Неслучайный сосед

Кира Ланвин

Глава 1.

Я возвращалась домой с работы. Уже в подъезде, погруженная в свои мысли, не сразу заметила препятствие на пути. В последний момент успела отскочить в сторону, чтобы не столкнуться с мужчиной, который нес в руках стеллаж. Он закрывал ему весь обзор. Не рассчитав немного, врезалась плечом в распределительный щиток и ойкнула.

— Простите, я вас ударил? — обратился ко мне мужчина, выглянув из-за стеллажа, который тут же поставил на бетонный пол.

Теперь я смогла заметить, что это парень лет двадцать пяти, весьма приятной наружности. И выглядел он взволнованно. Я же была несколько ошарашена. Мысленно уже набирала воду в ванну, а тут такая неожиданность. Может, мне показалось, но он как-то странно на меня посмотрел. Сначала удивление скользнуло в его взгляде, но тут же сменилось будто растерянностью, которая также быстро испарилась. Хотя, может, это все игра тусклого света и моего разыгравшегося под вечер воображения. Надеюсь, он не начнет озвучивать приемчики пикаперов, вроде: «Мы с вами раньше не встречались?» или «Мне кажется, или мы знакомы?» и подобных. А то я периодически встречаю таких.

— Нет, всё нормально, — ответила я, смутившись под его взглядом. — Можно мне пройти? — пробормотала, указывая на злополучный предмет мебели.

— Конечно.

Наконец, преграда исчезла, и я ринулась вверх по лестнице, чтобы не мешать и чтобы скорее оказаться в квартире.

— Хорошего вечера, — прилетело мне в спину.

Я рассеянно обернулась, едва не споткнувшись, и махнула рукой:

— И вам.

Я быстро приняла душ. Не успела заварить ароматный чай с жасмином и отрезать кусочек вишневого пирога, щедро посыпанного сахарной пудрой, купленного по дороге домой, как в дверь постучали. От неожиданности рука с кружкой дрогнула, расплескав горячий напиток. Я чертыхнулась. К счастью, на меня не попало. Бросив тряпку в лужу на столе, побежала открывать. И кого это принесло? Вдруг у соседки напротив что-то случилось, ведь только она ко мне могла зайти в такой час. Но, бывало, что стучали какие-то нетрезвые люди, что ходили к соседям, либо торговые представители разных компаний, но последние чаще днём наведывались.

Я накинула кофту на майку от пижамы и встала на цыпочки. Каково же было моё удивление, когда, взглянув в дверной глазок, на всякий случай, я увидела не пожилую женщину, а молодого мужчину с небольшой картонной коробкой в руках. Кажется, именно с ним я столкнулась внизу. И зачем он пришел? Преследует меня? Да нет, бред. Видимо, живёт в этом доме, только раньше не сталкивались. Я разволновалась, не зная, как поступить. Открыть или нет? Решила открыть, мало ли…

Провернула замок и отодвинула щеколду. Осторожно приоткрыла дверь, готовая в любой момент её захлопнуть. В квартиру тотчас влетел едкий запах краски. Днём работники красили стены и теперь даже открытые окна подъезда не спасали от испарений.

— Да? — неуверенно произнесла я и снова взглянула на коробку. Выдохнула. – Если вы что-то продаете, то мне ничего не нужно, – сказала я, и хотела попрощаться.

Парень пристально посмотрел на меня, словно ищет знакомые черты. Рассматривал тщательно и молчал. Будто встретил старую знакомую. Только проблема в том, что мы раньше никогда не встречались. Я сложила руки на груди, чувствуя себя неловко. Заметила, что он не слишком старше меня. Подтянутый, несколько угловатый, высокий. Серая расстегнутая толстовка с закатанными по локоть рукавами, белая майка под ней, облегающая тело. Спортивные штаны. Все в белых крапинках, как от побелки или покраски. Руки сжимают прямоугольную коробку, замотанную серебристым скотчем.

— Всего доброго? — произнесла неуверенно, спустя несколько секунд, так и не дождавшись никакого ответа. Поправила ещё влажные после душа волосы.

И он будто очнулся. Встрепенулся и словно смутился. Медовые глаза чуть расширились, а губы изогнулись в приятной улыбке.

— Привет! Я тут временно поселился, — парень кивнул на соседнюю дверь. – И ничего не продаю, – засмеялся он.

Я подалась вперёд и увидела, что смежная квартира открыта, а недалеко от входа стоит банка с белой краской. У порога много коробок, некоторые распахнуты, но большая часть ещё закрыта.

— Привет, — ответила я, ожидая узнать цель визита. – Это хорошо. И книжицу никакую не прячешь?

– Какую книжицу? – удивлённо спросил парень и снова рассмеялся. – А, это, хах, нет, я не призываю тебя пополнить чьи-то ряды.

– Убедил, – улыбнулась широко и не удержалась, покосилась на его руки. – А это что?

Новый сосед посмотрел на коробку в своих руках. И зачем он её принёс? В глаза бросились выведенные на ней красивым почерком черные буквы: «НА», но что за слово, разглядеть не смогла — мешала жилистая, загорелая рука.

— Совсем замотался, — сказал он, нервно улыбнулся, переместил ношу за дверь своей квартиры, скрывая от меня надпись, и вернулся назад. — Извини, что так поздно. Можно одолжить у тебя вилку? Коробка с посудой не доехала до адреса, только завтра смогу забрать, а в магазине во дворе даже пластиковых нет.

— Сочувствую. Сейчас принесу. Только вилку, больше ничего не нужно? — спросила я, чтобы дважды не ходить на кухню.

— Да вроде бы нет.

Нет, так нет. Я шмыгнула на кухню, не забыв задвинуть щеколду. Мало ли. Под благовидным предлогом можно и в дом проникнуть.

Взяла вилку. В коридоре зачем-то взглянула в зеркало. На ходу поправила волосы, чуть растрепала влажные пряди. Мда, вид у меня чудесный. Всё по канонам закона подлости.

— А что ты красишь? — спросила я, когда сосед поблагодарил за столовый прибор. – Заметила банки с краской. И как ты там ещё не задохнулся?

Даже в мою квартиру тянуло краской, когда она была закрыта. А у него, получается, двойное комбо.

— Двери. Хозяин квартиры ничего не хочет менять. Но разрешил кое-что сделать самому. Что-то вроде: любой каприз за ваши деньги. На самом деле, он мой хороший приятель, но ремонт – это не к нему, — ответил сосед и закинул руку за голову. — Кстати, я Илья.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Полина, — ответила я, и голос предательски дрогнул.

Вот опять. Уже много лет борюсь с застенчивостью, и ведь всё равно сбиваюсь в такие моменты, даже несмотря на то, что по работе приходится много общаться. Иногда спокойно разговариваю и поддерживаю беседу, а потом бац, и впадаю в ступор.

— Очень приятно, — улыбнулся парень и после недолгой заминки продолжил. — Я на днях сюда заехал, но переехал только сегодня. Двери были невыносимо жёлтого цвета — те, кто снимал тут раньше, любили покурить в квартире, несмотря на запрет арендодателя, — объяснил он.

— Да они там не только курили. Это, пожалуй, было меньшим злом из того, что там происходило. Я рада, что они съехали!

— Надо сказать, перед тем, как выселиться, они все отмыли. И знаешь, проще было поставить новую дверь, чем возиться с краской, – поморщился он.

– Ты это только сейчас понял?

– Нет. Примерно в тот момент, когда уже сделал треть.

— Не повезло. А ты куришь? – зачем-то спросила я.

— Случается. А ты?

— Нет, — только и сказала я, не зная, что ещё ответить. А после решила уточнить: — Больше точно ничего не нужно?

Илья нахмурился, заглянул в свою квартиру, подушечкой указательного пальца задумчиво провел по скуле, улыбнулся. Я едва не повторила этот жест. Илья вновь посмотрел на меня, завораживая взглядом.

— Завтра довезу всё необходимое, так что не нужно, спасибо.

Так, теперь надо как-то вежливо попрощаться и сбежать.

— Ну ладно, тогда доброй ночи, — быстро проговорила я и скрылась за дверью своей квартиры, запирая ее на все замки.

Вдогонку услышала растерянное «Пока». Вот и славно. Надеюсь, этот новый сосед не будет врубать музыку посреди ночи и водить шумные компании. Я не против, если это происходит раз в неделю, в выходной к примеру. Стены в доме довольно тонкие и хорошо пропускают шум, а те, кто жил раньше в той квартире, практиковали пьяное веселье в любое время дня и ночи. Иногда даже утром было страшно идти на работу, так как на лестничной площадке могло расположиться нетрезвое тело. И хорошо, если это тело было спящим, а не колотящимся в двери или выкрикивающим ругательства.

Я вернулась на кухню, отпила чуть остывший чай. Грустно посмотрела на частично разрезанный пирог. В голову пришла мысль. Метнулась в ванную, расчесала волосы. После положила половину пирога на тарелку, но, решив, что у соседа наверняка нет ножа, разрезала сладкую выпечку на кусочки. Уже вышла в коридор, но подумала, а вдруг у него и кружки нет? Вернулась. Налила чай, в блюдце бросила несколько кубиков сахара и чайный пакетик. Отнесла все и поставила на тумбу в прихожей. В сотый раз спросила себя, зачем я это делаю и, так и не найдя причины, кроме как дежурная вежливость, остановилась перед дверью Ильи. Ну, может, он ещё мне понравился. Совсем чуть-чуть. Робко постучала, прикрывая нос ладонью, стараясь дышать поверхностно.

— Ты вернулась за вилкой? — спросил сосед с задорной улыбкой, выгнув брови.

— А, нет, что ты. Подожди секунду.

Удержав дверь ногой, дотянулась до тумбы и взяла гостинцы. Кажется, Илья удивился.

— Вот, с новосельем, — ух, как же это нелепо. — Если что, пекла не я, купила. А ещё не знала, есть ли у тебя кружка, ну и всё такое, – пробормотала я, сдула высохшую прядь, завесившую глаз, но она вернулась на место.

— Спасибо! Мне очень приятно, – сказал Илья тепло, забирая из моих рук кружку.

— Если честно, не знаю даже, что ещё делают в таких ситуациях, — пробормотала я, ощущая, как горят щёки, обнимая себя одной рукой. – Не приходилось знакомиться с соседями вот так.

Его рука потянулась ко мне, но вместо того, чтобы забрать то, что осталось у меня в руках, парень улыбнулся одним уголком губ и нежно заправил мой непослушный локон за ухо. Такое невесомое, приятное прикосновение, заставило кожу покрыться мурашками. Я застыла, не в силах пошевелиться и уставилась на него. Но Илья, как ни в чем не бывало, забрал тарелку и кружку и поставил их на груду коробок.

— Эй, ты чего? Спасибо тебе. Я бы пригласил зайти, но, боюсь, тебе тут не понравится. Мне самому этот беспорядок уже поперек горла.

Я отмерла.

— Да ты что, это же я так, по-соседски, — ещё больше смутилась я, рассматривая незамысловатый рисунок свежей зелёной краски на стене и густо краснея.

— В любом случае, как только немного разгребусь, с меня пицца. Ты ведь любишь пиццу?

Я заглянула в светло-карие глаза. Не удержалась. Вот только то, что я увидела, заставило чаще биться сердце. Бывает посмотришь на человека, и сразу видно, у него все хорошо, ровно и спокойно. С ним можно общаться без страха, что в какой-то момент узнаешь что-то, с чем будет сложно справиться. Понятно, что не идеально, но знаешь, что тебя не ждут неожиданные откровения в темный час. В глазах же Ильи была какая-то затаенная тоска и ещё что-то, что не передать словами. Сложная судьба? Проблемы? Кажется, заглянешь чуть дальше, а там боль, что потихоньку подтачивает изнутри.

А может, я просто привыкла надумывать лишнего… Как это было с Максом.

— Полина, слышишь? — спросил сосед, и я встрепенулась. — Не хочешь выйти на улицу, подышать?

— Эм…— замялась на секунду, обдумывая внезапное предложение. — Да, давай.

Надо было сказать, что уже хочу спать и не пойду с ним никуда. Утром вставать рано, надо лечь раньше… Но ещё больше мне хотелось простого общения, и я согласилась. Разволновалась так, словно меня на свидание пригласили, и от этого тело стало непослушным. И всё же накинула длинный кардиган, взяла ключи, закрыла дверь, лишь с третьего раза попав в замочную скважину.

– Помочь? – спросил сосед. Его, похоже, мои попытки забавляли.

– Нет, я уже привыкла. Тут особая магическая технология закрывания и открывания этого замка.

– Доступная только избранным? – хмыкнул он.

– Вроде того, – с улыбкой ответила я, справившись с задачей.

Илья терпеливо ждал. Я буквально спиной ощущала его взгляд. Когда повернулась, он ободряюще улыбнулся и стал спускаться вниз. Я обняла себя руками и пошла за ним. Молчание было неловким, а шаги звучали особенно гулко. Лишь когда проходили рядом с квартирами, добавлялись другие звуки. Приглушённый лай собаки, голоса у порога, музыка. Где-то хлопнула дверь, послышались быстрые шаги. Скорее бы уже оказаться на улице и подышать, избавиться от этого едкого запаха и чувства неловкости.

— Как хорошо здесь, — не удержалась от комментария, когда мы вышли во двор, и я глубоко вдохнула свежий ночной воздух. – Ура, нормальный воздух!

Видимо, пока принимала душ и общалась с соседом, на улице снова прошел небольшой дождь. Влажный асфальт блестел в блеклом жёлтом свете фонаря. Немного прохладный, свежий ветер шелестел листьями, с которых срывались крупные капли. Неожиданно спокойный поздний вечер пятницы. Обычно в нашем дворе «веселее». А в этот раз даже скамейки ближайшие свободны. Похоже, дождь разогнал всех по домам и заведениям.

Окрашенная поверхность скамейки блестела, и мы остались на ногах. Илья достал сигареты и зажигалку из кармана толстовки. Отступил на несколько шагов, оказавшись в тени дерева, закурил. Брякнула дверь, и из подъезда вылетел парень. Громко матерясь в телефон, зажатый между плечом и ухом, и на ходу прикуривая, он быстро проскочил мимо, не обратив на нас внимания. Я проводила его взглядом.

— Давно здесь живёшь? — спросил Илья, также наблюдая за удаляющейся фигурой.

— Всего несколько месяцев, — ответила я, глядя в сторону.

Отступила под козырёк подъезда, чтобы срывающиеся от ветра капли с дерева, не попадали на меня.

— Понятно. Не самое спокойное место.

Я пожала плечами.

— Так оно. Но зато цены на жильё не кусаются, да и работа до этого момента была рядом. Пока офис не переехал, – закончила я уныло, представив, как утром буду добираться непонятно куда. – А ты почему здесь?

Красный огонек в руке соседа проследовал вверх, на секунду увеличился, прожигая бумагу и табак, и опустился вниз. Илья выдохнул дым, который тут же унес налетевший ветер. Хорошо, что не в мою сторону. Не люблю сигаретный дым. Я поежилась, запахивая кардиган сильнее. Но ведь сама согласилась выйти. И осознавала, почему пошла: надоело жить в режиме работа/дом. В четырех стенах я медленно схожу с ума. Тот самый случай, когда становишься заложником собственных решений. Мне нужно было побыть одной, всё обдумать. Но чем больше я оставалась в одиночестве, тем сложнее всё становилось. Пора было с этим что-то делать, а тут как раз случай подвернулся.

— У меня работа новая, буквально в соседнем дворе.

Я на секунду задумалась.

— Там? — указала рукой в сторону новенькой высотки, что виднелась в промежутке между домами.

Удивительно, какой контраст образовывался. Старые панельные дома, в одном из которых жила я, соседствовали с ЖК «Изумруд», в котором были красивые многоэтажки, несколько магазинов, фитнес-центр, стоматологическая клиника, небольшой парк прямо на территории, подземная парковка и даже фонтан. Я это уже наизусть знала из-за всплывающей везде рекламы. Естественно, вся территория была огорожена и работал пост охраны. И там, наверняка, заоблачная стоимость жилья.

— Да, — коротко ответил Илья, вновь затягиваясь. — Знакомый попросил заменить одного из тренеров в его фитнес-центре, пока не найдет на должность кого-то другого. У нынешнего возникли проблемы в семье, как я понял, и он улетел на неопределенный срок. Заменить пока некому.

— Тренер? — недоверчиво спросила я. — Неужели так легко взять, и стать тренером? Должно же быть образование, опыт. Или нет?

Несмотря на тень от дерева, что частично скрывала лицо Ильи, я заметила, как его брови приподнялись.

— Думаешь, я не подхожу? – спросил сосед, едва улыбнувшись.

— Хм. Не знаю. Просто удивилась, — смутилась я.

Илья хмыкнул:

— Я долгое время занимался лёгкой атлетикой, в школе, потом в институте. Получил звание мастера спорта, но дальше не стал продолжать. Образование у меня в этой же сфере. Так что уже бывало, что подрабатывал так. Но, конечно, сперва пройду стажировку на новом месте.

Я посмотрела недоверчиво. Илья это заметил.

– Да что? – спросил он, вскинув руку.

– Просто ты выглядишь молодо. Думала, ты ещё студент. А оказывается… Это очень круто!

– Уже не студент. Спасибо.

Попыталась взглянуть иначе. Если судить по его фигуре – легко поверить в то, что он спортсмен. Или был им когда-то.

– Да уж, – буркнула себе под нос. С досадой подумала, что вести диалоги – явно не мой конек. – А гадость эта тебе тогда зачем?

Он потушил сигарету и выбросил её в урну. Повернулся ко мне.

— Нервы. Привычка. Наверное. Я не постоянно, периодами обычно, – нехотя ответил он. – Пойдем или ещё постоим?

Я втянула голову в плечи, будто это могло спасти от очередного порыва ветра.

— Лучше пойдем. Сегодня был трудный и долгий день. Да и прохладно и на работу утром.

Напоследок ещё раз глубоко вдохнула. Илья открыл дверь подъезда и пропустил меня вперёд. Я намеренно замешкалась перед лестницей, чтобы он поднимался первым. Так мне комфортнее. Не хочу, чтобы он шел за мной и, вдруг, пялился. Мало ли.

Уже у дверей наших квартир Илья обратился ко мне:

— Посуду сегодня занести? — спросил он, опираясь локтем о косяк и улыбаясь глазами.

Такой теплый взгляд, даже будто чуточку заинтересованный.

— Не надо, я сейчас спать буду. Давай лучше завтра. В любое время, — ответила я, отпирая дверь и переступая порог.

— Договорились. Доброй ночи, Полина.

Он как-то странно сделал акцент на моём имени. Выделил его голосом, словно пробуя на вкус. От этого в груди стало теплее. Недаром же говорят, что для расположения человека к себе, нужно чаще обращаться к нему по имени.

— Доброй ночи, Илья, – ответила с такой же интонацией.

Я закрыла за собой дверь, повесила кардиган на плечики, скинула тапки. Ткнула кнопку чайника, а после налила в кружку свежего, горячего чая. Уютно устроилась на стуле, поджав ноги. Думала о соседе. Он как ласковый солнечный луч в непогоду – согрел взглядом и приободрил одним лишь присутствием. В груди всколыхнулось какое-то неопределенное чувство. Кажется, грядет что-то интересное.

Глава 2.

Я опоздала!

Всего пяти минут не хватило, чтобы оказаться на рабочем месте в положенное время. Влетела в просторный офис открытого типа и тут же сбавила шаг, стараясь ступать бесшумно, чтобы не привлекать внимания коллег. Только осторожно осматривалась, разыскивая свое новое место. Несмотря на новый адрес, в этом офисе все было почти так же, как и в прежнем. Начальство позаботилось, чтобы разница особенно не ощущалась – на старом месте было очень комфортно. Тем не менее, я пока немного терялась.

— Я включила твой комп, — негромко сказала Дина, моя приятельница, сидящая по соседству, когда я оказалась рядом.— И кофе принесла. Твоё место хотели занять, но я не разрешила.

— Спасибо огромное! — выдохнула я, и тихонько села в кресло.

Сумку поставила на тумбу, разблокировала экран, запустила программы, отпила кофе из пластикового стаканчика. Кажется, повезло, начальство не заметило опоздания. Я выдохнула и спокойно включилась в работу, параллельно размышляя о том, что сегодня последний рабочий день, долгожданная пятница и впереди два прекрасных выходных, и я вдоволь высплюсь. Но не прошло и десяти минут, как за моей спиной прозвучал женский голос, который я совсем не хотела слышать. Точнее, опасалась.

— Доброе утро! — поздоровалась Арина так, что все в нашем закутке её услышали, и положила ухоженные руки на спинку моего стула.

Я развернулась, насколько это позволяло место, и взглянула снизу вверх. Невольно напряглась всем телом. Не люблю, когда кто-то стоит позади, тем более, если это посторонние люди. К лицу прилила краска — приветствие привлекло ненужное внимание. Всем известно, что Арина просто так не приходит и теперь все, кто не был занят телефонным разговором, с интересом поглядывали в нашу сторону.

— Полина, с тобой Станислав Николаевич хочет поговорить.

Сердце ухнуло в пятки. Ну вот. И как он только узнал, что я задержалась? Иного повода для такого приглашения я придумать не могла. По пути его точно не встречала. Если только не заметила… И что теперь будет? Говорят, он строгий, а ещё…

— Полина, —  с холодной улыбкой напомнила о своем присутствии секретарь и постучала пальцами по стулу. — Пойдем.

Я дождалась, пока она отступит назад и встала. Ладно, уволить не должен, наверняка отделаюсь предупреждением. Дина скривила лицо, прекрасно понимая, как я не хочу идти. Однако, несмотря на оптимистичный настрой, шла я туда как на казнь. Неприятное чувство свербело в груди. Хотелось остаться и с преувеличенным энтузиазмом продолжить работать.

Арина остановилась у своего стола в небольшой приемной, смерила меня оценивающим взглядом, хмыкнула. Я едва покачала головой: она во всех видит конкуренток, тогда как никому её Станислав Николаевич и даром не нужен. По крайней мере, мне так точно. Я б лучше его вообще не видела.

Я коротко постучала и приоткрыла дверь, осторожно заглянула. Начальник сидел в своем кресле и говорил по мобильному, параллельно щёлкая компьютерной мышкой и бегая глазами по большому монитору ноутбука. Его голос заполнял пространство. Заметив меня, он кивком указал на стул по другую сторону стола. Я поздоровалась одними губами и вошла внутрь, тихонько прикрыв дверь за собой и буквально на цыпочках добравшись до стула. Присев напротив мужчины, сразу ощутила себя ещё более неловко. Не знаю, сложно сформулировать, что именно меня в нем так отталкивает, напрягает. Будто за привлекательной внешностью, выразительными серыми глазами и мягкой улыбкой таится расчётливый, наглый и добивающийся своего мужчина. Это совсем не плохие черты, особенно для бизнеса. Только вот все слухи о нём, о его похождениях, что я слышала из разговоров девушек в перерывах между работой, сделали это неприятное впечатление ещё более сильным.

Заметив, что он чуть прищурившись рассматривает меня, отвернулась и стала с преувеличенным интересом наблюдать за малютками пираньями в большом аквариуме. Они двигались в воде, словно в такт тихой музыке, отголоски которой доносились через приоткрытое окно. Я пожалела, что на мне сегодня это платье. Оно немного задиралось и сейчас невыносимо сильно хотелось его одернуть, но я не стала этого делать, чтобы Станислав не заметил.

— Полина, — обратился ко мне начальник, и я невольно вздрогнула. — Мне сообщили, что вы опоздали сегодня. Вам больше не нравится ваша работа?

Интересная постановка вопроса. Неужели уволит?

— Нет, Станислав Николаевич, моя работа мне нравится и очень нужна. Простите за опоздание. Это произошло впервые и больше не повторится, — горячо произнесла я, сжав руки на коленях в кулаки и всё-таки незаметно натянув ткань ближе к коленям.

Мужчина снисходительно улыбнулся. Отложил телефон, который держал в руке, в сторону, и встал. Обошел стол и остановился рядом со мной так, что мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Это мне совсем не понравилось. Тут же встала тоже.

— Возможно, у вас какие-то трудности? Скажите, где вы живёте?

Ощущая неловкость, от которой, казалось, язык прилип к нёбу, с трудом назвала примерное расположение моей квартиры. Точнее, на пересечении каких улиц находится дом.

— Я проезжаю мимо утром, могу тебя забирать, — предложил он, резко переходя на «ты». — Не каждый день, естественно. Но иногда могу.

Я испугалась. Вот честно. Для полного счастья мне только и не хватало, чтобы женатый начальник, у которого два ребенка, чьи лица приветливо улыбались с фотографии в рамке на его столе, подвозил меня на работу. Да меня сожрут сначала в офисе, а потом добьёт его жена. Но больше меня пугало то, что он может попытаться переступить границы деловых отношений. Учитывая то, какие слухи о нем ходят… И вот теперь я поспешно пыталась скрыть испуг и найти вескую причину для отказа и не остаться при этом без работы.

— Станислав Николаевич, послушайте. Этого больше не повторится. Не успела на автобус, а следующий пришлось долго ждать. У меня есть машина, просто она в ремонте. Но сегодня её вернут, и я продолжу ездить. Так что нет необходимости тратить на меня время. Я больше не буду задерживаться.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я врала. Точнее, говорила не совсем правду, лишь бы это звучало убедительно. Старенькая машинка была исправна и стояла в гараже, ждала своего часа. А я не была готова водить. Слишком сложно, страшно и я очень рассеянна. Но не будет же он проверять, в самом деле, как я добираюсь.

Кажется, ответ начальнику не слишком понравился. Улыбка на мгновение дрогнула, и он снова прищурился.

— Без проблем. Скиньте на почту номера автомобиля, чтобы вас пропустили на служебную стоянку для наших сотрудников. И впредь не опаздывайте. Я не люблю безответственных людей, — официально произнес он, вновь переходя на «вы».

— Конечно. Спасибо. Я могу идти?

Мужчина в который раз осмотрел меня с ног до головы так, что осталось ощущение чего-то липкого. Стало жарко, душно, несмотря на прохладный утренний воздух, что проникал в кабинет. Наконец, он кивнул.

— Да. Только номер мой запиши, вдруг машину не вернут из ремонта в ближайшее время.

— Спасибо, — промямлила я, уже не обращая внимания на эти странные переходы в обращении.

Быстро забила номер в телефон и, едва поборов желание сбежать, спокойно вышла из кабинета, предварительно попрощавшись.

Когда дверь за мной закрылась, с облегчением выдохнула. Арина громко хмыкнула, а ведь я совсем про нее забыла. Тут же приняла безразличный вид. Прошла через длинный коридор с блестящей чёрно-белой плиткой, вернулась на рабочее место и под любопытным взглядом Дины залпом выпила остывший кофе, не ощутив вкуса. Прошептала коллеге: «Всё потом» и принялась за работу. На душе разрасталось беспокойство. Как мне теперь выпутаться из этой ситуации?

– Не переживай, – сказала Дина во время обеда, после моего пересказа утреннего разговора с начальником. – Номера у всех взяли, кто с машинами. Чтобы не было проблем с парковкой. Так что, это ничего не значит.

– Надеюсь, что так.

Домой вернулась ближе к ночи. Прогулялась немного, чтобы скорее отвлечься от работы. Тем более, после сумасшедшего рабочего дня, потока звонков, переговоров, заявок и мыслей о начальнике. Вспомнив о последнем, на мои плечи, словно тяжёлая ноша, навалилась усталость. Вот что он ко мне привязался? Предлагал бы Арине прокатиться, или тем, кто в этом заинтересован. Почему-то кажется, что это не последний его подкат, и от этого совсем грустно.

Если я уволюсь, то будет нечем платить за кредит. И за квартиру не получится внести плату. Сомневаюсь, что найду что-то с такой же хорошей зарплатой. Я уже искала, перерыла кучу объявлений и подписалась на ежедневную рассылку свежих вакансий. Но ничего не было. Либо вакансия сомнительная, либо оплата не та, либо я не подхожу по каким-либо параметрам. Надо срочно что-то придумать. Только вот что?

Быстренько приняв душ решила, что завтра съезжу в гараж. Надо хотя бы взглянуть на папину Тойоту, которая уже полгода пылится без дела. Тогда мы с ним еще общались... А теперь между нами черная пропасть. Я старалась не думать об этом, гнала мысли о нашей ссоре, не хотела о ней вспоминать, избегала горечи высказанных тогда слов и обиды. Вот и сейчас попыталась как можно скорее переключиться на то, чем решила заняться завтра.

Как хорошо, что впереди два выходных. Возможно, мне удастся потренироваться немного, прежде, чем выезжать на оживлённые улицы. С машиной я смогу сэкономить время. Автобус делает огромный крюк, хотя есть более короткий путь. Жаль только нервы придется изрядно потрепать. И мне, и другим водителям. Как вспомню лицо инструктора и его протяжное «– Оооой», когда после длительного перерыва в обучении забыла, где газ, а где сцепление. Самой было стыдно и смешно одновременно.

Уже засыпая, я подумала об Илье. Интересно, мы ещё будем с ним общаться? Он ведь совсем близко, буквально за стеной. Захотелось, чтобы наша короткая встреча не стала последней.

Глава 3.

Летнее солнце этим утром не встретило меня тёплыми лучами. Вместо него, открыв глаза, я увидела хмурое, тяжёлое серое небо и капли дождя, стекающие по стеклу. Я так надеялась на ясную погоду. Ну да ладно. Зажмурилась, словно это сможет что-то изменить, сосчитала до трёх. Раз. Два. Три. Выдохнула. Пора вставать. Протянула руку, взяла смартфон и взглянула на дисплей. Ну конечно, почему бы в свой выходной не проснуться в семь утра? Лучше бы в будни так легко вставала. Но сокрушалась я не долго – непогода и ранний подъем не испортили неожиданно приподнятого настроения.

Ночью удалось довольно быстро уснуть, даже несмотря на то, что в голову лезли грустные мысли. После напряженной рабочей недели мозг просто в какой-то момент отключился. Оно и к лучшему.

До чего же не хотелось ехать за машиной, но я понимала, что надо. Не откладывая это дело в долгий ящик, затянула волосы в хвост и накинула черную кожанку с длинными рукавами. Взяла сумку и длинный прозрачный зонт с черной ручкой. Очень хорошо, что ещё ранее утро и суббота. На дорогах должно быть более менее свободно. Может, получится перегнать машину к подъезду.

Ещё раз заглянула в сумку, чтобы проверить, все ли на месте. Страховка, водительские права, паспорт, кошелёк, телефон. Вроде бы больше ничего не нужно. На лестничной площадке едва не столкнулась с соседом. Он закрывал дверь, когда я вылетела из квартиры, поторапливая себя, чтобы внезапно не передумать, и оттого двигаясь резко. Мне с трудом удалось избежать столкновения. Снова.

– Доброе утро, Полина, – произнес Илья.

Карие глаза выглядели сонно, но улыбались. Белая футболка облегала спортивное тело. Кажется, мои брови поползли вверх, когда я заметила, настолько хороша его фигура. В прошлый раз, под широкой толстовкой, я не разглядела этого.

– Доброе, – спохватилась я и отвернулась, закрывая свою дверь и отчего-то сильно смущаясь.

Краской пахло значительно меньше, и сквозь неё даже пробивался приятный запах оладушек или другой выпечки из квартиры напротив. Это помогло отвлечься.

Когда убрала ключи в сумку и повернулась, Илья всё ещё стоял рядом, опираясь на выкрашенные в зелёный перила.

– На работу? – спросил он, когда мы вместе спускались вниз.

– Нет, сегодня выходной. Надо машину из гаража забрать. А ты?

На ходу достала смартфон, открыла браузер, проверила, какой точно автобус идёт в нужном направлении. Давно я там не была, уже и забыла как добираться.

– Остатки вещей забрать. Тебя подвезти?

Заманчиво, конечно, но как-то неловко. Мы не настолько хорошо знакомы, чтобы обременять его своими заботами, да и мало ли, что на уме у парня.

– Спасибо, не нужно. Сама доберусь, – ответила я с некоторым сожалением, шагая следом за Ильёй и глядя под ноги. Иногда поглядывала на его спину, но не хотела быть пойманной за этим занятием.

Он открыл дверь и пропустил меня вперёд.

– Как хочешь. Если вдруг понадобится помощь, звони.

Я непонимающе уставилась на него. Звонить? У меня ведь даже номера его нет.

– Запиши мой номер, или дай свой, – сказал он, а я взглянула с сомнением. – Мы ведь теперь соседи. Обмен номерами ни к чему не обязывает, – пояснил он, и взглянул на наручные часы.

– Ладно. Диктуй, – решилась я всё-таки.

Илья назвал свой номер, я набрала и сбросила вызов, чтобы он записал мой. На нос капнула прохладная капля. Кажется, скоро начнется дождь. Под резким порывом ветра птицы взволнованно закричали.

– Точно не нужно подвезти?

– Точно, – отмахнулась я, сжимая в одной руке телефон, а в другой зонт.

– Тогда до встречи, – махнул рукой парень и пошел к своей машине.

– Пока.

По дороге на остановку заморосил дождь.

Я ловко расправила зонт и спряталась под ним, глядя себе под ноги. Капли расползались по асфальту, делая его темнее. Всё-таки не самый удачный день выбрала для возобновления вождения. Погода явно не на моей стороне. Но не стала отступать от задуманного плана. Машина нужна, однозначно, и чем раньше я смогу пригнать ее сюда, тем лучше. Проблем с парковочным местом во дворе возникнуть не должно.

До остановки добралась за несколько минут. И там же меня охватило волнение. В голове забилась отчаянная мысль: я не справлюсь! Нужно позвонить Женьке. Мы не общались уже несколько недель, но, надеюсь, он не отправит меня лесом. Он же друг, он точно всё понимает. В нашем споре, из-за которого мы поссорились так сильно, нет правых и виноватых. И мое, и его мнение  имеет место быть. Надеюсь, Женька думает так же.

Встав под козырьком остановочного комплекса, на стенах которого за стеклом красовалась реклама новой газировки, стряхнула от капель зонт и сложила его. Мужчина, что сидел на выкрашенной в серый скамейке, зашёл в подошедшую маршрутку и я осталась одна. Достала смартфон из сумки и нашла номер бывшего одноклассника, который знала наизусть. Стыдно. Ужасно стыдно, что после долгого молчания решилась вдруг позвонить с просьбой. Но, с другой стороны, надо ведь как-то возобновить общение. Пусть это будет первым шагом к примирению.

Палец замер над дисплеем. Я оглянулась по сторонам, словно в ожидании знака или подтверждения, что поступаю правильно. Ничего необычного не произошло, только дождь усилился, сливаясь с шумом утреннего города. И я всё-таки решилась. Долгие гудки протяжно стучали по натянутым нервам. Будь что будет. Надежда, что друг ответит, угасала с каждым гудком.

– Да, – услышала вдруг резкий голос в трубке и прижала её ближе к уху.

– Привет, – ответила негромко. – Ты занят?

– Я сплю, – ответил он грубо и тут же добавил взволнованно: – Поля, это ты?

– Да, – ответила я. – Жень, прости, что разбудила. Мы можем спорить бесконечно, но ни я, ни ты, своего мнения не изменим. Предлагаю не затрагивать эту тему больше и общаться как раньше.

Женька упрямо молчал. Цену себе набивает, не иначе.

– Ладно, – наконец произнес он, и я обрадовалась. – Я скучал, Поля. Как ты? –  его голос смягчился в разы.

– Я нормально. Тоже скучала. Много думала.

– Зря. Тебе вредно много думать, – хмыкнул друг, а я закатила глаза. – У тебя слишком бурная фантазия.

– Тебе тоже, – ответила ему в тон. – Ты можешь помочь мне?

– Вот так сразу? – проворчал он  – А ничего, что сегодня суббота и время половина девятого?

– Нормальное время. Хотя ты прав, извини, забыла посмотреть на часы.

Додумалась же.

– Поль, я шучу. Что случилось? Я сейчас не в городе. У тебя что-то срочное?

Не в городе, значит. Жаль. Я кратко обрисовала ситуацию.

– Лучше бы тебе всё-таки с кем-то поехать, раз нервничаешь. Может, позовешь Любу?

Люба училась в параллели, и Женька был в нее влюблён класса с шестого. Но в школе они почти не дружили, и только сейчас, спустя столько лет, когда все разбежались после окончания учебы, они стали встречаться. Они даже учились теперь в одном университете. Правда, на разных направлениях.

– Кстати да, попробую ей позвонить, – согласилась я.

– Подожди. Блин, Поль, она к бабке своей уехать собиралась. Скорее всего уже в пути, не звонил ей ещё сегодня. Давай завтра, как я вернусь, съездим вместе до гаражей?

Я помедлила с ответом.

– Да ладно, Жень. Я уж настроилась.

– Ну смотри. Кстати, я тут подработку одну нашел. Если все сложится как надо, уже скоро смогу съехаться с Любой.

– Правда? Это же здорово! – искренне обрадовалась я. – А что за подработка?

Друг замялся, будто обдумывая что-то.

– Потом расскажу, при встрече. Я приеду к тебе завтра?

– Да, конечно, буду рада видеть, – ответила с улыбкой.

– Хорошо. Тогда до завтра.

– Пока.

Я выдохнула. Прямо груз с плеч свалился, так сильно на меня давила эта ссора. Главное теперь не упоминать запретную тему и всё будет нормально. И почему я раньше не позвонила?

Автобус приехал через несколько минут. Людей было немного, и я заняла свободное одиночное место у окна. Сквозь тяжёлые тучи, стали пробиваться первые лучи и теперь лужи и капли ярко искрились в свете солнца. От разговора стало тепло на душе, и я даже забыла о предстоящем испытании. Погода менялась вместе с моим настроением. Солнце подсветило радость примирения. Для полного счастья воткнула в уши наушники и включила лёгкую музыку в приложении.

До нужной остановки добралась незаметно. Оставалось только пройти ещё метров пятьсот, потом перейти через железнодорожные пути и конец пути, гаражи. Что я и сделала. На посту предъявила пропуск, который папа сделал для меня когда-то. Охранник, которого я, кажется, видела несколько раз, странно на меня посмотрел, но ничего не сказал. Пропустил. А я, сделав несколько шагов, не удержалась и вернувшись, задала вопрос:

– Случайно, не знаете, мой отец сюда давно не приезжал?

Мужчина хмыкнул.

– Приезжал недели две назад. А что? – удивлённо спросил он.

– Да ничего, извините, – ответила я и поспешила в гараж.

Через некоторое время я уже сидела в машине. Сердце сжалось, когда нахлынули воспоминания. Папа возил меня в этой Тойоте с пятого класса. А с девятого стал возить в ней и Наталью, свою новую молодую жену, по совместительству мою учительницу обществознания. Когда я училась в выпускном классе, он с сожалением, но поменял машину на более дорогую и крутую. А когда мне исполнилось восемнадцать и я с горем пополам сдала на права, переписал машинку, полную теплых моментов, на меня. Теперь он был вписан в расширенную страховку, и мог, в случае чего, брать автомобиль.

И теперь я сижу в ней одна. Я знаю, что папа периодически приезжал сюда и ухаживал за ней. Не продавал никому, понимая, что она мне особенно дорога. Не поворачивая ключ, поправила зеркала, отрегулировала кресло, попробовала педали. Удобно. Но жуть как страшно. А ещё эта печальная ностальгия затопила болезненно, и я уткнулась головой в руль. Гнать бы прочь все мысли, но сил от них бежать становится всё меньше.

В какой-то момент сумела справиться с эмоциями. Не без труда, с дрожащими руками и напряжёнными мышцами, выехала с территории гаражей и остановилась в каком-то закоулке. Сердце бешено колотилось. Бак был почти пуст и требовалось срочно найти заправку. Интересно, раз отец здесь был, почему не залил бензин? Наверное, не ожидал, что я когда-нибудь приеду за ней. Ладно. Отыскала ближайшую заправку на карте и включила навигатор в телефоне. Несколько километров – должна успеть.

Сначала всё шло хорошо. Неуверенно, медленно, но верно, я приближалась к нужному месту. Повезло, что машин было не очень много в этом районе. Но потом что-то пошло не так. То ли приложение было глючное, то ли с интернетом проблемы, но путь стал прогружаться рывками, а предупреждения о поворотах озвучивались с опозданием. Разнервничавшись, закрутилась и в итоге заблудилась. Красота. Остановилась на обочине в частном секторе. Бензин на нуле. Шикарно. Просто прекрасно. Как же без приключений…

Навигатор отмер и бодро сообщил, что до конца маршрута осталось полтора километра.

– Ну спасибо, – проворчала я.

Я не знала, что делать. До заправки уже не доехать, а канистры у меня нет. Оставлять машину вот так было страшно. Вызывать эвакуатор – дорого. Женьки нет, Любы тоже. Отцу звонить однозначно не буду. Да за что мне это? Стала прокручивать телефонные номера, часть владельцев которых даже не могла вспомнить. Чем дальше листала, тем сильнее убеждалась, что обратиться мне не к кому. Обреченно схватилась за голову. Прекрасное начало прекрасных выходных.

Сосед! Что, если позвонить ему и попросить привезти бензин? Да нет, бред. Он ни за что не согласится, да и мне совсем неловко просить о таком малознакомого человека. К тому же у него дела, переезд и всё такое. Или попытаться?

Я долго решалась на этот звонок. Даже с Женькой было проще, чем сейчас. Моё лицо горело от стыда, и я одинаково надеялась на то, что парень ответит и не ответит. Илья принял вызов почти сразу.

– Полина? Что-то случилось? – спросил он удивденно.

Глава 4.

Я резко выдохнула и принялась рассказывать о произошедшем.

– Скажи адрес, я приеду, – сказал Илья твёрдо, не дослушав даже, чем меня очень удивил.

Набирая его номер, я думала, что он просто откажет или скажет, что занят. Но его ответ поразил.

– Полина, ты ещё тут?

– Да, конечно, извини. Если ты занят, можешь приехать позже, я подожду.

– Уже выезжаю. Говори, куда ехать.

Я назвала адрес, и Илья сразу завершил звонок. Руками обхватила руль и положила на них голову. Рассыпавшиеся волосы щекотали кожу, но мне было всё равно. До чего же странный день. И странный сосед. Я бы на его месте никогда не поехала к малознакомому человеку на помощь. Наверное. Скорее всего. Надеюсь, он не какой-нибудь маньяк.

Пока ждала Илью, не могла ни на чём сосредоточиться. Мысли скакали, совершая кульбиты и сальто в голове, подсовывая яркие образы и ненужные фрагменты. Вот прав Женька, опасно мне наедине с собой надолго оставаться. Надумываю всякую ерунду, воспроизвожу в памяти моменты, о которых предпочла бы забыть. Погруженная в свои мысли, я едва не задремала. А может, так и случилось, но длилось от силы пару минут. Пока я не подскочила на месте от внезапного шума. Огромные капли дождя били по машине, стекали проворными ручейками по стеклу. Грунтовую дорогу, ещё не до конца просохшую с последнего ливня, снова размывало. Я обречённо вздохнула: надо было сидеть дома.

Ливень продолжался минут двадцать. За это время образовались огромные лужи и целые ручьи. Ливнеотводы не справлялись, и вся вода стояла на дороге. Рядом остановился черный автомобиль, разглядеть модель которого не представлялось пока возможным. Я напряглась, но как только увидела, что за рулём Илья, смогла немного успокоиться. Угораздило же застрять в таком малолюдном месте. Открыла дверь и хотела выйти к нему, помочь, поговорить, но парень остановил меня жестом.

– Сиди, сейчас всё сделаю, – заявил сосед, и я согласно кивнула.

Лучше не спорить. Так я решила и убедилась в этом окончательно, глядя, как его беленькие кроссовки намокают в грязи и чуть не тонут. Ой-ой. Даже глаза руками прикрыла, чтобы не видеть этого ужаса. Сам же владелец белоснежной обуви передвигался от машины к машине с крайне невозмутимым, сосредоточенным видом. Я даже невольно залюбовалась. Приятно смотреть, как другие работают. Особенно, если это симпатичный сосед. Я несколько раз порывалась помочь, но хватало лишь взгляда, чтобы понять, что Илья об этом думает. Ну и ладно.

В свежий, после дождя, воздух, пропитанный цветами и свежескошенной травой, резво вплелся резкий запах бензина.

– Готово.

– Спасибо тебе огромное! Ты – мой спаситель, – пробормотала я.

– Ты домой поедешь? – спросил Илья, вытирая руки влажными салфетками, которые я выудила из сумочки.

– Да. А ты?

– И я. Поехали?

– Конечно.

Только бы теперь не опозориться перед ним, с моими-то превосходными (нет) навыками вождения. Завела двигатель и обернулась. Машина Ильи пока стояла на месте. Ладно. Я попыталась выехать и застряла. Колеса забуксовали, пришлось остановиться. Внутри меня образовался колючий комок разочарования. Хуже просто быть не могло. Я не стала больше предпринимать попыток выбраться, опасаясь, что сделаю только ужаснее. Мне оставалось только сидеть и качать головой.

– Полин, ты чего? – спросил Илья, открыв дверь с моей стороны.

