Сью Санна

Салон красоты мадам попаданки

Глава 1

— К сожалению, процесс старения кожи начинается уже после двадцати пяти, — начала я отработанную за долгие годы косметологической практики речь. А взяв в руки манипулы микротоков, нанесла контактный гель на тщательно очищенную кожу новой клиентки и украдкой зевнула, — и с этих самых пор женщины должны задуматься об уходе.

Вообще-то эту процедуру я проводить не любила. Но в первый, а значит самый важный визит, дама со странным именем Исида попросила меня сделать что-нибудь приятнорасслабляющее и рассказать о пользе посещения косметолога. Микротоки — вчерашний день, конечно, но в отличие от последних достижений современной индустрии красоты, приносят не только пользу, но и расслабление, поэтому для сеанса и знакомства я выбрала именно их.

— Какой кошмар! — неожиданно бурно отреагировала Исида, а вообще-то должна была уже понемногу расслабляться и внимать. — Как же трудно живётся женщинам в этом мире!

На вид ей было лет тридцать, и никаких сложностей жизни на лице не отображалось. К тому же, в кабинете звучал шум прибоя — что ещё надо человеку, чтобы желание задавать вопросы отпало?

— Не будем драматизировать, дорогая, — я продолжила лимфодренажный массаж, всё ещё надеясь погрузить клиентку в негу, — у вас прекрасная наследственность, и при правильном уходе к пластике не придётся прибегать лет до шестидесяти.

Надо признаться, что чесать языком одно и то же на протяжении десятичасового рабочего дня за эти годы мне порядком надоело даже при всей моей врождённой коммуникабельности, но! Бизнес есть бизнес. Свой прекрасный салон «Шелковистая нежность» я открыла совсем недавно, спустя долгие годы упорного труда на «тётю», и сейчас держалась за каждую новую посетительницу как за спасительницу.

— Это радует, конечно, но почему это всё происходит?

Да что ж у неё рот-то не закрывается?!

Мне нравилось наблюдать, как клиентки уплывают в нирвану, и все их мелкие морщинки разглаживаются, а не это вот всё. От нашего сеанса у Исиды должны остаться только позитивные эмоции и сияющая кожа — лишнее прочь. Что ж, придётся прибегнуть к тяжёлой артиллерии — заумностям.

— Понимаете, Исида, молодость до двадцати пяти сохраняется благодаря тому, что новые клетки — фибробласты — зарождаются в нижнем слое дермы раз в двадцать восемь дней, генерируя, так сказать, околоплодные воды, которые состоят из коллагена, эластина и гиалуроновой кислоты. Полностью сформировавшись, клетки начинают свой путь к поверхности — роговому слою кожи, постепенно старясь. А достигнув цели, к сожалению, отмирают и отшелушиваются, давая команду делиться новым клеткам. С годами скорость движения клетки замедляется, поэтому некоторые из них гибнут в межматриксе…

Исида всхрапнула, а я выдохнула с облегчением — это всегда работает безотказно. Теперь можно подумать и о своём. Например, о рекламе салона или переманивании новых мастеров с прошлой работы. Планов у меня громадьё, лишь бы получилось все воплотить в жизнь!

Оставшиеся тридцать минут процедуры я обдумывала: закупать фито-бочку или обойтись термоодеялом, пока ограничившись только обёртыванием? У какого поставщика брать одноразовую продукцию и стоит ли приобрести прессотерапию вдобавок к миостимуляции? Про завлекательные акции ещё подумала, надо бы сделать парочку.

Время пролетело незаметно, и, нанеся дремлющей Исиде оживляющую маску, я решила в оставшиеся пятнадцать минут сеанса промониторить цены на лазеры. Только достала телефон и вошла в браузер, как со стороны ресепшна раздались крики.

Это ещё что такое?

Мужской, неприятный и грубый голос врывался в наш уютный мирок, не жалея децибелов, на что моя клиентка во сне поморщилась! Ужас! Этого я допустить никак не могла и, убрав гаджет в карман, вылетела из кабинета.

Чем ближе я подходила к источнику шума, тем разборчивее становились выкрики.

— Как ты посмел меня порезать, косорукий прислужник?! — мужчина внушительных габаритов орал на съежившегося барбера Антошу, не стесняясь в выражениях. — Я прикажу тебе руки отрезать!

Что он мелет? Антошка у меня парень нежный, ранимый, творческий до глубины души. Надо срочно его спасать, пока он в обморок не упал.

— Что происходит, любезный? — строго спросила я у скандалиста, загораживая собой Антона.

Оскорблять своих сотрудников я никому не позволю. Даже вот таким страшнобрутальным самцам.

— А ты ещё кто такая?! Как смеешь со мной заговаривать?! Позовите своего хозяина, слуги!

Скандалист оглядел мою одетую в медицинский костюм фигуру с ног до головы и презрительно скривил, на первый взгляд, красивое лицо, сделав его отталкивающим. Мне даже показалось, что в его глазах мелькнули языки пламени. Ужасный мужчина.

Вроде бы зима, осеннее обострение должно попустить. Надо же так не повезло нарваться на психа…

— Я владелица этого салона. Не кричите, пожалуйста… — с душевнобольными надо разговаривать ровно и спокойно.

— Ты? — мужчина расхохотался. — Я не слепой! Я вижу, что ты такая же обслуга, как и этот смертник! — он кивнул мне за спину, явно указывая за Антошу.

Ну всё. С меня хватит! Я умею шипеть как змея, я способна замораживать льдом, как Снежная Королева, я страшна в гневе, когда меня выводят из себя. Ну он сейчас у меня получит!

— Выметайся из моего салона, хамло! — я наступала на мужика, совершенно не испытывая страха. — По-хорошему убирайся, а не то я сейчас полицию вызову!

— Смеешь мне угрожать, смертная? — не, он точно псих, полиция тут не поможет.

— Лена, Антоша, вызовите кто-нибудь скорую. Скажите, что у нас в салоне буйнопомешанный.

Но ни администратор, ни барбер, оставшиеся у меня за спиной, голоса не подали, зато неадекват вновь расхохотался.

— Ну всё, наглая служанка, ты нарвалась! — гадкий мужик поднял ладони, будто экстрасенс, и зашептал тарабарщину.

Вот тут мне впервые стало страшно. Я не верила, конечно, в битву экстрасенсов — там одни шарлатаны, но в сверхъестественное, к своему стыду, верила, а впадающий на твоих глазах в транс псих кого хочешь испугает. Трясущимися руками полезла в карман за телефоном в надежде успеть вызвать хоть какие-нибудь службы самостоятельно, поскольку мои сотрудники, видимо, давно пребывали в шоке, но, взяв гаджет в руки, увидела тёмный экран. Что такое? Несколько минут назад ведь работал, и батарея была полная… Что за чертовщина? Это добавило жути, заставив мороз пробежать по коже.

Оглянулась на своих и с ужасом поняла, что они стоят, как замороженные: не двигаясь и уставившись пустыми взглядами в одну точку — зомби, ни дать, ни взять!

— Что вы делаете?! Немедленно прекратите это! — я хотела закричать громко и грозно, а получился какой-то сдавленный хрип.

— Луций, дорогой, нет! — тут в коридор выбежала моя клиентка прямо с маской на лице и кинулась к мужику.

— Да, Ис, не спорь со мной! Я научу эту низшую почтению! — я ещё успела подумать о том, что Исиде крупно не повезло с мужем, а дальше уши заполнил противный гул, глаза ослепила вспышка, и я провалилась в небытие.

Глава 2

— Дариночка Дмитриевна, голубушка, ну что же вы так неосторожно-то? — смутно знакомый голос жужжал где-то над ухом. — Не нужно было спорить с Луцием, мой… скажем так, муж всё-таки верховный…

А, точно! Это голос моей новой клиентки Исиды. Но почему я не чувствую тела? Что со мной? Мысли в голове ворочались, словно угодившие в варенье мухи, путаясь и всё глубже завязая в липком сиропе. Они ещё пытались цепляться за странные поговорки типа «нет тела — нет дела» остатками сил, но получалось из рук вон плохо…

— демон! — продолжала Исида.

Бред какой-то. Я с трудом разлепила глаза и тут же их закрыла. Лучше бы даже не открывала, потому что увиденное было странным: склонившееся надо мной неведомое существо лишь смутно напоминало давешнюю милую молодую клиентку. Очень смутно. Пожалуй, только носом и овалом лица, а вот всё остальное явно человеку принадлежать не могло. Не бывает людей с рогами и клыками, а глаза у них, то есть у нас, не светятся красным светом.

— Я еле-еле успела вас, отчаянная моя, перехватить и сменить направление портала.

Боже, о чём она и с кем сейчас вообще разговаривает? Какой портал?

Я опять открыла глаза — картинка не изменилась. Рогатая и клыкастая. пусть будет демоница. очень участливо сверкала на меня глазами. Попыталась спросить у неё, что происходит, но язык не ворочался, а горло издало лишь какой-то вымученный сип.

— Не обессудьте, милая, сделала, что смогла. В этом мире хоть рабство не узаконено, а так-то муж собирался отправить вас в очень страшное место, — Исида, а что-то мне подсказывало, что это всё же именно она, неопределённо покрутила рукой в сером пространстве, в котором покачивалась лодка.

Стоп. Лодка? Какая ещё лодка?! Как я в ней оказалась?!

Но, вопреки здравому смыслу, постепенно возвращавшаяся ко мне чувствительность и зрение подсказали, что я лежу на твёрдом полу чего-то плывущего, а справа и слева от меня деревянные борта — соответственно, это лодка.

Тем временем Исида продолжила:

— Да и вообще, во всём надо находить плюсы, не находите, Дариночка Дмитриевна? Например, в нашем случае ваше тело омолодилось без всякой косметологии, благодаря тому, что в сорок лет, которые вы разменяли в этом году на Земле, здесь, на Элмезе, старение ещё даже не начинается! Не прелесть разве?

Демоница нервно хохотнула, а я, наконец, смогла выдавить из себя хриплый шёпот:

— Я что, умерла? Элмез — это загробный мир?

Что я несу? Я что, ей верю?

— Нет-нет, что вы! Наоборот. Вы получили новую жизнь, счастливица вы моя. В уникальном мире, который называется Элмез. Он немного иной, конечно, — мне послышались в её голосе виноватые нотки, — но я в вас верю! Вы женщина умная, хваткая, устроитесь как-нибудь, а мне надо бежать, пока верховный не заподозрил неладное…

Что-то мне мой бред совсем не нравился, особенно когда всплыло воспоминание, как тот самый её муж, который псих Луций, что-то шепчет, задрав руки.

— Погодите, Исида, — я попыталась подняться, но только пару раз нелепо дёрнулась, как земляной червяк на асфальте, — что со мной? Почему я не могу нормально двигаться?

— Скоро всё придёт в норму, не переживайте, дорогуша, это просто тело перестраивается,

— беззаботно проговорила демоница, явно пытаясь меня успокоить.

Только вот мне легче совсем не стало. Они с муженьком меня парализовали?

— В каком смысле? Вы можете объяснить, что случилось, нормальным, человеческим языком.

— А! Да! Хорошо, что напомнили, умница моя! — Исида шлёпнула себя когтистой рукой по лбу. — А то я чуть не забыла! Язык же местный надо дать!

Моя типа «благодетельница» резко вскинула руку и дала мне. оплеуху! Натуральную магическую оплеуху. Просто, при казалось бы, лёгком ударе раздался треск и полетели искры. От пронзившей голову резкой вспышки боли я невольно охнула, а Исида, улыбнувшись на прощанье, исчезла.

Совершенно внезапно я оказалась одна, бесконечно растерянная и не понимающая ничего, кроме того, что моя лодка с громким всплеском плюхнулась в воду. Это окатившие с ног до головы непослушное тело брызги заставили догадаться об этом, а ещё они помогли немного прийти в себя. Неприятное ощущение липнущей к телу мокрой одежды упорно сигнализировало, что происходящая дичь — реальна, но я пока была не готова с этим смириться.

Тем временем хлипкое судёнышко, увлекаемое течением, куда-то поплыло, набирая скорость, а буквально через пару минут до меня донёсся страшный гул и грохот. Сердце дрогнуло в страхе от ужасной догадки — именно такие звуки издаёт водопад. Я их уже слышала, когда посещала в прошлом году Ниагарский.

Надо что-то делать!

Приложив неимоверные усилия к тому, чтобы заставить непослушные мышцы работать, я, наконец, села и огляделась.

Открывшаяся картина не порадовала. Наоборот, лишь подтвердила страшную догадку — лодка неслась к обрыву, но это были ещё не все новости. Мой новый бирюзовый рабочий костюмчик пятидесятого размера съехал с плеча ниже локтя и вообще болтался на мне, как на вешалке, вместе с бюстгальтером, про брюки можно лишь догадываться — и это пугало. Я не могла похудеть примерно на шесть размеров так резко — творилась необъяснимая мистика.

А ещё когда я приняла вертикальное положение, с меня посыпались диковинные цветы, и теперь они укрывали дно лодки. Но и это не самое впечатляющее.

Окружающий мир был точно не наш. Я не слышала, чтобы на Земле была хоть одна нежно-сиреневая река с синими берегами, вдоль которых растёт красная трава и высокие деревья с пышными белыми кронами. И вот тогда я лишилась последней надежды на розыгрыш со стороны странной супружеской пары. До этого где-то в душе ещё теплилась надежда на то, что эксцентричные богатеи меня усыпили и организовали костюмированную постановку, чтобы проучить, но теперь она испарилась.

Мамочки! Я попаданка!

И так меня поразило окончательное осознание этой истины, что я даже не подумала выпрыгнуть из лодки, чтобы ухватиться хоть за тот же камень, мимо которого пронеслось судёнышко, едва не налетев, а обречённо вместе с ним рухнула в пропасть, успев вцепиться до побелевших костяшек в хлипкие борта своей посудины.

Готовясь к удару об воду, я, зажмурившись, так завизжала, что у самой уши заложило. Но его не случилось. Глотку можно было не рвать, а просто продолжать молча трястись в ужасе. Потому что, пролетев несколько долгих мгновений в свободном падении, моё суденышко начало замедляться, как будто его подхватили, и очень плавно опустилось на воду. Сердце стучало где-то в горле, готовясь выпрыгнуть, а намокшую одежду пропитал ещё и липкий пот. Я с невероятной опаской приоткрыла один глаз, а потом и другой.

Вокруг было потрясающе, чужеродно прекрасно, и я бы обязательно восхитилась, если бы не пребывала в шоковой прострации, потому что на волнах огромного сиреневого водоёма покачивались и другие лодки, в которых…

В которых, усыпанные цветами, лежали неподвижные люди. Что-то мне подсказывало — мёртвые. Меня не пугали покойники, я же медик всё-таки. Меня страшила смерть, витающая вокруг. От этого слабели руки, и дрожь пробивала все нутро, но не успела я это осмыслить, как вдруг, будто по мановению волшебной палочки, водопад отключился. Вот просто раз, и тонны воды замерли, прекратив свое падение, вопреки всем законам физики, а из скрывавшейся за ним пещеры на раздутых парусах стремительно вылетел огромный корабль.

Суетящиеся на его палубе матросы, обязанности которых исполняли неведомые мне существа, огромными баграми цепляли лодки и подтягивали к бортам. Кошмар!

Существа были по-настоящему ужасны! Зачем они это делают? Что делать сейчас мне? Господи! Замерев, я взмолилась, чтобы монстры меня не заметили, и, видимо, кто-то из богов меня услышал, потому что мозг, словно по щелчку, отключился, отдав бразды правления инстинкту самосохранения. Поддавшись ему, я рухнула на дно посудины и, присыпав себя цветами, сложила руки на груди, стараясь не дышать.

Глава 3

Не дышать выходило отвратительно. Я чувствовала, как от моих стараний в висках стучит кровь. А от недостатка кислорода начинает кружиться голова. Эта карусель мне совершенно не нравилась. К горлу подступила тошнота — сглотнула горький комок. Но всё напрасно. Дурацкие цветы всё равно вздымались на моей груди, грозясь выдать с потрохами. Вспомнила всё, что знала о медитативных практиках, и попыталась сделать, как учили: короткий вдох и длинный выдох струйкой. Фиг бы я в нормальном состоянии додумалась до этого. Но тут повезло. Недаром говорят, что в шоке открываются скрытые резервы.

Резкий рывок заставил меня замереть на выдохе. Кажется, мою лодку подцепили багром и теперь подтягивают к борту. Это послужило спусковым механизмом и помогло погрузиться в транс, который был сейчас жизненно необходим. Слава богу! Хоть мысли и метались в голове как бешеные стрекозы, тело оставалось неподвижным.

Мне нельзя выдавать себя. Я не знаю, как аборигены отреагируют на моё присутствие.

Что они сделают, когда обнаружат, что я несколько отличаюсь от других пассажиров лодок? Лучше всего затаиться. Может, прикинувшись мёртвой, мне удастся что-то прояснить, пока притворство не раскрыли?

Отчётливо ощутила момент, когда лодку притянули к борту корабля — она об него ударилась. Вместе с ударом трепыхнулось сердце. Как её подняли — тоже прочувствовала: сопровождающие этот процесс выражения, данный мне Исидой переводчик, перевёл как нецензурную брань. А потом, также матерясь, матросы затолкали посудину в какое-то помещение и оставили. Я продолжала верить, что хоть что-то прояснится, но монстры пока не сказали ничего полезного.

А ещё к мозгу вернулось желание порассуждать. Он принялся усиленно вспоминать, ассоциировать и предполагать, куда именно я попала, подсовывая картинки из прожитой жизни. Такие похороны я видела в фильмах: лодки назывались дракары, а отправившихся на них в свой последний путь умерших ярлов, кажется, ещё и сжигали… Вроде бы так хоронили викингов. Исида отправила меня в Валгаллу? Меня сейчас ещё и огнём обработают? Сердце опять застучало, как ненормальное, но я вовремя вспомнила, что демоница говорила про какой-то Элмез, и попыталась успокоиться.

Вовремя!

Сначала послышалась ругань и топот ног, а потом и моя лодка дрогнула от того, что рядом уронили что-то тяжёлое. Судя по всему — очередной улов.

— Осторожнее, Глох, держи крепче! Не видишь, она и без тебя скоро развалится! На луцевом рынке и так кризис после войны в Лимбосе. Осторожнее давай.

— Чтоб им! — с жаром поддержал неведомый Глох, а я навострила уши. — Бездушные вообще упали в цене, а мне так нужны элимы!

— Всем нужны, — проворчал его собеседник, — поэтому давай-таки аккуратнее. Некроманты-стервятники баб больше ценят, даже старых, возможно, и эту купят.

— Надеюсь, Мырх, надеюсь, хотя сомневаюсь на счёт этой… — монстр что-то пнул и сделал пару шагов. — А вон за эту красотку мы получим кучу бабла.

Клянусь, я себя красоткой никогда не считала, но почему-то сразу поняла, что речь идёт обо мне. И не ошиблась. Второй монстр, сделав несколько тяжёлых шагов, присоединился к первому, и они застыли над моей лодкой, ну или гробом — я тут же принялась вновь про себя молиться…

— Да, ты прав, хороша. Интересно, из какого она мира? Одежда странная такая.

— Да какая разница? Главное, смотри, какая свежая, с руками оторвут! — Я чувствовала себя курицей на прилавке, и меня опять замутило. — На таких всегда есть спрос.

— Согласен, может, благодаря одной этой бездушной весь поход окупится, Мыгх. У моей Брыды всего месяц остался до дня определения.

— Ой, да не ной! — Монстры развернулись и потопали к выходу. — Даже если не успеешь, вам дадут отсрочку. Думаешь, твоя Брыда нужна альфам?

— Че-го? Хочешь сказать, что моя Брыда недостаточно хороша? Да я тебе…

Голоса отдалялись, пока совсем не стихли.

Что я поняла? Ни хре-на! Вообще ничего, кроме того, что наши тела команда собирается продавать на рынке оптом и в розницу некромантам-стервятникам. Это, интересно, они их так обзывают, или те на самом деле оборотни? Про альф ещё каких-то говорили. Офигенная перспектива.

Теперь меня колотило уже по нескольким причинам: от отпустившего после ухода матросов напряжения, осознания, что я попала в этот мир в качестве трупа, и от того что я совсем не знала, что делать.

Выждав десять минут, в которые больше в трюм с гробами — будем называть вещи своими именами — никто не заходил, я, наконец, решилась на вылазку. Как ни странно, в голову полезли мысли о моём новеньком любимом салоне, оставленном на Земле, о сотрудниках — что с ними теперь будет? О том, как я правильно сделала, что вовремя развелась с Серёжей, не родив детей, и про то, что, слава богу, не успела взять кошку. Они, эти неуместные сейчас мысли, грозились загнать меня в истерику, но я понимала, что пока этого делать категорически нельзя — на кону жизнь. Я обязательно поплачу и поору, но только когда окажусь в относительной безопасности. Я чувствую своё тело, моё серое вещество усиленно работает, сердце бьётся — значит, я жива, и следует это состояние сохранить.

Внутренне собравшись и прикусив щёку, я с трудом выбралась из своей цветочной колыбели — мышцы еще плохо слушались. Корабль качало из стороны в сторону, ну и меня вместе с ним. Едва успела подхватить падающие штаны — чёрт! Чуть в них не запуталась! — с трудом нашла точку опоры и привалилась к стене. Завязала резинку на талии потуже и побежала на цыпочках к выходу. То, что верх костюма еле держится на одном плече, было уже радостью, его я так и оставила болтаться.

Дверь открыла беззвучно — не знаю, как мне удалось это сделать трясущимися руками. Осторожно выглянув в коридор — или как он там называется по-морскому? — поняла, что корабль вернулся туда, откуда выплыл — в тайный проход между скалами, за водопадом. Вокруг стояла кромешная тьма, и только звук падающей воды неприятно бил по нервам. Это заставляло тонкие волоски шевелиться. Жуткое ощущение, честно говоря. Непривычное. Неконтролируемая дрожь содрогнула моё тело, заставив на миг впасть в ступор. Я просто не могла решить, что делать: вернуться в лодку и выжидать дальше или рискнуть пробежаться по своему временному пристанищу?

Внезапная яркая вспышка, осветившая пространство, всё определила за меня. Она показала, что палуба абсолютно пуста, и лишь на капитанском мостике кто-то раскачивается, стоя ко мне спиной и занятый своим делом. Я пришла к окончательному выводу: нужна разведка.

Сделала первый робкий шаг. Потом второй, смелее, по стеночке, на ощупь, пригнувшись, стала пробираться вперёд. В тот момент мне больше всего хотелось покинуть судно, оказаться где-нибудь в безопасном месте и в одиночестве всё обдумать. Мне просто был нужен план! Я люблю планы! Я их всегда любила! Чёткие, спокойные и взвешенные рассуждения — вот что сейчас мне было необходимо, как воздух. Поэтому я приложила к достижению цели все усилия…

До борта корабля добралась на четвереньках, а потом осторожно по нему поднялась. Глаза немного привыкли к темноте и уже угадывали очертания предметов. Проклятье! Скалы совсем близко, буквально в двадцати сантиметрах. Я не понимала, каким чудом корабль их не задевал, а уж о том, чтобы выпрыгнуть в эту узкую щель и выжить, не могло быть и речи.

Мысленно выругалась самыми грязными словами и тенью заскользила дальше — вдруг удастся нырнуть с кормы? Отчаиваться я не собиралась.

Внезапно путь мне преградил разливающийся из окна какого-то помещения свет, а через миг донеслись и голоса.

— Ха! Вот тебе дубль и тройка!

— Да ты мухлюешь, Шерд! Признайся, ел корень жрыха? — некоторые слова мой переводчик идентифицировать не мог, видимо аналог не находился, но я догадалась что матросы играют в какую-то азартную игру.

— Не жрыха я не ел! Бабки гони!

— Ты без элима меня оставил, прохвост!

— Я не виноват, что ты не видишь берегов.

— А ты их видишь? — голоса у монстров были им под стать. Такие же противные и грубые.

— Кстати, о берегах. Через полчаса причаливаем, айда по местам.

В каюте матросов было несколько, но сколько именно, можно лишь гадать. Я осторожно попятилась подальше от этого места и вдруг спиной наткнулась на что-то большое и тёплое. Живое!

— А-а-а! — заорала, подпрыгивая и разворачиваясь в полёте на сто восемьдесят градусов.

— А-а-а! — вторила мне басом вставшая на пути преграда.

В тот же миг дверь, где кучковались матросы, с грохотом распахнулась, и они высыпали в коридор, держа в руках зажжённые фонари. Вокруг в одночасье сделалось светло…

— Луцевы копыта! Бездушная! — с придыханием выдал кто-то первым, и понеслось.

— Кто поднял бездушную?

— На судне стервятник?

— Она не ледяная, клянусь рогами Луция! У неё кожа на ощупь, как у живой! — это верещал тот, на кого я налетела.

Удивительно, но зеленоватые в свете фонарей матросы испугались меня ещё сильнее, чем я их, и истерили, как бабы на базаре.

Это подействовало странным образом — я немного успокоилась, и сердце забилось ровнее. А то до этого я уж думала в обморок грохнуться. Хорошо, не успела. Теперь у меня хоть появилась возможность разглядеть жителей Элмеза вблизи. М-да. Не повезло мне, если они все так выглядят. Про личную жизнь можно сразу забыть…

Выпирающая нижняя челюсть с выдающимися клыками, маленькие глазки, сплющенный нос, огромный рост… Я бы назвала их орками. Именно такими я себе их и представляла, ну а уж кто они на самом деле — не знаю. Но выглядели создания совсем не привлекательно, хоть и украшали себя тоннами побрякушек. Их уши, ноздри, лапы, волосы — всё звенело металлическими прибамбасами, которые явно были призваны сделать владельца первым красавцем, но с миссией не справлялись.

Тем временем мужики продолжали голосить, строя предположения и планы на мой счёт.

— Может, её по ошибке отправили в лимбовы воды, а девка-то не до конца окочурилась?

— Думай, что несёшь, Дышт! Так не бывает!

— Как не бывает? Вот же она — живая! — самый отчаянный ткнул пальцем мне в предплечье и тут же отскочил. — Как есть живехонькая!

— А давайте её того… дубинкой тюкнем и положим тихонько обратно, — внёс деловое предложение самый «умный», и остальные всерьёз над ним задумались.

Э-э-э, нет! Так дело не пойдёт, нельзя меня тюкать! Пора вмешаться.

— Меня к вам отправила Исида! Она будет гневаться, если мне навредят! — заявила я громко и грозно.

— Говорящая! Она говорящая! Я ещё не видел говорящих бездушных…

Моё заявление повергло зелёных в новый шок.

— Что теперь будет?

— Как такое возможно?

— Да какая она бездушная? Это живая человечка!

— Луций её побери!

— Грядёт конец света!

— Мы все умрём! А-а-а!

— А я говорю, надо её прибить…

Истерия набирала обороты: матросы перебивали друг друга, да я и сама была близка к панике, отчаянно просчитывая, успею ли добежать до кормы, как вдруг…

— Что происходит, что за шум? — грозный голос прервал споры одним махом, и в свет фонарей шагнула массивная фигура, укутанная с ног до головы плащом с глубоким капюшоном.

Глава 4

— Капитан Альтзаир, мой капитан! Бездушная оказалась не бездушная! А ещё она говорящая! — доложил самый смелый из зелёных, вообще как-то не по земному уставу.

Но, видимо, в этом мире так принято. Потому что тёмная фигура этим удовлетворилась и стремительно метнулась ко мне, выбросив из-под плаща руку… хотя нет, какая это рука? Лапу! Мохнатую, когтистую лапу! И схватила меня ею прямо за шею!

Я тут же вцепилась в жуткую конечность обеими руками, пытаясь её от себя оторвать. Очень хотелось вернуть возможность снова вдыхать воздух.

— Меня прислала Исида! Нельзя меня убивать! — захрипела отчаянно.

Повторяюсь, конечно, но вроде это работает, так что не грех.

Попыталась для убедительности ещё заглянуть под капюшон, чтобы пронять капитана жалобными глазами, но…

Оттуда сверкнули лишь две светящиеся жёлтые точки.

Стало ли мне ещё страшнее? Не то слово! Безумно страшнее! Не просто страшнее, а прямо жутко стало. Что это за тварь такая управляет кораблём?

На лбу выступила испарина, в горле пересохло, но не в моём характере сдаваться. Я приготовилась дорого продать свою жизнь и, если что, даже кусаться.

Однако капитан душить меня, видимо, пока не планировал. Кровь в висках отмеряла удары, но смерть не наступала.

Пульс, что ли, проверял так? Возможно. Метод пугающий, но известный.

Хватка ослабла.

— Мрых, отправь молнию в Ракад, прямиком в совет альф, пусть они сами решают, что с ней делать, — проговорил капитан бесстрастно, даже не повернув голову в сторону того самого Мрыха, и, перехватив меня за шкирку, как какого-то котенка, потащил в неизвестном направлении.

Жалко, что не за борт, может быть, я бы выплыла, так-то я неплохо плаваю. Но и, слава богу, что не в трюм к лодкам — это бы было совсем не весело. К великому счастью, туда он меня возвращать не стал, а втолкнул в какую-то каюту и тут же ушёл, заперев дверь. Я проверила — замок не поддался.

Оставшись одна, рухнула на стоящий у заваленного бумагами стола грубый деревянный стул и закрыла лицо руками, пытаясь пальцами загнать слёзы обратно.

Ну что, Дарина, разведала? Много выяснила? Молодец. Только не плакать, не реветь!

Поморгала ещё сильно-сильно, чтобы смахнуть слезы, а потом сделала контрольный щипок руки… Надежда-то умирает последней. Вдруг проснусь? Зашипела от боли, в очередной раз не дождавшись чуда, и, с трудом отогнав подступавшую истерику, попыталась порассуждать здраво, разглядывая обстановку.

Что ж, тут мне повезло. Каюта явно принадлежала жуткому капитану. На столе валялись книги, бумаги и какие-то приборы. Ну хоть что-то! Можно проверить, входит ли в функции встроенного в меня переводчика умение читать.

Трясущимися руками подхватила одну из бумаг. Это оказалась карта. Пощупала — похоже, нарисована она на коже, страшно даже представлять на чьей. А потом принялась разглядывать изображения и символы.

Новость первая — читать я умею. Слава Исиде, кем бы она ни была. Новость вторая — на этой карте, которая подписана как «Карта мира», всего один континент. Огромный, с морями внутри него, реками, озёрами и горами, но всего один. Уж не знаю, как это возможно, но я в географии не сильна, так что приняла на веру. Новость третья — Ракад

— столица огромного государства, которое выделено на карте красным и занимает две трети всей суши. Не знаю, что это значит, но надеюсь, что раз страна огромная, значит, продвинутая. Новость четвёртая — пока изучала мир, окно каюты внезапно впустило в помещение дневной свет. Похоже, мы выбрались из тоннеля. Задумалась: продолжать бояться или уже бессмысленно?

Организм к стрессу к этому моменту немного адаптировался, и бояться мне начало надоедать. Я, вообще-то, обычно раньше как-то самоустранялась в случаях больших потрясений и наблюдала за происходящим как бы со стороны. Не истерила, не паниковала, а, напротив, в таких ситуациях начинала очень чётко и холодно всё анализировать, взвешивать и искать пути выхода. Потом, конечно, когда всё оставалось позади, меня догонял откат: непрошенные и внезапные слёзы, ночные кошмары, печаль-тоска и поедание вкусностей… но эмоции были уже не острые, а притуплённые, утратившие глубину за сроком давности. С такими можно жить. Так реагировала моя психика на всё, что её пыталось пошатнуть. Вот и сейчас я начала входить в привычное состояние и приказала себе собраться.

Как раз кстати. Дверь в каюту распахнулась, и из-под капюшона безликой фигуры капитана прозвучало короткое:

— На выход.

Задрав подбородок, я расправила плечи и, подчинившись приказу, отправилась на палубу.

Мы причаливали в порту огромного диковинного города. Открывшийся с моря вид потрясал нереальностью, но я смотрела на него, как на кадр красочного фильма: восхищённо подмечая детали и отдавая должное создателю этой яркой картинки.

Город приютился в бухте, защищённый грядой высоких красных гор. Мне со своего места было не разглядеть, почему именно в такой цвет они были окрашены: то ли растительность их наделяла огненным колером, то ли порода. Но на их фоне пёстрый город смотрелся впечатляюще. Он оказался разделён на чёткие цветные сектора с явными красными прожилками-границами. Большой жёлтый сектор через жирную красную полосу соседствовал с зелёным, а тот — с коричневым, который передавал очередь синему… Очень красиво.

В голубом небе сияло яркое светило — точь-в-точь как наше Солнце, а ещё висело несколько напоминавших дирижабли конструкций. Обнадёживало, что на Элмезе развито воздухоплавание, значит, и канализация с водопроводом есть. наверное.

Окружавшая судно вода осталась по-прежнему сиреневой, только стала светлее.

Ну а причалы, да и сам порт вместе со снующими туда-сюда мелкими фигурками, были скучно-серыми. Хотя нет. Не скучно. Просто серыми. Ведь даже этот нейтральный цвет вписывался в общую картинку удивительно гармонично.

Наконец, корабль остановился. Мы пришвартовывались.

У причала судно поджидали несколько таких же, как и матросы, зелёных монстров, а ещё пара. хм-м. пусть будет гномов. Они принялись ловко вязать узлами скинутые с бортов канаты, наматывая их на столбы, и вскоре дело было сделано. Матросы спустили трап.

Всё, конец передышке.

Капитан, ухватив меня под локоть, не очень-то любезно потащил на сушу, не теряя времени даром. Да и чёрт с ним! Перед смертью не надышишься.

Сбежала по толстым деревяшкам, едва за ним поспевая, а как только ступила на набережную, тут же со всех сторон послышалось:

— Что это?

— Кто это?

— Как улов, Мрых?

— Смотрю, нормальный рейс был, эх.

— Бездушных теперь поднимают сразу на корабле? Во дела!

— Сколько стоит такая бездушная?

— Куплю на месте, почём отдаёшь?

— Странная какая! Где в таком виде хоронят?

Любопытные вопросы преследовали нас всю дорогу, пока капитан буксировал меня через порт, и разнообразием не отличались. Он на них никак не реагировал.

Зато я.

Я очень хорошо слышала, что аборигены принимают меня за вещь, и чувствовала на себе их липкие, оценивающие взгляды, заставлявшие ёжиться. Немного расслабиться смогла, лишь когда мы вышли на портовую площадь. Ненадолго.

Видимо, молния — понятия не имею, что это такое — до адресата дошла, потому что среди множества транспортных средств, которые я бы обозвала каретами, капитан выбрал одно и целенаправленно устремился к нему.

Наша карета была самой большой и впечатляющей: украшенной золотыми изображениями звериных голов и запряжённой, не побоюсь этого слова, динозаврами. Вернее рапторами… да-да, именно ими. Я примерно таких видела в музее палеонтологии… Жуть.

Но не вся.

Для того чтобы распахнуть дверь, капитану пришлось выпростать из-под плаща свою другую руку, чем очень сильно вновь меня впечатлил. Она была вполне себе человеческой. Мужской, большой, сильной, жилистой… Невольно кинула взгляд на ту руку, что сжимала мой локоть, потом обратно — нет, ошибки не было. У капитана была одна рука и одна лапа. Что-то про таких созданий я и фильмов не видела, и книг не читала. Куда же Исида меня забросила, чтоб ей так же весело жилось?!

Но не время паниковать.

Сцепила зубы и безропотно уселась в карету, приготовившись к тряске — видела я, как эти животные, или кто они там, передвигаются. В передаче «Прогулки с динозаврами».

Но и тут я ошиблась.

Карета внутри напоминала электричку-экспресс, ну или салон самолёта: отдельно стоящие восемь кресел в два ряда с ремнями безопасности и столик между ними. Да, точно не старинная карета. А двигалось это транспортное средство очень плавно и, кажется, не касаясь колёсами мостовой. Возможно, чудища летели. В окно я посмотреть не могла — его просто не было, так что приходилось гадать.

В голове у меня роилась масса вопросов, но я не решалась их задавать капитану, так как спинным мозгом чувствовала — не ответит, а возможно, зарычит. Проверять догадку не хотелось. Мне хватало наблюдения за тем, как он, положив звериную лапу на подлокотник, с лёгким скрежетом выпускает и втягивает когти. Спасибочки. Обойдусь без общения.

Путешествие заняло около получаса, за которые я успела немного переварить случившееся и прикинуть дальнейшую линию поведения. Исида сказала: «Рабства тут нет, ты женщина хваткая — выкрутишься». Что это значит? Я так понимаю, надо быть самой собой и никого не бояться. А на том собрании альф, куда меня сейчас везут, я просто обязана смело выступать в свою защиту и отстаивать права. Вся загвоздка в том, что я не знаю законов этого мира, придётся ориентироваться по обстановке.

В общем, к тому моменту, как мы прибыли, я была настроена весьма решительно и из транспорта выходила уверенно. Меня даже капитан с его капюшоном и одной лапой пугать перестали.

Правда, того, что меня ожидало, я совсем не предвидела…

Глава 5

Здание, к которому мы подъехали или подлетели, выглядело монументально, величественно и явно было старинным. Я ощутила его энергетику очень отчётливо: табун мурашек пронёсся по всему телу, и тонкие волоски зашевелились — а это знак. Я всегда реагировала подобным образом, когда я входила в намоленный храм, посещала древние развалины или сталкивалась с чем-то великим.

Боже, вид у меня для посещения такого грандиозного места явно был неподобающим. Но что тут поделаешь? Пришлось решительно задвинуть комплексы — не время им расцветать — и проследовать за капитаном, уже даже не морщась от его цепкой лапы на моём локте. Привыкаю.

Гулкий сводчатый холл, каменные высокие ступени, эхо наших шагов — всё направлено на то, чтобы я, да и любой сюда вошедший, согнулись под гнётом величия стен, но я же уже адаптировалась и не гнулась. Просто вертела головой по сторонам, восхищаясь талантом зодчего, и с трудом сдерживала восторженные охи.

Огромные двери перед нами распахнули два гнома в ливреях, впуская внутрь, где уже собрались весь цвет местного общества во главе с советом альф. Ну, это я позже догадалась, а тогда просто удивилась скоплению разношерстного народа.

— Открой лицо, Альтзаир, — голос отдавшего приказ отразился от стен и пронёсся эхом, сдёрнув капюшон с капитана.

И я, наконец, разглядела своего конвоира. Ну что ж. Однако, миленько и свежо. Такого я ещё не видела. Лицо существа по имени Альтзаир было под стать рукам: правая половина радовала гладкой кожей и красивым миндалевидным глазом, а вот левая. она тоже была красивой. По-звериному. Чёрные полосы на серой шерсти всегда казались мне самой удачной расцветкой у уличных котиков. Видимо, вся левая половина капитана была не человеческой. Неудивительно, что он прячет её под плащом, бедолага.

— Что заставило тебя послать молнию в совет альф? — спросил, видимо, председатель собрания, который выглядел как обычный мужчина.

Поправочка: обычный успешный, красивый, спортивный мужчина. Пожалуй, даже странно красивый. Пригляделась.

— Лимбово море в этот раз прислало нам живую человечку, альфа Доминус, — ответил капитан и уважительно склонил голову.

Почтенное собрание зашумело, все повскакивали с мест, а я разглядывала альф во все глаза. Потому что никакие они не обычные!

В первом ряду собрались, наверное, самые важные шишки и на брошенный мельком взгляд ничем не отличались от людей. Но если приглядеться… Пожалуй, они отличались какими-то излишне яркими чертами лица. Можно сказать — карикатурными, гротескными даже: у одного из них нос как натуральный клюв, у другого к внушительным габаритам прилагались чёрные глаза-пуговки — он мне напомнил медведя. Голову третьего при всей красоте лица портили огромные уши, как у большеухой лисы. Все, абсолютно все собравшиеся ассоциировались у меня с каким-то животным. Ненадолго задержала взгляд на красавчике с чертами волка — редкостный брутал. А вот председатель явно из семейства кошачьих… Тьфу на меня, но на него я просто залипла. Я ещё такой красоты не видела. Раскосые зелёные глаза, полуулыбка на пухлых губах, красивая щетина, мурлыкающий голос, грациозные движения.

Обалдеть!

— Чем докажешь? — мурлыкнул предмет моего восхищения, прекращая шум. — Мы все знаем твою склонность к авантюрам, Альт.

— Потрогайте.

Чего? Ещё чего?! Поспешила подтвердить слова капитана более простым способом.

— Не надо меня трогать! Меня послала к вам Исида! — выкрикнула я работающее заклинание и на всякий случай отступила от капитана.

Вдруг ему в голову придёт подтащить меня поближе к альфам, чтобы те всей толпой пощупали.

А собрание опять заволновалось.

— Ого! Она нас понимает и умеет говорить!

— Надо же, действительно живая человечка!

— Диво!

— Что с ней делать?

— Исида, которая наложница Луция? Хм-м, к чему бы это? — громко прервал галдёж мужчина из первого ряда, удивительно напоминавший круглыми глазами филина. — Что она хотела нам этим сказать?

А мне сказала, что жена. Видимо Исида, та ещё любительница приукрасить.

— Уверен, она прислала мне подарок. Главная наложница верховного демона, жреца Смерти, хочет, чтобы я сделал открытие века, — гаркнул неприятный мужчина с большим носом и несуразно маленькой головой.

Я сразу смекнула, что это стервятник. Очень похож. Весь его облик кричал — я люблю смерть!

— Нет! Исида мне приказала жить! — возразила я и стремительно вернулась к капитану, чтобы спрятаться за его спиной.

Теперь Альтзаир мне казался душкой и красавчиком.

— Грид, сядь, не думаю, что это для тебя, — мягко рыкнул председатель и обратился к капитану: — мы поняли тебя, половинчатый, и благодарим за службу.

— Нет. Мне не нужна благодарность, мне нужны элимы. Я доставил товар, хочу в обмен получить элимы. — Ты глянь какой корыстный гад! — Вам нужна эта человечка или нет? Если нет, я могу…

— Стоп! Нужна. Забираю за триста элимов, — выкрикнул стервятник, и у меня колени подкосились. — Уверен, что сделаю прорыв в науке и научу бездушных разговаривать, после того как проведу ряд исследований.

— Ты путаешь что-то, Грид, это живое создание, а наш закон гласит: убийство — грех, — возразил ему филин.

Нижайший ему поклон.

— Но что с ней тогда делать? Неужели она к нам послана, чтобы служить главной забавой в столичном доме расслабления?

А вот волк хоть и красавчик, но противный!

Какой ещё дом расслабления? Что-то мне ход их рассуждений не нравился.

— Я возьму её в наложницы, — подключился к дебатам маленький кругленький мужичок, напоминавший упитанную крысу. Ну или бобра.

Что происходит, вообще? Исида же говорила, что здесь нет рабства! А тем временем желающих сделать меня наложницей становилось больше. Ничего не понимаю!

— Чего это ты? Я тоже хочу её взять, — ушастый лис оскалился на грызуна.

— И я возьму, коли на то пошло.

Вау! Вот это честь! Сам председатель! Что б ему! Совсем сдурели?

Я выглядывала из-за капитана и отчаянно раздумывала, каким образом прекратить эту вакханалию.

— Доминус, ты обещал жениться на моей сестре! Тебе не положено брать новую наложницу, — волку планы котика вообще не понравились.

— Я ничего не обещал, Терас, ты опережаешь события, — лениво возразил председатель злому братцу только что брошенной невесты.

Страсти-то какие! И всё из-за какой-то меня. Что же делать?

— А я вообще готов жениться на ней.

Внезапно.

Тут во всеобщем бреде настала гробовая тишина и все посмотрели на сказавшего эти слова огромного мужчину с глазками-бусинками. Того, что напомнил мне медведя.

— На человечке? — уточнил председатель Доминус.

— Зачем?

Не то чтобы я собиралась замуж за медведя, но вопрос меня возмутил — что значит «зачем»? Мужик тут единственный почти нормальную, уважительную мысль выдал, а он ему «зачем»!

— Вы, видимо, забыли, что до раскола, когда на Элмезе ещё жили люди, у нас, оборотней, рождалось от них очень даже сильное потомство, а половинчатые были редким явлением…

Так вот кто они! Оборотни! До меня дошло. А уж потом — чи-иво-о-о?! Какое ещё потомство? Он хочет, чтобы я ему медвежат нарожала?! Сдуреть! У меня и людей-то не получилось родить, а тут.

— Тогда я тоже готов! — волк оглядел меня с ног до головы, а потом торжествующе глянул на Доминуса.

Вон как заботится о сестре, аж согласен положить себя на алтарь брака с совсем не понравившейся мной — в его глазах я видела только брезгливость и отвращение.

— Прошу тишины, достопочтимые альфы, — рыкнул до этого мурчащий председатель, — в таком случае устроим турнир.

— Минутку, — вновь взял слово филин, — вы все забыли, что у нас в государстве у граждан и гражданок есть права? Эту деву нам дало море, а что гласит закон? Правильно! Кто прибыл в Ракад морем, тот его подданный. И не важно: из другой он страны, или из другого мира.

Ну я прям фанат этого альфы-филина! Отличный мужик!

— На что ты намекаешь, Армин? Говори прямо!

— Данная нам морем человечка имеет право на день определения, как и все остальные жительницы государства.

Воцарилась задумчивая тишина.

— Бред, — нарушил её стервятник, — человечка не знает наших законов и не выживет без покровителя. У неё всего три пути: замуж, в гарем или в дом расслабления.

— А я готов её проконсультировать прямо сейчас, — опять проявил удивительную справедливость филин Армин, — как бы там ни было, человечка имеет право на выбор. А я, будучи главным судьёй, за соблюдением закона прослежу.

Ах, вот оно что! Армин — законник, а не сам по себе добрый. Ну и ладно, главное, честный.

— Что ж. Хорошо, — хлопнул ладонями по столешнице Доминус, тем самым сообщив, что принял решение, — пока мы будем выслушивать наших местных определившихся, у вас есть немного времени на подготовку. Займите места в последнем ряду.

— А мои элимы? — жадюга-капитан не оставлял надежды на мне разбогатеть.

— И ты займи место в последнем ряду, Альт. Всё решим.

Глава 6

Капитан подхватил меня под локоть и повёл меж рядов на самый последний. Собрание глазело, не стесняясь, да вот только и я не шла, потупив взор. Рассматривала их так же жадно, как и они меня. Что ж, во втором ряду сидели явно не альфы, а скорее, монстры, подобные капитану: у кого-то глаза, у кого-то уши, у кого-то конечности или волосяной покров не просто напоминали какое-то животное, как у собравшихся в первом ряду мужчин, а натуральным образом не являлись человеческими. Половинчатые — вспомнилось обращение председателя к Альтзаиру — вот кто они.

Шаги я делала неспешные, чтобы всех внимательно рассмотреть.

В третьем ряду собрались вообще не оборотни. Эти аборигены напомнили других сказочных созданий: бородатых и коренастых гномов; зелёных страшных орков, как я окрестила про себя матросов; феюнов — тонких и звонких мужиков с крыльями. Мой переводчик почему-то обозвал их именно так. Были и другие, которых мой мозг пока не мог идентифицировать.

А вот в следующих трёх рядах расположились дамы. Примерно в таком же порядке, как и мужчины. Сначала оборотницы высшего класса, или как их принято называть тут, не знаю. Они похожи на людей, но с небольшими нюансами. За ними сидели те, которым повезло меньше — у одной я разглядела над губой пышные усы, а у другой лежащий на локте хвост. Ну а в предпоследнем ряду жалкой кучкой ютились представительницы местных малых народов.

Что было у всех общего? Полное отсутствие следов работы над улучшением внешности. Простые причёски, естественный цвет волос и никакого макияжа — красота а ля нарурель в чистом виде. Это моему профессиональному взгляду человека, большую часть жизни проработавшему в индустрии красоты, бросилось в глаза сразу. Мозг отметил, отложил в коробочку и принялся делать выводы.

По расположению в зале собравшихся несложно было догадаться, что именно таким образом выглядит иерархия Элмеза: на вершине — мужчины альфы, у подножья — женщины, не оборотни. Взгрустнулось…

Но тут мы достигли самого последнего ряда, который пустовал, и разместились так, что я оказалась между капитаном и филином, и грустить стало некогда.

— Как вас зовут, мадмуазель? — для начала вежливо поинтересовался судья, а я вдруг поняла, что он первый, кто поинтересовался моим именем, и поэтому сочла нужным уточнить:

— Вообще-то, мадам. Я была замужем в своём мире.

— Оу! — не сдержался филин. — Жаль, что вы не настолько умны, чтобы решить об этом умолчать.

Капитан же на моё откровение нелюбезно хмыкнул.

— Не пытайся сбить цену отсутствием невинности, человечка. Меньше трёх сотен элимов меня не устроят.

— Я вам не товар, уважаемый! Я…

— Так, стоп, — прекратил разгорающуюся ссору судья, — сейчас мы здесь не для этого. Альт, мадам пока не понимает, что говорит.

— Так объясни ей поскорее, альфа Армин, — буркнул капитан и демонстративно от меня отвернулся, представив возможность любоваться звериной половиной морды.

Альфа филинов же участливо взял меня за руку:

— Готовы выслушать наши правила, мадам?

Филин поднял кустистую бровь над круглым глазом, напоминая, что я так и не представилась.

— Дарина, альфа, — как я поняла, к моему неожиданному союзнику надо обращаться именно так. — Меня зовут мадам Дарина, и я готова вас выслушать.

Руку я осторожно отняла и положила на колено.

— Что ж, мадам Дарина, поясню. Быть женщиной в нашем мире — почёт, опасность и дорогое удовольствие, поэтому никто из представительниц слабого пола не остаётся без нашей заботы и внимания.

Как-то в моей голове почёт и опасность не очень вязались, но я сделала сосредоточенное лицо, показывая, что заинтересована в продолжении. А тем временем, двери в зал заседаний распахнулись, и в них вошла девушка в сопровождении мужчины, оба явно оборотни из тех, кто попроще.

—..Мы не угнетаем своих женщин, но и не бросаем на произвол судьбы, а предоставляем выбор, — продолжал просвещать меня Армин. — Достигнув дня определения, женщина может: перейти под опеку мужа, принять опеку покровителя, примкнув к его гарему или доказать обществу, что может содержать себя сама, предъявив успешное дело со стабильным ежемесячным доходом.

Как удобненько они устроились! Недаром в женских рядах было так немногочисленно. Могу поспорить — мало кто выбрал путь бизнес-леди. Вот и пришедшая заявить об определении дамочка выбрала замужество, а её оборотень, высыпав в высокий сосуд, стоящий на возвышении у окна, груду монет, не теряя времени даром, вывел из зала заполученную невесту.

Им на смену вошла девушка, не оборотень, и кто именно — я не поняла, но явилась определяющаяся без сопровождения. И пока она не заявила о своём выборе, я решила уточнить:

— Ну а если ваша женщина не хочет ни в гарем, ни замуж, но и денег на бизнес у неё нет? Что тогда?

— Тогда заботу о ней берёт на себя государство, — охотно пояснил законник. — В свободное время она может делать что хочет, но в рабочее ей надлежит отрабатывать долг в общественных развлекательных домах.

За-ши-бись! Точно говоришь, нет рабства, Исида? Что б тебе!

И, как будто желая меня добить, пришедшая определяющаяся девушка сообщила, что жениха у неё нет, бизнес она не планирует, но готова примкнуть к чьему-либо гарему. Это нормально? Мне кажется — нет.

Но, видимо, не на Элмезе.

Альфы назначили ей день смотрин и отпустили. Довольная девица покинула зал чуть ли не вприпрыжку, а на смену ей вошла другая. Тоже не оборотень, и тоже в одиночестве.

— Что за долг? И возможно ли поменять решение, если вдруг надоело работать прости… общественным развлечением? — задала я вопрос, наблюдая за беспределом.

И пока филин отвечал, рассказывая, что государство выплачивает общественницам щедрое пособие, клиенты балуют подарками, а если вдруг кто-то захочет взять её замуж или в гарем и выплатит пошлину государству — то на здоровье, я слушала, с чем пожаловала симпатичная хрупкая девушка с кожей цвета кофе с молоком. Пожалуй, какая-нибудь фея или нимфа, или дриада на худой конец.

Эта посетительница собрания просила отсрочки с определением, поскольку жених бедолаги для того чтобы заплатить в казну выкуп, отправился на заработки и пока не вернулся. И тут развернулись вялые дебаты. Собрание что-то мямлило, заставляя просящую нервничать.

— Почему они просто не дадут девушке отсрочку? — поинтересовалась я у филина, когда мне стало невыносимо больно смотреть на её страдания. — Ведь ясно чего именно она хочет, а как я поняла, вы уважаете выбор, так почему ей его не предоставляют?

— Всё очень просто, мадам Дарина. Жених этой определяющейся не состоятелен, раз на выкуп до сих пор не накопил. Вряд ли он сможет обеспечить девушке достойную жизнь, поэтому наш долг её защитить и подсказать, как поступить будет правильнее.

