Ирина Вольная

НЕБЕСА. Между небом и землей

Глава первая

— Смотрите! — блестящие от восхищения глаза Лауры не могли оторваться от настенной галереи. С огромных полотен, утопающих в широких позолоченных багетах, на них смотрели выдающиеся философы, историки и ученые.

Таша и Фабиан в трех шагах от нее наслаждались объятиями друг друга, теряясь в собственных чувствах и без смущения предаваясь поцелуям.

Зал картинной галереи Транснационального Университета Швейцарии был почти безлюдным, лишь редкие парочки, прятались по углам, в надежде на уединение.

Огромный зал галереи был богат настенными портретами и скульптурами на черных и белых мраморных постаментах. Портреты великих деятелей науки и искусства не один год украшали эти стены, под сводами которых нередко назначали свидания молодые студенты-первокурсники.

— Ну, ребята, — обиженно развернулась к ним Лаура, — не травите мне душу в отсутствии Алана. Я с самого утра его не видела.

— Прошло то всего полчаса, как мы тут, а ты уже соскучилась? — светившаяся счастьем Таша, оторвалась от губ Фабиана и понимающе улыбнулась подруге.

— Полчаса? Вот в самом деле влюбленные часов не наблюдают, — уязвленно возмутилась Лаура, — Алан уже три часа как отсутствует. Может дирекция университета взяла его в заложники и вот-вот потребует с нас выкуп?

— Так не стоило было отпускать своего принца одного, — подстегнула ее Таша, шутя, — вдруг это вовсе не дирекция его задержала, а какая-нибудь смазливая блондиночка?

Лаура скривила что-то наподобие улыбки и скрестила руки на груди.

— Хорошо, что Фабиан не будет учиться с нами, и у меня будет возможность отыграться за это, когда Алан в свободное время между занятиями будет рядом, — широко улыбнувшись Лаура нашла способ уравновесить словесный поединок.

— Она ведь несерьезно? — Таша вскинула глаза и умоляюшим взглядом посмотрела на улыбающегося Фабиана. Их шутливая перепалка умиляла его.

— Обещаю, как можно чаще появляться здесь. Мне ведь тоже надо приглядывать за своей девушкой, если не хочу чтобы её увел какой-нибудь доморощенный студентик? Правда, смайлик? — обхватив Ташу за талию, Фабиан привлек ее к себе и снова поцеловал.

— Если бы тут была Ева или Томас…

Фабиан и Таша мгновенно прервались. С некоторых пор эти имена стали для друзей отрезвляющим фактором, призывом, что пора остановиться, задуматься, вспомнить.

— Простите, — тут же извиняющимся голосом прошептала Лаура. Каждый раз, с их именами приходила грусть и тоска, липкой болью отзывалась в душе недавняя потеря. Никто не хотел верить тому, что случилось, но и забывать тоже никто не хотел.

— О нем так ничего и не известно? — голос Таши задрожал. Она сделала шаг назад и поправила волосы, расцепив объятия с Фабианом.

— Нет, с тех пор — ничего, — его голос тоже поник, — Томас исчез. Мы все его хорошо знаем, если он не хочет, чтобы его нашли, он сумеет замести следы. Его поиски не принесли результата, каждый раз мы оказывались у пустого корыта. Ни зацепок, ни следов, ни свидетелей.

Таша и Лаура словно перестали дышать.

Два месяца назад внезапная боль в груди вызвала отчаянный крик Лауры посреди ночи. Подскочивший в испуге Алан, рядом с ней и ворвавшийся в ее комнату Томас, замерли на месте при виде проступившего кровавого пятна. Ни порезов, ни ран на теле после осмотра, Алан не обнаружил. Только кровь, проступившая сквозь кожу и безумные глаза Лауры. Рвано дыша, она сжимала в руках простынь. Мало кто помнит, как упал на колени Томас, закрывая глаза, как Алан в отчаянии прижимал к себе покачивающуюся Лауру, слезы которой уже текли по его плечам.

После обморока Лауры, пролегшая параллель между близнецами стала явью, и подобное означало лишь одно — смертельный удар.

К утру Томаса уже не было в комнате, как и его вещей и боль потери для друзей удвоилась. Им пришлось пережить это, стать друг для друга островком надежды, уповая на свою любовь. Они знали, что Томас не вернется, но все-равно надеялись найти его.

— Я уверен, он знает, что Орден восстановлен, но боль утраты поглотила его и это самое страшное, что могло произойти, — Фабиан очень переживал за друга, он дал слово себе и своим друзьям, что как только Томас найдется, он избавит его от этой мучительной боли, стерев все воспоминания о Еве.

— Он сам вернется, когда станет легче, — с уверенностью вставила Таша, — он сильный не только телом, но и духом.

— Итак! — Фабиан встрепенулся, меняя тему для разговора, — похоже твоего принца, Лаура, придется спасать его оруженосцу. Я пошел, а ты, смайлик, присматривай за Лаурой.

— Эээй, — слегка стукнула его в плечо Лаура, — я больше не нуждаюсь в защите!

Вырвавшееся шутливое возмущение тут же разбилось об реальность слов. Да, после гибели ее близнеца, зашищать Лауру уже не имело смысла. Томас это тоже знал, отчасти это стало одной из причин его ухода. Две счастливые пары уже не нуждались в обществе убитого горем одиночки.

— Идите вместе, — Лаура произнесла это с такой интонацией, что двое влюбленных снова обнялись, — и верните уже мне моего принца!

Последние слова Лаура уже кричала вдогонку, ее голос раскатом прогремел по галерее и потерялся где-то в ее стенах.

Оглянувшись, Лаура вдруг поняла, что пустая галерея для нее одной слишком большая и тоже поспешила к выходу. Оказавшись в многолюдном коридоре, она вздохнула с облегчением, тишина стен и навязчивое ощущение смотрящих с портретов глаз, остались позади и расправив плечи, Лаура направилась к парадному входу.

Взгляд ее голубых глаз упал в сторону от входа, где около высокого табло с объявлениями застыла знакомая фигура.

— Алан! — беспощадно командным тоном прикрикнула Лаура, — мы три часа его ждем, а он занимается непонятно чем!

Черные опалы глаз повернулись в ее сторону, удивленно скользя по ней.

— Где ты был столько времени? Почему задержался? Надеюсь это все-таки была дирекция университета, а не смазливая студентка, как говорила Таша? — набросилась она на него с вопросами.

— Смазливая студентка? Почему бы и нет? — откровенно признался тот и увидел, как вспыхнули гневом глаза стоявшей напротив девушки.

— Алан Майерс! — возмутилась Лаура, ткнув указательным пальцем в грудь брюнета, — я не посмотрю на то, что ты Глава Ордена и надеру тебе твой небезисный зад, а потом попрошу Фабиана стереть тебе память о всех нелицеприятных моментах, — угрозы были произнесены настолько томным шепотом, что брюнет слегка присвистнул.

— Все понял — никаких смазливых студенток! — улыбаясь, и обнажая белоснежные зубы, так же шепотом ответил тот, — кроме тебя?

Лаура стрельнула глазками в знак неопровержимого согласия.

— Кстати они тебя ищут! После того как мы прождали тебя в галереи, где договорились встретиться, целых три часа. Ну и как все прошло? Никаких осложнений с документами не возникло?

— Да нет, — быстро отозвался парень, не сводя черные, как ночь, глаза с Лауры, — мой дар убеждения никогда меня не подводил, — очень убедительно произнес тот.

— Знаю я твой дар убеждения, надеюсь тушить пожар в кабинете директора не придется?

— О, а я на это способен? — удивился брюнет.

— Алан, ты какой-то странный сегодня? — Лаура встревоженно подхватила его под руку и увела чуть в сторонку, — пока Таша с Фабианом не вернулись, рассказывай, в чем проблема?

— До твоего появления я думал, что у меня нет проблем, — пожал он плечами, — все было как всегда скучно. Но ты пробила брешь в этой скорлупе.

— Это так мило, — Лаура улыбнулась, принимая на свой счет комплимент, — знаешь, когда мы вернемся в штаты, я хочу романтическое свидание, только ты и я, — Лаура прильнула ладошками к груди брюнета и заглянула в глаза.

— В штаты? — усмехнулся с сомнением тот, — до них полдня пути, а как же занятия?

— Ну что ты в самом деле? — надув губки, Лаура казалась обиженной, — как только вернется влюбленная парочка, мы выберем место для портала. Лея скроет его иллюзией и мы сможем спокойно перемещаться.

— О чем ты говоришь? — удивлению пришел конец.

Мало того, что незнакомая девушка подскакивает к нему, тащит в сторону, называет другим именем, так она еще и сумасшедшая. Красивая, нужно признать, но все-равно сумасшедшая.

Кай смотрел на девушку, чуть прищурившись, пытаясь понять, что происходит. Она назвала его Аланом, значит, она приняла его за другого. В это он еще мог поверить, но то, что она стала говорить потом, вообще не укладывалось в его голове. Первые нотки кокетства в словах девушки его заинтриговали, внешний вид и красота его заинтересовали, а вот ее слова обескуражили. Говорила она странные вещи, называла незнакомые слова, но по всему чувствовалось, что она его знала. Но как?

Сам он ее впервые видел. Хоть и совсем недавно перевелся сюда, на второй курс юридического. Успешным студентом он экстерном закончил первый курс и благодаря своим знаниям, намного превышающим знания рядового студента, был принят переводом в ТнУШ.

Кай был действительно заинтригован. Откуда она его знает? Что за Орден она выдумала?

А уж когда она заговорила про портал — и вовсе был поражен.

— Значит мы сможем перемещаться? — осторожно спросил Кай, пытаясь выведать еще хоть что-то и понять сумасшедшая она или все же… Даже думать о правдоподобности возникшей мысли было странно. Кай мало верил во все сверхестесственное, изучая науки он проникся материальной стороной жизни, все остальное считая лишь плодом человеческих фантазий.

— И этот вопрос задает мне Глава Ордена и самый сильный огненный элементал? — Лаура чуть не рассмеялась, — погоди, может ты и это забыл? — с этими словами Лаура подошла к нему вплотную, обвила его шею руками, чуть приподнимаясь на цыпочки, и коснулась губами его губ, — так я напомню.

Нежный шепот смолк, сменившись легкими поцелуями и перебиранием пальчиками прядей волос.

Кай с интересом вникал в процесс с поцелуями и ему это нравилось. Незнакомая девушка влекла его своей загадочностью и становилась менее незнакомой с каждым поцелуем. Его руки более уверенно обняли ее и прижали к себе, а в следующее мгновение его губы накрыли ее в жаждущем и пылком поцелуе.

Лаура не сразу поняла в чем дело, но почувствовала что что-то не так. Руки сместились на его грудь и оттолкнули Кая, оба одновременно повернули головы в сторону сверлящего их взгляда.

В нескольких метрах от них, скрестив руки впереди себя, чернее тучи от бушующей ревности и гнева стоял Алан — вторая копия Кая.

Глава вторая

Заброшенная часовня утопала в раннем утреннем тумане, покосившаяся деревянная дверь и слетевшая с петель оконная рама поскрипывали, перекликиваясь звуками с засевшими в траве кузнечиками.

В темном проеме окна показался свет, словно проснувшиеся на рассвете хозяева, зажгли свечи. Но часовня была слишком стара и убита временем, чтобы в ней кто-то проживал, однако свет все больше наполнял пространство и уже выбивался из окон, освещая ее изнутри, как церковную лампадку.

Из полуразваленной крыши выбивался столп света и ложился правильным кругом на запыленную поверхность часовни. Столп, состоящий из мириарда частичек света переливался в рассветном блике, неся с собой неясную фигуру человека, с каждой секундой неясность рассеивалась, все четче прорисовывая фигуру той, что пришла вместе со светом.

Перешагнув сквозь столп и очутившись в ином пространстве, Ева замерла.

Она вернулась!

Все так же пахло пылью и плесенью, древесные щепки скрипели под ногами, но Ева ступала медленно, смакуя каждый шаг в этом мире.

Казалось бы, только вчера она встала с кровати после излечения, стараясь унять панику после убийственной встречи со своим отцом.

Савьен оказался тем самым лучшим другом Виттариона, который жил отшельником на краю континента. И тем самым, которому Виттарион отказался помочь девятнадцать лет назад.

Верховный Приам рассказал Еве оставшуюся часть истории, когда та очнулась.

Савьен и Виттарион были тогда лучшими друзьями, первый, применяя магию земли, добывал драгоценные камни из недр островов, изучал их и коллекционировал, а Виттарион готовился к будущему посвещению третьего глаза. Они были молоды, амбициозны и полны решимости изменить этот мир. Савьен в погоне за своей мечтой раскрыть тайну кровавого камня, был убежден, что в камне скрыта совсем иная тайна, чем та, что знали все. Так, например, благодаря, своим исследованиям, Савьен сделал вывод, что кровь nebesis до восемнадцатилетия и кровь после образует сангетумы, с совершенно разными свойствами. Когда Виттарион ради сына нарушил законы, Савьен помог ему, ничего не требуя взамен, у него не было ни жены, ни детей, только лучший друг, ради которого он пошел на все. Но спустя год случайная связь пророчила и Савьену стать отцом, от роли которого он сразу отрекся и попросил Виттариона избавиться от ребенка, независимо от наличия метки. Но одно дело пойти против природы ради спасения, ради выживания, ради любви, и другое… И Виттарион отказал, отказал лучшему другу. Это рассорило друзей, с тех пор они не общались и не пересекались целых двадцать лет.

Кто бы мог подумать, что этим ребенком буду я. И уже тогда он хотел избавиться от меня, и видимо метка моей матери, сыграла ему на руку и я не осталась на Небесах.

А теперь Савьен схвачен и ожидает своего приговора. Скорее всего он будет изгнан, как и Фейерия, и я не стала этого дожидаться. Единственным моим желанием, как только я пришла в себя и узнала, что портал открыт, было — вернуться. До боли в глазах пройти через кровавое туманное марево, содрогаясь от мысли, что вокруг одна сплошная кровь, моя кровь.

Теперь я понимала, что именно открыло портал, но вместе с некоторыми ответами, возникали и новые вопросы. Почему это было единственным условием Юлиана? Знал ли он, что расплавленный предсмертным вздохом хозяина, сангетум открывает портал? Если знал, означает ли это, что он причастен к этому? А может и рука, вонзившая рукоять кинжала мне в грудь, была направлена им?

Я обернулась, портал светился и даже не пытался исчезнуть. Не оставлять же его открытым?! Даже если случайно забредших сюда не было и быть не могло — кому понадобится столь отдаленное и заброшенное место на краю города?

Но все же, стоило подстраховаться, легкий налет иллюзии лег на стены старой часовни, скрыв ее от посторонних глаз.

Я спешила, утро уже было в самом разгаре и мне так хотелось наконец-то обнять тех, кого я покинула. Порталы на расстоянии уже были для меня привычным делом и пересекая расстояние от часовни до своего дома, я все время ощущала как сильно бьется мое сердце.

Волнение лишь усилилось, стоило мне увидеть знакомые очертания домов. Всколыхнулось самое родное чувство — я дома!

— Мама! — крикнула я у порога, — Лаура!

Дернув за ручку двери, с некоторым разочарованием поняла, что она заперта. Я конечно и не надеялась на пышную встречу, но не думала, что дом окажется пуст.

Оглянувшись вокруг, прикоснулась ладонью к двери и замок тут же щелкнул.

— Глория!? — позвала я, углубляясь внутрь гостиной. Я осматривалась, касаясь всего, что ловил мой взгляд, проводя рукой по перилам лестницы, вспоминая, не только следы от незванных гостей на них, но и как Лаура спустилась с нее, обнимая и впервые называя сестрой.

Воспоминания одно за другим всплывали в моей памяти, а я улыбаясь, наслаждалась ими.

Куда же так рано они отправились? Внезапная мысль сорвала меня с места и подтолкнула на лестницу, вверх. На второй этаж я не вбежала, а взлетела, настежь распахнув дверь в свою спальню.

Комната была пуста как и весь дом, кровать заправлена, вещей нет. Во мне просыпалась паника — что случилось за время моего отсутствия? Где Томас? Входя в портал, я была готова к тому, что проход через него заберет у меня пару месяцев жизни, именно поэтому старалась сократить это до минимума. И теперь страх, что за этот срок могло произойти неотвратимое, проснулся во мне.

Я рванула к окну — новая надежда вспыхнула во мне. Только бы застать Алана и Лею! Перебегая дорогу и приближаясь к ограде соседского особняка, я молила небеса, чтобы те оказались дома.

Но и тут меня ждало разочарование. Куда же все подевались? Я прошлась по пустому дому, слушая свой шорох и мерное раскачивание маятника часов. Орден распущен, — мелькнула мысль стоило скользнуть взглядом в темноту знакомого коридора.

Я вернулась, но где-то внутри меня уже проростало зерно сомнений, а нужна ли я этому миру?

Стопка бумаг на камине, привлекли мое внимание, как только я вновь окинула взглядом гостиную, вернувшись домой. Я подошла ближе, взяла белый конверт в руки и развернула его. Пробегая глазами по строчкам, неожиданно наткнулась на свое имя — положительный ответ дирекции Транснационального университета Швейцарии принять Еву Гиллмор на первый курс обучения с выбором факультета по желанию.

Сердце взволновано забилось. Они не забыли обо мне — помнили! Сладкой радостью наполнилось мое сердце, и не мешкая ни минуты, я пробежалась вглядом по адресу и глубоко вздохнула.

Портал быстро перенес меня в нужном направлении, мягко скрыв иллюзией. Передо мной раскинулась центральная площадь университета, огромное трехэтажное здание которого возвышалось полукругом над торжественным собранием перед входом.

— Сегодня мы приветствуем своих новых студентов, иъявивших желание продолжить обучение в стенах нашего университета, — услышала я часть приветственной речи, подходя ближе, — Перед вами открываются двери в мир науки, творчества и искусства. Мы надеемся, что вы проявите во время обучения свои самые лучшие качества — любовь и преданность своему выбору, трудолюбие, человечность, постоянное стремление к новым знаниям, уважение к традициям университета и факультета, заложенные предшествующими поколениями!

Дальше я не слушала, потому что мои глаза наполнились слезами, а сердце потянулось вперед. Среди стоявших в толпе я увидела знакомые лица. Лаура, Таша и Алан, ожидающие вручения студенческого билета из рук главного ректора университета.

Ректор называл имена и новоявленный студент поднимался за блестящей корочкой билета.

— Лаура и Ева Гиллмор!

— Здесь! — крикнула я следом и улыбаясь сквозь слезы слилась в толпе ожидающих будущих студентов. Я поднялась на сцену первая, Лаура, все еще не веря своим глазам, замешкалась на долю секунды и в порыве бросилась ко мне.

Сестра! Сестренка!

Нежные слова ласкали слух. Вот моя половинка, — подумала я, вспоминая Фейерию и обнимая Лауру.

— В этом году у нас прям бум на близнецов, — ректор улыбнулся, довольный своей шуткой, а я вытирая слезы не придала им значения, всецело поглощенная встречей с сестрой.

Приняв из его рук два билета, так как Лаура не отпускала меня, цепко держась, словно боялась, что я исчезну, я потянула ее со сцены, где внизу у первой ступеньки, прикрыв рот рукой, стояла Глория, а рядом с ней Лея.

— Девочка моя, — прошептала Глория и Лауре все же пришлось расцепить руки и выпустить меня из своих объятий, чтобы передать в объятия матери, — ты здесь, ты вернулась, я так рада, так рада…

Мои глаза начинали болеть от сдерживающихся слез, в груди стоял ком, так и хотелось вытолкнуть его из себя, выплеснуть водопадом накопившуюся тоску и заполнить душу радостью. Я переводила взгляд на Ташу, Лею, потом на Алана и стоявшего рядом с Ташей незнакомого мне белокурого парня и понимала, что среди них кого-то не хватает.

Следующие объятия достались Таше, и я почувствовала легкое напряжение, недоговоренность, которую она пыталась так неумело скрыть. На Алане я остановилась, ведь я еще помнила о его чувствах, как и то, что его сердце теперь принадлежало моей сестре.

— Алан, — вырвалось его имя, когда он привлек меня к себе сам и обнял всего на пару секунд. Пронзительный взгляд его черных ониксов все же смутил меня и я опустила взгляд, не замечая хмурого лица Лауры.

— Как ты вернулась? — первый вопрос задала целеустремленная Лея, а я покосилась в сторону блондина.

— Ева, — уловив мою подозрительность отозвалась Таша, — познакомься, это Фабиан, мой парень. Ты можешь спокойно говорить при нем.

Я прищурилась, подняв глаза на незнакомца, легкая улыбка с ямочками на щеках, светлые глаза — ничто не предвещало необычного, только тонкая кромка пролегла на лбу Фабиана, определяя его.

— Nebesis значит? Воливер? — улыбнулась я канувшей в лету подозрительности. Глаза стоявших рядом округлились.

— Ты опознаватель? — это заинтересовало Лею даже больше, чем ее прошлый вопрос.

— Это долгая история и здесь не место рассказывать обо всем. И где Томас?

Глава третья

— Мы думали, что ты погибла, — осторожно произнес Алан, сидя напротив за столиком в кафе и не сводя с меня глаз, — что теперь делать будешь?

Все пятеро расположились за круглым столиком кафе "Иллюзия" после торжественной части принятия в студенты университета. Уже по третьему кругу сменились заказанные чашки кофе, пока я подробно рассказывала обо всем, что со мной случилось. Это отвлекало от настойчиво сверлящей мысли, что Томас исчез и никто ничего о нем не знает.

— Искать, — мой ответ казалось был самым логичным, — надеюсь моя келья в Ордене еще никем не занята?

— Она в полном твоем распоряжении, — глаза Алана все еще не отпускали меня, будто он что-то искал во мне, давно потерянное или забытое, — все мое — твое, Ева.

Лаура, сидевшая рядом фыркнула и это не укрылось от друзей. Фраза и правда казалась до безумия интимной, но только не мне.

— Ребята, — я взяла руку Алана и Лауры и соединила их вместе, — я хочу чтобы вы знали, что я за Вас очень рада, вы оба заслуживаете счастья и то, что вы вместе для меня вдвойне радостно.

— Когда найдем Томаса, я его прибью! — Таша возмущенно повысила голос, — это же надо, скрывать от нас, что ты была здесь в образе…, - и не договорила, в ее голове не укладывалось, что голубь, сидевший на плече Томаса, и был Евой.

— …в образе, — повторила улыбаясь я, — просто в образе.

Шутка немного разрядила обстановку.

— Томас мой друг, — подключился Фабиан, — я просто обязан быть в вашей команде. Все это время я видел, как он угнетен потерей, и все время ждал чего-то подобного. Ему было тяжело находиться среди нас.

— А мы и есть команда, всегда ею были и будем! — Таша гордо вздернула нос, будто произносила клятву.

— Мы больше, чем команда, — улыбнулась я, — мы — семья. Там мне было нелегко и если бы не Виттарион с Сафией, не Паола с Неоном, не знаю как бы я справилась. Там они были моей семьей, здесь, моя семья — это вы, — и наклонив голову я опустила ее на плечо сестры.

— Я услышал твой рассказ первым, — усмехнулся Алан, — хоть в чем-то я превзошел Томаса.

Обстановка снова накалилась. Тонкий намек Алана, не первый за этот день, опять все испортил. Я почувствовала, как вздрогнула Лаура, увидела, как отвела взгляд Таша. Неужели Алан все еще испытывает ко мне чувства?

— Ты идиот, Алан Майерс, и в этом тебе нет равных! — вспыхнула, выскакивая из-за стола Лаура. Не успели все сообразить, как дверной колокольчик кафе известил о ее выходе.

Таша тоже подскочила, сжимая губы от желания высказать другу что-то нелицеприятное, но только покрутила пальцем у виска и унеслась вслед за Лаурой.

— Фабиан, иди за ними, найди их, не оставляй, — выхода не было, нужно было расставить все точки, — а нам с Аланом нужно поговорить.

— Не смотри на меня так, она моя сестра, — я снова села напротив Алана, — ты ведь помнишь, что я говорила перед тем, как уйти?

— Чтобы я не ждал тебя, — как бы Алан не пытался устоять, все же виновато опустил глаза.

— В этом нет твоей вины, Алан. Я люблю свою сестру, и тебя люблю…как друга, или даже, как брата. Мне так жаль, что мое появление встало между вами, но я знаю, что ты любишь Лауру. Помнишь, ты говорил, что мы разные, как небо и земля? Ты прав и тебе нужно научиться различать эту разницу, даже если мы так похожи внешне.

Алан снова посмотрел на меня, открыто и непринужденно.

— Когда ты успела стать психологом?

Я рассмеялась. По тому, как напряжение спало, я догадалась, что он понял меня. И он действительно понял, потому что в моих глазах не нашел того, что видел в ее глазах, того, что зацепило его и открыло сердце. У каждого есть эта изюминка, не подвластная логике и здравому смыслу. И Алан нашел это в Лауре, как я нашла в Томасе — истинное чувство.

В этот момент, к нашему столику спинкой вперед придвинулся стул и высокий брюнет с лицом Алана, решительно плюхнулся на него.

— Поговорим?

Я слегка онемела от его появления, и хлопая ресницами смотрела на обе копии.

— Нам не о чем разговаривать, — сквозь зубы процедил Алан, меняясь в лице.

— А я думаю есть о чем. И твоя девушка, Лаура, кажется, может нам тоже в этом помочь. Кстати, за поцелуй прости, промашка вышла, — развернувшись ко мне лицом, он прицокнул языком и снова развернулся к Алану.

— Я не его девушка, — первым делом выпалила я, а сознание уже знало, кто передо мной, — я Ева, привет Кай.

— Ты меня знаешь? — Кай удивляясь не меньше прежнего снова повернулся ко мне, — странное дело, знаете ли. Со вчерашнего дня меня преследует ощущение того, что моя жизнь…вовсе не моя, — и парень оперся руками о спинку стула, — может вы мне расскажете, что происходит?

Он был слишком возбужден, неровный голос выдавал сильное волнение.

— Я тебе уже все сказал вчера, — Алан говорил твердо, но я чувствовала, что он еле держится, — забудь об этом, если не можешь сам, то мы тебе в этом поможем.

— Да, та девушка говорила, что сотрет мне память. И про порталы что-то, я не совсем понял. Но сейчас я хотел бы узнать только одно…кто ты? — указывая пальцем на Алана и переводя на себя, и так несколько раз, — вернее, кто мы?

— Мы никто и тебе лучше уйти и забыть о том, что ты меня видел и что слышал, — жестко стоял на своем Алан.

— Постой, — я накрыла своей ладонью сжатый кулак Алана, предотвращая его следующий шаг, — возможно это ваш шанс. Послушай, все не так просто и если ваши пути пересеклись, значит для чего-то это нужно.

— О чем ты? — Алан почти шарахнулся от меня в сторону, — мы столько сделали для того, чтобы его жизнь была нормальной, а предлагаешь повернуть все вспять?

— Предлагаю, — осторожно, но уверенно ответила я, ожидая худшего, — вы никогда не знали, каким был бы его выбор, может сейчас вы с Леей сможете это узнать?

— Это не тебе решать, Ева, — резко, как бритва прозвучали его слова, — все-таки он не твой, а мой…

Алан осекся и метнул взгляд на Кая, который с изумлением наблюдал за перепалкой.

— Мы уходим сейчас же! — в его словах прозвучал приказ, но у меня был другой план.

— Прости, но я останусь, встретимся…дома, — сделав ударение на последнее слово, я выдавила из себя улыбку. Я знала, что Алан разозлится, но Кай не был чужим, чтобы оставлять его с непростыми вопросами один на один. А еще я помнила затравленный горем взгляд Леи, рассказывающей по фотографии о своих сыновьях. Это было слишком несправедливо.

— Ева…

— Все будет хорошо, Алан, обещаю!

* * *

— Это что сейчас было? — в глазах Кая читалось недоумение, — вы так говорили будто знаете меня давно.

Я сделала глубокий вздох.

— Послушай, Кай. У тебя не просто так возникли вопросы, ты ведь заметил некое сходство себя и Алана.

— Некое? — Кай все еще был сильно взвинчен и раздражен, — да мы похожи, как две капли воды. Со вчерашнего дня я пытаюсь понять, что бы это значило, но в голову приходит лишь одно объяснение. И оно меня пугает.

— Попробуй посмотреть на это с другой стороны. У тебя появилось то, чего раньше никогда не было. Это должно восполнить твою жизнь, а не пугать.

— Серьезно? То есть ты не видишь ничего странного в том, что я всю жизнь считал себя единственным ребенком у родителей, а в один прекрасный день встречаю своего близнеца?

— Ты даже не представляешь, как я тебя понимаю. Всего год назад, я в один день обрела и мать и сестру, о которой ничего не знала. Моя жизнь изменилась, Кай. И твоя, если ты захочешь, тоже изменится.

Кай начинал дышать ровнее, я чувствовала как он успокаивался, размышляя над моими словами. Моя искренность и то, как я делилась с ним частичкой своей жизни, выстроила между нами пусть еще и хрупкий, но мостик доверия.

— Только в одном Алан прав, — я опустила глаза, выжидая еще несколько секунд, — это не моя правда, я не могу быть тем, кто расскажет тебе ее. Я верю, что ваши пути пересеклись не зря, поэтому хочу, чтобы ты знал, что можешь на меня рассчитывать. Алан и Лея дороги мне, а ты часть их семьи.

— Лея? — задумчиво переспросил Кай, словно что-то всколыхнулось в его памяти и глаза его заблестели, — кажется так звали…

— Да, Кай. Так звали и продолжают звать твою мать.

* * *

Под спустившиеся вечерние сумерки, портал перенес меня ближе к дому.

Взгрустнулось сразу же, как я увидела крышу особняка — вот и день прошел, а Томаса я так и не увидела, тоска съедала сердце, где он, как он, что с ним. Похоже ближайшее время моя жизнь пройдет в бесконечных поисках. Отца. Ребенка Паолы. Томаса. Сомнений не осталось, если Савьен, близнец отца жив и был в полном здравии все это время, значит и мой отец здесь жив и здоров. А значит не было той аварии, не было похорон отца. Все — иллюзия, которая была для чего-то и для кого-то создана. И я должна выяснить для чего.

Ближе к воротам, я заметила тень, неторопливо снующую вдоль ограды. Мое возвращение заметили и тень отделилась от железных прутьев, чтобы предстать передо мной.

— И давно ты меня поджидаешь? — тихо спросила я, поравнявшись с тенью.

— Не совсем, — тихий голос звучал виновато.

— Как Лаура?

— Ждет тебя дома, — Алан кивнул в сторону окон, где горел свет, — мы поговорили.

— Отлично, — я знала, что короткий ответ не устроит Алана, но на большее меня не хватило. Грусть, проникнув в душу, принесла с собой и усталость.

— Ева! — позвал меня Алан, как только рука моя коснулась ворот и я обернулась, — извини, что сорвался сегодня.

Я отступила от ворот, и сделав несколько шагов назад, оказалась рядом.

— Я не стану тебя в чем-то переубеждать, попрошу лишь подумать об этом. Он уже взрослый, Алан, как и ты и может сам решить, какую жизнь предпочесть, жизнь в скорлупе созданного благополучия или реальную жизнь со своей семьей. Подумай и о Лее, ты ведь и сам не раз заставал ее перед той фотографией.

— Ты ему сказала?

— Нет!

Пауза затянулась, мы стояли и слушали вечернюю тишину, свет от фонарей падал нам в ноги, заставляя дорожную пыль поблескивать и искриться на свету.

— Первый раз, заставить человека забыть и попытаться обмануть судьбу ради его спокойной жизни еще можно, но если человек возвращается, если ваши пути вновь сходятся — это знак, Алан.

И это выше всего! — я устало коснулась его плеча, — и пожалуйста, Алан, только не говори мне, что решающую роль сыграл тот злосчастный поцелуй. Ты ведь не испугался своего брата?

Алан усмехнулся последним словам, а я увереная в том, что его панцырь сомнений треснул, поспешила скрыться за воротами.

Глава четвертая

Огромный недостроенный спортивный зал с узкими, но высокими витражными окнами, сквозь которые крупнейший мегаполис Англии был виден как на ладони, внезапно осветился ярким светом. Стоявшие повсюду вразброс металлические стелажи явили миру груду наваленного на них материала, прикрытого брезентовой тканью. Настенное зеркало объяло светом, спирально закручивая его поверхность внутрь портала.

Три фигуры одетые в черное, вышли из портала. Черные маски скрывали их лица, а длинные по локоть гловеллеты самого первого из них, слегка дымились.

— Отлично справились, — шедший позади громыхнул небольшим чемоданчиком, закинув его на один из стелажей, пока первый стягивал гловеллеты с рук и разминал пальцы.

— Я займусь клиентом, — отозвался третий, вытаскивая сначала из одного потайного кармана клинок, затем из бокового, а после еще один из сапога, — задание выполнено, пора платить по счетам.

— Отлично, тогда я удаляюсь, предоставляя все вам, — и черная маска стянутая с лица, упала на стелаж, высвобождая взъерошенные пряди волос.

Двое других переглянулись, кивая друг другу.

— Томас, постой! Тут такое дело — нам поступил новый заказ!

— Без проблем! Пришлите место и время и я буду там, — глаза цвета закаленной стали резанули по потолку.

— Есть одна загвоздка, — тоже снимая маски двое других вновь переглянулись, словно боялись последствий того, что они готовились сказать, — заказ поступил из Лотердейла.

Напряженная тишина повисла в воздухе, Томас замер и лишь сердце его налилось свинцом, после того, как прозвучало название его родного города. Как одно мгновение перед глазами промелькнули последние два месяца, за которые он так и не сумел забыть все и простить себя. Чувство вины схватило его за горло в тот самый момент, когда он понял, что Ева не вернется, когда кровавое пятно на груди ее сестры размыло границы реальности и ударило в самое сердце. Кровь была не ее, но жизнь…и эта жизнь утекала безвозвратно. И он винил в этом только себя.

— Мы знаем, что ты не хотел туда возвращаться, поэтому ждем только твоего ответа. Скажешь нет, и мы откажемся, — Старлей говорил ровно, как говорил это каждый раз, когда они шли на задание. Они были наемниками, но как и обещали — учитывалось мнение каждого.

— Ну же, брат, мы ведь команда! — рука Бейба опустилась на плечо Томаса, — одним заданием больше, одним меньше, какая разница. Без работы мы не останемся, это точно!

— Переживем, — мрачно протянул Томас, — если заказ не от Тудоров, соглашайтесь. Я в деле.

Мрачная фигура скрылась в тень, куда уже не проникал свет от портала.

Дверь небольшой квартирки в центре Лондона, легко открылась и Томас шагнул в неосвещенную прихожую, даже не пытаясь зажечь свет.

Всю дорогу мысль о возвращении в родной город, не выходила из головы. Внутри щемило от воспоминаний, с недавних пор приносящих только боль.

Тонкий сладкий аромат парфюма наполнил прихожую, и нежная женская рука легла на его плечо.

— Привет, любимый, — темноволосая головка приникла сзади к его спине, а руки обвили торс и сцепились на плечах.

— Деми? Что ты здесь делаешь? — Томас оторвался от своих мыслей и повернулся к девушке.

— Ты уже забыл, что сам дал мне ключи? — встав на носочки, девушка потянулась к его губам. Томас внутренне усмехнулся — дал, это теперь так называется? — я соскууучилась, очень.

— Не сегодня, Деми, я устал, — мягко уклоняясь, Томас бросил ключи на полку.

— Что-то случилось? Провалили задание? — карие глаза из под темных и длинных ресниц обеспокоенно блеснули, аккуратный носик съежился от неприятного ответа.

— С заданием все ровно, — Томас устало развернулся, выскальзывая из объятий этой девушки, — просто устал, хочу принять душ и выспаться.

Девушка не унималась и ловко преодолев несколько шагов, вновь возникла перед ним, прильнув к нему всем телом.

— Я могу все сделать сама, — прошептала Деми на ушко сладким голосом, — я правда очень-очень по тебе соскучилась.

— Деми, пожалуйста, если хочешь остаться — оставайся, но без этого, я жутко устал.

— Да что же случилось? Ты ранен?

— Я не ранен, все нормально! — получилось немного резковато, и спустя минуту он виновато вздохнул, сожалея о таком тоне, — со мной правда все в порядке, не беспокойся, — уже мягче произнес он, выдавливая улыбку на губах.

— Тогда поцелуй меня, — девушка миролюбиво улыбнулась, стараясь хоть как-то привлечь внимание Томаса и не сводя с него своих карих глаз. Приподняв подбородок, она уже готовилась к предвкушающему поцелую, поэтому легкое касание губ ее разочаровало, но женская интуиция вовремя подсказала, что сейчас давить не стоит.

Томас отстранился, оставив девушку смотреть себе вслед.

Горячие капли воды обожгли кожу, но Томас даже не дрогнул, настолько он был поглощен своими мыслями, возвращаясь на два месяца назад. Чувство вины и отчаяние рваной раной нарывали на сердце, когда он покидал дом Лауры. Одна ночь, один крик и вся его жизнь и вера рухнули в одно мгновение.

И даже сейчас спустя два месяца он не жалел об уходе. С головой окунувшись в работу группы наемников, каждый раз выкладываясь по полной, давая выход своей злости и отчаянию, он быстро понял, что в этом его спасение. А еще в Деми.

Томас присоединился к братьям в тот момент, когда им поступил заказ из столицы Англии. Мегаполис встретил их огнями и довольно опасными ночными улицами, в это время суток ночные вылазки совершали лишь те, кто жаждал поймать адреналин. А Томасу это и нужно было, и по улицам быстро разлетелось прозвище "сорви-голова".

Заказчик оставался в неизвестности до момента завершения сделки. Выкрасть бумаги из магического семейного тайника было делом трех дней. Никто из трио даже не пытался выяснить, что это были за бумаги и какова моральная сторона этого заказа. И так же никто не ожидал увидеть в заказчике молодую и привлекательную девушку.

Деми Кёндис ворвалась в жизнь Томаса стремительно и даже весьма настойчиво, не встретив ни особого энтузиазма с его стороны, ни сопротивления. Томас даже не понял, как все произошло, но ему было и все равно. Девушка, как и ночные улицы Лондона с их суровыми законами, как и работа наемником не без риска для жизни, были лишь прикрытием для душевного забвения. И он полностью отдался этой второй жизни, в отчаянном порыве забыть то, что осталось в той, другой.

— Томас, — стоило ему выйти из душа, как девушка сорвалась с места и снова очутилась рядом, заглядывая в глаза, — посмотри на меня! Я чувствую, что тебя что-то тревожит!

— Тяжелый день только и всего, давай закроем эту тему. Если хочешь я провожу тебя домой.

— Нет, я останусь с тобой, — Деми не для того выпросила ключи от его квартиры, чтобы он провожал ее обратно, — ты выспишься, отдохнешь, и нас ждет самое восхитительное утро, — закатив глаза Деми уже представила себе трепетное пробуждение в объятиях красавчика с последующими любовными играми.

Серия коротких сигналов оповестила о поступившем сообщении.

— Что там? — и Деми, прервав цепочку своей разыгравшейся фантазии, схватила в руки мессенжер, на табло которого высветилась надпись "5 сентября, Лотердейл, 12:00 угол Лангрэма и Вивальди", — Лотердейл? Место нового задания?

— Похоже на то, — Томас рухнул на диван и запрокинув голову на спинку, прикрыл глаза. Немного отчужденно, немного равнодушно, с некоторых пор он перестал вдаваться в подробности. В большей степени ему было все равно, он плыл по течению, стараясь не оглядываться назад, теперь его мало что интересовало в жизни.

— Значит ты согласился? — голос Деми стал взволнованным, — ты вернешься в свой родной город, в который ни за что не хотел возвращаться?

— Какая разница, где махать мечами, — Томас даже не шелохнулся, — город, как город.

— Город, в котором твоя семья, друзья, Орден, — при их упоминании, казалось бы Томас должен был проявить хоть каплю заинтересованности, но нет, ни один мускул не дрогнул на его лице, — я поеду с тобой! — вдруг выпалила Деми, приземляясь рядом, на диванную подушку.

Томас приподнял голову и открыв глаза, пристально посмотрел на Деми, посылая ей взглядом свой ответ.

— Я знаю, ты против.

— Ты снова читаешь мои мысли, — усмехнулся Томас.

— Когда ты позволяешь их читать! И не смотри на меня так, ведь знаешь, что это получается само собой, — надув губки Деми села прямо и скрестила руки на груди, — ты все время избегаешь смотреть мне в глаза., когда этого хочу я, но когда это нужно тебе — ты всегда находишь время вот так вот смотреть на меня.

— Потому что хочу сам контролировать свои мысли, — смягчился Томас, — ну же, не дуйся, как ребенок.

— Если возьмешь меня с собой, не буду! Я столько мечтала о том, чтобы попасть туда, где ты вырос. Узнать этот город, познакомиться с твоими друзьями, стать еще на шаг ближе к тебе.

— Да уж куда ближе то, — снова усмехнулся Томас ребячеству Деми. Сейчас она совсем не походила на девушку старше его на целый год.

— Я серьезно, Томас! — Деми повернулась к нему, всем своим видом показывая, как для нее это важно, — я люблю тебя и хочу чтобы ты ничего от меня не скрывал, чтобы мы стали одним целым, как две половинки, две судьбы, сложенные в одну. Я хочу стать для тебя единственной, Томас!

Ее красноречие и любовный порыв вновь накрыл Томаса черной тучей тоски. Увы, единственной для него она никогда не сможет стать. Все его сердце до последней частички отдано той, что никогда не скажет ему того же.

— Томас, ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — запричитала Деми, положив ладошки ему на грудь и склонив голову к плечу, — позволь быть с тобой рядом, прошу.