Я зажмурилась на секунду, а после рассказала, что опыта у меня нет совершенно, и что я просто не смогу выехать отсюда. Илья выслушал, покивал.

– Давай я тогда сам выеду. Садись рядом.

Я пересела на пассажирское сиденье, Илья сел на мое место.

– Смотри.

И он начал рассказывать, как действовать, и сразу демонстрировать. В какой-то момент, когда машина была уже на безопасном месте, без риска застрять, наши руки соприкоснулись, а взгляды встретились. Илья так странно на меня смотрел, будто хочет что-то рассказать. Что-то важное и нужное. А я поняла, что он тот самый. Однозначно. Что и поспешила озвучить.

– Илья? – обратилась я, краснея, но не сводя с него взгляда.

– Что? – спросил он, внимательно глядя на меня зачаровывающими, погружающими в густой медовый водоворот, глазами.

Я нервно поправила волосы и заявила:

– Ты мне нужен.

Левая бровь взлетела, в остальном выражение лица Ильи не изменилось.

– Поясни, что ты имеешь в виду? – спросил серьезно. Даже слишком серьезно.

– Если у тебя будет свободное время в эти выходные, ты можешь помочь мне? Знаю, мы мало знакомы и это вообще очень нагло с моей стороны, просить о таком. Но мне больше не к кому обратиться.

– Подожди, – сказал парень и выставил перед собой руку. – О чем речь? Какая помощь тебе нужна?

Именно он сможет мне помочь адаптироваться на дороге.

– Я прошу тебя поездить со мной эти два дня по городу. Ну, чтобы я привыкла. Боюсь дико находиться за рулём. По городу почти не ездила, на права сдавала не здесь. Теперь от одной мысли о движении по городу – руки начинают дрожать, – тараторила я, то и дело запинаясь на словах. – Я знаю, что прошу многого, но я могу заплатить. Сколько скажешь…

Илья перебил меня.

– Я понял тебя. Успокойся. Так, надо подумать. Подожди немного, – задумчиво произнес он и полез в свой телефон.

Я молча ждала его решения. Как только смогла решиться на такую просьбу? И как в голову пришла наглая мысль, что можно обременять соседа? Я уже начала раскаиваться о просьбе и хотела взять свои слова назад и извиниться, когда Илья взглянул на меня, убрал смартфон в карман черной кожаной куртки и сказал:

– Давай тогда доедем до двора, не хочу оставлять машину здесь. Тебе нужно будет просто поехать за мной. В случае чего, я увижу, если что-то пойдет не так, да и номер у тебя мой есть.

Я ошарашенно посмотрела на него.

– Ты согласен помочь? Правда? – спросила с сомнением.

Илья на мгновение зажмурился, и я подумала, что не успели мы познакомиться, а я его уже бешу.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Да. Поехали?

Я быстро закивала.

– Спасибо огромное тебе! Чем я могу тебя отблагодарить?

Возможно, мне показалось, но Илья как-то хитро улыбнулся, чуть прищурившись, но эта улыбка-ухмылка быстро исчезла.

– Пока рано благодарить, – сказал он и покинул салон.

Радость и смущение образовали странный коктейль. Чередовались и смешивались, играя с настроением и чувствами. Лицо снова горело, и прохладные пальцы послужили облегчением.

Сосед тронулся, и я поехала за ним. Поторопилась, рано отпустила сцепление, заглохла. Илья, как и обещал, дождался меня. Моя машина ехала прямо за ним, почти не отставая, но в какой-то момент он проехал перекресток, а я замешкалась и отстала. Нервно постукивая по рулю, сидела с прямой от напряжения спиной. Даже жарко стало, а руки еле заметно подрагивали. Скорее всего сосед не стал меня ждать. Кажется, до дома осталось не так уж далеко. Надеюсь, смогу сама добраться. Правда, без маячка в виде черного авто Ильи, уверенность заметно растерялась, и я опять заглохла, когда тормозила на светофоре. От сигналов соседних машин хотелось спрятаться, но, разумеется, сделать этого я не могла. В чуть приоткрытое окно прилетело злобное мужское «курица», и я в сотый раз пожалела, что села за руль. Я услышала вибрацию телефона, не отрывая взгляда от дороги достала его и приняла вызов, нажав на громкую связь, чтобы не занимать руки.

– Поль, ты в порядке? – услышала голос Ильи, и сразу стало легче.

– Да. Если не считать того, что уже несколько раз заглохла. И меня обозвали курицей.

Парень цокнул в трубку.

– Не обращай внимания. И не переживай. Скоро по правой стороне будет пиццерия, заезжай туда, я тебя встречу. Припарковаться помогу, если нужно.

– Нужно! – воскликнула я, и добавила уже спокойнее: – Конечно, нужно. Не хочу в первый же день въехать в кого-нибудь.

– Хорошо, тогда жду.

Остаток пути прошел без инцидентов. Илья встретил меня, сел рядом и подсказывал, как правильно припарковаться. Я тупила. Просто тупила и не видела расстояния, тормозила и глохла. И всё боялась, что сосед взорвется, обзовет крепким словечком и бросит меня здесь. Но он говорил спокойно, объяснял терпеливо, постоянно подбадривал и у меня даже возникло чувство, будто мы давно знакомы и он хорошо меня знает. Так легко с ним было в этот момент.

– Вот, умница. Потренироваться, и всё будет отлично, – сказал Илья и тепло улыбнулся.

Я незамедлительно улыбнулась в ответ.

– Пойдем, – позвал он и вышел на парковку, аккуратно закрыв дверь.

– Куда пойдем? – спросила я, когда вышла из машины.

– В пиццерию. Ты как хочешь, а я ужасно голоден. Всё утро таскал коробки и бегал по лесенкам.

Я тоже успела проголодаться, поэтому охотно согласилась съесть по кусочку пиццы.

– Значит, я угощаю, – заявила я, когда мы расположились за столиком у окна, между стеллажами с книгами, цветами и бежевыми шторами из грубой ткани. – Хоть немного компенсирую тебе неудобства.

Илья оторвался от меню и хмыкнул.

– Да брось. Я же обещал угостить тебя пиццей. Возражения не принимаются, – ответил он и снова стал изучать меню в тонкой длинной книжице.

– Договорились. Тогда я в следующий раз.

Илья кивнул, а я не знала что ещё добавить.

К столу стремительно приблизился официант, скупо улыбаясь, принял заказ и так же стремительно ушел, на ходу дописывая в блокнот.

Теперь, когда мы оказались в кафе, я ощутила неловкость. О чем говорить? Какие вопросы можно ему задать, и нужны ли мне ответы? Не знаю. Взяла в руки телефон и открыла Инстаграм со своей фейковой страницей. Бездумно крутила ленту, не заостряя внимания ни на чём и на автомате проставляла лайки на фото знакомых. Осторожно посматривала на соседа. Он скинул кожанку и теперь сидел в белой, облегающей плечи и грудь, футболке, не скрывающей жилистые, крепкие руки. Что-то набирал в телефоне, ловко перемещая аккуратные пальцы по дисплею. На запястье заметила широкий белый шрам и ещё несколько на тыльной стороне ладони и на пальцах. На загорелой коже они выделялись особенно сильно.

– Что это за шрамы? – спросила я, и сразу осеклась. Вот кто меня за язык дёргал?

Брови Ильи удивлённо подскочили, и он медленно поднял голову, не отрывая взгляда от смартфона. Что-то набрал напоследок и отложил его в сторону. В мягком свете настольной лампы и блеклого света из окна, за которым вновь накрапывал дождь, глаза соседа казались золотистыми, а взгляд мягким.

– Прости! – спохватилась я, прижав ко лбу пальцы левой руки и глядя из-за них на Илью. – Это очень бестактно. Не знаю, что на меня нашло, – сокрушенно покачала головой.

– Полина, успокойся. Всё хорошо, – сказал Илья спокойно и указал пальцем на полосу на запястье. – Этот заработал в саду. Упал с дерева и напоролся рукой на острую большую ветку, которую сам же накануне и стесал, – усмехнулся он, и указал на другой шрам, что был рядом с большим пальцем. – Это мы с друзьями, тоже в саду, жгли костер и бросили туда рубероид, ну и кусок прилетел мне. Потом ещё долго выскребал его из раны. А остальные и не помню.

– Ну и приключения, – покачала я головой. – Единственная запомнившаяся «авария» в моей жизни – это когда с велика упала и рассекла коленку.

– Я бы сказал, что ещё не всё потеряно, но, боюсь, это будет звучать как угроза или не самое приятное пожелание.

Я засмеялась.

– Это точно. Сомнительное пожелание, – согласилась я и, не удержавшись, щёлкнула пальцами. – А нет, был ещё один эпизод травматичный. Железным основанием качели мне прилетело в голову. Даже шрам небольшой остался. Родители тогда врачей вызвали, боялись, что придется зашивать рану.

Илья задумчиво хмыкнул.

– Знаю, – сказал он.

– Что знаешь? – переспросила я удивлённо.

– Со мной случалось подобное, – ответил сосед после короткой паузы.

– А, да, многим не повезло с качелями, в той или иной степени.

Илья хотел что-то сказать, но в этот момент официант принес поднос с заказанными блюдами. Я с удовольствием придвинула к себе тарелку с пастой, украшенную веточкой петрушки. Илья запихнул в рот пол куска мясной пиццы и зажмурил глаза от удовольствия. По крайней мере, именно так прозвучало его «ммм». Я поскорее принялась за еду. Через несколько минут телефон Ильи засветился и завибрировал. Он с сожалением посмотрел на свою пасту и ответил на звонок. Большим пальцем потёр хмурую складку между бровей, которая только что появилась. Весь его вид выражал недовольство, а ответы были сдержанными и резкими. А потом и вовсе поднял руку, призывая меня подождать, а сам вышел на улицу. Со своего места я могла наблюдать, как он курит на парковке, в специально отведённом для этого месте, активно жестикулируя, явно раздраженный словами собеседника.

Илья вернулся быстро.

– Полин, извини, сегодняшняя тренировка отменяется. Мне нужно срочно уехать, но я, как и обещал, сопровожу тебя до дома.

– Да, конечно, спасибо тебе. Ты и так для меня много сделал, – ответила я.

С одной стороны, я была рада, что всё так сложилось. Совершенно не хотелось быть обузой для соседа. А с другой стороны, мне вдруг захотелось побольше узнать об этом человеке. Хотя бы потому, что он просто так помог незнакомой девушке со странной просьбой.

Домой добрались без происшествий, и мне уже было чуть проще перемещаться на дороге. И всё равно руки подрагивали, когда зашла в квартиру. Илья даже не вышел из машины, когда остановился во дворе, только махнул рукой на прощание. Его медовые глаза не выходили из головы весь остаток вечера, пока я наводила порядок дома, готовила ужин, принимала душ и засыпала. И даже во сне я снова попала в плен этих чарующих глаз и обволакивающего мягким коконом голоса.

Глава 5.

По квартире витал пробуждающий аппетит приятный аромат запечённой картошки с курицей и травами – любимого блюда Женьки. Он должен был приехать после обеда, о чем сообщил, когда утром разбудил меня. Я не стала досыпать и принялась за готовку. Замариновала птицу, нарезала картошку. Обнаружила, что не хватает ингредиентов для салата и, быстро переодевшись, полетела в ближайший магазин. Снова было пасмурно, по почти безветренно.

Я возвращалась из супермаркета и остановилась, чтобы перехватить тяжеленный пакет другой рукой, когда у подъезда припарковалась Мазда Ильи. Хотела подойти к нему и узнать, сможем ли сегодня поездить вечером, но замерла, увидев, как из машины выходит хрупкая, темноволосая девушка, а рядом появляется мой сосед. С заднего сиденья она достала гигантскую багажную сумку, заметно оттянувшую руку к земле, но Илья сразу забрал её и позвал подругу за собой. Меня они не заметили из-за кустов акации, а я не стала им мешать, решив, что позже напишу соседу. И почему я раньше не подумала о том, что у него есть девушка? Отчего-то сейчас эта мысль неприятно кольнула, но я сразу отбросила её. Подождав несколько минут, скользнула в подъезд и поднялась в квартиру, то и дело меняя руку, в которой тащила пакет.

Я как раз доставала противень с горячим блюдом из духовки, когда в дверь быстро, но громко постучали. Откинув толстую прихватку на гладкую бежевую столешницу гарнитура, пошла открывать. С восторженным предвкушением распахнула дверь, и тут же оказалась в крепких дружеских объятиях. Настолько крепких, что запищала, призывая ослабить хватку.

– Потерпи, я зря скучал что ли? – возмутился Женька мне в ухо.

Я обняла его в ответ. Соседняя дверь хлопнула и за плечом друга показался Илья. Он внимательно посмотрел на нас, кивнул в знак приветствия. Я помахала, почему-то молча, и он ушел. Дверь запирать ключами не стал, видимо, его девушка осталась дома.

– Женька, ты меня раздавишь, – засмеялась я, когда друг ослабил хватку. – Заходи, обед готов.

Он сразу отстранился.

– Обалденно пахнет! Теперь точно не жалко потраченного на поездку время, – сказал он с серьезным видом.

– Вот значит как! – возмутилась я и отвесила ему несильный удар ладонью по плечу. – Проходи давай. Люба где?

– Через часа два приедет сюда. В дороге пока.

Женька отправился мыть руки в ванную, а я накрыла на стол. Бывший одноклассник вообще никогда не отказывался от еды, да и я считала своим долгом подкармливать его, когда Люба этого не делает. Особенно чем-то вкусненьким. Иначе, мне кажется, он о себе в этом плане даже не станет заботиться. Не потому что не умеет, а просто не привык к такому, забывает, либо обходится едой быстрого приготовления. Уже несколько лет прошло со смерти его отца, но его мама так и не смогла полностью оправиться после трагедии. Теперь Женька сам обеспечивает семью и следит за домом. Забота и ответственность за мать не дала ему отчаяться и уйти в депрессию.

– Вау. Ты это для меня приготовила? – спросил он, когда зашёл на кухню.

– А для кого же ещё? – улыбнулась я.

– Круто! Спасибо, Полька, – искренне поблагодарил он.

– Садись давай, ешь.

Дважды его приглашать не пришлось. Среднего роста, худой, хмурый, задиристый – он мне всегда напоминал растрёпанного воробья. Сейчас последняя черта, а именно вспыльчивость, немного притупилась, он стал более сдержанным и теперь намного реже попадает в разные переделки. А ещё, кажется, он успел подкачаться.

– Как твоё вождение? – спросил Женя после того, как опустошил тарелку и придвинул к себе кружку с чаем.

Я хмыкнула.

– Если не считать того, что я вечно притягиваю к себе всякие неприятности, то можно сказать, что все вполне сносно.

И я вкратце рассказала о событиях последних двух дней.

– Слушай, Поль. У тебя всё получится, перестань себя накручивать. Главное, побольше ездить и не делать больших пауз, иначе все быстро забудется.

Я упёрлась подбородком в ладонь и вздохнула.

– И не говори. Вчера села за руль и поняла, что ничего не помню. Может поездим вместе сейчас, пока Любу ждём? – предложила я, чтобы не напрягать больше соседа.

– Можно, почему бы и нет? – ответил Женька, вставая из-за стола. – Сейчас только Любе позвоню.

Друг вышел на балкон, а я убрала посуду со стола в раковину и начала её мыть. Когда оставалась последняя вилка, в кухню вернулся Женька. Он встал у окна, руки засунул в карманы и о чем-то задумался. Я домыла всё, повернула кран, вытерла руки и повернулась к другу.

– Все нормально?

– Да, Поль, все хорошо. Блин, извини, я не смогу помочь. Нужно по работе съездить сейчас, а потом сразу к Любе. Ты уж прости, она не приедет, сказала, что чувствует себя не очень хорошо.

Я почесала левую бровь.

– Ладно, конечно. А что за работа? Подработка новая? – спросила я.

Перед нашей ссорой Женька лишился работы, попал под сокращение, а после мы долгое время не общались.

– Я потом расскажу, – ответил уклончиво. – Если все получится, снимем с Любой квартиру в нашем доме или поблизости. Маму одну оставлять нельзя надолго, а с ней мы жить не сможем. Ну, ты сама знаешь.

Я кивнула. Помню рассказы друга о том, как иногда у его матери случались особенно трудные моменты, и она вела себя очень странно. В последний раз она вышла босиком на улицу, в минус десять градусов. После этого сын плотно занялся ее лечением, потратил все сбережения.

– А как лечение? – спросила тихо.

– Ей уже лучше, намного. Но все же ещё бывает сложно.

– Конечно, я понимаю. Держитесь. А насчёт машины не волнуйся, я сама покатаюсь, если что.

Слова о подработке, о которой он не хотел рассказывать, оставили неясную тревогу. Обычно Женя всегда рассказывал, а тут решил умолчать. Как бы он никуда не ввязался.

– Жень, если не получится с твоей работой, может, ко мне устроишься? У нас постоянно требуются сотрудники в разные отделы. Да, зарплата серая, но зато хорошая. Хотя бы на первое время.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Мы прошли в коридор. Женька накинул куртку, завязал шнурки кроссовок.

– Я подумаю, Поль, – кивнул он. – Спасибо за обед, все как всегда очень вкусно.

– Да ладно, – махнула рукой, улыбаясь.

– И всё-таки, – вдруг заговорил Женька серьезно, глядя мне в глаза. –  Я обещал, что не буду поднимать эту тему…

– Так, всё, не начинай, – перебила его раздражённо, но и он не дал договорить.

– Поговори с отцом. Просто позвони или напиши. Он ведь любит тебя.

– Всё, Жень иди-ка ты. Иначе снова поругаемся, – ответила я устало. – Я как-нибудь сама разберусь. Любе привет.

Друг в два шага преодолел расстояние между нами, крепко обнял, прошептал в волосы «Не злись» и вышел из квартиры, негромко хлопнув дверью.

Я и не злилась на него. Я злилась на себя и на родителей. И на мачеху. И на сестру. Понимала, что в злости и обиде нет смысла совершенно, и что я сама себе делаю хуже, но ничего не могла поделать. Да и виноваты только мои родители и я. Мелкая со своей матерью вообще ни при чём. Вот только признать это вслух было страшно. Обнажить все свои страхи, открыться… Нет, я не готова.

Прошла на кухню. Настроение исчезло. После визита Женьки осталось незримое тепло, но его омрачала тревога. Только бы он ни во что плохое не вляпался. Он хороший, очень хороший парень, но не всегда думает о последствиях принятых решений. Наверное, как и я.

Серые тучи разошлись, им на смену пришли крупные округлые белые облака, через которые просвечивали солнечные лучи разных оттенков. В моей руке был зажат телефон, а в открытой телефонной книжке – папин номер. Это так просто – нажать кнопку, послушать гудки и дождаться ответа. Но я свернула это окно, зашла в журнал вызовов и набрала соседа. Дома оставаться совсем не хотелось, и потренироваться надо. Надеюсь, он согласится.

– Да, – услышала равнодушный голос Ильи после первого гудка, на фоне тихо играла музыка. – Привет.

– Привет, – ответила я и поспешила продолжить. – Илья, сегодня сможем покататься?

После паузы в несколько секунд, Илья ответил:

– Через час нормально будет? Я ещё не дома.

Я обрадовалась, даже сердце застучало быстрее.

– Конечно!

– Тогда через час зайду.

Надо было попрощаться и завершить звонок, но я, какого-то фига, не удержалась и спросила:

– А твоя девушка не будет против? Если она против, то лучше не надо, конечно, – протараторила я и прикрыла глаза рукой, от стыда.

– Какая девушка? – удивлённо спросил он.

– Ну, твоя, с которой ты пришёл. Утром.

– Ты за мной следила? – рассмеялся он.

Смешно ему, видите ли. По голосу слышала, что он там во всю веселится.

– И вовсе не следила. Из магазина шла и увидела вас. Ну так что, она не будет ревновать?

– Она – точно не будет.

– Ну ладно тогда, жду, – выпалила я и нажала кнопку отбоя.

Лицо пылало. Вот вечно так, скажу что-то, а потом подумаю.

Глава 6.

До его прихода почитала книгу, которую начала давно, но никак не могла осилить. Только мысли всё время скакали и приходилось одну и ту же строчку перечитывать по несколько раз. Ловила себя на том, что волнуюсь перед встречей с Ильёй больше, чем перед предстоящим вождением. Хотя второе пугало не на шутку. Да и сосед, после таких занятий, наверняка будет обходить мою квартиру стороной. Полчаса пытала книгу, пока не сдалась и не принялась бездумно листать ленту в соц сетях. А в последние пятнадцать минут стояла в ванной и расчесывала волосы, заплетала косу, расплетала, делала хвост, распускала и все не могла определиться с прической. В итоге вышла оттуда с распущенными волосами. С одеждой было проще – любимые черные джинсы с завышенной талией и клетчатая рубашка. Чтоб наверняка у девушки соседа не вызвать ревности или сомнений.

Илья пришел за пять минут до назначенного времени. Он коротко постучал в дверь, и я поспешила открыть. В протянутых руках он держал посуду, что я ему отложила, а на тарелке лежала плитка молочного шоколада с морской солью и карамелью. Моя любимая. Я удивлённо взглянула на соседа.

– Что это?

– Маленькая благодарность, – ответил Илья с улыбкой.

Сейчас он выглядел бодрым и даже довольным. Светлые джинсы и футболка с длинными рукавами под кожанкой хорошо смотрелись на спортивной фигуре. А волосы в классическом полубоксе были небрежно уложены.

– Спасибо, не стоило, – смутилась я. – Если что нужно, обязательно обращайся.

Илья кивнул.

– И ты тоже, – ответил он. – Готова ехать?

Я схватила с тумбы сумочку и заперла дверь. Кроссовки приятно пружинили по ступенькам, пока мы быстро спускались вниз. В распахнувшуюся дверь подъезда влетел свежий дождевой воздух и разогнал духоту.

– Предлагаю доехать до места твоей работы, чтобы завтра ты могла уже спокойно передвигаться до туда, – озвучил Илья свои мысли, опередив меня.

– Полностью согласна. Сама хотела такой вариант предложить.

Мы сели в мою машину, я за руль, Илья рядом. По салону распространился теплый древесный аромат с цитрусовыми нотками. Обалденный. Захотелось снять с него куртку и забрать себе. Или просто уткнуться носом ему в шею. От этой мысли обругала себя и постаралась сосредоточиться. Ввела в навигатор, что прихватила с собой из квартиры, адрес офиса.

– Поехали. Если что, буду подсказывать. И ты не стесняйся, задавай вопросы, – сказал Илья, пристегнув ремень безопасности.

Когда смогла настроиться, плавно тронулась с места. И сразу все посторонние мысли исчезли. Аккуратно выехала со двора и дальше следовала указаниям голоса из навигатора. Сосед молчал, внимательно наблюдая за дорогой. В приоткрытые окна задувал прохладный ветерок. Я была сильно напряжена, но старалась не нервничать. На машине путь был действительно намного короче, чем по маршруту общественного транспорта и уже через двадцать минут мы подъехали к бизнес-центру, в котором располагался офис. Я лишь один раз заглохла на перекрестке, но сумела быстро, благодаря Илье, продолжить движение. Он сразу нажал на кнопку аварийной сигнализации, а я сделала остальное.

– Давай здесь остановимся ненадолго, – предложил Илья, указывая на парковку возле здания рядом. – Тут кофейня неплохая, можно заглянуть.

– Хорошо. Только помоги с парковкой, пожалуйста.

– Конечно.

И он помог. Его пальцы легли на руль, соприкасаясь с моими, направляя, когда это было необходимо. Я буквально ощущала жар во всем теле, поднимающийся от места соприкосновения. Даже дышать стало сложнее. Очень странная реакция, совсем для меня непривычная.

Будоражащая.

Я просто редко прикасаюсь к людям, вот и всё. Именно этим я себя и успокаивала, пока глушила двигатель и закрывала окна.

В кофейне оказалось очень уютно. Стены, обшитые деревом карамельного цвета, узкие вазоны на полу с высокими, длинными белыми цветами. Прилавок на несколько тонов темнее, освещенный теплым светом, свисающих с продольной тонкой балки лампами, разных размеров и форм. За стеклом множество выпечки и разноцветных, очень аппетитных пирожных. А за спиной бариста большая угольная доска в светлой рамке с названием напитков и их стоимостью. Фоном играла лайтовая музыка. Но самым вкусным здесь был аромат. Я с удовольствием вдыхала терпкий запах кофейных зёрен, смешанный с десертами, играющий разными оттенками.

– Ты торопишься? – спросил Илья, отвлекая от созерцания интерьера. – Можем взять с собой кофе или здесь посидеть.

– Тут хорошо. Я бы осталась ненадолго, – сказала я, взяв на заметку это место. Теперь можно будет с Диной на перерыве ходить сюда.

Я заказала латте и пирожное с вареной сгущёнкой и орехами, оплатила и, взяв поднос, направилась к столику у окна. Забралась на высокий стул и ладонями обняла кружку на ножке с горячим напитком. Хорошо.

Илья до сих пор стоял у прилавка в ожидании своего заказа, а я могла понаблюдать за ним, не боясь быть замеченной за этим занятием. Он задумчиво постукивал пальцами по столешнице и смотрел куда-то в сторону. Широкие брови чуть хмурились, на лбу залегла складка, которая, похоже, появлялась частенько. Удлиненные сверху волосы заметно растрепались от ветра, пока мы шли в кофейню, и теперь выглядели небрежно-притягательными. Он уже снял кожанку, и теперь она висела на сгибе его руки. Будь я его девушкой – никогда бы не подпустила к нему другую, тем более с такой просьбой, как у меня. Словно почувствовав мой взгляд, Илья повернулся и заглянул мне прямо в глаза. Я растерялась, и не придумала ничего лучше, как глупо помахать ему. Сосед ухмыльнулся и отвернулся к бариста, а я прикрыла лицо рукой, удивляясь собственной «находчивости».

– Значит, ты работаешь где-то здесь, – сказал Илья, неопределенно махнув рукой в сторону улицы, когда занял место напротив.

Над нашим столиком, как и над остальными, висело несколько ламп Эдисона, и в их мягком свете глаза Ильи казались цветом гречишного меда с малахитовыми вкраплениями у зрачка. Сложно было отвести взгляд.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Да, в соседнем здании, – ответила я, сумев взять себя в руки и переключить внимание.

– Почему раньше не ездила сюда на машине? Или только устроилась в это место? – продолжил Илья, отпивая, кажется, латте.

– Офис переехал буквально на днях и добираться стало совсем неудобно, вот и решилась. А ещё начальник предлагал подвезти, и я, чтобы наверняка от него отделаться, приплела машину. Знаю, что он проверять ее наличие не будет, но в какой-то степени именно его неприятная персона послужила решающим фактором.

– Неприятная персона? – хмыкнул Илья беспечно, но только вот взгляд его стал настороженным.

– Нет, сам он симпатичный, даже очень. Но о нем ходит столько слухов, порой самых невероятных, что от одной мысли о нем становится не очень.

Сосед отставил кружку и сложил локти на столе.

– Что же за истории такие из разряда невероятных? Даже мне стало интересно, хотя я мало интересуюсь жизнями незнакомых людей, а тем более мужчин.

Я навскидку прокрутила в мыслях несколько историй, которые меня особенно удивляли и настораживали.

–  Ну вот, например, не так давно прошел слух, что Станислав Николаевич, – я наклонилась ближе к Илье и заговорила так тихо, что и он подался мне навстречу. – …состоит в тайном клубе со всякими извращениями. А ещё, что он живёт с двумя женщинами и мужчиной, и подыскивает ещё одну женщину.

Сосед расслабленно откинулся на спинку стула и весело расхохотался. Так ярко и заразительно, открыто. Вот только от неожиданности я даже не улыбнулась.

– У всех свои пристрастия и интересы, – заметил он, улыбаясь.

– Я тебе такие вещи рассказываю, а ты… Он к девушкам в офисе пристаёт, уже много раз об этом слышала, – проговорила серьезно. – Но мне пока только предложил подвезти. Надеюсь, это было его первое и последнее предложение.

– Ладно. Извини. Мне интересно, как такое могло стать известным всему коллективу? Может тот, кто распустил эти слухи, сам не прочь побывать в таких заведениях? Да и не всегда стоит верить подобным рассказам.

Я задумалась, пытаясь вспомнить, кто первым озвучил эту историю, но ничего не получилось.

– Всё может быть, – согласилась я и поспешила перевести тему. – А ты уже вышел на работу или пока отдыхаешь?

– Завтра официально первый день. Но уже вчера и сегодня ездил туда, чтобы познакомиться со всеми.

– И как там? Туда могут попасть простые смертные или зал только для избранных? – спросила я.

Интересно было узнать, кого пускают на территорию престижного жилого комплекса бизнес-класса. Илья улыбнулся.

– Обычный фитнес-клуб, цены, может, чуть выше средних по городу. Так что попасть туда может почти любой желающий.

– Это хорошо. Я бы хотела начать занятия, лучше групповые. Вроде степ-аэробики. Ну или что-то подобное, – поделилась я.

Проблем с фигурой у меня особо не было, но хотелось поддерживать тело в тонусе. Да и хоть чем-то занять себя длинными одинокими вечерами, кроме самокопаний и бездумного листания ленты новостей.

– Посмотри у них на сайте направления, наверняка найдешь что-то интересное для себя. Буду рад тебя там видеть, – сказал Илья и мягко улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ. Растерялась и не знала что ещё добавить. Поэтому придвинула кружку и занялась пирожным.

– Поедем домой или ещё покатаемся по городу? – спросил Илья, когда его чашка опустела.

– Честно, я бы ещё поездила, если у тебя есть желание и время. Если нет, то, конечно, давай вернёмся.

Илья заглянул в телефон, несколько раз свайпнул, полистал что-то и только тогда ответил:

– Вечер у меня свободный, так что я весь в твоём распоряжении.

Его слова смутили, и я сдержанно кивнула:

– Спасибо.

В большие окна, в которых отражался зал и мы в оранжевых бликах, застучался дождь. Он крупными каплями оседал на прозрачной преграде и разбивающимися ручейками стекал вниз. Я с грустью подумала о том, что куртка осталась в авто. Придется немного промокнуть, благо, в машине есть обогрев. Невольно втянув голову в плечи, готовилась шагнуть под сплошную мокрую стену, и очень удивилась, когда сверху мелькнуло что-то чёрное. Илья стоял рядом и держал над нашими головами свою кожанку.

– Ну что, готова? – спросил он, а в глазах его затаилось веселье. – Возьми за один край, так будет удобнее.

Его энтузиазма я не разделила, но сделала, как он сказал. Двумя руками натянула часть куртки, и по команде соседа мы вместе, прижимаясь друг к другу, рванули к машине под импровизированной крышей.

Не знаю, почему, но мне захотелось в голос рассмеяться, когда мы, подзарядившиеся и разгоряченные вкусным горячим кофе, перепрыгивали через лужи, сталкиваясь под этой курткой, от которой невероятно приятно пахло. Особенно в сочетании с прохладным воздухом, пропитанным дождем. Так стало весело, а сердце забилось быстрее, разгоняя импульсы восторга по телу.

Оказавшись рядом с машиной, я на ходу отключила сигналку и разблокировала двери.

– Запрыгивай, – кивнул он, отчего-то тоже широко улыбаясь.

Как только я заняла место за рулём, сосед закрыл мою дверь и через несколько секунд плюхнулся на сидение рядом, а воду с куртки стряхнул на улицу. Мы оба быстро дышали, а с моих губ не сходила улыбка. Я потянулась к бардачку, чтобы достать маленькую бутылку с водой, что закинула туда вчера, и в этот момент Илья повернулся. Его лицо было так близко… Несколько миллиметров, и я бы могла губами прикоснуться к его щеке, с едва заметной щетиной. С такого расстояния я видела, как его зрачки расширились, делая взгляд темным, бархатным, обволакивающим. Его глаза сосредоточились на моих губах, и мне нестерпимо захотелось их облизнуть, будто они мгновенно пересохли. Сердце заколотилось ещё сильнее. Что-то важное происходило в этот момент. То, что оставит отпечаток в наших жизнях. Яркий или едва заметный, он создаст новый виток в наших судьбах, изменит то, что было запланировано, спровоцирует цунами в наших душах. В моей так точно.

Вдруг послышался резкий визг тормозов. Это было настолько неожиданно, что я испугалась и резко развернулась в сторону звука. Под стеной ливня один водитель умудрился жёстко подрезать другого и они чудом избежали аварии, сопровождаемые гудками других машин. На этом все закончилось. В том числе и волшебный момент, который словно тоненькая, витиеватая паутинка, был соткан из нескольких мгновений, украшенных жемчужинами предвкушения, пожара в груди и очарования медовых глаз. Картинка рассыпалась как пазл и теперь я не знала, как избежать неловкости и вернуться домой, находясь в замкнутом пространстве с этим человеком.

У него ведь девушка есть. И он с ней, похоже, живёт, а я чуть не поддалась внезапному порыву. И мы знакомы всего несколько дней. И... Как же стыдно!

– Поехали? – чуть хриплым голосом спросил Илья.

Я, наконец, посмотрела на него. С отсутствующим выражением лица, он копался в своем телефоне. Словно ничего и не произошло. Мне пришлось тряхнуть головой, избавляясь от охватившего меня наваждения. Молодец Илья, все правильно делает. Помогло мало, но хотя бы теперь смогла думать о вождении, а не о прекрасном соседе, который каждым взглядом завоёвывал по частичкам моё сердце.

– Я всё правильно делаю? – спросила я.

Зареклась себе, что не пророню ни слова больше, однако сдалась уже на середине пути. Неуверенность давала о себе знать. Несмотря на то, что с ПДД у меня проблем не было, я очень сомневалась в собственных действиях и нуждалась в подтверждении некоторых маневров.

– Да, все отлично. После такого большого перерыва, ты вполне хорошо справляешься, – заметил Илья. – Чуть больше уверенности, и будет вообще супер.

– Но ты же на дорогу почти не смотришь, как ты это определил? – возмутилась я, выворачивая руль вправо на повороте.

– Тебе просто кажется. Я всё вижу.

– Ну ладно. Ты меня успокоил.

Илья включил тихую музыку на смартфоне и дальше мы ехали молча. Лишь изредка он что-то подсказывал, обходясь короткими фразами.

Меня потихоньку отпускало, и я очень надеялась, что подобного со мной не повторится. Я сосредоточилась на дороге, иногда ловя себя на мысли, что испытываю наслаждение, вдыхая рассеянный аромат мужского парфюма. А ещё мне нравилось, что я не одна. Пусть и ненадолго. Периодически накрапывал дождь, мелкими каплями растекаясь по лобовому стеклу, и тогда музыку монотонно разбавлял тихий скрип стеклоочистителей.

– Илья, я дико извиняюсь. Я хочу тебя ещё кое о чем попросить, – заговорила я, когда до дома оставалось несколько кварталов.

– Что такое? – отозвался он.

– Давай ещё пол часика потренируемся с парковкой и разворотами? И обещаю, я от тебя отстану. Ты меня больше не увидишь, не услышишь. Честно-честно!

Сосед огляделся и, указав в сторону ближайшего перекрестка, обратился ко мне.

– Да не вопрос. На перекрестке поверни направо.

Вскоре мы заехали на большую парковку огромного торгового центра. Я никогда не видела, чтобы эта площадка была заставлена автомобилями хотя бы на пятьдесят процентов. Если только последние дни перед новогодними праздниками. Но и то с трудом это представлялось. И сейчас это было как нельзя кстати. Целый час Илья гонял меня по территории, точнее, мою машину, заставляя совершать повороты, развороты, использовать прилегающую территорию. И если сначала я жутко нервничала, то в конце уже ощущала уверенность.

– А вот здесь лучше выверни руль до предела, – произнес сосед, левой рукой помогая быстро крутануть руль для очередного разворота, запуская горячие иголочки по моему телу от прикосновения.

Мы выехали с парковки на проспект и двинулись в сторону дома.

Вот снова. Вновь эта неожиданная реакция. Она настолько странная, немного чуждая, но мне хочется, чтобы она такой и оставалась. Этот трепет в груди, волны по телу… Чёрт!

– Чёрт! – воскликнула я, едва успев среагировать, замедляя движение, а Илья крутанул руль, избегая столкновения. Автомобиль начало заносить на влажном асфальте, но сосед помог выровнять, командуя, что делать.

Тут же, как только опасность миновала, он несколько раз резко надавил на сигнал, громко ругаясь нецензурными словами. Я же пребывала в шоке. Нас нагло подрезали, и мы едва избежали столкновения с этой машиной и высоким бетонным ограждением справа. Повезло, что рядом почти не было машин и никто ни в кого не врезался. Вот только те, кто нас подрезал на белой Ауди, остановились впереди, там, где кончилось ограждение. Со стороны пассажира выскочил на дорогу высокий мужик с густой каштановой бородой и начал махать рукой.

– Остановись там, – сказал Илья хмуро, и указал место рукой.

– Что ему надо? – испуганно спросила я, пребывая до сих пор в растерянности.

– Проблем, видимо.

Мужик сложил руки на груди и хмуро уставился прямо на меня. Сплюнул. Капец.

– Я что-то не так сделала? – спросила дрожащим голосом, ошарашенно глядя на злого Илью.

– Ты – нет, – сделал он акцент на «ты». – Подожди здесь.

Он выпрыгнул из машины в одной футболке, на ходу доставая зажигалку. Мимо проезжали машины, кто-то оглядывался. Я вжалась в сидение и не понимала, чего вообще ожидать. Взгляд бородатого переключился на Илью, и он весь сгруппировался, напрягся, будто готовился в любой момент ударить. Надо сказать, мой сосед выглядел не менее внушительно, да и ростом почти не уступал, только был чуть уже в плечах. Похоже, тот мужик этого не ожидал. Даже попытался будто улыбнуться. Я приоткрыла окно, чтобы услышать, чего ему надо от нас.

– Что? – с ходу рявкнул Илья, явно не настроенный на дружескую беседу.

– Чё сигналит твоя краля? – спросил тот с претензией. – Еле тащится, да ещё вые… выделывается.

– Ты вообще …

Далее последовали убедительные доводы, среди которых мелькнуло несколько крепких словечек. Это было неожиданно, хотя в такой ситуации… Да и я же его вообще не знаю. Он популярно разъяснил, кто в этой ситуации неправ, и мужик будто согласился. Покивал, сплюнул. Опять уставился на меня, из-за плеча Ильи.

– Научи свою с…у ездить, – с вызовом бросил он.

И тут же получил кулаком в подбородок. Илья «втащил» ему так, что тот едва удержал равновесие. Мужик махнул кулаком с крупной печаткой. Я не увидела, успел ли Илья увернуться, испуганно прикрыла лицо, потерла его и схватилась за ручку, собираясь вмешаться. Парни громко ругались, держась друг от друга на коротком расстоянии. Они чуть не сцепились, но со стороны водителя открылось окно и кто-то небрежно махнул рукой, что-то сказал, и мужик, сплюнув кровью, обошел автомобиль спереди и скрылся в нём. Пару раз оглянувшись, Илья остановился у моей машины и закурил. Я терпеливо ждала, успокаивая зашкаливающий пульс.

– Ты его знаешь? – спросил он, когда сел рядом и кивнул в сторону отъезжающей Ауди, пристально глядя на меня.

– Нет, впервые вижу. Психи какие-то, – нервно прошептала я, потерев левую бровь ледяными пальцами.

Илья кивнул и заглянул в зеркало заднего вида, бегло осмотрел себя, хмыкнул. На его скуле был небольшой порез. Всё-таки задел его тот гад.

– Прости, что тебе пришлось это услышать. Судак какой-то, – сосед цыкнул. – Извини.

– Ничего. Спасибо тебе, что вступился за меня. Я не представляю, что делала бы, будь одна. Спасибо, Илья.

– На здоровье, – улыбнулся он мимолётно.

Я выдохнула и потихоньку выехала на проезжую часть. До дома добрались без происшествий. Только колени мои подрагивали от пережитого стресса. Зачем они до нас докопались? Илья прав, они те ещё придурки. По крайней мере тот, что вышел для глупых разборок.

На лестничной площадке я обернулась к Илье.

– Ты голоден? У меня много еды дома, – запоздало вспомнила я, да и хотелось хоть как-то отблагодарить соседа.

Ключ в его руках замер на полпути к замочной скважине.

Глава 7.

– Да, не откажусь, – сказал он и взглянул на меня. – Ты в порядке?

Я устало облокотилась о стену.

– Всё нормально. Просто вымоталась немного, да это происшествие неприятное. Выбило из колеи.

Я открыла дверь и обернулась.

– Идёшь?

– Через десять минут приду, ладно? Надо позвонить.

Я пожала плечом.

– Конечно. Дверь не закрываю тогда.

В прихожей скинула кроссовки, пошевелила облегчённо пальцами ног. Повесила куртку на нескользящие плечики в шкаф. Отражение в прямоугольном зеркале не радовало – выглядела растрёпано, даже болезненно, а глаза блестели. Не разболеться бы только. В ванной умылась, затянула волосы в высокий хвост. Даже ожила немного. Запоздало подумала о том, что не следовало приглашать соседа к себе в квартиру, ведь он не свободен. Сделала это скорее из вежливости, не думала, что он согласится. Быстро переоделась в удобные шорты и майку, и побежала на кухню. Достала все из холодильника, что нужно – засунула в микроволновку. Ткнула наполовину полный чайник. Илья задерживался. Я успела заварить чай, прежде, чем он пришел.

Зайдя в квартиру, передал мне небольшой пакет, в котором лежали аппетитные пирожные.

– С вишней, – сказал сосед, когда я вытащила их и положила на стол.

– Большое спасибо! – искренне обрадовалась я, и проводила парня в ванную.

В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Дины.

Дина: «Привет. У меня в пятницу др. Ты сможешь приехать?»

Я прикинула в уме, не запланировано ли что-то на этот день.

Я: «Приду, конечно. Во сколько?»

Дина: «В 19»

Я: «Хорошо, как раз с работы успею домой заехать и сразу к тебе».

Илья вошёл на кухню и присел напротив. Я отложила телефон, предложила чай.

– С сахаром?

– Да, две ложки.

– Прямо как и я. Люблю сладкий чай.

Я поставила чашку рядом с ним и принялась за еду. Вилка звонко стучала о тарелку, когда я подцепляла очередной кусочек. Илья ел с аппетитом, иногда отвлекаясь на то, чтобы набрать что-то в телефоне. Никакого смущения сейчас не было и я чувствовала себя вполне комфортно. Я тоже взяла смартфон и набрала:

«Дина, я забыла, ты в отпуск ушла или на след неделе пойдешь?»

«Уже)»

«О, поздравляю. Хорошего отдыха».

«Спс»

Придется неделю или две работать без Дины. За несколько месяцев я так привыкла к ней, мы очень сдружились. Это было удивительно, обычно я редко с кем-то так легко нахожу общий язык. Наше общение – полностью заслуга Дины. Её общительность, активность, отзывчивость, лёгкость – всё это невероятно располагало, и я уже не представляла себя без неё.

– Поль… – начал Илья, так глядя на меня, что я чуть не подавилась.

– Что? – спросила, сделав быстрый глоток чая.

– Этот парень, что днём был у тебя, ты его давно знаешь?

– К чему этот вопрос? Но да, Женьку знаю с детства. Он мне очень дорог, – немедленно заявила я, вновь ощутив за него тревогу. – Почему ты спросил? Вы знакомы?

Он мотнул головой.

– Нет. Да ничего, забудь.

Я задумчиво пожала плечами, попыталась спрятать любопытство поглубже. Раз уж не хочет говорить… Сосед нахмурился, нервно постучал пальцами по столу. Снова взял в руку телефон. Да что такое?

– Илья, если ты что-то знаешь, скажи мне. Я очень за него волнуюсь.

Сосед прикрыл глаза на мгновение.

– Я подумал, что видел его в одном месте, но ошибся. Понял, что это не он. Так что не волнуйся.

Слова прозвучали уверенно, но у меня всё равно остались сомнения.

– Точно? – переспросила я, пристально глядя на парня.

– Точно! Такими темпами ты своим взглядом во мне дыру просверлишь.

Я расслабленно откинулась на спинку стула и повертела в руке вилку, будто прицеливаясь перед броском.

– Надеюсь, ты меня не пытаешься обмануть, – сказала я, прищурившись.

– Не пытаюсь. Говорю же, обознался. Там был другой парень. Выдохни.

– Ок, – ответила я, успокоившись, и приняла прежнее положение.

– Ты классно готовишь. Спасибо. Ни что не сравнится со вкусно приготовленной домашней едой, – с довольным видом произнес Илья. Легко встал со стула и отнес все в раковину.

Я с удовольствием наблюдала за соседом. Если Илья её ещё и вымоет, то я мысленно пропою: «В нашем доме появился замечательный сосед». Но он вернулся за стол и захватил пироженку. Я поспешила присоединиться. Вечер налаживался. Даже инцидент на дороге не казался уже таким ужасным, хоть и вызывал мурашки и отвращение. За окном почти стемнело, зажглись фонари, а ветви берёз качались в такт засыпающему городу. Фиолетовое небо с синими всполохами провожало день и встречало ночь.