Волна возмущения поднялась и ударила в голову, как цунами. Я набрала в лёгкие воздуха, чтобы сообщить филину и всем остальным, что думаю об их благодеяниях, но вовремя прикусила язык и вонзила в ладони ногти. Стоп, Дарина, не время для революций. Сейчас самое главное — выбить свободу для себя, а потом и остальными займёшься.

Успокоиться удалось с трудом. Пришлось даже до крови прикусить язык, но я с собой совладала. Долгие годы тренировок даром не прошли.

Прогибаться под кого-то мне, разумеется, в жизни доводилось, но делать этого я не любила с детства. Из-за своей бунтарской натуры долгое время нарывалась на неприятности. До тех пор, пока не научилась выжидать подходящего момента. Я столько лет стремилась к независимости и трудились над достижением этой цели… А теперь что? Опять вынуждена вернуться в исходную точку? Ну уж нет!

Пожалуй, это был мой тайный страх — потерять свободу воли и независимость. Но ведь разумным созданием на то и дана голова, чтобы со своими страхами бороться, а не для того чтобы в неё есть, правда? Я уже добилась своего один раз, добьюсь и во второй. По проторенной дороге идти проще, пусть она даже и пролегла в другом мире. Я не стану изобретать здесь велосипед, а буду делать то что умею… Хотя не стоит зарекаться, может, и велосипед придётся, если ещё не изобрели…

— Мне всё понятно. Благодарю за консультацию, — сквозь зубы выдала я Армину, наблюдая, как коричневенькая в слезах покинула зал.

Задумалась о своём и прослушала, что они там решили по её поводу.

— И к какому же выводу в отношении себя вы пришли, мадам Дарина?

— Бизнес. Я открою свой бизнес.

Капитан закашлялся, а глаза оборотня филина стали ещё круглее.

— Но как? У вас нет ни средств, ни знаний нашего мира! — воскликнул он. — Я бы советовал вам принять предложение о замужестве. Вы же видите, как вам повезло? У вас богатый выбор.

— Огромное вам спасибо, альфа, но я предпочитаю независимость. Не волнуйтесь, я выплыву, мне не впервой. Я должна сейчас буду что-то заплатить в казну?

— Нет, не сейчас. Вам дадут три месяца, чтобы доказать свою состоятельность. Но вы твёрдо уверены? Ведь за это время женихов может поубавиться.

— Я уверена, альфа Армин.

— Что ж, это ваше право, мадам Дарина.

— Ещё раз благодарю за помощь, мы можем идти, — не стала я оттягивать.

Визитёры как раз закончились, и председатель уже на нас пару раз обернулся.

Капитан скрипнул зубами, и его лапа оставила след на подлокотнике кресла. Видимо, он расстроился, что денег ему сегодня точно не видать.

Определения, которые мне довелось увидеть ранее, проходили буднично и длились недолго. Альфы и остальные члены собрания, которые во всём были с ними солидарны, принимали решения без огонька и задора, а вот на моё заявление отреагировали поживее… Оно, уверена, стало одним из ярчайших событий, произошедших в этих стенах за последнее время.

В общем, когда я вышла в середину зала и сообщила, что замуж ни за кого не пойду и служить развлечением не стану, а открою своё успешное дело, сначала наступила гробовая тишина, а потом зал взорвался.

Аборигены, конечно, выкрикивали разное, но в целом суть сводилась к одному: «попаданка не в себе, и давать ей право выбора опасно». Как ни странно, но на мою сторону, помимо Армина, встал волк — тот брутал по имени Терас, а следом за ним и кот

Доминус. Они сделали это, перебрасываясь между собой многозначительными взглядами, будто что-то пытаясь друг другу доказать. Но мне на их разборки было глубоко наплевать. Пусть хоть подерутся, главное — чтобы я при этом выиграла.

Пока они мерялись достоинством молча, Армин объяснял свою позицию:

— Считаю так: человеческая попаданка попробует сделать то, что задумала, и это законно. К тому же мы не знаем, на что она способна, вдруг она принесёт в Ракад прогресс?

— Согласен, — густым басом сообщил альфа, который первым позвал меня замуж, — а мы присмотрим, защитим.

— Нет. Никакой помощи, — отрезал Доминус.

Смотрите-ка, какой неприятный тип, а казался милым…

Терас проявил с ним единодушие.

— Лишения сделают попаданку сговорчивей, а то слишком наглая и самонадеянная. Даже страха в глазах не видно, — рыкнул волк, — пусть учится на своих ошибках, раз такая умная.

Ну да, поддержка такая себе. своеобразная. Только мне и эта сейчас «давай сюда».

— На нелепую попытку будет забавно посмотреть, а сбить с мадмуазель спесь не помешает, — выдал кто-то из альф мнение, которое, по сути, отражало общее.

— Уточнение: наша попаданка не мадмуазель, а мадам, — филин намекнул на то, что ценность моя несколько потрепана, — кандидаты в мужья должны это знать.

Народ пошумел на эту тему совсем немного, но, к сожалению, от желания жениться никто не отказался.

— Хм-м, что же, и такое бывает. Думаю, что через три месяца мадам сделает правильный выбор, поняв истинное положение вещей, — вынес вердикт председатель.

Неприятный мирок, да и общество, судя по всему. Я читала на мужских лицах превосходство и желание моего провала, но это лишь подстегивало решимость утереть им нос. Поднимало с глубины души протест и заставляло верить в свои силы. Зря, что ли, про нас, русских женщин, писали: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт»? Конечно ж, не зря. Классики не ошибаются.

— Я могу быть свободна? — спросила, устав от бессмысленных разговоров.

Вроде бы всё решили, а время — деньги. Хотелось уже начать что-то делать. Но тут опять вылез Альтзаир со своими элимами.

— Одну минуту, — поднялся капитан со своего места, — а мне кто заплатит?

— Как кто? Мадам попаданка или тот, кто возьмёт, в конце концов, над ней опеку. Тебе придётся подождать, Альт, — предпринял попытку успокоить алчного половинчатого председатель.

Но капитана такой расклад не устроил.

— Я требую гарантий! — прорычал он по-звериному и оскалился.

Ну надо же так любить деньги! Даже альфам не боится демонстрировать силу, жадина.

— Разумеется. Случай у нас необычный и требует заключения договора. Мадам, подойдите к артефакту, — кот кивнул на кувшин, в который определившиеся кидали деньги, — и ты подойди, Альтзаир. Мы заключим клятву на артефакте.

Я подходила, ожидая, что меня попросят сейчас положить в артефакт какой-то залог. Прикинула содержимое карманов, рассмотрела вариант засовывания в кувшин лифчика, уже почти смирилась с потерей золотых сережек — очень надеюсь, что золото имеет здесь хоть какую-то ценность, но не угадала.

Председатель подал знак капитану, и тот заговорил, обращаясь к сосуду:

— Я, капитан Альтзаир, половинчатый из рода Крез, требую вознаграждение за честно проделанную работу в размере трёхсот элимов не позднее, чем истечёт три месяца, начиная с сегодняшнего дня.

Капитан провел пальцем по горлышку сосуда, и я увидела, как артефакт его порезал, засветился голубым и впитал в себя кровь. Очень подозреваю, что кровавые ритуалы не приводят ни к чему хорошему, но деваться некуда.

Когда председатель альф кивком указал на сосуд и мне, я подчинилась. Что я должна сделать, оставалось лишь догадываться, но, подумав, что таким образом меня могут проверять на сообразительность, решила действовать по аналогии с капитаном. Вдруг, если начну уточнять, сочтут меня недееспособной и принудят выйти замуж, не сходя с места?

— Я, Дарина Пахомова, обещаю выплатить капитану Альтзаиру обозначенную сумму в обозначенный срок, — провела по горлу сосуда, и тот с сиянием принял мою кровь.

Ох, блин, за что я берусь? Хоть бы примерно знать курс обмена золота на местную валюту в этом мире.

Отошла от артефакта, а моё место занял кот.

— Я, альфа Доминус из рода Тригеров, заверяю обещания поклявшихся и от лица совета даю отсрочку на три месяца мадам Дарине Пахомовой со всеми установленными законом ограничениями, — смысл фразы про ограничения мне был не очень понятен, но в том, что я в них быстро разберусь, сомнений не было.

Председатель тоже отдал сосуду каплю своей крови, а я в этот момент почувствовала, как моя на миг превратилась в лаву, обжигая вены. Магия?

— Что ж, мадам Дарина, сейчас вы свободны, но прежде, чем нас покинуть, должны кое-что узнать. Если вы не явитесь в положенный срок на совет альф, артефакт перенесёт вас сюда из любой точки мира, — принялся разъяснять мне филин последствия клятвы, — так же вы должны знать, что председатель сейчас ограничил всех граждан Ракада обещанием. Никто не сможет вам вредить в эти три месяца, но и не сможет помогать безвозмездно. Желаю удачи. Если передумаете насчёт своего дела раньше отведённого срока, помните: двери совета всегда для вас открыты. Даже сегодня вечером…

— Благодарю и до встречи через три месяца, — я прервала эти недвусмысленные намёки, вежливо склонила голову, а потом развернулась и покинула зал.

Сдамся раньше? Ну уж нет! Не дождётесь!

Глава 7

Пробираясь к выходу, я до последнего опасалась, что меня задержат. «Вот. вот сейчас за тем поворотом. вот на спуске с лестницы. у входной двери окрикнут и не выпустят!»

— билась в висок мысль. Но шла я спокойным шагом, с огромным трудом не переходя на бег. И — о, чудо! — совершенно беспрепятственно покинула дурдом.

А на улице, вздохнув, наконец, полной грудью, огляделась.

Видимо, здание совета альф стояло на центральной площади Ракада, где расположились и другие административные здания. На одном я разглядела вывеску с названием банка «РакХронБанк», на другом было написано «Верховный Суд», на третьем «Центральное управление общественным порядком», но не это сейчас меня занимало. Мне нужно было срочно где-то уединиться, чтобы обдумать всё услышанное: в частности, сказанное Армином о том, что мне никто не сможет помочь безвозмездно. А ещё составить план ближайших действий.

К счастью, одна из улиц — красная, они все были красные — которая разделяла зелёный и жёлтый тротуары, убегала в такой же жёлто-зелёный парк. Туда-то мне и надо! Главное теперь — пересечь площадь и не сгореть от стыда под взглядами местных жителей. Наверняка в своём огромном костюме я сейчас была похожа на пугало огородное, а про лицо и причёску вообще ничего не знаю, поскольку в зеркало пока себя не видела. Одна и есть надежда на успех — это то, что председатель Доминус меня обезопасил, принеся за всех клятву, а филин подтвердил, что навредить мне никто не сможет. Камнями, вероятно, не закидают.

В общем, подтянула верх костюма на плечо, проверила крепость узла резинки на штанах и двинула к цели.

Успешно. Уединенная лавочка нашлась в ближайших жёлтых кустах.

Местные хоть и глазели, оборачиваясь вслед, пока я до неё добиралась, но молчали. К тому же в это время суток их было на площади не так уж и много. Знать бы хоть какое оно сейчас это время? Утро? Обед? Вечереет? Это тоже выясню. Но первым делом надо провести ревизию в карманах, придумать, как и где обменять что-то из имущества на местные деньги, найти еду, одежду, жильё и хоть один салон красоты! Я же должна понимать, что мне тут предстоит открывать!

Устроившись удобнее, принялась выкладывать всё на деревянную поверхность, прикидывая ценность.

В карманах обнаружились: сдохший ещё на Земле телефон — интересно, оживить его можно? Есть тут электричество или, может, магия за него? Если бы аппарат заработал, его можно было бы как-нибудь использовать… Хоть ту же музыку включать или в игрушки давать рубиться за деньги… Ну а если нет, то, может, удастся толкнуть по запчастям. В общем, попытаться его выгодно пристроить возможно. Ещё в кармане была ручка. Если местные тут пишут какими-нибудь перьями, благодаря ей я устрою прорыв, а потом налажу производство — тоже отличная возможность встать на ноги. Годится как вариант!

Продолжила прикидывать возможности.

В нагрудном кармашке обнаружились два золотых кольца, которые я во время работы снимала, и тридцать четыре рубля мелочью — сдача за бутылку минералки. Я их туда ещё утром сунула, когда Антон принёс мне воду и отдал сдачу.

Естественно, российские деньги тут не в ходу, но вдруг как цветной металл кого-то заинтересуют? Ну и золото. На него я возлагала большие надежды, у меня ещё серьги имелись и цепочка с крестиком.

В другом кармане в крафт пакете лежали пинцет для коррекции бровей и ножнички — я как раз перед визитом Исиды забрала их из сухожара, а выложить забыла. Это хорошо. Острые ножнички — вещь незаменимая. Хоть я их и использовала в работе для стрижки упрямых волосков, но при нужде они и оружием послужить могут. Ну а уж пинцет вообще станет первым помощником. Видела я брови местных красоток — даже газонокосилка не будет лишней. Интересно, а с депиляцией у них как? Судя по усам — никак. Отлично! Думаю, мне удастся ввести эту процедуру в моду. Сомневаюсь, конечно, что найду на Элмезе косметологический воск, но вот сахарную пасту наверняка сварить смогу. Придётся вспомнить молодость и времена, когда я ещё только нарабатывала клиентов и вовсю промышляла депиляцией. Давненько это было, но ничего! Мастерство не пропьёшь!

Эх… Подбадривания самой себя помогали вяло, а тоска накатывала волнами.

Кто же знал, что придётся начать всё сначала? Только лет шесть назад я радовалась, что смогла себе позволить оставить в работе только процедуры по уходу за лицом, да инъекции… Смогла… Горько так стало, когда вспомнила благополучную жизнь, салон, коллектив…

Только смахнула с глаз слезу, как вдруг в соседних кустах раздался жалобный всхлип. Женский или детский…Насторожилась. Прислушалась. Звук повторился. Точно женский. Видимо, не только мне сегодня грустно.

Сделать вид, что ничего не слышала? Нет, это не по мне. К тому же в голову пришла мысль: стоит попробовать погрустить вместе. Может, это нас с местной жительницей сблизит? Я попытаюсь её утешить и подбодрить — живое участие всегда помогает. А она в ответ сможет мне подсказать, куда податься с имеющимися сокровищами. Вроде бы это можно будет счесть не безвозмездной помощью… Ну, это в случае, если я, конечно, правильно поняла смысл ограничений, наложенных председателем.

Собрала свой скарб и разложила обратно по карманам всё, кроме колец. Их я повесила на цепочку к крестику. На похудевших пальцах драгоценности не держались, а потерять последнее мне не хотелось.

Только после этого я осторожно шагнула в сторону всхлипов. Раздвинула жёлтые кусты и убедилась, что не ошиблась. На скамейке сидела хрупкая девушка и, закрыв руками лицо, плакала. Фигура, цвет кожи, две рыжие косы и молочного цвета платье не оставили сомнений — это та самая определяющаяся, что просила отсрочки передо мной.

Недолго думая, я обошла куст и присела на скамью рядом.

— Привет, меня Дарина Дм… Дарина зовут, а тебя? — с немного преувеличенной радостью бодро начала я знакомство.

Девушка вздрогнула и подняла на меня заплаканные рыжие глаза. «Ух ты! Прямо как волосы! М-м, но надо как-то поменьше экспрессии, так и испугать чело… кого-то можно», — подумала я, наблюдая за произведённым впечатлением.

— Прости, я была на заседании и слышала твою просьбу. Могу я тебе чем-то помочь?

Участливо погладить её по плечу или взять за руку я не решилась, вдруг на Элмезе так не принято? Девушка и без этого таращилась на меня, безмолвно открывая и закрывая рот. Видимо, не в силах издать ни звука.

— Без-з-з-ду… — наконец, выдавила из себя она, и я поспешила разубедить.

— Ой, нет, — беззаботно махнула рукой и через силу рассмеялась. — Я обычный живой человек. Попаданка. И оказалась примерно в таком же положении, как и ты. Тебе сколько времени дали до окончательного определения?

Она похлопала на меня глазами, а потом с опаской прошептала:

— Неделю, — то ли от растерянности она решила поддержать разговор, то ли от отчаяния, но ответ я сочла добрым знаком.

— Так как всё-таки тебя зовут? А то без имени как-то неудобно общаться, — улыбалась я уголками губ, осторожно.

Просто опасалась, что голливудский оскал, который сейчас у нас на Земле продвигают в массы, здесь может обозначать агрессию. Кто их, местных, знает? Всё-таки оборотни — правящий класс.

— Лорика.

Девушка пока была немногословна, но я надеялась это исправить и продолжила напирать:

— Прекрасно, Лорика! У меня есть к тебе предложение.

Новая знакомая шарахнулась от меня на другой конец лавки, как чёрт от ладана.

Да, тут её можно понять — я поспешила. Тоже, мягко говоря, удивилась, если бы ко мне такая странная собеседница подсела в земном парке. Но разводить церемонии мне некогда. Приходилось быть стремительной:

— Не бойся. У меня добрые намерения, и я не хочу у тебя просить ничего ценного, кроме информации.

Девушка вроде расслабилась немного и кивнула:

— Спрашивай, чем смогу — помогу.

— Не всё так просто, Лорика. Видишь ли, председатель Доминус наложил на жителей Ракада ограничения: в данный момент мне никто не может помогать безвозмездно. То есть только дашь на дашь. Понимаешь? — Она опять кивнула. Видимо, такое условие здесь не в диковинку. — Так вот поэтому сначала я хочу понять, как помочь тебе.

Лорика горько усмехнулась:

— Не сможешь ты мне помочь, попаданка, тебе бы себе помочь. Обе скоро окажемся на общественных работах.

Упаднические настроения точно лишние.

— Не окажемся. Ты просто ещё не знаешь, на что я способна. Рассказывай! — чисто на автомате в моём голосе прорезались начальственные нотки.

Поняла, раскаялась и только собралась за это попросить прощения, сменив тон, как вдруг сработало — Лори вся подобралась и, немного запинаясь, ответила:

— Не успеет мой Вилли за неделю, не успеет… А я… Я лучше на общественные работы, чем в гарем или за другого замуж.

— Стоп! — тьфу, блин, привычка дурацкая. Бедняга Лори аж вздрогнула от моего окрика, я смягчила голос: — Очень прошу прощения, дорогая, за то, что перебила, но скажи пожалуйста, а как называется народ, к которому ты принадлежишь?

Это важно. Наверняка же её народ обладает каким-то умением. Почему девушка вообще не рассматривает вариант самостоятельности? Мне надо было это срочно узнать.

— Я лесовинка, — хм-м, таких не знаю, — мы живём в коричневом районе. И жених мой тоже лесовин. Представителям моего народа очень сложно пробиться в Ракаде. Но мы так надеялись! Всё должно было получиться!

Она опять разрыдалась, и тут уж я рискнула, обняла девушку за плечи и похлопала, успокаивая. Это, как ни странно, отторжения у неё не вызвало, наоборот, побудило продолжить рассказ:

— Вилли прислал молнию, что не успевает, их поход задержали на месяц, поскольку этот год неурожайный, трав в долине мало.

Я с трудом улавливала полёт её мысли, поэтому уточнила:

— А ты что же? Просто сидишь и ждёшь? Жениху ничем не помогаешь? Свой вклад то, сё.

— Смеёшься? А как? У меня нет ни трав, ни лавки, ни элимов. На что я без них способна?

Звучало дико, но меня сейчас заинтересовало слово «травы». Оно почему-то очень настойчиво сигнализировало о том, что за него нужно уцепиться, и я не стала спорить с интуицией.

— Лесовине — лекари?

Лорика рассмеялась горько.

— Если бы! Мы просто травники. Сейчас в нашем мире нет ни лекарей, ни целителей, остались лишь травники, а они никому не нужны в большом количестве…

— Эм-м. Это как? — я действительно не понимала. — Почему не нужны? Ведь если вы разбираетесь и лечите травами, значит, те же лекари или целители.

Лори уставилась на меня как на ненормальную:

— Нет, Дарина, те великие маги, которые носили звание лекарей и целителей, лечили пациентов энергией. Любые болезни, даже половинчатость, — «половинчатость» она произнесла шёпотом и огляделась, — а мы. мы только можем немного помогать в жизненных ситуациях, но не исцелять недуги. А так как спрос на это мизерный при огромном количестве предложений, то и пробиться новичкам в нашем бизнесе нереально.

— Погоди. Я правда не понимаю. Ведь лекарственные травы столько всего могут сделать.

— Ох, забыла, что ты попаданка. Объясню: у нас есть либо тяжёлые болезни, либо никаких.

— Головная боль?

— Нет.

— Понос?

— Нет.

— Запор?

— Нет.

— Как так-то?

— Я не знаю, о чём ты вообще сейчас говорила, но мы собираем травы для изготовления средств гигиены и с целью получения напитков для расслабления или тонизации организма.

Вот тебе раз! Наркотики, что ли? Ладно, с этим позже разберёмся.

— Хорошо. Я поняла. Своё дело ты открыть не можешь, правильно?

— Да, — опять вздохнула она тяжко. — Вилли, а он старший сын, и тот не может — конкуренция. Куда уж мне?

— Ладно, а если я тебя возьму в своё дело, это тебя освободит от нужды работать на государство?

Согласна. Прозвучало как гром среди ясного неба. Лори опять от меня отшатнулась, а потом пролепетала:

— Звучит как сказка…

Тут уж хмыкнула и я. Для меня попадание в другой мир ещё вчера звучало как фантастика, и что же мы наблюдаем? Оба-на! Я в нём. Так что нет ничего невозможного, детка.

Я решила зайти жёстко — время идёт, а я пока ни на шаг не сдвинулась.

— Ты можешь отказаться и проплакать всю неделю выделенного срока, Лори, — я посмотрела на лесовину решительно, — а можешь попытаться стать моей напарницей.

Что ты теряешь, в конце концов?

Пришла пора брать быка за рога, и я поднялась с лавки, показывая, что готова уйти.

— Мне страшно, Дарина.

Девочку было жалко, но я не могла действовать иначе.

— Я уверена в своих силах, Ло, и если ты против, смогу найти кого-то, кто этим предложением заинтересуется.

— Я готова! — подскочила Лори вслед за мной и встала напротив. — Я уже на всё готова, странная человечка Дарина.

Уф-ф. Получилось вроде.

— Прекрасно! Лори, ничего, что я тебя так назвала?

— Нормально.

— Спасибо. Так вот, дорогая Лори, я очень хочу сейчас посетить место, где могу справить нужду и посмотреться в зеркало. Ты можешь меня туда проводить?

— Разумеется! — гордо сказала моя новая подруга и первой вышла из кустов.

Глава 8

Зря я на него повелась, на этот гордый и уверенный вид Лорики. Буквально сделав шаг, она повернулась ко мне и застыла, округлив глаза не хуже, чем филин Армин.

— Дарина! Мы не можем! — воскликнула лесовина, придя в себя после того, как я потрясла её за плечо.

Мне было очень интересно почему, но писать хотелось больше.

— Мы всё можем, Ло! Веди и объясняй по дороге.

Я не знаю, от природы она была послушная или это у меня в голосе обнаружилась магия

— а что, я уже ничему не удивлюсь, — но Ло сделала шаг в сторону зелёной части парка.

— Там располагается развлекательный городок, — пояснила она, махнув рукой куда-то вглубь зарослей, — на аттракционах часто кому-то делается дурно, поэтому там есть уборная. Но… Дарина, понимаешь… Как бы за вход просят деньги… Я тебе доверяю, я бы дала, да и один элик не в счёт, но ты же сказала.

Ограничение даже на это распространяется? Спасибо тебе, Доминус! Хотя какой он Доминус? Просто Минус — всё отобрал.

— Что ж делать? — стоило раз вспомнить о туалете, как посетить его хотелось с каждым мгновением сильнее и сильнее. — А если я под кустик? Покараулишь?

Видимо, в Ракаде совсем не принято было такое развитие событий, потому что Лори схватилась за сердце и охнула, но зато начала соображать и выдала годную идею:

— Знаешь, если ты сможешь изобразить деревянную походку, пустой взгляд и помолчишь, я проведу тебя как свою бездушную…

Кстати, вот ещё вопрос — что они делают с поднятыми мертвецами? Как используют?

— А для чего вам бездушные, какую я должна при тебе выполнять роль? — лучше сразу уточнить.

Лесовина ответила примерно то, что я и ожидала:

— Бездушные — прислуга. Их держат в богатых домах как рабочую силу.

Кошмар, конечно, но с этим я позже разберусь, сейчас я готова стать кем угодно. Всё сгодится.

Вспомнив фильмы про зомби, прошлась туда-сюда по красной дорожке, разделяющей парк на две половины, и лесовина, сочтя мои актёрские таланты удовлетворительными, шагнула в зелёную зону. Я — за ней.

Тут было всё не так, как в жёлтой. Буквально через пару метров на меня обрушились звуки: крики, смех, гвалт, скрежет каруселей — я будто в детство попала. Странно так, почему на жёлтой половине всего этого слышно не было? Будто звукоизоляция какая-то стояла. Вообще, хотелось задать Лорике множество вопросов, но конспирация не позволяла, поэтому я пока их копила, записывая на воображаемый листочек.

На входе в развлекательный городок Лорика оплатила один билет, и мы беспрепятственно прошли на территорию. Тут все были заняты аттракционами и на меня не обращали никакого внимания. Только дежурившая у дверей туалета гномка внезапно попыталась устыдить мою как бы хозяйку.

— Позор тебе, лесовина! — тряхнула бородой коренастая дама. — Сама одета с иголочки, а на бездушной экономишь! Стыдно быть такой жадной владелицей!

Лори вспыхнула и собралась оправдываться, но я незаметно пихнула её локтем в бок, и она, наконец, молча открыла передо мной дверь в вожделенное место.

Как только щеколда за спиной задвинулась, я рванула к приспособлению, которое определила как унитаз и только от души облегчившись, огляделась.

Что ж, ну хоть в чём-то мне повезло.

Цивилизация на Элмезе вполне себе продвинутая. Круглая раковина, к которой я подошла вымыть руки, сделана из серого камня, а вода подалась тёплым фонтанчиком прямо с её дна. Что-то типа нашего жидкого мыла, стояло на полочке у зеркала… А вот оно, вернее то, что я в нем увидела, стало для меня сюрпризом. Наверное, даже приятным. Это если откинуть мысль, что даже юная я с размазанной помадой, потекшей тушью и всклоченными волосами, к тому же одетая в наряд с чужого широкого плеча, похожа на персонажа из фильмов ужасов. Неудивительно, что местные принимали меня за бездушную без всяких сомнений. А какие отчаянные мужчины эти альфы, однако! Не испугались предлагать руку и сердце такому чуду-юду.

Но чумазое лицо — дело поправимое! Схватилась поскорее за мыло, чтобы тщательно умыться. Да-да, я знаю, что это смертный грех — умывать лицо чем попало, но разок, а в особенности такую молодую кожу, можно. Надеюсь, профессиональная совесть меня не замучает за это ночными кошмарами.

Смыв косметику, сняла с волос болтавшийся где-то у левого плеча крабик и, разобрав пальцами принявшие свой природный темный цвет и кудрявую структуру пряди, заколола их в гульку. Отлично. Хоть немного на человека стала похожа!

Повернулась к лесовине и с удивлением обнаружила, что та моей радости не разделяет.

— Что не так? — поинтересовалась я растерянно.

— Дарина, ты такая красивая и совсем не похожа сейчас на бездушную! — сделала комплимент Лорика. — Мы с тобой и шага не успеем сделать, как привлечём внимание! Верни всё как было!

Хм… Об этом я не подумала. Но ведь смытую косметику обратно не вернуть. Задумалась лишь на мгновенье, а потом вспомнила страшную девочку с волосами на лице и, сняв крабик, щедро намочила свои, перекинув на лицо.

— Так лучше? — повернулась к Лори и продемонстрировала результат.

— Диковато, но сойдёт. Ты идти-то можешь? Кстати, а куда ты собралась сейчас идти?

Ну вот, наконец, мы и добрались до действительно важных дел.

Первым пунктом плана у меня была добыча элимов. Раз мне никто не может помогать безвозмездно, надо срочно обзавестись монетами, чтобы оплачивать всевозможные услуги.

— Так, Ло, отведи меня, пожалуйста, туда, где я смогу продать ювелирные изделия.

Лесовина кинула скептический взгляд на горловину моей размахайки, откуда виднелась цепочка, и я приуныла.

— Покажи, что у тебя есть, — попросила она, и я, отодвинув волосы, продемонстрировала серьгу.

— Тоже золото, — разочарованно протянула Лори, взяв меня за ухо, — жаль, за него много не дадут, хотя выглядит модель оригинально. А что за камешки зелёные? Изумруды?

Если бы! Откуда бы у меня взялись деньги на изумруды, когда всё уходило в заначку на салон?

— Турмалины, — со вздохом призналась я.

— Турмалины?! — воскликнула Ло и зажала себе рот рукой, оглядевшись по сторонам, будто в закрытом туалете мог внезапно кто-то появиться и нас подслушать. — Если это правда, то спрячь обратно под волосы! У бездушной не может быть сережек с турмалинами.

— Они что, опасные? — перепугано спросила я.

Я знала, что эти камни на Земле являются проводниками электричества и используются в медицине. Вдруг на Элмезе их свойства приобрели вредоносное направление? Серьги вообще захотелось снять.

— Нет, но очень редкие и ценные, их используют для создания артефактов.

Уф-ф. Напугала!

— Так это же прекрасно! Веди меня туда, где их можно сбыть, — слово «ценные» буквально окрылило. Но рано.

— К сожалению, не все так просто. Обычные торговцы, менялы и ювелиры у тебя их не купят, — расстроенно сообщила Ло, — потому что не смогут их продать в афтефакторские лаборатории без документов. А чтобы их продать лаборатории, ты, как владелица, сделать это смогла бы, придётся ехать в Скол. Это исследовательский городок…

— И мы возвращаемся к тому, что за дорогу платить мне нечем… А за простое золото ничего не дадут? У меня же ещё цепочка есть…

— Пару элимов, может, и дадут. Мягкий метал, бесполезный практически. Кому он нужен? А может, у тебя ещё что-то есть?

Я достала из кармана десять рублей и протянула их лесовине. Про колечки пока даже говорить не стала. Что с них взять? Одно с фианитами, а второе вообще без камней.

— Вот. Деньги моего мира…

— Ого! — воодушевилась Лорика. — А вот это можно попытаться продать гномам. Идём тогда к ним в квартал на рынок.

Ну хоть что-то.

Я накинула волосы на лицо, и мы покинули уборную. До выхода из парка шли молча — бездушной болтать не положено, да и под ноги лучше смотреть, когда волосы и без того обзору мешают. А вот когда покинули развлекательный городок и вышли на красную улицу, я, наконец, сколола пряди крабом, расправила плечи и всю дорогу до рынка пытала Лори, уже никого не опасаясь.

В моем воображаемом списке вопросов было великое множество: и про бездушных — кому пришло в голову так использовать мёртвых людей и по какому праву? И про половинчатых — почему они такие? Про общее мироустройство и законы, про других попаданцев — откуда они попали на Элмез и как приспособились? Но начала я с малого, зато самого необходимого:

— Ло, а расскажи мне немного о ваших деньгах. Триста элимов — это много?

Помимо долга капитану, я должна представить собранию дело со стабильным доходом. Вот только сколько он в элимах, никто сказать не удосужился. Либо цифра эта общеизвестная, либо альфы даже на миг не поверили, что я справлюсь.

— Это очень приличная сумма. На такие деньги можно купить беспородного ездового ящера с маленькой повозкой.

Ага, ясно, как машина, значит, я стою.

— А за один элим я что могу купить?

— Ну-у-у, к примеру скромное платье или продуктов на неделю, или ещё пару осветительных артефактов.

Вот, кстати, да. Помещения тут освещались чем-то похожим на наши электрические лампочки, но работали от магии. Всё-таки хорошо, что я любила почитывать фентези. Хотя бы слово «артефакт» не вгоняло меня в ступор.

— Ага, то есть если мне нужен всего один такой артефакт, я могу заплатить пол элима?

— Или пятьсот эликов.

— Ясненько. Тогда после того, как получим деньги, я бы хотела нанять тебя на работу. Сколько мне это будет стоить?

Лорика — хорошая помощница. Мне её терять никак нельзя, поэтому я взяла быка за рога.

— Дарина, давай сначала посмотрим, сколько дадут за монету, а там и определимся с оплатой моих услуг.

— Ну хоть примерно, сколько это может стоить?

Ло, конечно, совсем не похожа на хитрую аферистку, но лучше определиться на берегу, а то вдруг, увидев, что у меня много денег — мечтать-то не вредно — в ней проснутся скрытые резервы…

— За такую простую помощь я бы вообще не взяла денег, но из-за ограничений назначила бы сумму в один элик в день, но за один элик в день я не могу себе позволить работать. Меня из дома выгонят, не дожидаясь, пока пройдёт неделя.

В переводе на русский её терзания означали: время — деньги.

— А за сколько не выгонят?

— За пол элима, — потупив взгляд, робко и стыдливо промямлила лесовина.

Ну, если я правильно прикинула соотношение элимов к рублю, это выйдет пятьсот рублей в день. Очень адекватная зарплата.

— Мне подходит. Главное теперь — продать всё повыгоднее.

Лори вскинула на меня не верящий взгляд и улыбнулась:

— Тогда идём скорее. Я знаю одного очень зажиточного гнома. Он у бабушки травы покупает.

Глава 9

По дороге будущая помощница немного рассказала мне о столице. Оказывается, разноцветные куски города, которые я видела с палубы, сделали такими не просто для красоты, а чтобы обозначить цветом районы. Например: лесовины, феи, нимфы и прочие представители природных магов жили в коричневом секторе, а вот гномы — в жёлтом. И в каждом районе, а их насчитывалось шесть штук, располагался свой специализированный рынок. В коричневом торговали травами, корешками, украшениями из растительных материалов, амулетами и другими природными богатствами. На рынке же гномов можно приобрести всевозможные металлические штуковины разных размеров. Этот народ специализировался на работе с металлами.

Расспрашивать, где именно обитают оборотни и прочие, я сочла пока лишним. Ни к чему грузить мозг обилием информации, а то заклинит ещё.

—.. Ну и вот, Скрул ещё тот жадина, но честный и справедливый, потому моя ба с ним и работает, — мы подошли к грязно-жёлтым воротам рынка, — сначала он обязательно занизит цену раза в три — смело умножай её на четыре и приступай к торгам.

— А он не будет шокирован моим видом?

— Нет, а с чего?

Ну, как бы живой человек, а не бездушная, к тому же попаданка.

— Ну, допустим, он убедится, что я не бездушная — ладно. Но я вот чего не понимаю: у вас так много попаданцев, что на этот статус все реагируют достаточно спокойно?

— Ну-у, живых мало. Я лично ни одного не знаю. А бездушные — те все попаданцы. Так что сам факт путешествий между мирами давно известен. Народ скорее шокирует то, что ты живая, но мы быстро это примем. Каких только чудес ни творят создатели.

— Это многое упростит, — действительно хорошие известия.

— Осторожно, головой не ударься.

Миновав ворота, мы прошли вдоль шумных рядов и оказались у павильона, витрину которого украшали ювелирные изделия, заколки и прочая металлическая бижутерия. Оживший колокольчик издал заливистую трель, приветствуя посетителей в царстве низких потолков и стендов с побрякушками — лавка напоминала мне магазинчик с иллюстрации к сказочным историям. Но не успела я толком оглядеться, как в торговый зал вышел колоритный гном.

— Ого, Ло! — забасил он, нас увидев. — Твой тощий жених разбогател и купил тебе бездушную?

Гном оглядел меня с ног до головы и только собрался прокомментировать своеобразный внешний вид, как я решила его сразу на свой счёт просветить:

— Нет-нет, я живой человек, попаданка, и зовут меня Дарина, — шагнула навстречу мужичку ростом мне по грудь и протянула руку для пожатия.

Он посмотрел на неё как на пупырчатую лягушку, а потом перевёл изумлённый взгляд на Лорику.

— Да-да, достопочтенный Скрул. Посмотри на её ауру магическим зрением. Заодно и убедись, что все печати в порядке.

Какие ещё печати? Какое ещё магическое зрение? Что ни миг, то новость.

— Действительно в порядке, да ещё и защита на три месяца до определения. Диво дивное!..

— Чего только не бывает в жизни, — покивала головой Лорика.

— А я Скрул, — хозяин магазина пожал, наконец, мою руку, — с чем пожаловали?

— Так известное дело, хотим разжиться элимами, — вновь ответила за меня Лори.

— Ну-ну, выкладывай свои иномирные вещички, Дарина.

Само собой, все сразу доставать я не стала. Ограничилась десятирублёвой монетой и пятаком. Положила на прилавок, и гном, надев рабочие гоглы, принялся их изучать.

Я затаила дыхание, пытаясь понять, да хоть бы по вздымающейся туда-сюда бороде, какую реакцию вызвали у ценителя металла мои богатства. Но он наверняка был тёртым калачом по части торговли, поэтому бурных восторгов не выражал. Покапал на монетки чем-то розовым, потёр тряпочкой, которую потом внимательно разглядывал с минуту, кинул пятак в какую-то банку, в которой от него забурлила жидкость, а потом предельно незаинтересованно выдал:

— Вот за эту жёлтую штуку дам пять элимов.

Я немедленно принялась проводить подсчёты в уме. Пять на три это пятнадцать элимов, а десятирублевых монет у меня две — выходит тридцать элимов. Ло говорила, что цену он уменьшает в три раза. Если прикинуть курс, то наш рубль здесь — ого-го! Дестончик потянул аж на пять тысяч! Ну а если положить руку на сердце, я надеялась продать их дороже.

—.. А вот за эту серую оторву от сердца двадцать элимов. И то только потому, что никогда такого сплава не встречал. Хочу исследовать.

Ого! А пятачка у меня тоже два! Уже веселее. И ещё два по два рубля. Но там, кажется, другой сплав, не как у пятака.

Достала и протянула гному двушку на проверку. Он проделал с монетой прежние процедуры и опять выдал вердикт вроде бы равнодушно, но я заметила, как у него дернулся глаз под кустистой бровью.

— А за этот сплав я дам тебе тридцать элимов. Скажи мне, мадам Дарина, а у тебя ещё много таких кругляшей?

Если бы! Я бы на Элмезе вмиг разбогатела! Как было бы прекрасно, если бы я поругалась с демоном, держа свою свинью-копилку в руках! Но, увы, история не терпит сослагательного наклонения. А ещё что-то подсказывало: не стоит класть все яйца в одну корзину. Продам гному эти три монеты, а остальные приберегу…

— Нет. Больше нет, и за жёлтую я прошу двадцать пять элимов, а за серые: сто — за ту что побольше, и сто пятьдесят — за ту что меньше.

Лори шумно втянула в себя воздух и плюхнулась локтями на прилавок, а гном вцепился себе в бороду.

— Ну а что такого? Чему вы удивляетесь? Всё-таки это иномирные реликвии…

Завысила цену в пять раз я намеренно. Вот просто чуйка подсказала и дергающийся гномий глаз, что стоят мои сокровища гораздо дороже, чем предложил скупщик.

И не прогадала.

Торговались мы отчаянно, чуть горло не сорвали, но в итоге я разбогатела на двести двадцать пять элимов. К сожалению, телефон и золото пристроить не удалось. Украшения отдавать за гроши было жаль, а вот мёртвый гаджет гном порекомендовал показать артефакторам. Что ж, позже можно будет запланировать поездку в их городок. Заодно и турмалины пристроить.

— Дарина! — с придыханием проговорила Лори, когда гном выдал мне два мешочка: один с элимами, а второй с разменянными на мелкие расходы эликами. — Это настоящее богатство! И я начинаю думать, что у тебя все получится…

— Кстати, о богатстве, — перебил гном, — могу взять деньги под проценты, десять в месяц — это выгоднее, чем в банке.

— Благодарю, уважаемый Скрул, предложение заманчивое, но я хочу вложить их в дело.

— Дело?! — изумился гном. — И какое же дело в нашем мире ты планируешь открыть?

— Салон красоты. К слову, Ло, нам пора действовать. После того как меня переоденем, сходим первым делом в хороший салон. В самый модный… — Я замолчала посреди фразы, потому что заметила, как гном и лесовина смотрят на меня. — Я сказала какую-то страшную вещь?

Их вид меня напугал. От волнения вновь замутило. А может, это от голода? С утра ничего не ела…

— А что такое салон красоты? — первым отмер гном.

— Это место, где наводят красоту на голове, лице и теле, — осторожно сообщила я очевидное. — Парикмахер, маникюр, барбер, депиляция, коррекция бровей… — Я все ещё надеялась увидеть в их глазах хоть проблеск понимания, но нет. Эти слова они слышали впервые. — У вас что, никто не совершенствует свою внешность?

Господи, неужели такое возможно? Это же элементарные вещи!

— Ах! Дарина! Но это же безнравственно! Мать создательница Природа наделила нас внешностью по заслугам. Менять её — вводить в заблуждение окружающих!

Вот оно что! Значит, возможно… Да тут капец как все запущено! Чую, мне придётся очень несладко…

— И это противозаконно? — уточнила, уже прикидывая в голове альтернативный источник дохода.

Лорика от такой постановки вопроса растерялась.

— Нет, но никто не станет пользоваться твоими ухищрениями. Это у нас в обществе не принято, понимаешь?

О, ну если законом не запрещается, то шансы есть.

— Милая моя, я всё понимаю, а вот ты, видимо, нет. Природа, мать ваша, щедро наградила тебя красотой, поэтому проблемы тех, кому повезло меньше, тебя не заботят. А вот я уверена, что если смогу превратить пару гусениц в бабочек, ко мне в салон очередь выстроится.

— Идея очень оригинальная, — почесал всклоченную бороду гном, кстати, этой непривлекательной порослью тоже не мешало бы заняться. Прямо не верится, что в этом мире нет достойных специалистов. Как так можно жить? — И я готов сдать мадам в аренду помещение, у меня как раз освободилась площадь за тридцать элимов в месяц.

Лесовина ахнула и возмутилась:

— Оно на центральной площади, что ли, уважаемый Скрул?

— Почти, Лорка, почти! Около парка развлечений помнишь повозко-сервис был?

— Конечно помню, весь вид портил!

— Вот и совет альф так решил и приказал мне найти для помещения что-то не портящее городской пейзаж.

— Да вы в себе ли? — лесовина уперла руки в бока. — Как из повозко-сервиса сделать что-то красивое?

— Ладно, за десять, но договор на три месяца и деньги вперёд, — Ло глянула на меня многозначительно, и я поняла: надо брать.

Хорошая у меня будет помощница. Сообразительная. Вон как без моего участия полдела сделала. Но кот в мешке мне не нужен.

— Хотелось бы сначала посмотреть и уточнить: есть в помещении удобства? Жить там хоть первое время возможно? — вмешалась я в диалог двух местных.

— Конечно, есть! Там же сын мой работал, неужели же я кровинушку без удобств оставлю?

Интуиция, которая решила пойти на рекордную переработку, видимо, чувствуя вину за то, что не подсказала не ругаться с Луцием, просто завопила, что это прекрасный вариант и выход.

— Хорошо. Когда можно посмотреть?

— Да хоть сейчас! — оживился гном, чувствуя поживу. Меньшой сын подежурит в павильоне, а мы сходим.

Скрул нажал под прилавком кнопку, и где-то в глубине помещения раздался звонок.

— Погодите. Мне нужно в магазин за платьем и ещё кое-какой одеждой, — попыталась я отложить осмотр помещения.

— Эм-м… Портниху вызвать прямо сейчас хотите? У меня есть на примете…

— Нет-нет, вы не поняли. Торговый центр, магазины одежды… — И тут случилось дежавю… Эти двое опять зависли и смотрели на меня, как бараны на новые ворота, и я вновь заподозрила неладное. — Нет торговых центров?

Гном с лесовиной синхронно помотали головами.

— И магазинов готовой одежды нет? Лорика, ты же говорила, что можно за элим купить платье…

— А, так это на орчьем базаре! — с облегчением стукнул себя по лбу гном. — Пойдём, он почти по пути к повозко-сервису.

— Орки шьют людям вещи? — вспомнила модников в побрякушках с корабля и приуныла.

— Да нет! Что ты! Они старьевщики. Скупают и перепродают ношеные.

Поздравляю, Дарина. Дожила! Всю жизнь работала и стремилась к благополучию, чтобы в итоге одеваться в секонде.

Остро захотелось расплакаться, но я пока не могла себе этого позволить. Вот определюсь с жильём, останусь одна и пореву вволю.

Глава 10

Само собой, зелёный район орков, где располагался нужный нам вещевой рынок, находился вообще ни разу не по пути к бывшему сервису. Но зато у Скрула имелась повозка и ящер, поэтому добрались мы до него быстро и с комфортом. К тому же модель местного транспортного средства, которой владел гном, кардинально отличалась от присланной советом альф — в ней имелись окна. Возможно, в порт отправили какой-то автозак для преступников, я же не знаю, что там за сообщение улетело в совет с корабля.

В общем, на этот раз я с удовольствием глазела в окно и не стеснялась задавать вопросы.

— Расскажите мне о Ракаде подробнее. Как я понимаю, парк находится в центре, значит, и помещение под салон тоже. Кто живёт в центре города?

Прикинуть, кто станет моей ближайшей клиентурой — первое, что необходимо сделать.

— Так оборотни же. Альфы и их кланы, — ответил гном.

Так, так. Значит, состоятельные граждане, но это закономерно. Важнее другое…

— А их женщины тоже должны проходить процедуру определения?

— Формально. У мадам оборотниц только один выбор — замуж.

— За оборотня или любой сгодится? — продолжала пытать я Скрула, потому что это очень важно для бизнеса — понять, как тут у них вообще с любовью обстоят дела.

— Обычно их чуть ли не с рождения пристраивают среди своих, но если варианта не нашлось, то сгодиться любой состоятельный житель Элмеза.

— А если девушка влюбилась в другого?

— Бывает. Семья попытается переделать договорённости.

— А если парень не обращает на неё внимания?

Наверняка же такое случается, а я бы могла помочь скорректировать внешность и стать привлекательней. Уверена, что среди дам существует конкуренция. Или они прямо все красотки от природы? Ни за что не поверю, вспоминая собрание альф.

— Значит, выйдет за того, кто согласен.

— Погоди, ну а если, например, оборотница откажется выходить замуж за нелюбимого категорически?

Вдруг найдутся целеустремлённые девушки, готовые с моей помощью добиваться внимания приглянувшегося красавчика? Вон Лорика отказалась идти в наложницы…

— Знаешь, мадам Дарина, я даже не могу припомнить ни одного такого случая, — задумчиво почесал бороду гном. — Но наверняка она отправится трудиться на благо общественного развлечения, как и все…

Я еле сдержала удивлённый ох.

— В смысле, оборотни отдадут своих дочерей и сестёр в бордель?!

Ничего себе расклад, я думала, оборотни не такие. Правда, откуда мне знать какие они? На Земле эти персонажи только в фантазиях авторов существуют. И вообще, я немного запуталась. По логике вещей, развлекать общественность отправлялись те, кого не взяли замуж или в наложницы — любовницы, по-нашему. Правильно? Правильно. А раз так, то, выходит — они самые непривлекательные девы на выданье. Кто же в таком случае пользуется их услугами? Бедняки, у которых нет денег на жену или любовницу?

— А что такое бордель? — прервав мои размышления, спросила Лори.

Пришлось задуматься над тем, как ей объяснить. Видимо, аналога этого слова в местном языке не существовало, ну или лесовина слишком невинна.

— Это развлекательный дом, где женщины разделяют ложе с мужчинами за деньги… — наконец, нашлась я.

— Ужас какой! Неужели такое бывает?! — неподдельно поразилась Лорика.

И вот тут я зависла. потому что заметила выражение лица гнома: он тоже про такие дома явно не знал.

— А у вас таких нет? — осторожно спросила.

— Зачем нам так поступать с женщинами?! — возмущённо пробасил Скрул. — Это неуважительно и дико! В каком же убогом мире ты жила, девочка?!

Вот так. А ты, Дариночка, считала наоборот: убогий мир — это Элмез. А тут, оказывается, даже проституции нет. Тогда открытым остался вопрос.

— Но на собрании же говорили про дом расслабления, я чётко слышала! — его я и озвучила.

— Развлечениями же! Развлечениями, призванными расслаблять жителей столицы, — сказала Ло так, будто я не понимала элементарных вещей, а потом всё же пояснила: — В театре работают, поют на эстраде, танцуют в кабаре, в ресторанах прислуживают, некоторые с чужими детьми занимаются. А дом расслабления — это ведомство, где общественниц распределяют по рабочим местам.

Вон оно что! А я-то, оказывается, ужасно испорченная! Местные жители расслабляются, вон, по театрам с концертами, а я сразу про секс.

— Лори, а что же тогда в этом плохого? — ход мысли я уловила и запуталась окончательно. — Я честно не понимаю, зачем, например, выходить замуж или вообще становиться чьей-то наложницей, если можно просто работать и жить независимо?

Лесовина потерла лоб ладонью, будто силясь найти слова для разъяснений.

— Понимаешь, Дарина, быть общественницей — это как клеймо, которым тебя отметила Мать природа. Позор. Значит, ты никому не нужна, раз вынуждена прислуживать как какая-то бездушная…

— Нет, не понимаю пока, но обязательно разберусь. А что позорного делают бездушные и за что их так наказали?

Но тут мы подъехали к рынку, и ответить попутчики не успели. Пришло время выходить из повозки и отправляться на шопинг.

Мода Ракада напоминала земные двадцатые годы прошлого века. В основном женщины тут носили однотонные платья до середины икры, расшитые вышивкой или украшенные бахромой. Только одну я заметила в окне повозки в брюках и блузке, а ещё двоих в платьях выше колен. Из обуви дамы предпочитали туфли с низкими квадратными каблуками и острыми носами — не люблю такие, никакого изящества. Хоть модную революцию устраивай и изобретай шпильки с кроссовками заодно! Ещё некоторые дамы носили шляпки и перчатки даже в такую теплынь, которая стояла сейчас в столице. Ну и вроде бы всё, ничего особо ужасного.

Хорошо хоть не корсеты и кринолины. Но что ещё бросилось в глаза из отличий — местные не пользовались косметикой. Максимум, чем украшали себя жительницы столицы — бижутерия. Орчанки, к слову, злоупотребляли ею так же сильно, как и орки.

Хозяйка секонд-хенда, который назывался емким словом «свал», потрясала меня изобилием браслетов, оплетающих мощные зелёные запястья, заколок на множестве косичек и сережек, торчащих из дыр, проделанных по всей мочке и ушному завитку. В её лавке очереди не наблюдалось, было вообще пустынно и явно так всегда. Поскольку обрадовалась нам мадам как родным.

— Проходите, проходите, дорогие мои! — распахнула она зелёные объятья, и если мы с Ло доходили ей до плеча, то гном потерялся бы в них где-то пониже живота. — Можете ничего мне не говорить, я предчувствую, что вы пожаловали за свадебным платьем для лесовины!

Ну понятно тогда, почему здесь так пусто. Неудивительно с такой-то чуйкой.

— Ошибаетесь. Одевать будем меня, — я помахала большой тётеньке рукой, и она неожиданно-тоненько взвизгнула.

А мне начинает нравиться эта смешная реакция местных. Прямо цирк с конями.

— Это мадам Дарина, Глыда, не пугайся. Она не бездушная, она живая человечка и попаданка, — поспешил утешить знакомую торговку гном, — глянь печати, я уже проверил и убедился, что все в порядке.

Опять эти печати. Надо не забыть уточнить попозже про них у Лорики.

— Чуть сердечный приступ не заработала, нельзя же так, уф-ф, — облегчённо выдохнула орчанка и достала из-под прилавка веер, которым начала обмахиваться, — и что же вы для неё хотите купить?

Она почему-то об этом спрашивала у гнома с лесовиной, и я вновь решила обратить на себя внимание:

— Платить буду я, мадам Г лыда. Покажете, что у вас есть?

— Вот как? — торговка посмотрела на Скрула. Тот, видимо, подал ей какой-то свой торгашеский знак, потому что орчанка резко оживилась. — Всё! У меня есть всё, мадам Дарина!

— А есть не ношеные вещи? — спросила я с надеждой.

Просто припомнила, что в наших секондах такие бывают. Ну вот купил человек вещь с целью похудеть, а чуда не случилось, так и провалялось платье… красное такое, вечернее… сейчас бы в самый раз было, даже велико, наверное… Ну и вот, провалялась вещь, пока из моды не вышла, человек её в секонд и отдал прямо с биркой.

— О, сегодня мой день! Конечно же, у меня есть совсем новые вещи! Прошу за мной, дамы. А ты, Скрул, можешь пока журнал почитать. Мне сегодня как раз стопку «Наука и жизнь Элмеза» за прошлый год принесли.

Мы последовали за хозяйкой, но у входа в заднюю комнату я притормозила. Сначала мне нужно было кое-что сделать.