Деми задержала дыхание, для нее это был огромный шаг вперед, прорыв, который свяжет ее с Томасом еще сильнее. Шагнуть в его прошлое, предстать перед его семьей и друзьями в качестве невесты — вот о чем она мечтала — заполнить собой всю его жизнь!

— Ладно, ладно, будь по-твоему, — рука Томаса обняла девушку и прижала к себе. Не о такой жизни мечтал сам Томас, но судьба иной раз бывает очень жестокой. А его судьба забрала у него самое главное — его любовь, без которой счастье ему теперь только снится…

Дорогие мои, с праздником Святой Пасхи, Вас!

Глава пятая

— Куда в такую рань собралась? — услышала я за спиной, прикрывая ворота одной рукой и придерживая рюкзак с книгами другой.

— Ты за мной следишь? — Алан подошел ближе и стянув с моего плеча рюкзак, закинул его на свое.

— Приглядываю, — исправил формулировку Алан — так куда мы отправимся?

— Лаура меня убьет, — вместо ответа буркнула я, представив, что скажет сестра, когда узнает об их утренней прогулке.

— Обещаю, как только объявится Томас, передам эту эстафету ему.

Я лишь грустно улыбнулась, но больше спорить не стала. Очень хотелось верить в то, что он сможет сдержать свое слово в самое ближайшее время.

— Теперь ты и порталы сама создаешь? — преодолев пространство Алан неспеша оглянулся назад, наблюдая за тем, как портал сворачивается обратно под жестом сжатого мною кулака.

— Магия стабилизировалась, теперь я многое могу, — но вдаваться в подробности я не желала, чтобы и в этом мире меня не преследовал статус Богини.

Старая часовня никуда не делась, все так же скрипела оконная рама, а предрассветный туман застилал отколотый каменный порог.

— Почему он не закрывается как в прошлый раз?

— Портал пропитан моей кровью, которая удерживает его открытым.

Взгляд Алана почернел.

— Ты ведь не все нам рассказала, так, Ева? — и обернулся, настороженный, вкрадчивый взгляд его глаз вытаскивал из меня всю правду.

— Не хотела пугать девочек. Я хотела рассказать все Томасу, но…

Алан усмехнулся — это было так предсказуемо с моей стороны, но через пару секунд снова выжидающе взглянул на меня.

— С той стороны портал охраняют стражи, Неон не допустит проникновения, с этой стороны портал скрыт и его не обнаружат. Но не этого я боюсь, — мой голос дрогнул, стоило мне вспомнить черноту восьмого континента, — есть там нечто, что внушает страх, что не остановят ни стражи, ни иллюзия. Сейчас они изолированы, замкнуты в магическом пространстве и спят, но Алан, — и я со страхом взглянула на друга, — если они снова проснуться и вырвутся из плена, они превратят и тот мир, и этот в пепелище.

Алан внимательно слушал и пока плохо понимал о чем речь.

— Что ж это за нечто? — недоверчиво отнесся он к моему жуткому рассказу.

— Тени, Алан, — его глаза широко раскрылись, — их много, очень много и… это огромные, жуткие твари. Мне удалось их усыпить, но Виттарион с Неоном предположили, что ими кто-то управляет.

— Я знаю только одного Повелителя Теней — Юлиан! Тогда становится понятно, почему он требовал от тебя оставить сангетум в портале. Ты его оставляешь, по его приказу тебя пытаются убить, сангетум открывает портал, он призывает тени и все, — догадки Алана казались вырывались из его уст быстрее, чем складывались мысли в голове. Представившаяся картина ужасала последствиями и я закрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть.

— Если это все так, — судорожно прошептала я, — то это значит…

— Что Юлиан планирует захват…а тени — это его Армия… — закончил за меня Алан, сам ужасаясь сделанным выводам.

* * *

— Какие-то вы оба сегодня странные, — прижимая к груди пару учебников, Таша насквозь прожигала меня своим взглядом, — все занятия витаете в облаках.

Быстро сморгнув мрачное наваждение, вызванное весьма печальными последствиями плана Юлиана, я натянуто улыбнулась. День не клеился, Алан тоже все время молчал и был погружен в свои мысли. И я его вполне понимала, явившаяся нам правда, хоть и была еще не подтверждена, казалась чудовищной явью, неумолимо приближающейся.

И я не знала, что делать, каким должен быть план, как остановить это — мысли никак не хотели собираться воедино.

Взгляд прошелся по ничего не значащим студентам, и остановился в углу коридора, где столкнулся с еще одним невеселым взглядом.

— Кай! Иди к нам! — неожиданно для всех, позвала я одиноко стоявшего в стороне парня и махнула ему рукой. Он будто только этого и ждал, наблюдая за нашей четверкой со стороны, и потому не заставляя звать себя дважды, быстро пересек расстояние до нашей группы и оказался рядом. Если уж я решила свести двух братьев снова вместе, то нужно идти до конца! — Кай, я хочу познакомить тебя со своими друзьями.

— Привет!

— Я слышала о тебе, — тут же подхватила Таша, ничуть не смущаясь в его присутствии, — это ведь ты экстерном перешел на второй курс, умный, значит?

— Не жалуюсь, — улыбнулся Кай и все заметили, как его зрачки расширились.

— Это Таша, моя самая близкая подруга, Лаура — моя сестра, и Алан…

— Мой брат, я знаю, — продолжил Кай за меня, ошарашив всех будто только что открывшейся тайной.

— Ты ему сказала? — Алан с укором посмотрел на меня, но ответить ему я не успела.

— Об этом не обязательно было говорить, — расскрыл ему глаза Кай, — сам догадался, и весь универ уже в курсе появления новой пары близнецов.

Ты можешь злиться сколько угодно, но шила в мешке уже не утаить. Хочешь закрывать глаза на мое существование — твое дело, но я о брате всегда мечтал и не стану бегать от того, что дается мне судьбой, — ораторскому искусству Кая позавидовал бы любой.

— Ты непременно должен помочь мне с психологией, Кай, — Таша, впечатленная эмоциональным запалом сказанных слов, тут же ухватилась за то, что может принести пользу и ее интересам, — я всегда не могла дотянуть этот предмет до четверки, а ты, как я вижу, очень даже преуспеваешь, — легкая ирония промелькнула между слов и скрылась в уголках ее губ.

— Осторожно, смайлик, — голос Алана предостерегающе резанул воздух, — Фабиану это не понравится.

— Фабиана здесь нет, Алан, — парировала Таша, — как нет ничего и в том, что один из моих друзей поможет мне не завалить один из предметов. Кстати Лаура и Кай в одинаковом положении, и Лаура вполне справилась с правдой.

— Лаура под моей защитой.

— Что мешает сделать тоже самое с Каем? — Таша отступила на шаг, — все, я убегаю на пары, встретимся в "Иллюзии", — и Таша умчалась навстречу знаниям.

— Мне тоже пора, — очнулась Лаура, отрываясь от руки Алана, — последняя пара на сегодня. Ты меня проводишь?

— Конечно! — Алан бросил на меня и Кая беглый взгляд.

— Без нас ничего не рассказывай, сестренка. Я обязательно хочу видеть его лицо, когда он все узнает, — Лаура даже слегка хихикнула, но Алан быстро загородил ее собой и оттиснил вперед.

— Что она имела в виду? — Кай повернулся ко мне лицом, когда Лаура с Аланом исчезли из поля зрения, — я чувствую себя участником тайного сговора.

— Сейчас, ты практически присутствовал на семейном голосовании, которое завершилось в твою пользу, — я подняла на Кая глаза, довольная решением остальных. Теперь я была уверена на все сто, что Алан сдастся, мнение Таши, а уж тем более Лауры возымеет свое действие.

— Кажется я начинаю понимать твой план, — хитро прищурившись, Кай смотрел на меня. В его глазах играли искорки, — ты призвала друзей поддержать тебя и это сработало.

Мы переглянулись, доверие между нами укреплялось с каждой минутой. Туча под названием Юлиан, слегка развеялась над моей головой, разгоняя мрачные мысли. В желании свести братьев вместе, я видела надежду, а еще мне до безумия хотелось увидеть Лею и ее радость от воссоединения семьи. Сейчас, когда она и Алан стоят во главе Ордена, они как никогда смогут обеспечить защиту и Лауры и Кая. Если тот все же захочет жить с этой правдой.

— Не хочу пугать тебя раньше времени, Кай, но то, что тебе предстоит узнать, выходит за рамки обычной жизни. Это может быть совсем не тем, что ты ожидаешь услышать.

— Как сказала Таша, Лаура ведь справилась с этой правдой, чем я хуже? — Кай не сводил с меня глаз, продолжая внутренне выстраивать между нами мостик доверия и симпатии.

Коридоры опустели, я и не заметила, как мы оказались одни, прогуливаясь по университетским коридорам и вышли к залу чествования выпускников. Череда фотографий золотых выпускников ТНуШа растянулась по всей десятиметровой стене.

— Я очень рад знакомству с тобой, Ева, — голос Кая стал особо мягким, — не знаю, чем заслужил твою поддержку. Ты такая особенная! — Кай перехватил меня за руку, он этого прикосновения я вздрогнула, но руки не выдернула, — позволь и мне помочь тебе.

— Помочь мне? В чем?

— Да в чем угодно, — глаза Кая загорелись, а губы растянулись в улыбке, — вон Таша уже вовсю воспользовалась ситуацией. Будь моя воля, я бы с удовольствием проводил время с тобой, чем с ней.

Его теплые пальцы скользнули по моим, перебирая их, а я, не желая признавать явные намеки со стороны Кая, сделала вид, что не понимаю значения этих слов.

— Таше не помешает подтянуть психологию, — уводя разговор подальше от личных тем, да и в поддержку подруги, ответила я. Узнай Таша, что я стала причиной не сложившихся допзанятий, меня бы ждала хорошая встряска от нее.

— А тебе?

— Я совсем недавно вернулась к учебе, — все же освободив свою ладонь из рук Кая, я развернулась, двигаясь вперед вдоль стены и тем самым не давая Каю снова прикоснуться к себе, — обстоятельства держали меня вдали от дома, но не думаю, что у меня возникнут проблемы — учеба всегда давалась мне легко.

— Хорошо, но пообещай, что я буду первым, к кому ты обратишься, если будут трудности? — Кай очутился впереди меня и я уперлась ему в грудь ладонями, что бы не столкнуться лбами. Взмахнув ресницами, подняла на него глаза и погрузилась в бездонный, черный омут его глаз. Далекое дежавю прошлось по памяти! — пообещай, — совсем тихо попросил Кай.

— Обещаю, Кай, — открыто согласилась я без всякой задней мысли, убежденная в том, что к исполнению обещания мне не придется прибегать.

Легкое покалывание в области запястья заставило опустить взгляд вниз — четкие красные нити проявились там, где секунду назад их вообще не было. Проследив за моим взглядом, Кай увидел то, что не должен был видеть. Пытаясь исправить положение, я попробовала рывком спрятать руку за спину, но Кай перехватил ее настолько быстро, что я не успела даже моргнуть.

— Что это? — он впился взглядом в мое запястье, на котором тонкие нити начали пульсировать красным светом. Я попыталась снова вырвать руку, но Кай усилил хватку, удерживая руку перед собой, — что это такое?

Но я его не слышала больше, мой взгляд был прикован к фото на стене в светлой рамке, во втором ряду, прямо напротив нас.

— Неон! — прошептала я, пропуская вдох.

Глава шестая

— Купер Дьюард, — читая имя и аннотацию под фото, Кай ослабил хватку и я воспользовалась моментом, что бы выдернуть руку, — Ева! Что все это значит?

Не обращая внимания на распросы, я подошла ближе к фотографии и провела пальцем по строчкам, словно хотела не прочитать их, а почувствовать.

— Золотой медалист 2018 года. Присвоено почетное звание Спасателя за особые заслуги перед университетом, — прочитала я еле слышно и перевела взгляд на запястье, отступив несколько шагов назад и проверяя свою теорию.

Нити тут же сошли с запястья, будто их и не было, но когда я вновь приблизилась к фотографии Купера Дьюарда — вспыхнули красным светом.

— Нити реагируют на приближение, — я говорила сама с собой, не замечая рядом Кая. Ворох мыслей проносился в голове, складываясь в определенный план действий.

— Ева, посмотри на меня, — Кай взял меня за плечи, пытаясь встряхнуть, — да что это за…, схватив меня за руку он резко дернул за нити в попытке сорвать злосчастные оковы, но тут же отдернул руку — на ладони остались яркие полосы от ожогов. С изумлением он смотрел на меня несколько минут.

— Пойдем, — схватив его за другую руку, я решилась. Сейчас он напоминал мне меня, когда моя рука горела от шипов колючего плюща перед дверью Верховного Приама. Увы, Фейерии было не до меня и я не могла поступить так же с Каем, — закрой глаза, — скомандовала я, прижав его спиной к стене колонны. Я стояла так близко к нему, что несмотря на боль, Кай замер.

— Если ты меня сейчас поцелуешь, то я только за.

— Закрой! — призывно повторила я, игнорируя рвение парня. Кай сморщился от боли, стоило мне прикоснуться к руке. Накрыв ее своей ладонью я глубоко вдохнула, пробуждая поток силы к действию и почувствовала, как магия откликнулась, исцеляя болезненные ожоги, — можешь открыть глаза, но прошу ничего не говори и не спрашивай. Всему свое время.

Кай озадачено и растерянно разглядывал свою руку.

— Но как? Что ты сделала?

— Никаких вопросов! — напомнила ему я, — кажется ты предлагал мне свою помощь?

— Может сначала объяснишь во что я ввязываюсь?

— Ничего сверхестественного я не попрошу, — улыбнулась я осторожности Кая, — мне нужно как можно больше узнать о Купере…Дьюарде, контакты, где живет, если переехал, то куда.

— Почему такой интерес к этому парню? Из-за этого? — и Кай приподнял мою руку, от нитей не осталось и следа.

Я многозначительно промолчала, давая понять, что на вопросы отвечать еще не время.

— Данные на всех выпускников хранятся в архиве университета, можно сделать официальный запрос, но ответ придет не раньше, чем через неделю, — поняв мой настрой, Кай все же решил придерживаться моей стороны, не смотря на всю странность ситуации.

— Нет, этот вариант не подходит — слишком долго, — расстроилась я и со вздохом прислонилась спиной к колонне с обратной стороны.

— Ей! — обогнув круглую колонну Кай оказался прямо надо мной и большим пальцем приподняв мою голову за подбородок, заглянул в глаза, — я же обещал помочь, помнишь?

Несколько секунд глаза в глаза наполнили меня странным чувством. Доверие? Или что-то еще?

— Если только это не твой парень, который сбежал от тебя, а ты пытаешься его вернуть, — вдруг очень серьезно заявил Кай и его черный взгляд сместился на мои губы.

— О, нет, что ты, Неон…то есть Купер, не мой парень, — пробормотала я в растерянности, отстраняясь и от колонны и подальше от Кая. Чувство неловкости переполнило меня.

— А он есть?

— Кто?

— Ну, парень. У тебя есть парень? — наконец-то Кай задал вертевшийся в его голове вопрос.

— А это имеет значение? — я все еще отступала, пора было покинуть этот зал и хорошенько обдумать то, что произошло.

— Еще какое, — размыто ответил Кай, и уголки его губ приподнялись.

— Тогда да, есть! — призналась я и в душе сразу стало так тепло и уютно. У меня не было случая перед кем-то назвать Томаса своим парнем и сейчас, я испытала то самое чувство радости от публичного признания. Об этом знали все, но по умолчанию, на расстоянии. Открыто говорить об этом, заявлять во всеуслышанье — совсем другое дело. Это чувство наполнило меня радостью и на глаза невольно навернулись слезы.

— И почему же он не рядом с тобой? — от Кая тоже не укрылось это изменение, мое лицо и глаза отражали все мои чувства, как на ладони, — очень опрометчиво с его стороны оставлять тебя одну.

— Он пока еще не знает, что я вернулась, — сразу стало грустно, но в оправдание Томаса это звучало убедительно. Так убедительно, что я и сама поверила, что его рядом нет, именно по этой причине, — мы жили на разных континентах, долгое время не виделись, вернее встречались но не так, когда я вернулась — он уехал…в общем все очень сложно, — объяснить что-либо было не легче, чем доказать теорему и в конце концов я сдалась.

— Может это и к лучшему?

Я вздрогнула, всем сердцем ощущая тревогу. Вдруг Кай прав и Томас уехал искать лучшей жизни и нашел ее? Но разве уехал бы он зная, что со мной все в порядке и я вернулась?

— Готова наведаться в кабинет директора? — раздался заговорщический шепот Кая, а черные глаза сверкнули совсем рядом с моими.

— Не впервой! — ответила я так же шепотом, улыбнувшись своему маленькому, но все же опыту.

* * *

— В это время он всегда уезжает обедать, — голос Кая звучал тихо, но четко и у меня сложилось впечатление, что разработка подобных стратегий для проникновения в запретные зоны, для него не в новинку, — ровно через час он возвращается, как по секундомеру. В сейфе он хранит дела лишь актуальных студентов, а на университетском сервере весь архив за все прошлые годы. Местные хакеры еще в прошлом году слили коды доступа к серверу по всем мессенжерам.

— Откуда ты все это знаешь? — сказать, что я была крайне удивлена — не сказать ничего. Он выдавал информацию так, словно для него это было привычным делом.

— Сразу видно, что ты еще не прониклась университетской жизнью, — усмехнулся Кай и кивнул в сторону директорского кабинета, из которого вышел мужчина лет пятидесяти в черном деловом костюме, с седыми волосами и короткой седой бородой, держа в руках черный кожанный саквояж, — видишь, я был прав.

Директор, а ведь я даже имени его не знала, зашагал по коридору и скрылся за углом, где по всей видимости, спустился вниз по лестнице.

— Теперь пора, — и схватив меня за руку, потянул за собой.

Массивная дверь оказалась закрыта, но и тут Кай меня удивил, достав из-за пояса миниатюрную отмычку.

— И всегда у тебя под рукой подобный инструмент? — тихо поинтересовалась я, пытаясь понять, что за человек Кай Гарден и какие сюрпризы он еще в себе хранит.

— Давно мечтал его применить! — Кай довольно улыбнулся, чувствуя прилив адреналина, — подарок отца, после переезда в Лондон, с виду обычный брелок, но возможности…

Я услышала характерный щелчок и дверь приоткрылась. Занятия все еще шли, поэтому нашему вторжению свидетелей не нашлось.

Просторный кабинет представлял собой классический стиль любого руководителя и лишь в одном из углов, будто оазис в сухой пустыне, была припрятана угловая тумба с аквариумом. Пять крупных золотых рыбок с длинными веерообразными хвостами застыли под водой при виде незванных гостей.

— Здесь! — Кай указал на ноутбук на столе, — не поверишь, но код доступа у нашего директора — "золотая рыбка", — Кай быстро набрал буквы на клавиатуре и ловко задвигал мышкой, — Купер Дьюард…

Я обошла его со спины и заглянула через плечо, увидев строку и идентификатор поиска. " Поиск завершен. Данные о Купер Дьюард отсутствуют" — выдала система.

— Странно! Наверное сбой!

И моментально очистив строку поиска, вновь ввел нужное имя. Идентификатор несколько секунд сканировал виртуальное пространство и снова выдал тот же результат.

— Попробуем по другому, — не унимался Кай. Сейчас он сам был похож на заядлого хакера, — Выпускники 2018 года…

Через несколько секунд на экран выпал список из 47 фамилий. Пролистав его сверху вниз и снизу вверх, Кай остановился напротив одной строчки DELETE.

— Почему мне кажется, что здесь был как раз наш парень?

— Что Вы здесь делаете позвольте узнать? — раздался громовой бас со стороны входа и я вздрогнула. Пара суровых глаз пронзила меня не менее суровым взглядом. Неожиданное возвращение директора совсем не входило в наши планы, но его планы отличались от наших.

— Соизволите ответить, мистер Гарден, или я вызываю полицию? Взлом с проникновением это серьезная статья.

— Постойте! — я выпрямилась, понимая, что выхода нет и придется действовать не обычным способом, — ответьте сначала Вы, почему данные о выпускнике Вашего университета Купере Дьюарде стерты из всех архивов?

— Что Вы себе позволяется, мисс? Я не обязан перед Вами отчитываться. Все данные об учащихся защищены в надежных источниках, любое разглашение о личных данных приведет к немедленному освобождению кресла директора. Я на этом месте уже пятнадцать лет и еще никому не удалось нарушить эти заповеди, — возмущенный и разгневанный он для пущей убедительности поднял указательный палец вверх.

— Тогда как Вы объясните это, директор? — Кай развернул ноутбук экраном к нему и пока директор, почесывая бороду, вникал в то, что за запись стоит напротив 28 строки, где должна быть прописана фамилия выпускника, я обдумывала свои действия. Только времени у меня было мало и я решилась.

Подойдя ближе к директору, я опустила руку ему на плечо и набрала побольше воздуха в легкие — магия воливера всегда казалась мне самой трудной.

— Сейчас я буду задавать Вам вопросы, а Вы будете на них отвечать, — спокойным голосом проговорила я, — Вашей жизни ничего не угрожает, говорите только правду, какой бы она ни была.

Кай подскочил на месте.

— Это что, гипноз?

— Можешь и так называть, — вздохнула я, все же немного расстроенная тем, что пришлось демонстрировать это перед Каем.

И как это все объяснить, если это должен был сделать Алан? — вопрос: Купер Дьюард являлся Вашим студентом и выпускником университета?

Мужчина стоял не шелохнувшись, с широко открытыми глазами.

— Да, выпуск 2018 года, один из лучших студентов, гордость университета.

— Место его настоящего проживания известно?

— Университет отслеживает самых выдающихся студентов и их дальнейший путь. В настоящее время вместе с женой переехал в пригород Лотердейла к родителям в ожидании рождения ребенка.

— В Лотердейл? — сердце забилось с удвоенной силой. Земля и правда круглая! — что случилось с личным делом Купера Дьюарда?

Директор молчал, усилием воли пытаясь совладать с установкой говорить только правду.

— Все в порядке, — я снова положила руку ему на плечо и как можно мягче, чтобы в голосе читалась просьба, а не приказ, повторила, — расскажите, что случилось с личным делом Купера Дьюарда?

— Вся информация по делу Дьюарда была удалена, все файлы стерты, контакты обезличены.

— Кем?

— Их было двое. Они не представились…

Глава седьмая

В "Иллюзии" в самый разгар дня было шумно и многолюдно. За столиком в самом углу, нервничая и перешептываясь сидели Таша и Лаура с Аланом. Лаура обхватив двумя руками руку Алана, практически повиснув на ней, удерживала его на месте. Черные, как смоль, глаза Алана и сдвинутые брови выражали беспокойную злость за долгое отсутствие Евы.

Увидев нас, входящими в кафе под звон дверного колокольчика, Алан резко выпрямился, потянув за собой и Лауру.

— Какого черта? — прошипел сквозь зубы Алан и бросил беспощадный взгляд на моего спутника, — ты хоть представляешь, что мы тут с ума сходили? Это он тебя задержал?

— Кай помогал мне, — устало бросила я в ответ и присела за столик, — это круасан? Я ужасно проголодалась, — перед Лаурой на блюдце, маняще переливаясь политым сверху шоколадом, лежал аппетитный рожок. Блюдце дружелюбно пододвинулось ко мне.

— Заказать тебе еще? — тут же откликнулся Кай, готовый метнуться к стойке за заказом.

— Не нужно, — я уже откусывала первый кусок. Наверняка за время ожидания, Лаура уже успела налакомиться и этот последний, так вовремя оказался нетронутым, специально для меня.

Кай присел рядом, и тишина за столиком растянулась ровно на время поедания мной этого пекарского чуда.

— Ну и? — Таша протянула мне салфетку и я смущенно вытерла ею остатки шоколада с губ.

— Я нашла Неона, — выдохнула я, — вернее не я, а они нашли его, — я подняла руку, демонстрируя запястье и тоненькую ниточку браслета на нем.

— Купера…, - поправил меня Кай и три пары глаз переметнулись на него, — она всегда называет его Неоном…Купера Дьюарда, — отводя взгляд, объяснил он. Кай понимал, что сейчас он для этой компании, как для собаки пятая нога, но непоколебимое желание стать ее частью и быть признанным братом, вершило все.

— Это здесь он Купер Дьюард, — вырвалось у меня и Кай вернул свой взгляд на меня. Кажется он уже спокойно реагировал на все странности и загадки, смиряясь с решением "всему свое время". Оставалось только ждать, когда оно наступит.

— Он видел? — Алан задал вопрос резко и без промедления, стоило мне закончить повествование о знакомстве с директором.

— Видел! — вместо меня ответил раздраженно Кай, — и как видишь не сошел с ума, не рву на себе волосы и не кричу на всех углах, что магия существует!

Алан хмыкнул и откинулся на спинку сиденья.

— Тшшш, — шикнула на него Таша, — ты еще и половины не видел.

— Ты должен ему рассказать, — я посмотрела на Алана и наши взгляды встретились. Что ни говори, но что-то между нами осталось, что-то крепкое, незыблемое и очень дорогое сердцу.

— Хорошо, — согласился Алан, — но он пойдет со мной.

— Я только за. Вам обоим нужно побыть наедине.

— Возвращаемся в Лотердейл и продолжаем поиски Неона уже там.

— И подключаем Орден для поисков.

— Но вы сидите дома и не высовываетесь.

— Но только до тех пор, пока вы его не найдете.

— А после Лею ждет новое знакомство с сыном.

— Договорились!

Мои глаза сверкали, я чувствовала что готова была броситься на шею Алану, расстроганная его согласием. Наш короткий и беглый переброс условиями полностью обескуражил сидевших рядом.

— Что это сейчас было? — нарушила выстроенный резонанс Таша, пока Лаура приходила в себя оттого, как эти двое бесцеремонно договариваются между собой, не замечая их, — ээээй, мы тут, вы про нас не забыли?

Алан посмотрел на молчаливую Лауру, настороженно наблюдавшую за нашим диалогом, отпустившую руку Алана, что и не укрылось от его внимания.

— Милая, все в порядке? — и накрыл ее руку своей ладонью, чувствуя, что девушка готова вскочить с места, поддавшись импульсивному чувству.

Его ласковый голос слегка остудил ее, а прикосновение руки, да еще и у всех на виду, спугнуло все тревоги и обиды, — Алан закинул руку ей через плечо и обняв, прижал к себе и прцеловал в макушку, вытесняя всякие ревностные мысли из ее головы.

— Ну вот, пиши все пропало, — нахмурилась Таша и недовольно скрестила руки на груди, не скрывая завистливого взгляда на влюбленных, — мне как всегда не повезло больше всех — Фабиан до вечера занят.

— До вечера это не страшно, хуже, когда вообще не знаешь на сколько, — тихо прошептала я, погружаясь в свои мысли.

— Мы обязательно его найдем, Ева, — Алан поддался вперед, но Лаура удержала его за руку, — я снова дал команду по всем городам, Томас не будет отсиживаться в тени, он всегда там где жарко и рано или поздно объявится. Нам пора, — Алан встал, — если Купер кому-то понадобился, то нам надо найти его раньше, чем его найдут те двое.

Вот с этим были согласны все.

— А кто этот Томас? — Кай встал вместе со всеми, но кому именно он задал вопрос так никто и не понял, только все посмотрели на него и переглянулись.

— Мой лучший друг, — непринужденно ответил Алан, выбираясь из-за стола и направляясь к выходу.

— И мой лучший друг, — подхватила Лаура, поспешив за Аланом.

— А еще…он парень Евы, — как бы невзначай обронила Таша, сочувственно хлопая Кая по плечу, — ну и мой лучший друг тоже, хотя…это не так и важно.

Я не успела и слова вымолвить, как столкнулась с пронзительным взглядом Кая.

— Значит все-таки сбежал?

— Уехал, — поправила я и попыталась обойти его, но Кай уже схватил меня за локоть и наклонился ко мне так близко, что я почувствовала его горячее дыхание на щеке.

— Отпусти его, не возвращай! — голос Кая стал отчаянно волнительным, глаза горели черным золотом и проникали в самую душу, — а я буду рядом с тобой, обещаю!

* * *

Полуденный час наливался теплом, солнечные лучи разогревали асфальт, по которому то в одну сторону, то в другую проезжали автомобили, пикапы и внедорожники. Меж двух домов, в узком полутемном проходе чердачных лестниц, будто из стены вышли двое.

— Ты знаешь все порталы Ордена? — девушка в строгих черных брюках, светлой блузке и приталенном жакете, поправила висевшую через плечо элегантную сумочку. Редкая челка спадала на плавный изгиб бровей, а волосы, собранные в хвост отпружинили в сторону, когда она мотнула головой оборачиваясь к своему спутнику.

— Только старые, — ответил ей тот, растегивая молнию на укороченной черной куртке и открывая взору подтянутый торс в темной футболке поверх черных узких брюк, — у меня есть еще полчаса до назначенного времени, — оттягивая край гловеллетов, посмотрел на часы.

— Проводишь меня в Орден или мне заняться поиском отдельной квартирки? — глаза девушки определенно заблестели.

— Здесь мой дом, Деми, ты забыла? — последовал ответ Томаса, — останешься там, пока я не закончу с делами.

Парочка вышла из тени домов сразу попав под тепло солнечных лучей. Томас оглянулся, внутри него нотками ностальгии разгоралось чувство тоски по прошлому. Увидев перед собой знакомые улочки, вывески на зданиях, он чувствовал, как его тянет ворваться в дом Глории, вбежать в такую знакомую комнату на втором этаже, упасть на пудровое покрывало и…просто закрыть глаза, предаваясь своим воспоминаниям. А потом тайком увидеть каждого из друзей, узнать все ли с ними в порядке…

Он сделал все, что бы сбежать от этой жизни, чтобы потеря Евы не сжимала сердце тисками и вот он снова здесь и сразу все два месяца полетели к черту. Томас чувствовал, как боль возвращается с новой силой.

— Ты не представляешь как я рада, что ты взял меня с собой, — щебетала рядом Деми, не замечая подавленного состояния Томаса, — целый дом в нашем распоряжении, только ты и я. Жаль, что не получится познакомиться с твоими родителями, но ведь с друзьями-то ты меня познакомишь? Проведешь экскурсию по Ордену, покажешь свою школу, любимые места…

Деми не умолкала до самого дома, и лишь, когда Томас перешагнул порог дома, оставшегося ему от Доминика, замолчала.

— Твоя комната наверху, располагайся, здесь ты в безопасности. А мне уже пора, — Томас развернулся к выходу, — вернусь как смогу.

— Томас! — прилетело ему вдогонку, — разве мне нельзя с тобой? Я могу быть полезной.

— Ты же знаешь, это касается только команды. Сначала дело, потом все остальное, — голос Томаса звучал сухо. Он знал, что Деми будет настаивать на своем, желая по-своему провести время, поэтому старался обозначить свои приоритеты, — звони если будут проблемы!

И вышел из дома глубоко вздохнув. Он опаздывает! Придется снова воспользоваться порталами, поближе к месту встречи.

Угол Лангрэма и Вивальди открыл перед Томасом широкую площадь с памятником и фонтаном, соединяющими в перекрестке две эти улицы. Край площади упирался во вход дневного кафе и Томасу пришлось пересечь всю площадь, чтобы зайти в кафе.

За одним из столиков уже сидели Бейб и Старлей, остальные были свободны — больше посетителей не было. Томас прямиком направился к ним.

— Привет! — обронил он сухо, — немного опоздал, так что мы имеем?

Бейб без слов скинул в его сторону конверт, который все это время крутил в пальцах и постукивал углом по столу. В его жестах сквозила нервозность, и Томас понял, что прав, когда краем глаза заметил, что братья с опаской переглядываются.

Не сводя глаз с обоих, Томас машинально развернул конверт и разложил на столе пару фотографий и лист с несколькими строчками.

— Ого! — его взгляд упал на крупную шестизначную цифру по центру листка, — заказчик не поскупился на оплату, — хмыкнул Томас.

— Это в десять раз больше обычной оплаты, Томас! — в глазах Старлея сверкнул рассчетливый блеск, — ты только представь!

— Чего ж не представить! — Томас бросил взгляд на Бейба, сидевшего мрачнее тучи, сдвинув брови и о чем-то задумавшись. Это не укрылось от внимательного взгляда Томаса, чувство, что задание с подвохом сразу проникло в душу, — в чем заключается задание?

— Смотри! — Старлей коснулся пальцами фотографий на столе, развернул их перед Томасом, — цель! — указав на фото правее, проинформировал тот, — помеха! — и ткнул пальцем в фото слева.

Томас глянул на фотографии. На фото слева он скользнул взглядом и не задержался, но стоило ему взглянуть на фото справа и его глаза сверкнули. Молодая девушка держала в руках нарисованную картину и широко улыбалась. На ее пальцах и на лице кое-где виднелись следы краски, отчего не возникало сомнений, кто автор картины. Добродушная улыбка художника с открытой душой и счастьем в глазах от, наверное, своей первой работы, приковывала взгляд.

Томас напрягся и приподняв фото со стола, перевернул его задней стороной, где тонким росчерком пера было выведено лишь одно слово "Устранить".

Глава восьмая

— Серьезно? — Томас бросил жесткий взгляд на своих соратников, — устранить?

— Ты не кипятись, Томас, — Старлей наклонился к нему ближе и перешел на шепот, — в крайнем случае можно устроить несчастный случай.

— Ты о чем вообще говоришь?! — Томас не мог поверить тому, что слышит, — мы не убийцы!

— До тебя пару раз было, вспомни Сиквела, — не унимался Старлей, — Бейб, ты чего молчишь? — и пнул его под столом ногой. Но Бейб притих.

— Предлагая мне присоединиться, вы знали, что я не пойду на беспредел, а значит были готовы к такому повороту. Это мой город и я не позволю здесь убивать! — голос Томаса сменился на металлический, глаза яростно блестели!

— Ладно, ладно, Томас, успокойся, — отозвался Бейб, приподнимаясь и хлопая его по плечу. Горячность Томаса могла выйти им обоим боком и Бейб понимал, что лучше сделать шаг назад.

Но и Томас не собирался сдаваться, он чувствовал, что этот заказ не был средне-статистическим, за ним явно скрывалось что-то еще.

— Кто заказчик? — жестко отчеканил он вопрос.

Бейб и Старлей переглянулись, выругнувшись про себя, — кто заказчик, Бейб? — и стальной холод глаз пронзил того, кого называли огненной лапой.

— Черт тебя подери с твоей правильностью, Бредли! Ты же сам не раз убивал! — Старлей вскочил из-за стола, сжимая кулаки и быстро пряча их в карманы брюк.

— И снова это сделаю, Стар, если возникнет угроза. Бейб? — третий раз мог стать последним и тот это понимал.

— Мы не знаем кто это, — выдавил Бейб из себя, судорожно стуча пальцами по столу, — когда мы пришли сюда, конверт уже лежал на столе.

— Как поступил заказ?

— Как обычно, через наш информационный канал. Ты не часто интересовался этой стороной дела, так что…

— Всегда можно наверстать упущенное, — быстро возразил Томас, — предоставь мне доступ к каналу и я сам выясню это, — перед Бейбом легла раскрытая ладонь Томаса и тому вынуждено пришлось достать из кармана припрятанную флешку, — надеюсь "правило трех да" в силе?

— Конечно, — неохотно буркнул Бейб, вручая флешку.

— Тогда мы задержимся здесь еще на пару дней. Увидимся завтра! — два брата хмуро наблюдали за тем, как Томас покидает стены кафе.

— И что теперь делать? — Старлей с вызовом посмотрел на брата и снова сел за стол, — судя по тому, что ты не рассказал о том, что деньги уже переведены, у тебя есть план, как сделать так, чтобы наш сорви-голова ничего не узнал?

— Он в ярости, — подвел итог Бейб, тоже опускаясь на сиденье, — мы можем потерять его, если не отступимся.

— Брат, на кону целое состояние, — казалось жажда наживы целиком захватила второго брата и единственное, что его интересовало, это крупное вознаграждение, — а наша репутация? Да, с Томасом мы ее подняли, у него и правда талант, но сейчас если вернем заказ…больше не получим ни одного!

— Ты прав! — Бейб кивнул аргументам брата, — значит все сделаем сами и чем раньше, тем лучше.

* * *

Алан и Кай, напряженно всматривались в фигурки двух девушек, поднимающихся по ступенькам в дом. Ташу они отвезли домой первой и взяли с нее слово, не устраивать самоволок. Девушки все время оборачивались, махали им рукой, но два брата стояли до конца, пока дверь дома не закрылась за ними. Как ни странно, Кай довольно спокойно прошел через портал следом за Евой, этот парень удивлял Алана своей быстрой адаптацией к последним открытиям. Может Ева права и Кай действительно послан ему судьбой, чтобы восполнить утрату лучшего друга возвращением брата? Не потому ли, что мир стал так близок к угрозе и ему, Алану, дан шанс узнать своего брата?

— Куда мы теперь? — вывел его из раздумий Кай.

— Наведаемся в мэрию, — быстро ответил Алан, словно и не было других мыслей, — отдел демографии города ведет перепись ежегодно. Уверен, там мы найдем кого ищем, — с этими словами он перешел дорогу и сел за руль припаркованного напротив соседского дома новенького авто.

Кай молча занял место рядом. Он слышал, как Алан согласился все ему рассказать и поэтому не торопил его. Злость на брата уже давно иссякла и теперь он лишь ждал. Но пара вопросов все же интересовали его именно сейчас.

— Как давно уехал Томас? Какие у них отношения с Евой?

Алан сдавил руль руками и нажав на тормоз, съехал на край дороги.

— Ты серьезно? Это что…наследственное? — Алан обреченно помотал головой и стукнул кулаком об руль.

— О чем ты? — удивленно воскликнул Кай.

— Думаешь я не вижу, как ты на нее смотришь? — Алан разозлился.

— И что с того? — не стал спорить Кай с тем, что и так явно для него, а теперь и для окружающих, — не собираюсь скрывать своих чувств. Но при чем тут наследственность?

Алан вздохнул.

— Когда-то я тоже был влюблен в Еву, — Алан не смотрел на Кая, но почувствовал, как тот нервно и понимающе усмехнулся.

— Ты отказался от нее, потому что твой лучший друг Томас попросил? — в его голосе слышалась издевка.

— Нет! — резко сжал губы Алан, — мы с Томасом не всегда ладили, особенно в самом начале знакомства. Я просто понял одну вещь.

— И какую же?

Алан медленно завел автомобиль и снова выехал на проезжую часть, до мэрии оставалось совсем немного.

— Что за нее мне придется бороться не с Томасом, а с самой Евой. Потому что это был ее выбор.

Салон погрузился в тишину, а оба брата в тягостное молчание. Каждый обдумывал свои слова и правильность того, что один сделал, а другой собирался сделать.

Трехэтажное белое здание мэрии, территория которого была огорожена плотным рядом подстриженных кустарников, включала в себя и прилегающую к зданию крытую парковку.

— Не знаю как ты, но я не собираюсь отказываться от Евы! — выходя из машины и хлопая дверью, Кай решительно высказался.

— Какого черта? Зачем? — Алан развел руки в стороны держа в одной ключи, а другую сжимая в кулак, чувствуя жар подбирающейся к пальцам огненного сгустка из-за нарастающей ярости на брата.

— Затем, что Ева нужна мне, или у вас есть еще и третья сестра?! — с ожесточением бросил Кай. Черные ониксы Кая столкнулись с такими же черными ониксами Алана, высекая искры из яростного противостояния.

* * *

— Мистер Майерс! О, да вас двое! — мужчина лет сорока в строгом костюме, пожал руку Алану, а затем Каю.

— Мой брат, мистер Догманн, — представил его Алан, — я к вам по делу!

— Понимаю, близнецы редкость, но только не в Лотердейле, правда, Алан? Чем могу помочь, присаживайтесь, — и не выходя из своего стола, указал на черное кресло перед собой, широко улыбаясь.

Кай молчал, по-хозяйски вышагивая по кабинету мэра и бесцеремонно рассматривая все вокруг, чем привлек обеспокоенный взгляд хозяина. Улыбка Догманна скривилась.

— Может ваш брат тоже присядет и мы поговорим? — вкладчиво попросил тот и голос его заметно дрогнул.

— Не будете возражать, если я осмотрюсь? — Кай растянул губы в мнимой улыбке. Слабый кивок мэра, который боялся спорить при Алане Майерсе, человеке влиянию которого подвержены все в Лотердейле, был ему ответом.

— Так что привело Вас ко мне, Алан? — Догманн сел в свое мэровское кресло и небрежно растянул галстук, ставший вдруг узким на его шее. Его взгляд все еще неустанно цеплялся за Кая, рассматривающего представительские портреты на стене.

— Мне нужна информация и точный адрес семейства Дьюард в нашем пригороде. Как мне стало известно, в родительский дом вернулся сын Дьюардов вместе с женой и мне…

— Алан, берегись! — крик Кая и резкий удар ногой по креслу выбили Алана из него практически моментально. Кресло завертелось по кругу, а в воздух стремительно поднялась тень и бросилась на Алана. Хорошо отработанная во время тренировок реакция заставила Алана вовремя отскочить в сторону и отвести удар и от Кая.

— Так вот значит как мы служим городу, мистер Догманн?! — Алан согнул руки в локтях и огненные сгустки моментально возникли в его ладонях. Сорвавшись в броске, один из них пролетел мимо тени, опалив своими всполохами края настенного знамени города, другой же попал точно в цель и тень распалась на миллиарды песчинок.

Кай стоял позади Алана, пожирая глазами его руки. Решив осмотреть кабинет, пока его брат ведет дипломатическую беседу с органами власти, Кай и не подозревал, что его внимание привлечет едва заметное движение под креслом Алана. Поразительно, как он различил темное пятно на темном, но это так, и Кай сразу почувствовал опасность. Что сподвигло его на удар ногой, Кай так и не понял, но попал он куда нужно и в нужный момент — тень уже подбиралась сзади к Алану. Увиденное поразило его еще больше, огонь в руках, атакующая тень — он понял…гипноз, сияющие нити, пропавший ожог, и даже порталы — все это такая мелочь по сравнению с возникшей на его глазах угрозой брату. Адреналин в крови бешено подскочил.

