко и спросил: — Подвезти в общагу? Слышал, путь до неё сложен и тернист.

Что есть, то есть. Чтобы добраться до общаги, надо пройти долину бараков, горы складских помещений, вдоль чудесной стены с колючей проволокой, огораживающей производство, перебежать через живописные железнодорожные пути и потом ещё семь минут идти по обычной дороге. Это если выбрать сокращённый путь. А по длинному почти никто и не ходит, разве что те, кто живёт в городе и идёт с остановки. Но им не приходится делать такой большой крюк.

— Заманчиво, но не нужно. Сама дойду. У тебя и свои дела есть, и… — я заметила, что зал уже почти опустел, будто все разом решили все вопросы, но неподалеку стояла Лена и не сводила глаз с Князева. — И тебя, похоже, терпеливо ожидают. Спасибо.

— Как хочешь, — пожал Даня плечами. — До завтра.

— До завтра, — ответила я, ощутив печаль.

И зачем только отказалась? Ну да ладно. Не кричать же теперь вслед, что я передумала. Теперь, когда я столько видела, ехать с ним в одной машине представлялось слишком интимным. Какие же глупости! Мы же поехали бы в одежде, по оживленной улице, и Князев даже не обращал бы на меня внимания. Эх. Я поплелась следом за Даней с Леной. Она опять пыталась на нем повиснуть, но парень ловко этого не допускал. Но, кажется, девушку это совсем не смущало, и она продолжала попытки.

Они ушли на парковку, а я отправилась по короткому пути в общагу. Предстоял вечерний мозговой штурм. Только сперва надо было приготовить поесть, прибираться. В общем, всё как обычно. Девчонок в комнате не было. Одногруппницы, что жили со мной, уехали куда-то. Кажется, они что-то говорили про рынок, хотели купить вещи. У меня страшные мурашки от воспоминаний о том, как я однажды с ними туда поехала. Мы разошлись в разные стороны, и я заблудилась. Еле потом нашла остановку и скрылась от навязчивых мужчин. После этого зареклась, что буду ездить только в торговые центры. Там спокойнее и уютнее. А Катя, что не из нашей группы, не знаю, где. Может, ещё на занятиях, а может, гуляет. Она ничего не говорила утром.

Я переоделась, хотела пойти на кухню, но сперва решила сбегать в душ. Вот только после меня так разморило… Я прилегла только на минуточку и в итоге вырубилась, прокручивая в голове движения Дани и его взгляд, обращённый ко мне.

27

Проснулась поздним вечером, когда девчонки ввалились в комнату с шуршащими пакетами. Помещение резко заполнилось звуками, запахами, включился свет.

— Варя, ты опять все пропустила, — с порога заявила запыхавшаяся, но довольная Лиза, пока я часто моргала, привыкая к яркому искусственному свету.

— И что же я пропустила? — спросила я ещё сонно.

Вроде глаза открыла, а сон ещё никуда не исчез. Остался в голосе и голове, манил упасть на подушку, укрыться и продолжить путешествие в мире снов.

— Сегодня та-а-акие скидки были! Мы столько всего купили. И, представляешь, никто никого не съел и не совратил. И такое бывает, Варь.

— Спасибо, Рита, за пояснение. Но я уж как-нибудь обойдусь. Мне нервы дороже. С моим шикарным везением даже весьма спокойные места могут стать опасными. Что уж говорить о заведомо сомнительных. Ну и ко всему прочему — пока мне и тратить нечего.

Рита отфыркнула длинную светлую чёлку и села на стул, чтобы снять сапоги на огромных каблуках. Она и сама была меня значительно выше, а в такой обуви — могла бы и Даню догнать по росту. Почти. Всё-таки он на редкость высокий.

— Пф, иногда можно и потерпеть немного, ради этого, — сказала она и обвела взглядом груду пакетов. — В конце концов, ты можешь ведь ходить в наушниках. Необязательно слушать то, что там болтают вслед. Но раз денег нет, то ладно. В следующий раз ты не отвертишься.

Лиза встала между мной и Ритой, и я откинулась на подушку. Надо как-то подняться и сделать то, что планировала делать вместо сна. И работу поискать обязательно.

— Рит, ты чего привязалась? Ну не нравится и не нравится Варе на рынок ездить. Что в этом такого? Тем более, ей сейчас вообще не до этого, — проговорила она и обернулась ко мне, быстро собирая в косу длинные прямые каштановые волосы. — Что, Варь, задали тебе парни задачку? Ещё и Ева эта — дура дурой, написала, что ты должна теперь парней заставить пойти, да с намеком на раздевание.

— Я так понимаю, Ева — это та самая блогерша, что и видео с моим дурацким выступлением выложила?

— Ага, она, — подключилась миниатюрная, худенькая, но с отличными округлостями в нужных местах, Ксюша. — Ну ты даёшь, Варя. За один день прославилась не только на весь универ, но и на половину города. Зачёт, — проговорила она бодро, показала большой палец вверх и стала заливать воду в чайник из пятилитровой бутылки.

О нет! Точно, ещё же это видео с парнями, и теперь моя очередь… Я со стоном сползла вниз по подушке и скрылась под одеялом.

— Ужасный день, — пробормотала я из недр одеяла. — Сплошная головная боль. Кстати, — я вынырнула и обратилась к девочкам. — Как вам задумка парней и их танец?

Надо будет зайти к этой Еве на страничку и скачать видео. На память и на полюбоваться. Дозированно, конечно. Совсем редко. Иногда. Блин, я бы всех вырезала и оставила только Князева. Даже улыбнулась мечтательно, представляя, какое бы видео получилось.

— Парни молодцы, конечно. Но неужели они кому-то так нравятся, что девочки из-за них или их энтузиазма могут пойти на этот бал, если им до этого не хотелось? — спросила Ксюша, усаживаясь рядом с кипящей водой и доставая четыре кружки.

Мы все разом повернулись к ней. Намечалось вечернее чаепитие, это здорово, но её слова. Рита громко засмеялась, Лиза закатила глаза, а я просто смотрела и не могла понять: она это серьезно? Что не так с нашими красавцами?

28

В этот момент раздался быстрый стук и дверь тут же приоткрылась. В образовавшийся проём заглянула Наташа.

— Привет! А я к вам, на чай, — улыбнулась она и вошла внутрь. — Ух, это вы кого ограбить успели? — удивлённо спросила она, разглядывая груды пакетов.

— Вещевой рынок, Наташ, — сказала Лиза. — Проходи. О, а ты что, опять лишила кого-то сердечка? — добавила удивленно, и все посмотрели на Нату.

Она пробежала мимо меня к столу, где сидела Ксюша и положила на гладкую поверхность огромную фиолетовую шоколадку с карамелью.

— Ого, Ната, что за праздник? — спросила я, выбираясь из кровати и сладко потягиваясь.

Забралась в теплые тапочки, накинула длинную кофту с широким воротом, убрала волосы и села к девушкам. Рита уже закончила с переодеванием, присоединилась к нам. Лиза взяла свою большую кружку и забралась к себе на кровать, что находилась рядом со столом.

— Да просто подарили, — ответила Наташа, раскрывая трофей, при этом таинственно, еле заметно улыбаясь.

— Тот парень, что с тобой целый день крутился рядом? — спросила Рита, отламывая крупные дольки. — Ты же говорила, что такие молодые тебя не интересуют.

— Какой из них? Кажется, там двое парней крутилось. Нет? — спросила Ксюша. — Любовный треугольник намечается? — улыбнулась и подвигала бровями. — Хотя нет, одному вроде Варя нравится.

Всё-то они заметили, всё-то разглядели. Нравлюсь или нет, я всё равно всё испорчу, как обычно. И Лена в него свои коготки запускает как следует. Похоже, уже долгое время возле него, так просто не отступит. Того гляди, сдастся Князев ей на милость, когда надоест приглашать меня куда-то.

— Ты уже видела видео? — спросила я, не желая слушать о Дане и его симпатии к кому-то. Даже ко мне. — Глеб там для тебя расстарался.

— Да? Это он так сказал? — чуть смутилась Ната, пряча улыбку в кружке. — Приятно. Очень горячо и эффектно у них получилось. И шоколадка да, тоже от него. Он вообще обожает сладкое и, похоже, решил и меня сделать зависимой от вкусняшек.

— Да мы не против, пусть делает, если ты будешь нам приносить. Можешь даже сама не есть, — рассудила Рита, отправляя в рот очередную дольку. — То, что нужно, после насыщенного дня. Мой вообще сладкое терпеть не может, и мне никогда не дарит. Достал уже. Каждый год на восьмое марта дарит туалетную воду, которая мне не нравится, — добавила обречённо, резво заедая несправедливость сладким.

— Передай, что и мне она не понравилась, — поморщилась Лиза, притягивая длинную косу к самому носу. — Фу, до сих пор не выветрилось.

— Эй, мы вообще-то тебя спасали и всех нас. Получилось же? — возразила Рита, посмеиваясь.

— Ещё как. Нашей Людмиле Петровне очень понравился аромат, — заметила я и пересказала утреннее приключение. — Рита, я думала у тебя просто поклонники, почему-то не поняла даже, что парень есть. Ты всегда так по-разному отзывалась, будто о разных людях.

— Есть, родимый мой. То заюшка любимый, то иначе, чем «мал клоп, да вонюч» и не скажешь, — проворчала она.

Я засмеялась. Рита порой как скажет что-нибудь, как расскажет… Клоп, ну надо же.

— Как ты его ласково, — заметила Ната.

— Она его как только не называет, — покачала головой Лиза и повернулась. — Ну так что, Ксень? Чем тебе парни Вари и Наты не понравились? И третий из видео тоже нормальный же. М?

Ксюша поправила выбившуюся короткую прядь. Вздохнула так, словно мы маленькие девочки, которым надо всё пояснять и растолковывать. Мы с остальными девушками переглянулись, сдерживая улыбки.

— Они же ещё совсем мальчики. Кому такие нужны? Одни амбиции и гормоны. То ли дело мой Веня, — мечтательно возвела глаза вверх, прямо к матрасу второго яруса и любовно покрутила кольцо на безымянном пальце.

Лиза и Рита, не сговариваясь, фыркнули. Последняя вообще подняла руки перед собой, поставив кружку на стол. Она едва сдерживала смех, поджимая губы.

— О, ну Венечка уникум, с таким-то точно никто не сравнится. Хотя, я бы и даром его не взяла, совсем не мой тип. Пусть уж лучше молодой и смазливый, ну или хоть чуточку симпатичный, чем твой мордоворот, — проговорила Рита.

— Вот-вот, — хохотнула Лиза, отпивая чай.

— Ой, ну и ладно. Вот и бегайте за своими сопляками. А я уже нашла свою судьбу, — надулась Ксю и отвернулась к окну.

— О, так мужа твоего Веня зовут? Покажешь фотку? Сколько вы уже вместе? — оживилась Ната.

— Вот, — с довольной улыбкой Ксюша протянула руку с телефоном.

29

На дисплее, кгхм, красовался? Нет, не так. Ужасал? Пожалуй, второй вариант более подходящий. На нас смотрел огромный бугай лет сорока, с ёжиком коротких русых волос, крепкой, выдающейся далеко вперёд челюстью, массивными плечами.

— Впечатля-я-ет, — протянула я, глубоко впечатленная. — Большой, опасный, взрослый. Теперь всё понятно. Наши мальчики по сравнению с этим авторитетным человеком — милые котятки. Если бы я его встретила на улице поздней ночью — сама бы все вещи отдала, ещё бы бежала за ним, чтоб вручить остатки. Лишь бы сам не подходил.

Девчонки расхохотались, а Ксю гордо подняла подбородок и улыбнулась.

— Да, он у меня такой. Замужем мы уже полгода. Не хотел меня в общагу отпускать, но я настояла. Сказала, что, хотя бы в первый год, пока он свой бизнес сюда переводит, я прочувствую на себе всю прелесть жизни в общежитии и студенческой жизни. Венечка спорил, возмущался, но сдался. Та-дам. Так что, девочки, если есть какие-то вопросы о жизни в браке, обращайтесь. Я буду вашим личным гуру. Я-то, в отличие от вас, уже знаю, что там к чему.

И мы, в который раз за сегодняшний вечер, дружно рассмеялись. Впрочем, Ксю не обижалась, только смотрела на нас снисходительно.

— Смейтесь-смейтесь. Веня мне через неделю после первого свидания предложение сделал. Взрослые мужчины знают, чего хотят, и делают это. А не как парни с универа. Молодые же. Пока себя в жизни найдут, пока нагуляются, пока самореализуются. Вот как раз к сорока годочкам и созревают.

— Меня и несозревший устроит, если что, — заверила я, отпивая чай.

— Ты вообще всем сказала, что отношений до Нового года не будет у тебя, так что можешь не смотреть на парней.

Я только пожала плечами, мол, ну и ладно. Наташа поставила кружку на край стола и пересела на мою кровать. У меня второго этажа не было и можно было сидеть нормально, не боясь удариться обо что-нибудь головой.

— А я согласна с Ксюшей. Мне никогда сверстники не нравились. Смотришь на них — а они ещё совсем дети. Какие там серьезные отношения? Только гулянки, войнушки, игрушки в голове. Ну а позднее: с кем бы переспать, поиграть в отношения. Или можно и без отношений. А потом лежать и страдать, что жизнь не хочет всё на блюдечке преподнести и придется всего добиваться самим. Катастрофа. У меня был такой. Я из-за него год учебы потеряла. Из нашей деревушки мало кто мог уехать, а он предлагал сделать это вдвоём. А в итоге начал заниматься всякой ерундой, обвинять всех в своих бедах. Жаловаться, что ему никто наследства огромного не оставил, и родители плохие, раз не обеспечили ему прекрасное безбедное будущее, и ждал, пока с неба на него не начнут сыпаться деньги. В общем, я уехала одна.

Ох. Бывают же и такие. Мда. Я не была гуру в отношениях, но решила не оставаться в стороне.

— Дело же не в возрасте. Все мы разные, что девушки, что парни. Иногда и в двадцать люди бывают более ответственными, нежели в сорок. Да, молодые ещё только находят свое место под солнцем, но ведь надо с чего-то начинать.

А память услужливо подсунула неприятный фрагмент. Неделя до выпускного. Школьная знакомая зовёт погулять с ней и её новым парнем. Тот берет с собой друга. Сладкая парочка шагает впереди, обнимается, целуется. Мы позади, кое-как разговариваем, явно ощущая себя не своих тарелках. Я — потому что смущалась, и парень мне был не симпатичен, выглядел злым, ещё и молчал почти всё время. И я не знала, о чем с ним говорить. А он… Через полчаса этой прогулки мой спутник подошёл к своему другу и спросил достаточно громко: «Зачем мне привели девственницу». Не знаю, как он это понял. И звучало это так брезгливо и гадко. Фу. Я тогда тут же ушла, отправив всех по известному направлению. Но, надо отдать должное знакомой, она назвала того придурка козлом и отправилась со мной, твердя, чтобы я не обращала внимания на таких идиотов.

30

На занятия я шла совершенно потерянная. Одна, потому что девчонки ещё собирались, а мне надо было проветрить голову. Хоть и ко второй паре сегодня, и я вроде поспала нормально, все равно состояние было странное. После непродолжительных посиделок с девчонками, сидела допоздна на сайтах с вакансиями, а перед этим занималась учебой. Так в чём же дело? Может быть, всему виной несколько лайков, что Князев поставил уже ночью, когда я собиралась спать и едва не поперхнулась зубной щеткой? Или его сообщение с пожеланием спокойной ночи? А может быть то, что у меня почти не осталось времени, чтобы придумать, как заманить всех парней на праздник? Хмммм.

И всё же, помимо потерянности, внутри задорными искрами горело предвкушение — я хотела увидеть Даню. Вчера его было так много в моей жизни, в итоге всю ночь мне снился он, в самых разных вариантах развития событий, и сегодня хочется видеть его ещё больше. Дурной знак. Вот так и становятся зависимыми от кого-то. Или нет?

Дорога внезапно закончилась, и я оказалась во дворе университета. Утро выдалось солнечным, воздух уже немного прогрелся. Волшебного решения вопроса с посещением парнями бала не нашлось. Будем мыслить реально и надеяться, что до конца дня я что-то придумаю. Нужно что-то интересное, что-то с драйвом, зажигательное. Вариант с танцем отпал. Самые эффектные девушки из моей группы — отказались от участия. Это я тоже выяснила вчера. Наташа отказалась, так как не хотела себе лишнего внимания, да и волновалась, что Глеб расценит это как ответный флирт. Ника (о да, я сходила к Королеве) наотрез отказалась и запретила другим, кто прислушивается к её мнению, участвовать. Только улыбнулась злорадно, представляя, видимо, как я теперь буду выкручиваться.

Вдруг я едва успела увернуться от внезапно остановившегося передо мной парня. Вскинула голову, поправляя вязаную розовую шапку с помпоном.

— Ждём твоего выхода, Варя. Надеюсь, это будет стрип… Ох, я хотел сказать, сюрприз. На меньшее мы не согласны.

Какие-то парни, которых я раньше вроде и не видела даже, подхватили это слово, и стали кричать: Сюрприз! Сюрприз! Не понимаю, они-то чем заслужили это? Тем, что тоже парни, как и участники первого приглашения? Ну, так себе выводы они сделали.

— Ты хорошо подготовилась? Можно для этого занять аудиторию, и прямо у доски зажечь. Получится эффектно, — заржал другой, и снова, как по команде, заржали другие.

Дальше, пока я шла жалкие пятьдесят метров, успели обсудить цвет и фасон белья, размер груди, которую не видно под мешковатой одеждой. Кажется, я стала красной до самых кончиков волос. Прямо аллея неловких вопросов и предложений какая-то. Но, наконец, все стихли, и я смогла спокойно преодолеть остаток пути. Спасибо философу — завидев его, все замолчали.

Я оставила куртку в гардеробе, под смешки побежала на второй этаж, чтобы сверить расписание. Первой парой будет как раз философия — можно выдохнуть. На этой паре никто лишний раз не болтает. Вот, значит, парни что придумали. Ну, будет им эффектное, зажигательное выступление с огоньком. Обязательно будет.

31

Наташа забежала в аудиторию за две минуты до начала занятий, помахала мне, но рядом не села — мало кто любит сидеть рядом со столом препода. В том числе и я. Но сегодня надо было.

Как и ожидалось — на философии было спокойно. Даже чересчур спокойно. Настолько, что я чуть не уснула, сидя прямо перед Степаном Олеговичем. И, конечно, это не осталось незамеченным. Я уже говорила, что у него фамилия говорящая? Нет?

— Калинкина! — рявкнул Гроза, и я подскочила на месте, мигом забыв о сонливости. — Ты сюда спать пришла? Что, всю ночь к парам готовилась? Или тебе скучно?

— Совсем не скучно, очень даже весело, — выдала я, не думая. — То есть, очень интересно! Эпикур, философы из сада — не оторваться!

Степан Олегович махнул на меня рукой, и я, наконец, выдохнула. Мне, и правда, было интересно, но в сон клонило жутко. И уж последним желанием было оскорблять чувства преподавателя своей дремой. Тем более перед тем, как должен был состояться наш разговор. Конечно, если он вообще состоится. Поэтому я села прямо и, чтобы больше не клевать носом, стала усиленно записывать информацию. Проходящий между рядами Гроза хмыкнул, заметив моё рвение. Хм. Знал бы он, с какой просьбой я хочу к нему обратиться точнехонько после занятия…

Пара закончилась, все убежали на обед. Наташа удивлённо подняла брови, когда я знаками показала, чтобы она меня не ждала. Она сделала лицо, выражающее недоумение, и ушла из аудитории. А я мучительно долго складывала ручку, тетрадку и карандаш в сумку, бросая взгляды на Степана Олеговича.

— Калинкина, будь я лет на двадцать младше, решил бы, что ты влюбилась в меня. Но мне полтинник, так что давай выкладывай, что хотела, — вдруг громко сказал преподаватель, когда мы остались одни. — С моими предметами у тебя проблем быть не должно, так в чём дело?

Кажется, я жутко покраснела. Но это хорошо, что он сам заметил и понял, что я не просто так тут стою и еле шевелюсь. Не знаю, как скоро я смогла бы заговорить.

— Степан Олегович, вы правы. Я к вам по… эм… странному делу. Вы же слышали, что у нас тут бал состояться должен, но не все хотят идти, — начала я, а Гроза нахмурился. — Для девушек парни организовали классное видео, а повлиять на решение мужской половины университета должна я.

Преподаватель откинулся на спинку стула, сложил руки на груди, продолжал смотреть хмуро. Ну вот, зря я это затеяла.

— Ближе к делу, Калинкина. Лучше бы ты после обеда подошла. Сейчас я жутко голодный и злой.

— Я не подумала, простите, — ещё гуще покраснела я. — В общем, я видела, что вы едва ли не единственный преподаватель, у которого так много разных предметов. И почти все группы в этом семестре посещают ваши занятия.

— Допустим. Так, Калинкина, — он вдруг подался вперёд, локтями опёрся на стол и его брови угрожающе сошлись на переносице. — Я не понял. Я что, по-твоему, должен станцевать для них?

— Что? — ошарашенно переспросила я. — Нет, конечно, нет! — заверила я, удивляясь, как такое ему только в голову пришло. — Я знаю, что не все сдают вам с первого раза. И даже со второго не все. Я это к чему. Вы не могли бы пойти мне навстречу, то есть, всем ребятам и сделать какой-то бонус тем, кто пойдёт на бал? Не то чтобы поблажку, но, может быть, даже не знаю…

— Варвара, — повысил голос Гроза, встав со стула. Я все так же продолжала стоять рядом с его столом. — А мне это зачем, скажи на милость?

— Для сохранения и закрепления традиций в любимом университете, — пискнула я. — А ещё я видела ваш видеоканал, вы такой талантливый! Такие стихи, такая тонкая ирония. И я вам по кафедре помогу, — перечисляла я, но выражение его лица не менялось. Тогда я сдалась. — Степан Олегович, вы же слышали, что эти парни говорили? Уверена, слышали. Если вы откажетесь, я побегу искать другой способ ответить им достойно, и в то же время сделать так, чтобы как можно больше людей посетили мероприятие. Мне поручили сделать это, я не могу подвести.

— Ох, Варвара. И откуда ты на мою голову свалилась? Жил, никого не трогал, и тут на тебе.

Я быстро несколько раз качнула головой.

— Я поняла вас, извините за беспокойство. Ерунду какую-то придумываю… — пробормотала быстро, схватила сумку и двинулась в сторону выхода.

Раз. Два. Три.

— Да постой ты. Ишь какая, манипулирует ещё тут. Садись. Пять минут я тебе ещё дам, но потом обедать. Иначе следующая группа будет меня ещё долго ненавидеть, — сказал он, усаживаясь поудобнее. — Что придумала?

Я быстро вернулась на своё место, напротив Степана Олеговича, начала рассказывать, что должно получиться. И очень надеялась, что он меня не выгонит после озвучивания идеи.

32

В столовую я прибежала примерно в середине перемены. Как и Гроза — жутко голодная, а ещё довольная и слегка взбудораженная. Надеюсь, всё получится как надо. Очень-очень надеюсь! Не зря же выслушивала «комплименты» моей не в меру разыгравшейся фантазии и шуточки философа. Да и в ушах до сих пор звенят слова парней про «сюрприз».

Не глядя по сторонам, пошла прямиком к раздаче. Очереди уже не было, поэтому я закинула на поднос гарнир и компот, оплатила и пошла искать себе место. Девчонки, Рита, Настя и Лиза — уже уходили, сдав подносы с посудой. Наташу в этом зале не увидела, наверное, она уже пообедала. Или сидит в большом зале. Но проверять не стала, хотелось уже поесть и бежать дальше. Князев тоже отсутствовал, может, оно и к лучшему. Хоть отвлекать не будет. Надо ещё успеть кое о чем договориться до конца занятий. Поэтому села одна за небольшой стол и принялась за еду. Сделала мысленную заметку: зайти в магазин после пар, иначе останусь ещё и без ужина.

— Привет, — раздался уже знакомый мужской голос. Я вскинула голову, оторвавшись от телефона, куда записывала напоминалку. — Приятного аппетита.

Кирилл. Тот самый, что вчера стал инициатором зажигательного шоу. Я на всякий случай оглядела его с ног до головы: в рубашке с коротким рукавом, и вроде снимать её пока не собирался. Зато улыбался ярко, красиво. Уселся напротив, смотрел с интересом. И чего пришел?

— Привет, спасибо, — ответила я удивленно.

Он рывком подвинул стул ближе, опёрся локтями о стол и подался вперёд.

— Ну что, придумала, что будешь делать? Оксана сегодня уже подходила, интересовалась успехами, — произнёс он как-то излишне радостно.

Я отложила ложку. Похоже, спокойно мне не поесть.

— Как раз в процессе. А ты чего такой радостный? Ты же не думаешь, что это последнее, что нам придется сделать к празднику? — уточнила я. Уж очень он довольным выглядел.

— О, конечно, нет. Будет ещё много всего, — ответил он и снова эта улыбка. — Я могу помочь. Поговорю с девчонками, обо всём договорюсь, они сделают всё как надо, сегодня вечером. А ты тем временем со мной сходишь в кино. М?

Этот переход стал для меня настолько неожиданным, что я чуть не подавилась. Прикрыла рот рукой, прочистила горло, вытаращив глаза. Вот так новости. Я не ослышалась? С чего бы вдруг нам вместе идти в кино?

— Кгхм. Кирилл, я уже сама все решила, не беспокойся.

— А, тем более. Сколько у тебя пар? — оживился он.

— У меня дела после занятий. Не смогу никуда пойти, — ответила я, мягко улыбнувшись. — Но, спасибо за предложение.

— Это всё из-за неё, да? — крикнула какая-то девушка, оказавшаяся внезапно рядом, между мной и парнем. На меня она не смотрела. — Ну и катись, придурок!

Высокая, эффектная блондинка, которую я раньше не видела или не замечала, схватила мой стакан с нетронутым компотом и плеснула содержимое в лицо парню. Кажется, такого никто не ожидал. Особенно компот. Светлая жидкость мгновенно промочила белую ткань. Курага смачно приземлилась ему на колени, девушка покосилась на мою тарелку, но я предусмотрительно придвинула ее к себе ближе. Я, вообще-то, ещё не поела.

— Ты обалдела!? — вскочил на ноги Кирилл и принялся стягивать мокрую рубашку.

Эм. Я на секунду подвисла, девушка, кажется, тоже. Да и в столовой стало тихо. Смех и звон столовых приборов исчез как по команде. Да тут можно актовый зал открывать. Прямиком рядом с тем местом, где сижу я.

— Я видела фотки! Что за курица там с тобой? Где ты её нашел? — опомнившись, продолжила она верещать, ни капли не смущаясь других студентов и даже преподавателей.

Кирилл мельком взглянул на меня. Во взгляде сквозило сожаление. Я понимающе-ободряюще улыбнулась, а сама обрадовалась, что не надо придумывать больше никаких оправданий для отказа. Хотела продолжить есть, но не тут-то было. Похоже, скандал не собирался стихать и место для ругани менять не желали.

— Мы с тобой два месяца как расстались! Тебя не должно волновать, где я и с кем, — уже тише сказал парень, успокаивая бывшую пассию.

— Да мне и так всё равно! Думаешь, мне есть хоть какое-то до этого дело? Нет, конечно!

Я с сожалением заглянула в тарелку. Голод голодом, но в таких условиях я есть не смогу. Пришлось собрать всё и унести к кухне. Парочка продолжала ругаться, когда я тихонько прошмыгнула мимо. Ну их, а то оставят крайней.

Вышла в коридор и поплелась к скамейкам. Надо было доделать кое-что в приложении в телефоне. Смотрела себе под ноги, считая шаги. А когда подняла голову, словно ощутив взгляд на себе, увидела Князева. Внутри уже привычно всё перевернулось от восторга вперемешку с волнением. Даня общался с компанией ребят, среди которых были как девушки, так и парни. Я мельком махнула рукой, чтобы его не отвлекать, а он, вместо того, чтобы помахать в ответ, отделился от группки и направился прямиком ко мне.

33

Сердце пустилось вскачь. Я остановилась у широкого подоконника, когда Даня подошёл ближе и встал рядом.

— Привет, — сказал он.

И улыбнулся тепло. Так, что показалось, будто всё вокруг заиграло яркими красками. Вот как он это делает? Я даже забыла обо всем, что беспокоило, растворилась в моменте.

— Привет, — наконец, ответила я смущённо.

— Тебе нужна помощь? Слышал, Оксана дала весьма ограниченные сроки. Успеваешь?

— Да, всё нормально. Должно получиться. Скоро будет готов и мой ответ. Надеюсь, меня после этого не прибьют дружно всем универом.

Даня удивился, брови забавно взлетели. Лёгкая улыбка вновь коснулась губ.

— Что же ты такое придумала?

Я вздохнула.

— Скоро увидишь. Надеюсь, ты не изменишь решение и пойдешь на бал. Каждый человечек на счету.

Даниил покачал головой.

— Не изменю, не беспокойся. Будешь кофе? Хочу тебя угостить. Пойдем? Время ещё есть, как раз успеем.

Я с тоской вспомнила то, что теперь красовалось на рубашке Кирилла. Но ведь нужно ещё доделать кое-что для видео. И пойти хочется. И второе желание явно сильнее, можно и на паре доделать… Ай, ладно.

— Пойдём, — кивнула я.

Пришлось возвращаться туда, откуда пришел Даня. Несколько девушек из той компании, которую покинул минутой раньше Князев, окинули меня взглядами. Оценивающий, удивлённый, презрительный. Последний принадлежал Лене. Я не любительница интриг и козней, но, честно, после этих взглядов, хотелось прихватить Даню под ручку или повиснуть у него на шее, чтобы шокировать их ещё больше. А парни почти и не смотрели на нас. Разве что на Даню глянули.

— Дань, ты куда? — вдруг подбежала Лена.

Она оказалась по другую сторону от Дани. Частично преградила путь.

— На улицу, Лен. А что?

— Ну ладно. Да ничего. Думала попросить мне кофе купить, но раз ты не туда…

— Ладно. Какой тебе?

— Ванильный латте без сахара. А давай я с тобой схожу? Душно тут, а на улице свежо, хорошо.

Даня забавно нахмурился.

— Ты же только что кричала, что на улице дубак, и что ни за что на свете туда не пойдешь по доброй воле. Значит, домой тебя подвозить уже не нужно? Если нет, я сразу на скалодром поеду, давно не был.

Лицо Лены вытянулось и даже порозовело. А время-то идёт. Через десять минут следующая пара начнется. Я уже хотела развернуться и пойти к аудитории, но девушка очнулась.

— Э, ну да, точно. Забыла, что там холод, — захлопала она ресницами. — Даня, ты всё-таки подвези меня. Мы же договорились, да?

Князев хмыкнул и повернулся ко мне.

— Договорились, — сказал с видом человека, удачно отделавшегося от другого человека. Назойливого и слегка наглого. — Пойдем скорее, Варь.

И я пошла. В гардеробе почти не было очереди. Забрав верхнюю одежду, быстрым шагом направились в кофейню. Я была взбудоражена. Не знаю, почему. Словно мы с Даней были в сговоре и немного нашкодили. А если быть точнее, наверное, я просто радовалась, что он позвал меня, что не отступает, несмотря на мои «задвиги» — а их у меня очень много и мало кто готов такое терпеть. А он спокоен, даже подыгрывает. И я ему за это безумно благодарна.

— Варь, тебе Кристина, наверное, говорила. Мы скоро на базу отдыха собираемся. Её Дима позвал. Поедешь с нами? Как раз прогноз более-менее, погода солнечная будет, — спросил Даня, распахивая передо мной дверь.

Нас окутал яркий запах кофе, который перебивал любые другие ароматы. Даже парфюм студентов и офисных сотрудников, что забегали сюда за напитками и пирожными. Я вдохнула и задумалась. Вопрос застал врасплох. Даже если не брать во внимание мои слова по поводу отношений и срока до Нового года… Если я поеду, как это будет выглядеть? И готова ли я ехать с ним куда-то в одной компании?

— Я подумаю, ладно? А кто ещё поедет?

Даня сделал заказ и повернулся ко мне.

— Кроме нас с тобой и Кристины с Димой — несколько парней с девушками. Часть из универа, часть просто друзья.

— Дорого? Просто я пока не нашла работу, родителей лишний раз беспокоить не хочу. Тем более, ради своих развлечений…

Князев подхватил подставку со стаканчиками, передал один мне, один достал себе, и мы вышли на улицу.

— Ну что ты, Варя, я же тебя приглашаю. Ничего не нужно, только твоё присутствие.

Горячий напиток в руках приятно согревал руки. В голове со скоростью света зрели и расцветали картинки нашей совместной поездки. Приятные, воодушевляющие, волнительные. И тут же к ним примешались сомнения. Да, куда же я без них.

— Но ведь это ничего не значит? Если я поеду, ничего же не изменится? — спросила я, решив, что лучше обозначить это заранее.

— Не волнуйся так, это просто дружеская поездка. Никто и ни к чему никого принуждать не будет, — сказал Даня спокойно.

Мы остановились рядом с входом в универ. Прямо как вчера, стояли и потихоньку потягивали кофе. Князев стоял так близко, что рукава наших курток почти соприкасались. Мне пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо. Даня смотрел задумчиво.

— Хорошо. Я тогда точное решение позже сообщу. Пока голова кругом от всего, что происходит. Резко закипела студенческая жизнь, — хмыкнула я, остановив взгляд на губах парня.

Нестерпимо захотелось узнать, какие они. Если коснуться их пальцами, будут ли они теплыми, нежными? А если губами?..

В кармане завибрировал телефон, и я, обалдевшая от своих мыслей, чуть не выронила его из рук, пока доставала. Оу.

— Дань, тут папа звонит, ответить надо, — предупредила я, на что Князев кивнул, похоже, не заметив моей заминки. — Да, пап. Привет.

Я развернулась, машинально уставилась на носки ботинок. Папа звонил редко, чаще я сама ему набирала.

— Привет, Варя. Я через два часа в городе буду. Напомни, во сколько завтра собрание?

Я же вообще про это забыла! Сама ему сказала ещё неделю назад, что с родителями первокурсников будут проводить собрание, и сама же забыла. Хорошо, что он запомнил!

— В двенадцать часов. Пап, а ты где будешь ночевать? У друга? — спросила взволнованно.

— Ну, не совсем. В гостинице номер на сутки забронировал, — ответил он, вздохнув.

Началось.

— И едешь ты один, да? — уточнила, хотя уже и так знала ответ.

Отпила остывающий кофе, посмотрела на Даню. Он стоял на том же месте, смотрел куда-то вдаль.

— Конечно, один. Не начинай, Варь. Лучше скажи, как у тебя дела? Давай я адрес скину, может, заедешь сегодня, сходим поесть куда-нибудь?

— Если получится. Я позвоню тебе заранее.

Мы попрощались. Я подняла голову, хотела увидеть своё блеклое, еле заметное отражение в стекле, но вместо этого взглядом ткнулась в Кирилла. Он стоял по ту сторону окна, засунув руки в карманы. И смотрел прямо на меня. Но не успела я смутиться, отвернуться или сделать что-то ещё, как рядом возник Даня. Он наклонился ко мне, почти коснулся щекой волос и тихо-тихо сказал:

— Будь осторожней со Зверевым.

Я удивленно подняла к нему глаза.

— Пойдём, Варь, время, — сказал он, как ни в чем не бывало. — Спасибо, что согласилась составить компанию. Буду ждать твой ответ на счёт поездки.

— Да тебе спасибо, Дань, — ответила растерянно.

34

День пролетел быстро. На последней паре было время для того, чтобы доделать видео. Гроза не подвёл, сделал всё так, как договаривались и даже чуть больше: договорился с Евой, чтобы она опубликовала запись у себя в блоге. Ну, как договорился… В принудительном порядке заставил разместить, оперируя тем, что любая общественная деятельность должна служить во благо. В том числе, и во благо университета. Она не слишком спорила. Видимо, подозревала, что, если отказать Грозе, на экзамене потом наверняка разразится буря. Лучше не рисковать. Мне было неловко, конечно, что приходилось кого-то принуждать. Но, опять же, если вспомнить, что именно благодаря Еве теперь обо мне в универе не знает только ленивый… Да, пусть её страничка послужит мне и учебному заведению.

В очереди в гардероб, которая стремительно разрасталась, то тут, то там, я стала слышать музыку из видео и гул голосов. Началось. Жаль, я не успела сбежать чуть раньше. Наташа, стоящая рядом, оглянулась, перевела взгляд на меня. Я вздохнула.