— Лори, — придержала я лесовину, взяв за локоть — вот, возьми элим. Мне сейчас очень понадобится твоя помощь, а ты сама знаешь, что ограничения не позволят её оказывать в полной мере. Это оплата за два рабочих дня: сегодня и завтра. Мы должны составить какой-то договор?

Лорика счастливо улыбнулась.

— Нет, нет. Мы только что его уже составили, — она взяла монеты и опустила в сумочку,

— ты огласила размер оплаты моей работы, я приняла. На наших аурах встали печати.

Как бы не забыть про них, про печати эти узнать-то!

— Кстати, про них мне тоже позже расскажешь, ладно?

— Конечно.

— Не забудь! А сейчас мне нужно, чтобы ты помогла закупить все необходимые для жизни вещи. Я просто немного растеряна и могу что-то упустить.

— Не сомневайся, все сделаем в лучшем виде!

В итоге у Глыды мы проторчали часа полтора, но зато купили большую часть требующихся приличной даме в обиходе вещей, включая двое новых трусов, хотя нет, это я им льщу… панталон! Бюстье, роскошный красный халат, расшитый пестрыми птицами, ночнушку до пят — понятия не имею, как в ней спать, но Ло сказала «надо»! К тому же всё бельё было новое — грех не взять. Туфли, кстати, их я обменяла на свои рабочие шлепанцы, которые с похудением стали мне великоваты, и я с трудом их не теряла. Домашние тапочки, чулки, живо напомнившие мне период детского сада, и колготы с оттянутыми коленями. Два платья: стального и темно-синего цвета. Полотенце, постельное бельё и сумочку. За все вышло четыре элима, а осталось у меня ещё двести девятнадцать.

Переоделась в синее платье я прямо там, а свой костюм сложила к остальным покупкам в выданный орчанкой бумажный пакет — пригодится. Ло сказала, что позже можно будет пригласить портниху, возможно, она сможет по моему костюму сшить новый, нужный для работы.

Распрощавшись и пообещав забегать, мы покинули лавку. Чувствовала я себя в тот момент почти прекрасно. Особенно после того, как Скрул восхищённо поцокал языком при виде случившихся со мной метаморфоз.

— Ну что, едем смотреть помещение или ещё что-то хотите купить?

— Едем смотреть, — решила я, не раздумывая.

Остальные вещи лучше докупить после того, как определюсь с жильём и хоть что-то закину в рот. Желудок уже пару раз угрожающе рыкнул.

Глава 11

Отдельно стоящее каменное здание с огромными воротами из рыжего металла и вправду совершенно не вписывалось в окружающую архитектуру. Выйдя из повозки, я даже приуныла. Но потом разглядела панорамные окна, немного сейчас пыльные, зашла за угол, обнаружив, что и с выходящей на центральный проспект стороны они имеются, и воспряла духом. Это прекрасно! Если всё сделать по уму, мой салон незамеченным не останется.

— Кабинет, личные удобства и комната для отдыха располагаются на втором этаже, — объяснил Скрул, заведя нас внутрь просторного пустого зала и кивнул в сторону лестницы, — а вот тут мы ремонтировали повозки, — он развёл руки в стороны, продолжив экскурсию. — Под полом имеются две ямы. Сейчас они закрыты заслонками, но их легко убрать. К тому же вниз ведут удобные лестницы, ты сможешь использовать ямы как склад. К слову, подсобка для инструментов и удобства для посетителей на первом этаже тоже есть…

Мозг заработал на пределе возможностей, просчитывая перспективы. Площадь помещения шикарная. Можно сделать и парикмахерский зал — даже раздельный для мужчин и женщин — и кабинет маникюра, и косметологический. А в яме можно сделать СПА! Нужно глянуть на размер и понять, возможно ли подать туда воду. Если поднапрячься, я, пожалуй, соображу, как сделать фито-бочку с парогенератором…

Ух, развернусь! Хватило бы денег! И ещё надо с услугами разобраться. Узнать про природные красители, лекарственные травы… Так, стоп. Об этом позже.

— Стены мы не отделывали, — вывел из мечтаний бас Скрула, — не было нужды, но это ведь не проблема. Можно нанять бытовых феюнов. Они прибудут с бездушными и сделают тебе всё за день. Главное — дать чёткие указания.

Тут я ничего не поняла, но на этот случай у меня была Лорика — глянула на неё вопросительно.

— Есть контакты надёжного феюна? — деловито поинтересовалась помощница у гнома.

— А то! Второй этаж посмотрим?

— Конечно.

Мы поднялись по каменной лестнице — слава богу, не металлической — и оказались в небольшом квадратном холле.

— Здесь клиенты могли подождать, пока их повозки ремонтировали.

Окна на втором этаже уже не панорамные. Вдоль одной стене стоял диван, у окна кресло, а между ними столик. Во второй стене три двери. Тут мой желудок рыкнул, напомнив о себе, и я поспешила прояснить ещё один немаловажный момент:

— А кухня в помещении имеется? Мне же питаться ещё как-то надо.

Скрул почесал затылок.

— Нет, кухни нет. Сын брал еду с собой, а разогревал артефактом. Но я подумаю, что с этим можно сделать.

Не сомневаюсь! Мне кажется, у гнома на всё найдётся решение. Уважаю таких людей… Ой! То есть нелюдей.

В спальне обнаружилась низкая, но широкая кровать, небольшой шкаф и напольная вешалка, а окно украшали голубенькие в цветочек занавески. Пойдёт на первое время. Кстати, на втором стены были отделаны типа вагонкой, покрытой лаком.

В кабинете стоял низкий письменный стол, три стула и комод для бумаг и канцелярки — тоже ничего лишнего.

Ну и удобства на втором этаже были сделаны под гномов. Но это тоже ерунда! Главное, они есть! И унитаз, и раковина, и зеркало, в которое я себя могла рассмотреть, чуть присев, а главное — бадейка, которую я определила как ванну! Вся сантехника из металла и в рабочем состоянии.

— Ну что? Заключаем договор? — потёр руку об руку гном, видимо, заметив, как заблестели мои глаза.

— Да. Меня всё устраивает.

Я отсчитала Скрулу тридцать элимов, мы с ним огласили условия сделки вслух, Лорика сообщила, что печати встали, и после этого гном отбыл, пообещав завтра рано утром прислать знакомого феюна.

— Ну что? Что делаем дальше? — поинтересовалась лесовина, когда мы остались одни.

— Есть хочу страшно! Может, тут рядом найдётся таверна или ресторан, или…

— Да, конечно! Полно! Это же центр!

— Отлично! После ужина нужно купить средства гигиены, а потом я тебя отпущу.

— О, не волнуйся. Я пошлю сейчас бабушке молнию, и она организует доставку… Прелесть какая! У них есть доставка! Шикарная новость!

— А ещё артефакты же… Ну для подогрева.

— Рядом с таверной есть артефакторская выставка, на ней и приобретём всё нужное.

— Ой, Ло! — очнулась я на выходе, — а как у вас открываются и закрываются двери? Ключей-то мне гном никаких не дал.

— Так прикосновением твоей руки. Дверь считывает ауру как временной владелицы и подчиняется.

— И никто не войдёт?

— Без твоего позволения не сможет.

Удобненько! Можно спокойно оставлять деньги в комнате.

Остаток этого невероятно насыщенного дня прошёл не менее продуктивно, чем первая половина. Подумать только! Ещё утром я проснулась в своей квартире и даже в страшном сне не видела подобного… Хотя эти мысли нужно от себя гнать, а то так и с ума сойти можно. Лучше думать о том, о чем ещё узнала.

Я, наконец, увидела, как отправляют молнию.

Молнией тут назывался аналог нашего пейджера! Естественно, это артефакт и работает он на энергии магии. Лори достала из сумочки толстый стеклянный прямоугольник размером с мой мобильник, к боковине которого крепилась стеклянная же палочка, типа стилуса, и ею быстро начала писать на прозрачной поверхности список необходимых мне в хозяйстве вещей. Слова исчезали с яркими синими вспышками. Видимо, поэтому гаджет и назывался «молния».

— А как ты задаёшь адресата? — поинтересовалась я, когда через пару минут с мелодичным треньканьем на стекле вспыхнуло ответное послание с суммой в пятьсот семь эликов за заказ и доставку.

— Хм-м… Никогда не задумывалась над этим. Просто пишу сообщения тем, кому хочу их отправить, и молния улетает в нужное место.

Понятно — магия.

По дороге в таверну Лорика рассказала, что заведения общепита держат опять же феюны

— мужчины с крыльями, которых я видела на собрании. Еще они занимаются вопросами строительства, ремонта и озеленения — этот народ хоть и обитал в коричневом районе, обладал бытовой магией.

— А что же при них делают бездушные? — я пока так и не узнала, как используют поднятых мертвецов. — Что они вообще способны делать?

— Что хозяин скажет, то и делают. Как тебе объяснить… — Лорика огляделась вокруг и подняла с красного газона палку, — вот представь, что ты говоришь вот этой палке: «пойди выбей мне ковёр» — и она подчиняется. Так и бездушные. Они исполняют то, что им велят хозяева. Идеальные исполнители: многофункциональные благодаря рукам и ногам, не умеют думать и разговаривать, а когда заканчивается срок годности, не требуют утилизации, потому что рассыпаются искрами и улетают в небо.

Уму непостижимо! Просто мороз по коже от таких рассуждений!

— Лори, но это ужасно! — попыталась я донести до помощницы свою точку зрения. — Представь, что твоё тело так будут использовать после смерти…

— Не будут. Мы — лесовины — превращаемся в деревья. Максимум — пустят на сруб, но мне будет уже всё равно, душа моя воплотится в другой лесовине.

Остаётся только развести руками.

— Ты прости, но я не могу уложить в голове ваше отношение к мёртвым людям. Как они вообще к вам попадают и за что?

Мы подошли к симпатичному деревянному трактиру. Посетителей в нем практически не было, и Ло предложила занять столик в углу зала. Обслуживала нас общественница дриада, и я, наконец, увидела одну из них. И да! Я не ошиблась. Девушка действительно была страшненькой. Тёмная кожа лица сморщенная, как сушёная груша, крючковатый тонкий нос и сжатые в нитку губы… В общем, пока ждали заказ, я уже вовсю прикидывала, какие бы процедуры ей назначила, и гадала, найду ли на Элмезе чем увлажнить бедолаге кожу? Но Лорика принялась отвечать на мой вопрос, и эти мысли пришлось отложить.

Лесовина рассказала, что когда-то на заре зарождения цивилизации Элмеза в мире жили люди-маги, которые тоже являлись правящим классом. Из-за чего они с оборотнями рассорились, лесовина точно не знала, потому что ту историю ворошить не любили.

Война, которая началась после раскола, была страшной и нанесла большой урон миру. Когда Мать природа создательница о ней узнала, она немедленно явилась на Элмез с целью своих творений примирить. Но враги были настолько непримиримы, что каждая сторона не побоялась высказать свои условия создательнице. Оборотни потребовали взамен мира рабство для людей, а люди потребовали отобрать у оборотней человеческую ипостась. Тогда, по легенде, создательница ужасно разозлилась и дала глупцам то, что те требовали. Оборотни получили-таки в услужение людей, но только тела, без души. Людей же создательница выслала в другой мир, где те получили зверей без человеческой ипостаси.

Однако вместе с людьми ушла и их магия. На Элмезе больше не осталось целителей, иллюзионистов, менталистов, зато оборотней, которые не смогли в положенный срок совершить полный оборот, застыв в половинчатом состоянии, стало появляться всё больше.

На все мои уточняющие вопросы Ло ответов дать не смогла, поэтому для меня осталось загадкой. Другой мир — это Земля? Но ведь у нас нет магии. Есть ещё мир, где живут люди, но магический? Что значит — получили зверей без человеческой ипостаси? Они разумные? И возможно ли, что души умерших оборотней вселяются в земную живность? Ничего этого лесовина не знала. Академий на Элмезе не имелось, дети обучались в семьях, поэтому во всём мне придётся разбираться самостоятельно и постепенно.

Ну а после вкусного ужина, на который нам подали овощное рагу с мясом птицы, ржаные маленькие булочки, салат из местных овощей, по вкусу напоминающий капустный с зелёным горошком, и ароматный чай из трав, мы отправились на выставку артефактов.

Блюда заказывала Ло, я-то пока в кухне Элмеза совсем не разбирались, но мой вкус помощница угадала. Она же попросила собрать мне с собой завтрак или же ночной дожор из пирожков с разнообразными начинками: и сладкими, и нет. А сбор трав для чая для меня Ло заказала у бабушки, и доставка должна уже вскоре нас дожидаться у дверей моего жилища.

По счету же я расплатилась сама: за ужин на двоих вышли сущие копейки — двести эликов. Зато на выставке пришлось раскошелиться.

— Лори, мне, наверное, тоже нужен такой отправитель молний? — я задумалась над покупкой, разглядывая витрину с моделями этих волшебных стёкол.

— Это не предмет первой необходимости, Дарина, кому тебе молнии отправлять? А если и понадобится, то воспользуемся моим. Не забудь, что завтра феюну за ремонт платить…

Да, точно. Десять элимов — это не шутки, а сколько придётся отдать за ремонт и оборудование, мне даже представить страшно.

В итоге я купила камень-разогреватель — небольшой круглый блин с реле, как на наших земных электроплитах. Стеклянный нагреватель воды — что-то типа чайника. Две керамические кружки, пока хватит двух: мне и Ло. Жидкость в этих кружках держала заданную реле температуру: хочешь — чай пей, хочешь — холодную водичку. Ещё купили нагреватель для ванны. Оказывается, вода туда подаётся холодная, а желающему в ней поваляться придётся греть ее специальным круглым камнем с — бинго! — реле. Видимо, на Элмезе любили точность, поэтому все параметры выставляли вручную. А главное, я купила часы и, наконец, узнала что время половина десятого вечера.

— Лори, спасибо тебе за помощь, на сегодня я тебя отпускаю, а завтра приходи как можно раньше. Мы с тобой ещё обсудим график работы и как тебе удобно получать зарплату: ежедневно, раз в месяц или же раз в неделю.

— Тебе тоже спасибо, Дарина, — лесовина взяла меня за руки и тепло улыбалась. — Я никогда раньше не проводила так интересно время, как с тобой. Пожалуй, я сейчас даже вызову наёмную повозку, чтобы сегодня поскорее добраться домой и пораньше лечь спать, а завтра проснуться с первыми лучами…

Стало немного стыдно. Солнце село, наступили сумерки, а я девочку все держу и держу.

А ещё я встревожилась, как только задумалась о времени:

— Ты нормально доберёшься? Это не опасно?

Вот на такие случаи и нужен этот дорогущий местный пейджер! Так бы она мне могла сообщить, что благополучно добралась.

— Не переживай, ничего со мной не случится.

Очень надеюсь.

Лесовина отправилась домой на такси, которое дожидалось её у моего будущего салона, а я, подхватив коробку, присланную бабушкой лесовины, вошла внутрь и, наконец, осталась одна.

Глава 12

Вошла и тут же включила светильники — Ло показала, как это делается, ещё когда мы уходили. Но после выставки я бы и сама догадалась: свет регулировался неизменным реле. В темноте было некомфортно, но и яркого света не хотелось, поэтому поставила на отметку тридцать процентов и ещё раз оглядела помещение.

Картинка показалась невероятно унылой: голые пыльные окна, облезлые стены… В огромном пустом здании внезапно стало тоскливо. Я остро почувствовала свое одиночество и чуждость этому миру. Моя уютная, светлая квартира, любимые безделушки, привычный быт — всё осталось далеко на Земле и без хозяйки! Захотелось завыть в голос, и я закусила губу, сдерживая всхлип. Стиснув в руках коробку, бросилась к лестнице. Решила, что от души порыдать лучше лёжа в пенной ванне — там хоть пространство меньше, а шум воды приглушит вой.

Но гулкое эхо шагов, отразившееся от стен, неожиданно нагнало жути. По спине пробежали мурашки, и плакать как-то перехотелось. Не до того мне стало. Липкий страх заставил заговорить вслух с самой собой.

— Не все так плохо, Дарина! Могло быть гораздо хуже! Выше нос! Тут у тебя есть Лорика и деньги, появится дело и цель, а там что?

Там тоже были: и дело, и цель, и друзья, и сотрудники, и любимый город… Так не пойдёт. Взбодриться получилось плохо.

— Но тут в мире есть магия, и к тебе вернулась молодость! — нашла я новые аргументы.

— Кто знает, что тебя здесь ждёт? Может, даже любовь и ребёнок!

А вот это сработало. В земной жизни родить ребёнка у меня не вышло, несмотря на бесконечные попытки, закончившиеся разводом. Во времена моего замужества ЭКО только появилось, а в последние годы, когда медицина шагнула в этом направлении вперёд, я считала, что рожать мне уже поздно. Ведь даже если я смогу забеременеть и выносить ребёнка, то после сорока поднимать одной малыша трудно. Мужа у меня не было и не предвиделось. Родственников тоже — мамы уже три года как нет…

Так, пока вспоминала самое печальное из прошлой жизни и уговаривала себя искать хорошее в новой, я разобрала и развесила купленные у Глыды вещи и взялась разбирать коробку от лесовины.

Бабуля сложила все строго по заказу. Бутылочки и пакетики, к счастью, были подписаны: мыло для тела, мыло для волос, пена для ванны, зубной порошок и что-то типа нашей зубной щётки — спасибо, что чистить зубы элмезцы не считают грехом, — ну и три пакетика разных травяных чаев. Мыльно-рыльные расставила в ванной комнате, а травки отнесла в гостиную вместе с пирожками, кружками и артефактами. Так, создав немного уюта, я с удовольствием всё с себя скинула и, захватив халат с полотенцем, отправилась откисать и киснуть.

Но когда, наконец, погрузилась в приятно тёплую ароматную пену, с удивлением поняла: а истерить-то уже совсем не хочется…

Куда больше мне сейчас хотелось прикинуть список дел на завтрашний день и нарисовать хотя бы мысленный чертёж перепланировки первого этажа. И так меня это увлекло, что захотелось поскорее оказаться уже в завтрашнем дне и приступить к великим делам.

На робкий вопрос, заданный себе где-то очень глубоко: а почему я, собственно, не испытываю надежду и не ищу способ вернуться домой? Я ответила: Луций — не господь бог, а какой-то там жрец. Он просто демон, умеющий открывать межмировые порталы. Рассчитывать на то, что он вспомнит обо мне и раскается — глупо, а терять время на слёзы — ещё глупее. Я лучше буду жить одним днем и на полную катушку. Попытаюсь устроиться с комфортом в новых реалиях, стану уважаемой мадам…

Ну а если свершится чудо и появится возможность отправиться домой — прекрасно! Надеюсь только, что моё имущество за время отсутствия никто к рукам не приберет.

В общем, из ванны я вышла умытая, чистая и оптимистично настроенная. Но только успела простирнуть белье и развесить сушиться, как снизу раздался пронзительный звуковой сигнал. Я на месте подскочила с перепугу и схватилась за сердце. Далеко не сразу догадалась, что так звучит дверной звонок…

Кого там ещё принесло так поздно? Накинула и завязала халат, надела тапочки и осторожно отправилась к двери — звонок не затихал. Надо будет его заменить. Я помнила, что навредить мне никто не может, но все равно прежде чем открыть, спросила:

— Кто там?

— Мадам Дарина, откройте, это альфа Грид. — Стервятник? Голос его я узнала, да и именно так, кажется, его величал председатель. — Мне нужно с вами поговорить.

Уверена, что ничего хорошего он не скажет, но и идти на конфликт с одним из сильных мира сего в первый же день неразумно. Приставила к двери ладонь, запуская незваного гостя.

— Чему обязана, альфа Грид? — поинтересовалась, запахивая халат на груди плотнее. Взгляд у этого представителя птичьих был цепким и неприятным. — Вы за мной следите? Как узнали где меня искать?

— Скажем так: присматриваю. И не зря. Я выяснил, что вы затеяли, поэтому уже сейчас предвижу ваш провал и предлагаю сделку…

— Я не сдамся вам на опыты ни за какие деньги! — знаю я, что ему нужно! Да и вообще, нечего тут каркать. — Время позднее, и я устала. Поэтому.

Я распахнула дверь, недвусмысленно указывая на выход.

— Подумайте хорошо, мне нужна лишь ваша кровь, мадам Дарина, я щедро за неё заплачу.

Нет, конечно! Тут и думать нечего. Я похожа на идиотку, раздавать свою кровь всем подряд в мире, где творят кровавые ритуалы?

— Я подумаю, альфа. Всего доброго.

Стервятник перешагнул порог, покинув мой дом, и я тут же закрыла за ним дверь. Но не успела дойти до лестницы, про себя ругая одного бородатого болтуна — а больше-то некому про меня выдавать информацию — как разразившийся противной сиреной звонок вновь заставил меня подпрыгнуть.

Ну что ему ещё?! Надеется добиться согласия, озвучив сумму? Уже не скрывая раздражения, я распахнула дверь, чтобы стервятнику всё высказать, но на пороге стоял вовсе не Грид.

Глава 13

— Добрый вечер, мадам Дарина, — сверкая блудливыми глазами, мурлыкнул и обворожительно улыбнулся альфа Доминус, — я пришёл к вам с заманчивым предложением…

Уж не знаю, по заслугам или нет, но природа, мать их создательница, одарила этого альфу щедро. Поэтому того раздражения, которое испытала, увидев предыдущего визитёра, сейчас и в помине не было. Ну а кто бы остался недовольным, явись к нему в гости какой-нибудь Йен Сомерхолдер? Чем-то Доминус его неуловимо напомнил… Взглядом, что ли… Но растекаться лужицей сейчас вообще не время.

— Простите, альфа, я не ожидала гостей в столь поздний час, — запахивать халат я принципиально не стала.

Взгляд Доминуса неприятным не был. Наоборот, дарил уверенность в себе и тешил женское тщеславие.

— О, мадам, я всё понимаю и надолго вас не задержу. Мне тут птичка на хвосте принесла,

— да-да, знаю я эту низкорослую птичку, — весть о том, что именно вы задумали. И я бы хотел вас предостеречь от опрометчивого поступка, проведя экскурсию по городу и рассказав о наших традициях… К примеру, завтра…

— Очень заманчивое и лестное предложение, альфа, но увы, завтра никак не получится. У меня планы, — с притворным сожалением пожала я плечами.

Не собираюсь поддаваться давлению и запугиванию.

— Я хотел отвести вас столичную библиотеку и стать поручителем. Видите ли, доступ туда не так просто получить.

Знал, мерзавец, на что давить!

Пришлось давать заднюю и не обрубать все концы разом. Мне действительно понадобится информация.

— Но завтра я действительно не могу, может, в другой день?

— Я предвидел отказ и принёс для вас небольшой презент… — Председатель вытащил из кармана красиво упакованный аппарат по обмену молниями и протянул мне. Я как раз такой рассматривала на выставке. Дорогой, между прочим. — Как только появится возможность уделить мне время, только подумайте обо мне и напишите…

Прямо по всем фронтам наступает! Опасный противник, но и я не лыком шита.

— Простите, альфа Доминус, я не знаю как принято на Элмезе, но в моем мире порядочные женщины не принимают дорогих подарков от малознакомых мужчин. Я найду способ дать вам знать.

— Ну что же. Я буду ждать, — мурлыкнул кот.

Расстроенным он совсем не выглядел, даже наоборот. Напоследок ещё раз облизал меня томным взглядом и, плавно развернувшись, скрылся в темноте.

На этот раз до лестницы дойти я успела. И даже сделала шаг на ступеньку, когда новый звонок заставил меня истерически рассмеяться. Они там всем собранием ко мне по очереди решили всю ночь ходить? Я, конечно, недостатка в мужском внимании никогда особо не ощущала, но чтобы вот так! Косяком! Нет, такого не было.

— Кто там? — устало спросила я, подойдя к двери в очередной раз.

— Альфа Терас, мадам, — раздался пробирающий хрипотцой до мурашек мужской голос.

— И у меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться…

Этого альфу я совсем не ожидала увидеть, потому что на собрании он даже не думал скрывать своей неприязни, но дверь открыла — а что делать? Очень интересно, что ему от меня надо?

Волк шагнул через порог и буквально придавил меня своей хищной аурой. От него так и веяло опасностью — невольно поежилась, но страх показывать и не подумала. Даже когда он, внимательно изучив лицо, ощупал взглядом фигуру.

— Чем могу быть полезна в столь поздний час? — поинтересовалась, намекая, что визиту не рада.

— Я узнал, что ты намерена провернуть, человечка…

Хм-м. Терас не лебезил и не строил глазки, прикидываясь, что я ему нравлюсь, и это совершенно неожиданно понравилось мне. Может, и правда что-то дельное предложит?

— Скрул где-то дал объявление с моим адресом? — проворчала я, отступив, чтобы позволить гостю войти и закрыть дверь.

— Я отвечаю за порядок в Ракаде, мне положено все знать. Но сейчас речь не о моих служебных обязанностях. Объясни, что такое салон красоты, — потребовал этот властный самец.

Ага. Ясно. Начальник полиции, значит, ну понятно, он обязан знать, не преступную ли деятельность я собираюсь развернуть, так что его визит логичен.

— Это место где лю… жители городов могут сделать свою внешность более привлекательной…

— И ты знаешь, как это сделать? У тебя есть какая-то особая магия?

Ну, можно и так сказать.

— Нет, я про магию вообще не имею понятия, но у меня есть знания и умения, в своём мире я была хозяйкой такого салона.

— Что ж, тогда предлагаю сделку: я уговорю сестру прийти к тебе, а ты сделаешь так, чтобы Мерлина смогла очаровать альфу Доминуса, и тогда она сделает тебе такую рекламу, что твой салон не прогорит…

Заманчиво, но, во-первых, я не видела его сестру — может, там ничего не поможет, во-вторых — что мне грозит в случае провала, и в-третьих — не сочтёт ли он наш с котом поход в библиотеку нарушением интересов сестры? А в библиотеку мне очень надо…

— А если у меня не получится? Вдруг ваша сестра очарует с моей помощью всех, кроме него? — зашла я издалека.

— Положила глаз на альфу председателя? — рыкнул волк, и я вздрогнула.

Ну точно! Встреча с Доминусом мне аукнется.

— Глупости. Просто я не хочу ничего никому обещать. А сестра ваша пусть приходит. Чем смогу — помогу…

— Я буду следить за тобой! — вместо «до свидания» гаркнул волчара и, сверкнув жёлтыми глазами, покинул помещение.

Блин, я так с ними не усну! Все нервы истрепали.

Хоть в тот вечер ко мне больше никто и не пришёл, усталость и перевозбуждение крепко захватили в плен мой мозг, не давая забыться сном. Пришлось заварить чай, на упаковке которого была надпись «добрая ночь», и только запив им два пирожка, я, наконец, смогла провалилась в мир грёз.

Глава 14

Разбудил меня треклятый звонок — пришла Лорика. Вообще-то, хорошо, что разбудил, дел-то по горло, а после чаёчка спалось сладко, сама бы до обеда не встала. Просто мерзкий звук ещё долго потом стоял в ушах.

— Скрул прислал молнию, Дарина. Феюн прибудет через тридцать минут, — сообщила Лори, когда я умытая и одетая уже завтракала пирожками с чаем из упаковки «Бодрость».

— Ох, пойдём глянем ямы. И ещё мне нужна бумага, — поспешила покончить я с трапезой и поднялась из-за стола.

Примерный план первого этажа у меня в голове уже вырисовался, осталось перенести его на листок, чтобы проще было объяснить строителю, что именно я хочу.

К счастью, Лори обнаружила в кабинете толстый, почти чистый блокнот. А вот к несчастью выяснилось, что читать-то я умею, а писать — нет. Руки были заточены на земные буквы и элмезские выводить категорически отказывались. Так что да аппарат для молний мне сейчас вообще не нужен. Правильно сделала, что отказалась.

— Ух ты, удобная! — оценила мою ручку лесовина, когда я попросила её подписать на корявеньком — ну не архитектор я, что поделать? — чертеже назначения помещений, — надолго этого приспособления хватает?

— Сомневаюсь… — стержень, к сожалению, не вечен. — А вы чем пишите?

— Макаем в краску специальные палочки, но ими так красиво не получается.

— Как думаешь, может можно продать технологию вашим артефакторам?

— Можно попробовать. Когда ты хочешь поехать в Скол?

— А вот сейчас узнаем, сколько денег нужно на ремонт, и решим.

Ну а дальше день завертелся, как пропеллер.

Феюн по имени Длинь явился без опоздания в сопровождении шестерых бездушных, и я, наконец, смогла разглядеть ходячих мертвецов. Что ж, на наших зомби из фильмов они похожи совсем не были. Скорее, напоминали живых кукол, роботов каких-то, ну и чувства омерзения не вызывали. Одеты бездушные были в чистые рабочие комбинезоны, и пока мы с Длинем всё осматривали и прикидывали смету, стояли у стенки в ряд, не шелохнувшись. Земляне они или нет, пока было непонятно.

— Тут нужно привлекать других бытовиков, — сообщил мне нерадостную весть парень с тонкими не материальными крылышками — оказывается, так выглядела магия феюнов, мне Лори тихонько об этом шепнула, когда заметила, что я на них таращусь, — я специализируюсь на отделке, а тебе, мадам, нужны сантехники.

Так Длинь отреагировал на моё желание провести воду в яму. Ещё до его прихода я оглядела оба помещения и решила их объединить, сломав стену. Если всё получится, кабинет для обёртывания или фито-бочки выйдет идеальный.

— Есть кто-то на примете? — спросила Лори.

— Само собой!

В общем, мне пришлось нанять две бригады. Второй феюн по имени Винь прибыл спустя десять минут после отправления Динем молнии.

Возведение перегородок — мы решили покрыть стены первого этажа краской, а ямы выложить каменной плиткой; замена страшных дверей на красивые деревянные с узорами; внешняя отделка — её я тоже решила обновить, а так же вентиляция и разводка сантехники по залам и в СПА — это были лишь первоочередные и обязательные задачи.

Чтобы помыть окна и все остальное мне рекомендовали обратиться к специалистам по чистоте, но это уже дело десятое. Если что, сами всё помоем с Ло, потому что ремонт мне вставал в копеечку.

Ближе к обеду мы выбрали все материалы, и феюны прикинули смету…

Озвученная сумма в восемь сотен элимов заставила меня схватиться за сердце. Это кошмар! Не знаю как тут, а у нас на Земле первоначальную цифру, запланированную на ремонт, можно смело умножать на два. Восемьсот тысяч рублей за такую площадь и работу — это ещё по-божески. Неудивительно, что гном мне сдал помещение за копейки и позволил с ним делать всё что угодно. Кто ещё в такую авантюру сходу ввяжется, кроме попаданки-лохушки? Хотя чего я хотела?

Уф-ф, а мне ведь ещё мебель, оборудование и материала закупать.

Даже если я продам оставшиеся монеты, денег мне не хватит. Надо ехать к артефакторам срочно. Я очень-очень надеялась пристроить им турмалины и телефон, а может, даже и ручку за приличную сумму.

— Ну что, мадам Дарина, заключаем договор? — потирая ладошки, спросил Длинь, не заметив моего шока.

У него там, наверное, циферки в голове порхали.

— Погодите, уважаемые, сейчас у меня нет таких денег. Скажите, а за какой срок вы управитесь, если я их раздобуду?

Феюны заметно пригорюнились, но всё же Длинь ответил:

— Сделаем всё за пару дней, мадам Дарина.

— Лори, сколько времени займёт поездка в Скол?

— На скоростной повозке час туда, час обратно, ну и там…

— А на обычной?

— Сутки в один конец.

Ничего себе разрыв! Но терять двое суток мне никак нельзя.

— Поняла. Господа феюны, жду вас послезавтра утром. Заключать окончательные договоры будем исходя из имеющихся у меня к этому времени средств.

— Если дадите предоплату, я мог бы начать что-то делать. Сколько у вас есть? — не сдавался Длинь.

Видимо, с заказами у него напряг.

— Лори, сколько стоит два билета туда и обратно до Скола, ты ведь поедешь со мной?

— Конечно. Билеты на скоростную повозку обойдутся где-то в пятьдесят элимов, а на обычную…

— На скоростной поедем, — прервала я лесовину и, быстро прикинув в уме свою наличность, ответила Длиню: — Могу дать предоплату в сотню элимов.

После трат на выставке, аренды, у Глыды и прочих, незначительных, у меня оставалось сто шестьдесят элимов и мелочь эликами. Из них надо заплатить зарплату Лорике, купить билеты и оставить немного на всякий случай.

— Прекрасно! — оживились феюны. — Самое дорогое — это материалы, я их пока трогать не буду. Я пока займусь перестройкой ям и возведу перегородки между кабинетами…

— А я подготовлю всё для разводки труб и сделаю вытяжку, — зыркнул на друга Винь, давая понять, что всей сотней в одиночку завладеть не позволит.

На том и порешили.

— Печати встали, — сообщила мне Ло, и я решила больше не откладывать пояснения про эти самые печати.

— Так, Ло, пойдём наверх. Я буду собираться, а ты мне, наконец, расскажешь про эти штуковины, которые куда-то там встают. Кстати, тебе же тоже нужно домой заехать за вещами.

Ух, как всё успеть?

— Я отправлю молнию, и бабушка мне пришлёт необходимое, — успокоила лесовина, и, оставив феюнов работать, мы отправились на второй этаж.

Как говорится, голому одеться — только подпоясаться. Дорожного костюма у меня не было, в поездку я отправилась в сером платье. В сумку сложила только зубную щётку с порошком, смену белья и свои сокровища, но за это время Лорика успела меня просветить:

— Печати — это оттиски на ауре всех договоров, которые ты заключаешь. Они выступают гарантом и не дают их нарушить, а ещё это твои документы.

— Так я примерно и думала, но остаётся непонятным: почему меня тогда принимают за бездушную? Ты, Скрул, Глыда…

— Ну так для того чтобы увидеть ауру, нужно перейти на магическое зрение, а это дело энергоемкое и без нужды никто им не пользуется. Нам всем лучше хранить энергию для работы, а не разбазаривать ради любопытства. С виду ты была точь-в-точь бездушная, а у них ауры нет, так зачем напрягаться?

Это многое объясняет, а то я никак не могла понять, как, имея способность видеть ауру, аборигены не могут отличить живое существо от мёртвого?

— А как переходят на магическое зрение? Я тоже смогу?

— Без понятия, а дар у тебя есть? — пожала плечами лесовина.

Вопрос, конечно, интересный…

— Я не знаю. На Элмезе у всех есть магические дары?

— У всех, но у каждого народа дар свой, особенный. У кого-то слабее, у кого-то сильнее, но магия гномов недоступна лесовинам, и так далее. Поэтому мы все овладеваем своими способностями дома, в семьях. Я, конечно, могу попробовать тебя научить переходить на магическое зрение так, как перехожу сама, но получится ли…

— В дороге попробуем. Сейчас скажи, ты подумала над зарплатой?

— Мне всё равно, Дарина, как тебе будет удобно.

Тут как раз доставили вещи Лори, заставив нас очень вовремя свернуть лишние разговоры, напомнив, что пора выдвигаться.

— Хорошо. Вот, возьми оплату за десять дней, — я отсчитала пять элимов, после покупки билетов у меня останется тоже пять, — и вызывай наемную повозку.

Перед отъездом я ещё выдала феюнам разрешение беспрепятственно попадать в помещение по работе. Всё-таки удобно на Элмезе придумали. То есть по делу нанятый работник может ходить туда-сюда сколько влезет, а если попробует заявиться просто в гости, дверь его не впустит. И, оставив свое помещение в надёжных тоненьких ручках бытовиков, мы с Ло вышли к ожидавшей нас повозке.

Забираясь внутрь, я вдруг почувствовала сверлящий спину тяжёлый взгляд. Неприятное чувство, тревожное, заставляющее шевелиться тонкие волоски. Резко обернулась и краем глаза заметила, как за углом моего будущего салона скрылась знакомая фигура в плаще с капюшоном.

Капитан. Альтзаир за мной тоже следит?

Глава 15

Вокзал Ракада стал для меня очередным открытием. Я даже выкинула из головы тревожные мысли о половинчатом преследователе, когда такси высадило нас у входа.

Снаружи он мне живо напомнил Колизей — высокая круглая стена смотрела на привокзальную площадь, но вот когда мы вошли внутрь, оказалось, что она не круглая, а полукруглая и внутри прячет множество уходящих на лётное поле перронов. Ну а на них толпился народ, периодически загружаясь в подлетающие длинные вагоны, запряжённые двумя, а то и тремя монстрами. Обделаться можно от страха!

— Боже, Лори! А кто этими динозаврами управляет?

Отчаянно захотелось вернуться обратно, поскольку никаких извозчиков я ни разу не наблюдала — ни тут, ни когда доводилось передвигаться местным транспортом, и этот вопрос встал сейчас особенно остро.

— Ой, ты боишься, что ли, Дарина? — удивилась лесовина и беззаботно махнула рукой:

— Не стоит! Всем транспортом на Элмезе владеют оборотни-рептилии. Они имеют ментальную связь со своими ездовыми братьями меньшими и гарантируют полную безопасность передвижения.

Я поняла суть, что эти самые рептилоиды рулят издалека и всё контролируют, но вообще не расслабилась. А Лорика тем временем тянула меня к билетным кассам.

— Куда желают отправиться дамы? — поинтересовался у нас оборотень-рептилия из свободного окошка.

Он действительно напоминал змею или ящерицу характерными чертами лица: почти незаметный, вдавленный в череп нос, острые скулы, узкие глаза, тонкие губы, лысый череп… Бр-р-р.

— Скоростной повозкой в Скол, — ответила лесовина, я в тот момент уже никуда не хотела отправляться.

— Прошу прощения, обязательная проверка ауры. Пройдите в комнату досмотров.

— Это артефакт специальный, — шепнула мне Ло, заводя в расположенную рядом с кассой дверь, — чтобы свою энергию не тратить. Дорогущий — жуть!

Сама процедура оказалась быстрой и незаметной, а после того как кассир проверил наши ауры и убедился — пассажиры имеют право покидать город, повёл нас выбирать транспорт.

Разнообразного народа на вокзале было достаточно, все куда-то спешили и не обращали на нас никакого внимания, а я глазела по сторонам, наблюдая, как с перронов отправляются многоместные повозки. И да, я не ошиблась — они летали. По городу — очень низко над дорогой, и это было не так страшно, а вот на дальние расстояния.

Монстры, разбегаясь, набирали скорость и взлетали метра на три, а потом разлетались в разные стороны. Кошмар! Я самолётов опасалась, а вот это вот…

В общем, вцепилась в руку Лорики, готовая в любой момент дёрнуть за неё, чтобы бежать, и непроизвольно начала притормаживать каблуками.

Но перрон для скоростных, находившийся в отдалении от других, неумолимо приближался. Возле него стояли в ряд три небольшие повозки, вообще без скакунов. Зато из их крыш торчали большие квадратные ручки. Очень неприятное предчувствие закралось в душу и заставило затосковать.

— Лори, а как перемещается скоростная повозка? — поинтересовалась, затаив дыхание. До этого я наивно предполагала, что в неё просто запрягут побольше животных, но нет.

— Виверна её относит через пространственные прыжки.

Так я и знала! Нет, конечно не про виверн, и не про пространственные прыжки, а про то, что способ передвижения мне не понравится. Прикинула: а что если рискнуть и потерять двое суток на дорогу, добираясь уже знакомым образом?

— Лори, может, лучше на обычной?

— Если вы опасаетесь за свою безопасность, мадам, то совершенно напрасно, — перебил меня оборотень, почувствовав потерю прибыли, — виверны — самый надёжный извозчик, а повозки проверены на безопасность множеством краш-тестов.

Нет, я не расслабилась. Мне просто не захотелось выглядеть трусихой в глазах помощницы, истеричкой в глазах оборотня, да и все-таки терять время было жаль. Поэтому, мысленно перекрестившись, заплатила за два билета туда и обратно, и первой шагнула в повозку. А как только Лорика заняла своё место, рептилойд плотно закрыл дверь, и вскоре я почувствовала взлёт.

— Ло-о-ор! Срочно расскажи мне об успокоительных травах и как вы их находите! — завопила я, сгруппировавшись на сиденье.

Лесовина заливисто рассмеялась и вольготно раскинулась на своём диванчике.

— Давай я лучше тебе расскажу о том, почему безопасно перемещаться скоростными повозками.

Что ж, это тоже сгодится для отвлечения.

— Или это, — согласилась я, — и расскажи, чем ещё занимаются оборотни в вашем мире.

Надо ли говорить, что за время пути я ни единого раза не вспомнила о магическом зрении? Да на кой оно мне сдалось, когда меня динозавр в чемодане куда-то тащит?

Лучше уж послушаю про поразительные возможности оборотней.

— У каждого вида свои способности и магия, — начала рассказывать Лори. — Вот рептилии умеют подчинять и дрессировать ящеров, поэтому они зарабатывают деньги на перевозках и разведении извозчиков…

— Погоди, а Скрул как же своим управлял?

Схему работы такси я понять могла — сидят рептилойды в офисе и управляют на расстоянии. А как справляются владельцы личного транспорта, для меня оставалось загадкой.

— Ну как же! Приобретая своего извозчика, гном прошёл курс взаимодействия. Он длится примерно неделю, за которую оборотень настраивает между будущим владельцем и ящером ментальную связь. Очень дорого стоит, между прочим! Но зато теперь Скрул может управлять личной повозкой.

Не очень понятны детали, но в целом выходит, что гном окончил курсы вождения. Ясно.

— А у вашей семьи есть повозка?

— Конечно! Мы же доставкой занимаемся. Ею бабушка и брат могут управлять, на них двоих настраивали.

Интересно, а я смогу? Ну да ладно, это сейчас не так важно.

— А председатель Доминус, он кто и что умеет?

— Род Тригеров — тигры, — значит, я не ошиблась в том, что он кот, — этот вид оборотней способен находить связь с хищниками семейства кошачьих и занимается охотой. Его клан — поставщик мяса и мясных изделий.

Один «жених», выходит, мясник.

— А Терас — волк?

— Волк и его клан отвечают за порядок в городе. У этих оборотней невероятно развит нюх, а ещё они очень жёсткие и скорые на расправу, поэтому преступлений у нас никто и не совершает. Нет таких рисковых.

Ну это хорошо, наверное, главное, чтобы не устраивали полицейский беспредел.

И имеем второго «жениха» — силовика.

Но они остались в Ракаде, а мы летим в Скол, и лучше бы узнать, кто там всем заправляет.

— А в городе артефакторов кто главный? Тоже оборотни?

— Да, амфибии. Дельфины. Но учёным может стать любой житель Элмеза, если обладает к этому склонностью. Просто дельфины самые умные и способны передавать энергию предметам…

Час пролетел незаметно. К концу пути я совсем забылась и бояться перестала. Динозавр летел мягко, тряски никакой не ощущалось, а окон в этой повозке не предполагалось. Как объяснила Ло, потому что из-за высокой скорости передвижения за окном только размазанное пространство видно.

В общем, когда мы почувствовали момент приземления лёгкий толчок и ощущение парения прекратилось, на перрон Скола я выходила, решив, что обратно лететь мне будет уже совсем не страшно и, возможно, даже удастся потренировать магическое зрение.

Глава 16

Скол прекрасен! Я, к сожалению, в земной Венеции так и не побывала, но раскинувшийся на воде сиреневого моря наукоград живо мне о ней напомнил.

Вообще нет ничего странного в том, что построен он именно так и тут. Дельфины хоть и млекопитающие, но водоплавающие — удивляться нечему. Просто уж очень захватывающий вид мне открылся!

Виверна осталась ждать на перроне, когда пассажиры, закончив дела, отправятся в обратный путь, а мы поспешили в город.

По деревянным мосткам мы с Ло вышли на привокзальную площадь и вызвали такси: здесь повозки передвигались по каналам, а запрягали в них водоплавающих ящеров.

— Предлагаю отправиться не в центральную скупку, а в институт драгоценных камней, — внесла дельное предложение лесовина, когда оформляла заказ и указывала маршрут в молнии, — возможно, там получится продать твои турмалины дороже, без посредников.

Разумеется, я к ней прислушалась. Я без Ло на Элмезе будто слепой котёнок, даже молнию сама не смогу отправить. Очень надеюсь, что когда-нибудь достойно отблагодарю лесовину.

А это «когда-нибудь» случится в ближайшее время, потому что с выбором маршрута Лорика не прогадала. В институте нас приняли с дорогой душой!

— Попаданка и её иномирные вещи, говорите?! — оживился дежуривший на ресепшен дельфин, выслушав сообщение о цели нашего визита. — Просто потрясающе! Присядьте на диван, дамы, пока я свяжусь с начальством…

И не успели мы хорошенько оглядеться, как буквально через пару минут к нам вышли аж три научных сотрудника и увели в просторный зал с фонтаном в центре для переговоров.

Кстати, оборотни-дельфины тоже напоминали земных обитателей моря мордалицами и проницательным взглядом умных тёмных глаз.

— Если вы не возражаете, мадам Дарина, мы проверим ваши турмалины на отличия от наших и огласим сумму, — сказал один из учёных, после того как я выложила на стол серьги.

Я не возражала, и лаборант унёс мои камешки на исследования.

— А пока ждём, скажите, нет ли у вас ещё каких-то вещей из вашего мира?

— Есть, но из камней только вот такие. — я сняла с цепочки кольцо с фианитами и протянула поинтересовавшемуся дельфину, поясняя, — они искусственные.

— Хм-м. Очень интересно, — выдал он, после того как долго и заинтересованно рассматривал кольцо через прибор, — это искусственный алмаз?

— Да, но, насколько я знаю, его в основном используют в ювелирной промышленности, потому что прочностью природного алмаза он не обладает.

— А как его получают, вы не знаете?

— Выращивают, но как именно — не имею понятия.

Отчаянно не хватало знаний! Если бы только могла предположить такой жизненный поворот, с детства штудировала научные труды, энциклопедии и ходила по улицам с килограммом разных мелочей.

— Ну что ж, мне будет интересно провести исследования, я готов купить у вас эти камешки за. — учёный, представившийся как начальник лаборатории Вилиус, ненадолго задумался, а потом невероятно меня порадовал: — скажем, сотню элимов.

Сто тысяч за простенькое колечко, которое мне обошлось примерно в десятку? Да это же шикарно! Торговаться у меня даже не повернулся язык. Отдала с радостью и поскорее, пока не передумали!

— Может, ещё чем-то порадуете? — не теряли надежду дельфины вытрясти из меня ещё что-то диковинное и полезное Элмезу.

Я выложила на стол телефон.

— Вызови к нам директора института искусственных материалов Годриуса, — задумчиво попросил главный амфибия института камней Океанус своего помощника, — ему это будет интересно. Вы не возражаете, мадам Дарина?

— Нет, что вы. Я благодарна.

— Тогда предлагаю прерваться на ужин и встретиться здесь же через час…

.. Нас проводили в столовую института, которая расположилась на открытой веранде с видом на море. Пестрые рыбки плескались буквально в паре метрах от нашего столика, море искрилось, солнышко мягко грело. Ух! Я бы тут жила! Дивный город! Да и амфибии мне понравились больше ракадских оборотней.

— Лори, а вот ты говорила, что у вас нет заведений, где учат магии, а как же вот этот институт? — утолив первый голод, спросила.

— Сюда приходят уже с полученным знаниями и занимаются исследованиями. Никого здесь новому не учат.

Ясно, как в наших НИИ.

Мы смаковали блюда из морепродуктов, болтая о красоте пейзажа, как-то незаметно решив в обратный путь отправиться завтра утром и, заплатив всего по семьдесят эликов за еду, вернулись в зал переговоров.

Там нас уже ждали. К уже знакомым научным сотрудникам прибавилось новые. Как я позже поняла, директор Океанус кинул клич по всем остальным расположенным в Сколе научным заведениям, за что огромная моя ему благодарность. Более успешной и приятной поездки я за всю жизнь не видывала.

— Мадам Дарина, расскажите нам об этом приборе, для чего он использовался в вашем мире? — попросил меня один из вновь прибывших, представившийся директором института новейших разработок Актавиусом.

И вот он-то и стал моей золотоносной жилой.

— Это телефон, работает на электричестве, но сейчас он разряжен, поэтому я не могу вам, к сожалению, показать всё, на что он способен…

— А вы расскажите. Я готов выкупить у вас эту штуку и попытаться её оживить. Если не с помощью электрической, то с помощью магической энергии.

— У вас есть электричество? — удивилась я, потому что не видела на Элмезе ни розеток, ни проводов.

— Естественно. Просто оно менее эффективно, чем магия, поэтому мы им практически не пользуемся.

Я рассказала всё, что знала о телефонах. Признаться, преступной мало, и звучал мой рассказ как объяснения первоклашки. На пальцах попыталась объяснить про фотокамеру, музыку и игры, а на приложениях и интернете сломалась. Не технарь я, вот совсем не технарь. Но дельфины слушали внимательно и понимали из моего рассказа, кажется, больше, чем я сама. С чего я это взяла? Да хотя бы с того, что вопросы учёные задавали по делу. Жаль только, что ответить я им не всегда могла.

—.. Что ж, мадам, — вынес вердикт Актавиус в конце, — я не уверен, что у нас получится сотворить артефакт, который мог бы делать то, что телефон в вашем мире. Во всяком случае, не в ближайшие годы, но вот сами идеи и образец… В общем, мой институт готов выплатить вам за аппарат две тысячи элимов.

Мать честная! Два миллиона за мертвый мобильник! Чего мне стоило не станцевать победный танец папуасов! На Лорику так вообще страшно было смотреть: шоколадная кожа побледнела, глаза вылезли на лоб, губы тряслись. Она, видимо, о таких деньгах и не слышала! В общем, мы обе были в шоке.

Может, стоило поторговаться и запросить ещё больше, но я была так ошеломлена, что даже не вспомнила об этом и согласилась на сделку немедленно.

Но и это ещё была не вся удача.

— А вот этот материал, из которого сделан корпус, это что? — прервал мою эйфорию директор ещё какого-то института. Я всех не запомнила.

— А это пластик. Искусственный материал. Не уверена, но вроде бы его делают из нефтепродуктов.

— Потрясающе! А нет ли у вас ещё чего-то из этого материала, я бы тоже хотел приобрести образец для исследований и опытов.

Недолго думая, я сняла с пучка крабик и протянула ученому.

В общем, за заколку я получила как за турмалины — аж по пять сотен элимов, а вот ручку решила пока не продавать, приберечь на чёрный день. Зато договорилась на парогенератор для фито-бочки. Благо я буквально на днях изучала его устройство для своего земного салона и смогла доходчиво объяснить, что мне требуется. За его создание взялся институт, который выкупил крабик, и директор пообещал доставить артефакт через пять дней прямиком в Ракад. За это я не заплатила ни копейки, всё окупила пластмассовая заколка за двести земных рублей. Невероятно!

Счастливый день, который принёс мне три тысячи шестьсот элимов, и счастливый город Скол навсегда останутся в моём сердце!

Глава 17

Наукоград мы покидали на рассвете. Было немного грустно от того, что нельзя здесь остаться жить. Когда я загорелась этой идеей, Ло умерила пыл, напомнив, что через три месяца печать перенесёт меня в Ракад на собрание альф, где мне нужно будет предъявить своё дело. А какой салон красоты в городе, где подавляющее большинство жителей — думающие лишь о новых открытиях мужчины? Так что я взбодрилась упавшим на голову богатством и предпочла мечтать в другую сторону — как развернусь в столице и о том, что смогу устроить настоящий переворот в умах аборигенов. Поэтому и во время вечерней прогулки по Сколу, и перед сном в уютном отеле, и даже в скоростной повозке по дороге в столицу я расспрашивала Лорику о том, что мне может пригодиться в деле развития салона.

—.. А мебелью и всеми другими работами по дереву у нас занимаются оборотни-бобры,

— просвещала Лорика. — Камнем — тролли, они живут в горах, а стеклом и зеркалами — клан огненных саламандр.

— Даже не представляю, сколько ещё на это денег уйдёт, — столько дел, столько дел! Надо будет тратить элимы с оглядкой. — Ещё же нужно портниху позвать: мне одеться, и в салон заказать простыни, полотенца. Кстати, а этим кто зарабатывает?

— Все бытовые дела на феюнах, — моя помощница тоже заразилась азартом и рассказывала обо всём с горящими глазами, — это самый многочисленный народ, в который входят множество народностей со своими индивидуальными талантами.

— А парикмахеров среди них всё-таки нет?

— Даже слова такого нет в нашем мире. Пар-ик-ма-хер-р, — попыталась лесовина повторить новое для себя сочетание звуков.

— Лори, но вот допустим тебе нужно подравнять кончики волос или заплести красивую косу, кто это делает? — не оставляла я надежду найти хоть какие-то следы заботы о внешности, пока виверна несла нас в Ракад.

Не может же быть так, что они даже на свадьбу причёску не делают?

— Бабушка или мама, или сестра.

— А мужчин кто стрижет? Я видела на собрании и короткие стрижки у некоторых.

— Многие бреют голову и бороду острым ножом самостоятельно.