— Теперь мы поговорим по-другому, — Алан выпрямился, вытаскивая из кармана мессенджер и кидая его Каю, — свяжись с Фабианом, немедленно нужна зачистка мэрии.

Кай подхватил мессенжер и развернув его набрал нужное сообщение немного дрожащими пальцами.

— Я не виноват, — пробормотал Догманн, вжимаясь в кресло и втягивая плечи под взором нависшего над ним Алана, — не виноват, он заставил меня, сказал, что все, кто будет интересоваться семьей Дьюардов должны исчезнуть.

— Готово! — услышал Алан голос брата и кивнул ему в ответ.

— Почему? Что такого в их семье? Что они скрывают — говори!?

— Меня в подробности не посвящали, — заикался Догманн, съеживаясь, — но я понял, что все дело не в самом Дьюарде, а в его жене. Они ищут ее.

— Час от часу не легче, — Алан был раздражен, — ладно, разберемся на месте. Меня больше интересует, какое отношение к этому имеют Тудоры?

— Я не говорил кто это, — испуганно завопил Догманн, — нет, нет, я ничего не говорил…

— Этого и не требовалось. Где наследила тень, там всегда Юлиан! — и Алан обернулся, встречаясь взглядом с входившим в кабинет мэра Фабианом.

Глава девятая

— Я закончил! — Фабиан вышел из мэрии и остановился рядом с Аланом, — странные дела творятся, — задумчиво произнес он.

— Тучи сгущаются, — взгляд Алана отрешено смотрел куда-то вдаль, — не нравится мне все это и Томас как назло где-то пропадает.

— Да, его сейчас не хватает, — согласился со вздохом Фабиан.

— Я так понимаю ты еще один лучший друг? — с усмешкой спросил Кай. Его начинало сильно раздражать каждое упоминание об этом парне. Словно все сговорились.

Фабиан и Алан переглянулись, уловив в тоне Кая зазорные нотки.

— Зови, если понадоблюсь, — Фабиан оставил без ответа колкий вопрос и сочувственно похлопав Алана по плечу, поспешил скрыться за ближайшим углом.

— Ты хотел все знать? — неожиданно решился Алан? — Пора…

* * *

Входной звонок оповестил весь дом о прибытии гостей. За окном уже стемнело, а мы с Лаурой все никак не могли разойтись по своим комнатам. Нам было что рассказать друг другу и мы не теряли времени, пока звонок не привлек наше внимание.

— Алан, проходи! — услышала я голос Глории и мы с Лаурой подскочили, ринувшись вперед к выходу. Я весь вечер с нетерпением ждала новостей, когда как Лаура ждала прежде всего своего парня, тут же обняв его за шею и потянувшись с поцелуями.

— Ты останешься? — услышала я ее тихий вопрос и покосилась на Глорию.

— Адрес у меня! — обнимая Лауру, Алан дал понять мне, что их поиски окончены.

— Я только возьму пиджак, — поспешно засобиралась я, уже схватившись рукой за перила витой лестницы, что бы подняться к себе в комнату.

— Ева, постой! — Я обернулась, Алан внешне казался спокойным, но в глазах витала расстерянность, — сейчас уже поздно, нет смысла тревожить их ночью, — рассказывать ей о столкновении в мэрии, Алан не стал, и устало прижался щекой к волосам Лауры, обнимая ее.

Не могла я не заметить этого, он вдруг стал казаться таким уставшим и измученным, что настаивать я не стала. Они заслужили немного времени вдвоем.

— А где Кай? — осенило меня вдруг, что с Аланом нет его брата.

— Остался во дворе. Теперь выбор за ним.

Я вздрогнула.

Значит уже рассказал.

Оставив парочку добираться до дивана в гостиной, я поспешила во двор, где меня встретила стрекотня кузнечиков и прохлада подступающей ночи.

Кая я нашла не сразу, он сидел под деревом в саду, прислонившись к его стволу, покручивая в руках длинную травинку.

— Привет! — дала я знать о своем приближении, — как ты?

— Сумасшедший мир, — Кай поднял голову, но прочитать в темноте, что было в его глазах, я не могла и лишь голос выдавал его шокирующее состояние, — представляешь, я нахожусь сейчас за несколько тысяч киллометров от дома, с братом близнецом из другого мира и мне безумно нравится девушка с магическими способностями.

Я улыбнулась, это было самое трогательное признание. Ирония, с которой он произнес слова, говорили о самых настоящих эмоциях и чувствах.

— Все не так уж и плохо, — присев рядом, я тоже прислонилась к стволу дерева, — ты снова обрел брата, твоя мать ждет тебя, чтобы вновь обнять. Мир оказался еще удивительней, чем мы могли себе представить. И у каждого из нас есть своя судьба, ты тоже должен что-то сделать для этого мира, — я подтолкнула его плечом, — поэтому ты здесь.

Кай облегченно вздохнул, снимая напряжение с плеч. Казалось он услышал именно те слова, которые ему были нужны для принятия истины.

— Но если ты захочешь обо всем забыть и вернуться к обычной жизни, — я осторожно напомнила о том, что есть и другой выбор, — я помогу тебе в этом.

— Забыть? — Кай повернул голову в мою сторону и его глаза сверкнули, — не-е-ет, я не стану сбегать. Теперь у меня появился брат, мать, эта правда, которую дано знать не всем. И ты! — развернувшись всем корпусом, Кай посмотрел на меня и наши взгляды встретились. Теперь я могла разглядеть не только черный блеск глаз, но и плескавшееся в них желание. Кай приблизился ко мне и я почувствовала, как воздух между нами медленно сужается. Кай запустил правую руку через меня, захватывая в тиски. Его пальцы будто невзначай коснулись моего бедра и я, оторвав глаза от его руки, почти тут же попала в кокон его черных глаз. Его лицо было совсем близко, опираясь на руки по обе стороны от меня, он не сводил с меня пронзительного взгляда. Голос в голове кричал, что меня вот-вот поцелуют.

— Оуч!? — внезапное неприятное ощущение, заставило меня воскликнуть и прервать возникший близкий контакт до того, как тот выльится в поцелуй.

Слабая вспышка осветила мою руку и снова погасла, через секунду маякнув заново.

— Опять? — Кай сменил позу, вернувшись в свое положение и вставая на ноги, — они всегда будут мигать, когда я хочу тебя поцеловать?

— Это нити стража, — я тоже поднялась слегка отряхиваясь и пропустив мимо ушей заявление Кая о поцелуях, — но почему они мигают сейчас?

— Может опять реагируют на приближение?

— Здесь? Нет, это что-то другое, — я обеспокоенно потерла запястье, — они как будто о чем-то предупреждают, — маячок на моей руке снова вспыхнул ярче, словно соглашаясь с моими словами, — ты ведь знаешь адрес Дьюардов?

Мысль пришла сразу. Нити стражей обладали особой магией, передающейся из поколения в поколение и чем длиннее была ветка наследования, тем сильнее и крепче они становились. И сейчас во мне крепла уверенность, что нити пытаются что-то мне сообщить, они говорят со мной, предупреждают, извещают об опасности.

Я не могла оставаться равнодушной к этому сигналу.

— Да, но…ты ведь не собираешься идти туда прямо сейчас?

— Купер в опасности, я чувствую это, как и нити. Видимо они реагируют и на близнеца Неона, чувствуют угрозу.

— Надо позвать Алана и других, может это ловушка?

— Чья?

— Не знаю, — Кай пожал плечами, — возможно того Юлиана, на которого работал мэр.

— Юлиана? — сердце ухнуло вниз. Если в этом замешан Юлиан, то добра не жди. Но почему Алан промолчал о Тудорах?

— Ты его знаешь?

— Лучше бы не знала, — прошептала я, — оставайся пока у нас, я должна позаботиться о малыше и его родителях, — я почти побежала прочь от Кая, но тот не отставал от меня.

— Я не отпушу тебя одну. Пойти сейчас не лучшая идея, и пусть я не Алан, но…одну не оставлю…

* * *

Ночные сумерки спускались на землю, огни маленького городка остались далеко на заднем плане, когда мы перешагнули через портал. Пригород Лотердейла был его окраиной и поэтому по сравнению с центральными улочками, утопал в полумраке. Здесь дома располагались уже на приличном расстоянии друг от друга и сразу напомнили мне мой старенький городок, где до ближайших соседей приходилось добираться пешком минут десять. Но зато тут все утопало в зелени деревьев и кустарников.

Высокий кирпичный забор огораживал территорию представшего перед нами двухэтажного особняка.

— Там что-то происходит! — Кай кивнул в сторону дома, со двора которого доносились голоса и местами вспыхивало огненное зарево.

— Кай, — волнение во мне нарастало, — тебе лучше остаться тут, — не смотря на то, что магия стала полностью подвластна мне, естесственный страх пробирался под кожу и сковывал меня.

— Не лучше! — отрезал Кай, — ты не заставишь меня стоять в стороне!

Всего на секунду я задумалась и тут же кивнула. В этот момент громкий окрик огласил округу и снова яркая огненное полымя мелькнуло просветом среди деревьев. Мы бросились туда, как мотыльки на огонь, только преградой нам стала плотная кирпичная стена. Голоса становились все слышнее, я торопилась, кровь по венам бежала все быстрее, разгоняя адреналин и мое главное желание — не опоздать.

Пора действовать!

Приложив руку к стене я замерла всего на мгновение. Каменная укладка дрогнула и кирпичи один за другим стали выдвигаться наружу, выстраиваясь ступеньками вверх. Голоса не смолкали и я первая забралась на стену, одновременно хватая рукой воздух, который в мгновение сформировался в канат, обвив мою руку и я повиснув в воздухе, благополучно спустилась вниз.

Кай добравшись до верха стены, слегка покачнулся на краю, но воздушный водоворот подхватил его, завертел в своем бешенном ритме и опустив на землю, рассеялся у ног призрачной дымкой.

Мы были внутри и первое, что я увидела, то это Купера на пороге дома с охотничьим ружьем на готове. Такой же подтянутый, с боевой выправкой, он сразу напомнил мне Неона, с одной лишь разницей в одежде. Джинсы и мужское поло совсем не портили внешний вид близнеца и я готова была на все, чтобы защитить Купера, как защищал меня Неон. Я не могла допустить, что бы Купер пострадал, ведь это бы означало верную смерть Неона.

Рядом с ним, выставив вперед одну ногу, стоял пожилой мужчина по-боевому целясь в тех, кто посмел вторгнуться на его территорию.

Мой взгляд метнулся на двоих в черном, их лиц я не видела, но исходящая от них опасность чувствовалась даже на расстоянии.

— Убирайтесь отсюда! — бравый командный голос отца Купера, так я предположила судя по возрасту, резанул воздух.

— Не устраивайте сцен! Купер, опусти оружие, ты же видел пуля меня не остановит, — рука одного тут же покрылась огненной лавой, испускающей брызги, когда как второй стоял рядом с оголенным мечом в руке.

— Стойте! — крикнула я, набрав побольше воздуха и решительно приближаясь к ним.

Двое в черном резко обернулись.

— Ты кто еще такая? — ружье Купера тут же было наставлено на меня, — стой на месте или я выстрелю.

— Я пришла помочь, Купер! Я, друг! — мне очень хотелось, чтобы он верил мне, но передо мной был не Неон, а человек, который меня даже не знал. Глупо было рассчитывать на добрый прием и поэтому, стоило мне сделать еще несколько шагов вперед, как Купер выстрелил, а меня сбили с ног, обхватив двумя руками.

Я и Кай повалились на землю, пуля пролетела мимо и в эту же секунду огненная лава от прижатой к земле руки, просочилась сквозь землю и стремительно приближалась к стоявшим на пороге мужчинам, дымясь клубами пара.

— В порядке? — бросил мне Кай и тут же поднялся, утягивая меня за собой.

Оказавшись вновь на ногах, я оставила слова благодарности на потом и бросилась наперерез подступающей лаве. Купер перезаряжал ружье, пока его отец переводил оружие с одного незнакомца на другого.

— Я не позволю причинить вред этой семье! — я уже стояла между шипящей лавой и порогом дома Купера.

— Дура, уходи отсюда, и останешься в живых! В нашем списке тебя нет! — меченосец передернул меч в руке.

Кай уже подошел ко мне со спины. Купер недоверчиво, но все же послушно двинулся назад, когда Кай жестом показал им с отцом отступить.

Я присела на корточки и посмотрев в глаза маске, сидевшему на одном уровне со мной, с невозмутимым видом протянула руку к лаве, ощутив его жар. Сердце бешено застучало, меченосец пораженный таким шагом даже слегка приспустил меч, наблюдая за мной.

Даже когда мои пальцы коснулись горящей магмы, я не отвела вгляд, с удовольствием наблюдая, как вытягиваются глаза напротив, как лава примагничивается к моим рукам и исчезает, тая на глазах.

— Передайте Юлиану, что мои друзья под моей защитой! — стараясь говорить спокойно, произнесла я, поднимаясь, когда вся дорожка из лавы от меня до незнакомца в черном была мною поглощена.

Глава десятая

— Кто ты? — быстро спросил тот, что напротив, — ты ведь тоже nebesis! Тебя послал Орден? — его рука все еще была объята лавой. Я знала, что могу поглотить всю его магию без остатка и вовсе лишить его ее. Но этого не знал он.

— Что Юлиану нужно от этой семьи? Зачем он послал Вас сюда? — в ответ я задала свои вопросы.

— Нужна только Бьянка Дьюард и мы уйдем! — крикнул второй, снова крепко сжимая меч. Не соглашаясь и не опровергая тот факт, что во всем этом замешан Тудор.

— Убирайся к черту! — рявкнул Купер не сдержавшись, — да кто вы вообще такие? — Купер рвался вперед снова выставляя ружье и целясь.

— Уходите, — тихо, но твердо сказала я, — передайте Юлиану мои слова и он отменит приказ.

— Черта с два! — тот, что с мечами нервно передернулся. Отменить приказ, значит аннулировать сделку и вернуть деньги. Нет, это не входило в планы. Переняв меч в другую руку, он рванул в мою сторону. Я среагировала быстро, и сразу мысленно похвалила себя за это, взмах рукой затормозил меч и тот повис в воздухе, словно пригвозденный.

Только одного я не учла — незатухающей магии в руке одного из незнакомцев. Он выжидал и в момент, пока я занималась вторым, первый метнул на крышу дома сгусток лавы. Один, второй, третий, они летели точь в точь, как маленькие кометы по дугообразной траектории и оставляли позади себя искрящийся хвост.

Соприкоснушись с черепицей, лава прожгла прочную защиту и через пару секунд все мы услышали женские вскрики, а крышу опоясал внезапно поднявшийся огонь, проникший уже и во внутрь.

— Иди в дом! — крикнула я Каю, — я сниму огонь!

Вскинув руку вперед, я собрала в себе частички магии и направила поток прямо на горящую лавой руку. Струя воды прыснула вперед и окатила огненную руку, шипя и превращаясь в пар. Но своего добившись — лава окаменела, превратив руку в каменную глыбу.

— Черт! — воскликнули оба в черных масках. Позабыв про предосторожность, меченосец сдернул с головы маску и опустился на колени рядом со своим напарником.

Я же снова ухватилась за невидимый воздушный канат, который приподнял меня в воздух до самой крыши и опустил на ее пологую часть. Рваные обугленные края дыр зияли в черепице и я не стала медлить, снова опускаясь на колено. Под моей рукой остатки лавы сходили на нет, огонь утихал, а прожженные магмой дыры стали нарастать новым камменным тёсом.

Ночной ветер прошелся по моим волосам, отбрасывая локоны назад и я на пару минут прислушалась к себе. Вздохнула с облегчением. Успела!

— Ты? Ты все же пришел! — услышала я голоса снизу и выпрямившись, бросила взгляд туда, где все еще на сырой земле сидели двое. Третья фигура в черном подошла и опустилась рядом, рассматривая окаменевшую руку.

Я разочаровано вздохнула, как не вовремя появился этот третий, ведь я думала, что уже со всем справилась.

— Я знал, что вы не остановитесь, — прозвучал голос и мое сердце пропустило удар. Нет, этого не может быть! Все внутри сжалось, когда фигура выпрямилась, разминая пальцы в черных кожанных гловелеттах, — и это зашло слишком далеко!

— Помоги закончить начатое и мы все объясним!

— Ты не в своем уме, раз просишь об этом! — жестко ответил третий и мои ноги подкосились, чувствуя навалившуюся тяжесть, в горле пересохло и меня бросило в жар, будто поглощенный огонь охватил всю меня. Мое бедное сердце, вновь неистово застучав, рвалось вырваться из груди. Этот голос ворвался в мое сознание, моментально сформировав образ такого милого сердцу лица и глаз полных облаков и небесной синевы.

— Томас! — одними губами пробормотала я и испугалась, что мой голос снова исчезнет, под воздействием сильных эмоций.

— Но у меня есть вопросы и мне все равно кто из Дьюардов будет на них отвечать! С вами разберемся позже! — фигура в черном опустила руки, в которых тут же начали скапливаться световые прожилки и я закричала.

Одно лишь имя.

Громко. Яростно. Изо всех сил.

Чтобы не оставалось сомнений, что мой голос меня не подведет.

Все вокруг замерло. Три фигуры внизу, три пары глаз, что пронзили меня своими взглядами. И я.

Застывшая на месте под звездным небом, освещаемая лишь лунным светом, не сводя глаз с того, чья маска медленно сползала с лица.

Я увидела любимые черты лица, взлохмаченные волосы и взгляд, от которого по всему телу прошла мелкая дрожь.

— Что происходит? Откуда она знает кто ты? — первый придерживая отяжелевшую руку, изумленно перемещал взгляд то на меня, то на Томаса. На пороге появился Кай, услышав мой крик и Купер, напрявляя ружье на Томаса.

— Нет, Купер стой, пожалуйста, не стреляй! — взмолилась я и уцепилась за воздушный канат, что бы спуститься вниз, — прошу, только не стреляй! — почувствовав землю под ногами, я повернулась к Куперу, с глазами, полными мольбы. Мои губы дрожали, и не знаю, что он в них прочитал, но ствол опустил, и я снова повернулась к стоявшему без движения Томасу.

— Ты кричала, — осторожно и с подозрением оглядывая Томаса, буркнул Кай. Имя, вложенное в мой крик, говорило само за себя. Он понял, кто перед ним.

— Это сейчас не важно, — прошептала я и сделала шаг вперед. Одновременно со мной его сделал и Томас, маска выпала у него из рук, в тот момент, когда он рванул вперед, за секунды преодолевая расстояние между нами. Порыв воздуха чуть не сбил меня с ног, когда Томас резко остановился вплотную ко мне, не прерывая зрительного контакта.

Я не могла оторваться от любимых глаз. Его глаза сверкали, заглядывая в самую душу, но лицо было таким напряженным, будто он не верил своим собственным глазам. Горячие руки подхватили мое лицо, запустил пальцы в волосы и я перестала дышать.

Время остановилось.

* * *

Он всматривался в меня, обводил взглядом лицо, словно заново фиксировал все черточки.

— Ты не Лаура! — выдохнул он горячо, его хриплый голос окончательно подкосил меня, а сердце заставил трепыхаться еще сильнее.

— Нет, я не Лаура, — сморгнув подступающие слезы, подтвердила я, накрывая его ладони своими и снова воссоединяясь с ним во взгляде, — Томас!

Его имя помимо моей воли слетело с моих губ, как тонкий, нежный шелк и в это же мгновение их накрыл до безумия жаркий, неистовый, полный внутреннего исступления поцелуй. Жадный до умопомрачения, до слабости в ногах и бешено стучавшего сердца, его поцелуй захватил меня в плен, но сколько он продолжался, я понять не могла. Все мои мысли были поглощены только им, и я прижалась к нему всем телом, отвечая с той же жаждой и томлением, с тем же ненасытным голодом, накопленным за этот год.

Ничто в этот момент не существовало, только я и он. Только мы. Только поцелуй, в который мы вложили все свое оставленное в этот момент одиночество и тоску по любимым.

Воздуха не хватало и мы прервали поцелуй, что бы перевести дыхание. Но глаз друг от друга не отрывали.

— Ты жива! Ты здесь! — охрипшим голосом, тяжело дыша, прошептал Томас, прижимаясь лбом к моему.

Все еще слабо владея собой, я возвращалась в сознание и этот бренный мир, дрожа всем телом от переполнявших меня чувств.

— Это правда ты? Не сон? — с болью в голосе переспросил Томас.

— Это правда я! Я вернулась! — мой голос дрожал, как и я сама, словно котенок на зыбком морозе, только тело мое пылало от сдерживаемого желания. Поцелуй, а вместе с ним и чувства, которые я испытала, ворвались так стремительно, что мне с трудом удалось унять эту дрожь.

Томас, почувствовав, что я дрожу, прижал меня к себе, к своей груди, и я отчетливо услышала стук его сердца, ударом за удар наполнявший меня радостью. Дрожь сменялась счастливыми мурашками от его объятий.

— Больше я тебя никуда не отпущу, — прошептал Томас, уткнувшись в мои волосы, а глазами устремляясь на Кая и Купера, стоявших в ступоре на пороге.

Я готова была простоять так целую вечность, прижимаясь к груди Томаса и слушая волнительный стук его сердца.

— Это полный провал, — сокрушенно раздалось за спиной Томаса и еще одна маска полетела на землю. Братья переглянулись и вместе посмотрели на обернувшегося Томаса, — два года репутации летят к черту.

— Сами виноваты, — отозвался Томас, — я предупреждал, что это мой город. Вы решили все провернуть за моей спиной и вот к чему это привело.

Я осторожно отстранилась, оглядывая братьев по несчастью. Свою окаменевшую руку Бейб прижимал к груди. Я могла бы прямо сейчас поглотить магию и исцелить руку, но доверия они мне пока не внушали и я решила повременить с благотворительностью.

— Алан! — Томас сделал движение в сторону Кая, но тот выставил руку вперед, держа на расстоянии.

— Это Кай, брат Алана, — объяснила я понятное мне одной недовольство Кая.

— Я многое пропустил, да? — Томас посмотрел на меня, в ночи его глаза отливали свинцом и светлели только, когда смотрели на меня, вот так как сейчас, с нежностью и любовью, — обязательно все наверстаю, обещаю. А пока у нас есть общие неразрешенные вопросы. Все в дом.

Хмурый Купер мялся на пороге, почему-то вопросительно глядя на меня, и поймав мой кивок головы сразу же отступил в дом. Из всех присутствующих видимо только я заслужила его признание, встав на защиту его дома и семьи.

Томас сжал мою руку в замок и слегка улыбнулся, а мое сердце плавилось от его близости, прикосновений и этого жеста, похожего на объявление, что я с ним. И от этого становилось так тепло и трепетно на душе, что я не сразу почувствовала, что ко всему этому примешалось еще одно странное ощущение.

В доме горел камин, в местах, выжженных лавой, блестели лужицы воды и две испуганные женщины во все глаза уставились на незванных гостей. Хрупкая девушка со слегка растрепаными волосами, в джинсах и в слишком большом для ее худеньких плеч свитере, рукава которого были несколько раз подвернуты, была копией моей дорогой Паолы. Как же все-таки я по ней соскучилась! Я почувствовала, как слезы подступают, обволакивая глаза.

— Бьянка? — разжав руку Томаса я устремилась к ней, — пожалуйста, не бойся, я пришла помочь. Тебе и Куперу. Ты меня еще не знаешь, но поверь мне, я тут, что бы защитить вашу семью.

Девушка прижала руки к груди и взглянула на меня, а потом на Купера.

Воспользовавшись ситуацией, Кай будто ненароком встал между мной и Томасом, оба настороженно к друг другу приглядывались.

— Теперь объясните кто вы и что вам нужно в моем доме и от моей семьи? — отцу Купера хотелось, как можно быстрее покончить с этим, но ночь обещала быть длинной.

Глава одиннадцатая

— Нет, нет, и еще раз нет! Не хочу ничего слышать ни о каких пришельцах, — отец Купера был настолько взволнован новостью о мире, посылающем на землю близнецов, что спустя какое-то время просто схватился за сердце и Куперу пришлось вместе с матерью увести его.

— Стоит вызвать Фабиана, пусть старик успокоится, — решил выдвинуть идею Кай, но тут же встретил недовольный взгляд Томаса.

Ничего не сказав, Томас обогнул его, и приблизившись ко мне, приобнял за плечо. Я стояла рядом с Бьянкой — бедная девочка, бледнея при каждом слове, за все время не проронила ни слова.

Купер вернулся быстро и один, оставив отца на попечение матери. Пробежавшись взглядом по всем, он подошел к Бьянке и потянул ее в сторону.

— Бьянке нужен отдых, в ее положении сильные потрясения ни к чему, — хмуро объяснил Купер, развернувшись в сторону двери.

— В ее положении? — переспросил Томас.

— Бьянка ждет ребенка, — тут же отозвалась я, — вернее двух…близнецов.

— У меня будут близнецы? — впервые голос Бьянки зазвучал в гостиной. Ее лицо преобразилось, глаза широко распахнулись, руки моментально спустились на живот и стали его поглаживать.

Казалось эта новость вдохнула в нее новую жизнь, щеки порозовели, плечи распрямились, осанка выровнялась, глаза заблестели. Не знаю как, но Бьянка воспряла духом, как только речь зашла об этом. Наверное в этот момент как раз и сработал тот самый материнский инстинкт.

— Дааа, — радостно улыбнулась я и схватила ее за руки, — именно близнецы! Я пообещала Паоле, что найду и позабочусь о ее малыше и я никому не позволю вас обидеть, понимаешь?

Купер прижал Бьянку спиной к своей груди, а та подняв голову, с надеждой посмотрела на мужа. Как же они мне напоминают Неона и Паолу! Видимо это тот редкий случай, когда близнецы обоих миров так похожи друг на друга.

— Зачем этому Юлиану нанимать убийц молодой девушки, да еще беременной? — в голосе Кая чуствовалось презрение.

— Мы наемники, а не убийцы! — Старлей оскорбленно выпрямился и в его голосе прозвучала угроза.

— Наемные убийцы, какая разница, — Кай будто не слышал этого предупреждения в его голосе, — какая выгода в убийстве двух ни в чем не повинных душ?

— Вы знали об этом? — Томас задумчиво посмотрел на братьев.

— Ты сам знаешь, что нет! — буркнул виновато Бейб, не в силах выдержать его взгляд, — нам не оставили права выбора. Вместе с заданием, пришел чек о переводе денег на счет. Томас, он все просчитал! Он точно знал, кто мы, где мы, как нас найти! Он знал, что мы не сможем отказаться, чтобы не остаться ему должными! Он заставил нас работать на себя! — Бейб в сердцах выплеснул наконец то, что ему не давало покоя.

— Этого можно было избежать, если бы вы все мне рассказали! — так же отчаянно крикнул Томас. Он тоже почувствовал свою вину — пока он закрывался в себе, не желая вникать в подробности сделок, пока он отрешенно плыл по течению без единой мысли о том, что творится вокруг — он допустил главную ошибку — позволил Тудорам расставить силки, а ничего не подозревающим братьям в них попасться. Теперь он был уверен, что маски скрывали их личности ото всех, кроме Юлиана.

— Ева…, - Томас слегка наклонился ко мне, изменившись в голосе. Мое сердце затрепетало, как же хотелось кинуться ему на шею, обнять его, почувствовать снова это сладостное ощущение близости, — ты была знакома с близнецами Купера и Бьянки. Кто они там?

Встретившись с ним взглядом, я поняла, что и Томас еле сдерживается. Мысли обоих блуждали где-то в стороне, не смотря на то, что обстановка требовала ясного и твердого сознания.

— Паола элементал, — переведя дыхание я смогла наконец-то ответить, — у нее тоже талант к рисованию…только воздухом, — улыбнулась я, оборачиваясь к Бьянке и вспоминая воздушные зарисовки подруги, — а Неон — страж…

— Страж? — Томас изумленно поднял брови.

— Капитан стражей, — уточнила я, встревоженная реакцией Томаса.

— Кажется теперь я начинаю понимать, — задумчиво протянул тот, — Нужно срочно собрать Совет Ордена! Купер, послушай! — и Томас многозначительно взглянул на парня, на голову выше самого себя, — Бьянке угрожает опасность, и близнецам тоже. Здесь, да и в любом другом месте, вы уязвимы и тот, кто устроил за ней охоту, ни перед чем не остановится! Только Орден сможет Вас защитить! За его стенами Вас никто не тронет. Вам нужно только довериться нам! — Томас понимал, что Куперу будет сложно проникнуться доверием к незнакомым людям, ворвавшимся в его дом, но все же попытался. В нем снова просыпался давно повергнутый на самое дно, инстинкт лидера. Мысли начали усиленно работать в направлении поиска решений и выхода из трудных ситуаций.

Я сильнее сжала руку Бьянки, подбадривая ее поддержкой.

— Это должен решать сам Орден! — раздалось сзади. Кай был раздражен. Раздражен самим появлением этого парня, которое показалось ему слишком эффектным для того, кто бросил всех и уехал, и тем, что сейчас, вдруг снова вернувшись, тот пытается управлять ими. Не нравилось ему и его близость к Еве, его взгляды и прикосновения. Кай видел Томаса насквозь, как парень парня, и в нем росла волна не только ревности, но и зависти, — Алан мой брат и у меня сейчас даже больше прав, говорить от имени Ордена, чем у тебя!

— Кай! — осуждающе воскликнула я. Не смогла сдержаться. Понимала, что им движет, но негодование тоже охватило меня.

— Он бросил Вас! — в меня полетело обвинение, которое никто и никогда не произносил вслух. Голос Кая становился все жестче, — тебя, Орден, друзей — всех! А сейчас заявляется как ни в чем не бывало и начинает руководить!

— Все совсем не так, Кай! — возразила я, встав на защиту себя и Томаса. Выпустив руки Бьянки, я развернулась к нему лицом.

— Он прав! — неожиданно согласился Томас, отойдя в сторону, — я оставил Орден, оставил ту жизнь, которая, как я думал, потеряла для меня смысл, — и наши взгляды встретились, мысленно посылая друг другу все то, что в данный момент мы не могли сказать вслух, — но сейчас речь не об этом! На кону стоит защита Бьянки и близнецов и зная Алана, я уверен, Орден примет их без всяких оговорок.

Томас решительно взглянул на Купера. Пора принимать решения! Купер слегка кивнул в знак согласия, а я обняла Бьянку, которой предстоял переход через портал.

— Ничего не бойся, я рядом!

* * *

Часы пробили полночь, секундная стрелка всего на секунду соприкоснулась с минутной и снова начала свой часовой обход. Словно этой секундной стрелкой была я сама, а та самая секунда близости — моментом встречи с Томасом. Мне было мало. Мое сердце взывало остановиться и вернуться туда, где стрелки сливались воедино, но время безжалостно двигалось вперед, подгоняя стрелки разделиться.

Томас был угрюм, его что-то тревожило. Я не знала о чем он думал, но сердце сжималось каждый раз, когда я наталкивалась на его взгляд потемневший от этих дум.

В Орден я вступила впервые, после своего возвращения и воспоминания нахлынули на меня с новой силой. Не смотря на то, что мне пришлось здесь пережить, я чувствовала это место своим, родным.

Бьянка кажется успокоилась и даже перестала дрожать, с любопытством осматриваясь вокруг и опираясь на руку Купера. Кай продолжал держаться рядом со мной, и только Бейб и Старлей остались за пределами стен Ордена.

Нас ждал сюрприз. Заломив руки перед собой, изподлобья на нас смотрели черные, полные неистовой злости глаза Алана.

— Томас! — раздался где-то рядом с этим выжигающим взглядом, голос Лауры и девушка радостно бросилась на шею впереди идущему. Но взгляд Алана даже в этот момент не дрогнул.

— Ты где пропадал? — обиженно надула губки Лаура, — а Вы куда исчезли? Почему мне все время приходится кого-то искать? — Лаура заглянула за спину Томаса, — да у нас гости?

Томас с неприкрытым чувством вины остался стоять напротив Алана, стоило Лауре приступить к знакомству, так и не почувствовав растущее напряжение.

Томас сделал шаг вперед и в это же мгновение получил яростный удар в челюсть.

Я вскрикнула, подалась вперед, но крепкая рука Кая удержала меня за локоть.

Рассеченная губа тут же закровоточила и Томас провел по ней костяшками пальцев. Он мог бы ответить, но не в этот раз. В этот раз все было заслуженно, поэтому Томас лишь склонил голову набок, принимая этот удар, эту боль в обмен за свой поступок. Он ожидал чего-то подобного от Алана, и уважал друга за такую мужскую откровенность.

И даже следующий удар был бы весьма ему понятен, но неожиданно Алан подался вперед.

— Рад тебя видеть! — схватив Томаса за плечи, Алан заключил друга в крепкие мужские объятия, похлопывая по спине. Выплеснув свою горечь и злость он отдался во власть совсем других чувств, — тебя очень не хватало!

Алан прекрасно понимал, почему Томас не ответил на удар, он был зол на него, но не больше, чем был рад видеть.

Не говоря ни слова, я подошла к Томасу, и взглянула на рассеченную губу, небольшая трещинка пролегла в уголке губ. Подушечками пальцев я дотронулась до его губ и наши взгляды встретились. Ладонь Томаса тут же накрыла мои пальцы и прижала их к губам. От кончиков пальцев и до самого сердца прошлась волна нежности и тепла, его глаза посветлели и я готова была утонуть в бассейне этой небесной синевы. Вновь странное необъяснимое ощущение всколыхнулось во мне, будто открылось второе дыхание. Его нельзя было назвать неприятным, скорее наоборот, волнующим и притягательным — моя магия отзывалась не на мой призыв, а на прикосновения Томаса. Может таким образом моя магия одобряет мои чувства к Томасу?

— Алан Майерс!

— Купер Дьюард! Моя жена Бьянка!

За спиной Томаса полным ходом шло знакомство и мы невольно развернулись к ним.

— Раз вы здесь, то скорее всего в курсе того, что происходит, — начал Алан, обращаясь к молодой паре, — мы пока не знаем причин…

— Алан, — оборвал его Томас, — я знаю…

Все взгляды повернулись к Томасу.

— И почему я не удивлен? — усмехнулся Алан.

— Как сказала Ева, близнец Купера — страж. Стражи не относятся ни к одной из видов магии, они существуют отдельно. Стражами становятся только по наследственной линии и, чем длиннее потомственная линия, тем сильнее страж. Если Неон — страж, то и ребенок будет стражем.

— Никогда не слышал о стражах, — Алан призадумался, — наши летописи молчат об этом.

— Так и есть, — подтвердил Томас, — потому что еще ни разу на земле не рождался страж.

— Тогда откуда ты можешь знать об этом? — голос Кая прозвучал слишком резко, нотки своего раздражения Кай совсем не скрывал, он не сводил взгляда с наших переплетенных пальцев и еле сдерживал обуреваемую ревность.

— Отец рассказывал… — спокойно ответил Томас, от которого не укрылась чрезмерная раздражительность Кая. И кажется Томас начинал понимать причину его злости, проследив за его взглядом, — Юлиан узнал о скором рождении стража на земле, и объявил охоту.

— Юлиан испугался стража? Это что-то новенькое…, - даже Лаура не смогла удержаться от удивления.

— Магия сдерживания — особая магия. Наверное даже сами стражи не до конца знают на что она способна. Юлиан не стал ждать рождения nebesis, не попытался привлечь его на свою сторону, значит он уверен, что этого не произойдет. У потомственных стражей в крови заложено защищать и охранять саму жизнь. Нити сдерживания обладают колоссальной силой. Юлиан боится, значит только эти нити смогут его остановить…

Глава двенадцатая

— Нити? — Кай напрягся, что-то смутно припоминая, — случайно не те ли это нити, с помощью которых мы нашли Купера?

Я вздрогнула. И как я сама не вспомнила о них?!

Я посмотрела на то место, где последний раз видела подарок Неона. Как ни странно, нити не проявляли себя больше, не смотря на близкое присутствие Купера.

Я сделала усилие, взывая к магии, и красные тоненькие ниточки тут же охватили мое запястье.

— Откуда? — Томас взял мою руку, поднося ее ближе, что бы рассмотреть тонкий браслет.

— Неон с Паолой сделали подарок на мое восемнадцатилетие, сказав что они защитят меня, — произнесла я тихо, будто раскрывая великую тайну.

— Магия стражей считалась священной и они никогда не делились ею ни с кем, — Томас осторожно опустил мою руку и восторг от увиденного сменился грустью, — видимо вы и правда были очень близки.

— Неон и Паола стали для меня самыми близкими в том мире, — я не смогла сдержать улыбку. Сердце радостно забилось, почувствовав нотки ревности в словах Томаса.

— Если Юлиан узнает, что ты обладаешь магией стражей, он начнет охоту и на тебя.

Улыбка слетела с моего лица, как только Томас произнес эти слова. Почему от меня все время ускользают такие важные моменты? Нет, я не боялась Юлиана, с тех пор, как моя магия не позволила сначала Фейерии избавиться от меня, а затем сама излечила меня от смертельного удара, я поняла, что ни магический, ни физический урон мне не страшны. Сказать, что я бессмертна? Вовсе нет, моя жизнь отмеряется теми же годами, что и всем остальным. Просто прервать ее никто не сможет.

— На этот счет можешь не беспокоиться, я позабочусь о Еве, — решительность Кая побила все границы, его открытое стремление заявить о своих чувствах и намерениях, настолько пугало, насколько и завораживало.

Все замерли.

— Эй, эй, притормози, ладно?! — Томас начинал выходить из себя, — прости, но Ева моя девушка!

Ах, как звучали его слова!

Мое сердце готово было выскочить из груди от счастья, внутри звучали фанфары и в эту минуту я ничего не хотела больше, чем остаться с Томасом наедине.

— Ты лишился этого права, когда бросил всех и свалил на поиски лучшей жизни! Где ты был все это время? — выпалил Кай, сжимая кулаки, сдерживаться больше не было сил, злость и ярость на того, кто так невовремя встал у него на пути, когда он встретил свою любовь, выходили из под контроля.

Напряжение резко подскочило вверх, Томас и Кай пронзали друг друга острыми взглядами и казалось, всего одна искра разделяет их от пожара.

— Томас! — внезапно знакомый голос ворвался в сознание Томаса и полностью его обезоружил. Симпатичная брюнетка выскочила из-за спин Бейба и Старлея, прошедших через портал и подбежав к Томасу, всмотрелась в его глаза, пытаясь поймать взгляд, прикованный к сопернику.

Я невольно оценила стройную фигуру, прямые блестящие волосы и… Что она делает? Девушка прикоснулась ладонями к лицу Томаса и повернула его лицо, фокусируя взгляд на себе.

— Деми?!?! — Томас впервые растерялся. Он совсем забыл об этой девушке, забыл, что оставил ее дома, забыл вообще о ее существовании и никак не ожидал увидеть ее именно здесь и сейчас, — что ты здесь делаешь?

— Я устала ждать, Бейб и Старлей вызвались помочь мне найти тебя, — девушка краем глаза посматривала на меня. И отчасти ее можно было понять, так как я в открытую не сводила с них глаз, — кто тебя так? — Деми с беспокойством приконулась там, где совсем недавно прикасалась и я. Томас отвел голову в сторону, уходя от прикосновения.

Кто эта девушка? Какое отношение она имеет к Томасу? Мои мысли невольно накручивали сознание вопросами и сомнениями. Что-то нехорошее подбиралось к сердцу и струны души натянулись в ожидании болезненных аккордов.

— Извини, брат, — Бейб пожал плечами, — она применила нестандартные методы и узнав где ты, убедила проводить ее к тебе.

— Томас? — Лаура подошла совсем близко, ее взгляд требовал объяснений. Появление этой девушки встревожило и Алана, переглянувшись с Лаурой они сразу заметили и мое состояние, — представишь нам свою подругу?

Лицо Деми засияло, ей представился исключительный случай показать себя с той стороны, с какой хотелось ей самой.

Я не сводила глаз с Томаса, мысленно умоляя его посмотреть на меня и рассеять все сомнения и подкрадывающееся чувство горечи.

Мои мольбы были услышаны и наши взгляды встретились, что не укрылось от внимания Деми.

В глазах Томаса плескалась боль и…чувство вины. Я не хотела даже думать об этом, но мысли упорно добивали меня и я почувствовала слабость во всем теле. Меня покачнуло.

— Ой, нет, я вовсе не подруга, — в подтверждение этих предательских мыслей, Деми гордо вскинула голову, обернувшись к Лауре, и протягивая ей руку, — я невеста Томаса!

Потолок Ордена стал медленно опадать на меня, или мне это только показалось? Перед глазами все поплыло и лицо Томаса расплылось. Я прикрыла глаза, стараясь изо всех сил устоять на месте и не упасть.

Протянутая для рукопожатия рука Деми так и осталась висеть в воздухе, пока та, поняв, что произведенное впечатление оказалось не таким, каким она себе его нарисовала, не убрала ее.

— Деми, остановись! — хриплым голосом прошептал Томас. Невеста — это слишком, но подставлять девушку, изобличая ее маленькую ложь, он не стал. В голове крутилась только одна мысль, что ему во что бы то ни стало, нужно объясниться с Евой. Сколько же ошибок он сделал! И если за свой отъезд, за свое исчезновение он мог вымолить прощение, то как быть с Деми?

Новость обошла всех и никого из присутствующих не обрадовала, кроме одного.

— Я так давно хотела познакомиться с друзьями Томаса, — Деми радостно продолжила делиться своими мыслями, не подавая вида, что от нее не укрылось недовольство присутствующих. Никто и ничто сейчас не испортит ей этого момента, — задание подвернулось как раз кстати и я убедила Томаса взять меня с собой. Никогда не была в Ордене, но столько о нем слышала.