– Пойдем на улицу? – предложил Илья, когда закончили с ужином.

– Да, почему бы и нет, – согласилась я, предвкушая касания прохладного воздуха к разгоряченной коже.

Не сорвавшиеся капли дождя дрожали на листьях. Я, как заворожённая, наблюдала за ними, гадая, смогут удержаться или сорвутся, звеня, от внезапного порыва ветра. Моя жизнь такая же – неустойчивая, шаткая, рассыпающаяся на части. В последние месяцы пришлось ощутить это особенно остро. И только сегодня, прямо сейчас, мне стало казаться, что я обретаю почву под ногами. Илья стоял на некотором расстоянии от меня и курил. Сказал, что не хочет, чтобы на меня попал дым.

– Бросай, и тогда точно не попадёт, – беззаботно сказала я, вглядываясь в лоскутки разноцветного неба через сплетенные ветки боярышника.

– Думаешь, надо? – спросил Илья.

– Конечно. Лучше кушай шоколадки. Они вкусные и настроение поднимают. И вкусов столько, что за всю жизнь не надоест.

Сосед хмыкнул.

– Спасибо за совет. Только тогда я быстро перестану входить в двери.

– Тебе это не грозит, – заметила я.

Я продолжала смотреть вверх. Отчего-то было странное, воздушное состояние. Словно прямо сейчас я смогу взмахнуть руками и взлететь, искупаться в ежевичных облаках, расправить невесомые крылья. Белая точка-самолет перемещалась по прямой, периодически мигая, поражая достигнутой высотой, искушая размахом.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Что ты делаешь? – спросила я, когда рядом возникла высокая фигура соседа. Близко-близко, прямо передо мной.

– Не хочу, чтобы ты заболела, – сказал он, плотнее запахивая куртку на мне, особенно в районе шеи.

В его глазах таилась грусть. Захотелось провести ладонью по мужскому, такому привлекательному лицу. Убрать тоску, как мелкую соринку.

– Спасибо, – прошептала я, утопая в этих глазах и вспоминая данное себе обещание – не увлекаться.

С сожалением взглянула на его губы, которые были совсем рядом. Илья смотрел выжидающе, задумчиво. Решилась первой прервать момент.

– Так не хочется на работу завтра, – уныло произнесла я, отступая на шаг. – Тебе тоже?

Илья чуть встрепенулся.

– Да. Не особо люблю работать с людьми. А завтра к вечеру их будет много.

– Понимаю. Меня тоже такое не привлекает.

Боковым зрением уловила движение справа. За кустами сумела разглядеть, как из двора выезжает белый автомобиль. По коже побежали мурашки, а всё тело напряглось. Да нет, бред. Мало ли машин такого цвета в городе и здесь. Вот только все равно стало не по себе.

– Ну что, пойдём? – спросил сосед, и я с готовностью кивнула, обернувшись ещё несколько раз, пока мы заходили в подъезд.

Мы поднялись на наш этаж. Прощаться не хотелось, но это надо было сделать и отправиться отдыхать.

– Спасибо тебе за эти выходные. Ты очень мне помог!

– Обращайся, – улыбнулся Илья краешком губ и засунул одну руку в карман толстовки. – Кстати, у тебя машина что надо. Как ты ее нашла? Эту модель давно сняли с производства, но у тебя она в очень хорошем состоянии.

Я невольно улыбнулась. К папиной машине испытывала особую нежность.

– Мне не пришлось её искать. Это машина папы. Отца, – зачем-то исправила я, будто это могло обозначить всю степень моей обиды на него. – Он подарил её мне, но каждый год мы оформляем страховку, и теперь я вписываю его туда. Не планировала ездить, но пришлось.

– То есть он тоже на ней ездит? – спросил Илья, открыв замок в двери своей квартиры.

– Он за ней ухаживал долгое время. Но даже при желании, поездить на ней теперь не сможет, – сказала я с досадой и сложила руки на груди. – Ему неизвестно, где я живу. И будет хорошо, если он этого вообще не узнает.

– Не общаетесь? – спросил сосед спокойно.

– Да. Несколько месяцев назад поссорились и перестали общаться. Вот тогда я и переехала сюда. И не жалею.

– Как всё серьёзно. А что послужило причиной, если не секрет? – сосед наклонил голову вправо, внимательно глядя на меня.

– Он не говорил мне правды. Сделал кое-что за моей спиной, что сильно повлияло на меня, мою жизнь, задело чувства. Очень неприятная история.

Парень покачал головой. Я не поняла, к чему было это движение.

– Должно быть, что-то действительно серьезное произошло, раз даже не смогли помириться. Я рано потерял родителей, поэтому для меня это немного дико – вот такие истории. Хотя, ситуации действительно бывают самыми разными.

– Поверь, причина была. Мама сама решила со мной прекратить общение, очень давно. Уже больше десяти лет мы не виделись, может чуть меньше. А с отцом всего несколько месяцев. Я не стала бы на пустом месте рвать все связи, – быстро сказала я, не желая, чтобы у него оставались сомнения в объективности моих действий. И тут же спохватилась. – Прости. Я сочувствую твоей утрате. Возможно, я и не права в отношении своих родителей, но признать это будет чертовски сложно. А изменить всё – сложнее вдвойне.

– Это твоя жизнь, я лишь уточнил.

– Извини за нескромный вопрос. А кто тебя воспитывал?

Илья повел плечом. Весь его вид выражал нежелание делиться этой информацией, и я пожалела, что задала такой вопрос.

– Прости! Я не должна была…

– Бабушка, – перебил он меня. – Бабушка вырастила меня. И сестра. Но от сестры было хлопот больше, чем пользы, как говорила бабушка. Я поздний ребенок, с сестрой разница шестнадцать лет. В последний год перед совершеннолетием, сестре пришлось оформить опекунство, так как бабушки не стало.

– Ого, – только и сказала я.

– Ладно, завтра вставать рано. Тебе ещё помочь с вождением? – спросил Илья, приоткрыв дверь.

– Нет, что ты! Ты мне очень сильно помог, дальше я сама. Ещё раз спасибо, – я открыла свою дверь и, прежде чем скользнуть за неё, улыбнулась: – Доброй ночи.

Лицо Ильи засветилось мягкой улыбкой.

– И тебе, Полина.

Закрыв двери, скинула балетки и пошла на кухню, мыть посуду. Я уже протёрла последний стакан, когда мой телефон завибрировал. Я раздражённо выхватила его из кармана, готовясь смахнуть очередную порцию уведомлений из разных приложений. Но вместо этого палец замер над дисплеем.

«Не передумала?»

Тяжело вздохнув, сильно надавливая на экран (да, телефон не виноват, но я была так зла), набрала большими буквами ответ бывшему:

«НЕТ».

Хотелось дописать, что он чертов псих, но не стала. Мне ещё дороги мои нервы.

Приняв душ, отправилась спать. Запрыгнула в кровать, завернувшись в холодное одеяло. Желто-серые блики, искаженные шторами, бродили по стене, нагоняя друг друга и исчезая. У соседей сверху негромко играла грустная музыка. Я постепенно согревалась, а мысли сами собой потянулись к соседу. Я думала о том, что он рассказал и что сказал мне. Непросто ему пришлось. И я была согласна с его словами и понимала, что он прав. Но как же сложно признать свои ошибки и принять то, от чего бежала всю свою жизнь. Проще ведь злиться и винить всех подряд, чем жить спокойно, наслаждаться мгновениями, строить реальность, которая будет нравиться, без оглядки на прошлое. Проще утопать в проблемах прошлого, теряться в обиде и забываться. Это проще, чем вынырнуть оттуда, избавиться от негатива. Проще, чем простить и смириться. Как бы ни было больно – это действительно легче, чем перешагнуть образовавшуюся пропасть. Но я над этим работаю.

Глава 8.

Понедельник – день обычный, но сонливый до жути. Половину ночи не могла уснуть, раздумывая обо всём, в итоге еле встала утром. Правда, как вспомнила, что на работу сама за рулём поеду, сразу взбодрилась. К моему великому счастью – добралась быстро и без проблем. Только на двухуровневой парковке бизнес-центра немного заблудилась, узнав у сотрудника номер парковочного места, но не получив ответа, как это самое место найти.

Без Дины было непривычно и одиноко. Её место, раз она в отпуске, занял кто-то из ребят со сменным графиком. Так что пришлось самой нести себе кофе, на перерывах особо не с кем было поболтать, поделиться последними новостями и вообще стало грустно. А ещё все мысли занимал Илья и его слова. Думая о нём, в груди становилось тепло и хотелось улыбаться. Хотя ведь ничего особенного не произошло, мы просто пообщались пару дней. И всё же…

Разговор с последним клиентом затянулся. Мне так хотелось скорее бросить трубку и сбежать из душного офиса пообедать куда-нибудь, но человек все сыпал вопросами, будто читал по бумажке. Пришлось пожертвовать пятнадцать минут от своего перерыва. Как только договорила, отложила гарнитуру на стол, заблокировала компьютер и, прихватив сумку, бросилась к выходу. Квадратные невысокие каблуки гулко стучали по плитке, а я уверенно шагала вдоль рядов с сотрудниками. Свобода была уже так близко. Я запланировала, что пойду в кафе-пекарню, там готовят вкусные бизнес-ланчи. Обычно я беру еду с собой, чтобы хоть немного экономить, а сегодня позаботиться об этом забыла напрочь. Но моим планам не суждено было сбыться.

– Полина, постойте, – вдруг услышала голос своего начальника и застыла.

– Добрый день, Станислав Николаевич, – улыбнулась через силу, разворачиваясь на каблуках. – Что-то случилось?

– Составите мне компанию на обеде? – спросил он, странно улыбаясь. Неискренне. Копирует меня? Будто это не от него поступило предложение.

– Не думаю, что это хорошая идея, – ответила я серьезно. – В смысле, я уже часть перерыва пропустила и спешу.

– Немного задержитесь, ничего страшного. Я предупрежу вашего руководителя. Я хотел кое-что узнать у вас. Обратиться за помощью, так сказать. Давайте, не отнекивайтесь.

Какой настырный, кошмар! Неподалеку увидела Арину, которая наблюдала за нами с таким лицом, что удивительно, как один из нас ещё не воспламенился. Она накинула плащ, видимо, тоже собиралась провести обед вне офиса.

– Помочь? Но чем? – непонимающе уставилась на начальника.

– Расскажу за обедом, – сказал он и открыл дверь, пропуская меня вперёд.

Просто замечательно. Без сомнений – слухов будет уйма. Неужели он сам этого не понимает? Хотя какая ему разница.

– Ну что, Полина, нашли своё парковочное место? – спросил начальник, когда мы вышли на улицу.

Солнце щедро дарило тепло, лучами грея всех и каждого, до кого дотягивалось. Если бы не прохладный резкий ветер, было бы очень хорошо, а так приходилось кутаться в тонкую куртку. Очень странное лето. Я так утром обманулась, когда выбирала одежду для работы. Хорошо хоть куртку прихватила. По двору, от дома до машины, идти чуть-чуть, а вот до кафе от бизнес-центра нужно пройтись.

– Да, конечно. Спасибо, что спросили.

Мы шли по тротуару. Пару раз в лицах прохожих я узнавала людей, что так же работают в нашем офисе. С каждым шагом становилось всё хуже. Будто я делаю что-то противозаконное, и меня вот-вот поймают на месте преступления. Но, с другой стороны, я успокаивала себя тем, что Станислав Николаевич соблюдал дистанцию и не пытался нарушить мое личное пространство.

– Как тебе работа? Все получается? – снова задал вопрос мужчина, как бы между делом.

– Да, все хорошо, – осторожно ответила я, покосившись на начальника.

Рассказывать ему о том, какие моменты в организации рабочего процесса меня бесят – не стала. Мне ведь ещё работать с ним. А для улучшения я могу написать свои пожелания и закинуть в специальный ящик-почту, что установили у выхода из офиса.

Наконец, мы сели за столик в кафе. Вполне уютное местечко. Светлые стены в теплых тонах, большой уголок для детского творчества, бамбуковые занавески, мягкое освещение. Самое то, чтобы согреться в прохладный или хмурый день. Я отвернулась и посмотрела в окно. Тут же в памяти вспыхнули события вчерашнего сумасшедшего дня. Образ Ильи. Мы были на противоположной стороне перекрестка в кофейне, а потом бежали до машины и были так близко друг к другу. От воспоминаний возникли двоякие чувства. Радость, восторг и беззаботность мешались с виной. О последнем думать не хотелось, и я вновь вернулась к приятным мгновениям.

Мужчина рядом сделал заказ. К этому моменту я уже жутко проголодалась и с нетерпением ждала, когда принесут мой бизнес-ланч. На Станислава Николаевича старалась не обращать внимания, будто его здесь и нет. Но долго игнорировать не получилось.

– Полина, что не так? – спросил он, заметив, видимо, странности в моём поведении.

– Все хорошо, просто жду, – ответила я.

– Ты будто смущена моим присутствием.

Да не то слово, проницательный вы наш. Вслух я этого, конечно же, не сказала.

– Я просто не понимаю, зачем вы меня позвали, – призналась я, переведя взгляд со своих ладоней в зал.

Арина, как оказалось, тоже была здесь. Сидела через столик, с каким-то мужчиной и громко смеялась. Это звучало не совсем естественно. Неужели так хотела понравится? Когда она в очередной раз «заржала», а иначе это не назовёшь, Станислав Николаевич посмотрел на нее осуждающе. Даже брови нахмурил для убедительности. Она же, заметив его взгляд, осеклась и поджала губы. Улыбка сошла с лица. Да уж. Наш начальничек даже за пределами офиса никому не даёт расслабиться.

Станислав Николаевич вновь переключил внимание на меня. Даже подался чуть вперёд. Я еле подавила желание отклониться назад или отодвинуться, чтобы держать дистанцию.

– Я знаю, что это твоя первая серьезная работа, – начал мужчина, сцепив пальцы в замок. – Мне нужен свежий, так сказать, не замыленный взгляд на некоторые моменты в организации деятельности нашей компании. Я поручу составить для тебя и для других новичков анкету, а вам надо будет её заполнить максимально подробно.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Не проще ли дать такую анкету всем сотрудникам? Тогда точно станет понятно, что требуется изменить, – ответила я, разглядывая вывески через дорогу.

– Нет, не проще. Тогда получится совсем не то.

– Поняла, ладно, всё сделаю, – закивала я с преувеличенным энтузиазмом, обрадовавшись, что официант принес еду.

Начальник начал с кем-то переписываться, тихо возмущаясь бестолковости некоторых сотрудников. Я достала телефон и положила его рядом, открыв электронную читалку, и принялась за еду. Что-что, а поесть – это святое. Станислав Николаевич поступил также, изредка отвлекаясь на переписку.

Когда тарелки унесли, я неторопливо пила кофе. Было не очень комфортно находиться в обществе моего начальника, но я смирилась, стойко выдерживая взгляды сотрудников, направленные на нас. Вот только рано я расслабилась. В какой-то момент Станислав Николаевич странно на меня посмотрел. Так, словно задумал что-то неладное. Вдруг его рука потянулась к моей. Да не может быть! В последний момент успела отдернуть свою руку, избегая касания. Пришлось сделать вид, что у меня резко зачесался глаз и я ничего не заметила. Терла его с таким усердием, что, кажется, вся тушь размазалась по лицу.

– Что-то попало, – пояснила я, быстро моргая. Станислав посмотрел с сочувствуем, а я порадовалась, что он не предложил свою помощь.

Надо бы сбежать уже отсюда, желательно, в одиночестве, а не на пару с этим мужчиной. Или дождаться, пока начальник уйдет. В конце-то концов, разве не может у него дел внезапных возникнуть? А пока я улизнула в уборную – проверить, нет ли черного круга под глазом. Оказавшись в просторном помещении с большим зеркалом в половину стены, раковинами и сушкой для рук, выдохнула. Устранила последствия собственной импровизации и уже хотела уходить, как увидела Арину. Она остановилась рядом и разглядывала меня. Опять ревнует? Но она же с мужчиной пришла.

– Полин, – начала она, и будто замялась. Опустила глаза в пол, постучала пальцами по массивной деревянной столешнице, на которой стояли круглые раковины-чаши.

– Что такое? – спросила я, стараясь, чтобы голос не звучал обеспокоенно.

– В общем… – она взглядом скользнула по полу, задержалась на зеркале и, наконец, посмотрела на меня. – Будь осторожнее. Его не просто так девушки стороной обходят. Как бы и тебе не досталось.

– В смысле, Арина? От кого не досталось? – нахмурилась я.

– Так от него же, – округлила глаза девушка, кивая в сторону зала. – На днях его жена заходила, ждала его в приёмной. На её лице была тонна косметики, но никакие крема не смогли скрыть следов, что были под ними, – почти шепотом договорила она.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что он её..?

– Ну а кто же ещё? Там точно были синяки. Ты просто будь осторожнее. Кто знает, что у него на уме, – проговорила она и глаза ее подозрительно заблестели.

– Ладно, спасибо, что предупредила, – задумчиво ответила я, напрочь забыв о том, что изначально хотела сказать Арине, что я тут случайно и мне на её Станислава плевать.

Но теперь растерялась от полученной информации и идти к нему было неприятно вдвойне. Даже не верилось, что он такой. А ведь с виду вполне нормальный мужик. Вот что ему спокойно не живётся? Да и Арина странная. Я с первого дня работы в компании считала, что она без ума от начальника. А теперь, получается, я ошибалась. Ничего не понимаю. Стоит ли верить её словам?

– Полина, ты в порядке? – спросил Станислав Николаевич, когда я заняла своё место.

– Да, все хорошо, – ответила я, через силу улыбаясь. – Я могу идти? Мне ещё кое-что надо успеть сделать до конца перерыва.

– Конечно, беги. Я оплачу счёт, – ответил мужчина и, не успела я возразить, принял телефонный вызов.

Я не стала ему мешать. Вытащила несколько купюр из кошелька, положила их на стол и, коротко улыбнувшись, поспешила к выходу. Надеюсь, он не рассердится. А то мне только этого и не хватало.

На обратном пути, кутаясь в одежду, спешила в офис, но притормозила посреди дороги. На высоком стенде завлекательно сияла афиша предстоящего выступления рок-группы, которая мне так нравилась. А ещё от нее Дина была без ума. Я обрадовалась и, отбросив мысли о начальнике, помчалась покупать билет для подруги – подарок к её дню рождения. Надеюсь, она пока не успела его взять. Дина бы мне обязательно об этом рассказала.

Глава 9.

Я накручивала волосы с помощью фена, стоя у двери в прихожей. Там было самое большое зеркало, а также тумба, на которой удобно размещалось всё необходимое для макияжа и прически. Приходилось торопиться. Несмотря на то, что мне удалось попасть домой на час раньше, я всё равно уже опаздывала к Дине.

Рабочая неделя пролетела незаметно. Нашему отделу поручили новый проект и дали новую базу клиентов, так что дел было невпроворот. Начиная с понедельника, приходилось задерживаться допоздна. Благо, за это нас сегодня отпустили раньше и обещали неплохую премию. Как раз внесу побольше денег на кредитный счёт и, надеюсь, удастся сократить срок платежей.

Моё лицо уже обрамляли легкие локоны, когда телефон зазвонил. Дина. Я свайпнула вправо, принимая вызов, ткнула кнопку громкой связи и принялась за макияж. Утром его нанести не успела, пролежав до последнего в кровати.

– Полиночка, ты где? – немного нараспев спросила подруга. На фоне слышался детский голос, музыка, звон посуды.

– Я ещё дома, буквально минут десять и буду выходить. На машине быстро домчу, – уверенно произнесла я, подкрашивая тушью левый глаз.

– Чего? На какой такой машине? Давай на такси. Я с кем вино буду пить? Ты об этом не думала? – возмутилась она.

Я закинула тушь в косметичку и, достав лак, как следует потрясла баллончик.

– Я же буду не единственным гостем, – возразила ей.

– Полин, ну правда. Ради меня, а? Чтобы ты могла нормально расслабиться и ни о чем не беспокоиться. Серьезно.

Я наклонилась, кудряшки спружинили, приближаясь к полу. Нанесла лак на волосы, чтобы зафиксировать результат.

– Хорошо, тогда сейчас такси вызову.

– Супер!

Мы не стали прощаться, ведь скоро встретимся. В приложении заказала такси, а когда увидела, что машина приедет через несколько минут, стала обуваться. Перед выходом огладила васильковое платье оверсайз, с цветочным принтом, затянутое узким поясом на талии. Готова. Проверила, положила ли в сумку билеты на концерт – купила два, чтобы Дина пошла с кем-нибудь, а не одна. Схватила смартфон и поспешила в такси, которое уже ожидало. Когда вышла из квартиры, взглядом скользнула по двери соседа. Жаль, что он меня не видит такой. Хотя нет, не жаль. С прошлых выходных всего пару раз с ним созванивались. В первый раз он спрашивал, не нужна ли мне больше помощь, а во второй – не хочу ли выйти на улицу перед сном. От помощи отказалась – не было времени, да и неловко ещё больше нагружать Илью. От прогулки тоже отказалась – была без сил и засыпала на ходу. А ещё после сообщения от бывшего снова стало не по себе и даже как-то страшно. Подпускать к себе кого-то, влюбляться... Пока мне этого не нужно. Либо сначала узнать человека как следует, а не поступать опрометчиво, как это получилось с Максом. Тем не менее, уже на следующий день захотела сама предложить встретиться Илье, но утром стала свидетелем «семейной» сцены. Я вышла из квартиры, собираясь на работу. Дверь у соседа была чуть приоткрыта и оттуда доносились голоса.

– Ну всё, я пошла, – произнесла девушка, шурша пакетом.

– Приготовь вечером что-нибудь, – услышала голос Ильи издалека.

– Я в служанки тебе не нанималась, – возразили из коридора, позвякивая ключами.

– Ты невыносима. Твоя мать приедет, хоть для нее сделай что-нибудь.

– Ла-а-адно, – наконец согласилась девушка. – До вечера.

Я тогда просто сбежала, не желая пересекаться с пассией Ильи. Абсолютно для этого настроения не было. От разговора, что я услышала, день не задался и все из рук валилось. И я тогда сразу передумала приглашать соседа куда-то.

В тот же день, вечером, ко мне приехали Люба с Женькой. Я ничего не готовила, поэтому мы заказали пиццу и пару часов поболтали расположившись в комнате, на угловом диване. Друг был в приподнятом настроении и мне не терпелось расспросить, что же такое заставило его так светиться.

– В общем, с работой получилось. Наконец-то нормально всё, – сообщил Женька, опустошив стакан с колой и с теплотой взглянув на свою девушку. – И маме становится хоть и медленно, но получше. Она согласилась, чтобы приехала её сестра.

Я удивленно взглянула на друзей. Мать Жени отказывалась от какой-либо помощи и поддержки, перестала общаться с родными и говорила только с сыном. Иногда. А теперь такая перемена. А ещё мне показалось, что он не всё рассказал, но настаивать на продолжении не стала и искренне порадовалась за него.

– Это действительно здорово! И тебе полегче будет. Я рада, Жень.

Люба неотрывно смотрела на парня, лишь иногда, поймав его взгляд, смущённо опускала голову. Она была застенчивой, молчаливой. Любила Женю. Это было видно по взглядам, крепко сплетённым пальцам, по нежным, мимолётным прикосновениям. Они уже долгое время вместе, а выглядят так, будто всё только-только началось.

– Я на пару минут, – сказал Женька и ушел на кухню, ответить на телефонный звонок.

Я проводила его задумчивым взглядом. Неужели, наконец, всё стало налаживаться?

– Поля, – вдруг обратилась Люба, присев рядышком со мной. – Это ещё не все новости, – сказала она и смутилась, покраснела, даже глаза опустила, загадочно улыбаясь.

– Что ещё? – спросила я удивлённо, разворачиваясь к девушке.

Она мяла в сложенных на коленях руках глянцевую брошюрку, пестрящую рекламой пиццы и роллов.

– У нас будет малыш! – восторженным шепотом произнесла Люба, счастливо улыбаясь. – Я сказала Жене, что сама сообщу тебе.

Несколько мгновений я ошарашенно смотрела на девушку, а после бросилась её обнимать, осторожно сжимая.

– Это так неожиданно! – сказала я, отстраняясь и качая головой. – Вот это да… Поздравляю! – воскликнула я, взяв ее руки в свои. – Сколько уже?

– Двенадцать неделек, – ответила она и завела светлую прядь за ухо. – Вчера на УЗИ была, всё хорошо. Женя со мной ходил, в коридоре ждал.

– Поверить не могу, – сказала я. От улыбки уже болело лицо, но я не могла ничего с собой поделать. – Родителям уже сообщили? Расписываться будете?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Люба взяла со столика чай, отпила. От колы она сразу отказалась.

– Да, родители уже в курсе. А свадьбу решили через два месяца организовать. Небольшую, чтобы только близкие люди и никого лишнего.

В этот момент в комнату вошел друг, и я бросилась его обнимать и поздравлять.

– Женька-а-а! – радостно протянула я. – Я так за вас рада!

После мы посидели ещё полчаса, обсуждая грядущие события. Я всё удивлялась, как интересно складывается жизнь. Ребята долгое время нравились друг другу, но по разным причинам постоянно отталкивали, всё спускали на тормозах, не сближались, пока мы были школьниками. И вот теперь они почти супруги. Я по-прежнему была приятно ошарашена и продолжала наблюдать за ними, за их любовью. Было сложно представить, что я бы могла когда-нибудь, в перспективе, кому-то также доверять, смотреть с таким трепетом в глаза, и с удовольствием улыбаться от обычных мимолётных прикосновений.

Я вспомнила Макса. Мои неудачные, странные отношения, в которых я была слепа. Ужасно, что в итоге так всё обернулось. Но, несмотря на всю боль, я узнала правду. От этого не стало легче, но помогло пересмотреть ситуацию с родителями и собственную жизнь, взглянуть иначе.

Позже я вышла на улицу, проводить ребят. Когда машина Женьки скрылась за домом, к подъезду подбежала девушка. Она остановилась у двери и стала перебирать содержимое небольшой сумки. Тихо озвучивала всё, что находила:

– Так, это не то. Паспорт. Блокнот. Кошелек. Фигня какая-то. Да где же они…

Я достала из кармана ключи, которые громко звякнули и открыла дверь, пропуская девушку вперёд.

– Спасибо большое! – воскликнула она, застегивая сумку.

Она подняла голову, и я узнала у ней девушку соседа. Как здорово. Кажется, не я одна растерялась. Мы стояли и молча разглядывали друг друга.

– А… Да, извините, я подумала, что мы знакомы, – она махнула рукой и покачала головой. – Показалось.

Я рассеянно улыбнулась, а девушка уже умчалась вверх по лестнице. Я же никуда не спешила и медленно стала подниматься на свой этаж. Какая странная встреча.

Такси быстро домчало до нужного адреса. Я попросила остановить у торца здания, чтобы купить цветы. Выбрала аккуратный, нежный букет в коробке. Тонкие, бело-розовые лепестки смотрелись прекрасно.

В трехкомнатной квартире, где жила подруга, гостей собралось около десяти человек. Две подруги с мужьями, несколько детей (среди них знала только Тему, сына Дины) и двоюродная сестра. А ещё была мать Дины. Она помогала с готовкой, но ушла в свою комнату, сославшись на то, что не хочет мешать молодёжи. Темка, которому исполнилось уже четыре года, периодически подходил к гостям и пытался увести кого-нибудь в детскую. Больше всего «повезло» одному из мужчин, в котором мальчик разглядел лошадку.

Муж подруги работал вахтами на севере, по три недели, и сейчас как раз был в отъезде. Поэтому она не стала устраивать ничего грандиозного, решив отметить в уютной домашней атмосфере в кругу близких людей.

– Дин, а ты же в отпуске? – обратилась к девушке подруга.

– Да. Нужно с чем-то помочь?

– Если получится, возьмешь Милу на выходные? Мы хотим съездить на озера, отдохнуть немного.

– Да не вопрос, – ответила именинница, переложив волну длинных, сияющих каштановых волос через плечо. – Ребята спокойно вместе остаются, можете хоть на все выходные оставить.

В этом и была вся Дина. Бойкая, активная, жизнерадостная, готовая прийти на помощь. Внутри неё горел яркий огонёк, несмотря ни на какие трудности.

– Ну что, как там на работе? Скукота без меня? – спросила подруга, когда мы вышли на просторную лоджию немного проветриться.

Мы сели на скамейку с широкими перекладинами, идеально вписывающуюся в интерьер. Босые ступни утонули в мягком ворсе ковра песочного цвета.

– Конечно, скучно. Даже поговорить не с кем, – согласилась я, приобняв Дину за плечо. – Кошмарная неделька выдалась, очень загруженная. Но обещали премию.

– Бедняга, – с сочувствием вздохнула Дина. – Ну хоть не просто так нагружали. Кстати, а как там Стасик? – спросила с ухмылкой, хитро взглянув на меня.

– Вот тебе всё хиханьки, – упрекнула я в шутку и добавила уже серьезно. – Опасаюсь немного тех слухов, что могут поползти. Из всего коллектива я только с тобой общаюсь. С остальными только «привет/пока». Они могут что угодно домыслить после подкатов Станислава Николаевича. И его побаиваюсь, кто знает, что там в голове происходит у человека.

– Да я же шучу. Если услышу что плохое о тебе, сразу всё им разъясню, молчать не стану. Хочешь, со Стасиком поговорю, чтоб не лез к тебе? – спросила Дина, сжав мою ладонь и внимательно глядя в глаза.

– Да нет, что ты, не надо, – отмахнулась я. – Детский сад какой-то получится. Как-нибудь сама с ним разберусь.

Подруга переложила блестящие волосы на другое плечо.

– Смотри сама. Моё дело предложить, а твоё – в любой момент воспользоваться моим предложением. Или не воспользоваться, – улыбнулась она.

– Спасибо.

Ещё не остывший, но уже не такой горячий вечерний воздух, задувал в приоткрытые окна. В городе тут и там зажигались фонари, вспыхивал свет в домах, на небе появлялись звезды.

– Красивый отсюда вид открывается, – заметила я, глядя на окрашенные во все оттенки розового редкие облака. И поймала себя на мысли, что думаю об Илье. О том, как было бы здорово провести один из подобных, по-настоящему летних, вечеров с ним.

– Тут здорово. Не жалею, что сюда переехали. Сыну нравится, и садик в соседнем дворе, – улыбнулась Дина, и хитро посмотрела на меня. – Кстати, о соседях. Как там твой милый сосед? Общаетесь?

Вот это память! Я лишь раз обмолвилась про Илью, ещё на прошлой неделе, а она запомнила.

– И ничего он не милый. Обычный парень.

Я вкратце рассказала, как на прошлых выходных он помогал мне с вождением и о том, что отказалась от встречи в последние два раза и теперь не представляю, как возобновить общение и нужно ли.

– Конечно, нужно. Если он тебе симпатичен, – уверенно произнесла подруга.

– Симпатичен, – признала я. – Но с ним живёт или приезжает к нему какая-то девушка. Он как-то обмолвился, что она его ревновать не будет, если что. Я не знаю, как это расценивать. Либо у них очень доверительные отношения, и они не дают друг другу повода для ревности, либо девушка совсем не ревнивая, либо… Да много может быть вариантов. И везде я получаюсь лишней.

– Да всё, всё, я поняла. Ты чего так разнервничалась? – спокойно спросила Дина и я поняла, что действительно только что активно жестикулировала и даже повысила голос.

– Извини. Не знаю, что на меня нашло, – я опустила глаза в пол и тут же спохватилась. – Ой, а ничего что мы здесь сидим? Гости же.

Я заглянула через окно в комнату. Тема играл в дантиста: заглядывал в рот «пациенту девушке», качал головой с взволнованным «ой-ой-ой» и просил открыть рот шире.

– Мы ушли всего пару минут назад, так что ничего страшного. Можем ещё немного побыть тут, – сказала Дина, вернувшись на скамейку. – Так значит тебя смущает та девушка, которая может быть вовсе и не девушка, точнее… В общем, ты меня поняла.

– Не только это. Я странно на него реагирую. А ещё я слишком мало его знаю, чтобы делать какие-то выводы.

– Ты права. Только ты не сможешь узнать его, если будешь избегать. Да и вообще, спросила бы обо всём, что тебя беспокоит.

– Легко сказать, – вздохнула я. – Ладно. Ты права. Надеюсь, ещё не всё потеряно.

Подруга фыркнула.

– Потеряно? – переспросила Дина, выгнув брови. – Все только начинается. И не переживай, не все такие, как Макс. Есть много порядочных парней, адекватных, да нормальных, в конце концов. Исходя из того, что ты говорила о бывшем, таких как он немного.

В квартире закричал кто-то из детей и мы бросились к окну. К счастью, малыши просто не поделили игрушку, но уже всё разрешилось.

– Макс, может, и не самый плохой человек, но я бы не смогла ужиться с его тараканами в голове.

Дина хлопнула ладонью по скамейке и удивлённо посмотрела на меня.

– С его тараканами? Да у него, как минимум, тарантулы! У него вообще никаких ценностей нет в жизни. Важны только деньги, шмотки. Ужасно.

– Ну ладно, не будем о нём.

Дина пожала плечами.

– Как знаешь. А к соседу присмотрись. Мне кажется, он неплохой, если оценивать его поступки по отношению к тебе.

– Наверное, – ответила я задумчиво.

Мы вернулись в гостиную, где Дину сразу увел за руку Тёма. Я осталась на месте, только присела на краешек дивана.

* * *

Вечер пролетел быстро. Я помогла Дине прибраться, когда все гости ушли, и тоже отправилась домой. Заказала такси и вышла заранее, чтобы подышать, наконец, остывшим воздухом. На огороженной территории двора было тихо. Только поскрипывали качели на подсвеченной фонарями детской площадке. Девушка, чьё лицо было завешено волосами, легонько отталкивалась носками кед от песка, чуть взлетала на качелях и вновь повторяла это действие. Монотонно.

Я отвернулась от нее и присела на скамейку. Такси прибудет через две минуты – написали в приложении. Отлично, пусть не торопится. Бокал вина сделал голову лёгкой, а мысли беззаботными. Рука сама собой потянулась к смартфону. Номер соседа нашелся сразу – кроме него я звонила только Дине и Женьке. Палец замер над кнопкой вызова. Что я ему скажу? Да и время позднее. С тоской вернула смартфон в сумку и вздрогнула, когда услышала шаги рядом. Вскинула голову и глаза чуть буквально не полезли на лоб.

– Поля? – удивлённо произнесла девушка с качелей, которая оказалась вовсе не незнакомкой. – Ты что здесь делаешь?

– Неожиданно, – пробормотала я, вставая. – Привет, Даш. У подруги была в этом доме. А ты?

Дашка – моя сестра. У нас разные родители, но они уже много лет живут вместе, так что я привыкла считать её сестрой.

– Вот и я у подруги была. Слушай, ты сейчас куда? – спросила Дашка, рассматривая меня.

Сестра выглядела особенно хрупкой в мешковатых штанах и широкой толстовке. Густая черная подводка вокруг глаз кое-где уже стёрлась, подчёркивая усталый, сонливый взгляд. Она будто была чем-то расстроена. Даже, возможно, плакала.

– Домой еду. Ну, точнее на квартиру съёмную. А ты чего тут? В такое время, да ещё и одна, – обеспокоилась я. – Что-то случилось?

Дашка взглядом отыскала одно из окон многоквартирного дома и вздохнула.

– Поехала с ночёвкой к подруге, а к ней завалились друзья. Не хочу там находиться.

– Понятно. Ну ладно, – ответила я. – Может домой тогда поедешь? За мной такси приехало, могу попросить, чтобы тебя сперва отвезли, – предложила я.

– Не хочу домой. Можно к тебе? – спросила она вдруг.

С Дашей мы не слишком хорошо ладили, но и не были врагами и не желали друг другу зла. В основном, пока жили под одной крышей, общались как соседи, а когда я съехала в бабушкину квартиру – перестали с ней видеться. Видимо, заметив, что я замешкалась, сестра встрепенулась.

– Родители будут недовольны, что я езжу по ночам, – заговорила она и продолжила, скривившись. – Не надо им лишний раз волноваться. А к подруге не вернусь, там парень мой, точнее, бывший парень, с новой девушкой. Неприятно это видеть.

– Конечно, поехали. Мне не жалко, – ответила я, и двинулась к воротам, за которыми уже ждал автомобиль. Девушка не отставала.

Я заняла место позади водителя, Даша села рядом. Она крутила пальцами лямку аккуратного, маленького рюкзака, на замке которого висел войлочный белый котёнок. Я бы не обратила внимания на такую деталь. Но этот брелок я сама подарила сестре в день её рождения в прошлом году. Сразу стало теплее и немного совестно за то, что не пыталась связаться с Дашей в последние три месяца. Я хотела начать разговор и не решилась. В машине было так тихо, музыка отсутствовала, лишь навигатор иногда женским голосом подсказывал дорогу пожилому таксисту. В салоне витал прохладный воздух от кондиционера с запахом хвойного ароматизатора.

– Поль, а Макс не будет против, что я к вам? – спросила Даша, когда машина остановилась у дома, в котором я живу.

Я оплатила поездку и уже на улице ответила:

– Не будет. Мы расстались.

Сестра взяла меня под руку так, будто и не было перерыва в общении, и мы неторопливо стали подниматься на четвертый этаж.

– Правда? Почему? – удивилась девушка, и запнулась о ступеньку, но я не дала ей упасть.

– Аккуратней, Даш. А с Максом сильно поругались и точно не помиримся, – ответила я, не желая рассказывать подробности, и поспешила перевести тему. – Что с твоей одеждой? Мешки какие-то. Ты же никогда такое не носила.

Я открыла дверь квартиры и пропустила гостью вперёд.

– Да так. Потом расскажу, – ответила сестра. Потребуется явно больше времени, чтобы говорить по душам, а не обрывками. – Тут нормально, – заметила Дашка, оглядываясь. – И как ты платишь за жильё? Сбережения? А потом что будешь делать? К папе же не пойдешь?

– Нет, конечно. К нему точно не буду обращаться. Не хочу, чтобы ещё что-то решил за меня. Возьми, – я протянула сестре шорты и футболку, в которые можно переодеться.

– Спасибо. Я в душ, ладно?

Я проводила её в ванную комнату, выдала полотенце, а сама ринулась на кухню – готовить ужин. Пока сестра отсутствовала, успела закинуть в духовку пирог с замороженной смородиной и нашла, чем пока перекусить. Я не была голодна, но болезненный вид Дашки не давал мне покоя. Хотелось хоть что-то сделать для нее сейчас.

К моему облегчению, сестра не отказалась от еды и ела с аппетитом. В коротких шортах и облегающей майке мои опасения подтвердились – Дашка сильно похудела.

– Ну так что с тобой? – спросила я, наливая чай.

– Да все как-то навалилось, Поль. Экзамены вымотали, твой скандал с папой, да ещё и придурок этот. Все нервы мне вымотал и свинтил к другой.

– Бедняга. Прости. Я не хотела задеть твои чувства. Правда. Почему-то не подумала, что это может отразиться на тебе, – призналась я.

– Да всё уже нормально у меня. Я возвращаюсь в свою форму, так что можешь не волноваться за меня. А вот о папе подумай. Он хоть и та ещё ледышка, но я вижу, что он сильно переживает. Жизнь слишком коротка, Поль, чтобы копить обиды.

– Думаю, спустя какое-то время мы сможем с ним поговорить, – ответила я и невольно хмыкнула: – Какие слова. Сама придумала или кто подсказал?

– Ха-ха, – в тон мне ответила Даша. – Ты же знаешь мою маму, она вечно подсовывает книжки по саморазвитию, психологии и всему подобному. Она тут уже, наверное, в третий раз проходит очередной тренинг по прокачке внутренних ресурсов, перезапуск и так далее. Я не особо вникала.

– Ого. И как ей?

Даша состроила недовольную рожицу.

– Она в восторге. Я, на самом деле, рада за неё. Но иногда мама придумывает такое… Например, пару недель назад она вытащила меня и папу на пикник. Ты можешь себе представить его на пикнике? – засмеялась она, и я не смогла сдержать улыбки. – Это надо было видеть. На всех фотках мама улыбалась до ушей, а у папы вообще выражение лица не менялось. Я подумала, что ему не понравилось. Однако дома он сказал, что отлично провел время.

– Удивительно, – согласилась я.

Звуковой сигнал оповестил о завершении приготовления в духовке. Достала пирог и разрезала его на части. Я все ещё чувствовала обиду, но была рада, что у папы всё в порядке.

– Так а что у тебя с Максом случилось? Он вроде неплохой был. Симпатичный, – подметила сестра задумчиво.

– Ещё скажи, что он тебе нравится, – ответила я, поставив тарелку с пирогом перед Дашей.

– Да никогда, – фыркнула Дашка. – Он же старый.

Мои глаза округлились.

– Чего? Даша, какой же он старый? Ему всего двадцать четыре.

– Ну, а я о чём? – с невозмутимым видом ответила она.

– Да уж, спасибо. Посмотрю я, как ты запоешь через несколько лет.

– Громко и с улыбкой, – ответила сестра. – Рассказывай уже. Не представляю, что можно было сделать, чтобы подорвать твоё доверие. Или это он тебя бросил?

Глава 10.

Теплое майское утро обещало, что день будет прекрасным. Тем более, Макс накануне вечером сообщил, что меня ждёт сюрприз. Я была так взбудоражена и так сильно ждала встречи… Глупая. Жаль, что мне пришлось обмануться, а вместо романтической встречи познать горечь разочарования.

Макс встретил меня после пар. Теплая улыбка согрела сильнее, чем солнце, и я сразу забыла о том, как буквально несколько минут назад волновалась из-за курсовой. Он взял меня за руку и наши пальцы переплелись. В душе цвело счастье.

Мы приехали в хорошее кафе в центре города. И я поняла: он точно что-то задумал! Разволновалась, как маленькая, а радостная улыбка не сходила с лица. Макс тоже выглядел довольным, его черные глаза светились теплотой. Это было так здорово, ведь в последнее время он редко улыбался и часто был чем-то загружен.

На диванчике сидели вдвоём. Макс обнимал меня за плечи, что-то забавное говорил на ушко. Я только хихикала и не могла ни на чём сосредоточиться, наслаждаясь его прикосновениями. Когда официант принес заказанные блюда, и мы немного перекусили, Максим отвлёкся на звонок. Я же отправилась на веранду. Захотелось подышать и сделать фото города, который отсюда выглядел просто потрясающе. Там было так тепло, солнечно, почти безлюдно. Я прошлась вдоль ограждения, любуясь видом. Сделала несколько фотографий, сожалея, что Максим сейчас не со мной и не получится сделать совместное селфи. Ну ничего, позднее сделаем.

Вдруг ко мне обратилась какая-то женщина. Значительно старше, но очень ухоженная, красивая, статная. Я и не заметила, как она оказалась рядом.

– Ты ведь с Максом пришла, да? – спросила она доброжелательно, и я даже подумала, что это его родственница или хорошая знакомая.

– Да, – вежливо кивнула я, и замерла в ожидании продолжения.

– Хорошенькая. Миленькая. И зачем ему только такая? – произнесла она, окинув меня взглядом. – Испортит, растопчет и бросит. Беги от него, девочка.

Дурацкая улыбка прилипла у моему лицу, а внутри всё оборвалось. О чём она вообще? Что за бред несёт эта дама?

– Вы вообще кто?

Она поправила прямые волосы, окрашенные в розовый блонд. На запястье блеснуло золото. Посмотрела в упор.

– Я та, кто знает его настоящего. Такие как он – не любят. Для них нет ничего святого.

Я покачала головой, будто это могло помочь.

– Можно конкретнее? Я не понимаю.

Погода оставалась солнечной, но мне казалось, будто над головой сгущались тучи, а воздух становился вязким и тягучим. Дышать стало трудно.

– Как скажешь. Мы иногда встречаемся с ним, – сказала она, и добавила: – Ну, что смотришь так? Мы спим. Так понятно?

– Понятно, – сразу ответила я, ощущая себя такой идиоткой. Тело сковал холод. – Что-то ещё?

Снисходительным взглядом прошлась по мне, как по несмышленому ребенку. Попыталась взять под локоть, но я резко отдернула руку и отступила на шаг.

– Лучше не надо, – тихо, но убедительно, произнесла я.

– Я знаю, с кем сплю. Ты – нет. Мне он не сможет сделать больно. Тебе сделает точно.

Информация с трудом воспринималась. Мне казалось все больным розыгрышем. Тупым и жестоким…

– Вам-то какое дело? Может, надо было думать о моих чувствах прежде, чем прыгать к нему в постель? – вырвалось само собой.

Она вдруг засмеялась. Ярко, громко.

– А с чего ты взяла, что не ты была той, кто оказался там после меня?

Я думала, меня стошнит. Так стало душно и гадко. Но она не остановилась. Оглянулась на зал, скрытый стеклом, кадками с высокими цветами и невесомыми шторами, и вновь повернулась ко мне.

– Кстати, как тебе его новая машинка? Это мой прощальный подарок ему. Езди с удовольствием, – сказала она с издёвкой и ушла, звонко цокая каблуками.