Ух как все запущено. Ладно, оставим мужчин пока в покое.

— Ну а вот появилась у женщины седина раньше времени, она так и ходит?

— А что же ей делать? — беззаботно пожала плечами моя помощница. — Мать природа создательница так распорядилась.

— Глупости это! — вспылила я. Похоже, самым сложным будет уговорить местных отдаться в мои руки. — Я лет с двадцати за собой ухаживаю, и никакие создатели меня за это не наказали.

— Ой ли? А сюда за что сослали? — Лорика глянула на меня скептически.

Согласна — пример неудачный, но я-то точно знаю, что моё попаданство к уходу за собой не относится.

— Знаешь, сколько в моём мире женщин, которые не просто делают свою внешность более привлекательной, а полностью меняют? И ничего! Живут счастливо. Я тут точно не из-за того, что делала себе коррекцию бровей и пилинг.

— А за что? — оживилась Лори в надежде узнать что-то пикантное.

— Это сейчас к делу не относится, — обломала я её. Просто ничего острого в моём конфликте с демоном нет. — Скажи лучше, ты знаешь травы, которые являются красителями?

— Ну конечно же, Дарина! Я ведь лесовинка. Про травы я знаю всё.

— Вот и славно! Как только определимся с ремонтом, пойдём закупать травы и экспериментировать.

— На ком? — заподозрила неладное Лорика.

— На себе сначала, а потом будем искать клиентов, — подтвердила я её опасения.

Ло перепугалась не на шутку и даже, ухватив кончик рыжей косы, принялась его теребить, будто прощаясь с ней.

— А может, не надо? — тоненько взмолилась она и посмотрела на меня жалобно.

Я от души рассмеялась.

— Да не волнуйся ты так, мы аккуратно. Увидишь, результат тебе понравится и твоему Вилли тоже. Лучше скажи, а за ногтями вы как ухаживаете?

Так-то никаких признаков ухода у лесовины на ногтях не наблюдалось, просто коротко острижены. У меня хоть и не было покрытия — с моей работой лак не дружил, но кутикулы всегда были аккуратно обработаны, а форма подточена. У Лорики же все в естественном виде — не ухожено.

— А чего за ними ухаживать? Моем тщательно, чтобы грязь после трав не оставалась и всё.

Оно и видно. Тут тоже есть куда развернуться. Красивый маникюр сделает всю руку изящнее. Осталось только найти чем его сделать.

— А сахар у вас есть? — это я про депиляцию вспомнила.

Неплохо бы заняться хотя бы девечьими усами, бородами и бровями.

— А как же! Сахар есть. Сельским хозяйством занимаются тоже оборотни. Кроты, кролики, мыши…

Так незаметно за познавательными разговорами мы прибыли сначала на вокзал Ракада, а затем и к моему новому дому.

Едва переступив порог, я чуть челюсть не уронила. Нет, я всё понимаю — магия, чудеса, то, сё, но утакого результата совсем не ожидала. Меньше чем за сутки феюны успели проделать столько работы, сколько наши земные строители и за две недели не сделали бы!

Помещение было не узнать, зато, пройдя по вновь созданным залам, я смогла живо представить будущий салон. Предвидится грандиозная красота!

— Дарина, ты им только не говори, сколько денег получила, — шепнула Ло, заметив мой восторг.

Ну что я, дурочка что ли? Конечно, не скажу!

— Здравствуйте, уважаемые Длинь и Винь, — поприветствовала я подлетевших феюнов срывающимся от предвкушения голосом. — Делаем всё, о чем договорились, и ещё мне понадобится замена светильников, установка сантехники и оборудования…

Схема работы строительных бригад на Элмезе ничем не отличалась от земной. Буквально в течение получаса ко мне в будущий салон слетелись все заинтересованные лица с красочными каталогами наперевес. Я пригласила их в гостиную и погрузилась в выбор декора. Стены салона я решила покрасить в тёплые персиковые тона, а полы выложить плиткой терракотового цвета. Рамы для зеркал, двери кабинетов, стойку администратора

— заказала из золотисто-коричневого дерева. В приёмную выбрала шикарную каскадную люстру, а залы оборудовала точечными светильниками.

Сложность возникла с парикмахерскими мойками. Раковину-то по моему эскизу сделать пообещали гномы, а вот краны… Их на Элмезе не было. Вода подавалась фонтанчиком со дна мойки или ванны, а температура регулировалась артефактом, но мне нужен был шланг и душ. Я нарисовала и объяснила, какого эффекта хочу добиться, на что строители посовещались и вызвали нового феюна — кожевника.

— Хм-м, — выслушав меня, выдал мастер кожаных изделий, — можно попробовать сделать этот твой шланг, мадам, из бычьего пузыря, но вот надолго ли его хватит, я не знаю.

— Я готова рискнуть.

Тем более гномы пообещали попытаться «наколдовать» гофрированную трубку и головку душа, когда я им тоже все нарисовала и объяснила на пальцах.

А ещё в СПА мне соорудят душевую кабину! Винь организует подачу воды не снизу, а сверху по трубам, и пустит её через рассеиватель. А угол со сливом саламандры огородят красивыми витражными стенами.

Раздав всем задание, я потащила Лорику на обед, потом предстояло отправиться к бобрам за мебелью, но во время быстрого перекуса мне нужно было расспросить лесовину кое о чем сильно меня заинтересовавшем во время выбора материалов.

— Лори, а скажи, пожалуйста, вот все эти картинки с образцами из каталогов — это что?

— изображения плиток, светильников, рам, дверей и прочего совсем не походили на фото или рисунки. Они были какие-то объёмные с виду, как будто 3Д, но плоские на ощупь.

— А, так это искусники рисуют. Среди феюнов есть и такие умельцы. Они и декорации в театре создают, и афиши…

— Нам надо таких! Дорогие?

Очень! По элиму за картинку берут! — Лорика сделала большие глаза.

— Пойдёт!

— Так никаких тысяч не хватит, Дарина! Остановись!

— Реклама — двигатель торговли, Ло, на ней не стоит экономить, — не поддалась я призывам помощницы. — Нам просто жизненно необходим свой каталог и парочка билбордов!

Лесовина только тяжко вздохнула, но спорить не стала.

Так-то её опасения не были лишены оснований. После оплаты материалов и работы строителям у меня осталось две тысячи двести элимов: я внесла недостающие семь сотен, а сверх них ещё пришлось прибавить пять за все дополнительные хотелки. Такими темпами хоть бы хватило денег на всё. Оставшаяся у меня сумма уже не казалась огромной, особенно после того, как я к мебели, оборудованию, художникам, инструментам, материалам, портнихе прибавила расходы на рекламу. Но без неё ведь никуда.

— А что ты хочешь показать в каталоге и что такое билборды? — поинтересовалась Лорика, когда мы сели в наёмную повозку и двинулись к бобрам.

— На развороте страниц каталога я хочу показать два изображения: модель до и после. А билборды — это такие стенды в людных местах с теми же изображениями и нашим адресом.

— Ну тогда у меня два вопроса: где ты возьмёшь моделей и знаешь ли, что тебе не разрешат просто так поставить в городе картинки? Надо разрешение совета альф.

Эх! Никто и не говорил, что будет легко.

— Моделей я планировала поискать среди общественниц, а как получить разрешение?

— Я отправлю молнию, и тебе назначат. Но вот насчёт моделей я сомневаюсь… Если только им заплатить…

Вот так и задумаешься о том, что всё в мире относительно. Только утром мне казалось, что я невероятно богатая мадам, но чем ближе становился вечер, тем больше я опасалась не уложиться в имевшуюся сумму.

Наконец, повозка привезла нас в пункт назначения, выйдя из неё, я огляделась.

Мебельные производства оборотней-бобров располагались прямо за чертой города, и до них мы добрались на такси минут тридцать. Вроде бы не так долго, но будто попали в другой город.

Этот район живо напомнил земной строительный рынок с множеством выставочных залов, за которыми раскинулись цеха. И нет. Бобры не грызли деревяшки зубами, принимая вторую ипостась. Они работали обычными инструментами и использовали бездушных как чернорабочих: принеси, подай, убери, отойди…

Мы сделали заказ в трех разных фирмах. Одна работала только с деревом и кожей: там я заказала диван и кресла в гостиную, где, надеюсь, клиенты будут ожидать своей очереди

— уж очень мне понравились их модели и цветовая гамма обивки.

Вторая фирма сотрудничала с гномами, то есть в их изделиях использовались металлические детали. На этом производстве я заказала два парикмахерских кресла, два крутящихся стула, две парикмахерские тумбы на колёсиках, две кушетки и фито-бочку. В момент, когда узнала, что в этом мире есть пружины и шарниры, я была близка к экстазу! Конечно, это не то автоматическое оборудование, которое было у меня на Земле, но то, что у мебели регулировалась высота, а у кушеток ещё и спинка принимала разные положения, стало для меня чудом похлеще попадания на Элмез!

Третья фирма работала с деревом, стеклом и металлом. У них я заказала стеклянные столики на колесиках для косметологии и маникюра.

Когда я за всю эту красоту расплачивалась — отдала тысячу четыреста элимов, — Лорика схватилась за сердце, но мне не было жалко денег ни капельки, тем более оставалось ещё восемь сотен. В тот момент я испытывала азарт, предвкушение начала работы и предчувствие, что у меня все получится.

— Ло, можешь ехать домой, — отпустила я лесовину, когда мы покинули район деревянных мастеров, — только будь добра, на завтра вызови швею, а на послезавтра художников. И договорись с собранием альф, пожалуйста.

— Всё сделаю, Дарина, не сомневайся, — пообещала она, забираясь в такси, — и каталог наших трав прихвачу.

— Точно!

Как же мне повезло с помощницей! И вообще, что мне нравилось в этом мире, так это то что благодаря магии все делалось очень быстро, и буквально послезавтра можно будет начинать экспериментировать с уходами, окрашиванием, маникюром и шугарингом.

Домой я добиралась в повозке, обдумывая, как буду преображать местных дам.

Глава 18

В салон я вернулась, когда строители, закончив работу на сегодня, разлетелись отдыхать. Чему я была несказанно рада — устала жутко. Третий день на Элмезе, а получено впечатлений и переделано дел столько, сколько я за сорок лет жизни не успела. Как я ещё держусь и не тронулась мозгами — одному Богу известно. Наверное, на адреналине. Ну или это местная магия меня питает.

Включила мягкий свет и прошлась по вновь выстроенным комнатам — работа, конечно, проделана колоссальная! Полы, стены, потолки — всё уже сияло свежим ремонтом и ласкало глаз тёплой, уютной цветовой гаммой. Сегодня пустое помещение уже не вызывало давешней жути, наоборот — заставляло испытать гордость за свой прекрасный вкус.

На завтра оставалось ещё полно работы: установка сантехники, дверей, освещения, мебель привезут… Но всё равно то, что заведение выйдет волшебным, было уже понятно. Если бы у меня был такой салон на Земле, уверена, его бы показывали по телевизору! Ну

нереально шикарный он у меня получался! Надо будет ещё название завлекательное придумать. Завтра с Лори посоветуюсь…

Поднялась на жилой этаж — тут, к сожалению, пока было убого. Занавески эти в цветочек… квадрат гномьей кровати… Они нагоняли тоску, напоминая о том, что это всё чужое, мною не выбранное. Если будет возможность, здесь тоже сделаю ремонт и обновлю мебель.

Повздыхав, отправилась в ванную, а потом, нарядившись в ночнушку, улеглась. Спать хотелось страшно, но уснуть не удавалось, как я ни старалась. Вместо подсчёта овец в голову лезли подсчёты оставшихся элимов и предстоящие расходы.

Провертевшись минут тридцать, поднялась, чтобы заварить чай «добрая ночь».

Интересно, он зависимость не вызывает? Надо будет завтра уточнить. Но, едва выйдя в гостиную, насторожилась.

Сначала подумала, что звук почудился, а потом прислушалась и убедилась, что нет. Под приоткрытыми окнами раздавался тихий, жалобный, вынимающий душу… скулеж. Как будто плакал детёныш какого-то животного. Так горько, что у меня сердце разрывалось от сочувствия. Поспешила распахнуть окно и выглянуть, но в темноте ничего не разглядела, а звук стих. Словно детёныш испугался. Недолго думая, накинула на ночнушку халат и прямо в тапочках помчалась на улицу.

Обошла здание и на цыпочках отправилась к тёмным кустам, откуда, по ощущениям, и доносился плач. Но сейчас вокруг стояла тишина. Надо думать! Естественно, зверёк меня услышал и затаился. Можно было и не красться, у них же слух гораздо тоньше человеческого.

Прошлась вдоль кустов — ни звука. Может, убежал? Но, скорее всего, просто испугался. Стоит вернуться домой, как он успокоится и продолжит терзать мне душу. Лучше все-таки отыскать бедолагу.

— Кис-кис-кис, — вот без понятия что там за животное, но другого призыва на ум не пришло, — не бойся, малыш. Ты потерялся? Где твоя мама? Иди ко мне скорее, мы её поищем. — звала невидимого кого-то мягко, ласково, негромко, вкладывая в слова искреннее желание помочь. — У меня есть пирожки.

По дороге домой я заезжала поужинать в знакомую таверну и опять купила выпечку. Положа руку на сердце, с этим делом надо завязывать, а то мне вскоре земной костюм станет впору. Но сейчас пирожки пригодятся, если придётся выманивать зверюшку из кустов.

— Выходи, малыш, не бойся. Кис-кис-кис…

Тишина.

— А вот молочка нет, но есть вода и тёплая подстилка, — продолжила я уговоры.

Хотела уже бежать за мясным треугольником, но из-под куста, рядом с которым я стояла, раздался вполне себе человеческий детский смешок. Ребёнок? Я резко присела и встретилась взглядом с двумя жёлтыми светящимися точками…

— Ты кто? — пискнуло из зарослей. Ого! Ну точно дитё! — Говорящая бездушная?

Раздался треск веток, и жёлтые точки отдалились. Напуганный потеряшка явно готовился к бегству, а этого допускать нельзя. Я же с ума сойду, зная, что по ночным улицам бродит одинокий малыш.

— Нет-нет, не бойся. Я просто человек! Попаданка. Знаешь, кто такие попаданцы? — поспешила я завалить его утешительной информацией и смело протянула руку, чтобы помочь выбраться: — Вылезай.

Но дитё — девочка или мальчи? — не спешило на неё опираться, а продолжало сверкать на меня глазищами.

— Обещаю, что не буду отправлять молнию альфе Терасу, если ты сейчас пойдёшь со мной и все расскажешь.

Прибегла я именно к этому блефу умышленно. Судя по словам Лорики, Тераса в столице боятся. И, то ли угроза оказалась действенной, то ли в моём голосе действительно таилась магия, когда я включала тон большого босса, но ребёнок поддался на мои уговоры, и через секунду передо мной предстал худенький мальчонка лет восьми.

Половинчатый!

— Не надо звать альфу, мадам, я сейчас уйду, — мелкий шмыгнул носом и попытался отнять у меня руку.

Но кто же его отпустит?

— Э, нет, дружочек. Пойдём ко мне, все расскажешь. Почему прятался в кустах и почему ревел? — я махнула головой в сторону входа в здание

— Это ты теперь хозяйка повозко-сервиса? — насупившись, спросил малец, но когда я его потянула, двинулся следом.

— Я, — мы зашли в салон, и при свете я смогла хорошенько рассмотреть парнишку, — а как тебя зовут? Меня Дарина.

— Бутя, — буркнул волчонок и, осмотревшись, присвистнул.

Теперь-то я могла точно сказать, что мальчик в родстве с волками. Его глаза напоминали разрезом и цветом глаза альфы Тераса. А хищные черты лица даже детская округлость не особо скрывала. Но главное — из штанов торчал волчий хвост, а мохнатые уши стояли торчком.

— Чай с пирожком будешь? У меня есть с мясом, — стараясь сделать вид, что меня ничего не удивляет, поинтересовалась я.

Бутя сглотнул слюну, и это послужило сигналом — решительно потащила мальца наверх.

Удивительно, но он меня совершенно не боялся. Видимо, в Ракаде действительно нет преступности, раз детей не учат держаться подальше от незнакомцев. Бутя чувствовал себя вполне вольготно. Он уплетал пирожки, запивая успокаивающим напитком, и рассказывал с набитым ртом, как последние пять дней ночевал в яме повозко-сервиса, а сегодня, когда строители заложили его лаз, остался без крыши над головой.

— А где твой дом? Родители?

Как он попадал в чужую, вроде бы защищенную магией собственность, сейчас было не самым важным. Почему дите одно шляется по улицам пять дней — вот что важно.

— Так всё. Инициация пришла. Нет у меня больше ни дома, ни роди-и-и-телей, — на последних словах пацанёнок опять раскис, и я поспешила его обнять и потрепать по вихрастой голове.

А потом затолкала чумазика в ванную мыться. Завтра расспрошу обо всём и его, и Лорику, а сегодня ребёнку пора спать.

Естественно, уложила чистого Бутю на гномью кровать, благо лежбище хоть и короткое, но широкое. Мне хватило места — у краешка, правда — даже после того, как волчонок раскинулся в позе звезды. Спала чутко, всё время прислушиваясь к сопевшему рядом ребёнку, а проснулась от шевеления: подобранец пытался улизнуть, едва наступило утро. Уж не знаю, что он планировал — в туалет ли, с концами ли меня покинуть, но рисковать не стала. Ухватила за сверкнувшую над боком голую пятку.

— Ой! — вскрикнул не ожидавший от меня такой прыти гость. — Пусти.

— Пущу, — не стала я нагнетать, а ответила предельно миролюбиво. — Ты же позавтракаешь со мной?

Половинчатый растерялся и застыл, хлопая на меня глазами.

— Ты такая странная. Ты ничего не знаешь про инициации, да? — задумчиво выдал Бутя, внимательно меня оглядев. — Ты вчера сказала что попаданка, это, наверное, поэтому, да?

А парень-то умненький.

— Ты прав, именно поэтому. Очень надеюсь, что после того как умоешься, все мне расскажешь, а я пока заварю нам чай и разогрею выпечку. Идёт?

— Ладно, — снисходительно бросил мелкий и отправился в ванную, гордо помахивая хвостом.

А я пошла в гостиную дожидаться своей очереди и накрывать на стол. С едой надо что-то думать срочно! Такой режим питания никуда не годится.

— Доброе утро, Дарина, — голос помощницы вывел меня из обдумывания планов на день, в которые теперь вписался ещё и волчонок.

Сегодня Лорика вошла сама. Ей я вчера тоже дала дозволение входить в салон, когда потребуется.

— Доброе, Ло, у нас гости. Знакомься, это Бутя, — представила я как раз в это время вышедшего из двери в ванную подобранца.

Но на мои слова реакция последовала весьма странная. Половинчатый застыл в нерешительности и весь будто съежился, а Ло сдвинула брови, поджала губы и уперла руки в боки.

— Ты что здесь делаешь? Разве твоё место не в Лунной Роще? Беду на нас навлечь хочешь? — сурово спросила Ло и шагнула к парню.

Да что такое происходит? Зачем она так? Он же ребёнок!

— Я, я, уже…

— Уже? — взвилась лесовина. — Тогда тем более!

— Так! Стоп! — грохнула я кружкой об стол. — Пять минут вы стоите молча. Я предельно быстро навожу утренний марафет, выхожу, и вы мне все объясняете. Ясно?

Ну точно магия у меня в голосе — Лорика и Бутя вытянулись по струнке и лихорадочно закивали.

Убедившись, что меня дождутся без драки, я полетела в уборную, где действительно очень быстро привела себя в порядок и вышла.

Парочка стояла в тех же позах, в каких я их и оставила. Прекрасно. Пора всё прояснить.

— Что ж, прошу к столу, — махнула я рукой на диван, дозволяя подопечным расслабиться. — Теперь я слушаю вас. Каждого по очереди. Начнём с тебя, Бутя.

Глава 19

—.. Ну и вот поэтому домой я теперь не могу-у-у, — сорвался под конец рассказа голос Бути.

На самом деле его имя Бутистан из рода Пегих, и парню десять лет, но это понятно что не угадала — навскидку я могла возрастом и ошибиться. А вот то, что они с Лорикой мне поведали, не в какие ворота не лезло!

— Значит, останешься жить здесь, — подвела итог я, и Бутя вскинул недоверчивый взгляд.

— Но, Дарина! Он не смог обернуться полностью, понимаешь? Бутистан — половинчатый, который обязан отправиться в поселение Омега. Нахождение в Ракаде без разрешения — незаконно!

— Но почему? Он ведь ребёнок ещё! — у меня никак не укладывались в голове местные устои.

— Столица не резиновая! Каждый житель обязан доказать, что может себя содержать, а не станет побирушкой и иждивенцем.

— Дикость, Ло! Не тарахти, дай подумать.

Что мы имеем? Примерно к десяти годам оборотни-мальчики созревали для оборота. Девочки, как выяснилось, второй ипостаси не получали. В положенный срок юный оборотень отправлялся в Лунную рощу — священное место, где сама Мать природа создательница, как считалось, давала самым достойным детям сил на инициацию. К слову, ребёнок отправлялся в волшебное место один. Всегда. Без исключений. Так принято. Ну и вот те, кому удавалось обернуться в зверя, а потом вернуться в человеческий облик, с гордо поднятой головой возвращались к семьям, чтобы пополнить ряды уважаемых членов общества. А те, кому этого сделать не удалось — они застывали где-то в процессе оборота, — были вынуждены отправляться в резервации, чтобы учиться выживать без способностей, которые дарит зверь. Там им предстояло самостоятельно встать на ноги, освоить ремесло, а возвратиться в Ракад дети могли, лишь доказав свою состоятельность.

Капец! Как есть звери! Хотя зачем я так о зверях? Те своё потомство не бросают в дикие джунгли типа: выживешь — молодец, нет — судьба такая.

— А как именно половинчатые доказывают своё право на жизнь в столице? — уточнила я, уже подозревая, что знаю верный ответ.

У этих меркантильных аборигенов только деньги на уме.

— Разрешение на проживание даёт альфа Терас из рода Курт. Половинчатые платят налог в казну и рассказывают ему, чем планируют зарабатывать на жизнь. Проходят у него экзамен, который гарантирует состоятельность и что соискатель печати прописки не сядет на иждивение семьи, — объяснила лесовина.

Бутистан в это время сидел в углу, затаив дыхание в ожидании решения своей участи.

— Но почему семьи не могут дать работу своим членам? Я вот этого не пойму! Неужели им не жалко детей? — не оставляла я надежды докопаться до истоков такого закона.

— Жалко… Мама, знаешь, как плакала, когда меня провожала в Лунную рощу, и отец, — подал голос волчонок и шмыгнул носом.

Жалко его было просто до боли в сердце.

— Ну вот! Вырастили бы хоть лет до восемнадцати, обучили бы, дали бы сами какую-то профессию, работу…

— Дарина, ты не понимаешь, — прервала меня Лорика. — Половинчатые не имеют силы полноценных оборотней. Они не могут пользоваться родовой магией в полном объёме, куда родители их пристроят?

— Помогать, ну не знаю, по дому… Подсобные работы на производстве…

— Вместо бездушных? Это позор семье и всему роду!

Ох, забываю, что всю чёрную работу тут выполняют зомби.

— Ну и в поселение Омега Бутю я не пущу.

Мелкий лишь вкратце рассказал про существующие там порядки и законы, но мне хватило, чтобы сделать выводы — наша армия отдыхает в сторонке. Ничего удивительного, что малыш испугался проходить школу выживания.

— Мы сделаем вот что: Лори, пошли молнию альфе Терасу. Договорись с ним о встрече.

— Ты собираешься просить его о разрешении на проживание для Бутистана? Не даст, бесполезно…

Из угла раздался скорбный вздох.

— Посмотрим! Я найму Бутю ассистентом и назначу зарплату. Это ведь послужит основанием для разрешения на проживание? Он не будет иждивенцем.

— И его тоже наймёшь ассистентом? — ревниво возмутилась лесовина. — Он же ничего не умеет! А тебе так никаких денег не хватит! Чем он может помочь?

— Кстати, Лорика, у тебя четыре дня для определения, я что-то должна сделать, чтобы тебя не отдали замуж?

Лесовина тут же сбавила обороты, чутко уловив намёк: я босс — она подчинённая. Споры

— лишнее.

— У меня заключён договор с тобой на три месяца. Можно считать, что отсрочка в кармане…

— Ну вот и Буте такой сделаем. Отправляй молнию.

Лесовина нехотя, но без возражений полезла в сумочку за аппаратом, и в этот момент снизу раздался мелодичный перезвон колокольчиков. О! Поменяли дверной звонок! Чудесно!

— Это портниха пришла, — сообщила Лори.

И буквально через пару минут, позабыв обо всех разногласиях, мы погрузились в увлекательнейшее из занятий — выбор фасонов и тканей для новых нарядов…

Фея — повелительница иглы и нитки — оказалась прехорошенькой тоненькой женщиной неопределенного возраста и недюжинной силы. Меня поразило то, что всё необходимое для работы она тащила сама, не прибегая к помощи бездушных. Понятия не имею, были ли они слишком дорогой собственностью для портнихи, или просто она в них не нуждалась, но я была этому факту рада. Хоть мертвецы и выглядели достаточно эстетично, но я все равно при виде их безэмоциональных фигур испытывала дискомфорт и ощущение неправильности.

В общем, Милинь — так фея представилась — понравилась мне с первого взгляда, а уж когда показала каталоги с образцами да толстую тетрадь с эскизами, я поняла, что нашла свою портниху.

Ткани на Элмезе изготавливают из натурального сырья, но обрабатывают магией.

Поэтому изделия из них не мнутся, не теряют цвет и приятны на ощупь. А вот с моделями пришлось повозиться. Я решила привнести в местную моду некоторые изменения и с

упоением часа полтора рисовала своей ручкой любимые фасоны, поясняя чего хочу. При этом я иногда вскакивала и жестикулировала, показывая на себе длину рукава или юбки, размер выреза или место для кармана. В итоге фея унесла домой пятнадцать моих кровных элимов — это мы ещё поторговались, и Милинь скинула семь за то, что я позволила использовать мои модели для других заказов — и кучу работы.

Так как Лорика с Бутей теперь лица салона, для них я заказала форму. Лесовине — юбочный костюм приятного коричневого цвета, который прекрасно впишется в интерьер, а мелкому — брючный. На лацкане пиджаков Милинь вышьет логотип «Мастерская красоты» — именно так мы решили назвать салон. А себе я заказала такого же цвета платье, тоже с фирменной эмблемой, а ещё рабочий костюм, наподобие того, в котором прибыла с Земли.

Ну и, само собой, я существенно пополнила свой гардероб. В первую очередь трусами и бюстгальтерами — образцом послужил мой тщательно выстиранный земной комплект. Заказала себе две пижамы — дома я всегда спала в них: шортики и маечки. Правда, тут штаны для сна сделала длинной до колен — все-таки нам с Бутей жить, не стоит вгонять мальца в шок. Заказала брючный костюм — серый, в тонкую полоску, строгий и стильный. Три платья — одно с короткими рукавами и пышной юбкой до колен в красный горох — на такие у нас была мода в пятидесятые годы и они мне всегда страшно нравились. Второе темно-фиолетовое с люрексом прямое платье длиной в пол, свободно спадающее по фигуре, с длинным рукавом, воротником лодочкой и застежкой-каплей на спине. Очень элегантное. В таком можно на важные собрания альф ходить. Третье — бежевый балахон до колен с воротником стойкой, боковыми карманами и пышными рукавами на широких манжетах. У меня дома подобное было. Очень я его любила в своё время…

Ну и для салона заказала пеньюары, банные полотенца и махровые простыни. А ещё договорилась, что фея сведёт меня с производителями тканей, у которых можно купить рулон какой-нибудь подходящей для разового использования, дешёвой и не обработанной магией материи.

Милинь ушла перед обедом, пообещав прислать заказ через пару дней, ну а мы с Лори отправились в таверну перекусить. К сожалению, Бутистана взять с собой не было никакой возможности — нелегала не должны видеть на улице, но я пообещала парню принести вкусностей.

Спустившись на первый этаж, в очередной раз поразилась: строители на Элмезе работали просто с космической скоростью! За утро они успели доделать половину запланированного на сегодня объёма работ. Значит, после обеда будем решать, с чего начнём деятельность салона. Лори тоже принесла с собой утром каталог с образцами, но до него пока дело не дошло.

А ещё я перед выходом внимательно глянула на причёску Бути и пришла к решению заняться и им.

— Лорика, пригласи к нам мастера, который у вас делает ножницы, расчески и заколки, — попросила лесовину по дороге в таверну.

Пожалуй, мальчонку я подстригу. С детства у меня все куклы были стрижены. А позже подруги, бабули-соседки и мама. Её я стригла до конца дней…

— Так Скрул это всё и делает.

— Хорошо. А искусников на завтра позвала?

— Да, как ты и просила, будут после часа дня. Ой, — нас прервал сигнал молнии, который раздался из сумки, и лесовина полезла глянуть кто там. — Дарина, альфа Доминус ответил, что по билбордам ждёт нас завтра в одиннадцать утра, и альфа Терас сообщил, что ваша встреча назначена на девять…

Глава 20

За обедом я подняла вопрос о питании: не дело это — столоваться в таверне и перекусывать утром и вечером пирожками. Дорого и не полезно для фигуры, а ещё ведь вставал вопрос, чем кормить Бутистана?

— Лори, скажи, а соорудить мне кухню на втором этаже, чтобы я сама готовила, возможно?

— Возможно и можно было бы сделать её в кабинете, но на сохранитель продуктов и жаровой камень потребуется много элимов, плюс воду туда провести, — разбила надежды практичная лесовина. — Не знаю, Дарина, имеет ли смысл делать это во временном жилье?

Так-то она права. Не буду же я, если все получится, жить на работе вечно?

— А насчёт комплексных обедов и их доставки у вас можно договориться?

— Я не очень понимаю, что ты имеешь в виду, но почему бы не поговорить с хозяином таверны?

Сегодня нас обслуживала не дриада, а блеклая нимфа — так назвала её народ Лорика. Эта общественница могла быть очень даже ничего, если бы подкрасила ресницы, брови, волосы и губы. Я запланировала заманить её к себе на опыты — отличная выйдет модель для каталога! — а пока подозвала девушку к столику с другой целью:

— Меня зовут мадам Дарина, а вас? — поинтересовалась, и нимфа вытаращила на меня водянистые глаза.

— Волная, — голос её звучал как тихий ручеек, — чем могу служить мадам?

— Могу я поговорить с хозяином по поводу постоянного питания в его заведении,

Волная?

Словом «комплексные» я её пугать не стала, но и «постоянное питание» вызвало ещё большее удивление. Хотя во взгляде мелькнуло и облегчение тоже — в тот момент, когда дева поняла, что я не жаловаться на неё собираюсь.

Хозяин — феюн по имени Жаринь — подсел к нам за столик спустя пару минут.

Мужичком он оказался неглупым, а ещё благодарным: идея комплексных обедов и ужинов зажгла в его глазах искры азарта и предвкушения прибыли, поэтому очень скоро мы обо всем договорились. Уже сегодняшний ужин мне доставят домой, а с завтрашнего дня еду будут приносить три раза в день. Суточный комплекс на одну персону мне будет обходиться в сто двадцать эликов. Мы условились, что Лори накануне дня доставки будет отсылать Жариню молнию с количеством комплексов, требующихся на следующий день, а расплачиваться я буду с курьером в конце дня.

Прекрасно! Вопрос еды пока отпал.

Пока все складывалось так гладко, что даже страшно становилось, я пятой точкой чуяла, что неприятности начнутся не далее чем завтра. На аудиенциях у альф так просто всё не решится.

Но это будет завтра, а сегодня нам предстояло ещё много работы, и первым делом — заказ Скрулу. Ну а в завершении дня — изучение трав и их свойств.

* * *

С гномом мы встретились у порога. Он, задрав голову, изучал случившиеся с бывшей мастерской метаморфозы.

— Ну ты, мадам, и развернулась! Неужели в Сколе так оценили ту штуку, что ты мне показывала? Или ты от меня утаила что-то? — гном подозрительно смерил меня придирчивым взглядом с ног до головы.

Ох, не к добру этот жадный блеск в глазах! Ох, не к добру! Придётся включать хитрость, а то, кто его знает, до чего ловкий предприниматель додумается?

— Ничего интересного для тебя у меня не было, Скрул, зато есть сейчас. И если ты дашь мне слово не повышать аренду и не выгонять меня из здания в случае успеха, когда мне потребуется продление договора, я поделюсь с тобой кое-какими разработками и помогу их продавать…

Взгляд гнома сразу потеплел и на внутреннюю отделку помещения он смотрел уже без жгучей зависти и желания все переиграть.

На второй этаж я Скрула, естественно, не позвала — там прятался нелегал-Бутя. Его и так уже фея с лесовиной видели, ни к чему расширять список.

— Вот тут у меня будет приёмная и стойка администратора, — пригласила я гнома присесть на гостевой диван. — Оглядись пока, а я быстро поднимусь наверх за письменными принадлежностями и вернусь.

На самом деле я торопилась накормить мелкого обедом, но пришлось доверить это Лорике, а самой вернуться к Скрулу — лесовина демонстративно указала на часы, напоминая, что у нас ещё масса дел, а время уже три часа.

— Ну, делись секретами, а я подумаю, стоит ли давать взамен обещания, — попробовал хитрить гном, когда я присела с ним рядом.

Мне интересно, я с виду на простушку похожа? С чего он такие откровенные глупости предлагает?

— Э, нет, уважаемый. Так не выйдет. Сначала твоё обещание, затем мои секреты. И никак иначе. Можешь сделать оговорку: в случае если идеи не заинтересуют, сделка силы не имеет. Я тоже сделаю: если увижу свои идеи в твоих работах…

Гном рассмеялся, но не обидно, а как-то даже с уважением:

— Можешь не переживать, хитрая попаданка. Печать, выставленная с такой оговоркой, не позволит мне нарушить слово. Ты достойный соперник, Дарина. Люблю иметь дело с умным предпринимателем, поэтому по рукам…

Мы проговорили вслух условия сделки, и я показала, что хочу получить от кудесника по металлу. Мне требовались ножницы по типу тех, что оказались у меня в кармане при переносе на Элмез, но больше. Для стрижки волос. Гном долго крутил образец в руках, и я уже ждала его отказа, но он сказал, что сможет создать нужную модель. А шпилек, оказывается, у них своих достаточно: и обычных, и с украшениями. Я заказала сотню простых и две расчески для стрижек — а вот их пришлось нарисовать. На Элмезе в ходу деревянные гребни и овальные деревянные штуковины с зубцами, типа наших массажек.

После этого мы дошли до непосредственно делового предложения. Как работает механизм заколки-крабика и зажимов, тоже пришлось объяснять.

— Но в чем моя-то выгода? — не впечатлился Скрул моей гениальной идеей.

— Я собираюсь ввести в моду причёски, и первые пять крабов и десять зажимов куплю сама. Крабы изготовь мне в форме бабочек и укрась дешёвыми камешками — с дорогих изделий начинать не будем, зажимы, соответственно, тоже. А вот когда я сделаю эти заколки популярными и буду присылать тебе клиенток, тогда и развернёшься. Как тебе такой расклад?

Скрул почесал бороду, сказал, что ничего не теряет, и, пообещав прислать все завтра же, отправился домой, получив с меня шесть элимов предоплаты.

С травами, корешками и другими растительными материалами мы расположились в моей гостиной. Бутистан подсел к нам — бедолаге совершенно нечем было заняться, приходилось слушать наши обсуждения. Ну ничего! Сделаю ему официальное разрешение, и будет он у меня занят с утра до вечера.

Только сейчас я поняла, как мне нужен кто-то для мелких поручений, например, сбегать на рынок за сахаром. Про него я вспомнила, когда наткнулась в каталоге на аналог нашего лимона и порошок кислоты, который из него делают. В сахарную пасту как раз такое надо. Ох, мне же ещё экспериментировать с шугарингом! Хоть на части разрывайся, ей богу! Ладно, это завтра.

— А что у вас есть для радикального осветления, Лори? — перешла я к детальному изучению возможностей, после того как пролистала все страницы каталога.

В принципе для пилинга пойдёт и местный лимон, а вот для осветления волос мне нужно что-то посильнее.

Осветления чего?

— Ну вот, к примеру, такое средство, которое могло бы убрать пигмент с тёмных волос? Таких, как у меня, — для наглядности я помахала кончиком своей косы перед носом Лори.

Лесовина на минуту задумалась:

— Можно попробовать экстракт беляники, мы его продаём ткачам для беления тканей, а ещё можно взять настойку едкой щавельки — ею выводят пятна.

Изображение этих трав мне никакие из наших не напоминали. Всё-таки флора на Элмезе отличалась от земной. Но вот жидкий экстракт беляники издавал слабый запах аммиака, а едкая щавелька оставила на пальце небольшой ожог, схожий с тем, что оставляет перекись водорода.

— Хорошо. Попробуем. Теперь покажи красители. Какие цвета у вас есть?

— Да какие хочешь! — помощница открыла вкладку с образцами тканей всевозможных цветов. — Но это для ткачей мы готовим, не имею понятия, как эта краска будет работать на волосах.

— Ну что ж, давай и проверим.

Идея Лорике поначалу совсем не понравилась. Пришлось проводить первые эксперименты на себе, а уж потом, когда она своими глазами убедилась, что ничего страшного со мной не случилось, дело дошло и до неё.

В итоге к вечеру кончики моих чёрных волос пестрели жёлтым, коричневым, красным и зелёным — осветление работало плохо, придётся дорабатывать метод. Возможно, фольгой укрывать прядь, если, конечно, гномы смогут мне её сделать.

Рыжие же кончики Лорики удалось окрасить лишь в чёрный и темно-коричневый цвета — медный пигмент и на Элмезе оказалось не так просто победить.

А вот эксперименты над белыми ворсинками хвоста Бути меня порадовали — да-да, я и до него добралась! Они схватывали любой цвет! И это вселяло надежду на то, что светлые брови и ресницы будущих клиенток удастся выкрасить в подходящий тон.

Провозились мы допоздна, но добились многого, особенно меня обрадовала доставка ужина. Его нам принесла Волная, но не одна. Когда мы спустились вниз, чтобы забрать судочки, обнаружили на пороге нимфу и девушку неизвестной мне расы с усами и бровями, как у Фриды Кало. Просто потрясающие модели и та, и другая. Естественно, момент я не упустила.

— Девушки, не хотите заработать? — зашла я с козырей.

Сначала подруги растерялись и насторожилась, но потом я огласила сумму заработка: за два дня по элиму каждой, и пообещала вернуть всё как было, после того как искусники запечатлеют результат. В случае если, конечно, он им не понравится. После этого мои новые жертвы посовещались между собой и согласились прийти ко мне завтра в час на первую фотосессию «модель до».

— Ло, а какому народу принадлежит Реми? — так представилась подруга Волнаи.

— Да ни к какому. Полукровка она, — в который раз удивила меня Лорика. — Такие рождаются у наложниц оборотней, если вдруг природа создательница того пожелала, и оборотень пренебрёг контрацепцией. Полукровок у нас совсем мало и все они общественницы. Мужчины совсем не хотят с бедняжками иметь дел…

Ну и дураки! Реми обещала стать настоящей красавицей после депиляции и кое-каких других манипуляций с внешностью. Мы им ещё покажем! Они ещё в очередь к ней выстроятся! Да и к Волнае тоже.

Ближе к ночи Лорика уехала домой и опять на такси. Можно было бы разложить их с Бутей по диванам, теперь у меня их два — на ресепшне и в гостиной второго этажа, — да вот ни белья, ни одеял с подушками лишних не было. Утром нужно обязательно этим озаботиться вот на такие случаи.

Ох! Сколько же мне предстоит всего сделать завтра!

Как подумаю, сразу хочется получить маховик времени, как был у Гарри Поттера.

Глава 21

Я проснулась без будильника. Кому и когда проблемы давали поспать? Вот и я исключением не стала. Всю ночь мне снились всякие бредни: то я силой укладываю на кушетку клиенток и выщипываю им брови, а они орут как резанные, отбиваются… то бегу куда-то от толпы девушек, требующих сделать их красивыми.

Кошмары, в общем, мне снились. Это всё игры подсознания виноваты. Днём я изо всех сил бодрилась, отгоняя пессимистичные мысли, но страхи проникли во сны. Только подаваться им я не планировала. Поэтому бодро подскочила с кровати, привела себя в порядок, разбудила мелкого, приняла доставку завтрака — сегодня курьером была дриада, но я пока не очень понимала, как смогу ей помочь, поэтому на фотосессию не позвала.

А она ждала, между прочим — я по глазам видела… Ничего, потерпи, милая, и тебя сделаем красоткой.

Только мы с Бутей поели, как пришла Лорика. Лесовина вызвала для нас наемную повозку, и мы с волчонком отправились в ведомство альфы Тераса. Сама же помощница осталась в салоне за главную принимать доставку. Вдруг в наше отсутствие что-то привезут?

Я ещё по посещению первого собрания помнила, что центральное управление общественным порядком располагается на главной площади столицы и, в принципе, до него идти было минут пять, но Бутя-то у меня нелегал, поэтому рисковать мы не стали.

— Назначено? — рявкнул на нас суровый оборотень, едва мы вошли в огромный тёмный холл вотчины силовиков.

Я огляделась. Мрачненько, негостеприимно и неуютно. Наверное, так и должно быть в подобном месте, но мне совсем не понравилось. Особенно встречающий.

Дежурил на вахте, само собой, волк. И больше чем уверена: кто я такая и что нас ждут — знал, а рычал для острастки. На Бутистана, к слову, подействовало — он вздрогнул, а на меня нет — пуганая.

— Назначено. Мадам Дарина с сопровождающим, — холодно представилась я, и дежурный сделал вид, что проверяет списки. — Проводи нас к альфе Терасу.

Было заметно, что моя реакция оборотня удивила, но он старался не показывать вида и поэтому остался подчёркнуто нелюбезным.

— Третий этаж, приёмную не пропустите.

Эх. Чувствовала, беседа будет сложной, раз Терас дал подчинённому указание запугать меня с порога.

В приёмной нас тоже с объятьями не встречали.

Секретарь альфы усадил Бутистана на стул, а в кабинет позволил войти только мне. Хоть бы не расклеился без меня мальчонка! Уходя, потрепала его по лохматой голове, чмокнула в затылок и пообещала, что всё будет хорошо.

— Доброе утро, альфа Терас. Спасибо, что согласились меня принять, — в кабинет вошла решительно и поздоровалась, будто холодного приёма вовсе не заметила. Ни к чему нагнетать.

Главный волчище сидел за столом и читал бумаги, но, услышав моё приветствие, оторвался, подняв ярко-жёлтые глаза, опушённые тёмными ресницами. К великому сожалению, я в очередной раз отметила животный, хищный магнетизм этого альфы и невольно поежилась. Вот совсем не вовремя эти мурашки взялись бегать!

— Что тебе понадобилось от меня, человечка? — рыкнул глава ведомства.

Жаль что я, похоже, на него вообще никакого впечатления не производила. Это неожиданно ранило самолюбие. А я ведь специально заплела сегодня волосы в колосок, который мне всегда шёл, и надела серое платье — этот цвет мне к лицу.

Ну да ладно, я не кокетничать пришла.

— Сейчас в приёмной дожидается половинчатый ребёнок, — перешла я к делу, отринув глупые переживания, — и я хочу получить для него разрешение на проживание…

Альфа с шумом захлопнул толстый журнал, который до этого читал, и, облокотившись на стол, зло на меня прищурился. Спасибо, что не зарычал, обнажив клыки.

— Мне не нравится, что ты пытаешься проворачивать в моем городе, — тихо, а от этого ещё более зловеще проговорил он. — Не нравится, что ты вводишь свои правила, не нравится, что ломаешь наши традиции, не нравится, что ставишь с ног на голову мысли жителей столицы…

Он, наверное, мог перечислять свои претензии до вечера, но у меня на сегодня запланирована ещё куча дел, поэтому я преодолела страх:

— Спасибо, что поделились своими личными переживаниями, альфа, но я бы хотела получить конкретный ответ на конкретный вопрос от вас как официального лица, а не вот это вот всё, — прервала я волчьи душеизлияния.

Пусть переходит к сути.

— Нет!

Я и не ожидала, что волчара прямо сразу согласится, поэтому была готова у отказу.

— На каком основании?

— А какие у меня основания давать необученному половинчатому разрешение, тем самым позволяя и другим на него надеяться?

— А что в этом плохого? Я даю ребёнку работу за питание и жильё, он учится самостоятельности под моей опекой. Что ещё нужно?

— У нас так не принято! — Терас хлопнул журналом по столешнице, и я вздрогнула. — Завтра к тебе приведут следующего половинчатого, его тоже примешь на работу?

Он поднялся с кресла, а потом сел обратно. Я собралась в готовую выстрелить пружину.

— Придумаю что-нибудь. Мне будут нужны ещё сотрудники! Всех приму, если придут!

Признаюсь, вошла в раж, не желая сдаваться, и уже прикидывала, смогу ли обучить мальчишек парикмахерскому делу, к примеру. А что мне оставалось делать?

— Ты прогоришь, и что тогда будет с ними? С этим половинчатым что будет?

Тьфу! Ворона он, а не волк! Я подошла к столу, поставила ладони на столешницу и, наклонившись, уставилась в жёлтые глаза без всякого страха. На адреналине он просто исчез.

— Дайте временное разрешение, — с жаром зашептала, пытаясь проникнуть волку в душу. — На три месяца дайте. Если прогорю, Бутистан отправится в резервацию, а я туда, куда отправит совет альф.

Терас хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Не проникся, зараза.

— А если не дам, то что?

— Я подам в суд. Пусть альфа Армин решает, правомерно ли вы нам отказали.

Я не имела понятия, возможен ли такой вариант развития событий. Действовала по наитию и аналогии с земными законами, но вроде бы не ошиблась. Правда, это мне не очень помогло.

— Подай. Тяжба будет длиться примерно три месяца. В это время половинчатый отправится ждать решение суда в поселение Омега.

Козёл даже, а не ворона он! Я скрипнула зубами.

— Неужели вам не жаль ребёнка? — зашла я с другой стороны. — Ведь это в вашей власти — позволить ему жить в нормальных условиях и честно работать. Уверена, жители столицы станут уважать вас за милосердный поступок ещё сильнее…

— В моей, ты права… Но в чем мой интерес? Зачем мне это делать? Мне вполне хватает того уважения, которое я имею за правление твёрдой рукой.

Зря я пыталась призвать волка показать свою человечность, он не ведь не человек. Вздохнула тяжко и оторвалась от стола с намерением покинуть кабинет и направиться в суд — может, филин что-то подскажет? Но Терас, разгадав это намерение, меня остановил:

— Поклянешься мне, что не будешь иметь никаких отношений с альфой Доминусом, кроме деловых. Так же поклянись, что встретишься с моей сестрой и обработаешь её своей магией красоты. А самое главное — поклянись в том, что пойдёшь со мной через месяц на городской праздник чествования Матери природы создательницы. Если согласна на мои условия, я дам разрешение на проживание твоему половинчатому.

Надо признаться, я растерялась. Если бы мы были на Земле, я бы заподозрила волка в том, что он во мне заинтересован, но не умеет выразить свою симпатию и от этого действует столь топорно. Но мы на Элмезе, и я понятия не имела, что всё это значит. Может, его действия совершенно логичны и несут неведомый мне смысл? Но и упускать возможность нельзя. Только действовать нужно осторожно.

— Поймите меня правильно, альфа, — я вернулась к столу и вновь заглянула в жёлтые глаза, правда, говорила уже без вызова, — но я не буду давать никаких клятв.

Согласитесь, это было бы глупо с моей стороны — раздавать непонятные мне обещания. Но я могу вас от всей души заверить в том, что не собираюсь ни с кем из мужчин заводить отношения в ближайшее время. — Не знаю, мне показалось или Терас на этих словах мимолетно нахмурился. — Если вас это устроит…

— Устроит, но всё остальное обсуждению не подлежит: на праздник идёшь со мной и занимаешься Мерлиной на пределе возможностей.

Судя по всему, Терас решил, что у меня есть неведомые магические способности. Ладно, фиг с ним, пусть думает. Важнее сейчас прояснить другое:

— Поход на праздник к чему-то меня обяжет?

— Да. Постарайся выглядеть прилично и нарядно, — он окинул меня таким пренебрежительным взглядом, будто сейчас я явилась к нему в пижаме и выглядела крайне неприлично.

Каков хам! Нет, не нравлюсь я ему. Тут точно какой-то корыстный умысел замешан.

— И всё? — с упорством параноика уточнила ещё раз.

— И всё. Заводи своего подопечного. Поставлю печать, и скройтесь с глаз моих. Без вас дел по горло.

Разрешение на проживание Терас установил за считанные секунды, и уже спустя пару минут мы с Бутистаном покинули мрачное ведомство. Я проводила подпрыгивающего от счастья мелкого до салона и, велев на прощание помогать Лорике, неспешным шагом отправилась на встречу с альфой Доминусом. По дороге я гадала: куда, дав это обещание, вляпалась? Или всё-таки волчище ничего крамольного не замышляет?

Глава 22

Рабочий кабинет альфы Доминуса располагался в том же здании, где проходил памятный совет альф. Я обошла монументальное строение кругом, любуясь величием, чтобы скоротать время, но всё равно пришла на встречу немного раньше. Однако у дверей меня уже дождался любезный секретарь тигра — тоже кто-то из кошачьих. Кот рангом поменьше тут же подхватил меня под белы руки и проводил в хозяйский кабинет.

Эта встреча разительно отличалась от предыдущей: никто на меня не рычал, не запугивал и не угрожал. Наоборот, Доминус был крайне мил и любезен. Усадил на диван и напоил чаем с пирожными, что выглядело ещё более подозрительным.

— Билборды, говорите? Очень хорошая идея, не против, если мы возьмём на вооружение этот способ рекламы из вашего мира, мадам Дарина? — промурлыкал альфа, когда я ему объяснила, что хочу поставить стенды с завлекательными картинками в людных местах.

— Конечно же не против, альфа Доминус! Но только в случае, если мне дадут разрешение на установку билборда у входа в городской парк и у дома развлечений.

Мне было совершенно не жалко делиться земными знаниями. Пусть пользуются всем, что я имею в арсенале, лишь бы мне от этого была выгода.

А я, выбирая места, рассуждала так: основная клиентура салона — общественницы, поэтому мне нужно место, где все они периодически бывают. Так же я надеялась, что ко мне заглянут и состоятельные жительницы — эти наверняка ходят в парк. Ну а если дело пойдёт, я запрошу разрешение и на другие билборды, взамен же открою Доминусу другие рекламные трюки своего мира. Например, пиар.

— Я дам вам это разрешение, мадам, и даже не возьму налог за установку ваших штуковин, но с условием… — кот сделал многозначительную паузу, поиграв бровями, — вы сходите со мной на прогулку.

Доминус не скрывал, что во мне заинтересован, с самого начала встречи. Он строил глазки, призывно улыбался и соблазнял голосом. правда, это почему-то не работало. Соблазняться я не спешила.

Безусловно, мне льстило внимание красивого, наделенного властью мужчины, но, к величайшему изумлению, загадочное поведение волка производило на меня куда большее впечатление. Было неловко признаваться даже самой себе, но тот короткий момент, когда мне показалось, что я Терасу нравлюсь, заставил ёкнуть сердце. А вот с Доминусом ничего подобного не наблюдалось. Да, приятно, да, могу поулыбаться в ответ на заигрывания, но ничего больше.

— Мы с вами договаривались лишь на поход в библиотеку, альфа, — кокетливо напомнила я Доминусу, заглянув в глаза и томно похлопав ресницами, — так вот я готова выделить на это время, скажем… через два дня.

Сегодня и завтра у меня фотосессии, послезавтра искусники, возможно, сделают визитки, а портниха доставит наряды, то есть я смогу пройти по городу в новом образе в сопровождении председателя альф и, возможно, раздам жительницам города карточки с адресом салона. Это хороший план.

— Вы разбиваете мне сердце, дорогая мадам, — притворно надулся тигр.

Опять возможно, я бы ему поверила, будь мне восемнадцать, но я разменяла сорокет и на такие дешёвые трюки давно не велась.

— Мне очень жаль, но вы же деловой мужчина, альфа?! Сами понимаете, сколько сейчас на меня свалилось забот. Мне совершенно не до прогулок, — я тоже умела играть на публику и делать фальшивую скорбную мину, чем и воспользовалась.

— Да, понимаю. Пообещайте мне, Дарина, — Доминус ухватил меня за руку, но я поспешила её аккуратно забрать, пресекая попытку лобызания, — что пойдёте со мной на праздник Матери природы создательницы, который состоится через месяц…

Упс.