— Невеста?! — присвистнул Кай и с невероятно довольным видом пожал ей руку, — а Томас зря время не терял! — его слова резали меня по живому и я на автомате протянула руку тоже, когда Деми поравнялась со мной.

— Не смотри на него так, Томас мой! — услышала я около уха тихий шепот и очнувшись поняла, что до сих пор не сводила глаз с Томаса, будто загипнотизированная. Пожимая мне руку, Деми вплотную приблизилась ко мне с предупреждением, — мне знаком этот взгляд. Даже думать о нем забудь!

Угрозы? Я несколько раз моргнула, словно хотела стряхнуть наваждение, но Деми не исчезала. Невеста! Она невеста Томаса!

Реальность наконец-то начинала до меня доходить, плотным коконом сжимая мне сердце, связывая руки и лишая речи. Лишь слезы неумолимо искали выхода.

Алан, Лаура и Томас только хмуро переглядывались. В воздухе зависло слишком много вопросов,

— Ты тоже nebesis? — из любопытства спросил Алан.

— Да, я воливер, — Деми развернулась к Алану, отпустив мою руку, и хитро улыбнувшись, — у меня редкий дар. С его помощью я узнала, что моя семья приемная, что по документам я являюсь наследницей огромного состояния, но моя семья предпочла скрыть это и остаться моими опекунами, чтобы тратить мои деньги.

Я обратилась за помощью к группе наемников, так и познакомилась с Томасом. С тех пор мы неразлучны, правда милый? — Деми продолжая улыбаться, прижалась к руке Томаса, положив свою голову ему на плечо.

Томас не шевелился и молчал. Я смотрела на его спину и чувствовала, как земля уходит у меня из под ног. Она назвала его милым!? Неужели они…они…

Коварные мысли уже рисовали перед моими глазами любовные сцены и я не выдержала.

— Уже поздно, — мой голос дрожал и даже всех моих усилий не хватило бы, чтобы заставить его не выдавать мое волнение, — я пойду к себе, ты не против Алан?

Но ответить Алан не успел, Деми снова повернулась ко мне и я увидела направленный на меня острый взгляд ее карих глаз. Было в них что-то такое, что заставило меня застыть на месте.

— Я уже говорила, что у меня очень редкий дар, — Деми хищно улыбнулась, но так, чтобы видела это только я, — и часто, я использовала его, чтобы вывести людей на чистую воду. Люди часто лгут, часто скрывают правду и обманывают даже самых близких людей, — она медленно приближалась ко мне, въедаясь глазами в мои, добираясь до самой кромки души, царапая по ней своими невидимыми коготками, — лгут, чтобы завладеть тем, что им не принадлежит, деньгами, имуществом, жизнью и даже любовью другого человека.

Ее монолог звучал как в замедленной съемке, и возможно, на других и подействовал бы, но только не на меня. Я сразу почувствовала ее воздействие, ее влияние, ее натиск на мое сознание. Обычно так и поступают воливеры — ломают волю.

Я смотрела ей прямо в глаза, отчетливо различая и радужку ее глаз и мерцание по кругу. Деми сверлила меня вглядом, напряжено сжав губы, но ничего не происходило.

— Деми! — Томас обернулся стоило Деми замолчать, — прекрати! — схватив ее за локоть он резко развернул ее на себя, — не смей этого делать!

— Ты это видел? — приходя в себя и быстро заморгав, очнулась Деми, — не сработало!

Но Томас был уже рядом со мной, с тревогой и беспокойством всматриваясь в мои глаза, убирая волосы с лица.

— Ева, ты в порядке? Скажи что-нибудь, прошу.

Раздался тихий смех вместе с глухими аплодисментами и Деми обернулась, бросая на Алана разъяренный взгляд.

— Кажется кто-то потерпел фиаско, — хохутнул Алан в кулак.

— А что должно было произойти? — я в недоумении посмотрела на Томаса, а потом на Алана.

— Новоиспеченная невеста нашего Томаса, — Алан шагнул в мою сторону, намеренно делая ударение на слове "невеста", — только что пыталась прочитать твои мысли, Ева, но с чем боролась, на то и напоролась, не правла ли?

Черные глаза Алана пронзили Деми насмешливым взглядом и вызвали в ней еще большее негодование.

— Не только прочитать! — повышая тон вызывающе бросила Деми через плечо Томаса, который уже пытался оттеснить ее подальше от Евы, — я заставляю человека озвучить свои мысли, вытаскиваю правду наружу, мой дар — это сыворотка правды! Томас скажи им!

Я выдохнула воздух из легких. Эта девушка не просто так выбрала меня своей показательной жертвой. Демонстрируя свой дар, она пыталась выставить меня перед всеми, как лгунью и обманщицу, рассчитывая на то, что под ее воздействием, я выдам какую-нибудь страшную тайну.

— Почему не сработало? — Деми удивленно подняла глаза на Томаса. Идея изобличить возможную соперницу, потерпела крах и она не понимала, как такое возможно.

— Моя сестра особенная, поэтому в следующий раз хорошенько подумай, прежде чем идти против, — Лаура медленно перешла на мою сторону и тронула меня за плечо.

Присутствующие невольно разделились. Рядом со мной стояли Алан, Кай, Лаура и Бьянка с Купером, Томас удерживая Деми, оттеснил ее к Бейбу и Старлею. Но и сам оставался на той стороне, что тяжелым грузом ложилось на мое и без того израненное сердце.

Глава тринадцатая

— Я провожу Бьянку и Купера, — вздохнула я, отрывая взгляд от Томаса и Деми.

— Ева, постой! — Томас тут же оказался рядом, оставив Деми в стороне, — нам надо поговорить, прошу, — последнее слово он прошептал одними губами и я невольно сместила взгляд на них, почувствовав, как тугой узел скручивается внутри меня.

— Тебе следует поговорить со своей девушкой, а не со мной, — с трудом произнесла я и отвернулась, чтобы скрыть душащие меня слезы и обиду. Взяв Бьянку под руку, я потянула ее за собой, вперед к магическому маховику Ордена.

Томас резко выпрямился, когда между ним и Евой возник Кай, преграждая путь.

— Спасибо! — с усмешкой поблагодарил Кай, — ты намного облегчил мне задачу, — и не дожидаясь ответной реакции Томаса, поспешил вслед за Евой.

Томас остался стоять и смотреть им вслед с растущим внутри чувством собственной вины, ощущением, что сквозь пальцы ускользает все то, что составляет смысл его жизни.

— Что собираешься делать? — некоторое время Алан стоял и смотрел на сосредоточенное лицо друга. Его тихий голос вывел Томаса из раздумий.

— Все повторяется, да? — вопросом на вопрос ответил Томас, переводя взгляд на Алана, — сначала ты, теперь твой брат. У Вас это наследственное?

Алан усмехнулся, ведь совсем недавно и у него возникло такое же чувство дежавю.

— И не смотря на это мы разные. Но он мой брат, Томас, и я очень не хочу выбирать между вами! — Алан с горечью в голосе посмотрел на лучшего друга.

— Ты должен знать, что я не отступлю, пока все не исправлю. А выбор…выбор всегда был за Евой.

Алан на секунду задумался и соглашаясь, кивнул. Именно выбор Евы повлиял на его поступок и он это помнил. Он был уверен, что сделай Ева другой выбор, Томас поступил бы так же.

— Твоя келья свободна и всегда в твоем распоряжении, — уголки губ Алана приподнялись, а в черном омуте глаз вспыхнул огонек мужской солидарности.

— Спасибо, друг! — Томас понимающе улыбнулся в ответ, и с благодарностью похлопал его по плечу.

— Завтра жду тебя на совете! — безаппеляционно добавил Алан, предупреждая отказ Томаса, — мы не можем сидеть сложа руки пока тудоры что-то замышляют.

Томас кивнул в знак согласия и два лучших друга разошлись в разные стороны.

* * *

Я вернулась в свою келью с огромным вздохом облегчения. Переступив за порог, оглядела темную, покрытую пылью келью и небрежно взмахнула рукой.

Оторвавшиеся от кончиков пальцев воздушные потоки, закружились в хороводе, формируя вихрь, взметнувшийся вверх к потолку, а затем пролетевший и по всей келье, заглянув в каждый уголок, в каждое труднодоступное место, затягивая в водоворот частички образовавшейся пыли.

Купер и Бьянка уже отдыхали в своей келье и одному этому я уже была рада, что успела, защитила, отвела беду. Пришлось в спешке уходить от Кая, чтобы не дать ему признаться в чувствах. Мне в своих бы разобраться.

Мой взгляд упал на смежную с кельей Томаса стену и напомнило мне об ее удивительном свойстве. Я подошла ближе, чувствуя, как сердце снова кольнуло острой обидой.

Невеста.

Как больно осознавать, что это не я, а ведь счастье было так близко. Его горячие поцелуи, светящиеся глаза — все говорило о том, что чувства живы. Тогда почему все так усложнилось?

Я тяжело вздохнула.

Разве могла я назвать это изменой или предательством? Ведь он думал, что я погибла! А его жизнь продолжалась…

Нет, я не могла винить его в том, что он продолжал жить, как мог, как получалось без меня. Но ревность и ощущение потерянной любви съедало меня изнутри, как червь — спелое, наливное яблоко.

Я очнулась, почувствовав движение перед глазами — келья по ту сторону стены уже не была пустой. Томас, а следом за ним и Деми, вошли в нее, что-то эмоционально обсуждая.

Я, как и раньше не слышала слов, но видела, что девушка была вне себя. Оставаясь сторонним наблюдателем, я неосознанно замерла, погружаясь в немое созерцание.

* * *

— Томас, что ты пытаешься мне сказать? — Деми ворвалась в келью следом за Томасом, — ты знаешь кто эта девушка? Зачем ты хотел с ней поговорить? Вы знакомы?

— Деми, успокойся! Тебе следовало бы вернуться с Бейбом, сегодня и так всем хватило сюрпризов.

— Скажи мне! — настаивала Деми, упрямо добиваясь своего, — Томас, ты ведь знаешь, что я люблю тебя. Я совсем не так представляла встречу с твоими друзьями, думала ты будешь гордиться мной, когда я скажу кто я, — Деми раздосадованно всхлипнула.

— Невеста! Как тебе в голову такое могло придти!?

— А разве это не так? — Деми вскинула глаза на Томаса, — мы всегда вместе, мы живем вместе, мы спим вместе, мы любим друг друга!

Томас вздрогнул, он никогда не говорил ей этого! Их знакомство было беглым, близость стремительной, совместная жизнь на грани личного опустошения и желания забыться. Похоже все остальное Деми додумала сама.

— Деми, послушай! — Томас постарался взять себя в руки и осторожно подойдя к девушке, взял ее за плечи, — ты милая, умная и привлекательная девушка, мы оба пережили тяжелые времена и поддались этим желаниям, но…это не любовь…

Деми во все глаза уставилась на Томаса, еле сдерживая слезы.

— Не любовь? — дрожащим голосом переспросила Деми, — а что же тогда любовь? Ты — все, что у меня есть! Ты — все, что мне нужно! — руки девушки задрожали, когда она перехватила руки Томаса и сильно их сжала, — все дело в ней, да? — ее вдруг осенило, — в той девушке? В том как она смотрела на тебя? Я сразу это заметила…

Голос Деми срывался, дрожа то от переизбытка сердечных признаний, то от вспыхнувшей ревности.

— Деми, мы больше не можем быть вместе, — прозвучало спокойно и сдержанно, но для Деми — как приговор! Опуская руки, Томас отошел от девушки, поворачиваясь к ней спиной, — я обманывал сам себя, уезжая отсюда, поддался отчаянию. Прости, тебя я тоже ввел в заблуждение, раз ты приняла это за любовь, — и повернувшись вновь, Томас увидел лицо Деми в страдальческой гримасе, по щекам текли слезы, мотая головой, она смотрела на него не верящим взглядом.

— Нет, нет, Томас, не правда! Это не обман! Ты просто запутался. Это ничего, пройдет! Я помогу! Я так люблю тебя! — короткие фразы вырывались у Деми, когда как руки тянулись к нему в попытке обнять, удержать, не отпускать.

— Деми! Я люблю другую! — видя, что та не в состоянии понять с первого раза, Томас выкрикнул напрямую, а затем обреченно шепотом добавил, — всегда любил…

Причинять боль девушке ему не хотелось, но другого выхода он уже не видел. Деми отказывалась принимать действительность, все еще питаясь теми иллюзиями, которые она себе придумала.

— Что? — голос Деми задребезжал. Сомневаться и подозревать — дело одно, но услышать это прямо с глазу на глаз, было выше ее сил. Деми и правда любила, по-своему, до бесконечности. Когда в ней проснулась магия, девушка пережила легкий шок, но когда благодаря этой магии, ее семья превратилась из близких в лжецов и охотников за наследством, Деми переклинило и это стало ее отправной точкой во всех последующих отношениях. Имея возможность читать мысли, она стала во всех видеть лжецов, в каждом искать предателя. Но чувства к Томасу настолько сильно захватили ее, что стали единственным светлым пятном в ее памяти. Поэтому она не лгала, когда говорила, что он — все, что ей нужно.

— Ты меня бросаешь? — слезы захлестнули Деми, руки бессильно повисли и она опустилась на колени, — нет, ты не можешь меня бросить…не можешь…я ведь не смогу без тебя…я люблю тебя. без тебя я пропаду…я не умею жить без тебя…

У Деми началась истерика. Раскачиваясь взад и вперед, она повторяла одни и теже обрывки фраз, захлебываясь в слезах, не в силах остановить поток всхлипываний и заиканий. Сжимая кулачки она с силой била ими по своим коленям — надломленная и в полном отчаянии.

Томас не выдержал. Не смог. Два месяца не могли оставить его равнодушным к ней, особенно после собственной боли по утрате любимого человека. Это снова его вина. Он позволил Деми влюбиться, он причинил ей боль расставанием. Томас выругнулся. Первоначальное желание объясниться и расстаться друзьями, полетело к черту и все усложнило еще больше.

Чувствуя и тут свою вину, Томас опустился перед ней на колени.

— Тиииише, тииииише, ну же, перестань! — Томас обнял Деми, шепча ей мягким и убаюкивающим голосом, — все будет хорошо, успокойся.

Его руки гладили ее по голове и плечам, успокаивая, затягивая нервные раздражители нежными поглаживаниями и причитания Деми становились все тише. Почувствовав желаемое, Деми обвила шею Томаса руками, пользуясь моментом близости в его объятиях. От исходящего от мужского тела тепла, выплаканных слез и нервного перенапряжения, девушка уснула прямо у него на руках.

Томас поднялся и подхватив Деми на руки, направился в сторону кровати, осторожно уложив девушку на постель и сев рядом, обхватив голову руками.

* * *

Я видела все, что происходило в соседней келье, от меня не ускользнула ни одна деталь, какой бы болью это не отозвалось во мне.

Я не чувствовала ног, но как прикованная смотрела на то, что развернулось у меня перед глазами. Внутри все сжималось, в горле пересохло, не смотря на лавину слез на щеках, опадающих на каменный пол кельи.

Каждая минута давалась мне с трудом, и когда Томас поднял Деми на руки, моя чаша весов переполнилась. Нет сил моих смотреть, как они будут спать вместе на одной постели!

Мысль пришла мгновенно и быстро размазав и без того мокрой ладонью слезы на лице, я прислонилась ими к стене, умоляя как можно скорее скрыть от меня столь нежеланную постельную сцену, от которой мое сердце обливалось кровью.

Моя магия сжалилась надо мной и предательски прозрачная стена начала восстанавливать свою материальную основу, пока последний открытый островок не закрылся от моего взора, бетонной поверхностью.

Я тяжело выдохнула. Силы покидали меня и я безудержно бросилась на кровать, дав выход накопившимся слезам.

Глава четырнадцатая

Мне стоило больших усилий открыть глаза. Я лежала на кровати уткнувшись в мокрую от слез подушку. Как уснула не помню, сознание вновь и вновь возвращалось к последней увиденной сцене.

Потратив целый час, чтобы привести и себя и свои мысли в порядок, я решилась выйти из кельи. Но сделав шаг, натолкнулась на сидевшего у порога Томаса. Он прислонился спиной к дверям моей кельи и согнув одну ногу в колене, дремал.

Двери разъехались в стороны и Томас наверное упал бы, если бы не выработанная за годы тренировок реакция. В ту же секунду он вскочил и наши взгляды встретились. Неужели он провел тут всю ночь?

— Ева! — Томас сделал несколько шагов вперед и я отпрянув в сторону, сама того не ожидая, впустила его в келью. За спиной Томаса двери вновь закрылись, — нам необходимо поговорить.

Мой пульс подскочил, стоило нам оказаться наедине. Я так долго этого ждала, но получив желаемое вдруг испугалась, отступая все дальше и дальше к стене.

— И давно ты тут? — задала я вопрос, который сейчас интересовал меня, кажется больше всего остального.

— Всю ночь! — без колебаний ответил Томас и прищурился.

— Твоя девушка наверное волнуется там одна, — я кивнула в сторону соседней кельи.

— Она была там одна всю ночь, Ева! — мне показалось, что Томас тоже обладает даром читать мысли, мои как раз сверлили душу предположениями о том, что происходило ночью в келье Томаса, — Боги, неужели ты подумала, что…

Я опустила глаза, чувствуя, как жар охватывает щеки — ни скрыть, ни спрятать. Прямое подтверждение его слов было написано у меня на лице.

— Ева, послушай, — теплые руки Томаса коснулись моего лица и сердце в груди подпрыгнуло, подняв голову, наши взгляды встретились, — в день, когда все мы подумали, что ты погибла, моя жизнь тоже остановилась. Я не пытаюсь оправдаться, я хочу чтобы ты знала, что без тебя мне все равно где я, с кем я и жив ли вообще. Только рядом с тобой мое сердце бьется, а в венах не стынет кровь. Я уже говорил, что никуда больше не отпущу…потому что люблю тебя.

Если бы я умела останавливать время, я бы остановила именно это мгновение, когда его глаза излучали бескрайнюю нежность и безграничную любовную тоску и муку по любимому человеку. Небо его глаз сводило меня с ума, укачивая на волнах бурлящих чувств. Сердце трепетало, словно крылья бабочки, и мне стоило огромных усилий не упасть в его объятия прямо сейчас.

— Томас, — попытка что-то сказать выдала мой дрожащий от волнения голос, а его взгляд тут же скользнул по шепчущим губам и лицо Томаса стало медленно приближаться, — я так не могу, — сорвалось с моих губ и я опустила глаза, а Томас замер на полпути от поцелуя. О, Небеса, как же я хотела почувствовать снова его губы на своих, ощутить это магическое притяжение, распахнувшееся навстречу сердце без признаков сомнений и сдержанности. Но нет…

Та девушка стояла между нами, и хоть я верила в любовь Томаса, но Деми все еще оставалась с ним, в его келье, в его постели, в его жизни в качестве…невесты.

Я вздохнула, отчасти с облегчением, поняв, что мои подозрения не оправдались и Томас провел ночь не с Деми.

— Ева, — Томас заглянул ко мне в глаза, осторожно беря меня за руки и прижимая их к груди, если тебе нужно время…я буду ждать, но никуда не уйду. Я буду рядом с тобой, Деми сегодня же покинет Орден, вернется в Лондон. Ей придется принять это.

— Она ведь любит тебя, — чувства вдруг охватило противоречие. С одной стороны, все казалось логичным и Томас должен был разорвать с ней отношения, если хотел быть со мной, а с другой стороны, тот факт, что Деми не виновата в том, что ее чувства оказались не взаимны, вызвал во мне жалость к этой девушке.

— Но я ее не люблю, — уголки губ Томаса тронула грустная улыбка, — с момента нашего знакомства только одна девушка полностью завладела моим сердцем, — в глазах блеснули искорки и кажется даже ослепили меня, потому что я не смогла отвести взгляд, завороженная их блеском. Раскрыв пальцами мои ладошки, Томас прижал их к своей груди со стороны сердца, будто призывая послушать его стук, — я очень хочу, что бы эта девушка вернулась ко мне.

Его губы накрыли мои и поглотили меня в водовороте чувств, противиться которым — значит идти против себя, против своего сердца. И я не смогла, меня качнуло, но Томас одной рукой подхватил меня под пояс и прижал к себе. Я ответила, моя любовь взывала к этому, магия внутри меня билась в эйфории, переполненная счастьем наверное даже больше меня самой.

Я несмело ответила Томасу не в силах сдерживаться, и почувствовав это, он усилил напор, отчего я напрочь выпала из реальности, расстворяясь только в нашем поцелуе.

Неожиданно перед глазами что-то вспыхнуло и мы от неожиданности оторвались друг от друга, опустив взгляд туда, где рука Томаса еще прижимала к своей груди мою ладонь. Пальцы Томаса искрились, прожилки света перешли на мою руку и легонько покалывали.

— Рядом с тобой даже магия выходит из под контроля, — хрипло выдохнул Томас, пытаясь восстановить дыхание.

Смущаясь, я освободила свою ладонь из под его руки и энергетические всполохи света, оторвавшись от источника, тут же угасли.

— Я понимаю, тебе нужно время, — Томас правильно понял мой жест. Было бы неправильно сразу броситься в его объятия, когда их отношения с Деми еще так свежи. Мы только вновь нашли друг друга, и я совсем не рассчитывала наткнуться на препятствие в виде другой. Должно пройти время, и я знала это.

Так будет правильно.

* * *

— Пойдем, — Томас взял меня за руку, сцепив пальцы, — Алан ждет нас на Совете.

Осветив коридор вспышкой света, Томас даже не оглянулся в сторону своей кельи, за стенами которой оставалась Деми, а сразу направился к выходу и запустил маховик Ордена.

Алан был один. Он стоял спиной, засунув руки в карманы брюк, когда мы вошли в зал Совета, и обернулся на наше появление. Его вгляд сразу упал на наши сцепленные руки и он с довольным видом улыбнулся.

— Вместе значит?!

Я, избегая прямого взгляда Томаса, осторожно высвободила свою руку, не желая, чтобы кто-то расценил неправильно то, чего еще не было.

— Мы решили не спешить, — выдала я, понимая, что слегка лукавлю. Ведь это было только моим решением, а Томас лишь согласился.

— И зря! Вы созданы друг для друга. Честно говоря, даже не понимаю, почему вы здесь, а не где-нибудь на острове в Средиземном море.

— Все впереди, — Томас улыбнулся и прошел вперед, хлопнув друга по плечу, — у нас достаточно времени во всем разобраться.

Я смутилась и потупила взгляд, когда Томас многозначительно посмотрел на меня.

— Я бы не был в этом так уверен, — голос Алана сник, — ты не рассказала?

В ответ я отрицательно качнула головой, а Томас изменился в лице, настороженно метнув взгляд на Алана.

— Дождемся Лею. Она сейчас с Каем, воссоединение семьи и все такое, — в голосе Алана чувствовалось замешательство. Ему сложно было принять тот факт, что теперь он не единственный сын.

— Есть в нем что-то, что меня беспокоит, — признался Томас, — знаю, знаю, он твой брат, но я бы не стал слепо ему доверять.

— Я доверяю Каю, он спас мне жизнь! — выступая в защиту Кая, я ни на секунду не кривила душой. Глаза Томаса потемнели, взгляд стал непроницаемым и желание смягчить, расплавить эту сталь в его глазах, своим теплом и любовью, охватило меня, — он очень старается стать частью семьи, мы должны помочь ему в этом!

Раздался звук разъезжающихся дверей и в зал вошли трое. За спиной Кая мелькнула фигура Деми, обнимая себя за плечи и с опаской оглядываясь, она была уже не такой уверенной и самонадеянной, как при первой встрече. Только тут я поняла, что она, как и я, провела всю ночь в слезах и если мне удалось убрать следы опухших глаз с помощью магии, то ей нет.

— Что ты здесь делаешь? — Томас рванул к ней, но Кай преградил ему путь.

— Я встретил ее слоняющейся по Ордену в поисках тебя. Нехорошо оставлять свою девушку одну, — не без доли сарказма ухмыльнулся Кай, а глаза Деми наполнились надеждой. Никто не знает, так может Томас передумал и все по-прежнему?

— Не лезь в это! — сдерживаясь от нарастающей злости буркнул Томас. Появление Деми было совсем некстати, Томас не хотел, чтобы она лишний раз маячила перед глазами Евы и напоминала о себе.

— Ева, дорогая! — Лея бросилась обнимать свою некогда подопечную, — как же я рада тебя видеть. Повзрослела, похорошела! Мы с Аланом всегда верили в тебя!

Теперь уже и Кай с Аланом нахмурились. А я насладилась теплыми объятиями неизменной обладательницы красных туфель.

— Что у нас на повестке дня, брат? — Кай вел себя настолько раскованно, насколько вел себя владелец крупной корпорации на совещании директоров. Томас кинул на него острый взгляд, будто разряд молнии сверкнул от стены до стены. Напряжение росло.

— Я провожу Деми и вернусь.

— Ждать никого не будем! — вызывающе бросил ему в спину Кай, словно его слово — закон. Присутствие вновь обретенных матери и брата придавали ему не только сил и уверенности, но и наглости.

Томас промолчал, выжидая несколько секунд и опустив руки на плечи Деми, подтолкнул ее к выходу.

— Ты можешь идти, Томас, но Деми останется!

Томас готов был взорваться, этот парень испытывал его терпение, с самой первой встречи между ними будто кошка пробежала, установилась молчаливая враждебность, и только из-за уважения к Алану и Лее, Томас сдерживал порывы.

Он вопросительно посмотрел на Деми, которая тут же вывернулась из его рук.

— Я хотела бы остаться! — выпалила на одном дыхании Деми, практически заручившись поддержкой Кая, — мне некуда возвращаться, смена города пойдет на пользу и тут я смогу быть полезной. Если Вы позволите, я бы осталась в Ордене.

Томас бросил на меня встревоженный взгляд и я поймала его, тоже почувствовав разочарование, в глубине души надеясь на ее скорейший уход.

— Конечно, — душевно отозвалась Лея, и не подозревая какие страсти разгораются вокруг, — Орден всегда рад новым nebesis, а твой дар действительно очень редкий и нам непременно пригодится, — глаза Леи сияли.

Кай, довольный удачно провернутой операцией, хитро улыбался. Его план действовал, почти не прилагая усилий. Эта девушка послужит ему хорошо вбитым клином между Томасом и Евой, а уж дальше он своего шанса не упустит.

Легкая ухмылка тронула губы Кая, пока он наблюдал за недовольством соперника.

Томас отошел от Деми. Теперь она сама по себе…

Глава пятнадцатая

В зале повисла гробовая тишина. Каждый думал о своем. Даже Лея, самый здравомыслящий человек среди нас, и та молчала. Кай прокручивал в уме свой план, довольный тем, что успел перехватить Деми и подкинуть ей идею остаться в Ордене.

Неожиданный шум отвлек и меня от моих мыслей. Двери зала Советов снова разъехались и запыхавшись в него почти вбежали двое, высокий долговязый шатен и крепкий широкоплечий брюнет, накаченные бицепсы которого смотрелись очень даже внушительно.

— Портал! — только и успел выдыхнуть первый, переводя дыхание. Они явно спешили и поэтому походили на помятых в уличной давке.

— Томас?! Ты вернулся?! — завидя давнего кумира всего Ордена, лицо шатена просветлело, — все будут рады об этом узнать!

— Что с порталом?! — Алан нетерпеливо напомнил о теме визита. Молчание сменилось тревогой. О портале знали только я, Алан и те, кого Алан приставил его охранять.

— Сегодня ночью была замечена активность около портала. Кто-то пытался пробраться к нему, — доложил долговязый парень, уже более твердым голосом, вдохновленный при виде Томаса, — ходил вокруг да около, приглядывался, искал. Трое-четверо не больше. Мы с Дугласом пытались выяснить кто это, а Росс и Майк остались у входа.

— Выснили?

— Гадать не пришлось, — второй парень подключился к докладу, — на нас напали тени.

— Юлиан, — прошептала я, не осознавая, что озвучила свои мысли вслух и прикрыла рот рукой.

— Возвращайтесь на пост и ждите подкрепления. Задача все та же, не дать никому ни зайти, ни выйти. Мы с Томасом скоро будем.

Долговязый и качок радостно кивнули и поспешили на выход.

— Что за портал? — настала очередь Томаса заговорить. Он стоял и внимательно слушал уже начиная привыкать к тому, как многое он пропустил и сейчас это казалось ему особой проблемой. Он ощущал отсутствие информации и это ему не нравилось — отключенная некогда способность принимать решения и находить выход, охватывая всех и вся, вдруг включилась вновь. Подсознание Томаса вновь вернулось на свой путь, с которого он так глупо свернул после потери Евы.

Алан и я переглянулись. Я вздохнула — не так я хотела все рассказать. Но приходится…

— Тот самый портал, через который я вернулась. Я хотела рассказать тебе первому, но…, - мой голос затих, а взгляд невольно скользнул по Деми, которая во все глаза смотрела на меня. Она вдруг, только сейчас поняла, кто та другая в жизни Томаса. Еще раз вздохнула и набрала в легкие побольше воздуха, — портал не закрыт! В тот момент, когда вы все подумали, что я погибла, я была близка к этому. Мой отец пытался меня убить, — вспоминая тот миг, я почему-то отчетливо увидела картинку того момента, его лицо, мой опущенный вниз взгляд, рукоять кинжала в груди и переливающиеся на ней подозрительным блеском драгоценные камни, — но я осталась жива, а вот портал в тот момент открылся, перекрашенный в цвет моего сангетума. Указав мне путь к порталу, у Юлиана было лишь одно условие — чтобы мой сангетум остался в портале.

Кай присвистнул, для него эта история была еще неправдоподобнее предыдущих.

— Я был уверен, что твой сангетум у него! — выпалил в сердцах Томас, — Дьявол! Он пытался шантажировать меня им, — он сжал кулаки и стукнул ими по столу с такой силой, что я вздрогнула.

— Условие Юлиана было спланировано, — Лея подошла к столу и провела над ним рукой, снимая сотканную ею иллюзию. В центре стола появилась знакомая мне книга Небес, — никто ни разу не проходил через портал, чтобы знать, как его открыть. Откуда это мог знать Юлиан? — страницы книги зашелестели под ее тонкими пальчиками. Она что-то искала.

— Боюсь в книге ты этого не найдешь, — Алан задумчиво покосился на меня, — рассказывай все…

— В том мире существуют восемь континентов, один из которых отвели для изгнанных с остальных земель. И все считали его изолированным, мертвым континентом, потому что его обитателями были…тени.

— Теневой континент, — подтвердил Томас спокойно, — о нем знает каждый, хоть и сторонятся его. Отец рассказывал, что на него сослали тех, кто восстал против Фейерии, кто не хотел жить наравне со всеми.

— Да, — отозвалась я, — так и было. Стражи приглядывали за ним, но континент все эти годы пустовал и не проявлял активности. До определенного момента…

Томас вскинул взгляд, удивленно приподняв брови, но увидев в моих глазах страх, напрягся, в ожидании.

А я не могла отвести от него глаз. Я искала в них надежду, защиту и даже веру, потому что мне самой с трудом верилось, что того, что так неукротимо надвигалось, можно избежать.

— Тени…они поднялись…несметное количество…миллионы, а может и больше…, - я говорила обрывисто, проглатывая слова, с трудом переводя дыхание, — огромные, страшные, черные, с испепеляющим взглядом и с острыми когтями. Монстры, которым нет числа и которых сдерживает только магический щит…

— Святые Небеса! — Лея покачнулась и приложила руку к груди, оперевшись на край стола.

— Что ты хочешь этим сказать, что они могут вырваться и добраться до портала? — любое другое предположение было бы гораздо предпочтительней. В голосе Кая застыл страх и никто не посмел бы сейчас его в этом винить.

Я промолчала, лишь взгляд мой увлажнился и выдал все, что я не осмелилась ответить, — нееет, этого не может быть. Это какой-то несусветный бред. Ладно магия, ладно порталы и всякая другая чертовщина с близнецами, но нашествие тварей из другого мира…это не укладывается в голове, — Кай не мог справиться с эмоциями, все услышанное казалось ночным кошмаром, и он заметался. Разве можно к такому привыкнуть? Разве можно принять это все тому, кто всего неделю назад жил обычной жизнью?

— Весь этот бред может для тебя быстро закончиться, только скажи, — Томас не удержался от колкостей и это отрезвило Кая.

— Тебе бы этого очень хотелось, да? — Кай с вызовом дернулся в сторону Томаса, но был мягко остановлен материнской рукой.

— Сейчас не время для ссор, мальчики, — Лея постаралась взять и себя и ситуацию под контроль, — теперь мы знаем, кто наш враг и его явные намерения очень глобальны. Под угрозой оба мира, нам нужно все очень серьезно обдумать, что бы найти выход и предотвратить нападение.

— Если Юлиан уже послал своих шпионов проверить портал, значит он ему нужен, — Томас с решимостью взглянул на Алана, — я уверен, он не ожидал, что его уже охраняют.

— Поэтому он нанесет еще визит, — Алан сразу поймал мысль друга, его глаза сверкнули яростным огнем, — пожалуй нам пора напомнить Юлиану, что такое идти против Ордена! Ева, вы с Деми оставайтесь в Ордене, тут вы в безопасности, как и Купер с Бьянкой.

Кай, отвечаешь за них!

— Я иду с Вами! — запротестовал Кай, глаза которого сверкнули так же ярко, как и у брата, — и не смотри на меня так, я не стану отсиживаться, даже если у меня нет этих ваших магических сил.

Алан оглянулся на Томаса, как бы спрашивая его согласия.

— Он твой, сам будешь за ним присматривать! — буркнул Томас недовольно. Он невзлюбил этого выскочку с самого начала и не собирался быть ему нянькой. Злость на него клокотала внутри, и Томас готов был сам толкнуть его в цепкие лапы врага, чтобы больше не видеть его ухмылки.

Я видела, как Томас, Алан и Кай развернулись к выходу и сердце защемило от страха.

— Томас! — прокричало кажется само сердце, выделяя всего одного из трех, — будьте осторожны, — попросила уже я сама, исправляясь и обращаясь ко всем троим. В последнюю секунду поймав лишь короткий кивок и взгляд любимых глаз.

* * *

Почерневшее от туч небо, давлело над головами трех вышедших из портала молодых парней. Влажный и одновременно холодный воздух мгновенно рассеивал теплые облачка пара, вырывающиеся при выдохе.

— Что думаешь? — приглушенно спросил Алан.

— Отличное место для боя, — отозвался Томас, поднимая голову и присматриваясь к лунному диску на небе. Как бы хорошо не светила луна, при своем полном облике, даже на полукиллометровом расстоянии было видно, что старая часовня освещала все вокруг себя куда лучше.

Самый настоящий маяк для Тудоров.

— Надеюсь ты шутишь, — Кай нервно усмехнулся, но по тому, как тот отреагировал, даже не посмотрев на него, понял — он не шутит.

Не оборачиваясь, Томас направился к часовне, охватывая взглядом каждый куст, каждое дерево, за которым мог скрываться враг. Сейчас — самое время быть на чеку.

Перед часовней дежурили двое, прохаживаясь взад и вперед, скрипя ботинками по обломкам отбитого порога.

— Наконец-то! — выдохнул Уйат, тот самый долговязый парень, сообщивший вместе с Дугласом о нападении на портал, — они снова тут. Где-то рядом. Я видел тени.

— Мы никого не заметили, — Алан подозрительно оглянулся и скосил взгляд на Дугласа, который держался лучше Уайта. У первого кажется сдавали нервы, он нервно заламывал пальцы рук, его глаза блестели не совсем здоровым блеском, нижняя губа дрожала, а на лбу выступила испарина, не смотря на холодный обдувающий ветер.

— Они точно тут, — снова заговорил Уайт уже шепотом, — я даже слышал их голоса. Тихие такие, подвывающие…, - и его зрачки неестесственно сильно увеличились, закрывая всю радужку, когда он приблизил свое лицо почти вплотную, что бы сообщить эту новость.

Алан выпрямился, слегка отклоняясь назад, кажется он начинал понимать, что парень не совсем адекватен. Не всякий выдерживал схватку с тенями, не каждому удавалось сохранить ясное сознание и рассудок перед страхом смерти. Здесь мог помочь только Фабиан, воливеру часто приходилось заглаживать эмоциональные расстройства nebesis, перенесших сильное потрясение.

— Отправь его, — коротко буркнул Томас и ступив на порог, скрылся за свисающей на гнилых петлях дверью.

Знакомый запах ударил в нос. Томасу на мгновение почудилось, что этот запах он уже где-то ощушал — запах земли, трухлявых досок, пыли и затхлости. И это при том, что двери и арочные окна практически отсутствовали, и воздух проникал в часовню через все возможные дыры и щели?

— Томас! Не верится что ты вернулся! — мысль была прервана уже на подходе и тотчас же расстворилась в сознании, так и не успев обрести ясность. Знакомый ему по Ордену, Росс, шустрый паренек, элементал, испускающий глазами стрелы, протягивал ему руку, — когда Уайт сказал, что встретил тебя в Ордене, не сразу поверил.

Томас ответил крепким рукопожатием и легкой улыбкой, — Это Майк, ты его не знаешь, он недавно в Ордене, заменяет Велеса.

Кивком головы, Томас поприветствовал новичка.

— Какие тут дела?

— Тишина, — отозвался Майк, — только пылью сыт по самое горло.

— Даааа, пыли тут, хоть закопайся, — снова задумался Томас и недавняя мысль вернулась в сознание. Почему раньше он этого не замечал? Наличие пыли, земли, наваленных досок в глухом углу ни у кого не вызвало вопросов или подозрений. Все как ни странно, логично — полуразрушенная деревянная часовня, столетье простоявшая и прогнившая в этом забытом всеми месте. Тогда почему у него напрашивается это нелепое желание сложить два пазла вместе. Какие именно?

Резкие звуки снаружи снова прервали ход его мыслей…

Глава шестнадцатая

— Оставайтесь здесь! — крикнул Томас уже у выхода, толкнув дверь ногой. Та, заскрипев на ржавых петлях, осталась раскачиваться взад и вперед, издавая корябующие душу звуки.

Отвлеченные скрежетом тени, обернулись на звук и Томас огляделся по сторонам, оценивая обстановку. Алан в шагах пяти от входа выпустив в воздух с дюжину огненных вспышек заставил их кружить, отгоняя теней от Кая, который стоял держа в руках меч брата. Огненный вихрь создаваемый вспышками действительно отгонял теней и не давал им приблизиться к Каю. Алан взял удар на себя еще и тем, что отдал брату свое оружие.

Неожиданно вспышки одна за другой, зашипев и испустив облако пара, исчезли, открывая огненный заслон. В нескольких метрах от самих теней стояли их хозяева, два элементала, один из которых обрушил на огненные вспышки водяной залп. В руках другого сверкнул меч.

— Придется отбиваться, — Томас взглянул на Кая, поднявшего меч перед собой, — главное не пускай их за спину, — дал совет и согнув руки в локтях резко встряхнул ими вниз — светящиеся всполохи выступили на коже и под ней, энергетические прожилки стекли по пальцам, сходясь вместе и образуя уже знакомые клинки.

Только Кай такое видел впервые, и пока в его зрачках играли искры отражавшейся энергии, в душе рождалась зависть, нехорошая, скверная, дурная.

Томас бросился к тому, что был с мечом, предупреждая атаку на Алана, но мощная волна, выпущенная противником, взвилась вверх и стремительно понеслась на Томаса, в один миг столкнувшись со скрещенными им световыми клинками. Миллиарды брызг одна за другой разлетелись в стороны, со стремительной скоростью вонзаясь во все, что встречалось на пути. Дикий вой раздался сверху — брызги словно осколки стекла задели парящую в воздухе тень. Все еще сдерживая поток, нагнувшись вперед всем корпусом и упираясь ногами в ставшую сырой и скользкой от воды землю, Томас ощутил как первая волна иссякла и не дожидаясь второй, ринулся на противника.

В это время тень, разозленная задевшими ее брызгами, подлетела к Каю и сходу протянула к нему свои темные очертания рук. Но ей пришлось отступить — холодная сталь меча стала ей преградой. Кай, с несвойственным ему умением, взмахнул в воздухе мечом перед самым носом тени. Но та была слишком озлоблена, что бы оставить попытки добраться до сердца жертвы. Вторая тень, маневрируя под огненными атаками Алана, рванула к Каю, как только созданный им заслон пал. Даже с мечом тот был для них более слабым противником, чем nebesis.

Как только волна спала, Томас отчетливо расслышал не так далеко шум еще одной драки и понял, что те двое, Дуглас и Уайт тоже подверглись нападению и там тоже шла битва.

Тудор, запустивший волну в Томаса, понял что вновь быстро собрать такой поток ему не под силу, и поэтому ретировался за спину своему приятелю с мечами.

Поравнявшись с довольно крепким противником, Томас первым нанес удар. Искры его клинков отскакивали от соприкосновения с мечом противника. На этот раз Томас действовал быстро, времени проверять противника на умения и навыки, у него не было, и он сразу перешел в наступление, срубая один удар за другим. Почувствовав решительный натиск тудор попятился назад.

Водник за его спиной моментально исчез и секундами позже уже сбивал водными потоками огненные вспышки Алана, посылаемые на тени.

Алану пришлось развернуться к нему лицом и перехватить инициативу на себя.

Кай остался один на один с двумя, вьющими над головой тенями. Двигаясь по часовой оси вокруг себя, он пытался не упустить их из виду, но опыта в этом у него было слишком мало. Сморгнув напряжение с глаз, Кай судорожно сглотнул — одна тень исчезла. Резко обернувшись раз, другой, Кай понял, что упустил ее из вида и пульс его учащенно забился, ведь тень могла появиться в любой момент и с любой стороны.

Оставшаяся тень, издала высокий хриплый, похожий на вой, звук и рывком кинулась Каю под ноги, пока тот пытался глазами найти скрывшуюся тень.