— Доставай телефон. У Евы сегодня охваты будут нереальные, гарантирую.

— О, ты уже сделала? — удивилась Ната, залипая в телефоне, шагая за мной в очереди.

— Ага. Скоро услышишь всплеск восторга и любви.

— Ой, мне даже смотреть страшно, столько сарказма. Но я посмотрю, конечно, ради тебя.

Я закатила глаза, но подруга этого уже не видела. Она прибавила громкость и смотрела видео, которое Ева разместила несколько минут назад.

На дисплее возникла темная картинка. Ночь, комната без света и окно, в которое льется лунный свет. Тягучая, нежная мелодия интригует, настраивает на представление. Перед окном возникает женский силуэт. Девушка распускает высокий хвост, волосы волной ложатся на плечи и ниже. Она медленно начинает стягивать блузку или кофту. Видны только очертания. Музыка постепенно ускоряется, добавляются биты, от которых хочется двигаться в такт. Темный силуэт покачивает бедрами, эффектно шагает навстречу камере. Раз. Два. Три. Вот-вот начнется шоу. Дыхание бессознательно задерживается.

Вдруг картинка начинает рябить. За кадром появляется другая картинка. Светлая, с девушкой в центре. Со мной. Музыка продолжается, девушка из темной комнаты исчезает, теперь есть только я, сидящая в кабинете философии. Я настоящая прикрываю лицо рукой, а та, что в видео, качает головой с коварной улыбкой, выставляет вперёд указательный палец, и… Я исчезаю, уступив место дорогому Степану Олеговичу. Включается японская музыка, которую выбрал Гроза, навевающая мысли о падающих лепестках сакуры, ручейках, бамбуке. Да и на фоне соответствующая картинка, с ней пришлось повозиться. И сам препод выглядит как гордый самурай. Слегка злой и голодный самурай. Он чуть наклоняет голову в знак приветствия, а у самого в глазах чертики отплясывают.

— Дорогие студенты, — начинает он так, что становится понятно — никакие мы не дорогие и видал он нас там, куда своей ногой никакой человек не хотел бы ступить. — Длинных речей не будет. Вы все знаете, что я уважаю японский эпос, японскую философию и часто даю работы именно по этим темам. Почему-то студентам кажется, что это слишком сложно, хотя я другого мнения. В общем, по многочисленным просьбам, всем, кто посетит наш ду… — кашлянул он, якобы случайно. — …прекрасный осенний бал, я не буду задавать эти темы для курсовой. Всё, все свободны.

На этой замечательной ноте снова включается музыка, что была в начале, и под тягучую мелодию, Гроза встаёт и стремительно выходит из кабинета, ни разу не обернувшись.

Видео заканчивается. Я хватаю куртку и, не надевая её, вылетаю из холла, чтобы не слышать упрёков или оценок нашей с Грозой самодеятельности. Уже у самой двери слышу, как кто-то засмеялся, а после и вовсе услышала единичные хлопки. Повернулась и не смогла не улыбнуться. Даня, стоящий в конце очереди громко захлопал, а после показал палец вверх, задорно улыбаясь.

35

От этой милой поддержки стало легче и теплее на душе. Я весь день волновалась, боялась реакции, готовилась к худшему… Но, главное же, что я все условия выполнила. Нигде не оговаривалось, как именно я должна привести людей. И то, как это решил сделать Кирилл — не мои проблемы. Захотел потанцевать — да пожалуйста. Все методы хороши. И мне, к тому же, даже не пришлось раздеваться. Всё это я осознала и спокойно приняла только после подбадривающей улыбки Князева. Он будто знал, что я переживала, и вовремя оказался поблизости.

Пару минут я просто неслась вперед, не обращая ни на кого внимания. Груз свалился с плеч. Только потом вспомнила, что мы с подругой даже не обговорили, какие планы на вечер. Вдруг она меня ждёт? Я достала телефон из сумки, набрала Нату:

— Ты чего сбежала? Испугалась? — спросила она, сразу приняв вызов.

— Ага. Отошла на безопасное расстояние. Как там ситуация? — решила уточнить, затаив дыхание, пока быстро шагала в сторону остановки.

Разгоряченная ранее, я стала стремительно замерзать. Похолодало. Прижала телефон сильнее к уху — рядом с оживленной дорогой, до которой успела дойти, было шумно.

— Да все классно. В основном все посмеялись, забавно получилось. И мне понравилось, это было круто. И как ты только Грозу уговорила в таком участвовать? — удивилась Наташа. — И где ты вообще?

Я зажала телефон плечом, всунула руки в рукава куртки. Застегнула молнию доверху. Бррр. Но так уже лучше. Надо было сделать это сразу.

— Пообещала, что возьму самую сложную тему, какую только даст. А вообще, он никаких условий не выставлял, это я придумала, в знак благодарности. Сама в шоке, что согласился. Пожалел, наверное, не знаю.

Для меня, и правда, осталось загадкой, почему он согласился поучаствовать. От скуки? Из жалости? В любом случае, я ему очень-очень признательна.

— Ну правда, здорово получилось. Не переживай, — сказала Наташа. На фоне что-то прогремело, простучало, и только после этого она продолжила. — И я, кстати, по поводу работы собираюсь съездить сейчас. А ты куда?

— Я к папе, в гостиную. Он в город приехал, предлагал встретиться. Часа через три уже вернусь в общагу, скорее всего.

Мы обговорили, кому и в какую сторону ехать. Оказалось, надо двигаться с разных остановок. Пожелав друг другу удачи, договорились увидеться вечером, чай попить у меня в комнате.

Я ежилась, ожидая автобус на открытом остановочном комплексе. Рядом стояли ещё несколько человек. Ветер пронизывал не слишком плотную ткань. Хоть меняй на зимнюю одежду. Днём и то было теплее, не то, что сейчас.

Я задумалась о погоде, о встрече с папой, отвлеклась. И совсем удивилась, когда рядом вдруг остановился внедорожник. На всякий случай отошла подальше и отвернулась, чтобы не мешать. Видимо, за кем-то приехали. Везёт же.

— Варь, садись скорее, — услышала голос Дани.

Оказалось, он был за рулём остановившегося автомобиля. Я подошла ближе и увидела, как Князев перегнулся через Лену, чтобы дотянуться до окна с её стороны, что было ближе ко мне. Она скрестила руки на груди и грозно смотрела на меня. Да, веселая поездка намечается. Если я соглашусь, конечно.

— Варь, залезай. Холод такой, простынешь, — сказал Даня безмятежно и вернулся на свое место, продолжая смотреть на меня.

Порыв ветра швырнул волосы в глаза, и я открыла заднюю дверь. Ладно. Ничего страшного от этого не случится, и доеду в тепле.

36

— Спасибо, Дань! Привет, Лена, давно не виделись, — сказала я, забравшись в теплый салон.

Уф. И правда — хорошо. Быстро пристегнула ремень и подняла голову. Даниил развернулся ко мне.

— Скажешь, куда ехать? — спросил он и добавил: — Сильно замёрзла?

— Да пустяки, уже нормально, — отмахнулась я, и назвала адрес гостиной.

— Значит, сперва тебя отвезем, — сказал Даня и отвернулся.

Машина тронулась, мы поехали вперёд. Теперь холод уже не так страшил, и даже серое, мрачное небо словно чуть прояснилось. Оголившиеся деревья будто спокойнее качали кронами, а не дико размахивали ветками, как несколько минут назад. Зато сердце моё, напротив, бешено стучало, стремительно разгоняя кровь по телу.

— Почему сначала её? — капризно спросила Лена. — Мне, вообще-то, на тренировку ещё надо успеть.

Началось. Не хотелось бы, чтобы из-за меня возникали споры. В принципе, я не опаздываю. Ах да, надо же ещё позвонить папе. Собиралась сделать это сразу, как сяду в транспорт.

— Успеешь, Лен, тут по пути. Никуда специально ехать не надо, — ответил Даня спокойно.

— Лааадно, — протянула девушка и крутанула колёсико со звуком.

Пространство заполнилось мелодией популярной песни, которую сейчас активно крутили по радио. Я чуть пересела, чтобы не встречаться с недовольным взглядом Лены в зеркале заднего вида, что находилось с нашей стороны. Даниил был сосредоточен на дороге и не особо обращал на нас внимание.

Я достала телефон и набрала папу. Гудки все тянулись, но ответа не было. Да где же он? Неужели забыл? Надеюсь, он будет на месте, когда я приеду. Иначе, придется ехать обратно. Хоть бы перезвонил. Ещё дважды попыталась ему дозвониться, но безрезультатно.

Доехали молча, слушая музыку. Я тайком наблюдала за Даней, чьи волосы едва не касались потолка, несмотря на высоту автомобиля. Но хоть не врезается, и то хорошо. И не приходится пригибаться, чтобы вести машину.

Остановились у самого входа в гостиницу. Я ещё раз поблагодарила и открыла дверь, чтобы выйти. В этот момент услышала голос Лены:

— Ты что это, благотворительностью решил заняться? Убогих всяких подвозишь.

Выпад достиг цели. Нога ступила на тротуар, в груди неприятно кольнуло.

— Ну, похоже, да, — ответил Князев небрежно, и сердце болезненно сжалось. — Если ты говоришь про себя.

Оу. Это оказалось неожиданно. И приятно. Но продолжения я не слышала. Дверь с негромким хлопком закрылась, отделяя меня от разговора.

— Удачи, Варь. Звони, если что, — крикнул в открытое окно Даня и махнул мне рукой.

Я развернулась, и, шагая спиной вперед, ответила с улыбкой:

— Спасибо!

37

В небольшом холле гостиницы было удивительно уютно, тепло и, кажется, очень дорого. Такое чувство создалось, когда я вошла туда. Сразу ощутила себя не к месту и пожалела, что не забежала в общагу переодеться. Хотя, особо и не во что. У меня все вещи простые, удобные и никак не вяжущиеся с элегантностью этого места. Начала, как обычно, волноваться, и даже забыла о Лене и её словах. Только то, что Даня за меня заступился, продолжало греть душу.

Я осмотрелась. Бежевые гипсовые потолки с лепниной у сводов, массивные люстры, широкая, почти во всю стену, стойка регистратора, как и пол, из светлого дерева. Шесть круглых циферблатов с разными временными поясами. Коричневый ковер, бордово-коричневые шторы на высоких узких окнах. Тут же лобби-бар, а чуть дальше вход в ресторан. Диванчики, столики, приятное освещение, резные перила у лестницы.

Кажется, папа опять начал транжирить. А это значит, мне очередного скандала с мачехой не избежать. Ну да ладно, мне не привыкать. Только бы не ссорились они. Не хочу, чтобы он оставался один. Когда рядом есть женщина, отец ведёт себя спокойнее, не вляпывается в непонятные ситуации, всегда сытый, довольный. Дома его ждут. Не знаю, почему, но мне всегда кажется, что в одиночку он пропадёт. Наверное, это одна из причин, почему после развода родителей я решила остаться с ним. Мама сильная, она бы в любом случае справилась, а он… Не знаю.

Я подошла к администратору. Приятная девушка вежливо попросила паспорт, а после подсказала, на каком этаже находится номер, в котором остановился папа. Я поднялась на лифте, вышла на третьем этаже. Бордовый ковер скрадывал звуки, и я неслышно подошла к нужной двери. Уф. Надеюсь, мои опасения не подтвердятся, а то так неспокойно внутри, неприятно. Занесла руку и легонько постучала.

Открыли не сразу. Пришлось стучать дважды прежде, чем дверь передо мной распахнулась. Взъерошенный, явно взбудораженный отец вмиг растерялся, встретившись со мной взглядом. Одевался точно впопыхах, ремень в джинсах висит, светлая футболка кое-как накинута. Всё понятно. Не нужны уже никакие подтверждения. Но, будто нарочно, из-за его плеча выплыла дама, завернутая в белую простынь.

— Саш, это что за девочка? Я думала, шампанское принесли, — произнесла она расстроенно и, сразу потеряв ко мне интерес, ушла вглубь номера.

— Какой ещё Саша? — сердито прошептала я. — Папа, ты что делаешь?

Он быстро оглянулся, и вышел в коридор, прихватил кожаную куртку. Пятерней провел по каштановым волосам, чем привел их в ещё больший беспорядок.

— Привет, Варь. Да не знаю. Сказал ей первое имя, что на ум пришло. Не всем же называть настоящее. А ты чего не позвонила? — начал он.

Я вскинула брови и скрестила руки на груди. Изменял он мачехе, которую я не слишком любила, но всё равно мне было так за нее обидно! И просто обидно, что делал это, вместо того, чтобы ждать меня. Вырвался на свободу, называется. Так и знала, что опять начнётся. И вроде бы не мое это дело, но как же неприятно.

— Я звонила, — буркнула я. — Значит, никуда мы не пойдем. И зачем только ехала…

— Подожди, вот, возьми, — сказал он и достал из кармана куртки кошелек. — Правда, тут меньше, чем хотел передать. Видишь ли, возникли незапланированные расходы.

— Паааап…

— Ладно. Не слишком запланированные расходы. Ну, Варь, не дуйся. Завтра сходим куда-нибудь.

Он протянул деньги. Карты у него принципиально не было. Всегда только наличка. Я забрала их и убрала в сумку. Неизвестно, когда ещё получится найти работу и получить заработную плату. Да и если получать нагоняй от мачехи, то за что-то, а не совсем без причины.

— Ты же знаешь, что я не только из-за этого переживаю. А если Татьяна узнает? Вы же шесть лет уже вместе. Или всё, надоела? — спросила я расстроенно, по-прежнему шепотом.

— Думаешь, она не знает? Мне кажется, она просто закрывает на всё глаза. Но с этим мы разберемся сами. Ещё раз извини.

Я протяжно выдохнула. Бесполезный разговор.

— Ладно. Спасибо за деньги, они нужны. Работу пока не нашла, но в процессе. И всё же, пап, прошу тебя, будь осторожнее. Люди ведь не железные. Татьяна терпит пока, но может сорваться. И что тогда будет? Плюс один человек, который тебя ненавидит? Не надо так.

Папа опёрся на стену, прикрыл глаза. Тоже вздохнул.

— Я понял тебя. Постараюсь не накосячить. И кстати, ты почему в этой куртке? — спросил он, принимая обеспокоенный вид. — Холод такой.

— Почти все теплые вещи дома. Надо будет заехать, забрать. Может быть, на следующей неделе.

Папа потрепал меня по плечу. Улыбнулся. От его улыбок многие тают на глазах. Начинают флиртовать, ластиться, иначе двигаться. Вторая мачеха говорила, что внешне я очень похожа на отца. И почти не похожа на мать. И что подсознательно я всегда буду искать мужчину, похожего на папу. И такие, как он, сами будут магнитом тянуться ко мне. Самые настоящие бабники. Но как же я надеюсь, что она ошиблась!

— Приезжай, конечно, — покивал он и обернулся на дверь. — Ну, я пошел, а то меня ждут.

— Давай. Пока, — ответила я и поплелась прочь.

— До завтра, — бодро ответил папа, и дверь почти сразу хлопнула.

Я вышла из здания и, часто моргая, прогоняя внезапные слёзы, пошла на остановку. Похоже, права была вторая мачеха: такие люди, как мой отец, не меняются даже с годами. Не хотела бы я влюбиться в такого. Ведь любить его — самое настоящее наказание.

38

Ладно. Надо ехать в общагу, купить продукты, приготовить еду дня на два, заняться учёбой… Хотя, признаться, желания особо не было. Я брела, сунув руки в карманы, подняв плечи, чтобы не дать ветру пробраться под ткань. Мысли грустно метались в голове, возвращаясь к папе, его жене, женскому голосу в номере. Ну зачем, а? Вот зачем? Не хочу, чтобы подобное было в моей жизни. Никогда.

Телефон настойчиво завибрировал в сумке. О, Наташа.

— Ты уже всё? — спросила я первой, как только приняла вызов.

— Да! Это какой-то идиотизм, Варь! — вдруг заругалась Ната.

Ох, похоже, не только у меня не слишком удачно прошла встреча. Может быть, день такой?

— Что случилось? Ты где? — спросила я, шагая по оживленной, шумной улице.

— Я к центру подъезжаю.

Наташа предложила погулять, немного развеяться, поболтать, сменить обстановку, побыть вне стен общежития в свободное время. И я согласилась, несмотря на промозглую погоду. Было так тоскливо, так серо на душе, что хотелось избавиться от этого состояния как можно скорее. Бывает приятная грусть. В ней можно спокойно находиться долгое время, а после она сама отступает. А бывает вот такая — тяжёлая, вязкая, липкая, обволакивающая изнутри, не оставляя просветов… Надо срочно переключиться!

Быстро пошла к остановке, куда с минуты на минуту должна была прибыть Наташа. На ходу влетела в какого-то парня, который выскочил внезапно навстречу. В его руках был стаканчик с дымящимся кофе. Он вовремя отскочил, а вот на моей розовой куртке расплылись бурые пятна. Это добило. Как я в таком виде в общагу поеду? А как же прогулка? Настроение камнем стукнулось об асфальт. В одном повезло — не обожглась.

— Смотри куда… — начал парень рассерженно, но когда я подняла на него глаза, осекся. — Да не расстраивайся так, сейчас всё уберем. Давай салфетки куплю влажные? Или смотри, зайди в кофейню, там уборная есть, — говорил он быстро, с растерянным видом.

— Знаете, я думала, этот день будет сложно испортить ещё больше. Но нет, — махнула я рукой и пошла, не оборачиваясь, в кофейню.

Подошла к стойке, заказала капучино и пошла в уборную. Оттуда позвонила Наташе, попросила прийти туда же, где сейчас я. Стояла у зеркала и нервно оттирала пятна. Они ещё не успехи высохнуть и легко поддавались теплой воде. Только вот ткань вся промокла.

Так. Стоп. Я посмотрела на себя в зеркала. Ну что это? Расклеилась из-за такой ерунды. Будто это в первый раз. И я не про куртку. У папы своя жизнь, у меня своя. Он сам несёт ответственность за свои поступки, за свои слова. Я не могу это контролировать, влиять на это. Так к чему лить слёзы? Я быстро поморгала, умылась и глубоко вдохнула. Всё.

Подсушила куртку под струёй горячего воздуха. Что ж, все не так плохо. Вышла в зал, а там уже стояла Ната, заказывала кофе. Да не одна, а в компании Глеба. Хм. Как он тут оказался?

— Привет, — сказала я, когда подошла к ним.

Наташа пожала плечами, косясь на Глеба, будто не знает, как так получилось, что он тоже тут. А парень посмотрел на меня так, словно не ожидал увидеть.

— Привет, Варвара-звезда, ты как тут оказалась? Как твой уговор? Много желающих увести на скользкую дорожку?

Я чуть споткнулась.

— Чего-о-о? — выдала я, подлетела к нему и сказала тихо: — Не позорь меня! Какая ещё скользкая дорожка?

— Море поклонников, свидания, а там как по накатанной: отношения, свадьба, детишки. Ну или в другом порядке, — сказал он, как ни в чём не бывало, поглядывая на витрину со сладостями.

— Девушка, ваш капучино, — протянул мне стаканчик парень из-за прилавка. — И вот ещё, миндальное печенье.

— Ой, Вы, видимо, ошиблись, я не заказывала десерт, — пробормотала я.

Парень снисходительно улыбнулся.

— Его оплатил молодой человек, просил передать, что не хотел портить вам куртку и настроение.

— Ох, спасибо, — ответила смущённо и посмотрела на Глеба, который уже выгнул бровь и выжидательно вглядывался в мое лицо. — Да что? Это не поклонник! Не дождешься!

39

— Ну ничего, времени ещё полно. Ставки немного изменились после твоего видео. На пять процентов больше людей решили, что ты останешься одна до января. Но и подключившихся стало в разы больше. Ты не думала развивать аккаунт? Тебя определенно ждёт успех.

— Наташа, он неисправим, — покачала я головой, не глядя на Глеба.

— Может быть, уже сядем? Я устала, — проговорила девушка негромко. А когда мы пошли к столу, продолжила: — Варь, мы просто наблюдатели. Делай так, как душа велит.

Глеб помог Нате снять пальто, повесил его и свою куртку на вешалку и вернулся к прилавку. Я развесила куртку на спинку, ближе к батарее, чтобы она скорее просохла.

— Ты с ним ехала? — спросила я подругу, открывая коробочку. — Печенье — это хорошо, угощайся.

— Спасибо, — кивнула Ната, отпивая из своего стаканчика. — Нет, Глеб позвонил буквально перед тем, как я должна была выходить из маршрутки. Хотел ехать за мной в общагу, покататься, но мы оказались в одном месте, в одно время. Удивительное совпадение. И ты как раз освободилась.

Она осторожно отпила вновь, аккуратно откусила кусочек и с наслаждением зажмурилась. Вернулся Глеб с подносом. Брови Наты удивленно взлетели, но тут же вернулись на место. Пирожные, печенье и даже сэндвичи. И как в него всё это влезет? И если он столько ест, то почему такой худой? Где живот и бока, или где там у мужчин излишки откладываются?

— Уверен, вы с обеда ничего не ели, — сказал парень, двигая темно-зеленый поднос на середину стола. — Надо перекусить. Не стесняйтесь. Натали, как собеседование? Как всё прошло? — спросил он, с нескрываемым интересом рассматривая Нату.

Она поправила гладкие волосы. Я не стала отказываться от предложения, взяла сэндвич с ветчиной. Успела уже проголодаться после не совсем удачного обеда.

— Это не собеседование, а цирк. В вакансии было указано: менеджер по работе с клиентами. Работа в офисе, можно выбрать вечернее время или выходные дни. Выглядело идеально. Я приехала, а там крохотный кабинет в бизнес-центре. Сидят несколько пожилых женщин и навязывают покупку литературы, которую я потом должна продавать. А ведь сначала так все серьезно расспрашивали, рост обещали до руководителя подразделения. В общем, обман это. Жаль потраченного времени. Пирамида какая-то, видимо.

— Бедняга, зря только съездила, — вздохнула я. — Писали бы сразу, что да как, а не врали.

Глеб отложил в сторону смартфон, в котором что-то набирал.

— Натали, я же говорил, что могу поспособствовать. Ты только скажи, что тебе нравится, что интересует. Я помогу, — проговорил парень, подавшись к Нате.

Она выдохнула, положила свою руку на его. Лицо ее сделалось серьезным.

— Глеб, послушай. Я хочу сама с этим разобраться. До этого я жила в малюсеньком посёлке. Да, мне не слишком просто адаптироваться под большой город. Но я справлюсь. И я хочу сделать это сама. И найти работу, и устроиться. Сама. Это важно для меня. Ладно? — закончила она.

Глеб всё это время смотрел на их сплетённые руки и только теперь поднял голову. В его взгляде отчётливо читалось уважение и что-то ещё. Что-то хорошее. Я ощутила себя лишней в этой компании. Уйти бы, но куртка ещё, скорее всего, не просохла.

— Я понял, — наконец, кивнул Глеб. — Но, если что, обращайся.

— Спасибо, — ответила Наташа несколько смущённо. Потихоньку высвободила руку и повернулась ко мне. — Варь, у тебя как прошло? Ты быстро.

Я уставилась в носик на пластиковой крышке, которой был закрыт стаканчик.

— Мы с папой поболтали немного, но у него возникли важные дела. В другой раз договорились встретиться.

Глеб оживился.

— О, вижу, тебя это расстроило. Ты чувствуешь себя одинокой? Но вокруг столько парней! Начни встречаться с кем-нибудь. Сразу и настроение улучшится. А если не улучшится, то рядом всегда будет сильное мужское плечо, свободное утешить.

Я чуть не подавилась. Вот наглец! Он внезапно вытаращил глаза и перевел удивленный взгляд на Наташу.

— Ты чего меня под столом пинаешь? Я знаю, о чем говорю, — сказал он Нате и продолжил как ни в чем не бывало: — Подумай, Варь.

— Спасибо за совет. Обязательно над ним подумаю.

— Окей. И ещё: с Князевым и Зверевым лучше не связываться. Проблемные они. Побереги нервы и найди кого проще.

Рука с кофе замерла у рта. Вот опять предупреждение. И если Зверев меня не волновал совсем, то Князев…

— А что не так с Даней?

Глеб хмыкнул.

— А ты спроси у него сама. Наверняка он врать не станет.

40

— Ну спасибо, очень ценный совет. Так и сделаю, ага. Тебе не кажется, что это будет странно выглядеть и даже несколько неуместно?

— Не кажется. Не вижу ничего криминального. И вообще — моё дело предупредить, — пожал плечами Глеб.

— Так не делается. Начал и оборвал на самом интересном. Как теперь Варя спать будет? Может, ей Даниил нравится, а ты такие вещи не договариваешь, — с упрёком произнесла Ната, полностью выражая мои мысли.

Я подвинулась к подруге и покивала. Глеб с подозрением уставился на нас.

— Наташа дело говорит. Сознавайся. Тебе не задобрить нас вкусняшками, — подтвердила я, откусывая ещё кусочек.

Всё-таки еда творит чудеса. Недаром говорят: кажется, что ситуация патовая — поешь. Не помогло? Поспи. Снова не то? Начни физическую активность. Зарядка, уборка, пробежка — что угодно. И вода. Пей воду, в пределах разумного, конечно. Пока первый пункт неплохо справлялся. Я уже не ощущала себя такой потерянной и даже брошенной. Уже не так были страшны возможные последствия папиных похождений и транжирства. Меня почти отпустило. Ещё и Ната с Глебом, с ними не заскучаешь. Хорошо, что мы встретились. Теперь бы только выведать, что за предостережения посыпались на меня. Иначе, и правда, надумаю себе чего лишнего. Ну же, Глеб, говори.

Парень некоторое время играл с нами в гляделки, но сдался первым.

— Ладно, — сказал он и придвинулся к нам. — Я не вникал сильно, историю знаю отрывками и по слухам. Несколько лет назад, вроде на первом курсе, или уже на втором, не суть. В общем, Князев и Зверев запали на одну девчонку и началось. Соперничество, драки, угрозы. Девушка задачу не упрощала и, похоже, только провоцировала на дальнейшие конфликты. Все закончилось не очень хорошо. Она куда-то исчезла, Князева чуть не отчислили, Зверев попал в больницу. Никто не говорит, что конкретно произошло, но что-то мутное. Знаю только, что друг друга они не переваривают. Хотя, девчонкам всё равно, так и вешаются им на шеи.

— Ох. Вот это да. Что ж, спасибо. Буду знать, — ответила я растерянно.

Надо же, как получилось. Без деталей картинка была неполной, но то, что я узнала, напрягало. Видимо, неспроста мне Даня сказал быть осторожной с Кириллом. Но, может, и Князев не такой, каким я его увидела. Приближается поездка, а я теперь не знаю, стоит ли соглашаться. Хоть и убеждала себя, что не нужно этого делать, в груди разрасталось приятное волнение от мысли, что мы проведем время вместе. А теперь…

— Да сплошные тайны и интриги кругом. Попала ты, Варя. Но, если честно, я пока ничего такого не слышала, хоть и общаюсь со многими. Может быть, было что-то такое, но столько времени прошло, — произнесла Наташа задумчиво.

Глеб умял очередное печенье и снова смотрел на Наташу, не скрывая интереса. Кажется, этот взгляд ее не слишком смущал. И всё же лёгкий румянец окрасил щеки.

— Варь, ты, главное, до Нового года уже начни с кем-то встречаться. Я не хочу проиграть, — легкомысленно проговорил парень, заглядывая в свой смартфон.

— Глеб! — с упрёком сказала Ната.

— Пока единственный человек, рядом с которым не нужно находиться — это ты, — сказала я и рукой махнула в сторону Глеба. — А то ты меня против воли сведешь с кем-нибудь. А мне это не нужно.

— О, а это мысль, — показал большой палец Глеб. — Отберём кандидатов, отсеки лишних…

— Стоп! — перебила я, выставив вперёд руку. — Этого мне только не хватало! Я как-нибудь сама устрою свою личную жизнь.

— Как знаешь.

Мы ещё поболтали и поспорили некоторое время, опустошая поднос. А после мы с Натой поехали в общагу. Глеб настаивал вызвать дня нас такси, но мы отказались.

Мда. Становится всё интереснее.

41

Глеб уехал на такси, решать важные дела, как он сказал. А мы поплелись на остановку. Куртка просохла, настроение улучшилось, только погода не хотела перемен и оставалась такой же хмурой.

— Ната, а что у вас с Глебом? Вы встречаетесь? — спросила я, когда мы встали под козырьком остановочного комплекса, чуть поодаль от остальных ожидающих.

Подруга округлила глаза, словно я сказала какую-то дикость.

— Да ты что! Нет, конечно. Просто общаемся немного. Я же говорила, мне отношения не нужны. Тем более, я зареклась встречаться с молодыми.

Она ответила излишне эмоционально. Вообще, с момента их знакомства, Нату как подменили. Раньше она была невероятно спокойной, невозмутимой, а теперь такие вспышки эмоций… Хотя, возможно, я просто плохо её знаю, и она до сих пор постепенно раскрывается, адаптируется.

— И ни капельки не нравится? Мне кажется, ты ему очень понравилась, — озвучила свои домыслы.

Наташа вздохнула.

— Он забавный. Интересный… Видела бы ты, какие девушки рядом с ним крутятся. Мы с тобой просто меркнем на их фоне, — сказала она как-то грустно.

— Да? А где ты их видела? Мне всё кажется, что он изобрел телепорт и просто перемещается с места на место, не привлекая внимание.

Наташа чуть улыбнулась.

— Видела сегодня, как он прощался с двумя девушками. Кажется, я видела страницу одной из них. Известная местная модель. Причем снимается в основном в белье, купальниках. Красивая очень. И, видимо, хорошо знает Глеба. Скорее всего, он просто нашел, с кем скрасить время на учебе. В общем-то, как и я.

— Вот как. Хм. Ну ладно, — ответила я, не зная, что ещё добавить. — О, наш автобус.

Ехали стоя. Молча. Людей в этот час было много, в основном, такие же студенты, как и мы. После зашли в магазин, купили продукты. Ура, у меня будет нормальный ужин. Быстро домчались до общаги. Я в свою комнату, Ната в свою. Соседки по комнате были там. Все, кроме Кати. Она часто где-то пропадала и редко приходила ночевать.

— Варь, мы в душ собираемся, ты с нами? — спросила Ксюша с порога, как только я сняла куртку.

— Да, конечно. Пять минут, и я буду готова.

— Видео класс! Вы с Грозой нормально отожгли. А какой облом парням! Пришлось им губу закатать. Мне до сих пор смешно, — с улыбкой проговорила Лиза, лёжа на кровати, копаясь в телефоне.

Я поставила пакет у маленького холодильника и стала выкладывать продукты.

— О, спасибо! Рада, что получилось забавно, — улыбнулась я, довольная, наконец, сделанным. — А с Ритой что? — спросила я, увидев, что она лежит спиной к нам и ни на что не реагирует.

Лиза махнула рукой.

— Она в наушниках. Ругается со своим парнем текстовыми сообщениями уже час, — ответила она и тут же подошла к Рите, начала толкать её в плечо. — Мы уже уходим.

Всей компанией сходили в общий душ, что находился на первом этаже. Вместо кабинок были стены до потолка, без дверей. То есть по бокам ты никого не увидишь, зато стоит обернуться… Поначалу меня это ужасно смущало, но сейчас почти привыкла. Что поделать, выбирать не приходилось. Быстро ополоснувшись, поднялись в комнату. Не успели открыть дверь, как услышала, что мой телефон вибрирует. Звонила Кристина.

42

— Варечка, привет! — воскликнула подруга громко.

Как же я рада её слышать!

— Привет! — ответила ей в тон, вешая полотенце сушиться, и убирая шампунь и гель для душа в низенькую тумбочку.

— Я хотела узнать, ты собираешься на базу отдыха? — сразу перешла к делу Крис.

Я вышла из комнаты и секции в просторный коридор. Звук шагов усиливался эхом. Да и вообще тут было довольно шумно. Из каждой секции, что находились по обе стороны, и из кухни, что была недалеко от лестницы, разлетались голоса, смех, звук воды, льющейся из крана, шарканье тапочек по мелкой плитке.

Подошла к мутному окну. За ним был балкон, но дверь уже давно заперли так, чтобы никто не мог пробраться в общагу извне. Во избежание, так сказать. Говорят, раньше только так и попадали сюда ночные гости и просто те, кого не хотели пускать. А ещё, через балконы передавали то, что нельзя было пронести через вахту. Однако, думается мне, кому нужно, тот всегда найдёт, как обойти правила и ограничения.

Я не торопилась отвечать на вопрос подруги. Сама до сегодняшнего разговора сильно сомневалась, стоит ли принимать приглашение. А ещё то, что сказал Глеб про Даню и Кирилла… Странная история. Надо узнать, как всё было на самом деле.

— Крис, я пока не знаю. Слушай, у меня вопрос к тебе…

— Варь, да что тут думать? — перебила подруга как-то слишком взбудораженно. — Даня говорит, он, кстати, сейчас рядом, и Дима тоже, тебе от них «привет»! — протароторила она и стало ясно, откуда такое рвение. Боится, что спрошу что-то лишнее при парнях? — Так вот, Даня сказал, что как раз место для тебя осталось. Если что, могу с тобой в одной комнате ночевать и не бросать тебя одну все дни. Прямо вот не отойду от тебя. А? Соглашайся, Варь, пожалуйста.

— И им «приветы», — улыбнулась я, представляя приятную компанию. — Думаю, если ты будешь только со мной, это будет нечестно по отношению к некоторым людям. Так что не волнуйся на этот счёт. И, раз никто не против, я поеду, — решилась я, отбросив сомнения.

Надо узнать ребят, пообщаться, отвлечься и познакомиться с Даниилом поближе. Я ощущала огромный резонанс между тем, как лестно отзывалась о нём Кристина, тем, что видела я в нём, и тем, что выдал Глеб, не раз обозначив, что знает лишь обрывки. И мне теперь было просто необходимо расставить все по местам и в своих же глазах оправдать Даню. Ну, или не оправдать, в конце концов, ведь неизвестно, что там в итоге получится. А ещё, конечно, с Кристиной хотелось провести время. Не знаю, когда выпадет такая возможность потом. И ещё зима на носу…

— Правда? Ой, как круто! Ну всё, Варь, тогда готовься. Надо вещей теплых взять, говорят, будут посиделки у костра, песни, гитара… Ммм, романтика, — счастливо выдохнула Крис и вдруг осеклась. — Да что, Даня? Да не испугает Варьку романтика такая. Точно! Варя, ты же передумаешь внезапно?

Кое-кто беспокоится, что я не поеду? Но ведь он сам говорил, что никто и никого не будет ни к чему обязывать. Или он там снова шутит?

— Пусть выдыхает. Не передумаю.

Вдруг послышалось какое-то шуршание, а в следующий момент я чуть телефон не выронила от неожиданности.

— Привет ещё раз, — прозвучал голос так, словно Даниил стоял рядом со мной и едва не касался губами шеи. — Выдохнул.

Видела же его сегодня уже. И снова такая реакция на него странная. Похоже, в поездке меня будет ждать испытание на прочность.

— Хах, молодец, — получилось нервно, но, надеюсь, он не заметил. — До встречи в универе? — сказала, не знаю, что ещё говорить.

— Конечно, — ответил он. — Варь, я у Крис твой номер возьму? — а это прозвучало не как вопрос даже, а больше как утверждение.

Сердце птичкой металось, разгоняя по телу яркие искры надежды, предвкушения и чего-то ещё. Таинственного и неизведанного, и очень приятного.

— Да. Хорошо.

На этом, почти сразу, разговор закончился. Я вернулась в комнату взволнованная и радостная. Упала на кровать и уставилась в потолок, представляя костер, треск поленьев, ночное небо и высокую, теплую фигуру рядом. Плечом к плечу.

— Варь, ты чего это поплыла? — ворвался в сознание насмешливый голос Ксюши, что склонилась надо мной, и я подскочила на кровати. — О Князеве опять мечтаешь? А как же спор? Я сегодня поставила на Зверева: мне больше такой типаж нравится. Напористый, явно привык добиваться своего. Всё как я люблю.

— Вот бы и общалась сама с ним. Я-то тут причём? — возмутилась я.

— Так он же не ко мне подкатывает. К тому же, у меня муж есть. Зачем мне эти дети? — ухмыльнулась она.

— Дети? Да они старше тебя минимум года на три, — удивилась я.

— Тем более. Мальчишки же ещё. Не то, что мой Венечка. Настоящий мужчина, — с гордостью произнесла она.