Как бы кот сейчас не разозлился из-за моего отказа. Призвала всё актёрское мастерство, которое имела в загашнике, и прямо-таки скорбно поникла плечами:

— Ох, альфа, я бы с радостью, поверьте! — нервно затеребила подол своего скромного платья, пряча глаза. — Но уже обещала составить компанию альфе Терасу. Он оказал мне неоценимую услугу. Именно из-за этого, и никак иначе, я не смогла ему отказать, не обижайтесь, молю! — для убедительности сложила руки лодочкой у груди.

Я в жизни раньше не разговаривала с мужчинами таким елейным тоном. Как-то не приходилось. Но зато после разыгранного представления чувствовала себя гениальной актрисой, достойной главных ролей в самых больших театрах. Если прогорю с салоном, пойду трудиться общественницей на сцену. Уверена, стану звездой. Во всяком случае, сейчас у меня всё получилось: председатель выглядел немного расстроенным, но не злым, и разрешение на билборды все-таки дал.

— Я зайду за вами через два дня перед обедом, мадам Дарина. Сначала мы сходим в ресторан, я расскажу вам о наших традициях, а потом провожу в библиотеку, — огласил кот приговор не терпящим возражений тоном, провожая меня до самого крыльца.

— До встречи, альфа! — улыбнулась я ему на прощание и отправилась в салон.

По дороге мне отчётливо вспомнились слова Грибоедова: «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Прав был классик. Куда проще быть незаметным середняком и тихо делать свое дело, чем лавировать между сильными мира сего, стараясь всем угодить.

Правда, едва я переступила порог дома, круговорот дел закрутил так, что всех альф из головы я мгновенно выкинула.

К моему приходу ремонт в салоне был полностью закончен, а оборудование смонтировано, осталось всё проверить на функциональность. Чем я и занялась, в то время пока Лори принимала часть заказа от портнихи и дозаказывала постельные принадлежности. А полностью выполненный заказ от Скрула лесовина приняла, пока я ходила на встречи.

Успела проверить лишь один кабинет, когда Волная и Реми принесли наши комплексные обеды. И только мы расправились с жарким, как явились три искусника для знакомства с моими идеями.

Творческие феюны, представившиеся Айвинь, Репинь и Шишкинь, выглядели настоящими представителями богемы. Я бы ни за что не догадалась ни по одежде, ни по длинным локонам, что это мужчины, если бы Лорика не предупредила.

Бутистан, надо сказать, с их приходом насторожился, явно заподозрив неладное, но храбро стоял за моей спиной, пока я рассказала искусникам все свои задумки — каталоги, визитки и билборды, — схематично рисуя макеты на листочке своей ручкой.

Феюны пришли в восторг и от дизайна салона, и от идей, и от ручки. Пообещали изготовить двадцать каталогов, сотню визиток, два билборда в кратчайшие сроки и принялись за работу. Мы с ними пока условились на изображении четырёх моделей: Бути, Волнаи, Реми и руки Лорики без маникюра. Я ещё вчера попросила помощницу пока ногти не стричь. Сторговались на сотне элимов. Дорого, конечно, но и результат я ждала от работы, стоящий этих денег.

Феюны-искусники управились за три часа, а пока они творили, я проверила сантехнику, кресла, кушетки — всё работало как надо. Поразительно! Когда я оборудовала земной салон, мне пришлось ругаться и доказывать свою правоту чуть ли не в каждой фирме, требуя замены брака, а тут всё с первого раза делают на совесть. Просто чудо! Я ходила по кабинетам и радовалась, гладила свои приобретения и предвкушала успех.

Жалко было только, что пока не привезли парогенератор, поэтому нельзя проверить фитобочку. Я бы с огромным удовольствием в неё вечерком влезла!

Эх! Ладно. Потерплю…

Ну а когда фотосессия закончилась, мы с моими ассистентами отправились сначала к бобрам — там я планировала заказать две нормальные кровати для нас с Бутей, найти что-то наподобие пилочки для ногтей и аналог апельсиновых палочек для кутикулы, ну и ещё хотела приглядеть что-то для нанесение краски на волосы, брови и ресницы. Может, щёточку или кисточку какую — не знаю, чем они тут красят, пригляжусь.

После бобров нам ещё предстояло заехать на рынок за сахаром, а потом я планировала попроситься на кухню к Жариню попробовать сварить пасту.

Боже! Продыху нет, но это и к лучшему. Времени на рефлексию и оплакивание земной жизни, на сомнения и неуверенность в себе вообще не оставалось.

К столярам съездили даже успешнее, чем я ожидала. Все свои намеченные покупки и хотелки я осуществила! Оказывается, на том же рынке обитали пара каменных троллей — у них совместные с бобрами производства столов и бижутерии, очень, кстати, симпатичной. Благодаря этому я заполучила и палочки, и кисточки разных размеров, и даже приличные пилочки! Магам, способным воздействовать на дерево и камень, не составило никакого труда быстро изготовить мне необходимые для маникюра инструменты разной жёсткости: и для того чтобы придать ногтю форму, и чтобы отполировать ногтевую пластину.

Но это ещё не всё! У мебельщиков на производстве использовался лак. Конечно же, это не лак для ногтей, но рискнуть можно. Для начала я купила бутылочку прозрачного, а ещё выпросила у каменных троллей разноцветную блестящую крошку, которую те выбрасывали в отходы после обработки камешков, которые вставляли в деревянные браслеты и кольца. Увидев, как пропадает такой материал, у меня появилась идея потрясающего покрытия для ногтей! Завтра на Лорике и опробую.

За сахаром же заехали, не отпуская такси. Пока мы с Бутей сидели в повозке, Лорика сбегала и прикупила килограммовый мешок сладкого песка.

— Дарина, а что я буду должен делать? — осторожно задал мне вопрос волчонок, когда мы остались одни.

Могу себе представить его растерянность, парнишка пока совершенно не понимал, что я делаю и с какой целью. А ему ещё стрижка предстоит! Бедняга!

— Ты будешь моим помощником, Бутя. Ты ведь знаешь город? Районы, рынки, заведения?

— Знаю, конечно, — гордо ответил мелкий, явно обрадовавшись, что хоть что-то знает.

— Так вот ты будешь выполнять мои поручения. Купить что-то на рынке, разнести рекламу, узнать городские новости и сплетни, ну и помогать в салоне. Справишься?

— Думаю, да, — ответил Бутистан очень серьёзно, — ты не пожалеешь, что взяла меня. И мои родители будут тебе благодарны, как только узнают о том, что ты сделала. Спасибо.

Я чуть не расплакалась. Бутя говорил это так серьёзно и проникновенно, словно ему не десять, а все пятьдесят.

Я, конечно, понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут, но эту ситуацию с детьми нужно точно исправлять. Обязательно поговорю с Доминусом!

Но тут вернулась лесовина, и додумать эту мысль я не успела — мы двинули к следующему пункту назначения.

В трактир к Жариню я отправилась одна, поручив Лорике завезти мелкого домой — её я тоже на сегодня отпустила.

Ну а сама я провозилась с пастой ещё часа два — спасибо феюну, что пустил меня в свою кухню. Только с третьей попытки вычислила пропорции местных ингредиентов. Сложность состояла в том, что сахар на Элмезе не белый, а зелёный, и кислота всё же тоже не наша лимонная. Но зато я познакомилась с принципом работы местных плит — в трактире использовали не только жарочные артефакты в виде камней с реле, но и открытый огонь — тоже артефакт, и мощность пламени тоже регулируется при помощи реле. Именно на такой конфорке я пасту и варила, обращаться с ней мне было как-то привычнее. В общем, слава богу, домой я возвращалась усталая, но счастливая, бережно неся с собой ведёрко рабочего материала нужной мне плотности.

Глава 23

Подскочила затемно. Я всегда так, если предстоит ответственное мероприятие или поездка, так что ничего удивительного. Часы показывали пять утра, а у меня сна ни в одном глазу. Тихонько встала, умылась, заварила себе чаю и пошла вниз готовить зал для приёма первых клиентов.

Первыми бросились в глаза грязные окна.

Твою же дивизию! Как я о них забыла?

Сбегала наверх за блокнотом и ручкой, чтобы записать первоочередную задачу: вызвать клининг. Элимы таяли на глазах, но у меня ещё оставалось четыре сотни с мелочью, поэтому я решила не жадничать.

Приготовила инструменты и нужный для работы материал, разложила по кабинетам, проверила ножницы на кончиках своих волос, пилки я ещё вчера на себе проверила. Потом сделала приличную причёску, годную для приёма гостей, сколов крабиками волосы в два рогалика с хвостиками — посмотрелась в зеркало, осталась собой довольна. Такая причёска мне и в прошлой юности очень шла, не подкачала и в этот раз. Надела новый рабочий костюм, вовремя сшитый Милинь, и, еле дождавшись семи утра, пошла поднимать волчонка.

Вчера от ужина остались мясная нарезка и хлеб — у меня на них сил не хватило. Зато сейчас излишки пришлись как нельзя кстати. Напоила мелкого чаем с бутером и повела стричься. Раньше сядем, раньше выйдем, как говорится. Начну с него.

Подобранец, конечно, упирался, но вяло.

— А это не больно? — жалобно спрашивал волчонок, пока я вела его к мойке.

Решительно отказываться от экзекуции он не осмеливался.

Внезапно так жалко его стало до слёз! Я обняла пацана за плечи и поцеловала куда-то в ухо. Нормальный ребёнок нашего мира закатил бы здоровую истерику, а этот напоминал мне Му-му… Просто сердце рвал на части своей покорностью, утешало лишь то, что я действительно ничего плохого делать ему не собиралась.

— Ну что ты, милый мой? Как можно? Поверь, пожалуйста, я никогда и ничего не сделаю тебе во вред, — от всей души пообещала, усаживая его в кресло, — клянусь, я буду действовать очень аккуратно и ухо тебе не оттяпаю. Я даже постараюсь сделать так, чтобы процедура прошла приятно.

Бутистан мне верил, и это придавало сил.

Вымыв лохмы шампунем, я вытерла их полотенцем и пересадила волчонка в парикмахерское кресло.

Что я знала о мужских стрижках? Чуть больше, чем ничего. Пару раз я стригла бывшего мужа. Вернее, брила под троечку машинкой, ну и всё. А, да! Один раз подстригла в детстве куклу под мальчика, а ещё один раз бабулю-соседку.

Чисто визуально я видела, как это делается, миллион раз, в голове отложился принцип, и я чувствовала в себе уверенность, но, как ни крути, эта стрижка была чистый риск и эксперимент.

Провозилась я часа полтора. Волосы у Бути были длинные и густые. Непослушные.

В какой-то момент пришла Лорика и модельки с завтраком. Девушки расселись кто куда и неотрывно наблюдали за тем, как я орудую ножницами и периодически отплёвываюсь от волос. Всё потому, что мне не хватало рук, и я, забываясь, зажимала расчёску губами. Но я на них даже не отвлекалась — не до того было.

А вот когда я вымыла Бутистану голову в финальный раз и высушила при помощи артефакта-ветерка, укладывая пряди руками — на полноценную укладку расчёской я пока была не способна, — и предъявила зрителям результат, девушки повскакивали с мест, громко выражая восторги. Я им поклонилась.

Ну да. Бутистан выглядел клёво! Стильно, ухоженно, красиво! Не беда, что стрижка была кое-где кривовата. По сравнению с тем, что творилось у волчонка на голове до этого, моя работа выглядела шедеврально. Бутя и сам минут десять не мог оторваться от зеркала: всё поворачивался то одним, то другим боком, трогал волосы и присвистывал — так сильно ему понравился результат. У меня сердце заполнялось теплом и счастьем от того, что первому клиенту моя работа понравилась.

После мы прервались на недолгий завтрак, а перекусив, я засучила рукава, пытаясь оптимизировать работу и успеть всех окультурить до прихода искусников.

Превращать моделей в красоток я начала с Волнаи. Первым делом решила протестировать, как возьмётся на её блёклых волосах краска. Для нового образа нимфы я выбрала синий цвет. Нужный мне состав лесовины делали из диких бутонов какой-то лианы для придания оттенка тканевым волокнам, но вот как он возьмётся на волосах живого существа, я не имела понятия.

Но кто не рискует, тот не пьёт шампанского, правда же? Поэтому, решительно нанеся кисточкой мелкую кашицу почти чёрного цвета на пару прядей Волнаи, я завернула их в подобие нашей пергаментной бумаги для жарки — вчера в трактире у феюна выпросила

— подколола зажимами и оставила выдерживать время. Сама же подхватила под руку Реми и повела в косметологический кабинет.

Депиляция — процедура неприятная, но! У Лорики в волшебном чемоданчике — в том, в котором она принесла все образцы представленных в каталоге товаров — нашёлся анестетик. Оказывается, на Элмезе умели обезболивать травмированное место. Аллилуйя!

— Ох, мадам Дарина, как же мне страшно! — уложить полукровку на кушетку удалось не сразу. — Ущерб точно будет поправимым?

Она хваталась за меня руками, заглядывала жалобно в глаза и совсем не торопилась откидываться на спинку, чтобы отдаться в мои руки.

— Даю слово! — клялась я, пытаясь справиться с более крупной и сильной девушкой. — Но мне думается, что результат тебе так понравится, что ты решишь повторить процедуру, когда эффект пропадёт…

Я сулила клиентке всё новые и новые блага, пока мазь делала нечувствительными к боли нужные мне участки лица Реми. Минут через пять она более или менее расслабилась, а я, перед тем как приступить к неприятной процедуре, сбегала в парикмахерский зал, проверить окрашивание Волнаи.

Развернув один кусок пергамента, я от души порадовалась результату. Прядка получила нежно-голубой оттенок, именно такой тон я и хотела увидеть. Поэтому сейчас нужно избавить волосы от красителя, чтобы не передержать.

— Ло, смой, пожалуйста, с этой прядки краску и закрепи результат тем кислым раствором из порошка жёлтого плода. Ну того, что я брала для варки сахара, а со второй пусть пока сидит, — распорядилась я, точно зная, что лисовина меня поняла, и помчалась выпалывать сорняки с лица Реми.

Что ж, надо признаться, повозиться с ними пришлось минут сорок. Во-первых: я уже сто лет как не делала депиляций. Во-вторых: таки самостоятельно сваренный из иномирных ингредиентов материал — это вам не дорогая паста от известного производителя. Пока наловчилась, пока уловила руками нужное движение… Но, главное, в конце концов, растительность я победила, доработав брови пинцетом. Положила на пострадавшие участки успокаивающую мазь из запасов лесовины и велела клиентке лежать, не двигаясь, пока я за ней не вернусь. А сама метнулась в парикмахерский зал, где занялась Волнаей.

За сорок минут первая прядка высохла и ещё немного посветлела. Я бы назвала получившийся цвет льдистый блонд. А вторая прядь, которую продержали под краской час, стала темно-синей. Не иссини-чёрной, а именно благородного густого синего цвета. У меня руки зачесались от предвкушения, как только я представила результат, который получу.

Сначала нанесла краску на всю голову и оставила Волнаю с ней сидеть десять минут под самодельной шапочкой из хрустящей бумаги. А потом, смыв первый состав, набрала с макушки расческой пряди как на мелирование. Я заворачивала их в заменитель фольги и фиксировала зажимами, очень надеясь, что всё получится.

Как это делается — я прекрасно знала в теории. Миллион раз видела, а не далее чем две недели назад у меня в салоне вообще семинар по окрашиванию проходил… Я приглашала известного тренера. Эх. Знала бы, вообще бы не отвлекаясь смотрела за процессом!

Но что уж тут поделаешь, буду вспоминать то, что успела уловить. Закончив с волосами, я принялась за работу над глазами нимфы.

Краску на брови и ресницы нанесла прямо в парикмахерском кресле и побежала проверить Реми.

Лорика с Бутистаном смотрели на меня во все глаза. Ох, не знаю, что они, бедолаги, там про себя думали о безумной хозяйке, но вслух не осуждали, даже когда я заявляла:

— Смотрите и запоминайте, мои дорогие! Ты, Лори, должна будешь уметь меня подменить, если что. А ты, Бутя, просто должен разбираться во всех тонкостях предприятия, на котором работаешь.

Помощники кивали, модели безмолвно терпели, дело спорилось…

Шугаринг не подвёл и слишком травматичным не стал. Краснота с лишённых растительности мест у полукровки постепенно сходила. Напряжение начало меня понемногу отпускать. Я видела, что всё задуманное получается.

Оставив уже почти готовых к фотосессии моделей в покое, я усадила за маникюрный столик лесовину. Плечи ныли и ноги гудели, но вера в успех придавала сил.

Обработала кутикулы одной руки своей помощницы палочкой-лопаткой, подпилила ногти, придав им овальную форму, и взялась за лак. Тонким слоем покрыла один ноготь, а потом быстро, пока лак не высох, нанесла кисточкой каменную блестящую пыль, а сверху ещё тонкий слой лака. Что ж, получилось очень даже красиво! Удовлетворившись результатом, покрыла и остальные ногти.

Потом можно будет и французский маникюр попробовать сделать… Но это когда появится время. Сейчас же пришла пора глянуть на то, что вышло с бровями, ресницами и прядями Волнаи — она так и сидела у меня в кресле с закрытыми глазами.

Когда смыла краску, чуть не завизжала от восторга! Надо же! Вышло идеально! Немного доработать форму пинцетом— и нимфа станет изумительной фотомоделью.

Надеялась, что новый образ понравится и ей тоже, ведь Волная прямо на глазах из бледной моли превратилась в волшебную, завораживающую иной красотой сказочную бабочку. Я в жизни никого красивее не видела! Тёмно-синие брови и ресницы подчеркнули её бледно-голубые глаза, наполнив загадочной прозрачностью, заставили кожу излучать свет, а двухцветное мелирование придало волосам пикантную изюминку.

Ну, блин, я гений! Просто магически-бомбический фейерверк, а не результат! Мне хотелось прыгать и хлопать в ладоши. Добавляло радости ещё и то, что Ло и Бутя тоже смотрели на новую Волнаю разинув от восторга рты, что подтверждало — она потрясающая!

Правда, самой нимфе я пока полюбоваться результатом не позволила. Вот сделаю причёску, тогда и оценит все разом. Ну а пока попросила Лорику снять остатки мази и вывести из косметологического кабинета Реми.

К сожалению, её я пока красиво покрасить не могла. Не было у меня средства для осветления, подобного земной супре. Надо сначала дождаться от бабушки Ло специальной доработки того состава, в котором я уловила запах аммиака — она обещала сделать это как можно скорее, — и вот тогда я примусь за брюнеток.

Сегодня же я могла подчеркнуть ухоженное лицо Реми лишь красивой причёской. Расчесала волосы до блеска и сколола их на висках доставленными от Скрула бабочками. Полюбовавшись результатом сама, развернула клиентку к зеркалу.

— Великая мать создательница! — закричала полукровка, увидев своё отражение, и зажала рот руками.

Я чуть инфаркт не получила…

— Смотри, как приподнятая бровь изменила всё лицо. Она раскрыла взгляд, — принялась я утешать модель, — а какими выразительными стали губы без чёрных усов, а овал без бороды?..

Я подчёркивала все новые и новые детали. По мне так Реми стала настоящей огненной синьорой с пламенным взглядом и манящими губами, не отягощёнными лишним декором в виде волосков, но оказалось, я зря переживала. Это Реми так эмоционально радовалась.

— Это потрясающе, мадам Дарина, это чудо! — воскликнула полукровка, чем тут же меня успокоила. Правда, ненадолго. Не прошло и пары минут, как Реми озадачила меня новой проблемой: — Но что про меня скажут знакомые? Ведь получается, что я пошла против Матери природы создательницы…

Присутствующие в парикмахерском зале бодро закивали и загудели, соглашаясь со словами полукровки.

Какой же бред! У меня не укладывалось в голове такое уничижение себя. Поэтому настало время лекции о том, что природа дала всем своим созданиям не только исходные данные, а ещё и мозги. А так же: эстетический вкус, руки, инстинкт выживания и целеустремленность.

Распиналась я долго и эмоционально. Жестикулировала и приводила примеры из земной жизни, мотивируя тем, что природа создательница одна на всех и разницы между жителями моего мира и Элмеза никакой нет. Честно, понятия не имею, как уж там на самом деле, но сейчас это было не важно. Сейчас мне было важно убедить хотя бы этих иномирянок в своей правоте.

—.. Я больше чем уверена, ваша Мать создательница долгие века ждала, не могла дождаться, когда же вы начнёте работать над собой и перестанете плыть по течению. Быть красивой — не грех, уверяю. Природа дала нам только базовый набор с той надеждой, что мы его подчеркнём, — вещала я, делая причёску нимфе. Тут мне хотелось обратить внимание на окрашивание в два тона, поэтому волосы я оставила распущенными, но сплела две тонкие косички с висков в одну. — Чуть-чуть подправив внешность, вы сможете исправить и свою жизнь. В вашем мире, как и в нашем, встречают по одёжке и только потом рассматривают прекрасный характер, ум и другие достоинства.

Вроде бы мои слова находили у них отклик, потому что слушатели переглядывались, поддакивали и не спорили.

Закончив речь и причёску, я развернула Волнаю к зеркалу и дождалась от нимфы примерно такой же восторженной реакции, как и от Реми.

В общем, к приходу искусников все мои модели пребывали в нужном настроении, а я падала с ног от усталости. Чувствовала себя ударником труда, но очередная порция восторженных похвал от художников придавала сил.

Оставив феюнов творить, я отправилась на ресепшен и вытянула ноги на гостевом диване, чтобы немного отдохнуть и обдумать дальнейшую стратегию развития бизнеса.

Что мы имеем? Завтра придёт Доминус и поведёт меня на обед. Нужно будет выглядеть на сто процентов — надену платье в горох. Ох, но к нему же нужны сумка и туфли…

— Лорика, можно пригласить к нам срочно того, кто занимается обувью и кожгалантереей? — крикнула я, не вставая с дивана.

— Да, конечно. Сейчас приглашу…

Чудненько. К моменту похода с альфой «в люди», мне нужно иметь на руках рекламные материалы…

— Уважаемые искусники, а когда будут готовы визитки?

— Завтра, мадам Дарина. И остальной заказ тоже.

Надо же, а я думала, они будут рисовать копии журнала и плакаты для билбордов примерно неделю.

— Весь заказ? Вы успеете всё сделать за несколько часов? — уточнила на всякий случай, потому что мне казалось это нереальным.

Но, как выяснилось, у феюнов имелся артефакт-множитель. Что-то типа нашего печатного станка. На Элмезе выходят и газеты, и журналы.

Сколько же ещё нового мне предстоит узнать о своём новом доме! В общем, в свете полученных знаний, заказала вдобавок листовки на бумаге попроще. Деньги утекали, словно вода, а ведь ещё нужно будет торжественное открытие с фуршетом сделать. Ох, хватило бы на всё! Но вообще-то я очень надеялась, что в ближайшее время у меня появится первые клиентки. Я и Реми с Волнаей наняла с завтрашнего дня раздавать всем посетителям таверны и просто знакомым листовки. Как только их распечатают, девушки примутся за дело. Я ещё и Бутю отправлю раздавать баннеры в людных местах. Да и сама не буду сидеть сложа руки. Завтра постараюсь обратить на себя внимание посетителей ресторана и библиотеки, а ещё закажу сами билборды…

Размышления прервал звонок в дверь — это пришли феечки, повелительницы чистоты, чтобы отмыть после ремонта салон. Передышка закончилась, пошла показывать им фронт работы.

За ними пожаловал сапожник — ему я заказала красные туфли на высокой платформе. Мастер подивился, конечно, диковинной конструкции, но пообещал туфли и сумку прислать к утру.

Тем временем искусники и феи закончили работу, я отпустила всех домой и собралась уже отправиться спать пораньше, но вновь раздался звонок в дверь. Открывать побежал Бутистан, у меня уже сил не было, но ровно до тех пор, пока я не услышала голос волчонка:

— Дарина, тут из Скола привезли какой-то парогенератор!

Счастье-то какое!

Я попросила доставщика срочно вызвать молнией со своего артефакта сантехника Виня для того, чтобы феюн подключил к агрегату фито-бочку.

А пока он работал, засела с каталогом Лорики выбрать травы. Ориентировалась я на запах и описанные свойства. В итоге, отобрав подходящие, наполнила специальное отверстие парогенератора сбором укрепляющих, очищающих и смягчающих кожу трав. Боже, уже через пятнадцать минут, убедившись, что все работает как надо, я помчалась за халатом и махровой простынёй! Да-да-да! Я заслужила этот праздник! Сегодня вечером меня ждёт долгожданный релакс!

Глава 24

— Отнесешь двадцать листовок девушкам в таверну, а сам пройдись в местах, где гуляют состоятельные жители. Справишься, Буть? — пригладила типа стильную стрижку волчонка рукой.

— Конечно! Что же тут тяжёлого? — он ещё и мохнатое ухо подставил, чтобы почесала.

— А если кто-то будет обижать, скажи, что ты на работе, и хозяйка пожалуется альфе Терасу, — почему бы не прикрыться именем волка, раз уж он настаивает на том, чтобы я пошла с ним на праздник? — И на вот ещё пятьдесят эликов. Купишь себе чего-нибудь вкусненького.

Я давала наставления Бутистану, когда уже полностью собранная к выходу ждала альфу Доминуса в гостиной первого этажа. Готовый заказ от искусников доставили сорок минут назад, и мы всем коллективом только недавно закончили им восторгаться.

На визитках с одной стороны золотистыми буквами на коричневом фоне красовалась надпись «Мастерская красоты» и наш адрес. А на другой — улыбались с миниатюр Бутя, Реми и Волная в окультуренном виде. Журналы, как я и планировала, тоже оформили в тонах салона, а после титульного листа с адресом и перечислением услуг шли четыре разворота с объёмными изображениями до и после преображения. Талантливые феюны ещё и цвета одежды моделям подправили так, чтобы подчеркнуть новый оттенок волос нимфы, обратить внимание на соболиные брови полукровки, а Бутистана вообще превратили в стильного франта. Покрытие же ногтей на руке Лорики сияло искристым блеском, который подчеркивали дорисованные мастерами кольца с драгоценными камнями. От того, что представили страницы журнала, невозможно было глаз отвести!

Листовки напечатали цветными, но без магического наполнения, поэтому объёма они не имели и выглядели как земные баннеры. А плакаты на билборды мало того что волшебством обработали, сделав живыми, так ещё изобразили Бутю и девочек в полный рост в выгодных позах. В общем, глядя на рекламную продукцию, мне самой захотелось срочно обслужиться в своём салоне.

— Не обидит меня никто, я могу за себя постоять, — храбрился Бутя.

— Да я не про мальчишек, а про стражей порядка…

— Не волнуйся, Дарина, я уже объясняла тебе, что никто Бутистана не арестует, он не побирается, не торгует в незаконном месте или незаконной продукцией. Все будет хорошо, — убеждала меня в безопасности затеи Лорика.

— Дай-то бог, — мне бы очень не хотелось, чтобы Бутя пострадал, и поначалу я сильно за него переживала, но сообща помощники меня убедили не дёргаться. — Как я выгляжу? — в очередной раз покрутилась перед лесовиной.

— Изумительно! Альфа Доминус упадёт в обморок! — в пятый раз заверила меня Лори.

Да уж хоть бы не упал и не отказался меня выводить, потому что, несмотря на то, что отражение в зеркале не показывало ничего развратного, вид я имела достаточно провокационный. Для этого мира, само собой. Я могла шокировать население не излишне откровенным фасоном, нет, а просто своей необычностью. Но! Если выгуливать нас с платьем будет альфа-председатель, это добавит мне сотню очков в глазах местных жителей. Так что пусть восторгается без обмороков как-нибудь. Хотя, без ложной скромности, я себе сегодня невероятно нравилась и признавала, что впечатлиться есть чем.

После вчерашней процедуры, во время которой я прямо физически чувствовала, как раскрываются и очищаются поры, кожа стала волшебно-бархатистой на ощупь. Она приобрела сияние и лёгкий травяной аромат. Причёску я сделала под стать платью — в стиле девушек пятидесятых. Да и весь образ в целом смотрелся гармонично и ярко. Жалко, конечно, что тут нет косметики. Красные губы и стрелки добавили бы ещё большего шарма, но это оставим для следующего бомбического выхода попаданки.

Вот договорюсь с бабулей Лорики о создании помады, румян, теней и прочей краски для лица, так сразу и начну продвигать в массы макияж. Может, даже платные курсы визажа открою…

А пока я сложила в сумочку визитки, несколько листовок и пару элимов, со вздохом вспомнив о том, что осталось денежек после всех расходов у меня чуть больше пары сотен.

— Лорика, сегодня должны привезти кровати. Бутину размести в кабинете, а ещё напиши Скрулу, чтобы забрал свою. А ещё скажи гному, что у нас есть заказ на билборды, — только успела я выдать задание помощнице, как раздался звонок в дверь.

— Великие силы природы! Мадам Дарина, вы просто сногсшибательно выглядите! — кот оглядел меня с головы до ног и картинно схватился за сердце. — Я невероятно счастлив от того, что вы согласились со мной пообедать.

— Вы мне льстите, альфа, но благодарю, — похлопала я ресницами, принимая комплимент.

А Доминус принялся оглядывать обстановку салона и бурно выражать удивление.

Вот же позер! Но приятно, чего скрывать. В конце концов намекнула альфе, что нам пора, и с радостью ухватилась за подставленный крепкий локоть. Лорика охнула — видимо, сочтя этот знак внимания слишком многоговорящим, а я только махнула им с Бутей на прощание рукой и вышла на улицу.

У порога нас ждала повозка. Не годится.

— Ох, альфа, а до ресторана и библиотеки далеко добираться? — совсем вот поездка в мои планы не входила.

Мне ведь нужно засветиться перед как можно большим количеством народа, а не путешествовать в комфорте.

— Совсем недалеко! Лучший ресторан столицы находится в центре у начала фиолетовой улицы, а библиотека через пару строений вглубь…

— Прекрасно! А не пройтись ли нам пешком? Я бы с удовольствием погуляла и по пути послушала ваши пояснения о жизнеустройстве Ракада.

Ха-ха. Доминус подвоха не ожидал и на миг завис. Интересно, он там у себя в голове прикидывает последствия прогулки со странной попаданкой, боится опозориться или у него на поездку в закрытой повозке были свои планы?

— С радостью прогуляюсь с вами, — к его чести, председатель не струсил и не спеша повёл меня в центр.

Колодка туфель делала высоту платформы совершенно незаметной, юбка-колокольчик приятно колыхалась горохами в такт шагам, я шла, высоко держа подбородок, превосходно чувствуя себя под прицелами любопытных взглядов. Ну а альфа тем временем просвещал меня на тему подводных камней местного законодательства.

Как я и надеялась, наше шествие по центру незамеченным не осталось. Прохожие глазели, не скрываясь. Некоторые дамы поджимали губы, другие смотрели с интересом, а мужчины… все как один сворачивали шеи, глядя нам вслед. Один пацаненок-гном споткнулся и чуть не упал, зазевавшись. А непосредственная девчушка-орк громко завопила:

— Мама, мама, смотри какое платье! Я тоже такое хочу! И бабочку такую в волосы!

Дородная мамаша шикнула и поспешила дочку поскорее увести, ну а я улыбалась. Кажется, задуманного эффекта достичь удалось. Завтра нужно будет купить газету — вдруг обо мне напишут? Лорика говорила, что там есть колонка светских новостей.

Настроение было приподнятым, и даже то, что вещал альфа Доминус, не было способно его испортить. Хоть и звучали открытия малоприятно:

— Рекомендую вам в библиотеке первым делом ознакомиться с налоговым кодексом Ракада, мадам Дарина…

Я, конечно, знала, что налоги платить придётся, но очень надеялась, что есть какие-то льготы, освобождающие начинающих предпринимателей, типа меня, от уплаты хотя бы в первые три месяца.

— а так же обязательно ознакомьтесь с официальными нормами успешного бизнеса. Я покажу вам раздел, где хранятся эти книги.

Да-да. Мне это надо! Но ещё я бы хотела почитать историю, чтобы понять, откуда берёт начало проблема этого общества.

А сама проблема мне виделась вот в чём: при слишком большой зацикленности на благосостояние элмезцы искусственно сокращают список рабочих мест за счёт использования рабов — бездушных — и не расширяют список видов деятельности внутри семьи. Ведь можно было бы наладить, например, швейное производство готовой одежды, открыть торговые центры, где женщины могли бы продавать ее, а дети доставлять на дом. Ещё можно было бы наладить не магические производства нужных для жизни вещей, ту же мебель. А это дало бы возможность пристроить половинчатых детей в профучилища, а не ссылать в резервации. Опять же — появились бы вакансии для преподавателей, сотрудников столовой.

В общем, выход у этого общества имелся. Но мне предстояло размотать клубок и найти ту нитку, за которую нужно потянуть.

— Именно эти вопросы я и хотела прояснить, альфа, — я периодически вставляла реплики, показывая, что внимательно слушаю. — Но мне кажется, что вы зря не верите в успех моего предприятия. Уже сегодня я запустила рекламную кампанию и надеюсь, что салон вскоре начнёт приносить прибыль.

— Я бы не был в этом так уверен. Менталитет не позволит нашим дамам обращаться к вам за помощью…

Я искренне рассмеялась:

— О, альфа. Вы недооцениваете желание женщин быть любимыми и счастливыми…

— А какое отношение к этому имеет внешность?

Я посмотрела на него недоверчиво. Он правда не понимает или прикидывается?

— Самое непосредственное. Ну да ладно. Не буду объяснять, просто вскоре вы и сами увидите результат. А ещё мой салон будет обслуживать не только женщин, но и мужчин…

Тут уже в голос рассмеялся он.

— Посмотрим, посмотрим альфа. Не зарекайтесь! — шутливо пригрозила я перед входом в ресторан.

Обед прошёл замечательно: мне понравилось и само заведение — немного пафосное, но светлое, просторное, — и кухня. И, главное, мне не только удалось засветиться перед состоятельными жительницами столицы, произведя на них яркое впечатление, но и завербовать ещё одного рекламщика. Я договорилась с девушкой-портье из общественниц о том, что она раздаст гостям листовки всего за двадцать эликов! Успела это провернуть, отлучившись припудрить носик, поэтому альфа даже не заподозрил, что я пошла с ним на обед, преследуя корыстные цели. А то кто его знает, вдруг оскорбится?

Закончив дела в ресторане, мне захотелось поскорее уже добраться до библиотеки. Честно говоря, Доминус немного утомил своими пессимистичными прогнозами, назойливым флиртом и вообще: время — деньги. Поэтому от десерта я отказалась. Ну а после того как председатель выступил в библиотеке моим поручителем, вообще поспешила с ним распрощаться.

— От всей души благодарю вас, альфа! Обед и прогулка были великолепны! — протянула я ему ладонь для рукопожатия, как только главный библиотекарь меня зарегистрировал.

— Ну, не буду отвлекать вас от дел, которые наверняка у председателя всегда в изобилии, и засяду за книги.

Даже если Доминус и был разочарован, виду не подал. Как только он скрылся с глаз, я попросила дежурного по читальному залу — книгами и всем, что с ними связано, заведовали на Элмезе оборотни-крысы — проводить меня к стеллажам с талмудами по законодательству и истории. Глаза, конечно, разбежались от изобилия, но я храбро принялась за выбор подходящих.

Внимательно изучала названия исторических справочников, уже отправив за читательский стол то, что выбрала о налогах, когда мою скользившую по корешкам руку накрыла большая, смуглая, мозолистая мужская ладонь…

— Как прошёл обед с Доминусом, попаданка? Ты ничего не забыла? — зашептал мне в ухо хриплый голос.

Я вздрогнула. И совсем не от страха.

Глава 25

Альфа-волк меня будоражил, и осознание этого факта напрягало тем, что удивляло. Понятно, что Терас невероятно интересный и брутальный мужчина, но ведь это не повод трепетать. Вон Доминус ещё привлекательнее, но я же реагирую на него спокойно. Не вздрагиваю от малейшего касания, не сбивается дыхание, когда слышу голос…

В любовь с первого взгляда я не верила — в моем возрасте такой не бывает. Истинных пар на Элмезе нет. Чем же он меня зацепил? На ум приходило лишь одно объяснение: своим хамством! Вернее, не так. Не хамством, а тем, что относится ко мне ровно. Смотрит без восторженного блеска в глазах, не улыбается заискивающе и совершенно не выделяет из толпы. То, что позвал на праздник, не считается. Это ему явно для каких-то политических интриг понадобилось. Кстати, не мешало бы выяснить каких.

Рассуждая на эту тему, я склонялась к выводу: скорее всего, во мне заговорил азарт. Желание покорить сильного самца, заставить его есть из моих рук. Как ни крути, а жизнь превратила меня в женщину достаточно властную и жёсткую. Видимо, встретив подобного себе достойного партнёра, подсознательно решила срочно прибрать его к рукам. На Земле я давненько не встречала мужчин, равных мне по силе духа.

Но, слава богу, мне не пятнадцать. Кроме души с сердцем, у меня функционирует ещё и мозг. Поэтому играть в укрощение строптивого я себе категорически запретила. Сжала волю в кулак и повернулась к волку лицом, лишь мимолётно холодно улыбнувшись.

— Добрый день, альфа. Я на память не жалуюсь и о наших договоренностях помню. А вы что же, следите за мной? — развернулась обратно к стеллажу и сделала шаг в сторону, подальше от греха, прикинувшись, что выбираю книгу.

— Даже если бы захотел, ваш сегодняшний выход не остался бы мной не замеченным. Сестра вас видела и очень расстроилась. А я не люблю, когда мне выносят мозг истериками…

Я отдалялась, а альфа, не отставая, следовал за мной.

— Успокойте сестру. Передайте, что это был деловой обед, и что в ближайшее время меня не интересует личная жизнь.

Я выхватила первую попавшуюся книгу и направилась к столу с целью закончить разговор, но Терас преградил мне путь.

— Уверен, что «Исход каменных троллей пятнадцатого года с Хрустальной горы» не та книга, которую ты искала, мадам, — усмехнулся волчара, забрав у меня из рук талмуд, — на вот, возьми эту, — он ловко взлетел по деревянной приставной лестнице, потянулся к верхней полке и достал тонкую ветхую книгу с названием «Раскол. Алтея и Саверенос», — прочти это, и тогда, возможно, тебе станет понятнее, насколько ты в нашем мире чужда.

Прощаться альфа не стал. Сунув книгу мне в руки, развернулся на каблуках и стремительно покинул читальный зал.

Ну а я уселась за изучение мира. Историческая книга манила открыть ее со страшной силой, но я решила разобраться с налогами.

Пробежала глазами информацию о предпринимательской деятельности бегло — во всех тонкостях все равно так быстро не разберусь, лучше приходить читать ежедневно, но основное из Кодекса я всё-таки выхватила.

Никаких налоговых льгот мне не дадут. Правда, это я уже и от Доминуса узнала, но прочитать официальный закон было не лишним. Фиксированную сумму заплатить придётся ровно через тридцать дней со дня получения первых денег. В Ракаде, как и на Земле, бизнес делился на малый, средний и крупный. Какой у меня, предстояло выяснить в налоговой, там и узнаю, сколько должна буду платить. Успешным считается дело, приносящее чистой прибыли сорок элимов в месяц — малому бизнесу. Сто двадцать — среднему. И четыре сотни — крупному. Исходя из этих сумм и насчитывается налог.

Кстати, надо купить тетрадь и записывать весь приход и расход денежных средств, чтобы предъявлять на проверку инспекторам. Дальше шли какие-то дополнительные налоги и законы, совершенно мне не понятные. Поэтому остальные тонкости бухучета я решила попросить выяснить Лорику у бабушки и рассказать мне своими словами.

К слову, сходить в департамент налогов — им управляли лисы — где компетентные служащие отнесут мой салон к подходящей категории бизнеса, мне надлежит как раз на тридцатый день после открытия. В общем, придётся месяц пребывать в неизвестности и гадать.

Я не расстроилась — была к этому подсознательно готова. Элмезцы не тот народ, что занимается благотворительностью и делает жизнь проще.

Отложила Кодекс и открыла, наконец, манящую меня книжку…

Очнулась, лишь перелистнув последнюю страницу.

Ну что же… Как говорится, шерше ля фам — ищите женщину. В корне грандиозного раскола лежала драматическая история любви между альфой волков по имени Северенос и человеческой колдуньей Алтеей. Как выяснилось, из живущих на Элмезе в то время людей магией владели только женщины, и царил в человеческой общине матриархат. До того, как нашла коса на камень, оборотни и люди сосуществовали вполне мирно. Управляли себе общинами как хотели и друг к другу с советами не лезли. Между ними случались даже смешанные браки. Уж не знаю, насколько счастливые, в книге про это не писали.

Да вот только на беду в тот раз любовь и страсть вспыхнули между двумя самыми сильными и властными на тот момент представителями разных рас. Альфой Севереносом и королевой Алтеей. Никто из пары не хотел уступать даже пяди своей свободы, и начали горе-влюблённые друг друга ломать, пытаясь подмять под себя. Как известно, от любви до ненависти один шаг, и сделали они его весьма решительно — развязали войну.

Книга заканчивалась тем, что Мать природа создательница изгнала зарвавшихся человечек в другой мир и удовлетворила просьбу оборотней, сделав людей рабами. Ну мы все знаем, каких рабов получили элмезцы, а вот про то, что получили в новом мире люди, ничего сказано не было.

Больше чем уверена, что у покинувших Элмез людей есть такая же книжка про раскол, но поданная под другим соусом и с другим финалом.

Что сказать? Любовь до гроба — дураки оба!

Но что, дав мне в руки эту книгу, хотел сказать Терас?

А ещё внезапно захотелось выяснить все про предстоящий праздник и понять, зачем волку нужно, чтобы я пошла с ним.

А на ловца и зверь бежит! Альфа Терас поджидал меня на крыльце библиотеки, когда я вышла на свежий воздух. Не думаю, что он стоял здесь все время, пока я читала. Скорее всего, кто-то из крыс отправил альфе молнию. Но спасибо им.

— Пройдёмся.

Приглашение звучало как приказ, и руки мне Терас не предложил. Но я не собиралась строить из себя обиженную трепетную мадам. Тем более когда мне самой нужно было кое-что прояснить.

— Пройдёмся, — согласно кивнула и пошла в сторону центра города, заставляя альфу подстраиваться под свой шаг.

— Ты понимаешь, что прошлая война случилась из-за того, что магички требовали полного передела наших законов? — первым поднял тему волк.

— Я так поняла, что женщины под руководством Алтеи выступили лишь за то, чтобы освободить остальных женщин от унизительного дня выбора, который вовсе и никакой не выбор…

— И это было только одно из первых основных требований, а их последовало ещё с десяток. И, как видишь, дело закончилось тем, что человечек никто не поддержал. Никто!

Мы шли по фиолетовой улице и оживленно дискутировали, совершенно не обращали внимание на то, что на нас все глазеют. На переходе альфа, забывшись, взял меня под локоть, а потом переложил мою руку на сгиб своей. Так и шли.

— И что же вы выиграли? Насколько мне известно, с ними ушла и их магия…

— Мы выиграли мир! — не захотел слушать неприятные для себя истины Терас.

— Я не собираюсь устраивать революцию! Я просто расскажу собранию альф о выводе, к которому приду, прожив на Элмезе какое-то время. Если, конечно, они захотят меня слушать.

— Но ты уже пытаешься внести в мысли местных разброд, а это приведёт к желанию изменить старый уклад!

— Правильно! Но мне кажется, что тогда было не то время. Оно не подходило для перемен. Но сейчас… — я заглянула волку в глаза, пытаясь разглядеть подтверждение того, что он меня понимает, — ты сам разве не видишь, что ваше общество закостенело и уже нездорово? А многие ваши женщины и дети несчастны…

— Вижу, — рыкнул Терас. — Мой старший брат половинчатый, он прошёл через поселение Омега. Моя сестра недавно заявила, что выйдет замуж только за Доминуса или уйдёт в общественницы. Я понимаю, что нужно что-то менять, но как глава департамента порядка я против волнений в столице…

Его можно понять, но мне нравилось, что альфа многое понимает и пытается искать компромисс.

Мы подошли к салону.

— Скажи мне, Терас, — я сама не заметила, когда перешла на «ты», — зачем тебе нужно, чтобы я пошла с тобой на праздник? — решила пока оставить в покое сложную тему и спросить о волновавшем меня лично.

— А это превентивная мера, попаданка. Я не буду облегчать тебе участь и рассказывать о том, что бывает на празднике. Уверен, ты и сама это выяснишь. Но я уже подстраховался и буду держать тебя под контролем.

Он впервые улыбнулся. Мимолетно, криво, но все равно завораживающе. Внутри что-то ёкнуло. Поэтому я решила с прощанием не затягивать.

— Всего хорошего, альфа. Спасибо за помощь, беседу и за то, что проводили. Присылайте завтра сестру ко мне. Я посмотрю, чем смогу ей помочь…

— Мы придём с Мерлиной вдвоём сразу после обеда. Хочу посмотреть, что ты там наворотила. И зови меня Терас, Дарина. Без «альфа» и на «ты»…

Ух, как сердце-то забилось! Придурошное!

Махнула на прощанье волку рукой и скрылась за дверью.

Глава 26

Новый день, как и предыдущие, начался рано, обещая стать длинным и насыщенным событиями. Вообще-то мне вся эта канитель даже нравилась. Давненько я не чувствовала такого подъёма. Открытие салона на Земле — это, скорее, квест под названием «найди денег и уложись в обозначенную сумму». Все ходы в этом бизнесе давно известны: открыть ИП, арендовать помещение, закупить оборудование и материалы, нанять мастеров, дать рекламу — и вуаля! Никакой находчивости и предприимчивости не требуется, потому что фирмы и бренды, обеспечивающие индустрию всем необходимым, давно известны — выбирай выгодные предложения. Здесь же, на Элмезе, иметь в арсенале лишь деньги и знания — мало. Предстояло ещё изобрести эти самые материалы и изменить мировоззрение местных жителей.

В последние дни я чувствовала себя практически мессией. Мининым и Пожарским. Галлеем или даже Менделеевым! Поэтому с огромным удовольствием подскакивала с кровати, едва первые лучи солнца заглядывали в окно, и принималась за дела.

Сегодня я вообще выспалась от души, потому что теперь у Бутистана отдельная кровать.

А ещё вчера, когда наш ужин принесла дриада Осиния, я, не выдержав её скорбного взгляда, пригласила прийти ко мне на процедуры. У меня появилась кое-какая мысль, и я попросила Лорику привезти с собой бабушку. Для умудрённой опытом лесовины у меня был очередной необычный заказ: сделать помаду, тени, румяна и тушь. Примерный состав земных средств для макияжа я знала: жиры, масла, вода, красители. В современности, конечно, в косметику добавляют и консерванты, и отдушки, и разную синтетику, но я решила сделать ставку на магию, которая всё это заменит. Попробую объяснить опытной лесовине, что мне нужно, и буду надеяться, что она поможет. Но это ещё не всё, что я задумала для решения проблемы дриады, но обнадеживать ни себя, ни её я пока не стала. Сначала нужно выяснить, осуществим ли тут татуаж. Я, конечно, в нём совсем не спец, но нарисовать губы смогу. Хотя бы контур.

Приведя себя в порядок, подняла Бутистана. Сегодня завтрак должны принести пораньше, потому что Лорика вчера меня порадовала новостью: на утро у нас аж целых две записи

— на депиляцию и брови. Реклама-то работает! А после обеда придёт ещё и Терас с сестрой. Дело движется!

Правда, посовещавшись, денег с клиенток до открытия салона, которое состоится в выходной через четыре дня, мы решили не брать, чтобы обеспечить побольше рекламы и не путаться в налоговой отчётности. К тому же нам с лесовиной предстояло определиться с прейскурантом. Я как раз в эти дни посмотрю, какие процедуры будут самыми востребованными, и прикину, сколько жительницы Ракада готовы за них платить.

Умытый Бутистан вышел из ванной как раз, когда я принесла наверх завтрак. Усевшись за стол, мы обсуждали сегодняшний маршрут волчонка — ему снова предстояло раздавать листовки.

— Да, честное слово, мне понравилось даже, — убеждал меня помощник в том, что это работа для него не сложная, — листки берут с охотой, мадамы же любопытные! Не переживай…

— Не мадамы, а мадам, не любопытные, а любознательные.

— Утро доброе, — раздался голос Лорики, прервав мои нравоучения, — знакомьтесь: это моя ба Веревика. Ба, а это Дарина и Бутистан.

Мадам Веревика выглядела чуть старше Ло, и первый же взгляд сказал, в кого моя помощница уродилась такой красавицей.

— Очень приятно, присаживайтесь к нам, — радушно пригласила я лесовин к столу. Кстати, теперь у меня были запасные чашки для гостей, и я могла напоить их чаем.

— Ох, Дарина, что я тебе сейчас покажу! Ты обалдеешь! — с придыханием заявила Лори, доставая из сумочки газету, и протянула её мне, раскрыв на нужной странице.

Я пробежалась взглядом по строчкам. Что ж. Можно сказать, мой вчерашний выход удался… Ну, это если принять во внимание, что чёрный пиар — тоже пиар.

Какой-то неведомый мне оборотень-крыс по имени Мик Ушко в колонке светских новостей пафосно негодовал по поводу ужасно разнузданного поведения мадам попаданки, которая — о, ужас! — гуляла по центру города в вызывающем наряде, повиснув на локте сначала уважаемого альфы председателя, а потом другого не менее уважаемого альфы — главы департамента порядка. Бедные мужчины «не имели возможности избежать позора, так как воспитание им не позволило прогнать прочь нахалку». На этом месте я от души посмеялась, но вот дальше автор статьи призывал общественность обходить стороной моё заведение, и это мне не понравилось. Он утверждал, что «Мастерская красоты» призвана развратить умы местных дам и попрать законы Матери природы создательницы.

— Он просто идиот, Дарина, — погладила меня по руке Лорика, а Бутя запыхтел у меня над ухом — прочитал статью, стоя у меня за плечом.

— Ничего страшного, прорвёмся, — отмахнулась я, спеша успокоить помощников, и вновь погрузилась в чтение.

В конце статьи писака Ушко упомянул пресловутый праздник и призвал жителей задуматься над тем, что их ждёт, если я получу какой-то там венец… М-да.

Про праздник я вчера у Лорики поинтересоваться забыла. Они с Бутей завалили меня текучкой с порога. Да и сейчас совершенно не до выяснений деталей праздника и не до переживаний, но позже я обязательно эту тему подниму.

— Что ж, дорогие мои, нас с вами сегодня ждут куда более важные дела, чем обсуждение глупой статейки, — я сложила газету и откинула на стол, краем глаза заметив, что Веревика улыбается.

Хм-м. Думаю, это хороший знак.

— Ты не расстроилась, Дарина? — удивлённо спросила меня Лори.

Расстроилась ли? Прислушалась к себе и поняла, что никакой горечи не испытываю.

— Совсем нет, — успокоила помощницу. Надежда на любопытство жителей столицы всё-таки победила обидные слова крыса. — Эта статья принесёт нам известность, поэтому нужно быть готовым к наплыву клиентов. Так что за работу, дорогие мои!

Я хлопнула в ладоши и бодро подскочила с дивана, подхватывая и увлекая бабулю Лорики вниз. Младшая лесовина отправилась за нами следом, а Бутя побежал в центр города работать.

Для начала я решила провести для Веревики экскурсию по салону:

— А вот тут у нас спа-кабинет с фито-бочкой…

Мадам Веревика внимательно слушала, непонятные моменты уточняла.

— Грандиозно, мадам Дарина! Мне очень нравятся ваши идеи, — не уставала повторять, получая разъяснения.

А мне нравилось, что никакого осуждения во взгляде мадам Веревики не наблюдалось. Не могу так сразу сказать, от того ли это, что бабуля обо мне наслышана от внучки, или местное население не так уж категорично настроено к переменам, как меня пытались убедить…

— Мадам Веревика, я бы хотела предложить вам совместное предприятие, — наконец, дошла я до сути, усадив лесовину в гостиной первого этажа.

— Рада буду это обсудить. У нас большая семья, и расширение дела совсем не помешало бы, да, Ло?

Моя помощница отчаянно закивала, подтверждая слова родственницы.

— Дело в том, что мне нужна декоративная косметика. — Веревика удивлённо вскинула бровь, и я поспешила пояснить: — это специальная краска для лица, я вам расскажу всё, что о ней знаю, если вы согласитесь сотрудничать.

— Каковы условия? — мигом превратилась лесовина в деловую женщину, и тем понравилась мне ещё больше.

— Вы производите косметику, я делаю ей рекламу и отсылаю клиенток к вам в лавку, а за это вы поставляете мне образцы бесплатно. Так же на остальную продукцию, которую я буду у вас заказывать: краску, мази, травы, маски, шампуни… всё, в общем. На них вы мне сделаете постоянную скидку. скажем, тридцать процентов. Как вам?

Это выгодная сделка для обоих.

— Я согласна, мадам Дарина! — не раздумывая, согласилась лесовина и протянула мне тонкую ладонь для заключения сделки.

— Возможно, даже стоит открыть небольшой магазин при салоне, если дело пойдёт, — вдохновившись успехом, пошла я дальше.