Острие меча опустилось вниз, блокируя атаку тени и коснулось земли на секунду раньше того, как вторая тень с ужасным воем бросилась на Кая сверху и толкнув за плечи, повалила его.

Меч вылетел из его рук и повернувшись, Кай, уперся руками о сырую землю. Тени медленно надвигались на него, почувствовав, что жертва обезоружена, они не спешили и, казалось, смаковали момент победы. Скользя ладонями по мокрой траве, путаясь в ней и сгребая пальцами сырую землю, Кай попятился назад. Перед глазами промелькнула вся жизнь, отец с надвинутыми на нос очками, его первая учительница и по совместительству их экономка Катрита, друг детства Дан, уехавший на север вместе с отцом испытателем и Ева — последний образ, задержавшийся дольше всех.

Сердце застучало сильнее. Темные тени нависли над ним и казалось, что вот сейчас все закончится…

Алан, пытаясь найти способ, обойти водника с мастерстве метания магических вспышек, так ничего и не добился. Парочка деревьев уже стояли с выжженной корой, по воздуху распространился запах горелых паленьев, а земля под его ногами стала походить на вспаханное поле после обильного дождя.

Потерянный братом меч и его падение, Алан увидел сразу. Продолжая метать огонь в сторону противника, Алан уверенно двигался в сторону Кая, но и водник оказался не глупым и Алан понял это, как только стена из толщи воды поднялась перед ним, отрезая ему путь. Алан остолбенел на секунду, неожиданный ход вызвал в нем панику и он ударил кулаками по водяной преграде, пытаясь проломить ее физической силой. Но от удара ему в лицо полетели лишь холодные брызги воды. На ум ничего не приходило, сердце объял страх за брата.

Разбег. Прыжок на покореженную временем стену часовни, и Томас, ттолкнувшись ногами от стены, со всей силы вонзил в ближайшую тень свой клинок. В ту самую, которая уже приблизилась к Каю и занесла свою черную лапу для удара в сердце. К ногам Кая осыпалась лишь горсть темного как уголь пепла. Вторая тень издала протяжный вой и сделав круг отлетела в сторону, удаляясь все дальше. Отведя руку назад Томас прицелился и перехватив свой световой клинок, словно копье, недрогнувшей рукой метнул его в темное пятно на фоне неба. Клинок сорвался с его ладони и переливаясь в полете энергетическими всполохами, достиг цели. Повергнутая тень тут же взорвалась, рассыпавшись пылью, которую тут же подхватил ветер, чтобы развеять по воздуху.

Все произошло очень быстро. Томас боковым зрением наблюдал за обоими и видел, как Кай упал, загнанный тенями, видел как Алан безудержно бил кулаками по водной толще воды перед его глазами и понимал, что тот не успеет помочь брату. Выругавшись про себя, он всего несколько секунд метался в выборе помочь или оставить все как есть. Если оставит, то Каю конец, как и его усмешкам, обвинениям и попыткам встать между ним и Евой. Но что-то упорно подталкивало Томаса вперед, толи чувство благородства, толи осознание что тем самым он будет повинен в смерти брата Алана.

Так и не поняв, какое из чувств преобладало, Томас дал ему волю и резко развернувшись спиной к противнику, бросился к Каю.

И когда его клинок, пройдя сквозь тень, вонзился в дерево, Томас снова развернулся, чтобы возобновить бой, но тудора и след простыл, как и водника. Водная завеса спала бушующим водопадом к ногам Алана, и Томас перевел взгляд на Кая, молча протягивая ему руку.

Но Кай даже не посмотрел на нее, и протянул руку подоспевшему брату.

Томас лишь усмехнулся и убрал руку. Он не ждал от него ни благодарности, ни признания.

— Спасибо! — Алан схватил его за локоть и их взгляды встретились. Даже если бы он ничего не говорил, его глаза выражали все, что Томасу было нужно.

Из темноты деревьев показалась фигура, и Томас не сразу разглядел в ней здоровяка Дугласа, сгорбившегося под ношей. Алан первым бросился вперед.

— Что с ним? — худощавое тело Уайта перевалилось через плечо Дугласа и Алан помог уложить его на землю.

— Парень совсем свихнулся, — Дуглас тяжело вздохнул, — до портала мы не дошли, тудоры напали на нас, а этот…, - кивком головы Дуглас показал на бездыханного напарника, — упал на колени и воздел руки к небу. Даже сопротивляться не стал. Те его и вырубили…

Глаза Уайта были открыты и смотрели в никуда, тонкие губы неестесственно искривлены. Томас подошел ближе и присев, приложил пальцы к шейной артерии — подняв взгляд на Алана, отрицательно качнул головой.

— Дьявол! — выругался Алан и опустил голову.

— Его надо перенести в Орден, — Томас поднялся, — я предупрежу ребят, что смена придет утром, — и развернувшись поспешил снова внутрь часовни.

Уайт был мертв, ни Шан-Тао, ни Соломея, ни даже Ева не смогут его излечить. Мертвых не лечат, мертвых воскрешают, но это уже совсем другая сторона, и сторона вовсе не жизни.

Стойкий запах земли и пыли ударил в нос и Томас закашлялся. И снова это чувство! Что же не так с этим местом?

В центре часовни его ждали Росс и Майк.

— Подкрепление придет утром, до утра они больше не появятся.

— Спать охота, да горло бы прочистить, — пожаловался Майк с небольшой долей недовольства. Комфорта в темной, полусухой часовне, не было вообще, даже присесть, чтобы подремать было не на что, кроме холодного запыленного пола.

— Будет сделано! — Росс был более сговорчив. Долгое нахождение в Ордене выработало в нем понимание важности заданий. Да и распознать, что было несколько минут назад там, снаружи, Росс смог сразу, как увидел Томаса входящим. Не на звездное небо он любовался, а тыл их прикрывал. Майк по неопытности своей этого понять еще не мог.

Томас кивнул, не видя смысла отвечать новенькому — не на курорт отправили. Показав пять Россу он уже развернулся к выходу, как в поле его зрения попал крохотный комочек шерсти, снующий около древесных осколков. Рука дернулась, как тогда… Томаса осенило в туже минуту, что-то очень похожее и знакомое всплыло в памяти. Сухая земля, запах просмоленных бревен, воздух наполненный вековой пылью и этот пушистый комочек, щекотавший руку. Взгляд Томаса невольно проследил за движением мыши, которая пересекнув расстояние от угла до центра, не обращая внимание на присутствие людей, словно она всю жизнь жила рядом с ними, скрылась в маленькой щели в полу, на краю очерченного круга с названием COELUM.

Томас резко подался вперед, подталкиваемый предчувствием и внезапно возникшей мыслью, что это и есть те самые два пазла, упорно застрявшие у него в голове.

Мыском ботинка он разгреб слой пыли поверх надписи, очертания круга оказались не просто напольной зарисовкой — круглая каменная плита, вдавленная в пол, закрывала тайный проход во что-то неизвестное. Только Томас кажется уже знал, куда ведет этот вход…

Глава семнадцатая

— Майк, сможешь поднять? — Томас перевел взгляд на парня и тот, засучив рукава, подошел ближе.

— А то, — Майк хмыкнул. Ему не терпелось показать свои умения, удивить своей силой, — только подальше отойди, чтобы не задел.

Томас улыбнулся, но послушно сделал несколько шагов назад, пока Майк готовился к демонстрации своих способностей. Вытянув руки вперед, Майк выпустил свою силу и пыль вокруг крышки люка рассеялась в стороны, полностью очищая его поверхность от частиц.

Люк, открывающий таинственный проход, не поддавался так легко, как лежащая на его поверхности пыль и Майк напрягся. Крышка сдвинулась по кругу и слегка приподнялась, ударившись о край прохода. Майк набрал побольше воздуха и задержал дыхание, словно тяжелоатлет, поднимающий штангу. Крышка медленно приподнялась над землей, каменные осколы от нее палали вниз в темноту открывшейся шахты. Жилы на руках Майка вздулись и напряглись, лицо покраснело, глаза налились кровью, словно это был не каменный, а чугунный люк весом киллограмм двести. Диск завис на расстоянии метра от поверхности и Томас с сомнением посмотрел на Майка, сжавшегося под тяжестью не выполнимой задачи.

— Я не смогу! — выкрикнул он между выдохами, — его тянет назад!

— Попробуй отвести его в сторону.

Майк снова напрягся, из последних сил пытаясь сдвинуть его хоть куда-нибудь, но люк упорно не хотел подчиняться. Пот выступил у него на лбу, руки побелели от надрыва, словно он вступил в противоборство с чудовищной ответной силой.

Томас чувствовал, что тот на исходе, еще немного и он не выдержит, люк вырвется из его силков и снова закроет проход.

— Держи его! — решился он, — передай Алану, что я скоро вернусь! — присев на корточки, Томас решительно спрыгнул вниз, в самую тьму, не зная ни ее глубины, ни ее высоты.

И как только чернота ямы поглотила его, руки Майка отпустили люк, ослаблено повиснув вдоль тела. С чудовищным звуком люк притянуло обратно, лишая Томаса шанса на возвращение тем же путем.

На жуткий звук падения каменной плиты, в часовню вбежали Алан и Кай. Часовню сотрясло так, что она чуть не обрушилась прямо им под ноги.

— Где Томас? — оглядевшись Алана одолело нехорошее предчувствие.

— Он просил передать, что скоро вернется, — из темноты угла вышел Росс. Майк изматывающе хватал ртом воздух, не в силах произнести ни слова, все мышцы болели от надрыва, глазные капиляры полопались превратив склеру глаза в сетку из кровеносных сосудов, — он обнаружил тоннель, видимо под часовней есть тайные проходы.

— Черт! — выругался Алан, — вечно его заносит!

* * *

Ноги неожиданно приземлились на твердую поверхность и Томас выпрямился. Не так уж и высоко. Повезло. Запах земли и перегноя стал заметно сильнее. Под ногами он почувствовал каменный выступ округлой формы, напоминаюший такой же люк, как и тот, что закрылся у него над головой.

Значит эти два люка словно сильнейшие магниты притягиваются к друг другу, и нижний удерживает верхний.

Магия или простая наука? Что создает эти силы? Или скорее кто?

Томас осознавал зачем он здесь. Вместе с воспоминаниями о времени, проведенном в шахтах под замком Тудоров, Томас вспомнил еще кое-что. Облик, фигуру. Перед тем, как он потерял сознание, надышавшись пыли, он видел расплывчатый силуэт в плаще. И это не было галлюцинацией, он точно знал, что кто-то помог ему, и пока он был без сознания, перенес его на поверхность. И теперь Томас хотел выяснить кто это был.

Друг или враг?

Враг бы не стал помогать и спасать его из удушливой шахты.

Значит друг.

Глаза, постепенно привыкающие к темноте, уже различили просвет впереди и Томас твердым шагом ступил вперед. Квадратная землянка сходилась в один узкий проход и Томас нырнул в него не раздумывая. Узкий, практически в ширину человеческого тела, проход растянулся метров на пятьдесят и лишь потом вывел его в широкую земляную вырубку. Даже освещенную. На выступах в стене стояли небольшие лампадки, подтверждающие присутствие человека в этих подземных глубинах. От этого помещения в разные стороны уходили пять тоннелей, но Томас не приблизился ни к одному из них. Он уже на собственной шкуре испытал, что это такое.

— Эээй! — крикнул Томас, но эхо его быстро оборвалось под тяжестью той массы земли, что давлела над головой, — я знаю, что ты здесь! Отзовись!

Его голос наталкивался на стены и тонул в них. Не было ни шанса, что они разнесут его голос дальше по тоннелям.

Он не мог ошибиться. Томас был уверен в своих ощущениях и всегда полагался на врожденную интуицию.

— Кто ты? В прошлый раз ты помог мне!

Земля словно отторгала его крик, не пропуская дальше. Он вышагивал по утрамбованной земле, направляя голос в сторону туннелей.

— Я хочу поговорить с тобой! Покажись, не бойся!

Призывы оставались без ответа еще полчаса, прежде чем Томас понял, что результата не будет. Один раз ему почудилось, что он услышал шорох внутри одного из туннелей, но последующая тишина обратила мысль обратно.

Одними словами его не выманить. Нужно что-то действительно из рода вон выходящее, что привлечет внимание. Безумные мысли никогда не покидали голову Томаса, но благодаря им, он так же и находил выходы из трудных ситуаций.

Вот и сейчас, не тратя сил на преодоление бесконечных тоннелей с их лабиринтами, он мог сосредоточиться на идеях.

И она не заставила себя ждать.

— Я пришел сюда с одной целью! — крикнул Томас, — поговорить! И не уйду пока не сделаю этого! Для этого я готов на все! Не знаю единственный это выход или нет, но я готов рискнуть! И лишить нас обоих его!

В руках Томаса промелькнули световые всполохи, разгораясь все ярче. Здесь удары по стенам вызовут обвал и выход станет недоступным.

Безумство!

Но Томас не собирался ни сдаваться, ни оставаться здесь.

— Последний шанс на разговор! Или я отрежу нам путь к выходу! — протянув руку вперед он нацелил световой луч прямо в узкий проход, ведущий к парным магическим люкам.

Минута ожидания длилась мучительно долго и Томас с решимостью повернул голову, врезаясь глазами в цель и готовый выпустить залп.

— Стой! — услышал он за спиной, и облегченно вздохнул, опуская руку.

* * *

Алан с телом Уайта перешагнул через портал, возвращающий их в Орден. Следом за ним шли Кай и Майк, подорванные мышцы рук которого так и не восстановились, слишком сильная нагрузка легла на нетренированные связки. Дуглас и Росс остались на страже.

Не часто в Орден возвращались с подобной ношей.

— Организуйте все, что нужно, — Алан передал тело в руки двух nebesis и те унесли его, — Майк, тобой займется Соломея — отдыхай!

И Алан повернулся к брату, когда Майка приняли сопровождать к целительнице.

— Что у тебя с Томасом? — жесткий голос Алана буквально сразил Кая, как и его суровый взгляд. В такие моменты он знал, что увиливать от ответа не в его интересах.

— Я хочу чтобы он исчез! — твердым голосом ответил Кай и его глаза недобро сверкнули, — исчез и не появлялся! Чтобы его не существовало в этой жизни! Он обладает способностями, которых не заслужил, вниманием, которое не ценит и чувствами, которые предал! Я хочу, чтобы он навсегда остался там, погребенный под толщей земли! Хочу, чтобы его магия стала моей, чтобы образ Томаса был стерт из памяти Евы, чтобы только я был в ее сердце!

— Он спас тебе жизнь! — Алан в ужасе смотрел на брата и не верил своим ушам. Такого прямого откровения он не ожидал услышать. И надо признать, оно пугало! Столько ярости, столько прямых угроз слышалось в этих словах, что Алан содрогнулся. Какая тьма должна сидеть в человеке, что бы в один миг превратить в зверя, полного жгучей ненависти? Быть глухим и слепым к добру, не взывать к совести и разуму, не искать в себе силы бороться с этой тьмой?

— Благородно! — с издевкой ухмыльнулся Кай, — только вот мне от него ничего не надо.

— Брат! — Алан положил обе руки ему на плечи и впился взглядом в его глаза, — ты не должен допускать таких мыслей! Это опасно! Для тебя, для нас с Леей. Борись с этим, не пускай тьму в свое сердце, иначе быть беде!

Только Алан не был воливером, чтобы воздействовать на волю брата. И его попытки гипноза не произвели совершенно никакого эффекта.

Кай слишком грубо, на эмоциях, смахнул руки брата с плеч.

— Послушай себя, Алан! Неужели ты боишься его?

— Он мой друг!

— Боииишься! — Кай не слышал его, — поэтому ты уступил ему Еву, поэтому ты отдашь ему и Орден, если он захочет.

— Не перегибай палку, Кай! — глаза Алана тоже сверкнули. Всему есть предел и Кай, кажется, уже ступил на опасную черту, — да что с тобой такое? Ты словно одержим навязчивой идеей!

— Да! Да! — Кай снова открыто заявлял о своих намерениях, его зрачки расширились и блестели той решимостью, что охватила его, — я одержим! Одержим покончить с Томасом, с вашим въевшимся благоговейным трепетом перед ним, — подойдя вплотную к Алану, Кай замер, — меня бесит, что он имеет все, брат! Силу, славу, девушку, которую хочу я!

Алан молчал. Исповедь брата была нездоровой. Алан не был уверен, что до их появления в жизни Кая, тот был таким. Неужели их встреча побудила расскрыться в Кае такой злобе и неприкрытой зависти? Не сделал ли он хуже рассказав все ему, приоткрыв завесу мира, впустив его в этот самый мир?

Бедная Лея! Она еще не знает, какой монстр сидит в ее втором сыне.

* * *

— Ева, а близнецы могут родиться разнополые? — Бьянка смотрела на меня с надеждой, — я всегда хотела девочку и мальчика.

— Не знаю, я не слышала о таких случаях, — при всем моем желании поддержать Бьянку, мысли мои были далеко отсюда.

— А кто первый появляется на свет, человек или nebesis? — вопросы Бьянки становились все изощренней.

— Если бы это знали, то могли бы определить в момент рождения кто есть кто.

— Верно, — задумалась Бьянка, — а почему именно в восемнадцать просыпается магия?

— Я не знаю, — не задумываясь ответила я. Это был уже какой вопрос по счету? Бьянка интересовалась всем, что приходило в голову и почти все вопросы были бредовыми и бессмысленными. Я чувствовала себя ходячей энциклопедией и готова была бежать за древним фолиантом книги Небес, чтобы Бьянка сама ознакомилась со всей историей близнецов и не мучала меня. Нет, Паоле, никогда бы не пришли в голову подобные вопросы. Наивность и детская непосредственность Бьянки зашкаливала и это напрягало и раздражало меня, хоть я и сохраняла добродушие и спокойствие внешне.

Стоило Куперу показаться на пороге, и я вскочила.

— Вернулись? — тревога подступила к самому сердцу.

Купер кивнул. Я рванула с места, выскакивая из кельи. Сердце бешено стучало, пока я добиралась до зала Советов. Я безумно хотела увидеть его, расстаять от его улыбки, успокоить сердце от разлуки. Но вместо этого, сердце ухнуло куда-то вниз — среди присутствующих Томаса не было.

Глава восемнадцатая

— Кто вы? — Томас обернулся, рассматривая незнакомца с ног до головы. Рост выше среднего, как и телосложение, хотя из-за накинутого поверх всего остального, плаща, врядли он мог определить правильно. Широкий капюшон наполовину скрывал лицо, оставляя неприкрытой ту часть, что была покрыта суровой мужской щетиной.

— Тот, кто спас тебя. Разве не это ты хотел услышать? — мужчина прошел в глубину зала.

Томас нахмурился, если тот увиливает от ответа, значит ему есть, что скрывать и будет не так то просто разговорить его. Что он делает в шахтах? Чем занимается? От кого прячется и почему?

— Почему вы помогли мне?

— Сложно сказать, — мужской голос из под капюшона не спешил делиться признаниями, — может твой возраст напомнил мне кого-то, а может твое бегство из замка стало тому причиной.

— Я не первый, кто это сделал? — Томас силился понять ответы незнакомца, может в них скрыт намек?

— О, это о-о-чень древний замок, — мужчина подошел к ближайшей лампадке и неожиданно потушил ее — и без того тусклый свет стал еще слабее, — он повидал многое.

— Вы nebesis? — в лоб спросил Томас. Он не видел другого объяснения странному жильцу подземелья. Иначе как он смог тут выжить?

Мужчина слегка повернул голову, присматриваясь к Томасу, но ничего не ответил, — Вы знаете кому принадлежит этот замок? Знаете куда ведут эти туннели? Почему замок и часовня связаны вместе проходами?

— Не слишком ли много вопросов ты задаешь? — в голосе послышались стальные нотки?

— Я пришел сюда именно за этим! — голос дрогнул, в горле запершило и Томас поспешил прочистить его, откашлявшись, — а еще…поблагодарить. Вы спасли меня тогда, спасибо! — Томас намеренно сделал паузу, — мои способности не удивили Вас, значит Вы знаете кто я.

Мужчина молча подошел к одной из стен и надавил на грунт рукой. Земная кора сдвинулась, открывая потайную нишу.

— Пей! — мужчина протянул Томасу покрашенную в синию краску медицинскую колбу с пробкой, внутри которой плескалась жидкость, — воздух здесь полон разнообразных частиц, и тебе, как инфанту, он может повредить.

Томас уже отпивал маленькими глотками чистую воду из колбы, чувствуя, как вода смягчает стенки горла от колкости и першения.

— Кто Вы? — вытирая краем рукава струйки воды, стекающие по подбородку, Томас прищурился.

— Мое имя мало что даст тебе, — мужчина выпрямил голову и ухватившись пальцами за края капюшона, стянул его за голову. Строгое лицо с излишне сухой, но привыкшей к засушливому воздуху, кожей, прямой нос, аскетический взгляд серых глаз, плотно сжатые губы в обрамлении темной, с проседью, бороды. На вид ему было лет пятьдесят. Томас приглядывался сквозь тонкий рассеянный луч света и понимал, что он видит его впервые, — я не тот, о ком ты подумал. Я простой человек.

— Но…, - Томас не понимал, — вы же только что сказали, что я инфант…и эти магниты на входе…

— А разве человек не может знать то, что знают другие?

— Что-то мне подсказывает, что вы знаете намного больше этих других, — усмехнулся Томас.

— Отнюдь, — не согласился тот.

— Сколько Вы уже здесь? Десять, двадцать, тридцать лет?

— Год!

Брови Томаса поползли вверх. Неожиданно! Неожиданно мало…

— Да, да! Ровно год и несколько месяцев сверху! — повторил мужчина, улыбаясь, — а ты думал, я здесь родился?

— Почему Вы здесь? От кого скрываетесь? Откуда знаете про нас? — у Томаса было столько вопросов, что отвечать самому совершенно не хотелось.

Мужчина рассмеялся, но смех этот не был злым, наоборот, Томас чувствовал тепло от смеха, улыбки, глаз, что сразу вызвало в нем расположение к чужаку. Но он человек! Что может делать обычный человек в подземелье древнего замка Тудоров? Совпадение ли то, что замок перекликается тоннелями со старой часовней?

— Любопытство никогда до добра не доводило.

— Это не любопытство. Скорее возможность, шанс узнать что-то, что поможет нам в нашей борьбе.

Взгляд мужчины потемнел и улыбка медленно сошла с лица.

— Все настолько плохо?

— Отсидеться тут — самый безопасный вариант, — Томас перенял у незнакомца манеру увиливать от ответа. Не так уж и хорошо он его знает, чтобы расскрыть все карты. Да и на его вопросы тот так и не ответил. Отпив еще пару глотков из колбы, Томас выдержал пристальный мужской взгляд.

— Присоединяйся! — от неожиданно поступившего предложения, Томас чуть не поперхнулся.

— Спасибо, но откажусь! У меня есть ради чего бороться! Наверняка и у Вас там кто-то остался?!

— Поэтому я и здесь, — глухо ответил мужчина, — ради тех, кто остался там! В это трудно поверить, но иногда именно рядом, мы причиняем вреда самым дорогим нам людям больше, чем на расстоянии.

Томас внимательно посмотрел на решившегося на откровение мужчину, почувствовав на энергетическом уровне его боль и отчаяние. Наверное подобное решение далось ему нелегко. Для такого точно нужно обладать или невероятным мужеством или небывалой глупостью. Уж кому, как не ему, Томасу, об этом знать. И совсем не трудно в это поверить, когда сам твердил себе это не одну сотню раз.

Томас переложил колбу в левую руку и протянул правую вперед открытой ладонью вверх.

— Томас Бредли!

— Питер…, - отвечая на широкий жест рукопожатием, — просто Питер…

* * *

— Томас немного задерживается, — Алан будто оправдывался передо мной, виновато глядя в глаза, а я всеми силами пыталась справиться с волнением и тревогой. Вдруг я снова потеряю его?

— А по мне, так он снова бросил всех, — раздражение Кая так и не прошло, используя любую возможность очернить Томаса в глазах друзей.

— Томас никогда ничего не делает просто так! — раздался голос Деми и я перевела на нее свой взгляд. Девушка продолжала заступаться за него после всего случившегося?

Кай хмыкнул, но что хотел, он уже сказал.

— Охрану портала нужно усилить, — Алан повернулся к Лее, — и охватить иллюзией большую площадь…стычки неизбежны — Юлиан плотно взялся за портал.

— Понять бы чего он хочет от портала, — задумалась Лея, — если войти в него, то появился бы сам.

— Значит он хочет кого-то впустить, — сделал вывод Кай и все разом обернулись на меня.

— Тени? — мой вопрос напрашивался сам собой, — даже если портал открыт, он не утратил способность поглощать время. И любой кто захочет пройти через него, появится тут не раньше, чем через два месяца.

— Это что еще значит? — для Кая это было совсем в новинку, он не знал обо всех особенностях перемещения через портал.

— Время в портале течет с бешенной скоростью. Когда я вошла в портал, я провела там не больше пяти минут, а за это время, в наших мирах прошло два месяца. Портал — это коридор между мирами, который поглощает время в сто раз быстрее. Фейерия была заперта в портале пятьсот лет, а между тем для нее прошла всего неделя.

— Звучит безумно, — с сомнением в голосе произнес Кай, нахмурив брови.

— Так и есть, но тем не менее, это позволяет нам приготовиться. Дает нам время все обдумать, во всем разобраться, — Алан оперся на стол двумя руками, — кто бы ни явился к нам из портала, это произойдет не раньше наступления ноября.

— А кто-нибудь кроме Евы и Фейерии проходил через портал? — неожиданный вопрос Деми, заставил всех оглянуться на нее. Все это время она оставалась в стороне и не участвовала в Совете, за исключением, когда заступилась за Томаса.

Мне было неприятно ее присутствие, но в отсутствие Томаса, это ощущалось не так остро. Будто она просто была одной из нас, а не бывшей девушкой того, кого я люблю. Я бы наверное даже смирилась с ее нахождением в Ордене, если бы была уверена, что ее взгляды и желания по отношению к Томасу сменились на менее любвиобильные.

— Нет, — ответила я, выдержав паузу, — кроме меня и Фейерии никто не проходил портал.

— Так может проблема не в портале?

— Что ты хочешь этим сказать? — Лея насторожилась. Вопрос Деми вызвал смешанные чувства у всех присутствующих.

— Вы все время думали, что это портал поглощает время, но кроме двух nebesis, обладающих даром поглощения, в него никто не входил, — Деми медленно и осторожно произносила слова, растягивая их, чтобы ее мысль дошла до каждого, — так может время поглощал не портал, а вы сами?

И мысль дошла.

И я ахнула, переглянувшись с Аланом. Никому из нас такая мысль и в голову не приходила. А ведь и правда, что если это наши силы поглощали время, ведь единственными, кто пробовал пройти через портал были я и Фейерия, не единожды, но исключительно. И обе мы обладали тем редким даром, которого не было больше ни у кого. А что если в портал войдет тот, кто не способен к поглощению? Может ли случиться так, что время будет идти своим чередом?

— У Евы дар поглощения? — кажется до Кая мысль дошла лишь на половину.

— Да, Ева и Фейерия обладают четвертым даром nebesis — Алан ответил лишь на автомате, в действительности погружаясь в совсем другие мысли, — они способны как поглощать любую магию, лишая ее, так и наделять магией.

Глаза Кая сверкнули, а новая сумасшедшая мысль прожгла сознание. Но он смолчал, лишь странная искорка играла в глазах, быстро-быстро разгораясь наравне с осенивей его идеей.

— А ведь Деми права, — лицо Леи засияло догадками, — что если каждый из нас может пройти этот портал беспрепятственно? Мы тоже сможем посетить тот мир!

— Это лишь теория, — пробурчал Алан угрюмо, — особо радоваться тут нечему. Если это действительно так, то времени на подготовку у нас нет совсем. И если Юлиан найдет способ призвать те тени, о которых рассказывала Ева, нападение может произойти в любую минуту!

Тишина и безмолвие коснулось стен Ордена. Все молчали думая о своем. О грядущем. И понимали, что впереди всех их ждет битва не на жизнь, а на смерть.

* * *

Тем временем свет портала слегка заколыхался, ровные лучи преломились от необычного движения извне. Росс и Дугласс заметили подозрительную световую активность и не сводили глаз с толстого столба света, рассеянного над очерченным кругом.

Колебания света прошлись от самого верха и внезапно внутри столпа появился проблеск чего-то движущегося. Словно волна взметнулся он вверх, под купол часовни и исчез в направлении бездонного ночного неба.

Глава девятнадцатая

— Ева, постой! — услышала я позади себя голос Кая. Из зала Совета я вышла в полной задумчивости, скрепя сердце вспоминая об отсутствии Томаса и о предположении, что вовсе не портал поглощает время.

Я вопросительно посмотрела на Кая.

— Хотел спросить какие у тебя планы на вечер? Нам так и не удалось побыть вдвоем, может сходим вместе куда-нибудь?

— У меня совсем нет желания куда-то идти, Кай, извини, — повела я плечами в знак отказа. Мне и правда было совсем не до встреч, тем более наедине с Каем.

— Ева, ну нельзя же так пассивно на все реагировать. Представь свежий воздух, ночное небо, звезды, тебе нужно развеяться — соглашайся, — не унимался Кай, следуя своему плану, — что плохого в том, что мы просто прогуляемся, поболтаем перед сном?!

Я снова взглянула на Кая. В чем-то я была с ним согласна. Впереди еще одна беспокойная ночь, и прогулка не помешала бы преодолеть ее и отвлечь от тревожных мыслей.

— Ладно, я согласна, но это не свидание! — мне хотелось подчеркнуть именно это, чтобы Кай не таил надежд на большее.

Кай выставил ладони вперед.

— Как пожелаешь, — расплываясь в довольной улыбке, он был точно уверен, что сегодня он приблизится к своей цели, которая слегка поменяла свое направление.

* * *

— Почему бы тебе не вернуться вместе со мной? Орден защитит тебя! — Томас смотрел на своего собеседника, за беседой с которым, он значительно сблизился.

— Защита нужна не мне, мой друг, — вздохнул Питер, — мое решение отречься от верхнего мира было очень трудным, но не беспричинным. От этого зависела судьба еще одного человека.

— Сын? Дочь? Брат или сестра? Может жена? — подобному решению могла поспособствовать только причина угрозы дорогому и близкому человеку.

Питер тихо засмеялся, но смех этот был горьким. Больше года прошло с тех пор, как ему пришлось спуститься под землю, и приговорить себя к такой жизни. Только он один знал истинную причину своему поступку, знал и не сомневался, что поступил правильно.

— Не забивай свою молодую голову чужими проблемами, — голос Питера звучал по-отечески, — держи, это карта подземных ходов, но тебе сюда лучше не возвращаться.

— Могу ли я для тебя что-то сделать? — чувство незаконченности, недосказанности поглотило Томаса, он чувствовал, что нельзя ему сейчас уходить. Голова была наполнена новой полученной информацией, Питер ответил на большинство его вопросов, кроме тех, что касались его лично, но на этом все обрывалось. Стоило бы поставить точку, но Томас не мог, что-то держало его внутри и он пытался ухватиться за это невидимое, что бы понять, что он упустил.

На секунду Томасу показалось, что лицо Питера осветилось мимолетным желанием.

— Неееет, — не совсем твердо ответил Питер, — ступай, тебе пора, — и накинув капюшон на голову, отвернулся.

Томас нехотя ступил на каменный диск под ногами.

— Постой! — Питер все же обернулся, но капюшона не снял. Если он хотел скрыть волнение, которое могло бы отразиться на его лице, то безуспешно, голос Питера выдал его еще раньше. Томас сошел с камня, сделав шаг вперед, — найди мою дочь, она nebesis и во многом сможет помочь. В Лотердейле она должна жить у матери. Здесь адрес и…, - Питер снял с шеи цепочку с круглым медальоном и открыл его, лаская взглядом родное лицо на фотографии. Медальон с бережно хранимым фото, видимо было единственным, что все это время скрашивало его одиночество в подземелье.

Защелкнув крышку, Питер протянул его Томасу, который в свою очередь неуверенно принял его.

— Почему вы сами этого не сделаете? Если у вас есть жена и дочь, что держит вас здесь?

— Я не могу находиться рядом с ними. Есть силы, которые используют меня, чтобы навредить им. Через меня они доберутся до Евы и…

— Евы?! — услышав знакомое имя, Томас напрягся, словно его окатили ледяной водой и взгляд сам упал на переданный ему медальон, который он прокрутил между пальцами, и отщелкнул крышку. Сердце сбилось с ритма — с фотографии на него смотрели совсем еще юные, но такие любимые глаза Евы.

— Вы отец Евы?! Все это время…вы были здесь…, - говоря словно сам с собой, прошептал Томас.

— Ты знаешь ее? Вы знакомы? — глаза Питера вспыхнули ярче лампадок в нишах подземелья.

— Знакомы?! — Томас с волнением поднял глаза на Питера, — скажу больше…я люблю вашу дочь, Питер!

* * *

Вечер обещал быть сказочным, бескрайнее ночное небо, с крапинками звезд распростерлось до самого горизонта, прохладный ветерок, мягкий словно пух касался моей кожи, обдувал и щекотил щеки, навевая легкие локоны волос мне на лицо.

— Ты сегодня очень задумчива, — Кай стоявший рядом, внимательно меня разглядывал. Мне было все равно, я даже не смущалась, хотя раньше, должна признать, обязательно бы покрылась румянцем и опустила глаза. Мне вспомнился полет голубя, взмах крыльев, уплывающая под ногами земля и встреча полная нежных взглядов и прикосновений, встреча хрупкой птички и крепкого симпатичного парня. Странный дуэт, но он был лишь наш. Я вполне понимала, чем было вызвано желание снова ощутить все это — я скучала по Томасу, мое сердце ныло от тоски по нему и ни Кай, ни кто либо другой не смог бы его заменить.

— Согласись, есть о чем, — ответила я тихо, — страшно подумать, что нас ждет, если тайный замысел Юлиана осуществится.

— Самое страшное, что ни у кого из нас нет сил nebesis, — осторожно и расчетливо Кай подводил разговор к интересующему его вопросу. В его голове сложилась определенная идея, с тех пор как он узнал, какой силой обладает Ева, она не давала ему покоя. Мир вокруг стал настолько опасен и непредсказуем, что простой человек, без магии был просто обречен стать жертвой, а уж в предверие приближающейся битвы и вовсе — на быструю смерть.

— Поэтому Орден скрывает свое существование от внешнего мира, — я с огромной долей гордости поясняла Каю тонкости законов Ордена, чувствуя, что от этих знаний зависит и его судьба тоже. Чем больше он знает, чем больше узнает нового — тем ближе он к миру Алана и Леи. На сердце приятно теплело, стоило мне подумать о воссоединении семьи до этого пребывающей в разлуке, — поэтому опознаватели накладывают иллюзии и стараются обезопасить простых людей.

— Но ведь ты можешь это изменить?

Я вскинула на Кая удивленный взгляд.

— Я?

— Да, Ева — ты! — Кай встал прямо передо мной жестикулируя руками, — только подумай, ты можешь наделить магией любого, у кого ее нет и простой человек, прежде не имеющий сил противостоять этой опасности, сможет не только защищать себя, но и других, — глаза Кая заблестели, он перешел почти на шепот, но я чувствовала, как в нем закипал восторг от такой возможности.

— Нет, нет, нет, Кай! — замотала я головой, отгоняя эту мысль и от себя и от него, — все не так просто как тебе кажется.

Но Кай меня казалось не слышал.

— С такой магией я мог бы стать сильнее, послать к черту все страхи и сомнения, принять бой с любой нечистью, обрушивая на нее всю мощь, — Кай смотрел на свои руки, сжимая и разжимая кулаки и словно уже представлял, что владеет магией, при чем не любой, а той самой желанной, что уже засела глубоко в его голове, — и там, у портала, я не стал бы пятиться от проклятой тени весь в грязи, а разорвал бы ее на части, еще и еще…, - Кай взглянул на меня с безумной искоркой в глазах, — тебе всего лишь нужно наделить меня ею.

Я непереставая качала головой, осознавая к чему клонил весь вечер Кай и отрицая его сумасшедшую идею. Кто знает чем может все это обернуться? В поглощении магии опыта у меня было уже предостаточно, но вот обратного эффекта я опасалась больше всего. Я еще помнила, что Фейерия, пытаясь силой втиснуться в сознание nebesis, сотворила с Велесом и двумя другими. А что если без последствий, магией можно наделять не каждого? Меня пугала сама мысль кому-то навредить.

— Ева! Ты должна согласиться! — схватив меня за руки, Кай вплотную приблизился ко мне, и я вжалась в ворота, чтобы перехватить дыхание. Его напор был слишком горяч, желание обладать магией пересиливало все другие чувства, — без магии я совершенно бессилен.

— Кай, ты не понимаешь! — попыталась и я немного поднажать, чтобы и мой ответ стал более понятен, — нет никаких гарантий, что это сработает, nebesis рождаются уже с магией и то не всегда и не сразу получается подчинить ее, а человек нет и я не уверена, что смогу наделить магией не навредив еще больше.

— Вот и представится случай это проверить, — Кай был готов на все, даже на риск, — я должен быть уверен, что смогу защищаться. Ты не представляешь каково это быть беспомощным и слабым. А ведь я способен на большее, Ева!

— Разве для того, чтобы уметь защищаться, нужна магия? — спросила я в надежде, что смогу переубедить его. Но внутренний голос подсказывал мне, что меня ожидает провал — слишком блестели его глаза, слишком звучал голос и бился пульс, который я ощущала сквозь пальцы. Я бы даже подумала, что Кай похож на одержимого, настолько он жаждал обладать силами nebesis.

— После того, что я видел?! — вопросом на вопрос ответил Кай, посчитавший мой вопрос не требующим ответа, — Ева, прошу тебя, я хочу остаться в Ордене, я хочу быть рядом с братом и матерью, я хочу быть рядом с тобой и не просто быть рядом, а быть равным, понимаешь?

Аргументы Кая били наповал. Да, в чем-то он прав, он всегда будет другим, тем, кого надо защищать.

— Ты ведь не хочешь, что бы я погиб от рук теней, когда все начнется? — последний и самый веский аргумент он оставил напоследок. И я поняла, что риск оправдан, когда перед тобой стоит выбор: погибнуть без сопротивления, слабым и не способным защитить себя или все-таки иметь шанс выстоять, победить, дав отпор магии магией.

— И какими силами ты бы хотел обладать? — настороженно и с опаской спросила я, не представляя в тот момент уровень желаний Кая.

Глава двадцатая

Кай прищурился, сжав губы в нежелании произносить это вслух.

— Нуууу, — растягивая звуки наконец протянул он, — меня бы устроили силы Томаса…

— Чтооо?! — мои глаза шокирующе распахнулись, по телу пробежала мелкая дрожь. Меня передернуло от одной мысли об этом, — нет, это невозможно!

Мне вдруг стало ужасно некомфортно в компании Кая, захотелось уйти, чтобы не видеть его, не слышать его абсурдных желаний. Я сорвалась, упершись руками в грудь Кая и отталкивая его с пути.

— Да стой ты! — Кай мгновенно оказался впереди меня, снова заграждая путь, — послушай, в этом нет ничего такого, ему они все равно не нужны, поверь мне, Томас отлично справляется и без магии.

— Да как ты…, - у меня не нашлось слов, выразить свое негодование, — как тебя в голову могло такое придти? — завелась я, пытаясь обойти Кая со всех сторон и натыкаясь на его грудь, — я могла бы наделить тебя энергией воды, земли или огня, черпая силу у природы! Но никак не отняв ее у другого!

— Вода, земля, все это есть у каждого второго nebesis, — запросы Кая росли с геометрической прогрессией, — я способен на великие дела, поэтому и магия нужна уникальная!

— Ты сошел с ума, если считаешь, что я соглашусь на это! — категорически отчеканила я, внутренне негодуя, — я не стану лишать кого-то магии, тем более Томаса!

— Потому что любишь его? — в голосе Кая проскользнула злость и обида, вызванные завистью, — и это после всего что он сделал?

— А что он сделал? — с вызовом взглянула я на Кая, выпрямляясь и гордо вздергивая голову. Во мне автоматически проснулся голос защиты. Пульс участился и я готова была примерить на себя роль психолога.

— Он бросил всех, сбежал как трус, бросил тебя, Орден, друзей! — я уже слышала эти обвинения, Кай повторял их вновь и вновь при любом удобном случае.

— Перестань Кай, — я почувствовала раздражение от одних и тех же предъяв, — он никого не бросал, Орденом без проблем руководил Алан, друзья уже давно простили ему долгое отсутствие, а я…скорее это я покинула Томаса, а не он меня.

— Он спал с другой! — выпалил Кай в остервенении, понимая, что под моими аргументами его прежние упреки выглядят смешными.

А я замерла. Словно легкий ступор загнал меня в ловушку. Все это время я боялась думать об этом, гнала мысли, чтобы сохранять ясность сознания и взывала к сердцу, успокаивая его. Тщетно! Особенно сейчас, когда Кай задел за живое, так цепко, умело, жестко.

— Готова принять его даже после того, как ласкал другую? — Кай знал куда бить, и он беспощадно бил, — любил каждую ночь и сам получал удовольствие? Думаешь он не хотел ее?

Мое дыхание стало прерывистым, внутри меня в колючий узел стягивалась боль и разочарование. Я стояла с опущенными в землю глазами и не могла двинуться с места, пока Кай двигался вокруг меня и переходя на шепот доводил мое и до того гнетущее состояние до крайней точки.

— Прекрати, — прошептала я почти умоляюще, мой голос дрожал, как и я сама. Обхватив себя за плечи я попыталась унять дрожь, перерастающую в озноб.