Девчонки на фоне зафыркали, но никак не прокомментировали её слова. Кажется, начинается беседа, которая не закончилась прошлым вечером.

— Ладно, давайте чай пить, — уже по-доброму продолжила Ксю. — Варь, зови принцессу нашу, или кто она там? Натку, в общем.

43

Сегодня мне удалось выспаться. На занятия ко второй паре, и всего две пары поставили. Красота. Как раз смогу поехать пообщаться по поводу подработки. Пока промоутером на листовки. Надо хотя бы понять, что и как, а потом уже браться за что-то более серьёзное. Я ведь совсем никакого опыта не имею, пока все видится пугающим, но надо с чего-то начинать. Да и график, конечно. Нельзя пропускать учебу.

Первая пара началась спокойно, я даже успела почитать одну книгу по философии, которую советовал Гроза. А всё потому, что преподаватель по менеджменту опоздал на тридцать минут. Одногруппницы хотели уйти, ведь если так долго нет препода, мы не обязаны тут задерживаться. Но староста всех успокоила и сбегала в деканат, несмотря на уговоры не делать этого.

— Я должна напомнить о нас и узнать, где же Валерий Петрович. Вдруг с ним что-то случилось.

Она бы раньше ушла, но её просили не спешить. Не у всех было желание учиться. В итоге, староста настояла. Нехотя, но девчонки согласились. Когда Ольга покинула аудиторию, я услышала то, чего совсем не ожидала.

— Так спросите у Калинкиной. Это ж она с преподами трётся. Может и ВП после жаркой ночки с ней забыл про всё на свете.

Прилетело, откуда не ждала. Лицо, казалось, окунули в горячую воду. А по телу прокатилась ледяная волна отвращения. Я оглянулась на Иру, с которой раньше вообще нигде не пересекалась и не конфликтовала. Местная девушка, обычно общается со старшекурсницами. Сейчас она выглядела провокатором. Выгнула бровь, вроде как, уделала меня. Смотрела с превосходством. Девушки наблюдали за нами. Кто с интересом, кто ошарашенно. Ната кашлянула, похоже, готовясь вступиться. Не надо этого.

— Что, Варь? Студенты тебе не нравятся, сама же сказала. А преподы самое то, да? Самый сок.

Как жаль, что я совсем не приспособлена к подобным ситуациям. Вроде и сталкивалась иногда, но уже отвыкла оборонятся, отвечать, сводить к шуткам. Методики ведения таких диалогов пронеслись в голове, ни одна не задержалась. Да и с девушками всё иначе, не как с парнями, с которыми иногда даже приходилось драться в школе.

— Фу, Моржова, что за влажные фантазии? Ты на учебу пришла зачем? Чтоб учиться или строить сомнительные предположения? Соберись, — сказала я безразлично.

Я старалась придать голосу уверенности. Ненавижу, когда начинается такое. Это так несправедливо. Мерзко. Она хотела что-то ответить, но тут Лиза, что из моей комнаты, швырнула в сторону Иры ластик.

— Ты стукнутая? — спросила её Лиза с отвращением. — Что несёшь? Видео нормальное Варя сделала. Если ты все свои вопросы таким путем решаешь, то это не значит, что и остальные делают так, — выдала она резко.

— Идиотки, — еле слышно пробормотала Моржова и сконфуженно уткнулась в телефон.

Заметив, что разговор окончен, все занялись своими делами. Я поймала взгляд Лизы и изобразила сердечко из пальцев. Она с улыбкой качнула головой и отвернулась к Ритке, которая хихикала. Я вдруг вспомнила, как в первый день учебы Лиза поцапалась с этой Ирой из-за стула. Я вошла в аудиторию, когда уже все почти завершилось, и победителем в той ситуации была моя соседка по комнате. Похоже, Моржова и сейчас решила с ней не связываться.

От слов Иры остался липкий, противный осадок. Но он быстро стал стираться. Мне было безумно приятно, что я не одна. Что кто-то не боится вступиться за свою знакомую, что не остается сторонним наблюдателем. Вот прямо очень приятно и тепло от этого.

Вскоре вернулась Оля, а за ней в аудиторию вошёл недовольный ВП. Тяжело шагая и глядя на нас как на досадное недоразумение, он прошел к своему столу. В последний момент повернулся и как рявкнул:

— Не могли сразу сказать, что у вас пара? Специально выжидали?

Видно кое-кому влетело в деканате. Ната подняла руку и, не дожидаясь ответа, заговорила.

— Здравствуйте, Валерий Петрович! А мы вас тревожить не хотели. Потом уж переживать стали, вдруг с вами произошло что-то, вот Оля и пошла искать вас. Мы рады, что с вами всё хорошо, — проговорила Наташа доброжелательно.

ВП, как обычно, подвис на несколько секунд и после его лицо сделалось добрее, спокойнее.

— Благодарю за беспокойство, — ответил преподаватель, занимая свое место. — Открывайте тетради, записывайте тему…

44

После пары мы хотели побежать в столовую, однако, я чуть не споткнулась, увидев, как по коридору шагает мой отец. Вчера я решила, что он и собрание пропустит, на всё забьёт. Но нет, он здесь. И, кажется, всё женское внимание сейчас было сосредоточено на нём. Неудивительно. Он всегда выглядел эффектно, следил за собой, поддерживал тело в форме, красиво одевался. Даже немного дерзко или, правильнее сказать, брутально. А ещё — он до сих пор иногда ездил за рулём мотоцикла, а это, мне кажется, запрещённый приём для нежных женских сердец.

— Оу. Ты это видишь? Нас постигло нашествие красавчиков в начале года? Он точно не препод и не студент. А жаль, — сказала Наташа, не сводя с него глаз. — Тогда кто же?

В этот момент папа заметил меня и с улыбкой пошел прямиком к нам. Я помахала ему. Студентки толпились у скамеек рядом с окнами, сворачивали шеи вслед ему. Мда. Если не приглядываться, он сошел бы за старшекурсника. Ужасно.

— Э-э, — начала Наташа, но я торопливо развернула подругу к окну.

— Даже не думай. Он бабник и транжира, и не встречается с девушками моложе двадцати пяти лет. И у него женщина есть. Он тебе не подходит! И вообще, за тобой уже Глеб ухаживает, — зашипела в спешке и развернулась обратно.

— Привет, пап, — сказала я, пытаясь улыбнуться, всё ещё ощущая себя брошенной после вчерашнего.

На фоне послышалось тихое: «Ого». Ната, очевидно, в шоке.

— Привет, Варь, — сказал он с виноватым видом и обнял меня за плечи.

— Здравствуйте! — поздоровалась Наташа, кокетливо улыбаясь.

Папа ответил на её приветствие без лишних вольностей, и обратился ко мне.

— У тебя всё хорошо? Ещё раз извини за вчера. Хочешь, я отпрошу тебя с учебы сейчас, в кафе посидим? — спросил он, не реагируя на любопытные взгляды.

— Да не нужно, пап. Я на выходных домой приеду, за вещами. Там и увидимся. Ты сейчас возвращаешься?

— Да. А ты молодец, говорят, участвуешь в жизни университета, к празднику помогаешь всё подготавливать. Это хорошо.

Громко сказано, конечно. Всего лишь одно видео. Однако наверняка нам поручат ещё много всего.

— А что за собрание было? Что ещё говорили? — спросила я.

Наташа продолжала стоять рядом, мы ведь поесть собирались пойти. Вдруг возле неё материализовался Глеб. Ну да, куда же без него. Посмотрел на моего папу как на конкурента, заслонил собой даму сердца. Хах, Натке не отвертеться.

— Ничего особенного, просто организационные моменты. Раз ты не хочешь, я поеду, ещё кое-какие дела надо решить и к другу заехать.

— Ну ладно. Тогда до встречи, — сказала я, улыбнувшись на прощание.

Папа как-то мечтательно вздохнул, окинув коридор взглядом.

— Даже не верится, что ты уже такая взрослая, учишься тут. Чувство, словно я сам только вчера поступил в университет, и впереди пять прекрасных лет.

Я только пожала плечами. Мне пока ничего прекрасного не виделось, ну да ладно.

— Пока, Варь. До выходных, — сказал папа, погладив моё плечо.

Я наблюдала, как он уходит.

— А вы похожи, — заметила Наташа. — Удивительно. Он так молодо выглядит, я бы решила, что это старший брат, но никак не отец.

— Ага. Спорт, адреналин, минимум тревог и стрессов, максимум серотонина, окситоцина… Вот и сохранился.

— Что ж ты, Варвара? Я думал, ты за ум взялась, на общее благо поработаешь, а ты всё дурака валяешь, — проговорил Глеб.

— Тебя? Да вроде не валяла пока, думаю, я бы запомнила такое, — ответила ему в тон.

— Пф, очень остроумно. А если серьезно, позволь похитить Натали на эту перемену?

Ната, видно, удивилась, но быстро взяла себя в руки.

— Если Ната не против, похищай, — великодушно разрешила я.

Наташа забеспокоилась.

— Ты не расстроишься? Можем ведь вместе пойти. Или я останусь. Что скажешь? — взволнованно спросила она.

— Да всё супер, — ответила я. — Ты будто насовсем уходишь. Иди уже, а я уже приметила себе жертву, — проговорила я, ощущая, как в груди бабочкой затрепетало сердце. — Или меня приметили.

— О-о-о, мы уходим, — протянула подруга, подхватывая под локоть Глеба.

Парень же, поравнявшись с идущим ко мне Даней, развернулся и показал большие пальцы. Вот и верь этому Глебу. То предостерегает, то знаки всякие показывает.

45

— Привет, — поздоровался Даня.

Мне показалось, что он потянулся ко мне, чтобы обнять, но вдруг передумал и просто замер рядом. Что ж. После предложил вместе пойти в столовую, где к нам присоединился Дима и ещё какой-то парень. Я узнала, что Даня и его друзья — пловцы. Дима еще на первом курсе получил звание Мастера Спорта по плаванию. А Даниил сообщил, что пока только кандидат в мастера спорта, но надеется в этом году выполнить критерии для получения звания. Они вместе ездят на соревнования, представляют университет. Теперь стало понятно, откуда у ребят такая физическая форма.

Перерыв пролетел незаметно, легко и приятно. Только одно его слегка омрачило. Весь обед во мне взглядом прожигали дыру, почти не скрывая этого. В том же зале, где обедали мы, через несколько столиков сидела Лена и ещё две девушки. Одной из них оказалась Ира Моржова, которая пристала ко мне на паре, а вторую я не знала, лишь видела несколько раз. Так вот, значит, откуда резкая неприязнь. Интересно, это Лена сама надоумила подругу или та решила проявить инициативу, когда полезла ко мне на паре? Хотя, значения это не имеет. Однозначно — Лена меня не переваривает, и Даня ей явно нравится.

После пар я поехала в центр города. В невысоком офисном здании отыскала офис маленькой компании, которая предлагала выполнить курсовые, дипломные работы и рефераты на заказ. Именно им потребовались промоутеры во второй половине дня, когда площадь второй раз за сутки максимально заполняется людьми. Требований почти никаких, главное, раздать листовки за три часа. Если справляешься быстрее, то нужно взять ещё пачку и идти дальше, пока не истечет время. Обычно же стараюсь избегать скопления людей, а тут, можно сказать, сама буду за ними чуть ли не бегать. Ладно, со страхами же надо бороться, верно? Вот я и отправилась.

Признаться, я сильно волновалась. Настолько, что пачка разноцветных ярких листков в руках заметно тряслась. Даже несмотря на отсутствие ветра и часто проглядывающее между белоснежными бугристыми облаками солнце. Но спустя два часа стало намного проще. Даже перестала смущать футболка с фирменным логотипом и списком услуг компании, обтягивающая куртку. Ровно до того момента, пока я не заметила идущих прямо мне на встречу Лену, Иру Моржову и ещё двух парней с ними. Мне резко захотелось оказаться как можно дальше от этого места. И чтобы ребята меня не заметили. Но было поздно. Они увидели.

Поравнявшись со мной, девушки остановились. Лена в распахнутом пальто, под которым белела красивая блузка, заправленная в узкие брюки. Ира в похожем пальто, только застегнутом на все пуговицы. Парней я не разглядывала. Они чуть было не ушли дальше, но вернулись, с любопытством осматривая, что могло вынудить девчонок остановиться. Получилось так, что я стояла между ними.

— О, Калинкина, это место достойно тебя. А ты его. Ничего не меняй в жизни, тебе подходит бегать с бумажками в страшной футболке, — со снисходительной улыбкой проговорила Ира, переложив черные волосы за плечо.

— Спасибо, Ир, за совет. Он был мне просто необходим, — ответила я, не жалея вступать в спор.

Да и я же, как бы, на работе. Надо вести себя прилично, даже если внутри всё горит. Я надеялась, что они уйдут быстро.

— Ир, не будь такой жестокой, — пропела Лена, бросив на подругу осуждающий взгляд. — Может, для неё это и правда, единственный вариант. Посмотри, в чем она тут. Варь, тебе может денег дать? Оденешься, в порядок себя приведёшь. М? — приподняв брови, спросила она, сдерживая довольную улыбку.

— Да у тебя прямо звездный час. Долго репетировала? — спросила я, стараясь оставаться спокойной.

— Мне это не требуется. Я всегда знаю, что сказать таким, как ты, — сказала она тише, сделав ко мне шаг и совсем уже тихо добавила: — Не подходи к Дане, поняла?

— А ты не подходи ко мне, если не хочешь остаться без волос, — сказала я резко, и подалась вперёд, словно сейчас вцеплюсь ей в голову.

Лена резко отпрянула.

— Мы пойдем есть? Я сейчас сдохну прямо здесь, — возмутился один из парней. — Потом выясните отношения.

— Идём-идем, — пробормотала Лена, одарив меня презрительным взглядом.

Я так и стояла, серьёзная и злая, чтобы у ревнивой девушки не возникло желания вновь ко мне приблизиться. Ира ожидала в стороне, осторожно оценивая обстановку.

— Постой, так ты же подруга Дани? — вдруг спросил второй парень.

Он был под стать Лене. В пальто, брюках, рубашке. Красивая стрижка, да и сам симпатичный. Не помню, чтобы видела его раньше.

— Знакомая, — ответила я, пытаясь вспомнить, кто этот парень.

— Варя, да? Лена столько про тебя рассказывала, фанатка твоя, — выдал он, на что получил тычок в бок от «фанатки». — А ты хорошенькая. Не зря она ревнует.

— Богданов! Ты вообще на чьей стороне, а? Обалдел совсем? — ошарашенно спросила Лена, округлив глаза.

— Я за мир во всем мире, — улыбнулся он и взял девушку под руку. — Удачи, Варвара.

Я кивнула, и четверка зашагала прочь. Листочки в руках затряслись сильнее. Ну надо же, встретились. Эй, кто там расписание случайностей составляет? Может уже достаточно и обойдёмся без сюрпризов? Мне тех впечатлений, что набралось за три недели, хватит на всю жизнь! Но меня, конечно, не услышали.

46

Я продолжила работать, только ощущала себя поломанным роботом. Лена оригинальна, конечно. Она с друзьями разместилась в кафе, возле которого я бегала туда-сюда, и заняли место у огромного окна. Если меня заживо не сожгут взглядом, то я сама сгорю от неловкости. Теперь старалась по максимуму выходить из зоны их видимости, но приходилось возвращаться и мельком наблюдать неприязненные взгляды. А ведь ещё осталось сорок пять минут.

Вдруг моих плеч коснулись чьи-то руки. Неужели снова Лена?! В следующую секунду я развернулась, готовая дать отпор и высказать всё, что думаю о настырной девушке, но вместо этого…

— Варя! Ты все ещё не веришь, что мы предназначены друг другу? — счастливо улыбаясь, спросил Даня.

А вот таких сюрпризов побольше, пожалуйста. Вот такое мне нравится. Сердце в который раз за сегодня встревожились, но теперь это было даже приятно. Я не успела ничего ответить. Парень обнял меня за талию, поднял в воздух и закружил. Мир разноцветным калейдоскопом, подкрашенным яркими эмоциями, проносился перед глазами. А я смеялась, крепко сжимая листочки. И было всё равно, что нас увидят те, кто так достал меня. Только бы с работы не выгнали.

— Дань, я же работаю, — улыбаясь до ушей, сказала я, и Даня тут же поставил меня на асфальт, но не отпустил. — Ты тоже обедать?

— Тоже? Так ты уже видела ребят? — удивился Даня, не сводя с меня тёплого, нежного взгляда.

— Да. Вот же они, — сказала я и указала рукой туда, где за нами дружно наблюдали. — Твоя подружка против того, чтобы я к тебе приближалась. Так что меня ждёт очередное сражение за право находиться рядом, — хихикнула я, понимая, как глупо это прозвучало.

— Чего-о? Лена моя знакомая, если ты о ней, не подружка. Не веришь? — спросил Даня и резко наклонился к самому моему лицу. Глаза в глаза. Губы почти касались. — Могу тебя поцеловать прямо сейчас, — сказал он, быстро опустив взгляд на мои губы и обратно. — Разве так делают при девушке?

У меня голова закружилась от происходящего. Что он творит? Если бы в другое время, в другом месте… Я легонько положила ладонь ему на грудь. Куртка была расстёгнута, а сквозь теплую ткань футболки отчётливо чувствовала, как сильно бьётся его сердце.

— Дань, поверх моей куртки футболка с курсовыми и дипломами, а в руке бумажки. Ну какие поцелуи, ты чего? — смущённо улыбнулась я. — Кажется, тебя ждут друзья.

Даня кивнул, медленно отстранился, пальцами провел по моей щеке.

— Наверное. Тебе помочь? Давай часть, — протянул он руку.

— Я справлюсь, осталось минут сорок. Если листовки исчезнут раньше, придется идти за новой пачкой. Я этого не выдержу.

— Как скажешь. Мне надо к ребятам сходить, пообщаться…

— Конечно! — перебила я, краснея от того, что только что чуть не произошло. Осознание волнами накатывало, заставляя краснеть и смущаться.

Даня ушел, а я продолжила раздавать листовки с огромным рвением. И вовсе не от того, что во мне всё воспылало. Разве что — совсем немного от этого. А если серьезно: мне нужно срочно вернуться в общежитие! Не могу тут больше находиться. Кажется, все тело зудит от пристального внимания. Возможно, даже мнимого.

Мысль о том, что они впятером могут видеть меня — не грела. Шутки шутками, но враги мне не нужны. И Даня ведёт себя странно. В универе — сдержанно и вежливо, а на улице… Ох, снова вспыхнул образ: лицо Дани было так близко, я ведь даже ощутила тепло от его дыхания. Надеюсь, что это не игра на ревности, и что всё это для него не шутка, потому что… Потому что мне он слишком нравится. Так, что во мне сейчас разгорелась настоящая война. Поддаться и пойти на свидание, либо оборвать любую связь с ним. И мои страхи требовали выбрать последний вариант. А вот сердце…

— Соскучилась?

— Да как ты это делаешь? — воскликнула я, не забыв сунуть листочек мимо проходящему парню, который чуть подпрыгнул от моего крика.

— Ты бываешь очень задумчива, — улыбнулся Даня. — Ты когда заканчиваешь? — спросил он, разглядывая на мне футболку.

Пряча смущение, заглянула в телефон. О.

— Через десять минут, — ответила, невольно улыбнувшись. — Твои друзья уже ушли? — спросила, и обернулась на окна кафе. — Понятно.

Они по-прежнему сидели там. Парни что-то оживленно обсуждали, активно жестикулируя, а девушки залипли в телефонах.

— Что думаешь делать после?

Даня продолжал ходить рядом со мной. Листовки стали убывать быстрее. Я сначала не поняла, почему, думала, везение. А потом как поняла. Всем девушкам и женщинам, которым я протягивала рекламу, Князев улыбался. Открыто и тепло. Некоторые даже смущались или зависали на мгновение, улыбались в ответ.

— А чего мужчин вниманием обделяешь? — спросила я, намеренно игнорируя его вопрос.

И надо же было такому произойти. Мимо проходил хмурый парень в наушниках. Я наудачу протянула листок, а тот, не глядя, оттолкнул мою руку. Ок. Неприятно, но не смертельно. Вот только Даня решил иначе. Выхватил у меня рекламку…

— Дань, ты чего? — спросила удивлённо.

В ту же секунду Князев схватил того парня за руку и с грозным видом помахал перед его лицом ярким листком, а после и всунул его ему в руку. И вернулся ко мне, словно ничего не произошло. Парень ошарашенно посмотрел вслед, видимо, оценивая габариты и возможности для мести. Габариты Дани победили.

— Ходят тут всякие, руками машут. Оторвал бы, — мстительно проговорил Даниил, щурясь от внезапных лучей.

Я засмотрелась, вмиг забыв о том, что произошло. Он сам как солнце. Теплый, добрый, заботливый, забавный, излучающий свет. Даже когда хмурится… Безумно привлекательный. Не знаю, что там у него было в прошлом, но со мной он именно такой. Сердце тоскливо сжалось, намекая не мешкать, не упускать своего счастья.

— Спасибо! — просто сказала я, отказавшись от нравоучений. Он ведь умный, и так всё знает.

— Да ладно, — отмахнулся он. — Ну так что? Покатаемся? Погуляем? Осталось всего две минуты, — заговорщически произнес Даня, и уже тише, вкрадчиво добавил: — И я тебя украду.

47

Его слова прозвучали так, что сердце чуть вперёд меня не поскакало за ним. Но не от него. Я хотела отказаться, честно. Держать дистанцию, все дела… А потом подумала: а почему бы и не согласиться? Заодно узнаю Даниила получше и, может, уже решу, что делать с ним. Не бегать же от него и от себя вечно. Конечно, мы знакомы всего ничего, несколько дней. Но если брать в расчет те, самые первые, встречи, то уже почти год мы знаем не только о существовании друг друга, а даже общались немного, тогда же.

— Хорошо, — тихо ответила я, но он точно услышал, даже несмотря на ветер. Вмиг просиявшее лицо это подтвердило.

Я сбегала в офис, отдала футболку, забрала деньги. Сумма смешная для кого-то, но для меня и это большой плюс. И, хоть и небольшой, но опыт. Завтра снова после пар поеду сюда. Всё лучше, чем сидеть на месте. А теперь можно отбросить мысли обо всём лишнем, оставлю анализ на потом, ведь на улице меня ждёт такой парень…

Не успела выйти из здания, как Даня легко, на ходу, взял меня за руку и повел вперёд, едва улыбаясь. Это прикосновение взбудоражило. От ладони вверх, к самому сердцу, устремилось тепло. Как он это делает, а? Что за магия и где искать подвох? А может, нет никакого подвоха, и я просто нравлюсь? Ох.

— Наконец-то мы не в универе! — радостным голосом воскликнул Даниил. — Как ты смотришь на то, чтобы перекусить и погулять?

Я вздохнула, но… Возражения по поводу отсутствия денег на развлечения застряли в горле. Не хочу портить этот вечер. Пусть сегодня будет так, как этого просит душа. Если что, потом разберемся.

— Я вся в твоём распоряжении, — сказала я, вскинув голову. — В пределах допустимого, конечно, — добавила быстро, представив, почему-то всякое недопустимое, но приятное.

— Понял. Идём тогда, — довольным голосом произнес парень и потянул меня дальше.

Сердце прыгало взволнованно. Краем глаза заметила, что из здания напротив вышли друзья Дани. Они пошли в другую сторону, но с Леной я успела встретиться взглядом. Она посмотрела холодно, спокойно, прежде чем отвернуться. Но, казалось, все это наносное и не предвещает ничего хорошего. Вот и что мне с ней делать? Надеюсь, она не станет пакостить исподтишка.

Мы вошли в кафе. Сладковатый запах выпечки и корицы напомнил о том, что пора бы перекусить. Маленькие полочки на стенах с разными декоративными вещицами, корзинками, свечами. Тяжёлые занавески цвета тыквы, коричневые столы, мягкое освещение. Всё это подарило ощущение уюта.

Мы нашли свободный столик у окна, и пока я снимала верхнюю одежду и приводила волосы в порядок, Даня отправился к прилавку. Через несколько минут на стол приземлились два стаканчика с кофе и поднос с набором разных булочек, которые выглядели невероятно аппетитно. Особенно мне понравились те, что были обильно политы карамелью. И пахли они все крышесносно.

— Ого! Выглядит очень вкусно! Спасибо! — искренне поблагодарила я.

— Они и на вкус очень даже ничего, — сказал Даниил, улыбаясь глазами, присаживаясь рядом со мной на диванчик.

Я не стала ждать и решила непременно это проверить. Даня оказался прав. Ещё горячие, ароматные, сладкие. Кайф.

— Дань, я у тебя спросить хотела кое-что, — начала я и запнулась, когда он посмотрел на меня, вскинув бровь. — В общем, прости, что вот так в лоб…

Я глубоко вдохнула, на секунду задержала дыхание, готовясь озвучить вопрос.

— Ты так с мыслями собираешься? — с невозмутимым видом спросил парень. — Или вместо вопроса по лбу мне дать хочешь? Так хоть бы скажи, за что. А то вид у тебя уж больно воинственный.

Напряжение снизилось. Ладно. Это же просто вопрос.

— Я слышала, что ты был замешан в какой-то странной истории, связанной с Кириллом и ещё одной девушкой. То ли спор у вас был, то ли конфликт. И что Зверев даже попал в больницу. Я подробностей не знаю и хотела бы, если это уместно, чтобы ты рассказал, что у вас на самом деле произошло. Не люблю домыслы и лишние фантазии.

48

Даня чуть отстранился. Во взгляде читалось удивление.

— Хах, не думал, что кто-то это ещё помнит. Значит, болтают старшекурсники. Кто тебе рассказал? Лена? — спросил Даня, сложив руки на груди. — Или Наваров?

Я отвела взгляд. Почему-то не подумала, что ему это будет важно.

— А кто такой Наваров? — спросила, наконец, постукивая пальцем по пластиковой крышечке.

— Наваров Глеб, который к Наташе подкатывает, — пояснил Даниил. — Наверняка это он тебе рассказал. Да? — и через мгновение: — Кто бы сомневался.

Я ведь ничего не отвечала! Но, видимо, выдала себя как-то, раз он так легко догадался.

— Да он ничего плохого не говорил! Просто предупредил, что с тобой или Кириллом могут быть проблемные отношения, — проговорила я и тут же пожалела о сказанном.

Даня подался ко мне, опираясь одной рукой о столешницу. Вторую опустил на диван.

— Это значит, что Зверев тебе тоже нравится? — спросил он негромко, рассматривая мое лицо. — Думала об отношениях с ним? А со мной?

— Нет! Ничего такого! Ничего не думала! — почему-то принялась оправдываться я. Стоп. Лучше правду скажу. Продолжила твёрдо, глядя в глаза: — О Кирилле не думала в таком ключе. А ты мне интересен. Это так. Поэтому и задала вопрос. И надеюсь на правду.

— Спасибо за честность. История не самая приятная, но ничего криминального в ней нет. С моей стороны точно, — начал Даня, откинувшись на спинку. — Так получилось, что мне и Звереву понравилась одна девушка. Она одинаково общалась и со мной, и с ним, принимала ухаживания, но ничего никому не обещала. Вскоре между мной и Зверевым возник конфликт и без драк не обошлось. Девушка же делала вид, что ничего не понимает, признавалась в симпатии обоим. В общем, вела себя странно, играла на два фронта, но, то ли в силу возраста, то ли конкуренция сыграла роль, а может, чувства, но я не мог её ни в чём винить. И мы продолжали добиваться её, никто не хотел отступать.

Даниил рассказывал эту историю так, словно говорит не о самом себе, а о каком-то придурке. До сих пор не верит, что мог ввязаться в такое?

— Ух. И что потом? Она сделала выбор? — спросила я, испугавшись паузы.

Даня покачал головой.

— А потом, перед Новым годом, мы огромной компанией собрались у одногруппника. Там был и Зверев, и та девушка. Мы снова едва не подрались, но именно в тот вечер девушка, назовем ее Катя, сделала выбор в пользу Кирилла. Я почти принял это: пошел напиваться. Лучше бы не пил, конечно. Через пару часов кто-то напал на Зверева в подъезде, избили и столкнули в окно. Повезло, что это произошло на втором этаже и была зима. Ведь тусовались все на пятом, но его куда-то понесло в самый разгар.

— Кошмар какой! Кто это его так? За что? — ошарашенно спросила я, присаживаясь ближе.

— Всё выяснилось только на следующий день. А ту ночь мне пришлось провести в отделении, потому что кто-то сообщил, что это я был нападавшим. Зверев, то ли от падения, то ли от количества выпитого, некоторое время был в отключке. И только потом, когда он пришел в себя, выяснились подробности. Знаешь, Варь, тут прямо в лучших традициях мыльных опер. Или остросюжетных романов. В общем, настоящий парень Кати…

— Да ладно! У нее ещё и парень был? — не сдержалась я от возгласа. — Прости. Так что с ее парнем?

— Да, девушка была не так проста, как прикидывалась. У её парня были счеты с Кириллом, ещё со школы. Что-то они не поделили, и таким образом он решил отомстить. А меня сделать крайним. Кажется, его посадили. Или отправили лечиться, потому что это был не первый подобный случай в его биографии. У парня с головой вообще не в порядке. Меня тогда из команды исключили, от соревнований отстранили. И только в этом году приняли обратно. Тренер у нас очень принципиальный и упёртый.

— Обалдеть, — выдохнула я, осмысливая сказанное. — А ведь все могло закончиться ужасно… Слушай, Дань, а почему тебя отстранили? Ты же не виноват.

Даня ухмыльнулся.

— За конфликты и за то, что влип в историю, где замешана ревность, алкоголь, драки. С тренером разругался. Он такое не терпит.

Вот это да. Мурашки страха побежали по коже, как только представила иной исход, который, скорее всего, и планировала эта Катя со своим злопамятным парнем. Обалдеть.

— Дань, я в шоке. И как же хорошо, что все обошлось! — сказала я. — Жаль только, что из команды вылетел. Но сейчас же всё нормально уже?

49

Даня улыбнулся.

— Сейчас всё отлично. А когда вижу тебя — становится ещё лучше, — сказал он вроде бы серьезно, но игра бровей меня и я перешла в нападение.

— Князев, не беси! Я с тобой о важном, а ты опять свои странные заигрывания, — отмахнулась я.

— А какие не странные? — спросил он и наклонился, приблизился опять, почти лицом к лицу. — Вот такие?

Он прикрыл глаза и легонько прижался щекой к моей щеке. Лёгкая щетина непривычно покалывала кожу, запах мужского парфюма вскружил голову. Я невольно последовала его примеру и тоже закрыла глаза. Замерла. Его учащенное дыхание щекотало волосы рядом с ухом. Пожалуй, со стороны мы могли смотреться забавно, но… Было в этом прикосновении что-то такое томительное, бесконечно личное, волнительное и нежное. Трепетное. Без лишних касаний, лишь наши лица. И я хотела остаться в этом моменте подольше.

— Так лучше? — спросил Даня тихо.

— Да, — также тихо ответила я, осторожно, медленно отстраняясь.

Лицо отчаянно горело. Не знаю, что было тому причиной. Я опустила голову, смущённо рассматривая свои ладони. Сколько там осталось до Нового года? Кажется, возможные разочарование и разбитое сердце пугали меня уже не так сильно, как раньше.

— Я учту, — серьёзно сказал Даниил, рассматривая меня.

Наступила тишина. Точнее, молчали мы, а мир вокруг продолжал двигаться. Играла лёгкая мелодия, открывались и закрывались двери, монотонно звучали голоса. Сердце билось громко, гулко. Я вернулась к булочкам и ещё тёплому кофе. Мой спутник занялся тем же, а ещё достал телефон и принялся в нём что-то набирать, усиленно глядя в дисплей. Даня-Даня. Наверняка, у спортсменов насыщенная личная жизнь. Постоянные поездки, соревнования, адреналин, знакомства. Или нет? Наверное, я просто ищу для себя причины, чтобы отсрочить момент выбора. Даня проник слишком глубоко, слишком сильно в моё сердце, так, что я постоянно только и думаю о нем и фантазирую даже о нашем будущем. Как такое вообще произошло?

Я постаралась переключиться с мыслей, которые галопом скакали вперёд, подбрасывая новые образы из воображения. Пришлось вернуться к сложной теме.

— Дань, — обратилась я, и он отложил телефон, посмотрел на меня. — Всё думаю о том, что ты мне рассказал. А ты с той девушкой больше не виделся? Я понять не могу, зачем она участвовала в этом. И где она теперь?

Даня вздохнул.

— Я видел её, ещё тогда, спустя полгода. После инцидента она исчезла. Отчислилась из универа. А потом я встретил её неподалеку отсюда. Она попросила выделить ей несколько минут. Рассказала, что её парень, когда узнал, что она учится в том же учебном заведении, что и Зверев, попросил с ним сблизиться, подружиться. Якобы для того, чтобы расширить бизнес позднее. Катя, как она сама сказала, поверила. Начала общаться с Кириллом. И тут я нарисовался.

— Могла бы тебе сразу отказать, раз её целью был Кирилл и она не планировала ничего плохого, — возмутилась я.

— Сказала, что я ей и правда был симпатичен. Не знаю, где правда, да и неважно это уже. Катя узнала обо всем только в тот день, когда на Зверева напали. То есть, она пришла на вечер со своим парнем, чтобы как бы познакомить его с Кириллом, будто этот парень и не пара ей вовсе, а дальний родственник. И вот во что это вылилось. Она была ведомой в отношениях, стремилась помочь возлюбленному, а он её обманул. Мне так показалось. А потом осталась одна, ошарашенная, потерянная. Не ожидала такого исхода. Но, меня это уже не интересовало. После той встречи я ее больше не видел.

— Нарочно ведь не придумаешь. Надо же, как бывает, — задумчиво проговорила я, сильнее погружаясь в историю.

Даня хлопнул себя по коленям, привлекая внимание.

— Погуляем?

50

Я прислушалась к ощущениям. За те сорок минут, что мы провели в кафе, я успела отдохнуть и согреться. Силы вернулись, и я вновь была готова к новым свершениям. Потому, активно покивала и встала. Даниил помог завернуться в куртку, накинул на себя свою и мы отправились на улицу, держась за руки. Даня так привычно и ловко сцепил наши пальцы, словно всю жизнь так делал. А я спрятала робкую улыбку в воротнике.

Незаметно наступили сумерки. Небо стало розово-сиреневым, а бледно-желтый месяц стал более отчетливым. Город чуть замедлился, потяжелел, наполнился вечерней усталостью и свежестью. Я с удовольствием вдохнула прохладный воздух. Красота. На здания и вывесках зажигались огни, подсветка. Улицы готовились к ночи.

— Сейчас здесь лучше. Даже как-то уютно, — сказал Даня, уверенно шагая вперёд.

— Да. Хорошо, — согласилась я. — А куда мы идём?

Князев легонько сжал мои пальцы. На его губах (если это, конечно, не была игра воображения, ведь ракурс с моей высоты не слишком открывается удачный) заиграла улыбка.

— Да никуда. Просто гуляем.

Мы начали болтать про учебу и преподавателей. Вспомнили философа и физрука, экологичку. Даня обо всех отзывался спокойно, без лишних эмоций. Не ругал, не осуждал, хотя многие на переменах частенько говорили гадости об этих преподавателях. Да что уж, я и сама пару раз упрекала преподавателей физической культуры и экологии за излишнюю придирчивость и строгость. Вроде как, мы же уже не дети, нельзя с нами так. Но, у них свои взгляды на учёный процесс и наши разговоры ни на что не повлияют.

Как-то незаметно мы оказались у двери высокого здания, которую передо мной распахнул Даня. Я замешкалась.

— Проходи, — сказал он, открывая дверь ещё шире.

— Что здесь находится? — спросила удивлённо, осматриваясь.

Лифты, охранник и ещё какой-то мужчина. Так, это же не жилой дом?

— Сейчас увидишь, — ответил парень и хитро улыбнулся.

— Стоп, — шикнула я, останавливаясь и не давая увести себя дальше. — Мы же не к тебе домой идём? — спросила я, жутко разволновавшись. — Я к такому пока не готова, Даня. Пойдём обратно, — проговорила негромко, чтобы нас не услышали.

— Я живу не в центре, — покачал он головой. — Пойдем, иначе у них возникнут вопросы.

Я покосилась на охранника, охранник покосился на меня. Искра, буря, смятение. Даня потянул меня к лифту, нажал кнопку, а сам быстро подошёл ко второму мужчине и о чем-то с ним разговаривал. Через минуту подбежал ко мне довольный, прямо к приезду кабинки.

— Даня, признавайся, куда ты меня привёл? — потребовала я, как только двери лифта скрыли нас от посторонних глаз.