— И на это согласна. Я вам полностью доверяю, мадам Дарина, — ласково погладила меня по плечу бабушка Лорики. — И это не только потому, что благодарна за внучку, что так выручили мою Ло. Это потому, что я предвижу и ваш, и свой успех.

— Вы ясновидящая? — уточнила я, затаив дыхание.

Ну а что? Мне бы сейчас какое-нибудь оптимистичное пророчество не помешало.

— Нет, — тепло рассмеялась мадам Веревика. — Просто от вас, дорогая, идёт такая сильная энергетическая волна, что иначе и быть не может.

— Да? — я очень удивилась.

Я и раньше слышала, про то что у меня мощная энергетика. Особенно часто, когда некоторое время после медучилища работала массажисткой в центре реабилитации. Мне в то время постоянно твердили про «лечебные руки». Но ведь на Элмезе это могло означать совсем другое. волшебное. Неужели?

— Вы думаете. у меня есть магия? — кажется, я перестала дышать.

— Конечно, есть! Я в этом не сомневаюсь даже! — Вау! Это же прекрасно! Наверное… У меня есть магия?! — Но вот какая — никак не пойму. Она неизвестная нашему миру…

Ну вот. А счастье было так близко.

— Но ты, девочка моя, не переживай, — тут же успокоила меня Веревика, — магия обязательно сама проявится. Иначе и не бывает.

Как не переживать-то?! Я ведь теперь изведусь вся. А надо сжать волю в кулак и собраться. К делу, Дарина!

Дала себе мысленную затрещину и сосредоточилась на текущих проблемах. Рассказала подробно про косметику, всё что знала. Веревика записывала — обмакивала деревянную палочку в узкую колбочку с чернилами и быстро выводила буквы, лишь изредка уточняя детали. Эх, надо и мне поскорее освоить местную письменность.

— Кармин добывали из насекомых, говорите? — закусив кончик палочки, задумчиво протянула лесовина, когда я дошла до красного красителя, который ещё в древности добавляли в помаду.

— Да-да. Из самок насекомых, живущих на кактусах, — как их звать, этих насекомых, я не помнила. — Их высушивали, толкли и обрабатывали раствором аммиака. Не знаю, известно ли вам это название, но я чувствовала его запах в едкой щавельке.

— Продолжай, мне кажется, я знаю, о чём ты.

В азарте бабушка Лорики перешла на «ты», а поправлять её я даже не подумала. Такое обращение мне нравилось гораздо больше.

— Знаю, что оттенок красного зависит от кислотности, и, пожалуй, это всё, — я очень, очень надеялась, что профессиональный зельевар Веревика в этом всем разбирается и поймёт, что я имела в виду. Тем более про воск и животные жиры она все быстро поняла.

— Хм-м… Есть у нас такие жучки, мы их используем для создания дорогих красителей для тканей, но есть и более дешёвые красящие средства из растений.

— Я полагаюсь на ваш профессионализм, мадам Веревика, но учтите, что помада должна держаться на губах и не растекаться, и нужны разные оттенки…

— Я это поняла, Дарина. Завтра же пришлю первую пробную партию всех этих притирок. Это будет интересно, — бабуля Лорики выглядела очень заинтересованной и горела нетерпением начать эксперименты, — в общем, я поехала работать, а вам удачи, девочки.

Мадам Верика легко вспорхнула с дивана, стремительно пронеслась к двери — мы с Ло только за ней и поспевали, — лихо запрыгнула в свою припаркованную у крыльца повозку и была такова.

После общения с ней у меня язык не повернётся назвать эту энергичную даму бабулей даже в мыслях.

Глава 27

Клиентками оказались шустренькая юная гномка Серебрина и наша знакомая торговка Глыда. Внезапно.

— Мадамочка Дариночка, я услышала, что вы кудесница и осуществляете мечты, а я женщина зрелая, могу уже себе позволить чудить, — оглушила признаниями с порога Глыда.

Орчанка хотела заиметь себе изумленно приподнятые брови, окрашенные в изумрудный цвет, и ресницы им в тон. Веревика очень вовремя принесла подходящий оксидант — можно рискнуть. Я не стала отговаривать большущую и воодушевлённую женщину.

Ну а Серебрина решилась на удаление растительности с лица:

— Мои братья достали уже со своими женихами! Сватают и сватают! Нет спасу! Убери, мадам, всю мою природную красоту, может, тогда отстанут, — объяснила девица странную для представительницы расы гномов просьбу.

Хм-м, неожиданно… Вообще-то я искренне надеялась, что мой салон призван улучшать внешность, а не уродовать. Борода в культуре гномов имела большую ценность, что у мужчин, что у женщин…

— Милая, ты уверена? Родители не придут ко мне ругаться? — осторожно уточнила я.

— Нет. Я совершеннолетняя, сама решаю, что делать со своей внешностью! — отмахнулась Серебрина.

Она была настроена весьма категорично, поэтому я мудро решила не спорить с клиенткой. Разве что поставила обеим условие:

— Уважаемые дамы, так как процедуры до открытия проводятся совершенно бесплатно, вы станете моделями для обучения моей помощницы, — дамы насторожились, но я поспешила заверить: — Не волнуйтесь, всё будет проходить под моим контролем и на качестве не отразится.

Получив согласие обеих, я укоротила редкие, но длинные заросли гномки — слава богу, женщины этой расы не так щедро одарены матушкой природой, как мужчины. Затем нанесла ей на кожу анестезию и оставила, пока она подействует, а в это время занялась Глыдой.

— Раствор призван осветлить исходный цвет и усилить тот, что мы хотим придать волосинкам, — объясняла я Лорике, обрабатывая правый глаз орчанки сначала оксидом, а потом и краской, — вот так, а теперь попробуй ты.

Вывела палочкой форму и, убрав лишнюю краску, передала инструмент лесовине. С удовлетворением проследила за тем, как она ловко скопировала мои манипуляции и выдохнула — способная она у меня! Если будет наплыв, вдвоём управиться будет проще.

Пока Глыда сидела с краской, мы занялись Серебриной. Вот тут оказалось сложнее. Волосинки гномки уродились хоть и редкими, но жёсткими. Сахар цеплял их с трудом. У меня пальцы чуть не отвалились, пока я обрабатывала усы, показывая Лорике направление движения и правильный угол. А когда ставила помощнице руку на бороде подопытной, думала, семь потов сойдёт, пока что-то получится. Но Ло и тут не подвела. Ну а я, убедившись, что моя помощница справляется, отправилась смывать Глыду.

М-да… Брови и ресницы торговки приобрели цвет бриллиантовой зелени. Надо сказать, очень креативно вышло. Поначалу я ужаснулась и замерла в ожидании скандала. Но клиентка от результата пришла в восторг! А когда до меня дошло, что ругаться она не собирается, я расслабилась и отметила: такой оттенок и правда выгодно оттенил цвет глаз и кожи Глыды.

— Ох, моя волшебница, мадам Дарина! Ты не поверишь, но именно этот цвет бровей преследовал меня с детства во снах! Спасибо тебе, дорогая, вовек не забуду! — кинулась ко мне, распахивая руки, известная любительница объятий, и в этот раз я не стала из них ускользать.

Просто сама была счастлива, что результат Глыде понравился. А ведь это в моей работе самое главное: счастливая, получившая желаемый эффект от изменений женщина. Такая выходит из салона совершенно другой личностью. Уверенной в себе, преисполненной чувством своей нереальной красоты. Она верит в свою исключительность, и потому меняется её походка, взгляд, аура, в конце концов. Окружающие это невольно замечают и начинают тянуться к такой яркой личности.

Вот вообще не удивлюсь, если после посещения «Мастерской красоты» к хозяйке секонда потянутся покупатели…

Но долго прибывать в умиротворении мне не позволили.

Северина выскочила из кабинета с криками индейца, атакующего табун мустангов:

— Ю-ху! Пусть сдохнут все женихи! — прогарцевала микро-дева вокруг меня, размахивая рукой над головой.

Вообще-то из того, что я успела разглядеть, следовало другое. Серебрина стала похожа на куколку. Очень хорошенькая, нежная и милая мордашка осветила салон белозубой улыбкой.

— Ты в зеркало смотрелась? — уточнила я, ожидая чего угодно.

— Конечно! Я настолько уродлива, что ни один гном не сядет со мной обтачивать металл в одной мастерской! Спасибо тебе, мадам!

Мне не хотелось верить в то, что это так и будет. Вся моя суть противилась такому использованию моего труда.

— Не обращай внимания, — очень вовремя шепнула мне на ухо Глыда, тонко уловив, что я расстроилась, — это переходный возраст, пройдёт.

Ох, дай бог. Надеюсь, что девочка себя полюбит такой или иной, а если и захочет бунтовать, то будет теперь всегда это делать при помощи временного изменения внешности. Ведь её можно менять под настроение и выражать бунт мирным путём.

Клиентки ушли, а у нас выдался недолгий перерыв. Бутя как раз прибежал домой, раздав листовки, и мы уселись обедать, обсуждая новости, которые он принёс из города.

Оказывается, у билбордов толпится народ. Они бурно обсуждают статью из газеты, делая ставки, с кем же я останусь.

И тут, прямо во время обеда, я вдруг внезапно поняла, какие именно чувство будил во мне волк. Это случилось, когда я потянулась за пирожным и подумала о том, что лучше не поддаваться искушению и оставить его на тарелке. Ведь зарядку-то я на Элмезе ни разу не делала. А потом ассоциативный ряд сложился так: в юности мне не нужна была зарядка, чтобы избежать отложения углеводов в бока, а сейчас мой организм вернулся в юность, но что принесли с собой физические изменения? Наверняка же произошла и гормональная перестройка.

И вот тут меня осенило. Волк вернул меня в школьные годы. В то время, когда я ещё не понимала, какие именно чувства испытывает ко мне понравившийся мальчик. Тогда я бежала на занятия, чтобы поскорее узнать: а как сегодня он на меня посмотрит? Что скажет? Улыбнётся или стукнет портфелем?

Какой кошмар! Вот только этого мне и не хватало! Осталось только начать мечтать о том, как альфа волков бросит к моим ногам свои принципы, столицу и станет приносить в зубах тапочки.

А вскоре явился и сам «мальчик» с сестрой, вызвав во мне глупое волнение и внутренний трепет. Пришлось даже себя ущипнуть и мысленно отругать, призывая опомниться и вернуть обратно взрослую Дарину Дмитриевну. Слава богу, с трудом, но достучаться до сознания получилось, и с Мерлиной я знакомилась, уже полностью взяв себя в руки.

Брат с сестрой прошлись по салону, с любопытством разглядывая обстановку, а я тем временем разглядывала будущую клиентку. Нельзя сказать, что Мерлина непривлекательна. Некрасивых женщин вообще не бывает. Но над внешностью сестры Тераса однозначно предстояло поработать.

Во-первых: волосы. Соль с перцем — определённо не тот цвет, который идёт молодой девушке. Если на короткой стрижке волка такой окрас смотрелся брутально, то волчицу он старил.

Во-вторых: глаза. Они у девушки маленькие и невыразительные, да и короткие прямые ресницы им привлекательности не добавляли. Но это мелочи, с такой проблемой запросто справится макияж, правда, это уже только завтра.

Кстати, надо бы ещё заказать Скрулу щипцы для завивки ресниц.

Ну а в-третьих: портило девушку недовольное выражение лица и высокомерный взгляд, которым она взирала на нас с помощниками.

— Мне не нужна помощь непонятно кого, Терас, я тебе уже говорила! — капризно заявила волчица с порога.

— Заткнись, — любезно приказал брат, и вот с тех пор она и ходила по салону надутая.

Это я тоже попытаюсь исправить. Известный факт: мастер и клиент во время таких интимных процедур, как наведение красоты, становятся невероятно близкими друг другу людьми. Ну а в нашем случае — нелюдьми. Долгие годы работы неоднократно доказали мне истинность этого утверждения. Клиентки приходили ко мне в кабинет излить душу, поделиться радостями и бедами, пожаловаться на мужей, детей и прочих родственников. Ну а я помнила всё, что они мне когда-либо рассказывали, и искренне им сопереживала.

Надеюсь, к концу сегодняшней процедуры и Мерлина не станет исключением из правил.

— А это что за агрегат? — с живым интересом спросил волк, когда мы спустились в СПА.

— Этот кабинет для релакса, — принялась объяснять я гостям предназначение удивительно оборудованной комнаты, — вот это массажный стол, а это фито-бочка, там душевая кабина…

— Массажный? Это ещё что такое? — было видно, что слово «массаж» ни Терасу, ни его сестре не знакомо.

Интересно, на Элмезе не делают массаж? Я задумалась, вспоминая, упоминала ли его при Лорике или когда заказывала стол? И пришла к выводу, что нет. Занятно…

— Это физиотерапевтический метод лечения всевозможных проблем прикосновением рук, — постаралась я нагнать таинственности и придать веса диковинной процедуре. Чуйка подсказала, что именно СПА-кабинет станет для меня золотой жилой, — но это ещё и приятный способ борьбы с усталостью, напряжением мышц… А массаж лица вообще способен подарить блаженство…

Ох, похоже зря я использовала в одном предложении слова «руки», «прикосновения» и «блаженство». Глаза Тераса загорелись странным блеском, а вслед за этим на меня нахлынула жаркая волна, заставив невольно облизать губы. Волк с шумом втянул в себя воздух, и я поспешила отвернуться. Палюсь, как малолетка!

Распахнула стеклянные двери душевой и поскорее перевела тему:

— Смотрите, что я ещё устроила! У вас на Элмезе такого нет! — преувеличенно восторженно воскликнула и врубила воду, подставив руку под падающий с потолка дождь.

Холодные капли привели в чувство.

— И зачем это? — не прониклась Мерлина земным изобретением.

Ухватившись за вопрос, я с удовольствием принялась объяснять смысл душа, фито-бочки и обёртывания.

И всё бы ничего, но когда мы уже вернулись наверх и, посадив Мерлину в мойку, я пошла проводить Тераса до дверей, альфа задал мне очень провокационный вопрос:

— Дарина, я хочу попасть на твой массаж. Когда можно записаться?

Глава 28

Я промычала что-то типа «запись будет после открытия», сослалась на то, что мне пора заняться Мерлиной, и вытолкала альфу за дверь. Уф-ф! Дурдом какой-то! Хоть травки успокоительные пей перед его приходами! Ну невозможно же постоянно ощущать себя восторженной пионеркой рядом с этим оборотнем!

Приложила ладони к щекам — казалось, что они горят, но нет — кожа была прохладной. Сделала три глубоких вдоха-выдоха и вернулась в зал.

К счастью, работа действовала не хуже травок, и уже через десять минут я думать про Тераса забыла.

Кожа Мерлины имела приятный молочно-белый оттенок, глаза, как и у брата — жёлтые, но вот светлые ресницы никак не подчеркивали их красоту, а цвет волос вообще убивал ее напрочь. Недолго думая, я решила сделать волчицу жгучей брюнеткой.

Естественно, не забыв и о бровях с ресницами.

Первые минуты Мерлина сидела в кресле с кислой миной. Такая напряжённая, будто палку проглотила, но я свое дело знала тонко и оставлять всё как есть не планировала.

— Мерлина, а скажи, ты бывала в театре? — зашла я о-очень издалека. — Я вот всегда любила смотреть какой-нибудь спектакль в своём мире, но у нас-то актёры гении, таланты и вообще их играть долго в институтах учат, а у вас общественницы… Даже не знаю, стоит ли на них смотреть… Мужские роли тоже дамы исполняют? — серьёзно поинтересовалась я у волчицы, как будто это был вопрос первой важности.

— Да Луций с тобой, мадам Дарина! — от души возмутилась Мерлина. — Как можно?! Театрами и развлечениями у нас занимаются оборотни-обезьяны. Кто тебе сказал, что общественницы исполняют главные роли?

— Лори обмолвилась как-то…

— Да нет же, Дарина, я тогда имела в виду, что в театрах и остальных заведениях девушки работают в массовке, в буфетах, костюмы помогают надевать… — подключилась к беседе лесовина.

— Да что вы говорите?! Ну тогда я хочу обязательно попасть в театр! — Вот вообще мне не до развлечений. — Какую постановку посоветуешь, Мери? Можно же я буду называть тебя Мери?

Ну и всё. На этом лёд был сломан, и оставшееся время мы трещали без умолку обо всем на свете. Даже до Доминуса дошли.

—.. Ой, нет, совсем не мой типаж! — искренне убеждала я волчицу в отсутствии интереса к предмету её страсти. — Бывшего мужа мне напоминает. Мы с ним разбежались со скандалом, чтоб ты знала. Такой козёл!

— В твоём мире живут оборотни? Надо же! — живо заинтересовалась моей неудачной личной жизнью клиентка. Хм, с эпитетами стоит быть аккуратнее. — Ваши тоже пряжей занимаются?

— Ой, нет! У нас козёл — это вообще не животное, это такой спортивный снаряд, через который нужно прыгать. Тяжёлый, с места не сдвинешь, а ещё неудобный и трудный, — выкрутилась я.

Местных козлов я совсем не знала, вдруг это милейшие оборотни, а я ими обзываюсь…

В общем, когда я смыла краску с волос, бровей и ресниц, заплела волосы Мери в две французские косы и повернула к зеркалу, волчица, забыв о высокомерии, заохала, забила в ладоши и запрыгала по салону, словно маленькая девочка.

— Ой, Дарина, я глазам не верю! Я такая красавица! Теперь Доминус точно обратит на меня внимание! Спасибо тебе, спасибо! — рассыпалась она в искренних благодарностях.

Советовать ей выкинуть любвеобильного котяру из головы я не стала. Авось сейчас преисполнится чувством своей прекрасности и поймёт, что он ей сто лет не нужен.

— А когда придёшь завтра, я ещё и макияж тебе сделаю. — Надеюсь, что сделаю, — Вообще обалдеешь. Придёшь же?

— Конечно!

Прощались мы, уже став лучшими подругами. Мери даже взялась подкинуть до дома Лорику. Ну а мы с Бутей сегодня в кои-то веки ужинали вдвоём и разговаривали.

— Дарина, я сегодня видел маму, — очень тихо сказал Бутистан, допив чай.

Я бы и не расслышала, если бы не смотрела на него в этот момент.

— Хорошо же, да, милый? — осторожно поинтересовалась.

— Да, хорошо. Можно она к нам придёт? Она очень хочет прийти…

— Ну конечно, Буть! В любое время! Зачем спрашивать? Разве ты не знаешь, что ты тоже тут хозяин и можешь приглашать гостей?

— Спасибо, — буркнул волчонок и вдруг резко подался ко мне.

Он уткнулся носом в ложбинку между шеей и плечом, а через секунду я почувствовала, как намок халат от его горьких слёз. Я закусила губу, чтобы не разрыдаться вместе с ним.

Бедный ребёнок! Бедные матери! Но почему они столько лет это терпят?! Я искренне не понимала.

Я гладила Бутю по голове и шептала, что всё будет хорошо, пока всхлипы не стихли, а когда он успокоился, постаралась вообще с грустной темы переключить. Нечего пацану на ночь расстраиваться. Лучше пристану к нему с важным делом, надеясь, что оно вытеснит тоску.

— Буть, а ты же умеешь писать?

— Ну конечно, Дарина, мне же уже десять! — волчонок оторвался от меня и вытер глаза руками.

— Прекрасно! И я хочу! А давай ты будешь меня вечерами учить выводить ваши символы? Хочу купить артефакт для отправки молний.

— Давай! — глаза мальчишки загорелись от ощущения собственной важности.

Ну конечно, ещё бы! Приятно знать, что ты в чем-то достиг большего, чем твой большой босс.

— А знаешь, что ещё хочу? — я поиграла бровями, нагнетая таинственности.

— Чего? — от любопытства перешёл на шёпот волчонок.

Какое счастье, что дети так легко переключаются с одной эмоции на другую.

— Не сейчас, позже, как встанем немного на ноги… В ближайшем будущем я хочу купить повозку с ящером, а ещё хочу отправить тебя учиться ею управлять! — не стала томить и объявила торжественно. — У вас со скольки лет можно это делать?

— Ме-ен-я?! — Бутистан подскочил со стула и выбежал из-за стола. — Ух, ты! Это же здорово! Я всегда мечтал!

— Ну, значит, и будешь! — Надеюсь, теперь он перед сном будет мечтать об управлении ящером, а не грустить о разлуке с семьёй. Но результат лучше закрепить. —

Позанимаемся немного и спать? А то завтра опять дел невпроворот, и подскочу, наверняка, опять рано.

Мы просидели над тетрадью за столом в кабинете добрый час. Я старательно училась выводить буквы местной палочкой — приходилось осваивать непривычный инструмент, моя ручка ведь не вечная. К концу занятия у меня даже стало получаться, и Бутя повеселел, отвлёкся. Я собиралась для надёжности ещё с ним посидеть перед сном.

Может, рассказать какую-нибудь земную историю. Но вдруг мой волчонок вскрикнул и упал на четвереньки, выгнув спину дугой. А потом протяжно застонал, и я увидела, как его руки ломают судороги.

От ужаса всё похолодело, но впадать в ступор времени не было.

— Бутя, где болит? — не мешкая, я кинулась к мелкому и принялась ощупывать. — Что мне сейчас делать? Что с тобой? Кого позвать? Врача? — Ах, черт у них же нет врачей! — Погоди, сейчас намажу обезболивающей мазью…

Нужно делать что-то, и я лихорадочно обдумывала, как облегчить Бутистану страдания.

— Нет, не надо. Это остатки трансформации, — тяжело дыша, прохрипел волчонок, — в Омега все половинчатые через это проходят. Пройдёт скоро…

Ну уж нет, смотреть на этот кошмар и ничего не делать — никогда не смогу.

— Встать можешь? Давай на кровать помогу перебраться? — попробовала его поднять, но безуспешно. Напряжённые мышцы превратились в камень.

— Нет, не могу пока, прости…

Да что же за кошмар такой?! У меня сердце разорвётся! Могла бы — забрала боль себе. А ведь точно! Стоит попробовать.

— Не за что прощать, Бутя, — и расклеиваться тоже некогда. Собраться, Дарина! — Так, хороший мой, попытайся вытянуться на полу.

Мозг заработал, поднимая все знания. Я когда-то была очень хорошей массажисткой и учиться новым техникам не ленилась. Поэтому могла попробовать снять боль от спазма.

Решительно стянула с Бути рубашку и, с трудом разогнув его руки и ноги, помогла улечься на живот прямо на полу. А потом положила руки на спину волчонка и закрыла глаза.

При диагностике я всегда закрываю глаза. Мне так проще нащупать узлы и уловить забитость мышц, найти изменённый позвонок или неполадки суставов. Пробежалась пальцами по плечам мальчишки, по лопаткам, по стволу позвоночника к крестцу и вдруг увидела! Прямо сквозь закрытые глаза я увидела Бутину спину совершенно другим зрением.

С перепугу распахнула глаза, но видение не исчезло. Я видела все будто в срезе! Никогда раньше ничего подобного не происходило. Весь организм предстал передо мной как на мониторе компьютера, и я сразу же поняла, будто всегда знала, что ярко-красные участки

— это проблемные зоны, жёлто-оранжевые — пограничные, а оборванные голубые канатики, которые не могут дотянуться до поражённые мест — это… магия.

Магические каналы!

Они, как кровеносные сосуды, пронизывали всё тело, но кое-где были дыры. Естественно, я понятия не имела, как нужно лечить такую проблему! Зато прекрасно знала, как делать лечебный массаж, восстанавливающий кровообращение, мышцы и суставы после переломов и разрывов.

Решила не откладывая делать то, что очень хорошо умею. Поглаживание, растирание, разминание, проработать сустав, растереть, погладить, вибрация, руки ушли…

Массажировала спину и плечи волчонка минут сорок, а когда закончила, готова была рухнуть рядом с заснувшим мальчишкой. Вот именно поэтому я когда-то ушла из больницы. Именно поэтому не смогла работать. Слишком много энергии я отдавала больным и после каждой процедуры чувствовала себя выжатым лимоном — никогда не умела абстрагироваться и на износ делилась своими силами.

Сегодня это того стоило: Бутя мирно сопел, тело его расслабилось, а красные зоны поблёкли, изменили цвет на оранжевый, а бывшие оранжевые приобрели здоровую нежно-розовую окраску. Мало того, тоненькие голубые ниточки вроде как начали расти навстречу друг другу, чтобы залатать прорехи. Боже, прошу, пусть у меня получится помочь этому ребёнку!

Я потрясла головой, поморгала, и ко мне вернулось обычное зрение. Поднялась, опираясь на стул, потом подняла сонного волчонка, уложила его на кровать, укрыла одеялом и по стеночке поползла в свою комнату.

Меня мутило и мелко трясло. На лбу и спине выступил холодный пот. Накатила неимоверная слабость. Чувствовала себя как после тяжёлой лихорадки, но упорно двигалась к цели — воде. Она должна восстановить, вода — жизнь. Добравшись до ванны, набрала спасительную жидкость и рухнула в неё без сил, тут же проваливаясь в забытье.

Глава 29

Пришла в себя резко в тот миг, когда голова начала съезжать с подголовника. Но подскочив, с удивлением отметила, что я-то огурцом! Спать хочу сильно, только и всего. Слабость, тошнота и дрожь прошли, как и не было их. Поднялась из воды — кстати, прекрасное изобретение эти местные нагревающие артефакты, вообще не дали ей остыть

— вытерлась, надела ночнушку и пошлепала проверить Бутю.

Волчонок мирно спал, раскинувшись на кровати. Я попробовала перейти на магическое зрение — не вышло, как ни тужилась. Прикосновение тоже не помогло.

Видимо, в прошлый раз сработал адреналин и безумно сильное стремление помочь мелкому. Но волшебную способность, включающуюся по щелчку пальцев, я не обрела.

Ну ничего! Главное, что я теперь точно знаю: магия у меня есть! Вероятно — целительская. А ещё буду верить, что научусь ею пользоваться и помогу Буте.

Возможно, в библиотеке есть какие-то книги покинувших этот мир людей.

На улице стояла тёмная ночь, и я, приняв мудрое решение обдумать все утром, отправилась досыпать.

После энергозатратных событий дрыхла так, что Буте пришлось меня будить, когда принесли завтрак.

— Дарина, ты там как? — поскребся волчонок в дверь. — Дриада завтрак принесла.

Ох, я же назначила сегодня Осинии, а сама разлёживаюсь!

— Встаю, Буть, спасибо что разбудил! — крикнула помощнику и, откинув одеяло, села.

На миг задумалась: как вести себя с Бутистаном? Прикинула варианты и решила пока с ним вчерашнее происшествие не обсуждать — ничего ещё не понятно. Но ежедневные процедуры продолжить стоит. Даже если мне не удастся вновь задействовать магию, обычный массаж ему не повредит.

— А ещё на улице много мадамов… Мадам то есть, я их не пустил. Велел ждать.

Ну вот и свершилось!.. Лишь бы они не протестовать пришли, а записываться на процедуры.

Пулей пронеслась мимо Бути приводить себя в порядок. Умывшись, надела форменное платье, туфли на платформе и побежала вниз. По пути поприветствовала дриаду, попросив ее присесть, а сама, замедлившись, чинно вышла на крыльцо.

Разношерстная толпа дам разных рас смотрела на меня с любопытством, но без агрессии. Прекрасно!

— Приветствую вас, леди, — обратилась я к ним, приветливо улыбаясь. — Рада, что вас заинтересовал наш салон. Сейчас моя помощница приедет на работу и всех вас запишет на процедуры, а пока приглашаю вас на открытие «Мастерской красоты», которое состоится в эту субботу.

— А сегодня? — раздался голос из толпы.

— Я заплачу! — вторил ему другой.

— Мне тоже нужны зелёные брови! — пробасила орчанка.

Дамы зашумели, загалдели, засыпали уймой вопросов, но тут, к счастью, подъехала повозка с Веревикой и Лорикой.

Шепнув Лорике, чтобы мчалась за журналом записи, а Веревику отправив в гостиную, я обратилась к собравшимся:

— Мы обязательно выполним все ваши желания, но только после открытия. Таков закон. Буду всех с нетерпением ждать!

Поручив Лорике закончить с посетителями, я вернулась в салон к текущим делам. Буте велела завтракать без меня — позже перекушу, а сама пошла укладывать Осинию в фитобочку. Пусть отмокает, ей не повредит. Запустила парогенератор, упаковала дриаду в деревянную конструкцию и поднялась в гостиную, где меня дожидалась Веревика.

Как только с удобством устроилась на диване у столика, лесовина открыла чемоданчик и начала выставлять из него разноцветные баночки:

— Тени и румяна я сделала в двух вариантах: сухие и кремообразные. Попробовала вчера на руке — сухие надо втирать, иначе осыпаются, а влажные — скатываются, поэтому сделала ещё и фиксатор, — она достала флакон с грушей и распылила в воздух пару капель.

Смутно знакомая вещица! Мне кажется, что из чего-то подобного раньше душились. И мне, кстати, такая штуковина пригодится! Если налить туда сладкую воду, можно использовать как лак для волос.

— Сейчас все попробуем… А что это? — я взяла в руки чёрный пенал.

— О, я вчера подумала, что все это нужно чем-то на лицо наносить, и смастерила несколько мягких лопаточек…

— Веревика, вы гений!

Что для туши нужна щеточка, я ей вчера объяснила, а вот спонжиками и кисточками не озаботилась. Была у меня одна маленькая, заказанная у бобров, для окрашивания бровей и ресниц, но румяна ею не наложишь…

Открыла пенал и внимательно оглядела изобретение лесовины. На деревянные палочки Веревика приделала что-то типа подушечек из природного «поролона» разного размера.

— Это озерная губка, я попробовала на руке, хорошо размазывает, — лесовина продемонстрировала мне запястье с полосами разной ширины и цвета.

— Замечательно. Останетесь посмотреть, как у меня получится макияж?

— Разумеется! Мне очень интересно, как пройдут испытания.

— Тогда придётся подождать тридцать минут, пока я подготовлю модель. Бутистан, сделай Веревике чай.

Я отправилась к дриаде. Для начала я планировала собрать у Осинии анамнез. Нужно выяснить, все ли представители их расы имеют такую пористую и шелушащуюся кожу или это у неё проблемная. А потом сделать клиентке пилинг.

В СПА-кабинете стоял умопомрачительный запах трав. Дриада дремала. Тело её покоилось в ароматном паре, а над поверхностью бочки виднелась лишь голова с закрытыми глазами. Я подошла ближе и пригляделась. Кожа-кора смягчилась, немного разгладились заломы, а потрескавшиеся губы обрели ровную текстуру и… вроде даже стали объемнее.

— Осиния, скажи, дорогая, а у женщин в твоём роду у всех такой тип кожи? — мягко поинтересовалась, выводя клиентку из дремоты. — Я пока с другими дриадами не знакома…

— Нет, что вы, мадам! У меня и мать, и сестры красавицы! Это я не удалась. у меня это началось в период созревания первых почек…

Дальше последовал рассказ, который я слышала на Земле сто раз, но про акне. Половое созревание, гормональные сбои, а в итоге — проблемы с кожей.

— Всё ясно. Попробуем тебе помочь и для начала сделаем пилинг.

— А что это?

— Выходи из бочки и поднимайся в косметологию. Там и расскажу, — не стала смущать девушку, наблюдая за одеванием, и отправилась наверх готовить препараты для процедуры.

Долго себя ждать Осиния не заставила, явилась, едва я успела расставить все баночки. Помолившись, я приступила к работе.

Уложив дриаду на кушетку, укрыла её махровой простыней и взялась за салфетки и умывашку, объясняя клиентке суть процедуры:

— Видишь ли, Осиния, пилинг другими словами — это обновление, отшелушивание. Сейчас мы освободим твою кожу от мёртвых клеток, которые тормозят обменные процессы, и дадим команду делиться новым клеткам.

Вот вообще не думаю, что мать природа сделала в строении кожи дриад что-то принципиально новое, поэтому решила использовать этот проверенный и действенный метод.

— Если хочешь ободрать всю эту шелуху, то не поможет, — не воодушевилась клиентка.

— Я пробовала сдирать её руками. Только ранки да трещинки заработала.

Сколько раз я с этим сталкивалась! Очень многих самолечение до добра не довело.

— Какой ужас, милая! — меня даже тряхнуло, как представила, что она с собой делала. — Очень сочувствую тебе, но дело в том, что если не знать, как делать правильно, то можно себе навредить…

Я рассказывала о видах пилинга: механическом, химическом и энзимном. О пред и пост пилинговых уходах и о том, что начнём мы с самого лёгкого — кислотного. Как же жаль, что прекрасных новейших разработок, которые я использовала для работы на Земле, на Элмезе нет.

Работая с Осинией, я выяснила интересный факт: растительность на лицах дриад — это побеги! Брови и ресницы у девушек — разноцветная травка, у мужчин к ним добавляются ещё и усы с бородой. Видимо, это из-за разрушений в водно-липидной мантии кожи у моей пациентки побеги сейчас не растут, оставляя надбровные дуги и ресничный контур голыми. А ведь раньше всё это у неё было. Жалко-то как!

Сердце щемило, когда, нейтрализовав пилинг, я смывала его водой и думала об этой беде. А когда руками наносила на кожу успокаивающую маску, мне так искренне хотелось помочь дриаде, что, делая лёгкий массаж лица, я вкладывала свое желание в каждое движение. Я всей душой стремилась поделиться жизненной силой… и в какой-то миг снова перескочила на магическое зрение!

И снова увидела нарушения магической циркуляции. Правда, не такие серьезные, как у Бути. А ещё я разглядела, как голубые канатики чутко откликаются на мои движения, и к концу процедуры, поняв, на что именно они реагируют, мне удалось залатать пару маленьких дырочек!

Просто потрясающе!

Но самое главное — после лечения дриады мне не хотелось упасть замертво. Хватило того, что я просто подержала руки под струёй воды пару минут. Прекрасная новость!

А уж когда Осиния увидела себя в зеркало и долго не могла вымолвить ни слова от изумления, я вообще воспряла духом. Она ошарашенно себя разглядывала, закрывала и открывала рот, недоверчиво на меня смотрела, попыталась потрогать кожу, но я не позволила. Вовремя шикнула:

— Не надо! Я понимаю, что руки будут сами тянуться постоянно щупать приятную шелковистость, но это не полезно, дорогая, так что крепись и терпи!

— Великая мать природа! Великая твоя магия красоты, мадам Дарина! — Да-да, магия. Правда, пока не разобралась какая, поэтому заявлять о способностях не буду. — Я глазам не верю!

Из этих самых глаз, которым она не верила, брызнули слезы счастья, и это я тоже пресекла.

— И плакать не рекомендую. Слезы солёные, для проблемной кожи могут быть раздражителем.

— Ох! — дриада всплеснула руками и часто-часто захлопала лишенными ресниц глазами,

— а что же мне делать, чтобы сохранить этот эффект?

Само собой теперь речи о татуаже не может и быть. Да и рисовать брови я не видела больше смысла. Положа руку на сердце, я надеялась, что у Осинии начнут расти побеги. Губы тоже стоит корректировать лишь после того, как увижу окончательный результат восстановления. Поэтому, вариант один:

— Тебе нужно будет прийти на процедуру через неделю, но, — в этот момент я всегда испытывала чувство вины, — придётся её оплатить.

Дело в том, что на Земле нас учили: посещение косметолога — это роскошь и удовольствие не для бедных, поэтому не нужно стесняться озвучивать сумму. Но я столкнулась с тем, что многие клиенты приходят не ради прихоти и баловства. Они испытывают действительно серьёзные проблемы: дерматит, акне, розацея, пигментация — все это влияет на качество жизни, и брать с них большие деньги мне было неудобно. Я всегда старалась делать таким людям скидку.

— Я заплачу! Я есть не буду, но соберу денег! — пылко принялась меня заверять Осиния.

— Сколько мне приготовить?

Кто бы знал…

— Я посчитаю и скажу. Надо сделать калькуляцию, но, клянусь, не стану наживаться на твоей беде!

— Я даже и не думала так, что вы, мадам Дарина!

— Ну и прекрасно. Только купи, пожалуйста, у мадам Веревики увлажняющую мазь — она сделает, и наноси её на лицо утром и вечером, хорошо?

— Хорошо! — заверила меня счастливая дриада.

В общем, Осинию я проводила до выхода, так и не опробовав декоративную косметику. Модель оказалась совсем не подходящей. Придётся Веревике дождаться Мерлину.

Зато отправила Бутистана к искусникам за листовками с анонсом открытия и дождалась Лорику с тетрадью записи новых клиенток.

Глава 30

Запись меня одновременно и порадовала, и заставила волосы на голове встать дыбом. Мама дорогая, как все успеть-то?! Лори мудро составила список желающих попасть в салон на приём без указания времени и даты. Теперь нам предстояло раскидать двадцать шесть комплексов по коррекции и окрашиванию бровей с ресницами, десять шугарингов и шесть окрашиваний волос так, чтобы успеть всех обработать без накладок!

И это ещё никто не знает о фито-бочке и уходах за лицом…

Но ничего! Прорвёмся! Это приятные хлопоты.

Отложила составление графика визитов до вечера, потому что пришла Мерлина, и мы, наконец, занялись тестированием косметики. В своё время я отучилась и на курсах визажа тоже. С тех пор доводилось и невест делать, и выпускниц, и к корпоративам клиенток готовить, да и самой в жизни это умение очень пригодилось.

— Дамы, грамотный макияж — это оружие массового поражения… — начала я вводную речь, усаживая Мери в кресло.

Волная и Лори встали рядом, чтобы внимательно наблюдать за моими манипуляциями.

— В моём мире макияж начинается с нанесения тона, но в нашем случае он совершенно не нужен. Кожа сегодняшней модели имеет приятный ровный цвет и гладкую текстуру, поэтому мы начнём сразу с глаз. К тёмным волосам и жёлтым глазам Мери нам подойдут коричневые или серые оттенки теней.

Я оглядела баночки и выбрала те, что с белым, серым и чёрным содержимым — попробую сделать что-то типа смоки айс. Конечно, растушёвывать тени губками Волнаи было совсем неудобно, позже придётся раскошелиться у бобров на кисти, но, приспособившись, мне все же удалось смешать цвета так, что переход между ними стал плавным. Лишнее, осыпавшееся мелкой крошкой, убрала салфеткой и зафиксировала средством лесовины.

— Ух ты! — не удержалась Лорика от восторженного возгласа. — Это прямо как картина искусника!

— Можно мне тоже посмотреть? — тут же оживилась и Мери.

— Нет, это ещё не всё! Я скажу, когда можно будет, — отрезала я и продолжила творить. Люблю, когда мою работу оценивают целиком, а не поэтапно.

Нарисовала палочкой стрелки, используя тот же состав, что Волная изготовила в качестве туши, а потом принялась за ресницы. Щеточка лесовины — это вам не инструмент известных земных брендов. Ею ресницы не подкрутишь и объёма не придашь, но! Если долго мучиться, что-нибудь получится — всяко вышло лучше, чем было. Хотя штуковины для завивки ресниц остро не хватало.

— Ло, у нас есть ещё заказ для Скрула и бобров, — сообщила помощнице, накладывая заключительный слой густой чёрной мазилки.

Скорбя о том, что нечем накрутить ресницы, я вдруг вспомнила о бигуди. И тут же решила, что стоит заказать у бобров коклюшки разного диаметра. Мне кажется, локоны захотят заиметь многие будущие столичные модницы.

Закончив с глазами, нанесла на скулы румяна, лёгкие, чуть заметные. Лишь для того, чтобы визуально вытянуть овал лица волчицы. А губы покрыла бледно-розовым блеском, сделав их призывно-манящими. Ещё раз зафиксировала работу, брызнув средством Волнаи, и позволила Мерлине открыть глаза.

— Святые небеса и порочные демоны! — завопила девушка, всплеснув руками. Похоже, результат превзошёл все её ожидания. — Я прекрасна, как сам грех!

— Мери, тебя не узнать, — вторила ей Ло, — ты стала похожа на богиню любви!

— Дарина, у меня появились кое-какие мысли по поводу бизнеса, поделюсь позже, — явно сделав какие-то выводы, заявила старшая лесовина, довольно улыбаясь.

Да-да, у меня тоже их целая куча появилась.

— Знаете что? Я хочу работать в «Мастерской красоты»! — выдала волчица и умоляюще на меня посмотрела.

А вот это было неожиданно.

— Кем? — поинтересовалась я осторожно.

— Без разницы. Я вчера много думала, Дарина. Да и сегодня тоже. И, знаешь, к какому выводу пришла?

— К какому? — что-то в этом месте мне стало тревожно.

— Я больше не хочу завоёвывать Доминуса. Пусть теперь он меня завоёвывает! А я стану такой, как ты. Независимой, работающей девушкой!

Ох, как бы мне не влетело от Тераса! Кажется, первый революционер созрел с моей помощью прямо перед носом главы ведомства охраны порядка…

— Правильно, Мери! Я вот тоже передумала выходить замуж за Вилли! — подхватила Лорика.

Вот это новости! Чем дальше в лес, тем толще партизаны…

— Ло, но ты же его так ждала, не хотела никого другого, — попыталась я остановить всеобщий порыв эмансипироваться.

— А, — отмахнулась лесовина, — это я от безысходности. Просто из всех зол выбирала меньшее! Накрась меня тоже, Дарина, пожалуйста…

Раздавшийся дверной звонок заставил меня подпрыгнуть. А ну как это возмездие пришло в лице альфы волков?

Но бог миловал. Внезапно к нам пожаловал искусник Репинь в сопровождении прекрасной феечки. Я проводила гостей в зал и поинтересовалась целью нежданного визита.

— Мадам Дарина, сегодня у нас был ваш славный помощник, и мы узнали о дате открытия салона, — начал из далека искусник. — Не сочтите за дерзость мою просьбу, но мне вдруг пришла в голову мысль…

— Слушаю вас внимательно, уважаемый Репинь, — подбодрила я мявшегося феюна.

Даже не могу представить, что там его посетило, но очень интересно.

— Хочу представить свою супругу — искусницу Галинь, — он подтолкнул вперёд спутницу, которая во все глаза разглядывала салон, меня, а особенно Мери. — Ваша реклама оказалась настолько успешна, что я постоянно слышу обсуждения «Мастерской красоты» и уверен, что у вас будет большой наплыв клиентов.

— Надеюсь, но к чему вы клоните? — комплименты, конечно, приятны, но восторженный искусник может так до вечера не подобраться к сути. — Давайте перейдём ближе к делу, уважаемый Репинь, к сожалению, у меня времени в обрез.

— Да-да, прошу прощения. Видите ли, моя Галинь тоже пришла в восторг от ваших журналов и теперь хочет научиться премудростям окрашивания волос. Не могли бы вы взять её работать для начала ученицей?

Феечка улыбнулась и закивала головой, подтверждая слова мужа.

— Я хорошо чувствую цвет и умею его закреплять магией, пожалуйста, возьмите меня, мадам! Вот так раскрашивать лицо я тоже хочу научиться, — взмолилась она.

А я, немножечко обалдев от неожиданности, подумала: «Да ну на фиг?! Разве может всё время так везти одному человеку?» Это же просто чудо, что не успела я перепугаться, увидев запись, как у меня тут же появилось два новых потенциальных сотрудника!

Но если с Галинь было все ясно — муж в курсе и не возражает, то с Мери вопрос оставался открытым. Необдуманно цепляться за её желание работать я не стала. К радости Репиня, я взяла его жену в ученицы, а у волчицы осторожно поинтересовалась:

— Дорогая моя, а что на это скажет альфа Терас? Насколько я понимаю, дня определения у тебя пока не было, и сейчас именно брат за тебя в ответе.

— Ха! Пусть наложницам своим указывает, а я — вольная волчица!

— Наложницам? — известие неприятно резануло душу неуместной ревностью. — У твоего брата гарем?

Спросила и прикусила язык. Ну что за дура? Какое мне дело до личной жизни альфы волков?

— Ну конечно! Он хуже всех, что ли?

Развивать опасную тему я не стала, а то заподозрят в интересе — лишнее это. Но про себя подумала: «Фигу тебе, волчара, а не массаж! Пусть тебя наложницы гладят!»

— Ну хорошо, если проблем не будет, я очень рада новым сотрудникам. Продолжим…

Остаток дня прошёл невероятно плодотворно! Окрашивание мы с девочками осваивали на белокурых локонах Репиня, который с радостью согласился стать моделью и к вечеру пестрел прядями всех цветов радуги.

С Галинь мне просто невероятно повезло! Благодаря родовой магии фея действительно чувствовала цвета и безошибочно определяла время, которое нужно выдержать для получения того или иного оттенка, а ещё она смогла усиливать действие оксиданта. Это просто невероятный прорыв! Технике набора прядей и нанесения краски я её научу быстро, и тогда в салоне появится непревзойденный колорист!

Макияж же я учила девушек делать на Лорике и Веревике, которая тоже весь свой день посветила салону. Что неудивительно. Лесовина поделилась со мной идеей: она загорелась производством косметики и филиал лавки хотела открыть в один день с салоном. Мы сможем в первый же день начать продавать косметику, устроив на открытии мастер-класс по макияжу!

К слову, об открытии. Обед принесла голубоволосая красотка Волная, и я попросила её передать Жариню, что хочу заказать фуршет. На вопросительный взгляд нимфы я объяснила что это такое, и она пообещала все передать хозяину, а с ужином принести примерное меню и стоимость заказа.

— Дарина, глянь что пишут! — Раздав листовки, Бутя влетел в салон, размахивая газетой.

— Это мне монашка сама сунула, я даже не покупал.

Волчонок протянул мне свежий листок с очередным пасквилем. На этот раз во всех смертных грехах меня обвинял какой-то орден «непорочных дев радующих».

— А это ещё кто такие? — поинтересовалась я, прочитав призывы не поддаваться демонову искушению и не ходить в «Мастерскую красоты».

— Ох, это вышедшие на покой общественницы, — пояснила Веревика, — дамы всю жизнь развлекали горожан, а когда стали непригодны, затосковали и организовали орден. Теперь они развлекаются сами, всех осуждая и поучая. Не обращай внимания, Дарина.

А мне до глубины души стало жаль этих несчастных женщин. Нужно будет ими заняться. Я точно знаю, что есть жизнь после пенсии! Эх, сколько всего хочется сделать для жителей Элмеза! Дали бы время реализовать задумки!

Провозилась до вечера. А когда заметила, что девочки устали, отпустила Мери, Галинь и лесовин домой. Посещение Скрула и бобров, составление прейскуранта и упорядочение записи я отложила на завтра, ведь на вечер у меня осталось ещё одно наиважнейшее дело

— лечение Бути.

— Дорогой, как себя чувствуешь? — поинтересовалась нейтрально, когда мы после ужина закончили заниматься письмом.

Сегодня выводить символы у меня получалось гораздо лучше.

— Очень хорошо чувствую, — ответил волчонок, взглянув на меня выжидающе.

Он явно вспомнил о вчерашнем происшествии, но сам тему поднимать не торопился.

— Сегодня ничего не болит?

— Я уже и забыл, как это бывает, когда ничего не болит, но сегодня… Мне кажется, что сегодня я стал это вспоминать.

Мне стало не по себе от его слов. От того, через что он прошёл. Но выглядел Бутистан не просто посвежевшим — это я отметила ещё утром, а будто стал выше и шире в плечах. Возможно, мне это показалось… И волчьи уши и хвост вроде стали меньше…

— Тогда давай-ка повторим сеанс, — я решительно встала из-за стола и протянула парнишке руку.

Сегодня мы пошли в СПА-кабинет, и массаж я делала как положено — на столе.

Как только положила руки на голую спину волчонка и сделала пару поглаживающих движений, у меня включилось магическое зрение. Им я разглядела, что улучшения действительно есть. Голубые канатики растут навстречу друг другу, латая бреши, а мои руки им в этом помогают. Я с трудом сдерживала ликование — рано радоваться, пока неизвестно, насколько устойчивым будет результат, поэтому нельзя обнадёживаться.

Но сегодня и мне не было так плохо после массажа, как вчера. Набрав после процедуры ванную, я в неё не рухнула и не отрубилась, а вполне осознанно провалялась полчаса, чувствуя, как в тело возвращается энергия. Тьфу, тьфу, тьфу! Даст бог, со временем я смогу лечить всех нуждающихся.

глава 31

В ночь перед открытием я спала плохо. Забывалась на какое-то время и, вздрагивая, резко просыпалась, чтобы снова и снова перебирать в уме уже сделанное и дела, оставленные на утро, думая, о чем могла забыть. Вроде бы ничего не упустила: и бигуди привезли, и щипцы для завивки ресниц Скрул сделал, и набор кистей получила.

Мери освоила искусство визажа достаточно хорошо, мне только с подбором цветов ей нужно будет помогать, но всё равно тревога не уходила.

Витрину с косметикой, заколками, средствами по уходу вчера установили и наполнили — тоже не стоит волноваться. К тому же я решила, что раз мы будем продавать косметику, то обязаны продавать и средства для ухода за кожей после нее и снятия макияжа.

Торговать на открытии взялась сама Веревика — лучшего консультанта и желать не стоит. С этим пунктом всё идеально…

Цены на процедуры мы рассчитали, сделали у искусников красивый прейскурант. Меня немного смущала цена на комплекс коррекция плюс окрашивание бровей и ресниц: мы поставили по элиму — тысяча рублей на земные деньги. Это дорого, но девочки хором убеждали меня, что процедуры того стоят. Это тоже не то, что вызвало бессонницу.

Форму для новеньких сотрудников портниха тоже вечером прислала…

Так. что ещё?

Программа мероприятия и распределение обязанностей — безупречны. Я — хозяйка и ведущая, которой предстоит провести презентацию, показав желающим все, на что мы способны.

Дамы будут тянуть жребий, а потом счастливица на глазах зрителей получит полное преображение. Лорика займётся бровями, ресницами и депиляцией. Галинь — окрашиванием волос и причёской. Обязательно сделаем клиентке локоны. Мери удивит публику макияжем, а Луиза приведёт в порядок ногти…

Из-за Луизы переживаю? Точно нет. Слава богу, что у меня теперь есть и она! Луиза — это мама Бутистана. Волчица пришла ко мне знакомиться два дня назад утром, когда мы с девочками осваивали маникюр, да так и осталась в команде.

— Мадам Дарина, нашу с мужем благодарность невозможно выразить словами и измерить деньгами, — заявила она с порога, — мы долго с ним думали, как вам отплатить за спасение сына и решили: я даю вам волчью клятву верности и службы. Отныне я ваша безвозмездная помощница на веки вечные.

Я растерялась. Во-первых, понятия не имела, что это значит, а во-вторых:

— Но, Луиза… на мне же печать, мне нельзя помогать безвозмездно.

— А это не помощь, это оплата долга, так что принимайте меня, мадам Дарина, я всё равно не уйду.

Вот так у меня появилась шикарный мастер маникюра, не только старательный, но ещё и с богатой фантазией. Она с ходу придумала несколько вариантов покрытий, добавив прямо в строительный лак вырезанные из разноцветной бумаги фигурки.

Оказывается, на Элмезе есть детская игрушка, что-то типа дырокола, которая штамповала из бумаги кружочки, звёздочки и другие финтифлюшки разных размеров. Детки потом из них клеили аппликации. Я от ноу-хау была в восторге!

А уж Бутя как был счастлив — слов нет! Он на празднике распорядитель фуршета — будет следить, чтобы кувшины с напитками и тарелки с канапе не пустовали. И в нём я тоже была уверена.

Даже в случае наплыва посетителей сбоев быть не должно. Запускать в салон решили по двадцать гостей, и, если понадобится, проведём несколько презентаций.

Все продумано, но что-то беспокоило.

Может, стоило показать дамам массаж? Но если включится моя способность — она сама по себе как-то работает, и я начну непроизвольно лечить, а кто-то из посетителей перейдёт на магическое зрение и заметит… Нет, нельзя. Сначала разберусь с этим сама.

Пока я в библиотеке ничего интересного про способности людей не нашла. Правда, и выбралась я туда всего один раз. Времени катастрофически не хватало на ежедневные визиты.

Зато как сходила! Умудрилась глупо поругаться с Терасом!

Волк опять перехватил меня на выходе из библиотеки и вызвался проводить до дома — это я стерпела. А вот когда он попытался положить мою руку себе на сгиб локтя, вспылила:

— Ой, не стоит, альфа, давать повод сплетням. Вдруг ваши наложницы обидятся, — язвительно прошипела и руку отняла.

Как только это сделала, мысленно взвыла: ну что я за идиотка?! Зачем я это ляпнула? Он же не дурак — сразу поймёт, что я ревную!

— С чего бы им обижаться? — удивился волк. — У них без этого полно дел.

И вот тут меня посетила мысль, что я могу опять ошибаться в определении слова «наложница»… Как с тем домом расслабления.

— И чем же они так заняты? — тон я не сменила — ни к чему демонстрировать резкие перепады настроения.