— Теперь ты понимаешь, что он не достоин твоих чувств? — Кай остановился напротив и приподнял мое лицо за подбородок, — не достоин, что бы ты переживала из-за него. Наоборот у тебя есть шанс отплатить ему за эту боль.

Я медленно, но настойчиво отвела голову в сторону, высвобождаясь из его пальцев и не смотря ему в глаза. Я поняла, что пытался сделать Кай — вложить в мое сознание чувство гнева, озлобленности, чувство ненависти и мести! Я почувствовала ледяной холод, окруживший нас, словно сама тьма кружит вокруг и ждет, когда сможет полностью погрузиться в меня и подчинить своей власти. Я прислушалась к себе, глубоко вздыхая, прикрывая на миг глаза и вспоминая лицо Томаса, его светлеющие от нежности глаза, его жаркий поцелуй у входа в портал и отчаянный там, около дома Дьюардов. Нет, в моем сердце нет этих темных, саднящих душу чувств. Нет места для ненависти и мстительности. Я открыла глаза, встретившись взглядом с Каем.

— Я не стану вредить ни Томасу, ни кому бы то ни было, — уже спокойно и внутренне сбалансированно произнесла я, — пропусти!

Я сделала шаг вперед, и почувствовала, как мое запястье сжимает его рука.

— Ева, если ты не согласишься…

— То что? — с вызовом бросила я.

Неожиданно что-то коснулось моей руки, тараня сцепленные пальцы Кая и разрывая хватку.

— Какого черта?!

А я поймала взглядом еле уловимый воздушный шлейф движения и услышала трепетный шепот, больше похожий на шипение.

— Ветерок?! — пораженно спросила я в воздух, не обращая внимание на то, как посмотрел на меня Кай, — как такое возможно?

Протянув руку невидимому существу, я ощутила легкое скольжение по пальцам, затем вдоль руки к плечу и наконец нежное щекотание щеки. Воздух пошел волнами, легким подрагиванием давая знать, что мне не почудилось.

— Что это? — Кай настороженно следил за мной и кажется тоже увидел еле различимое очертание, переливающееся.

— Это вьюнок, — тихо улыбнулась я, одаривая улыбкой маленького проказника, — частичка магии воздуха из другого мира. Видимо он искал меня и…, - я осеклась, внезапная мысль, как игла вонзилась в меня. и в глазах потемнело, — но если ты здесь…значит…Деми оказалась права, портал не поглощает время…

* * *

— Алан! — крикнула я так громко, что в центральном зале, все обернулись. Как только моя нога переступила порог Ордена, а взгляд нашел среди присутствующих высокого брюнета, я поспешила к нему. Ветерок не отставал от меня, перегоняя Кая, хмуро следовавшего за мной.

Алан оторвал взгляд от немаловажных дел в кругу трех nebesis и Деми, и, почуяв неладное, направился ко мне навстречу.

— Ева, что случилось? — снижая голос до полушепота, чтобы не привлекать еще большего внимания, спросил он.

— Томас? — я с надеждой взглянула на него и снова поникла, увидев отрицательное покачивание головой. Где же Томас, почему его нет, когда он так нужен? Внутри шевельнулось разочарование и обида — а ведь я думала, что он захочет больше времени проводить со мной.

— Он вернется, тебе не о чем переживать, к тебе он пробъется через любую преграду.

В этот момент он напрягся, уловив дыхание ветра в Ордене, куда воздух попадал исключительно с помощью магии. Орден был наглухо закрыт со всех сторон толстыми стенами, даже в кельи он не мог просочиться, настолько стены Ордена были лишены пропускной возможности. Глаза Алана округлились стоило ему уловить призрачное движение в воздухе.

— Это вьюнок, — сразу же прокомментировала я, чтобы отсечь любые излишние вопросы, — он с Небес, часто проводил время рядом и наверное привык. Алан, портал пропустил его не поглощая время…

Объяснять, что это значило, не потребовалось. Глаза Алана потемнели.

— Пойдем, надо собрать совет! — глухо и удручено произнес он.

Проходя мимо Деми и кучки nebesis, с которыми Алан что-то обсуждал до нашего появления, я краем глаза заметила, как Деми оторвалась от них и примкнула к Каю, следуя за нами.

Лея сидела за широким круглым столом и что-то изучала в книге Небес.

Угрюмое лицо Алана насторожило ее и она забыла даже поприветствовать нас.

— Что еще? — за ее бледным лицом и темными кругами под глазами скрывалась усталость. Весь вечер она находилась в поисках, в надежде найти в книге Небес ответы на вопросы.

— Как и предполагали, портал не поглощает время, — Алан уперся руками об стол и склонил голову, — существо и того мира прямое этому доказательство.

Вьюнок, словно подтверждая его слова, пронесся маленьким вихрем над книгой и ее страницы зашелестели на ветру.

Лея молча опустилась на стул, опуская руки. Ее поиски тоже не увенчались успехом, в книге не было никаких намеков на то, как защитить портал от проникновения или как остановить Повелителя теней.

— У нас нет ничего, — обреченно выдохнул Алан, — ни знаний, ни оружия, чтобы противостоять Юлиану. Единственные союзники находятся по ту сторону портала и никакой связи с ними у нас нет.

— А нити стража? Разве они не оружие против Юлиана? — вспомнила Деми.

— Оружие в руках еще не родившегося младенца, — напомнил Алан, выпрямившись, — как их использовать мы тоже не знаем.

— Кто-то может отправиться через портал, — предложил Кай, — а что? Раз портал работает исправно и замечу, пока только мы об этом знаем, то надо использовать этот шанс.

— И кто же согласится добровольно войти в него? — Алан недовольно поморщился — все же риск был.

— Я знаю такого человека! — раздался голос за спиной и все обернулись к входу. Размашистым шагом Томас уже подходил к нам, за его спиной шел человек в темно-коричневом плаще с длинным свисающим капюшоном, скрывающим лицо.

Мое сердце встрепенулось, я задышала в два раза чаще от охватившего меня волнения. Вздох облегчения вырвался из груди помимо моей воли, но имя Томаса с губ я все же успела остановить. Это не укрылось от его взгляда, стоило ему войти, он сразу нашел взглядом меня и уверенным шагом приблизился.

— Ева! — с придыханием и нежностью вкладывая в мое имя поток льющихся чувств, прошептал он и коснулся моих волос, убирая прядки за ухо. Я прочитала в его глазах желание придержать мою голову и впиться своими губами в мои, посылая к черту все пристальные взгляды окружающих.

— Явился! — вырвавшееся недовольство Кая услышали все.

— Какие-то проблемы? — недвусмысленно взглянул на него Томас, — хочешь обсудить мое отсутствие или причину возвращения?

Кай хмыкнул и раздраженно отвернулся.

— Томас, — позвала его Лея, отвлекая от неприятного как для них, так и для нее, разговора, — ты что-то говорил про…

— Да! — Томас тут же сменил тему, — я знаю человека, который согласился бы добровольно войти в портал и быть проводником между мирами. И я привел его сюда, — Томас обернулся на человека в плаще, — но перед этим…я хочу познакомить Вас с ним, особенно Еву…

— Меня? — я удивленно вскинула глаза.

Время замедлилось, тишина обволокла всех, кто устремил взгляд на меня и на человека в плаще.

Томас взял мою руку и слегка сжал, а меня словно кольнуло, беспокойство закралось в самое сердце, следя за движениями мужчины, с головы которого медленно сползал капюшон.

— Папа?! — моя рука непроизвольно сжала руку Томаса, а голос предательски дрогнул.

Глава двадцать первая

— Вы знали…, - то ли с вопросом, то ли с утверждением обернулась я к Лее, хмурясь. Ведь я догадывалась об этом. В момент, когда поняла, что мой отец вовсе не погиб в автокатастрофе, раз его близнец жив и здоров. Но я напрочь забыла, что именно Лея выступила с предложением помочь с похоронами и все организовала. И сейчас мою память словно прострелило догадкой еще более невероятной — она знала!

— Нееет, — Лея выскочила из-за стола и бросилась ко мне, — я не знала, что он жив…я занималась похоронами так же как и все думая, что он мертв!

Я посмотрела на отца, его суженные от непривычного света глаза, повлажнели, лицо, осунувшееся в области скул, приобрело серый оттенок, сухие губы дополняли образ представшего передо мной скитальца и отшельника. И лишь его взгляд напоминал мне отца, того самого, что целовал меня в макушку, уходя на работу, того самого, что накрывал меня одеялом и вкладывал в мои руки игрушку перед сном, того самого, что отпаивал меня горькой микстурой, когда я болела и укачивал на руках, чтобы я уснула.

Воспоминания током прошлись по телу и я содрогнулась от мысли, как сильно мне хочется броситься ему на шею.

Но ведь он обманул меня, бросил одну, прикинувшись мертвым, лишив меня голоса от пережитого шока.

— Дочка, — Питер шевельнул губами и я сжалась от его отощалого, сухого голоса. Куда делся тот брутальный тембр и звонкость в голосе? — я все объясню!

Я выдернула свою ладонь из рук Томаса. Резко, очень резко.

— Объяснишь что? — сдавленно спросила я, освобождая свою ладонь из рук Томаса, — объяснишь почему инсценировал свою смерть? Почему исчез, внушив мне и всем остальным, что ты мертв? Я была на похоронах, на твоих похоронах! — в сердцах выкрикнула я, а самой хотелось сбежать, сбежать на край света, спрятаться в непроходимых зарослях забвения, где не будет этого обмана, где мой отец так же вернется с ночной смены домой, пропахший лекарствами и антисептиками. Внутри все жгло, слезы навернулись на глаза и я с трудом сдерживалась, что бы не раплакаться прямо здесь.

— Ева, родная… — Питер скривился от брошенного в лицо упрека, — я знаю, что виноват перед тобой, признаю, что мой обман доставил тебе боль, но я не мог поступить иначе. Только земля могла укрыть меня от воздействия Савьена.

Знакомое имя заставило меня вздрогнуть. Имя моего "почти" убийцы, имя моего "почти" отца всколыхнуло пережитое, — у меня не так много времени, пока Савьен снова не почувствует, что доступ открыт. Выслушай меня!

Я с сомнением, но все же кивнула. Как он мог быть знаком с Савьеном? Что за воздействие мог тот оказать на него, ведь он не обладал третьим глазом?

— Начну с того…, - Питер неожиданно присел в позе лотоса прямо на голый пол зала Советов. Время проведенное в подземелье, в окружении лишь толщи земной поверхности, без удобств и средств первой необходимости выработали в нем привычку присаживаться в любом месте.

Томас переглянувшись с Аланом, тоже опустился на пол, согнув одну ногу в колене и облокотившись на него, приготовился слушать. Алан последовал его примеру и лишь Кай, все время пытаясь публично выделиться, со скрежетом пододвинул стул, развернув его спинкой вперед и сел на него. Лея и Деми тоже присели на стулья, а я…опустилась на пол, поджав под себя ноги. Над нашими головами кружил вьюнок, создавая тем самым необходимый поток воздуха для долгой беседы.

— Начну с того…, - вновь повторил Питер, — что я с самого рождения знал о тебе, Ева. Знал, что ты родишься особенной, и что силы твои будут особенными. Все началось в день твоего с Лаурой рождения. В тот день я узнал, что у меня есть близнец и что существует другой мир. В моей голове, в моем сознании появился Савьен, тот кто превратил этот день в кошмар. Я понимал, что тебе и Лауре нельзя рости вместе и привел в действие идею о врожденной родственнной аллергии. Мне, как врачу, это не составило труда.

Я зажмурилась, с ресниц сорвалось несколько слез. Значит и это был обман! Все было ложью! Нас с Лаурой разлучила не аллергия на себеподобную, не судьба-злодейка лишила меня матери и сестры одновременно. А отец! Мои пальцы задрожали, обида и боль с новой силой ударили по сердцу.

— Я понимал, что для Глории это будет сильным потрясением, — продолжал Питер свой рассказ, опустив голову, — но в тот момент дочь для меня казалась важнее всего, я должен был позаботиться о ней. И я сделал все, что бы увезти Еву подальше, ожидая ее восемнадцатилетия. Савьен предупредил, что он вернется, когда этот день наступит, когда в Еве пробудится магия. Я знал для чего — что бы использовать меня, что бы моими руками совершить убийство собственной дочери.

Кто-то ахнул, но я даже не поняла кто, я всецело была поглощена рассказом, который прояснял многие моменты моей жизни. Значит Савьен получив отказ Виттариона избавиться от меня, нашел способ привлечь к этому Питера. Но зачем? Чем я так ему мешала? Неужели только тем, что доставляла неудобство и отнимала время от его исследований? Вопросы оставались и я продолжала слушать.

— Однажды, заглянув в комнату Евы, я обнаружил упавшее в угол зеркальце и открыв увидел, что оно пустое. Само зеркало было на месте, но оно не отражало, было блеклым и мутным. Тогда я не придал этому значения. Спустя неделю Ева готовила мороженное на выходных, я открыл холодильник следом за ней…и льда не было, он не морозил, весь холод из холодильника исчез. Я спустил это на технический сбой, ведь он снова заработал спустя некоторое время. Но когда наш соседский кот вдруг стал из черного — белым, я понял, что все это дело рук магии. Ее магии.

Я слушала и только теперь вспоминала, что подобные моменты действительно были и я тоже не придала им никакого значения, расценив по-разному, но никак не магией. Тогда мне и в голову это придти не могло. Зеркальце выкинула и купила новое, холодильник заработал снова, а смену окраса соседского кота Мая, я приняла за розыгрыш.

— И испугался, испугался, что теперь Савьен исполнит свое дело, захватив мое сознание и причинив вред Еве. Я инсценировал аварию, свою смерть и похороны были почти настоящими. Благодаря знаниям полученным от Савьена, я тоже нашел то, что блокирует ему доступ к моему сознанию — земля. Я укрылся в подземных пещерах дворца Тудоров, отрезав себя от внешнего мира и воздействия Савьена.

— Я одного не могу понять, — отозвался Кай, — что Савьену мешало убить свою дочь вместе с женой еще там, раз он так хотел от нее избавиться?

— Наша связь дала мне возможность знать все, что знает он. На тот момент он не готов был на убийство, — изрек Питер.

Я молчала. То что у отца была причина оставить меня, почему-то совсем меня не тронуло. Даже если это касалось моей жизни, обида от обмана была ярче и сильнее всего остального.

— Почему он вообще хочет ее убить? Вашими руками или своими, как уже пытался это сделать, — наступила очередь Алана задать вопрос.

— Савьен не хотел детей и хотел избавиться от ошибки молодости обратившись к другу за помощью, чтобы отправить нежеланное дитя куда подальше. Но получил отказ, и тогда он стал проводить исследования на собственной жене. Незадолго до родов у нее появилась метка, Савьен не мог это объяснить, но обрадовался, что сможет избавиться сразу от двоих. К тому моменту его жена от постоянных исследований была ни жива ни мертва, он иссушил ее почти полностью. Перед инициацией Савьен пустил кровь своей жене, но она успела отослать девочку, прежде чем сама истекла кровью.

Рассказ был ужасен, меня начало подташнивать от того злодейства, что чинил Савьен. И это был мой отец? Мне становилось дурно от мысли, что все могло сложиться иначе и метка бы не проявилась. Останься я с этим чудовищем, и собственная дочь последовала бы за матерью в его экспериментах.

— Жуть какая, — тихим голосом прошептала Деми, съежившись от услышанного.

— Сейчас, Савьен снова может подчинить мое сознание, как только почувствует, что блок снят, — Питер поднял голову, в его глазах тоже стояли слезы, выдававшие его эмоции. Наши взгляды встретились! Готова ли я принять эту правду? Готова ли простить? — мне нельзя здесь оставаться, — Питер поднялся и с ним как по инерции поднялись все остальные, — если бы Томас не нашел меня, я бы и дальше оставался глубоко под землей.

— Судьба вела меня, — улыбнулся Томас Питеру, — а в судьбу я верю.

Я задумалась. Сколько похожих историй видела я вокруг себя? Сколько людей ради других жертвовали собой или своим благополучием? Алан, Лея, Виттарион, Неон, Купер — все они столкнулись с этим в той или иной мере. Лее пришлось отказаться от сына, чтобы оградить его от опасности, Виттариону пришлось пойти на обман ради жизни своего сына. Я поняла их всех. Неужели я не смогу понять собственного отца, который вырастил меня, заботился обо мне, отказавшись от всего остального ради меня?

Меня накрыло волной эмоций и я бросилась к отцу. Обхватив его руками за талию, я прижалась к его груди и слезы медленно потекли по моим щекам. Сердце оттаяло, отчаянно забившись в муках запоздалой благодарности, так долго не проявляющей себя. Я закрыла глаза — в этом мире есть человек, который пойдет на что угодно, что бы защитить свою дочь. И этот человек — мой отец. Как же мне повезло!

Руки отца обняли меня за плечи и я на некоторое время забылась. Запах сырой земли ударил в нос, но своих объятий я не ослабла. Легкие поцелуи в макушку наполнили меня счастьем, как тогда в нашем доме и мое сердце начало успокаиваться.

Питер молчал, никакие слова не передадут сейчас его чувств. Снова обнять свою дочь, увидеть ее личико так близко, а не только на фото в кулоне — разве мог он об этом мечтать, сидя на земляной, присыпанной опилками лежанке.

— Я готов отправиться в портал! — решительный голос отца вернул меня в реальность.

— Ты? — забыв зачем он здесь, переспросила я, — но почему ты?

— Здесь мне нельзя оставаться, — мягко ответил тот, — иначе мне придется вернуться под землю. Так я смогу хоть чем-то помочь вам, я же все-таки человек, — Питер иронично рассмеялся, — если я пройду портал, то смогу разобраться и с Савьеном, чтобы вернуться.

— Если? — мой голос задрожал. Опять потерять отца? Нет, я не могу этого допустить.

— Все будет в порядке, родная, — отец привлек меня к себе, снова обнимая, — Томас прав, он не просто так нашел меня — это судьба.

А я посмотрела на Томаса. Он улыбался светлыми глазами, излучающими тепло. И я тоже улыбнулась в ответ. Томас вернул мне отца! — Спасибо! — одними губами прошептала я, когда хотелось добавить еще и "люблю"!

Глава двадцать вторая

Нам нужно было это время. Время проведенное вдвоем. Всего один час, шестьдесят минут безумно быстрых и стремительно пролетевших как крошечный миг.

Я сидела, примкнув к плечу отца, обхватив его руку.

— Тебе обязательно нужно это делать? — немного сонным голосом спросила я. Ночь сдавала свои права, и даже бессонной она казалась мне слаще любой другой. Рядом с отцом.

— Это как раз то, что я могу сделать для тебя, для вас. В остальном от меня мало толку, — улыбаясь потрескавшимися от сухости уголками губ, ответил отец и погладил меня рукой по голове. Никогда, слышите никогда, какой бы взрослой я не была, это не сделает необходимость в материнской ласке и отцовской заботе менее желанной.

— А этот Томас неплохой парень, мне он нравится, — с улыбкой на лице произнес отец, а я почувствовала как вспыхнули мои щеки. Одобрение отца многое значило и я подняла на него глаза полные надежд, — я видел, как он на тебя смотрит, — очередной намек и я зарделась пуще прежнего. Краска прилила к лицу, выдавая все мои плохо скрываемые чувства, — да и твое сердечко уже занято им, не правда ли?

Я вздохнула. Это так очевидно? Я совершенно не умею скрывать своих чувств, не умею их подавлять, не умею выдавать одно за другое. Не умею! И мне очень хочется разделить это чувство вместе с ним.

Я кивнула, опуская глаза и тут же бросаясь отцу на шею.

— Ну, ну, ну что ты, — успокаивал меня отец, пока я прятала свое лицо где-то в складках его капюшона, — я не знаю, что между вами произошло, но вижу, что он очень старается все исправить.

А я снова закивала несколько раз, молча соглашаясь. Я и сама не понимала, что мне нехватает, чтобы дать ему еще один шанс?

— Вот что я тебе сейчас расскажу, — голос отца стал мягким, как в детстве и я как послушная девочка, оторвалась от его шеи и приготовилась слушать. Не первый раз я слышала эту историю, но впервые заслушалась. Плавным, лирическим голосом он говорил, говорил, а я почти не дышала, уткнувшись снова ему в плечо. Утро уже оголяло свои первые лучи, когда я под специально растянутые слова сама не заметила, как сомкнула веки и погрузилась в сон, такой сладкий и притягательный, для уставшей души.

* * *

— Вы уверены? — Алан с сомнением присмотрелся к Питеру, не совсем понимая, почему он так решил. Узнав, что перед ним отец Евы, а значит и Лауры, Алану все время хотелось напомнить ему о его второй дочери. Но вспомнив, что Лаура совсем его не помнит и не знает, что появление в ее жизни еще и отца, невесть откуда взявшегося, да еще и при таких обстоятельствах, с одной большой проблемой за плечами, принесет лишь беспокойства, а возможно и всплеск негатива, Алан понял, что лучше переждать. Питер собирается войти в портал, и никто не даст гарантий, что он вернется, зачем зря тревожить Лауру и Глорию.

— Как никогда! — ответил Питер, — зачем лишние расставания, Еве трудно будет отпустить, а ей сейчас туда совсем нельзя.

Томас стоял напротив портала в тихой часовне, где утренние лучи уже вовсю пробивались сквозь полуразрушенные окна и стены. Они втроем, покинули Орден рано утром, никому ничего не сказав, что бы спокойно завершить то, что запланировали.

— Согласен, — подхватил Томас, ему совсем не хотелось, что бы Ева вновь покидала этот мир, — но как мы узнаем, что Вы добрались без потери времени?

— Договоримся о встрече здесь в это же время ровно через два дня, — поразмыслив предложил Питер, — если все пройдет гладко, я вернусь с новостями, если же меня не будет, значит что-то пошло не так.

Алан кивнул, и Питер накинув капюшон на голову, вступил в портал. Очертания его фигуры поблекли под воздействием светового столпа, ноги оторвались от земли и он стал медленно подниматься вверх под купол часовни. Стоило ему коснуться головой уровня крыши, как столп света заискрился и, взметнувшись вверх, унес с собой и мужской силуэт.

Черные глаза Алана встретились с глазами Томаса.

— Что мы ей скажем?

— Правду, конечно, — Томас пожал плечами, — это было решение Питера, ему было бы сложнее уйти, будь Ева тут. Да и для него это реальный выход из положения, быть заживо погребенным в катакомбах дворца, знаешь ли, не самая завидная участь. Я там был. Дважды! — Томас положил руку на плечо друга и подтолкнул к выходу, где у порога часовни их ждали двое часовых.

* * *

Легкое прикосновение к лицу разбудило меня. Открыв глаза я сразу уловила движение виновника своего пробуждения — вьюнок, как котенок ластился к руке и все время наровил потерется о мою щеку.

— Перестань…, - рассмеялась я, прикрывая лицо рукой. Сколько же я спала? Я замерла, вспоминая последние часы с отцом, его тихий убаюкивающий шепот, его присутствие рядом…и его уход после…

Неожиданная догадка сама пришла в голову и я вскочила на ноги. Несколько взмахов рукой, чтобы привести себя в форму, освежить лицо, расчесать волосы, пригладить одежду, магия в этом случае оказалась очень удобной — быстро и эффективно, и я выскочила из кельи, бросившись по коридору в зал Советов.

Я чувствовала, что боюсь своей догадки, боюсь, что она окажется правдой, поэтому не вошла, а влетела в зал, привлекая к своему стремительному появлению взоры всех присутствующих.

— Где отец? — наверное голос выдал мое волнение, но я успела заметить, как все мигом переглянулись.

— Ева, все в порядке, как отдохнула? — Лия первой решила смягчить обстановку. В зале находились еще Алан, Кай, Деми, Томас и даже Фабиан примкнул к Совету.

— Что происходит? — с нарастающим волнением переспросила я, оглядывая всех по очереди и останавливаясь на Томасе, с надеждой вглядываясь в его глаза.

— Ева…, - Томас сорвался с места и приблизившись ко мне, схватил меня за руки, его глаза блестели стальным блеском, хоть голос и был мягким, но долю беспокойства я все же уловила, — ты проспала почти двенадцать часов.

— Сколько? — в груди все сжалось, — но это значит…

— Твой отец вошел в портал сразу, как ты уснула.

Вздох вырвался из легких и надежды, что моя догадка так и останется всего лишь догадкой, рухнули, — он сам так захотел, посчитал, что так будет легче и ему и тебе.

Я поникла и Томас, видя мое состояние, мою безнадегу, привлек меня к себе, заключая в легкие объятия.

— Все будет хорошо, мы договорились — он должен вернуться через два дня, тем самым подтвердив наше предположение о времени, — пальцы Томаса коснулись моих волос, поглаживая их и пробуждая во мне совсем иные чувства. Коснувшись виском его подбородка, почувствовав тепло его кожи, я ощутила прилив сил и магии, сердце отстукивало свой ритм все сильнее и сильнее.

— Ева была вправе проводить отца, — Кай с недовольным видом тоже приблизился, — а ты за ее спиной лишил ее этой возможности.

Я почувствовала как Томас напрягся и еле сдерживается в присутствии Алана и Леи.

— Мы с Томасом вместе проводили Питера, — опередил его Алан, которому тоже не понравились слова брата. Он уже не первый раз замечал провокационные вызовы Кая и отдавал должное терпению Томаса.

Кай усмехнулся и обойдя вокруг нас, скользя взглядом с ног до головы, вернулся на свое место, рядом с матерью.

— Туда откуда он может и не вернуться. Простит ли вам Ева потерю отца?

Резкий выпад Томаса вперед был прегражден Леей и ее умоляющим покачиванием головы. Томас перевел взгляд на ухмыляющегося Кая позади матери.

— Кто-то из вас должен это прекратить, — с намеком глядя то на Алана, то на Лею, бросил Томас, — иначе я за себя не отвечаю! — и понимая, что сейчас он не в состоянии находиться с ним в одном помещении, Томас сдерживая ярость, направился к выходу.

— Томас, подожди! Я с тобой! — и Деми сорвалась с места вслед за ним, догоняя его у самых дверей. Я проводила ее беспокойным взглядом. Что ей снова нужно от Томаса? Она его преследует? Хочет вернуть?

Мысли одна за другой разрывали мне мозг — дерзость Кая, уход отца, Деми с ее настойчивой гонкой за Томасом, необъяснимая угроза внешнего мира — все это казалось таким неразрешеным, что меня охватила паника.

— Ты что себе позволяешь? — услышала я жесткий голос Алана и обернулась, на время отвлекаясь от своих мыслей. Тот был в бешенстве, — ты мой брат, но Томас мой друг. Я не стану спокойно смотреть, как ты разрушаешь нашу дружбу!

Я медленно подошла к Фабиану, который стал невольным свидетелем почти семейной сцены.

— Как Таша? — между броскими фразами братьев-близнецов спросила я.

— Она делает мою жизнь счастливей, — улыбнулся Фабиан. Он всегда говорил про Ташу, улыбаясь. Его смайлик. Его девочка.

— Или ты это прекращаешь, или я не стану ждать пока Томас набъет тебе морду и сделаю это сам! — услышали мы окончательный вердикт Алана.

— Алан! — воскликнула Лея, противоречиво взирая на сына, — он твой брат!

— Если брат ведет себя, как последняя сволочь, я готов на время забыть об этом!

* * *

— Томас! — Деми снова окрикнула парня, который раз за разом игнорировал ее. Она бежала за ним через весь коридор, пока все же не догнала, — ты совсем не хочешь меня видеть, да?

Томас замедлил шаг, почуяв обиду в ее голосе.

— Извини, я не думал, что нам есть о чем говорить, — сухо, но все же ответил Томас.

— И зря, — Деми была настроена на продолжение разговора, — в последнее время мы мало общались, но я уверена, что мы всегда найдем общий язык. Ты так не думаешь?

Томас не задумывался над этим. Бывшая девушка в качестве друга? Может при других обстоятельствах это было бы даже забавно, но его волновало, что подумает Ева и едва ли это ей бы понравилось.

— Ты осталась в Ордене, мы по любому будем встречаться и общаться.

— Я имела в виду немного другое общение. Томас, мы ведь столько времени провели вместе. Вспомни, как нам было хорошо.

Томас остановился.

— Деми, мы уже все выяснили, между нами ничего быть не может!

— Я не верю в это! Не может быть, чтобы ты все забыл! — Деми волнительно подалась вперед.

— Так, стоп! — Томас решительно остановил ее и огляделся, будто проверяя, не видит ли их кто и схватив девушку за руку, потянул за собой, — пойдем!

— Куда? — от неожиданности Деми чуть не споткнулась, но вовремя сориентировалась и подстроилась под его шаг.

— Ко мне! — голос Томаса решительным напором ворвался в ее сердце и разнес жар по всему телу. Вот оно, она так этого ждала! Он все-таки сдался! Скоро они снова будут вместе! Деми в предвкушении осуществления своих желаний почти летела вслед за Томасом, рисуя в своем воображении страстные сцены любви.

Глава двадцать третья

Оказавшись в своей келье и затянув в нее Деми, Томас отпустил ее руку и развернулся, решительно глядя на девушку.

Запыхавшись, но в предвкушении близости, Деми остановилась.

— Томас, я…

— Посмотри на меня, давай! — абсолютно без каких-либо колебаний произнес Томас, прямо глядя на Деми.

— Я не понимаю…, - завертела головой Деми, чувствуя, как тают ее ожидания.

— Ты ведь давно этого хотела, — Томас подошел еще ближе, почти вплотную, исходящая от него уверенность окончательно обескуражила Деми.

Уткнувшись во взгляд отливающих сталью глаз, она вдруг осознала, что Томас не избегает ее, не уходит от пристального взора ее магии, не отводит глаз в сторону, — посмотри на меня, Деми, читай! — прозвучало требовательно, и в тоже время мягко, разрешающе.

Глаза Деми распахнулись в глубоком удивлении. Томас никогда не подпускал ее так близко, никогда не позволял проникнуть в душу, считать его мысли и желания, зная, что подобное откроет перед ней неограниченный доступ к его чувствам, сделает его открытым и беззащитным, даст ей возможность проникнуть в самое сокровенное. Сколько она не пыталась, Томас ограждал ее от такой близости. А сейчас он сам просит ее об этом.

— Ты готов…

— Деми, — перебил ее Томас, — ты не веришь моим словам, не веришь тому, что я пытался все это время до тебя донести, продолжаешь надеяться на отношения, которые изначально были ошибочными и неправильными. Так поверь тому, что прочитаешь во мне сама. Я разрешаю…

Он не сводил с нее взгляда, сковывая и удерживая. Деми невольно засмотрелась, проникая через зрительный контакт все глубже и глубже, подбираясь к мыслям Томаса, читая его словно открытую книгу. Как он решился впустить ее туда? Позволить узнать все о чем он думает, о чем мечтает, чем живет его сердце и душа? Он доверил ей свой мир?

Глаза Деми накрыло влажной поволокой, когда перед ней бегущей строкой проносились его мысли, когда с его сердца она считала все его чувства, желания и даже страхи. Все, все стало ей доступно…и то, что она увидела, что ощутила и, наконец, поняла, наполнило ее осознанием истины.

Она сморгнула магический контакт и отступила на шаг назад, ее дыхание участилось, по щекам стекали влажные дорожки слез, а руки едва дрожали. Она будто прозрела и все предстало в ином свете.

— Ты…ты, — не в силах передать свои эмоции, Деми пыталась что-то сказать, — ты любишь ее, — слова вырвались из груди вместе с резким выдохом, — всегда любил, по-настоящему!

— Я же говорил, — припомнил Томас и облегченно вздохнул. Решение позволить Деми окунуться в его мысли, пришло внезапно, как последний выход из ситуации. То, что раньше он скрывал и тщательно оберегал в уголках своего сознания, чего не разрешал касаться — оказалось единственным разрешением проблемы. И он не жалел об этом.

— Ты так ее любишь, — Деми повторила это уже более спокойно и даже слегка задумчиво, — ты никогда не сможешь полюбить меня…да и никого больше…твоя любовь настоящая!

Ее голос дрожал. Не смотря на то, что она все еще любила Томаса, она понимала и теперь яснее осознавала всю правду, в которую отказывалась верить — Томас не ее судьба.

— Я должна тебя отпустить! — горечь в голосе смешалась с чувством освобождения, просветления сознания. Как бы больно ей не было, но чтение мыслей Томаса будто сдвинуло в ней что-то, открыло второе дыхание и ей стало даже легче.

— Значит я не ошибся.

— Как и всегда, — снова задумчиво произнесла Деми, — теперь я знаю, как выглядит настоящая любовь, хотела бы я что бы меня любили так же.

— Я уверен ты найдешь свою цель в жизни и обязательно встретишь такого человека, — Томас положил ладонь на плечо Деми и та снова подняла на него свои глаза, — ну хватит, — улыбнулся он, — ты и так теперь видишь меня насквозь и знаешь обо мне больше, чем должна была.

Деми тоже иронично улыбнулась, прислушиваясь к своим ощущениям, среди которых и ее новый взгляд на Томаса, теперь она смотрела на него совсем другими глазами — глазами без розовых очков и воздушных замков, без желания вернуть того, кто никогда ей и не принадлежал.

* * *

— Ева, осторожно! — успела крикнуть Лаура и подхватить бокал, выскользнувший у меня из рук, — вот только битого стекла нам не хватало.

Я безучастно скользнула взглядом там, где должны были уже лежать осколки. Мои мысли витали далеко за пределами нашего дома.

— Ты что-то совсем раскисла! — Лаура обняла меня, уводя подальше от стоящих на столе бокалов, — может по магазинам? Развеемся…пока Алан на тренировке, я полностью свободна!

— Мне не хочется, — на автомате ответила я.

Сегодня утром — ровно два дня, как мой отец вошел в портал и должен был вернуться. Но не вернулся. Томас и Алан прождали его до полудня и вернулись ни с чем, решив оторваться на тренировках, унять нервы и беспокойство выбросом негатива на спаринге, оставив меня без такой возможности.

— Ну пожалуйста, Ева, — умоляюще растянула слова Лаура, — Таша тоже с ними, она ни за что на свете не пропустит эти…, - Лаура замахала руками перед собой, жестами изображая боевые стойки.

— Я лучше навещу Бьянку, давно ее не видела, — спохватилась я, увиливая от предложения сестры. Точно! За последними событиями я совсем забыла о ней с Купером. Они проводили в стенах Ордена большую часть времени, Бьянка мало выходила, между тем как Купер начал стремительно интересоваться делами Ордена.

Я поспешила наверх, в свою комнату и закрыв за собой дверь, тот час же создала временный портал, ведущий в Орден. Возможно меня ждут там новости об отце?

Но новостей не было, отец не появлялся и Лея встретила меня в зале Совета сочувственной улыбкой.

— Мне очень жаль, Ева. Все наши планы рухнули и мы снова вернулись к началу наших проблем, — устало опустившись на стул Лея не смогла сдержать разочарования, — поступок Питера вселил в нас надежду, а теперь вот…мы снова в неведении, не знаем, что там произошло и каковы сейчас наши шансы.

— Может шанс, что Питер вернется еще есть, — отозвался Фабиан, — не все еще потеряно, если предположить, что время суток в том мире отстает на несколько часов, как, например, и у нас действует часовой пояс с разницей во времени.

— Это всего лишь догадки, — мне показалось, что до моего появления, эти двое спорили как раз об этом, — часовой пояс действует только в одной временной зоне.

— Это магический мир, не забывай, там возможно все.

— Не спорьте! — попросила тихо я, чувствуя, как дрожь пронизывает тело. Меня накрывало волной безысходности…и собственной вины. Я позволила отцу рисковать, позволила отправиться туда, где сам выход ставился под сомнение.

— На самом деле у нас нет ничего конкретного. Строить предположения о том, что происходит в том мире можно до бесконечности. Не имея связи с Небесами, не найдя Просвященного, мы будем и дальше слепо идти по этому пути, который ведет нас в тупик, — Фабиан жестко обрисовал складывающуюся ситуацию.

А меня осенило — просвященный!

Нет, конечно, я не знала кто мог им быть, но я знала человека, который был связан с тем миром. Томас!

Мои глаза загорелись.

— Кажется я знаю, кто нам нужен! — отчетливая радость проскользнула в голосе и не дожидаясь распросов, я выбежала из зала. Мысль пульсировала во мне не останавливаясь. В Томасе вся наша надежда, надежда на то, что бы выяснить, что стало с моим отцом, надежда помочь всем нам и надежда на… Об остальном я постаралась не думать.

Быстрым шагом я направлялась к тренировочной площадке и на повороте неожиданно столкнулась лицом к лицу с Томасом. Алан, Томас и Таша возвращались с тренировки, тихо обсуждая свои успехи. Машинально выставив руки перед собой, я уперлась ладонями ему в грудь, а он успел перехватить меня за талию, оберегая от падения и прижать к себе. Мужской запах силы, напряженных мышц и пота буквально сбил меня с ног и расстрепал все мои мысли в беспорядочный ворох.

— Ева!? — Томас все еще держал меня за талию, прижимая к себе и заглядывая в глаза, — что-то случилось?

А я застыла от расстерянности, глядя на футболку, влажную от пота, на вздымающуюся грудь, на капельки пота на его лице и шее.

Наконец он меня отпустил, почувствовав, как я надавила ладонями, отстраняясь.

Алан и Таша переглянулись, понимающе улыбаясь.

— Мы ушли! — повышая тон голоса, оповестил нас Алан перекидывая полотенце через плечо и продвигаясь вглубь коридора.

— Что ты здесь делаешь? — Томас пристально смотрел на меня и взгляд его светлел.

— Я…искала тебя, — обретя дар речи, ответила я, — мне нужно поговорить с тобой, это очень важно.

— Подождет минутку? — Томас бросил взгляд на себя, давая понять, что ему нужно привести себя в порядок.

— Да, конечно, — улыбнулась я, смущаясь от одного его вида и внутреннего смятения.

— Тогда идем…

Спустя десять минут, что я прождала в его келье, Томас предстал передо мной в свежей футболке, влажными от душа волосами и тонким ароматом корицы.

— Ева?! — голос Томаса вывел меня из легкого оцепенения.

— Да?! — встрепенулась я, — ах да, извини, задумалась. Я была у Леи, ждала новостей об отце…

Томас приблизился, пристально за мной наблюдая.

— С ним все в порядке, я уверен, — мягкий голос Томаса обволакивал меня, — еще есть время.

— Я не хочу ждать! — решительно подняла я глаза встречаясь с ним взглядом, — отец хотел нам помочь, поэтому пошел на это. Там что-то происходит, иначе он бы уже был здесь. Возможно в этот самый момент им нужна наша помощь, Томас.

— Ты хочешь пойти следом? — осторожно спросил Томас, у которого все внутри скрутило от одной мысли о новой разлуке.

— Нет, совсем не этого я хочу, — поспешила успокоить его я, — у нас нет связи с тем миром, нет Просвященного, но есть ты.

— Я?

— Твоя связь с отцом! — конкретнее назвала я.

— Я давно его не слышу, — Томас нахмурился вспоминая последствия ссоры с отцом и ее причины. Неприятный комок подкатил к горлу.

— Мы можем попробовать восстановить эту связь, — я сделала шаг вперед и коснулась пальцев Томаса, ощутив тепло и нежность. Пальцы Томаса тут же ответили мне нежным перебором, и я подняла глаза, — я знаю, что ваша связь прервалась из-за ссоры, но я знаю вам обоим это нужно. Ты вернул мне моего отца, а я хочу помочь тебе вернуть твоего.

Глаза Томаса были так притягательно близко, наши пальцы сплетались между собой, даря нежные прикосновения, и я почти не дышала рядом с ним.

— Думаешь это возможно?

— Я помогу! — старательно придавая голосу спокойствие, отозвалась я.

— Он был против нас! — хрипло прошептал Томас наклоняясь ко мне все ближе.

— Уже нет, — опуская ресницы, чтобы спрятать радостные огоньки в глазах, ответила я, — я попробую показать, — и потянула его за собой, призывая сесть рядом.

Глава двадцать четвертая

Мы присели на край кровати, не размыкая рук.

— Что я должен делать?

— Прислушивайся…к себе, ко мне. Ваша связь очень сильная, но из-за обиды на отца, ты потерял ее. Виттарион очень переживал. Я не могу пременить магию третьего глаза без проводника, но я могу показать тебе то, что видела и слышала сама. Попробуй понять и простить отца. Когда это случится, ваша связь восстановится, — я замерла, Томас смотрел на меня с немым вопросом.

— Что? — кажется я покраснела.

— Ева, если мой отец не против нас, тогда почему мы до сих пор не вместе?

Я вновь опустила глаза, оставив вопрос без ответа. Да, почему? Потому что причина в Деми? Но ведь не я ли сама говорила, что не вправе злиться на него только потому, что он продолжал жить без меня? Что мне еще нужно? Знак свыше?

— Не отвлекайся, — сменила я тему разговора, давая понять, что еще не готова к этому разговору, — закрой глаза!

И тоже закрыла свои, сосредоточившись на силе своей магии, призывая ее помочь мне осуществить задуманное. Странно это или нет, но я удивилась, почувствовав внутренний восторг. Моя сила способна проявлять эмоции?

Наверное это к лучшему…

* * *

Томас прислушался, внутренне настраиваясь на нужную волну, но пока не чувствовал ничего кроме близкого присутствия Евы, ее пальцев в его руках, ее тепла и тянущего желания привлечь ее, захватить в объятия, прикоснуться, прижать к себе, почувствовать ее всем телом и наконец-то, отдаться во власть своей любви. Захотелось застонать от этого желания, но неожиданно он почувствовал нечто иное, скачки воспоминаний памятной лентой пронеслись перед глазами.