— Потерпи немного. Скоро сама увидишь, — ответил парень и взял меня под локоть.

Мне показалось, или он волновался? Да нет, игра света же, наверняка. С чего бы вдруг ему волноваться? Я посмотрела на подсвеченную красным кнопку нужного этажа. Шестнадцатый. Последний. Что же он задумал?

— Пойдём. Сейчас всё поймёшь, — потянул меня за собой Даня.

Мы прошли по длинному коридору с ответвлениями. Поднялись по лестнице и очутились на крыше! Нет, я догадывалась, конечно, точнее, мелькнула такая мысль, но всё равно очень удивилась! Особенно тому, что увидела там, помимо шикарного неба.

Я замерла прямо там, у входа, рассматривая прозрачный, стеклянный домик, стол и стулья, пледы на их спинках. Толстые свечи в резных светильниках, корзинки.

— Это что такое? — спросила я, разворачиваясь к Даниилу. — Мы так не договаривались!

— Так — это как? — спокойно спросил он, обводя взглядом площадку. — По-моему, тут вполне неплохо.

— Тут потрясающе! Но ты не говорил, что это свидание! Я не соглашалась! — запаниковала я, обдумывая план бегства.

— Варя, какое свидание? Ну что ты. Просто посидим, на город посмотрим. Что поделать, если так мало мест с доступом на крышу?

Я перестала метаться. Ещё раз осмотрелась.

— Точно? Тут слишком романтично, вот я и подумала…

— Не мог же я заставить их всё убрать? Чудо, что удалось сюда попасть. Сказали, что нам очень повезло, потому что очередь сюда на недели вперёд.

Я начала успокаиваться. Ну, раз так…

— Неудивительно. Тут очень красиво, — восхитилась я.

Мы вместе подошли к закрытым блокам, за которыми открывался прекрасный вид на город. Фонари, гирлянды, огни на деревьях, оживленный проспект, тихие улочки, дома разных форм и размеров, люди, размером с муравьёв, и небо. Огромное, бескрайнее, раскрашенное сотней разных оттенков. Лёгкий ветер трепал волосы, но не продувал. Даня стоял рядом, засунув руки в карманы куртки, умиротворенно глядя вдаль. Я хотела поблагодарить, но боялась разрушить момент. Поэтому продолжила любоваться профилем Дани и крупными облаками за ним.

51

— Я рад, что ты согласилась, — вдруг сказал парень и шагнул ко мне. — Замёрзла?

Я подняла голову. Не хотела терять зрительный контакт. Его взгляд согревал, будоражил. Хотелось броситься в их омут…

— Вроде пока нет. Не замёрзла, — ответила я.

— Пока. Значит, не будем доводить до этого, — сказал Даня и ушел к стеклянному строению.

Задержался там на чуть-чуть и вернулся с коричневым большим пледом.

— Я, конечно, мог бы просто накинуть его на твои плечи. Но когда у меня ещё будет возможность просто так взять и пообнимать тебя? — сказал он с улыбкой.

Накинул плед на себя, прижался к моей спине и заключил в объятия, укутав в теплую ткань. И это было так восхитительно! Все слова исчезли, испарились. И я просто наслаждалась близостью Дани. Глаза сами собой прикрылись, руками нашла его руки. Вид города уже волновал куда меньше, чем дыхание рядом с моей головой и тепло Дани.

— Твой план гораздо лучше, — сказала я негромко.

— Согласен, — ответил Даня. — Не знаю, Варь, чего ты боишься, опасаешься, и не собираюсь лезть к тебе с расспросами. Но если ты захочешь мне рассказать — я всегда готов тебя выслушать и услышать. Знай, ты всегда можешь ко мне обратиться. Что бы ни понадобилось.

Я даже дыхание задержала, пока слушала его. Почему? Почему он так относится ко мне? Я же ничего такого не делаю. Не понимаю. Хотя, оно и неудивительно, в делах сердечных я полный нуль. Могу чего-то не видеть, не замечать и вообще плохо понимаю, как работают все эти дикие механизмы влечения, чувств, любви. Необъяснимо для меня. Это просто возникло и тянет. Ко дну или в небо? Не знаю пока. Страшно падать и страшно лететь. Мне нужно время.

И всё же, как так получилось, что такой парень, как Даня, ещё одинок (вроде бы) и так относится ко мне? Я не очень-то верю в судьбу и предназначение, а вопросы и желание докопаться до истины заставляют думать и думать об этом.

— Дань, но почему? Чем я заслужила такое отношение? — спросила, не решаясь продолжить.

Кажется, одна из моих мачех — Мариша, говорила, что мужчины не любят, когда девушка говорит о том, что она недостойна, некрасива, и вообще не очень любят слушать о недостатках и неуверенности в себе. Уф. Поэтому я не стала продолжать мысль. Вдруг это правда? И что, если своими сомнениями я только принижу себя в его глазах. Как же всё сложно.

— Какое отношение, Варь? Ты нравишься мне, — сказал он так, будто это само собой разумеется и обнял чуть сильнее — Разве нужно ещё что-то?

— Нет, наверное. Просто мне кажется, что не каждый готов быть таким терпеливым. Понимающим.

— Ну так и я не каждый. А тот самый — единственный и неповторимый, — хмыкнул Даня, укладывая подбородок мне на макушку. Не загоняйся, Варь. Позволь себе просто чувствовать. Позволь этому быть.

И мы оба замолчали. Я распахнула глаза, рассматривая город и небо так, словно вижу впервые. Простые слова Дани, но как же они отозвались во мне! В груди распирало от эмоций, от радости, что он признался в симпатии, от всего вокруг. И я наслаждалась этим.

Не знаю, сколько прошло времени. Минута или десять минут? Но уже успело стемнеть. Только стеклянный домик подсвечивал теплым светом пространство крыши.

— Попробую, — наконец, ответила я. — Потом. А пока, мне кажется, уже пора ехать в общагу. Пока доберусь, пока что, — заговорила я быстро.

— Через полчаса поедем. Ладно? Пойдём, в геокуполе есть вкусный-вкусный, согревающий чай.

— Хорошо.

52

Руки Дани, что обнимали меня, разжались. Плед на секунду исчез, но тут же оказался обернут вокруг меня. А следом на плечи легла рука Даниила. Мы вместе побрели к домику.

— Что на выходных планируешь делать?

— Домой поеду. Погода портится, нужно забрать теплые вещи. Так что с вечера пятницы по вечер воскресенья меня здесь не будет.

Мы вошли в прогретое помещение. На столике были свечи в красивых подсвечниках, дымящийся чайник, рядом с ним две чашки, а ещё большая корзинка со сладостями. Пока я удивлённо все рассматривала, Даня предложил мне присесть в большое круглое плетёное кресло с мягкой бежевой подушкой.

— Я бы предложил шампанское, но, почему-то уверен, что ты откажешься, — сказал он, разливая чай по чашкам.

— И правильно думаешь, — ответила я, скидывая плед и снимая куртку. — У нас же не свидание. И не праздник. А если серьезно, то не сложилось у меня с такими напитками и пока нет желания снова пытаться с ними «подружиться».

— Понял. Значит, чай тебе точно понравится.

И Даня вновь оказался прав. Чай был очень вкусным. И время, проведенное рядом с Даней — лучше любых сладостей. Мы просидели там ещё ровно полчаса. Тихонько болтали о чём-то отвлеченном, вроде погоды. Было так уютно, хорошо рядом с ним. Только сердце билось так часто, и кожу покалывало, напоминая о прикосновениях, объятиях, что были до, на крыше.

А потом он отвёз меня в общежитие. Удивительно, но как быстро пролетели часы. Я успела вовремя. До закрытия оставалось десять минут. Мы стояли недалеко от входа, на парковке. Прощались.

— Я же на время не смотрела совсем. А если бы опоздала? У нас строгие тетеньки на вахте работают, могут и не пустить.

— Ничего страшного. Поехали бы ко мне, — ответил Даня и подмигнул.

Я лишь покачала головой. Продолжать разговор об этом не стала. Правда, в голове, конечно, сразу картинки вспыхнули на тему: как бы это было.

— Спасибо тебе за вечер, Даня. И за поддержку! Я очень ценю это! — искренне поблагодарила я, улыбаясь.

— И тебе, Варь, спасибо, — ответил парень и крепко обнял меня.

Моя улыбка стала ещё шире и даже грусть от расставания померкла на время, спряталась за сиянием чистой радости. Ну точно, Даня — настоящее солнышко. Обогреет теплом своих тех, кто ему нравится.

С трудом заставила себя бежать в общежитие. Уже открывая дверь, обернулась. Даня стоял у машины и наблюдал за мной. Я махнула рукой и забежала внутрь. Окрылённая пронеслась мимо вахты, на ходу предъявив пропуск. Запыхавшаяся, но счастливая, влетела в нашу комнату.

— Варь, мы уже переживать начали, — сказала Ритка, вынырнув из телефона. Саша и Ксюша тоже смотрели на меня. — Ты чего такая радостная? Миллион заработала?

Я стянула куртку, засунула в рукав шапку и повесила на вешалку. Бросила сумку к кровати, повернулась к девушкам, ожидающим ответ.

— Лучше. Была на почти свидании с классным парнем! — ответила я и сбежала мыть руки.

В следующие полчаса меня подвергли допросу, выпытывая подробности, но я отбилась, как могла. В итоге поболтали немного и легли спать. Мои глаза уже начали закрываться, когда на телефон поступило сообщение с неизвестного номера.

«Доброй ночи. Даня.»

И я тут же добавила его номер в контакты и ответила:

«И тебе доброй ночи!»

Прижала телефон к груди и некоторое время не могла его убрать. Так и лежала, но потом всё же отложила его и уснула сладким сном.

53

Бесит! Кто? Ну кто мог придумать собрание в пятницу, а? Когда все уезжают по домам или просто торопятся отдохнуть! И ведь не всех собрали, а тех ребят, что отвечают за организацию праздника. Пришлось сидеть там, в зале, как на иголках. Даже Кирилл, что снова занял место рядом, спросил:

— Что с тобой? Случилось что-то?

Сегодня на нем был плотный черный джемпер, темные брюки, туфли. Волосы аккуратно уложены. Я даже не сразу его узнала, когда занял место рядом и приветливо поздоровался. Парень выглядел более серьёзным, чем показался мне в первую встречу. Да и в последующие тоже. На всякий случай я даже обернулась, чтобы проверить, нет ли рядом истеричной девушки, что в столовой опрокинула мой компот на Зверева. Хватит мне и Лены. К счастью, той бестии нигде не наблюдалось.

— Ага. Случилось. Собрание, — прошептала сердито я, поглядывая на Оксану, важно вышагивающую перед всеми.

Она, кстати, похвалила нас со Зверевым за активное привлечение студентов к мероприятию. Но, кроме этого, рассказала о том, как всё будет проходить. Оказалось, соберётся много гостей. Сначала студенты будут танцевать в главном холле, а потом все переместятся в актовый зал, где будут выступать наши ребята с разными номерами, а изюминкой станет небольшая романтическая постановка, которой будут заниматься старшекурсники. Я выдохнула, обрадовалась, что мне не придется принимать участие в выступлениях.

— На вас, ребята, приглашения, — вдруг услышала я голос Оксаны рядом с собой. — Надо будет поработать ножницами и…

— Серьезно? Что за уроки труда? Мы в детском саду? Почему нельзя заказать нормальные пригласительные? — возмутился Кирилл, складывая руки на груди.

— Потому что и без этого вложено много средств. На остальном сказано экономить. Так что, на следующей неделе придется вам либо после пар задержаться, либо на больших переменах делать. Выделим место в библиотеке.

Конечно, у нас же дел других нет. Просто супер. Я надеялась, что Зверев начнет возмущаться, но на этот раз он промолчал. Странный какой.

— Я работаю после пар, — возразила я.

Да, у меня свободный график, но не хочу терять ни дня. На одну только поездку домой сколько потратить придется. С понедельника и по пятницу лучше поработаю, и параллельно буду искать другой вариант, возможно, в офисе. Конечно, на этот счёт имелось много сомнений: кто возьмёт студентку-очницу без опыта работы, но попытаться нужно.

— Значит, на больших переменах садитесь и делайте. Или передайте кому-то. Мне главное, чтобы все было готово в срок.

И она как-то странно посмотрела сперва на Зверева, потом на меня. Он что, нравится ей? Таааак. Это не мое дело, но я очень надеюсь, что она не приревнует его ко мне.

— Да сделаем, сделаем, — лениво произнес Кирилл, мазнув по ней взглядом и повернулся ко мне. — Я тебе напишу, договоримся, когда и что.

Я утвердительно кивнула и достала телефон. Постукивала ногой в нетерпении, сердце билось встревоженно. Скорее бы закончилось собрание! Я еле дождалась, пока Оксана пожелала всем хороших выходных. Выскочила из аудитории вперёд всех. Вновь помянула недобрым словом рыжулю, которая предложила мою кандидатуру в совет.

54

Уже у общежития немного успокоилась, понимая, что время ещё есть. На вахте попросила ключи, но их не было. Странно. Все девочки должны были укатить домой сразу после пар. Неужели кто-то остался? Я поднялась наверх, дверь была закрыта. Постучала, но никто не открыл. Пришлось опять бежать на вахту, но запасного ключа почему-то у них не было. Сказали, что последней брала его Катя. Та самая девушка, которая почти не бывала в комнате. Черт! Мне же билеты надо успеть купить, их разбирают быстро. И автобусов мало в нашем направлении. Я как раз хочу успеть на последний.

Я не знала, где искать Катю. Позвонила Ксюше, она спросила у девчонок, но ни у кого не было её номера. Просто шикарно! Вот почему она ключ не сдала? Ррр!

Я прокараулила её почти час. Только потом дошло, что можно было спросить её номер на вахте. А вдруг бы дали или сами ей набрали? Ладно.

Рядом послышались шаги, и в секцию вошла Катя. Грустная-грустная, носом шмыгала, глаза красные. Моя злость сдулась.

— О, Варя, привет, — сказала она, едва улыбнувшись.

— Привет. Я тебя уже час жду. В следующий раз сдавай ключ, ладно? — попросила я спокойно.

— Прости, пожалуйста, — сказала она и принялась открывать дверь.

— Что-то случилось?

— Да с родителями поругались и с комендантшей. Она настучала маме, что я тут с мальчиком живу. А у меня родители очень строгие, — сказала она и шмыгнула носом. — Но ничего. Вечно же не будут злиться.

С мальчиком?

— Кать, а где ты с ним живёшь? — удивилась я.

Девушка присела на свою кровать, а я металась по комнате, собирая вещи.

— Так здесь, на четвёртом этаже. У него комната на двоих, платная вроде. А соседа нет почти никогда, у девчонок ночует. Вот.

— Оооо, — протянула я, совершенно не ожидая такого поворота. — А ты на каком курсе?

— Так на третьем же, — ответила Катя, убирая светлые волосы в хвост. — Мы уже три года встречаемся. Похоже, придется вместе комнату или квартиру снимать. Иначе покоя не дадут, — грустно закончила Катя, поглаживая большим пальцем дисплей телефона.

— Сочувствую. Надеюсь, у вас все образуется! И с родителями помиритесь. Ты только тут одна не оставайся, ладно?

Несмотря на то, что девушка была старше, выглядела она как нежный цветочек. Ранимый, тоненький, светлый цветочек. И мне стало страшно, что с ней случится что-то. Мало ли, она всё слишком близко к сердцу примет.

— Спасибо, Варь. Все хорошо будет, — слабо улыбнулась она, а у самой опять глаза на мокром месте.

Блин. И вот как ее оставлять? Я стояла у порога с пакетом в руках и не знала, как поступить. Вдруг в дверь настойчиво постучали и почти сразу она открылась. Я еле успела отскочить.

— Сорян! — воскликнул долговязый парень с тоннелями в ушах и кольцом в губе. — Катя здесь? — спросил он взволнованно.

— Да, — сказала я и пропустила его.

Катя была уже на ногах. Тут же кинулась ему в объятия. Уф. Теперь я спокойна.

— Пока, ребята, — попрощалась, вышла в коридор и побежала вниз.

Похоже, сегодня всё против меня. А иначе как объяснить то, что примерно на середине пути к автовокзалу сломался трамвай? Минут десять я ещё надеялась, что он придет в движение. Но нет. Пришлось нестись на маршрутку и там терпеть толкучку.

Я прибежала на вокзал, но билетов уже не оказалось в продаже. Автобус ещё не прибыл на станцию. Но я знала, что на выезде из города водители часто останавливаются и берут стоячих пассажиров. Уже ездила так однажды. И я полетела туда. Благо, успевала. Но, то ли звёзды так сошлись, то ли что, не знаю.

Сначала он задержался. Я продрогла на ветру и мечтала залезть в теплый салон. Пусть даже два часа придется проехать стоя. Не страшно. Только бы приехал скорее!

Я увидела его издалека. Автобус с нужным номером ехал медленно, словно вот-вот остановится. Я подняла руку, чтобы точно видел водитель, что я жду. Но, сверкнув белым боком, автобус промчался мимо. Проводив его обалдевшим взглядом, мне захотелось что-нибудь разбить.

Совершенно отчаявшись, я поплелась в огромный торговый центр, чтобы выпить чаю, и после отправиться обратно в общагу. Что же это такое? Ерунда какая-то. Столько усилий и все бесполезно. Всю дорогу я психовала, ругалась молча, готова была расплакаться от бессилия. Только когда зашла в просторный холл, стало чуть легче. Одеревеневшими пальцами достала телефон из сумки, хотела позвонить папе, чтоб не ждал сегодня. Но в этот момент смартфон завибрировал.

Даня?

55

— Варя, привет! Ты как? В пути? — раздался бодрый, такой приятный голос в трубке.

Я шагала на второй этаж, в кафе самообслуживания, чтобы купить горячий напиток. Вздохнула, едва не застучав зубами. Заняла место в большой очереди.

— Привет, Дань. Ну, почти еду, да. В общагу только. Завтра придется повторить попытку, потому что с автобусом всё неудачно вышло, — грустно сказала я и поведала восхитительную историю вечернего приключения.

— И где ты теперь? Есть, где погреться? Ты же в такой куртке лёгкой, — взволнованно спросил Князев, и словно сердце своей заботой погладил.

— Да, конечно. Наверняка, ты знаешь этот выезд. Тут ещё торговый центр «Комета». Зашла за чаем. Пока жду своей очереди.

Пакет с вещами, которые надо было отвезти домой, оттягивал руку. Неловко поправила его, вновь вздохнув.

— Я отвезу тебя домой. Сможешь подождать двадцать минут? Я работу закончу, это буквально минут пять, и сразу выдвинусь к тебе.

— Ну что ты, Дань! Не нужно. Ты же не знаешь даже, куда ехать. Это довольно далеко. Три часа пути! Тем более, я там останусь, а тебе ещё обратно возвращаться. Правда, не нужно, — принялась объяснять я, не желая обязывать парня к чему-то.

Боялась, что он вызвался, не зная, где я живу. Не хотелось причинять ему неудобства. Он и так для меня уже много сделал. Ведь порой так не хватает простой заботы и знания, что кто-то о тебе беспокоится, переживает, готов протянуть руку помощи. Даня это с лихвой компенсировал. Да что там! Он подарил мне первое в моей жизни свидание и это было восхитительно! Хотя, вслух я этого не скажу, конечно. Пока не скажу.

— Да брось. Я Кристину как-то раз возил, так что знаю куда и сколько ехать. Всё, не спорь, Варя. Я скоро буду, — сказал решительно.

— Ладно, — ответила ошарашенно и тут же добавила: — Спасибо тебе!

Рассказала, где именно нахожусь, чтобы он мог припарковаться ближе к выходу.

— Жди, — ответил Даня и сбросил вызов.

Я положила телефон в карман, переместила пакет в другую руку. Улыбка на моем лице была такой радостной, что начали болеть мышцы. И тут же возник вопрос, который уже не раз себе задавала: «Чем я заслужила такого человека в своей жизни?». И мягким голосом прозвучали слова Мариши: «Не сомневайся в себе! Ты достойна лучшего». Правда ли это, или она так меня хотела успокоить? Хоть бы правда! Я хочу, чтобы с Даней был именно этот вариант, а не тот, про подсознательный поиск и притяжение к мужчине, похожему на моего отца.

Не сказать, что я прямо сильно хотела с кем-то начать отношения. Особенно и не думала об этом. Но мне было приятно видеть рядом такого человека, как Даня. Как моя Кристина. И как девчонки, с которыми я живу. Все эти ребята такие классные!

Я так расчувствовалась, что не заметила, как подошла моя очередь. Купила чай для себя и кофе для Дани. Села за столик, освободила, наконец, руки, взяла стаканчик и потихоньку стала отогреваться.

56

— Ты уверен? — спросила я раз в пятидесятый.

Даня сидел рядом, допивал чуть теплый кофе. Я же его заранее купила и только потом снизошло озарение, что он успеет остыть до приезда Князева. Так и получилось. Но Даня искренне удивился этому маленькому жесту благодарности, и сам принялся благодарить. За время ожидания я согрелась и успокоилась. Почти успокоилась.

— Если ты задашь этот вопрос ещё раз сто — мое решение не изменится. Но тогда мне придется заклеить тебе рот. А я люблю, когда кто-то говорит в дороге, и желательно, не одну фразу на репите. К тому же, мы уже сидим в машине и вот-вот поедем. К чему сомнения?

— Ты не понимаешь… — опять начала я.

— Я всё понимаю. Музыку какую будем слушать? — спросил Даня, внезапно меня перебивая.

— Эм. Давай на твой вкус. Мне всё равно.

Даня пожал плечами. Положил телефон рядом, достал провод.

— Договорились. У меня тут подборка всего подряд, как раз для долгой поездки. Мы раньше иногда с ребятами на моей машине ездили на соревнования в другие города.

— Супер, — ответила я, подхватывая ремень безопасности.

И спустя несколько минут мы уже выехали на трассу. Я молчала, чтобы не отвлекать Даню от дороги. Смотрела на двойные фонари, которые вот-вот должны были закончиться. На беспросветный лес, что начинался так скоро. На яркий свет фар автомобилей со встречной полосы.

Никогда бы не подумала, что поеду с Даней домой. Даже в моих фантазиях, связанных с этим человеком, не было такого сценария. Почему-то в моих мыслях мы обычно гуляли, общались, и в какой-то момент становились сладкой парочкой, что целуется везде, где только можно. Хах. Не уверена, что Даниил разделил бы мои светлые мечты, заставляющие меня краснеть. Ну ладно. Конечно, пару раз я думала и о большем, но лишь как о силуэтах, чья тень отражается на стенах, в свете свеч. Да-да, пересмотрела бредовых фильмов, вот и представлялось всякое.

— Обо мне думаешь? — спросил вдруг Князев, заставляя моё лицо гореть.

Как он догадался?!

— Ну нет. Просто задумалась ни о чем. Огнями любуюсь, — поспешила его заверить. — Надеюсь, тебе рано утром никуда не нужно? Поздно домой вернёшься.

— Нет, завтра я волен спать до обеда, а потом надо будет поработать и сходить в зал. А ты чем будешь заниматься?

— Тогда ладно, — ответила я и задумалась ненадолго. — Да там особо делать нечего. Может быть чем-то по дому помогу. Знакомые все в основном разъехались и не все ездят туда на выходные. Так что да, буду сидеть дома, учебой займусь, может. Работу поищу.

— Что-то конкретное ищешь? — спросил Даня, не сводя глаз с дороги.

— Главное, чтоб с учебой совмещать можно было. Ну и зарплата нужна более-менее. У папы больше не хочется брать денег.

— Решила начать самостоятельную, независимую жизнь?

— Вроде того, — ответила я, не посвящая Даню в подробности домашних скандалов от Татьяны, которые провоцирует отец.

57

— Хорошая задумка. Иметь собственные средства всегда приятнее и спокойнее. Только бы работа радовала. Ну, или на крайняк, хотя бы не напрягала.

Я хмыкнула.

— Пока выбирать особо не приходится. Но буду двигаться в этом направлении, — ответила я и спросила: — А ты чем занимаешься? Что за работа?

Длинная змейка фонарей закончилась. Дальше, почти до самого посёлка, освещения не будет по трассе. Только рядом с крупными закусочными и стоянками, что будут иногда попадаться по пути. Я достала телефон и отправила сообщение Тане, что опоздала на автобус и меня привезет друг. Надеюсь, она не надумает ничего лишнего.

— На удалёнке в одной компании работаю, по специальности. Передают мне заказы некоторые. Ну и своя клиентская база сформирована. И помимо этого ещё есть кое-что, но там уже пассивный доход.

— Ух, звучит здорово. Прости, а сколько тебе лет? Я себя прямо неудачницей почувствовала. Вроде оба студенты, но если сравнить…

— Варь, мне двадцать три. Не переживай, уверен, у тебя всё получится. Главное — верь в себя. Ну и прилагай усилия, — засмеялся Даня. — Нет, конечно, есть люди, которым все буквально с неба валится. Но я не из их числа. Кто знает, может, тебе повезёт, и ты окажешься счастливицей.

— Очень сомневаюсь, — ответила я.

— Значит, всего желаемого сможешь сама добиться. Ты не похожа на человека, который может пустить жизнь на самотёк и сложить ручки. Ну и, как я уже говорил, если что, ты всегда можешь обратиться ко мне. Я помогу, чем сумею.

— Спасибо тебе. Мне очень приятно слышать это. И я рада, что есть такой человек, как ты, — проговорила я, растроганная его словами. — Спасибо.

Даня улыбнулся задорно.

— Значит, я для тебя уже не такой несносный и невыносимый?

Как он это ловко сделал. Я уже запереживала, что сболтнула лишнего, а Князев быстренько обернул всё в шутку.

— Не такой, да. Градус невыносимости слегка понизился, — ответила я с улыбкой.

— Правда? Очень интересно, кто же для тебя тогда выносимый? — спросил Даня легко.

Я пожала плечами, хотя он, скорее всего, этого не увидел.

— Да если б я знала, Дань. Все, с кем мне приходилось хоть немного сближаться, вели себя ужасно. То выдумывали то, чего не было, то просто поступали гадко, не получив желаемое. Или вели себя равнодушно. Не то чтобы я прямо активно встречалась и на свидания ходила…

— Сплошное разочарование, а не любовь. И уже был тот, кто разбил нежное девичье сердце?

Я ответила почти сразу.

— Нет, таких не было. Обычно была только обида, разочарование после каких-то жалких попыток даже не отношений, а неизвестно чего. Но, чтобы разбить сердце, надо его сначала доверить кому-то, вложить в добрые, бережные руки, — ответила я и посмотрела на свои колени. — Не было тех, кому я могла позволить это сделать, — призналась я.

В возникшей паузе я услышала тихую мелодию спокойной песни. Я и забыла, что тут включена музыка. За гулом ветра, тихим гудением двигателя и печки, и за нашими голосами, я её почти не различала.

— Целее будет, — улыбнулся Даня. — А чем ты увлекаешься? Есть какое-то хобби, любимое занятие?

Я нахмурила брови, припоминая, что же мне нравится. В последние годы забросила всё, кроме книг и учебы.

— Очень люблю книги. Порой впадаю, так сказать, в «книжный запой». Могу читать сразу много книг, и днём, и ночью. Но после может случиться так, что несколько месяцев к ним не притрагиваюсь.

— Я тоже люблю читать. Но у меня всё стабильно: две-три книги в месяц, за редким исключением.

Даня смотрел на дорогу, изредка поглядывая на меня. Мне было комфортно и спокойно в его компании. Если не брать в расчет бабочек в груди и животе, что расправляли крылья и начинали порхать каждый раз, как Даня начинал говорить или улыбаться. Да и это было приятно, хоть и чуточку волнительно.

— Стабильность — это хорошо, — заметила я. — Помимо чтения я много что предпринимала. Рисовала раньше, даже в каких-то школьных конкурсах призовые места занимала. Но у нас школа маленькая, так что достижение такое себе. На танцы ходила, но очень быстро бросила из-за конфликта. Посещала спортивную секцию, но опять же ушла из-за конфликтов.

— Серьезно? Не верится даже. А что за конфликты?

— Да разные. В женских коллективах бывает сложно прижиться. И характер у меня не сахар. Где бы промолчать — там у меня рот не закрывается, а где можно и высказаться — могу смолчать.

— Ещё не всё потеряно. В городе больше возможностей. Весь мир открыт нам, — сказал Даня и широко улыбнулся. — Хочешь, вместе будем ходить на танцы? Какие тебе нравятся?

58

— Ты серьезно? — недоверчиво спросила я.

— Конечно. Я раньше увлекался уличными танцами, участвовал во флэш-мобах, мероприятиях, — ответил он, а я вспомнила недавнее горячее видео-приглашение. — Потом как-то сменились интересы. Но если захочешь видеть меня рядом, я — за! А если выберешь парные танцы… — и он игриво задвигал бровями.

— Так вот оно что. Снова преследуешь свои коварные цели? — засмеялась я.

— Естественно, куда без этого. Но, вообще, я сейчас на полном серьёзе говорю. — Если надумаешь и нужна будет поддержка или компания, зови.

Даня почти не смотрел на меня, внимательно следил за дорогой. Зато я вдоволь могла им налюбоваться. И понаблюдать за его реакцией.

— Что, и на гоу-гоу пойдешь? А если я выберу стрип-пластику?

— Варя, да ты горячая штучка, — засмеялся Князев. — Пойду, но в качестве зрителя. Буду наблюдать и давать тебе наставления. А то и вовсе стану твоим наставником.

— Ой, ну тогда, чувствую, будут совсем не до танцев, — выдала я и поймала заинтересованный взгляд Дани. Сразу осознала, как это могло прозвучать и поспешно добавила: — Кгхм. Ну, мы же поубиваем друг друга.

— Да-да. Именно так, — ответил Даня.

Ох, ну и ну, меня на самом деле несёт. Близость этого парня меня с ума сведёт. Но отчего-то эта безуминка, что рождается каждый раз, когда он рядом, так меня будоражит!

За разговорами я не заметила, как мы подъехали к посёлку, где я выросла. Я не ощущала особых эмоций от возвращения домой, кроме нарастающей тревоги от того, что наверняка придется выслушать от мачехи. Почти все мои визиты сопровождались упрёками. И терпеть это становилось всё сложнее.

Возможно, если бы я папе сказала сразу, что нельзя на меня перекладывать ответственность, то не было бы скандалов. Однако я терпела это. Сама. Слишком велика была вероятность, что тогда Татьяна просто бы бросила его, как предыдущие женщины, которые узнавали о его похождениях. Как мама. А я так не хотела, чтобы папа пускался во все тяжкие. Не знаю даже, ради себя или ради него.

— Варь, что случилось? Ты так задумалась, — спросил Даня, проверяя маршрут на телефоне.

— Всё хорошо. Мои заморочки, не связанные с тобой, — поспешила ответить.

— Ну вот. Я думал, все твои мысли обо мне, а ты опять не о том думаешь, — серьезно произнес парень, но губы дрогнули.

— Вообще беспредел. Нет мне прощения, — решила подыграть я.

— Хах. Возможно, я просто недостаточно старался. Но я исправлю эту оплошность. Вот увидишь, — заверил он.

— Договорились, — мягко ответила я, пряча улыбку, возникшую от его тепла. — Дань, ты же зайдешь на чай? Я уже предупредила, что еду с другом.

— Спасибо за приглашение, я зайду. Скажешь, куда дальше? — попросил Даня, когда мы заехали в поселок. — Навигатор твою улицу не показывает.

Я подсказывала, куда повернуть, а внутри меня всё нарастало волнение. Я не могла даже представить, как пройдет встреча. Дома ли папа? А как себя поведет Татьяна? Непредсказуемо. Но и не пригласить будет неправильно. Это самое меньшее, что я могу сделать в знак благодарности. Да и, если честно, расставаться с Даней не хотелось. В моих мыслях он жил с самой первой встречи с ним, а потом врывался периодически и заставлял думать о нём. Но ведь общаемся мы всего ничего, однако… Теперь он заполнил собой и сердце. Я так чувствую.

— Приехали, — проговорила тихо, в один голос с Князевым. — Пойдем?

59

На улице было очень темно, в окнах полумрак, лишь разноцветные блики от телевизора вспыхивали периодически. Фары выхватили серый забор, рябину с крупными, красными гроздьями ягод и пожухлую траву у ворот. Нас заметили сразу. Дернулась шторка, зажёгся свет в доме и во дворе.

Я ощущала себя скованно, словно внутри всё заледенело. Отчего-то было так неловко.

— Что-то я так волнуюсь. Хочу тебя предупредить, хоть и не слишком своевременно. У моей мачехи довольно сложный характер, и она может сказать что-то резкое. Не тебе, но при тебе. Пожалуйста, не принимай это на свой счёт. Она потом будет жалеть о сказанном, как это обычно бывает, извиняться. Но вот такой она человек. Ей не слишком просто живётся с моим отцом и иногда она взрывается.

— Не беспокойся, Варь. У меня семнадцать лет опыта общения со сложными людьми. И ничего, живой и даже не психованный, — сказал Даня и добавил, хмыкнув: — Вроде бы.

Семнадцать? Надо будет вернуться к этому после, спросить, почему именно столько времени и кто эти «сложные» люди.

— Вроде да, хороший и спокойный, — ответила нервно, едва улыбнувшись.

Слова Дани помогли немного расслабиться и выйти, наконец, из оцепенения. Ладно. Все равно надо это сделать.

Он обошёл машину, достал мои пакеты из багажника, и теперь стоял рядом и ждал, когда я решусь идти. Словно прочитав мои мысли, ободряюще сжал мою руку. И мы пошли вместе.

— Варя, ты поздно сегодня. Билетов не хватило? — спросила Татьяна, после короткого приветствия и знакомства.

— Ага, не хватило. А где папа? Я думала, он дома, — спросила я, скидывая расстегнутую куртку.

Даня сразу подхватил её, повесил рядом со своей. Незаметно для мачехи погладил меня по спине. Мы прошли на кухню, куда она нас пригласила. По пути я забежала в свою комнату, которую уже успели приспособить под другие цели, и засунула пакеты с вещами в шкаф, чтобы после разобрать их. В этом доме я ощущала себя гостьей.

— Вася пока на работе. Скоро должен прийти. В последние месяцы часто задерживается, приходится перерабатывать, — последнее предложение прозвучало раздражённо, а в меня прилетел полный недовольства взгляд.

Внутри меня всколыхнулось негодование, но я лишь на мгновение крепко зажмурилась и глубоко вдохнула. Не знаю, сколько я ещё это смогу терпеть.

— Ладно. Мы тогда чай попьём, и Даниил домой поедет. Поздно уже.

Я усадила Даню за стол, хоть он и порывался помочь, а сама стала разливать горячий чай в чашки. Тем временем он достал откуда-то торт, который, похоже, ехал с нами из города. И когда только купить его успел?! Татьяна уже поставила тарелки со сладостями и бутерброды. Спросила, не хотим ли мы полноценно поужинать, но мы в голос отказались. В этот момент домой зашёл папа.

— Всем привет, — крикнул он с порога, разуваясь.

Вскоре он оказался на кухне. Пожал руку Дане, предварительно пристально осмотрев его с ног до головы, поцеловал в щеку Татьяну, обнял меня. Мне стало спокойнее. При нем мачеха обычно не скандалила. Обычно.

60

— Даниил, вы учитесь вместе с Варей? — обратился папа, усаживаясь поудобнее.

Татьяна с интересом рассматривала Князева. Теребила кружевную бежевую салфетку из какого-то набора, сжимала губы. Я всё никак не могла понять её настроения.

— Мы в одном университете, но на разных курсах, — кивнул Даня, подвинув к себе чашку.

Я сидела рядом с ним. Напряжённая. Но я была рада, что этот парень ещё рядом, не уехал. В нём я ощущала опору, наверное. Не знаю, но, когда он со мной, мне спокойнее в любой ситуации.

— И вы дружите? — задал очередной вопрос папа.

— Папа, Даня мой друг, да, мы дружим, как друзья! Не как пара, — принялась слишком отчаянно доказывать я.

— Друзья так друзья, — сказал папа, как ни в чем не бывало. — Ты чего так разнервничалась?

— Да ничего. Просто не хочу недомолвок и домыслов, — ответила я, краснея.

Князев только плечами пожал, откусывая печенье.

— Вы выглядите хорошей парой. Кажется, Варя просто недоговаривает, стесняется. Я права, Даниил? — вдруг заговорила Татьяна.

Даня показал ладонь, призывая подождать, ведь он, кажется, чуть не поперхнулся. Вопрос застал врасплох? Не его одного. Но мне дали высказаться.