Терас взглянул на меня так внимательно, будто планировал прочитать мысли, а я чуть не утонула в желтизне его хищных глаз. Пришлось даже щеку прикусить, чтобы не податься ему навстречу. Крышесносный мужик, конечно, я бы с ним переспала, если бы была уверена, что обойдётся без последствий…

От этой неуместной мысли разозлилась ещё сильнее.

— Да откуда же мне знать? У меня большой клан, и работы у наложниц много…

Мысли стремительно заметались в определённую сторону, транслируя непристойные картинки.

П-р-у-у, Дарина, тормози! Ты сейчас себе надумаешь того, чего и в помине нет! Будет правильным уточнить у Лорики, чем именно занимаются наложницы, а сейчас лучше тему перевести.

— Ты не против решения Мерлины работать у меня?

Неудачно я перевела. Не нужно было касаться этого вопроса.

— Я не против того, что она работает, я против тех мыслей, которые ты вбиваешь в её бестолковую голову! — рыкнул Терас, мгновенно заводясь. — Она уже транслирует их на весь клан. И я хотел тебя предупредить, Дарина, по-хорошему: если ты не прекратишь сеять смуту, я твою лавочку прикрою!

Вслед за ним завелась и я. Терпеть не могу угроз! Тем более от парня, который мне нравится… нравился!

— Как? Ты не можешь мне вредить — забыл? — огрызнулась, ощетинившись внутренними колючками.

— Три месяца пройдут быстро, попаданка! Не думай, что защита будет вечной. Как только срок выйдет, я покончу с рассадником крамольного бреда, закину тебя на плечо, запру в своём логове и займусь зачатием наследника!

Че-го-о?.. Я не ослышалась?

Сначала не могла и слово вымолвить, беззвучно развала рот от возмущения и пыталась набрать в лёгкие воздуха. А потом меня прорвало:

— А ты ничего не попутал? — зашипела не хуже кобры. — У вас нет рабства! Я не какая-то там бездушная, смею напомнить! Хреном тебе по наглой морде, а не наследника! И про массаж забудь! И вообще забудь про меня, хам!

Я пихнула его плечом и ускорила шаг.

Но альфа только довольно рассмеялся мне вслед. Ужасно, но его смех мне понравился. Он прошёлся по струнам души тихим хриплым тембром и разбудил толпу мурашек. К счастью, мы как раз подошли к салону, и я уже взялась за дверную ручку с намерением хлопнуть дверью у гада перед носом.

Но не успела.

Терас догнал меня в два шага, дёрнул за руку на себя, обвил талию, когда я, не удержавшись, впечаталась в его поджарое мускулистое тело и тихонько сказал в губы своим пронизывающим, умопомрачительно действующим на меня голосом:

— Горячая штучка Дарина, ты будешь моей женой и родишь мне много детей. Точка. Обсуждению не подлежит.

Потом он резко меня отпустил и стремительно скрылся в опустившихся на город сумерках.

А я…

.. долго не могла прийти в себя.

Точно! Это из-за этого гада я так плохо и спала в ночь перед открытием…

Глава 32

— Нет, мадам Лолош, и накануне праздника Матери природы тоже все расписано, нет окна. — отбивалась Лорика за администраторской стойкой от желающих записаться на процедуры именно ко дню чествования создательницы, — я внесу вас в резерв, и если кто-то отменится…

А может, мне не давал спать этот праздник? Подсознание — странная штука.

— Да прям, конечно! — топнула от возмущения дама. — Кто же отменится?! Все хотят быть красивыми в парке! Издеваешься, лесовина?!

День открытия «Мастерской красоты» подходил к концу, и наши нервы тоже. Я сегодня поняла, что этот неведомый праздник однозначно и есть источник моей смутной тревоги. Ведь я так и не выяснила, зачем Терас меня на него пригласил.

— Мадам, Лолош, мы нашли выход из возникшей ситуации, — поспешила я на выручку лесовине. Хотелось поскорее выпроводить гостей и, наверное, поэтому меня внезапно осенило идеей, — оставьте свои данные Лорике, и мы пригласим вас на ближайшее занятие в школу красоты.

— Что ещё за школа? — Лолош, будучи дородной гномкой, говорила басом и любезничать не умела. — Я хочу, чтобы на празднике на меня все пялились! Твоя школа мне это обеспечит?

Дама смотрела на меня снизу вверх, угрожающе двигая косматыми бровями.

— Обещаю! — не моргнув глазом, заверила я её.

Кто бы мог предположить, что женщины Элмеза так истосковались по самовыражению? Конечно, нашлись и те, кто мою «Мастерскую красоты» резко осудил, но основная масса… Размах ажиотажа пугал. Особенно я трухнула, когда на открытие явились альфы. Стоя в сторонке, они пристально наблюдали за нашей с девочками работой и о чем-то перешёптывались — я не слышала, но показалось, они решали, как перекрыть мне кислород.

Но больше всех напрягал Терас. Он не отводил от меня своих пронзительных жёлтых глаз все тридцать минут, пока находился в салоне, а я из-за этого с трудом не путалась в словах.

— Школа? Что за слово такое противное? — подслушав наш разговор, выкрикнула чистокровная оборотница.

К какому именно виду оборотней она относится, я так сходу понять не смогла.

— Там мы научим искусству самостоятельно наносить на лицо макияж, делать себе локоны и любые причёски в домашних условиях. — Крепись Дарина. Улыбка и позитив

— наше всё. — Подберём вам подходящую косметику, бигуди и заколки. Занятия будут проходить два раза в неделю вечером совершенно бесплатно. Элимы нужны только чтобы купить средства для создания красоты, — заливалась я соловьем, озвучивая свежую идею, когда заметила, что вокруг нас столпился народ.

— А когда первое занятие? — раздался тоненький голосок из толпы.

Знать бы. Всё же по наитию…

— Мы вам сообщим, вывесим на двери объявление, — я глянула на Ло и, убедившись, что лесовина мою мысль поймала на лету, ретировалась.

Дальше она сама продолжит рассказывать клиенткам о школе.

А у меня гудели ноги, шумело в голове и отчаянно хотелось тишины — пошла проверить, на каком там этапе преображение очередной счастливицы, и с удовольствием отметила, что подходит к концу.

Вообще, несмотря на усталость и мелкие эксцессы, в целом я открытием была довольна. Коллектив справлялся с задачами, торговля у Веревики шла бойко, запись заполнилась на ближайшие три недели, и никто никого не убил.

Запись бы и дальше заполнилась, но я поставила ограничение — праздник.

Кстати, выяснить про него подробности я решила сегодня, как только народ разойдется. По моим прогнозам, это должно было случиться буквально, через пятнадцать минут. Галинь как раз заканчивала с третьим за день окрашиванием — жалко бедную фею, но ничего не поделать.

У нас получилось три очереди желающих познакомиться с работой салона — прекрасно, конечно, но мои девочки уже падали с ног. Ничего, ничего! Главное — пережить этот день! Всё равно обработать меньше моделей у нас никак не выходило. Утром на улице собралась толпа, и кому-то отказать было бы ошибкой. Сейчас мы устали, но зато у порога не толпится очередь из стремящихся внутрь дам.

Для этого пришлось ещё и импровизировать на ходу. Я организовала экскурсию для тех, кто хотел только бегло глянуть на мастерскую и согласился обойтись без презентации. Смешно, но шествие чем-то напоминало мне поход в мавзолей. Мы запускали гостей в правую створку двери, а выпускали из левой, когда те, сделав круг по салону, уходили.

Желающих же посмотреть мастер-классы набралось под сотню, и их мы распределили на три группы. Пятеро альф: Доминус, Терас, стервятник, филин и лис оказались во втором потоке слушателей.

Ну а представителей ордена и прессы я определила в первый. Чтобы быстрее отстреляться. Кстати, счастливый билетик вытащила монахиня и ушла из салона совсем другой женщиной: красивой и помолодевшей представительницей расы орков.

Пока я обходила владения, заключительная презентация закончилась, и как только за последним из гостей закрылась дверь, я вслух застонала, скинула туфли и рухнула на диван, раскинув руки.

Боже! Какое блаженство эта тишина и горизонтальное положение!

— Девочки, вы все просто умнички! — поспешила я похвалить своих кудесниц. Они у меня и правда невероятно талантливы! — Бутя, а ты настоящий герой! Тащи сюда всё, что осталось с фуршета, и падайте все рядом! — распорядилась и закрыла на минуточку глаза, прислушиваясь к себе.

Есть хотелось зверски! Мы сегодня даже ужин пропустили. Но моим два раза повторять было не нужно, и вскоре со всех сторон раздался звук падающих тел. Мери, Галинь, Ло, Бутя, Луиза и даже Веревика раскинулись на диванах и креслах с бокалами и шпажками.

— Я так устала, но мне очень нравится это состояние, — заявила Мери, успокоив немного мою совесть.

Юная волчица закинула ноги на спинку дивана и потянулась. Ох, она сильно изменилась за эти несколько дней, превратившись в красивую, грациозную, уверенную в себе хищницу. Её брат меня точно убьет, обвинив в развращении наивной скромницы.

— А мне-то как нравится! Я сегодня почувствовала себя такой важной, — устало призналась Ло, — мне днём даже взятку предлагали за запись, представляете?

Я очень хорошо себе представляла. Очень. Несколько дней общения с попаданкой и сегодняшнее открытие салона перевернули в умах девушек все прошлые устои с ног на голову. Понимаю сейчас Тераса — грядёт революция, хочу я её или нет…

— Ещё как представляем! — поддержала лесовину и Галинь. — Мне орчанка Сильва — помните, которая на первой презентации не вытянула счастливый билет и все время требовала зелёные брови? — сделала фея большие глаза и мы закивали. Действительно, громкую даму сложно забыть. — Так вот, у неё же муж ходит на охоту в команде тигров, так она обещала мне принести шкуру белки на кисти, если я покрашу её прямо сегодня…

— Ох, а к празднику они вообще нам окна и двери вынесут, — покачала головой Веривика, — что же теперь делать?

— Надеюсь, не вынесут, — поспешила успокоить я коллектив, который пока не знал о моей новой затее, — я придумала, как сделать так, чтобы никто не остался неухоженным. Завтра расскажу вам про школу красоты в подробностях. Обдумаю перед сном детали и расскажу.

— Ох, Дарина, у тебя на всё есть решение, и ты всё на свете знаешь! — восхитилась Мери.

На этих словах я, к счастью, вспомнила про праздник.

— Далеко не всё, дорогая. И сейчас как раз пришёл ваш черёд просветить меня — расскажите о торжестве, к которому готовится народ. А ещё мне надо понять, зачем альфа Терас вынудил меня пойти туда с ним. — Все смотрели на меня изумлённо и молчали. — Кто-нибудь знает, зачем ему это?

Я оглядела замерший коллектив, привстав с дивана, и на каждом задержала вопросительный взгляд.

— Ты идёшь с моим братом? — резко отмерев, завопила Мери.

— Да, это было его условие, — спокойно пояснила я. Ну, наверное, у неё был повод так изумляться. Всё-таки он — альфа, я — не пойми кто. — Иначе твой брат не давал Бутистану разрешение остаться в столице.

— Ну какой же он всё-таки продуманный стратег! Прямо иногда хочется вцепиться ему в глотку зубами!

Хм… А дело-то не в том, что я не подходящая пара для альфы.

— Да что такого-то, Мери, объясни?

— Давай я объясню, — предложила Веревика, и все закивали, уступая старшей даме. — Праздник Матери природы — праздник всех женщин Элмеза. Считается, что в этот день создательница спускается с небес и вселяется в одну из своих незамужних и не связанных обязательствами с мужчиной дочерей. Поэтому по всему Элмезу проводят женские турниры с целью найти эту избранную. Победительница получает венец отмеченной создательницей королевы и изъявляет свою волю. Эту волю жители мира обязаны выполнить, чтобы ни в коем случае не навлечь на себя гнев матери природы. Так вот я думаю, альфа Терас подстраховался. Так как ты пойдёшь на праздник с ним, то не сможешь участвовать в турнире и не сможешь его выиграть, а значит не сможешь пошатнуть порядок, за которым он так тщательно следит…

Я рассмеялась.

— И всего то? Не собиралась я этим заниматься даже. Делать мне нечего! — на какое-то время у меня от души отлегло.

— А зря ты недооцениваешь возможности обладательницы венца, Дарина, — внезапно заявила Лорика, — ты могла бы запросить что угодно. Всё! Представь, как ты смогла бы изменить жизнь на Элмезе…

Ещё как бы смогла! Молодец, Терас! Уберёг меня от погружения в политику Элмеза. Не надо мне этого совершенно. Пусть всё идёт своим чередом.

— Что уж теперь? Я дала слово, — притворно вздохнула. — Значит, пойти быстрым и лёгким путем не получится…

— Ну а что бы ты запросила, имей такую возможность? — с любопытством поинтересовалась Мери. — Обязала бы всех, и мужчин тоже, ходить в свой салон?

— О нет, дорогая. Я бы потребовала освободить всех бездушных и больше никогда не использовать их тела…

На меня уставилось шесть пар ошарашенных глаз.

— Но зачем? — спросил развалившийся на коленях матери волчонок. — Какое нам до них дело?

— Огромное, малыш, огромное.

Они загалдели, насели с вопросами, и мне пришлось поделиться своей теорией о том, что, дав Элмезу бездушных, Мать природа наказала этот мир, загнав его развитие в стагнацию. Обрисовала другой путь развития, где появляются школы и техникумы, фабрики и куча других рабочих мест. Г де женщины действительно свободны от мужчин и могут сами выбирать свой путь, а половинчатые не обязаны уходить в поселения, подобные Омеге.

Мои помощники слушали внимательно, но много чего пока осознать не могли. Поэтому я поспешила закончить:

— Ладно, мои дорогие, день был длинный. Мы все устали, а ведь завтра начинаем работать на полную катушку. Давайте-ка сегодня все по домам и отдыхать. Вернёмся к разговору как-нибудь в другой раз.

Я даже не могла себе представить, какое зерно посеяла тем разговором в души некоторых из них.

Глава 33

— Я вчера окончательно рассталась с Вилли и сказала, чтобы искал себе другую невесту,

— заявила Лорика, обмакивая кисточку в банку с ярко-красной помадой. Ей оставалось добавить последние штрихи к своему образу, — и ещё я решила сегодня на празднике пройти испытания…

Время до праздника пролетело как один день и сегодня мы обслуживали клиенток только до обеда, а потом закрыли салон, чтобы самим приготовиться к мероприятию.

— Ого! А не боишься, что после такого тебя вызовут на совет альф и заставят опять проходить определение? — Мерлина снимала бигуди со своих свежевыкрашенных в чёрный цвет длинных волос.

— Ну ты же не боишься! — парировала Ло.

— А чего мне бояться? Мой брат влюбился в Дарину и не посмеет её расстраивать, забрав с работы лучшего визажиста…

Я закатила глаза.

— Не выдумывай, Мери. Где твой брат и где любовь! Он от романтики далёк так же, как от чертогов матери природы!

— Ой, не делай вид, что не видишь этого, Дарина. Стал бы Терас каждый раз встречать тебя из библиотеки и провожать домой, если бы не влюбился, — не сбилась с мысли Мери.

Альфа действительно это делал, но в его трепетных чувствах я глубоко сомневалась.

Хотя… идею на мне жениться он из головы не выкинул и постоянно заявлял о желании закинуть меня на плечо и утащить в логово с целью интенсивных занятий для продолжения рода.

Сначала я пугалась, обижалась и пыталась донести до волка, что так не выйдет, что это плохой способ добиваться расположения девушки. А потом поняла, что эта собака лишь лает, но не кусает. Терас не собирался применять ко мне силу и действовать против воли

— он вообще никак не действовал. Вот тут как раз и назревал вопрос: он такой нерешительный, потому что я ему не особо нравлюсь? А как иначе объяснить то, что волк даже ни разу не попытался меня прижать к стеночке и поцеловать? И возможности у него были. Я даже с замиранием сердца этого ждала… чтобы резко его оттолкнуть и отчитать.

Пару раз мы возвращались из библиотеки, когда на улице царила ночь, но ничегошеньки пикантного не произошло. Такими темпами я сама его скоро зажму в уголочке. Потому что в своих чувствах я как раз не сомневалась — Терас мне очень нравился. Он не только красив и хорошо сложен, он и умен, и начитан, и от него веет властью. Его голос и запах заставляют меня трепетать.

Наверное, я все-таки скоро сдамся и сделаю альфе массаж, который он постоянно требует. Вот только проясню один душераздирающий вопрос:

— Если бы он в меня влюбился, то разогнал бы свой гарем, — возразила я Мерлине, повязывая на голову яркую полоску платка так, чтобы кончики задорно торчали сбоку.

Именно этот момент меня останавливал от развития отношений с альфой.

Ведь про наложниц я все выяснила — от общественниц эти несчастные женщины отличались тем, что, помимо работы на клан, они удовлетворяли владельца в постели по первому требованию — еще хорошо, что не весь клан.

— А в чем же профит? — помню, как изумленно спросила у Лори, когда выяснила предназначение бедолаг.

— Ну как же, Дарина! Во-первых: у них есть… ну… это, — замялась Ло, а потом с придыханием прошептала, — интимная жизнь с мужчиной. Говорят, это приятно, ты ведь была замужем, разве сама не знаешь?

— Не до такой степени, поверь мне, — отрезала я, — делить своего мужчину с другими? Нет уж. Увольте. Я перебьюсь без секса.

— Во-вторых: это гарантия безбедной жизни в клане. Их никогда не выгоняют на улицу. Наложницы всегда при деле. А когда у хозяина появляется жена, они помогают воспитывать детей…

Какой кошмар!

— Ну а в-третьих, — продолжала Лорика перечислять сомнительные преимущества, — это, конечно, не так почётно, как стать женой, но гораздо почетнее, чем быть общественницей.

— Ты тоже так считаешь?

Ло тогда задумалась лишь на мгновенье, а потом наморщила носик, почесала бровь и ответила:

— Нет, уже не думаю. Особенно после того, как узнала, что интим того не стоит, — девочки каждое моё слово безоговорочно принимали на веру, и это немного пугало, — а теперь, когда ты решила открыть помимо школы красоты школу работников салона для общественниц, они вообще станут на много ступеней выше наложниц.

Ах, да. Про школу. После праздника, как только схожу в налоговую, открою курсы парикмахеров, визажистов и мастеров маникюра. Нам пора расширяться. Мастерская красоты уже не справляется с потоком клиентов. Тем более опыт организации работы такой школы у нас уже есть — та, что обучала девушек делать себе причёски и макияж самостоятельно, функционировала вполне успешно.

— Дарина, ну причём тут гарем? — вывела меня из задумчивости Луиза. Волчица уже накрасилась, причесалась и теперь помогала Г алинь снимать коклюшки — феечка сегодня решила завить себя мелким бесом, и в этом ей требовалась помощь. — Как только вы поженитесь, альфа Терас перестанет пользоваться услугами наложниц…

— Да он уже перестал, — поддакнула ей Мери, — наложницы месяц как ходят по поместью недовольные и всем на это жалуются.

Так я и поверила! Мери просто очень хочет, чтобы я вышла замуж за её брата.

— Ой, я устала вас убеждать, — действительно, чего-чего, а моей позиции в этом вопросе девочки не понимали, и что я не выйду замуж за Тераса, слушать не хотели, — давайте уже ускоримся, остался час до начала праздника.

— Мне только платье надеть, — отмахнулась Мери, — Бутя займёт нам места, так что можно не спешить.

Волчонок побежал в парк заранее — энергия из парня била ключом. Смею надеяться, что из-за моего лечения. За прошедшие дни бреши в голубой сетке практически затянулись, и волчьи уши с хвостом начали мерцать. В смысле, то пропадали, то появлялись. Все, кто работал в салоне, изменения заметили и пришли в восторг, когда я раскрыла свой секрет.

— Это магия созидания, наверное, — предположила Веревика, — если бы была целительская, ты бы могла кровь останавливать или отращивать отрубленные конечности, но ты можешь влиять лишь на искаженную магию…

— Ну и ладно, это тоже полезное умение, — не расстроилась я.

— Ещё какое! — сквозь слёзы подтвердила Луиза. — Ты Бутистану жизнь спасла! Теперь он сможет ещё раз побежать в Лунную долину и попытаться обернуться!

— Не-ет! Я не хочу! — возмущённо завопил тогда Бутя.

Волчонок ко второй попытке был не готов. Ну ничего, мы его уговорим и поддержим. В этот раз я его одного на оборот в волка не отпущу.

— Никаких опозданий, я же буду на испытания заявляться! — вклинился в мои мысли решительный голос Лорики.

А следующие слова Мерлины вообще заставили встрепенуться:

— А знаешь, я тоже заявлюсь. Ты что попросишь, если выиграешь венец?

— Не скажу, а ты?

— И я не скажу!

Надеюсь, девочки не наделают глупостей, ведь я-то буду за праздником наблюдать из ложи Тераса. На выручку прийти не успею, если что…

— Дорогие мои, будьте благоразумны, хорошо?

Только и успела сказать, как раздался звонок в дверь — явился Терас, и наша пёстрая стайка, наряженная в пин-ап стиле, выпорхнула на крыльцо.

Глава 34

— Мадам Дарина, альфа Терас, — поприветствовала нашу яркую пару очередная семья нарядных гномов, почтительно кивая, — весёлого праздника!

Ничего удивительного, что все спешили с нами поздороваться: альфа волков — значимая в городе фигура, а сегодня ещё и умопомрачительный красавчик. Я чуть в обморок не грохнулась, увидев его у дверей, облачённого в узкие кожаные брюки, соблазнительно обтягивавшие мужской крепкий. тыл. Ну вот просто нельзя быть на свете красивым таким!

Ну а я, как выяснилось, умудрилась принять в «Мастерской красоты» чуть ли не половину города. А вторую, которую не успела, научила пользоваться косметикой и обеспечила бигуди, поэтому тоже личностью стала известной.

Мы добирались до своей ложи уже минут сорок и успели встретиться и с зеленобровой Глыдой, муж которой победно взирал на всех с высоты своего роста — явно гордился супругой, ведь она ввела моду на этот цвет бровей и ресниц у орчанок, и те теперь смотрели на неё, как на икону стиля.

Столкнулись и с убегавшей от кого-то Серебриной, которая, выпалив приветствие, побежала дальше. Гномочка приходила к нам на шугаринг уже дважды и каждый раз с удовольствием, смеясь, рассказывала, что теперь у неё поклонников в два раза больше, и среди них есть даже оборотень-крыс.

Раскланялись с Осинией, которую сопровождал высокий и худой, похожий на жердь друид. У моей пациентки после трёх пилингов отросли и брови, и ресницы, и кожа стала гладкой. Ну а сегодняшний макияж подчеркнул губы и превратил общественницу в настоящую красотку. Она ещё во второй визит рассказывала, что этот ухажер был у неё и раньше, просто она комплексовала из-за внешности и не давала ему шанса. Увидев их сегодня вместе, я испытала глубочайшее удовлетворение.

А наша Волная вообще стала звездой колонки светских новостей. Голубоволосую нимфу позвал замуж сам Жаринь — неслыханный скандал и мезальянс! С ними мы тоже чинно раскланялись на дорожке парка.

В общем, пока добрались до трибун и лож, Терас весь кипел от раздражения. Он все крепче и крепче держал меня за руку, хмурясь на каждый брошенный другими мужчинами на меня взгляд, а ещё тихонечко порыкивал. Вряд ли, кроме меня, это кто-то слышал, но, ощущая его агрессивную ауру, к концу пути народ начал от нас шарахаться и предпочитал здороваться издалека.

— Пойдём скорее, Дарина, ты уже собрала все восхищенные взгляды. Хватит с тебя, — бурчал волк и тащил меня к ложе.

Само собой, я упиралась. Ревнует, что ли? Мне надо знать! И вообще, сам-то, когда меня увидел, завис на минуту и не сдержал восхищенного стона, а другим нельзя?

— Мне не жалко, пусть смотрят, — беззаботно отмахнулась от его недовольства и продолжила всем лучезарно улыбаться.

Ну а почему нет? Естественно, мы с моими девочками сегодня были на высоте — мы к этому и стремились. Реклама — наше всё. Моё праздничное, сшитое Милинь платье, подчеркивало узкую талию широким поясом, завязанным сзади бантом. А из-под пышной лиловой юбки до колен выглядывал нежно-сиреневый гипюровый подъюбник, новые туфли украшали пряжки в виде симпатичных бантиков — само собой народ на меня таращился! Как им пройти мимо такой яркой красоты?

Ну и доводить Тераса было увлекательно.

— А мне жалко! Не хочу, чтобы на тебя глазели, — внезапно заявил волк, и я даже притормозила, вопросительно на него уставившись. — Что? Ты моя будущая жена, и я ревную.

Вот это заявки! Хотя он последнее время частенько что-то такое говорил, а мне слышать его собственнические речи нравилось, но вот так открыто он заявил о ревности впервые.

— Не начинай! Тот, у кого в доме живёт толпа наложниц, не может от меня чего-то требовать, — парировала я, и Терас, подхватив меня под локоть, ускорил шаг.

Мы быстро добрались до ложи, но я успела разглядеть, как потрясающе красиво украсили парк, и прониклась праздничным настроением. Этого просто невозможно было избежать!

Фейские колокольчики выводили весёлые трели, орочьи барабаны отбивали зажигательный ритм, гномьи горны трубили, придавая мелодии колорита — оркестр успешно создавал атмосферу веселья, и ноги сами собой пускались в пляс. Деревья украсили разноцветными волшебными фонариками, а под их кронами лоточники вели бойкую торговлю сладостями, дети носились вокруг и задорно смеялись. В душе порхали бабочки и дурацкие гормоны, заставляя глупо улыбаться и всем восхищаться! Мне невероятно нравился этот праздник!

А вот Терасу, похоже, нет. Он был угрюм, по сторонам не глазел. Добравшись до своей шикарной ложи с мягкими диванами, креслами, столиком, сервированном напитками и закусками, хмуро огляделся по сторонам, поприветствовал альф, занявших другие, расположенные по периметру парка ложи, и закрыл нашу прозрачным экраном.

— Ух, ты! Что это?! — я подлетела к перилам и с удивлением поняла, что теперь вижу весь парк как на ладони, — это какой-то артефакт?!

— Да, через граненый хрусталь можно наблюдать за всеми площадками разом. Но ты мне зубы не заговаривай, Дарина, — волк подошёл сзади и оперся на перила, заключив меня в клетку рук, — признавайся, что мне сделать, чтобы ты согласилась выйти за меня?

Как бы его обозвать за такой стресс? У меня ноги чуть не подкосились от ударившей в низ живота жаркой волны. Волк касался грудью моей спины, будоражил запахом своего тела и голосом, шептавшим мне прямо в ухо. Я сглотнула комок и — горжусь собой! — умудрилась ответить ровно:

— Ни-че-го. Ничего тебе не нужно делать, Терас, — ещё недавно я мечтала, чтобы альфа стал более решительным, и он стал. — Я не планирую замужество в ближайшее время.

— Но я тебе очень даже нравлюсь — знаю это.

Знает он! Откуда?! Я же это всячески скрываю!

— Глупости какие! С чего ты это взял? — подавила возмущение и спросила как можно более безразлично, а потом ещё и сделала вид, что заинтересовалась одной из площадок.

— Ой, а там что-то сейчас будет, да?

— Дарина, я — оборотень. Альфа. Я чувствую не только запах желания, но и как учащённо бьётся твоё сердце рядом со мной. — Терас потёрся носом о мои волосы за ушком, вызывая толпу мурашек и то самое сердцебиение. — Я ощущаю, как сбивается твоё дыхание, так что не ври мне, попаданка. Я тебе нравлюсь.

Его рука легла мне на живот, прижимая к каменному телу — запрещённый приём, но у меня ещё оставался порох в пороховницах.

— Пф-ф, это просто либидо, — рассмеялась я грудным, вообще не свойственным мне смехом. — Ты ведь знаешь, что это такое, альфа? Я взрослая женщина и нормально реагирую на постоянно трущегося рядом самца, но я помимо этого ещё и умная женщина. Мне такой чурбан, как ты, не нужен!

Я скинула наваждение и пихнула его локтем. Бесполезно. Терас даже не вздрогнул. Зато закаменел и завёлся.

— Вот так?! Ну, значит, я тебе докажу, что нужен. Ещё как нужен!

Я немного перепугалась сначала. Ну того, что он примется мне это доказывать прямо здесь и сейчас. Потом бояться перестала и даже преисполнилась предвкушением, но нет. Совсем не вовремя раздался горн, возвестивший о начале представления, и мы были вынуждены прекратить препирательства. Уселись на диван и приготовились наслаждаться шоу.

Городской драматический театр давал представление «Мать природа создаёт Элмез», и я впервые разглядела артистов — экран приближал картинку. Свои роли обезьяны исполняли неплохо, может, совсем немного переигрывали, как-то уж совсем по-обезьяньи артикулируя и жестикулируя, но что им, бедолагам, оставалось делать? Без грима лица смотрелись совсем блеклыми — понятия не имею, что видели зрители, у которых нет артефактов — вот актёры и завлекали как могли. Надо будет заняться ими позже тоже. Уверена, благодаря гриму театральное искусство выйдет на новый виток развития.

Разумеется, этим я займусь, как только выдастся свободное время, не раньше. У меня вообще за этот месяц в голове сложилось столько планов, что на две жизни осуществлять хватит. Даже на такие длинные, как у местных — страшно подумать, что я теперь буду жить триста лет.

Но сейчас не об этом… О представлении…

Постановка была о том, как Мать природа с любовью создавала этот мир. Как раскрашивала его яркими красками, трепетно заселяла своими творениями, защищала от других высших существ… А я постепенно всё больше и больше недоумевала. Как? Как зная об этом и даже прославляя мастерство своей создательницы, жители Элмеза настолько пренебрежительно относятся к красоте? Не выдержала и под конец постановки об этом Тераса спросила.

— Мать природа безупречна! — ответил он мне. — Менять созданное ею равнозначно тому, что обвинять в том, что создательница плохо сделала свою работу.

Сказал так пафосно и посмотрел на меня, как на дурочку. Типа я элементарного не понимаю.

— Шутишь? По-твоему, создательница до сих пор над каждым эмбрионом трудится? — не смогла я сдержать сарказма и воспринять спокойно заявление волка. — Ведь в вашей же постановке подчёркнуто: все первые творения были прекрасны. Ваша создательница хотела, чтобы вы все были изумительны и радовали её взор…

— Дарина, давай не будем спорить ещё и на эту тему, — на корню оборвал Терас. — Радуйся, что твой салон жители столицы приняли на «ура» и не нагнетай…

Я обиделась и от волка отвернулась. Чёрствый и тупой гад! Заметив в соседней ложе Доминуса, помахала ему рукой, кокетливо улыбаясь. На что Терас опять тихонечко зарычал и, подвинувшись ко мне, положил руку на плечо.

— Прекрати! — попыталась я её стряхнуть.

— И не подумаю! — волк прижал меня к себе ещё крепче. — Ну что ты хочешь, Дарина? Говори. Хочешь, чтобы я выгнал наложниц на улицу? Я не могу. Я взял на себя обязательства обеспечивать этих женщин до самой смерти.

Не, ну как постичь логику этого волчищи? Тьфу на него!

— А это тут причём? — как мы перешли от красоты к его гарему, я так и не постигла.

— При том, что я хочу тебя и твой массаж, — совершенно спокойно поделился со мной своими желаниями альфа.

Не, ну это просто ни в какие ворота! Кошмар какой-то, чес-с слово! Что он делает вообще? Он специально меня сегодня провоцирует, или на самом деле не понимает, что творит?

Жар прилил к щекам, а от того, что я теперь знала, что Терас чувствует все мои реакции, ещё и дыхание сбилось. К счастью, в этот миг представление закончилось, и ведущий объявил о начале испытаний для девушек, желающих получить венец.

В тот же миг вереница молодых красавиц устремилась к площадке, которая раньше была скрыта от любопытных глаз щитками.

Я привстала, заметив в числе желающих и Мери с Ло — их яркие платья выделялись на общем фоне, — готовясь бурно поддерживать.

Встал и Терас:

— Там что… моя сестра? — не предвещавшим ничего хорошего голосом рыкнул альфа и зыркнул на меня очень грозно.

Ведущий объявил начало состязаний.

Глава 35

— Если ты сейчас собираешься меня обвинить в том, что я подговорила Мерлину участвовать в испытании, — наехала я на волка, упреждая обвинения, очень вовремя вспомнив известную истину про лучшее средство защиты, — то это не так!

— Я не думаю, что ты её заставила, я прекрасно знаю свою сестру, Дарина. Но сейчас я на тебя зол знаешь за что?

— И за что же? — я стояла, уперев руки в бока, и взирала на волка, презрительно сощурившись.

Зол он на меня, смотрите-ка!

— За то, что ты посеяла в её голову свои иномирные мысли, но не потрудилась разжевать, как опасны кардинальные перемены! Представь, если эта малолетняя идиотка сейчас выиграет венец и затребует матриархат, мужской гарем или, ещё хлеще — мужское рабство…

— Ты сейчас так шутишь? — я никогда не поверю в то, что Мери не дружит с головой, а вот её брат, похоже, верил. Я по его крайне мрачному виду это поняла. — Не наговаривай на сестру! Мы с ней очень тесно общаемся, и она никогда в жизни до такого не додумается.

Мерлина она юная и импульсивная — да, но никак не дурочка. Просто интересы её сейчас далеки от мировых реформ. Максимум что она попросит — альфу Доминуса в мужья. Да и то вряд ли, зная её последние рассуждения.

— Возможно, сама нет, а вот если ты подбрасывала ей такие мысли…

— Да за кого ты меня принимаешь?! Я вообще против рабства!

Ну здрасти, приехали.

— Ты диктатор, Дарина. Грозный, умный и коварный, поэтому тебе просто необходим я в качестве сдерживающей силы, как муж. Иначе Элмезу конец!

Если бы я не разглядела тогда в его глазах искры веселья и не поняла, что он меня сейчас троллит, я бы его стукнула. Честное слово.

— Мечтать не вредно, — сказала и, вздернув подбородок, вернулась на диван. — Начинается. Давай смотреть.

— И молиться, чтобы Мерлина не победила. Боюсь, её желание как избранной дочери Матери природы не понравится ни мне, ни тебе.

На испытание заявилось двенадцать девушек. Были среди них и орчанки, и феи, и оборотницы, и нимфы, и даже Серебрина. Пока шла подготовка, я никак не могла понять, в чем будет заключаться испытание. Девушки разбежались по периметру площадки, выстроившись в круг, а буквально в метре от них земля стала проседать и заполняться водой, оставив лишь островок с беседкой в центре. Я вопросительно уставилась на Тераса.

— Сейчас им нужно будет добраться до беседки по дорогам создательницы, и вот первая, кто доберётся и войдёт внутрь, и будет избранницей…

— И всё? Так просто? Тут плыть метров двадцать пять. Дел-то! — удивилась я.

Правда, мне ещё показалось странным, что девушки поплывут прямо в платьях. Хоть бы в купальники переоделись, что ли…

— Дарина, по дорогам создательницы надо добраться не вплавь.

— А где они? — никаких дорог пока не наблюдалось.

— Сейчас увидишь.

И вправду, как только широкий ров вокруг беседки заполнился водой, из земли, прямо из-под ног участниц, начали расти узловатые корни. Они стремительно тянулись друг к другу и сплетались узлами. Мало того что эти «дороги» были округлые, гнущиеся и бугристые — я бы и шагу не ступила по такой, — так ещё организаторы раздали девушкам шесты с мягкими подушками на концах. В этот момент я заподозрила неладное…

— Неужели?.. — ошарашено выдохнула.

— Да, они могут мешать соперницам, ты не ошиблась, — поймал мою мысль на лету волк. — Зато сильнейшая будет коронована самой создательницей… Ну, если эта сильнейшая будет, конечно.

— А что, может и не быть?

— Лет десять не было достойных.

Хм-м, так это ещё и бабушка надвое сказала насчёт избранницы!

— А чего ты мне тогда весь мозг вынес? — буркнула я, пихнув альфу локтем в бок.

— А того, что у нас раньше и тебя не было. Теперь я уже ничему не удивлюсь.

Раздался сигнал, и участницы, сняв обувь, сделали первый шаг на шаткие дороги Матери создательницы…

.. Зрелище было таким захватывающим и азартным, что я подскочила и подбежала ближе к экрану, чтобы болеть за своих девчонок, не упуская деталей. Я выкрикивала слова поддержки и заламывала руки, а Терас смотрел на меня и тихонько посмеивался. Но мне было пофиг. Я увлеклась.

Мои красотки держались молодчинками! Они ловко уворачивались от ударов соперниц и прыгали по корягам, всё ближе и ближе подбираясь к цели. Свалились в воду уже семь участниц, а мои держались. Мерлине вообще до беседки оставалось метра три, когда справа нависла угроза. Волчицу собралась атаковать орчанка, но Мери этого не видела. Она как раз в тот момент лупила Серебрину по кряжистому тельцу, пытаясь спихнуть в воду.

— Мери, Мери, берегись! — заорала я что есть мочи, а альфа заржал в голос и обнял меня со спины.

— Она тебя не услышит, не старайся. А вообще старайся, мне нравится наблюдать за тобой, когда ты так чем-то увлечена, — сообщил он мне на ухо.

— Отстань, Терас! А-а-а! — мне было очень уютно в его объятьях, но отвлекаться от разворачивающихся событий я не собиралась.

Я уже приготовилась наблюдать, как сбитая подушкой Мери полетит в воду, когда откуда ни возьмись вылетела Лорика и ловким движением шеста отбила удар злоумышленницы орчанки. Зелененькая соперница полетела в ров, а Мери, которая как раз сама только что избавилась от гномочки, развернулась к Ло и, приложив руку к груди, склонила голову. А потом, оглядевшись по сторонам и поняв, что они остались вдвоём, показала лесовине на беседку.

— Что она делает, Терас?

Неужели то, что я думаю?! Неужели гордая волчица уступает победу Лорике?! Глазам не верю! Вот это я называю дружба, благодарность и уважение!

— Спасает свой зад от моего гнева, слава тебе, мать природа! Моей сестре хватило ума не делать глупости.

Тем временем лесовина кивнула оборотнице и беспрепятственно вошла в беседку.

В тот же миг с неба посыпались белые лепестки, раздалась наикрасивейшая трель невидимой птицы. Все замерли, когда из беседки вышла счастливая Лорика в сверкающей короне.

Зрители разразились криками, свистом, топаньем и овациями, а мне вдруг стало страшно. Если от Мери я революционных идей не ожидала, то от Лори… Вот она как раз и могла выдать что-то такое экстраординарное.

И…

Предчувствия меня не обманули.

Королеве праздника преподнесли дары — она благосклонно приняла корзины с подношениями от представителей разных рас. А после клятв в том, что любое желание избранницы Матери природы будет исполнено, Лорике предоставили слово.

— Дорогие жители столицы и всего Элмеза! Сегодня счастливый и важный день в истории нашего мира!.. — лесовина явно готовилась.

У меня вмиг засосало под ложечкой, и я вцепилась в перила, как в спасательный круг. Терас тоже напрягся и стиснул мои локти железной хваткой.

—.. Сама наша создательница природа Мать нашептала мне только что свою волю…

Народ слушал Лорику, затаив дыхание, а её усиленный магией голос летел над парком, как будто действительно божественный глас. Кто-то из зрителей даже слезы утирал от величия момента.

— Она сказала, что пришло время меняться. Что её детям не пристало топтаться на одном месте, и велела отпустить бездушных покоиться с миром, позабыв о старой вражде с людьми. Мать наша природа не просто так послала нам человеческую попаданку! Это знак! Теперь в день прибытия в бухту новых бездушных мы не должны их забирать, мы должны с ними навек проститься и произнести слова прощения.

Что тут началось! Людское море закипело, забурлило, разразилось криками.

— Как же мы без бездушных? — кричали те, кто имел их в своём распоряжении.

— Да исполнится воля создательницы! — противоречили им те, у кого средств на рабов отродясь не было.

— Эту крамолу лесовине внушила человечка! Попаданка — шпионка людей, и послана наслать на Элмез конец света! — а это донеслось из одной из лож.

Кажется, это был голос альфы Грида.

Не знаю, чем бы все закончилось, но внезапно меня оглушило. Грохот раздался такой, что мир дрогнул, и лопнул артефакт, а до меня неумолимо дошло…

Это, друг за другом раздались три оглушительных. взрыва. Я вздрогнула всем телом, от предчувствия катастрофы и если бы не альфа, рухнула бы.

Все вокруг схватились за уши. Кто-то присел, а кто-то упал, а потом парк заполнили крики и звуки прилетающих на артефакты сообщений.

Началась паника.

Боже, мне конец!

— Терас, что происходит?! — спросила я дрожащим голосом.

Волк меня в тот момент уже отпустил и, прочитав пришедшее ему сообщение, что-то быстро писал в своём артефакте.

— То, чего я и боялся. Уничтожено три здания: орден радующих дев, дом общественниц и твой салон, Дарина, — сказал он глухо сквозь зубы, и я, схватившись за сердце, начала оседать на пол. — Останься здесь, а я должен заняться устранением последствий. Без паники, всё решим.

Терас подхватил меня на руки и усадил на диван, а сам вылетел из ложи.

Сидеть в неведении? Нет! Мне надо бежать в мою мастерскую! Боже, я не могла поверить, что её больше нет. Мне нужно было увидеть это своими глазами! Доминус же наложил на меня печати. Мне никто не может навредить! Почему-то все это время я была уверена, что печать защищает и моё имущество тоже…

Нет! Нет! Не может так всё закончиться!

Задышала, пытаясь взять под контроль непослушное, бьющееся в нервном ознобе тело, и как только немного отошла от первого шока, сорвалась с дивана, чтобы помчаться к своему детищу.

Бежала так быстро, как не бегала никогда в жизни. Продиралась сквозь толпу, уворачиваясь от столкновений — откуда только силы взялись?! Но когда добиралась до своей улицы, убедилась все правда, и последние силы резко кончились.

Оперлась рукой о стену ближайшего здания, которое совсем не пострадало и, зажав рукой рот, сквозь слезы наблюдала, как тушат пожар принявшие вторую ипостась огромные оборотни-слоны. Г иганты зачерпывали трехметровыми хоботами из выросших прямо на тротуаре резервуаров воду и поливали, поливали ею всё, что нажито непосильным трудом…

Боже! У меня больше ничего нет. Ни-че-го-шеньки не осталось! Даже сил и желания начинать трепыхаться с нуля. Я закрыла глаза. Не могла больше смотреть на то, как погибает созданное с любовью творение. Даже моему оптимизму и работоспособности есть предел, и он догорал сейчас вместе с моим салоном…

— Дарина, Дариночка, что же теперь будет? — добила меня непонятно откуда подлетевшая Галинь.

Я молчала. Говорить было нечего.

— Дарина! Соберись! Ничего не кончено, пока мы живы! — а это мудрая Веревика попыталась меня взбодрить, но слова её пронеслись мимо моих ушей. Белым шумом.

— Дарина, где же мы будем жить? — голос волчонка срывался, и вот ему удалось до меня достучаться.

Бутя плакал. Это заставило меня вынырнуть из страданий и прижать пацаненка к себе, пытаясь хоть как-то подбодрить. А слов так и не было. Голос будто пропал…

— Домой к нам пойдёте! — отрезала Луиза. Мои работники как-то незаметно оказались рядом. — Никто не посмеет возражать! Мы с отцом сможем за вас постоять…

— Вот она! Держите её! Это попаданка взорвала здания, чтобы установить свой террор!

— послышался противный скрипучий голос и топот ног, а я как-то безразлично отметила, что нас окружают носатые мужики под предводительством главного стервятника Грида.

Усмехнулась. Ну и чушь! Но сил отстаивать себя тоже не было. Я пребывала в странной прострации и наблюдала за всем будто со стороны.

— Что ты мелешь, альфа Грид?! — зато силы и агрессивный настрой были у Мерлины, которая, оказывается, тоже стояла рядом. — Ты, вообще, какое право имеешь кого-то задерживать?

— Заткнись, волчица, твоё место в клане под лавкой! — заявил стервятник, и пока Мери возмущённо сопела и хватала ртом воздух, отдал приказ: — Взять попаданку!

— А ну все прочь! — знакомый рык альфы Тераса прозвучал, когда двое подручных Грида уже схватили меня за руки. — Грид, ты нарываешься…

— Ты растерял разум, Терас! Она тебя одурманила! — закаркал стервятник. — Кто-то должен спасти Ракад и Элмез! — пафосно воскликнул мерзкий альфа, и больше Терас не церемонился.

Раздался треск одежды, и прямо на глазах всего честного народа начальник службы правопорядка обернулся огромным, с меня ростом в холке серебристым волком. Он одним ударом лапы сгреб подчинённых Грида в кучу и отшвырнул метра на три от нас подальше.

— Никто не смеет сомневаться в моей компетентности! Хочешь бросить мне вызов, альфа Грид? Принимай оборот! — голос Тераса в звериной ипостаси звучал грозно, как раскаты грома, и именно он вывел меня из ступора.

Дарина, соберись, тряпка! Я себя больно ущипнула за руку. Правильно говорит Веревика: ты жива, все твои близкие живы — это самое главное. А ещё у тебя есть вон какой защитник. Все будет хорошо!

Я отлипла от стены и встала перед Гридом рядом с Терасом.

— Вы не имеете права обвинять меня без доказательств! Я готова отстаивать свою непричастность в суде!

— Она права, альфа Грид, — неожиданно раздался голос альфы Армина. Огромный филин опустился с неба на тротуар между нами и стервятником. Видимо, судья наблюдал за событиями сверху и вмешался, когда счёл нужным. — Готовь доказательства обвинения, альфа Грид. Ты, альфа Терас, материалы расследования, ну а вы, мадам Дарина — доказательства невиновности.

Глава 36

— Мерлина, Луиза, Бутистан — в поместье клана. Дарина — мне на спину, остальные по домам, — скомандовал альфа Терас, и никому из нас даже в голову не пришло спорить с огромным волком.

Даже мне. Хотя очень хотелось дождаться, пока пожарные полностью потушат пожар, и посмотреть — может, что-то уцелело? Но альфа будто почувствовав моё желание добавил:

— Сейчас тут будет работать бригада следователей. Все, что они найдут, после изучения вернут тебе, Дарина. Забирайся.

Альфа лёг у моих ног, и я влезла на широкую мохнатую спину.

— Спасибо, — буркнула в блестящую, шелковистую шерсть и зарылась в неё носом.

Терас пах собой, а не псиной, и этот знакомый запах меня сейчас немного успокаивал, даря чувство защищённости. Я прикрыла глаза и только уцепилась крепче за шерсть, когда альфа поднялся и сделал первый прыжок.

До поместья клана мы добрались очень быстро. Ещё бы! На четырёх-то громадных лапах! И как только волк вновь опустился на землю перед крыльцом особняка, я с него скатилась и огляделась. Раньше Терас меня в гости не звал, и в какой-то момент любопытство даже победило жуткое чувство утраты.

Четырёхэтажный дом выглядел добротным и богатым. Колонны, высокие двери, панорамные окна, широкие веранды и увитые яркими цветами балконы делали его очень стильным и уютным.

На огромной территории, которую окружала высокая каменная стена, помимо хозяйского особняка стояли одноэтажные коттеджи. Я насчитала шесть штук, но их явно было больше, потому что уходили они на задний двор, который мне от крыльца было не видно. Даже не представляю, сколько тут живёт народу.

— Гретта, проводи мадам Дарину в гостевую спальню, — распорядился альфа пробегавшей мимо юной волчице, а сам в два прыжка скрылся за углом. Вероятно, чтобы вернуться в человеческое тело, но сверкать обнажённым передо мной не хотел. А зря — может быть, это меня сейчас ещё больше отвлекло бы и даже порадовало.

Ну что за мысли? Это точно стресс!

— Пойдёмте, мадам, — девушка осторожно взяла меня за локоть и, открыв тяжёлую дверь, увлекла в дом.

Без Тераса и Мери я не чувствовала себя в нём свободно. Тело пробирал озноб, и я ёжилась. Все время казалось, что за мной наблюдают наложницы альфы. А ведь я даже не знала, сколько их и где они живут. Именно поэтому внутренним интерьером жилища альфы я не интересовалась и предпочитала идти за провожатой быстро и молча.

Гретта привела меня на второй этаж, распахнула дверь просторной, светлой комнаты и, коротко поклонившись, убежала по своим делам. Ну а я, оставшись одна, первым делом направилась в ванную.

Мое отражение заставило в ужасе шарахнуться от зеркала: чёрные дорожки туши, размазанные стрелки и осыпавшиеся тени превратили меня в настоящее страшилище. Бедный Терас! А хотя он меня такой уже видел. Ещё в мой первый день на Элмезе. Ему не привыкать.

Тщательно умылась — закрепленный средством Веревики макияж без специальной умывалки снять было сложно, пришлось проделать процедуру трижды, прежде чем результат меня удовлетворил, и я смогла вернуться в комнату. Собралась подумать, что теперь делать, но планы нарушил стук — Терас успел переодеться и пришел ко мне.

— Дарина, хочу, чтобы ты знала: я не дам тебя в обиду, — заявил альфа с порога, а потом обнял меня и прижал к груди, — в моём доме ничего не бойся и спокойно отдыхай.

Сейчас к тебе поднимется Мерлина с ужином, ну а я должен идти работать.

— Дождусь тебя с новостями, — шепнула ему в плечо. Я так и стояла в его руках и, когда услышала вздох, поспешила добавить: — Я не смогу уснуть… но ты же не думаешь, что я причастна к этим взрывам?

— Конечно, нет. Больше скажу: альфа Грид тоже так не думает…

— А зачем тогда…

— Подорвать репутацию. Лишить народной любви, сделать твои идеи менее популярными, а возможно и найти причину не выполнить желание избранницы. В общем, ложись спать и не жди меня, я должен всё расследовать к завтрашнему суду.

— К завтрашнему?! Так быстро?!

Хотя пора бы уже привыкнуть к тому, что у них на Элмезе всё делается быстро.

— Ну а что тянуть? Расследование займёт несколько часов. У нас не бывает нераскрытых дел, поэтому преступника ловить не придётся. А какой из этого вывод?

— Действовал смертник?

— Скорее всего. Ладно, пора бежать. Завтра расскажу.

За дверью раздался голос Мери, позвякивание посуды, ещё чьей-то голос, и Терас, прижавшись на мгновенье губами к моему виску, вышел из комнаты, запустив сестру и помогавшую ей донести ужин женщину.

Есть совершенно не хотелось, но хитрая волчица напоила меня волшебным чаем, и буквально через десять минут я за обе щеки уплетала жареное мясо с овощами и молола языком что попало. То ли это был адреналиновый откат, то ли в напитке подмешан какой-то расслабляющий дурман — что вероятнее, но благодаря ему тиски, сжимавшие сердце, ослабли, дышать стало легче, слёзы уже не застилали глаза, подступая в самый неподходящий момент, и за это я испытывала к Мери искреннюю благодарность.

— Ну и хорошо, что ты теперь будешь жить у нас, — говорила Мери излишне восторженно.

Помощница тоже не раз приложилась к чайку.

— Кстати, а как это получилось? Ну жить у вас. Мне же нельзя помогать.

— А, так это не помощь. Ты тут либо как подследственная, либо как невеста моего брата.

Не-е-ет, точно не невеста.

— А зря! Тогда бы за салон не нужно было волноваться. Если выйдешь замуж за Тераса, он тебе три салона откроет, пять, десять… Да сколько захочешь! Мой брат богатый.

— Нет, Мери, я так не хочу. Я не выйду замуж только потому, что так сложились обстоятельства, — пьяненько пыталась донести до юной волчицы свою позицию.

Безрезультатно.

— Я не понимаю, Дарина, какая разница? Он тебя любит…

Пф-ф — булькнула я на это в кружку.

— ты тоже к нему не равнодушна. Я точно знаю! Что ещё надо?

— Любовь, романтика, красивые ухаживания, признания под луной, — созналась я как на духу, — ничего этого твой брат мне и не думает давать.

Хотя защита и поддержка, которую он мне сегодня оказал, гораздо дороже.

— А расскажи, как в твоём мире это происходит, — попросила Мери, и мы перебрались на кровать.

Я рассказала волчице сцены из земных романтических фильмов и книг…

Не знаю, сколько это продолжалось, но вскоре я сама не заметила, как отключилась.

А проснулась утром, завернутая в пушистый плед, от ощущения чужого взгляда.

— Не хотел тебя будить, но пора вставать — через полтора часа нас ждут в суде, — сказал Терас, когда я открыла глаза, и погладил меня по голове.

Он сидел, откинувшись на подушки, забравшись с ногами на мою кровать, как будто так и надо. Выглядел свежим и полным сил. Я даже немного смутилась.

— А ты спал? Что удалось узнать? — поспешила заговорить о деле, чтобы сгладить неловкость.

— Нет, не спал, но я без проблем обхожусь без сна до трех суток, — ответил Терас и, легко соскочив с кровати, подал мне руку. — Ну а преступление раскрыто. Собирайся, я все расскажу за завтраком и по дороге в суд. Портниха Милинь прислала новое платье, а сапожник — туфли и сумку.