Не его воспоминаний…

Флейф туманности сменял одно воспоминание другим, обрывки фраз и образов, то замедлялись, то со скоростью прорезали пространство его сознания и уносились прочь. Своего отца он узнал сразу, таким его себе и представляя. Воспоминания Евы, все до единого связанные с Виттарионом не укрылись от Томаса, его, порой твердый и повелительный, порой размеренный и ровный барритон теперь звучал отовсюду и Томас практически ощущал на себе его дыхание. Чувство тоски по родному отцу всколыхнуло Томаса, ведь он был с ним с самого детства, воспитывал, наставлял, оберегал, делился с ним знаниями. Не смотря на чудовищную пропасть между ними, он и правда был настоящим отцом. Томас слышал все, что Верховный Приам когда-либо говорил Еве.

… Почему-то мне кажется, что мой сын и ты, Ева, встретились не случайно. Тот, кто избежал смерти и та, что не должна была стать Богиней, но стала ею, восстановят утраченное равновесие…

Томас поймал эти слова сквозь прорехи тумана и задержался на них, впитывая в себя, в свою собственную память слова отца. Он благословил их или это сознание Томаса играет с ним злую шутку? Или именно об этом говорила Ева? Отец не против? Значит ли это что ужасная участь погибнуть от рук Евы уже не страшна для него, а видение отца лишь перестраховка? Томас слышал уже стук собственного сердца, настолько живыми и волнительными оказались эти воспоминания Евы. Казалось вот-вот, очень скоро, еще чуть-чуть и он распахнет свое сознание, отпустит обиду, вновь услышит голос отца уже не сквозь туман, а благодаря своей родственной связи с третьим глазом. Но пелена не отпускала его и не давала открыть глаза. Томас жмурился, сжимал пальцы, морщил лоб, но что-то удерживало его.

Все прекратилось в один миг, туман ушел, голоса исчезли, стоило Томасу почувствовать мягкие губы на своих губах. Его глаза широко открылись, а губы жарко завладели теми, что робко коснулись его. Рука обхватила талию Евы и вместе с ней повалила на постель, слегка вжимая в нее. Еще один жадный обхват губ и Томас оторвавшись навис над расстерянной Евой. Он тяжело дышал, обводя взглядом любимое лицо, скользя светлеющим взором по волосам, глазам, губам, шее, спускаясь ниже, где вздымалась и опускалась от растрепанных чувств девичья грудь.

— Получилось? — сглатывая и переводя дыхание прошептал Томас.

— Я…я не знаю, — с трудом ответила я, все еще находясь во власти того поцелуя, собирая в одно целое свое взорвавшееся сознание. Видя, что Томасу не удается выбраться из западни воспоминаний, чувствуя, как он пытается отворить дверь, за которой находится его отец, я не придумала ничего лучше, как поцеловать его. Мне удалось вернуть его, но видя в каком положении я оказалась после этого, вовсе лишило меня сил. Томас навис надо мной, прижимаясь ко мне всем телом, его губы так близко от моих, что я боюсь пошевелиться, что бы снова не коснуться их. Мои мысли спутались, пульс стучал где-то в висках а жар внутри меня разливался по всему телу, стягиваясь в одном укромном месте.

— Ты меня поцеловала! — в глазах Томаса заиграли огоньки, а губы расплылись в предупреждающей улыбке. Его рука на талии начала медленно подниматься вверх, скользя по одежде, огибая грудь, по плечу, шее, добравшись до моего лица. Мое дыхание сбилось, тело слегка выгнулось, что несомненно он тоже почувствовал, — Ева-а-а…, - голос стал хриплым и низким, — не отталкивай меня, прошу…

— Прости, но я должна, я лишь хотела помочь, — проговорила я, с трудом переводя дыхание. Что-то в моем голосе заставило Томаса нахмуриться и отстраниться. Это позволило мне подняться и выпрямиться.

— Я думал…

Мне ужасно не хотелось видеть его расстроенного взгляда, и я почувствовала угрызения совести. Ведь я люблю его! Что удерживает меня от признания, от любви? Я не владела ответом на эти вопросы.

— Мне надо идти, я обещала проведать Бьянку, — вдруг засобиралась я и чудом не споткнувшись на вялых ногах, попятилась к выходу, оставляя Томаса в раздумьях.

Ветерок догнал меня на полпути и сразу почувствовав мое состояние, навеял свежего воздуха на мое разгоряченное лицо.

— Что со мной не так? — с обидой в голосе прошептала я. Ведь я хочу этого, хочу быть с Томасом.

Я постучала в келью Бьянки и Купера, и незаметно для себя прождала несколько минут, прежде чем мне открыли.

— Боже мой, Бьянка, — содрагаясь от ее бледнеющего вида, воскликнула я, — что с тобой?

— Обычный токсикоз, — процедила та сквозь зубы, пропуская меня вперед, — малышам не нравится тут, — погладив свой уже достаточно выпирающий животик проворчала девушка.

— Да брось, просто здесь мало свежего воздуха, пойдем прогуляемся, ты совсем не двигаешься. Дай-ка я приведу тебя в порядок.

Несколько взмахов рукой наградили девушку свежим румянцем, собранными в затейливые косы прической и новым джинсовым макси-сарафанчиком для беременных.

— Мне бы такой дар, — с нескрываемым восторгом оценила Бьянка, — никакой служанки не нужно.

— Удобно, но затягивает — начинаешь забывать как делать это самой, — бодренько ответила я, ничуть не обижаясь на завистливый взгляд Бьянки, — ну что мальчики, готовы на прогулку? — обратилась я к ее животу, — тогда вперед!

* * *

— Ева! — меня окрикнули, сразу как только я и Бьянка переступили через порог Ордена, возвращаясь с прогулки.

Но я не ожидала, что это будет Деми. Ее не было видно уже пару дней, на Совете она не появлялась, как и куда-то пропавший Кай. Алан как-то обронил, что Деми неважно себя чувствует и отдыхает в своей келье, а Каю понадобилось на несколько дней вернуться домой, устроить кое-какие дела.

— Я искала тебя!

— Меня? — удивилась я. Обычно она искала Томаса, но никак не меня, — мне очень нужно поговорить с тобой перед отъездом.

— Ты уезжаешь? — опередила мой вопрос Бьянка.

— Да, так надо. Лея знает, она откроет портал поблизости от моего дома. Дела Ордена я не брошу и если моя помощь понадобится, меня позовут.

Я молчала. Деми уезжает — никогда бы не подумала. Мне казалось, что эта девушка всегда будет стоять между мной и Томасом. Сердце отозвалось радостным набатом. Вот оно. Вот тот знак, которого я ждала!

— Ты просишь меня остаться? — вдруг спросила Деми. Ее глаза широко раскрылись, но и мои округлились не меньше. Я переглянулась с Бьянкой.

— Ни о чем таком я тебя не просила, — настороженно ответила я, задаваясь вопросом кто из нас сошел с ума.

— Но ты только что попросила об этом?

— Я ничего не говорила, — я была озадачена ее словами. Зачем мне просить ее остаться? Это безумие.

— И я…ничего, — прошептала Бьянка, настороженно оглядываясь.

— Вот. Сейчас. Кто это сказал?! — Деми замерла, схватив меня за плечо.

— Сказал что? — переспросила я, спихивая ее руку и уже начиная раздражаться, — у тебя все в порядке? Это ты хотела мне что-то сказать!

Деми прислушивалась, а мы с Бьянкой смотрели на нее с подозрением. Уж не тронулась ли она умом, бедняжка?

Неожиданно Деми повернулась в сторону Бьянки и опустилась на корточки.

— Что ты делаешь? — Бьянка шарахнулась от нее в сторону, невольно испугавшись непредсказуемого поведения Деми.

— Тсссс, — девушка приложила палец к губам, — я их слышу.

— Кого? — в тот момент я была почти убеждена в том, что психика Деми дала сбой, — прекрати, ты пугаешь Бьянку.

— Близнецов, я слышу близнецов, — быстро проговорила Деми поднимая на меня ошеломленный взгляд.

Бьянка застыла на месте с открытым ртом. Я на мгновение тоже оцепенела. Немая сцена застыла в центра Ордена. Три девушки пораженно переглядывались между собой, пытаясь найти объяснение возникшему феномену.

— Потрясающе, — шептала Деми, восторженно беседуя сама с собой.

— Это невозможно! Ты ведь читаешь мысли по глазам, да иии…малыши совсем еще…малыши, что бы передавать мысли на расстоянии.

— Тем не менее это так — они говорят со мной и я слышу их, — Деми выпрямилась, убежденная в своей правоте, — и я могу это доказать! Это они просят меня остаться!

Деми вскинула голову. Она собиралась покинуть Орден, после разговора с Томасом, чувствуя, что теперь она сама должна найти свое место в этом мире, но судьба не дала ей этого сделать, приготовив для нее совершенно иное предназначение.

— Ты можешь говорить с моими мальчиками? — Бьянка кажется поверила необъяснимому и невероятному факту, что совершенно незнакомая девушка общается с ее еще нерожденными близняшками по ментальной связи.

— Почему с мальчиками? — не поняла Деми, — это девочки…

Глава двадцать пятая

— Де-девочки, — заикаясь переспросила Бьянка? Такой неожиданный поворот ошеломил и меня. Начиная с Паолы все думали, что это мальчики, вместе со мной эта уверенность перешла и в этот мир.

— Вот это сюрприз, — не удержалась я.

— Кстати, — Деми указала пальчиком на живот Бьянки, — они проголодались с прогулки и просят мамочку накормить их.

Бьянка застыла как статуя, схватившись за живот.

— Мне срочно нужен Купер! — и попятившись от Деми рванула к маховику Ордена. Я еле успевала за ней следом.

— Постойте! Я с вами, я нужна вам! — услышала я позади голос Деми. Не хватало еще, что бы она осталась, пусть уезжает, — подумала я под звук вращающегося маховика.

Купера мы нашли в зале Советов, его интерес делами Ордена и историей nebesis возрос до такой степени, что он попросил Лею о книге Небес. Скорое рождение близнецов сподвигло его побольше узнать о том, с чем предстоит им столкнуться в жизни. А для этого нужно самому знать как можно больше.

Купер сидел за круглым столом Совета и читал. Бьянка ворвалась в зал словно ветер, ее раскрасневшееся то ли после прогулки, то ли после бегства от Деми, лицо, напугало его и он вскочил с места.

— Убери ее, Купер! Убери подальше от меня и моих малышек! — забежав за его широкую спину, Бьянка пальцем показала на вход, откуда следуя за нами по пятам, показалась Деми. Сомнений в том, что малыши вдруг оказались малышками, у нее не было, в это она поверила с полуслова.

— Что происходит? — Купер на всякий случай еще плотнее прикрыл собою молодую жену и с недоумением посмотрел на меня.

— Мы и сами еще не разобрались, но кажется, Деми слышит близнецов, — пожала плечами я, запыхавшись после бега за Бьянкой. Никогда бы не подумала, что женщина в ее положении может так бегать.

— Слышит?

— Все верно, я слышу их, они разговаривают со мной, — Деми подошла ближе в надежде, что Купер окажется более адекватен и рассудителен, — я понимаю, что это звучит странно, для меня это такая же неожиданность, как и для вас. Я хотела покинуть Орден, но малышки попросили меня остаться.

— Их мать — я! — выкрикнула из-за спины мужа, Бьянка, — зачем им просить тебя остаться?

— Я не знаю! — Деми развела руками в стороны, — может я единственная, кто их слышит, может им нужно с кем-то поговорить?! Одна из них страж, не забыли?!

Наступила тишина. Слова Деми напомнили нам о том, чем так отличаются близнецы Дьюард от всех остальных.

— Давайте успокоимся, — прервал паузу Купер и повернулся в полоборота к Бьянке, — если наши девочки и правда могут общаться с Деми, то давайте узнаем у них, что происходит?

Я кивнула, мне тоже хотелось бы это знать. Они остановили Деми в тот момент, когда та собиралась покинуть Орден. Случайно ли это или снова высшие силы ведут всех нас? Меня охватило чувство чего-то нарастаюшего, будто все вокруг готовилось к приближению чего-то важного, было похоже на погоду перед дождем, когда тучи медленно приближались, чернея и накапливая водный поток внутри, обещая разразиться в бушующий ливень.

— Деми, подойди! — позвал Купер, пытаясь сдержать Бьянку и ее возмущение, — Бьянка, послушай, позволь ей попробовать. Может все так и должно быть? Я буду рядом, тебе нечего опасаться!

Бьянка попыталась возразить, но взглянув на Купера, закусила губу.

Деми тихонько подошла к девушке и опустилась на корточки, прислушиваясь.

— Их двое. Но говорит со мной только одна. Она страж и знает это. Стражи сохраняют знания прошлых поколений, — Деми говорила небольшими фразами, словно стенографировала, — она еще совсем маленькая, что бы помочь. Она плачет… — Деми подняла голову со слезами на глазах, читая чужие мысли и эмоции она пропускала их через себя, чувствуя все-все струнки чужой души, ощущая страхи и переживания, скопления боли или радости, как свои собственные.

— Плачет? — спросила Бьянка с содроганием в голосе, — почему плачет?

Деми снова опустила голову.

— Ей страшно. За маму. За папу. За этот мир. Она не сможет нам помочь.

— В чем помочь? — вопрос сам сорвался с мои губ.

— Остановить их! — голос Деми наполнился страхом и тревогой, — она не успеет…

— Кого, Деми? Кого она хочет остановить? — я тоже присела на корточки рядом с ней. Что-то внутри меня уже знало ответ на этот вопрос, знало о чем говорит это маленькое, еще не родившееся создание.

— Тени…, - прошептала Деми и прикрыла рот рукой.

* * *

— Отец! — не смело крикнул Томас, поднял голову к потолку и прислушался — магия внутри него заходила ходуном. Он не был полностью открыт, хоть прошлая обида и смягчилась, острые углы уже не кололи сердце, а злость на отца практически исчезла, Томас чувствовал преграду, словно тонкая, прозрачная пелена не дает ему пробиться к отцу, — Отец! Услышь меня! Я готов! — каждое слово звучало увереннее и призывнее!

Запустив пальцы в волосы, он взъерошил их, с отчаянием осознавая, что его зов остался безответным и почувствовал легкое покалывание на кончиках пальцев. Томас взглянул на свои руки, с удивлением замечая энергетические разряды между пальцами, будто миниатюрные молнии прошлись по подушечкам, заряжаясь магической энергией.

Он уже видел подобное. И каждый раз, когда они с Евой становились ближе, его магия вырывалась наружу, как из переполненного сосуда.

— Отец! — снова крикнул Томас с особым энтузиазмом, — ты должен меня услышать! Ты нужен мне, нужен! — стараясь мысленно воссоздать связь с отцом, Томас напрягся, сильно сжал кулаки и нахмурил брови. От его результата зависит многое.

— Томас! — сквозь пространство услышал он отдаленный голос и замер, боясь спугнуть, — я верил, верил, что мы снова услышим друг друга, сын мой!

* * *

— Откуда маленькой девочке, которая еще даже не родилась, знать о нападении? — Алан с подозрением растирал свой подбородок, после того, как ему поведали о случившемся.

Двери зала Советов раздвинулись и в него широкими шагами вошел Томас. Я сразу заметила суровое выражение лица, плотно сжатые губы и темно серые глаза, наполненные странной озабоченностью.

— У нас проблема! — заявил он с порога.

— Ты опоздал, — Алан вздохнул и жестом указал на Бьянку, руку которой сжимал Купер, пытаясь успоикоить молодую жену, уже разбираемся с одной.

— Что у вас? — Томас не смог сдержаться, чтобы не взглянуть на меня, а я не успела отвести глаза и мои щеки вспыхнули от мысли о недавнем поцелуе.

— Я слышу близнецов! — глухо пробормотала Деми. В отличии от меня она отвела глаза и даже развернулась боком, чтобы не встречаться взглядом с Томасом. Эта перемена не укрылась от меня, если раньше она бросалась вперед, навстречу Томасу, то сейчас жалась в стороне, словно побитая собачонка, — я правда хотела уехать!

Последние слова она произнесла как оправдание.

— Близнецы Бьянки — девочки, — решила объяснить я, — Деми слышит их и может общаться с помощью своего дара. Если учесть, что одна из них — страж…

— Она должна знать, когда будет нападение, — неожиданно резко прервал меня Томас, стальные нотки резанули мне слух и я замерла, — Деми, спроси ее!

Что это было? Холодный тон, с которым он оборвал меня, заставил поежиться. Неужели это из-за моего отказа?

Глаза Деми округлились, она явно не ожидала, что Томас попросит ее о чем-то, ведь она так и не покинула стены Ордена. Нерешительно опустилась она к животу Бьянки, посылая мысленный вопрос где-то в подсознании.

— Я не понимаю, — Деми поморщилась.

— Что она ответила?! — в нетерпении спросил Томас и я вздрогнула — его тон остался холодным и твердым. Значит дело не во мне и не в нашей несостоявшейся близости. Тогда в чем? — Деми?!

— Когда две судьбы сплетутся в одну, когда плюс и минус объединятся — небеса падут и появится шанс вернуть великое равновесие! — сдавленным шепотом отозвалась Деми, цитируя передачу мыслей.

— Что это значит? Какая-то загадка…, - Купер недоуменно посмотрел на остальных.

— Плюс и минус?! — Алан задумался, — я бы подумал, что нас разыгрывают.

— Это как две противоположности, — Деми поднялась и ее взгляд просветлел, — день и ночь, например.

— Да, да…небо и земля, огонь и лед, белое и черное…, - Алан раздражающе перечислил другие фразеологизмы и стукнул кулаком по столу, — это может быть чем угодно!

— Но оно приближается, страж чувствует это, чувствует опасность, — Томас взглянул на друга слишком пронзительно, чтобы тот не заметил.

— У тебя что за проблема?

Томас бросил взгляд на меня и опустил глаза. А у меня все сжалось внутри и холодок пробежал по спине, опоясывая и проникая в самое сердце.

— Я восстановил связь с отцом, — буркнул Томас, словно выдавливая из себя признание.

А я ахнула. Получилось? Неужели получилось?

— Что с отцом?! — вырвалось у меня практически сразу, но мой голос осип, а в голову закралось нехорошее предчувствие.

— Питер жив! Но его приняли за Савьена, которому удалось сбежать по пути к теневому острову. Он не смог вернуться вовремя, как мы договаривались, потому что мой отец поместил его под стражу, — Томас больше не смотрел на меня, — Питера уже выпустили, я все объяснил отцу и подтвердил, что он не Савьен. С ним все будет в порядке, проблема в другом! Тени снова поднялись…

Гробовое молчание воцарилось в Зале Советов, воздух сгустился и мне стало трудно дышать. Страх подступил к горлу, все казалось кошмарным сном. Приближение чего-то темного и зловещего почувствовали все присутствующие.

— Я отправлю Лауру и Глорию подальше отсюда, — голос не был похож на голос Алана, он стоял мрачнее тучи, когда его и без того черные глаза, потемнели еще больше и скользнули по мне.

У меня получилось кивнуть. Страх за отца отошел на второй план, когда я осознала, что ему ничего не угрожает и с ним все в порядке. Но другой, более сильный и трепещущий медленно скользил по коже, пробираясь внутрь и заполняя сознание.

— Ева?! — я не заметила, как Томас оказался рядом, — я хочу, чтобы ты поехала с Лаурой и Глорией. Мне будет спокойней, если буду знать, что ты в безопасности.

Я подняла глаза и снова увидела в них свет, теплый, ласковый, любящий. Сердце сжалось. Но успокаивать Томаса не планировала.

— Я не оставлю вас, — снова мой тихий осипший голос поразил меня.

— Ева должна остаться! — Деми произнесла это как нечто обязательное и не требующее подтверждения, но девушка лишь передавала то, что слышала от близнецов, — я научу ее, как использовать нити, что бы остановить тьму…

— Объявляй всеобщую мобилизацию Ордена, Алан! — Томас решительно развернулся к другу, — время пришло…

Глава двадцать шестая

Я осталась. Это не радовало Томаса, наоборот, огорчало и злило. Я чувствовала на себе его прожигающий взгляд, когда вместе с Деми, Бьянкой и Купером мы отсели в дальний угол зала. Мне было страшно! Как предотвратить нападение? Что сделать, чтобы это зло не только никогда не проникло в наш мир, но и оставило тот?

Краем уха я слышала, как Алан давал распоряжения по мобилизации Ордена и переправке Лауры, Глории и близких остальных nebesis в безопасное место.

— Ева?! — позвала меня Деми и я перевела взгляд. Она сочувственно опустила глаза.

— Почему ты не уезжаешь? — спросила я, и только потом поняла, что мой вопрос звучал двусмысленно, — прости! Ты ведь могла уехать и сейчас еще можешь. Почему ты остаешься до сих пор здесь?

Деми задумалась.

— Не знаю, — честно призналась она после небольшой паузы и бросила взгляд на стоявшего невдалеке Томаса, — я должна была уехать. Только не подумай, что я осталась из-за Томаса, это не так! — и осеклась, словно ее прервали, — да, мы отвлеклись, надо сосредоточиться!

Я перевела взгляд на Бьянку, сидевшую рядом и догадалась, что это ее близняшки сделали Деми мысленное замечание и прервали наш разговор.

Ближайшие два часа я делала все, что передавала мне Деми, близнецы через девушку рассказали мне все, что могло помочь мне использовать нити, как оружие. От них я узнала, что нити способны безгранично расти и удлиняться до немыслимых размеров. Они обладают колоссальной силой сдерживания, они не горят и их невозможно разорвать обычной стандартной магией. Проделывая попытки вызвать самостоятельно нити стража, я украдкой ловила взгляды Томаса в нашу сторону, тревожные и взволнованные.

Еще через два часа, нам пришлось спуститься в центр Ордена, так как с различных уголков планеты начали пребывать верные Ордену nebesis, и Алан, Лея и Томас встречали каждую группу отдельными рукопожатиями.

Мне очень хотелось туда, быть рядом с Томасом, стоять с ним по одну руку, как пара и приветствовать всех прибывших вместе с ним. Мое внимание раздвоилось, одной половинкой я слушала Деми и какими-то механическими движениями выполняла то, что она озвучивала, а второй половинкой была там, рядом с ним, с любимым.

Томас будто почувствовал меня, нас все больше тянуло к друг другу и не успела я опомниться, как он уже был рядом.

— Все в порядке? — его не веселый, но мягкий голос раздался совсем близко, а рука коснулась моего плеча.

— Д-да, все в порядке, — смущенно ответила я и потерла запястье, красные тонкие нити на котором тот час же исчезли.

— Мы создали патруль, который будет сопровождать тех, кто отправится в убежище, — Томас поднял взгляд на Купера, — отправляется утром. У вас есть время подготовиться.

— Что будет с остальными? — голос Бьянки задрожал, — как быть тем, кто останется? Люди живут рядом и ни о чем не подозревают.

— Иллюзия скроет все от их глаз. Что бы не произошло, люди останутся за пределами опасной зоны, — Томас натянуто улыбнулся, но Бьянке было достаточно и этого, чтобы понять — они делают все возможное.

Я потерла уставшие глаза и слегка застонала — шея и ноги затекли.

— Ты что решила? — Томас повернулся к Деми, а я невольно напряглась. Вопрос был безобидный, но меня словно подстегнуло чувство ревности.

— Боец из меня никакой, — Деми криво усмехнулась, — если Купер с Бьянкой не против, я бы хотела пойти с ними — я еще понадоблюсь девочкам.

— Будем только рады, — Купер настойчиво опередил Бьянку, собиравшуюся не согласиться с девушкой, все еще не особо чествуя ее в качестве связной близняшек.

Томас кивнул и еще раз бросив на меня печальный взгляд, поднялся и вернулся к Алану, снова втягиваясь в организационные вопросы.

— Девочки уснули, — Деми прислушалась, — она передала все, что знала, на этом ее миссия закончена.

— Тебе нужно отдохнуть, — Купер взял Бьянку на руку и помог подняться, — утром нас здесь уже не будет. Ева! — Купер одной рукой обнял меня, — спасибо тебе за все, ты перевернула наш мир, но ты спасла нас и наших девочек. Мы у тебя в неоплатном долгу!

— Да прибудет с вами сила! Береги себя! — Бьянка тоже обняла меня, а мне показалось, что они прощаются. Может так и есть? Увижу ли я их снова?

Глаза защипало.

— Я-я-я еще побуду тут, мне с Евой еще нужно кое о чем поговорить, — Деми избежала моего удивленного взгляда.

Я с волнением смотрела, как удаляются Купер и Бьянка, и чем дальше они становились, тем больше росло чувство тоски по Неону и Паоле.

— Так о чем ты хотела поговорить? — вернулась я к мыслям о рядом стоявшей Деми и поймала взгляд Томаса, направленный в нашу сторону. Взволнованный, как и мой.

— О нем, — тихо ответила Деми, проследив за моим взглядом, — я все еще люблю Томаса.

Меня царапнуло внутри, но я решила не подавать вида.

— Но несколько дней назад, я поняла, что он не любит меня, — продолжила Деми, — Томас помог мне понять это, позволив заглянуть в его мысли.

— Что? — я ошеломленно уставилась на Деми.

— Ева, послушай, — девушка участливо взяла меня за руку, — знаю, мы не стали подругами, я не знала о твоем существовании, а когда узнала — разозлилась, увидела в тебе соперницу. Поэтому вела себя так скверно, считала Томаса своим. Но он никогда мне не принадлежал…

Я замерла на месте, слушая признание Деми. Ее слова вызвали во мне одновременно несколько противоречивых чувств. Но больше всего меня поразило то, что сделал Томас — позволил ей прочитать его.

— Он любит тебя! — вздохнула Деми и я представила, с каким трудом дались ей эти слова, — я видела его чувства, читала его мысли. И убедилась своими глазами, что его любовь самая настоящая.

Я плыла от этих слов. Осознав, что это говорит мне та, кто сама испытывает к нему чувства, я не могла не поверить ей. Мое сердце застучало сильней, словно проснувшись от внезапного призыва, оно тянулось, тянулось к тому, кого любило.

— Прости меня, — Деми виновато склонила голову, — прости его! Любовь к тебе никогда не покидала его сердце. Вы созданы друг для друга, поверь ему и будьте счастливы! — Деми порывисто отпустила мою руку и не в силах больше скрывать свое волнение, развернулась и удалилась от меня, оставив в полурастерянных чувствах.

— Что она тебе сказала? — Томас тут же оказался рядом, обеспокоенно глядя на меня.

Наши взгляды встретились и мне показалось, что молнии пробежали между ними.

— Ничего такого, чего я не знала, но в тоже время то, что очень важно для меня, — отозвалась я, находясь во власти смешанных чувств.

— Ты устала, — понимающе вздохнул Томас, убирая прядку волос за ухо и слегла поглаживая край щеки, — я провожу тебя!

Он подхватил меня за локоть и мягким нажимом потянул за собой.

Я не сопротивлялась. На лице у меня расцвела счастливая улыбка. Он любит меня! Наконец то слова Деми дошли до меня в полной мере. Сомнений больше не было. Неужели мне нужно было услышать это именно от нее, что бы принять и простить? Теперь я понимаю…какой знак ждала…

Сердце затрепетало, теплой волной прошлось по всему телу желание, заряжая его необычайной энергией.

Перед кельей, я остановилась лишь на секунду, чтобы собраться с мыслями. Двери разъехались и Томас вошел вместе со мной. Я смотрела на него и не могла отвести глаз. Я любила. Меня любили. И любовь искала выход…

Не замечая моего состояния, Томас прошел к кровати и отдернул покрывало.

— Тебе нужен отдых, сегодня был трудный день, так что отдыхай. Я вернусь в центр.

— Томас?! — позвола его я изменившимся от волнения голосом, — останься!

Томас замер, не веря услышанному, боясь пошевелиться. Ему послышалось? Это игра его воображения?

— Останься со мной, — вновь повторила я, более отчетливо. На этот раз Томас обернулся и я потерялась в его глазах…

Он преодолел такое крохотное расстояние между нами за доли секунды и горячими ладонями обхватил мое лицо. Я как загипнотизированная не сводила с него глаз, сердце уже стучало набатом, а краска прилила к лицу, увидев в его глазах полыхающее желание. Не обязательно уметь читать мысли, иногда достаточно всего лишь посмотреть в глаза.

Слов не потребовалось, они были лишними, за нас говорили глаза. Целое небо развернулось передо мной, увлекая за собой в свою глубину.

Губы Томаса мягко коснулись моих, лишая меня последних остатков сдержанности, обволакивая томящийся желанием узел внутри волнительным жаром. Он целовал так упоительно и так сладко, что я почувствовала слабость в ногах и тут же вовсе потеряла под ними ощущение твердой поверхности — Томас подхватил меня на руки.

В водовороте чувств, я не помню, как оказалась на кровати, приоткрыв веки, я увидела его глаза и расплывающиеся в них облака.

И все вокруг закружилось, поцелуи тонули в прерывистом дыхании, руки скользили вдоль тела, наслаждаясь его плавными изгибами и легкой дрожью, два сердца бились в унисон прижимаясь к друг другу. Все во мне откликалось на знаки любви, губы горели, кожа пылала под такими чувственными прикосновениями, а сознание уносилось высоко-высоко, подвластное лишь ему одному. Томасу.

Любовь вступила в свои права, накрыв своим покровом две обретшие друг друга души, позволив им насладиться своими чувствами.

Я задрожала всем телом, когда случилось то, о чем я мечтала — Томас стал моим первым и я точно знаю, единственным мужчиной в моей жизни. Но вместе с мимолетной болью, пришло и другое ощущение, сильный выброс энергии вырвался сквозь кожный покров и я раскрыв глаза, увидела мерцание, по телу прошлись щекочащие кожу мурашки, и я выгнулась навстречу очередному выбросу магии и подкатившей волне возбуждения.

— Томас! — сорвалось с моих губ, и пальцы с силой впились в его плечи, — что это?

Он тоже это видел, сквозь частую пульсацию и сбивчивое дыхание. Его мышцы напряглись, выстраиваясь под кожей идеальным рельефом, по которым скользили магические сполохи света. Высвобожденная магия устроила настоящий магический танец вокруг нас, то мерцая и переливаясь, то вспыхивая и угасая. Но Томаса сейчас это мало волновало. С ним была его Ева, его маленькая голубка, от любви к которой он сходил с ума, чье имя шептал ночами, чей образ хранил в сердце. Она рядом, его девочка, его любимая. И пусть хоть весь мир охватит магическая лихорадка, она будет всегда важнее всего остального мира!

Я зажмурилась. Свет от магии становился все ярче, а горячая волна внутри меня все ближе, наполняя меня желанием закричать. Мой стон потонул в поцелуе, наши тела содрогнулись, пронзая друг друга нестолькими толчками. Всполохи вспыхнули словно языки костра, после брошенной в него сухой ветки и снова угасли.

— Я люблю тебя! — услышала я тихий голос у самого уха. Томас перевернулся не выпуская меня из объятий, — ничто и никогда этого не изменит. Я живу для тебя, Ева!

Глава двадцать седьмая

— Ева! Милая, проснись! — голос Томаса был предельно встревожен и ворвавшись в мое сознание тот час же наполнил тревогой и меня.

Ни слова не говоря, я открыла глаза. Утро в объятиях любимого, томные шепотки и ласковые признания на ушко отошли на второй план стоило мне увидеть, как ночное сияние снова предстало перед моими глазами. По коже его рук мерцали энергетические всполохи, по оголенному торсу струились волны магии, в глазах играли голубые искры, — снова это?

— Что бы это ни было, но мои силы увеличились в несколько раз, я чувствую их, чувствую, как они переполняют меня…их невозможно укрыть, — Томас сел напротив меня, наблюдая за переливами света на своей коже.

Я наклонила голову тоже разглядывая причудливые всполохи магии, язычки энергии, переплетающиеся между собой и мне пришла в голову одна идея.

— А если так? — прикоснувшись открытой ладонью к груди Томаса я закрыла глаза и втянула носом воздух, поглощая излишки трепещущей магии. Мою ладонь сразу же окутало теплом и ощущением, как магия поглощается мной. Мою ладонь накрыла ладонь Томаса и я невольно улыбнулась, теперь чувствуя нашу близость ярче, чем обычно. Теперь нас не просто тянуло к друг другу, теперь мы принадлежали друг другу и душой и телом. Мне казалось, что мы — две половинки одного целого, что теперь все на своих местах и наши судьбы нерушимо связаны.

Глаза Томаса с каким-то печальным сожалением, смотрели на меня. Мерцание вокруг него померкло, последние всполохи исчезали внутри моей ладони.

— Помнишь, что ответили близнецы Дьюардов, когда их спросили о нападении? — неожиданный вопрос меня обескуражил. При чем тут это? Я ожидала как минимум поцелуй, а тут такой вопрос.

— Про плюс и минус? Конечно, — спрашивая и отвечая одновременно, я и не предполагала, что кроется за ними.

Томас тянул, в его глазах читалось отчаяние и тревога.

— Плюс — это ты, Ева, — еле слышно с горечью проговорил он, — появление еще одной nebesis такого уровня в этом мире стало тем самым плюсом в достижении равновесия высшими силами.

Я затаила дыхание, обдумывая его слова. То, что я Богиня, которой стала обычная nebesis, я и так знала, но то, чтобы мне приписывали высшее предназначение — об этом я не думала. Сначала я думала, что моя магия это вынужденная ошибка Фейерии, лишь для того, чтобы кто-то смог вызволить Богиню из западни, в которую она попала. А что если это было не случайно, не ошибкой, а велением судьбы?

— Но если я плюс… — пришедшая в голову мысль вторглась в сознание, болезненно давая о себе знать.

— То я минус? Так и есть, — Томас криво улыбнулся, ему тоже не доставила удовольствия подобная мысль, — помнишь, я ведь не должен был родиться ни в том мире, ни в этом? Я лишний…

— Нет, что ты! — в порыве отторжения этого факта, я приподнялась и обвила руками шею Томаса. Мне хотелось переубедить его, поддержать, доказать, что он вовсе не лишний, наоборот, очень дорог и необходим. Тонкое одеяло сползло с меня, обнажая прикрытые до этого момента грудь и бедра, — ты мой, ты нужен мне, — прошептала я, робко прижимаясь к Томасу и краснея от собственной смелости.

Руки Томаса легли на мою талию и скользнули вверх по спине, требовательно прижимая к своей груди тонкий девичий стан, зрачки глаз увеличились под вспыхнувшим желанием, упираясь лбами всего секунду, мы слились в жарком поцелуе, как две веточки лозы, трепеща в объятиях друг друга.

Странный щелчок прервал нас и мы синхронно повернули головы в сторону раздавшегося звука. Я охнула и прижала руку к впадинке на груди, там где, с тех пор, как вернулась, я носила злосчастный сосуд. На наших глазах флакон, лежавший на прикроватной тумбочке раскололся надвое, выпуская вверх облачко черноты.

— Фейерия…, - выдыхая подступивший страх из онемевшего горла, прошептала я, — сосуд сдерживал ее…а теперь — это значит она на свободе.

— Идем, — Томас подхватил меня за талию и поставил на ноги у кровати, — теперь я понимаю, почему отец не отвечает. Одевайся, нам надо идти, предупредить всех.

— Предупредить о чем? — сквозь все еще неугасшее желание, спросила я, тем не менее оглянувшись в поисках одежды и ухватившись за папавшееся на глаза белье.

— Ева! — Томас приблизился и взял мое лицо в ладони, заглядывая в глаза, словно в самую душу, — когда плюс и минус объединятся, помнишь? Плюс и минус — это мы с тобой, и сегодня ночью мы это сделали, объединились, понимаешь? Нападение уже началось…

Мы входили в центральный зал, держась за руки, еле заметные искорки магии словно молнии мерцали вдоль рук Томаса. Он крепко сжимал мою ладонь в своей.

Перед глазами все поплыло, как в замедленной съемке. С каждым шагом я встречалась взглядом с новыми и новыми лицами. По всему центру из под самого пола выезжали колонны, наполненные внутри по кругу витринами с различными видами оружия, клинками, мечами, кольями и каждый подбирал себе свое.

Мой взгляд скользнул по присутствующим, натолкнувшись на знакомые лица: Бейб и Старлей с окаменевшей рукой, в черных костюмах, с открытыми лицами тихо переговаривались между собой выбирая оружия. Я потянула Томаса за собой и подошла к братьям-близнецам.

— Томас, мы… — Бейб хотел что-то сказать, но виноватый взгляд уперся в пол и слова застряли в горле.

— Мы тоже услышали о нападении, — продолжил за него более смелый Старлей, — и пришли помочь. Мы подвели тебя, брат — дай нам шанс все исправить! — Старлей протянул руку вперед и Томас не раздумывая протянул свою в ответ.

— Рад видеть Вас, ребята! — крепкое мужское рукопожатие — лучший способ почувствовать дружбу. Я положила свою ладонь на твердые каменные чешуйки — обугленную огненную лаву и посмотрела в глаза Томасу. Я видела их раскаяние, видела, как это важно для любимого и не могла не помочь. Они пришли сами, их никто не звал, они не хотели быть частью Ордена, но все равно пришли — пришли на бой, на защиту Ордена и я тоже должна была дать им шанс. Окаменевшая поверхность начала сужаться, толщина лавы утоньшаться и вот уже показалась сама рука, грубая, вся в садинах и кровоподтеках кожа, но живая, свободная, движимая. Старлей с благодарностью посмотрел на меня, сжимая и разжимая кулак, в его глазах не осталось ничего кроме решимости биться до конца. Их решение было единым.

— Берегите себя! — широким жестом Томас постучал Бейбу по плечу, в знак прощения и мы отошли, продвигаясь дальше. То и дело Томас бросал подбадривающие взгляды знакомым, или кивал в знак приветствия тем, кого еще не видел. Но все это время он ни на секунду не отпускал мою руку. Мой взгляд поймал Лею, впервые я увидела ее без ярких красных туфель, уже ставших для меня чем-то символичным, на этот раз она была одета в облегающий комбинезон с красными вставками, широкий пояс сжимал талию почти до уровня груди, высокие черные сапоги облегали ноги. Воинствующий вид привел меня в замешательство и только тут я увидела, что так были одеты почти все, как на подбор — готовые к битве: Лея, Алан, Фабиан, Таша…

Сердце подскочило. Что она тут делает? Разве не уехала со всеми?

Будто услышав мой вопрос и немое возмущение, девушка обернулась.

— Ева, наконец-то! — Таша подскочила ко мне и пока я приходила в себя, обняла, — надеюсь, это…, - и она опустила взгляд на наши сцепленные руки, — означает то, что я думаю?

— Только не рассказывай никому, — глаза Томаса сверкнули и довольная улыбка с хитринкой расползлась на его губах.

— Ой, да у вас на лицах все написано. Тоже мне тайна! — девушка усмехнулась и воззрилась на меня сверлящим взглядом.

— Ты почему здесь? — с тревогой спросила я. Мысль, что патруль задержался и Глория с Лаурой тоже в Ордене, сжимала сердце.

— А ты думаешь для чего я училась драться? Чтобы вышагивать в ногу с приставленной к тебе охраной где-то на краю света? — Таша изумленно округлила глаза, — ну уж нет! Уж такого события я не пропущу! Ева, ты только представь, это же целая история! — восхищению Таши не было предела. Я и так знала, что она помешана на магии и всем запредельном, но чтобы с шашкой наголо бросаться в бой с темной силой — разве это моя Таша? Моя. Все мы изменились…

— У меня самая смелая воительница всех миров, — улыбнулся Фабиан из-за спины Таши, приобнимая ее за плечи, — правда смайлик?

И Таша лучезарно улыбнулась.

— Кстати тебе тоже нужно переодеться! — заявила та и схватив за руку, потянула меня за собой, — Томас, ничего с твоей ненаглядной не случится, отпусти. У вас была вся ночь!

Томас отпустил, не сдержав улыбку, а я смущение, что нас так легко раскрыли. Подняв глаза я тут же натолкнулась на яростный взгляд Кая в двух шагах от нас. Улыбка тот час сошла с лица Томаса и его глаза потемнели. Конечно, Кай слышал! Слышал последние слова Таши, которые не оставляли сомнений, как мы провели эту ночь. Оглянувшись после нескольких шагов, я уже не видела ни Томаса с Фабианом, ни Кая…

Вернувшись в центр спустя час, мы с Ташей застали зал пустым. Я выбрала облегающий, но мягкий комбинезон и ботинки на толстой подошве. Чувствовала себя неуютно в таком наряде, но быстро забыла об этом, стоило услышать слова подруги:

— Началось…

— Что началось?

— Сейчас увидишь!

* * *

Незаметно расположенный в углу зала портал перенес нас на территорию часовни. Сильный порывистый ветер ударил в лицо и я зажмурилась, прикрываясь рукой. Огромная на несколько километров туманность пролегла по земле, раздуваемая ветром, видимость была практически нулевая, я видела только Ташу, но по ощущениям чувствовала поблизости еще кого-то. Я вздрогнула, почувствовав как мои пальцы переплели другие и обернулась, встречаясь с серым взглядом Томаса. Его глаза отливали сталью, тяжелые нотки голоса давили на сердце, заставляя испытывать еще большую тревогу.

— Я буду рядом, что бы не случилось.

— Я знаю, — ответила и мои слова потонули в густоте тумана, — обещай, что будешь осторожен.

— Обещаю…, - улыбнувшись уголками губ ответил Томас и развернул меня лицом к себе, — обещаю, что с тобой ничего не случится, — добавил он, ускользая от того ответа, который желала услышать я, — все, что мне нужно — это ты. Без тебя время — ничто, жизнь — ничто. С тобой я живу и люблю и сегодня, чтобы не случилось, я буду сражаться за тебя, за нас, за наше будущее.

Томас запустил пальцы в мои волосы и прижал к своей груди.

Я услышала стук его сердца, взволнованное дыхание и обняла его, наслаждаясь моментом. Что нас ждет? Каким будет следующий день?

Будет ли он вообще?

* * *

Вьюнок закружил вокруг нас, но я не торопилась отстраняться. В объятиях любимого было так сладко, так притягательно, что я, с наслаждением все глубже погружалась в это блаженство, краем глаза проследив, как Таша и Фабиан удаляются в туман.