— В общем, я думаю, это так. Знаешь, Даниил. Варя замечательная, умная, хорошая девушка. Но у нее есть проблема: она совершенно не умеет обращаться с деньгами. Не знает, как правильно их использовать, допускает транжирство, нерациональные траты. Ты уж, будь добр, последи за ней. Мы с Васей уже не знаем, как повлиять на это. И если здесь с этим хоть как-то можно справиться, то на расстоянии это совсем не поддается контролю.

Я не могла поверить, что она это сказала. В голове не укладывалось, что человек может выдать такое в лицо другому человеку, которого видит впервые. Как? У меня внутри всё затряслось и стало так стыдно, так обидно, так… В глазах мгновенно встали слёзы. Папа выглядел ошарашенным, на меня не смотрел. Татьяна выглядела так, словно скинула с плеч груз. Я на нее долго смотреть не могла. И на Даню тоже, но по другой причине. Что он подумает обо мне? В груди поднималась волна негодования.

— Варюш, — вдруг услышала его голос совсем близко и невольно вскинула голову.

Даня закрыл меня ото всех, придвинув стул и облокотившись об стол, и теперь вглядывался в моё лицо. Осторожно погладил щеку, по которой скатилась слеза. Перед глазами всё плыло.

— Мне жаль, что тебе пришлось это услышать. Прости, — прошептала я быстро.

— Да брось.

Фоном услышала голос Татьяны.

— Вась, ну что ты так смотришь? Разве я не права? У нас же общий бюджет. И мне для Вари не жалко денег, разумеется, но в пределах разумного. А те суммы, которые приходится ей отдавать — слишком велики. Я даже не знаю, куда она их тратит. Мне ведь тоже хочется жить для себя, покупать себе что-то, баловать. А так мне приходится откладывать на потом свои покупки, процедуры. Она ведь уже взрослая девочка, пора бы и самой научиться оплачивать свои хотелки.

— Подожди, Дань, чуть-чуть, — попросила я. — Только, прошу тебя, не вмешивайся. Тут всё сложно.

Даня нехотя кивнул. Выпрямился, не сводя с меня глаз. Теперь и папа, и Татьяна могли меня видеть.

— Ну, что скажешь, пап? — спросила я дрожащим, тихим голосом, в котором однозначно можно было различить язвительность. — Расскажешь ей, куда я трачу деньги?

Обида и растерянность переросли в острое чувство несправедливости. Мне хотелось защитить себя. Так сильно меня ещё никогда не унижали.

— Дане вообще ни к чему слушать это. Зачем вы при нём подняли эту тему? Пара мы или нет — неважно! Такие вещи не обсуждаются на первой встрече! — проговорила на удивление громко, уверенно, обращаясь уже к мачехе.

— Тань, Варя права. Не надо этого. Не при гостях, — спокойно сказал папа, поворачиваясь всем телом к своей женщине.

— Ну а когда, если не сейчас? Возможно, только так она задумается и поймет, что делает что-то не то. Посмотри на неё: там же ни капли сожаления.

— Па-а-п, — протянула я, уже понимая, что не могу здесь оставаться.

Слёзы, как безумные, всё наворачивались и торопливо скользили по лицу. Сейчас, больше всего на свете, мне хотелось, чтобы он заступился за меня. Ведь я его выгораживаю. Пусть не сознаётся во всём, но защитить меня он обязан.

— Тань, перестань, — проговорил он устало. — День был тяжёлый, ребята вообще с дороги. Тебе тоже нужно отдохнуть.

— Варя! — вдруг крикнула мачеха так, что я вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Что? — спросила я максимально спокойно.

Оу. Теперь и в её глазах стояли слезы. Всё зашло слишком далеко.

— Ты понимаешь, что своими действиями ты рушишь наши отношения, нашу жизнь? Тебе не стыдно? Или ты намеренно это делаешь?

— Да не тратит она никакие деньги! — крикнул папа, вставая со стула. — Это я спускаю их. Ясно? Я!

Возникла пауза, долгие гляделки… Плечи мачехи затряслись, послышался всхлип. На нас уже никто не смотрел. Вот это да…

— Так, Варя, пойдем. Мы тут явно лишние, — сказал вдруг Даня. — Давай твои теплые вещи пока сложим.

Его слова подействовали. Я вскочила со стула, рванула в комнату, к шкафу, освободила одну из сумок, и наспех скидала в нее зимние вещи. Даня стоял рядом. До чего же неловко перед ним! И вообще: что же теперь будет?

— Дань, ещё раз, прости, пожалуйста! Не ожидала, что так получится.

— Всё нормально, — ответил парень решительно.

С кухни доносился тихий голос папы. Татьяна пока молчала.

— Поехали в город? Можешь у меня остаться, если в общагу боишься возвращаться ночью, — предложил тихо Даня.

— Правда? — переспросила я и тут же приняла решение: — Я согласна.

Родителям явно предстоит долгий разговор. Если Татьяна, конечно, станет слушать отца. Но это уже не моё дело. Я как могла старалась сохранить их отношения, а в итоге оставалась крайней.

Мы с Даней быстро оделись и вышли из дома. Я даже не смогла попрощаться. Да и им точно не до нас было. Татьяна плакала, папа вздыхал, пытался ей что-то сказать.

61

Обратный путь, как мне показалось, занял времени намного меньше, чем в ту сторону. Я раз пять извинилась перед Даней. Продолжила бы делать это, но он запретил. Раз сто проиграла в голове унизительную сцену из дома. Но после уже почти не обижалась, понимая отчасти Татьяну. Перестала психовать, после своего краткого рассказа о ситуации и слов Дани к этому рассказу:

— Они взрослые, Варь, разберутся. Ты ни в чём не виновата. Всё случилось так, как и должно было.

Признаться, мне стало даже легче. Наконец-то их проблемы и враньё не имеют отношения ко мне. Больше мне не надо никого прикрывать, терпеть неприятные высказывания. Всё. Теперь я могу снова быть просто дочерью. Только бы папа не разозлился на меня. Хотя, я ведь и правда не виновата.

Большую часть пути я проспала. Точнее, в основном дремала, но иногда проваливалась в глубокий сон. Проснулась только в городе, когда мы ехали по одной из главных улиц.

— Ты как? — первое, что услышала, оглянувшись по сторонам.

— Удивительно, но вполне неплохо. Спасибо. А ты? Глаза ещё не закрываются?

Даня едва улыбнулся, и я вдруг вспомнила, что мы, вообще-то, сейчас едем к нему. Ой-ой. Какой сегодня интересный вечер, а теперь и ночь. Полные неожиданностей.

— Я нормально, пока не вырубаюсь. Устал только немного. А ещё выпил энергетик, что завалялся тут.

— И всё из-за меня. Замучила тебя сегодня.

— Не начинай. Ты меня не заставляла, я по собственному желанию. Тем более, я получил бонус, — сказал он и загадочно улыбнулся.

— Какой ещё бонус? — непонимающе спросила я.

— Тебя в своей квартире. Ночью. Только ты и я, — вкрадчиво произнес он и посмотрел на меня.

Мурашки побежали по рукам и шее. Как же это прозвучало интригующе. Даже чуть-чуть пугающе. Я поспешила опустить смущённый взгляд.

— Эм. Хм, — растерялась, не знала, что сказать. — А что мы будем делать? — пожалуй, ничего глупее я ещё не спрашивала.

— А сама не догадываешься? — спросил он и снова пристально посмотрел на меня, поиграл бровями.

Ох уж этот красный сигнал светофора, будь он неладен. Я помотала головой. Кажется, мои глаза сейчас были как блюдца, а лицо вообще ничего не выражало.

— Мы будем долго. С удовольствием. Сладко. Спать, — ответил Даня и очень довольно улыбнулся.

Я шумно выдохнула и расслабленно откинулась на спинку сиденья.

— Князев, ты неисправим.

— Если ты, конечно, не хочешь предложить что-то другое…

— Твой вариант меня более, чем устраивает.

Мы заехали во дворы и остановились в одном из них, рядом с новенькой высоткой.

— Раз так, то пойдем. Воплотим это желание.

62

Во дворе было очень тихо. Во многих окнах уже погас свет, и только под козырьками у подъездов горели лампы. Я обошла лужу и встала на сухой кусочек асфальта. Да так и замерла. Небо прояснилось, разрешив нам увидеть удивительный звездный калейдоскоп. Я не планировала вот так останавливаться, смотреть, но, заметив краем глаза красоту — уже не смогла оторваться.

— Люблю ночь. Столько интересного и загадочного открывается в темноте, — сказал Даня, оказавшись рядом, и я вдруг почувствовала, что смотрит он вовсе не на небо. Прямо как тогда, на крыше.

— Согласна, — ответила я шёпотом, боясь спугнуть тишину спящего двора. — Любоваться можно вечно, но желание поспать сейчас сильнее всего.

— Тогда пойдём, — сказал Даня, подхватив мою сумку с вещами.

В лифте я смотрела куда-то с стену, смущаясь даже взглянуть на Князева. Осознание, что мы реально будем ночевать под одной крышей, в одной квартире — накрыло в который раз приступом застенчивости.

— Проходи, Варь. Чувствуй себя как дома, — сказал Даня, когда мы оказались в просторном коридоре его квартиры.

Он помог повесить куртку, прошел вперёд.

— Тут туалет и ванна, дальше кухня и спальня. Ты голодная?

— От чая не откажусь, — призналась я, разуваясь.

Сегодня весь день кувырком. Даже не ела ничего толком. И дома чай так и не выпила, слишком стремительно там разразилась буря. Так что желудок по итогу дня был очень недоволен и периодически болезненно о себе напоминал.

— Тогда я на кухню пока, — сказал Князев и включил там свет.

— Ну, я тогда займу душ.

Достала из сумки нужные вещи и пробежала в ванную комнату. Быстро приняла душ, расчесала волосы, как могла, и переоделась в пижамные широкие штаны и футболку. Уф. Сердце расшалилось, лицо раскраснелось… До чего же волнительно. Это моя первая ночёвка у парня дома. Даже не знаю, что там делают обычно в таких ситуациях, как себя ведут, что говорят? Ладно, буду разбираться. Главное, наверное, оставаться собой.

— Ой, это что, блинчики? — спросила я глупо, увидев широкую плоскую тарелку с… блинами, да.

Кроме них там были кружки с дымящимся чаем, маленькая глубокая тарелочка со сметаной, кажется, и бутерброды.

— Ну да, но это не я их готовил. В морозилке нашёл. Тут с клубникой, а эти с творогом.

— Красота какая, — выдохнула я. — Ты настоящий волшебник, Даня. Я тогда утром завтрак приготовлю, ладно?

— Давай, — улыбнулся Князев, присаживаясь рядом. — Я буду только рад. Вся кухня в твоём распоряжении.

— Хорошо, я что-нибудь придумаю.

А дальше мы были заняты едой, и это было просто божественно. Прошедший день смазался, поблек, кроме тех ярких штрихов, которые после себя неизменно оставляет Даня. Кружки и тарелки опустели, и я какое-то время лениво рассматривала кухню.

— Спасибо за ужин. И за сегодня. Ты мне здорово помог, — сказала я серьезно.

— Конечно, всегда обращайся.

— Да мне так неудобно перед тобой.

— Варь, я же уже говорил. Все хорошо, — вздохнул Князев, явно устав уже слушать мои извинения и неловкости. Но тут же ярко улыбнулся. — Кстати, забыл сказать. У меня только одна кровать. Так что иди пока, укладывайся. А я пойду в душ.

63

Я ошарашенно уставилась на него. Одна кровать? Эта новость, однозначно, шокировала. Но его улыбка подзадоривала.

— Ну ладно. Я могу поспать на полу, — ответила спокойно, глубоко вздохнув и придав лицу самый беззаботный вид.

— Варь, кровать большая, места хватит нам двоим. У тебя будет своя половина, у меня своя. Обещаю, что не буду покушаться на твою часть.

К этому меня жизнь не готовила. Я почему-то думала, что мы в разных комнатах будем, ну, или в одной, но на разных местах. А тут получается… Я пыталась скрыть волнение, но дыхание меня выдавало. Поэтому поспешила спросить:

— И даже одеяло для меня найдется дополнительное?

— А то. Конечно, найдётся. Даже подушки разные будут. Только хочу предупредить. По ночам, пока не включили отопление, в спальне не слишком жарко. Так что, если захочется погреться, ты знаешь, куда подвинуться, — сказал он и, ослепительно улыбнувшись, указал большими пальцами на себя.

Я покачала головой, всё представляя и представляя, как же мы спать будем рядом. С ним вообще можно уснуть? Я же буду стесняться спать. Вот блин. Как же люди спят вместе? А вдруг один из нас храпит? Или пинается во сне? Или случайно обнимает и закидывает конечности на второго человека? Уф. Столько вопросов и нет ответов, кроме картинок из каких-то фильмов.

— Обязательно, — сконфуженно ответила я, вместо прохлады ещё с порога ощущая жар от собственных эмоций. — Я тогда пойду. Укладываться.

Мы прошли в спальню, туда же я отнесла свою сумку. Большая светлая комната, застеленная покрывалом кровать, шкаф. Всё чистенько, аккуратно. Хм. Почему-то я думала, что здесь будет несколько иначе. Даже на кухне нашлись кружки в раковине, скомканное полотенце, и что-то в беспорядке лежало на подоконнике.

Даня выдвинул ящик и вытащил оттуда подушку, одеяло, постельное белье. Схватил наволочку, и с самым серьезным видим принялся засовывать в неё подушку.

— Иди уже, я справлюсь, — вздохнула я, всё ещё не отпуская мыслей о том, как мы ляжем спать.

— Варь, такое чувство, что я тебя обрекаю на муки вечные. Если тебе настолько неприятно, я лягу отдельно. Без проблем, — сказал Даня, вглядываясь в мое лицо.

Я опустила руки с одеялом.

— Я просто волнуюсь, ладно? Я впервые один на один с парнем в квартире, где больше никого нет. И, конечно, я никогда не ночевала с парнем. Для меня это всё пока странно, необычно. Я переживаю, — ответила ему, не отводя взгляда.

— Блин, Варька, я иногда забываю, что ты ещё такая мелкая. В смысле, милая, робкая. Что для тебя многое в новинку. Прости. Я стараюсь себя сдерживать, но иногда просто не могу остановиться.

— Мне всё нравится, правда, — сказала я и, неожиданно даже для себя, взяла его за руку. — Спасибо тебе. Я очень это ценю. Беги уже в душ, а я пока с мыслями соберусь, кровать расправлю. Всё в порядке.

Кажется, прозвучало так, словно я в космос собираюсь. Ну а что, новые открытия, эмоции — почти космос, только в моей душе.

— Ладно. Тогда я быстро. Не скучай.

— Ага. Мне предстоит сражение с пододеяльником. Будет не до скучаний, — улыбнулась в ответ и снова подхватила одеяло.

64

А дальше всё как в тумане. Кое-как справилась с одеялом и подушкой, закинула их на кровать, ближе к стенке, сдвинула второе одеяло к краю. Выключила свет в комнате, оставив в кухне, и запрыгнула на кровать, максимально прижимаясь к стене. Укрылась по самый подбородок и принялась ждать, вслушиваясь в звуки квартиры. Тихий шелест воды из ванной комнаты, еле различимый, пытался убаюкать нервы, но я была кремень. Да и поспала в машине и теперь было не до сна. Как же это всё странно… Но о принятом решении остаться у Дани не жалела. У меня ведь был вариант отправиться в общагу и вломиться туда посреди ночи, а потом получить нагоняй или писать объяснительную… Ну, или, могла позвонить Кристине, вдруг она дома на выходные осталась.

Вода стихла и я перестала дышать. Так, спокойно. Ему же ещё вытереться надо, одеться. Хм. А в чем он спать будет? Я раздумывала над тем, стоит ли притвориться спящей, как вдруг ручка щёлкнула и в коридоре послышались шаги. Я не успела ничего придумать, поэтому просто неотрывно следила за тем, как в дверях спальни появляется Даня. Словно в замедленной съёмке. И даже, стыдно за это, но ощутила маленький укол разочарования, когда увидела на нём футболку и штаны пижамные.

— Ты чего так смотришь? Думала, я голый приду? — спросил Князев смешливо, а когда я вместо ответа сползла под одеяло с головой, продолжил: — Хватит тебе на сегодня впечатлений. Да и, как я уже говорил, по ночам тут довольно прохладно, а от тебя тепла не дождаться.

Я сделала вид, что не слышу его и отвернулась к стене. Не дождется тепла… Вот теперь точно не дождётся! Провокатор!

— Варь, ну я же шучу, — услышала приглушённый голос.

Через несколько секунд почувствовала, как Даня укладывается на кровать. Как хорошо, что места здесь очень много. И как же гулко стучит сердце. Уф. Ничего же страшного. Он, как примерный гражданин, лег на свою половину и спокойно лежал. Тогда я решилась выбраться из убежища. Глаза пока не привыкли к темноте и я почти ничего не видела.

— Засыпаешь? — спросила шепотом, повернувшись в сторону Дани.

— Нет. Пока ехал, спать хотелось жутко, а после душа вся усталость ушла. А ты?

— И я нет. Даня, — обратилась я, набрала побольше воздуха и на выдохе спросила: — А у тебя много девушек было?

Как хорошо, что здесь темно! Днём я бы не решилась спросить такое, но сейчас хотелось поговорить о чем-то эдаком. В конце концов, я же призналась в своей абсолютной неопытности. Правда, сама не знаю, что сейчас ожидала услышать.

65

Во дворе сработала сигналка автомобиля, но быстро стихла. Глаза стали привыкать, и я уже более отчётливо видела профиль Дани. Он всё молчал, а мне стало ещё более неловко, чем когда решилась спросить это. Зачем я это затеяла? Кто я ему, чтобы задавать такие вопросы?

— Извини, Даня! Правда, я не знаю, что на меня нашло! Это слишком личное, понимаю. Не отвечай, — быстро проговорила я.

Парень повернулся ко мне. Жаль, не различить выражение лица.

— Перестань уже извиняться. Скажи просто, к чему этот вопрос? Проверка какая-то? — спросил он как-то равнодушно.

Приехали. И кто меня за язык тянул? Молчала бы себе спокойно. Или поговорили бы, но на другую тему… Ладно. Сегодня был действительно очень насыщенный, полный разных эмоций вечер. К чему-то же всё это произошло? Цепочка событий привела меня сюда. В эту спальню, с этим человеком. Не просто же так?

— Не проверка. Подумала, что эта информация поможет мне кое-что решить. Но уже не нужно. Я поняла, что это не так важно.

— Варь, нормальный вопрос. Про количество я отвечать не буду, но скажу тебе вот что. Все девушки, с которыми у меня что-то было — я с ними встречался. То есть, мы были в отношениях. В этом плане я тот ещё зануда.

Я перевернулась на бок, вытащила руки из одеяла и положила их на подушку, рядом с лицом.

— Это самое лучшее занудство, о котором я только знаю. Стыдно в этом признаваться, но я думала иначе о тебе.

Даня перевернулся на спину и закинул руки за голову. Темнота уже не казалась беспросветной и я вполне неплохо видела его.

— Хах. Ты не одна, кто так считает. Да и, Варь, я же не говорил, что это не так. Отношения, знаешь ли, могут и пару дней всего длиться. Но там уже вопрос в том, что это за отношения. Мои самые короткие длились несколько недель. Возможно, все было бы по-другому, но девушка улетела в другую страну и история быстро закончилась. Расстояние не друг любви.

— А как же романтика? Переписки, звонки редкие свидания полные счастья, смотреть на луну из разных уголков планеты? — спросила мечтательно.

— Ну… Нет. Это не про меня. Да и не про неё. Новая жизнь, приключения, интересы — старые связи быстро теряются. К тому же и мне хочется, чтобы избранница была рядом, а не где-то. Если ты не заметила, я люблю касаться.

Это я заметила. Он постоянно касается меня. То погладит, то за руку возьмёт, то приобнимет, то закружит. Даже когда я его не вижу некоторое время, то быстро начинаю скучать по нему и по его прикосновениям.

— Заметила. А про расстояние, я думаю, каждому своё. Спасибо, что ответил. Меня порой несёт куда-то, что я сама бываю в шоке от своих вопросов или мыслей.

— Не вижу в этом ничего плохого. Меня больше пугает, когда у людей вообще нет интересов и стремления узнавать что-то. А если ты спрашиваешь, значит я тебе точно интересен.

— Ну да. Это же очевидно.

А дальше мы ещё полчаса болтали о всякой ерунде. Выяснили, что Даня дева, а я скорпион. Он сказал, что я соответствую своему знаку, а я ответила, что он нет. По крайней мере, внешне. Конечно, всё это было в шуточной форме, с издевками и подколами. Поболтали про универ и предстоящий бал. Даня сказал, что его хотят завлечь в постановку, но он пока отбивается. И вообще, скорее всего, они в этот день укатят на соревнования.

Закончили мы на веселой ноте и пожелали друг другу доброй ночи. И я на удивление быстро уснула. И даже проспала несколько часов, но отчего-то проснулась. Лежала тихонько и вслушивалась в спокойное дыхание Дани. До чего же всё-таки хорошо с ним рядом. Так тепло, радостно, восторженно и в то же время спокойно. Будто я дома. На своём месте.

— Замерзла? — сонно спросил проснувшийся Даня, повернувшись ко мне.

Сердце заторопилось, подгоняло с ответом.

— Пока нет, но я скажу да. Замерзла, — ответила я шёпотом и замерла.

Даня приподнялся на локте. Кажется, он поморгал. А через несколько секунд уже придвинулся ко мне, вместе со своим одеялом и плотно-плотно прижал меня к себе. Так, что дух захватило. Рука легла мне на живот, подбородок упёрся в макушку. А как от него пахло… Сплошное наслаждение. И даже через два одеяла я ощущала тепло его тела. Пошевелиться боялась, а внутри всё бушевало и искрилось от накрывших эмоций.

— А теперь спим. И не вздумай приставать, Варя. Мы же не в отношениях, если я правильно помню?

Я хмыкнула, не удержалась.

— Всё ты правильно помнишь. Доброй ночи, Даня. Ты самый лучший обогреватель.

— Ну спасибо, — смешливо ответил парень. — Сладких снов, Варя.

66

Какое-то время Даня лежал почти неподвижно, крепко обнимая меня. А потом неожиданно приподнялся, кончиком носа провел по шее к щеке и замер на секунду. Бабочки в груди встрепенулись, расправили крылья и заполнили тело. Теплое дыхание пощекотало волосы. Неужели поцелует?!

— Я рад, что ты здесь, — сказал парень тихонько и опустил голову обратно на подушку.

Будь я на ногах — они бы точно подкосились.

— Спасибо, Даня.

Через некоторое время усталость все же взяла верх и мой гигантский обогреватель уснул. Только тогда я смогла выдохнуть и потихоньку расслабиться. Вскоре и сама задремала, осторожно вложив свою руку в руку Дани. Так приятнее.

* * *

Пробуждение было странным. Вот я сплю и вижу какие-то странные сны в духе приключений Алисы, а вот уже открываю глаза и резко сажусь на кровати и быстро осматриваю комнату. Тут же ложусь обратно, вспоминая, где я. Ух! Не приснилось. Я действительно в квартире Князева. Более того — в его постели. Но Дани уже нет рядом. Быстро приглаживаю растрепавшиеся волосы и потихоньку выбираюсь из под одеял. Их на мне две штуки. Надо поторопиться, я же завтрак обещала приготовить! Но сначала в ванную комнату.

В квартире было очень тихо. Я быстро умылась, причесалась, почистила зубы и пошла на кухню. Хотела вскипятить воду, но чайник оказался горячим. Хм, значит Даня точно недавно был дома. И где же он теперь?

В глубине квартиры услышала какой-то шум и решила проверить, не пришел ли хозяин квартиры. Подошла к двери, которую вчера приняла за вход в гардеробную или кладовку. Кажется, шум доносился именно оттуда. Легонько постучала и нажала на ручку.

— Доброе утро! — услышала бодрый голос Дани.

Он был бодр и свеж настолько, словно это не он лег под утро после долгой дороги и насыщенного дня. В спортивных брюках и лёгкой футболке он перемещался по комнате, которая очень была похожа на гостиную. Кое-где ещё были разбросаны вещи, какие-то тетради, спортивный дневник, но Даня успешно расталкивал все по корзинам, наводил порядок.

— Значит, у тебя тут всего одна кровать, да? — спросила я, подозрительно глядя то на парня, то на широкий диван, усыпанный декоративными подушками. — И больше негде спать, да?

Даня мгновенно повернулся.

— Я не говорил, что спать негде. А кровать да, всего одна. Было бы странно ставить две в спальне. Мне и одной вполне хватает, — как ни в чем не бывало сказал он, глядя на меня выжидающе.

— Ну ты и наглец! Ох, Князев! А я ведь даже подвоха не почувствовала, — проговорила я, прищурившись, почти без доли шутки.

— Да ладно тебе. Зато тепло и приятно было, — сказал он, подбежал к дивану и запустил меня подушку.

Та попала мне в живот. Не сильно, но теперь меня было не остановить.

— Ну всё! — выдохнула я и подлетела к другой стороне дивана, подхватила две подушки и друг за другом отправила их в хохочущего Даню. — Князев, ты такой гад!

— Ахах, да чего ты? Ещё скажи, что тебе не понравилось. И я не соврал, и спросил у тебя, не будешь ли ты против. И ты согласилась! — деланно возмущался этот чудесный человек, продолжая закидывать меня.

— Я же не знала! — крикнула, хватая ещё одну подушку, но в этот момент сама оказалась в крепких руках. — Так не честно!

— А никто не обещал, что будет играть по правилам.

Мы закружились и вместе грохнулись на диван. Даня оказался сверху, навис надо мной и быстро дышал. Как и я. Руками ему в грудь упёрлась, и глаз не могла отвести от его лица. Ой-ой. Он так близко. Такой классный…

— Ай, Варя! — дернулся он, когда я принялась щекотать ему бок. — Хватит!

— Нет, не хватит, — не унималась я, в надежде, что щекотка поможет отвлечься.

Но становилось только сложнее. Даня прижал мою руку к дивану и стал сам щекотать, неизвестно как пробравшись под футболку. И сперва это было забавно и весело, но потом…

— Даня… — тихо сказала я, даже не пытаясь выбраться из его плена.

Князев рассматривал меня, его руки остановили движение. Одна на моем запястье, вторая на оголенном боку. В груди разрасталось настоящее торнадо.

В дверь настойчиво постучали.

— Ты ждёшь кого-то? — удивлённо спросила я, вздрогнув от неожиданности, и принялась выползать из под него.

67

— Не знаю, кого принесло. Подождёшь здесь?

Румянец словно въелся в лицо. Сердце колотилось, рвалось навстречу этому непредсказуемому парню. Я вся к нему тянулась так сильно, что иногда становилось страшно. Даже сейчас его не хотелось отпускать. Замучить бы, как следует, чтоб больше не было подобных историй, как с кроватью. А потом просто обнимать. Но это все потом…

— Лучше в спальне. Оденусь хоть, — сказала я негромко, старательно отводя взгляд, ещё пребывая в шоке от того, что только что могло произойти и от своих мыслей.

Даня поднялся и помог мне встать на пол. Пошел открывать дверь, а я одернула футболку и схватилась за волосы, стараясь придать им нормальный вид. Замешкалась. Услышала шаги и голоса: Князев с кем-то возвращался сюда. Ой-ой! Испугалась, что меня в таком виде застанут, и не придумала ничего лучше, чем спрятаться за плотную, песочного цвета, штору, рядом с которой стоял высокий пенал с книгами. Кажется, это самый тупой поступок в моей жизни. Сто раз такое видела и в книгах и в фильмах, относилась с осуждением, а сама… В тот же миг, как только я максимально вжалась в стену, в комнату вошли. Даня и, судя по голосу, какой-то мужчина. Дверь прикрыли.

— Я не один, так что говори тише, пожалуйста, — предупредил Князев кого-то.

— Вот об этом я и пришёл поговорить. Ты нас с матерью скоро до инфаркта доведешь своими гулянками. Не надоело ещё?

Неожиданно. И явно не для моих ушей. Я честно хотела зажать их, но не получалось незаметно поднять руки. Пришлось стоять дальше и слушать.

— И ты туда же? Какое вам дело до моей личной жизни? Я что, внуков отдаю на воспитание или денег прошу? Ну нет же! Детей у меня пока нет, с деньгами проблем тоже нет. Так в чем дело? Уже три месяца мозг выносите. Прости, пап, но я больше не могу делать вид, что это меня не напрягает.

Мужчина тяжело вздохнул. Так, словно общался с непутёвым мальчишкой. Очень неудобным.

— Даниил, — обратился он устало. — Подумай обо мне и матери. Давай, возьмись уже за ум и действуй. Елена — хорошая девушка. Давно пора жениться…

— Папа, может хватит? — резко перебил Даня.

Его отец охнул. Мне хотелось выскочить из убежища и сбежать куда-то подальше отсюда. Подслушивать — последнее дело. Тут ещё и разговор такой, не самый простой. Не только для Князева, но и для меня. Внутри всё неприятно сжалось. Вот только страшно было в таком виде предстать перед родителем Дани.

— Сердце заболело, — с упреком и тягостным вздохом произнес отец Дани. — Ты точно нашей смерти хочешь. Скажи, что мы сделали тебе плохого, что ты так относишься? Когда вы уже дату свадьбы назначите? Время-то идёт.

Эм. Надеюсь, это шутка такая? Ничего не понимаю.

— Это тебя мама послала, да? Я ей уже все сказал. И про Лену, и про свадьбу и про сроки.

— И что? Сколько ещё тебе нужно времени, чтоб нагуляться? Сколько нам ещё ждать? Ты же знаешь, сейчас много девиц сомнительных. Понаедут из провинций, деньги только выкачивают. А за Елену мы спокойны…

— Так, давай-ка я вечером приеду и мы поговорим. Я не один и меня ждут.

Второй мужчина в очередной раз протяжно вздохнул. Похоже, он очень любил это делать. Мне тоже повторить за ним. Но я стояла неподвижно. Ошарашенная, потерянная. Словно мне по голове стукнули хорошенько так. В глазах поплыло от набежавших слёз. И за девочку из провинции, и за его планы с Леной… Зачем тогда всё?

— Даниил, я без машины. Сможешь подкинуть до дома? Подождёт твоя очередная пассия. Как бы Елена о твоих заскоках не узнала…

— Хватит, не продолжай! Пойдём в машину, — раздражённо, словно вот-вот сорвется, произнес Даня.

Быстрые шаги, казалось, были утяжелены злостью. Другие шаги были неторопливыми. Через некоторое время я услышала обращение к себе. Но, конечно же, не откликнулась.

— Варь, ты где? — спросил Даня и, не дождавшись ответа, продолжил: — Через десять минут вернусь. Не теряй. Чувствуй себя как дома.

Ага.

68

Никогда еще я не одевалась так быстро. Вообще, последние недели выдались слишком насыщенными на события, открытия и чувства. Много было такого, чего раньше не было в моей жизни. Вот и сейчас. Еще десять минут назад меня распирало от эйфории и прекрасного волнения, а сейчас ощущение такое, словно по мне катком проехались. По эмоциям, разумеется. Сдули, растоптали, очернили. Ничего не понимаю, но находиться здесь выше моих сил. Кажется, мои худшие опасения подтвердились.

Выскочила из квартиры и понеслась к лестнице. Думаю, никто не успеет войти в неё до прихода Князева. Но в голову настойчиво полезли мысли о грабителях. Ну, он же о моём сердце не подумал? Не подумал. Так почему я должна заботиться о его имуществе?

Но уйти не смогла. А вдруг и правда залезет кто-то? Он ещё потом решит, что это я вынесла что-то. Только этого мне для полного счастья и не хватало. Девочка из провинции. Нас же там всех с одинаковыми установками штампуют, по мнению его отца. Капец. С таким позором, пусть даже вымышленным, я уходить не хотела. Пришлось отойти немного, встать рядом с лестницей, подальше от лифта и ждать там. Кажется, меня тут заметить не получится — и это хорошо, ведь говорить с Князевым я точно не готова. Интересно, а по шкале неудачниц я сейчас на каком месте? С сумкой в руках, караулящая квартиру чужого жениха, после того, как узнала, что меня просто вовлекли в какую-то дурацкую игру. Это же полный провал.

Ощущала себя круглой дурой. Офигеть просто. У единственного парня, который мне понравился, есть невеста. Даже вспомнила предостережение Наварова. Может быть, он знал о Лене и поэтому меня предупреждал? Шикарно. Но зачем Князев обманывал меня? Я видела, что в универе он с Леной почти везде вместе. Разве что, кроме обеденного перерыва. Его Даня часто проводил где-то рядом со мной. Что за дела? Ничего не понимаю. То, что я между ними видела, сложно было даже с натяжкой назвать любовью. Хотя, что я об этой любви знаю? Ничего. И всё же, я-то Дане зачем тогда? Развлечение-отвлечение?

Услышала, как двери лифта открылись. Соседи, наверное. Но нет. Даня. Так быстро. В одной его руке шелестел пакет, скорее всего, с чем-то вкусным. А во второй был букет. Бережно укутанные в коричневую бумагу цветы. Это окончательно расшатало моё душевное состояние и слёзы, прежде довольно успешно сдерживаемые, покатились по щекам. В груди так защемило, что дышать стало сложно. Скорее бы прекратить эту пытку… Как только дверь за Князевым закрылась, я рванула к лестнице. Чуть не навернулась пару раз, но темп не сбавила. Надо бежать отсюда.

Через часа полтора я уже была в общаге. Одна в комнате, с раздраем в душе и полной головой всяких мыслей. Никто мне не звонил, никто не догонял, я даже не следила за временем и не доставала телефон. Проревела непонятно сколько времени и отрубилась, свернувшись калачиком.

Уже вечером, когда стемнело, проснулась. Первым делом полезла в сумку за телефоном, проверить время. Но сделать это не удалось — гаджет разрядился и пришлось искать зарядное устройство. Волна воспоминаний и осознания накатила вновь. Состояние было как во время болезни. Знобило, глаза болели, в желудке пусто и пить хотелось. Обидно, себя так жалко стало. Эх. Ну кто бы мог подумать?

Включила телефон. Два пропущенных вызова от папы. Хм. Как он там? Татьяна, наверное, уже вещи собирает или вовсе уехала. Позднее перезвоню, пока нет настроения говорить. Пропущенный от Дани (в груди сжалось при виде его имени) примерно в то время, когда я от него сбегала. Сообщение от какого-то магазина об очередной ликвидации коллекции. Куда же без них, конечно. И уведомление из соц сети, что Наташа ждёт моего ответа.

В темной комнате без света, завернувшись в одеяло, я смотрела в телефон. Почему-то всё казалось бессмысленным. Какие-то телодвижения, стремления, принципы, потребности. Не хотелось ничего. Бездумно заходила в соц сети, никому не отвечала, просто листала, почти не различая, что на дисплее. Однако, когда увидела в Инстаграм историю от Данила, оживилась. Что он мог выложить? Дату свадьбы? Подготовку к торжеству? Да какое мне дело? Пусть выкладывает что хочет, меня это совершенно не касается. Абсолютно. Никаким боком.

Ну нет. Да что у него там? Я не удержалась и нажала на розовый кружок. Сначала я подумала, что мне показалось. Подняла телефон к самым глазам. Не показалось. Сомнений нет. Это точно я. На фото, выложенном сегодня утром, предположительно, во время моего сна, была я. Лежащая на боку, лицом к стенке. Фото было сделано со спины. Женский силуэт, изгибы. Растрёпанные каштановые волосы, рассыпанные по подушке. Лица не видно. Надпись: «мой жаворонок» и в углу цифры: 10:54.

Какого черта?!

69

Что-то странное происходит. Кажется, кто-то из нас обложался. И этот кто-то — не Князев (если не считать того, что мой затылок и тело в одеяле красуются весь день в сети). Разве стал бы человек, у которого на носу свадьба, выкладывать фото другой девушки? Ещё и в постели. (Ррр!) За фото он ещё получит, конечно, но это потом.

Стало так горько. Швырнула телефон на кровать и закрыла лицо руками. Мои страхи настолько сильны, что при первой же возможности я сбежала, словно только этого и ждала. Возможности… Что вообще в моей голове творится? А ведь Даня ничего такого не сделал. Я слышала лишь часть разговора… И сделала поспешные выводы. Еще и цветы эти в бумаге… Неужели я всё испортила?

Надо поговорить с ним, иначе я с ума сойду ото всех мыслей и эмоций, устроивших бойню во мне. Лучше бы встретиться, но пока придётся позвонить. Потянулась к телефону, но в дверь постучали. Катя, наверное. Насколько я помню, она домой почти не ездит. А раз её тут нет, значит, она со своим парнем. Была.

Я пригладила волосы, вытерла глаза, поправила кофту. Поплелась открывать. В сумраке споткнулась об чьи-то тапочки. Пришлось включить свет. Приоткрыла дверь и от удивления, радости и злости чуть не закрыла её снова. Но вовремя остановилась.

— Твой жаворонок не хочет, чтобы ты женился на другой. И злится за фото. И рад тебя видеть, — быстро проговорила я, шмыгнув носом.

Лицо Дани ничего не выражало. Он просто осмотрел меня с ног до головы, задержался взглядом на глазах и шагнул ко мне.

— Не буду шутить про биполярочку. Тебе надо взбодриться, птенчик, выглядишь неважно, — сказал он и протянул мне большой бумажный стаканчик.

Я сначала даже и не заметила, что в его руках есть что-то. А позади него стояли пакеты с вещами.

— Ну, спасибо. По тебе тоже будто чем-то стукнули, — приврала вяло (выглядел он прекрасно), вглядываясь в глаза Дани.

— Ты вещи в машине оставила. Решил завезти, а то опять будешь в тонкой куртке гонять, — сказал он и подвинул ко мне пакеты. — Ну, пока тогда.

Нельзя ему сейчас уходить. Куда он собрался? Понимала же, что провоцирует, но и не могу не остановить.

— Подожди! — сказала громко, когда он начал разворачиваться. — В первый и последний раз, понятно? Больше так не делай!

Два шага, и я врезалась в него, крепко обняла, ткнувшись лбом в теплую грудь, прикрытую светлой мягкой тканью футболки. Куртка была распахнута. Кофе чудом не расплескался. Даня мгновенно сгреб меня в объятия, прижал к себе, над полом приподнял. Горечь схлынула, стало спокойнее, легче. Всё наполнилось светом.

— Не пока, а привет. Даня, объясни, не уходи. Я больше всего на свете не люблю непоняток. Скажи, что это за разговор о свадьбе, о Лене? Я не понимаю, — заговорила быстро, подняв голову надеясь, что парень не уйдет.

— Эмоциональные качели нравятся?

— Терпеть не могу! — искренне ответила я.

— Хорошо. Я зайду? — спросил Даня, кивая на комнату.

— Конечно, — пропустила его, прикрыла дверь.

Поставила стакан на тумбу, расстелила плед на кровати. Уселась на неё, скрестив ноги и выжидающе смотрела на гостя. Даня снял куртку, повесил на вешалку. Стянул ботинки и уселся рядом со мной. Я очень надеялась, что не услышу что-то плохое. Что то, что стало известно мне утром — ерунда полнейшая.

70

— А у вас тут уютно, — покивал Даня, оглядывая комнату.

— Князев! Я с ума сейчас сойду. Не отвлекайся и расскажи уже, что к чему. Штампованные провинциалки, нервные невесты… Что за интриги?

— Да никаких интриг, Калинкина, — в тон мне ответил. — Мои родители и родители Лены уже много лет общаются. Когда-то решили, что мы должны непременно породниться. И мы с Леной сперва поддакивали, лишь бы родители не лезли. Потом вроде всё позабылось, тему не поднимали, каждый жил своей жизнью, только на праздниках и пересекались. А не так давно у них в работе возникли разногласия, и родители Лены захотели расторгнуть контракт с моими, и заключить его с другой фирмой, так как не устраивают условия. Или якобы не устраивают, не знаю. Но, конечно, если мы поженимся, то всё и дальше будет тип-топ, — бегло рассказал Даня, забравшись на кровать с ногами и спиной прижавшись к стене и развел руками. — Такие дела.

Внутри всё сжалось. Моё настроение менялось со скоростью света. Значит, не будет у нас больше свиданий, прогулок, забавных и теплых разговоров, нежных и страстных взглядов? Но зачем тогда фото утреннее… Нет-нет, если бы всё было так, Даня не сидел бы тут. Но… что делать-то?

— И что теперь делать? — прошептала я.

— Да ничего, — пожал беспечно плечами. — Ещё не хватало, чтобы я своим комфортом жертвовал ради чьей-то выгоды. Я не для этого в эту жизнь пришёл. Найдут другое решение, если захотят.

— Это, конечно, всё круто, — ответила я, действительно выдохнув. — Но не слишком ли категорично?

— А как не категорично? — едва улыбнулся Даня, выгнув бровь. Я лишь пожала плечами. — Варь. Я люблю своих маму и папу. Я отношусь к ним с уважением. Но подстраиваться под них не собираюсь. Бывают ситуации, не спорю, когда можно и даже нужно чем-то пожертвовать. Но эта ситуация не та. Ради чужого бабла… Ну такая себе перспектива.

Я покачала головой. Как все просто, оказывается. Никакого чувства вины… И мне это очень откликалось. Даже если просто взять вчерашнюю ситуацию с моими родителями. Я же, наконец, смогла выдохнуть. Столько времени в голове будто узел огромный был. Разрастался, отвлекал, отравлял. И в животе моментами вина словно разъедала. Это ужасно — быть втянутыми в чьи-то отношения, бизнес, разборки. Быть жертвой. Добровольно или вынужденно. И как хорошо, если есть силы разорвать, прекратить подобное посягательство на личную жизнь. Сама я этого не смогла сделать, всё решил случай. Но на будущее буду стараться сразу пресекать подобное, если вдруг снова начнётся.

— Ты прав. Это смело. Значит, ничего у вас с Леной нет и не планируется?

— Ты всё правильно поняла. Мы неплохо общались раньше. Да и сейчас на учёбе пересекаемся, отвожу её домой, потому что по пути. Но лишь как знакомую. Возможно, её это не слишком устраивает, но, повторюсь, меня это не волнует. Я знаю, что вчера мои и её родители встречались и, скорее всего, Лена там была и упомянула тебя. Поэтому отец не на шутку разошелся утром. Я его отправил на такси, помчался к тебе, а ты сбежала. Позже сам заехал к родителям и мы всё решили.

— И как они?

— Разочарованы, как обычно. Когда я делаю не так, как хотят они, начинаются упрёки, манипуляции. Но я на это не ведусь. Квартира, в которой я живу, она моя. Бабушка, когда мне было семнадцать и я постоянно где-то пропадал, лишь бы не возвращаться домой, предложила купить мне эту квартиру. На сегодняшний день я почти вернул всю сумму. Родители хотели, чтобы я пошёл учиться в архитектурный, а мне это было не интересно и я сделал по-своему. Поступил в наш универ, параллельно плаванием занимался, параллельно работал в продажах, деньги надо было отдавать. Как-то так.

— Ох, Даня, да ты самый настоящий бунтарь, — улыбнулась я, расслабившись.

— Не без этого. Иначе, мы бы с тобой не встретились. И жил бы я сейчас с Леной и вздыхал о тебе, — заулыбался он.

— Всё-всё, не хочу о ней больше слышать. Лучше скажи, зачем ты фотку выложил? Я же не разрешала!

— Извини, — сказал Даня, и нахмурился. — Это мальчишество. Мама с утра позвонила, начала про свадьбу спрашивать, хотя я уже сто раз говорил, что её не будет. Уточнила, не встречаюсь ли я с кем-то. Я сказал, что у меня есть девушка. И выложил эту фотку, они её увидели. Ну а дальше ты знаешь.

— Мда. Прости, что я сбежала. Мой папа постоянно всем изменяет. Изменял и маме, а она до моих девяти лет терпела, ради меня. А потом не выдержала. С ним бесполезно говорить на эту тему: на всё имеется своё мнение. И я это понимаю, не моя ведь жизнь. Но в своей такое не хочу. А утром как услышала про невесту, меня как переклинило. Будто мои страхи начали воплощаться прямо на глазах.

— Иди сюда, — сказал Даня и мгновенно придвинул меня к себе, обнял так, что я обвила руками его шею. — Я за верность и моногамию. И за мелкую Варьку-трусишку.

Губы растянулись в улыбке. Грусть сменилась тихой радостью. Глаза Дани улыбались, но вот он стал серьёзным. Как и я.

— Ну, раз так, — взволнованно сказала я, косясь на его губы, оказавшиеся так подозрительно близко. Соблазнительно и волнительно.

Секунда.

Ощутила тёплое дыхание.

Его губы накрыли мои. Мягко, нежно… У меня от восторга, казалось, в груди начали взрываться фейерверки. Ладони обняли лицо, я положила свои сверху, не в силах поверить, что это происходит на самом деле. Даня… Так нежно, неуловимо, немыслимо… Кажется, я стала невесомой, готова парить над кроватью и только губы и руки Князева удерживают меня тут. Поцелуй. Самый желанный. Который неумолимо начинает меняться. Даня на мгновение отстраняется, но только для того, чтобы провести языком по моим губам и прикусить нижнюю. От этого внутри разлетаются искры, в теле начинается пожар, и я уже не парю. Нет, я плавлюсь от прикосновений. От вспыхнувшей, подобно пламени, страсти. Это пугало и в то же время окрыляло.

Поцелуй становился глубже, и я отчаянно отвечала. Руками скользила по его шее, цеплялась за ворот футболки.

— Варя, — прошептал Даня, прижимаясь лбом к моему лбу. — Ты моя. Моя малышка, моя девочка.

Его слова заставили сердце биться отчаяннее, рваться к нему навстречу. Я даже не успела ничего ответить, как его губы вновь обняли мои.

Внезапное шарканье в коридоре и стук в дверь. Я едва не упала с кровати, но Даня вовремя удержал. Дышала дико, оглядываясь по сторонам, будто меня только что вырвали из другой реальности.

— Это с вахты, скорее всего, — шепнул Даня. — Сказали, что предупредят, если комендант надумает нагрянуть.

Чмокнул в щеку и пошёл открывать. Я расправила плед и побежала к окну, по пути приводя себя в порядок. Типа да, мы просто беседовали, сидя в разных углах. Ага.

— Данечка, через минут десять придёт Людмила Петровна, с обходом пойдет, а часы приема гостей уже кончились.

— Понял. Пять минут.

И он закрыл дверь, а я ошарашенно уставилась на него.

— Что? Конечно, я её знаю. У меня тут приятели живут, уже не первый год к ним хожу.

— Ну ладно, — ответила я и пошла к нему, смущённо обняв себя.

— Ну ты чего? — выдохнул Даня мне в макушку, обнимая. — Ты красавица, Варя. Обожаю быть рядом с тобой.

— Спасибо, — прошептала я, обалдевая от того, что произошло минутой ранее. — Спасибо, что приехал. Что обо всём рассказал.

— Пора ехать. Не хочешь со мной? — спросил игриво, а я вскинула голову. — Только сегодня не обещаю не приставать.

— Заманчиво, но лучше я тут останусь. Слишком насыщенно для меня. Нужно прийти в себя, — ответила я, нежно улыбаясь. — Рядом с тобой у меня искрят эмоции, надо успокоиться.

— Понял. Я завтра вечером уеду на две недели. Не планировал, но в последний момент согласовали мое участие в соревнованиях и сборах. Так что, поездка на базу отдыха, похоже, отменяется у меня. Но ты, если хочешь, поезжай. Отдохнёшь, с Кристиной пообщаешься.

— Две недели? Так долго…

— Да я сам не ожидал. Вот только сообщили. Ладно, нужно бежать. Лучше не подставлять никого.

— Конечно.

Нехотя отпустила Даню. Он накинул куртку, обулся. Подхватил меня под пятую точку, приподнял так, что наши лица оказались на одном уровне.

— Это так круто — беспрепятственно тебя касаться, — произнёс полушепотом.

— Ну не прям уж беспрепятственно. Не торопи события, — возмутилась я, краснея.

Данька засмеялся, покачал головой.

— Не грусти тут без меня. Звони, пиши.

— И ты, — только и успела сказать до того, как губы вновь оказались в плену.

71

В воскресенье Даня уехал. А в понедельник, после учебы, я отправилась на работу. Папа сказал, что Татьяна собрала часть вещей и уехала. Вроде как, она давно догадывалась о том, что происходит на самом деле, но боялась спросить об этом у него прямо. Поэтому провоцировала меня. А в пятницу её терпение лопнуло, что-то такое произошло, что она решила, что хочет знать правду. И почему-то у меня такое чувство, что она вернётся. Странно это, но она взяла время подумать. И папа, кажется, хочет, чтобы она вновь была с ним. О чём уж договорятся, не знаю. Только бы оба были счастливы от принятых решений!

На учебе я ожидала, что со мной захочет пообщаться Лена или её подруга, но ничего такого не было. Что меня очень удивило и закралось чувство тревоги. Даже во время обеда, когда Ната и Глеб сидели со мной за столом, и парень выдал вот такое:

— Варвара, какая-то ты загадочная! Неужели это ты на фотке у Князева? Как у вас дела? Можно сворачивать спор?

— Тише-е-е, — прошипела я, закрыв лицо руками.

Через пальцы увидела, что некоторые повернули к нам головы. В том числе и Лена с подружками, сидящие, как обычно, неподалеку. Но больше ничего не произошло. Только Наташа округлила глаза, а после тихо сказала:

— Глеб, не подставляй Варю! Наверняка у Дани есть воздыхательницы, которые не в восторге от того, что он с кем-то сошёлся.

— Будто вам интересно их мнение, — хмыкнул он, подхватывая очередную сладость, которые неизменно брал откуда-то.

— Почему ты всё время ешь сладкое? — подозрительно спросила Наташа. — Я уже столько раз спрашивала, но ты молчишь.

Глеб положил руку на спинку стула, позади Наташи. Кажется, манёвр подруги сработал, и обо мне благополучно забыли. Уф.

— Зачем тебе это знать? — спросил Наваров, глядя в её глаза и тонко улыбаясь. — Это моя слабость. Зависимость, наверное. Я люблю всё сладкое, вкусное, яркое, красивое… Притягивающее взгляд, соблазнительное… — вдруг он замолчал, а Наташа — та самая королева Ната — густо покраснела.

Ой-ой, кажется кто-то не на шутку разошелся и последние слова были вовсе не про вкусняшки. Похоже, ребята тоже зря времени не теряют. Но я вижу, что Наташа осторожничает и будто не подпускает его слишком близко.

— Спасибо за ответ, — ответила подруга, медленно отвернувшись от него, отпила чай. — Кгхм…

— Глеб, я не собираюсь отвечать на твой вопрос. Ты сам всё увидишь, когда придёт время. В соц сетях, либо здесь, в универе. А пока — страдай и гадай.

Наташа выдохнула, а парень только хмыкнул с таким видом, словно ему всё это абсолютно безразлично.

— Да всё очевидно. Но, так уж и быть, дождусь официального объявления. Я знал, что ты не подведёшь, — оставил своё экспертное мнение.

— Когда-нибудь я в тебя что-нибудь кину, — буркнула я, но он услышал.

— И я отправлю тебя стирать мои вещи. Либо покупать новые. А это явно тебе не по карману, так что оставь свои амбиции, — предупредил Глеб вполне серьезно.

Звучало убедительно и грозно. Зато честно. И я в который раз удивилась тому, до чего же разные люди меня окружают. А прямолинейность, которую продемонстрировал Глеб, записала мысленно ему в плюсы. Не каждый готов открыто говорить о своих границах и правилах. Ната, в который уже раз за обед, удивилась.

— Ты серьезно? — спросила она ошарашенно.

— Да. И это ещё очень мягкие последствия. И только потому, что Варвара мне уже почти как сестра. Да, Варвара? — спросил Наваров и придвинул ко мне восточную сладость, название которой я не смогла запомнить.

— Двадцатиюродная? — спросила я, поморщившись и игнорируя его жест.

— Если такие существуют, то да.

— Поняла. Значит, если бросать что-то в тебя, то сразу кирпич. Нат, да он злодей.

— Похоже на то.

У кого-то с громким звоном упала алюминиевая вилка на плиточный пол, Наташа резко обернулась на звук, и, надо же такому случиться, стукнула рукой кружку. Та, будто управляемая кем-то невидимым, отскочила к Глебу и радостно выплеснула весь чай ему на светлый пуловер и тёмные джинсы… Благо, чай давно должен был остыть. Парень даже не дернулся. Только опустил голову и внимательно рассматривал, как коричневое пятно расползается по ткани.

— Глеб, прости, я случайно, — сконфуженно произнесла Ната, когда увидела масштабы катастрофы. — Не ожидала от себя такой неловкости, — очень мягко проговорила она, положив ладонь ему на предплечье.

— А он мне так нравился, — сказал, наконец, Глеб, стягивая пуловер прямо тут, в столовой. — Стирать его мы, конечно же, не пойдем. Но, если ты хочешь утешить человека, потерявшего практически, вязаного друга, можешь слетать со мной в пятницу в Москву. Обратно вернёмся в воскресенье вечером. Важные дела, а одному лететь — жуть как не хочется.

Наташа растерялась. Я вообще её не узнавала. С Глебом она была совсем другой, нежели с кем-то ещё. Неужели он правда ей так понравился?

— Я даже не знаю, как-то слишком внезапно.

Глеб страдальчески взглянул на пострадавший предмет одежды. Даже вздохнул для верности.

— Ладно, давай. Только давай обо всём заранее договоримся.

Я уже закончила с едой и решила, что пора оставить ребят наедине. У них тут квантовый скачок в отношениях намечается.

— Всё, я побежала, а вы тут договаривайтесь.

Ната кивнула мне, а Глеб протянул свой пуловер.

— Варвара, прихвати. Бросишь куда-нибудь.

— Пф, да сейчас же. Это же твой друг. Сохрани на память, — сказала я и быстренько покинула столовую.

72

И вот после ещё двух пар я вновь на том же месте, где работала в прошлый раз. Снова раздавала листовки в теплой куртке, и радовалась, что забрала вещи. Жаль только, ботинки не успела переодеть, но ничего, замёрзнуть не должна. Ветер почти не напрягал, час прошёл незаметно. Ещё оставалось два. Думала о Дане, о нашем поцелуе, о вчерашней короткой, но милой переписке. Почувствовала, что губы растянулись в улыбке и на сердце стало тепло-тепло. Почти не глядя раздавала разноцветные бумажки, спокойно воспринимая отказы.

Плавно рабочее время подошло к концу. Я забрала деньги и вышла из здания. Почти дошла до остановки, как вдруг кто-то потянул меня за рукав. Настойчиво, требовательно. Испуганно обернулась.

— Варя, есть разговор, — пропела запыхавшаяся Лена, останавливаясь рядом, но не отпуская меня.

Осторожно выдернула руку из её захвата.

— Говори, — ответила я.

На многолюдной, оживленной площади рядом с торговыми центрами мне нечего было бояться. Может, и в другом месте так, но кто знает, что у неё на уме? В школе у нас периодически случались драки, шантаж, странные угрозы. Меня тоже однажды подкараулили после кружка по волейболу две девочки, в десятом классе, и хотели научить, как вежливо говорить с этими барышнями, то есть с ними. Впрочем, я тогда даже не остановилась, продолжила быстро идти домой. Понимала, что их двое, и весовые категории у нас очень разные. Поэтому спешила, но позиций не сдавала. Обращалась, как подобает, что им не нравилось. Они уже начали постепенно хватать меня за одежду, чтобы я остановилась. До дома всего ничего оставалось. И вдруг из-за угла, прямо нам под ноги, прилетела петарда. Девчонки завизжали, а я ринулась домой. После этого они больше не приставали, а с одной из них, спустя время, мы даже вполне сносно общались. Но бывало, что моих подружек прямо избивали и, надо сказать, не сильно-то и большая разница в мужских и женских драках. И мне перепадало, когда бросалась разнимать.

— Ты же понимаешь, что я не могу это оставить так просто? — спросила она самоуверенно и замолчала.

— Что именно?

В лучах закатного солнца, которые падали на Лену, её светлые волосы выглядели розовато-рыжими. Почему-то уверенность показалась наносной.

— Это ты у него на фотке? — спросила и я прямо почувствовала, как она затаила дыхание.

Мне стало не по себе. А если Лена и правда сильно ждала их женитьбы? Мечтала о ней, готовилась, может быть. А тут появилась я и всё испортила? Хотя, до меня у них, видимо, тоже не особо продвигалось. И всё же, вдруг я помешала её надеждам? Неприятно. Но сейчас нужно выяснить, что она хочет.

— Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, — упрямо ответила я.

— В смысле? — удивилась девушка, выгнув брови.

— Я не собираюсь отвечать на этот вопрос, — терпеливо повторила я. — Ещё что-то?

Ответ её точно не устроил.

— Даня сказал тебе, что мы собирались пожениться?

— Не совсем так, но да. Сказал, — ответила я.

— Что ещё тебе известно? — всё меньше скрывая раздражение спросила она.

— Лен, это ты хотела поговорить, не я. Мне, вообще-то, ехать надо.

— Да что же ты трудная такая? Мне нужен Даня. Так понятно? У наших родителей намечается крупная сделка. Если Князев сейчас пойдёт на попятную, его родители очень многое потеряют. Таких партнёров они больше нигде не найдут. Хотя, о чём это я? Ты всё равно не поймёшь. Сомневаюсь, что тебе известно, что такое репутация и как она ценится.

— С моей репутацией всё замечательно, Лен. Если это всё, то я пойду. Это не имеет отношения ко мне. Не я принимаю решения за Даню, тебя или его родителей.

— Что у тебя с ним? Я понять не могу, чем ты его могла зацепить? Или это он мне назло? Как с той дурой, которая пришла мстить Звереву за своего парня. Не понимаю его симпатии к убогим. А может это жалость?

Солнце уже скрылось, зажглись фонари. Блики от огней торгового центра попадали на наши лица. Лена выглядела озлобленной, раздосадованной.

— Я не хочу это слушать, — сказала я и развернулась, чтобы уйти, но девушка нагнала.

Странно, но я уже ничего не чувствовала. Каких-то угрызений, вины.

— Стой, Калинкина. Даня — мой. Мне пофиг, что у него к тебе, но он будет со мной. Рано или поздно. А если ты на деньги повелась, так не к тому прицепилась. Беги к Звереву, он тобой интересуется, я видела. И он любит дарить дорогие подарки своим девушкам.

— Ох, как же я так прогадала. Ай-ай-ай, — сказала я. Происходящее начинало бесить.

— Я серьёзно. Князев не слишком перспективный для тебя вариант. Ну или давай с кем другим тебя познакомлю? Или, может, тебе денег дать, чтоб ты отвязалась? — не отставала она, поспевая за мной.

Мы уже почти подошли к остановке. Я не выдержала. Развернулась к ней.

— Да, Лена, это была я. И с Даней у меня все прекрасно. А тебе желаю удачи.

— Хах. Вот увидишь, ты ещё сама об этом пожалеешь. Просто обрати внимание, как он будет относиться к тебе в универе. Многое поймёшь, — сказала она насмешливо и стремительно понеслась в ту сторону, откуда мы пришли.

73

Весь разговор напоминал бред. Но последнее предупреждение оставило неприятный осадок. Что она имела в виду? Очень странно. Я очень надеялась, что это пустая угроза, лишний повод вызвать у меня сомнения. Или нет?

Вскоре подъехала маршрутка и только в ней я ощутила, как замёрзли ноги. Зря я не сменила ботинки. Теперь бы не разболеться. А то в пятницу намерзлась, и сегодня вот. И я снова пожалела об этом, пока шла в общежитие. Стемнело, стало совсем прохладно. Странная нынче осень. Как в прежние времена, когда к первому числу ноября уже кругом были сугробы. Давно такого не было. А судя по холоду, скоро выпадет снег. Пусть и растает быстро, но все равно.

В сумке услышала сигнал телефона. Обрадовалась, что это Даня, так хотелось с ним поговорить, но это оказалась Ксю. Да и Князев предупреждал, что вечером у него вторая тренировка по плаванию, освободиться должен позднее. И всё равно чуть-чуть огорчилась.

— Варечка, солнышко, ты где? — спросила Ксюша милым голоском.

— Уже к общаге подхожу, на середине пути. Тебе что-то в магазине нужно?

— Какая ты догадливая! — восхитилась она.

— Ты эти штучки оставь для своего мужа, — засмеялась я. — Что купить?

— Мне нужен чай. Зеленый, китайский. Он только рядом с остановкой продается, там в торговом центре небольшой магазин с чаем и кофе наразвес. Возьмёшь? Ты же знаешь, я без него жить не могу.

И правда. Ксюша могла сорваться за ним хоть ранним утром, хоть перед самым закрытием. И всё время переживала, что он закончится. Она нас как-то раз угощала, но я вкус не очень поняла, как и другие девчонки. На что Ксю ответила, что его надо прочувствовать.

— Ладно, сейчас зайду, — согласилась я.

— Спасибо-спасибо-спасибо! Деньги на карту кину, — сказала она и сбросила вызов.

В общежитие я пришла уже совершенно разбитая. Не знаю, в чём дело, но меня знобило и дико ныли ноги. А ещё болело всё в районе поясницы. Неужели застудила что-то?

— Варь, что случилось? Тебе плохо? — спросила Ксю, ожидающая прямо у двери.

— Нехорошо, — ответила я, передавая пакетик с чаем.

— Что ж ты не сказала? Эх ты, — покачала она головой и помчалась ставить чайник.

— Заболела? — спросила Лиза со своей кровати, отрывая голову от ноутбука.

— Похоже на то.

Я с трудом разделась, ощущая сильную слабость и головокружение. Девчонки, спасибо им, напоили меня чаем и накормили бутербродами, и пораньше легли спать, чтоб не мешать мне. Это бесценно. Я легла в кровать, ноги болели все сильнее и морозило жутко. Написала Дане, пожелала ему доброй ночи. На большее меня не хватило, даже не могла телефон держать в руках, так меня потряхивало. Похоже, поднималась температура. Я то засыпала, то просыпалась и всё в какой-то полудрёме. Ранним утром не выдержала, начала искать градусник, но не нашла, и пошла мерить температуру на вахту. Удивилась, услышав громкий храп. Но стоило мне подойти к вахте, как звук прекратился и ко мне вышла заспанная женщина. Я озвучила просьбу и она молча протянула градусник.

— Так, Калинкина, что это с тобой? Ты мне тут ребят не зарази. Либо домой езжай, либо в больницу, — сказала женщина с вахты, имя которой я благополучно забыла уже раз в десятый. И как она нас только запоминает?

— Да у меня только температура и боли. Горло и нос в норме, — ответила расстроенно. Температура была выше тридцати девяти. — Мне бы жар сбить и я на пары пойду. Как раз ко второй сегодня, успею ещё поспать.

— Ничего не знаю, у нас такие порядки. У меня тут лекарств нет, не смогу помочь. Где болит хоть? — спросила она, смягчившись.

И я перечислила. А за ночь добавилась боль в боку и другие, не самые приятные симптомы.

— Так. С этим не шутят. Давай-ка я тебе скорую вызову. Окажется ещё аппендицит какой-нибудь. Иди, собирай вещи, сейчас позвоню им.

— Давайте тогда хотя бы позже, там же девочки спят.

— Бери всё необходимое и спускайся, здесь тебя посмотрят. Долго не задерживайся, они там нервные могут попасть. Как уж повезёт.

— Ладно, — убито прошептала я, уже понимая, что так просто мне не отделаться.

Приплыли.

74

В палате со мной лежали ещё четыре человека. Пока меня привезли, пока приняли, пока проверили, не аппендицит ли это, наступило время завтрака. Я его пропустила, есть не могла. Сдала анализы, и дальше то дремала, то пила лекарства, то процедуры терпела. Когда, наконец, выдалась минутка, скинула сообщения девочкам из комнаты, папе, Наташе и Дане, чтоб не волновались и что я в стационаре. А ещё старосте, чтоб предупредила всех, кого нужно. Особенно биологичку.

Девочки все отвечали сообщениями в мессенджере. Ксюша корила себя, что зря отправила меня за чаем и что надо ей перестать его пить, потому что ни одна зависимость до добра не доводит. Потом позвонил Даня.

— Варя, ты как? Что с твоими почками? Нужно что-то? — услышала я в телефоне сразу после того, как увидела, что он прочитал сообщение.

Пришлось выйти в коридор, чтобы не мешать соседкам дремать после уколов и завтраков. Температура пока спала, боль уменьшилась.

— Переохладилась чутка, вот и последствия. Ты не переживай, всё нормально. Главное, отберись на соревнования, на которые должен попасть. Мне не нужно ничего, всё с собой взяла.

— Бедная моя. Плохо, что я уехал. Мигом поставил бы тебя на ноги. Блин, Варя, ты ходить, надеюсь, можешь? — спросил взволнованно.

Мимо прошла медсестра, уже в возрасте, и неодобрительно взглянула на меня. Или она на всех так смотрит?

— Могу, просто слабость, температура, но ты не беспокойся. Представь, что я здорова и уже рядом с тобой. И да, ты кого угодно заставишь ходить. Как начинаешь свои разговоры прекрасные, сразу не до лежания становится.

— Талантище, — хмыкнул Даня. — Прости, Варь, я пока не смогу приехать. Соревнования не каждый день, но чередуются с тренировками… Если нужно, я примчусь. Ты только скажи, — закончил он серьезно.

— Я уже сказала, что мне нужно. Постарайся там хорошенько.

— Будет сделано. А ты не раскисай, ладно? Пиши мне, а я как буду свободен, выйду на связь. Если будут обижать — медперсонал разный бывает — звони.

— Всё будет хорошо, Дань. Спасибо за заботу.

Но хорошо не становилось. Через час меня начало трясти так, что стучали зубы. Девушка с соседней кровати, Настя, испугалась и решила позвать медсестру. Та пришла, да, но очень злая.

— А нечего по коридорам ошиваться! Это больница, а не курорт. Вот всё пялятся в свои телефоны, болтают — ругалась она, на ходу протягивая мне термометр. — Измеряй.

Сил возмущаться или возражать не было. Да и, если отбросить лишнее, она права. Надо было лежать. Хотя я встала всего на пару минут. И, уверена, даже если бы не вставала, температура всё равно не заставила бы ждать себя.

— Сколько? — рявкнула она?

— Тридцать восемь и четыре, — ответила я, возвращая градусник и плотнее заворачиваясь в тонкое одеяло.

— Ну поколотит и перестанет, — сказала она и покинула палату.

Хм. Спасибо. Большое. А у меня даже воды нет, чтобы пить. Обычно мне очень помогает, когда пью помаленьку, но часто-часто теплую воду.

Одна из пожилых женщин покачала головой.

— Вот же с-сказочная женщина. Ты потерпи немного, скоро станет легче. Кружка есть?

— Да.

— Давай, воды принесу.

И она принесла.

— Спасибо большое! — ответила я, принимая кружку и потихоньку отпивая.

В итоге ещё минут сорок тряслась, а потом пришло время обеда, который пропустила, а после поставили капельницу. И стало легче. Ещё лечащий врач забежала, сказала, что очень хорошо, что я сразу обратилась, а не валялась в общежитии. Я согласилась, а после провалилась в сон на два часа. Проснулась от вибрации телефона. Звонила…

Да ладно…

75

— Мама? — удивленно спросила я, вообще не ожидая её услышать.

Мы редко созванивались, редко общались, виделись ещё реже. Может, случилось что?

— Варя, привет! Как ты? Я тебя разбудила? — спросила мама негромко, встревоженно.

— Я спала, но не страшно, всё равно вставать надо. Что-то случилось? — спросила я тихо.

Похоже, дневной сон только-только закончился у всех. Сейчас опять начнутся процедуры, ужин, который я пропускать не хочу…

— Вася сказал, что ты в больницу попала. Как ты сейчас?

— Да нормально. Поспала. Как у вас дела?

— Всё хорошо. Варь, я к тебе собираюсь, скажи, что нужно? Ты еду брала какую-то? Может быть, ноутбук нужен, планшет, фильмы скачать?

Ого. Я уже давно забыла, что такое подобная забота. Даже стало неловко. Но ведь это моя мама. Разве имеет значение, как давно она была рядом? Если она хочет проявить, показать свою заботу, то почему бы и нет? Я буду рада её увидеть. Очень. Так или иначе, наши с ней отношения всегда увесистым грузом висят на фоне и когда не нужно, тянут вниз. Детские обиды, недопонимание, моя ревность к сводной сестре. Пусть с этой болезнью всё плохое, всё то, что мешает мне, уйдет. Не хочу этого больше.

— Да, мам, нужно. Я пока не очень хочу есть, но он пяти литров воды не откажусь. И ноутбук будет очень кстати — скоро сессия, у меня рефераты, контрольные, курсовые.

— Поняла. Точно не нужно больше ничего?

— Хм. Ну, если только апельсины.

— Ты когда маленькая температурила, всегда их просила.

— Я помню. Жду тебя.

Мы попрощались и я ощутила волнение. А вдруг не приедет? Вдруг дядю Сашу попросит? Или нет?

— Калинкина кто? — раздался голос у входа.

— Я, — ответила слегка настороженно.

Женщина показала пакет, что был у неё в руке и поставила его мне под кровать. Я поблагодарила её. Внутри пакета обнаружила свои тетради, которые утром забыла, ручки, маркеры, йогурты, кефиры и яблоки. Тут же поступило сообщение от Наты:

«Девчонки всё собрали, я занесла. Попала в сон час, не пустили. Не знаю, можно ли тебе шоколад. Но всё равно положила. Поправляйся скорее, Варюша. Мы тебя любим!»

До чего же это мило! И так трогательно. Мы вроде знакомы всего ничего с девушками, но уже успели привыкнуть друг к другу. Даже прикипеть с кем-то. В школе такого не было особо. Все, с кем я дружила по-настоящему, либо переезжали, либо ушли после девятого класса. А Кристина и вовсе жила здесь, и виделись мы не так часто, как хотелось. Зато каждая встреча была очень желанной, трепетной и насыщенной. Она, кстати, тоже написала, что заедет на днях — сейчас три дня пары допоздна и её просто не пустят сюда.

Потихоньку к моим «сопалатницам» стали заходить гости. Дети, родители, друзья. Я лежала и надеялась, что температура пока не станет вновь стремительно подниматься. Пусть ночью, не сейчас. Я хотела увидеть маму в более-менее нормальном состоянии. И мне повезло. Когда она пришла, я почему-то так разволновалась, что чуть не свалилась, пытаясь пойти ей навстречу.

— Лежи, — сказала она, присаживаясь ко мне на край кровати. — Как самочувствие?

— Иду на поправку, — улыбнулась я, вглядываясь в её лицо.

— Да? — с сомнением спросила она, оглядела палату и чуть наклонившись ко мне, тихо спросила. — Может быть тебе другую палату организовать? На двух человек, хотя бы. Я помню, что ты ценишь личное пространство.

— Я же в общежитии живу, мам.

— И как тебе там?

— Лучше, чем о об этом обычно отзываются. Всё чисто, спокойно в основном, девушки хорошие со мной. Мне нравится.

Мама всё сжимала большую сумку, точно тяжёлую, и не спешила ставить её на пол.

— Ты чего? — спросила я, выдав удивление.

— Всё никак не могу забыть тот раз, когда ты приехала к нам, а мы на море улетели. Трындец просто, Варь. Я двести раз хотела тебе позвонить, извиниться, что не позвала тебя с нами заранее. И всё время откладывала. Больше не могу.

— Да ладно, я почти забыла об этом, — сказала я честно, ведь именно в тот вечер я столкнулась с плохой версией Князева. А потом всё потихоньку закрутилось-завертелось… И вот к чему привело.

— Мне всегда было страшно снова получить твой отказ. Как вспомню те дни, когда мы с отцом твоим разводились, и что ты отказалась со мной ехать… — продолжила мама тихо, всё наблюдая за мной. — Но там я сглупила. Могла что-то предпринять, забирать тебя хоть иногда. Но новая беременность, семья… Я виновата.

— Ты же знаешь папу. Ты сильная, ты со всем справилась. Мне кажется, не будь меня рядом, покатился бы он в неизвестном направлении. Возможно, я переоцениваю своё влияние. Он, конечно, обалдел, когда я на его голову осталась. Обо мне же, оказывается, заботиться надо и на собрания ходить и готовить мне. Он находил женщин, на которых всё это сваливал, тем не менее… Мне так спокойно. А у тебя Ксюша вскоре родилась, я не переживала за тебя, — закончила я, но решила дополнить. — Ревновала только.

Сумка тихонько опустилась на пол. Мама села ровно, расслабленно. Улыбнулась. И я сидела с улыбкой. Я люблю своих родителей. Что бы там ни было раньше, главное, что сейчас, в трудный момент, они рядом. Папа хоть и не приехал, но сам сообщил маме, а это уже хорошо. Значит, точно волнуется. Он вообще решил, что это на нервной почве у меня всё, от того скандала, и сильно извинялся. Осознал, что зря на меня свою ответственность перекладывал. Я рада.

— Варь, тут ноутбук с зарядкой. У Саши всегда есть в запасе парочка ноутов. Он сказал, что он не слишком мощный, но посмотреть фильм или поработать в ворде, информацию в интернете найти — вполне сгодится.

Мама побыла со мной ещё полчаса. Мы поболтали, разложили в тумбу то, что не портилось быстро, остальное она подписала и унесла в холодильник, что стоял в коридоре. У меня возникло чувство, что сегодня День рождения или Новый год, а не день, когда я попала в стационар.

А чуть позже принесли подарочек от Дани. Красивая корзинка с орехами, сухофруктами и полезными сладостями. Такая прелесть. Ну правда, столько внимания. Заморочился ведь, организовал всё. Это безумно приятно. И сообщение позднее от него поступило:

«Мне кажется, когда становится лучше, в палате всегда хочется есть. Вот тебе идеи для перекусов. Выздоравливай, моя Варя».

Даже после больнючих уколов мне было вполне сносно. Хотелось бы, чтобы их скорее стало меньше, но увы. Неделю будут колоть. Эх.

76

Я проторчала там две недели. Две недели! Мой врач, что заставал меня постоянно что-то жующую, сказал:

«— Уж больно ты худенькая, Калинкина. Как бы болячка тебя снова не застала. Не следишь за здоровьем, а тут почти санаторий. Смотри, поправляешься на глазах. Может тебя ещё на недельку оставить?»

Повезло — не оставили! Анализы все хорошие поступили и всё, на выписку. Ноутбук сильно спас — я успела сделать очень многое по учебе. Мама приезжала ещё два раза. В первые же выходные примчалась Кристина. Даже Ната заходила. Моя любимая медсестра, которая работала сутки через сутки из-за того, что «— Понабрали больных всяких сотрудниц, да с детьми, а нам отдуваться», не забыла мне сделать замечание по этому поводу:

— Это вам не гостиница, чтоб гостей табунами водить. Нечего грязь разводить.

А в день выписки, в пятницу, за мной приехал Даня. Ох, сколько радости было! Он должен был вернуться в город только на следующий день, но что-то изменилось в графике и всех распустили пораньше. И прибыл он ко мне чуть ли не с самого утра. Мои соседки по палате уже сменились и осталось нас всего трое. По моей просьбе Князев привёз для любимой медсестры большую коробку очень вкусных конфет. Я хотела сама их подарить.

— Знаю я, как ты отдашь. Она их просто не примет из твоих рук, — прошептал он, когда мы сидели на скамейке в коридоре и поглядывали в сторону сестринского поста. — Я сам. Смотри и учись.

Даня направился к Людмиле Александровне, так её звали. Наклонился, облокачиваясь на стойку, как это обычно приходилось делать с его ростом, и начал ей что-то говорить. Сначала Людмила никак не реагировала. Вообще никак. Сжала губы и смотрела подозрительно через линзы очков. А потом Даня подозвал меня к себе. Вот ведь! А говорил, что сам справится.

— Вот, это моя Варя вам просила передать. Сказала, что вы её любимая медсестра, — с улыбкой произнес этот жук и протянул коробку Людмиле.

Она посмотрела на нее, на него, на меня. Выражение лица «Как же вы меня все бесите» не дрогнуло. Я стояла красная и готова была сбежать.

— И ты ей поверил? — спросила она.

— Конечно. Варя очень добрая и хорошая. Хочет, чтобы и у вас настроение улучшилось и никто не бесил больше. А то таблетки забывают пить, вопросы тупые задают круглыми сутками, рекомендации не выполняют, дергают со всех сторон. Будет на что отвлечься, — закончил Даня и я кивнула раз десять, полностью с ним соглашаясь.

Улыбки мы не дождались. Но конфеты Людмила Александровна приняла, и даже сжатая челюсть расслабилась.

— Чай попьём с девчонками. Спасибо. А ты, Калинкина, не приезжай больше сюда. Молодая, рано тебе в таких местах торчать. Бережнее к себе относись.

— Спасибо, — быстро улыбнулась я и потащила Даню, который отсыпал ей какие-то комплименты, обратно к палате.

В общагу в ближайшие пару дней я не попала. Из больницы мы прямиком поехали к Князеву. За эти две недели на расстоянии мы так сблизились. Он меня сильно поддерживал. А я его. И он смог отобраться на соревнования, в которых сможет постараться стать Мастером спорта. И я верила, что ему это удастся!

— Только спать будем на одной кровати, — выдал Даня условие, когда мы с моими котомками ехали к нему. — Я свихнусь, если ты ещё хоть день будешь на расстоянии от меня.

Я быстро взглянула на него.

— Договорились. Только можно я, как приедем, в душ схожу? Кажется, по этому я скучала больше всего на свете.

— Чего? А по мне, значит, не так скучала? — возмутился Князев, глядя на дорогу. — Вот как.

— Ну нет. По тебе я соскучилась сильнее, — миролюбиво заключила я, ведь это было правдой.

— Ладно, принято. У меня сегодня на удивление хорошее настроение. А что ещё хочешь?

— Если честно, хочу, наверное, фастфуд. Бургер какой-нибудь. Или пиццу. Или роллы. А может, пасту? Ох, не знаю, столько всего хочется..

— Ни слова больше! — прогремел Даня, отчего я чуть не подпрыгнула. — Будет сделано!

На что я расхохоталась.

До его квартиры домчались быстро. Хорошо, что меня выписали до обеда — проскочили без пробок и впереди был ещё целый день. На улице заметно похолодало, а неделю назад выпал снег. А ведь ещё только начало октября. Вот и сегодня морозный воздух резво проник под воротник, а ветер услужливо швырнул охапку снежинок в лицо. Но я так скучала по свежему воздуху и прогулкам, что не удержалась.

— Дань, постоим чуть-чуть? Подышать хочу, — сказала я, когда мы возле его подъезда остановились.

— Конечно, — сказал он и быстрым движением затянул завязки капюшона так, чтобы ветер больше не трогал мою шею.

— Спасибо, — ответила, ощущая себя счастливой.

— Ох, Варька, не смотри на меня так, а то прямо здесь к тебе начну приставать.

— Ла-а-дно.

Я прикрыла глаза и наслаждалась. Снежинки путались в волосах, ветер продолжал их активно разбрасывать в хаотичном порядке. Дышала медленно, максимально глубоко, смакуя каждый вдох и выдох. Всё-таки я привыкла всегда дышать полноценно, а в больнице с этим не так просто. Лишний раз окно не откроешь, чтоб проветрить. И на улицу я толком не выходила.

— Ну нет, Варя, ты меня точно с ума сведёшь, — услышала голос Дани совсем рядом.

Он обнял меня, сцепив руки за моей спиной, наклонился, и теперь кончики наших носов соприкоснулись. Это было так нежно, странно и волнительно. Я ухватилась за его предплечья.

— У меня от тебя напрочь крышу срывает, — сказал тихо, губами почти касаясь моих. — Но пока ещё удаётся держать себя в руках. Почти всегда.

Теплые губы обожгли мои, почему-то прохладные. Глаза прикрылись сами собой и мне казалось, что меня уносит в изумительный хоровод маленьких снежинок. Вот только они прохладные, а я — настоящий огонь — настолько быстро зажглась от поцелуя, который из нежного за пару секунд превратился в требовательный, настойчивый, жаркий и безумно головокружительный!

77

Я даже не поняла, как мы оказались в квартире. Как стянули куртки. И как Даня сбежал в ванную комнату. Эм. Что? Просто прервал поцелуй и ушёл. Я так и стояла посреди коридора, хлопая глазами и глядя на закрытую дверь. Хм. Сняла обувь и тихонько постучала.

— Заходи, — услышала, но почему-то постеснялась.

Дверь открылась и я выдохнула. Князев умылся, судя по влажным прядям, и теперь споласкивал ванну. Офигеть.

— Ну что ты так смотришь?

— Да я просто подумала… Не то что-то…

— Не то, да про меня? Ай-ай-ай. Варя, я начинаю бояться твоих фантазий, — засмеялся он. — Ничто так не успокаивает, как какая-нибудь работа по дому. Сейчас примешь ванную, поедим, потом все остальное. Мне тоже в душ надо будет — всю ночь добирался, пришлось с пересадкой лететь, иначе не успел бы тебя забрать. Но я пойду позже.

— Ну ладно. Ты меня просто смутил и я не знала, что думать.

Даня присел на край ванны и притянул меня к себе. Теперь наши глаза были на одном уровне. Почти. Он обнял, мягко погладил по спине.

— Ты же не хочешь торопить события?

Я кивнула.

— Не хочу.

— Получается, придётся целовать тебя дозированно и строго по расписанию. А это значит, следующая процедура наступит… Сейчас.

Новая волна трепета и восторга захлестнула с ног до головы. И как он только это делает? Или дело в наших чувствах? Не знаю, но это что-то нереальное. Его губы сладкие, руки горячие, блуждающие по моей спине, ноги, между которых оказались мои бёдра… Что он там говорил про не торопиться?

— Всё, Варя, быстро в ванну, иначе я не отстану, — проговорил Даня севшим голосом, отстраняясь. — И пойду вместе с тобой.

— Чего? Я пока к такому не готова.

— Да я пошутил, — успокоил Даня. — Но если не поторопишься…

— Уже мчу!

Я взяла бельё и вернулась обратно. Даня оставил для меня полотенце, а еще свои футболку и штаны, потому что в вещи после больницы лезть не хотелось. И ушёл с крайне загадочным видом. Вода уже набиралась и я предвкушала полное расслабление. Кажется, врач ничего не говорил про приём ванн. Но не буду рисковать — десяти-пятнадцати минут будет вполне достаточно. И воду сделаю не слишком горячей.

В ванной я пробыла дольше запланированного, но никто не покушался на моё личное пространство. Когда я вылезла и причесала волосы, поняла, что решительно настроена съесть всё съедобное в этом доме. Вода смыла остатки стационара, забрала усталость и зарядила бодростью. Хотелось жить и двигаться!

Накинула футболку, которая аккуратно сползала с плеча, и если оставить волосы распущенными, будет выглядеть вполне мило. Вот только она мне было почти по колено, а штаны… Я в них утонула и еле выплыла! Такие они были длинные и широкие в поясе. Так и не скажешь, что у Князева такой обхват бедер. Но он полон сюрпризов и, кажется, мне ещё предстоит их открывать и открывать.

В общем, от идеи со штанами я отказалась и вышла в футболке, больше похожей на свободное светлое платье.

Даню нашла в прихожей. Он сидел на диване и раскладывал по тарелочкам тарталетки с чем-то мега аппетитным. Там уже стояли ролы, бутерброды, пицца…

— Вот это да, — произнесла я, присаживаясь к парню. — Неужели есть такая быстрая служба доставки?

— Есть, — ухмыльнулся Даня. — Если заказываешь все заранее.

— Ой, ты ещё и свечки зажёг… И пахнет чем-то так вкусно, не только едой. Даня, да ты коварный соблазнитель! — не на шутку разволновалась я.

— Я думал, ты скажешь романтик, — хмыкнул он и, наконец, посмотрел на меня. А точнее, на мои ноги. — Ох, Варя. А ты, оказывается, совсем бесстрашная.

— Я? — возмутилась, краснея, ощущая себя даже провокаторшей. — Я в твои штаны могу с головой залезть и обернуть их вокруг себя. Кто виноват, что у тебя размеры там гигантские? — повысила голос.

Заметила, что Даня силится сдержать улыбку. И старается не смотреть на мои ноги.

— Да что? — не поняла я, и принялась рассматривать ноги. Знаю же, что они максимально гладкие, ещё в ванной проверила это на десять раз. — Князев!

— Да нет, ничего. Ты такая проницательная. Там у меня тоже всё в порядке с размерами, это так, — ответил Даня и спрятав рот ладонью, наблюдал за моей реакцией.

— Где там? Ааа… ты про там… — и теперь моя очередь пришла прятать лицо в ладони. — Князев, ты пошляк, а не романтик. Давай уже поедим! Я с утра ничего не ела, как и ты.

78

Данька захохотал, но потом, как ни в чём ни бывало, добавил:

— Я, вообще-то, про ноги говорил. Хорошие у них пропорции, прямо как должно быть. И я этому рад.

— Да-да, — ответила я, присаживаясь ближе. — И я про них. Давай больше не будем отвлекаться от самого важного, — в предвкушении обеда уже, разве что, слюнки не текли.

— Ещё секунду, — показал указательный палец и скрылся в коридоре.

Вернулся со стаканами и прозрачной бутылкой сока.

— Помню, ты алкоголь не пьешь, а мне между соревнованиями крайне нежелательно. Так что — сок.

— Отлично. Не чувствуешь себя как на школьном утреннике? — хихикнула, но этот вопрос меня правда тревожил.

Даня склонил голову вбок.

— К счастью, зрелость, мудрость и просто то, хороший ли ты человек — измеряется не наличием чего-то алкогольного на столе. Рядом с тобой мне классно. Да, в чём-то ты бываешь чуточку наивна, но это здорово, мне очень нравится. А в чём-то ты большая молодец, Варь. Я не воспринимаю тебя какой-то малолеткой, если ты об этом.

Я выдохнула.

— Это очень хорошо. Спасибо, что сказал.

— Налетай, — улыбнулся Князев, подвигая мне столовые приборы.

В полной тишине есть оказалось не так-то просто. В голову лезли всякие мысли, хотелось болтать, спрашивать, рассказывать но, ммм, есть я хотела сильнее. В какой-то момент Даня ткнул на пульт.

— Иначе твои ножки сведут меня с ума, — признался он, отводя от них взгляд на телевизор.

Включился какой-то знакомый, старый американский фильм, но названия я не вспомнила. С ним получилось спокойно перекусить и даже вникнуть в суть сюжета. В итоге, когда я отставила стакан, Даня придвинул меня к себе и обнял за талию. Я положила голову ему на плечо и мы продолжили просмотр фильма. Было невероятно спокойно, уютно, хорошо. Так хорошо, что в сердце распускались цветы.

Мы оба неожиданно отключились. Точнее, сначала я заметила, что Даня уже клюёт носом, всё-таки ночь почти бессонная, а потом и я начала зевать. Он завернул нас в плед, и мы легли там же, только звук убавили. И в этот раз я уже ни о чем не беспокоилась и просто позволила себе провалиться в сон, наслаждаясь тёплыми объятиями.

* * *

Я проснулась от того, что за спиной стало пусто и прохладно. Потянулась, осмотрелась. За окном уже начинало смеркаться, телевизор был выключен, на столе прибрано. Вот это да. Для меня это было не очень привычно — папа вечно оставлял тарелки где попало. А тут такой порядок. Хотя, возможно, это он для создания хорошего впечатления сделал. Да все равно, конечно. Просто как-то всё идеально так.

И тут же, как будто услышав мои мысли, под ноги попала квадратная большая корзина, в которой небрежно валялись книги, тетради, ручки и ещё всякие мелочи. Уф.

Даня нашёлся на кухне. Сидел за столом, с ноутбуком. Обложился бумажками, что-то записывал.

— Решил поработать, пока ты спишь. Накопилось кое-что, надо бы поскорее решить.

— Конечно. Может, тебе чай налить, — осмелилась я.

Всё-таки чужая кухня, да и неизвестно, нужна ли ему полнейшая тишина, или я могу пошуметь.

— Было бы здорово. Можешь чувствовать себя как дома. С кухней я не сильно дружу, ты это увидишь, как только заглянешь куда-нибудь. Или помочь?

— Да найду, не беспокойся, — махнула рукой и принялась бегать у кухонного гарнитура. — Всё, не отвлекаю больше.

Нормально у него всё в шкафчиках было. Ну, может, что-то и не на своих местах, но вполне хорошо. Нашла и чай для заваривания, несколько видов. И кофе. Чувствовала себя необычно. Вроде бы чужая территория, но тут хотелось находиться. Приятно было заваривать чай, наблюдать за тем, как Даниил сосредоточенно вглядывается в цифры на экране ноутбука и что-то печатает. Иногда ловила его задумчивые взгляды на мне.

Чай заваривался, распространяя по квартире яркий аромат. Я уже достала кружки из верхнего ящичка, когда Даня оказался рядом. Остановился позади и мягко положил ладони мне на живот. По телу мгновенно разлилось будоражащее тепло.

— Я просто не могу не смотреть на тебя, — проговорил он, целуя в обнаженное плечо. — Такое чувство, что именно тебя тут не хватало, чтоб квартира стала более живой и теплой. Никогда не обращал внимания на такие моменты, — сказал он так серьезно и сразу будто спохватился. — Забей. Я сегодня сентиментальный какой-то.

Я как-то растерялась от таких слов.

— Ну, у тебя комфортно. Приходишь и словно «как дома». Приятно находиться тут. Думаю, это потому, что здесь ты. Мне кажется, с тобой в любом месте будет лучше, — призналась я.

79

Выходные пролетели стремительно, насыщенно, страстно, нежно, великолепно. Я могла бы подобрать ещё множество слов для описания, но они будут ни к чему. С Даней реально везде классно и во всем. Даже не верится, что так бывает. И это лучшие выходные в моей жизни. Хотя, когда я сказала ему об этом, он с довольным видом сообщил, что дальше будет только лучше.

В пятницу он остаток вечера был занят работой, которую мы разбавляли поцелуями. И я успела поработать. У знакомой Данила свой магазин бижутерии и требовалась помощница по ведению группы в нескольких соц сетях. Я не отказалась от такой подработки и уже неделю помогала ей, подгружала карточки товаров, описания, отвечала на вопросы покупателей. Небольшой, но всё равно бонус. И надо будет искать работу не на улице, чтобы не загреметь ещё раз в больницу, с тем же диагнозом или с чем-нибудь новеньким.

Потом гуляли до закрытия в торговом центре, там на первом этаже проходила интересная ярмарка; сходили на последний сеанс в кино, на комедию. Вернулись домой очень поздно и вскоре уснули. Даня даже почти не шутил свои шутки с жирными намёками. Зато обнимал так крепко и нежно, что можно было с уверенностью сказать — в таких руках ничего не страшно. И это окрыляло.

В субботу спали до обеда и это был кайф! За две недели в больнице я так и не привыкла просыпаться в седьмом часу каждый день, даже если мне не надо было на процедуры. Ночами спала там плохо из-за посторонних звуков, храпов соседки, скрипа кроватей и шарканья тапочек из коридора. Как хорошо, что я уже не там и можно забыть об этом.

Потом мы вместе готовили обед из морепродуктов, которые купили ночью в круглосуточном гипермаркете. Даня сказал, что я его гостья и не должна переживать по поводу денег, когда я пыталась возместить хотя бы часть расходов.

Мы опять бесились, смеялись, много-много целовались и обнимались. Если и есть рай — то теперь я узнала, какой он. Чувствовала себя прекрасно, как никогда.

А вечером субботы съездили к другу детства Дани — Андрею. Он жил с женой Аней и очаровательным сыном Тошей, которому недавно исполнилось два года и который, видимо, разглядел во мне няню. Показал мне свои игрушки, рассказал, что знал, а я, в свою очередь, поиграла с ним в ладушки, сороку и ещё в несколько игр, которые помнила. Весь вечер он был рядом со мной, и даже не хотел уходить спать, когда пришло время.

Я очень стеснялась к ним идти, это ведь не мои знакомые, новые люди, но в итоге рада, что согласилась. Очень приятные ребята. И Даню увидела с другой стороны. Как он общается с лучшим другом, как шутит, как расслабленно ведёт себя. И как легко обнимает меня, целует, с какой гордостью говорит обо мне, шутит только на общие темы, не смущая прилюдно.

— Я давно с Андреем, ещё со старших классов школы. И знаешь, Даня к нам ещё ни разу никого не приводил знакомиться. А когда где-то месяца три назад Андрей спросил у него про девушку, Данил сообщил, что уже встретил ту самую, но она пока об этом не знает. Так что, Варя, вы давно знакомы?

— Да я и не помню. Наверное, больше полугода точно. Но общаться полноценно начали только три недели назад.

Я бы очень хотела, чтоб её слова оказались правдой. И по моим ощущениям — это уже было так. Не могла же я обмануться?

И всё же, в эти выходные у нас ничего не было. То есть, нет, не так. Мы почти не спали ночью, досыпая утром или днём, потому что не могли оторваться друг от друга. Но до «главного» не доходили. Вроде бы я уже доверяла Данилу, он мне безумно нравился (не только нравился, но то слово я боялась произнести даже у себя в мыслях), меня к нему дико тянуло и я была готова, но в голове что-то щелкало и всё. Конечно, мне периодически казалось, что я тороплю события. Одна часть меня была за «до свадьбы ни-ни», а вторая — которая вечно влипает во всякие истории, кричала «Чего ты ждёшь?!» Но я не могла понять, что именно так отвлекает, мешает. Какая-то царапающая мысль. Но он и не настаивал, и вообще вёл себя в рамках дозволенного. Иногда, конечно, проверяя границы, но не слишком наглея.

В воскресенье вечером я вернулась в общежитие. Купили с девчонками торт, отпраздновали выписку, так сказать. Когда закончили, стала переписывать конспекты. Дело муторное, но нужное. Несколько преподавателей сказали, что не допустят к экзаменам без конспектов в тетради. Так что сидела в коридоре нашей секции, чтоб не мешать девчонкам спать — они сегодня рано улеглись, и переписывала записи. Вдруг увидела, что поступило сообщение в мессенджере. О, Татьяна. Папа так больше ничего не говорил о них, хотя о моём самочувствии интересовался регулярно.

«Варя, привет. Прости за тот скандал, на глазах у твоего молодого человека. Это было некорректно, бестактно. Я зря это устроила. Нельзя было втягивать тебя в наши с Васей разборки. Я знаю, что ты хорошая девочка, и зря я тебя ругала. Конечно, ты могла не покрывать отца но, уверена, делала ты это из лучших побуждений.

Я многое обдумала. Это было непростое решение, но я вернулась к твоему папе. Если будет желание, приезжай, пообщаемся.»

Вот так новость. Надо же. Я допускала такую мысль, но все равно удивлена, что она вернулась. Пусть у них всё получится. А я пока наверстаю упущенное по учёбе, не до поездок домой. Ещё не хватало не закрыть сессию и вылететь с бюджета. Непозволительная для меня роскошь. Да и не очень хотела видеться пока с Татьяной. Нужно, чтобы прошло время.

80

Дни шли своим чередом. Лена ничего не предпринимала, Глеб с Натой обедали в кафе, что открылось рядом, реже со мной. Подготовка к Осеннему балу, про который я успешно забыла, и который должен был пройти в следующую пятницу, кипела. Все готовились, как могли. Кроме меня. Пока я была на больничном, на моё место нашли другую девушку. А меня попросили помочь с украшением помещений, когда придёт время, и приходить на репетиции.

А вот с Даней получалось видеться, в основном, только в обеденный перерыв. Время окончания занятий часто не совпадало, а ещё ему надо было завершить важный проект до того, как он уедет на главные соревнования. Я очень скучала. И в первый же учебный день заметила странность. В универе он вёл себя со мной иначе. Был мил, добр, шутил, но держал дистанцию. Я сперва думала, что это он ради моей репутации старается, чтобы не допустить лишних разговоров, возможного давления. Может быть, это все из-за ставок и моего заявления про отсутствие отношений до Нового года. И всё равно было чувство, что что-то здесь не так. Часто стали прокручиваться слова Лены о том, что я ещё буду жалеть, и в универе пойму, почему. Но пока я так и не поняла. Зато Лена, когда встречалась мне где-нибудь, улыбалась с таким видом, словно ей стали известны все секреты Вселенной. Раздражала.

В среду день не задался. Я чуть не опоздала на первую пару, прямо к нашей замечательной экологичке, потому что по пути в универ, на моём ботинке, сломался замок и пришлось срочно возвращаться. Она потом всё занятие распинала меня, и таких как я, за отсутствие пунктуальности, дисциплины и уважения к другим людям. И при этом, какая она молодец, что разрешила, несмотря на мою огромную оплошность (которой не было!) присутствовать на её занятии.

На второй паре все прошло спокойно и я подуспокоилась. Но когда пришла на обед с девочками из комнаты и уже почти заняла место рядом с Риткой, случилось г… дурное. Два высоких парня решили подурачиться и шутливо боролись прямо посреди столовой. И именно в тот момент они оказались рядом с нашим столом, и один из них просто сшиб меня.

— Варюш, бедная, вставай, — бросилась ко мне Ксю.

Я даже не поняла, как так случилось, что я уже на полу. Больно приземлилась на пятую точку, ударила локоть об пол, но и это ещё не всё. Часть содержимого с тарелки — а сегодня я, наконец, застала макароны, да ещё и с томатной подливой, оказалась на моей кофте. Я чувствовала, как болел локоть, как дрожали губы, но держалась. Подлетели парни, принялись извиняться, один из них без моего разрешения подхватил меня под больную руку и «помог» встать. Все глазели, кто-то снимал это на телефон. Лена, стоящая в этот момент в очереди за едой, с ликующим видом хлопала. Просто полный абзац.

— Варь, ты как? Пойдем в уборную, пока совсем не впиталось. Или давай я тебе футболку дам? Для физ-ры взяла новую, но в кофте побегаю, — предложила Рита.

— Она с собой? — спросила я, не двигаясь.

Под ногами валялся поднос в луже из чая и еды. Я стояла рядом со столом с каменным лицом. Силилась не разреветься.

— Да, — ответила подруга и достала из сумки небольшой, аккуратно свёрнутый пакет.

— Спасибо, не ходите со мной. Я справлюсь, — улыбнулась девчонкам.

— Точно? — взволнованно спросила Лиза, уже успевшая обругать нерадивых борцов очень громко и доходчиво.

— Да. Мне лучше одной, иначе… — и я показала руками, словно вытираю слёзы.

Это подействовало и девочки остались на месте.

— Приходи потом.

Но я не пришла. Доковыляла до уборной, ощущая боль еще и с обратной стороны колена, и там задержалась. Вот что за день такой, а? Какие такие мысли и действия привели меня в ту точку, в которой я сейчас нахожусь? Алё, где я накосячила?! Но ответа не смогла найти.

Быстро переоделась в кабинке и остановилась у раковины, чтобы умыться. Мимо ходили девчонки, на меня особого внимания не обращали. Там же я присела на подоконник, чтобы закатать джинсы и проверить, что с ногой. Но как только начала, увидела, что рядом кто-то присел. О, Лена. А ведь я даже не успела соскучиться.

— Какое падение. Не знаю, как тебе это удаётся, но ты умеешь привлечь внимание. Особенно любителей тех, кого нужно утешить.

Я села прямо и повернулась к ней. Ногу посмотрю позже.

— Пришла утешать? Реквизит выдать? — спросила я, скрестив на груди руки.

— О, нет, это не по моей части, — отмахнулась она и заулыбалась. — Даньке нравятся такие, но вот на обществе он своих отношений не демонстрирует. Так что он тебя ещё долго будет прятать, если не наиграется в благородность раньше. Догадываешься, почему?

Я ничего не ответила. Всё равно ведь она не упустит шанса сказать гадость. Зато поняла, что за мысль меня царапала, не давала покоя. А я ведь особо не думала об этом. Но, как оказалось, ещё как думала, просто не осознавала.

— А потому, милая, что ты убогая деревенщина. В тебе нет абсолютно ничего. Ты никто. Но с тобой легко можно играть в волшебника. Только знай, все сказки, рано или поздно, заканчиваются. А принцы становятся чужими мужьями.

— Да у тебя мужики головного мозга, Лен. Полечись, навязчивые мысли и состояния — не норма, — поморщилась я.

— Засекаю время, Варя. Уже в предвкушении. Падать будет больно. Но я предупреждала.

— Ага, спасибо. А теперь отвали, дай побыть в печали.

Лене мой ответ не слишком понравился. Предвкушающая улыбка провисла, сдулась. Девушка молча свалила. Наконец-то. Ерунду она несёт. Или нет? Тогда в чём ещё может быть причина такого поведения Дани? На ум ничего не приходило. Значит, надо спросить у него.

Слова Лены тяжестью осели в желудке и голове и напоминали о себе при каждом шаге. Хотелось завыть от подстав этого дня. А ведь ещё только обед… Надеюсь, остаток дня пройдет лучше.

Проходила мимо спортзала и увидела Даню. Он сегодня ездил в другой корпус по просьбе какого-то преподавателя, поэтому пропустил обед. Но вот он уже здесь, в окружении каких-то парней, мужчин. Высокий, красивый, эффектный… Родной, теплый, любимый… Сама не поняла, как расчувствовалась, как ускорила шаг, мечтая оказаться в его целительных объятиях. Ещё чуть-чуть, и этот дурацкий день схлынет, сомнения развеются, всё станет хорошо.

Я быстрым шагом сократила расстояние между нами, предвкушая желаемое. Он меня заметил, чуть улыбнулся. Я потянулась к нему, чтобы обнять, но он сделал вид, что не заметил, извернулся, будто собирался шагнуть в сторону.

— Как дела? — спросил миролюбиво, держась на расстоянии.

Мне будто по голове грохнули, а тяжесть накалилась и чуть не прожгла живот. Вот значит как? То не оторвать от меня, то нарочно избегает… Неужели в его глазах я и правда такая?

— Нормально, — осторожно ответила я и тихонько добавила. — Я скучала.

Даня оглянулся на группку, с которой стоял до того, как я пришла.

— Много пар сегодня?

— Четыре, — сказала, внимательно наблюдая за ним.

Хотела взять за руку, но стоило мне лишь начать протягивать руку, как Даня спрятал свои в карманы. Выглядело как свинство. Я не могла больше смотреть ему в лицо. Слёзы заволокли глаза.

— Мне пора, пока, — быстро сказала я и сбежала.

Надо же, как больно. Не как новость о липовой женитьбе, но очень и очень обидно и горько. Меня просто растоптали и вытерли ноги. Но ведь раньше он меня приобнимал. Шутливо, но всё же… Не понимаю. Или это было лишь одним из способов приручить себе, чтобы потом ставить вот такие эксперименты? Ну что за бред! Эта и подобные мысли пчелиным роем зажужжали в голове, а я продолжала с трудом сдерживать рыдания. Не из-за Князева, а просто потому что день тяжелый. И только.

81

Неделя пролетела в дикой суматохе, и только в субботу удалось увидеться с Даней вне университета. Прямо перед его отъездом на те самые соревнования, к которым он долго готовился. Я так и не смогла задать ему вопрос. В университете было страшно это делать — я боялась что не справлюсь с чувствами, слезами. По телефону не могла. Лучше во время личной встречи. Так правильнее.

Он заехал за мной в общежитие, мимолётно чмокнул, когда отъезжали оттуда. Хотели покататься, погулять и просто провести время вместе. До самолета оставалось часов пять, но в аэропорт надо было приехать раньше. Всё моё боевое настроение развеялось. Намерение выяснить, в чём дело любой ценой, потеряло прежнюю силу. У Дани же такое важное событие впереди. Можно на чуть-чуть отложить разборки, дождаться, когда приедет обратно. Вот тогда уже он точно не сможет отвертеться. И я тоже.

— Когда ты возвращаешься? — спросила я, наблюдая за тем, что мелькает в окнах.

— В пятницу. Прямо с самолёта на бал. Уже не терпится увидеть тебя в платье.

— Эм… — растерялась я, напрочь забыв, что скоро праздник и как бы мне нужен наряд. — Ага.

— Ты уже купила его?

— Пока нет, но скоро, — ответила пришибленно.

У меня же денег не хватит на приличное, а то, на которое хватит…. В таком только слова Лены подтверждать. Как я могла забыть? Ну вот как? Да, забот хватало и хватает, хоть список дел составляй.

— Круто.

Я оглянулась. Машина остановилась среди деревьев, на ровной асфальтированной дороге, которая вела в лес.

— Это что за место? — удивилась я.

— Один из подъездов к парку, — сказал Даня, отстегнул ремень безопасности. — Иди ко мне.

Не успела повернуться, как моё лицо оказалось в его ладонях, а язык нашел мой. Меня захлестнуло такой дикой волной восторга, удовольствия, жажды и страсти, что закружилась голова. Обвила руки вокруг его шеи и придвинулась ближе. Максимально ближе. Затаенная обида стерлась, сомнения померкли. Любимые руки, лицо, губы… Как же сильно я скучала!

Данька отстранился на секунду. Зрачки расширились, взгляд опьянённый, распаленный. Он опустил спинку своего сиденья до предела и одним махом пересадил меня к себе на колени. Лицом к лицу. Внезапно! Ни говоря ни слова, впился поцелуем, вызывая горячие волны. Моя куртка быстро оказалась расстегнутой, впрочем, как и Данина. От жарких поцелуев меня понесло куда-то в космос. Звезды, кометы, метеориты проносились мимо, сверкая, а меня всё закручивало и закручивало в воронку… Жадное, рваное дыхание, жадные же поцелуи. Мой! Весь мой!

Не знаю, сколько прошло времени. Поцелуи в какой-то момент стали слишком откровенными и я тихонько отстранилась, продолжая едва касаться губами. Надо было отдышаться, вернуться на Землю, успокоиться.

— Ты потрясающая, Варь. Я привезу победу для тебя, — всё ещё быстро дыша произнес Даня, ловя мои губы.

— Главное, чтоб она была нужна тебе, — прошептала я. — Я в любом случае за тебя.

— Веришь в меня? — спросил он, и на лице его на мгновение мелькнула уязвимость человека, который очень нуждается в вере.

Я знаю, как это выглядит. И я верила. Всей душой и сердцем.

— Конечно, — искренне заверила я, прижимаясь сильнее.

— Спасибо, — шепотом ответил Даня, обнимая.

Его губы нашли мои. Щемяще нежно, осторожно касались. Успокаивали, наполняли свободой, светом.

— Ты ещё не опаздываешь? — спросила я, вдруг спохватившись.

— Не уверен.

Даня потянулся за телефоном, который оставил на заднем сидении. Взглянул на дисплей, а я пока любовалась им самим.

— Пора ехать, — вздохнул он. — Так и не погуляли с тобой.

— Это лучше, — ответила я, наклоняясь, чтобы снова попасть в плен его губ.

Прощание вышло быстрым — Даня опаздывал.

— Я знаю, что у тебя всё получится, — сказала я напоследок. — Буду ждать победителя на балу, чтобы отдать свое сердце. И не только.

— Не только? — сразу навострил уши Князев. — Это то, о чем я думаю?

— Не знаю. Всё будет зависеть от тебя, — улыбнулась, пряча волнение.

— Понял, принял. Без победы не вернусь, — очень воодушевленно произнес он и выпустил меня из крепких рук. — А ты береги здоровье!

На том и договорились. Быстро попрощались у общаги и он уехал. А я весь вечер прокручивала наши поцелуи и надежду в то, что Лена мне просто наврала. А ещё своё обещание Дане. И я сдержу его. Только бы наш разговор состоялся и всё оказалось совсем не так, как говорила несостоявшаяся невеста.

82

— Варя, а где твоё платье? — удивлённо спросил Кирилл, уже успевший переодеться в костюм-тройку.

Мы только-только закончили со всеми приготовлениями к празднику. Я изрядно запыхалась, волосы растрепались. Да, я буду настоящей красоткой. Ну чем не испытание для проверки Дани? Шучу. Сегодня у меня все под контролем.

— Погоди, Кирилл, ещё не время. Золушка пока работает, — сказала я, убирая тканевые ленты.

— Иди уже, а то не успеешь ничего.

Я удовлетворённо оглядела зал. Кажется, всё готово. Пора и правда бежать, иначе я буду единственным человеком, которого ректор испепелит. Не хотелось бы. Ребята проверяли музыку, микрофоны. На сцене заканчивалась мини-репетиция. Я побежала туда, где меня ждала Лиза — в подсобку.

— Спасибо тебе огромное, что согласилась прийти! — с порога крикнула я, влетая в маленькое помещение.

— Да брось. Лучше скорее садись, будем наводить красоту. Времени в обрез, поэтому шедевр не обещаю. Но пару-тройку черствых мужских сердечек дрогнет.

Я захихикала.

— Да мне уже лишь бы что-то. К такому платью красивому стыдно без укладки и макияжа.

— Согласна. Оно прекрасно.

И мы принялись за работу. Лиза крутила мне волосы, одну прядь за другой, а я орудовала всякими баночками и кисточками, следуя четким инструкциям подруги.

— Огонь получается. Твой Князев тебя в своё логово утащит, отвечаю.