Зачем мне сумка, если складывать в неё больше нечего? Непонятно. Но все равно приятно, сразу потеплело на душе. Эти маленькие знаки внимания и поддержки от моих знакомых придали сил.

Я подала руку альфе и, поднявшись с кровати, отправилась в ванную.

Быстро умылась, заплела косу, надела строгое синее платье с белым воротничком — Милинь явно приготовила мне его для похода в суд, — темные туфли на небольшом каблуке и вернулась в комнату.

— Как тебе это удаётся, Дарина? — выпалил Терас, уставившись на меня во все глаза.

— Что именно? — полет его мысли я не уловила.

— Оставаться такой… А, ладно, неважно. Это магия красоты, да?

Я тихонько рассмеялась. Тарас совершенно не умеет делать комплименты и признания, но эти нелепые попытки и случайно оброненные слова моему сердцу гораздо милее отточенных фраз, звучащих из уст того же Доминуса.

По дороге в столовую нам никто не встретился. Внутри просторного зала с длинным обеденным столом и рядами стульев тоже никого не было. Альфа усадил меня во главу стола и сам уселся рядом. Он открыл крышку блюда и, положив мне на тарелку пышущий жаром воздушный омлет, налил чай. По запаху — «Бодрость».

Какой гостеприимный хозяин! Любо-дорого взглянуть, но любопытство моё было сильнее голода, поэтому я немедля начала расспросы.

— Что-то уцелело? Удалось узнать, кто совершил теракты? Как мне вести себя на суде и как отстаивать свои права?

— Ты можешь выйти за меня замуж прямо сейчас и вообще не ходить на заседание суда.

Я сам со всем разберусь, — между делом предложил Терас. — Я бы хотел оставить тебя дома и не возить в суд, но если ты не моя жена, это противозаконно…

— Нет, Терас. Я не хочу выходить так замуж, пойми…

— Я понимаю, но массаж-то я заслужил? Как только восстановишь салон, примешь меня?

— А я смогу восстановить салон? — спросила, затаив дыхание. — Что-то от него осталось?

— Мои ребята собрали все, что уцелело, потом посмотришь. Ну а в том, что ты сможешь поднять свое дело ещё раз, я вообще не сомневаюсь.

— Но кто это сделал? Альфа Грид?

— Думаю, он замешан, но косвенно. Доказать его вину не получится. Здания взорвала монахиня — бывшая общественница из каменных троллей. Она подложила взрывающие артефакты вчера утром и активировала во время праздника, когда услышала желание лесовины.

Я отчётливо вспомнила, как вчера к нам в салон приходила высокая страшная женщина-тролль в орденском одеянии. Она недолго изучала прайс, попытала Лорику, какие можно сделать процедуры, и ушла. Никаких конфликтов у нас с ней не было.

— Но что мы ей сделали? — удивилась я. — Её удалось допросить?

— Нет, не удалось, она ушла в камень. Тролли, когда хотят закончить свой жизненный путь, становятся каменными статуями. Мы обнаружили монахиню у уничтоженного здания ордена с каменной скрижалью в руках. Там она написала, почему это сделала.

— Почему? — прошептала я.

Это так страшно, когда кто-то добровольно обрывает свою жизнь. А ещё страшнее, если обвиняет в этом тебя. У меня внутри всё похолодело.

— Написала, что жизнь обошлась с ней несправедливо, раскрыв тайну Матери природы лишь в старости, когда менять что-либо поздно. Написала, что никому не желает смерти, и что специально провела свой акт, когда здания пустовали. Совершила это лишь для того, чтобы привлечь всеобщее внимание к проблемам общественниц. А ещё просит у тебя прощения и верит в то, что мастерская красоты восстанет из пепла, чтобы делать молодых девушек, которым не повезло от рождения быть красавицами, такими с твоей помощью.

— Какой кошмар, Терас! То есть сейчас меня могут обвинить в сговоре с террористкой?

— Скорее всего, Грид будет именно на это давить, но не волнуйся, у него ничего не выйдет, — волк глянул на часы, — если закончила, то пойдём. Время.

Глава 37

Здание суда располагалось на центральной площади — это я помнила ещё с первого посещения собрания альф. Добирались мы до него на повозке минут десять, и всю дорогу Терас убеждал меня не нервничать и довериться ему. Вошли через массивные двери в мрачный холл, а оттуда поднялись по гулкой лестнице в зал, где нас уже дожидался судья, обвинитель и присяжные — тот же совет альф, но зрителей из важных представителей других рас сегодня на заседании не было.

Альфа волков усадил меня в центре зала на огороженную деревянными резными рейками скамейку, а сам встал за спиной.

— Приступайте, альфа Грид, — дал отмашку филин стервятнику, и заседание началось…

Все происходило ровно так, как и предрекал Терас: альфа Грид обвинил меня в том, что я установила влияние над монахиней, которая совершила теракты. Так же я установила влияние и над лесовиной, которая по моему наущению замахнулась на святое — бездушных. Он сверкал на меня глазами и призывал отдать отродье — меня то есть — ему. Лесовину лишить звания избранницы и венца, забыть про её желание и сослать из столицы в степи на сбор трав.

Терас, слушая всё это, дышал за моей спиной шумно и иногда тихонечко рычал. Остальные альфы слушали внимательно. После того как обвинитель высказался, слово почему-то передали подсудимому — мне, а не защитнику. Ну, видимо, у них именно так проходит суд.

Я поднялась, прочистила горло и совершенно спокойно принялась защищать свою честь.

— Уважаемые альфы, это всё бездоказательные домыслы, — сказала я и оглядела присяжных, чтобы бегло прикинуть, кто из них на моей стороне. Пока выводы сделать было сложно. Разве что Доминус и альфа медведей смотрели на меня с любопытством, без презрения, — уверяю вас, что с представительницей ордена знакомы мы не были. Я видела даму в салоне накануне взрывов, но даже не разговаривала. Да и вообще, какая мне выгода из разрушения «Мастерской красоты»? Сами подумайте, это нелогично. Мало того, что я лишилась крыши над головой, оборудования, так и ещё всего того, что осталось у меня из напоминаний о доме. Вы думаете, я так одержима революционными идеями, что готова всего лишиться?

— А это не так, мадам Дарина? Откуда-то ведь ваша помощница взяла идею отпустить бездушных, — альфа Армин задал вопрос, которого я ожидала.

— Признаюсь, идея моя, и я ею с вами поделюсь, — обвела всех взглядом и оперлась на свой заборчик. — Я думаю, что бездушные — это ваше наказание и тормоз в развитии мира. Из-за них у вас царит безработица среди живых членов общества, а также существует множество других, мешающих экономическому прогрессу вещей. Например, если бы их не было, а их работа не считалась бы недостойной, многие из живых могли бы себя обеспечивать, работая помощниками по хозяйству. У меня много мыслей на этот счёт, но сейчас мы не об этом. Я хочу вас заверить, что никогда не подговаривала Лорику участвовать в состязаниях за венец, и уж тем более не вкладывала ей в голову своё желание. Я просто рассуждала при лесовине вслух…

— Все ваши рассуждения опасны! Мы совершили ошибку, дав вам свободу и возможность открыть свое дело, — опять закаркал Грид, — вы ничего не смыслите в наших порядках! И, уважаемое собрание, я требую полной изоляции попаданки.

Мне совсем не нравилось происходящее и как многие из альф на меня поглядывают. Но Терас сказал ему верить, и я верила.

— Погодите, альфа Грид. Как вы правильно заметили, я плохо разбираюсь в ваших традициях. Разве избраннице не нашёптывает свою волю Мать природа? — ехидно спросила я.

Достали что-то.

— Ну а теперь слово вам, уважаемый альфа, начальник ведомства правопорядка, — прервал филин мою речь и, показав жестом нам со стервятником сесть и помолчать, призвал к ответу Тераса.

— У меня нет вопросов к мадам попаданке, а вот к альфе Гриду есть, — волк подошёл к столу обвинителя и навис над стервятником. — Скажите, альфа, с какой целью вы встречались с совершившей взрывы монахиней Дудушей в среду на прошлой неделе и вчера в шесть утра в сером районе каменных троллей?

Стервятник вскочил.

— На что вы намекаете, альфа? Я не скрываю, что был знаком с монахиней Дудушей. Я знаю её много лет и много лет поддерживаю. В те разы, о которых вы упоминаете, я передавал пожертвования ордену…

— Ну так вот. У меня есть основания предполагать, что это вы оказали на неё влияние, а не мадам.

Но у вас нет доказательств!

— Как и у вас. Но зато у меня есть доказательства того, что мадам Дарина — посланница Матери природы. Поэтому я склонен считать, что то, что она говорит — есть воля создательницы. Позвольте пригласить первого свидетеля?

— Просим вас, альфа, — немного ошарашено позволил судья.

Двери открылись, и в зал вошёл капитан Альтзаир. Мы с ним не общались, но я знала, что половинчатый за мной наблюдал. Думала, что он охраняет инвестиции, а ему, оказывается, есть что сказать. Надо же…

— Я отказываюсь от трёхсот элимов, которые мне должна выплатить попаданка, и хочу преклонить перед ней как перед посланницей Матери природы колено, — заявил капитан и плюхнулся на пол перед скамьей подсудимых, а потом оглянулся на присяжных и сказал для них: — Она вылечила половинчатого и сделала его полноценным оборотнем, считаю отныне каждое её слово законом.

Зал выдохнул и зашумел, а Терас, перекрикивая их, пригласил следующего свидетеля — Бутистана.

Волчонок вышел в центр не робея, держался прямо и говорил без запинки.

— Мадам меня лечила весь месяц. Сегодня ночью я был в Лунной долине во второй раз, и вот…

Мелкий спокойно разделся и на глазах собрания альф обернулся хорошеньким сереньким волчонком, а потом вернулся в человеческую ипостась, оделся и подошёл ко мне. Я потрепала его по модной стрижке и чмокнула в висок, глотая слёзы радости.

— Бутя, спасибо, родной! Ты ради меня преодолел страх и решился на повторный ритуал? Ты такой храбрый!

— Для тебя я и не такое сделаю…

Ох, сердце застучало от счастья! И за Бутю, и за то, что у меня есть такой преданный маленький друг.

— Это правда, мадам Дарина? — судья даже привстал со своего места.

— Да, я вижу магические каналы и умею латать разрывы в магической сетке, — сообщила я гордо, справившись с эмоциями.

Не стала больше скрывать свой дар. У Бути всё получилось — значит, и у других получится.

Ох и что тут началось! Про обвинения альфы разом забыли, но вспомнили о том, какая я завидная невеста и что такой великий дар — бесхозный. Хотели опять выдать замуж, поскольку денег у меня нет, а без них мне совсем никак нельзя, но Терас вновь открыл двери, и в зал хлынула волна моих знакомых. Всех тех, с кем я когда-либо сотрудничала. Искусники, строители, Скрул, Мелинь, бобры-мебельщики, сапожник, Веревика, Жаринь

— все пришли ко мне на помощь и принесли деньги на восстановление бизнеса.

Это было так замечательно! Я почувствовала себя такой важной и значимой в тот момент, что даже в глазах потемнело.

— Вы не можете помочь мадам Дарине, на ней ведь печати, — напомнил председатель Доминус.

— А мы и не помогаем. Лично я спасаю свой будущий доход и инвестирую в «мастерскую красоты», — возразил ему, сказав за всех Скрул, и денежки полились в не пойми откуда взявшуюся рядом со мной большую металлическую шкатулку.

Я глазам и ушам не верила! А ещё у меня так билось сердце, и в горле застрял комок, что я не могла вымолвить слова благодарности. Просто стояла и глупо улыбалась.

Какие же они всё-таки все хорошие, мои друзья! Возможно, теперь у меня и получится восстановить салон… Хоть бы хватило средств…

— Минуточку внимания, прошу прощения за опоздание, — разрезал гомон новый голос

— в зал вошёл дельфин, директор исследовательского института Океанус. Ого! А он что тут делает? — Я только что прибыл из Скола по чрезвычайно важному делу и узнал, что могу найти мадам Дарину здесь.

Дельфин огляделся и, заметив меня на скамье подсудимых, нахмурился.

— Да-да, уважаемый профессор. Заседание подходит к концу, и буквально через час вы сможете решить с мадам попаданкой все свои дела, — очень уважительно ответил дельфину филин.

— Не знаю, что тут у вас происходит, но, думаю, уважаемые альфы, вам тоже важно будет узнать, какое у меня к мадам Дарине дело.

— Внимательно вас слушаем, профессор.

— Мадам, — дельфин встал предо мной, повернувшись спиной к присяжным, — нам удалось зарядить и включить ваш артефакт под названием «мобильный телефон», и мы готовы заплатить вам десять тысяч элимов за консультацию.

— Это правда?! — воскликнула я и прижала руки к груди.

Какое счастье! Там ведь есть фотографии, и музыка, и вообще много чего. Мне не терпелось заполучить своё сокровище в руки хоть на минуточку.

— Нам нужно, чтобы вы объяснили нам правила игр. Моим сотрудникам не удалось расшифровать символы, на которых написаны инструкции к ним…

— Без проблем, профессор! — с радостью согласилась я.

Аллилуйя! Спасибо тебе, Мать природа! Теперь-то уж я точно все восстановлю, а может, даже сразу два салона открою!

Глава 38

— Ну, это все меняет, — был вынужден признать председатель Доминус, — обсуждать больше нечего. Объявляйте решение суда, альфа Армин, и голосование по нему.

— Суд решил: мадам Дарина полностью оправдана!.. — без паузы заявил филин.

Он даже не отправился чайку попить, типа объявляется перерыв, суд удаляется на совещание… Люблю Элмез за скорость, с которой местные жители вершат абсолютно все дела.

— А в свете последней информации о том, что попаданка наделена уникальным даром исцелять половинчатых, постановляю признать её посланницей создательницы и выполнить волю великой Матери природы, совершив ритуал прощения людей. Он состоится через четыре дня на берегах озера Забвения в час, когда водопад принесёт нам новые лодки с бездушными. Прошу голосовать.

Альфы потянулись к письменным принадлежностям и быстренько изъявили на листочках свою волю. Помощник судьи, собрав бумажки в вазу, передал их шефу, а тот, высыпав результаты голосования на стол, развернул каждую, прочёл и встал.

— Большинством голосов принято. Суд окончен.

Обалдеть!

— Погодите, альфа Армин! — окликнула я филина. Ну просто невозможно успеть за их скоростями! Я чуть не упустила важный момент. — А можно теперь с меня снять печати? Хотя бы ту, что запрещает желающим мне помогать.

— Не думаю, мадам Дарина, что это будет мудрым решением с вашей стороны. С запретом на оказание безвозмездной помощи уйдёт и защита.

— Понятно, благодарю за разъяснения. — Ну и ладно, прорвёмся. Но уйти просто так я всё равно бы не смогла. Душа требовала отблагодарить всех, кто, найдя способ обойти запрет, пришёл сегодня мне на выручку. — Дорогие друзья! — обратилась я к ним. — Приглашаю вас в таверну к Жариню. Я хочу немедленно дать вам всем клятвы о сотрудничестве и объяснить, как планирую дальше вести совместный взаимовыгодный бизнес.

— Мадам Дарина, одну минуточку, — профессор тронул меня за локоть.

— Вы тоже приглашены, уважаемый директор Океанус.

— К сожалению, у меня кое-какие дела в столице, и я не смогу к вам присоединиться. Поэтому должен предупредить: мы с вами вылетаем в Скол завтра на рассвете. Будьте у скоростной платформы к шести.

Терас, который не отходил от меня ни на шаг, невольно сжал мой локоть. Да-да, я тоже не планировала никаких поездок.

— Ох! Я думала, мы все решим здесь, на месте…

— К сожалению, нет. Батарея для вашего прибора слишком велика, перевозить её нереально. Вам придётся отправиться со мной, но не волнуйтесь! Ко дню прощения вы обязательно вернётесь в Ракад.

Я заверила дельфина, что непременно буду и, подхватив шкатулку с пожертвованиями, собралась уже присоединиться к друзьям, которые ждали нас с Терасом на выходе из зала суда, но тут в двери вошли представители каменных троллей.

— Мы опоздали? — прогрохотал самый мощный из них.

— Смотря куда, Халок, — ответил ему Терас.

— Мы уже взяли на себя обязательства по восстановлению ордена и дома развлечений, спешили сообщить попаданке, что выстроим здание и её заведения за свой счёт. Община троллей стремится загладить вину и смыть позор, нанесённые нашей сестрой.

Вообще отлично!

— А, ну тогда вам с нами, — улыбнулась я трём глыбам и махнула рукой на выход.

Пригласила я к нам присоединиться и капитана Альтзаира. Его я поймала уже на крыльце, когда мрачная фигура в неизменном чёрном плаще собиралась отделиться от коллектива.

— Капитан, я хотела вас поблагодарить и предложить помощь, — сказала, заглянув под капюшон. — Я не знаю, получится ли у меня вылечить вас, всё-таки Бутистан недавно заболел, а в вашем случае я понятия не имею как сработает… В общем, попробовать стоит. Приходите ко мне на массаж, как только салон восстановят.

— Спасибо, мадам. Я приду.

Терас, конечно, рычал и скрипел зубами, но я ему позже объясню, что массаж — это в первую очередь лечебная процедура, а я никому не собираюсь отказывать в помощи.

* * *

В трактире было весело! Таких продуктивных посиделок у меня никогда в жизни не было! Жаринь выдал мне бумагу и письменные принадлежности — тут я украдкой вздохнула о погибшей в огне ручке, — и я принялась выводить палочкой чертёж нового здания под салон.

Скрул был совершенно не против такого самоуправства, что и неудивительно, ведь на первом этаже я решила сделать настоящий бьюти-маркет, где будут продаваться и его изделия: шпильки, заколки, бижутерию, щипцы для завивки и прочие необходимые дамам штуки.

Остальных ремесленников я тоже не обидела. Будет у меня и отдел одежды, где Милинь сможет продавать готовые платья. Фее я рассказала о массовом пошиве одежды разных размеров и убедила, что это выгодное дело. В обувном отделе же будут продаваться готовые туфли. Ну и косметику от Веревики, так же как коклюшки бобров, я планировала пустить в массовую продажу.

Тролли обещали поставить коробку нового салона за день, но самое главное, что я от них получила — ещё одно здание, которое каменные решили мне передать в аренду на пятьдесят лет за сущие копейки. Его мы, кстати, посмотрели, как только вышли из суда. Ещё до посиделок. Строение располагалось в самом начале Серой улицы, почти в центре! А главное, с противоположной от парка стороны площади — то, что нужно! Салоны должны существовать в разных районах города — для большего удобства клиентов. Раньше у троллей в особняке размещался музей камня, а совсем недавно он переехал ближе к рынку в более просторное помещение, и бывшее пустовало.

—.. Мы как раз искали приличных арендаторов, мадам Дарина. А раз вы хотите расширяться, готовы вам помочь в качестве благодарности за то, что вы не переносите вину на всех каменных троллей, — объяснил свою доброту Халок.

— Ну что вы, как можно?!

— Ещё как! С тем влиянием, которое вы вскоре обретете, вы бы могли нас уничтожить, а вы, наоборот, согласились предоставить рабочие места нашим дамам.

— Но только после обучения — напоминаю!

Кстати, обе школы я решила сделать именно в бывшем музее. Здание его хоть и двухэтажное, но с огромным подвалом. Там раньше хранились экспонаты, но сейчас я подумала, что именно в нём хватит места и на два класса, и на СПА.

Ну и квартиру себе я решила сделать тоже на Серой улице. Уже настоящую. С кухней и другими необходимыми для жизни помещениями.

За обсуждением чертежей и планов мы засиделись допоздна. Ну а когда все задания и ценные указания были розданы и мои помощники заверили, что за всем проследят, пришла пора задуматься о ночлеге. Я собиралась в гостиницу, но Терас не пустил.

— Тебе не понравилось в моем доме? — спросил он на ушко.

— Понравилось, но я ведь теперь не под стражей. Разве ты можешь меня приютить безвозмездно?

— Кто говорит о безвозмездно? Я получу за это свой массаж, если ты не устала, конечно…

Я не устала. Наоборот, энергия из меня била ключом. Такой насыщенный событиями день настолько возбудил нервную систему, что я опасалась не уснуть. А может, массаж, вернее, то к чему он обязательно приведёт, меня успокоит и расслабит? Ох, было бы круто, конечно, но и опасно. Терас меня точно из своих цепких лап не выпустит, если мы станем близки.

— Лица если только, — приняла я волевое решение.

— Прекрасно. А ещё мои ребята доставили в особняк уцелевшие вещи.

— Ох. С этого и надо было начинать, Терас! Идём скорее!

До поместья, к счастью, добирались в повозке. Пешком бы я точно сорвалась на бег — так не терпелось посмотреть на спасённое имущество.

А в гостиной трясущимися руками открывала крышку единственной коробки — после взрыва уцелело немногое, только то, что сделано из металла. Спасибо волкам, что очистили все от копоти, и теперь я могла подержать в руках свои сокровища.

В коробке лежала вся выручка и сбережения — сто семь элимов и шестьсот три элика — вернули всё до копейки. Пинцеты, ножницы, расчески, артефакты нагревания воды, а главное — мои земные монетки! Дестончик, пятак и двушка блестели как новенькие, и, сжав их в ладони, я почувствовала себя счастливой — это ведь последнее напоминание о доме и Земле.

— А ещё, Дарина, мне доложили, что твой СПА почти не пострадал, — сказал Терас, заметив что я плачу, — яма спасла. Его только засыпало хорошо. Не плачь, всё ведь восстановим.

— Я от счастья, Терас. Ты не представляешь, как я рада!

— Представляю. Почему-то, когда ты рада, рад и я. — Он вытер мои слёзы большими пальцами и, заглянув в глаза, спросил с еле сдерживаемым предвкушением: — Идём делать мне массаж? Что мне для этого надо?

Мне захотелось рассмеяться, но я сдержалась и только хитро ему улыбнулась.

— Побриться надо. А ещё возьми у Мери увлажняющую маску…

.. Пока волк готовился, готовилась и я. Приняла душ, надела пижаму — фея мне утром не только платье передала, но и одежду для сна. Такая умничка!

Приготовила рабочее место: уложу альфу на кровать головой в ноги, а сама сяду на пуфик, от греха подальше. Всё сделав, я принялась медитировать. Почему-то даже такая простая процедура, как массаж лица, в случае с Терасом меня жутко волновала. В голову лезли непристойные картинки, и дыхание сбивалось.

Только удалось себе внушить, что я профи и справлюсь, как явился альфа в домашнем… Уф-ф-ф!

Свободные тонкие брюки и майка ну вот вообще никак мне задачу не облегчали и, естественно, массаж лица о-очень быстро перерос в наш первый поцелуй — не успела я сделать лёгкие поглаживания, те, во время которых руки переходят с лица на горло, затем на грудь, а потом на плечи и заднюю поверхность шеи, как Терас их перехватил, потянулся и коснулся моих губ своими.

Наверное, потому что этот поцелуй был долгожданным, он стал для меня откровением. Я в нем совершенно растворилась и потерялась. Язык расшалился, а освобождённые руки отправились гулять по мощной груди альфы. Но надолго они там не задержались. Их тянуло всё ниже и ниже. они гладил всё, до чего доставали, гладили, и я уже была на все согласна. С дрожью возбуждения предвкушала приятности, наполненные множественными фейерверками, когда волчище, этот коварный искуситель, разорвал поцелуй! и, сверкая затуманенными страстью глазами, произнёс севшим голосом:

— Я порядочный волк, Дарина. Я глава клана и должен подавать своим подданным пример. Всё остальное после свадьбы…

— Ах ты, динамо! — я не сдержалась и стукнула его кулаком по плечу.

— Не знаю, что это, но как только ты вернёшься и пройдёт день прощения, я начну за тобой правильно ухаживать, — заявил он, и я ахнула! Ну, Мери, ну, стукачка! Когда только успела все доложить?! — Мы будем гулять, тебя ждут подарки, кстати, возьми с собой в Скол первый из них — артефакт для молний. Потом я буду устраивать тебе сюрпризы и совершать подвиги. Видишь, первый я совершил только что…

— Да ну тебя! — хотела бы я надуться, но у меня не выходило. Я просто представила себе подвиги и романтику от волка и приготовилась долго смеяться. — Раз так, давай спать. Уходи, массаж окончен. Надеюсь, моего поцелуя хватит в уплату ночлега.

— Сполна. Но нет, я останусь с тобой.

— С наложницами своими спи, — буркнула и отвернулась.

— Дарина, их нет в поместье, я их давно отправил на побережье, — утешил Терас и пристроился сзади.

Ну а дальше после недолгих препирательств мы играли в пионерский лагерь. То есть изображали из себя детей, которые спят вповалку одетые в каком-нибудь походе.

Как ни странно, но уснула в объятьях Тераса быстро, да и спала отлично.

А утром он отвёз меня на вокзал. Сдал дельфину с рук на руки и, поцеловав на прощание в щеку, велел написать сразу же, как доберусь до Скола.

Да, аппарат для молний я от него в подарок всё же приняла.

Глава 39

Прекрасный, дивный Скол, в котором я мечтала остаться ещё какой-то месяц назад, в эти три дня показался уже не таким заманчивым местом жительства. И это совершенно не потому что тут стало менее красиво, и не потому что дельфины оказались негостеприимными.

Напротив! Меня поселили в изумительном прибрежном отеле, кормили изысканными блюдами, развлекали и занимали множеством дел, но я рвалась в Ракад всей душой.

За очень короткий срок столица стала мне родным домом, а сотрудники салона, как и клиенты — самыми близкими существами на свете.

И Терас… По волку я тоже скучала и очень хотела получить поскорее его обещанные ухаживания. Если бы не обмен молниями, я бы вообще с трудом выдержала командировку, а так удавалось крепиться.

Директор Океанус привёз меня в НИИ прямо в первый день с вокзала, и мы приступили к делам, не теряя времени. Мой мобильный был прикован к батарее, размером с небольшую комнату, и отрывать его от источника питания было никак нельзя. Работать пришлось стоя. Я открывала родные приложения и как могла объясняла сотрудникам, для чего они нужны. Конечно, большая часть из них на Элмезе не имела никакого смысла. Например, фотошоп. До обработки работ искусников он никак не дотягивал, а обычные фото, которые я сделала на земную камеру, учёных не впечатлили.

Или мобильный банк. На кой он им без интернета?

Вот музыка дельфинов заинтересовала — я быстро научила их включать плеер и переключать мелодии. Но самый большой интерес вызвали игры.

Их у меня в телефоне было немного. Несколько карточных, тетрис, гольф и шарики. Но даже их хватило, чтобы в оставшееся время командировки я с утра до вечера обучала дельфинов правилам.

Суть телефонной игры в гольф я объяснила быстро. Но с переносом его в реальность дело обстояло сложнее. А играми учёные интересовались именно с целью воплотить их в жизнь и разнообразить досуг местных жителей. Я тонкостями настоящего гольфа не владела. Знала только, что ездят игроки на маленьких машинках, а специально обученные мальчики подают им разные клюшки — это всё и рассказала. Учёные взяли игру в разработку, собираясь проводить эксперименты в ближайшее время.

Зато с карточными играми дело обстояло гораздо проще. Я даже рассказала дельфинам о казино и рулетке. Естественно, не забыв предупредить о такой опасности как игромания. Болезнь учёных не испугала, они меня клятвенно заверили, что элмезцам зависимость не грозит. Я им поверила и только потом взялась обучать игре в дурака, покер, тысячу и раскладывать косынку.

—.. Стоя вокруг аппарата мы с вами ничему не научимся, уважаемые. Мы должны разместиться за столом. И ещё мне нужна настоящая колода, — заявила я вечером первого дня.

— Сделаем и завтра утром приступим, — заверил профессор.

Директор Океанус кликнул местных искусников, и уже утром второго дня у меня в распоряжении оказались три колоды превосходно выполненных карт.

В общем, всю остальную командировку мы резались в картишки и прекрасно проводили время, но домой все равно хотелось страшно.

Поэтому вечерами я не гуляла по Сколу, а, сидя на балконе и любуясь закатом, строчила всем своим молнии. Лори, Мери и остальные девочки заверяли меня что строительство, ремонт и оборудование салонов идёт полным ходом. Новые «Мастерские красоты» будут гораздо краше и комфортнее разрушенного. Что к моему приезду работы будут завершены, и уже сейчас нужно продумывать программу обучения специалистов.

Умнички подбадривали меня изо всех сил.

А у меня аж всё зудело от нетерпения после их сообщений. Ох, как я теперь развернусь! А бьюти-маркет как радовал! Я перед сном перебирала в голове, чего бы ещё такого нового придумать на продажу…

А засыпала с мыслями об альфе. Терас писать романтические послания совершенно не умел. Его молнии выглядели примерно так:

«Ты долго, Дарина, сколько можно их учить?».

Или: «Они учёные или кто? Чем вы там занимаетесь?».

А ещё вот: «Поговорил с наложницами. Всё объяснил. Они согласны разорвать договор, если ты дашь им профессию, а я открою каждой личное дело».

А девушки не промах! Уважаю! Здоровая конкуренция ещё никому не вредила, поэтому на ту молнию я ответила:

«Без проблем, Терас. Научу их всему, что знаю».

«Как будешь выезжать — напиши, я встречу» — эта молния прилетела накануне отъезда из Скола, и, конечно же, я написала.

А теперь подлетала к вокзалу Ракада с замирающим сердцем. Все-таки я сильно скучала…

Альфа встречал меня на перроне. Подхватив на выходе из повозки, он прижал меня к себе и закружил. Ого! Это его Мери научила? Но какая разница? Лучше не гадать. Потому что в любом случае этот порыв был очень волнительным. Вообще, в ночь прощания перед Сколом или в самой командировке во мне как будто переключился какой-то тумблер, сдерживающий желания и чувства. Мне было хорошо с Терасом. С ним я чувствовала себя защищенной. Волк мне очень нравился, и я больше не видела причин его отталкивать. Особенно после того, как Терас показал, что готов прислушиваться к моим пожеланием и искать компромисс. Теперь я точно знала, что он не станет посягать на мою свободу, работу и принуждать рожать толпу наследников.

— Мне тебя не хватало, попаданка, — шепнул альфа и, прикоснувшись к виску губами, опустил на землю, — деньги заплатили?

— Ну конечно же, как иначе?

— Хорошо. Тогда поехали на объекты. Пора принимать работу и расплачиваться с мастерами.

Новая мастерская красоты возле парка с виду от погибшей не отличалась, разве что панорамные окна стали шире и превратились в витрины. Позже я выставлю туда манекены. А вот изнутри…

Согласно моим корявым чертежам, там сделали полную перепланировку. Теперь вместо гостиной клиентки первым делом попадали в магазин. В первом на Элмезе бьюти-маркете их будут встречать обученные продавцы-консультанты. И провожать, кстати, тоже. Никто не уйдёт от нас с пустыми руками! Пока полки магазина пустовали, но это ненадолго.

— Дарина, — воскликнула Галинь, как только я вошла в двери, — мы так скучали! А ещё привозят товар, и мы не знаем, как его правильно расставить…

Боже, это такое счастье! Я не смогла сдержаться и счастливо рассмеялась. В порыве даже крепко обняла феечку.

— Я тоже очень скучала! Всё сделаем, дай только оглядеться!

Второй выход из магазина вёл в гостиную салона со стойкой администратора, а оттуда в парикмахерский зал. Кабинеты маникюра и косметологии перенесли на второй этаж на место моего бывшего жилья. Из служебных помещений там же разместили санузел, раздевалку и комнату отдыха для сотрудников с кухней. Не изменился лишь СПА-кабинет, который очистили от копоти и привели в порядок.

До того, как салон начнет вновь принимать клиентов, оставались лишь мелкие штрихи. Это настоящее чудо!

Ну а второй салон вообще заставил меня плакать. Ожившая мечта и полное воплощение фантазий ждали меня на Серой улице. Парикмахерский зал вышел небольшим — всего на два кресла — и расположился на первом этаже. Там же маникюрный, косметология, комната отдыха, санузел, раздевалка и склад. А на цоколе разместили два просторных класса с доской и партами. На учебных столах гордо красовались заказанные мной болванки голов, украшенных искусственными волосами — всё как я просила. На них мы будем учить специалистов делать стрижки и причёски.

Осталось место в подвале и для СПА. Кстати, ещё один парогенератор доставят на днях. Изумительно!

Но больше всего меня порадовал второй этаж, который полностью стал моим личным. Уютная светлая квартира, оборудованная по последнему слову магической артифакторики Элмеза, заворожила сразу и навсегда. Теперь у меня есть своя кухня с плитой и духовкой

— я смогу готовить! Я вообще-то всегда любила готовить и страшно соскучилась по земным блюдам.

Ну а моя новая ванна напоминала маленький бассейн, гардеробная — способна вместить наряды жителей маленького посёлка, а кровать выглядела как настоящий полигон.

— Твоя идея? — спросила я хитро улыбавшегося Тераса, кивнув на неё.

— А то! Я люблю, когда много места, а одна ты теперь никогда спать не будешь, — заявил наглый волк.

Спорить мне было некогда, да и не хотелось. Особенно, после того как выяснилось, что выдвигаться на ритуал прощения и освобождения бездушных нам предстоит уже сегодня в ночь.

А дел-то ещё непочатый край!

Я как раз только расплатилась со всеми, кому оставалась должна, и собиралась отправиться в банк, чтобы, по совету Скрула, положить оставшиеся пять тысяч элимов под проценты, когда Терас мне это сообщил.

— Разве он не завтра? — удивилась я.

— На рассвете, да. Но мы — ты, я, Лорика и Доминус — будем добираться до места на корабле Альтзаира, а водопад открывает проход в Озеро Забвения не по первому требованию, а только в определённое время. К слову, остальные участники ритуала, которые добираются наземным транспортом, уже выехали, чтобы не опоздать.

Когда-нибудь я привыкну к стремительности жизни элмезцов и перестану чувствовать себя гиперживой от этой невероятной скорости, но это будет позже.

Сейчас же в моих венах постоянно кипел адреналин, а то, как Терас держал мою ладонь, добавляло в кровь и других гормонов. Ведь волк вообще её не выпускал и постоянно поглаживал большим пальцем.

Глава 40

Оказаться почётной гостьей на корабле, который совсем недавно привёз меня в новую жизнь пленницей, было волнительно. На этот раз капитан встретил меня у трапа, почтительно склонив голову, и познакомил с командой, а потом провел экскурсию по своим владениям.

Само плавание проходило в приятной компании и в комфортабельной каюте. Мы даже умудрились несколько часов поспать перед прибытием. Мало, конечно, но я очень просила капитана, чтобы он разбудил перед выходом в озеро, когда водопад откроет дорогу.

И вот с первыми лучами солнца мы уже стояли на капитанском мостике. Лорика и Терас вместе со мной, а Доминус медитировал чуть поодаль. Мы, затаив дыхание, плыли из тёмного тоннеля к шумной преграде, которая казалась непреступной и пугала мощью. Глядя на падающие тонны воды, не верилось, что вскоре они застынут без движения.

Терас, стоя сзади, обнимал меня за плечи, и это немного сдерживало нервный озноб. С Лори мы держались за руки — лесовина тоже была напряжена и цеплялась за меня, как за спасательный круг.

Только капитан не нервничал. Он невозмутимо не снижая скорости подвёл корабль к водопаду вплотную. Казалось, что сейчас поток обрушится на деревянную посудину и на нас… Сомнёт… Но магия сработала вовремя, и все то, что происходило в день моего прибытия на Элмез, повторилось. Проход пустил гостей на озеро Забвения, и судно с плеском выскочило на его сиреневые воды.

Лодки с телами уже мерно покачивались на водной глади, но сегодня никто не спешил цеплять их баграм и тянуть в трюм. Сегодня вся команда собралась у борта, а те, кто прибыл сушей, выстроились на берегу, готовые к ритуалу. Мы все, включая Альтзаира, спустились на палубу, а на капитанском мостике остался лишь Доминус. Сегодня он, выбранный альфами председатель, уполномочен говорить за жителей Элмеза, и я очень надеялась что с ответственностью он справится.

— Великая наша Мать природа создательница! — голос тигра полетел над озером. — Мы пришли к тебе и, преклонив колени, — все опустились на колени, — просим, передать людям, которые когда-то покинули Элмез, наши слова.

До этого вокруг стояла гробовая тишина, ничего не мешало разливаться голосу альфы над священным местом, и даже всплеск воды не был слышен, но после последней фразы где-то в вышине коротко прогремел гром. Как будто знак, что создательница Доминуса внимательно слушает.

И тогда он продолжил:

— Мы не держим зла и не помним старых обид. Пусть и они забудут. А в знак примирения мы отказываемся от бездушных, которых они нам присылают. Мы больше не хотим владеть телами их умерших. Я, альфа Доминус, говорю это за всех и жертвую свою кровь как подтверждение, что все сказанное — добровольное и истинное решение элмезцев…

Альфа спустился с мостика, подошёл к борту, трансформировал левую руку в тигриную лапу, полоснул когтем по правому запястью и вытянул его над водой.

Получив первую каплю, озеро забурлило, зашипело, и тела бездушных прямо на наших глазах превратились в снопы разноцветных искр. Они собрались в облако и устремились в небо.

Это было потрясающе!

Ощущение, что мы оказались в центре очень значимого события, захватывало дух, и слезы сами покатились из глаз.

Но это было ещё не всё. Когда на поверхности озера остались лишь пустые лодки, прямо из центра его глади поднялась огромная, сотканная из воды фигура прекрасной женщины и заговорила проникновенным, божественным голосом:

— Великий день настал, дети! И я рада этому. Ждала его и направляла вас на путь истинный долгие века. Счастье — и ваше, и моё, и людей — что прозрение свершилось! Попаданка справилась с задачей, раскрыв вам глаза. Теперь же я не могу её не отблагодарить. Поднимись, человек Дарина Пахомова, — вдруг сказала создательница.

и это было неожиданно.

Передать словами, как мне удалось принять вертикальное положение, невозможно.

Колени тряслись. Да что там колени! Я вся тряслась, как осиновый лист! Нервно закусывала губы, пыталась справиться с дыханием, но приказ Матери природы исполнила

— встала, держась за борт. Лицо высшего существа оказалось передо мной, и я разглядела в его огромных водных глазах Космос.

Жуть и благоговение — вот что я в тот миг испытала. Волосы встали дыбом.

— Ты выполнила свою миссию, дитя, и теперь можешь отправиться домой, в свой мир к привычной жизни. Я перенесу тебя в тот день и час, из которого тебя забрал Луций — мой помощник. Давай мне руку, не бойся.

Огромная водяная рука потянулась ко мне, а я невольно шарахнулась назад и врезалась во что-то тёплое, живое и надёжное. Это Терас вскочил и, обняв меня со спины, отчаянно зашептал:

— Не уходи! Я не смогу без тебя! Я люблю тебя!..

Судорожно вздохнув, я приняла решение. Положила ладони на руки волка и сжала, пытаясь сказать: «да-да, Терас, я тебя тоже люблю».

Наверное… Не знаю.

Обвела взглядом новых друзей и знакомых. На берегу Луиза с Бутей, Мери, Веревика, все-все застыли в напряжённых позах, а уж про отчаяние Лори и говорить нечего…

Лесовина смотрела на меня умоляюще и заламывала руки. И внезапно я успокоилась. Страх прошёл.

— Благодарю вас, великая Мать природа создательница, но мой дом теперь здесь. И все, кого я люблю, тоже здесь — на Элмезе. Можно мне остаться? — сказала твёрдо, без запинки.

— Можно, дитя, оставайся, — прозвучало хрустальным звоном и отразилось эхом от берегов дозволение. И я услышала общий вздох облегчения за спиной. — Но без награды не оставлю. Наделяю тебя вторым даром — даром путешествовать по мирам. Отныне твой дух может летать повсюду и собирать знания. Принеси моему любимому

Элмезу просвещение, попаданка! Но помни: для путешествий нужен якорь. Благословляю всех вас, дети мои!

Фигура из воды опала в озеро, как и не было ее. Я даже на миг задумалась: а мне не померещилось всё это от недосыпа?

Но нет. Когда корабль и берег наполнились ликующими криками, я поняла — все правда. На Элмезе начинается новая эра.

Эпилог

Пятнадцать лет спустя

Тогда, пятнадцать лет назад, я быстро поняла, что люблю Тераса по-настоящему. Это случилось сразу после того, как я начала искать ответ на вопрос: а что такое якорь, о котором предупредила Мать природа? Я, конечно, догадывалась, что это удерживающая в определённом месте сила, но хотела знать наверняка. Потеряться где-то между мирами мне не хотелось.

Мы тогда с Терасом перевернули всю секретную часть библиотеки — после дня прощения мне выдали туда доступ — и нашли старинные человеческие книги, где описывались путешествия и их техническая сторона. Способных перемещаться между мирами магов всегда были единицы именно потому, что те, кто обладал этой способностью, не смогли найти надёжный якорь — живое существо, которое душа мага способна слышать сквозь миры и к которому будет возвращаться даже из самого прекрасного, райского места.

А определить его оказалось просто.

Путешественник завязывал глаза плотной повязкой, а предполагаемый якорь брал его за руку и отводил в любое место, пришедшее в голову. Якорь вставал позади путешественника и давал команду падать. Если желающий отправить свою душу в другой мир без страха её выполнял, а якорь подхватывал, у этих двоих на запястьях мгновенно проступали магические татуировки — знаки истинной пары.

Да-да! Оказывается, на Элмезе они существовали! Просто не такие, как я представляла.

Без всяких там «ар-р, моя» и укусов в шею. Хотя…«арр, моя» всё же у нас было, но я не об этом. Редкие истинные пары на Элмезе образовывались в том случае, когда двое энергетически совпадали и безгранично доверяли друг другу. А что это, если не любовь?

После всех событий я поняла, что Терасу доверяю на сто процентов и решилась на проверку не раздумывая. Конечно же мы прошли тест и получили на запястья метки. Ну а после этого свадьбу откладывать смысла не было.

Она была шумная и пышная. Как же было можно упустить возможность рекламы «Мастерской красоты»? Мои платье, причёску и макияж — настоящие произведения искусства — феюны запечатлели, растиражировали и распространили по всему Элмезу.

Это был мощный толчок к расширению бизнеса.

Так что я стала женой альфы и переехала в его особняк полноправной хозяйкой совсем быстро.

В своё первое путешествие мы с Терасом отправились примерно через неделю после торжества. Оно было совсем коротким, мы добрались только до ближайшего необитаемого мира. Одним глазком взглянули — было очень страшно, но голос мужа надежно меня держал, и слетала я туда и обратно без проблем. С тех пор мы много где побывали, посмотрели на миры, почерпнули новые знания и поделились ими с элмезцами.

На самом деле обитаемых миров, где живут похожие на нас существа, во Вселенной не так уж много. Я нашла пока только три. Родную Землю — там Дарина Пахомова пропала без вести. А салон мой работал и назывался теперь «Дарина», ребята не дали ему пропасть и меня помнили. Но у меня даже сердце не ёкнуло — та жизнь осталась в прошлом и уже казалась не моей.

Разыскала я и мир, откуда на Элмез попадали бездушные — вот там бывать я любила. Люди, населяющие его, имели схожую с моей созидающей магией силу. У них я научилась работать с магическими каналами, и благодаря этому на Элмезе не осталось половинчатых. Если только в каких-то глухих населённых пунктах, где обо мне не слышали, поэтому ещё не добрались.

От работы в салонах я совсем отошла, поставив управляющими своих девочек. Сама занялась исключительно лечением больных с магическими нарушениями. Теперь мальчишек приводили ко мне перед путешествием в Лунную рощу. Я осматривала будущих оборотней и, если находила разрывы в магической сетке, быстренько их латала. За годы практики не было ни единого случая, когда бы мальчику не удался оборот.

Поселения типа Омеги перестали существовать за ненадобностью.

Но со взрослыми половинчатыми дело обстояло сложнее. Их дыры зарубцевались и утратили эластичность. Я долго наблюдала за работой магов другого мира, пока решилась на первую операцию. А стать подопытным согласился Альтзаир. Мне пришлось иссекать рубцовую ткань магии и тянуть друг к другу живые канатики долго и кропотливо. С лечением капитана я провозилась полгода. Альтзаир полностью избавился от своей звериной части тела, но обернуться котом так и не смог. Ну ничего! Может, я набреду на какой-нибудь мир, в котором научусь новым способам лечения.

Хотя Альтзаир меня уверял, что его и так устраивает. Понятное дело! После излечения он стал просто красавчиком и женился на Лорике. Семья не заставила капитана бросить море, ходить в рейсы он продолжил. Только теперь они были недолгими и служили на благо нашего бизнеса.

Судно Альтзаира добиралось до самых отдаленных провинций, где капитан загружал трюм редкими растениями. Из них лесовины под предводительством Веревики творили превосходную косметику, которая потом использовалась и продавалась во всех заведениях корпорации «Мастерская красоты мадам Дарины».

А управляла корпорацией твёрдой рукой Лорика. Под её руководством успешно функционировали и школы, и салоны, и бьюти-маркеты, которые я открыла по всему Элмезу.

Мерлина из бизнеса ушла. Она всё-таки вышла замуж за своего любимого Доминуса и занималась семьёй и делами клана, став личным секретарём председателя альф. Теперь на Элмезе никто не удивлялся, что ответственные и руководящие должности частенько занимают дамы.

С исчезновением бездушных в этом мире много что изменилось.

Исчезли наложницы и общественницы, изжил себя день определения. Зато появились профтехучилища и массовые производства различных товаров, а следом за ними и торговые центры. Наложницы Тераса стали их первыми владелицами после того, как я объяснила принципы, по которым такие большие магазины работают. С тех пор дамы вполне успешно справлялись с бизнесом сами и в нашей жизни с Терасом никак не присутствовали.

Бутистан же вырос и из Бути превратился в статного сильного волка. Он служил под началом Тераса и делал в управлении неплохую карьеру. Бутистан, конечно, не был от рождения альфой, зато имел гибкий ум и железную хватку — моя школа.

Вообще, изменения элмезцы приняли на «ура», никаких волнений не было, даже когда в одночасье исчезли все бездушные, которые уже находились в рабстве. Разве что стервятники от перемен серьёзно пострадали, лишившись своего бизнеса, но и то, печалились они недолго. Ровно до того дня, как я нашла третий мир — мир, населённый некромантами. Существа, обитавшие в нем, обладали схожей со стервятниками силой. Однако они умели не только поднимать мертвецов и нежить, но и могли заставлять двигаться любую неживую материю и создали киноиндустрию — не такую, как на Земле, где на кинопленку снимают живых людей, но суть та же. Иномирные некроманты оживляли картинки и чучела, или вылепленные из глины фигурки. А вложив в них определённую программу действий, разыгрывали целые представления.

После недолгих споров мы с мужем рассказали об этом альфе Гриду. Его вина так и не была доказана, зато жизнь наказала сполна. Сын альфы родился с магической аномалией и стервятнику пришлось полностью измениться. Стать понимающим и чутким мужчиной, а ещё идти ко мне на поклон и каяться. Друзьями мы, конечно, не стали, но и продолжать винить Грида в прошлых бедах, я права не имела.

Я объясняла ему суть работы магии некромантов другого мира на пальцах, а Терас помогал донести мысль, если я не справлялась. Мы летали в тот мир за деталями, наверное, с год, но своего добились — альфа стервятников идеей проникся. Его клан работал над созданием первого шоу несколько лет, а когда продемонстрировал результат

— произвёл фурор.

— Мама, мам! Купи мне шоу «Бои без правил»!

Ну вот что я говорила?! Сын канючит уже неделю — с тех пор, как стервятники анонсировали это шоу. А оно, между прочим, только вчера поступило в продажу по предзаказу.

— Лёшка, у тебя полная игровая разных шоу! — строго напомнила я. Вообще-то нашего сына зовут Алексус, но мне Лёха ближе. — Ты уже все фигурки перепутал! Собери старые, которыми не играешь, по коробкам, отнесем к Глыде в секонд, тогда купим новое.

Я даже не знаю с чем сравнить эти шоу, на Земле найти аналогию можно только с компьютерными играми. Вылепленные из глины фигурки двигались самостоятельно и даже выполняли команды владельца. В боях без правил, например, на ринг можно ставить разных соперников и следить за исходом сражения, меняя программу команд.

— Мамуль, а мне про отбор невест купишь? А же аккуратная девочка, да, мам?

А дочку зовут Валерия. Всегда хотела дочку Лерочку. Детки наши — двойняшки, и им уже по шесть лет. Лёшка стопроцентный оборотень, будущий альфа, а Лера в меня. Она уже сейчас видит магические каналы и латает крохотные дырочки под моим чутким руководством.

— Ты аккуратная девочка, да, дочь, но ты наказана, забыла?

— Ну, ма-ам, Алексус уже меня простил, — безуспешно попыталась выдавить слезу дочь.

— Я больше так не буду…

— Уж я надеюсь! Нельзя выстригать брату чёлку и красить волосы! Отец чуть со стыда не сгорел!

— Я все поняла. Купишь?

Лера никогда не сдавалась.

— Если папа разрешит.

— Пап, пап…

Дети унеслись искать Тераса, а уселась за свой рабочий стол планировать программу обучения первого на Элмезе курса института управления персоналом.

* * *

Терас

— Ну что, угомонились? — спросила жена тихонько, когда я, разведя детей по спальням, присоединился к ней в гостиной.

— Да-а-а. Еле-еле.

— Эти последние шоу Грида такие реалистичные! После них спать не уложишь. Кстати, ты хорошо спрятал от мелких «Попаданку в гарем альфы»?

Стервятники делали потрясающие шоу для взрослых. Теперь некроманты были так увлечены творчеством, что вообще не вспоминали о былых занятиях и бездушных.

— Не волнуйся, не найдут.

— У Лешки твой нюх и чуйка…

Что есть, то есть. Сын растёт сильным альфой, будет кому передать дела.

— Я в сейф убрал. Готова к массажу?

— О да, дорогой!.. — томно улыбнулась жена и облизала пухлые губы.

Это всегда на меня действовало, как удар молнии. Даже когда увидел её впервые на собрании. Грязную, лохматую, оборванку… Тогда я не понял, что со мной, и даже немного растерялся, но разобрался быстро. И месяца не прошло.

— Какой предпочитаешь? Тайский, расслабляющий или эротический? — уточнил я, точно зная ответ.

— Эротический, конечно.

Кто бы сомневался? За пятнадцать лет наша с женой интимная жизнь стала лишь ярче и разнообразнее.

— Ну тогда спускайся вниз, раздевайся и ложись на кушетку — я мигом.

Конечно же, в нашем доме оборудован массажный кабинет. Наш личный массажный кабинет. И, конечно же, я за эти годы освоил огромное множество техник этого удивительного действа. Целый год просил жену перемещаться на Землю, чтобы их изучать.

Якорь тоже путешествует в другой мир, как выяснилось. Только не покидая тело. Поэтому я видел все глазами Дарины и постигал знания через неё.

— М-м-м, Терас, я так тебя люблю! У тебя волшебные руки! — проворковала жена, когда я размазал по изящной спине ароматное масло.

— Только за это? — уточнил, намекая на продолжение признаний.

— Нет, за всё. Ты же знаешь.

— Знаю, но мне нравится это слышать.

Кто бы знал, в кого превращается грозный альфа волков, когда остаётся с женой за закрытыми дверями! Обсмеяли бы точно! Хотя… Зная, как изменился Элмез за пятнадцать лет и чего добились наши женщины, не удивлюсь, если тот же Доминус ест с рук Мерлины. Особенно после того, как сестра подарила ему сына.

— Ох, Терас! Это так волшебно! Разомни ещё плечи.

— Как прикажете, моя госпожа…

Ну а дальше я на посторонние мысли не отвлекался.

Был у меня один план, и для его осуществления жена мне нужна размякшей и на всё согласной. Добился я этого спустя буквально пятнадцать минут. Закутал Дарину в простынь, подхватил на руки и по дороге в спальню спросил:

— Дорогая, а давай сделаем ещё ребёнка?

Мне никогда не нравилось, что жена много работает и так сильно устаёт. Пусть на ней только лечение останется, а остальным занимаются управляющие. Ведь прекрасно же со всем справляются, но нет! Дарине нужно всё контролировать.

— Дава-ай.

Внутренне хмыкнул. Способ действенный. Главное — момент подходящий найти.

— И переедем на побережье Сиреневого моря. Я купил большой участок. Там можно построить дом твоей мечты. С бассейном и площадкой для гольфа…

— Ах ты манипулятор! — нежно рассмеялась жена. — Но… давай. Я согласна. Только прибавь шагу. Очень хочется скорее оказаться в спальне.

Ну и всё. Дело сделано. Любые мечты сбываются, если не идти напролом, не действовать силой, а искать компромисс и подходящий момент.

Конец

Content

Сью Санна Салон красоты мадам попаданки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Эпилог

Конец