Я хотела поговорить с Максом. Выяснить, правда ли это и что за сумасшедшая ко мне подходила. Но смогла сдвинуться с места только спустя несколько минут. Стояла и глупо смотрела куда-то сквозь высокие здания. Ноги передвигались с трудом, будто в тело залили свинец. Наш столик уже опустел. Ко мне тут же подбежала девушка администратор, отдала мою сумочку, что я оставляла на стуле и сообщила, что счёт уже оплатили. Стало очевидно, что та женщина не соврала мне о Максе. Иначе ведь он не стал бы сбегать? Я не знала куда идти и что делать. Медленно двинулась к выходу, не замечая лиц и звуков. Всё казалось размытым шумом, разбитой испорченной акварелью.

Я увидела их на улице. Макс стоял у своей машины. Та женщина, что говорила со мной на террасе, была рядом с ним, почти прижималась. Я остановилась неподалеку. Сама не знаю зачем. Она провела рукой по его волосам, а Макс перехватил эту руку и сжал. В его взгляде, обращённом к любовнице, было столько ненависти и презрения, что стало жутко. Он что-то сказал ей. Кажется, выругался и отбросил хрупкую руку. Женщина лишь усмехнулась и пошла дальше по парковке, оглянувшись на меня. Макс тоже, наконец, заметил, что я вышла.

Пойти дальше я не смогла. Стояла там и смотрела на Макса. Он всегда был не от мира сего, но кто бы мог подумать, что то, что он прятал от чужих глаз, окажется таким мерзким. Если, конечно, эта дама не соврала.

На остром лице Макса отразилась боль. Я так и не сдвинулась с места, и он подошёл ко мне сам. Потянулся, но так и не решился прикоснуться.

– Она говорила с тобой? – спросил он чужим голосом.

– Да. Давно ты с ней? – затаила дыхание.

– Поль, я облажался, – ответил он с каким-то отчаянием. – Я так облажался перед тобой.

В этот момент эмоции будто отключились и я перестала что-либо чувствовать. Мимо нас проехала машина с открытыми окнами, из которой вырвалась ритмичная музыка. Захотелось унестись вместе с ней, подальше от этого места и как можно скорее.

– Вещи свои не забудь забрать, – бросила я и пошла в сторону остановки. Хоть мы и не жили вместе постоянно, но некоторые вещи успели переселиться ко мне.

Говорить с ним не хотелось. Узнавать подробности – тоже. Макс не окликнул меня, не догнал. Это и к лучшему. Только поздним вечером он приехал ко мне, в квартиру бабушки. Изрядно выпивший. Он сначала пытался извиняться, а потом мы просто разругались. Я даже не помню, как конкретно всё началось.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Ты должна знать кое-что, – заявил он, стоя с дорожной сумкой, в которую скидал свои вещи. – Имеешь право.

Я хотела прогнать его, но замерла, когда он сказал, что это касается папы. Не ожидая согласия, он сразу рассказал, что тот сделал.

– Ох, не думала, что Макс такое вытворит. Мне нужно переварить то, что ты рассказала. Обалдеть.

Я долила в кружку горячей воды и вернулась на своё место. Обида по-прежнему жгла в груди. Обида и непонимание. Мне нравился Макс, я была во всём честна с ним, беспокоилась о нём, думала постоянно. Доверяла. И хотела взамен правды. Для меня это очень важно – когда люди честны друг с другом.

– Знаешь, моя мама всегда беспокоилась о тебе. И сейчас беспокоится, не чужие же всё-таки, – заговорила сестра после небольшой паузы, взглянув на меня. – Говорит, ты слишком мягкая бываешь, добрая, доверчивая, совсем не умеешь говорить «нет». Всё не так уж и плохо, но некоторые люди могут попытаться использовать это в своих целях.

Я хмыкнула.

– Надеюсь, ей больше не придется об этом думать. Как видишь, и у меня есть границы, через которые лучше не переступать, как это получилось с Максом и отцом.

Даша кивнула.

– Я всё думала, как ты решилась уехать. И как узнала о том, что папа сделал. Теперь всё стало понятно. Не знаю, как бы поступила я на твоём месте, – произнесла она и провела ладонью по стене с бежевыми обоями. – Ты тут снимаешь?

– Да, – ответила я неохотно. – Как только ушла из бабушкиной квартиры, взяла деньги в кредит. Одобрили не сразу. У меня же даже кредитной истории нет, но, видимо, раз сумма не слишком большая, в третьем банке удалось взять деньги. Правда, под высокий процент.

– И ты сразу нашла эту квартиру? – удивилась сестра.

Она уже выпила чай и теперь сидела, подперев подбородок руками.

– Если бы. Пришлось двое суток сидеть в отеле. Конечно, я могла остаться и никуда не уезжать, но не хотела, чтобы кто-то меня нашел. Нужно было побыть одной, начать жить самостоятельно и не зависеть ни от кого. После переезда нашла работу. Совмещала с учёбой. Ну а потом начались каникулы.

– Понимаю, – согласилась сестра. – Да уж. Такие кардинальные перемены.

Я разложила диван и отправила Дашу спать, а сама пошла в душ. После разговора стало будто чуточку легче и произошедшее уже не казалось таким страшным. Неприятно, конечно, но сносно. Все ведь живы, здорово, а остальное уляжется со временем, забудется или не будет вызывать такой сильной реакции. Пусть мы и не кровные сёстры, Дашка мне как родная – столько лет жили под одной крышей.

Просушив немного волосы, натянула пижаму, и на цыпочках прокралась на кухню за телефоном. Свет включать не стала. Маленькое помещение освещалось неполной луной, заглянувшей в окно. Теплый летний воздух проникал в квартиру, разгонял духоту. Смартфон лежал на столе. Разблокировав экран, увидела несколько уведомлений. Среди них – сообщение от Ильи, полученное два часа назад. И как я только не услышала? Сердце стало биться громче и чаще, и я поспешила прочитать, что же он написал.

Илья: «Привет. Пойдешь в кино?»

Я перечитала несколько раз и чуть не запищала от радости. Воодушевленная, навернула несколько кругов по кухне, подошла к окну. Попытки сдержать улыбку не увенчались успехом. Так было радостно и тепло. Но ведь было какое-то «но». Важное такое, весомое. Ах да, он ведь живёт с какой-то девушкой. Эта мысль остудила мой восторг. Ещё и Макс тут же вспомнился, точнее, его поступок. Илья совсем другой, не может же он обманывать свою девушку, и крутить с соседкой? Хотя, я и о Максе не могла такого предположить и ещё долгое время не могла поверить в произошедшее. А может, приглашение в кино – это просто так и ничего не значит? Так. Права Дина, я должна спросить у Ильи, а не строить домыслы, и лучше сделать это не через сообщения. Поэтому я быстро напечатала и отправила ответ:

Я: «Возможно ))»

Надо будет увидеться с ним днём, ну или когда получится, и поговорить. А пока пора поспать.

Прижимая телефон к груди, тихонько прошла в спальню и открыла дверь. Тусклый свет ночника, воткнутого в розетку рядом с диваном, мягко освещал комнату. Даша завернулась в одеяло и отвернулась к стене. Я осторожно легла с краю, укрылась тонкой простынею, скорее по привычке, чем от холода. Убрала телефон на столик и заметила, что дневник лежит не на своем месте. Ох, Дашка, опять засунула свой нос куда не нужно. Теперь я вспомнила, почему мы ругались дома и иногда не общались неделями. Из-за её любопытства. Вот только в этот раз я уже не разозлилась. Новых записей там было всего две: одна касалась Макса, вторая папы. Старые же она давно прочитала.

Некоторые записи в дневнике я оставила прежними, некоторые изменила. Провела пальцем по гладкой обложке и открыла третью страницу. На первых двух были цветочки, сердечки и каракули. Буквы было сложно разобрать при таком свете, но я помнила их почти наизусть. Первую запись сделала после того, как мама от нас уехала.

«В какой-то момент мама ушла. Не просто. Были слезы, ссоры, крики и угрозы. Родители не сумели найти общий язык и мучили друг друга до тех пор, пока не возникла ненависть и невыносимо сильное желание покончить с этим навсегда. Я не понимала причин их ссор и страдала вместе с ними. Рыдала, когда они не видели, что я рядом и всё слышу. Она сбежала внезапно, но обещала вернуться за мной, прямо как Карлсон из мультфильма. Сначала я даже не поверила, что это произошло на самом деле и несколько дней ждала, что все окажется большим недоразумением. Но это было правдой. Потянулись дни выжигающего сердце ожидания. Бессонных ночей, беспокойных дней и бесконечных слез с причитаниями о несправедливости. Я любила её всей душой и ждала каждую секунду. Слушала шаги, доносящиеся из подъезда. Бежала к двери, если кто-то стучал, но всякий раз на меня обрушивалось разочарование и боль. Боль и обида, чувство несправедливости и некоторой обречённости. Чувство вины. Всё это крепло внутри и меняло меня, закрывало от мира, выбивало почву из под ног. Ломало. Я превращалась во что-то замкнутое, странное, болезненное и совершенно беззащитное. Лишилась опоры и сгибалась всё сильнее под тяжестью навалившихся трудностей и стресса. Я становилась другой.»

– Я не читала его сегодня, – вдруг сказала Дашка шепотом, и я вздрогнула. – Просто посмотрела на обложку.

– Хорошо, – ответила я тихо, откладывая дневник.

Сестра повернулась на спину и уставилась в потолок.

– Я понимаю, почему ты злишься на папу. Мне бы тоже было сложно простить. Даже если и знаю, что он действовал из лучших побуждений. Он должен был разрешить тебе сделать выбор. Пусть не в девять лет, но хотя бы позднее.

– Спасибо, – ответила я. – Давай спать, позади сложная неделя, уже сил нет даже на разговоры.

– Конечно. Доброй ночи!

Глава 11.

Перед сном Даша попросила по возможности не будить её, и я согласилась. Пусть спит, мне не жалко. Даже как-то спокойнее, что сестра будет здесь, со мной, отдохнёт и хорошо позавтракает.

Побежала в магазин за продуктами, ведь всю неделю почти ничего не покупала, и в холодильнике было пусто. Дашку закрыла на ключ. Лёгкое свободное платье до колен прекрасно подходило для жаркой погоды. После душного подъезда с удовольствием вдохнула утренний, чуть влажный воздух. Было бы тихо, если бы не громкий птичий щебет на все голоса. Непривычная погода для августа. Обычно в этих числах ночи становятся более прохладными, и утренний воздух прогревается гораздо дольше. Но это лето было на контрастах.

Я обернулась туда, где была припаркована моя машина, и заметила там Илью. Вместо того, чтобы пойти дальше, развернулась и подошла к нему.

– Привет, – сказала я, поравнявшись.

Сосед только теперь меня заметил и отвлекся от своего занятия.

– Полина, привет, – встретил меня теплой улыбкой.

Я тоже улыбнулась и просто смотрела на него, любовалась медовыми глазами и таяла под его взглядом. Поймав себя за этим – смутилась.

– Что ты делаешь? – спросила я, и увидела, наконец, чем занимается Илья. – Оу, колесо пробил?

Его машина была припаркована рядом. Её левая сторона приподнята домкратом, а колесо снято.

– Ну, почти. Порезали шину, – поморщился Илья. – Сейчас запаску поставлю и в шиномонтаж надо будет отвезти, чтоб посмотрели, что можно с ней сделать.

– Ого. Прямо во дворе порезали? – удивилась я.

На моей памяти такое было впервые. Опять же, у меня и не было автомобиля, откуда мне было знать.

– Да, ночью, – ответил Илья. – Ты в магазин?

– Да, в ближайший. И кому понадобилось делать такое? – растерянно произнесла я.

Он подтянул джинсы в районе колен, чтобы присесть на корточки и продолжил заниматься своим делом. С тревогой я бросилась проверять, не случилось ли подобного у меня.

– Там всё в порядке, я посмотрел, – сообщил сосед и добавил: – Подождёшь меня? Буквально несколько минут. Вместе сходим.

– Спасибо, что проверил, – выдохнула я. – Подожду, конечно. Илья, и что теперь делать? Ты уже выяснил, кто это сделал?

– У одного из соседей видеорегистратор был включен. Я с ним полчаса назад пересекся здесь, вместе посмотрели. Парень какой-то незнакомый. Целенаправленно подошёл именно к моей машине. Порезал и сбежал, – рассказал Илья, тихо выругался и отвернулся туда, где закручивал очередную гайку.

– Ого. Интересно, почему именно твоей досталось? – я обошла автомобиль, и встала рядом с Ильёй.

Сосед обернулся ко мне. Заметила, как он взглядом скользнул по моим голым ногам, зацепился за подол платья, прошёлся по талии и выше. А когда наши взгляды встретились, он чуть улыбнулся и опустил голову к колесу. Мне стало так жарко! Я быстро достала телефон из сумки, чтобы отвлечься на него, а не думать о том, о чем не должна. Только зря я это сделала. На дисплее висел значок сообщения и имя. Макс. Я на мгновение закрыла глаза, и только после нажала на оповещение.

Макс: «Здравствуй, Полина. Я знаю, что у тебя сегодня выходной. Мне нужно поговорить с тобой. Это займет не более десяти минут»

О чём ещё говорить? Я не понимаю смысла подобных встреч. Если расстались, то надо жить дальше и постараться не оглядываться на прошлое. Разве что, вспоминать приятные моменты, учиться на ошибках, да и вообще сопоставлять ситуации и события. Но не топтаться же на месте.

Я: «Нам не о чем говорить. Перестань писать, или номер отправлю в чс»

Так себе угроза, конечно. Почти три месяца молчал, а тут вдруг проснулся. И чего только надо? В груди уже привычно заныло.

– Не знаю, от кого такой «подарок». Разберусь. А пока некоторое время буду оставлять машину на парковке у работы. Благо, до нее можно быстро добраться пешком.

Я переключила внимание на Илью. Он уже закончил с колесом, убрал инструменты в багажник и теперь вытирал руки влажными салфетками. Вытащил из салона кошелек.

– Ох, надеюсь это было в первый и последний раз. Может, хоть и странное, но совпадение?

– Сомневаюсь, – сказал Илья, осмотрев напоследок машину. – Пойдем?

Я кивнула.

Несмотря на порезанную шину, настроение у него было хорошее. Глаза улыбались, в движениях чувствовалась лёгкость.

– Ты выглядишь так, будто тебе сделали подарок, а не испортили колесо, – заметила я, когда мы вышли из двора, направились в сторону супермаркета.

– Почему? – спросил сосед.

– Счастливый такой, – улыбнулась я.

– Я уже спокоен. К тому же, очень рад тебя видеть.

От его взгляда мне снова стало жарко. Кажется, лицо горело, и сердце не желало успокаиваться, распространяя волны тепла по телу. Всё как в первый раз. Как первые чувства. Это радовало и пугало одновременно. Слишком мало времени прошло с момента расставания с Максом. Мне страшно вновь окунуться в водоворот эмоций, зная, как потом бывает больно. И ещё я должна спросить о той девушке, которая бывает у Ильи. Будучи дома, мне казалось, что это будет просто, но теперь...

– Какие фильмы тебе нравятся? – спросил Илья, не дождавшись от меня никаких комментариев.

– Хм. Разные. Под настроение, конечно, но желательно, чтобы были с хэппи-эндом. А тебе?

– Мне динамичные нравятся, либо с непредсказуемой развязкой, с неожиданными поворотами сюжета. Но могу и простую комедию посмотреть. Не люблю трагичные фильмы и тяжёлые. Дерьма в жизни и без этого хватает, – увлеченно говорил Илья и вдруг сморщил нос. – Прости, не хотел при тебе такие словечки использовать.

– Да ничего, – засмеялась я и ударилась обо что-то ногой, потеряла равновесие.

Я ведь безотрывно смотрела на Илью, забыв о том, что иду по дороге. Под ногами оказались ступеньки и я полетела прямо на них. Точнее, полетела бы, если бы Илья не перехватил меня.

– Поль, осторожно, – услышала я, когда его руки крепко обхватили меня за талию, предотвращая столкновение моих ладоней с бетоном. Как-то сами собой, мои руки легли на его плечи.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Спасибо, – сказала я тихо, и опустила голову. – Это так нелепо.

Ответа не последовало, и я посмотрела вверх, на Илью. Он продолжал крепко, но аккуратно держать меня. Рассматривал меня с таким выражением… Так смотрят на любимых. Желанных. Родных. От его близости и этого неожиданного взгляда перехватило дыхание.

Мне вдруг захотелось, чтобы эти руки никогда не отпускали. А губы, на которые я перевела взгляд, прикоснулись к моим. Вроде бы я планировала что-то спросить, но сейчас всё потеряло значение. Кроме этого момента. Медовые глаза убеждали довериться, впустить в своё сердце этого человека. И разум, кажется, был совсем не против. Илья подался вперёд, кончиком носа коснулся моей щеки, втянул воздух. Внутри меня всё сжалось от предвкушения. Даже глаза прикрылись сами собой, оставив только тепло мужчины, обнимающего меня, его запах, биение сердца и сбитое дыхание.

В моей сумочке завибрировал телефон и это отрезвило. В последний момент я отстранилась, сконфуженно улыбнулась и принялась искать телефон. Илья отпустил меня.

– Прости. Сестра ждёт дома, я не предупредила, что ухожу. Давай поторопимся, – скороговоркой проговорила я, отчаянно краснея.

– Конечно, идём, – легко сказал сосед, однако в его взгляде лёгкости не было.

Он тяжело посмотрел на меня, и мне на секунду показалось, что в его глазах мелькнула злость. Или досада? Обида? Или ревность? Вот ведь… Не надо нам торопиться. Точно не надо, иначе можно сгореть.

– Моя сестра у меня впервые и скоро уедет домой. Не хочется её обижать. Она ждёт меня, – решила пояснить я

– Конечно, я понимаю, – кивнул Илья.

Его взгляд уже стал другим. Мягким, изучающим, теплым. Мне сразу стало спокойнее.

В супермаркете мы почти сразу разошлись в разные стороны.

Я набрала продуктов, задержавшись в отделе с пирожными и тортами, где от прохлады по коже побежали мурашки. Это помогло прийти в себя и выветрило дурман из мыслей. Трезвая голова. Мне нужна холодная, трезвая голова.

Я не стала высматривать и ждать Илью, когда была готова, и просто малодушно сбежала.

До самой квартиры опасалась, что встречу соседа, но мне повезло. Он не нагнал меня на улице, не окликнул в магазине.

Дашка ждала меня на кухне, с кружкой чая в руках и с полотенцем на волосах.

– Ты чего такая взъерошенная? Так сильно домой торопилась? – спросила сестра, оторвавшись от телефона и с интересом меня разглядывая.

– Можно и так сказать, – ответила я. – Убегала от соседа.

Я кинула пакет с продуктами на пол кухни и поспешила в ванную комнату, чтобы умыться. Убрала волосы в высокий хвост, прижала руки с холодной водой к щекам. Что-то странное творится со мной. Не знаю, что теперь делать.

– Что не так с соседом? Почему ты от него сбегала? – спросила Даша, когда я вернулась на кухню.

Она уже разобрала пакет и все разложила в холодильник и на полки.

– С ним всё так. Даже слишком так. Вот только есть несколько «но». Его девушка, которая, возможно, вовсе и не его. А ещё то, что я мало знаю этого человека и мне страшно, что он может поступить со мной также, как и Макс, – призналась я.

Возможно, именно поэтому я не стала говорить с Ильёй о той девушке. Я боюсь. Если окажется, что они в отношениях – это будет тяжело. Придется оборвать общение уже сейчас. А если они не связаны отношениями – сомневаюсь, что смогу остановиться и не кинуться в омут с головой, что чревато последствиями.

– Это печальный опыт. Неудивительно, что ты опасаешься, – вздохнула Даша. – Давай яичницу приготовлю?

– Что? – рассеянно переспросила я. От резкой перемены темы даже не сразу смогла понять, о чем говорит сестра.

– Завтрак приготовлю, – пояснила она, уже доставая сковороду.

– Конечно. Спасибо.

Я налила себе чай. Достала ветчину и помидоры, стеклянную разделочную доску и нож, и стала помогать.

– Раз столько сомнений, ты можешь попытаться узнать его поближе, но при этом сохранить дистанцию, пока не будешь готова к чему-то большему и пока ситуация не прояснится.

Я подумала над словами сестры. Это хороший вариант.

– Пожалуй, ты права.

Позвонил Женька. Сказал, что они с Любой поедут по магазинам, покупать кое-что к свадьбе, но сначала хотят ненадолго заехать ко мне, поболтать. День обещал быть приятным. Даже удалось какое-то время не думать об Илье и успокоиться.

Вместе с сестрой мы быстро приготовили завтрак, перекусили, а после она поехала домой. Сегодня она должна была с родителями отправиться на дачу и они уже ждали её. Раньше и я с ними ездила, пока мы жили вместе да и после переезда в квартиру бабушки – тоже иногда бывало. С затаенной грустью спустились вниз, во двор. Оказывается, мне не хватало Дашки, и сейчас, когда она ждала такси, отпускать её совсем не хотелось.

– Ещё раз спасибо, Поль. Очень рада, что встретила тебя вчера. Сама бы, если честно, не решилась тебе позвонить и просить о помощи.

– И зря. Тебе всегда с радостью помогу, правда. В этом ты можешь не сомневаться.

– И ты не забывай, звони, если что. Просто так звони.

– Конечно.

Я обняла сестру на прощание и проследила взглядом за удаляющейся машиной с логотипом такси, в которую она села. Хотела позвонить Жене, спросить, где они, чтобы заодно и их встретить, если они уже рядом. И чуть телефон не выронила когда повернулась к подъезду и заметила того, кого хотела сейчас меньше всего видеть.

– Максим! Зачем ты подкрался!? У меня чуть сердце не выпрыгнуло! – воскликнула я, прижав ладонь к груди.

– Здравствуй, Полина. Я не крался. Ты была так задумчива, что не заметила меня.

Я уже чуть успокоилась и теперь сложила руки на груди, как бы отгораживаясь от Макса. Я не видела его примерно три месяца, но все равно встреча отозвалась болью в сердце.

– Зачем ты приехал? – спросила я, рассматривая его.

Черты лица Макса заострились. Нижняя губа была разбита, а рана затянулась свежей корочкой. Ввязался во что-то? Одежда, почти как и всегда, черная. Ему этот цвет подходил больше всего. А может, я просто привыкла.

– Ты же сказала, чтоб я не писал больше, – улыбнулся он.

Шутник.

– Адрес откуда узнал? – нахмурилась я.

В этот момент из подъезда вылетел Илья и чуть не пробежал мимо нас, но вовремя притормозил. Мельком посмотрел на меня и остановил свой взгляд на Максе. Злой, холодный взгляд.

– Привет, сладкий, – без эмоций произнес Максим, глядя на Илью. – Понравился мой сюрприз?

– Очень. Что ты здесь забыл? Тебе ещё что-нибудь разбить? – спросил Илья спокойно. Видно, взял себя в руки.

– Что происходит? Вы знакомы? – ошарашено спросила я, глядя то на одного, то на второго.

Ничего не понимаю.

– Помнишь придурка, который нас подрезал? Так это он. Сам побоялся выйти и отправил идиота-друга.

– Знакомого, – поправил Макс, к лицу которого прилипла наглая ухмылка. – Не хотел руки марать.

– Ты за мной следил? – не переставала удивляться я, слушая их.

Максим, наконец, повернулся ко мне.

– Нет, Полина. Точнее, не совсем. Я увидел вас у того кафе и решил узнать, с кем ты общаешься. Хотел убедиться, что тебе ничего не угрожает.

– Что? – покачала я головой. – Какой же бред! Ну и как? Убедился?

Илья закатил глаза. Макс как-то странно на него посмотрел.

– Не знаю. Пока не понял, – сказал он и обратился к Илье: – Иди, куда шёл. Не мешайся.

Илья сжал кулаки и шагнул вперёд.

– Ты сейчас сам свалишь, – с угрозой произнес он.

Я встала между ними. Голова шла кругом от этой странной встречи.

– Вы что придумали? Хватит. Хотите поговорить – давайте как-нибудь без меня. Я тогда пойду, – разозлилась и расстроилась я. Ненавижу, когда от меня что-то скрывают. Особенно – если это касается меня.

– Полина, я кое-что оставил у тебя. Надо забрать, – обратился Макс ко мне, стерев со своего лица усмешку.

Илья не переставал сверлить его взглядом.

– Да? Я думала ты всё забрал. Ну ладно, давай тогда позднее съездим, сейчас я занята.

– Тогда я заеду через три часа. Будь готова, – заявил Максим и направился к выходу из двора, ни на кого не глядя.

Илья проводил его неприязненным взглядом.

– Давно расстались? – спросил он, доставая пачку сигарет.

– Три месяца назад, – ответила я, выдохнув, наконец.

Все это время была так напряжена, что не слышала ни музыки, что доносилась из окна на втором этаже, ни весёлых криков детей с детской площадки, что находилась неподалеку, ни гомона птиц, что эхом разносился по двору.

– Мне жаль, что ты стала свидетелем этой сцены. Не хотел, чтобы тебе стали известны подробности.

– А зря. Что бы ни случилось, мне важно знать всё, что касается меня. Это ужасно – когда за спиной что-то происходит, а я об этом даже не подозреваю. Чувствую себя круглой дурой.

– Я понял, Поль, – кивнул сосед.

– Получается, Макс увидел нас около моей работы и стал следить, – начала я. – Ты узнал об этом, каким-то образом встретился с ним и ударил. Так? – спросила я, и Илья, чуть помедлив, кивнул. – А потом Макс подослал кого-то, чтобы тебе шину порезали.

Я прикрыла глаза и прижала ладонь к лицу.

– Это было бы смешно, если бы не было так странно.

– Я не знал, кто он, поэтому должен был выяснить. Опасно пускать такое на самотёк.

– Согласна. Спасибо.

Мне надо было подняться к себе и всё услышанное обдумать. Но перед тем, как уйти, я решилась.

– Илья? Если твое предложение ещё в силе, я согласна. Завтра очень хочу посмотреть с тобой кино, – сказала я и сразу добавила, чтобы исключить любое недопонимание. – В кинотеатре.

Лицо парня осветила счастливая улыбка. И почему он так реагирует?

– Конечно! Тогда позже договоримся по времени.

– Хорошо, – ответила улыбкой на улыбку.

– Я напишу вечером. А сейчас надо съездить, решить дела, – пояснил он.

– Надеюсь, они никак не связаны с Максом, – сказала я, пребывая в смешанных чувствах.

– Однозначно.

Илья ушел к своему автомобилю. Я уже думала пойти в квартиру, но увидела, как во двор въезжает Женька. Осталась на месте, ожидая друзей.

Глава 12.

Первым вышел Женя. Он стремительно подошёл ко мне и заключил в объятия. Я ответила тем же. Хоть что-то в этой жизни осталось неизменным и помогает не терять почву под ногами. Я увидела, что Илья медленно едет мимо, и вместо того, чтобы следить за дорогой, смотрит на нас.

– А где Люба? – спросила я, когда отступила на шаг.

– В машине. Ее тошнота мучает. Сейчас посидит несколько минут, подышит и выйдет.

– Только тошнота? Аппетит не исчез? – забеспокоилась я, вспоминая, как Дина рассказывала о страшном токсикозе, во время которого она скинула около десяти килограмм из пятидесяти.

– Ну, – неопределенно протянул он. – Она сейчас сама тебе всё расскажет.

– Хорошо, – согласилась я и решила озвучить волнующий меня вопрос. – Жень, если это уже не тайна, то можешь сказать, где ты теперь работаешь? Меня это беспокоит.

Друг с удивлением посмотрел на меня.

– Я думал, что давно рассказал. Забыл, видимо. Я работаю руководителем в компании, которая занимается наймом сотрудников для разной работы. Грузчики, фасовщики, кладовщики, продавцы и другие. Чтобы подзаработать, иногда и сам езжу на объекты, в качестве грузчика. Фирма уже зарекомендовала себя, и к нам обращаются не только частные лица, но и крупные организации.

Я выдохнула.

– Ого! Это здорово, Жень! А то я сильно переживала. Думала, вдруг ты ввязался в какую-то авантюру.

Женькины брови взлетели.

– Серьезно? Разве я похож на человека, который будет рисковать? – с сомнением спросил он.

– Бывает. Подожди, а как тебя сразу на такую должность взяли? – снова насторожилась я.

– Один из руководителей – мой хороший знакомый. Он сам меня нашел и предложил это место. Мы когда- то вместе работали.

– Я очень рада! Теперь могу успокоиться.

Мы вместе подошли к его машине. Люба сидела на заднем сидении. Через открытое окно в салон залетал лёгкий ветер, играя с её волосами. На бледном лице появилась улыбка.

– Привет, – махнула она рукой.

– Привет. Ты как? – спросила я с сочувствием.

– Да уже нормально. Токсикоз почти прошел. Но ещё бывают тяжёлые дни. К счастью, всё уже налаживается, – улыбнулась Люба.

Женька открыл дверь и девушка выбралась из автомобиля.

– Вот же ж. Я даже не заметила в прошлую встречу, что что-то не так.

– В тот день я чувствовала себя хорошо, поэтому мы и приехали.

Женя обнял невесту и поцеловал в висок. Так здорово, что они вместе!

– У меня есть чай с печеньками, – сказала я, не представляя, может ли подруга что-то есть.

– Это я люблю, – засмеялась Люба. – Это я могу.

Почти три часа мы просидели на кухне и проболтали о состоянии Любы, о работе Жени, предстоящей свадьбе и всех хлопотах, что предстоят ребятам в связи с подготовкой.

– Ребята, вы обращайтесь, если что. Вечерами я дома и могу помочь. Мне будет в радость.

– Спасибо, – улыбнулась Люба и обняла меня. – Ладно, поехали мы. Надо с видеооператором встретиться, всё обговорить. И с фотографом.

– Да, – сказал Женя. – И нужно поторопиться, иначе опоздаем.

Я совсем забыла о Максе! Вспомнила только после того, как мне поступило сообщение.

Макс: «Я у подъезда. Жду»

– Я с вами выйду, – сказала я в коридоре, проверяя, на месте ли ключ от квартиры бабушки. – Макс что-то оставил у меня, надо с ним съездить.

Женька сразу изменился в лице.

– Этот придурок? Вы общаетесь разве? – удивился он.

– Нет, но не могу же я держать его вещи у себя и не отдавать. Я же не сумасшедшая.

– Хочешь, мы с тобой съездим? – спросила Люба.

– Не нужно, всё в порядке. Правда, – ответила я, когда мы спускались на улицу.

Я попрощалась с ребятами и направилась в сторону «Ауди» белого цвета. Похоже, Макс действительно поменял автомобиль. Когда мы расставались, у него была другая марка. Завидев меня, парень вышел навстречу.

– Очередной подарок твоей женщины? – не удержалась я от колкости. – Может, на моей поедем?

Левая бровь приподнялась, утонув в отросшей челке.

– Ты хотела сказать на той, что тебе отец подарил? – спросил он, смерив меня взглядом.

Остряк.

– Да, на ней.

– Полина, садись уже. Быстрее поедем, быстрее вернёмся. Или ты соскучилась? Тогда можно найти более уютное место, – ответил он с издёвкой, но, увидев мою реакцию, добавил уже серьёзно: – Тот её «подарок» – я лишь вернул часть того, что потерял из-за ее семьи.

– Ты про своё сердце и чувства? – скептически спросила я.

– Нет, Поль, про деньги.

– Ладно, – ответила я, не желая больше спорить и что-то выяснять, и заняла место рядом с водителем.

Пристегнула ремень безопасности и сразу отвернулась к окну. Присутствие Макса отдавалось тоской в груди. У нас было много теплых, запоминающихся мгновений, ярких фрагментов, что согревали душу и всплывали в памяти. Ровно до момента предательства. Оно не перечеркнуло то, что было до него, но сделало невозможным появление новых событий, связанных с нами двоими. Я понимала, что это всё тот же человек, который так мне нравился, был дорог, любим мною. И всё же теперь между нами была непреодолимая пропасть, зияющая обидой и разочарованием. Я так сильно отгоняла от себя все эти мысли, что только сейчас поняла, как сильно злюсь. Резко развернулась к Максу.

– Зачем ты нас подрезал тогда, а? Я ведь толком водить не умею. А если бы случилась авария? Или ты хотел, чтобы мне было плохо? Хочешь, чтобы я пострадала? – неожиданно для самой себя взорвалась я, и громко начала сыпать вопросами. Ругать. Обвинять. – Мало тебе того, что ты меня предал и сильно ранил морально, так ещё и физически решил покалечить?!

Накопившиеся думки и чувства потребовали выхода и не стали ждать подходящего момента. Автомобиль замер на перекрестке, перед красным сигналом светофора, и Макс резко повернулся ко мне. Он выглядел несколько ошеломленным.

– Неужели ты и правда считаешь, что я мог желать тебе такое? – спросил парень, отворачиваясь к дороге. Загорелся зелёный свет. Его голос сочился непониманием, недоверием.

Я хлопнула ладонью по коленке. Обычно я на всё реагирую сдержанно, но некоторые события расшатали мои нервы и теперь я просто не могла спокойно сидеть и молчать.

– Даже и не знаю. От тебя, похоже, можно ожидать чего угодно. То ты мстишь кому-то, то спишь с кем-то за моей спиной, то преследуешь и едва не провоцируешь аварию. Знаешь? Хорошо, что мы расстались. Ведь мы совсем не знали друг друга.

Я думала, Максим начнет оправдываться или отшучиваться, ругаться, психовать. Его лицо стало непроницаемым, трудно было понять, о чем он думает. Пальцы на руле напряглись. Он закрылся.

– Думай, что хочешь.

Я вдохнула. Медленно выдохнула. Хорошо, что он не повелся на мою провокацию. Всё-таки мы на оживленной улице, а Макс управляет автомобилем. Всякое может случиться. Я постаралась взять себя в руки. Сама упрекнула, сама же и отвлекаю.

– Накипело, Макс, – сказала тихо и уставилась на дорогу.

– Я понял, – ответил он бесстрастно.

Дальше ехали молча. В салоне играла тихая музыка, работал кондиционер, и было бы даже уютно, если бы не напряжение, возникшее между нами. Добрались быстро – в жаркий вечер субботы большинство людей отправляются на озера, дачи или просто на природу. В пыльном и душном городе делать нечего. Дашка сейчас, наверное, с родителями на пруду в деревне. И я бы не отказалась так провести время. Может, когда-нибудь ещё съездим.

С парковочным местом проблем не возникло. Я вылезла из машины и, не дожидаясь Макса, подошла к подъезду. Открыла дверь, но заметив, что моего спутника нет рядом, обернулась. Он шел ко мне, а в руках нёс две дорожные сумки. Или три? Не припомню, чтобы он столько вещей у меня оставлял.

– А ты уверен, что у меня вещи оставил? – спросила я, когда поднимались в квартиру. – Судя по количеству сумок – ты адресом ошибся. Может тебе той женщине позвонить? Ну ты понял, о ком я говорю.

– Нет, Полечка, ничего я не перепутал.

Он знал, что я не люблю, когда меня зовут Полечка. Значит, мои слова его задели.

Мы вошли в квартиру и сердце отозвалось печалью. Я всё прибрала и помыла перед тем, как уехать отсюда. Оставила только некоторые вещи в шкафу. Похоже, сюда никто не ездил. Ни папа, ни его жена, ни сестра. Даже стало жалко, настолько всё было пропитано одиночеством, ощущением пустоты. А ещё нашими встречами и разговорами, которые теперь подернулись сизой дымкой. Я даже не решилась пройти дальше, так и застыла на пороге прихожей.

Макс, не глядя на меня, разулся и прошел в спальню. Послышалось тихое шуршание, хлопок дверцы шкафа (кажется), звук отъезжающей двери шкафа-купе. Дальше балкон. Я терпеливо ждала, присев на маленький диванчик в прихожей. Парень прошел на кухню с сумкой. В ванную. Я же уткнулась в телефон и решила посмотреть афишу кинотеатров. Надо иметь хотя бы некоторое представление о том, какие сейчас крутят фильмы. Я задумчиво листала страницы, останавливаясь на некоторых, чтобы прочитать описание. И вздрогнула, когда рядом с глухим стуком что-то приземлилось. И ещё раз.

– Это что? – спросила я, поднимаясь и хмуро всматриваясь в две сумки, наполненные, судя по звуку, чем-то тяжелым.

– Сумки, – ответил Макс, быстрым движением поправляя волосы, глядя в зеркало.

– Это я и без тебя вижу. А внутри что? Ма-а-кс, ты что-то незаконное хранил здесь, в квартире моей бабушки? – спросила я, опасаясь, что там могут быть какие-нибудь пакетики, как это показывают в сериалах о криминале, которые когда-то смотрел папа. – Что там? Скажи мне.

Парень повернулся ко мне.

– Не знал, что ты такая любопытная. Смотри, как хорошо. Сегодня мы узнаём друг друга всё больше и больше. Может, ещё не всё потеряно?

– Ха-ха, – невесело прокомментировала я. – Ты не ответил!

Максим подтянул черные брюки на коленях и, присев, расстегнул молнию на серой сумке. Я с опаской наклонилась и заглянула внутрь.

– Деньги? И там, и там деньги?

– Да, Поль.

– Подачки от твоей любовницы?

Максим с сомнением покосился на меня, потом на сумки.

– Нет. И, опережая дальнейшие вопросы – это нормальные деньги, заработанные. Мои сбережения. Были проблемы со счётом и картами, поэтому пришлось обналичить.

Макс обулся и выключил свет. Мы теснились в темном закутке прихожей. Надо было закончить разговор здесь, не переносить его в автомобиль.

– Правда?

– Правда. Я не стал бы подвергать тебя и твое имущество опасности, – сказал Макс, резко развернулся ко мне и оказался очень близко. Настолько, что его теплое дыхание щекотало кожу. – Послушай. Я хоть раз сделал тебе что-то плохое? Вызывал сомнения или подозрения?

Я отрицательно покачала головой и обняла себя руками.

– Нет, – тихо ответила я.

Макс кивнул.

– Я оступился. Я был не прав, – его слова отдавали горечью. – У меня были причины так поступить, и мне жаль, что тогда я уже встретил тебя и не успел раньше решить свои вопросы. Если тебе интересно, это произошло всего раз во время наших с тобой отношений, когда мы только-только начали встречаться. Прости.

На глазах появились непрошенные слёзы. Я отступила на шаг и быстро их вытерла. Было так обидно, что с нами случилось подобное. Будто это не мы разрушили наши отношения, а кто-то извне одним взмахом руки всё испортил. И пусть это не так, но мне было жаль, что наши теплые чувства, слова, доверие – всё это рассыпалось обломками, под гнетом разочарования.

– Я поняла тебя. Давай закроем эту тему, – попросила я шепотом, испугавшись, что голос будет дрожать.

– Пойдем, – сказал Макс, перестав вглядываться в моё лицо, и открыл дверь, пропуская меня вперёд.

Всю обратную дорогу мы молчали. Было так тяжело на душе, что сил говорить просто не было. Да и что тут скажешь? Любые попытки поговорить сводились к выяснению отношений, которых уже нет.

Максим довёз меня до подъезда. Я открыла дверь машины, собираясь выйти, но он перехватил мою руку. Мягко, но настойчиво.

– Что такое? – удивилась я, глядя на свое запястье и пальцы Макса на нём.

– Поль, подумай, пожалуйста, о нас, – сказал он и больше не препятствовал моему уходу.

Я ничего не ответила, но он и не ждал. Выскользнула на тротуар и бросилась в подъезд, вытирая на ходу слёзы. Вот зачем он так? Пока не видела, было намного проще. Я даже перестала прогонять ежедневно в голове день расставания, а теперь всё заново… Зря он это затеял. Как бы я не оплакивала нашу любовь – её больше нет. Ведь как известно, в одну реку дважды… Пора двигаться дальше и пореже плавать в прошлом, отпустить переживания. Пора.

Глава 13.

Я поднялась на этаж и постучала в дверь соседа. Надеялась, что он дома. Просто не могла находиться сейчас наедине со своими мыслями, и хотела кое-что узнать. Я услышала как проворачивается замок и через мгновение в подъезд выскользнул Илья, прикрыв за собой дверь.

– Что-то случилось? – спросил он взволнованно.

– Что? – спросила я. Видимо, мой вид его заставил беспокоиться. – А, нет, всё нормально. Я отвлекаю?

– Нет, не отвлекаешь, – ответил Илья, продолжая вглядываться.

– Скажи, пожалуйста, а как ты вообще с Максом пересекся?

Мне было важно знать это. Не хочу, что бы какие-то события, связанные со мной, происходили за моей спиной.

Сосед перевёл взгляд на окно между этажами, уголок которого был виден отсюда.

– Он в тот же день за нами сюда поехал, а потом ещё пару раз видел его «Ауди» в нашем дворе. Позавчера он опять был здесь и я не выдержал, подошёл узнать, в чём дело и какого он здесь ошивается. В итоге мы повздорили, я вспылил, – нехотя рассказал Илья.

– И как он объяснил это? Ну, то, что следил.

Сосед пожал плечами.

– Беспокоится о тебе. Поль, между вами ещё есть что-то? – вдруг спросил Илья, пристально взглянув на меня.

– Нет! Однозначно нет. Всё кончено, и давно. Разве что километры.

Илья чуть улыбнулся.

– Ты уже выбрала, на какой фильм пойдем?

Я улыбнулась в ответ. Меня начало отпускать, стало легче. Я рассказала о том, описание каких фильмов успела прочесть и высказала пожелания.

– Отлично. Меня все устраивает, – сказал Илья. – А пойдём сегодня? Через час?

Я удивилась.

– Я думала, что ты будешь занят.

– Что-то уже успел сделать, а кое-что может подождать. Согласна?

После встречи с Максом было плохо и ныла душа. Перспектива оказаться не в четырех стенах, которые начинали особенно давить, когда я была в подобном состоянии, радовала. И я согласилась.

Мы договорились встретиться через час. Я умылась и привела себя в порядок. Перекусила. Мысли перестали скакать, переключившись на предстоящую прогулку. Переоделась в другое платье, чуть подкрасила ресницы. Пока собиралась, всё время поглядывала на часы. Тоска и состояние как «после бури», будто все чувства вывернули наизнанку ещё оставалось, но ощущалось не так остро и перекрывалось предвкушением встречи.

Стук в дверь раздался за пять минут до назначенного времени. Я давно была готова, но внезапно обнаружила, что где-то зацепила ноготь. Пришлось срочно искать пилку. Поэтому, в тот момент, когда услышала звук, я металась по квартире. Вот так всегда. Сидишь до последнего, а потом раз, и что-нибудь происходит, что-то непредвиденное и нетерпящее отлагательств.

Наконец, когда ноготь был спасен, я открыла дверь.

– Привет, – улыбнулся Илья.

Он оглядел меня с ног до головы и остался жутко доволен. Несмотря на волнение и смущение, что меня охватили, я сделала тоже самое. Белая футболка с какой-то надписью на широкой груди, джинсовые шорты, не скрывающие мощные икры. Сосед стоял напротив, весь такой красивый и притягательный, что немедленно хотелось его обнять. Да так и стоять. Спохватившись, я тут же отогнала эту шальную мысль. Его правая рука была странно отведена назад, будто он что-то прятал. И почему я сразу этого не заметила?

– Поль, – начал Илья, но так и не продолжил.

Он протянул букет из розовых астр. Сердце взволнованно заколотилось. Я смотрела то на цветы, то на Илью и мне казалось, что я что-то упускаю из виду. Какая-то важная мысль скреблась на задворках сознания, и я никак не могла её поймать.

– Тебе не нравится? Давай я унесу, – огорчился сосед и рука с букетом начала опускаться.

Я поспешно перехватила её, забрала букет и прижала к груди. Зарылась носом в чудесные цветы. Мои самые любимые. И где он только их нашел? На глазах выступили слезы, и я поспешно отвела взгляд.

– Спасибо, – прошептала я. – Поставлю в воду. Зайди, – ничего более вразумительного сказать не смогла и убежала на кухню.

Надо же, какое совпадение!

Я не могла насмотреться на нежные длинные лепестки. Перед глазами вспыхивали яркие, почти забытые образы. Моя мама любила разные гороскопы и говорила, что астра – это её цветок. Названия других растений, что росли у нас на даче, я особо не запоминала, а вот эти цветы помнила всегда. И когда мама ушла, я несколько лет пыталась вырастить астры, но мне всегда что-то мешало. Либо не всходили семена, либо ударяли внезапные заморозки. А один раз прибежала откуда-то собака и просто вырыла саженцы. Я почему-то была уверена, что если сумею их вырастить, то всё наладится. Но когда в очередной раз ничего не получилось, я отчаялась и поняла, что мама уже не вернётся. И вот сейчас я с трепетом прижимаю букет. Даже несмотря на то, что безумно зла на родителей.

– Спасибо тебе, – сказала я, когда поставила цветы в воду и, неожиданно для самой себя, быстро обняла Илью.

Кажется, он тоже этого не ожидал. Его глаза потемнели, а руки, мгновенно оказавшиеся у меня на спине, не торопились отпускать. Он глубоко дышал и не двигался, а я пыталась унять эмоции.

– Ну что, пойдём? Или так и будем тут стоять? Фильм скоро начнется, – заулыбалась я, осторожно отстраняясь, высвобождаясь из мягкого плена горячих рук.

Илья хмыкнул и покачал головой. Улыбнулся.

– Ты права. Пойдем.

Я выдохнула, когда сосед вышел за дверь и пошла следом.

Весь вечер я ощущала, как на моем лице блуждает улыбка. Она появлялась, когда я смотрела на Илью, когда он говорил или случайно касался меня. Даже когда просто смотрел в сторону, проводил пальцем по своей брови или волосам. Мне нравилось смотреть на него. И ничего не могла с собой поделать.

В кинотеатре кадры фантастического фильма мелькали на большом экране, но не могли завладеть вниманием. Я не переставая думала о соседе и о том, что меня к нему непреодолимо тянет. Откуда это? Как вообще началось? Я не помню, когда возникло это чувство, но сейчас оно ощущалось остро как никогда.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Мы знакомы всего пару недель и толком не знаем друг друга. Но стоит мне его увидеть, как вспыхивают обжигающие чувства. Может, это взгляд его так действует, который постоянно меняется? То такой открытый и светлый, даже нежный. То горячий, откровенный, жаждущий. Иногда в его глазах плескается сопереживание. Иногда боль. Чувствует ли Илья то же самое ко мне? Не обожгусь ли я? Не знаю.

– Поля, ты не устала?

Мы стояли недалеко от торгового центра. Вышли из него, когда фильм закончился. Он находился рядом с парком, на возвышении, откуда открывался прекрасный вид. Закат нежно, словно мягкой кистью, раскрашивал небо во все оттенки алого. Это отражалось в витринах, в зеркальных покрытиях бизнес-центров и высоток. Нереальная красота, уносящая мысли в космос. Илья стоял рядом, кажется, смотрел на меня. Я прикрыла глаза, подставляя лицо уходящему, ещё не растерявшему свой жар солнцу.

– Нет. Чувствую себя замечательно.

Повернулась к Илье, улыбнулась. Наблюдала, как солнце и ветер играют с его волосами, подсвечивая разными оттенками. Наслаждалась ароматом цветов с многочисленных клумб и свежим запахом мужского парфюма. Парень улыбнулся в ответ. Так нежно, что, казалось, сердце утонет в этой медовой ласке.

– Погуляем?

Я охотно кивнула. В парке в этот час было многолюдно. Субботний жаркий вечер, легкая прохлада от фонтанов и небольшого водоёма, в котором плавали утки, множество тропинок, скамеек, ларьков с мороженым и фаст-фудом. Илья купил себе мороженое.

– А ты что будешь?

– Даже не знаю. Сейчас посмотрю, что есть.

Я изучала ламинированную табличку с меню, висящую на стене.

– Хочешь молочный коктейль?

Я согласилась. Одноразовый стакан был холодным и очень быстро покрылся капельками.

– Даже не помню, когда последний раз его пила. Вкусно как, – оценила я, когда мы присели на нагретые за день каменные плиты, чуть поодаль от снующих толп людей и аттракционов. – Когда я была маленькой, и когда мама ещё была с нами, мы втроём ездили то в кино, то гулять, то в парки развлечений. И я всегда просила взять мне молочный коктейль. Это как вкус детства, – улыбнулась я, поправляя трубочку.

Илья смотрел на меня безотрывно. Я чувствовала этот взгляд, но он меня не смущал. Напротив, было очень приятно. Сосед шаркнул ногой, присаживаясь чуть ближе, и мелкие камушки покатились вниз по плитам. На обычных скамейках сидеть не захотелось, ведь все они внизу. Поэтому мы и поднялись выше, на бетонные огромные ступеньки. Кажется, здесь когда-то хотели сделать стадион. На этих камнях должны были быть сиденья для зрителей. Но что-то не сложилось, и теперь тут и там проросли маленькие деревья и кусты.

– А почему она ушла, Поль? Вы давно не виделись? – спросил Илья, облокотившись на колени и повернувшись ко мне.

– Я не знаю, – пожала я плечами. – И папа говорил только, что просто не сошлись характером. Мне кажется, это ерунда полнейшая. И вообще, я много лет думала, что это виновата только мама. Но несколько месяцев назад Макс, мой бывший, рассказал кое-что неприятное о моем отце. И у меня просто с ног на голову все перевернулось.

– Расскажешь?

– Ну-у… Если ты никуда не торопишься, – протянула я.

– Не тороплюсь.

Я глубоко вдохнула. Медленно выдохнула, собираясь с мыслями и стараясь определиться, с чего начать.

– Мне было девять, когда она ушла. В том возрасте я даже помыслить не могла, что мама может куда-то деться. Казалось, она будет рядом всегда. Оберегать, заботиться, любить, терпеть и прощать, поддерживать и относиться с пониманием ко всему. Несмотря ни на что. Но я ошиблась.

Когда мы с папой остались одни, я начала вести дневник. Настолько была ошеломлена случившимся, что мои мысли требовали выхода. Иначе, казалось, сойду с ума от жалости к себе и родителям.

«Запись 2.

«Папа будто не в себе. Он переживает, беспокоится и злится. А ещё он не знает, что делать со мной. И я не знаю, что со мной делать. Уже почти месяц мама не появлялась. Пропасть в моей душе разрастается. Кажется, я скоро умру от тоски по ней. Так плохо и страшно. Я не знаю, где она, жива ли, здорова ли. Вспоминает ли обо мне и о папе… Он первые три дня пил. Ночью, пока думал, что я не вижу. Но я слышала. Звон стопки и бутылки о стол, иногда чуть громче, чем это нужно. Скрип балконной двери. Кажется, он стал больше курить. Мне жалко его, жалко себя, жалко маму. А ещё я злюсь. Злюсь на папу за то, что он не смог ее остановить. За то, что доводил её, не слышал, не хотел пойти навстречу, забывал ее просьбы, пропадал у кого-то и помогал всем, кроме мамы. Я злюсь на маму за то, что она не смогла найти другого решения, кроме как бросить нас. И больше всего я злюсь на себя. За то, что не смогла стать такой дочкой, которую не бросят. Которую захочется любить и обнимать.»

Мне больно. Очень.»

Запись 3.

«Недавно я проспала. Папа не поставил будильник, и я забыла это сделать, и в итоге опоздала на половину урока. Он обычно раньше меня вставал, а тут пару дней не ходил на работу. Взял отгулы. Все расстраивается. Выпивает.

В школе стали задавать вопросы. Учителя догадались, что дома какие-то проблемы. А всё я виновата. В пятницу с утра обнаружила, что закончились чистые блузки. Пришлось взять ту, что носила накануне. Физичка, она же моя класснуха, попросила задержаться после урока и устроила допрос. Раньше мне волосы мама заплетала. Делала красивые косы, банты, ленты вплетала. Я так не умею. Поэтому прихожу теперь всегда с хвостом или косичкой. Класснуха спросила, почему у меня такая прическа и почему я в запачканной рубашке. Пятно от апельсинового сока, что я пила днём ранее после школы, засохло на груди, а я не заметила. Пыталась придумать что-то внятное. Надо было сказать, что в школе это произошло, но я никогда не умела врать. Физичка покивала, будто поверила, а вечером пригласила папу в школу. И теперь я жутко боюсь. И злюсь. Вдруг папа рассердится на меня? А что они подумают на маму? Вдруг она вернётся на днях, а в школе уже будут знать, что она уезжала? Хоть бы папа не рассказал им. Никто не должен знать. А я постараюсь ее больше не подводить.»

Запись 4.

«Мама вернулась через три месяца после отъезда. Это случилось в мой День рождения. Папа купил конфеты, пироги и большой торт, украшенный красивыми розовыми цветами из сметанного крема. Я помогла бабушке, папиной маме, приготовить салаты и мясо. Она давала мне задания, а я всё послушно исполняла, пританцовывая под популярные попсовые песни. В квартире царила атмосфера праздника, иногда омрачаемого тоской по маме и расцветающего надеждой на то, что она вернётся. Это же мой день, мой праздник, она просто не может его пропустить. Но тогда я ещё не подозревала, что это будет мой последний праздник, на котором она присутствует.

За столом сидели мы с папой и бабушкой, две моих лучших подружки, Алинка и Зоя, и дядя с тетей, по папиной линии, со своими супругами. Женька слег с ангиной и не смог прийти. Зато позвонил с утра и нажелал всего-всего. Я старалась прятать нарастающее волнение и крадущееся всё громче разочарование. Веселилась, играла с девчонками в разные конкурсы, делилась ничего не значащими секретиками, а сама всё представляла, как мама торопится ко мне, как бежит по заваленной снегом тропинке между дворами, ступая по протоптанным свежим следам. Как снежинки ложатся на ее длинные каштановые волосы, что выбились из-под шапки и уже украшены снежным кружевом.

И она пришла.

Все, кроме бабушки и тети с мужем, уже уехали. Папа был на кухне, когда в  коридоре хлопнула дверь и послышались тихие голоса, но из-за телевизора и громкого голоса бабушки я не смогла ничего разобрать. Подумала, что вернулся кто-то из гостей и продолжила слушать рассказы родственников, которые старательно избегали при мне разговоров о сложившейся ситуации в нашей семье. Вдруг папа позвал меня и я, спрыгнув с дивана, помчалась к нему. Да так и замерла в коридоре, когда увидела маму. Она мялась на пороге, не раздевалась. Хотелось броситься к ней, обнять со всей силы. Но то, что она стояла там как чужая, вселяло страх. Яростная обида и жгучая радость душили меня, и хотелось расплакаться, но даже это не получалось. Я хлопала глазами, глядя то на папу, выглядевшего очень уставшим, то на маму, отчего-то очень печальную. Наконец, она отмерла и прошептала таким родным, безумно дорогим мне голосом: «– Ну, иди же ко мне, зайчик». И я пошла. Побежала. Бросилась, крепко обхватила колючее, влажное зимнее пальто и уткнулась в мокрый лисий мех, пропахший мамиными любимыми духами. И разревелась, улыбаясь до ушей.

Мое желание, что я загадала, задувая десять свечей на торте, сбылось. И я была счастлива.

Вот только слишком скоро всё стало рушиться с удвоенной силой.»

Запись 5.

"Мама продержалась дома месяц. Прекрасные, счастливые тридцать дней, за которые я смогла поверить, что всё наладилось, теперь всё будет хорошо и наша жизнь вернулась в прежнее русло и стала даже лучше. Однако я горько обманулась.

В своей комнате я никогда не слышала криков или ссор. Лишь когда родители говорили на кухне или в коридоре, до меня доносились обрывки фраз. Ничего не предвещало плохого. Совсем. Или я просто ничего не понимала.

В школе больше не лезли с вопросами, уже видели, что мама приводила меня в школу и встречала после. Мои оценки сразу скакнули вверх и вышли на прежний уровень, я всегда была хорошисткой. Вот и в этот день, я, в приподнятом настроении, с подружкой под ручку и с идущим рядом Женькой, направлялась к воротам, где ждали родители. Мы весело болтали о новой серии мультсериала, на который подсели почти все в нашем классе. Попрощавшись, ребята разбежались к своим родственникам. Маму я не увидела среди других взрослых и хотела подождать на территории, когда увидела папу. Я несмело пошла к нему, предчувствуя плохое. Он приезжал крайне редко за мной – плотный график на работе, и это не предвещало ничего хорошего. И я была права. Папа, как и всегда, выглядел холодным, не выдавал ни одной эмоции. Ледяная глыба. Затаив дыхание, спросила, пытаясь поймать взгляд отца. Лишь на мгновение наши глаза встретились и я увидела сожаление. Или боль?

– Пап, что случилось? Где мама? – получилось едва слышно, и я уже громче, дрожащим голосом повторила: – Где мама, пап?

Он тяжело вздохнул.

– Она уехала. Обещала приехать через месяц.

Тело стало каким-то тяжёлым и непослушным. Я привалилась спиной к тонким металлическим прутьям, больно врезавшимся в лопатки. Рюкзак кулем упал рядом, выпав из рук.

– Пойдем, Полина. Я куплю тебе мороженое.

Он протянул руку, взял рюкзак и "отлепил" меня от решётки. Я поплелась рядом, смахивая рукой злые слезы и хлюпая носом.

– Я не хочу ничего. Поехали домой, – сквозь слезы сказала я.

Папа посмотрел на меня с тревогой. Мне стало ещё больше не по себе. Последний раз я видела такую его реакцию, когда слегла с огромной температурой во время ветрянки. Он тогда испугался не на шутку.

Оказавшись в опустевшей квартире, а без мамы она казалась именно такой, папа отправил меня мыть руки, а сам согрел еду и поставил на стол. Налил для меня какао, а сам ушел к себе в спальню, заниматься работой. Решил сегодня не возвращаться в офис. Я сняла куртку, вымыла руки, без аппетита взглянула на еду и убежала к себе в комнату. Упала на кровать, не раздеваясь, уткнулась лицом в подушку и проплакала до самой темноты, пока не уснула. Папа несколько раз останавливался у моей двери, но так и не зашёл. А у меня, сквозь обиду и боль, проступал один вопрос: "Почему она так поступает с нами?"

Запись 6.

«Через месяц она не вернулась. Или даже через полтора. Мы с папой приспосабливались жить вместе. Он нанял женщину, которая приходила по будням, чтобы приготовить еду, постирать и погладить вещи, забрать меня из школы.

Мне казалось, моя жизнь замерла. Это было похоже на то, как если бы я сильно-сильно испугалась, и на самом пике эмоции сделали паузу и не дали успокоиться, заставляя находиться в таком состоянии постоянно. Одноклассники, не все, но многие, превратились в зверей. Вместо сочувствуя я натыкалась на упрёки и издёвки. «Тебя даже родная мать не любит» говорили они. Или «Ты такая криворукая, что даже мать тебя бросила». Да, я была рассеянная. И да, эти слова ранили, как ножом под кожу. Учителя больше не пытались вмешиваться. Всё превратилось в болезненный день сурка.

Татьяна Ивановна приводила меня домой и уходила. Я оставалась ждать папу. В последний день перед весенними каникулами я услышала, как проворачивается ключ в замке. Испугалась. Папа должен был вернуться только часа через три. Осторожно выскользнула в коридор и увидела маму. Она выглядела похудевшей, взволнованной. Когда она увидела меня – присела на корточки, и позвала к себе. Я подбежала и обняла.

– Поедешь со мной, моя хорошая? – спросила она, крепко прижимая меня к себе, целуя в волосы, в щеки, в лоб, ласково гладя по голове.

– Куда? – спросила я сквозь слёзы.

– Будешь жить со мной. И мы будем вместе. Всегда. Поедешь? – спросила она, чуть отстранилась и заглянула мне в глаза. – Прямо сейчас.

– А папа? – спросила я. – Он же расстроится.

Она потупила взгляд.

– Папе мы оставим записку. Вот, – и она достала из сумку сложенный пополам лист бумаги. –  оставлю его на столе.

Я побежала собираться, а мама взяла мои документы. Мы очень быстро ушли из дома. Восторг смешался с тревогой. Как же папа без меня? Мне было его так жалко! И маму я любила. Я не знала как, но очень надеялась, что потом мы снова будем все вместе. Будем семьёй. Она крепко держала меня за руку, пока мы ехали в маршрутке на вокзал. И после, когда сидели в электричке, а в больших окнах мелькало заходящее солнце, деревья, дома и станции. Я ни о чем не спрашивала: боялась, что все развеется как мираж.

В доме, в который мы приехали, не было воды. Вообще ничего не было. Только добрый пёс Борька во дворе, который сперва лаял на меня, а после быстро привык и радостно вилял хвостом. Да кошка Машка, вся белая, с черной кляксой на лбу. Даже туалет был на улице. Но я была так счастлива находиться рядом с мамой, что мне было уютно даже там.

– После каникул пойдешь в школу. Я там теперь работаю.

– А папа к нам приедет?

Мама тяжело вздохнула.

– Не знаю, доченька. Не знаю.

В школу я там не пошла. Папа приехал через три дня. Испуганный и злой. Они отправили меня поиграть с Борькой, а сами разговаривали дома. Я уже тогда понимала, что они ругаются. Наверняка. Вечером мы втроём поехали в город, в нашу квартиру, на папиной «Тойоте». Я всю дорогу проспала, родители молчали. Мама крепко меня обнимала. Кажется, она плакала.

Мама легла спать со мной. Шептала, как сильно любит меня, как скучала. И я ей всё рассказывала. Как мне было без неё плохо. И как папе было плохо. Когда я проснулась утром, её уже не было. Папа сказал, что она не вернётся. Это был последний раз, когда я её видела и говорила с ней.»

– Даже не созванивались ни разу? – спросил Илья грустно.

– Нет. Вообще ничего. Я так боялась, что она умерла. Ужасно боялась, что с ней что-то случилось. Но папа иногда говорил, что видел её где-то, или знакомые видели. Что с ней все хорошо.

– Скучаешь?

– Знаешь, мне иногда кажется, что я их обоих ненавижу. Иногда, что люблю. Я не знаю, как к ним относиться. Но скучаю.

Я толкнула небольшой камень, и он простучал вниз.

– Ты не пыталась её найти? Выйти на связь.

Я поморщилась.

– Если честно, я пока слишком зла на них, чтобы что-то предпринимать. Не хочу. Я давно не маленькая, и мама могла приехать, попробовать поговорить, наладить общение. Но нет. Так что и не надо. Они оба сделали свой выбор.

– А если бы ты узнала её адрес прямо сейчас? Или номер телефона.

Что-то внутри всколыхнулось. Что-то неприятное, колючее. Захотелось сказать грубость.

– Плевать. Ничего бы делать не стала. Отправила бы в черный список, стёрла, – ответила я резко. – Извини, ты ни при чём, конечно.

– И ты извини. Но что ты узнала об отце? Он запретил ей приезжать?

Глава 14

– Вроде того. Подробности я узнала совсем недавно, когда поговорила с папой. И то не все. Мама не смогла ему простить интрижку, что была у него примерно в начале их отношений. Они тогда жили в разных городах, общались на расстоянии почти год и изредка виделись. Папа ей не хотел об этом рассказывать, так как всё закончилось быстро и больше с его стороны ничего подобного не было, как он сказал. Но его бывшая любовница не пожелала оставаться в тени и рассказала всё маме спустя много лет. Не знаю, зачем, ведь всё было в прошлом. Скорее всего, из зависти, ревности, ведь наша семья была счастливой. До того момента. Да и у отца характер не сахар. С ним порой очень сложно прийти к компромиссу – любит, чтоб всё было так, как хочется ему. Считает, что это правильно.

Я отпила коктейль, который стал уже теплым и показался теперь приторным. Илья передал бутылку с негазированной водой.

– Мама несколько лет старалась об этом забыть. Видимо, не смогла. А папа её так любил… Когда она решила уйти, он страдал. Умолял, требовал, угрожал, чтоб она вернулась. И мама даже пыталась несколько раз, но так и не смогла остаться. Он не давал ей развод. Возможно, было что-то ещё, но папа сказал, что не знает.

Когда мама забрала меня к себе, папа не сразу нашел записку. То ли упала, то ли нарочно ее спрятала. Папа чуть с ума не сошел, хотел обращаться в полицию. А потом искал нас, потому что адреса в записке не оказалось. И нашёл. Тогда он в последний раз предложил маме вернуться, но когда она отказалась, сказал, что никогда меня не отдаст. Думал, что это сможет её убедить остаться. Сразу предупредил её, что если она будет через суд пытаться забрать меня, ничего не получится. Мало того, что у нее ничего не было. Ни квартиры, ни средств, так уж получилось. Так и у отца достаточно связей, чтобы не дать ей этого сделать.

Она хотела подкопить денег, купить хотя бы маленькую квартиру или комнату в деревне или небольшом городке. Видимо, не ожидала, что возникнет столько проблем. Знала, что просто так не отдадут меня. Но для этого требовалось время.

Она тогда надолго исчезла, а когда приехала вновь, он не дал ей приблизиться ко мне и убедил не трогать меня. Чтобы не травмировать ещё больше. Он же видел, каково мне было после предыдущих встреч и её исчезновений.

– Хотел как лучше? – спросил Илья, глядя куда-то вдаль.

– Сперва просто хотел привязать. Думал, что если она останется, то он сможет ещё изменить ситуацию, всё исправить, решить. Потом злился и не мог смириться. А когда понял, что решение мамы окончательно, там уже мне стало не очень хорошо. Точнее, мы когда домой вернулись из деревни и я поняла, что мама опять меня бросила… Я через несколько дней заболела сильно. Даже угодила в больницу с бронхитом. Постоянно сидела у окна, ждала маму. Думала, ну теперь-то она точно придет, мне же так плохо. И уколы колят, и капельницы ставят. Но её всё не было. И потом я часто хандрила, долгое время плохо ела. Папа ужасно волновался. И только месяца через три мне стало легче. Смогла принять эту мысль.

Теплые пальцы Ильи вдруг коснулись моей руки. Он ободряюще улыбнулся и тихонько сжал мою ладонь. Будто тепло и свет сразу разлились по телу, проникая в душу и вытесняя хмурую печаль. Я улыбнулась ему.

– Знаешь, я всё могу понять. Да, у них были сложные отношения, непростая ситуация. Но почему нельзя было быть честными со мной? И почему мама не нашла меня потом, когда я повзрослела? Я не понимаю. Может, папа бы ответил на эти вопросы, но я не смогла с ним долго говорить тогда, и сбежала.

– Я бы многое отдал только за то, чтобы просто увидеть родителей ещё хоть раз. Услышать. Обнять.

– Искренне тебе сочувствую, Илья. Мне очень, очень жаль.

Сосед кивнул и опустил голову.

– А откуда тот парень об этом узнал? – спросил он, большим пальцем рисуя круг на тыльной стороне моей ладони.

– Макс? Его приятель-однокурсник рассказал. Я его почти не знаю, но наши отцы общаются. Видимо, услышал разговор. Или его отец сам ему рассказал.

– Возможно, твоей матери было стыдно или страшно, вновь тебе писать, искать встречи. Послушай, я должен сказать... – очень серьезно начал Илья, и я поняла, что больше не хочу говорить на эту тему. Не хочу, чтобы и с соседом мы поссорились так же, как ссорились с Женькой, когда он убеждал меня ехать к отцу.

– Давай не будем об этом больше, прошу тебя. Не хочу, чтоб этот вечер испортился, – попросила я. – Пойдём? А то скоро стемнеет.

Илья какое-то время раздумывал над моими словами.

– Хорошо, – улыбнулся он. – Пойдем домой.

Он не отпустил мою руку и помог спуститься вниз. Солнце уже село и стало не так жарко. Его рука успокаивала, отгоняла неприятные мысли.

– Как себя чувствуешь? – спросил Илья, когда мы шли к выходу из парка.

Я прислушалась к ощущениям.

– Очень хорошо, – уверенно сказала я.

С тобой мне очень хорошо, Илья. Даже когда мы говорим на неприятные темы. С тобой я словно ограждена от всего, под надёжной защитой от всего плохого. С тобой весь город расцветает красками и разноцветными, яркими всполохами. Но только я тебе этого не скажу. Не сейчас.

Наши пальцы сплелись. Внутри зародился восторг, как бывает, когда катаешься на качелях, взмываешь ввысь, ухаешь вниз, и снова. Это здорово и чуточку страшно.

–  И я. Рад, что мы не стали ждать завтра. Поль, все хотел спросить, а что за парень к тебе приходит? Кажется, ты говорила, что его Женя зовут.

Я обернулась на Илью. Чего это он вспомнил?

– Женька – мой лучший друг. Мы с ним с младшей школы дружим. Все подружки отвалились со временем, пропали, а он остался. Всегда был со мной. Помогал, поддерживал. Мы отмечали выпускной, когда ему сообщили о том, что его отец умер. Торжественная часть в школе и с родителями уже закончилась и мы укатили на дачу к одному из одноклассников, всем классом. Он тогда чуть не сел выпивший за руль, еле его отговорила. Сама поехала, хотя только-только права получила. Еле-еле тащились. Было так страшно. Женька всю дорогу молчал. Обхватил руками голову и молчал. Лучше бы он ругался или кричал. Видимо от шока, я даже не поняла, как мы доехали и оказались у его дома. Я ему сказать ничего не могла, обняла только и оставила там машину. Он поблагодарил и убежал к матери. Я на такси домой. Не могла больше сесть за руль, всё перед глазами плыло. А когда у меня что-то случалось, он тоже все бросал и мчался ко мне.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Илья легонько толкнул меня в плечо.

– Эй, ну ты что? Не раскисай, Поля. Всё же хорошо. И это круто, что у тебя есть такой друг. Или не друг? Может, он влюблён в тебя? – спросил сосед и выжидающе так посмотрел.

Мы вышли из парка и шагали по тротуару. Кажется, людей стало только больше.

– Точно нет. У него есть Люба. Он очень давно в нее был влюблен, но всё как-то не складывалось. Но всё изменилось и скоро они поженятся. Стыдно вспоминать, но однажды я предложила ему встречаться. Это было классе в девятом. У всех девчонок стали появляться парни, а мне никто не нравился. А Женьку я хотя бы знала. Вот и спросила как-то после школы. Он на это пальцем у виска покрутил и спросил, не падала ли я. Больше мы на эту тему не говорили, – хмыкнула я.

Так смешно было это вспоминать. Будто вчера было, а не много лет назад.

– Забавно.

– Женька и правда очень хороший друг. У него непростая ситуация дома, с мамой, но сейчас, кажется, всё постепенно налаживается. Он смог выдержать и не сломаться, не пуститься во все тяжкие. Взял на себя заботу о маме, поступил в универ, устроился на работу. И это всё сразу после окончания школы. Ему досталось, но он справился. Я так хочу, чтоб у него все теперь было хорошо. Я когда с Максом рассталась и с папой разругалась, он помог и с поиском нового жилья, и с переездом, и даже с деньгами частично.

– У меня тоже есть лучший друг. Я сейчас в одной из его квартир живу. Он и недвижимостью занимается, и сеть фитнес-центров у него. Вот выручить попросил, я приехал.

– Подожди, так ты не отсюда? – удивилась я.

Илья так хорошо ориентировался в городе, что я и не подумала, что он приезжий.

– Я родился здесь и жил здесь, пока не произошла трагедия с родителями. Потом бабушка меня забрала в маленький городок, в области. После школы я в Москву улетел, там сестра живёт. И вот сейчас вернулся сюда.

– А где ты жил? В каком районе?

– На ЮЗе, – улыбнулся Илья и странно посмотрел на меня.

– Правда? Я тоже! А школа? Ты ходил тут в школу?

Но не успел он ответить, как со стороны парка послышался громкий гул. Обернулась и увидела, как множество мотоциклов едет по дороге. Я вопросительно взглянула на Илью.

– Кажется, какой-то байкерский слёт. То ли фестиваль, то ли что. Реклама попадалась, – сказал он громко, наклонившись ко мне, перекрикивая рев моторов, гудки и радостные крики прохожих.

Разговор не получалось возобновить, а после я и вовсе о нем забыла, поддавшись всеобщему веселью. Илья встал позади меня и обнял, сцепив руки в районе моего живота. Я была счастлива в этот момент. С одного из мотоциклов доносилась громкая музыка, песня «Арии». Я не удержалась и стала подпевать. Илья подхватил. Как и некоторые другие прохожие. Зажглись фонари, освещая нас.

Счастье теплым потоком растекалось по телу. Весело, задорно, классно. Как же давно я не чувствовала себя так. И чувствовала ли? Не помню. Да и не имеет это значения. Всё, что сейчас важно, это человек, обнимающий меня. Человек, который так мне нравится.

Шум байков потихоньку стихал и все стали расходиться, в том числе и мы. Держась за руки, шли в сторону дома. Я поглядывала на Илью иногда, стараясь, чтоб он этого не видел. Возможно, мне казалось, но он выглядел таким довольным, счастливым, воодушевленным, прямо как тогда во дворе, когда мы вместе шли в магазин. Его рука крепко сжимала мою, а глаза светились. Мне было сложно поверить, что его состояние связано со мной. А если это так?  Возможно, со стороны я выглядела так же.

– Что завтра будешь делать? – спросил Илья.

– Пока не думала даже. Вроде бы никаких планов не было. А ты?

– Пойдешь со мной на концерт? Мне кажется, тебе нравится эта группа.

– Я заинтересована, – улыбнулась я. – Кто выступает?

Сосед поиграл бровями, озвучил название группы и чуть закусил губу, ожидая реакции. Это было название моей любимой группы. Той самой, билеты на чьё выступление я подарила Дине.

– Да лаааадно? Ты серьёзно? У тебя есть билеты?

Улыбка соседа стала шире.

– Да, купил для нас. Только не был уверен, что ты согласишься.

Я засмеялась.

– Соглашусь, ещё как соглашусь! Я мечтала попасть на их выступление! Ох, как здорово! Уже завтра, да? – я едва не прыгала от радости.

– Да, Поль. В восемь вечера. Но лучше приехать заранее. Двери откроют в шесть.

Я не удержалась, обняла Илью и всё-таки запрыгала. Он расхохотался, а потом посмотрел с такой нежностью, что я смутилась.

– Да, давай пораньше приедем. Очередь будет огромной, это точно. Надо успеть поближе к сцене пробраться.

– Согласен. У нас фан-зона.

– Да ладно? – снова удивилась я. – Это же потрясно! Ну, то есть, это же так классно! Ты меня так обрадовал!

Я была так взбудоражена этим предложением и предстоящим концертом. Остаток пути мы обсуждали альбомы и выступления любимой рок-группы, смену солиста и другие новости, связанные с ними. Я даже не заметила как мы оказались на лестничной площадке, у наших квартир.

– Я завтра зайду за тобой тогда, – сказал Илья, опираясь на перила.

Я кивнула, а сама думала, не должна ли пригласить его зайти? Он ведь был уже у меня однажды. Или правильнее разойтись? Но так не хотелось с ним расставаться.

Вдруг сосед подошёл очень близко, и я невольно запрокинула голову, чтобы видеть его лицо. Он пальцами провел по руке, от пальцев и вверх, до плеча. Я замерла, глядя на его губы. Сердце заколотилось.

Вдруг раздался щелчок замка, а в следующий момент дверь соседки напротив приоткрылась. Я отскочила на шаг, почему-то устыдившись, что она могла застать нас за объятиями или поцелуями.

– Извините, молодежь, – негромко произнесла женщина, выглянув.

– Здравствуйте, – поздоровались мы. – Что-то случилось? – обеспокоенно спросила я, и подошла к ней.

Она выглянула из-за меня и посмотрела на Илью, намекая, что хочет сказать что-то лично мне.

– Я тогда пойду, – сказал сосед. – До завтра, Поль.

– До завтра, – улыбнулась я, проводив его взглядом.

– Тут тебя какая-то девушка искала. Я в глазок вечером увидела, что она к тебе стучит. Долго она стояла, настойчиво так стучала. А потом Катя с третьего этажа сказала, что девушка эта не одна была, с мужчиной каким-то. Они о тебе спрашивали у неё.

– Хм. А вы раньше её не видели? – спросила я задумчиво. – Странно. Мне никто не звонил.

– Не видела, Поль. Злая она, точно не с добром приходила. Ты будь осторожнее.

Стало не по себе. Кто это мог ко мне прийти такой?

– Ладно. Спасибо вам большое.

– Да не за что, – сказала она. – Парень этот, Илья, хороший. Помогал мне тут на днях. Рукастый, – похвалила.

– Не сомневаюсь.

– Ладно, иди, отдыхай. И двери запри обязательно.

– Хорошо. Доброй ночи.

Я зашла в квартиру и закрыла двери. Стало как-то страшновато. Хотя, возможно, соседка просто нагнала жути. Тем не менее, мысли беспокойно скакали, перебирая в памяти, кто мог знать мой новый адрес и кому я могла понадобиться лично.

Быстро перекусив, я приняла душ и легла в прохладную кровать. Выключила свет, окно оставила приоткрытым. От полной луны в спальне было светло. Настроение постепенно улучшалось, в особенности от мыслей об Илье и предстоящем концерте. А ещё вспомнила, что сосед ни разу не курил сегодня. Неужели решил бросить? Надо будет спросить у него.

Я некоторое время лежала и смотрела в окно. И мне даже не верилось, что всего лишь одна стена отделяет меня от человека, так запавшего в душу.

Глава 15.

Утром мне позвонила Люба. Обычно мы с Женькой обо всем договариваемся, а с его невестой общаемся не часто и в основном в соц сетях, поэтому я удивилась и поспешила ответить.

– Да, Любочка, что-то случилось? – спросила я, вставая с кровати.

– Поля, привет. Всё хорошо. Как ты? Не разбудила?

Я прошла на кухню и включила чайник. Уже полдень. Проснулась, наверное, час назад, но разрешила себе подольше понежиться в кровати.

– Нет, что ты, я не спала. У меня всё нормально.

– Поль, эм, мне неловко просить, но больше не знаю, к кому обратиться…

– Что такое? Чем я могу помочь? – поспешила спросить я.

– У нас сегодня встреча с кондитером назначена, нужно выбрать торт на свадьбу, всё попробовать и определиться. Я себя плохо чувствую, тошнит опять. Ты можешь с Женей сходить? Он за тобой заедет, заберёт и домой привезет. А то мы переносили уже один раз... Сможешь? – с надеждой спросила девушка.

Так. До концерта времени ещё достаточно, должна успеть.

– Люб, у меня на вечер планы. Но если мы сможем вовремя всё сделать, то с радостью съезжу.

– Женя тогда через полчаса заедет за тобой. Я не думаю, что это займет много времени. Спасибо тебе огромное, ты нам очень помогла! – радостно проговорила Люба.

– Да пока не за что. Да и тортики я люблю, – рассмеялась я. – Надеюсь, твоё самочувствие очень скоро улучшится!

Мы ещё немного поговорили и попрощались. За сборами мои мысли уже привычно вернулись к Илье, предвкушая вечер и концерт, на который давно мечтала попасть. От такого предложения невозможно было отказаться, да я и не хотела отказываться. Провести с соседом несколько дополнительных часов – только в радость. С его появлением, в мою жизнь вновь ворвались краски. Вернулось желание двигаться вперёд, не останавливаться и не плыть по течению.

Женька приехал минут через сорок. Позвонил и сказал, чтоб спускалась. В приподнятом настроении я выбежала на улицу, отметив прекрасную погоду, отыскала глазами нужный автомобиль и, преодолев небольшое расстояние, запрыгнула на переднее сиденье.

– Привет, Поль. Отлично выглядишь, – заметил друг, и тут же начал выезжать из двора.

– Привет, спасибо. Сегодня на концерт иду! – выпалила я радостно.

Я быстро рассказала куда пойду и с кем.

– С соседом? Вы встречаетесь? Ты о нём почти не говорила раньше, – задумчиво произнес Женя, внимательно следя за дорогой.

У него были небольшие проблемы со зрением. Коррекция пока не требовалась, но иногда ему приходилось немного щуриться или вглядываться в далеко расположенные знаки.

– Да нечего рассказывать, Жень. Мы иногда пересекаемся, а вчера погуляли. Вот в основном и всё.

– Понятно, – медленно сказал друг, сосредоточенно перестраиваясь для поворота.

Я не стала больше ничего говорить, чтобы не мешать. Сейчас приедем в ресторан и там поговорим. А пока я расслабленно откинулась на спинку, чуть отодвинув сиденье назад и прикрыла глаза. Теплый воздух приятно щекотал лицо, легко играл волосами, чем вызывал улыбку. Теперь даже мелочи заставляли меня радоваться.

Мы поднялись на девятый этаж отеля, в котором находился ресторан с выходом на просторную террасу с видом на город. Администратор проводила за столик и попросила подождать несколько минут.

– Тут здорово! Очень красиво и уютно, – сказала я, оценив обстановку. – Отличное место выбрали!

Женька заулыбался, отложив телефоны, личный и рабочий, в сторону.

– Это всё Люба. Мне всё равно, где праздновать. А она очень ответственно подошла к вопросу выбора места. Все сайты, фотографии и отзывы проверила, а после ещё мест в пять съездили сами. Здесь понравилось больше всего.

– Умничка какая, – похвалила я.

Нам принесли кофе. Я с удовольствием сделала глоток.

– Она решила сама сделать всё для декора. Я пытался отговорить, но её же не остановить. У нее теперь по всей квартире ткань, ленты, какие-то штуки непонятные для украшения. Кажется, я уже знаю, чем она будет в декрете заниматься.

Женька рассказывал о невесте с нескрываемой нежностью. Даже сквозь ворчание о том, что она всё время проводит за шитьём и рукоделием, пробивалось тепло и любовь. Как же я за них рада!

– А как мама? Родители уже познакомились?

– Да, познакомились. Я думал, будет сложнее. Но всё прошло спокойно. Посидели немного в кафе, пообщались. Мама очень рада за нас и уверенно идёт на поправку, особенно после новости о внуке или внучке.

– Это главное, Жень, – сказала я, и легонько сжала его ладонь, лежащую на столе.

Вдруг поняла, что чувствую себя не очень комфортно уже некоторое время. Пыталась понять, что не так, что мешает. И наткнулась на пристальный взгляд какого-то мужчины, сидящего по диагонали от нас. Взгляда он не отвел, поэтому пришлось мне. С кем он сидел, я не разглядела – его собеседник оказался скрыт широкой колонной.

– Поль, извини, мне надо по работе позвонить, грузчикам. А то там один не самый ответственный, надо узнать, едет ли.

– Конечно, – кивнула я, повернувшись к другу.

– Если повар придёт сейчас, ты закажи всё, что хотела бы попробовать. Я постараюсь скорее договорить. Так, и вот ещё список от Любы, что было бы предпочтительнее.

– Ладно, беги уже.

Женька вышел на прогретую солнцем крышу, а тот мужчина, что чуть ли не прожёг во мне взглядом дыру, пошёл за ним.

Я хотела выйти за ними, но подошёл кондитер. Я присела на стул, краем глаза заметив, что тот мужчина лишь на несколько секунд оказался рядом с Женей, что-то сказал и отошёл. Странный какой-то. И предчувствие такое нехорошее возникло, и вспомнила, как соседка про неожиданных гостей рассказывала. Я ведь про них совсем забыла сегодня.

Друг вернулся через несколько минут. Мы сели на один диванчик, напротив повара, попробовали кусочки тортов с разными начинками, что были сейчас в наличии и подходили под пожелания Любы. Женщина несколько раз громко назвала нас женихом и невестой, молодоженами, пока я не удержалась и всё же не сказала, что просто подруга. Кажется, её это смутило, потому что дальше она стала смотреть на нас с сомнением. Но я решила, пусть думает, что хочет.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Люба, кстати, была с нами под конец – по громкой связи. Всё вместе обсудив, Женя внёс оплату и повёз меня домой.

– Жень, а что это за мужчина к тебе подходил, когда ты по телефону говорил? – спросила я, когда мы сидели в машине.

– Ты про что? У меня только один зажигалку просил, больше вроде никто не подходил. А что такое?

– Видимо, это он и был. Сидел за своим столиком и взгляда с меня не сводил. Потом на крыше постоял и вскоре ушел из зала. Не по себе мне от такого внимания пристального, – поежилась я.

– Так сказала бы раньше, на месте бы всё выяснили, – сказал Женя, не отвлекаясь от дороги.

– Да замешкалась, отвлеклась, а он уже ушёл. Неприятный тип. И лицо такое, будто где-то видела его уже, но не могу вспомнить где.

– Мне он не показался знакомым, да я и не разглядывал его.

Я хотела рассказать про ту пару, что вчера приходили, пока меня не было. Но в итоге решила не грузить Женьку лишней информацией. У него и без меня забот сейчас предостаточно.

– Спасибо тебе за помощь, Поль.

– Это такая малость. Если могу ещё чем-то помочь, зови, пиши, звони, я с радостью!

– Хорошо, – улыбнулся друг и уехал, а я отправилась домой, готовиться к концерту.

Проходя мимо двери соседа, мне ужасно захотелось увидеть его, не дожидаясь назначенного часа. Сердце опять забилось как сумасшедшее от одной только мысли, что скоро мы встретимся. Я уже занесла руку и хотела сделать задуманное, как вдруг вспомнила, что в квартире он может быть не один. Я уже почти не сомневалась, что это не его девушка, и всё же… Мне было так страшно, что это окажется не так, и он состоит в отношениях с ней. Я слишком сильно боялась разочароваться. А теперь ещё и стало немного обидно, что Илья почти не заходит сам. Все наши встречи в основном случайные, либо заранее оговоренные. Чем же он постоянно занят? Неужели ему настолько всё равно? Хотя, мы же так мало общаемся, а я тороплю события.

Для концерта я выбрала рваные джинсы, кеды и свободную белую футболку с маленькими цветными бабочками. Вечером должно быть тепло, так что куртку брать не буду. Волосы выпрямила утюжком, придав немного объема и накрасила глаза тушью.

До выхода оставалось полчаса, а я уже была готова и сидела на кухне, пила чай, слушала песни из нового альбома любимой группы и тихонько подпевала. Вдруг услышала оповещение о том, что поступило сообщение. Даша.

«Поль, привет. Папа просил передать, что хотел с тобой кое-что обсудить важное.»

Я заволновалась. Обида ещё не утихла, да я и не пыталась изменить своё отношение и сейчас об этом думать совершенно не хотелось. И о чем разговор, интересно? Наверняка что-то действительно важное, раз отец первым решил нарушить молчание. Но если сделал это через Дашу, значит, это не слишком срочно. Скорее всего. Но только не сегодня. Хочу провести вечер спокойно и с удовольствием.

Я набирала сообщение и стирала несколько раз. Надо уже сделать этот шаг. Пора. Жизнь ведь продолжается. Папа не желал мне плохого, я знаю это. А прошлое… Надо постараться оставить его в прошлом. Нужно набраться решимости и поговорить. Обо всём. Без криков, слёз, спокойно. Не знаю, что именно изменилось, но теперь я, кажется, готова.

«Привет. Спасибо. Завтра свяжусь с ним.»

«Ура! Спасибо!»

Мы успели обменяться ещё несколькими сообщениями прежде, чем раздался стук в дверь. Я побежала в коридор. Нанесла на запястья чуть-чуть фруктовой парфюмерной воды, открыла дверь.

– Привет, – с озорной улыбкой сказал Илья, скользнув взглядом по моей одежде. – Готова отрываться?

– Привет, конечно! – ответила я, едва сдерживая радость.

Быстро обулась, закрыла дверь. Повернулась и врезалась в соседа. Он провел пальцами по моему оголенному плечу и ниже, до кончиков пальцев, чем вызвал волну мурашек. Взял за руку.

– Ты выглядишь прекрасно.

– Спасибо, – ответила я, опустив глаза. – Ты тоже.

Он коснулся моего подбородка так, что я подняла голову и посмотрела на него.

– Поедем на моей, – сказал Илья. – Ты не против?

– Ладно, – пожала я плечами, так как было всё равно, на такси или на машине.

В дороге мы переговаривались, слушали радио, иногда случайно касались друг друга. Настроение всё улучшалось. Хотелось петь, веселиться, танцевать. Обнимать Илью. И не только обнимать, но я старалась не думать об этом.

Приехали заранее, но всё равно у дверей уже была небольшая толпа. Хорошо, что погода замечательная и можно спокойно подождать в очереди на улице. Мы болтали, смеялись, веселились. Илья рассказывал о других концертах, на которых успел побывать.

– А один раз собрался в Питер на выступление. И накануне поездки мой паспорт съела собака, – сказал он, поморщившись.

– Да ладно? Не шутишь? – удивилась я.

– Не шучу. Пришел к другу, сумку с документами бросил на пол в прихожей. А потом мне его мопс принес разжеванные бумажки. И это за несколько дней до поездки. Пришлось много побегать, чтобы успеть получить временное удостоверение личности и с ним уже поехать.

– Какой пёс интересный. Гурман, – засмеялась я.

– Не то слово.

За разговорами я и не заметила, как подошел наш черед. Нервное напряжение нарастало. Неужели я увижу их вживую? Уже так скоро! За нами образовалась огромная очередь, и я была рада, что мы пришли рано. Оказавшись в огромном помещении, похожем на ангар, прошли через рамки, охранников, получили браслеты и побежали в зал. Места у самой сцены уже были заняты, но нам удалось встать совсем близко.

Глава 16.

Долгое время ничего не происходило. Относительно ничего. Из колонок звучали каверы популярных рок-групп. Зал стремительно набивался людьми, постепенно прижимая нас всё ближе к ограждению. На сцену периодически выходили сотрудники, носили провода, аппаратуру, проверяли звук. Один раз пробежал басист и зал взорвался криками и громкими аплодисментами. Но он лишь поулыбался, помахал всем и скрылся. Я волновалась так, будто пришла на экзамен, с разницей только в том, что это было приятное волнение. В зале было прохладно и это подстёгивало сильнее, до дрожи. Я постоянно оборачивалась на Илью, который стоял очень близко, и наши плечи касались. Фанаты самого разного возраста быстро заполняли пространство, и чем больше их становилось, тем ближе был Илья. Мы уже почти вплотную прижимались друг к другу: моя спина к его груди, и это кружило голову, сводило с ума ещё больше, чем ожидание кумиров.

– Скорее бы уже началось! – в который раз взволнованно повторила я, оборачиваясь к Илье.

– Уже очень скоро, – улыбнулся он, поправляя мои волосы.

На сцене появилась группа, которая будет выступать на разогреве. Зал их громко и радостно поприветствовал. Я не слышала ни одной из их песен раньше, но, тем не менее, с радостью подпевала и с каждым треком двигалась всё увереннее под музыку. Люди всё плотнее прижимали со всех сторон. И если в обычной жизни это вызвало бы страх или стресс, то сейчас, в атмосфере общности и драйва, это совсем не пугало. Наоборот, настроение передавалось друг другу, заряжая всех вокруг позитивом, азартом.

Когда ребята покинули сцену, возник небольшой перерыв, в который громко звучала энергичная музыка.

– Хочешь чего-нибудь? – спросил Илья, указывая на бар, подсвеченный зелёным светом.

– Нет, спасибо, – ответила я громко. – Не хочу пропустить ни секунды!

Сосед остался со мной. Ожидание достигло предела. Неожиданно свет во всём зале погас, музыка резко отключилась. Казалось, людей тоже выключили – так стало тихо. Я сжала руку Ильи, напряжённо вглядываясь, что же происходит на сцене. Оттуда доносились шорохи, но ничего было не разглядеть. Вдруг из колонок вырвался мощный звук первого аккорда топовой песни из нового альбома. Зажёгся свет и зал взревел. Это был чистый восторг! Группа в полном составе уже была на сцене. Музыка зажигала сердца, свет прожекторов танцевал, а мы все кричали, подпевали и скакали, поднимая руки над головой. И это было потрясающе! Такой выброс энергии, заряд эмоциями…

Илья не отходил от меня ни на шаг. Я слышала его голос, ощущала теплые ладони на животе, жар от его разгоряченного тела. С трудом верилось, что это реальность, а не сон. Опьяняющая эйфория.

После концерта чувствовала себя невероятно счастливой. Ни о чем плохом даже не вспоминалось. Мы уходили из зала в числе последних. Я крепко сжимала в ладони медиатор с логотипом группы и изображением с последнего альбома. Его поймал Илья и отдал мне.

– Спасибо! Тебе он точно не нужен? – спросила я, когда мы шли к выходу.

– Давай мне! – крикнул какой-то парень, и я сразу прижала ладонь к груди и засмеялась, на что тот сказал: – Ну и ладно.

– Оставь себе, Поль, – сказал Илья, держа меня под руку и широко улыбаясь. – На память.

– Ещё раз спасибо! Это просто лучший день! – радостно ответила я, чуть не прыгая.

– Это здорово. Домой или хочешь ещё куда-нибудь?

– Домой, – уверенно ответила я.

Я была счастлива этим вечером. И это счастье переполняло. Хотелось танцевать, петь, кружиться и любить. Как же я рада, что встретила Илью. Что тем вечером он решил зайти ко мне, а не к бабуле напротив. Как часто такое случается, что человек, настолько близкий тебе, селится в соседнюю квартиру и вы начинаете общаться, проявлять симпатию? Сколько таких случаев в жизни? Не знаю. Мне кажется их ничтожно мало. Возможно, это судьба? Мне кажется, да. И, надеюсь, сосед считает также.

До дома домчались быстро, по дороге громко слушая музыку и не менее громко подпевая. Ночной город зажигал огни и вывески, которые цветными лентами проносились мимо, пока я смотрела на Илью. Чуть взъерошенные волосы, сосредоточенный взгляд, лёгкая полуулыбка. На одном из перекрестков, в ожидании зелёного сигнала, он взял меня за руку и не отпускал до тех пор, пока не пришлось ехать. После это повторялось каждый раз, когда была возможность, а я тихо таяла от нежности.

Мы не сговариваясь остановились у подъезда. Илья взял мои руки в свои, и мы говорили, стоя друг напротив друга. Про концерт и песни, про погоду и лето.

– Ты мне нравишься, Поль, – вдруг сказал Илья, и его лицо, из беззаботного и веселого превратилось в серьезное. – Очень нравишься. И я должен тебе кое-что сказать.

От признания закружилась голова, а сердце ускорило ход. Но что он хочет сказать?

– И ты мне нравишься, – тихо ответила я. – Но если ты хочешь сказать что-то, что может подождать, то лучше не надо. Не сегодня.

Во взгляде Ильи мелькнуло сомнение, но он всё же кивнул. Значит, я права, он хотел сообщить неприятное. Но стоит ли это того, чтобы испортить этот вечер? Нет.

Казалось, мир замер, когда Илья освободил одну руку и нежно провел костяшками пальцев по моей щеке. Его глаза стали темнее, насыщеннее. Звуки улицы размылись, стук сердца заглушил их. Илья наклонился и теперь наши губы разделяло всего несколько миллиметров. Я замерла в ожидании.

– Илья! Как здорово, что ты здесь! – крикнул кто-то совсем рядом. – Ой.

Я отпрыгнула как ошпаренная. Брови соседа удивлённо взлетели, и он повернулся на голос.

– Привет, – махнула мне девушка, что жила с Ильёй. Да-да, это оказалась именно она. И выглядела она хмуро.

Жгучий стыд ледяным потоком окатил с ног до головы.

– Привет и пока, – сказала я быстро и просто сбежала.

Благо, ключи были под рукой и не пришлось стоять там. Это было бы слишком унизительно.

– Полин, постой, – прилетело мне вслед, но я не остановилась.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Этого мне только не хватало – стать третьей лишней! Девушке совсем не понравилось то, что мы, можно сказать, обнимались. Надежда, что это просто знакомая или даже родственница – рушилась. Если сосед действительно с ней в отношениях, пусть сам теперь и отдувается, а про меня забудет. Это ведь не игра какая-то.

Я добежала до квартиры, скинула обувь и, тяжело дыша, заперла дверь. В глазах застыли злые слёзы. Неужели он решил закрутить сразу с двумя? Верилось с трудом, но факты говорят об обратном. Не успела уйти из коридора, как в дверь настойчиво постучали. Я глубоко вдохнула и открыла.

За дверью стоял сосед. Взъерошенный и злой, он сверлил меня взглядом и тоже тяжело дышал.

– Привет, – растерянно произнесла я, нахмурившись. И как теперь с ним разговаривать? – Что-то случилось?

Сосед переступил с ноги на ногу, закинул руку за голову.

– Мне это уже надоело. Ты долго ещё будешь бегать от меня? – спросил он, наконец, и я потупила взгляд, будто была поймана за чем-то непристойным. – Мы ведь не маленькие, Поль. Скажи, что не так. Если нужно время – я подожду и не собираюсь тебя к чему-то подталкивать. Если ничего не хочешь со мной – пойму. Только прошу, скажи, не издевайся.

В его голосе столько горечи. Мне даже стало не по себе. Словно это я виновата.

– И вовсе я тебя не избегаю, просто так получается.

Илья сделал ко мне шаг. Я не выдержала.

– Между нами ведь есть что-то?

– Ага. Есть. Твоя девушка! – выпалила я и замерла, испуганно вглядываясь в его лицо.

– Что? – ошарашенно спросил он, но через мгновение лицо его озарила задорная улыбка. – Серьезно? – переспросил он и я кивнула. – Это племянница, Поль.

– Правда? – спросила я, чувствуя, как с плеч сваливается настоящая гора. Племянница.

Он подошёл вплотную.

– Правда, – ответил Илья, прижав ладони к моему лицу. – А теперь можно я тебя, наконец, поцелую?

Я улыбнулась на секунду и с готовностью ответила:

– Можно!

Невесомый поцелуй. Лёгкий, воздушный, окрыляющий. Прикосновения губ к губам, почти невинные. Но только первые секунды. Поцелуй становится глубже, выбивает воздух из легких. Губы настойчивее, руки на моей талии смелее. Ладонями скольжу по его груди и сцепляю руки за шеей. Илья отрывается лишь на мгновение, чтобы жадно вдохнуть и продолжить. Это так сладко. Потрясающе. Я хватаюсь за его плечи, перестав ощущать пол под ногами. В груди разрастается пожар, захлёстывает горячей волной.

– Поля, – шепчет Илья, чуть отстранившись, прижавшись лбом к моему лбу. – Ты меня с ума сводишь.

Я ничего не смогла сказать, потому что его губы вновь накрыли мои. Сильные руки приподняли за бедра и прижали спиной к стене. Я по инерции обняла его бедра ногами, подставляя шею для поцелуев, когда его губы скользнули по лицу вниз. Горячее дыхание опаляло, а я хваталась руками за его шею, плечи, растворялась в этом безумии, сходила с ума вместе с ним.

Вдруг он отстранился, и я сразу почувствовала, что уже скучаю. Мы оба часто и сбивчиво дышали.

– Всю жизнь бы тебя целовал, – сказал он бархатным голосом, кончиком носа коснувшись моего носа. – И никуда не отпускал.

Мне хотелось сказать «Так целуй!», но озвучила другое.

– Всю жизнь? А что тебе мешает делать это сейчас? – спросила, хитро улыбнувшись.

Илья провел пальцами по ключице.

– Вика ждёт, просила ей помочь кое с чем сегодня. Я не знал, что она приедет. Она ключи забыла и ждала меня часа полтора, карауля у подъезда. В последний раз отошла за кофе, вернулась и застала нас.

– Думаю, мы ещё всё успеем, – сказала я, хоть и не хотела, чтобы он уходил.

Он осторожно поставил меня на пол, но рук не разомкнул.

– Ты потрясающая, – сказал он с таким трепетом, что у меня мурашки появились на руках.

– И ты. Спасибо за этот вечер.

Илья нежно поцеловал меня.

– Иди уже, – ответила я, хмыкнув. – Родные не ждут.

– Тогда до завтра? – спросил сосед, сжав в объятиях на прощание.

– До завтра.

Сосед вышел, а я ещё долгое время стояла на месте, с глупой улыбкой на лице и эйфорией на душе. Только вот мысль какая-то завертелась в голове, но поймать её не удалось. Словно я пропустила что-то важное. Правда, я быстро переключила внимание на события вечера и расслабилась. Трогала распухшие от поцелуев губы, и хотелось смеяться от счастья. Кажется, я пропала.

Заперев дверь и напевая тихонько, отправилась в душ. Потом на кухню – перекусить. Там я вспомнила, что в телефон уже давно не заглядывала. Разблокировала экран, отключила беззвучный режим. Заметила, что есть несколько пропущенных и сообщения от Макса. Вот и чего ему ещё нужно?

Макс: «Полина, нам нужно поговорить»

Макс: «Это очень важно»

Макс: Я знаю, что ты не бессердечная. Только один разговор»

Макс: «Где ты? С новым парнем? Уже забыла обо мне.»

И все сообщения в подобном духе. Такое ощущение, что Макс пил. Напивался и становился всё более эмоциональным. Но о чём говорить? Неужели он думает, что можно что-то исправить? Не понимаю.

Я так и не нашлась, что ему ответить. Выключила везде свет и легла спать. А вскоре и вовсе забыла о нём, думая об Илье и почему-то о родителях. Стало вдруг интересно, как бы они отнеслись к Илье. Думаю, он бы им понравился.

Глава 17.

Я смотрела видео с танцами на ноутбуке, чуть качая головой в такт ритмичной музыке, когда в дверь постучали. Я уже позавтракала и теперь лениво отдыхала, лёжа на кровати и бездумно листая ленту, иногда останавливаясь на чем-то интересном или забавном. Настроение было хорошее, чуть взволнованное.

Я одернула платье-майку и пошла открывать. Надеюсь, там тот, кого я очень жду. Распахнула дверь и обрадовалась. Илья! Его руки были отведены за спину.

– Привет, – сказала я с улыбкой, смутившись, вспомнив вчерашний день и долгожданный поцелуй.

– Привет, – ответил Илья, задорно улыбаясь. – Как спалось?

– Да хорошо, спасибо. А тебе?

– Прекрасно, – ответил он, – Держи.

В его руках оказались стаканчики с кофе. Один из них Илья протянул мне. Я потянулась за ним, а сосед быстро чмокнул меня в кончик носа.

– Эй, – засмеялась я, забирая кофе.

Поставила стаканчик на тумбу в коридоре, приблизилась к Илье и встала на цыпочки.

– Спасибо, – прошептала, положив руки ему на грудь.

Вместо ответа Илья одной рукой быстро прижал меня к себе за талию и глубоко поцеловал. У меня даже голова закружилась, настолько это было сладко! Хорошо, что он придерживал меня. Мои пальцы сами собой скомкали тонкую ткань, что обтягивала его грудь. Игривое настроение испарилось, сменившись желанием не отпускать этого человека никогда и никуда. Илья целовал жадно, нетерпеливо, чувственно, всё сильнее обнимая. Его рука скользнула вверх и зарылась в моих распущенных волосах, вызвав очередной взрыв салютов в груди.

Где-то хлопнула дверь и послышались голоса. Я мигом очнулась, отскочила и принялась поправлять волосы и платье, густо краснея. Илья сердито покосился на лестницу, по которой с пятого этажа спускалась девчонка. На её голове были большие наушники и она даже не посмотрела на нас. Илья наклонился ко мне и прошептал в волосы:

– Когда-нибудь мы с тобой запремся в квартире, отключим телефоны и нам уже никто не помешает.

От его горячего шёпота внутри всё перевернулось. Захотелось, чтобы это «когда-нибудь» наступило прямо сейчас. Мои губы горели, дыхание сбилось, в ногах ощущалась слабость.

– Ну, ты можешь зайти, – ответила я и тут же спохватилась. Это прозвучало как предложение продолжить, но нужно ли торопить события? – Кофе же стынет, – добавила я, мельком взглянув на соседа.

Он загадочно улыбнулся.

– Обязательно загляну в гости. Но позднее, – вздохнул он и спросил: – Ты не занята сегодня?

– Нет. Только папе позвоню и всё, – ответила я, вспоминая данное сестре обещание.

– У тебя не было травм, переломов, каких-то проблем со здоровьем? – вдруг серьезно спросил сосед.

Я настороженно посмотрела.

– Ты меня на органы сдать хочешь? – спросила я удивлённо. – Какие странные вопросы.

Илья засмеялся.

– Твои органы нам ещё пригодятся, и желательно, чтобы они всегда оставались на месте. Ну так что?

–Да все у меня хорошо, ничего такого не было. А что?

– Хочу отвезти тебя в одно место. Возможно, ты там уже была, не знаю. Через час зайду за тобой, нормально будет?

– Илья, ты у меня такие вещи спросил. Ты меня в лес отвезти хочешь? – с сомнением спросила я.

– Ну, почти, – ухмыльнулся сосед.

– Звучит очень обнадеживающе и завлекательно. Класс, – подняла я большие пальцы рук вверх.

– Доверься мне. Уверен, тебе понравится. А если нет, сразу уйдём. Хорошо? – он заглянул в мои глаза.

– Да, – ответила я и ощутила нежное прикосновение его губ к моим губам.

– Кайфую от тебя, – шепнул Илья, поцеловал в шею и отстранился. – Про кофе не забудь.

И сразу убежал к себе. А я покачала головой и с глупой улыбкой пошла к себе.

Успокоившись немного после визита Ильи, решила позвонить папе. Не знаю, что он хочет сказать, но я готова это услышать. Возможно, если бы он попытался связаться со мной раньше, я бы просто не стала с ним говорить. Но что-то во мне изменилось. Обида и злость стали блеклыми, почти исчезли. Осталось только чувство неприятного осадка. Прошлое потихоньку уходило назад, разрешая настоящему заполнить все ниши и раны.

Звонить отчего-то было страшно. Навернула несколько кругов по комнате, прижимая прохладную руку ко лбу, села на уголок дивана и нашла номер в телефоне. Палец замер над кнопкой вызова и быстро опустился на дисплей.

– Полина? – услышала я удивлённый, взволнованный голос папы, который болезненно отозвался в сердце.

Я глубоко вздохнула и быстро выдохнула.

– Да, пап, привет, это я.

– Спасибо, что нашла время позвонить, – сказал он, и теперь пришло время удивляться мне.

Папа никогда не был мягким. Жёсткие слова, жёсткие ответы, никаких поблажек никому. Кроме меня, разумеется. Но и со мной он часто общался так, как общается на работе с подчинёнными. Я привыкла к этому и особо не замечала, а вот многие пугались. Только с новой женой он стал помягче, и только без посторонних. Он был военным и не терпел своеволия или неисполнения обязательств и распоряжений. Даже в семье. Когда раньше я размышляла о том, почему ушла мама, то думала, что не каждый выдержит жить в таком режиме. И только в последние годы он стал постепенно меняться. Когда я стала встречаться с Максом и папа увидел нас вместе, я думала, разразится буря. Отцу никогда не нравились такие парни. Он их называл пижонами, щеглами и всякими другими словечками. Я не на шутку испугалась, но гроза миновала. Они о чем-то поговорили, без меня. А через несколько дней папа позвонил и сказал, что Макс чист и с законом у него проблем ранее не было.

– Ты хотел поговорить? – спросила я.

– Да. Полина, мы собираемся в Европу слетать, на две недели. В ближайшие дни будем подавать документы на оформление визы. Полетишь с нами? Мы возьмём машину там, чтобы было удобнее передвигаться. Можем тебя в Германии оставить, если пожелаешь.

– Подожди. Пап, зачем меня в Германии оставлять? – не поняла я.

– Твоя мама живёт там уже лет пять. Я думал, ты с ней связалась и знаешь об этом.

Сердце заколотилось. Увидеть маму? Полететь в Европу ради этого? Как это неожиданно! Конечно, я не раз думала о том, что нужно с ней встретиться. Но чтобы так скоро…

– Злишься? – вдруг спросил папа.

– Злюсь. Немного. На тебя немного, на неё больше, – призналась я.

– Я не должен был лишать тебя права выбора, – ответил он и запнулся. – И её. Она хотела уйти, хотела оставить меня одного. И если твою мать я отпустил, смирился со временем, то тебя потерять не мог. Ты ведь моя дочь, как бы я без тебя?

В его голосе было такое отчаяние, что у меня слёзы в глазах встали.

– Я любил её, Поль. Безумно… любил, слишком. Больше, чем… больше чем нужно. А она… меня нет. У нее была первая любовь, которую она так и не смогла забыть… что бы я ни делал для неё… она всё равно не смогла полюбить меня.

Слова давались ему с трудом. Папа вообще никогда о подобном не говорил. О чувствах. Слова, пропитанные старой болью, рвались.

– Пап, всё, проехали, – сказала я, не в силах слышать это.

– Я всеми силами препятствовал, не дал тебя забрать. Она даже в суд не могла обратиться, никуда не могла, я запретил, угрожал. Я поступил ужасно, по отношению к ней и тебе. Но дочь, пойми, я бы умер без вас.

С моего лица срывались слёзы. Я так и сидела, уткнувшись головой в руку и рыдала. Вспоминала, как папа вытаскивал меня из той ракушки, в которую я забралась тогда и закрылась. Как мы вместе с ним вечерами играли в настольные игры, учились готовить еду, находя разные рецепты в книгах. Как однажды меня вызвала завуч в учительскую, и там, за закрытой дверью, она с другими учителями устроила настоящий допрос. Спрашивали про родителей, в том числе какие-то личные вопросы задавали, а когда я противилась отвечать и сказала, что их это не касается, стали орать и грозить отчислением. Тогда мама Дашки (они ещё не жили с нами) защищала меня, и увела от них, а потом позвонила моему папе. На следующий день он им такое устроил, что больше со мной вообще не заговаривали на посторонние темы. И даже ученики стали относится иначе и перестали задирать. Он всегда меня защищал и старался для меня.

– Пап, это в прошлом, – проговорила я, сквозь всхлипы. – Этого уже не изменить, и теперь мне нужно время, чтобы научиться жить с этим знанием. Спасибо, что рассказал. По поводу поездки я подумаю, ладно?

– Хорошо. И знай, Полина. Всё, что я делал, я считал, что делаю во благо. Что тебе так будет лучше.

– Я поняла, пап. Знаю. Как у вас дела? – спросила я, желая перевести тему.

– Нормально. Ты сообщи тогда решение до следующего понедельника.

– Конечно.

Мы попрощались, и я ушла на кухню, ткнула чайник, села на стул, сложила руки на холодной столешнице и положила на них голову. Значит, мама не любила его и хотела уйти со мной, но он не дал. Теперь мне и правда требовалось время, чтобы понять, что сейчас я чувствую к своей матери. Хочу ли я увидеть её снова, поговорить? Не знаю. Это так сложно. Мысли о ней почти всегда сопровождались ноющей болью, будто я вскрывала старую рану, а потом зашивала, накладывала неровные швы, чтобы вскоре вновь их сорвать. Ведь я долгое время так скучала по ней, мечтала услышать её ласковый голос, звонкий, мелодичный смех, взглянуть в чистые глаза, в глубине которых рождается решение всех проблем, ощутить аромат сладковатых цветочных духов, почувствовать тепло заботливых рук и любовь, на которую способно лишь материнское сердце. Но чаще всего я просто отгоняла мысли о ней прочь, как о близком человеке, который совершил жестокое предательство. И думала о том, как же сильно я привязана к ней и надеялась, что она любит меня также, как и я её.

Следующие часа полтора я провела в какой-то прострации. Не могла собраться с силами, с мыслями. Пила остывший кофе маленькими глотками, смотрела сквозь стены, пытаясь думать о хорошем. В этот раз меня отвлекло сообщение, снова от Макса, и я даже была благодарна ему за то, что подстегнул меня, помог вырваться из душных мыслей.

Макс: «Мы можем уехать вместе и всё забыть. Прошлое останется в этом городе.»

Да, после такого я уже не могла спокойно сидеть. Глаза полезли на лоб. Похоже, он действительно начал злоупотреблять алкоголем, иначе как объяснить это? Я быстро набрала ответ, встала, наконец, побежала умываться и собираться.

Я: «Максим, прекращай пить, у тебя уже горячка началась.»

Ответа не последовало, да я и не слишком ждала. У него своя жизнь, и нянчиться с ним я не обязана. Хотя, если честно, страшно за него. Пожалуй, надо будет поговорить, только в трезвом состоянии. А может, когда он будет трезв, он уже и не захочет со мной общаться. Это было бы идеально.

Я быстро привела себя в порядок, выбрала темные джинсы и мягкую бордовую кофточку. Неизвестно, что придумал Илья, но сомневаюсь, что юбка или платье подойдут.

Илья зашёл за мной через несколько минут. Легко поцеловал в губы, и мы поехали куда-то через весь город. Спустя двадцать минут я не выдержала.

– А долго ещё ехать? – спросила, обернувшись к соседу.

Он ухмыльнулся.

– Почти приехали.

Я осмотрелась. Кажется, где-то тут должен быть горнолыжный комплекс и базы отдыха, но не уверена, не ездила сюда ни разу. Илья припарковал автомобиль рядом с небольшим торговым центром.

– Эм. А теперь куда? – удивилась я.

– Дальше пешком, ещё минут пятнадцать, – бодро сообщил он.

– Ну ладно.

Через несколько минут мы оказались то ли в парке, то ли в лесу с неплохой дорогой, на которой то и дело встречались прохожие. Воздух тут был другой, нежели в городе. Свежий, чуть влажный, хвойный. Дышалось легко. Идти приходилось в гору, и уже скоро я запыхалась. А когда начал моросить мелкий дождь, мой классный сосед снял с себя черную толстовку, помог надеть ее, накинул капюшон мне на голову и затянул завязки. Скорее всего, я выглядела нереально нелепо, но эта забота была такой трогательной, что я не посмела что-то менять. Шла и тихонько улыбалась, пряча губы в воротнике и с удовольствием вдыхая древесный аромат, впитавшийся в ткань.

Так и не смогла догадаться, что же задумал Илья.

– Илюш, это что? – спросила я, задрав голову. – Ой, само собой получилось. Если не нравится, я не буду тебя так называть.

Сосед улыбнулся и обнял меня за плечи.

– Всё нормально. Меня так все родные всегда называют. А это аэротруба.

Я моргнула.

– И что мы будем делать? Я ни разу там не была. Вообще, я не знала даже, что в нашем городе она есть. Или мы не туда идём? – засыпала Илью вопросами, переводя взгляд с него на здание с огромными панорамными окнами и обратно.

– Мы будем летать, Поль, – сказал сосед, щёлкнул меня по носу и за руку повел наверх. – И я рад, что ты ещё не была там. Иначе, было бы уже не так интересно.

Я поспешила за ним.

– Это безопасно? Или ты уже решил от меня избавиться? Там страшно? Ты уже летал?

Илья обернулся, подхватил меня под руки и переместил вперёд, чтобы я шла первой.

– Сейчас всё узнаешь, не волнуйся так. Я тоже в первый раз, но там будет и инструктаж, и полет с инструктором. И я буду рядом.

Я чуть расслабилась и обернулась.

– Ну ладно, раз там будешь ты, бояться мне нечего. И все равно так волнительно это!

– Всё, мы пришли. Видишь, ничего тут страшного нет.

Дальше мы прошли инструктаж, переоделись в специальный комбинезон и шлем, выучили основные жесты, которыми будет общаться с нами сотрудник, когда шумный поток воздуха будет заглушать слова в трубе. И даже попытались занять то положение, которое продемонстрировал инструктор. А дальше предстоял первый двухминутный полет, перерыв и второй полет.

– Илья, я не пойду первой. Делай что хочешь, но нет, – попятилась я, когда спросили, кто хочет начать.

Сосед засмеялся, сотрудники смотрели снисходительно. Почему-то застеснялась и уткнулась лбом в грудь Ильи и пробормотала оттуда:

– Только после тебя.

– Договорились, – сказал он с улыбкой в голосе, провел ладонью по моей спине и поцеловал в макушку, отчего показатель нежности во мне начал зашкаливать.

Я присела на скамейку и наблюдала, как Илья общается с инструктором, как они заходят в трубу и сосед принимает нужное положение, чтобы взлететь. Получается не сразу, но он быстро схватывает, улавливая жесты сотрудника и подстраивается под мощные потоки воздуха. Мои пальцы вцепились в перекладину сиденья: я не справлюсь! Это же как надо управлять своим телом, чтобы совершать такие маневры? Это точно не про меня!

Когда Илья выходит, ему помогают снять шлем и обсуждают то, что происходило в гигантской трубе. В это время он держит меня за руку, иногда легонько ее сжимает, приободряя.

– Готова? – спрашивает сосед.

– Ни капельки, – обречённо вздыхаю я.

– Если не хочешь, поедем тогда. Не надо себя заставлять, – серьезно сказал Илья, глядя на меня.

– Нет, что ты! Это интересно, просто волнуюсь.

Наконец, я решилась. Время же не резиновое, а весьма ограниченное. И дорогое. Так что некогда было рефлексировать. Мне повторили правила, выдали беруши и помогли застегнуть шлем. С инструктором вошли внутрь, встали на сетку-пол и я бросила прощальный взгляд на Илью. Он показал большой палец вверх и улыбнулся. Я кивнула ему, а сама непроизвольно сжала кулаки и вся напряглась, ожидая, что же будет. Первые несколько секунд ничего не происходило, но потом услышала дикий шум. Ужас-то какой! Что теперь делать, куда бежать? Я уставилась в пол, представляя гигантский пропеллер. Казалось, шум проник в самый мозг, выветрив оттуда все мысли. Мощный поток воздуха начал медленно отрывать меня от земли, а я даже не могла контролировать своё тело! Внутри всё переворачивалось от восторга и новых ощущений. Взглянула на инструктора, который показал, что я должна поднять голову и ноги согнуть. Либо расслабить. Я постаралась сделать так. Кажется, с пятой попытки начало получаться. Я поднималась над полом и это было так странно! Адреналин бил потоками, сердце заходилось уже не от страха. Равновесие толком не удавалось удержать, но я старалась. Только так и не смогла подняться высоко. За две минуты я успела устать!

Дальше была очередь Ильи. На этот раз у него получалось значительно лучше и, несмотря на комментарий инструктора, что на высоту лучше взлетать с ним, а не в одиночку, сосед сделал это сам. Я не удержалась и хмыкнула – решил повыделываться? А дальше они уже летали вдвоем и это впечатляло.

Во второй раз я так и не смогла многого сделать самостоятельно, но зато шикарно сделала это с инструктором. Было так странно. Ты будто паришь и обычно почти невесомый воздух кажется таким плотным. Ощущаешь самые разные эмоции, основная из которых – сумасшедший восторг! И радость. Дыхание перехватывает и тело чувствуешь совсем иначе. А ещё с лица не стиралась счастливая улыбка.

Я успела насладиться видом, что открывался из прозрачной трубы. До этого я не смотрела по сторонам, так страшно было, а сейчас увидела склон, по которому мы поднимались, извилистую синюю ленту реки, серые полосы дорог и лес. Много-много деревьев. Это было так потрясающе!

После полета мы переоделись и перекусили в кафе, что было в том же здании. А когда шли на парковку, где Илья оставил машину, я решила спросить. Взбудораженная, встала перед ним, в его толстовке, подняла голову.

– Это было замечательно! Спасибо тебе огромное! Но почему ты позвал меня именно туда?

Мы остановились посреди дороги. Дождя уже не было, но тучи ещё не исчезли. Сосед обнял меня за талию и притянул к себе.

– Я рад, что тебе понравилось, – ответил Илья, заботливо поправив немного растрепавшиеся волосы. – Это бодрит. Очень хотел, чтобы ты как следует отвлеклась от своих горьких думок, хоть ненадолго.

– Спасибо, тебе это удалось.

Глава 18.

После аэротрубы мы покатались по городу, погуляли в торговом центре, где нашли кое-что из посуды, что была мне нужна. Потом поехали домой. Безумно не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался. Не хотелось расставаться с Ильёй.

– Пойдём, посмотрим фильм какой-нибудь? – предложила я, когда мы стояли на лестничной площадке.

Илья радостно улыбнулся.

– С удовольствием, – ответил он. – К себе не зову, там Вика сегодня. Она не даст спокойно посидеть.

– Хорошо, – улыбнулась я, и мы вместе зашли в квартиру.

Я хотела что-то быстро приготовить, но сосед предложил заказать на дом еду. Я быстро переоделась в джинсовые шорты и тонкую блузку, что попались под руку. Пришла в комнату, села на диван, поджав одну ногу, Илья расположился рядом. В ноутбуке открыла сайты с разными службами доставки. Сошлись на том, что лапша в коробочках устроит нас обоих. Диспетчер сообщил, что заказ будет доставлен в течение часа.

– Что посмотрим? – спросила я, почему-то очень смущаясь.

Здесь, в маленькой квартирке, наедине с Ильёй, было очень хорошо. И очень волнительно.

– Ты чего? – спросил Илья, заметив, видимо, перемены во мне. Он присел близко-близко, взял мои руки в свои. – Что-то случилось? – спросил взволнованно.

– Всё чудесно. Даже очень. Я просто немного волнуюсь, – призналась я.

– Так, Поль. Мы пришли просто посмотреть фильм и провести время вместе. Если ты не в настроении или хочешь побыть одна, я могу уйти. В этом нет ничего страшного.

– Да ты что, я вовсе не это имела в виду! Это… это приятное волнение. Давай уже выбирать фильм, – поспешила перевести тему и не удержалась, взъерошила ему волосы.

Илья засмеялся, боднул мою ладонь головой, сгреб в горячие объятия и придвинул ноутбук. Не выпуская меня, свободной рукой нашел сайт с информацией о фильмах и подборками. Я была прижата спиной к его груди, и ощущала себя абсолютно счастливой.

– Я бы вот это посмотрел, – сказал сосед, тыкая мышкой на одну из картинок.

Я подалась немного вперёд, чтобы прочитать аннотацию, список актёров, жанры.

– О, с удовольствием! Даже не знала, что у этого режиссера вышел новый фильм. Как здорово! – обрадовалась я.

Илья поцеловал меня в плечо, и я замерла, жмурясь от удовольствия. Скользнул губами по щеке.

– А я не знал, что тебе нравятся криминальные комедии, – заметил сосед.

– Нравятся, но не все, только британские, от этого режиссера. А этот, кажется, вообще боевик, – сказала я. – Ты только посмотри, какие актеры шикарные! Все как на подбор.

– Да, крутой актерский состав. Ты полна сюрпризов, Поль.

Теперь пришла моя очередь смеяться.

– Ой, да ладно тебе. Их невозможно не любить.

Мы принялись рассказывать друг другу, какие фильмы и актеры понравились больше, какие меньше. В итоге проболтали до приезда курьера. После просидели ещё два часа за едой и просмотром.

– Что-то так мороженого хочется, – вздохнула я, когда фильм закончился, а новый ещё не выбрали.

– Давай схожу, – сказал Илья и начал подниматься.

– Лучше вместе, прогуляемся, – предложила я.

– Согласен.

Я сбежала в ванную и снова переоделась в джинсы и кофту, а перед выходом из квартиры накинула кожаную куртку и, как быстро выяснилось, сделала это не зря. Поднялся сильный ветер, но хорошо хоть дождя пока не было. Илья обнял меня за талию и мы пошли в киоск, за холодным лакомством. Так легко было, приятно. Но вдруг я вспомнила, что Илья хотел что-то мне рассказать.

– Илья, – обратилась я к нему, подняв голову. – Так что ты мне вчера сказать хотел?

Спросила и напряглась.

– Ты о чём? – спросил он и тут же спохватился. – Точно, вспомнил. Хотел предупредить, что иногда в Москву летаю, на два-три дня. Но не слишком часто. Сестре с делами помогаю.

– Да? Уф. Я думала что-то страшное, – выдохнула я облегчённо. – Ладно, хорошо. А чем твоя сестра занимается?

– У неё магазин с кофе и чаем, и она хочет развиваться, открыть ещё несколько точек. Одна не успевает со всем справляться. Раньше другим бизнесом занималась, но сильно прогорела, влезла в серьёзные долги.

– А мужа у нее нет? Она там одна совсем?

Илья нахмурился.

– Отец Вики бросил её, когда малышке было три месяца и больше не появлялся. Так что она не слишком верит в длительные связи и уже привыкла делать все одна.

– Вот же урод ей попался!

– И не говори.

Мы подошли к киоску и замолчали, разглядывая витрину с названиями и картинками. Я выбрала рожок с вареной сгущенкой, Илья обычное эскимо.

– Ммм, вкусняшка, то, что нужно.

– Я тоже сладкоежка. А вот сестра, её, кстати, Таня зовут, вообще не любит сладкое. Помню, бабушка никогда не разрешала есть много конфет. Зато она прятала их и растягивала надолго.

– Вам трудно было?

– По-разному. Иногда сносно, а иногда впроголодь. Жили на пенсии, Таня крутилась, как могла, но всё равно часто средств не хватало. Почти ничего не могли себе позволить, кроме самого необходимого. Но у нас была соседка хорошая, она иногда очень выручала.

– Мне жаль, – сказала я. – Жаль, что вам столько пришлось пережить. Мои переживания меркнут, в сравнении с твоими. Мне даже стыдно, что я так рефлексирую.

– Поль, – сказал Илья и встал передо мной. – Не надо запрещать себе чувствовать. Мы все разные и жизненные уроки проходим разные. Порой, самые страшные и несправедливые, но это не значит, что надо прятать свои чувства, ссылаясь на то, что у кого-то хуже или лучше. Это нормально – злиться, расстраиваться, обижаться. Просто, мне кажется, нужно уметь вовремя остановиться и не закопать свою жизнь под эти переживания.

Я удивлённо моргнула.

– Ты чертовски прав. И откуда ты такой взялся?

– Такой это какой? Занудный и настырный? – ухмыльнулся сосед.

Мы пошли дальше, по оживленной улице.

– Нет! Ты отзывчивый, добрый, заботливый очень. Ещё и красавчик в придачу.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Илья даже от мороженки отвлекся.

– Красавчик? – засмеялся он, а я смутилась.

– Ну да. Ещё скажи, что не знал. Это очень приятный бонус, – засмеялась я, поиграв бровями.

– Ох, Полинка, забавная ты, – прижал к себе за талию. – И такая милая.

Потихоньку пошли в сторону дома. Погода портилась, да и день получился насыщенным, хотелось ещё отдохнуть перед рабочей неделей. Но больше всего хотелось побыть ещё вдвоём. Мы дурачились и смеялись, толкались и обнимались, доели мороженое. Такая безмятежность. Но это не продлилось долго. Когда мы подошли к подъезду, там стоял Макс и смотрел прямо на нас. Издалека не сразу поняла, что у него в руке. А когда подошли ближе, увидела – это белая роза. Вот только этого не хватало!

– Что тебе здесь надо? – гневно спросил Илья, когда мы остановились рядом.

– Здравствуй, Полина, – кивнул Максим, игнорируя моего соседа, и протянул мне цветок.

Я не хотела от него ничего принимать, но цветок же не виноват ни в чём. Поэтому взяла.

– Тебе здесь не рады, свали, – разозлился Илья ещё больше и подошёл к Максиму вплотную.

Казалось, ещё секунда, и они начнут драку.

– Я не к тебе пришёл. Отойди, – спокойно сказал Максим, но глаза его нехорошо потемнели.

– Илья, дай минуточку, пожалуйста, – попросила я, не желая, чтобы кто-то пострадал.

Сосед прикрыл глаза на мгновение, расслабил кулаки и отошёл в сторону. Но при этом продолжал следить за каждым движением незваного гостя.

– Привет. Зачем ты пришёл?

– Поговорить. Я же написал об этом, – сказал он как-то отчаянно. Либо я опять надумала.

– Ты издеваешься? Может хватит уже? Ты принимаешь что-то? Или просто не слышишь меня?

– Ты же знаешь, что я ничего не принимаю, и… – хотел он продолжить, но я перебила.

– Я не понимаю, что тебе нужно от меня? – крикнула я, сжимая в ладони стебель с шипами, что он принес. Было больно, но то, что происходило, было важнее колючек в мягкой коже. Казалось, мое состояние передалось белым лепесткам, которые мелко дрожали от ветра.

– Ты нужна. Собирайся и поехали, хватит уже сцен, – произнес Макс с видимым спокойствием, но я знала, что он зол. Очень зол, но почему? Что с ним случилось?

А у меня глаза на лоб полезли от такого заявления. Что вообще происходит?

Черная футболка-поло обтягивала грудь, которая быстро поднималась и опускалась. Джинсы и ботинки на нём были того же цвета, тем самым визуально усиливая бурю в его глазах и душе. Ужасная ситуация. Хотелось сбежать домой, закрыть дверь и на неделю отключить телефон, чтобы больше никто меня не достал.

– Никуда я с тобой не поеду, – сказала я, убирая с глаз волосы, что выбились из-за резких порывов ветра.

Боковым зрением я видела, что Илья совсем близко. Нервно сжимает кулаки, наблюдает за нами. Иногда отворачивается, переступает с ноги на ногу. Не уходит. Я чувствую его ярость. Он готов в любой момент броситься, и лишь моя просьба останавливала его от этого шага.

– Чего ты ещё хочешь? Что я ещё могу сделать, чтобы ты поверила мне, поверила в меня? – услышала отчаяние в голосе, и поняла, что не ошиблась.

Я опустила руки. Глубоко вдохнула.

– Я не могу тебе больше верить, – произнесла на выдохе, глядя в черные глаза.

От бессилия ненавистные слезы подкрались, делая меня ещё более беспомощной.

– Он лучше, да?  Да он же почти идеальный, ты так считаешь?

– Это тебя не касается, Макс. Пожалуйста, уходи. Мы с тобой давно всё решили, – произнесла настойчиво. – Ты ведь не такой. Что на тебя нашло?

Он шагнул ко мне, становясь ещё ближе. Я подавила желание отступить. Подняла голову.

– Знаешь, в чем между нами разница? Его ты простишь в любом случае. Меня нет. Вот и всё. Только позволь тебе кое-что сказать.

Макс почти вплотную приблизился ко мне.

– Отойди, – с угрозой произнес Илья.

– Не волнуйся. Сейчас уйду, – ответил Макс, а сам чуть наклонился к моему уху и сказал так, чтобы слышала только я: – У него тоже есть маленький секрет. Спроси об этом. Уверен, тебе понравится.

Я отстранилась и настороженно посмотрела на Макса. Всего мгновение. В следующий момент он обхватил мой затылок ладонью, а его прохладные губы коснулись моих губ.

Илья кинулся к нам. Но я уже оттолкнула парня, да Макс и не сопротивлялся. Он сам прервал мягкий поцелуй и отступил назад, уворачиваясь от тяжёлого кулака Ильи.

– Ты что творишь?! – крикнула я, а Максим засмеялся. – Илья, прошу, не надо драк!

Ещё не хватало, чтобы кто-то пострадал. Но они всё же сцепились. Быстро, молча, и от этого ещё страшнее. Сосед был так зол, что, кажется, даже не слышал меня.

– Хватит! Перестаньте!

Тогда я кинулась к ним и, когда они оба обратили на меня внимание, влезла между ними, обняв Илью.

– Илья, не надо. Он больше не будет лезть, – сказала я и повернулась к Максиму. – Это всё?

– Да. Прощальный поцелуй, Полина. Я просто с тобой попрощался, – сказал Макс, а взгляд у него был такой потерянный, что стало совсем не по себе.

Илья с трудом себя сдерживал, но все же прислушался. Демонстративно прижал меня к себе и хмуро смотрел на моего бывшего.

Вдруг я заметила, как рядом остановился черный «Мерседес» с тонированными окнами. Красивый, новый, явно очень дорогой. Я обернулась на парней, они оба наблюдали за автомобилем. Смущало то, что оттуда никто не выходил и вообще ничего не происходило. А когда я посмотрела на Макса, то испугалась. Он стоял белый, как свежий снег, взгляд потух. Руки повисли плетями. Но длилось это всего несколько мгновений. Вдруг он встрепенулся, принял крайне безразличный вид и пошел мимо нас к этому «Мерсу».

– Максим, – позвала я, испугавшись за него.

Вспомнила сразу и женщину ту, что рассказала о Максе и их связи, и странную месть, и деньги в квартире бабушки. Он обернулся, чуть улыбнулся и глядя только на меня, сказал:

– Береги себя, Полина.

Дверца перед ним открылась и он залез внутрь. Машина медленно отъехала и вскоре пропала из виду.

– Дурдом какой-то, – прошептала я. – Илья, прости, что тебе пришлось наблюдать такую сцену. Не знаю, что такое с ним.

– Проехали. Пойдём домой.

– Ты не подумай, мы с ним не общаемся, не представляю, почему он опять пришел.

– Я понял, Поль. Я верю тебе, не переживай, – сказал Илья.

Мы поднимались на наш этаж. Сосед был сосредоточен на своих мыслях. А мне стало страшно за Макса. Во что он ввязался?

– Илья, он сказал мне про какой-то твой секрет. О чём он? – спросила я, запыхавшись.

– Без понятия, о чём он, – отмахнулся Илья. – Бесячий тип.

– Ну ладно, – ответила я и открыла квартиру.

Сосед замер на лестничной площадке.

– Эм… Ты зайдешь? – спросила я.

– Конечно, – ответил Илья и закрыл за нами дверь.

Я побежала на кухню, поставить цветочек в воду. Ткнула кнопку чайника – сейчас не помешает горячий чай. В дверях столкнулась с Ильёй. Он обнял меня, погладил по волосам.

– Никому тебя не отдам, – сказал он сжимая крепко-крепко.

– Не отдавай, – ответила я, делая, как он.

Мы нашли ещё один фильм и стали смотреть, но меня не покидала тревога. Что там с Максом? Такое ощущение, что за ним приехали очень серьезные люди и обратно он не вернётся. И от этих мыслей становилось ещё хуже.

– Илья, – сказала я, поставив фильм на паузу. – Я позвоню Максиму. Мне так страшно, не могу успокоиться. Вдруг он в беду попал?

Идея соседу точно не понравилась. Да и вообще он выглядел задумчивым и усталым.

– Ладно. Но чем ты сможешь помочь? Да и не факт, что он вообще ответит, тем более, если с ним действительно что-то случилось.

– Ты прав. Но, если понадобится, придумаю что-то, я запомнила номера машины, что его увезла, – поделилась я.

– Надеюсь, это знание нам не пригодится. Это не шутки, Поль. Сомневаюсь, что что-то из этого выйдет.

– Я понимаю.

Ушла на кухню и набрала номер. В случае чего, можно будет позвонить в полицию. Но что я им скажу? Илья прав, я тут, скорее всего, бессильна. Длинные гудки потянулись другу за другом, усиливая беспокойство.

– Что такое, Полина? Зачем ты звонишь? – услышала спокойный голос Макса.

– С тобой все нормально? Та машина выглядела очень подозрительно, – ответила я.

– Со мной всё прекрасно, это мои знакомые. Ты что, волновалась?

У меня с плеч груз свалился. Я не очень поверила, что это его знакомые. Но, главное, что с ним всё в порядке.

– Да, волновалась.

Максим хмыкнул.

– Спасибо за заботу. Прощай, Полина, больше я тебя не побеспокою.

– Прощай, Максим, – ответила тихо.

И он сбросил вызов. А я сделала чай, взяла печенье и пошла в комнату, где меня ждал Илья. На душе стало легче.

Глава 19.

Мне казалось, я лишь прикрыла глаза, всего на секунду, но когда проснулась, была уже глубокая ночь. Причудливые тени скользили по стене, нагоняли друг друга, исчезали, чтобы через мгновение вновь появиться. Было так тепло и уютно, и я вдруг поняла, что лежу не одна. Прикрыла глаза, слушая дыхание Ильи, звуки сонного дома и собственного сердцебиения. Будить его совершенно не хотелось, поэтому я долгое время лежала неподвижно, улыбаясь, глядя в полумрак комнаты. Хорошо, что он остался.

Я на многие вещи смогла взглянуть под иным углом. Мне с каждым днём становится проще дышать, просыпаться и со спокойной уверенностью смотреть на жизнь. Теплые чувства, что появились во мне, постепенно размывали ядовитые следы вины, обид и другого негатива, что отправлял душу в последние месяцы и в некоторые периоды жизни.

Илья пошевелился, уткнулся носом мне в шею, поцеловал. Рука, лежащая на моём животе, притянула ещё ближе. Это было так чудесно, что хотелось попросить время замедлиться.

Хотела принять душ, но решила, что это подождёт до утра. А ещё подумала, что надо побольше узнать о жизни Ильи. Он так мало о себе рассказывает, предпочитая задавать вопросы и слушать. Но теперь точно не отвертится. Но всё это позже, сейчас нужно поспать, чтобы утром успеть сделать все дела и не опоздать на работу.

Осторожно я перевернулась, чтобы оказаться лицом к лицу с Ильёй. И вместо того, чтобы закрыть глаза и погрузиться в сон, смотрела на него. Наблюдала, как поднимается и опускается грудь от мерного дыхания. Как вдруг затрепетали длинные, чуть загнутые ресницы. Я с нежностью, едва касаясь, провела пальцами по лбу, разглаживая возникшую хмурую складку между бровей. Видно, приснилось что-то. На щеках уже ощущалась лёгкая, чуть отросшая, редкая щетина. И губы... Красивые, чувственные, такие, что хочется, чтобы они целовали. И хочется целовать их. Я очертила указательным пальцем верхнюю губу, задержалась на нижней, забыв при этом дышать. Илья поморщился, как от щекотки и я убрала руку. Продолжила просто смотреть на него. На человека, которого полюбила.

– Полина, – сказал Илья тихо, а у меня мурашки по коже от волнения. – Иди ко мне.

Я приподнялась на локте.

– Зачем? – спросила шепотом, опасаясь, что голос дрогнет.

– Буду тебя целовать. Обнимать. Любить, – произнес Илья, открыв глаза и потянувшись ко мне, провел рукой по щеке.

Я зависла, замешкалась пока решалась, а мой невероятный сосед уже подмял меня под себя, навис сверху, вглядываясь в моё лицо.

– Любить? – переспросила я, громко дыша, обняв широкие плечи.

– Да, – улыбнулся Илья, и это получилось очень горячо. – Любить твои губы, – сказал и поцеловал. Жадно, требовательно, до головокружения. – Любить твои плечи, – переместился ниже, целуя шею, плечи, сквозь тонкую ткань невесомой блузки.

Я таяла от прикосновений, обжигающих поцелуев. Потянулась к краям футболки и стянула её с Ильи, скользила пальцами по его спине, груди, желая ощутить его всего, пока он расстегивал пуговки на моей блузке.

– Ты даже представить себе не можешь, Поля, как я тебя люблю, как схожу с ума по тебе, – прошептал Илья между поцелуями, избавляя нас от одежды.

– Илья… – только и ответила я, хватаясь за его плечи, прижимаясь сильнее, хватая ртом воздух, ощущая каждой клеточкой его любовь. И очень хотела, чтобы и он почувствовал, как сильно его люблю.

Я знала, что эта ночь всё изменит. Я теперь не одна, как и он. Мы вместе. Это осознание, близость любимого – дарили ослепительный восторг. И не было ни секунды сомнения, что всё, что сейчас происходит – правильно. А счастье медовыми всполохами озаряло сердце, дарило ощущение полёта, крыльев за спиной.

* * *

Было раннее утро, когда Илья вдруг вскочил и стал искать телефон. Я встревожилась, села. Комната уже наполнилась светом, а в приоткрытое окно проникал теплый воздух. С улицы доносился птичий щебет и звуки с дороги.

– Илья, ты чего? – спросила я.

Он потер лицо ладонями, повернулся ко мне.

– Прости, – сказал сонно. – Потерялся немного.

Вернулся ко мне, поцеловал в висок и лег рядом. Обвил руками и закинул на меня ногу.

– Моя, – прошептал в волосы, руками гуляя по моему телу.

От его голоса внутри, в который раз, всё перевернулось. Сразу вернулись воспоминания того, что произошло пару часов назад.

– Твоя, – прошептала, чуть повернувшись, подставляя губы для поцелуя.

Как-то быстро лёгкие касания изменились и намекали на долгое продолжение. Но Илья вдруг отстранился.

– Который час? – спросил он. – У меня телефон сел.

Я выбралась из объятий и отыскала телефон.

– Семь доходит. Проснулись даже до будильника. Ещё есть минут десять, чтобы полежать. Ты же вроде бы с девяти работаешь, или нет?

– Да, с девяти. Но мне сейчас уйти нужно, – ответил Илья вздохнув, и перекатившись на спину. – Давай вечером встретимся, после твоей работы?

Я удивилась.

– Почему сейчас?

Илья нежно погладил мои волосы.

– В тренажерке у меня ещё один выходной сегодня, так что нужно на подработку. У сестры уже много лет тянутся кредиты. Ей непросто пришлось, хочу помочь скорее всё выплатить и забыть.

– О. А что за работа? – спросила я, обняв Илью за шею.

– В свободное время в такси подрабатываю. Ночами, днём, когда нет смены в зале.

Я встала с дивана, поправила кружевную пижаму, в которую переоделась ночью, после душа, переложила волосы на одно плечо.

– Так. Позавтракать успеешь?

– Думаю, да, – ответил Илья.

Я пошла на кухню, достала сковороду, яйца, бекон и помидоры. Включила чайник.

– Ты хочешь покормить меня завтраком? – прозвучал голос Ильи рядом, когда я резала томаты.

– Да. У тебя же племянница дома, так что сомневаюсь, что ты станешь шуметь сейчас на кухне. Или она встаёт рано?

– Ты права, – ответил Илья, обнимая меня. – Она по полдня спит, не стану ей мешать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

И я снова почувствовала, как губы расплываются в довольной улыбке, а сердце ускоряется.

– Я тогда в ванную, – сказал Илья с улыбкой.

– Конечно, – ответила я и принесла полотенце.

Он чмокнул меня в щеку, поставил телефон на зарядку на кухне. Сам ушел в ванную комнату. Через минуту на его телефон посыпались уведомления. Видимо, включил телефон и он только сейчас загрузился. Я взглянула мельком на экран, когда убирала в холодильник остатки мяса. Да так и замерла. Даже не сразу поняла, что меня смутило. А когда всё же осознала и решила, что мне показалось, ещё раз посмотрела на дисплей. Сердце застучало где-то в районе горла и мне казалось, что меня оглушили. Непослушными руками взяла смартфон, понимая, что не должна в нём копаться. Но то, что я увидела, имело прямое отношение ко мне.

Мигал значок входящего письма на почту. А вот миниатюра фотографии показалась знакомой. Однако, не будь в начале сообщения моего имени, я бы, скорее всего, даже внимания не обратила. Я оглянулась на дверь. Но не стала ждать Илью и разблокировала экран, радуясь, что не установлен код блокировки.

«Здравствуй, Илюша. Ты виделся с Полиной? Как она поживает? Как у тебя дела? Передай привет Тане и Вике»

Меня словно по голове ударили чем-то тяжелым. В ушах возник гул, в руках дрожь. Я крепче вцепилась в телефон, пролистывая историю писем с этого адреса. Последнее, до которого успела долистать – отправлено три года назад.

– Надо будет… – сказал Илья, вдруг появившийся на кухне и осекся. – Полина?

Я не смотрела на него. Смартфон положила на стол и прикрыла глаза, в которых собирались слёзы. Посмотрела на сковороду, в которой уже кипело масло и выключила плиту.

– И когда ты собирался рассказать? – спросила я, стараясь сохранять спокойствие, по-прежнему не глядя на соседа.

– Поль…

– Ты общался с моей матерью, и не сказал мне? Почему?

– Я много раз пытался это сделать, но всё время что-то мешало.

Я покачала головой. Разочарование, только-только исчезнувшее, вновь заскреблось, продирая себе путь.

– Правда? Ни одного случая не подвернулось? – с издёвкой спросила я, чувствуя горечь. – Об этом ты мне хотел сказать вчера?

Илья стоял в дверях, в своей одежде, с растрёпанными, ещё слегка влажными волосами. В глазах плескалась вина, руки опустились.

– Да. Пойми, я боялся, что ты даже говорить со мной не станешь, если узнаешь об этом. Я же вижу, насколько сложная для тебя эта тема. Хотел осторожно подвести к ней и рассказать, когда ты будешь готова.

Я скрестила руки на груди. Стало так обидно. Макс, отец, а теперь и Илья… Ну почему?

– Неужели так сложно не врать? Это она тебя ко мне отправила?

– Нет, она не знала, что я здесь, рядом с тобой. Я буквально на днях ей это сообщил.

Я закрыла лицо руками. Почему нельзя обойтись без вранья? Все вокруг только и делают, что врут мне. Или я просто такая дура, что иначе со мной не могут? Как же противно.

Эмоции будто отключили и я даже не могла возмутиться, поругаться. Вообще ничего. Странное ощущение. Бессилие какое-то.

– Поля, прости, что дотянул до последнего, не предупредил сразу, – сказал Илья, оказавшись близко ко мне. – Давай я расскажу обо всем, слышишь?

Он положил руку мне на спину, а я не могла пошевелиться. Мой любимый человек не только обманул меня, но и оказался втянут в наши непростые семейные отношения. Лучше не придумаешь. Сейчас внутри меня разрасталось что-то нехорошее, то, что я не хотела выплескивать на Илью.

– Илья, мне нужно собираться на работу. Извини, с завтраком не получилось. Мне бы хотелось спокойно собраться и спокойно отработать этот день.

– Я понял. Полина, прошу тебя, подумай сама. Ты мне очень дорога и я не хотел тебе сделать больно. Да, я знаком с твоей матерью, но о том, что знаю тебя, сообщил ей совсем недавно.

– Илья, не продолжай. Мне хочется побыть одной, – повторила я настойчиво, с трудом сдерживая слёзы.

– Ладно.

Рука Илья исчезла с моей спины. Он забрал свой телефон, и через несколько мгновений дверь за ним закрылась.

Я закрыла лицо руками.

Глава 20.

На работу поехала на такси. Голова жутко разболелась, и внимание стало рассеянным. Не стала рисковать и садиться за руль. Да и по дороге можно лишний раз подумать или даже немного подремать.

Не подремала. Не переставая думала обо всем, а особенно о коробке, что нашла у двери квартиры. Перемотанная серебристым скотчем, с красивыми черными буквами: Полина. Я узнала её. Именно с ней Илья пришел ко мне тогда, в нашу первую встречу. И именно её не смог отдать. Пришлось оставить её в прихожей, иначе опоздала бы.

Моё состояние было странным. Настроение варьировалось от апатии до острого гнева. Больше всего злило, что мать не могла связаться со мной и через Илью пыталась что-то узнать. Неужели не проще было написать мне? Пожалуй, этого я ждала больше всего на свете, когда была младше. И сейчас ждала, но надежда уже угасла и я всё реже думала об этом. И тут такие новости. Я даже не знала, как к этому относиться. В уголке сознания светилась теплая мысль, что мама помнит обо мне и интересуется, но её настойчиво перебивали другие мысли и миллион вопросов.

Неприятно, что Илью втянули во всё это. И я не ожидала, что он соврет. Мне казалось, он просто не способен на такое – настолько он виделся мне открытым, искренним, понимающим… Но, возможно, именно его желание помочь привело к тому, что сейчас происходит.

Понимаю, почему он молчал. Просто не смогла говорить об этом, зная, что скоро начнется рабочий день, и я не смогу ни на чём сосредоточиться. А ещё было так горько, что я узнала об этом вот так глупо. Влезла в телефон после прекрасной ночи. От воспоминаний о последней в теле разгорался пожар, а в сердце возвращалась боль от того, что пришлось увидеть после. Замкнутый круг какой-то. Просто супер, вот так начало отношений... Но в тот момент, когда увидела мини-фотографию, уже не смогла остановиться. А ещё мне нужно было время, чтобы свыкнуться с мыслью, что моя мама знакома с Ильёй. Почему-то это воспринималось как что-то за гранью фантастики. Как вообще такое могло получиться? И почему он оказался рядом, если не по её просьбе?

В офис успела вовремя. На входе в зал собралась толпа, и я не сразу поняла, в чём дело. Кто-то закрывал собой большие воздушные шарики, стремящиеся улететь к потолку, кто-то стоял рядом с большим тортом. Остальные переговаривались между собой. Играла веселая музыка.

– Полина, держи, – одна из коллег протянула мне хлопушку. – Как только придет Станислав Николаевич, все кричим «С Днём рождения» и взрываем хлопушки.

Совсем забыла, что у начальника сегодня праздник. Вообще вылетело из головы. Хотела встать подальше от входа, но не успела, и пришлось находиться в числе первых. Неподалеку стояла Арина и сверлила меня взглядом, но я даже не удивилась. Она вечно всем недовольна.

В зал, с широченный улыбкой, влетел Станислав. Мы дружно закричали:

– С Днём рождения!

Захлопали хлопушки, все принялись поздравлять начальника, а Арина кокетливо пригласила его к торту на котором, теперь-то я разглядела, красовался популярный супергерой. Станислав изобразил его, выставляя ногу вперёд и загибая руку в локте, демонстрируя мышцы. Все засмеялись. Даже мне стало весело.

Все начали фотографировать. Кто-то торт, кто-то себя, а кто-то и то и другое. Я хотела сбежать на рабочее место, но не тут-то было. Станислав успел подхватить меня за талию и сделать быстрое селфи, улыбаясь в камеру. Надеюсь, никто не заметил этого! Я быстро его поздравила и ретировалась. А когда все угомонились, сходила за кусочком тортика, который разделили на весь офис.

Я: «Привет! Дина, ты где? Отпуск затянулся?»

Я написала подруге сразу же, когда увидела её пустующее место. Так соскучилась по ней уже. Без нее трудовые дни казались нескончаемыми.

Дина: «Привет. Приду завтра в офис, отпроситься пришлось, дела оставались. Но на корпоратив приду».

Я нахмурилась. Корпоратив? И тут меня осенило! Сегодня же Станислав устраивает небольшой праздник в кафе неподалеку. Ну почему, почему я такая забывчивая? Наверняка многие сегодня обсуждают предстоящий вечер, но я настолько ушла в себя и работу, что ничего не слышала. Так. Значит, надо съездить домой, переодеться и вернуться в кафе. Надо будет предупредить Илью чуть позже. Вдруг он меня ждёт. Пишу ответ Дине и убираю телефон.

Я: «Там и встретимся».

Работа кипела, но это и к лучшему – не было времени отвлекаться на размышления. В одиннадцатом часу на рабочий телефон поступил звонок от Станислава Николаевича: нужно было передать ему отчет, который он поручил мне сделать, и который, вообще-то, к моей должности не имел отношения. Я провела в его кабинете минут десять, рассказала всё, что требуется. Говорили сугубо о рабочих делах, никаких знаков внимания, и я смогла спокойно выдохнуть.

Обеденный перерыв решила не использовать, осталась на рабочем месте и занялась делами, которые давно откладывала. Разгребла старые письма на почте, разложила файлы по нужным папкам, чтобы больше не путаться. Но уже ближе к концу перерыва поняла, что погорячилась, и всё же нужно перекусить. Взяла сумку, джинсовку – снова потеплело – и поспешила на улицу. Краем глаза заметила Арину, которая стояла возле кулера и беседовала с мужчиной из службы доставки воды. Она проводила меня задумчивым взглядом.

На улице было хорошо, немного душно. Громоздкие облака спрятали небо, не давая лучам солнца пробиться. В пекарню оказалось попасть не так уж просто. В конце прошлой недели начались ремонтные работы, и теперь приходилось искать пути обхода. Деревянные доски проложили на заросшей высокой травой обочине, рядом с длинным металлическим забором, за которым кипела стройка. Людей было мало на той части дороги, куда я забрела. Но перебежать на другую сторону уже не представлялось возможным, точнее, для этого нужно было вернуться назад.

По пути я строила догадки, что же в коробке. Хотелось скорее вернуться домой и посмотреть, оказались ли верны мои предположения. От мысли, что там что-то от мамы, становилось теплее.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Я едва не врезалась в кого-то и сразу отскочила назад.

– Извините, – сказала, поднимая голову.

Мужчина, которого я видела в ресторане, когда мы выбирали торт для свадьбы моих друзей. Высокий, широкий, мощный и пугающий злой ухмылкой. Тот, что не сводил с меня взгляда и последовал за Женькой, когда тот уходил на улицу, чтобы позвонить. Мне стало не по себе и захотелось как можно скорее уйти. Что я и попыталась сделать.

– Не так быстро, – услышала мужской голос, совсем близко.

Плечо отозвалось болью на его захват.

– Что вы делаете? – спросила я, попытавшись освободить руку, но не вышло. Стала испуганно оглядываться по сторонам. Как назло, поблизости никого не было.

– Ты расстроила мою подругу, и она просила передать привет. Она пыталась поговорить с тобой, но ты вечно где-то пропадаешь, – сказал он, глядя в сторону, крепко удерживая меня на месте.

– Что? Вы о ком? – спросила, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Сама не догадываешься? Или их много?

– Кого их? – нервно спросила я. – Я не понимаю. Мне кажется, вы обознались.

– Ха. Не притворяйся дурой. Я видел, какая ты. Дрянь расчётливая, – произнес злобно, сплюнул на пыльные доски. – Ненавижу таких, как ты. Лезешь в чужие жизни, семьи рушишь, отношения. Мало тебе одного мужика?

– Отпустите, – твердо сказала я. С такими психами лучше не связываться. Надо выбрать момент и попытаться убежать. Кажется, ему бесполезно что-то объяснять.

– Никуда ты не пойдешь, пока я не разрешу, – рявкнул он рядом с ухом. – Что они тебе обещают? Деньги? Так может я заплачу и ты меня удовлетворишь? М? Сколько хочешь?

Меня затрясло.

– Отпустите. Я не знаю, о чем вы говорите. Вы меня явно с кем-то путаете.

– Это ты путаешься с кем попало.

Я резко рванулась вперёд, руку удалось вырвать из захвата. Но не успела сделать и шагу, как голова взорвалась болью. Этот придурок схватил за волосы и дёрнул на себя, заставив спиной врезаться ему в грудь. Из-за слез почти ничего не видела, хватала ртом воздух. Как же больно!

– Я ещё не договорил. Будешь ошиваться рядом с кем-то, станет очень плохо. Это было последнее предупреждение.

– Да о ком вы? – крикнула, ощущая, как от ужаса подкашиваются ноги.

– О твоём новом ухажёре.

В следующий момент этот придурок толкнул меня, и я упала на колени, больно ударилась. Тут же обернулась, но он уже уходил в другую сторону.

Повезло, что на мне тёмно-синие джинсы и нет луж и грязи, иначе, остались бы следы на коленях. Эта мысль отвлекала, на ней я и сосредоточилась, пока внутри всё раз за разом рушилось от боли в голове и ощущения чужих пальцев на плече. Ведь надо доработать.

До кафе-пекарни я добежала, постоянно оглядываясь. Все вокруг казалось размытым из-за слез, что замерли в глазах. Миллион раз в голове проиграла слова этого урода и всё никак не могла понять, кому перешла дорогу. Кого он имел в виду? Неужели Илью? Будто у меня так много «ухажеров». Или всё же это огромная, глупая, гадкая ошибка? Хоть бы так. Пусть это будет чьим-то злым розыгрышем!

Ноги и руки дрожали, когда я забежала в уборную в кафе. Страх потихоньку отступал, и теперь стало очень жалко себя. Но я старалась не разреветься. Умылась, отдышалась, расчесала волосы и, как могла, привела лицо в порядок, замаскировав покрасневший нос и глаза. На кассе самообслуживания уже почти никого не было. Обед подходил к концу и большая часть посетителей уже покидала заведение, которое в это время заполнялось преимущественно офисными сотрудниками. Купила пару булочек и латте в стаканчике, и примкнула к группке бухгалтеров из нашего офиса – одной возвращаться назад было страшно. Меня потряхивало, поэтому по пути осторожно попивала обжигающий напиток.

Остаток дня прошел спокойно, но я вся была как на иголках. Как я умудрилась вляпаться в то, сама не знаю что? Просто кошмар. Изначально собиралась поехать домой на автобусе, но теперь передумала. Заказала такси. Одной из первых выключила компьютер и поспешила уйти. На выходе едва не столкнулась со Станиславом Николаевичем за которым шла Арина и другие сотрудники.

– Полина, у вас все хорошо? На вас лица нет, – спросил он участливо, и я попыталась улыбнуться.

Потянулся к моему локтю, но я отскочила, делая вид, что пропускаю коллегу.

– Всё в порядке, спасибо. Просто болит голова, – и это была правда.

– Но вы же придёте сегодня вечером? Я буду ждать всех.

Вот чёрт! Ещё же праздник.

– Да, конечно.

– Вот и славно.

Первым делом, когда вышла из такси, побежала к Илье. Постучала несколько раз, но никто не открыл. Надо было поговорить с ним, рассказать об инциденте, расспросить про маму, про него. Времени до корпоратива оставалось не так много, но, я думала, можно чуть-чуть опоздать, все равно всем будет не до меня. А ещё хотела позвать моего любимого соседа с собой. Насколько мне было известно, Дина пойдёт с мужем. Так чем я хуже? Просто сами оплатим свой счёт, так я думала. Попыталась дозвониться ему, но телефон был недоступен. Теперь стала переживать и за него.

Коробку оставила на тумбе в прихожей. Кончики пальцев покалывало от желания открыть её скорее, но придется сделать это позже.

Быстро приняла душ и стало легче – теплая вода и душистая пена творят чудеса. Высушила волосы феном и выпрямила утюжком, накрасилась. Подготовила платье. Пока всё делала, взгляд постоянно возвращался к коробке.

На смартфон поступило оповещение, что абонент снова в сети. Илья! Сразу стала звонить ему.

– Полина? Привет, – услышала голос любимого сквозь шум. – Ты уже дома? Как ты? – спрашивал он.

– Да, дома. Всё нормально. А ты где? Я заходила, но не застала тебя.

– Я на трассе, Поль. Пришлось поехать в город, где я жил раньше. По поводу квартиры, что принадлежала бабушке. Вернусь завтра, если повезёт. Извини, связь в любой момент может исчезнуть.

– Илья, скажи, пожалуйста, а у тебя точно нет никаких незавершённых отношений, злобных бывших девушек или чего-то такого? – спросила я, поморщившись. Звучало глупо.

– Что? Нет, никого такого, насколько мне известно. Поль, что случилось? Ты… Поль, не сомневайся во мне, прошу. Я ещё раз прошу прощения, что не рассказывал про твою маму. Я просто боялся, что это станет помехой. Ты нужна мне. Слышишь?

– И ты мне нужен, – ответила я, улыбаясь, и прошу: – Как приедешь, позвони мне. Я буду ждать. И правда, будь осторожнее на трассе.

Вместо ответа я слышу громкие гудки и автоматический голос: абонент вне зоны действия сети. Прижимаю телефон к груди. Какое-то тревожное чувство беспокоит. Только бы с Ильёй ничего не случилось. Сейчас, когда он на расстоянии, разлука ощущается острее. Надо было утром с ним поговорить, а не расходиться так. Но сомневаюсь, что удалось бы легко отпроситься с работы, а разговор с Ильёй, скорее всего, предстоял долгий.

Влезла в платье и остановилась в прихожей. Так, ладно, скоро уже нужно выезжать. Вроде готова, только осталось обуться.

Поступило сообщение.

Дина: «Мы минут через десять выезжаем. Тебя забрать?»

Я: «Если не сложно, то да. Было бы здорово!»

Дина: «Жди»

И я ждала. Сидела в прихожей, нервно теребила ремешок клатча. Только бы вечер прошел без сюрпризов! Хватит уже странной ерунды, которая, почему-то, преследует меня в последнее время.

Глава 21.

Подруга стояла у машины, когда я вышла из подъезда, и выглядела довольной. Ещё бы, это был тот редкий случай, когда они с мужем могли вместе выбраться на какое-то мероприятие. Из-за вахт это удавалось не часто.

– Привет, я так рада тебя видеть! – воскликнула подруга, а я крепко её обняла.

– И я. Без тебя в офисе скука смертная.

Даже вечером духота никуда не исчезла. Жара казалась липкой, плотной, неуместной. Лето словно забыло, что совсем скоро начнется осень. Небо медленно, но верно, скрывалось за тяжёлыми тучами. Скорее всего, ночью будет ливень. Я оглянулась на окна своей квартиры, подумав, не взять ли зонтик. Но решила не возвращаться.

– Отлично выглядишь! – улыбнулась я, заметив на Дине изящное рубиновое платье, которое идеально сидело на её тоненькой фигурке.

– Спасибо, взаимно. Ну что, поехали?

Муж Дины, Егор, был за рулём, а мы вместе уселись на заднем сидении. Он особо не вникал в нашу болтовню, лишь иногда вставляя пару слов. Мы обсуждали предстоящий вечер, офисную жизнь.

– Кстати, Поль, мне кажется, я чего-то не знаю, – хитро улыбнулась девушка.

– Ты о чём? – удивилась я.

– Да ладно, не догадываешься? – недоверчиво спросила Дина.

Я отрицательно мотнула головой. Тогда девушка залезла в смартфон и через несколько секунд повернула его экран ко мне.

– Серьезно? Шикарно. Просто супер, – вздохнула я, хватаясь за голову.

На дисплее красовалась та самая фотография, которую Станислав Николаевич сделал сегодня со мной в офисе. И так получилось, что в кадре были только я и он, Арина же оказалась обрезана.

– Так ты не видела? Я уж подумала, что между вами что-то происходит. Очень удивилась, когда увидела это.

– Нет, конечно, нет. Вообще не понимаю, зачем он это сделал. Теперь точно на работе смотреть будут косо, – обречённо произнесла я. – Или жена заревнует.

Полистала ленту его фотографий. Почти везде начальник либо один, либо с друзьями, коллегами, либо с детьми. И тут такое.

– Ох, не повезло. Хоть бы у тебя спросил, не против ли ты публикации этой фотографии.

Кажется, ситуация подругу забавляла.

– Придется с ним поговорить и узнать, что всё это значит. То на обед зовёт, то за руку взять пытается, то подвезти. Надо уже решить вопрос.

– Надеюсь, он всё поймет и объяснять не придётся.

– И я надеюсь.

Некоторое время мы ехали молча, а потом я рассказала тихо о том, что случилось во время обеденного перерыва. Про того психа, что угрожал мне.

– Как же так? Неужели никого там не было? Никто не подошёл?

– Ремонт на дороге, всё перекопано, а я не сразу догадалась перейти на другую сторону.

– Это так страшно! Бедная, – Дина снова обняла меня. – Как думаешь, он реально обознался или нет?

Я вздохнула.

– Я не знаю. Сомневаюсь, что это от Макса. Илья сказал, что у него нет никаких бывших, которые могли бы предпринять такое. Возможно, это из-за Станислава, но я не могу быть уверена.

Подруга задумчиво покусала губу, глядя перед собой.

– Слушай, а это мысль. Может, его подослала жена Стаса? Заревновала, увидев фото. Других версий у меня нет. Но я и не знаю всех твоих знакомых.

– Да я тебе обо всём рассказываю. А теперь, когда ты мне показала это селфи, мое предположение стало ещё более похожим на правду. Мне не по себе. Вдруг на празднике будет его жена? Боюсь, мне придется ещё и с ней объясняться.

– Я до сих пор в шоке. Вот же урод попался! Так. Надеюсь, того мужика не будет здесь. Если что, держись рядом. Мы с Егором тебя в обиду не дадим. А жене Стаса скажи, чтоб её муж руки не распускал.

– Ха-ха, сомневаюсь, что она меня послушает. А за заботу спасибо, – искренне сказала я, глядя на Дину.

– Почти приехали, – сказал Егор.

Он оставил автомобиль на парковке и мы пошли в ресторан. На входе нас встретила девушка-администратор и проводила в отдельный зал, где уже собралось достаточно людей. Мы сели за длинный стол, ближе к выходу. Красивое место, светлое, атмосфера приятная. Преимущественно оттенки бежевого и черный.

А Станислав умеет жить с размахом. В нашем филиале не так много людей, конечно, но и не настолько мало, чтобы организовывать вот такие вечера. Мне показалось, в зале уже человек тридцать, и это ещё не все приехали. Туда-сюда бегал ведущий, проверял, всё ли готово. Крутились официанты.  Накануне мы складывались на подарок, правда, я даже не знаю, что в итоге будем дарить начальнику.

Очень скоро все собрались. Последним в зал вошёл именинник. Странно, но рядом с ним я не заметила супруги. Только коллеги. Но, возможно, она приедет позднее.

– Держи, – протянула мне Дина бокал с вином. – А то на тебе лица нет. Хоть расслабишься.

– Я пас. Утром на работу, так что лучше не буду.

– Как хочешь, – пожала плечами подруга.

Я была очень напряжена до тех пор, пока в центр зала не вышел ведущий и не начал программу. Настроение гостей стремительно улучшалось и вот уже скоро все смеялись, болтали, поднимали бокалы и участвовали в конкурсах. В какой-то момент, когда все начали поздравлять, Дина передала мне листок со словами. Оказывается, наш отдел будет петь песню, которую переделали специально для поздравления. Мы переглянулись с подругой. Представляю наш нестройный хор людей, которые даже ни разу не репетировали. Но, на удивление, всё получилось довольно неплохо. Да и вообще вечер проходил спокойно. Было весело и интересно, и я даже на какое-то время забыла о коробке, что ждала меня дома и об угрозе. Только об Илье не забывала и постоянно держала телефон под рукой.

В одну из последних музыкальных пауз ко мне подошёл Станислав. Судя по взгляду, он был уже навеселе. Я как раз шла из уборной к своему месту. Егор с Диной танцевали и ничего вокруг не замечали. Я была рада за них.

– Полина, давайте потанцуем, – предложил он, наклонившись ко мне, чтобы я услышала сквозь громкую музыку его обращение.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Он весь вечер танцевал с разными девушками. Разве что, только к тем не подходил, кто пришел с парой. Не дожидаясь моего ответа, обнял за талию и взял за руку. Я уже передумала говорить с ним, не хотела выяснять что-то на празднике, но раз уж подвернулась такая возможность.

– Станислав Николаевич… – начала я, но он перебил.

– Все ко мне обращаются Станислав, – улыбнулся он, заглядывая мне в глаза. – Отлично выглядите.

Я смутилась.

– Спасибо, Станислав. Вы тоже.

Он ухмыльнулся, но ничего не сказал. Как-то незаметно он стал ближе, уже почти вплотную прижимаясь ко мне. Но смотрел куда-то в зал. Чуть позднее я заметила, что с нас не сводит глаз Арина.

– Станислав, а ваша жена не приедет? Всё же важное событие.

Он посмотрел удивлённо.

– С чего ей приезжать? Мы уже год как в разводе и она сюда не ездит. Позвонила утром, поздравила, – сказал он без эмоций и продолжил тепло: – Завтра заберу детей и на недельку на море махнем, пока школа не началась.

– Правда? Я не знала. Говорили, что жена к вам приходит, вот я и подумала.

– Кто мог сказать такую ерунду? – засмеялся начальник и вдруг перестал смеяться. – Хотя, я, кажется, догадываюсь. Это ведь Арина, да?

Я покраснела. Не очень хотелось сдавать её, но пришлось согласиться. Станислав покачал головой. Он продолжал меня легко обнимать.

– Знаете, Полина. Вы бы не слушали её. Из всего, что она обо мне говорит, это, пожалуй, самое мягкое. Моя бывшая жена живёт с детьми в сутках езды отсюда. Обычно мы заказываем сопровождение в самолёте, чтобы дети могли прилетать ко мне на праздники или на каникулы.

Ага, мягкое. Он же не знает, что та заявила мне, что его жена была в синяках.

– Понятно. Да уж, извиняюсь. Но ещё я хотела сказать, – начала я, глубоко вдохнув. – Мне кажется, после фотографии со мной в вашем профиле и того обеда, коллеги на нас криво смотрят. Я не хочу слухов и косых взглядов. И не хочу, чтобы до моего любимого мужчины доползли какие-то слухи и чьи-нибудь домыслы.

– Правда? Я ничего такого не замечал. Ладно, фотку удалю. Не хотел вам проблем создавать. Я со всеми так общаюсь, не видел в этом проблемы.

Я снова увидела Арину. Она держала в руке бокал и продолжала на нас смотреть. Выглядела уже очень нетрезвой и печальной.

– Может, для кого-то это норма, но для меня слишком. Даже этот танец.

– Понял. Но вы же не бросите меня посередине песни.

– Хорошо. Только скажите, а почему Арина так о вас отзывается? В офисе о вас чего только не говорят, – призналась я.

Он вздохнул, и в глазах мелькнула грусть.

– Мы с ней с первого курса универа знакомы. Но всё у нас не складывается. Сначала она меня бросила, начала с кем-то встречаться. Потом я женился. Вы, кстати, Полина, на мою бывшую жену очень похожи, – улыбнулся он. – Такая стерва была.

Да уж, спасибо добрый человек за комплимент. Видимо, осознав, что сморозил ерунду, поспешил извиниться.

– Вы только внешне похожи, не подумайте. Вы – хорошая девушка, – продолжил он, витая где-то в своих мыслях. – Арина её ненавидела. Знаете, в чем загвоздка? Столько лет прошло, но жизнь нас всё время сталкивает. Сейчас мы оба свободны, но вместо того, чтобы сойтись, доводим друг друга снова и снова.

Вот так признание. И чего спокойно не живётся, встречались бы и нервы другим не портили. Так нет же. Песня уже закончилась, началась другая, а я всё не уходила. Надо было довести разговор до конца, потому что теперь я, кажется, начала понимать.

– Так значит, Арина вас ревнует? Поэтому она слухи такие распускает?

Почему-то начальника это рассмешило.

– Ревнует, психует. В офисе всех байками пугает, чтоб уж точно ко мне никто не подходил. А сама, чуть что, ухажёров заводит. С последним даже обедать ходит в рабочее время.

Похоже, и он её ревнует. Или это блики так падают на лицо, делая его другим. Я остановилась.

– А вы, значит, меня использовать решили, чтоб её побесить? – мне уже было совсем не весело.

– Ну, не совсем так, – протянул Станислав, видимо, не ожидая вопроса в лоб. – Но это же всё несерьёзно. Ради забавы. Разве тебя это так напрягает?

Он вдруг наклонился ко мне, будто хочет поцеловать. Я резко отстранилась, вытянув руки. Придурок! Пьяный придурок!

– Всё, позабавились и хватит! Мне ещё с вашей подружкой разбираться, – крикнула я.

Хотела пойти прямиком к Арине, но ее уже не было на том месте, где видела раньше. Спросила у тех, кто сидел с ней – сказали, что убежала в слезах. Вот только этого и не хватало! Огляделась, но так и не увидела её. Зал постепенно пустел, и даже Станислав, пообщавшись с администратором, покинул заведение. Скорее всего, Арина уже уехала домой. Тогда поговорю с ней на работе. Только бы не встретить больше её бешеного друга, если, конечно, я не ошиблась, и это действительно с её подачи мне угрожал тот тип.

– Поль, случилось что-то? Мне показалось, или Стас тебя поцеловал? – спросила Дина подозрительно, когда я села на наш столик.

Егор стоял неподалеку – говорил с мужчинами из ИТ-отдела.

– Что? Нет, конечно! Он вроде бы попытался, но я отскочила. Напился и вытворяет всякое.

Я рассказала о разговоре и о своей догадке подруге. Её брови взлетели.

– Они друг друга стоят. Два идиота. Втянули тебя в свои глупые игрища, а теперь тебе ещё и судак какой-то угрожает. Я уверена, это точно друг Арины. Она убежала, когда Стас к тебе потянулся. Не удивлюсь, если разрабатывает план мести, сидя где-нибудь в такси или туалете.

– А у тебя нет её номера? Хотелось бы сегодня всё прояснить.

Дина отрицательно покачала головой.

– Слушай, Поль. Мы хотели ещё в одно место съездить, отдохнуть. В бар, что находится в центре. Ты поедешь с нами?

– Нет, я точно домой. И вам надо провести время вдвоём. Я сейчас такси вызову себе.

– Уверена? Может, мы тебя домой отвезем?

– Не нужно, правда. Все нормально.

Вскоре машина приехала. Ребята проводили меня, а Дина сфотографировала номера и водителя, сообщив ему об этом. Я с улыбкой покачала головой, мне показалась забота подруги такой трогательной.

На улице уже стемнело. Огни города выглядели волшебными. Сверкали и мерцали, ярко горели и гипнотизировали. Я откинула голову на сиденье и задумчиво провожала их глазами. Стало так спокойно и я даже чуть не задремала, но телефон в моей руке завибрировал. Я надеялась, что это Илья, даже обрадовалась. Но тут же улыбка сползла с лица, когда я увидела, что поступило сообщение с незнакомого номера.

Неизвестный: «По-хорошему ты не понимаешь. Теперь будет по-плохому. Сейчас у твоего друга возникнут серьезные проблемы. Приезжай, понаблюдаешь.»

В конце был указан адрес.

Глава 22.

Внутри всё оборвалось. Только не это! Кому будет плохо? Это же, наверняка, тот псих с угрозами, больше никто не мог написать такое. Я набрала Илью. «Абонент вне зоны действия сети». Тогда позвонила Станиславу – пусть уже поговорит со своей чокнутой, ревнивой секретаршей! Но он не отвечал. Номера Арины у меня не было. А если… Отыскала номер Женьки, ведь именно с ним меня видел этот мужик, когда мы пробовали пирожные, чтобы сделать заказ на свадьбу. Он не отвечал. Только бы ответил, только бы с ним ничего не случилось!

От страха меня замутило.

– Девушка, вам нехорошо?

– Нет, то есть да, то есть….

И я назвала новый адрес. Тот, что был указан в сообщении. Не знаю, что буду делать и что увижу, но нужно ехать. Дине не стала звонить, не хотелось и их втягивать в свои проблемы.

Такси остановилось рядом с домом, что я назвала. Ноги ощущались деревянными, а шум в ушах заглушал другие звуки. Я даже не знала, куда идти точно. Но когда увидела мелькнувшие маячки полиции, сразу побежала туда. Сердце зашлось в диком ритме. Только остановилась раньше, так и не добежав. Испугалась и до последнего надеялась, что не увижу знакомых лиц.

Душный, теплый воздух, который, казалось, при желании можно потрогать, не мог меня согреть. Холодная дрожь крупными волнами проходила по телу, заставляя сжимать кулаки, впиваясь ногтями в мягкие ладони. Сердце колотилось с пугающей силой.

От проблесковых маячков слепило глаза, но я продолжала ждать. Если вмешаюсь сейчас – сделаю только хуже. Но и стоять на месте было невероятно сложно. Из подъезда старой пятиэтажки, во дворе которой я находилась, начали выводить людей. Кто-то попытался сбежать, на них мне было наплевать, а вот на Женьку, которого вытащили вторым – совсем нет. Он растерянно смотрел по сторонам, щурясь от яркого синего и красного света. Губа была разбита. Бедный Женька! Я часто поморгала, когда все поплыло перед глазами. Прикусила губу.

Его руки скрутили, но он и не сопротивлялся. Выглядел ошеломлённо и изредка пытался что-то сказать сотруднику полиции, который его вел, но тот не слушал. Надо бежать к ним, может, я ещё успею что-то сделать, придумать. Я шагнула из темного угла, спрятанного высоким кустом от посторонних глаз, ставшего мне убежищем. Хотела крикнуть, чтобы привлечь внимание, отсрочить момент, но тут же почувствовала движение рядом.

В следующее мгновение кто-то закрыл мой рот прохладной рукой, а еще через секунду я оказалась прижата к твердому телу.

– Стой, – послышался знакомый голос. Неприятный и чужой.

– Отпусти! – прорычала, когда удалось немного ослабить его хватку. – Это всё ты! Не трогай Женьку! Он ни при чём!

– Надо было раньше думать, – сказал мужчина, не отпуская. – Ты же понимаешь, что просто так его не отпустят. Точнее, не так. Его вообще не отпустят. Бедная его мать. Сперва муж, теперь и сына потеряет.

– Ненавижу тебя! Отпусти! – прошипела сквозь слезы, раздираемая яростью. – Верни всё, Женька ни при чём.

Я вырывалась, наступала ему на ноги, но ничего не получалось. Бороться было бессмысленно. Захват был настолько сильным, что было сложно дышать. А может, я задыхалась от ужаса происходящего. Женьку уже запихнули в машину, и она первой тронулась с места. Другие две ещё не уехали.

– И ты не права, Полина. Во всем виновата только ты.

Видимо, страх за любимого друга, за моего Женьку и его семью был такой силы, что этого психа, который держал меня, я уже не боялась.

– Иди к своей истеричной подружке Арине и не смей меня трогать. Или поедешь во второй машине, следом за Женькой. Не сомневайся, его выпустят в ближайшее время, а вот тебя…

Только бы он не убил меня тут. Хотя, если бы хотел навредить, сделал бы это сразу. К тому же рядом полиция.

– Что ты мелешь? – произнес мужик недоверчиво и оттолкнул меня.

Наверное, это было глупо, но я должна была завладеть ситуацией, поэтому сказала до ужаса банальную фразу, которая возымела эффект. Мужик, видимо, вообще не ожидал от меня каких-то действий.

– Ты хоть знаешь, кто мой отец? Или ты только в жизни Женьки покопался? Ты понимаешь, что Арина тебя с потрохами сдаст, как только к ней приедут? А к ней приедут, будь уверен.

Я краем глаза заметила, что из подъезда вывели ещё трёх парней. Один оказался смутно знакомым.

– Ты тут сказки не рассказывай. Нашла, кого пугать, – сказал он, подозрительно глядя на меня. Сплюнул.

Тогда я назвала фамилию папы. Свою фамилию. И его должность. Но я знала, что он отреагирует на другое. И тогда озвучила фамилию его знакомого. Отец говорил, что его приятеля все знают в городе, и в подобной ситуации будет лучше сообщить о знакомстве с ним. Не помню точно, кто он. То ли генерал, то ли начальник полиции по нашему городу. Я безотрывно наблюдала за реакцией. Адреналин бушевал, но я знала, что его действие скоро закончится и мне станет плохо.

– Ко мне какие претензии? Арина просила припугнуть, с неё и спрашивай, – развёл он руками, отступая на шаг. – Я тебе ничего не сделал.

– Угрозы, нападение. Разве нет? Что с Женькой? Откуда вообще о нем узнали? Куда его повезли? Что ты сделал?

– Какое нападение? Ты что несёшь?

– Не тяни. Иначе к нападению добавятся и другие пункты.

– Ну ты и стерва. Знал же, что с вами, бабами, связываться, себе дороже, – он выругался и сплюнул. – Короче, моя подруга в начальника вашего втюрилась давно. Но он на тебя глаз положил, вроде жениться хотел, так ей сказал. Она взбесилась. Особенно когда тебя потом в ресторане увидела с женихом твоим, с Женькой этим. А потом и с парнем каким-то, когда мы приходили к тебе поговорить, но не застали. Решила, что ты на три фронта играешь, Стаса этого обманываешь и остальных. Попросила проучить, припугнуть, чтоб от Стаса отстала раз и навсегда. А сегодня звонит, говорит, ты с ним целоваться на глазах у всех стала. Я и вспомнил, что твой сюда к другу заезжает и в выходные он с ним договаривался встретиться.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Стоп. Что за бред? – возмутилась я, но не стала ничего отрицать, не до этого. – Откуда ты знаешь, что Женька здесь бывает? Вы же не знакомы.

Мужик нервно закурил.

– Живу тут рядом, не раз видел его здесь. Я вообще сразу к нему хотел идти, рассказать, как ты там на работе развлекаешься, за его спиной. И друга его знаю. Договорился со знакомыми, чтоб они твоего женишка поймали и отделали. Но с ним оказалось ещё несколько парней, завязалась драка и кто-то полицию вызвал.

– С Женькой ещё кто-то был кроме друга? Но за что его забрали?

– Да хрен их знает. Кто-то из них по морде полицейскому съездил. Так что прикроют их всех, до суда, скорее всего.

Я прикрыла лицо рукой. Обернулась. Третья машина ещё была во дворе, похоже, общались с кем-то из жильцов, что-то записывали.

– Слушай, я тут ни при делах. Я тебе всё рассказал. Мне проблемы не нужны, сами с Ариной разбирайтесь. Ну и сопротивление они сами оказали. Так что меня нигде не надо упоминать.

От того человека, что упивался властью над беззащитной девушкой, не осталось и следа. Остался лишь неприятный трусливый тип, возомнивший себя борцом за справедливость, который даже не умеет отвечать за свои поступки. Я не стала ничего говорить и быстро пошла к служебному автомобилю. Сотрудник полиции уже открыл дверцу и хотел залезть внутрь.

– Извините, скажите, а куда всех повезли? У меня там брат, на него напали какие-то люди, – обратилась я, со слезами в глазах, намеренно соврав о брате. Боялась, что иначе ничего не скажут. – Его жена дома беременная ждёт. Помогите, пожалуйста.

Мужчина нехотя повернулся. Поджал губы, смерив меня взглядом. Назвал отделение, куда всех забрали.

Я попыталась узнать, что могу сделать, что теперь будет, за что его забрали, параллельно вызывая такси на адрес, оттягивая время. Страшно. Когда они уедут, я тут совсем одна останусь, и кто знает, что друг Арины может тогда предпринять.

– Послушайте, девушка. Ехали бы вы домой. Парни сами разберутся, вы-то куда лезете? Ночь на улице, а вы в платье таком разгуливаете. Жить надоело?

Он так ничего и не пояснил, сказал, что до утра, скорее всего, вообще ничего решаться не будет. В приложении назначили автомобиль и написали, что приедет через две минуты. Надо что-то говорить.

– У нас на работе у начальника юбилей был, мы все в ресторан поехали. Я прямо оттуда сюда приехала.

Он снова попытался залезть в автомобиль.

– Подождите! Минуту подождите, пожалуйста, пока такси приедет. Там, в кустах, мужчина какой-то стоял, когда я мимо проходила. Он меня напугал.

Мне кажется, я в жизни себя так не вела и не врала столько, как в этот вечер. Не совсем врала, конечно, но всё же.

– Там? – мужчина указал на то место, где пару минут назад стояла я. Уверенно кивнула. – Сейчас проверю, – вздохнул он, включая фонарик.

Как только он пошел в ту сторону, темная тень скользнула за угол дома. Испугался.

– Ну вот, нет его там больше.

– Спасибо! – ответила я.

Машина такси остановилась у соседнего подъезда.

– Езжай домой. Если брат не виноват, его быстро отпустят.

Я ещё раз поблагодарила мужчину и побежала в такси. Запрыгнула на заднее сиденье. Водитель посмотрел на меня в зеркало.

– Что тут случилось? – спросил он.

– Драка, кажется, – ответила я тихо и обхватила голову руками.

Машина тронулась с места. Меня начало трясти. Ноги, руки и даже голова, казались неподъемными. Перед глазами всё плыло. Только бы не скатиться в истерику. Первым делом надо переодеться. В таком виде я точно не поеду в полицию. Но что же потом? Если я приеду, то что скажу? Кошмар, просто кошмар. Бедный Женечка! Пострадал ни за что и теперь неизвестно, какие последствия будут. Только бы всё обошлось! А вдруг он меня не простит? Я так его подставила… А Люба? Это же такой стресс!

Разблокировала экран. Хотела проверить, не появился ли Илья в сети. Пока нет. Неужели он ещё едет туда? Так долго… Или, может, сел телефон. Надеюсь, с ним всё хорошо.

Мысли о Женьке, о том, что он в отделении полиции, что его в чём-то обвиняют, давили бетонной плитой. Так и не пролитые слезы душили. Не время и не место раскисать! Надо думать, что теперь делать.

Оказавшись у дома, взглянула на окна соседа. Свет не горит. Поднялась к себе. Трясущимися руками налила прохладную воду из кувшина в прозрачную кружку и выпила залпом. Умылась, убрала волосы в высокий хвост, переоделась. Старалась не паниковать и просто делать то, что запланировала, блокируя любые лишние мысли. Готовая, села на кухне за стол и стала искать в браузере схожие ситуации и их решение. Прочитала несколько статей, форумов, но ничего дельного. Понятно, что ребята будут сами с этим разбираться, но хотелось помочь хоть чем-то.

Вот чего я совсем не ожидала, так это звонка Любы. Когда увидела её имя на дисплее, захотелось сползти под стол. Острое чувство вины укололо, стало страшно: вдруг она обо всём узнала.

– Полечка, привет. Прости за беспокойство. Разбудила тебя? – услышала милый, но встревоженный голос.

– Привет! Нет, я не спала, – ответила я и стала ждать вердикта.

– Это хорошо. Поль, мне очень неудобно просить, но больше не знаю, к кому можно обратиться. Родители ещё от бабушки не вернулись, Женька только днём приедет.

Похоже, она не знает пока, где находится её жених.

– Что-то случилось? Я могу помочь?

– Возможно, я надумываю просто. В общем, у меня голова весь день болит сегодня и чувствую себя не очень хорошо… Можешь со мной в больницу съездить? Я волнуюсь, вдруг что с малышом. Показаний для вызова скорой помощи нет, а на такси одна боюсь. Вдруг сознание потеряю? Женя на день рождения к другу ещё вечером уехал, думала, ночью вернётся. А он позвонил сейчас, сказал, чтоб не теряла, они к другу в деревню уехали, а там сеть не ловит. Днём завтра приедет только.

Неужели ему дали возможность позвонить? И откуда такая уверенность, что днём получится уйти оттуда? Но он правильно сделал, что не стал беспокоить беременную. С её-то впечатлительностью…

– Без проблем. Я сейчас приеду к тебе и отвезу в больницу, чтобы ты не волновалась. Точно скорая не нужна?

–  Точно. Всё не так ужасно, но лучше перестраховаться. Спасибо тебе огромное, Полечка! Я так тебе благодарна!

Благодарна, ага. А как будет благодарить, когда узнает, где ее жених ночь провел по моей вине. Страшно представить. И всё же мне стало чуть спокойнее за Женьку. Не станет же он давать пустых обещаний Любе?

– Тогда минут через пятнадцать жди. Как буду у подъезда, позвоню.

Любу сейчас бросать нельзя. Я прихватила толстовку, телефон и ключи от машины и вышла на улицу. Духота разбавилась прохладным ветром и стало легче дышать. Даже в голове стало будто яснее. Я уже собралась выезжать из двора, но увидела, что поступило оповещение, что Илья в сети. Думала позвонить ему, но он опередил.

– Поля, ты как? Звонила? Я опять по трассе еду, вот остановился кофе купить на заправке.

И тогда я ему всё рассказала. И про Стаса с Ариной и про то, где сейчас Женька, и о звонке Любы.

– Я не знаю, что делать. Это ведь я виновата.

– Так, Поль, успокойся. Ты ни в чем не виновата, это раз. А во-вторых, если всё будет нормально, их отпустят уже часа через три, после составления протокола. Максимум, что может страшного случиться, так это то, что их продержат сорок восемь часов там, до суда. Всё. Он же не нападал на сотрудников?

– Сказали, что кто-то пытался оказать сопротивление. Кто именно, не знаю.

– Ну, будем надеяться, что это был не твой друг с его компанией.

– А если он? Илья, какой же кошмар.

– Я попробую разузнать все, а ты спокойно поезжай к подруге. Я перезвоню или сообщение скину. И не вини себя. Это никому не поможет, а тебе сделает только хуже.

– Спасибо тебе огромное! Как же я рада, что ты вышел на связь. И вообще… – искренне поблагодарила я. – Когда ты вернёшься?

– Я уже еду. Удалось все за один вечер решить. Через несколько часов буду в городе.

– Это очень хорошо. Буду ждать звонка.

И тебя буду ждать. Очень-очень.

Глава 23.

После звонка Ильи напряжение немного спало. Как хорошо, что он приедет скоро! Эта мысль радовала. А ещё появилась надежда, что с Женькой будет всё хорошо. Ведь должно же.

Я глубоко вдохнула, потерла глаза. Выдохнула. Скоро эта безумная ночь закончится и наступит новый день, который принесет только приятные сюрпризы, а не вот это вот всё. А пока этого не случилось, надо ехать к Любе.

Когда девушка села рядом на переднее сиденье, я крепко её обняла. Её лицо оказалось бледным, а пальцы прохладными. В больших глазах отразилась тревога.

– В какую больницу поедем? Скажешь адрес? – спросила я, пока Люба пристегивала ремень.

– Да, конечно. Она не очень далеко. И Поля, спасибо тебе, что согласилась приехать.

– Пустяки, – отмахнулась я, набирая адрес в навигатор.

Скрывать правду о том, где находится ее жених, было ужасно стыдно и неприятно. Но я чувствовала, что говорить нельзя, иначе она совсем расклеится. Главное сейчас решить вопрос с ней, потом уже всё остальное. Люба смотрела прямо перед собой, одной рукой крепко сжав ручку бумажного пакета. На лице застыло беспокойство. Левую руку она прижала к ещё почти плоскому животу, периодически его поглаживая.

– Ты как? Что-то болит? – спросила я с сочувствуем. Сама не на шутку волновалась за нее и малыша.

– Голова только. И слабость. Но я сплю плохо, может, это повлияло.

– Бедняга. Конечно, тебе нужно отдыхать побольше. Это вообще всем нужно, а тебе с малышом – тем более.

– Знаю. Я стараюсь.

– Ты не стесняйся, если с подготовкой надо помочь, обязательно обращайся. Я ведь не знаю, что там требуется. Даже никогда не интересовалась особо, как все это происходит. И из знакомых ни у кого пока свадеб не было.

– Хорошо. Буду иметь в виду. Просто не хочется тебя нагружать лишними заботами.

– Да брось. Не придумывай. Мне только в радость.

Мы подъехали к поликлинике, и я припарковала машину недалеко от главного входа. Вот только двери здания были заперты и пришлось искать, где принимают ночью. К счастью, нашли быстро.

– Если что, зови, – сказала я, ободряюще коснувшись плеча Любы.

– Конечно, – слабо улыбнулась она.

Я осталась ждать в начале длинного коридора. Рядом сидели ещё трое, видимо, сопровождающие своих близких. Время тянулось бесконечно долго, а моя нога стучала о плитку. Руки крутили смартфон. Сотрудники появлялись и исчезали в дверях кабинетов, иногда обмениваясь короткими фразами. Чем дольше Люба не возвращалась, тем сильнее нарастал страх. Но вот она показалась в сонном коридоре и я бросилась к ней.

– Ну что? Всё нормально? Что тебе сказали?

Она на ходу засунула обменную карту в бумажный пакет и подняла голову. Мягко улыбнулась.

– Всё нормально. Послушали, посмотрели, давление измерили, всё в порядке. Кое-какие витамины назначили только и побольше отдыхать. Гемоглобин начал падать, вот и чувствую себя разбитой. Извини, что сорвала тебя.

Я выдохнула. Самое главное, что с ней и малышом всё хорошо. Взяла Любу под руку и мы вместе пошли к выходу из здания. Наконец-то можно покинуть это место.

– Я рада, что всё в порядке. Молодец, что позвонила. Теперь хоть будешь спокойна.

– Это точно.

По дороге до дома подруги мы почти не говорили. Люба только рассказала немного о подготовке к свадьбе и о беременности.

– Не представляю, как так Женька уехал на дачу какую-то. Неожиданно как-то, ведь на работу утром, – сказала она, когда остановились на ее адресе.

Я пожала плечами, отвела взгляд. Врать я никогда не любила, но за этот вечер пришлось сделать это не единожды.

– Может, недалеко от города дачный дом и быстро доберется утром до офиса.

– Надеюсь.

Люба ещё раз поблагодарила меня и отправилась к себе. Я же заглянула в телефон и обнаружила сообщение.

Илья: «У твоего друга всё нормально. Скоро должны отпустить. Отдыхай, Поля, и ни о чем не волнуйся»

Я чуть не расплакалась от счастья, когда прочитала. Даже перечитала несколько раз для верности. Неужели всё обошлось? Даже не верится! Да, мне ещё предстоит признаться Женьке, что это из-за меня ему пришлось торчать там, а не с невестой, но это пустяки. Главное, что он скоро сможет поехать домой.

«Спасибо, Илья. Я жду тебя»

Я вернулась к себе в квартиру. Разулась, умылась, воткнула провод в телефон для зарядки, и упала на диван. Раньше времени боялась радоваться. Да и вообще навалилась усталость и какое-то эмоциональное опустошение. Хотелось погрузиться в сон и проснуться с ясной головой и в спокойном состоянии. И чтобы рядом был Илья. Неужели этот кошмар закончился? Я очень на это надеялась. И прежде, чем уснуть, я написала Женьке:

Я: «Позвони, как сможешь»

Меня разбудил стук. Я подскочила и стала испуганно всматриваться в темноту, вертя головой. Сердце колотилось испуганно. Снилось что-то неприятное, удушающее, вязкое, поэтому я не сразу смогла переключиться и понять, что стучат в дверь. А когда осознание, наконец, наступило, помчалась туда. Включила свет в коридоре, взглянула в глазок и сразу открыла дверь.

– Илья, – прошептала я и бросилась к нему на шею.

Мне уже было не так важно, как и почему он появился в моей жизни и какое отношение имеет к моей матери. Он здесь, рядом со мной, прижимает к груди и гладит волосы, тихо говорит что-то, обнимает, и это восхитительно. От него пахнет гелем для душа, а волосы ещё чуть влажные, и я с удовольствием зарываюсь в них ладонью. Прикрываю глаза, ощущая умиротворение. Теперь точно всё будет хорошо. Илья подхватывает меня и заносит в квартиру, ногой закрывая за нами дверь.

– Я так скучал, – сказал он, находя мои губы и оставляя на них короткие, мягкие поцелуи. – Думал только о тебе. Впрочем, как и всегда, – хмыкнул он и добавил: – Прости, если разбудил.

Я улыбнулась, ткнулась носом ему в шею, вдохнула глубоко.

– Спасибо, что приехал так быстро. Я тоже скучала. И хорошо, что разбудил. Пойдём в комнату? – спросила я.

Илья замешкался, заметив ту самую коробку, что оставил под моей дверью утром.

– Ещё не открывала, значит, – подметил он.

Я взяла её в руки, покрутила, подняла голову к соседу.

– Хотела после работы, но потом был небольшой корпоратив. А дальше ты знаешь, чем всё закончилось. Так что, пока не было времени.

Я выключила в коридоре свет и мы прошли в комнату. Ткнула ночник, мягкий свет которого сделал помещение более уютным, растворив всю тревогу этого дня.

– А как ты узнал, что с Женей всё в порядке? – спросила я, когда забралась на диван и прижалась к Илье.

Он переплел наши пальцы, чуть улыбнулся.

– Попросил знакомого помочь. Это тот самый человек, в чьей квартире я живу сейчас. У него хорошие связи в разных сферах, поэтому он быстро смог все узнать. Кстати, эта квартира тоже его.

Я удивлённо вскинула брови и посмотрела на Илью.

– Правда? Мне её агент показывал, а владельца я не видела и не говорила с ним ни разу.

Сосед покусал губу, посмотрел хитро.

– Знаешь, то, что я поселился здесь, действительно не случайность. Но это получилось спонтанно. Я в последнее время чаще в Москве жил, а тут приехал к другу на день рождения. На следующее утро после празднования он спросил, не могу ли я временно поработать у него. Жилье предоставит, оплату. Я согласился. Он стал проверять, какие квартиры свободны сейчас. Перебирал бумаги, и я заметил твою фамилию и инициалы. Не поверил своим глазам, вырвал у него из рук бумаги и перечитал, посмотрел дату рождения. Это точно была ты, я уже не сомневался. И тогда спросил, где есть ближайшее свободное к тебе жилье.

– Ну, вообще-то та квартира была занята, – возразила я.

– Не беспокойся, Тёма предложил им более выгодный вариант.

– Но как так? Зачем тебе было селиться рядом? И твой Тёма, откуда у него столько недвижимости?

– Друг много чем занимается. В том числе и тем, что скупает вторичное жильё, самые убитые варианты, дешёвые. Делает минимальный ремонт там и сдаёт. Они сами себя окупают и выходят в плюс. Но это для пассивного заработка.

– Да уж. Молодец. В этом есть смысл.

– Ага, есть. Особенно если у тебя есть деньги на пару первых квартир.

– Ну да, – согласилась я. – И всё же, зачем ты здесь?

Глава 24.

Медовые глаза смотрели с нежностью.

– Ты всегда была в моей жизни, Поль. Я слышал о тебе, когда начал приходить в себя после трагедии. Слова о тебе напоминали о том времени, когда с родителями было всё хорошо. Когда у меня всё было хорошо. О таком далёком, весёлом, ярком и беззаботном детстве. О времени до. Ты стала для меня ниточкой, соединяющей детство и мою жизнь после того, как я начал выходить из депрессии. Как мягкий лучик.

Твоя мама поселилась рядом. Она не сразу смогла найти работу в новом городе. Бабушка тогда ещё много работала и просила её присмотреть за мной и Викой. Точнее, она просила только о Вике, но я знал, что она боится оставлять меня одного дома. Светлана, твоя мама, относилась к нам очень хорошо. Моя сестра почти все время работала, так что соседка всячески развлекала Вику, рассказывала сказки, истории. Но больше всего она любила рассказывать о тебе, Поль. Сперва мне это не очень нравилось, но вскоре я понял, что мысли о тебе всегда светлые, согревающие, с лёгкой тоской и пахнут домом. Я ждал, когда она заговорит о тебе. Спрашивал сам.

Потом твоя мама нашла работу и стала реже к нам заходить, но всё равно старалась уделять время Вике и мне. Тогда же она стала собирать документы, чтобы забрать тебя. Искала хорошего адвоката, потому что знала, что твой отец так просто не сдастся. Иногда я видел, как она плачет и сам мечтал, что скоро ты приедешь и станешь жить рядом. Но этого не произошло.

Илья тяжело вздохнул. Я слушала, затаив дыхание. Казалось, даже дышать забыла.

– Юристы задирали цену, особенно узнав, с кем предстоит судиться. Многие просто отказывались. Твой отец приезжал один раз. Я поднимался домой после школы, когда услышал их голоса. Он просил её вернуться домой. А она просила отпустить и дать тебе самой выбрать, с кем остаться. Они тогда сильно поругались, и он сказал, что тебя она больше не увидит.

– Но она не приняла его условия, – кивнула я.

– Она до последнего верила, что всё получится. Рассчитывала на поддержку своего мужчины.

Я ошарашенно посмотрела на Илью.

– Какого мужчины? У нее был кто-то?

Почему-то это казалось таким невообразимым. Я, конечно, допускала раньше такие мысли. Но новость об этом стала неожиданностью.

– Это сложная история, и я не знаю всех подробностей. Знаю только, что они когда-то встречались, ещё до твоего отца, а после ему пришлось улететь. Кажется, его родители были против их отношений, из-за разного социального статуса. В общем, когда Светлана ушла от твоего отца, они стали вновь общаться, переписываться, и он обещал помочь. Но, в итоге, когда всё началось, он пропал. Просто не отвечал на звонки, не выходил на связь. Потом кто-то сказал, что этот мужчина женился и вообще не собирался ничего делать. Странная история получилась.

Спустя какое-то время она попыталась вернуться в семью, к тебе. Но твой отец не дал этого сделать. Пригрозил, чтобы Светлана не попадалась тебе на глаза, иначе лишит ее родительских прав и увезет тебя. Только спустя время он рассказал, что у тебя сильное потрясение и что и правда будет лучше, если не будет больше никаких травмирующих событий. Светлана согласилась. Не сразу, но согласилась больше не вмешиваться в твою жизнь и держаться на расстоянии.

Иногда она покупала тебе подарки. Даже пыталась несколько раз отправить их, но все возвращалось обратно. Так у нас появился велосипед, приставка. Она дарила Вике вещи, покупала принадлежности к школе, когда у Тани были очень серьезные проблемы и она почти год не могла приехать к дочери, а бабушка просто не справлялась с нашими нуждами. В самое тяжелое время Светлана нам очень помогла, и я очень благодарен за это.

– Несколько раз я ездил с ней, навестить тебя, – улыбнулся Илья. – Ты была такая маленькая, забавная, немного будто потерянная. Подростком я был трудным, вечно ввязывался в драки, конфликты. Поэтому бабушка была рада, что я езжу с твоей матерью. Говорила, что становился спокойнее. Не знаю, почему, но, кажется, это было правдой. А ещё иногда мне было стыдно за то, что я получаю то, что должно принадлежать тебе.

– Что? Подожди, ты о чём?

– Про внимание Светланы. Она не заменила мне родителей, но была тем человеком, который помог многое пережить и не свихнуться. Она боялась ездить одна, поэтому я составлял компанию. Ну и хотел увидеть тебя, хоть и признался себе в этом далеко не сразу.

– Ты приезжал? Мама приезжала ко мне? – переспросила я взволнованным шепотом.

– Да. Но мы не подходили близко. Светлана очень переживала, что если обнаружит себя, то всё испортит. Но ещё больше она боялась твоей ненависти.

– Я ведь тогда ни о чем не подозревала. Я даже не была уверена, жива ли она, – сказала я, уткнувшись взглядом в пол. – Какая там ненависть?

Илья замолчал. Взял меня за руку и я улыбнулась.

– Хорошо, что она вам помогла. Я не ревную, если что. Честно.

Сосед поцеловал меня в висок.

– Я рад, – сказал он и продолжил. – Когда у тебя был выпускной, мы снова приехали. Я с племянницей тогда уже в Москву уехал. Вика в школу там ходила, а я работал с сестрой. Светлана осталась совсем одна. Как-то раз она написала мне, спросила, не собираюсь ли я в тот город, где жила бабушка. Я приехал. Не хотелось оставлять её в такой день. И я хотел увидеть тебя. Очень хотел. Как ни пытался гнать от себя мысли о тебе – ничего не получилось. Ты надёжно засела в моей голове. Даже спустя годы – всегда была там. Я понимал, что влюблен в твой образ и тебя не знаю совершенно. Разве что из рассказов твоей матери о тебе маленькой. Но какой ты стала, я не имел представления. Какой ты стала и что любишь, чем живёшь…

– И вы видели меня? – с надеждой спросила я.

Я мечтала, что мама появится на моем выпускном. Обнимет, поздравит, постоит со мной хотя бы несколько минут. Поговорит. Но этого не произошло, и тогда я решила, что раз не сейчас, значит уже никогда она не найдет для меня места.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍– Да. Сидели в машине Темы, своей у меня тогда ещё не было, и он одолжил на пару дней. Видели, когда ты приехала с отцом. Как шла в школу в платье и была прекрасна. Видели, как оглядываешься по сторонам, словно ищешь кого-то. Светлана так хотела к тебе подойти, но так и не решилась, чтобы не омрачить такой важный день. Мы просидели там всю церемонию. А потом я чуть с ума не сошел, когда увидел тебя на улице с каким-то парнем, что обнимал тебя и ржал как конь, – возмущённо сказал он последнюю фразу, и тут же голос смягчился: – И ты смеялась.

– Как лошадь? – спросила я.

– Нееет, – протянул Илья.

– Мы тогда шампанское всеми классами распили. Без бокалов. Меня там только Женька мог обнимать. В тот момент у нас ещё всё было отлично. Его родители были там же. Тогда ещё оба.

– Да. Вы светились счастьем, твоя мама расчувствовалась, разревелась. Мы дождались, когда все уедут в кафе и вернулись к себе. Через полгода твоя мама уехала, а я тебя больше не видел. Пробовал забыть, не думать о тебе. Но, как видишь, получилось не очень. И когда друг позвал, я решил попытаться познакомиться с тобой. Узнать. И знаю, что зря не рассказал сразу, но не хотел начинать общение с такой темы. Боялся, что тогда наши пути разойдутся сразу.

– И как? Не разочаровался? – спросила я, вглядываясь в его лицо.

– Ни разу не разочаровался. Я люблю тебя, – сказал сосед, притянул меня к себе, крепко поцеловал. – И всегда любил.

– И я тебя люблю, – сказала негромко, отвечая на поцелуй.

– Илья, а как так получилось, что мама в Германии? Неужели она сошлась с тем человеком, что не помог ей тогда? – запоздало вспомнила я.

– Я же говорил, у них там всё сложно. Как я понял, этот мужчина попал в аварию и какое-то время провел в коме. Потом была долгая реабилитация после серьезной операции. Светлане отвечал кто-то другой. Что произошло потом, я не спрашивал. Но знаю, что он за ней приехал. Спустя годы.

– А как она сейчас?

– Вроде бы неплохо. Мы не общались долгое время, но она написала, спросила как дела. И я решил рассказать, что познакомился с тобой.

– Спасибо, что рассказал мне обо всем, – поблагодарила я, погладив его теплую руку. – Илюш, а сколько времени сейчас?

Приподнявшись, сунул руку в карман домашних брюк и достал телефон. Экран загорелся.

– Пять часов, значит. Есть ещё время поспать до работы. Сегодня напишу заявление, не хочу там больше работать. Надеюсь, не придётся отрабатывать две недели.

– В этом я тебя поддерживаю. Больные у тебя там сотрудники. Я поговорю с тем психом, что угрожал тебе. Говоришь, он живёт в том дворе, где и друг Жени?

– Я не уверена, но сказал, что где-то рядом. Не надо, Илья, он больше точно не полезет.

– Что значит не надо? – по тому, как напряглись его руки, было понятно, что он зол. – Какой-то урод будет угрожать моей девушке, а я останусь в стороне? Ну уж нет.

Он крепче прижал меня к себе.

– Ладно, спасибо, – поцеловала его в скулу, не удержалась, и запечатлела поцелуй на губах.

Вот что за человек? Рядом с ним невозможно сидеть просто так. Хочется его касаться. Постоянно. Говорить с ним, целовать. Все искрится от восторга и опьяняющей нежности, когда он рядом.

– А я поговорю с Ариной. Нашлась интригантка.

На мой телефон поступило сообщение.

Женя: «Спишь?»

– Илья, там Женька написал, я ему перезвонить должна, – подпрыгнула я и обернулась к соседу.

– Давай. Я тогда полежу. Сутки не спал, глаза закрываются.

– Хорошо.

Илья напоследок поцеловал в уголок губ и улёгся на диване, взбив подушку. Я побежала на кухню.

– Женька, ты как? Ты дома? Тебя отпустили? – начала спрашивать я, как только друг взял трубку.

– Привет, Поля. Стоп. Ты откуда знаешь? Кто тебе сказал?

– Ох, Женька. Знал бы ты, как мне стыдно перед тобой!

Друг слушал внимательно, не перебивал. А когда я закончила, неожиданно рассмеялся.

– Поля, кто бы мог подумать, что вокруг тебя такие интриги происходят. Санта-Барбара прямо. Тебе-то чего стыдиться? Не у тебя же в голове такие идеи родились.

– Ты не сердишься на меня?

– Конечно нет. Вообще не думай об этом. Ну и история. Я ещё удивился, откуда эти парни взялись. Мы вроде тихо сидели, никого не трогали. Хотели до магазина сходить, но они развязали драку. И почти сразу полиция приехала, как по заказу. Те трое сбежать попытались, один полицейского ударил. Вот нас всех и скрутили.

– Уже всех отпустили?

– Наших точно всех, а их не знаю. Я к другу вернулся, чтобы Любу не беспокоить. Сказал ей, что днём приеду домой.

Тогда я решилась рассказать про то, что с его невестой мы ездили ночью в больницу.

– Вот чёрт. Ладно, тогда я домой, она ведь там одна совсем. Спасибо, Поль, помчался я.

– Ага, давай. Ещё раз извини, что так вышло.

– Брось, всё нормально.

Мы попрощались, и я вернулась в спальню. Переоделась в пижамные шорты и майку, накрыла Илью пледом и легла рядом. Сосед тут же притянул меня к себе, поцеловал в висок и продолжил спать. Я думала, что теперь усну нескоро, но буквально через несколько минут стала засыпать, думая о маме и Илье, о том, как они жили рядом друг с другом.

Глава 25.

Утром я еле поднялась с кровати. Глаза открывала по очереди, то один, то другой, будто это могло помочь скорее проснуться. Илья спал очень крепко и так сладко, что я не стала его будить. Выбралась из его рук с третьей попытки. В первые две он просто возвращал меня обратно, и мне очень сложно было ему сопротивляться и вылезать из теплого плена.

Выпила кружку крепкого черного чая, собралась и на такси поехала в офис, чтобы ненароком не уснуть за рулём. Илья так и не проснулся, лишь пробормотал что-то невнятное.

Когда приехала на работу, включила компьютер. Дины ещё не было на месте. Возможно, мне показалось, но все будто поглядывали на меня как-то странно, провожали взглядом. Неприятное чувство. Я подошла к моей руководительнице, чтобы предупредить об увольнении и узнать, как тут это вообще происходит. Я ведь работала неофициально.

– Если не секрет, то почему уйти решила? Из-за Арины? Жалко её, конечно, но это не повод бросать хорошее место. Оставайся.

Я оглянулась и заметила на себе любопытные взгляды. Не показалось.

– В смысле жалко Арину? Что с ней?

– Как что? В больнице она, под машину вчера попала. Убежала расстроенная с праздника в какой-то бар, перебрала там, и вот. Недавно позвонила, рассказала, что пока в больнице и сегодня не придет, просила взять некоторые её дела на себя, – сказала она и деланно скучающим тоном продолжила: – Так что у вас там со Станиславом? Встречаетесь?

У меня чуть челюсть не отвисла от таких событий.

– Как она себя чувствует? И почему про Станислава спрашиваете? Мы не встречаемся и не планируем. Он просто хотел заставить Арину ревновать.

– Да все нормально с ней. Несколько ушибов, руку ободрала. Заживёт, – отмахнулась женщина. – Так значит, ничего нет между вами?

– Конечно нет. Ну так что, примите заявление?

– Так. Полина. Давай ты подумаешь до конца дня. Если точно решила, я приму заявление.

Меня всё это начало раздражать. Домыслы какие-то, условия. Разве так сложно принять бумажку?

– Всё понятно, – ответила я и ушла на своё место.

Взяла бумагу, ручку, заполнила заявление по форме и отправилась в кабинет начальника. Вдруг он на месте и не улетел на море? Несмотря на то, что случилось из-за Арины, мне ее было жаль. Хорошо, что всё относительно обошлось и она отделалась ушибами.

В приемной никого не оказалось, и я постучала в дверь кабинета начальника. Не дожидаясь ответа дернула ручку. Дверь поддалась, и я вошла внутрь. Станислав стоял у стола и копался в бумагах, куда-то торопился.

– Доброе утро, – поздоровалась я. – Станислав Николаевич, уделите мне пару минут.

– Полина? – удивлённо спросил он, вскинув голову и уставившись на меня. Под глазами образовались круги, а обычно улыбчивое лицо сейчас выглядело серым и хмурым. – Послушайте. Арина мне рассказала о том, что произошло ночью с вашим другом. Она извиняется и передаёт искренние сожаления, что все зашло так далеко. А сейчас мне нужно уйти.

Он опустил голову, сложил бумаги в сумку, застегнул её.  Да уж, замечательно. Будто он совсем не при делах.

– Подпишите, и я уйду, – сказала я, приблизившись.

Он раздражённо взглянул на бумагу, что я протянула, но все же взял. Пробежал глазами по тексту. Поджал губы.

– Понятно, – сказал он, склонился над столом и черкнул свою подпись. Посмотрел на меня внимательно. – Можете не отрабатывать. Идите домой, Полина. Вижу, ночка для всех выдалась тяжёлой. Заявление только передайте делопроизводителям в шестой кабинет. Расчёт в течение трёх дней переведут на карту.

Я обрадовалась, что не придется здесь задерживаться.

– Спасибо, – кивнула я.

– Всего доброго, Полина. Удачи на новом месте, – мимолётно улыбнулся Станислав и вышел со мной из кабинета.

– И вам всего хорошего.

Я сходила в отдел персонала и вернулась на рабочее место, где увидела Дину.

– Мать, ты как? – громко спросила она, развернувшись на стуле ко мне. – Мне уже поведали прекрасную историю ночных приключений. Как твой друг? Сильно ему досталось?

– Кто тебе рассказал? Не думала, что про это тоже всем известно.

– Арина с кем-то из девушек поделилась, и теперь об этом знают все. Дурдом на колесиках. Ты у нас, оказывается, такие интриги плетешь.

– Ага, плету, – невесело хмыкнула я и присела рядом с подругой. – Сама того не зная. В общем, я тут последние минуты и всё. Уже всех предупредила.

– Да ладно? – протянула Дина. – Правда? Ну, я бы тоже не захотела с такими людьми работать. Тем более, если есть выбор. А с кредитом что?

– Я думала об этом. Сумма осталась небольшая. К тому же, скоро учеба начнётся. Я хотела на другую форму обучения перевестись, но так и не определилась. А чтоб за жильё не платить, можно в квартиру бабушки вернуться, там по-прежнему никто не живёт. С папой мы вроде как начинаем снова общаться. Так что, все будет хорошо. Жаль только с тобой расставаться.

– Ты же не в другой город уезжаешь, всегда можем встретиться, созвониться. Будто это проблема.

Я улыбнулась. Больше меня в этом офисе ничего не держало.

– Ты права. Ладно, тогда я пошла.

Я попрощалась с Диной, крепко обняв. Чуть поболтала со знакомыми и вызвала такси. Домой ехала с чувством легкости и предвкушением встречи с Ильёй.

Когда я вышла из такси, то увидела Илью. Сердце радостно подпрыгнуло, а губы растянулись в счастливой улыбке. Он стоял у своей машины, говорил с кем-то по телефону и курил. Значит, не бросил. Я подошла со спины, оставшись незамеченной.

– Привет, – сказала я, обняв его за талию.

Он тут же погладил мои руки, сцепленные в замок на его животе, и развернулся в вполоборота.

– Привет, – улыбнулся и чмокнул в кончик носа. – Я честно бросаю и при тебе не курю. Но без тебя иногда бывает.

– Да ладно, мы ведь никуда не спешим. А ты чего так рано встал? Я специально не стала тебя будить, чтобы ты выспался.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Илья сходил до урны и вернулся ко мне.

– Не знаю, как я мог пропустить момент, когда ты уходила. Хотел отвезти на работу, а в итоге проснулся только полчаса назад. А ты уже всё, домой? Отпросилась?

– Нет, уволилась. Больше я там не работаю.

– Ну и хорошо. Кстати, говорил с твоим другом. Он мне в соц сети написал. Не я один хочу пообщаться с тем уродом, что к тебе лез.

– Ого. Оперативно вы. Ладно, не буду в это вмешиваться тогда.

Илья усмехнулся.

– Кстати, всё считал твоего друга мутным. Как-то на смене в такси заехал во двор, где часто можно увидеть тех, кто всякую дурь закупает. Подумал, что Женя с ними связан. А потом узнал, что к ним в компанию разные люди приходят в поисках подработки, самый разный контингент. И заказы бывают разные. В том числе и разгрузка мебели вот в таких местах. В общем, зря я на него так думал.

– Да ты что, Женька бы не стал такой ерундой заниматься. Но я рада, что ты и сам в этом убедился, – я улыбнулась и подняла к нему глаза. – Кстати. Ты меня безработную любить будешь?

– Буду, – засмеялся Илья. – Любую буду любить. Главное, чтоб ты со мной была и меня любила.

– И я буду. Даже не сомневайся.

Глава 26.

Весь день мы провели с Ильёй и даже на часик встретились в кафе с Женей и Любой. Девушка друга уже была в курсе ситуации, возникшей ночью и пару раз возмутилась, что ей ничего не рассказали. Но в итоге все же согласилась, что это могло оказать негативное влияние на её состояние. Ребята между собой поладили, и я была очень этому рада.

Вечером я осталась одна. Илья уехал на подработку, но обещал прийти ночью. Не успели попрощаться, а я уже скучала по нему. Но это даже хорошо, что сейчас я могу побыть одна.

Я уселась на диван, поставив коробку перед собой. Положила ладони на неё, словно пытаясь получиться подсказку, чего ждать, к чему готовиться. Моё воображение нарисовало волны тепла, исходящие от неё, согревающие руки. Тепло мамы. Она трогала эту картонку, что-то складывала туда, потом сама заклеила и подписала. Илья сказал, что она отдала её перед тем, как переехать в Германию. Специально нашла Илью, чтобы оставить у него. На случай, если больше не сможет вернуться. Если с ней что-то случится.

Я закусила губу и под громкие удары сердца разрезала серебристый скотч. Открыла и глубоко вдохнула. Внутри лежало множество конвертов, какие-то сувенирчики и, кажется, фотоальбом. А ещё толстая тетрадь. Я взяла её в руки и чуть не расплакалась. На обложке, в месте для подписи, маминым округлым почерком было выведено моё имя. Полина. Собравшись с духом, открыла первую страничку. Там всё было исписано крупными буквами.

«Моя любимая, удивительная девочка. Моя золотая малышка. Научилась говорить букву Р в один годик. Увидела по телевизору передачу про животных, где тигр напал на птицу и прибежала ко мне. Закричала звонко: «Мама! Котик мучает курочку!»

Всегда жалеет всех и переживает. Даже за свои игрушки беспокоится, если какой-нибудь обезьянке не хватит одеяла или подушки. Любит платьица и сумочки, а ещё вертеться перед зеркалом с бантом на трёх волосинках. Такая забавная. Добрая доченька».

Я прочитала пару страниц, посмеялась и погрустила. Ничего из тех событий и описаний я не помнила, но мама об этом мне рассказывала сама. Я обнимала её и просила вспомнить обо мне что-то интересное. Всегда было важно знать, какой она видит меня, какими видит мои действия. Всё очень остро отзывалось в душе. Я помнила мамины мягкие руки, взгляд, наполненный теплом, её запах. Как же хорошо, что она жива и у меня есть возможность ещё хотя бы раз посмотреть на неё, заговорить. Надеюсь, что ещё много раз.

Решила, что дочитаю записи обо мне позднее, а пока заглянула в письма. Первое было с года, когда мне было ещё десять.

«Дорогая доченька! Я очень по тебе соскучилась. Хочу скорее обнять крепко-крепко и больше не отпускать. Я не забыла о тебе, милая. Осталось ещё немного дел решить, и я сразу приеду за тобой. Я тебя очень люблю. Больше всего на свете. Твоя мама.»

Я опять расклеилась, представляя, как она писала эти строчки, находясь одна в том доме, куда меня однажды забрала. Как ей могло быть страшно и одиноко. Я открывала письма одно за другим. Некоторые совсем коротенькие, а другие объемные. Она рассказывала о том, как жила, как скучала, как работала и мечтала о встрече со мной. Писала об Илье, о Вике, об их бабушке и Тане. Хотела, чтобы мы обязательно познакомились и подружились. Я даже хмыкнула, прочитав о последнем. О да, с этим мы справились. Читала и вытирала лицо, мокрое от слёз.

Посмотрела фотографии, на которых в основном была я. На нескольких была мама, и даже Илья с Викой.

Это был вечер слез и светлой грусти. Потерянных надежд и времени, и ощущения нужности. Даже не прочитав и половины, я наткнулась на письмо, где был указан электронный адрес. Я включила ноутбук и зашла в почту. Ввела адрес почты и замерла. Что же написать? Столько всегда хотелось сказать, но ни одна мысль не могла оформиться в строки. Поэтому, набрав воздуха в лёгкие, написала просто:

Я: «Привет, мама. Как ты там?»

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Эпилог

Высокое окно, с обратной стороны которого яркими огоньками сияли гирлянды, отделяло нас от снежной стены. Белые хлопья нескончаемым потоком щедро засыпали дороги и здания, людей и транспорт, фонари. До нового года ещё почти месяц, а город уже переоделся в праздник. Завораживающая картина. Я сидела за столиком в уютном кафе с мягкими креслами, пила горячий ароматный чай с апельсином и корицей, и ждала остальных.

Скоро должны приехать Илья, Вика и мама с Александром. За последние месяцы все успели друг с другом познакомиться и пообщаться. Я волновалась, понимая, какую новость нужно будет сообщить.

Вообще-то, мы с Ильёй уже стали жить вместе. Не знаю, как это получилось. Я решила уехать со съемной квартиры и вернуться в квартиру бабушки, даже вещи туда перевезла, но вскоре обнаружила, что все чаще остаюсь у Ильи и что мои вещи медленно заполняют пространство его жилья. У Вики кончились летние каникулы и она вернулась к матери в Москву. Вот только сейчас у них в универе карантин, и она приехала сюда. Там ей скучно – сеть часто в работе, а здесь, помимо Ильи, с которым она выросла, ещё и первая любовь появилась. В любом случае, Вике мы всегда рады. Мы хорошо поладили, да и с моей мамой она общается прекрасно.

В Германию я не смогла полететь. Учеба, подработка, Илья… Мама предложила, что сама прилетит сюда, ссылаясь на то, что у её мужчины будет свободное время в конце ноября. Так и договорились.

А вот папа со своей семьёй слетал в отпуск. Когда они вернулись, мы наведались с Ильёй к ним в гости, и нас ждал очень теплый приём. Даша потом рассказала, что отец очень волновался перед встречей. Но всё прошло хорошо и после мы ещё не раз ездили к ним и вместе с ними на дачу.

Сегодня пары закончились пораньше и не нужно на подработку, поэтому я сразу пошла сюда. Вечер пятницы располагал к приятным посиделкам и дарил хорошее настроение в предвкушении выходных.

В проходе показался Илья, и я встала, чтобы обнять его.

– Привет, – негромко сказал в волосы, прижал к себе, обдав свежестью с запахом хвои.

– Привет, – поцеловала его губы, улыбаясь. – Готов?

Левая бровь на его лице забавно изогнулась.

– А ты нет? – спросил он и сел на диванчик рядом со мной.

– Всегда готова! – уверенно произнесла я.

– Умница.

– А где Вика? – удивилась я. – Думала, она едет с тобой.

Илья закатил глаза.

– В холле она, с парнем своим по телефону говорит. Все никак не наговорятся.

– Не ворчи. У них любовь на расстоянии, ничего ты не понимаешь.

– Да куда уж мне, – засмеялся Илья.

В этот момент я увидела маму с её мужчиной и Вику, которая плелась следом за ними, что-то сосредоточенно печатая в телефоне.

Я обняла маму, Вику, мужчины пожали руки. Это совершенно отличалось от нашей первой встречи, когда в кафе мы встретились вдвоём – я и мама. Мы обе не знали, как себя вести. Отводили глаза, держались на расстоянии и тайком разглядывали друг друга. Говорили мало, очевидно, заново привыкая находиться рядом. Лишь в конце той встречи я несмело взяла её за руку, а она притянула меня в объятия и обе разревелись.

Мы остались вдвоем на диванчике, остальные сели напротив. Вика взяла под руку мою маму и что-то ей возбуждённо рассказывала. Я не вникала в разговор, листала меню, а второй рукой легонько сжимала пальцы Ильи. Александр тоже изучал блюда, иногда советуясь с нами. Я хотела рассказать новость позднее, когда почувствую подходящий момент. Но у Ильи были другие планы.

– Спасибо всем, что пришли, – начал он, и мои глаза округлились. – Мы женимся.

Я бы засмеялась от того, как он это сказал, но вместо этого сидела с глупой улыбкой, пытаясь разгадать реакцию. У Вики челюсть отвисла, она даже телефон отложила. Глаза мамы подозрительно заблестели, а Александр покивал Илье и показал большой палец.

– Отлично, поздравляем! Это надо отметить, – сказал мужчина мамы. – Когда свадьба?

Мама, кажется, только осознала сказанное и бросилась нас обнимать. А Вика подозрительно посмотрела на Илью, и тихо спросила:

– Вы что, беременны?

– Что? Нет, – засмеялся Илья.

– Ну ладно. А то я думала, вдруг у меня брат или сестра появятся. Эх, – вздохнула она и тут же крикнула: – Поздравляю!

После этого все оживились, начали говорить о планах, церемонии и подготовке. Мы ещё ничего не продумали, только с примерной датой определились, но сейчас бурно обсуждали со всеми варианты.

Теперь оставалось рассказать только папе. С Женькой и Любой мы встретились пару дней назад и Люба просила сделать праздник летом, чтобы она тоже могла присутствовать. Их свадьба была в сентябре, а сейчас они уже знали, что родится девочка.

Я сидела в объятиях Ильи, смотрела на близких, искренне радующихся новости о нашей свадьбе и понимала, что счастлива. Всё в жизни встало на свои места и меня окружают только нужные, родные мне люди. И я верила, что и дальше у нас всё будет хорошо, что вместе мы справимся с любыми проблемами. И всё благодаря одному очень любимому человеку, в ярких, медовых глазах которого я вижу бесконечную заботу и любовь. Которого люблю всем сердцем, ни секунду не сомневаясь ни в нём, ни в себе. Соседу, который оказался совсем неслучайным.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Конец

Content

Неслучайный сосед
Кира Ланвин

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

Глава 18.

Глава 19.

Глава 20.

Глава 21.

Глава 22.

Глава 23.

Глава 24.

Глава 25.

Глава 26.

Эпилог