— Лиза, ну какое логово? Не говори об этом, а то я тушь себе на брови намажу, — возмутилась я, на самом деле разволновавшись.

Мельком глянула на платье, висящее на плечиках. Как с картинки. Я совсем отчаялась достать его, когда позвонила мама. А было это вчера. Она пригласила меня в гости и я поехала. Дядя Саша с Ксюшей уехали к бабушке, а мы с мамой остались вдвоем. Перекусили и мама спросила, чего я такая грустная. И я рассказала.

— Ты знаешь, мне кажется, сегодня время исполнения желаний. Моё так точно сбудется. Поехали! — позвала мама и помчалась куда-то.

— Куда? — подскочила я с места и бросилась за мамой.

— За платьем, пока магазины открыты. Всегда мечтала купить тебе платье мечты!

И мы его нашли. Оббежали половину торгового центра и, наконец, я его увидела. Схватила маму, которая ракетой неслась вперёд, за руку и показала на красоту.

— Ооо! Это оно, — восхитилась мама и потащила меня в бутик.

Безумно нежное, розово-персиковое, с расшитым узорами облегающим верхом без рукавов, и пышной юбкой в пол. То, что нужно. Сразу после беглого осмотра потянулась к ценнику, но мама меня остановила.

— Стоп! Пообещай, что не будешь смотреть цену. Это же подарок!

— Ладно, — согласилась я, лишь бы скорее примерить это чудо.

На свой выпускной я не ходила, поэтому этот бал был для меня очень важен. Теперь важен. Я хотела быть красивой. Хотела блистать и притягивать взгляды. Ради себя.

— Варь, ты чего замерла? — вырвала меня из размышлений Лиза. — Подводи вот этим карандашом верхнее веко.

— Да, босс.

Вскоре я была готова. Уложенные крупными волнами волосы, нежный макияж, превращающий меня в куколку, и чудесное платье. Я не могла налюбоваться на своё отражение! Неужели это я? Такая красивая, милая и в то же время эффективная, решительная? Где это всё время пряталось? Ух, да я теперь способна на всё.

Туфли подобрали на танкетке, чтобы ноги не слишком сильно устали. Серьги-пусеты с розовым жемчугом. Маленький клатч, в который как раз влезал телефон. Достала его и проверила онлайн-табло. Рейс задерживался… Только бы Даня успел! Сегодня я точно задам нужный вопрос. И даже если Лена не соврала — в таком виде не будет страшно отправить его вместе с невестой в одно место. И всё же я верила, что есть другая объективная причина такого его поведения.

Потом мы вместе собирали Лизу, только поменялись ролями. Она красилась, я занималась укладкой её волос. С ней получилось справиться быстрее — накануне она сменила имидж и теперь вместо длинных прямых волос было почти каре.

Наконец, мы были готовы. Выглянула осторожно подглядеть, как обстоят дела в зале. И чуть не обомлела. Там было столько людей! Наши ребята в шикарных платьях и костюмах, гости университета, чьи-то родители, друзья, а также весь преподавательский состав. Скоро всё начнется. Где же Даня?

Проверила сайт — приземлился! Очень круто! Он пока не рассказал, получилось ли получить звание. Договорились, что скажет лично.

— Ты выступать будешь? — спросила Лиза.

— Да там несколько слов сказать вместе с ребятами из студ совета. Ничего особенного. А ты?

На ней было бледно-голубое платье с атласной юбкой, оставшееся, как она сказала, ещё с выпускного.

— А я вот, — сказала Лиза и указала на гитару. — Буду песню петь под гитару. Концерт местных звёзд.

— О! Мы столько живём вместе, и ты молчала? — очень удивилась я.

— Да я как-то не думала об этом, — пожала она плечом. — Ничего такого. Ну что, пойдем?

Набрав полную грудь воздуха, кивнула.

— Пойдем.

83

Праздник начался. Зрители сидели у стен, а в центре светлого, просторного зала стояли мы — студенты. Девушки с одной стороны, парни с другой. От волнения у меня коленки подрагивали. Даня ещё не приехал. Написал только сообщение, что уже в аэропорту, ждёт багаж. Как получит, сразу поедет сюда. Скорее бы.

Грянула музыка. Пары получались в случайном порядке. Девушек было больше, поэтому одна часть танцевала чуть поодаль, как бы фоном, без пары. Синхронно, слаженно, очень красиво. Кружащиеся парочки и те девочки — уверена, мы смотрелись эффектно! Заметила ректора и поняла что да, мы всё делаем правильно. Он улыбался до ушей и чуть ли не промокал глаза. Отлично!

В какой-то момент меня подхватил Кирилл. Положил одну руку на спину, во вторую я вложила свою.

— Варь, выглядишь крышесносно! — восхитился он. — Рад, что смог тебя поймать.

— Спасибо! И ты выглядишь отлично! — улыбнулась в ответ.

— Что там с парнем? Я поставил на то, что ты не продержишься до зимы.

— Ну, значит однажды ты либо выиграешь, либо проиграешь. Больше ничего не могу сказать.

Он хмыкнул.

— Дождусь как-нибудь. Может, после праздника рванем в клуб?

— У меня другие планы на этот вечер, — вежливо отказалась я.

Планы другие, но пока неизвестно какие. И это пугало. Очень не люблю подвешенное состояние, когда завишу от кого-то. У этого вечера всего два исхода, и я надеюсь на положительный. А если нет… Будет больно. Но что поделать. Я справлюсь. Справлюсь же?

После Зверева танцевала ещё с кем-то, а после попал мне в пару тот парень, который меня уронил в столовой.

— Привет! Рад, что увидел тебя. Извини, что так получилось в столовой. Я не нарочно, — выпалил он, осторожно обнимая. — Сильно ушиблась?

— Привет, извинения приняты. Да терпимо, но неприятно.

— Лишил тебя обеда. Хочешь, сходим завтра, пообедаем где-нибудь? Знаю в центре пару годных мест.

Ого. Да у меня сегодня вечер предложений. Это было приятно, и я улыбнулась.

— Спасибо за предложение, но нет. Другие планы.

— Жаль. Но, если передумаешь, я буду рад. Думаю я мы ещё не раз пересечемся.

— Ой, надеюсь, не как в прошлый раз, — поморщилась я, вспоминая боль в локте.

— Точно не так. Если и будешь падать, то ко мне в руки.

Я уже запыхалась от танцев, а теперь, кажется, ещё и раскраснелась.

— Смело.

Наконец, музыка стихла и я смогла отдышаться. Мы остановились там же, где танцевали, а ректор начал рассказывать об идеи создания этого мероприятия, и о программе праздника.

— Варя, ты красотка! — протиснулась ко мне Ната, крепко обняла. — Я чувствую себя страшненькой подружкой.

— Ну конечно, — засмеялась я. — За комплимент спасибо. И ты, как всегда, выглядишь круто!

— Спасибо! Неужели это закончилось. Я еле на ногах стою, — пожаловалась Ната, взяв меня под локоть. — Сейчас бы поспать.

Подруга выглядела шикарно. Стильное, полностью гладкое платье из плотной ткани цвета марсала. Подарок Глеба, от которого ей не удалось отвертеться. Ната была после очередной ночной смены. Пока я лежала в больнице, ей удалось попасть в крутой ресторан при отеле в качестве хостес. Правда, приходилось часто помогать официантам. В общагу она возвращалась только в четвертом часу ночи, благо, с комендантом общежития удалось договориться.

— Так может пойдешь? Думаю, мы уже выполнили то, что от нас требовали.

— Останусь пока, а там посмотрим. Интересно же, что будет, какие таланты тут есть. А ещё я буду петь, уже скоро.

— Ты будешь петь? У меня уже заранее мурашки! Уверена, ты выступишь классно.

— Надеюсь! Ужасно волнуюсь. Глеб будет смотреть…

— Мне кажется, даже если ты на сцене будешь просто пищать, твой Глеб всё равно будет громче всех тебе хлопать.

Наташа засмеялась.

— Не знаю. Постараюсь не облажаться.

Все плавно переместились в актовый зал и расселись по местам. Часть ребят остались в холе, подготавливать всё к дискотеке, что начнется после основной программы. Я достала телефон, чтобы проверить, не писал ли Даня.

«Варечка, тут жесть на дороге, но я в пути. Пробки десять баллов. Спешу, как могу. Уже не терпится тебя увидеть!:*»

Я ответила:

«Жду тебя!:*»

Я заняла место рядом с Наташей и Глебом. Первыми на сцену вышли четыре девчонки с первого или второго курса. В черных леггинсах и белых свободных футболках, они зажигательно станцевали под популярную песню и задали настроение второй части праздника.

Второй выступала Наташа. Она выплыла на сцену и запела известную песню популярной русской исполнительницы. Очень сильно. Мощно. Голос, как и её образ, пробирал до мурашек, до быстрого сердцебиения. Обалдеть! Глеб, кажется, потерялся. Он безотрывно смотрел на Нату влюблёнными глазами. Телефон в его руке трезвонил, но он даже не обращал внимания. Надо же. Нате аплодировали и кричали, свистели даже. Я сидела под впечатлением и чуть не плакала. Не поняла только, какого фига она забыла в нашем универе?! Её место там, где поют.

Когда она вернулась, мы обнимали её. Сперва я, потом её быстро отобрал Глеб. Что-то говорил ей восхищённо. Но вот началось новое выступление и мы успокоились. Глеб начал постоянно отвлекаться на телефон, а потом и вовсе ушёл, предупредив Нату: «Надо мозги кое-кому на место поставить. Скоро вернусь». А через пару минут и Наташа куда-то пошла.

— Пойду, подышу, — сказала она напоследок.

Я сперва думала остаться, но решила в последний момент, что тоже хочу пройтись. Вышла, но Нату не обнаружила. Холл менялся на глазах, но я оттуда быстро ушла, предположив, что Наташа отправилась в уборную. Но и там её не оказалось, на телефон она не отвечала. А потом вспомнила, что есть у нас вторая уборная, старая, всего на две кабинки, но туда почти никто не ходит. Лизка там курила как-то. Может, Ната там?

Я пошла туда. Оставалось немного, когда на меня налетела Лена, выбежав из-за угла. Взволнованная, взбудораженная. Даже выглядела серьезно.

— Варя! Как хорошо, что ты здесь! Драться умеешь?

— Чего? У тебя там бойцовский клуб, чтоли?

— Хуже! Давай скорее, там на твою подругу напали, — сказала она и побежала к уборной, в которую я и шла.

Лена — последний человек, которому я бы хотела верить. Но что, если Ната правда в беде? Придётся рискнуть. Я подобрала подол платья и побежала за Леной.

84

— Полицию нельзя, нас ректор потом закопает. Написала парням, но сеть ужасная. Придётся рискнуть и самим вытаскивать, — отчиталась Лена прежде, чем открыть дверь.

В небольшом помещении с зеркалом и одиноким умывальником, меня поразили сразу две вещи, пока я оглядывалась и оценивала обстановку. Первое — Лена не соврала. Второе — Наташу реально держали три каких-то непонятных, в штанах и кофтах, довольно крепких девушки, одна из которых пыталась разрезать подол платья и что-то болтала о том, что парни типа Глеба не для таких, как Ната. И они почти не обратили на нас внимания, стоя в углу, запугивая Натку. Одна держала сзади, зажала рот и заломила руки, вторая схватила за колени. Третья активно щелкала большими ножницами.

Лена завязала подол блестящего мягкого платья в районе бёдер. Я сделала примерно так же. Раз, два…

Ната, миленькая, держись! Мы тебя не оставим!

Я бросилась к той, что держала ноги Натки.

— Отпусти её, дрянь! — крикнула, и всем весом накинулась ей на спину. — Ааа!

То ли от адреналина, то ли от дикого страха за Наташу, глаза который были наполнены слезами, но повалить на пол эту козу оказалось легко. Хотя, есть вариант, что это мой визг заставил кинуться её туда в поисках спасения. Однако, триумф быстро закончился. Девчонка попыталась вырваться из захвата, но я крепко зажала её шею. Лена сразу оказалась рядом, прижала дамочку к полу коленями и заломила руки.

— Ах вы… — крикнули снизу, но лицо оказалось прижато к полу и слова смазались.

— Я держу, — крикнула Лена. — Варя, осторожно!

Та, что была с ножницами, кинулась ко мне. Черт! Главное, чтоб до лица и шеи не дотянулась!

— Валите отсюда, принцессы, это не ваши разборки, — крепко зажимая ножницы сказала девчонка и двинулась ко мне, видимо, пытаясь припугнуть.

Та, что держала Наташу, выпустила мою подругу, и с силой дернула меня за волосы назад. Ай! Ната лягнула даму с ножницами освободившейся ногой прямо под колено, и в тот же момент моя нога, которой я хотела защититься от ножниц, попала той в челюсть. Мы все оказались на полу, ножницы где-то брякнули об плитку. И понеслось! Я больно грохнулась на спину, но мои волосы сразу отпустили. Оказалось, Натка занялась гадиной. Все выкрикивали ругательства. Среди них промелькивало вот такое:

— Не лезь к Наварову, иначе будет хуже… Тебя найдут… Ты пожалеешь…

Лишившаяся ножниц наступила мне на подол так, что я не могла её больше пнуть и буквально села мне на живот. Замахнулась, и я еле успела закрыться. Ленка схватила её за хвост, дернула со всей дури, что та завалилась в бок. Я смогла выбраться, чтобы теперь уже самой прижать ту к полу и заломить ей руки.

В этот момент дверь распахнулась и в уборную влетело четверо парней в костюмах. Наши! Двоих я не знала, одного видела в столовой точно, последний был Глеб. И на него было страшно смотреть.

— Офигеть! Это лучшее, что я видел сегодня, — присвистнул один.

— Выведите этих овец из здания. Они не из нашего универа, — быстро дыша, сказала Лена. — И кто их только впустил.

«Овцы» заорали, начали брыкаться, но один из парней рассказал им возможные перспективы развития событий, среди которых «молча вышли с нами и свалили в неизвестность» было самым добрым и безопасным. На этот вариант они согласились.

Глеб уже оказался рядом с Натой, отшвырнул, как пушинку, от нее одну из нападавших. Спрятал ото всех и что-то заговорил. Наших с Леной «заложниц» забрали и мы почти одновременно встали.

— Вот таких девушек — бить можно, — сказала Лена парням вслед и обратилась ко мне. — Ты как?

— Согласна, их не можно, а нужно разок отделать как следует, — сказала я, держась за голову. — Я нормально, за Наташу только переживаю, — добавила тихо, косясь на парочку.

— Наваров, за бывшими своими следи, — грозно выдала Лена, развязывая и поправляя платье. — Совсем уже чокнулись. А если бы не в универе напали? Или мы бы не пришли?

— Прослежу, не волнуйся.

— Девочки, спасибо большое, — дрожащим голосом сказала Наташа. — Если бы не вы…

— Ната, ты как? Нужна помощь? Пойдем в общагу?

— Мы ко мне поедем, — сказал Глеб и Наташа кивнула.

— Точно? — переспросила я.

— Да, Варь, не переживай. Я в норме, — попыталась улыбнуться Ната. — Мы пойдем, ладно? Не могу больше тут…

Я быстро обняла её прежде, чем они ушли. Уже в дверях Глеб обернулся:

— Лена, Варя, благодарю. Я этого не забуду.

Мы остались с Леной вдвоём. Девушка уже стояла у зеркала и вовсю прихорашивалась, достав из маленькой сумочки расческу и косметичку.

Я встала рядом, чтобы вымыть руки. Голова саднила, уж больно сильно дёрнули мне волосы. А в остальном чувствовала себя нормально. Достала расческу.

— Спасибо, Лена, что не бросила Наташу.

— Бывшая Наварова — такая стерва. Натка уже не первая, кто попадает под её гнев. Они разошлись ещё в конце того года, но та никому не даёт покоя. Предыдущих девушек она сама изводила, а в Наташе, видимо, увидела реальную угрозу и решила устранить конкурентку. Такая дрянь.

— Чокнутая какая-то.

— На всю голову. Я думала, такие методы остались в прошлом, — покачала головой Лена. — Жесть. Они ведь могли ей волосы выстричь. В лучшем случае.

— Хорошо, что ты тут оказалась, — согласилась я, пытаясь волосы привести в порядок.

— Хах, хотела острых ощущений — получила, — засмеялась девушка. — Я как бы на встречу шла. Парень достал ключи от одного мелкого кабинета, нервишки пощекотать.

И я заметила, что её глаза сияли, а на губах блуждала улыбка. Кажется, кого-то ждёт очень активная ночь.

— Оу, понятно, — смутилась я. — Подожди, а как же Даня?

— А что он? — удивилась Лена и посмотрела на меня в отражении. — Он сделал свой выбор. Да, неприятно, но что теперь. Я тоже к нему любовью не пылаю. Были договоренности у наших родителей, я им следовала. Князев нормальный, с ним и в договорной брак можно. А он решил иначе. И меня это жутко бесило. Но сейчас мне уже всё равно.

— А как же твои угрозы?

— Да какие угрозы? Так, поиздевалась чуть-чуть. Не хотелось уходить совсем без боя.

— Ты меня когда позвала сюда, я подумала, что меня ждёт примерно то же, что случилось с Наташей, — продолжила я, проверяя платье.

Кажется, платье было в относительном порядке. Повезло, что верхний слой юбки — тоненькая сеточка. Она хорошо могла замаскировать незначительные погрешности. И повезло, что она не порвалась. Только в одном месте, где на платье наступили, был след. Его-то я и оттирала потихоньку.

— Ну нет. Одно дело на словах задеть, нервы потрепать. Но чтобы прямо травля… Это уже всё, клиника. Я верю в законы кармы и мне моя карма дороже каких-то разборок. Хотя да, ты меня бесила.

— Хм. Тогда скажи, почему Даня так ведёт себя в универе? — решилась я.

От Лены ответ на этот вопрос получить было не так страшно.

Она задумчиво посмотрела на меня.

— Подожди, борюсь со своей вредностью. Так ты не знаешь про Карловича? — спросила она удивлённо. — Совсем ничего не слышала о нем?

— Чего? Какой ещё Карлович? — озадаченно переспросила я, припоминания, но нет, не слышала.

— А я ведь наугад это бросила, думала, ты знаешь и всё поймёшь. Хм. Неплохо получилось.

— Да говори уже, что за Карлович такой и каким боком он тут? — начала раздражаться я.

На самом деле я чувствовала радость. Потому что с Наташей всё обошлось, а Лена позвала, помогла, не бросила. Потому что мне удалось не убить платье и выглядела я сейчас вполне нормально. Только по поводу Дани волновалась.

— Тренер Данила — Карлович, как человек — редкостный гад. Если хочешь тренироваться у него, а тренер он очень хороший, к нему многие желают попасть, то должен забыть об отношениях. Желательно вообще, но если уж вообще никак, то чтоб в университете не было никаких интриг. И он ооочень пристально за этим следит. Особенно с Даней. Он же выгонял уже Князева, когда тот на одном из первых курсов со Зверевым из-за девчонки дрался и устраивал тут капец. После этого долго не соглашался принять его обратно. И всё же дал шанс. Не знаю, зачем это Дане, но это уже его проблемы. Да и Карлович зря так. Данил очень перспективный, почти всегда в призах, а тренеру по деньгам хорошо перепадает за него. В общем, такие дела.

— Эм. И всё? — выдохнула я ошарашенно.

— Ну да. На такую чушь я тебя и поймала. Извелась вся? — выгнула она бровь.

— Чтоб тебя так ловили, Лена. Конечно, извелась.

Девушка убрала косметику в сумочку, повернулась ко мне.

— Ну кто ж виноват, что у тебя с самооценкой проблемы. Я не могла не попытаться этим воспользоваться.

— Значит, пока Даня у него тренируется, ему нельзя даже просто обнять кого-то?

— Да. Карлович очень принципиальный. Псих. Он может ходить по пятам и высматривать, кто и чем занят. В сентябре он уезжал, все его ребята выдохнули, расслабились. Так что теперь с двойным рвением ищет нарушителей.

Мне почему-то так смешно стало, такая гора с плеч свалилась, что я расхохоталась.

— Ну всё, я побежала. Одного человека спасла, второму глаза открыла, пойду и третьему что-нибудь дам, — засмеялась Лена и выскочила за дверь.

85

Я вышла за ней. Вот так вечерок! Зато теперь у меня на душе так светло стало, так тепло. Скорее бы приехал Даня. Ой, я же телефон уже давно не проверяла. Достала и сразу набрала Даню. Уже пять пропущенных от него и сообщения.

— Варя, ты где? Всё нормально?

— Дань, прости, сейчас всё расскажу! А ты где?

— В холле, тебе искал.

— Уже бегу!

Помчалась к нему. Так хотела увидеть скорее, обнять! А когда увидела его высоченную фигуру в холле, недалеко от входа в актовый зал, едва не завизжала от радости! Людей там было немного, все были чем-то заняты. Кто с колонками возился, кто фоткался, кто просто болтал. А я мчалась вперёд, и лишь заметив недалеко от Дани мужчину, которого видела на прошлой неделе рядом с Князевым, притормозила и пошла спокойно. Дышала правда, как дикая, но это ничего. Я смогу ещё чуточку потерпеть. Но не больше.

Даня увидел меня и быстро зашагал навстречу. Мужчина, что наблюдал за ним, весь вытянулся, насторожился. Кажется, это и есть тот самый Карлович. И ребята там стояли, кажется те же, что часто были рядом с Даней. Ох, главное, чтоб тот ничего не заподозрил. Не хотелось бы проблем для дорогого человека.

Но всё пошло наперекосяк. Расстояние между нами стремительно сократилось, Даня подхватил меня чуть не под попу, поднял и прижал к себе и… у меня даже мысли все исчезли — поцеловал. Напористо, порывисто, глубоко. Ох… Тогда и я ответила на поцелуй, обвила его руками и забыла обо всем на свете. Мой родной, любимый Данечка. Как же я скучала!

— Кгхм. Князев, на пару слов, — послышался рядом мужской, полный скрытого ликования, голос.

Я сразу отпрянула, но Даня не дал мне оказаться на полу. Что же мы наделали! Оглянулась: людей рядом оказалось больше, чем я запомнила. Некоторые стояли с телефонами наготове. Черт. Я должна извиниться, сказать, что сама напала… — но это будет слишком глупо.

— Я занят, — твёрдо сказал Даня, пристально рассматривая меня. — Варь, я так соскучился. Обалдеть просто, какая ты красивая! — обратился ко мне.

— И я соскучилась! Сейчас тако-ое было, ты даже не представляешь! — затараторила я, забыв про мужчину.

Но вот мужчина о нас не забыл.

— Князев, ты совсем страх потерял?

— Не обращай внимания, родная, — улыбнулся Даня и нежно прикоснулся к губам. — Я выиграл. Как и обещал. Теперь звание моё.

— Правда? Это же супер новость! Ты такой молодец, Даня! Я знала, что ты это сделаешь! — обрадовалась я и принялась то обнимать крепко-крепко, то целовать. — Я так рада, Данька!

— Мне надоел этот цирк! — рявкнули совсем близко, а людей подтянулось к нам ещё больше.

Если честно, я вообще не понимала, что происходит, и что задумал Даня, но всецело ему доверяла. Он чуть повернулся к мужчине и выдал:

— Да мне плевать! Я ухожу, всё. Спасибо и до свидания.

— Ах ты… — психанул Карлович, но когда поймал на себе испепеляющий взгляд горы по имени Даня, замолк. — Всё, ты больше не в команде.

— Аллилуйя! — закричал Даня и принялся кружить меня по залу.

Это было круто!

От нас, наконец отстали, все рассеялись. Я вкратце рассказала все события вечера, в том числе и разговор с Леной.

— Да ты моя супергероиня! Я знал, что на тебя можно положиться. Ты очень хороший друг Варя. Твоим подругам повезло. Но мне повезло ещё больше, потому что ты моя девушка. Я горжусь этим.

— Правда? — улыбнулась я.

— Правда. Стоп. Варь, а ты что, не знала про Карловича.

— Ещё один. Конечно я не знала, я же не в спорте. Ничего такого не слышала.

— Прикинь, я всё это время думал, что ты в курсе и понимаешь, почему я стараюсь к тебе не прикасаться. Думал, что знаешь, и не переживал даже. Малышка моя, ты ведь могла просто спросить. Обалдеть. Мне теперь так стыдно.

— Да брось, это же позади теперь. Рада, что все решилось.

А потом мы отправились в актовый зал. Досмотрели выступления. Даня покинул меня на время спектакля, помогал ребятам с декорациями. И я была шокирована тем, что именно они играли. И тем, как люди успели так хорошо подготовиться. И поняла, какую секцию хочу посещать в новом году. Хватит уже прятаться. В городе для всех хватит возможностей.

А играли они «Сон в летнюю ночь». Очень сокращенную версию, как зарисовку, но всё же! Получилось очень круто. Оказалось, это предложил ректор. Хм. Да он у нас полон идей.

После творческий выступлений я и ребята из совета вышли на сцену. Поблагодарили ректора, студентов и гостей за прекрасный повод собраться вместе. А потом кто-то поспешил в холл, кто-то домой. Мы с Даней решили ненадолго остаться и потанцевать. На нас часто оглядывались, но никто не лез. Да, тайна раскрыта, моё сердце сразил Даня и я не продержалась до зимы. Но это не имело никакого значения. Ведь Даня мой. А того, кто принимал ставки, сейчас занимают совсем другие вопросы.

Мы быстро перекусили (в холле стояли столы с закусками, на которые все студенты по чуть-чуть скинулись, чтобы дискотеку всё же включили в сегодняшний праздник) и пошли танцевать. Головокружительно, весело, забавно — мы отрывались, как могли. Рядом были наши девчонки: Ритка, Ксю, Лиза. Друзья Дани тоже мелькали. И Дима, но он почти сразу уехал на встречу с Кристиной. Даже Катю видела. Жаль, Наты не было но, уверена, она сейчас в безопасности.

Танцы становились всё жарче, ближе, горячее. Мы не смогли дождаться окончания и поехали к Дане. Почти всю дорогу пели песни в машине и продолжали танцевать, но как только оказались в лифте, уже не могли оторваться друг от друга.

86

— Ты настоящая принцесса, — сказал Даня, помогая снять пальто. — Я когда тебя в универе увидел сегодня, чуть с ума не ушел — такая ты красивая!

— Спасибо, Дань. Ты тоже очень красивый. И выдающийся, — хихикнула зачем-то.

— Хм. Ну, спасибо. Иди уже ко мне скорее.

Он подхватил меня под спину и под ноги и стал кружить. Мы вместе хохотали, дурачились, целовались. Мне было так хорошо! Счастье переполняло, радость кружила голову. Хотелось любить, жить, смеяться.

— Данька, я тебя люблю, — сказала я совершенно счастливо, когда мы приземлились на кровать.

Его лицо осветилось широченной улыбкой.

— И я тебя люблю, Варя. Как только в первый раз увидел — пропал. Всё ждал, когда ты переедешь, когда сможем пообщаться. Боялся, что пока жду, тебя уже уведёт кто-то.

— Правда? Ты тоже не выходил у меня из головы, несмотря на то, что первая встреча не задалась. Зато после второй я только о тебе и думала.

— Первая встреча — полный провал, моя личная катастрофа! Я как вспомню твои глаза, как ты там бедная вся замёрзла, испугалась… До сих пор стыдно! Мог же имя спросить, так нет, попер как танк.

— Зато будет что рассказать, — засмеялась я, представляя, как это будет интересно звучать.

— Ага. Я и не надеялся, что ты после этого со мной заговоришь.

— Спасибо Кристине. Но я и сама видела, что ты другой. Твоему обаянию невозможно не поддаться, Даня. Мне никто и никогда так не нравился, как ты. И сегодня я хочу пойти дальше в наших отношениях, — сказала негромко и затаила дыхание.

Даня нависал надо мной, удерживаясь на локтях. Большим пальцем гладил мою щеку. Я смотрела в его глаза и понимала, что этому человеку я могу доверять во всём. Вот улыбка медленно исчезла, лицо сделалось серьезным. Глаза вглядывались в мои. Дыхание ускорилось.

— Ты серьезно? — спросил осторожно.

— Да, — ответила, улыбаясь нежно, не пряча волнения.

— Варечка, — он обнял моё лицо ладонями. — Ты самая лучшая на свете. Ты моя нежная девочка.

Я видела, как он волновался. Как подрагивали пальцы, когда он помогал снимать мне платье. И как восхищённо он смотрел на меня. Как только оказалась прижата к нему, руки стали уверенными, но в то же время нежными, осторожными, распаляющими. Мой Даня. Заботливый, чуткий, терпеливый, открытый, направляющий, нежный…

Горячие поцелуи, жаркие прикосновения… Во мне восторгом распускались цветы, нежностью трепетали крыльями бабочки, любовь окрашивала сознание разноцветными фейерверками… Наши миры соединились, отозвались друг другу невероятной, поглощающей, мощной энергией…

Я даже в самых смелых фантазиях не могла предположить, что это будет происходить так. А может всё потому, что мы любим друг друга? Любим полностью, безусловно, не стараясь переделать, изменить и подстроить? Мне рано об этом судить, я пока молода и неопытна. Но, мне кажется, мы с Даней на верном пути. И я безумно счастлива, что наша любовь взаимна.

* * *

Ночью мы сидели в гостиной на диване. Уже после душа, оба сонные, но совершенно счастливые. Пили чай из больших кружек. Мои ноги лежали на коленях Дани.

— Варь, точно всё хорошо? Ты какая-то грустная.

— Точно, Дань. Я просто устала, и под впечатлением и, если честно, стесняюсь немного.

— Стесняешься? Чего?

— Не знаю. Мне нужно привыкнуть, осознать до конца.

— Повторить и закрепить, — продолжил Данька и поиграл бровями.

— Обязательно, но не сегодня.

— Я чуть не забыл! — вдруг спохватился парень и, переложив мои ноги на диван, убежал куда-то.

Вернулся через минуту с чем-то в руках. Я уже поставила опустевшую кружку на столик.

— Прежде, чем назовешь меня сентиментальным, посмотри, — сказал Даня, присаживаясь рядом и протягивая мне что-то.

На ладонь лег кожаный браслет с серебряной пластиной, на которой были первые буквы наших имен. «В+Д», а прямо под ними знак бесконечности. Аккуратный, красивый… На запястье Дани уже красовался такой же.

— Я безумно счастлив, Варя, с тобой. И очень благодарен, что ты смогла мне довериться. Я люблю тебя.

— Это такой важный подарок. Спасибо, Даня. Они чудесные! — расчувствовалась я и не сдержалась, слезы появилась на глазах.

Лицо Даньки сделалось очень довольным.

— Не плачь, Варюш, иначе мы с тобой не уснем. Утешение может занять много времени… — сказал он и подхватил меня на руки. — Наполненного очень приятными моментами, времени.

— Ох, Данька, искуситель, — покачала головой и тут же оказалась в плену его губ. А когда мы потихоньку добрались до спальни, добавила: — Я люблю тебя.

А позже, когда мы засыпали, и я уже почти улетела в свои сны, а рука любимого бережно сжимала мою руку, я услышала, как Даня сказал:

— Теперь я знаю, что значит быть полностью счастливым.

Эпилог

Примерно через полгода

— Достала эта философия. Сколько она ещё будет у нас? — спросила Ната, сморщив нос. — Уже голова кругом от этих курсовых.

— Да нормальный предмет. И препод душка, — пожала я плечами, принимая из рук Дани тарелку с эклером.

— Это потому, что ты у него в любимчиках. А остальным знаешь, как достается? — вздохнула подруга театрально.

— Да ерунда какая, — отмахнулась я.

После новогодних каникул мы с Наташей записались в театральную секцию. Даня меня в этом очень поддержал. Сам он почти не успевал там бывать, но иногда забегал, с чем-то помогал. Гроза, наш любимый философ, тоже туда частенько заглядывал, помогал с постановками, проработкой некоторых моментов. Было очень интересно.

После разборок в уборной, когда Нате порезали платье, Глеб взбесился. Его бывшая девушка, которая, как оказалось, тоже училась в нашем универе, но на четвертом курсе, попала. Она была далеко не из бедной семьи, но даже это её не спасло. После выходных, в понедельник, она пришла на учебу с очень короткими волосами, почти лысой. На что Наваров сказал:

— Я всегда защищаю то, что мне дорого. И кто мне дорог. Наташа моя.

У них тогда всё очень стремительно закрутилось. Как и у нас с Даней. Поначалу я не слишком часто у него оставалась но, как-то почти незаметно, стала всё реже бывать в общежитии. А месяц назад переехала к Дане. Это был просто огромный, гигантский шаг. До сих пор не могу в это до конца поверить. Но жить с ним классно. Очень классно.

Моя дорогая Кристина всё так же встречалась с другом Дани — Димой. У них всё двигалось постепенно, размеренно, и Крис была счастлива. Звонила, делилась впечатлениями. Мы даже несколько раз встречались парами и ходили в кино, погулять. Было здорово.

Я работала удаленно, вела несколько групп в социальных сетях и пока мне этого было достаточно. С мамой и папой старалась поддерживать теплые отношения. Татьяна на самом деле вернулась и, кажется, папа взялся за ум. Надолго ли, не знаю, но это радовало. Мама не пропадала с радаров, я к ней иногда ездила и она даже один раз приезжала к нам между делами, на чашку чая.

А сегодня мы обедали в университетской столовой вчетвером. Тот редкий случай, когда удалось собраться всем разом. Глеб и Даня не слишком общались друг с другом, но ради нас могли спокойно выдержать полчаса.

А ещё Даня меня недавно ошарашил. Мы лежали в кровати, выжатые после учебы, работы, секции и тренировки. И он заговорил про «это».

— Варь, а ты бы хотела замуж? — спросил засыпающим голосом, чтобы, очевидно, усыпить мою бдительность.

— Ну даже не знаю, — ответила так же сонно и тут же спохватилась. — Так. Даня, ты что задумал? Ты так просто ничего не спрашиваешь! Нам с тобой и так прекрасно, к чему ты?

Князев положил мою голову к себе на грудь, погладил по спине.

— Не волнуйся, я просто спросил. Чтобы на будущее знать, с чем придется работать.

— В будущем всё может сто раз поменяться. А сейчас я и так всем абсолютно довольна и счастлива. Ты разве нет?

— Варь, я всем доволен. Всё классно. Не переживай так.

Но меня уже понесло.

— Давай подождем ещё. Это очень ответственный шаг. Мне кажется иногда, я ещё такой ребенок. Ну, какая из меня жена?

Даня сплел наши пальцы и принялся перечислять:

— Прекрасная, хозяйственная, очень красивая, умная, стройная, любимая, вкусно готовящая, любящая…

— Ну, Даня, давай не будем торопиться, — протянула я.

— Хорошо-хорошо, не будем.

Но после того разговора эта тема поднималась снова не так давно. И вот прямо сейчас…

— Ну что, Варюш, пойдём заявление писать? — спросил Даня, внимательно глядя на меня.

— Какое заявление? — напряглась я, перебирая в памяти, не забыла ли что-то.

— Так на регистрацию брака. Чего тянуть?

— Чего? Князев, мы же договорились никуда не спешить! — испугалась я, сама толком не понимая, почему так реагирую.

Ребята затаились и наблюдали за нами, поедая арахис в карамели.

— Мы и не спешим. Потихоньку доедем, в очереди постоим, напишем…

— Даня! Я же говорила, я пока замуж — не собираюсь! Ближайший год — точно!

— Уверена? — пряча в кружке улыбку, спросил он.

Как-то странно он себя ведёт… Подозрительно.

— На все сто! Раньше, чем через год мы с тобой не поженимся! — сказала громко и только заметила, что даже на ногах оказалась, озвучивая протест.

Возможно, в глубине души я этого и хотела, но что он начал-то?!

— Все слышали. Калинкина утверждает, что выйдет замуж за Князева не раньше, чем через год. Я ставлю на то, что это произойдет раньше, — сказал Глеб, лучезарно улыбаясь. — Принимаю ставки!

Даня откинулся на спинку стула и с улыбкой смотрел на меня. Вот же, а! Острое чувство дежавю заставило прикрыть лицо руками. Да, кажется, мы это уже проходили. Ну, Князев!

— Даня, ты это специально?

— Я? — переспросил невинно. — Ничего не знаю.

Значит, нас ждёт противостояние, сопротивление… Но что-то мне подсказывало, что это будет самое сладкое поражение в моей жизни, не считая того, когда мы начали встречаться. Иначе с Даней никак, ему невозможно долго сопротивляться. Так на сколько меня хватит? Посмотрим. Но поддаваться я не буду!

Конец

Content

Князев, не беси!
Кира Ланвин

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

Эпилог