Яркие вспышки осветили все вокруг и я взрогнув, поняла голову и развернулась… Большие световые шары поднимались вверх уходя под самый горизонт, растилаясь перед холмом, на котором стояли мы с Томасом на многие, многие киллометры вперед. Они зависали в воздухе освещая все стратегические точки. Я увидела, как на определенном расстоянии друг от друга расположились кольца nebesis. Первое кольцо, состоящее из нескольких десятков человек замыкалось вокруг часовни, второе, человек сто, примерно в киллометре от первого, потом шло третье, четвертое кольцо, а дальше видимость пропадала. Я смотрела на их притаившиеся в ожидании фигуры и ощущение, что я — часть этой великой истории, что разворачивается у меня на глазах, охватывало меня. Вместе со страхом, пришла и гордость, и решительность, чувство долга и необходимости быть именно здесь и сейчас.

Где-то там были Таша и Фабиан, Лея и Алан и даже Кай и многие другие, кто пришел, чтобы защитить этот мир, внести свою лепту, войти в историю.

Менее огромные, но в еще большем количестве, вспышки сверкнули на левом фланге второго кольца. Пламя взметнулось ввысь стеной и я услышала лязг металла.

— Тудоры…, - Томас будто ждал их появления, — значит я не ошибся и нападение уже идет.

— Там? — я с ужасом кивнула на часовню.

Святые небеса! Там же Неон и Паола, Виттарион, Сафия и остальные, кто был так добр ко мне.

Томас замешкался, я чувствовала его порыв, его желание рвануть в гущу событий, столкнуться с Юлианом один на один. Но обещание быть рядом было сильнее.

— Идем туда! — я не могла поступить иначе, ведь я осталась чтобы помочь остановить все это. Я верила в Томаса, верила в свою магию, я должна, как говорили близнецы Бьянки, остановить Повелителя теней и угрозу.

Томас сжал мою руку и притянув к себе, поцеловал так жадно, будто это был наш последний поцелуй. Он не хотел отпускать, рисковать той, что стала для него целым миром, он целовал и словно иссушенный жаждой путник не мог насытиться.

— Не отходи от меня ни на шаг, ладно? — заглядывая в глаза спросил Томас волнующе с предыханием, — с Юлианом я сам разберусь.

Что я могла сказать в ответ? Глядя в его глаза, я вспоминала чему меня научили близняшки — как остановить Повелителя теней. Узнай Томас об этом, врядли я была бы сейчас тут — он бы не позволил. Но кроме меня сделать это никто не сможет. Знали бы Неон с Паолой, что их подарок — это еще одна лазейка судьбы. Да, я тот самый плюс, который по велению высших сил, медленно, но верно шел к своей миссии. Столкновение темных и светлых сил неизбежно, но судьба дала миру шанс победить в этой схватке.

Я кивнула и крепко сжав мою руку, Томас рванул вперед, одновременно призывая свою магию.

Будто томясь в ожидании, разряды крошечных молний охватили руку Томаса и сплелись в длинный клинок.

По мере приближения к кольцу, звон металла становился все отчетливей, впереди замаячили вспышки всех стихий и прямо на нас вылетела, ослепленная светом, чья-то тень.

Впереди шел бой, Орден и Тудоры, прошедшие через портал, столкнулись в схватке, одни, чтобы пройти к часовне, другие, что бы не дать им к ней приблизиться. Не выпуская моей руки, Томас ринулся вперед и первая же ближайшая тень встала у нас на пути. Вьюнок устремился вперед и рассекая воздух врезался прямо в тень. Две призрачные сущности сцепились между собой и закружились в вихре, уносясь все выше и выше, исчезая в отблесках световых шаров.

— Томас, отпусти, — попросила я, понимая, что пока он удерживает меня, ему будет сложнее защищаться, да и сама я не могла оставаться в стороне, — все будет хорошо, я помогу! — беспокойный взгляд быстро скользнул по мне и Томас расцепил руку.

Кажется, он не сильно верит в то, что я смогу постоять за себя, что могу управлять своей магией. Но я то знаю, что теперь могу все!

Призывая родную стихию вьюнка, я подняла руки вверх и направила их перед собой. Воздух вокруг нас сжался, образовывая сгустки прозрачных скоплений и через несколько секунд с десяток вьюнкоподобных сущностей сорвались вперед, туда, где в паре сотен метров от нас зависли другие тени.

Томас резко выпрямил вторую руку и молнии поползли по коже стягиваясь в привычный второй парный клинок. А я устремила взгляд вперед, отыскивая главного из Тудоров. Но оказалось невозможным что-либо рассмотреть с этого расстояния.

— От меня ни на шаг, помнишь? — предостерегающе остановил меня плечом Томас.

И я послушно кивнула, сейчас совсем не то время и не то место, чтобы спорить, — тогда идем!

Фигуры стремительно приближались, именно фигуры, потому что туман размывал все грани лиц, оставляя лишь силуэты, и только когда мы поровнялись с одним из противников, очертания стали четче.

К нам спиной стоял парень, вытирая окровавленный меч о рукав куртки. Кто оказался его павшим противником было не различить, туман скрыл все следы убийства.

Парень обернулся.

— Ну привет, Спайк! — Томас его узнал.

Глаза Спайка забегали в растерянности. Секундой назад они блестели от чувства победы, и вот — он уже отступает на шаг.

— Ты? Они же сказали, что ты уехал из города, — Спайк слегка оступился, пятясь назад.

— Небольшая уловка для эффекта неожиданности, согласись, отличная идея? — усмехнулся Томас, скрещивая клинки и скользя лезвиями, будто натачивая их, — вижу, свой выбор ты уже сделал?!

Слушая их, я оглядывалась по сторонам, но натыкалась лишь на кучки сражавшихся.

— Кого-то ищешь, красавица? — Спайк взял себя в руки, его губы искривились в усмешке, — боюсь вы опоздали. Я же тебя предупреждал, Томас, но ты отказался. И теперь я на стороне победителей.

— Уверен?

— Думаешь это все? — Спайк панорамно развел руками, — это только начало! Юлиан уже там, а скоро и вся его армия будет здесь! Этот мир будет принадлежать Тудорам! Ты еще приползешь ко мне молить о пощаде. Хотя…твою подружку я, пожалуй, оставлю себе, похвастаюсь перед остальными… — но Спайк не договорил, локтевой удар в челюсть, захлопнул ее характерным лязгом зубов.

Я отступила, сделала несколько шагов назад и прислонилась спиной к стволу дерева. Томас справится с любым из Тудоров, для него опасен был лишь сам Юлиан, поэтому я ни чуточки не сомневаясь в Томасе, огляделась и нырнула в густоту тумана.

Я словно плыла в тумане, разводя руками воображаемые волны перед собой в разные стороны. Лишь яркий столп света, упиравшийся в небо вел меня вперед. Юлиан уже был там, а значит надо торопиться, и я хотела ускорить шаг, как вдруг кто-то схватил меня за руку. Как я удержалась от крика, не знаю, но сердце точно на секунду остановилось.

— Кай? — он поднял искаженное от боли лицо. Его скрутило, согнуло пополам, рука была прижата к левому боку, а вся его одежда и лицо были в крови. Я замерла на месте.

— Помоги…, - еле шевеля губами прошептал он и упал на колени.

— Небеса! Кай, нет, только не это! — я подхватила его под спину и прислонила к себе.

— Ева?! — заплетающимся голосом обронил Кай, — рад…что смогу еще раз увидеть тебя. На долго меня не хватило…

— Боже, Кай, почему ты один? Где Алан? Лея? Почему не оказали помощь? — я нервно перебирала вопросы, и чувствовала, как меня начинало потряхивать и мутить от запаха крови.

— Я не они Ева, у меня нет магии, — словно нож вознились его слова мне в сердце и чувство вины растеклось в душе черной тушью, — не вини себя…

Кай закатил глаза и словно покинул сознание, а мое лицо покрылось горячими слезами. Щеки зудели от соленой воды, а глаза щипало от тумана с примесью влажности.

— Как же так, Кай? Я не хотела…не хотела, что бы так, — сердце сжалось, вина переполняла меня, ведь я могла этого не допустить. Не винить себя?

А что я скажу Алану и Лее? Черта с два! Меня пожирало отчаяние и чувство вины так, что хотелось кричать.

— Кай, прошу тебя, очнись, — рука сама потянулась к его руке и сжала ее в своей.

Кай застонал, неловко повернувшись.

— Ты ничего не можешь сделать, Ева…, - сквозь стон, Кай почти проглотил все слова, но мое обостренное чувство вины услышало их все.

— Могу! — осенило меня, — могу, Кай. Я исцелю тебя!

— И зачем? — равнодушно спросил тот, поднимая глаза на меня, — чтобы снова быть убитым? Лучше умереть…

— Нет, Кай, только не это!

— Без магии мне не выжить!

— Я помогу! — мои руки дрожали, глаза закрывала пелена слез и решимость сделать все, чтобы спасти Кая, — я дам тебе магии столько, сколько нужно…только не умирай!

И я судорожно схватила его за руку одной рукой, а другой стала растирать слезы на своем лице.

— На другую я не согласен, — чуть приподнимаясь на локте, прохрипел Кай и из последних сил сжал мою мокрую от слез и крови ладонь.

Всхлипнув и облизав соленые губы, я прикрыла глаза и пустила магию в оборот. Я дрожала всем телом, мои руки тоже обагрились кровью, запах которой разъедал мое сознание и путал мысли. Лишь одна легла поверх всех — спасти, спасти его и если для этого ему нужна магия — я согласна дать ему ее.

Пока тонкие струйки света плавно перетекали с моей руки, я призвала магию исцеления, но неожиданно что-то во мне щелкнуло — исцелять было некого! Исцеляющая волна вернулась обратно, ни ран, ни повреждений для регенерации на теле Кая не нашлось. Он был совершенно жив и здоров.

— Что…все…это…? — мои глаза округлились, когда Кай, как ни в чем не бывало встал на ноги и дикая усмешка коснулась его губ.

— Бедная, бедная, Ева, — саркастично прошептал он, обходя вокруг меня, голос его обрел былую твердость и звучность, — не ожидала?

— Ты обманул меня! — большего разочарования, чем сейчас, я раньше не испытывала, теперь я поняла его игру — прикинуться смертельно раненным, разжечь во мне чувство вины и получить желаемое. Разве могла бы я отказать тому, кто находился при смерти, да еще отчасти по моей вине? На это и был расчет.

— Извиняться не стану, — остро резанул словами Кай.

— Зачем ты так? — я подняла голову, чувствуя слабость в ногах и стремительно исчезающую уверенность в себе, — я думала мы друзья.

— Зачем? — удивленно переспросил Кай, — друзья? Какие друзья, Ева? — и парень сел на корточки напротив меня, пристально заглядывая в глаза, — я предлагал тебе быть рядом и совсем не в качестве друга. Ты ведь знала это, — резко поднялся и пнул ногой землю, будто она была в чем-то виновата, — но ты провела ночь с ним!!!

Злость нарастала в нем, клокотала так, что искры обретенной магии выступили на сжатых кулаках.

— Потому что люблю его! — выпалила я отчаянно, тоже поднимаясь, — полюбила еще до встречи с тобой и уже не смогу полюбить другого!

— Ты пожалеешь об этом! — процедил сквозь зубы Кай и исчез за туманом.

Глава двадцать восьмая

Выровнять дыхание мне совсем не удавалось, тяжесть от поступка Кая давила на сердце и слезы наворачивались на глаза. Сморгнув их, я горько сглотнула и вспомнила куда шла. А ведь я потеряла так много времени!

Но стоило мне развернуться и сделать шаг в сторону часовни, как столп света дрогнул, по нему волной пробежал электрический разряд и раздался взрыв. Рассекая пространство на меня неслась световая волна, которая не сулила ничего хорошего по всему ее диаметру. Успев только открыть рот и вдохнуть немного воздуха, как меня ударной волной сбило с ног, крепко приложив к земле. Сразу почувствовала ноющую боль в плече, на щеке защипала расцарапанная о землю кожа. Я приподнялась и огляделась. Согнутые и поваленные в направлении волны деревья, корнями наружу, а кое где — искорреженные обломки стволов, трава, сильным порывом прижатая к земле побелела, утратив свой цвет. Но самое страшное ждало впереди. Из эпицентра взрыва, которым стал портал, на приличной высоте от земли, из портала, как брызги из бутылки шампанского, вылетали тени. Раздался их душераздирающий вой и я закрыла уши. Словно черные вороны они сплели вокруг столпа света вереницу и кружили, кружили, заполняя собой небесное пространство.

Не успела.

Все же Юлиан добился своего и призвал тени. И теперь все эти твари теневого континента прошли портал. А как же стражи? Как Неон, Паола? Что с ними?

Я расправила плечи и оттолкнувшись побежала вперед — пока тени кружились над часовней, набирая численность и заволакивая собой небо.

* * *

Часовни на месте не оказалось, старые, обветшалые стены не выдержали световой волны и рухнули под ударом. Но как ни странно тонко очерченный круг с надписью COENUM остался не тронутым, ни осколка, ни щепки, ни камушка не упало внутрь него, разрушенные стены окаймляли этот круг удивительно ровно и безукоризненно.

Только того, кого я искала, здесь не было. Почему все, кого ищешь появляются не тогда, когда это нужно тебе, а в самый неподходящий момент, когда меньше всего ждешь?

— Ева! — меня окрикнули и по голосу я узнала Алана, — ты в порядке?

— Ты это видишь? — не обращая внимание на его вопрос, я подняла голову вверх, где над землей кружили тени, — Юлиан здесь.

— Или его тень, — предположил Алан, — он слишком дорожит собой, чтобы так рисковать. Почему ты одна, где Томас?

— Я здесь! — мне отвечать не пришлось, Томас быстро догнал меня по моим следам. Если бы не Кай…

— Томас, я…, - но меня оборвал шумный выдох в волосы и поцелуй в висок. Я кожей почувствовала его напряжение, его беспокойство и его облегчение после того, как он снова ощутил меня рядом. Тепло разлилось по мне сладкой истомой, до чего же приятно было осознавать на сколько ты дорога.

Вокруг стали собираться другие члены Ордена и я не сразу обратила внимание на то, что один из них уж очень мне знаком. До боли знаком. Прижимаясь к Томасу, я закрыла на мгновение глаза, что бы хоть на миг забыться в его объятиях, как вдруг Томас резко оттолкнул меня от себя. Серебристая молния пронеслась между нами и вспахивая, вонзилась в землю. Благодаря этому толчку и быстрой реакции нам удалось избежать атаку.

— С ума сошел?! — бросился на брата Алан. Кай, а это был именно он, зло оскалившись не сводил глаз с Томаса, — ты что творишь?

— Отойди, брат, — глухой, чеканивший каждую согласную в словах, голос Кая, будто принадлежал другому человеку, — только он и я!

— Сейчас не время для разборок, — Алан, видя состояние брата, понимал, что дело плохо, — оглянись, наш враг уже близко, вот против кого мы должны объединиться!

Я замерла. Столкнувшись с Каем чуть раньше, я уже знала, что его не остановить, мои мысли беспорядочно искали выход, между тем как Томас, словно ожидая чего-то подобного уже сверкнул своими клинками. Все развивалось слишком быстро. Кай усмехнулся и нервно дернул рукой — молнии сверкнули энергетическим разрядом и рука замерцала холодным светом.

— Как тебе? — Кай демонстративно поднял руку, по которой молнии медленно, но верно собирались в светящийся клинок, — что ты скажешь теперь, Томас?

— Кай, перестань, давай уйдем! — с заметной тревогой Алан, ухватил брата за рукав, но тот час же отдернул ее, почувствовав на пальцах липкую, вязкую кровь, — что за…? Чья это кровь?

Кай даже не взглянул на брата, все его внимание было приковано к сопернику.

— Неееет, я никуда не пойду. Пока не разделаюсь с этим… Пока не сотру его имя из истории, пока он не исчезнет с лица земли! — ядовитая ухмылка расползлась на его губах и острием клинка он указал на Томаса, — теперь нас таких двое, Ева любезно поделилась со мной твоей магией. Что же ты молчишь?

— Я не стану с тобой драться! — Томас наконец-то ответил, клинки рассеялись и лишь небольшие всполохи света на руках напоминали о них. Он подошел ко мне и заглянул в глаза, будто извиняясь за то, что оттолкнул.

— Отойди от нее, — процедил сквозь зубы Кай.

— Кай, прошу тебя — хватит! — сердце отчаянно забилось. Это противостояние между Томасом и Каем выходило за рамки и все это на фоне смертельной опасности сверху. У него совсем не было права что-то предъявлять, — за что ты так?

— Мне надоело! — рявкнул Кай, выпуская накопившуюся злость, — надоело слышать Томас лучший, Томас разберется. Томас! Томас! Надоело, что все достается тому, кто вообще не должен был родиться! Ненавижу! — и Кай снова с силой тряхнул рукой, усиливая поток магии.

Клинок даже не до конца сформировался, когда тот уже занес его для удара. Томас не шевелился и никто не знает удалось бы ему увернуться, наверное удалось бы, только в этот миг Кай словно исчез, просто расстворился в воздухе, а на плечо Алана, в глубокой печали, склонилась голова Леи.

— Позаботься о брате, — тихо сказала она, и Алан кивнул в ответ, проведя по ее волосам рукой в знак поддержки.

Все поняли, что Лея скрыла сына иллюзией, остановив его безумие. Это было тяжелым решением для нее, лицо Леи выражало скорбь, будто Кай и правда погиб. Они слишком мало времени провели вместе.

Все, кто стал свидетелем случившегося, стояли молча опустив головы. Я боялась вздохнуть, думая о Кае, о Лее, об Алане. Да и все наверное думали о том же, пока дикий вой не взорвал воздух. Подняв голову, я не смогла сдержать возглас, заслонив все небо, огромное черное постоянно движущееся полотно с воплем низверглось вниз. Небеса обрушились на землю, неся с собой непостижимую угрозу…

Я зажмурилась, в отчаянной попытке не видеть этого надвигающегося ужаса, ни руки ни ноги меня не слушались и я стояла, недвижима, прикованная собственным страхом.

Но инстинкт перед неизвестностью, все равно заставил их открыть. И все поплыло, размыло, голова закружилась от увиденного. Черная масса метеоритным дождем низверглась на землю и началась битва. Перед глазами сверкали молнии и огненные вспышки, ледяные стрелы и каменные глыбы прорезали пространство, в стремлении достичь цели, лязг мечей заглушил все остальные звуки. То тут то там взрывались и рассеивались черной пылью поверженные тени, их было так много, что каждый рывок, каждый выпад, каждый взмах вонзался в черноту их силуэтов и разрывал на части. Но освободившееся место тотчас же занимала другая тень и схватка продолжалась.

Я невольно отступила на шаг, и резко обернулась, почувствовав чье-то шипение за спиной. Бездонные дыры глаз уставились на меня, а длинные корявые пальцы тени потянулись ко мне. Инстинкт самосохранения сработал мгновенно и моя рука взметнулась вверх, открытой ладонью преграждая ей путь. Рука медленно сжалась на уровне груди и отпружинила вперед, отталкивая тень от себя. Еще одну тень, желающую приблизиться ко мне, ждало тоже самое.

Я обвела взглядом все вокруг, мои глаза в беспокойстве искали Томаса и нашли…

Сияя обоими клинками он поражал тени одну за другой, стремительно и беспощадно. Везде шло ожесточенное противостояние, черная пыль то тут то там взрывала воздух, оповещая еще об одной поверженной тени.

Это могло продолжаться вечно, количество тварей будто и не уменьшалось, а вот силы Ордена источались с каждой минутой. Нужно было срочно найти Юлиана, но где его искать? Куда бежать? В какую сторону?

Я пригнулась, уворачиваясь от пролетавшей над головой тенью, я была ей не интересна. Сделав круг она нацеленно летела в сторону огненных вспышек Алана, стоявшего спиной к надвигающейся опасности. Я выпрямилась, вглядываясь ей вслед, то тут же снова пригнулась, с десяток теней бесшумно следовали за первой в том же направлении.

— Алан! — окрикнула я его, желая предупредить, но мой крик он не услышал, расстояние между нами поглотило его, и я бросилась вперед, чтобы его сократить, — Алан, Алан!

Томас моментально подхватил мой крик. Он был намного ближе к Алану, чем я, но кричать не стал. Рванув с места, перепрыгивая мелкие овраги он следил за тем, как сокращается расстояние между тенями и ни о чем не подозревающем Алане. Все произошло за секунды, Томас оказался за спиной друга на миг раньше и выставил вперед руку. Меч вдруг стал вращаться все время увеличиваясь в окружности и принимая форму диска. Как щит он принял на себя атаку теней и Алан обернулся. Щит искрился и мерцал молниями, тени одна за другой врезались в щит и взорвались от разряда исходящих от него молний.

Алан положил руку на плечо друга. Слова были лишними.

Не долго думая, Томас перехватил щит за край и запустил вверх, как летающую тарелку. Смертоносный световой диск разрезал пространство словно нож по маслу, кромсая на своем пути все встреченные тени и сделав оборот, бумерангом вернулся обратно.

— Неплохо, — оценил Алан, — у тебя новые приемы?

— Как то само, — выдохнул Томас, оборачиваясь на подбегающую меня и заключая в свои объятия.

— У нас раненные! — сообщил подоспевший Майкл, тот самый, что охранял портал.

— Соломея и Шан Тао уже в пути и скоро будут здесь, — успокоил его Алан, — потери есть?

— Есть, — совсем тихо, но отчетливо ответил тот, — кажется ты их спугнул на некоторое время, — Майкл посмотрел вверх, говорить о том, что среди потерь был его напарник Дейв, совсем не хотелось. Они были знакомы лишь то малое количество времени, пока охраняли портал. Ему, Майклу, повезло больше, он оказался дальше от портала, когда кишащая тварями волна заполнила его. Дейва насквозь проткнули и подхватили цепкие пальцы и он исчез в глубинах того ужаса, что стремительно уходил ввысь.

Тени поднялись на недосягаемую высоту, дав передышку сражению. Кажется пущенный Томасом диск, поразивший сразу несколько десятков теней, вызвал в них страх.

— Или власть Юлиана ослабла, — задумчиво произнес Томас.

В десяти шагах от нас открылся портал и из него вышли трое, среди них я сразу узнала Соломею. Тонкая фигурка, облаченная в узкий темно синий костюм, казалась еще тоньше, волосы были закручены в высокий пучок, закрепленный японскими палочками крест-на-крест.

Ее глаза заблестели стоило ей увидеть Томаса, но мое присутствие рядом убавило блеска и она расстроено опустила глаза.

— Каждого целителя будет сопровождать охранник, — Алан торопился, передышка могла в любой момент обернуться новой атакой, — его задача обеспечивать свободный проход к раненным и защиту целителя.

Соломея бросила полный надежды взгляд на Томаса, но я перехватила его давая понять, что ее желанию не сбыться. Довольно с меня и того, что я каждую нашу встречу ощущаю ее возжелающие взгляды и сладострастные вздохи.

И тут световые шары, освещающие всю территорию, стали исчезать один за другим, погружая каждый сектор поверхности в темноту. Тени врезались в эти шары и пробивали их энергетический центр. Большая часть земли осталась без освещения, сумрак сошел на землю, где слился единым цветом с тенями и они стали практически невидимы.

Плохо.

Очень плохо.

Темнота совсем не способствовала нам, наоборот — усугубляла видимость, Орден становился весьма открытым для нападения.

Томас сильнее сжал мою руку, когда под последним освещающим крохотную возвышенность, шаром, появился мужской силуэт, а тени сгруппировались над его головой и замерли.

Все замерли. Напряжение воцарилось в воздухе, казалось, что замерла каждая травинка, в страхе перед неизбежным.

Юлиан. Это был он, Повелитель теней.

И когда последний световой шар погас по его прямому приказу, все погрузилось в темноту. Все смешалось, раздались крики и вой теней, снова лязг мечей и кратковременные вспышки магии, освещающие на доли секунд то, что творилось вокруг.

Томас потянул меня за собой и я инстинктивно побежала следом, растерянно пытаясь хоть что-то различить в темноте. Ощущая, как над головой свистит воздух, как около самого уха стремительно, не задев, но опалив кончики волос, проносится огненная стрела.

Одной рукой сжимая мою, второй — Томас успевал наносить удары клинком, свет от которого стал ярче обычного.

С первых шагов я поняла куда стремился попасть Томас — его цель была Юлиан, как и моя, поэтому я всеми силами старалась спешить, не обращая внимания на то, как с обоих сторон падали члены Ордена, застигнутые врасплох темнотой. Да, Юлиан все продумал — лишив света, он получил преимущество для своей армии для внезапных атак. Тени, сливаясь с темнотой нападали со спины, и наносили смертельные удары там, где их не ожидали.

Томас остановился, мы стояли как раз на том самом пригорке, где несколько минут назад был Юлиан. Оба запыхавшиеся от перебежек, но вместе, держась за руки. Наши переплетенные пальцы вспыхнули светом и по ним пробежалась череда молний, отчего я и Томас одновременно перевели на них взгляд. Повелителя теней не было видно, но мне пришла в голову неожиданная идея и теперь уже я сжала руку Томаса сильнее и призвала магию. Искорки молний стали собираться и скоро в наших руках появился клинок, искрящийся тысячами молний, изливающийся светом тысячи звезд.

И я переглянувшись с Томасом, подняла наши руки вверх, направив острие к небу. По лезвию клинка прошелся сильный энергетический разряд и я почувствовала вырывающуюся вверх силу. Я увидела ее. Прямой световой луч оторвался от острия клинка и вонзился в самое небо, уходя так глубоко, что конца его не было видно. И тут все небо озарила молния, сильная, яркая, ослепляющая. Ее отвлетвления разошлись в разные стороны, и молния начала свою игру, возвращая нам луч обратно. Разрывая небо каждые несколько секунд, она освещала все, а мы все еще держали поднятыми руки, радуясь и улыбаясь тому моменту, который принес нам столь желанный свет.

— Томас, — неожиданный голос за спиной заставил нас опустить руки и обернуться.

За спиной Томаса с широко раскрытыми глазами стояла Соломея, дрожащая от бившего ее озноба. За Соломее, так близко от нас, стоял тот, кого мы искали — Юлиан. Его меч насквозь прошел тонкое женское тело и из груди девушки торчало лишь окровавленное острие.

Но целью Повелителя теней была вовсе не юная целительница, он занес меч, воспользовавшись темнотой и своим внезапным появлением, за спиной Томаса. Девушка оказалась на пути в самый последний момент, закрыв его собой.

Дальнейшее происходило все как в тумане, резким движением Юлиан вытащил меч и тело Соломеи упало прямо в руки Томаса, который подхватил девушку под спину. Мужчина поняв, что момент упущен, развернулся, что бы побыстрее исчезнуть.

— Нет, нет, Соло, — охрипшим голосом прошептал Томас, падая и опуская еще живую целительницу себе на колени, придерживая ее ослабевшую голову. Из уголка губ девушки потекла струйка багровой крови, — лечи себя! Лечи! — его грудь разрывало чувство потери, ни в чем не повинной, ведь этот удар предназначался ему.

— Это невозможно, Томи, — надломленно прошептала Соломея, — живи ты…живи, любимый! — на последнем вздохе она коснулась его щеки и рука сорвалась вниз в предсмертном содрогании. Дыхание Соломеи остановилось и взгляд застелила пелена смерти.

— Цветочек…, - сдавленный гортанный рык вырвался из его горла и он прижал бездыханное тело к себе, не веря, что той самой девочки, которая лечила его раны, прячась с ним от Доминика, которую он любил, как младшую сестренку, больше нет.

Я рванула с места за Юлианом, достигая его уже внизу, у подножия холма.

— Юлиан, стой! — крикнула я решительно и взмахнула рукой. Перед Юлианом прямо из под земли поднялась стена, преграждая ему путь.

— Похоже путешествие пошло тебе на пользу, — стрельнул он в меня язвительным взглядом, — магия подчинилась тебе.

— Это сейчас не столь важно, — тяжело дыша ответила я, пытаясь справиться с волнением.

— Наоборот, Ева, — вдруг как-то вкрадчиво изменился его голос, — уникальный nebesis, Богиня, в армии Тудоров — это большая честь для меня.

— В армии Тудоров? — вдруг опешила я.

— А ты разве забыла, что дала клятву?

Я оторопела. Мне и в голову не могло придти, что он предъявит это мне сейчас, воспользуется своим правом…

— Ты не сможешь Ева, — снисходительно-шутливым тоном успокоил то ли меня, то ли себя, Юлиан, — принеся мне клятву на крови, ты не причинишь мне вреда, девочка.

— Ты обманул меня тогда. Сангетума больше нет. Это я тебе больше не подчиняюсь, Юлиан. Клятва была с условием, что мои друзья не пострадают. Проверим, работает ли она? — бросила вызов даже не сомневаясь, ведь теперь я верила в свою магию, верила в высшие силы, пославшие мне все эти испытания.

Юлиан скептически скривился, но поднял руки, жестом приглашая меня к началу.

И я не заставила себя ждать. Красные нити взметнулись с моего запястья широкой лентой и вцепились в запястье Юлиана мертвой хваткой.

Выражение его лица изменилось в доли секунды, оно побагровело, затем побелело, но под сверкание молний в темном небе был виден ужас, охвативший его.

— Страж? Ты — страж?

— Удивлен? Как видишь клятва разорвана.

Юлиан стал судорожно кромсать нити своим мечом, но тот проходил сквозь них. А потом с силой рванул нити на себя, пытаясь сбить меня с ног. Но и тут нити иллюзорно растянулись, подавляя силу рывка.

— Это еще не конец, — рявкнул Юлиан и вонзил меч в землю. Вокруг раздался вой теней и все до единой тени оторвались от своих противников, прерывая схватки и бросаясь на зов своего Повелителя. Ко мне со всех сторон стремительно приближался кошмар всей моей жизни — тысячная армия тварей, стягиваясь в кольцо окружения, готовая разорвать меня на кусочки за один только миг.

Рядом возник Томас, его горячие губы обожгли меня поцелуем, горячее дыхание вырвало клубочек пара из приоткрытого рта, глаза неистово блестели, полные решимости идти до конца.

— Люблю тебя! — быстро и с особой ноткой бесконечной нежности пробормотал он, его руки зажглись молниями и быстрее обычного сформировались в двуручные клинки. Развернувшись ко мне спиной, он рывком вогнал их в землю и расцепил пальцы — два острых лезвия остались в земле переливаться энергетическими разрядами. Преодолев диаметр расстояния и встал позади Юлиана, Томас проделал тоже самое с противоположной стороны, а потом на двух других сторонах, отметив таким образом четыре точки круга и вернулся ко мне.

— Дай мне руку, — и когда моя рука оказалась в его, положил вторую поверх клинков, замкнув тем самым сложную фигуру. Клинки на всех четырех сторонах вспыхнули светом и от них стали отделяться такие же клинки, клонируясь и создавая защитный барьер. Тонкой коркой света стал покрываться купол над нашими головами, заключая нас троих в закрытую зону, как раз в тот момент, когда первые тени уже приблизились. И отпрянули, энергия молний, по всей поверхности била разрядом каждую тень, коснувшуюся купола.

— Только ты и я! — повернулся Томас к Юлиану, снова формируя в руках клинки.

— Боюсь для этого Еве следует отпустить меня!

— Нет! — замотав головой откликнулась я, тревога разъедала мне сердце, совсем не так должно все быть. Совсем не так.

— Любимая, отпусти! — попросил меня Томас, но и тут я помотала головой. Беспокойство охватило меня до кончиков пальцев. Я знала, что это я должна остановить Юлиана, только я! — для меня это очень важно, прошу тебя!

Интонация его голоса перечеркнула все мои "нет". Он просил, просил так, словно это было целью всей его жизни, словно от этого зависело так много и так серьезно, что у меня просто не хватило духу сказать "нет" снова. И я отпустила.

Нити притянулись обратно ко мне и скрылись в запястье, только вот ритм сердца ни чуть не сбавился.

Рывок.

И они схлестнулись. Слезы застилали мне глаза и я плохо различала это противостояние. Бросок, удар, еще удар, уворот, прикрытие — все смешалось. Обернувшись на звуки за спиной, я увидела, что и по ту сторону от купола происходило сражение, вспышки магии огненной, воздушной и любой другой врезались в стены и отскакивали от них, словно молекулы с их силой отталкивания.

Сердце сжималось каждый раз, стоило Юлиану нанести удар посильнее и урвать момент. Страх за любимого все больше разгорался во мне и я стала незаметно для самой себя нашептывать обращение к высшим силам, как это было тогда, когда Фейерия заманила меня в ловушку. Это отвлекло от слез и потому, я ясно увидела, как в один момент из под Юлиана выползла тень, оказавшись за спиной Томаса подлым ударом вонзила свою руку ему в грудь и…

Мир померк перед глазами. Томас рухнул на колени перед ухмыляющимся Юлианом и поворотом головы, посмотрел на меня. Его взгляд доносил до меня лишь одно: "прости". Глаза потемнели и закрылись от меня уже насовсем. А я собрав в легкие все, что успела — закричала.

По моему велению, или по велению охватившего меня отчаяния, я то ли понимала, что делала, то ли нет, но я выпустила нити снова. Широкой лентой они обвили ноги Юлиана, обрезав ему путь к бегству. Его тень бросилась ко мне, но останавливать ее я не стала, наоборот, я жаждала момента, когда та запустит в меня свою черную руку. То было удивление Повелителя теней, когда его собственная тень была поглощена мной без остатка, а это означало лишь одно — ей больше не восстановиться, ни через день, ни через два! Никогда!

Стены купола начинали постепенно разрушаться, мелкими прорехами размыкая стянувшую их магию.

А я хотела лишь одного — уничтожить того, кто погубил мою жизнь, кто лишил меня моего Томаса. Я раскрыла запястье, призывая нити к неистовому потоку. Из запястья стали вырываться все новые и новые нити, пока их не стало с десятка два. И все они устремились к Юлиану, расширяясь, обматывая его с ног до головы, как мумию.

Я подошла ближе и с яростью посмотрела ему в глаза, вспоминая слова близняшек: "Лишь две силы, нити стража и твое поглощение, смогут уничтожить Повелителя теней. Нити стража заключат его в непроницаемый кокон, сдержат его власть над тенями на долгие-долгие годы. А твоя сила поглощения навсегда поглотит всю его сущность. Но вместе с этим ты примешь эту тьму в себя, чем очень рискуешь, так как любое зло не может бездействовать. Станешь ты для него погибелью или добычей — решать тебе".

А что мне остается решать? Оставить Юлиана во временном саркофаге, сдерживая его силу, чтобы он через несколько сотен лет снова обрел свободу? Или поглотить его силу и контролировать ее самой?

Я потеряла Томаса. Было ли мое решение разумным в тот момент? Трудно сказать, но я это сделала. Приложила два пальца к месту глазниц Юлиана и закрыла глаза. Меня переполняла боль, душила и клевала до крови своей беспощадностью. Я не стала делать это быстро, я растянула момент, медленно высасывая из Юлиана всю магию, вместе с его чернотой, до последней капельки. На секунду оторвала пальцы от глазниц, в сомнении раздумывая, выкачать ли из него и жизнь. Но мысль, что передо мной теперь обычный человек без магии и населяющего душу зла, все же опустила руку и разомкнула нити, бесшумно опавшие на землю.

Упала рядом с Томасом и приподняла его голову. Купола уже не было, тени зависли в воздухе недвижимо и безконтрольно.

Власть Юлиана померкла, больше некому было ими управлять и тени остолбенели.

А мне было уже все равно. Томас не дышал, в его груди зияла дыра, а я сидела рядом и молча глотала слезы. Мне больше не увидеть голубого небосвода в его глазах, не увидеть проплывающих в них облаков, не услышать нежного шепота и не почувствовать теплоту его рук и губ.

Вокруг меня собирались остатки Ордена.

— Почему? — шептала я, — за что все это?

— Все так и должно было быть, Ева! — мягкий женский голос раздался откуда-то со стороны, но я даже не обернулась. Хоть и узнала его.

— Пришла добить меня?

— Нет, — снова мягко отозвался голос, — у тебя остались вопросы, я пришла ответить на все.

— Нет у меня вопросов, — буркнула я, гладя Томаса по волосам, — забирай зачем пришла и уходи, оставьте меня с ним.

— Ты плюс, Ева, — не обращая внимание на мои слова, продолжил голос за спиной, — он — минус.

Я подняла голову. Передо мной стояла Фейерия, собственной персоной. Но было в ней что-то совсем другое, мягкость, сочувствие, доброта. Она совсем не походила на ту Фейерию, что знала я. Но я смотрела на нее отрешенным взглядом.

— Вы с Виттарионом приняли очень правильное решение, поместив меня в очиститель. Благодаря этому я вернулась обновленной, Ева и должна попросить у тебя прощения.

— За то, что погубили меня? За то, что Томас погиб из-за Вас? За то, что столько людей полегло из-за Ваших игр в судьбу?

— Что ты, — мягкость голоса ничуть не убавилось, — дело в том, что мира не добиться без жертв, — ее красивые полные губы дрогнули в улыбке, — весь мир построен на балансе сил. И если его нарушить…Не думай, что его нарушаем мы, нет. Его нарушают сами люди. Ошибками, обманами, своими преступлениями. Баланс сил нарушается и чаша весов медленно, но верно движется к краю. Чем больше зла, тем зло сильнее. И в один момент чаша переполняется и зло выходит на свободу. Так случилось и с вами. Высшие силы, видя к чему все идет, дали вашему миру шанс искупить это зло, путем борьбы за свою жизнь.

И вы победили, снова восстановив равновесие.

— А как же они? — я слушала внимательно, но меня переполняла злость и возмущение, за вмешательство в чужие жизни, за поломанные судьбы, за то, что уже не вернуть. Никогда.

— Это их судьбы, их жизни в обмен за вновь обретенное равновесие, — Фейерия с такой легкостью говорила о жертвах, что меня перекосило. Для высших сил мы всего лишь игрушки, которых можно направить, повернуть влево или вправо, дать в руки меч или лопату, послать друга или врага, наделить силой или отнять ее, — каждый плюс сопровождается минусом, Ева. Это сложный процесс существования баланса. Ты ведь, понимаешь, что его уже не вернуть.

Мысль пронеслась в голове безумной идеей.

— А если я нарушу ваш баланс?

— Что-то? — от неожиданности Фейерия стала заикаться.

Такого высшие силы ведь точно не предусмотрели?

— Вы оставляете мне безграничные силы Богини, как думаете на что я еще способна, являясь еще и стражем?

Глаза Фейерии широко раскрылись от удивления. И она уже явно смекнула, что можно сотворить с такой силой, потому что через секунду, она понимающе кивнула.

— Что ты предлагаешь?

— Дайте мне плюс — верните Томаса к жизни, я отдам вам вашу силу обратно — вот вам мой минус.

— Ты согласна на такой обмен? — Фейерия поразилась еще больше, — но в таком случае ты лишишься магии совсем, станешь обычным человеком, без…

— Я согласна! — прервала я ее.

— Ты поражаешь меня, Ева снова и снова, — задумчиво произнесла Фейерия, — но магия Богини стоит намного больше, чем жизнь одного мужчины. Да будет так. Дай мне руку.

И я протянула ее, вложив свою ладонь в руку Богини. В это же мгновение я мысленно прощалась с магией, ставшей уже частью меня.

Волны перекатывались внутри, то обдавая холодком, то жаля жаром, но я чувствовала, что они уходят из меня, как пусто становится внутри, кровь одиноко текла по венам больше не насыщаясь силой магии.

Фейерия уже почти отпустила мою руку, со словами: "Ну вот все и закончилось!", как что-то коснулось моей ладони, щекотнуло и прошло. Я сжала руку в кулак и притянула к груди.

— Теперь ты свободна от магии, Ева, — с неким облегчением вздохнула Фейерия, — возвращаю тебе твоего Томаса, надейся, что он будет любить тебя, как обычную девушку.

— Разве злорадство к лицу Богине? — спокойно парировала я, не сводя глаз с Томаса, щеки которого уже порозовели.

Мое сердце затрепетало. И сбилось с ритма, пропуская удары, стоило ему открыть глаза.

— Ева?

Слезы сами полились по щекам.

— Люблю тебя! — мой еле слышный шепот предназначался только ему.

Томас перевел взгляд на Фейерию, которая, глубоко вздохнув, расстаяла в дымке на глазах у всего Ордена.

Томас поднялся на ноги и с беспокойством всмотрелся в мое лицо.

— Почему ты плачешь? Где Юлиан? Что произошло?

— Ты вернулся ко мне, — улыбаясь своему счастью, ответила я, в попытке обнять его, но меня опередил Алан.

— Томас! Мы все это видели! — Алан заключил друга в объятия, — Ева отдала за тебя свои силы!

— Что? Ты это сделала? — Томас не верил своим ушам.

— Сделала, — равнодушно пожала я плечами, не жалея ни о чем, — и сделала бы снова. У меня есть самый сильный, самый лучший, самый любимый защитник, с которым мне ничего не страшно. К тому же Фейерия была так занята возвращением своих сил, что не заметила вот этого. И я распахнула кулак ладонью вверх.

— Ему как-то удалось проникнуть, пока Фейерия сохраняла со мной связь, — на ладони маленьким воздушным вихрем вился вьюнок, — все, что было я справедливо вернула.

— Он слишком привязался к тебе, — улыбнулся Томас, покручивая пальцем по направлению вихря, — это его решение стать с тобой одним целым. Пока в тебе сохранялась хоть крупица магии поглощения, он позволил себя поглотить. Он по праву твой. Как и я, — положив ладонь поверх моей, он замкнул наши пальцы, — Навсегда?

— Навсегда, — ответила я, глядя в глаза любимому.

Content

Ирина Вольная
НЕБЕСА. Между небом и землей

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая