Бекади Даниэла

Новая Лола

Фаворитка. Поломанные крылья книга 1

Даниэла Бекади, Лола Новая

Фаворитка. Поломанные крылья книга 1

Пролог.

Я стала для тебя той, кем хотел.

Себя я полностью тебе всю отдала.

Я не хотела, чтобы мною ты болел.

И не хотела, чтобы сжёг меня до тла.

Зачем дал крылья? Ведь нельзя летать.

Зачем они нужны? Сломай их лучше.

Зачем нам говорить? Ведь можно помолчать.

Я подожду, когда тебе со мною станет скучно.

Точно знаю, для тебя кусок я глины,

Из которого лепил все, что желал.

Я - фаворитка, твоя леди, твоя прима.

Но я не та, уж о которой ты мечтал.

Ты дал, но сам же все и отобрал.

Поднял, но опустил гораздо ниже.

Ведь до тебя во мне огонь пылал.

Теперь пустая я. Теперь я ненавижу.

( Даниэла Бекади. 5 июля. 2020 год. )

Стремительно выбегаю из дома, стирая на ходу кровь с лица и накидывая пальто цвета кофе с молоком на свои плечи. С нетерпением жду, когда передо мной, наконец, откроются металлические ворота, искусно выполненные в готическом стиле. Передвигаться быстро в кожаных ботфортах на высоких каблуках тяжело, но я бегу, сломя голову, к своей белой BMW, припаркованной возле дома, который больше напоминает мрачный замок, а как по мне, это логово хищного зверя или склеп, несмотря на внешние красоты.

Не сомневаюсь, что те, кто проходят мимо этой величественной постройки, восхищаются ей, превозносят, но никто из них никогда не узнает, какое уродство скрывается за внешней роскошью и лоском. Только оказавшись здесь, в салоне машины, я позволяю себе вздохнуть полной грудью и начать лихорадочно хватать ртом свежий морозный воздух, которого так не хватает. Несколько минут мне требуется для того, чтобы унять бешеную дрожь, что охватила все тело, и только потом трясущейся рукой открыть бардачок в попытке найти хоть что-нибудь, чем можно остановить кровь, которая не перестает хлестать из раны. К счастью мне повезло наткнуться на гипоаллергенные влажные салфетки, которыми я и обработала разбитые губы. Завела мотор, но понятия не имела, куда направлюсь. Вскоре решение само собой пришло на ум, и я с уверенностью ухватила руль двумя руками, нажимая на газ...

Дорога не заняла у меня много времени. Подъехав к большому многоэтажному торговому центру я припарковала авто и вышла, но не большое здание был моей целью. Так. Просто. Для отвода глаз. На самом деле я направлялась в кафе, с которого все и началось. Здесь меня искать не будут, ведь второй раз мой покровитель точно сюда не зайдет, потому что судьбоносная роковая встреча уже произошла. Теперь такого, как он, уже никакие случайные совершенно неожиданные обстоятельства не заставят посетить отвратительное по его мнению кафе. И плевать, что добираться до него прилично. Мне все равно. Для меня на данный момент это вовсе не проблема. Тем более, раньше мне так нравилось гулять, особенно зимой, ведь это мое любимое время года.

Жаль, что теперь нельзя этого делать. Вот так просто прогуливаться по знакомым улицам без его разрешения. Я была до ужаса наивна, когда подписала чертов контракт, убежденная отсутствием другого выбора, совершенно забыв, что выход есть всегда. Так глупо променяла свою свободу на мнимое благополучие, на красивую жизнь, богатство. Вот только, какой в этом толк? Если даже к любой вещи в доме мне нельзя прикасаться, пока он не даст своего позволения. Эта история уже дошла до полного абсурда. Нет, это больше чем абсурд. Я погибаю. Я медленно, но верно ломаюсь. Ломаюсь пополам. Прогибаюсь под него. Под его волю.

Я устала бороться. На это просто больше нет сил. Я с удовольствием продала бы сейчас душу дьяволу, лишь бы он освободил меня от этих пожизненных мучений. Только реальность показывает, что покровитель стал моим личным демоном, которому я продала свою душу. Добровольно и безвозвратно. Не хотела, но вместе с телом, кажется, лишилась и ее. Во мне больше ничего нет. Только пустота. От всех этих мыслей на глазах выступили слезы, из-за которых идти становилось еще тяжелее. Но стоило мне устремить свой взор вперед, я осознала, что добралась до заветного места, да так быстро, что даже сама этого не заметила.

Несильно толкнула пошарпанную дверь, которую уже давно нужно было сменить на новую, и прошла внутрь. В нос тут же ударил до боли знакомый запах, отдающийся болезненными отголосками во всем моем израненном теле, несмотря на внешний лоск. С того момента, как я уволилась отсюда "по собственному желанию", прошел целый год. Казалось бы, мало, здесь даже персонал остался почти тот же, а про мебель и ремонт я вообще умолчу. Вот только люди, работающие здесь, меня совершенно не узнают, а может, просто делают вид. Простые госслужащие, ничем не примечательные, можно сказать серая масса, которая заполонила зал, чтобы скорее пообедать, а затем снова взяться за работу с новыми силами, смотрели на меня, как на диковинку или сумасшедшую.

По взглядам было видно, они не могли понять, что я здесь делаю? Ухоженная, с легким дневным макияжем, аккуратной укладкой, в кожаных ботфортах, с ролексами на руках и в дорогом кашемировом пальто. И я их, честно говоря, понимаю, ведь, когда мой будущий покровитель вошел в кафе, заполоняя пространство аурой роскоши и любви к деньгам, удивление первым отразилось на моем лице. Не верила, что мужчина, образ которого должен печататься лишь в глянцевых журналах намеревался стать посетителем этого захудалого заведения.

Чем дольше я находилась здесь, тем сильнее меня захлестывали воспоминания. То и дело, перед глазами воссоздавались картинки из прошлого, где я была такой юной, невинной, наивной девушкой, которая погрязла в нищете до такой степени, что просто уже не знала, как из нее выбираться. Да, я выглядела ужасно из-за частых голодовок и недосыпа. Да, у меня не было хорошей одежды, как и надежд на светлое будущее, но в то время я обладала самым дорогим, что может быть у человека. Свобода.

Я не могу сказать, что была счастлива, но могла управлять своей жизнью сама, а не быть тряпичной куколкой в руках у зверя. Я могла бы со временем найти более высокооплачиваемую работу, и, наверняка, встретила бы мужчину, который надел бы кольцо на безымянный палец со словами «люблю». И тогда я создала бы семью, родила детей...

Все было бы, как у всех. Теперь же я лишилась такой возможности. По собственной глупости и слабости. Этого у меня уже никогда не будет, ведь я согласилась в тот самый злополучный день стать пленницей, рабыней, чужой собственностью...

От моего покровителя никуда не сбежишь и нигде не скроешься. Помощи ждать бесполезно. Я одна. Совсем одна…

Долгое нахождение в кафе приводило к отчаянию, которое накрывало меня с головой, поднимаясь из глубин и напоминая о том, что бежать некуда, а за такую выходку ещё придется поплатиться. Интересно, что же он уготовит мне в этот раз? Какое наказание придумает?

Когда я поняла, что находиться в заведении больше не имеет никакого смысла, расплатилась за кофе, к которому даже не притронулись, и снова вышла на воздух. Было холодно, но я почему-то не мерзла. Хотя была одета легко. Тонкое в бельевом стиле платье, кожаные ботфорты, а сверху пальто. Не было ни шарфа, ни перчаток, ни головного убора. И я не мерзла, догадываясь, почему. Постепенно я превращаюсь в льдинку, красивую, но холодную. Ту, что превращается в статую, оплетенную красивыми узорами. Нет, мне не холодно снаружи, но мне холодно внутри, где-то в области сердца. Моя душа с каждым днём замерзает все сильнее, мне не хочется этого осознавать, но, кажется, я становлюсь похожа на своего покровителя. Такая же роскошная с виду, и неживая, мертвая внутри. Нет, я не умираю. Я уже погибла...

Только я собиралась завернуть за угол, как кто-то схватил меня за локоть, но не больно, а так, словно пытался поддержать при падении. Я обернулась, и дыхание перехватило, а сердце начало биться в удвоенном ритме. Это же он! Черт это он! Я так надеялась, что больше никогда не увижу этих глаз. Провела с ним всего одну прекрасную ночь, которую вспоминала, когда было плохо, и страдания пожирали душу. Лелеяла эти воспоминания. Но знала, что события, скрытые покровом ночи, никогда не повторятся, а значит, для себя уже решила, эта история будет закончена, даже не начавшись толком. Он не позволит. Мой покровитель убьет и его, и меня, если узнает о моем проступке. По договору я не имею права даже говорить с посторонними мужчинами без его разрешения, не то, что спать.

- Как ты меня нашел? Ты что следишь за мной?! Отпусти! Я просила, больше не появляться в моей жизни! - Пыталась говорить, как можно спокойнее и строже, но голос предательски дрожал, сдавая меня со всеми потрохами.

- Нам нужно поговорить. Срочно. Прошу, это не займет много времени. Обещаю. - Произнес Ян, да, кажется, так зовут этого мужчину, который, сам того не ведая, подарил самую прекрасную ночь в моей жизни. То время, о котором мне хотелось вспоминать снова и снова, но обстоятельства вынуждали забыть, словно это был какой-то кошмар.

- Я не собираюсь с тобой разговаривать. Прошу, оставь меня! Нас могут увидеть, и тогда... - Тут же осеклась, понимая, что говорю совершенно не нужные слова, и об этом нужно молчать. В принципе, мне вообще необходимо держать рот закрытым большую часть времени, таков приказ моего покровителя, и я не имею права нарушить или хотя бы попытаться оспорить его желание.

Не дожидаясь дальнейших реплик, отдернула свою руку и пустилась прочь, но услышала то, что заставило меня остановиться.

- Я знаю, что на самом деле тебя зовут Виктория! Я все о тебе знаю!

Теперь мне стало по-настоящему страшно. Я не знала, что делать, как себя сейчас вести, и самое парадоксальное то, что мне приходится бежать от мужчины, с которым бы хотелось остаться. Не на ночь, а уже навсегда. Но сейчас я была в таком состоянии, что уже не соображала, где правда, а где ложь. Ведь мой покровитель предупреждал, что я не могу никому доверять. НИКОМУ.

- Не подходи, иначе я позвоню ему. - Шиплю уже яростно, ведь в большинстве случаев лучшая защита - это нападение.

- Я всего лишь хочу раскрыть тебе глаза на этого человека. Я хочу спасти тебя. Я знаю, что ты ему ни какая ни жена и даже ни любовница. Ты - его собственность. Я, правда, хочу тебя спасти. Поверь мне, он страшный человек. Это все может плохо кончиться. -Говорил он взволнованно, а в глазах была такая тревога, перемешанная с заботой, что я купилась. Ведь мне так не хватало человека, который защитил бы меня.

- Почему я должна верить тебе на слово? - Произнесла почти шёпотом, точно зная, что это моя последняя попытка. Попытка воспротивиться.

- А я и не говорил, что ты должна поверить мне на слово. У меня есть все доказательства. Именно об этом я и хотел поговорить. Предоставить их тебе. - И не дождавшись моего ответа, Ян взял меня бережно за руку и повел в неизвестном направлении.

В этот момент я настолько разочаровалась в себе и своей жизни, что мне уже было совершенно не страшно. Не страшно даже потерять свою жизнь, если ты безвольная рабыня. Я понимала, что скорее всего покровитель меня уже ищет, но почему-то рядом с Яном мне не страшно. Я чувствую себя в безопасности. Защищённой.

Наконец, мы дошли до какого-то старого подъезда. В голове было куча вопросов, но я молча следовала за этим мужчиной, ведь он единственный, кто сможет мне помочь. Кто знает, в каком я положении. Кто знает настоящего покровителя, а не личность в маске.

Ян открыл дверь, судя по всему, своей квартиры и завел меня внутрь. В глаза мгновенно бросилось отсутствие ремонта и уборки, будто мужчина и вовсе не жил здесь. Словно помещение заброшено. Если сказать грубо, то я оказалась в бомжатнике. Видимо, все мои эмоции отразились на лице, потому что в следующее мгновение Ян произнес:

- Проходи. Располагайся. Конечно, не шик-модерн, - он развел руки в стороны, тяжело вздыхая, - но для временно жилья вполне сойдёт. Я снимаю эту квартиру. Я не ее владелец.

- Ясно. - Произнесла со вздохом и направилась в первую попавшуюся комнату, даже не сняв обувь. Передо мной предстало пространство с одним единственным окном старого образца, небольшим деревянным столом и всего двумя стульями, плитой, раковиной и холодильником. Кухня. Находится здесь было, как минимум, неприятно, но я взяла себя в руки и все-таки села за стул, с нетерпением дожидаясь того момента, когда Ян, наконец, раскроет все карты. Все тайны. Поверить не могу, что так изменилась. От этого осознания становится противно, ведь раньше я жила ещё хуже. Моя комнатушка в общаге была намного ужаснее, чем эта квартира, и раньше все в ней меня устраивало. Теперь же я брезгливо осматривала кухню и положила руки на колени, не желая ни к чему прикасаться.

- На. Смотри. И читай внимательно. - Произнес как-то отстраненно Ян, но не переставал буравить меня взглядом.

Я последовала его указанию и открыла папку, которую мужчина принес из другой комнаты. Кажется, она была единственной новой вещью в квартире, отличаясь яркостью, ведь все остальное было ужасно блеклым и пошарпанным. Я внимательно вглядывалась в каждый предоставленный мне текст и фотографии. Слезы наворачивались на глаза, а тело снова затрясло, будто в лихорадке. Сердце то сжималось, то билось в удвоенном ритме. Не знаю, как это случилось, но вскоре я почувствовала, что мне стало совсем дурно, перед глазами потемнело, а телом овладела слабость. Последнее, что я почувствовала, это то, как сильные руки подхватили меня, не дав грохнуться на пол.

Я долго не могла прийти в себя, а когда, наконец, очнулась, увидела, что нахожусь уже не в кухне, а в гостиной на диване. Старом, будто из шестидесятых годов. Здесь все было из того времени. Ян заботливо поднес воду к моим губам, и я с жадностью начала осушать бокал. К счастью совершенно новый и чистый. Правда никак не хотела укладываться в голове. Мне до сегодняшнего дня было страшно находиться рядом со своим покровителем, а теперь я подавно не знала, что мне делать, как выбираться из этого дерьма. И снова все мои эмоции отразились на лице. Именно из-за этого мой покровитель читает меня, как открытую книгу. И Яну тоже не составило большого труда. До меня словно эхом донеслись его слова:

- Теперь ты знаешь всю правду. И о себе. И об этом человеке. Не переживай я помогу тебе. Только ты должна делать так, как я скажу. – Осторожно произнес Ян.

- Я и не умею по-другому. Все, что я умею это делать так, как требует того мой покровитель. - Произнесла с иронией. Горько. На душе стало тошно и больно.

- Держи. - Сказал Ян и что-то вложил в мою руку. Тело после обморока не отпустило, поэтому я с трудом могла сконцентрироваться.

- Что это? – Пролепетала, глядя на вещь, вложенную в ладонь.

- Это твой телефон. Единственный источник связи со мной. Именно поэтому ты должна его спрятать так, чтоб никто и нигде не смог его найти. Ты поняла меня?! - Спросил очень строго Ян и потряс меня за плечи.

- Да. - Произнесла еле слышно, так как дышать становилось все сложнее и сложнее. Страх охватывал постепенно каждую клеточку тела. Только теперь после тайн, что раскрылись спустя год, я почувствовала жуткую боязнь. Тот страх, что проникал под кожу и заставлял дрожать, словно листик на ветру. До этой правды было тошно, а теперь... Теперь я даже не знала, что будет завтра. Как мне дальше жить...

- Мне пора. - Сказала с сожалением я и, наконец, позволила себе рассмотреть, как следует Яна, ведь до этого видела его только в полумраке.

- Я знаю. Держи. – Привел в чувство голос мужчины. - Запоминай. Это мой номер. Ты должна выучить его наизусть. Прямо здесь и сейчас. Иначе, все это было зря. – Продолжил Ян твердо, требовательно и с напором.

- А нельзя его вбить в контакты здесь? – Подняла телефон, который он дал мне, наивно полагая, что ничего страшного в этом нет.

- Нет. Нельзя. Это слишком опасно. Мы не можем так рисковать. Если у тебя и найдут телефон, то зацепок никаких отыскать не смогут. - Пояснил Ян. - И да, каждый раз не забывай удалять все.

- Хорошо. Обещаю. Спасибо тебе и ... - Хотела поблагодарить этого мужчину, что раскрыл мне глаза на все происходящее у меня перед носом, но тщательно скрытое, только Ян перебил меня.

- Не сейчас. Тебе пора идти. Ты запомнила номер? – Казалось, это единственное, что интересовала его в этот момент, хотя по взгляду было ясно, что он пытается быть собранным спокойным и хладнокровным, но это маска. Я чувствовала, что внутри него происходит тот же самый переворот, который и мне разрывал душу.

- Да. Я запомнила. Прощай. - Пролепетала я и стремительно покинула его квартиру, в которой, несмотря на убогость, хотелось остаться, а не жить в этом холодном, мрачном, роскошном доме, где дрожь пробирает до костей и отсутствует даже всякий намек на освещение.

Перед уходом я взглянула на окна и увидела, что Ян провожал меня взглядом, от которого стало как-то тепло, несмотря на всю ситуацию в целом. Этим взглядом он обещал меня защитить. Им он обещал меня спасти... Кажется, неожиданно для нас обоих, мужчина произнес почти одними губами, но я услышала.

- Не забывай о значении своего имени. Виктория, значит, победа. Ты должна бороться. Бороться до конца...

- Победительница. - Повторила я за ним и ушла прочь, скрываясь в незнакомых улицах. Хорошо, что дорогу запомнила.

Уже вовсю властвовал вечер. Солнце давно исчезло. Повсюду мерцали огни. Я, наконец, дошла до того самого торгового центра, возле которого и оставила машину. Почти добралась до нее, как вдруг кто-то сзади схватил меня, зажал рот мощной рукой, а затем мой мир погрузился в бездну, необратимую глубину. Я ничего не видела, не слышала, не чувствовала. Казалось, даже не дышала.

Очнулась в каком-то темном помещении, похожем на комнату пыток, где свет дарила всего одна лампочка. Я не была привязана, но тело настолько ослабло и стало ватным, что у меня даже не было сил пошевелиться. Не было сил поднять голову и как следует оглядеться по сторонам, чтобы узнать, где я, и кто это сделал со мной. Единственное, что я делала, это повторяла номер, как мантру. Молилась богу, чтобы он не вылетел из моей головы. К счастью, я помнила каждую цифру.

Вдруг из темноты показался силуэт. Я узнала его по шагам и энергетике. Это он. Мой покровитель. Мужчина подходил не спеша. Его шаги отдавались эхом в голове. Сердце стало бешено биться. Казалось, что кислород больше не поступает в легкие, потому что я забыла, как дышать. Он приблизился и схватил меня за подбородок, подняв голову и заставляя смотреть ему прямо в глаза. Даже не произнес ни одного слова, просто посмотрел очень внимательно, как делал всегда, будто в самую душу, а затем ударил по щеке так стильно, что моя голова откинулась в сторону.

Сразу почувствовала головокружение и металлический привкус крови во рту, к чему я уже успела привыкнуть за все это время. Вот только раньше всё было не так, как сейчас. В этот момент, будто все маски отлетели в сторону, и я увидела все в другом свете. Вот он. Мой монстр. Мой дьявол. Он пришел, чтобы пролить кровь. Мою кровь. Сейчас он за все меня накажет. Я ожидала очередного удара, но его не последовало. Мужчина погладил по щеке осторожно, а затем с такой силой схватил меня за волосы, что я громко вскрикнула.

- Смотри сюда! Сука! Не отрывая глаз. - Послышалось его злобное рычание. Нет, он точно не человек. Дьявол во плоти.

Я с большим усилием подняла голову. Делала все, чтобы держать ее ровно. Я боялась его. Боялась, что сделает хуже, чем обычно. Перед глазами появился планшет с каким-то видео. Все плыло. Я пыталась взять себя в руки. Через несколько секунд все-таки мне удалось. Я начала вглядываться в экран. И увидела настоящий ужас. Запись сменялась новой записью. Следующая была гораздо отвратительной и ужасающей предыдущей. На этих видео людей жестоко мучили, избивали чуть ли не до смерти, некоторых поджигали заживо, отрезали кожу лица и близким планом показывали человек, подвергшегося пыткам.

Я еле сдерживала рвотные позывы, и слезы, что готовы были вот-вот хлынуть из глаз. Значит, Ян не обманул меня. Все это время я жила со страшным человеком. Занималась сексом со страшным человеком, доверилась ужасной личности, успела привыкнуть у нему, к мужчине, что стал моим покровителем, моим господином, а я его любимой игрушкой, избранной, фавориткой.

Вскоре он убрал планшет, и я поняла, что просмотров достаточно, но я не знала, чего ждать дальше. С замиранием сердца смотрела на него, не отрывая своих глаз. Пыталась задобрить зверя, ведь знаю, что он любит, когда я смотрю ему в глаза. Единственная, кто не боится этого делать.

- Я не знаю, где ты шлялась сегодня и с кем. Было ли это намеренно или случайно. Считай, этот случай исчерпан, и такого больше не повторится, а знаешь, почему? - Отчеканил каждое слово мужчина.

- Почему? - Произнесла я почти шёпотом, при этом губы предательски дрожали.

- Потому что теперь ты знаешь, что я делаю с теми, кто меня предает. - Сказал он, а затем ухмыльнулся. Злобно, яростно.

Мужчина максимально приблизился, и я непроизвольно сжалась, зажмурившись в ожидании удара, но его не последовало, зато снова раздался голос над самым ухом. От него я задрожала ещё сильнее. Паника. Меня всю в этот момент охватила паника. Она проникла в каждую клетку, заставив нервно подрагивать и дышать через раз.

- Да. Я люблю твой страх, моя девочка. Ты должна меня боятся. И слушаться. Ведь так?

- Да. - Согласилась с ним, ведь это, действительно, правда. Я на это подписалась ещё год назад. Слушаться и подчиняться.

Этот мужчина питался моими эмоциями, причем любыми, высасывал каждую из них, оставляя пустоту после себя. Он делал меня безвольной куклой. Пустышкой. Он почти меня сломал. Осталось совсем немного. В следующее мгновение мой покровитель присел передо мной на корточки, открывая вид на свое лицо. Такое строгое, совершенное, брутальное. Его пальцы осторожно, обманчиво нежно, начали гладить меня по лицу, медленно подбираясь к губам, его любимой части. Именно на них он любит оставлять свои метки. Бьёт меня именно по ним. Вот и сейчас удар пришелся снова в это место.

Кровь, что лилась по подбородку и шее, засохла, но на самой ране нет. Большим пальцем руки он дотронулся до раны, собрал им оставшуюся кровь и поднес к своим губам. Облизнул, словно для него моя кровь была самым любимым лакомством. Меня снова начало тошнить. Этот жест выглядел пугающе. Может быть для него и дьявольски порочно, но для меня отвратительно и совершенно не возбуждающе. Мой покровитель ухмыльнулся, а затем снова поднялся на ноги. Послышался звук отстегивающейся пряжки, и я поняла, что он собирается делать.

- Продолжай. - Произнес он совершенно обыденным тоном, будто мы находились не в комнате, похожей на помещение, для пыток, а в спальне. Словно он меня не бил и не угрожал, а ласкал и покрывал поцелуем каждую часть тела. Я испуганно подняла на него глаза. Дрожащими губами и таким же голосом произнесла:

- Что, прямо сейчас?

-Да. А что тебя так удивляет? Думаю, мои люди ударили тебя не настолько сильно по голове, чтобы ты могла забыть о том, что должна удовлетворять меня в любое время суток. Тогда, когда я пожелаю. И сейчас я желаю тебя. Открой ротик. - Произнес полу шутливо, полу грозно мой покровитель, и мне ничего не оставалось, кроме исполнения его приказа. Его пожелание, ведь оно для меня подобно закону. Его возбуждённая каменная плоть нетерпеливо ворвалась в рот, заполнив его до предела. Мужчина взял меня за волосы, намотав их на кулак, и хрипло застонал, когда стал вдалбливаться в мой рот на всю длину мужского достоинства. И ему было наплевать, что я стала задыхаться, а из глаз полились слезы, обжигая лицо...

Глава 1.

Тусклый свет пробрался через старые окна в маленькую комнатушку общежития. Девушка, находившаяся в ней, проснулась и откинула колючее одеяло, которое уже успело исцарапать нежную кожу лишь потому, что на нём отсутствовал пододеяльник. К сожалению, денег в этом месяце не хватило на новое постельное белье, хотя предыдущее уже испортилось, и его можно было только пустить на тряпки. В нос тут же ударил мерзкий запах, распространившийся по всему помещению.  Сложно было определить, чем пахнет. Скорее всего соседи в очередной раз подкинули под дверь бедняжки свой мусор, или же решили поэкспериментировать и приготовить специфические блюда из испорченных продуктов, что тоже случалось не впервой.

Девушка, поморщив свой аккуратный прямой носик, подошла к окну и распахнула его, чтобы этот мерзкий запах поскорее выветрился, но она знала, что даже после тщательного проветривания в комнате будет пахнуть крайне неприятно. Сыростью, плесенью, ржавчиной, в общем, всем старым. Тем, что пропитало стены, ткани, мебель, матрас. Въелось с такой силой, что никакая уборка не поможет. Не спасет и постоянное поддержание чистоты, потому что не все жильцы общежития были на такое способны. Этот запах не покидал девушку. Она постоянно чувствовала его. Везде. Да, кажется, именно такой запах имеет нищета.

Юная особа принюхалась к своей заношенной пижаме и поняла, что та уже успела впитать в себя этот едкий, противный амбре. Немедленно сняла ее со своего тощего тела и отбросила в сторону. Поежилась, все тело моментально покрылось мурашками, ведь на дворе стояла холодная, жестокая зима, а ее маленькая комнатушка, естественно, никак не отапливалась. Девушка направилась к маленькому комоду, где умещались все ее вещи, как летние, так и зимние. Она невольно остановилась возле зеркала, и обладательница отражения так и не смогла разглядеть в нем ничего хорошего.

Блеклые и потерявшие всякий блеск, волосы, впалые щеки, и до неприличия огромные, темные круги под глазами. Они занимали чуть ли не часть ее маленького личика, а потрескавшиеся, пересохшие губы казались абсолютно безжизненными. С отсутствием даже самого малого намека на природный красивый и сочный окрас. Большие глаза, окантованные длинными ресницами выглядели огромными на ее худом лице. Бледный оттенок кожи был настолько светлым, что казалось, будто в отражении она смотрит не на саму себя, а на какой-то ходячий труп. Куда бы не направила свой взор, отовсюду торчали кости, и ей не хотелось продолжать это псевдо любование.

Девушка внимательно посмотрела на ребра, которые ещё вчера казались ей сносными, а сегодня выпирали больше, будто за ночь она скинула ещё, как минимум, три кило. Тряхнув головой, юное создание закусило свои губы, чтобы не расплакаться, и все-таки добралось до комода, из которого вытащило свитер и теплые брюки, которые более-менее нормально смотрелись на ее тощем теле. Вроде бы она работала, вроде бы уже, как два года, не жила в этом аду под названием «детский дом», но казалось, даже там девушка не выглядела настолько плохо, как сейчас. Ее мизерной зарплаты хватало только на самое необходимое, хотя иногда приходилось экономить и на нужном. Конечно, ей платили бы больше в кафе-баре, где она работала вот уже почти год простой официанткой, но только в том случае, если бы девушка оставалась работать ночью, обслуживая пьяных мужиков. Но она всегда отказывалась, предпочитая не всегда быть сытой, зато чувствовать себя в полной безопасности. Ведь она знала, что ночью, пребывая в компании пьяных мужчин, с ней может произойти все, что угодно. Над ее молодым, нетронутым и невинным телом запросто могли бы надругаться, что сломало бы Викторию в одночасье.

Нет, она никогда не допустила бы такого исхода событий. Девушка решила, что будет ждать своего единственного и неповторимого, которому и решится подарить девственность. Поэтому весь день Виктория обслуживала посетителей в простом, даже можно сказать, захудалом кафе, а вечерами гуляла по знакомым улицам и читала книги, спасаясь от своего одиночества. Ведь у нее никого не было. Не было ни семьи, ни друзей, ни даже дальних родственников. Одна. Совсем одна.

Выживала, как могла, и не ломалась, но чувствовала, что постепенно силы сходят на нет. Ее угнетала эта бедность, которая затягивала неумолимо, жестоко, не оставляя ни малейшего шанса на спасение. Чем больше Виктория пыталась из нее выбираться, тем сильнее нищета поглощала, как мерзкое поганое болото, из которого, как она думала, уже никогда не выбраться. Девушку убивало и одиночество. Она прекрасно понимала, что не может ни к кому обратиться, ее некому защитить. От осознания своей беспомощности, беззащитности и слабости становилось больно и тошно, но Виктория, как могла, пыталась не заострять свое внимание на этом. Жила, как жила, и уже давно со всем смирилась. Но на душе легче от этого, к сожалению, не становилось.

Девушка не сразу смогла взять себя в руки после этих гнетущих мыслей, но все же у нее получилось. Натянув на себя одежду, Виктория подошла к холодильнику, которому уже давно нужно было отправиться на металлолом или же на свалку, но он все еще присутствовал в ее малюсенькой комнатушке, потому что возможности приобрести другой, более продвинутый, не было. Открыла дверцу и внимательно оглядела его содержимое. Там был только пустой суп и два йогурта, которые девушка купила вчера, чтобы хоть чем-то побаловать себя на завтрак. Достала их и стала есть с большим аппетитом и улыбкой на лице. В голове Виктории крутились мысли о том, что она, наконец-то, съела хоть что-то вкусное. Девушка опустошила содержимое маленьких пластиковых стаканчиков в обертке и отправила их в мусорное ведро. Накинув на себя легкую курточку, которая для такой суровой зимы точно не подходила, хотя бы потому, что была больше предназначена для теплой осени, но деваться бедняжке было некуда.

Цены в магазинах были просто бешеные, что даже на распродаже девушка не могла подобрать себе то, что имело бы приемлемую и доступную цену. В основном все ее вещи были с детдомовских времен, но Виктория никогда не жаловалась на свою судьбу, не унывала по такому поводу и всегда успокаивала себя тем, что и на ее улице когда-нибудь наступит праздник. Но чем больше проходило времени, тем меньше в это верилось. Девушка относилась к жизни достаточно серьезно, не витала в облаках, не носила розовых очков, рассуждала всегда трезво. Но все-таки иногда после прочтения какого-нибудь очередного любовного романа она позволяла себе немного помечтать о своем принце, который, наверняка, уже ее ищет и скоро спасет, стоит только немного подождать. Только с наступлением утра чудо не происходило, и настроение, конечно, же портилось. День сменялся новым днем. Работа, работа, и опять работа, а по вечером книги и прогулки. Когда становилось совсем плохо, беззвучные рыдания в подушку. Плакать тихо-тихо, чтобы никто не услышал, превратилось для девушки со временем в целое искусство. А потом снова наступал новый день без всяких перемен и надежд....

Виктория заперла квартиру на все замки. Это стало за время проживания в общаге целым обрядом, привычкой, ведь, когда однажды девушка впопыхах совершенно случайно забыла закрыть свою маленькую комнатушку, к вечеру ее ждал крайне неприятный сюрприз в виде соседа алкаша, который будучи в нетрезвом состоянии выпроводил ее из собственного жилья, устроив посиделки с собутыльниками, и бедной девушке ничего не осталось, кроме ночевки прямо в длинном коридоре здания. Поэтому теперь Виктория относилась к этому с особой серьезностью. Даже когда опаздывала на работу, никогда не забывала проверять, закрыла ли дверь на замки.

Спустившись по лестнице, усыпанной бутылками из-под водки и шприцами, девушка зажала нос рукой, чтобы не вдыхать этого мерзкого запаха в легкие, настолько противного, что казалось, ужасней него нет. Оказавшись, наконец, на улице поежилась. Было дико холодно, к тому же дул зябкий и пробирающий до костей ветер. Виктория, немного привыкнув к такому холоду, продолжила свой путь на работу, сильнее укутав маленькое личико в теплый шарф, который для нее однажды связала нянечка в детском доме. Наверное, единственный человек, который когда-либо о ней заботился. Только благодаря этой женщине пребывание в том аду не казалось таким уж ужасным, а было более-менее сносным. Девушка никогда не могла вспоминать о своем прошлом без слез. Сказать, что было сложно, это ничего не сказать.

За каждый кусок хлеба или тарелку супа приходилось чуть ли не драться. Сама по себе Виктория была очень спокойной, романтичной, тихой и покладистой девушкой, но детдом научил ее стоять за себя, показал, что значит быть сильной, не сдаваться, не унывать, стоять на своем. Ведь очень часто те, кто были сильнее заставляли воровать тех, кто слабее, применяя угрозы и другие жестокие методы. Поэтому Виктории стоило больших усилий не испортиться в этом ужасном месте, не потерять себя, не стать какой-нибудь шалавой, алкашкой, наркоманкой или просто моральным уродом с больной психикой. Но она смогла, выстояла, и думала, что самое худшее время в жизни позади и теперь ее ждет только светлая полоса. Но, как же она ошибалась....

Девушка спросила который час у прохожего, ведь своего телефона у нее не было, давно сломался, а услышав ответ ужаснулась. Опять могла опоздать, поэтому прибавила шаг на столько, настолько это было возможно. День прошел без происшествий, Виктория, как всегда, блестяще отработала свою смену и, получив заработок, отправилась уже было домой, но, к счастью, вспомнила, что дома ее опять ждет пустой холодильник, который нужно забить хоть чем-нибудь съедобным. Девушка, больше не теряя ни секунды на раздумья, отправилась в ближайший супермаркет, но снова была шокирована ценами, которые росли не по дням, а уже, кажется, по часам. Посчитав свою сегодняшнюю выручку, Вика поняла, что побаловать в этот день себя чем-нибудь вкусненьким, не удастся. Купив все самое необходимое, девушка отправилась домой, но не упустила прекрасной возможности немного прогуляться, ведь вечер, уже можно сказать, ночь была чудесной. Холодной, но красивой, чарующей.

Не успела завернуть за знакомый переулок, ведущий прямо к самому дому, как некто, хотя, нет, их, кажется, было двое, схватили девушку и прижали к стене. Вика даже не успела позвать на помощь, потому что два уличных бандита крепко накрепко зажали ее рот рукой и стали грубо шарить по ее хрупкому телу, но что они пытались найти? Ведь у нее у самой нет ничего за душой, и если бы у девушки отсутствовала совесть, как у двух этих отморозков, то, наверняка, она бы тоже стала воровкой и убийцей.

- Открой свой рюкзак! – Пугающе прозвучал хриплый голос одного из бандитов.

- Пожалуйста. - Пролепетала Вика, выполнив приказ.

Бандиты ухмыльнулись, переглянулись между собой и с озорным блеском в глазах стали лазить в ее стареньком рюкзачке, где была лишь любимая книга девушки, которую она перечитывала много раз, и рабочая форма, которую Вика планировала постирать, ведь дома ее ждала еще и "ароматная пижама".

- Куртку, сука, расстегни. - Пробурчал второй из напавших.

Викторию охватила паника. Девушка испугалась, но не падала виду и сделала так, как того требовали два здоровых мужика, а параллельно лихорадочно обдумывала, как выбраться из сложившейся ситуации. Но, как назло, решение на ум не приходило. Тогда девушка стала медленно подбираться к своему карману, в котором на всякий случай носила складной нож, но ужаснулась, когда обнаружила, что забыла его дома. От досады слезы наворачивались на глазах, но девушка сдерживала их как могла, во-первых, потому что знала, этим еще больше разозлит бандитов, а во-вторых, ей просто не хотелось показывать свою слабость им, каким-то уличным отморозкам, ублюдкам.

Два грубых мужлана лазили в ее куртке и штанах так, будто сейчас она стояла не в своей одежде, а в их. Так нагло, словно Виктория взяла чужое, но ей приходилось терпеть и молчать.

- Что будем делать? Она пустая. - Недовольным тоном спросил один из бандитов и сплюнул прямо около ее заношенных угг, еще немного и попал бы. Тут Виктория не выдержала и стала молить отпустить ее, обещая, что никому ничего не расскажет, клялась, что ничего ценного у нее нет и быть не может, потому что нищая, но, кажется, эти двое ее вовсе не слушали, а только ухмылялись. Теперь свое внимание они переключили на саму девушку. На лицо. На тощую фигурку.

- А если присмотреться, она даже ничего. Сдадим ее в бордель, там из нее конфетку сделают, ох и развлечемся... - Мечтательно произнес обладатель мерзкого и до дрожи хриплого голоса.

- Но он же девок только по субботам принимает, в остальные дни его беспокоить нельзя, бессмысленно. - Выдал на эмоциях второй.

- Точно. Как же мы тогда с тобой поступим, а, маленькая сука? - Говорил с нездоровым блеском в глазах первый, но обращался с вопросом явно не к ней. Он думал. Думал, как лучше всего вывернуть эту ситуацию, чтобы остаться в выигрыше, и одновременно стал водить остриём ножа по ее нежной коже, от чего девушка боялась даже сглотнуть противный ком, образовавшийся в горле от ужасного страха.

- В общем так. Через два дня мы забираем тебя и сдаём в бордель. Будешь сопротивляться, убьем и даже глазом не моргнем. К ментам обращаться бесполезно, ты даже представить себе не можешь, какие люди нас крышуют, и делают это, кстати, очень хорошо, так что не думай о глупостях, нам-то, сама понимаешь, одной мертвой девкой больше, одной меньше, все равно, а вот ты если будешь умницей, сохранишь себе жизнь. Так что не делай глупостей. Ты поняла?! - Говорил все это время шёпотом мужчина с устрашающим голосом, но на последнем слове все-таки сорвался на крик, от которого у Виктории участился пульс, а в ушах зазвенело.

Ей ничего не осталось кроме как дрожащим голосом произнести:

- Х-х-хорошо.

- Вот и отлично. - Отчеканили каждое слово бандюги. Виктория думала, что их неприятный разговор, наконец, окончен. Но не тут то было, потому что в следующее мгновение они схватили ее за шиворот. Один из ублюдков приторно вежливым тоном, в котором явно улавливались нотки сарказма, проговорил:

- Никуда ты одна не пойдешь, цыпа. Мы же все-таки мужчины, как можем молодой девушке совсем одной бродить ночью. Проводим тебя до самого дома. Ты же не против?

- Н-н-нет. – Заикаясь, произнесла почти шёпотом девушка.

- Теперь пошла! Иди и не дергайся. Прямо к своему дому. Иначе пожалеешь, дрянь. - Зарычал бандит почти в самое ухо, обдав его мерзким, напрочь пропитанным перегаром, дыханием и поднес к ее шее острое лезвие ножа, а второй подтолкнул вперед.

Девушка шла медленно, ноги ее стали ватными, от страха и переполняющих эмоций, то и дело, она готова была рухнуть прямо на холодным асфальт, но Виктория понимала: нужно идти, идти и не останавливаться. До самого дома, а там уже даст волю всем своим эмоциям, подумает, как выбраться из этого кошмара, внезапно появившегося в ее размеренной жизни, обязательно придумает, но это потом, все потом. А сейчас ей нужно идти. Она продолжала движение. Шла, как на эшафот, а эти бандиты сзади, будто два ее безжалостных хладнокровных палача, которые готовы в одночасье отрубить ей голову за одно даже малейшее неверное движение...

Наконец, дойдя до своего темного мрачного подъезда, который больше походил на склеп из фильмов ужасом, Виктория остановилась и часто задышала.

- Здесь живёшь? - Грозным спросил один из бандитов.

- Да. На втором этаже. - Ответила еле слышно девушка.

- Смотри, пожалеешь, если обманула. - Довольно протянул мудак и все-таки оставил на шее маленький надрез из которого моментально полилась струйка крови.

- Не обманула. Я живу здесь. - На грани истерики, хватая ртом воздух, выдала девушка, и дрожь, перемешанная с новой, но тем не менее сильной волной страха, пронзила ее хрупкое тело.

Девушка закрыла глаза лишь на мгновение, задышав ещё чаще, а когда открыла, бандиты уже скрылись. Будто бы они были всего лишь плодом ее воображения, но свежая рана на шее говорила об обратном. Они здесь были, и, что ещё хуже, придут за ней через два дня. Что одна беззащитная девушка могла придумать, чтобы спасти свою жизнь всего за два дня? Она понимала, что лучше умрет, чем станет проституткой в борделе, но и лишаться жизни Виктории тоже не хотелось, даже несмотря на сложную судьбу. Девушка глубоко вздохнула и шумно выдохнула, а затем шагнула в подъезд, но не успела сделать и пары шагов, как раздался чей-то противный сиплый голос, и до тошноты мокрая и вспотевшая, но чертовски ледяная рука схватила ее за горло и намертво пригвоздила к стене...

Глава 2.

Не успела я сделать и пары шагов, как раздался чей то противный, сиплый голос, и до тошноты мокрая и вспотевшая, но чертовски ледяная рука схватила меня за горло и намертво пригвоздила к стене. Тело моментально пронзил дикий ужас. Держали за шею, но я не могла ничем пошевелить и, словно тряпичная кукла, повисла в воздухе. Все нутро вывернуло наизнанку и скрутило так, будто им овладела предсмертная агония, ведь в лёгкие перестал поступать кислород, а его в данный момент катастрофически не хватало. Я стала брыкаться и хватать ртом воздух, но все тщетно. Все мои попытки спастись потерпели фиаско. Вот и все. Выхода нет. Я в ловушке. Это какой-то злой рок. Никто мне не поможет. Ни единая душа меня не спасет. На глаза наворачивались непрошенные слезы, а вскоре их уже застилала пелена. Клянусь, что именно в этот момент вся моя жизнь пронеслась перед ними, словно в замедленной съёмке.

Я будто заново пережила все. Абсолютно все. Через что прошла когда-то. Пусть мое существование можно назвать никчёмным, но почему-то терять свою жизнь очень не хотелось, тем более лишиться ее от рук какого-то мерзкого наркомана. Его и человеком-то уже назвать сложно. Ходячий труп. Он стал прижиматься ко мне всем своим костлявым телом и обдавать жутким зловонием, от которого становилось ещё хуже. Я попыталась из последних сил вырваться, но наркоман лишь теснее прижался ко мне, уставился немигающим взглядом стеклянных глаз и пробурчал что-то невнятное заплетающимся языком. Не знаю, откуда во мне взялся этот порыв энергии, наверное, на то было желание бога. Я собрала всю волю в кулак и, что было мочи, пнула его в самый пах. Зажмурилась, так как не ожидала, что это сработает, но, видимо, удар не был слабым, а очень даже наоборот. Ощутила, что крепкая хватка на шее ослабла, и обидчик упал, заскулив подобно раненому зверю, и скукожился. Я рухнула следом за ним и рефлекторно схватилась за горло.

Все ещё задыхалась, кашляла, хватала ртом воздух, но сколько бы его не вбирала в себя, все никак не могла надышаться. Из меня, будто высосали всю жизненную энергию, но я понимала, что нужно бежать. Бежать, что есть силы. В следующее мгновение я так и поступила. Взбиралась по лестнице на второй этаж настолько быстро, насколько вообще могла. Трясущейся рукой вставила ключ в замочную скважину, а, попав в свою маленькую комнатушку, заперлась, схватила и вцепилась мертвой хваткой в первое, что попалось под руку.

Хотелось плакать и кричать одновременно, но я продолжала сохранять молчание и лишь часто дышала. Сердце билось достаточно странно. То ускорялось, то останавливалось, причем насовсем. Я вдыхала воздух и также медленно его выдыхала. Всю меня снова сковал страх, когда я услышала громкий стук в дверь. Шум был настолько неистовым, что казалось, будто ещё немного, и старую входную дверь моей комнатушки выломают. Я держалась, как могла, но паника оказалась сильнее и взяла вверх. Из глаз горячим и бесконечным потоком полились слезы. Мои громкие рыдания мучили меня, раздирали и выворачивали наизнанку. Металась по всей комнате и лихорадочно обдумывала, что же предпринять, и только когда все стихло, беспомощно рухнула на холодный пол и заплакала уже тихо-тихо. Все свое отчаяние, всю боль я отдавала этим слезам, а когда кончились и они, просто уставилась в одну точку, все ещё не желая подниматься с пола.

В голове крутилось лишь одно. Понимала, что если мне удалось спастись сейчас, то от бандитов мне так просто не скрыться. Они не этот наркоман. Такие зловещие парни придут, закончат то, что начал этот ходячий мертвец, и им не составит труда выломать дверь, чтобы забрать меня. Я, наконец, поднялась с пола и подошла к окну. Почему-то именно сейчас почувствовала себя безнадежно беспомощной, как никогда раньше. Захотелось прыгнуть вниз и прекратить эти мучения, но я знала, что, во-первых, у меня никогда не хватит на это смелости, а во-вторых, даже если и выброшусь со второго этажа, то насмерть себя точно не убью. Максимум сломаю ногу или руку. Только себя точно этим не спасу. И никто не спасет. Потому что я одна. Сама не заметила, как полностью изнеможённая и опустошенная я опустилась на постель и, даже не раздевшись, забылась тревожным сном.

Очнулась совершенно разбитой, будто и не спала вовсе. К тому же, как только поднялась с кровати, желудок недовольно заурчал, напоминая о том, что вчера я так и не поужинала. Да, с такими-то событиями, куда уж там. Было не до еды, и, если честно, сейчас тоже, но поесть все-таки нужно, ведь впереди ждет трудный рабочий день. Работу ещё никто не отменял, и, как бы не было сложно, я просто обязана взять себя в руки и вести так, словно ничего страшного не произошло. Если бы у меня только были деньги, то я уверена, что смогла бы откупиться от этих мерзких бандитов...

Точно! Деньги! И как же я сразу об этом не подумала? Сегодня же попрошу у кого-нибудь в долг или же аванс у начальства. Мне кажется, что если правильно объяснить ситуацию, в которую я попала совершенно случайно, не по собственной воле, то мне, наверняка, помогут. С этими мыслями я и отправилась на работу.

Но каково было мое разочарование, когда никто не вызвался одолжить денег. Даже те люди, которых я считала не друзьями, но по крайней мере, хорошими приятелями. О начальстве не стоит и говорить. Те вообще чуть ли не пинок под зад дали, лишь бы отвязалась от них со своими глупыми, как им показалась, проблемами и просьбами. Никто не захотел откликнуться. Ни единая душа не захотела мне помочь. А все потому, что я никто. Пустое место. И как бы тяжело не было это воспринимать. Все так. И никак иначе. Вся моя надежда на спасение разбилась подобно тонкому стеклу на мельчайшие осколки. Я не знала, что мне дальше делать. Как поступить. И как бы ни пыталась взять себя в руки, паника периодически брала вверх.

У меня начинали трястись руки, тело бросать то в холод, то в жар, а на глаза наворачивались слезы, которым я с усилием воли не давала политься, потому что понимала, этим горю не поможешь. Тем более я не должна забывать, мое лицо на данный момент это мои деньги. Думаю, что ни одному клиенту не понравилось, если бы его обслуживала плачущая официантка. Я с головой ушла в работу. Только таким образом смогла хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей. И даже не сразу заметила, что весь персонал остановился и стал не просто смотреть, а буквально на кого-то таращиться.

Я тоже человек. Во мне проснулось жгучее любопытство, и я, повинуясь стадному инстинкту, направила свой взор в ту же сторону, что и остальные сотрудники. Увиденное повергло меня в шок. Теперь мне стало понятно, почему весь коллектив стал вести себя странно. Всему виной посетитель нашего захудало заведения. Мужчина, по одному только виду которого, было ясно, что он любит роскошь и лоск. Такие особи сами, по собственной воле, даже на метр бы к такому кафе не приблизились, не то, что становится его посетителем. Видимо, незнакомца заставили зайти в это помещение какие-то обстоятельства, и, наверняка, не весьма приятного характера, о чем говорило его искаженное дикой злобой лицо.

Мужчина оглядел все надменным взглядом, а затем направился к столику у самого окна. Желающих обслужить столь знатного гостя было уйма, вот только, сколько бы официантов не приближалось к незнакомцу хоть на метр, он убивал их взглядом, где плескалась дикая агрессия. Желание обслужить этого клиента пропало у всех. И так было до тех пор, пока я не заметила, что кроме меня и нашей уборщицы в зале никого не осталось, и я была вынуждена принять заказ. Все равно терять уже нечего. Уже издали я заметила, как сверкают его часы, отражая дневной свет. Их стоимость, наверное, составляла, как минимум, пять таких кафе.

Незнакомец одет очень стильно. На нем дорогой и, уверена, что фирменный, костюм, рубашка в тон, темные ботинки под цвет пальто, которое незнакомец уже успел снять и отложить в сторону. А самое главное, кашне из чистого шелка, что отлично дополняло его образ. У мужчины густая шевелюра цвета темного горького шоколада, просто взглянув на которую становится понятно, что она ещё и жёсткая, хотя издали его волосы кажутся иссиня черными. Черные, густые, ухоженные брови и прямой почти греческой формы нос с красивой мужественной горбинкой. Небольшая щетина, которая нисколько не портит, а наоборот приходится к лицу своего обладателя. Его губы нельзя назвать узкими, но они и небольшие. Достаточно необычной формы. Волевые скулы, добавляющие образу особого мужского шарма, брутальности. Но несмотря на это, незнакомца все равно нельзя назвать красивым, нет, у него нестандартная внешность. Больше ему подходит определение - харизматичный.

Но самое необычное это его глаза. Невероятно красивый чарующий цвет. Они не просто карие, а, можно сказать, огненные. Будто сам дьявол во плоти предстал передо мной. В его глазах плещется целый ад. Все людские пороки и грехи в нем. В его взгляде. Если же не сравнивать с чем-то эдаким, то они были цвета хорошего дорогого виски или же янтаря.

Чем ближе я подходила к нему, тем сильнее ощущала на себе тяжесть чарующего взгляда. Его сильной подчиняющей себе энергетики, особой ауры. Ауры полного порабощения. Когда подошла совсем близко, в нос тут же ударил такой же тяжёлый и холодный парфюм, как и сам его обладатель. Этот запах был очень приятный. Древесные нотки очень искусно смешаны с ароматом океана. Сандал и морской бриз. Но парфюма было слишком много. Воздух уже насквозь пропитался им. Запах такой же властный, как и его хозяин. От него не скрыться, поэтому собеседнику остаётся два варианта: либо дышать им, либо не дышать вообще. Я стала задыхаться. Из-за его парфюма не могла нормально дышать. Он отбирал последний свежий воздух.

И вскоре проиграла. Я стала дышать им. Этим мужчиной. По внешнему виду было непонятно сколько ему лет, так как он очень ухожен. Я бы дала ему тридцать пять не больше. Как я и ожидала, незнакомец даже не притронулся к меню, а заказал только чашечку горячего свежесваваренного кофе. И я тут же помчалась выполнять заказ, так как больше не могла находится в его обществе. Очень тяжело. Что-то подсказывало, что характер у него весьма тяжёлый. Не простой. Но больше всего удивляло то, что сначала этот мужчина посмотрел на меня так же как на остальных с нескрываемым пренебрежением и открытой агрессией.

Только после его лицо исказилось удивлением, а затем на нем застыл, если это не плод моего воображения, неподдельный интерес к моей персоне. Я очень быстро принесла ему заказ, ведь даже представить боялась, что он мог сделать, если чашка ароматного напитка не окажется перед его носом вовремя. Мужчина лишь усмехнулся, а затем отвернулся к окну, дав тем самым понять, что больше не нуждается в моих услугах. И я послушно скрылась, но остаток рабочего дня я временами ловила на себе его заинтересованный взгляд.

С одной стороны, меня это пугало, но с другой, льстило, ведь он первый, кто обратил на меня внимание, как на женщину... Он распространял на меня свои флюиды. Восхищал и будоражил. Был так чарующе притягателен, как запретный плод. Его пугающая мужская красота сводила с ума. Лишала рассудка и бешеная энергетика. Я, как мотылек, готова была лететь к этому опасному огню. Меня тянуло к нему. И клянусь, что всеми фибрами своей души я ощутила, как между нами возникла какая-то необъяснимая, но очень сильная связь... Если бы я только знала тогда, чем это все может обернуться. Тогда я сгорела бы до тла в языках другого пламени, не этого. Именно он сожжёт мое сердце и душу. Он тот, кто меня сломает пополам. Меня, мои крылья и мою свободу.

Глава 3.

Украдкой я продолжала смотреть на таинственного посетителя, к которому меня против собственной воли каким-то неописуемым и странным образом тянуло. Он тоже наблюдал за мной, но в отличие от меня делал это совершенно открыто. Мужчину, как мне казалось, забавляло то, как я каждый раз, встретившись с его всепоглощающим взглядом, смущённо отворачивалась, а затем, спустя некоторое время, вновь направляла свой взор в его сторону. Я никак не могла понять, почему незнакомец, который с нескрываемой злобой и пренебрежением смотрел на все вокруг в этом помещении, теперь не стремится его поскорее покинуть. Я догадывалась, что все дело во мне, и все эти взгляды не с проста, но чем могла привлечь столь важного гостя, я не знала.

Возможно, все это даже шутки ради, но что-то мне подсказывало, что он явно не тот человек, который стал бы тратить свое драгоценное время впустую. Смотрела на него и понимала, что он невероятно умен и к тому же расчетлив. Мне было тяжело работать, так как я периодически ощущала, что спину прожигает его дьявольски порабощающий взгляд. От него было трудно дышать, от него сердце билось чаще и именно от него у меня предательски дрожали коленки и подкашивались ноги. Все это было подобием некой пытки для меня. Только не физической, а моральной. Это, будто какая-то проверка на прочность, но стоит отметить, что незнакомец сумел, сам того не ведая, отвлечь меня от мрачных мыслей по совершенно ужасному исходу событий в моей жизни. Наступил вечер, ночь наступала на пятки, а я так и не нашла выход. Не решила проблему. А ведь уже завтра за мной должны будут прийти те самые бандиты, что намеревались сдать меня в бордель. Успокаивало то, что за эти мучительные два дня я не увидела их ни разу, будто парней и вовсе не было.

Я успокаивала себя тем, что, наверняка, эта была такая своеобразная шутка. Жестокий прикол. Мало ли какой юмор у уличных мерзавцев. Да и кому я нужна такая в борделе. Ведь у меня нет ни эталонной красоты, ни пышных форм, ни даже опыта, как доставить мужчине удовольствие. Сплошные кожа, да кости. Если бы они хотели меня забрать и сдать в притон, то уже давно бы это сделали, а не ждали бы два дня. Да, именно так я себя успокаивала, я на это надеялась. Ждала именно такого исхода событий. Но я снова ошибалась. Такая наивная и глупая я ещё не знала, какой кошмарной может быть жизнь, что даже ужасное детство и юность в детском доме покажутся цветочками.

Моя смена подошла к концу, а мужчина так и не попросил счёт, я, конечно, могла бы подойти к нему сама, но боялась. Боялась снова попасть в плен его глаз и этой бешеной энергетики, подчиняющей себе всех и вся. Не хотела снова ощутить себя опустошенной и подчинённой чужой воле, а он явно тот человек, который подчинит себе каждого, а если нет, то уничтожит любого, кто встанет на его пути.

Я отправилась переодеваться, так как мне с нетерпением хотелось снять с себя эту надоевшую форму, чтобы, наконец, почувствовать себя обыкновенным человеком, а не обслуживающим персоналом. Я очень сильно надеялась на то, что когда появлюсь снова в зале, незнакомца уже кто-нибудь рассчитает, и он уйдет раньше, чем появляюсь там я сама, но моим ожиданиям не суждено было сбыться, потому что стоило мне оказаться среди посетителей, я увидела его на том же самом месте, мужчина, кажется, даже позу не сменил за это время, лишь озирался по сторонам. Я попыталась незаметно проскользнуть к выходу, но моя попытка потерпела фиаско, так как наши с ним взгляды встретились, и он одним кивком головы дал понять, что снова нуждается во мне, в моем обществе. Всего один жест головой, а я готова была оказаться у его ног, сделать все, что он пожелает, и мне самой становилось жутко от своей реакции на этого человека, которого я вижу впервые.

Казалось бы, в этом нет ничего сложного, взять и подойти к своему клиенту, но это превратилось в опасное испытание для меня. Все было так, словно я шла на эшафот, где должна была произойти моя смертная казнь. А он грозный палач, тот, в чьих руках вся моя жизнь. Знала бы, что в скором времени так и окажется. Он станет тем, кто будет решать, помиловать ли меня или наказать. Как только я подошла к столику, тут же раздался его низкий с хрипотцой голос, от которого по моему телу прошел целый табун мурашек. Всю меня охватила дрожь в этот момент, а в теле появилось ощущение приятного волнения или даже, можно сказать, томления. До меня даже не сразу дошел смысл сказанного этим незнакомцем, а все из-за коварных чар и этого будоражащего все сознание и душу тембра голоса. Он точно монстр, но только не тот, что сбежал из фильмов ужасов в уродливой оболочке, нет. Монстр беспощадный и кровожадный у него внутри.

- Что? Уже уходите?

- Да, моя смена подошла к концу. Мне пора домой. - Ответила я, как можно обыденней, беззаботней и приветливей, как общаюсь всегда со своими клиентами.

- А вам не кажется, что безответственно с вашей стороны уходить домой, пока клиент ожидает счета? - С нескрываемой насмешкой произнес незнакомец.

- Но вы же его не просили! - Гораздо резче и грубее, чем следовало, ответила я. Даже дерзко. Я не узнавала саму себя. Не понимала почему он так на меня влияет. Не сказала бы, что мужчина выдал что-то такое, из-за чего, правда, стоило бы злиться. Мне, девушке, проработавшей официанткой достаточное количество времени, встречались клиенты гораздо хуже, чем этот. Попадались экземпляры, которые позволяли себе намного больше, чем обыкновенная колкость в мой адрес, но даже в такие моменты я прятала все свои эмоции глубоко внутри. Их я скрывала под маской, но сейчас отчаянно не могла понять, в чем дело, с ним я раскрывалась, показывала себя настоящую, а это пугало. Он тот, кто умеет вытаскивать наружу то, что спрятано глубоко внутри, этот мужчина читает меня, как открытую книгу, питается моими эмоциями. Энергетический вампир. Просто получает от этого нереальный кайф и удовольствие. Именно этот незнакомец сделает так, что я вскоре буду вынуждена быть настоящей только с ним, ради него, но в его отсутствие носить маску, носить, не снимая. Кажется, она даже прирастет к моему лицу, что уже ничем не отдерешь, разве что, если только содрать с себя весь скальп...

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Этот резкий тон явно дико разозлил незнакомца, потому что в следующее мгновение раздался его низкий с хрипотцой голос, который показался уже совершенно другим, а все из-за холода в его тембре, стали в тоне. Наверное, я даже покрылась мурашками. Да, я замёрзла. Мне стало холодно. Ведь он подобен айсбергу. Жестокому безжизненному и холодному айсбергу в океане, у которого все печали прячутся под черною водой. Безжалостный. Удивляет только, как он при своей холодности может быть ещё и таким горячим, обжигающим.

- Зато я прошу его сейчас.

Всего несколько слов. Мужчина не кричал, и даже не повышал голоса. Не вкладывал в него ни гнева, ни недовольства, а мне уже стало страшно. Уже пожалела о том, что посмела так разговаривать с ним. Захотелось моментально начать просить прощения, замаливать грехи, лишь бы больше этот человек так не говорил со мной, а тем более не смотрел.

Я пролепетала еле внятное " извините ", и даже не то, что пошла, а помчалась за этим несчастным счётом. Все чего я хотела, это того, чтобы он ушел. Ушел раз и навсегда, оставив меня в покое. Не терзал меня, а заодно и мою душу. Клянусь, что он ее будто наизнанку выворачивал. И я, к сожалению, ничего не могу с этим поделать. Мне остаётся только терпеть и подчиняться. Но меня к нему тянет. Причем тянет безумно, хотя знаю, что нельзя, что опасно, а все равно позволяю рождаться в своей голове мыслям и фантазиям, которые доселе никогда не возникали, не появлялись. К счастью, когда я предоставила счёт незнакомцу, тот разговаривал с кем-то по телефону, и если я испугалась от того, как он заговорил со мной после моего резкого тона, то сейчас я поняла, что это было ещё цветочками. Но я старалась не слушать. Не слышать ни единого слова. И если у меня получалось пропускать мимо ушей угрозы, что были предназначены абоненту, то не дышать этим мужчиной у меня все равно не получалось. Я все равно вдыхала его парфюм. Его запах. Искусный аромат от которого когда-то в будущем меня будет выворачивать наизнанку, тошнить. Ненависть. Жгучая ненависть. Я возненавижу его. А он... В прочем не важно...У меня открылся рот, когда я увидела насколько крупна была купюра, которой он намеревался расплатиться. Я понимала, что сдачи у меня просто напросто нет. Но то что я услышала следом, повергло меня ещё в больший шок.

- Не нужно сдачи. Вы превосходно отработали свою смену. Считайте, это чаевые. И если ваша смена действительно подошла к концу, то прошу уделить мне немного внимания. Присаживайтесь.

На этот раз мужчина говорил очень ласково, нежно, гипнотизирующе. ОБМАНЧИВО нежно и ласково. Наверное, это был единственный раз, когда этот человек говорил со мной вежливо. А после... На тот момент он меня искушал. Соблазнял. Он так коварен. Куда уж мне невинной молодой наивной девчонке было распознать, что все это фальшь! Обман! Маска! С одной стороны, его даже можно будет оправдать, ведь на то, что я решусь в этот день, собственно говоря, меня и сломало. Меня сломал не он. А я сама. Когда согласилась на все. Когда согласилась быть с ним. Стать ЕГО. Он ломал меня, а я позволяла. Сама. Я уничтожила себя сама...

Я осторожно опустилась на стул, и даже, кажется, дышать перестало. Сердце билось гораздо чаще обычного, но стоит отметить, что с этим человеком так будет всегда. Я внимательно смотрела на него, позволив немного залюбоваться его нестандартной красотой, но вовремя опомнились, когда его огненный дьявольский взгляд в очередной раз проник в самую душу. Это меня моментально отрезвило. Я все ждала, что он начнет разговор, но он молчал. Рассматривал так, будто перед ним не девушка, а что-то необычное, эдакое. Будто он единственный, кто отыскал, кто смог разглядеть истинный бриллиант, но только без огранки. Наконец, он заговорил. Его каждое слово приятно звучало, плавно. Мелодично. Что можно даже заслушаться.

- Я хотел бы сделать тебе предложение.

От удивления у меня отвисла челюсть, но он вновь, очень кстати, меня отрезвил и заставил спуститься с небес на землю. Нет не спуститься, а упасть.

- Нет. -  Улыбнулся мужчина, оголяя свои ровные, белоснежные зубы, похожие на великолепные морские жемчуга, которые ещё не тронуты людской рукой. Настоящие и обворожительные. - Не то предложение, о котором ты подумала, но если на него правильно взглянуть, оно даже лучше.

- В смысле? Я вас не понимаю. - Пыталась казаться взрослой, серьезной девушкой, мужественно скрывая то, как на самом деле тряслась, словно малолетняя девчонка от страха.

- Давай, заключим с тобой договор. Ты становишься моей женщиной, моей и только моей. Будешь принадлежать лишь мне, предоставишь мне себя. А взамен я брошу целый мир к твоим ногам. Как ты на это смотришь?

- То есть я стану вашей женой? И что, простите, вы подразумеваете под целым миром? - Задавала я, честно говоря, тупые вопросы, хотя тогда это было единственное, что пришло мне в голову, тогда я считала, что все сделала правильно.

- Чтобы быть чьей-то женщиной, не обязательно становится женой, это, во-первых, а во-вторых, я подарю тебе новую жизнь. Обеспечу тебя всем необходимым, решу любые проблемы, да, все, что хочешь для тебя сделаю, и поверь, я богат очень богат, а деньги на сегодняшний день решают многое. Но взамен мне нужна самая малость.

- И что же это? - С замиранием сердца я ждала его ответа, так хочется, чтобы он произнес то, что мне бы подходило. Какой же дурой я была...

- Преданность и полное подчинение. Будешь исполнять все требования, станешь моей любимой женщиной, можно сказать, фавориткой. Поверь мне, я не сделаю тебе ничего плохого, не причиню вреда, просто всего лишь нуждаюсь в правильной женщине, чистой, нетронутой. А таких сейчас мало. Соглашайся. Другой такой возможности у тебя не будет. Ты, наконец-то, начнёшь жить, а не выживать. Всего лишь две вещи, преданность и подчинение, по-моему, это не так много взамен на новую жизнь. - Очень медленно и вкрадчиво произносил каждое слово незнакомец. Гипнотизировал. Да. Именно так.

- Но почему именно я?! - Выдала на эмоциях, которые просто зашкаливали в данный момент.

- Я не люблю говорить одно и тоже. Несколько раз подряд. В моей уже произнесенной речи ты можешь найти все ответы на свои вопросы. Я не заставляю принять решение прямо сейчас. Ты можешь подумать. Вот, это тебе. - После сказанного мужчина вручил привлекательную глянцевую визитку, на которой красовалось таким же не менее радующим глаз шрифтом " Абрамов. Ф. К. "

- А " Ф " это...

-" Ф. " Это Феликс. Меня зовут Феликс. А ты можешь не представляться. Я знаю, что тебя зовут Виктория. А теперь собирайся. Уже поздно. Я отвезу тебя домой. Это не обсуждается.

- Уже заботитесь? - Съязвила я, желая отомстить за сказанную в мой адрес колкость.

- Нет. Просто не хочу, чтобы кто-то испортил мою собственность. - Совершенно обыденно ответил мне Феликс. Так, будто я уже на все согласилась.

- Так уверены, что я соглашусь? - С нескрываемым любопытством спросила я его. Почему тогда все это меня забавляло. А зря...

- Да. Ты умна. Я знаю, что ты не упустишь такую возможность. - Казалось бы, совершенно искренне отчеканил каждое слово мужчина, заставив поверить в сказанное и меня. Убедить. Заставить подчиниться.

Собственность? Нет. Это глупо. Больше подходит слово товар. Да, меня хотят купить, как товар.Уже тогда меня должно было насторожить, что незнакомец откуда-то знал мое имя. Сначала я подумала, что на мне был бейдж, но придя домой, я обнаружу, что оставила его в тот день дома, но не придам этому никакого значения... Это и будет роковой ошибкой...

Глава 4.

Я вышла из кафе, но не одна, а в сопровождении Феликса. На улице было холодно, именно поэтому я ежилась и кутала лицо в вязаный шерстяной шарф, надеясь хоть немного согреться. Ощутить хоть мизерную капельку тепла. Думала о чем-то своем, стараясь не смотреть на мужчину, который шел рядом, но своей речью, своим будоражащим сознание и душу голосом Феликс, волей не волей, вновь привлек мое внимание к своей персоне.

- Надо же. Даже машину привезли сами. И забирать не пришлось. - С ощущаемой приятной вибрацией в тембре произнес мужчина.

- А где она была? – Спросила, хотя на самом деле мне было все равно, что произошло с его машиной, но нам же надо было о чем-то говорить.

- В ремонте. Ты же, наверное, понимаешь, что по собственной воле я бы никогда не стал посетителем этого убогого кафе. - Сказал мужчина и даже, кажется, поморщился от отвращения. Интересно, он когда-нибудь смеётся? Как Феликс улыбается я уже видела, и, если честно, у него очень красивая улыбка, которая делает из него совершенно другого человека, придает ему особого шарма. И мне кажется, что если бы он чаще улыбался, то возможно производил бы абсолютно иное впечатление о себе. Не отталкивал бы людей, не отпугивал, а наоборот, притягивал.

Феликс подвёл меня к своему автомобилю, который был аккуратно припаркован на специально отведенном для этого месте, и щёлкнул брелоком. Сказать, что машина красива, это все равно, что ничего не сказать. Я плохо разбираюсь в марках, но, кажется, передо мной был Мерседес великолепного дымчатого оттенка с перламутровым отливом. Даже страшно поинтересоваться, сколько стоит такая тачка. Мужчина обошел машину, а вскоре уже благополучно устроился на водительском сидении, заводя мотор, но я почему-то медлила и все никак не решалась сесть в его автомобиль. Хотелось уйти, а ещё лучше, сбежать от Феликса без оглядки. Выкинуть его и все эти сегодняшние события из головы раз и навсегда. Но я понимала, что идти пешком до дома в столь поздний час, как минимум опасно, к тому же, задержалась я из-за него. Так почему бы не позволить подвезти себя?

Не тратя больше и секунды на раздумья, я аккуратно открыла дверцу и села в машину. Салон был таким же красивым, как и кузов. Повсюду витал его запах. Аромат его парфюма. Но сейчас он был гораздо тяжелее прежнего, а все потому что здесь присутствовал ещё и запах табака. Едкий, горький, щекочущий ноздри, но в то же время терпкий. В нем даже проскальзывали нотки чего-то необычного, необыкновенного. Внутри все было кожаным, и сиденья, и обшивка, и даже на панели присутствовали кожаные вставки красивого приятного оттенка. Кофе с молоком. Именно такой цвет преобладал. В салоне царила стиральная чистота, будто машина совсем новая, но чему я удивляюсь. Разве у такого человека, как Феликс, может быть хоть что-нибудь в неопрятном состоянии, в неприглядном виде. Лоск и роскошь его спутники. Этот мужчина источал ауру великолепия, величия, превосходства. Он совершенен, но знала бы я тогда, насколько уродлива его душа...

Всю дорогу мы молчали, каждый думал о своем. Вскоре мы оказались возле моего дома. Я протестовала, но он въехал во двор, припарковавшись возле самого подъезда. Я думала, что и на этот раз мужчина не упустит возможность отпустить какую-нибудь колкость в мой адрес, например, по поводу бедности. Постарается как-то унизить. Показать мое место. Задеть за живое, но его, будто это совершенно не интересовало. Феликс не произнес ни единого слова. Лишь кивнул, когда я поблагодарила его за то, что подвёз, и как только я вошла в подъезд моментально скрылся, оставляя такое впечатление, словно все это случилось не со мной. Его не было. Это лишь все плод моего больного воображения. Но глянцевая визитка, что лежала у меня в кармане куртки, которая жгла, прожигала насквозь кожу даже через одежду говорила о том, что это все-таки правда.

Я стала переодеваться и внезапно направила свой взор на тумбу, на которой, как выяснилось только сейчас, забыла свой бейдж. Но, тогда как он узнал мое имя? Если всю смену я отработала сегодня без него? Подумала, что скорее всего, мужчина поинтересовался у кого-нибудь из сотрудников, пока я отправилась исполнять его заказ. Непонятная тревога стала одолевать меня, но я выкинула все ненужные мысли из головы и, приземлившись на свою кровать с мыслями о нем, погрузилась в царство Морфея. Чаще всего утром я чувствовала себя совершенно разбитой, но почему-то сегодня ощущала бодрость, непонятно откуда взявшийся заряд энергии. Я помнила, что настал судный день. Сегодня за мной должны были прийти эти мерзкие подонки и сдать в бордель, но страха я больше не ощущала, наверное, потому что знала, что теперь мне есть к кому обратиться, что теперь я не одна.

Видимо, бог услышал мои мольбы и послал этого человека, как раз в тот момент, когда я больше всего нуждалась в помощи. И я благодарила его за это. Конечно Феликса сложно назвать прекрасным принцем, сбежавшим из сказок про принцесс, но тем не менее, я понимала, что послан Феликс неспроста. Всеми фибрами души я ощущала, он послан мне самой судьбой. Наша встреча судьбоносна. Значима. Все не просто так. Перед уходом на работу я ещё раз взглянула на ту самую глянцевую визитку, что вручил мне Феликс, а вдоволь налюбовавшись ею, вышла за дверь, которую закрыла на замок и отправилась в путь. Вроде бы все было, как обычно, но что-то после знакомства с Феликсом изменилось. Все стало, будто другим. Заиграло иными красками.

Если честно, я до сих пор пребывала в некотором шоке от его предложения, конечно, я не собиралась соглашаться так сразу, хотела сначала все тщательно обдумать, взвесить все за и против и только потом принимать столь важное решение, но я так же и понимала, что если бы этот мужчина мне бы совсем не понравился, то отказалась бы без лишних раздумий и переживаний. Значит, что-то между нами родилось. Непонятная искра, несмотря на его холодность и мою неопытность, все равно вспыхнула между нами. Но мне во чтобы то ни стало хотелось, чтобы я согласилась быть с ним не при таких обстоятельствах. Очень надеялась, что эти подонки не явятся, и, может, спустя месяц или несколько недель я позвонила бы ему, ведь тогда уже бы все улеглось. Тогда все уже было бы иначе. Я, как всегда, отлично отработала смену, получила даже больше, чем обычно чаевых, на которые собиралась побаловать себя сегодня чем-то вкусным. Решила не задерживаться допоздна и отказаться в этот вечер от прогулок, хотя хотелось, но я решила не рисковать. Купив все самое необходимое в супермаркете, что находился недалеко от дома, я быстро оказалась в родных стенах своей маленькой комнатушки общежития. Поужинав, принялась выбирать книгу для вечернего чтения. В последнее время меня стали привлекать душераздирающие драмы, триллеры с криминальными линиями или детективы. Знала бы, что в скором времени моя жизнь превратится в такой же душераздирающий криминальный детектив, в сплошную драму...

Ночь уже вступила в свои права, а бандиты так и не пришли за мной. От счастья я облегчённо выдохнула и улыбнулась, но когда собралась отойти от окна и задернуть шторку, увидела два силуэта, направляющиеся к моему подъезду. Тело пронзил дикий ужас. Сердце упало в пятки. Они все-таки пришли за мной... Нет! Этого не может быть! Что же мне теперь делать? Неужели, это все не шутки?! Не жестокий прикол мерзавцев?! Я начала не просто ходить по комнате, а носиться, как угорелая, лихорадочно обдумывая, как выбраться из столь сложной ситуации?!

Конечно, я уже поняла, что мне больше ничего не остаётся, кроме как обратиться за помощью к Феликсу, но почему-то все ещё медлила. Пока ещё не позвонила ему. Я слышала их громкие голоса, слышала, что бандюги о чем-то говорили, но в сказанную ими речь даже не вслушивалась. Мне, откровенно говоря, было наплевать на то, что они обсуждали, даже если и говорили они обо мне. Но когда они стали кричать меня в окно, направляя свои алчные взоры именно туда, на мою комнатушку, где я и находилась, поняла, что медлить больше не имеет никого смысла. Я подбежала к тумбочке, на которой и оставила ту самую визитку с инициалами и номером Феликса. Из глаз уже полились слезы, все тело трясло, сердце, будто остановилось, а в горле образовался ком, но, не смотря на это, я продолжила набирать чертовы, но такие нужные в данный момент цифры. У меня не было сотового телефона, но я благодарила бога, что домашний телефон у меня все-таки имелся. Иначе меня бы уже точно ничего не спасло. Я просто напросто бы не успела.

- Слушаю. - Раздался в трубке его низкий голос, который даже при таких обстоятельствах вызвал целый табун мурашек. Да, он был незнакомцем для меня. Я его совсем не знала, но в данный момент, именно сейчас я нуждалась в нем. Нуждалась настолько, что даже тембр его голоса показался мне родным. Важным. Нужным.

- Алло. Феликс? Э… Эт -то... я... ммм... Виктория. Послушай. Мне нужна твоя помощь... - Произнесла я на одном дыхании, а затем все-таки не сдержалась и дала волю своим эмоциям, он услышал, что я плачу, но продолжал сохранять молчание, мучая меня ещё больше, а после произнес:

- Я не помогу тебе просто так.

- Да! Я знаю! Я... я... согласна на все! На все твои условия! Только спаси меня! Помоги, пожалуйста! - Молила я его, понимая, что это моя последняя надежда. Так низко пала. Так унизилась, но другого выхода просто не было.

- Сейчас буду. - Спокойно ответил мужчина и повесил трубку.

Послышались отрывистые действующие на нервы гудки. Бандиты начали меня, откровенно говоря, донимать. Кричали угрожали, приказывали немедленно выйти. Я понимала, что так не может продолжаться. Просто обязана как-то оттянуть время. Выглянула в окно, вдохнув в себя морозный воздух, которого ужасно не хватало, а затем собрала всю волю в кулак и сообщила бандюгам, что помню о нашем договоре и скоро выйду, мне лишь нужно немного времени для того, чтобы собраться. Кажется, мужчины немного успокоились, потому что перестали выкрикивать угрозы на всю улицу, а заговорили уже тихо о чем-то своем. Я не знала, чем их можно будет ещё отвлечь. Не могу же я одеваться пол часа или час, черт возьми, ведь я не имею понятия, когда за мной приедет Феликс, но тот приехал достаточно быстро, что у меня даже сложилось впечатление, будто он знал о моем звонке и уже ждал неподалеку от моего дома своего звёздного часа. И вот он появился. Пришел чтобы спасти меня, но не просто так. За свое спасение я должна буду подарить ему себя...

Мужчина вышел из автомобиля и вальяжной походкой направился к моему подъезду. Двигался так уверенно, харизматично, что аж захватывало дух. Где он? А где я? Даже сейчас в такой ситуации я все равно не могла понять, зачем ему все это нужно. Что такого, как его могло привлечь в такой, как я. Ради чего это все? Он же ведь другой с другого мира... Хоть на улице и было темно, но я все равно все видела. Потому что там, где стояли эти самые бандиты, и находился старый дряхлый фонарь, который являлся единственным источником света. Ожидала, чего угодно, возможно, даже драки, полиции и скорой, но этого не произошло. Мужчины начали говорить. Затем Феликс вытащил из внутреннего кармана пальто сигары, закурил сам, а затем угостил ещё и этих мерзких бандюг. Те не отказались.

Все происходящее напоминало мне сцену из фильма про гангстеров. Докурив, мужчины заговорили снова, казалось, ещё тише, а затем я увидела, как Феликс вытащил все с того же внутреннего кармана пальто две крупные пачки денег, которые вручил каждому поочередно. Бандюги присвистнули, заулыбались довольно во все зубы, как два чеширских кота, а затем засунули деньги в карман и ретировались. И все! Проблема решена! Не зря он сказал, что деньги на сегодняшний день решают много. Это, действительно, так. От них порой зависит даже жизнь человека. Я представляла ужасный исход событий, думала, что, как минимум, бандюги будут отстаивать свои права на меня, на свою добычу, но все решилось очень просто и быстро. Меня сейчас просто выкупили, как вещь. Я всего лишь товар. Собственность. Эта сцена навсегда останется в моей памяти. То как мой покровитель вручил деньги за меня двум бандитом, что намеревались сдать меня в бордель. Именно в тот вечер я пойму, какая гадкая и мерзкая штука жизнь. Что не осталось в ней ничего светлого. Ничего настоящего. Все фальшь. Все в ней лишь продается и покупается. И меня в тот самый вечер купили подобно вещи...

Глава 5.

Я думала, что мужчина, который так быстро разобрался с бандитами, сейчас поднимется за мной и увезет далеко-далеко отсюда, но этого не произошло. Феликс, круто развернувшись, снова направился к своему авто. Мне даже показалось, что он собирался уехать, но я ошиблась, поскольку в следующее мгновение я увидела, как мужчина помигал несколько раз фарами, и даже через лобовое стекло его Мерседеса смогла разглядеть, что свой взор он направлял именно на ту комнатку второго этажа, где я находилась. Пришлось приступить к сборам, хотя был поздний час, никуда не хотелось, и жутко клонило в сон, но я из последних сил пыталась держаться бодрячком. С тоской и грустью я оглядывала свою маленькую старенькую комнатушку, понимая, что нахожусь здесь, возможно, в последний раз, но уже ничего не исправить. Я сама согласилась на все условия. Это только в фильмах или в книгах из ниоткуда может появиться прекрасный принц, который решит любую проблему главной героини и не возьмет за это плату, бросив к ее ногам целый мир, в жизни же такого не бывает. Реальность диктует свои правила, заставляя платить по счетам. Каждый поступок, каждое движение и каждое слово имеет вес. Свою стоимость. Различия лишь в виде расплаты. Натура. Вещь. Имущество…

В моем случае - девственность. Но если честно, что-то мне подсказывало, что дело вовсе не в моей невинности. Ему зачем-то понадобилась я сама, вот только зачем? Впрочем, это уже не так важно, потому что вскоре все узнаю. Я посмотрела на себя в зеркало, в отражении которого видела девушку, одетую достаточно просто. Зимние темные брюки и старый свитерок. Волосы какими-то непонятными безжизненными сосульками обрамляли худое лицо со впалыми щеками. В глазах застыл страх неизвестности. Но, пристально вглядевшись в очередной раз в свое отражение, я подумала, что все это, возможно, даже к лучшему. Будь, что будет. Все равно назад уже дороги нет.

Сначала я даже хотела собрать все свои вещи, но после недолгих раздумий поняла, что они мне просто напросто больше не пригодятся. Такой мужчина, как Феликс, вряд ли позволит ходить мне в таком тряпье, коим являлась моя одежда. Поэтому, зачем тратить время впустую? И тем более, отнимать его у столь занятого человека. Я не знаю о нем ничего, но что-то подсказывает мне, Феликс ужасно нетерпелив, и нельзя его заставлять долго ждать. Наверняка, за это мне светит кара. Жестокая и беспощадная.

Я закрыла свою комнатку и, спрятав ключ во внутренний карман своей лёгкой курточки, спускалась по лестнице, которая все так же была усыпана шприцами и бутылками из под дешёвой водки и пива. Никто и не стремился наводить здесь порядок. Это не имело смысла. Даже не стала, как обычно, зажимать нос рукой, ведь хотела запомнить этот запах. Чтобы в случае чего, напоминать себе о своем месте. О той, кем я была. О своей жизни, которую сегодня оставлю раз и навсегда в прошлом. Я вдыхала этот смрад, чтобы заставить себя уважать и испытывать чувство благодарности к Феликсу, хотя бы за то, что он избавит меня в скором времени от всего этого. Он тот, кто не дал мне окончательно погрязнуть в нищете, как в мерзком болоте. Феликс совсем не противный, даже очень импозантный мужчина, харизматичный, о нем, наверное, многие даже мечтают, и я наверняка смогу к нему привыкнуть.

Молчу о любви, полюбить я его вряд ли смогу, и хорошо, что таких чувств он от меня и не потребует. Самое главное, нужно делать так, как говорит Феликс, и тогда, возможно, все сложится даже очень хорошо. Единственное, что меня пугало, необходимость интимной близости, ведь я не была опытной партнершей. Хотя что-то подсказывало, что такой мужчина возьмёт инициативу строго в свои руки. Молилась, чтобы он оказался опытным и внимательным любовником. Хотелось, чтобы мой первый раз, если и не был бы сказочным, то получился, хотя бы более-менее сносным.

Не торопясь, я вышла из подъезда, стены которого уже напрочь пропитались зловонием, и направилась к машине своего покровителя, в глазах которого плескался непонятный блеск. Феликс очень внимательно посмотрел на меня, а затем открыл дверцу, приглашая в свою машину восхитительного дымчатого оттенка с перламутровым отливом. Я без особых раздумий приземлилась на кожаное сиденье рядом с ним. В нос тут же ударил аромат его парфюма, что уже за столь короткий промежуток времени успел стать важным, каким-то знакомым, или можно сказать родным.

- Ты выкупил меня. - Было первым, что я произнесла, нарушив тишину. Это не был вопрос. Я говорила утвердительно, потому что все видела и прекрасно понимала, спасение сегодня придется отработать и не раз. От этой мысли стало немного неприятно, ведь я, словно девушка легкого поведения, продала себя. Пусть и вынужденно. Так ведь будет лучше? Принадлежать одному мужчине, а не бесконечной очереди клиентов в борделе.

- Да. Тебя это смущает? - Ответил Феликс, в словах которого отсутствовали эмоции. Холодный. Ледяной. От этого отстраненный. Он, словно айсберг. Я дала ему верное определение.

- Если честно. Да. - Произнесла совершенно искренне, потому что не видела смысла во лжи.

- В нашем мире все продается и покупается. Так что, здесь нечему удивляться. Не на что обижаться и злиться. Стоит смириться с этим и принять, как данность. Это все, что я могу тебе сказать. - Произнес все так же спокойно и ровно Феликс. Он не собирался что-либо доказывать и разъяснять. Не пытался меня утешить. Просто сказал, как есть и все. И, если честно, пусть так. Мне это нравится. Нет лишних слов. Мы понимали друг друга на без ненужных реплик.

Весь оставшийся путь прошел в молчании. Если вчера, то есть в первый день нашего знакомства, я позволяла себе только украдкой смотреть на этого мужчину, то сегодня немного осмелела и наблюдала за Феликсом в открытую. Ведь он прав, нужно со всем смириться и принять, как данность. Так легче. Зачем надевать какие-то ненужные маски и играть непонятные роли, если все равно произойдет так, как уже должно произойти. По понятному сценарию, к которому я должна быть готова.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Он лишит меня девственности, я буду с ним спать, причем постоянно, делая все так, как пожелает этот мужчина. Тогда о каком стеснении может быть речь? К черту ее! И сидя в его машине, вдыхая этот тяжёлый, но такой дурманящий меня аромат, смотря на Феликса, понимала, что теперь моя жизнь изменится раз и навсегда, и я постараюсь сделать все, чтобы этот мужчина во мне не разочаровался. Я, во чтобы то ни стало, постараюсь оправдать его доверие. Покажу, что он не просто так потратил свои деньги. Чем раньше я найду с ним общий язык, налажу отношения, привыкну к этому человеку и, можно сказать, сдружусь, тем лучше. Я облегчу жизнь не только Феликсу, но и самой себе.

Пока я настраивалась на правильную для нас обоих волну, машина остановилась возле многоэтажного здания. Феликс заехал на парковку, где охранник поднял шлагбаум, и я нервно сглотнула слюну, которая со скоростью света накопилась во рту. Я не волновалась, но почему-то внутренности сжимались от неизвестного мне чувства. Мужчина мастерски припарковался и вышел из авто. Мне не оставалось ничего другого, как пойти за ним. Я такие парковочные помещения видела лишь в кино. Мне они казались чем-то нереальным, будто я переступила порог в новую сказочную жизнь, а шлагбаум закрыл мне дорогу назад.

Семенила ногами, озираясь по сторонам и рассматривая хорошо освещенное помещение. Даже серость стен не могла скрыть роскоши и того, что здесь живут далеко не такие люди, как я. Не верила в происходящее даже в тот момент, когда мы вошли в лифт, и Феликс нажал на кнопку, пока я разглядывала себя в зеркале, что было встроено в противоположную сторону. Я совершенно не соответствовала этой обстановке. Убогая и серая, словно мышь. Мужчина наблюдал за мной, но не с интересом, а с каким-то странным огнем в глазах. Он, будто сканировал меня, опираясь правой стороной о стену лифта. Я пожалела, что посмотрела в его глаза. Утонула, погрязла в их тьме и глубине. Не смогла сдержать внутреннюю дрожь, а он лишь мимолетно усмехнулся и позволил мне выйти первой, как только лифт остановился, и его дверки распахнулись.

Я, словно в трансе, прошла на площадку, где была лишь одна дверь. Вариантов не оставалось. Мы прибыли в его логово. Сердце начало лихорадочно стучать и биться о ребра с такой силой, что могло их запросто переломать, что неудивительно при моем физическом состоянии. Мужчина открыл дверь, вошел внутрь и включил свет, жестом приглашая меня войти. Я посмотрела на него и только после этого переступила порог квартиры. Мы были в небольшом коридоре, и первое, что я ощутила, неловкость. За себя. Свой внешний вид. За нищету, которая превратила меня в жалкое подобие девушки.

- Проходи. – Одно холодное слово, и я поспешила за Феликсом в огромную гостиную. Несмотря на ее шик, лаконичность дизайна и богатство, я поежилась. Освещение было слабым, предметы мебели отличались темным цветом, паркет натерли до такой степени, что казалось, будто я иду по стеклу. Видела в нем свой искаженный силуэт, и это навевало недобрые мысли. Даже не заметила, что инстинктивно обняла себя руками.

Холодно. Мне стало до жути холодно от этой неуютной обстановки и огромного панорамного окна, из которого открывался пусть и красивый, но какой-то угнетающий вид на ночной город. Мельком глянула на мужчину и поняла, что интерьер вполне ему подходит. Здесь так же холодно, как и от общества Феликса. Красивая обстановка, шикарная, а меня бросило, словно в озноб при гриппе.

- Иди за мной. – Еще один приказ, но я повиновалась. Разве был выбор? Передвигала ноги и совершенно не чувствовала шагов, будто мной кто-то управлял, как персонажем в игре. Ловко нажимал на кнопочки, и я двигалась. Продолжала себя обнимать даже тогда, когда мужчина открыл передо мной дверь и пропустил в спальню.

Я застыла посреди просто огромной комнаты. Рот открылся, а руки опустились, словно плети. В спальне так же было панорамное окно, но оно прикрывалось тонкой бежевой занавеской. Я подошла ближе и притронулась к ней. Слегка. Мне хотелось ощутить, какая она. Такая я ли невесомая, какой кажется на первый взгляд. Легкая. Ткань быстро коснулась кожи, даря мне успокаивающие ощущения. Повернула голову и уставилась на большую кровать. Несмотря на темные тона, здесь мне было комфортно. Шкаф, тумбочки около кровати, ночник на одной из них, белый ковер неподалеку от меня привлекли внимание.

Прикусила нижнюю губу изнутри, не веря, что все это происходит со мной. Вот только присутствие Феликса без слов возвращало в реальность. Мужчина поместил руки в карманы брюк и смотрел на меня, словно на какую-то диковинную игрушку. Именно игрушку. Его собственность.

- И что теперь? – Спросила спокойно, хотя от ожидания его ответа, кровь застыла в жилах.

Феликс просканировал меня взглядом и плавно подошел ближе, от чего мне стало трудно дышать. Снова аромат парфюма ворвался в мои легкие. Словно под гипнозом смотрела в его глаза. Горела в их огне, но не могла иначе. Просто не могла опустить взгляд. Не имела на это права. Мне казалось, что от этого зависит моя жизнь, которая теперь принадлежит ему. Человеку, купившему меня…

- Теперь ты пройдешь в ванную и смоешь с себя этот адский запах. – Мужчина скривился, осматривая меня с ног до головы. Любой девушке было бы неприятно от подобного взора, но я прекрасно понимала, что Феликс прав. Я выглядела не лучше, чем бомжи на помойке, да и пахла тоже. Нищетой. Пусть я следила за тем, чтобы быть опрятной, но отсутствие денег ничем не скроешь. Даже идеальной чистотой и свежестью. Бедность поглощает человека изнутри, поселяется в душе и распространяется по всем органам, как смертельная болезнь, но я очень хотела вылечиться, перестать думать о деньгах и способах заработка. Больше не хотелось прокручивать мысли о том, как прожить очередной день, в голове раз за разом. Нет. Хватит.

- А дальше? – Ровный тон не мог выдать моего состояния, но вот глаза. Феликс лишь хищно улыбнулся, прекрасно понимая и читая меня, словно открытую книгу.

- Не загружай голову этим вопросом. Что будет дальше, ты узнаешь в свое время. – Без эмоционально произнес мужчина и кивнул на дверь, которая, судя по всему, вела в ванную.

Глава 6.

Только я не могла не думать о событиях, которые наступали на пятки. Следовали за мной и заставляли дрожать от неизвестности. Мужчина сам открыл дверь в ванную, пока я с гулко бьющимся сердцем шла за ним и гадала, что за мысли прячутся в его голове. В комнате была не только огромная ванна, но и душевая кабинка с еще одной дверью в уборную, которую я отыскала, когда Феликс оставил меня одну, бросив напоследок:

- У тебя есть полчаса, чтобы привести себя в порядок и выйти отсюда. – Только я подумала о том, как мне одеться после приема ванны, как Феликс продолжил. – Накинешь на себя халат. Этого достаточно. К тому же, эта одежда тебе больше не пригодится.

Дверь хлопнула, а я стояла посреди комнаты и еще некоторое время рассматривала обстановку вокруг. Белый санфаянс, блеск и чистота. Сглотнула вязкую и противную слюну. Медленно сняла куртку, поглядывая на полку с кучей разных бутылочек. Повесила ее на вешалку, где был уже находился белоснежный халат, а рядом полотенце. Идеально белый цвет. Вещи выглядели так, будто их только приобрели в магазине, и не в таком, где обычно затаривалась я, а в ином. Том, где даже грамм мыла мне не по карману.

Я подошла к ванной, закрыла пробкой отверстие и включила воду. От радости, что, наконец-то, смогу поблаженствовать и расслабиться в теплой водичке, прикусила губу и готова была разрыдаться, но с трудом себя сдержала. Феликсу такое точно не понравится. Пока вода мирно наполняла ванну, я отошла к зеркалу и посмотрела на себя. В область груди предательски кольнуло. Чувствовала, что через эти полчаса наступит тот самый момент, когда я должна буду заплатить за спасение. Осознание происходящего давило на меня, но нужно было смириться с собственным выбором, ведь находиться в таких условиях гораздо приятнее, чем прозябать в холодном общежитии, где, что ни день, то новый наркоман стучится в дверь.

Сняла оставшуюся одежду, аккуратно положила ее на тумбочку около раковины и взяла пару флакончиков с полки. Погружение в воду стало для меня настоящим блаженством. Я сразу окунулась с головой и приступила к процедуре, хотя хотелось пролежать здесь весь час и насладиться каждой секундой, проведенной в этой комнате. Несмотря на классический белый цвет, внутри было вполне уютно и тепло. Сама атмосфера располагала к расслаблению. Быстро помыв волосы и тело, я замерла. До ужаса хотела знать, что будет, когда я окажусь по ту сторону двери. Возьмет ли он меня сразу? Или будет выжидать? Хотя, о чем это я рассуждаю?! Феликс не будет ждать. Он выкупил меня. Сделал дело, и я должна отплатить ему тем же. Все по правилам жестокого мира.

Медленно, растягивая весь процесс, вытерла тело и немного просушила волосы полотенцем, чтобы вода не капала с них. Не знала, сколько времени провела в ванной, но почему-то, укутавшись в белоснежный махровый халат, который был очень приятным на ощупь, поняла, что боюсь. Вот только нужно было выходить, и я несмело повернула ручку. В ушах зазвенело, а во рту пересохло. Сделала пару шагов вперед и увидела Феликса. Он стоял спиной ко мне и смотрел в окно. От него веяло опасностью, но не той, что отталкивает. Нет. Совсем иное чувство зарождалось внутри. Притяжение. Опасный мужчина, который непонятным образом тянул меня к себе. Манил. Давал шанс начать другую жизнь. Жизнь рядом с ним. Нервно сглотнула сцепила пальцы рук, чтобы немного утихомирить сердце, которое подпрыгивало в груди.

- Подойди к кровати. – Сказал он, а я покрылась мурашками от еле уловимой хрипотцы в его голосе. Поместила руки на пояс и медленно и практически бесшумно подошла к постели. За все в жизни приходится платить. Эти слова пролетали в голове. Сама подписала себе приговор. Сама согласилась. Назад дороги нет. Прикрыла глаза на миг, чтобы унять панику, которая зарождалась внутри. Может, всему виной чертова невинность, которую я так отчаянно хранила? Наверное, будь у меня опыт в постельных делах, все было бы проще.

Мысли резко оборвались, потому что Феликс повернулся ко мне, пронзая своим темных взглядом. Порочным, полным желания получить свое. Нервно сглотнула и подумала, что нужно перестать на него смотреть, только я не могла. Это было подобно гипнозу. Мужчина медленно, но так плавно и маняще приблизился ко мне, что под ложечкой засосало. Я вцепилась пальцами в пояс халата и ждала следующего действия. Нужно ведь слушать и выполнять? Только мои конечности не подчинялись мне. Все-таки волнение смогло пробраться под кожу и заставило дышать через раз.

- Сними халат. – Снова повелительный тон, от которого мои глаза увеличились в размере. Для него это так просто, но не для меня. Еле убрала пальцы с пояса, развязав его. Вот только не могла скинуть единственную преграду, которая отделяла меня от пожирающего взгляда. – Я не люблю повторять. Ты должна понять это сейчас, иначе за провинность последует наказание.

Кивнула и скинула халат с плеч. Он тут же оказался у моих ног, а я глядела в темные глаза, чувствуя, что заливаюсь краской стыда. Я стояла перед Феликсом совершенно нагая и не могла даже часть себя прикрыть, да это и не имело смысла, потому что мужчина не просто рассматривал, а сканировал, пожирал и, словно уже, трахал меня. Дикое чувство, которое впрыснулось в кровь и распространилось по всему организму, мне даже в какой-то степени нравилось. Я хотела узнать, как это будет именно с НИМ. Феликс поднял руку и прикоснулся к моим губам. Провел по нижней большим пальцем, сжав остальными подбородок и немного приподнимая мою голову. Это движение не было грубым, не причиняло боли. Оно подавляло. Я смотрела на него снизу-вверх и понимала, что так он показывает, кто здесь главный, но мне ведь и так ясно, что это не я…

- Встань на колени. – Холодный тон привел в чувство, и я приоткрыла рот в немом вопросе. Только не успела ничего сказать, потому что, не отрывая от Феликса взгляда, опустилась на ковер и часто задышала, даже не предполагая, чего он захочет дальше.

___________________________

- У тебя красивые губы, Виктория. - Прозвучал после долгого молчания, нарушив тишину, его низкий голос, в котором стали проскальзывать нотки более улавливаемой хрипотцы. От этих слов я задышала часто, а сердце произвело внезапный кульбит. Не сказать, что мне было так страшно, нет. На меня давила неизвестность. Я не знала, стоит ли ответить на его комплемент, да я вообще не представляла, как себя вести с ним. Но, если честно, ожидала от Феликса немного другой реакции. Мне казалось, что хоть во время близости мужчина раскрепостится и перестанет быть для меня таким загадочным, но этого не произошло. Он остался холоден. Непробиваемый. Сейчас я неосознанно сравнивала его с хищником, не с голодным зверем, а с опытным животным, которые пытается взять свою добычу не силой и ловкостью, а выжидает идеального момента для нападения, обдумывает каждый свой шаг.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Зачем ему торопиться? Ведь он знает, что я уже у него на крючке. Хищника больше забавляет сам процесс. Он питается страхом добычи, ее эмоциями прежде, чем насытиться. Ведь он уверен в себе, знает, что, ещё немного, и она окажется в его лапах, поэтому не хочет торопиться. Наслаждается моментом... Растягивает удовольствие...

Феликс снял с себя пиджак и аккуратно приземлил его. Потом он не торопясь стал расстёгивать свою идеально выглаженную рубашку, а я завороженно наблюдала за каждым его движением, на что Феликс лишь усмехнулся, но действо свое все-таки продолжил. Раздевался под моим пристальным взглядом. От чего сердце билось чаще, а дыхание становилось реже. Что этот дьявол делает со мной? И какую участь он для меня уготовил? Какую игру ведёт?! Почему не возьмёт то, что хочет прямо сейчас. И, пожалуй, покончим с этим. Но он жесток. Ему нравится мой страх. Он впитывает каждую эмоцию, прежде чем окончательно подчинить меня своей воле. Прежде чем заполнить меня собой, опустошает, подавляет, порабощает.

Я могла наслаждаться открывшимся видом, поскольку предполагала, что у Феликса красивая мужская фигура. Невероятно широкие плечи, которые кажутся мне, сидящей перед ним на коленях, ещё шире. Почему-то именно сейчас я сравнила его с каким-то греческим богом, ну или же полубогом. Торс накачан. Такой рельеф, что кажется, дотронься и почувствуешь под пальцами не человеческую плоть, а камень. Феликс снова коснулся моего лица, а я, даже не знаю почему, зажмурилась. Словно он собирался меня ударить, но не ударит же... Так откуда такая реакция?! Я не понимала саму себя, ведь рядом с ним мое тело и разум были мне неподвластны. Жили, будто отдельной жизнью. Я до одури пугалась даже не его, а собственной реакции на этого мужчину...

- Так вот, я хочу, чтобы именно этими своими губами ты коснулась его. - Мужчина направил свой взор в область паха, тем самым дав мне понять, что я должна дальше делать.

Именно таких действий он хочет от меня. Медлила, потому что растерялась.

- Ну же! - Прорычал Феликс, от чего я внутренне вся сжалась, но не показала виду, а подползла ближе. - Расстегивай. - С хищной улыбкой на губах и хрипотцой произнес он, и я послушалась, а как иначе?!

Вытянула руки, которые предательски дрожали и стала блуждать по его поясу, но у меня ничего не получалось. На что Феликс лишь хмыкнул, а затем снова заговорил. Устрашающе, властно, подчиняюще.

- Но сначала я поставлю на тебе своё клеймо. Я хочу пометить тебя. Чтобы отныне ты знала, кому принадлежишь! Скажи, эти губы уже кто-нибудь целовал?!

- Н-н-не-е-ет. - Ответила я заикаясь. На что мужчина довольно улыбнулся. Погладил по щеке так, словно я не человек, а животное, которое четко и ясно выполнило команду, которою от него требовали. А потом... Феликс меня поцеловал. Видимо, это и есть его клеймо. Метка самого дьявола...

Какого поцелуя я ждала? Ммм, тяжело ответить. Даже не знаю. Ведь он у меня первый. Но, наверное, точно не такого, как этот. Его губы ненасытны, требовательны, агрессивны. Сам поцелуй длился недолго, но зато в нем отразилось абсолютно все. Все о нас с ним. Он покровитель, подчиняет, я его избранная, подчиняюсь. И никак иначе. Отныне так будет всегда...

Пребывала в полной растерянности, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, не могла сказать, что мне не нравилась близость этого мужчины, но с другой... Было бы лучше, если бы все произошло при иных обстоятельствах. Не так, как у нас с ним, но уже ничего не вернуть и не исправить. Я здесь. А рядом. ОН! Последнее, что разделяет мою жизнь - наличие девственности. По сути если не отдам ее - все ещё свободна. Мне бы бежать отсюда без оглядки, но я продолжаю сидеть на коленях перед Феликсом с особой покорностью, будто он уже меня приручил.

- Грудь у тебя тоже красивая, но сначала я хочу насладиться твоим ртом. - Следом за сказанным мужчина высвободил свою возбуждённую плоть и начал обманчиво нежно и плавно водить ей по моим пересохшим губам. Все так, будто при поцелуе он высосал всю жизнь, что была в них, а теперь они сухие, кажется немного, и треснут. Кровь. Он хочет крови. Моей крови. Я действовала больше по наитию. Хотелось бы, чтобы Феликс помог мне, показал, как ему нравится, но он лишь продолжил наблюдать за моим грехопадением, словно сторонний человек. Определенно, ему нужны эмоции. Плотские утехи ему не интересны. Он ими вдоволь насыщен.

Возбуждённую мужскую плоть я увидела и ласкала ее своим ртом впервые. Хорошо, что отвращения я не почувствовала, даже было в некотором плане приятно, когда бархатистая кожа коснулась моего языка. А все потому что Феликс неисправимый педант в жизни, такой же педант и в штанах. Я ощутила трепет, приятное волнение. Знала, что мужчина читает меня, как открытую книгу, видит каждую эмоцию, что плещется на дне моих глаз, но вот, что ощущал он, было для меня загадкой. Именно поэтому к приятному волнению прибавилась ещё и тревога, что сковывала все мои движения. Я отчаянно боялась сделать что-нибудь не так. Разочаровать его.

Но он по-прежнему молчал. Сама не поняла, как очутилась снова на ногах, оказалось, Феликс поднял меня, а я и не заметила. И тут… Как в танго. Он перед, я шаг назад. Но смущает только то, что танго - это танец бешеной любви и страсти, а Феликс все так же холоден. Наверное, это какой-то новый танец, который мы в эту ночь исполним. Он его придумал, рассчитал каждую мелочь, отныне он не только мой покровитель, но и создатель моей новой жизни, иного мира, в который я уже наполовину погрузилась...

Он надвигался медленно. Я отступала назад. И так было до тех пор, пока не ощутила, как коснулась спиной чего-то холодного. Из-за переизбытка эмоций даже точно не могла определить, что преградило путь к отступлению. Да и какая в сущности разница?! Будь то зеркало, шкаф или даже стена.

Теперь Феликс был близко. Слишком близко. Я смотрела в его огненно карие глаза и утопала в них, но даже при таких обстоятельствах не могла разглядеть, что именно плещется на дне манящих омутов. Мужчина сосредоточен, лицо непроницаемо. И только расширенные зрачки указывают на то, что он возбужден. Без лишних слов Феликс накрыл своей мощной ладонью мою грудь, немного сжал ее, а затем весьма грубо коснулся моих сосков, начав перекатывать их меж своих пальцев. Я вскрикнула, но вскоре привыкла к такой своеобразной ласке. Его близость сводила с ума. Лишала рассудка, погружая в непередаваемый коктейль эмоций. Этот мужчина будто знал мое тело наизусть, ведь ему ничего не стоило окунуть меня в нирвану, в своеобразный транс, но он сам тем временем оставался, будто в стороне.

Хотелось обрушить на него лавину своей страсти, он не позволил. Я желала ощутить на себе его безумие, восторженное состояние, но опять-таки этого не случилось. Складывалось такое впечатление, что Феликс издевался, дразнил. Пробуждал желание, которое даже не пытался обуздать. Я отчаянно желала ощутить на себе ещё хоть один раз его требовательные губы, нет. Не бывать этому, так решил он. Мой трепет возрастал. Мы с ним по краю. Точнее я на краю. Одна. Даже сейчас, когда он так близок ко мне, смог остаться недосягаемым. Кажется, я никогда не смогу подступиться к нему. Не смогу его понять, ведь он не позволит, не впустит в свой мрачный, холодный и жестокий мир.

Мной откровенно начали править инстинкты, все остальное - второй план. Откинув голову, я ожидала, что, возможно, если Феликс не хочет целовать мои губы, то хотя бы поцелует шею. Но он лишь погладил ее своей теплой чуть шершавой ладонью, а затем стал слегка душить. Страх, было первым, что я испытала. Второй была растерянность. Видимо, я все же сделала что-то не так.

- Мне не нужна твоя страсть. Можешь даже не желать меня, я хочу лишь твоего полного подчинения.

- Да-а-а, конечно. - Произнесла я запинаясь, спустившись, наконец, с небес на землю.

- Запомни, тебе нельзя испытывать ни одну эмоцию, пока я тебе не разрешу. Пока я сам не дам тебе приказ, который ты должна немедленно исполнить.

Я даже не успела ничего ответить, потому что достаточно неожиданно Феликс толкнул меня к кровати, на которую я даже не приземлилась, а упала. Отползла к самому изголовью, поджав ноги под себя, но мужчина раздвинул их грубо и властно без лишних слов и эмоций. Нет! Этого не может быть! Наверное, я ненормальная. Он столь груб со мной. Я не должна его желать. Но я желаю... Феликс принялся блуждать руками по моему телу, которое уже во всю била крупная дрожь. Но на этот раз он снова делал это плавно, нежно, внимательно. Только я уже не верила, потому что поняла, это обман. Фальшь. Скоро снова последует боль. Мне не было страшно, когда Феликс впился в меня порабощающим взглядом, а затем потянулся за чем-то, и мне стало любопытно. Ремень. Красивый кожаный ремень. Вот что взял Феликс. Я даже успела понять для чего он прежде, чем холодная кожа коснулась моих рук. Может сама по себе она и не холодная, но сейчас все ощущалось настолько остро, что для меня она была ледяной.

Прикрыла глаза, но Феликс коснулся моего лица, поэтому я их снова распахнула, и зря, поскольку в следующее мгновение он вошёл в меня одним резким уверенным толчком. Даже не смогла крикнуть, потому что мой рот был зажат его рукой. Не сказать, что я ощутила адскую боль, но она все же была. От нее никуда не деться. Потом все происходило будто не со мной. Словно я покинула собственное тело. Мужчина не был нежен, но и явной грубости не было. Мне постепенно стало нравится то, как он двигался во мне. Это было необычно странно ещё неизведанно, но приятно. Все резко закончилось, когда я ощутила, как горячая сперма заполнила меня всю изнутри. Феликс стал одеваться, а я наблюдала за ним.

- Здесь есть ещё одна ванная комната. Можешь воспользоваться ей, если нужно. И знай, я постарался сделать так, чтобы твой первый раз прошел хорошо. Больше так нежен я с тобой не буду. Тебе предстоит многому научиться, чтобы доставлять мне удовольствие. - После этих слов мужчина покинул меня, оставив в гордом одиночестве. Я же в свою очередь начала обдумывать сказанное. Появилась какая-то непонятная подавленность и опустошение.

Прошло некоторое время, прежде чем Феликс появился в комнате, где произошел наш первый раз. Я так и не воспользовалась ванной, а свернувшись калачиком лежала на постели, как вдруг услышала:

- Пойдем.

Я не хотела задавать лишних вопросов, а покорно поплелась следом. Шли мы не долго и остановились, когда перед нами появилась достаточно необычная дверь. Глянцевая, будто из стекла. Даже не знаю, что это за материал. Феликс открыл дверь, и я вошла. Как только очутилась в комнате, поняла, что это его кабинет.

- Садись и подписывай. - Последовал четкий приказ.

- Что это? - Спросила я, бросив недоумевающий взгляд в сторону бумаг.

- Договор. Теперь ты полноценно принадлежишь мне. Так что, подписывай. – Сказал так грозно и властно, без капли какой-либо жалости или сострадания. Я вещь, но кажется, за это небольшое время, проведенное с ним, забыла. Зря. В договоре было множество пунктов. Усталость брала свое, и я даже не вчитывалась в содержимое бумаг. Взяла ручку и подписала. Обиды на Феликса не чувствовала, потому что не питала лишних иллюзий на его счёт. Только в фильмах все происходит романтично, я же только несколько минут назад лишилась девственности, сижу в кабинете малознакомого мужчины, которому ее отдала, и подписываю договор.

Задержалась взором подольше на одном из пунктов о том, что Красовская Виктория не имеет права говорить, пока Абрамов Феликс не даст разрешения. В голове тут же возникла уйма вопросов, я уже было хотелось озвучить один из, но вовремя себя остановила. Феликс довольно хмыкнул, скрестив руки на груди, а затем с хищной улыбкой на губах произнес:

- А ты быстро схватываешь, умница. Добро пожаловать, в мой мир…

Глава 7.

Абрамов Феликс… Абрамов Феликс… Абрамов Феликс… Даже во сне меня преследовали его глаза и хриплый голос, от которого по спине бежали мурашки. Добро пожаловать, в мой мир… Я проснулась в холодном поту и присела на кровати. Вчера после подписания договора Феликс отвел меня в другую комнату, где я должна была переночевать. Казалось, что я просто спала, но когда огляделась по сторонам, поняла, это не было сновидением. Реальность. Это была чертова реальность, в которой я продала себя. Отдала в руки человеку, которого совершенно не знаю. Почему-то от понимания этого обстоятельства стало не по себе. По коже пробежал неприятный холодок, и я укуталась в одеяло. За окном уже светало, но мне хотелось выйти из комнаты. Рассмотреть все вокруг при свете дня, а не в пугающем сумраке. Может, мне даже понравится эта холодная квартира. В принципе, выбор не слишком велик.

Я поднялась и подошла к окну, не сбрасывая с себя теплое одеяло, ведь была совершенно голой. Смотрела, как просыпается город и прикусила губу. Неизвестность пугала так же сильно, как и мир, в который меня впустил Феликс. Этот мужчина был для меня темным пятном, которое влечет таинственностью. Пусть от него веет холодом, но что-то внутри переворачивалось, когда он находился рядом.

- Как хорошо, что вы проснулись. – Услышала женский голос за спиной и вздрогнула, крепче сжимая одеяло пальцами. – Я вам завтрак принесла. – Обернулась и увидела девушку в форме горничной. Серое платьице, белый фартук, волосы аккуратно убраны наверх в шишку, в руках поднос с апельсиновым соком, чашкой ароматного кофе, овсянкой, тостом и еще чем-то. Чувствовала себя неловко, но девушка улыбнулась и поставила поднос на столик около кровати. – К вам скоро придут, поэтому нужно позавтракать.

- Кто придет? – Спросила, а подумала о Феликсе. Кто же еще может меня навестить? Нахмурилась, потому что незнакомка не собиралась отвечать. Она лишь пожала плечами и вышла, оставляя меня в полнейшем недоумении. Я неуверенно протопала к еде, рассматривая лакомства, которые могли мне раньше только сниться. Не верила, что теперь все изменилось. Медленно пустилась на край кровати и взяла чашку с ароматным напитком в руки, сделала глоток и застонала от удовольствия. Невероятный вкус, вызвавший у меня зверский аппетит. В животе призывно заурчало, и я принялась поглощать пищу, но не торопилась. Желание насладиться было слишком велико, поэтому я не упускала возможности запомнить этот момент. Растянуть его, чтобы потом вспоминать, если жестокая сказка внезапно подойдет к концу.

Вот только много пищи в меня не влезло. Съев всего половину порции, я почувствовала, что насытилась и отставила тарелку в сторону. Кофе был просто замечательным. Он не похож на то поило, что продавали в нашем кафе. Эти два напитка даже сравнивать не стоит. Я не успела сделать последний глоток, как в комнату влетел странный парень и посмотрел на меня оценивающим взглядом. Щеки тут же загорелись от стыда. Незнакомый мужчина, словно вихрь, подлетел ко мне. Он так резко поднял меня на ноги, что я еле успела поставить чашку на поднос и вцепиться в одеяло.

- О боже, - застонал он, держа руки так манерно, что у меня невольно вырвался истерический смешок, - и с этим мне придется работать. Аннет, дорогая, где ты запропастилась?! Господи, я не представляю, сколько времени придется потратить на эту бедняжку, чтобы привести все это, - он с каким-то особым омерзением приподнял прядь моих волос и откинул, словно гадкий мусор, - в порядок. Феликс, как всегда, требует от меня невозможного. – Парень охал и ахал, а я разглядывала его миловидное лицо. Манеры незнакомца наводили на мысль, что он не совсем мужчина, точнее его ориентация не традиционная.

Одет с иголочки, волосы коротко стрижены на висках и чуть длиннее на затылке. Челка небрежно нависала над его голубыми глазами. Симпатичный блондин, который, к моему удивлению, пользуется гигиенической помадой. Я отступила от него и нервно сглотнула, пытаясь успокоиться. Если он знает Феликса, то не должен причинить мне вреда.

- Кто вы? – Выдавила из себя вопрос, поправляя одной рукой свои волосы, которые даже не успела расчесать после сна.

- Ха, - выдал парень, помещая руки на пояс и обращая тем самым мой взор на его приталенный пиджак и розовую рубашку, - Аннет, ты слышала? Девушка не знает моего имени. Смешно просто. – Я не знала, к кому он обращается, и смотрел на открытую дверь, где скоро возникла красивая женщина лет сорока. Выражение ее лица было таким серьезным, что мне стало не по себе. – Ты видишь, да? – Парень фыркнул и направился к двери, комично размахивая руками. – Возьму свои инструменты, а ты, девочка, - обратился ко мне, - готовься. Сейчас отшлифуем алмаз до бриллианта.

От этой фразы мои брови полезли на лоб, а сердце гулко застучало о ребра. Ладошки стали влажными от нехорошего предчувствия. Женщина прошла внутри и несколько раз осмотрела меня, прошествовав вокруг. Чувствовала себя музейным экспонатом, которому необходима срочная реставрация, иначе дряхлую вещь просто выбросят на помойку.

- Сбрось одеяло. – Сказала Аннет, остановившись напротив меня. – Посмотрим, с чем придется работать. – Она недовольно поджала губы и вопросительно смотрела на меня.

- Я ничего не понимаю. – Произнесла с недоумением, сжимая пальцы крепче. – Что вы собираетесь со мной делать?

Женщина тяжело вздохнула и цокнула, а я пребывала в сильнейшем напряжении. Незнакомые люди приказывают показать им свое тело, но мне не очень хочется это делать. Внутри все сжимается, когда Аннет подходит ближе и берет меня пальцами за подбородок.

- Виктория, тебе предстоит выход в свет вместе с Феликсом, и я должна подготовить тебя к этому. Не усложняй нам с Пабло задачу. Просто делай, что мы говорим, и не сомневайся в нашем профессионализме. – Ее вынужденная улыбка и слова заставили широко распахнуть глаза. Какой еще выход в свет?! Я ведь не для этого подписала договор, или…

Мысли оборвались, потому что Аннет резко выдернула одеяло из рук, и оно, к моему великому стыду, упало на пол, оставляя меня совершенно нагой перед неизвестными людьми. Щеки моментально запылали, и я хотела подобрать единственное средство защиты от этих взглядов, но женщина ударила меня по руках и шикнула.

- Виктория, не усложняй нам задачу. – Она выпрямила спину, а я быстро прикрыла руками грудь и встала боком, чтобы хоть немного закрыть обзор на самое сокровенное. – Расслабься, дорогая. – Прощебетала приторно сладким голосом Аннет. – Пабло не обратит на тебя внимания. Он – профессионал. – Она наклонилась и прошептала мне на ухо. – По секрету. Ему по вкусу мальчики.

- Оу. – Вырвалось у меня, пока шабутной паренек приволок в комнату огромный чемодан и принялся раскладывать что-то на тумбочку возле зеркала. – Но зачем все это? Я знаю, как себя вести в обществе. – Возмутилась, искренне негодуя. Где-то в глубине души я понимала, что Феликс не может пойти куда-то с такой, как я.

- Виктория, может внутри ты и бриллиант, но снаружи до драгоценного камня тебе далеко. Ты должна нести и подавать себя так, чтобы у окружающих не осталось сомнений в твоем происхождении и положении. – Аннет прищурилась и обошла меня по кругу. – Давай, пока накинем на тебя что-нибудь, и Пабло сотворит чудо. – Женщина улыбнулась, а я непонимающе посмотрела на парня, который потирал руки.

Внутри поднималась волна протеста, но я вспомнила договор с Абрамовым и прикусила губу чуть ли не до крови. Что он задумал? Зачем меня менять? К чему все это? Аннет подвела меня к Пабло, а сама подошла к шкафу и открыла его. У меня челюсть отвисла от обилия разной одежды. Женской. Неужели у Феликса не так давно была женщина, которая не забрала вещи? Или это куплено предусмотрительно? Пока в моей голове крутился тысяча и один вопрос, Аннет достала легкое платьице простого кроя и аккуратно помогла его надеть. Ткань идеально легла на изгибы моего тела, словно это специально приобрели для меня.

После Пабло буквально усадил меня на стул и тут до моего еще непроснувшегося мозга дошло. Он собирается стричь меня. Парень достал краску, и паника отразилась на моем лице. К таким изменениям я точно не готова! Это глупо. Зачем мне выход в свет, если там я не смогу быть собой?!

- Не смотри так, будто я топор в руки взял. – Манерно растянул Пабло и подошел ко мне. Парень трогал мои волосы и что-то бормотал под нос. Тут же перед глазами возникла Аннет, закрыв мне вид на зеркало.

- Расслабься, Виктория. Ты слишком напряжена. В таком состоянии наши уроки пройдут даром. Ты должна сконцентрироваться. – Женщина мило улыбалась, но мне от этого было не легче. – Итак, ты сама понимаешь, что общество, где постоянно находится Феликс, это особая категория людей. Там нет места чувствам, дорогая, поэтому откинь их в сторону. Или, - она фыркнула и подарила мне презрительный взгляд, - хотя бы замаскируй. Если кто-то учует твои слабости, то непременно воспользуется этим. Таков этот мир. Мир Феликса. – Женщина тяжело вздохнула и отошла к окну. Пабло же резко повернул меня к себе и принялся орудовать ножницами.

Аннет достала из сумочки сигареты, открыла окно, пуская в комнату свежий воздух, от которого я поежилась, и прикурила. Она красиво держалась. Ей даже шло. Хотя я терпеть не могла, когда женщины курят. Аннет, словно прочитала мои мысли.

- Не смотри так. Я далеко не ангел. – Женщина тяжело вздохнула. – Не говори Феликсу. Наверняка, ты уже знаешь о его, - она показала кавычки, сжимая указательный и средний пальцы левой руки, - «пунктиках», а мне не хочется лишиться премии. Только ничего не поделать с вредной привычкой.

- Куда мы с ним пойдем? – Спросила, стуча зубами, потому что ветерок из окна дул совершенно не летний.

- Не знаю, но не суть. – Аннет выбросила окурок в окно, скривившись и ойкнув. – Сейчас продолжим теорию. Слушай внимательно.

Она закрыла окно, а я растерянно смотрела на нее, не желая что-либо воспринимать. Чувствовала, что вся эта затея с изменениями не к добру. Не хотела этого. Всем естеством сопротивлялась, но разве Феликс не говорил о том, что я должна его слушать?! Аннет начала говорить, а я старалась вникать, хотя мысленно была еще в ночи. Почему-то именно в этот момент в памяти начали всплывать ощущения, и я никак не могла их прогнать. Пабло что-то бормотал мне на ухо, и Аннет смеялась временами. Правда, до меня не доходил смысл ее остроумных шуточек. Да и смеяться не слишком хотелось.

Все эти чертовы правила и нормы, предусмотренные обществом, мне никак не давались, но я кивала головой, будто китайский болванчик, потому что хотела скорее избавиться от занудной учительницы. Я чувствовала, что она с удовольствием заняла бы мое место и щеголяла в вечернем платье вместе с богатым мужчиной под руку. Внутри плескались разные эмоции, и я не могла понять, нравятся ли они мне. Когда Пабло завершил творить чудеса с моими волосами и макияжем, Аннет достала из шкафа туфли на невероятно высокой шпильке. У меня непроизвольно открылся рот, на что парень рассмеялся.

- Вот теперь ты мне нравишься, дорогуша. – Сказал он так мило, что я искренне ему улыбнулась. – Будем учиться ходить.

- Да, пошевеливайся, Пабло. Помоги ей. – Аннет указала на мои бедные ноги, которые потрясывались с непривычки. – Пройдитесь вдвоем.

Я вздрогнула, когда парень ловко поместил мою руку на свою и повел вперед, подергивая бровями. Я не могла нормально идти, но женщина подгоняла. Это было похоже на настоящую пытку. После нескольких попыток ходить, как настоящая леди, я застонала и чуть не рухнула на пол. Пабло вовремя меня подхватил и усадил на край постели.

- Нет, так не пойдет. – Сказал он, глядя мне в глаза. – Ты тоже должна прилагать усилия. Поверь, нам это нужно меньше, чем тебе. – Намекнул парень на мое положение.

Понимала, что придется быть прилежной ученицей и удивить Феликса этим прогрессом, поэтому вымучила из себя улыбку и поднялась. Аннет тут же поместила мне на голову книгу и кивнула, чтобы я шла вперед. Прокляла тот день, когда родилась женщиной. Эти двое выжали из меня все соки, но мне удалось нести себя, подобно модели на подиуме, чему поаплодировал Пабло. В завершении меня усадили за стол и учили правильно держать чашку и пользоваться столовыми приборами. Хорошо, что я читала большое количество литературы и теоритически знала, что и как делать.

- А теперь можешь полюбоваться на свое отражение. – С улыбкой сказала Аннет, а Пабло потер ладони друг о друга, заставляя меня нахмуриться. Я медленно подошла к зеркалу и замерла, увидев незнакомку. Иную Викторию. Ту, что знакома внешне, но которую я еще не знала.

Глава 8.

Осознание того, что Виктория стала восхитительна появлялось постепенно, медленно, распространяясь по телу подобно опьянению от этого дорого коньяка, который я сейчас употребляю, сидя в своем темном кабинете. Ведь я запомнил ее совсем другой. Маленькой, невзрачной девчушкой, а теперь....Теперь она стала очаровательна. Правильные черты лица, почти аристократичная внешность настолько притягивают, что даже после того, как увидел ее в этом захудалом кафе, в этой убогой униформе все равно мысленно отметил: она красива. Виктория сама того не ведая, взбудоражила меня, вывернула наизнанку все то, что я прячу внутри. Мой гнев, моих демонов, мою уязвимость. А все потому что она именно та, которую я должен ненавидеть. Которую я должен был уничтожить, ведь она последняя, кто остался жив из моих врагов. Людей, которых я проклинаю до сих пор. Глупая....Наивная девчонка. Правда подумала, что такой, как я нуждаюсь в женщине? А зря...Очень зря...Она нужна мне совсем не для сопровождения или удовлетворения потребностей. Нет. Хочу растоптать ее, сломать пополам. Да. Я жесток. Сколько бы не боролся с собой, не смог отпустить свое прошлое. Казалось бы, я сделал все, чтобы отыграться, отомстить, но когда увидел ее, это безудержное желание возникло во мне снова. Она не виновата, но Виктория напоминает мне о нём. О моем прошлом. Ведь когда-то давно я тоже был таким, как она. Все это во мне уже никогда не искоренить. Это останется со мной навечно. Но, черт возьми! Как я могу желать ее при этом?! Что в ней такого? Почему именно сейчас?! Когда у меня совершенно другие цели. А именно стать мэром этого города. И тут появляется она! Фигура из моего темного прошлого. Так похожа на него...На человека, которого я ненавижу. Но я желаю ее. Хочу подчинить себе, подмять под себя. И я этого добьюсь. А затем...Уничтожу. Но сделаю это виртуозно. Буду растягивать удовольствие, смакуя его, вновь и вновь чувствуя этот дивный вкус мести, власти, победы. Так невинна, чиста. Напоминает мне ангела, ну а я...порочен. Мой темный, мрачный, жестокий мир не для нее. Она в нем погибнет, если не научится противостоять мне. Но это исключено. Виктория никогда не сможет стать мне помехой. Слишком для этого проста. А быть может, я ошибаюсь. Впрочем, у меня ещё будет время узнать её поближе. Присмотреться к ней, расположить к себе. А пока...Она для меня лишь игрушка, диковинный экспонат, мой личный трофей. Моя собственность. Но не стоит забывать о том, что прежде всего эта девушка - мой самый главный враг...А врагов всегда нужно держать близко. И она уже слишком близко. Настолько близко, что я с лёгкостью могу начать ломать ее в любой момент, в который только пожелаю. Но это подождёт. Виктория никуда не убежит. Ведь бедняжка даже не прочла, что наш договор не подлежит расторжению...Я буду ломать ее ангельские крылья медленно, чтобы в полной мере она ощутила всю ту боль, которую когда- то я сам испробовал. И не раз. Скоро она станет такой же, как и я, либо сломается. Второй вариант устраивает меня гораздо больше...

Наблюдая за тем, как выпускаю дым от своих любимых сигар, впервые я не понимаю самого себя. Зачем мне все это нужно? Зачем мне нужна она? Я отомстил каждому. Всем. И девчонке изрядно жизнь подпортил. Но взглянув на нее, ощутил, что во мне что-то изменилось. Она будто ото сна меня пробудила. Разве можно желать и ненавидеть одновременно? Но именно, кажется, это я в данный момент и чувствую. Я привык к тому, что перестал уже давным давно ощущать что-либо, испытывать хоть какие-то эмоции. А тут появляется она. Виктория. Переворачивает весь мой привычный мир наизнанку. С ног на голову. Кто она такая, чтобы заставлять чувствовать меня?! Но я определенно что-то чувствую. И от этого она сама того не ведая, пробуждает во мне ещё больший гнев. Ещё большую ярость. Она глупа, что согласилась. Ну а я....Просто безумен. Я сумасшедший. Больной. Ей не понять меня. Никому не понять, именно поэтому я никогда не подпущу ее слишком близко. Ближе, чем следует. Я ЕЕ УНИЧТОЖУ!

Вот уже как час я освободился от своих дел. Сижу, вальяжно раскинувшись на кожаном кресле, в ожидании Виктории. Мы ночевали раздельно. И после того, как она подписала контракт, больше ее не видел. Проходил мимо комнаты, но не стал заходить. А все потому что мне нужно было побыть одному некоторые время. Привести мысли в порядок. Долго думал, говорить ли ей правду о том, что на самом деле я был в курсе того, что ее собирались сдать в бордель. Решил, что не стану. Пусть думает, что это простое совпадение. Подарок судьбы. Ведь это отличный инструмент в моих руках, с помощью которого я буду заставлять девочку играть по моим правилам и только по моим. Она теперь моя. Благодарность. Виктория будет испытывать именно это чувство по отношению ко мне. В ее глазах я сейчас прекрасный принц, что спас ее. Я тот, кто не позволил надругаться над ее юным телом. Это ее версия. И мне это только на руку. Но я обязательно расскажу ей всю правду, преподнеся ее как можно больнее. Чтобы потом она сожалела, страдала, молила отпустить, но я не отпущу, а стану вновь и вновь заставлять ее совершать порочное, грязное грехопадение. Мои мысли прервала вошедшая домработница, которая появилась с серебряным подносом в руках. По всему кабинету тут же разнесся аромат горячего свежесваренного кофе. Мой любимый напиток. Табак, кофе, я. Точнее, мой парфюм. Сейчас сюда придет Виктория. И станет вдыхать именно этот запах. Мой запах. Ей ничего не останется делать, кроме как наслаждаться им, полюбить или же возненавидеть. Я желаю, чтобы ее тело пропиталось этот ароматом, моим запахом, хочу чтобы его она запомнила навсегда. Виктория же при близости со мной не имеет права пользоваться духами. Потому что не потерплю пахнуть кем-либо, впитывать чей-то запах. Не вынесу. А вот она просто обязана отныне пахнуть мной и никем больше.

Домработница опустив голову вниз, держит уже пустой поднос, поскольку его содержимое теперь на моем столе, а сама не произносит ни единого слова, ждёт моих указаний. А все потому что я запретил. Минута проходит в гробовой тишине. Кажется, даже не слышно, как двигаются стрелки часов. Ей тяжело в моем обществе. Впрочем, как и всем. И мне это нравится. Я этим наслаждаюсь. Намеренно продолжаю молчать, а сам наблюдаю за мельчайшими изменениями в мимике, обращая внимания на язык тела. Вижу, что женщина держится из последних сил, на самом же деле ей хочется поскорее покинуть мой кабинет, даже не покинуть, а сбежать отсюда. Но я не позволяю. Буравлю своим взглядом, делая обстановку напряжённой. Ей тяжело, но она будет терпеть до последнего. Ведь зависима от меня, а если быть точнее, от денег. Она меня боится. И одновременно ненавидит за то, что я заставляю испытывать ее эти эмоции, показывать которые запрещаю. Мучаю. Да. Я жесток. Невыносим. Но ей некуда деться. В глаза не смотрит. Раньше смотрела, сейчас нет. Ухмыляюсь, наконец, задав вопрос:

- Где Виктория?

- Сейчас будет. По вашему приказу ее приводят в порядок. Появится с минуты на минуту, - почти шёпотом проговорила домработница. И не успела она это произнести, как в кабинет действительно вошла ОНА. Я кивнул в знак того, что женщина может быть свободна. Та кивнула в ответ, а затем направилась к двери. Клянусь, я услышал облегченный выдох, что сорвался с ее губ. Но мне было безразлично, потому что все мое внимание было приковано к Виктории. Кажется, она стала ещё прекрасней. Так и знал, что не ошибся. Она обворожительна. Теперь девушка выглядит наконец-то  соответствующе своей внешности, красоте, что никак не вписывалась в ту нищету, в которой ей пришлось находится. Но разве не я виновник этого? Впрочем, сейчас не об этом. Снова направляю взор в ее сторону. Впиваюсь взглядом. И что я вижу? Она так же смотрит мне в глаза. Не все выдерживают. Не могут. А Виктория может. Хм, а она не так проста, как кажется. Есть какой-то огонь в этих глазах, искра, которая совсем скоро погаснет. И именно я стану виновником этого. Теперь девушка выглядит соответствующе мне. Моему миру. Роскошно, дорого, эффектно,что не может не радовать. Красное платье явно приходится к лицу ее обладательницы, подчёркивая все сильные стороны фигуры и скрывая ее недостатки. На Витории туфли на высоких каблуках, именно поэтому девушка теперь не выглядит такой маленькой, какой показалось вначале. Можно сказать, даже статная. Мне нравится наблюдать за ней. Смотреть на нее пристально, изучать, но ещё больше нравится представлять что я с ней сделаю в ближайшее время. Профессиональный макияж произвел на меня, наверное, именно тот эффект, какой и должен был. Естественные пухлые губы девушки теперь не казались безжизненными, а стали сочными, яркими, которые хочется не просто целовать, их хочется съесть, разорвать, истерзать, также, как и это прекрасное тело в целом. Глаза оконтованные длинными ресницами стали ещё выразительнее, взгляд более открытым, притягательным. Виктория провела кончиком языка по своим пухлым губам, а я тем временем закурил ещё одну сигару, теряясь в догадках сделала ли она это случайно или намеренно, чтоб возбудить меня, чтоб поскорее покончить со всем этим. Нет. Не похоже. Я хорошо ее расположил к себе ночью. Пока она меня не боится. Что радует. Могу создать видимость чего угодно, могу притвориться кем угодно....А пока я просто продолжаю наблюдать. Вижу как тело девушки покрывается мурашками, весьма крупными, будто мёрзнет, будто тут сильный сквозняк. Замечаю также то, что Виктория хочет что-то сказать, но тщательно обдумывает стоит ли. Пока она делает это не из чувства страха, а просто потому что хочет сделать все правильно. И это похвально. Мне нравится. Пожалуй, за такое послушание я не буду сейчас с ней так груб, как хотел того вначале, но это вовсе не значит, что так будет всегда. Сейчас я добрый Феликс, но она ещё не знает, каким я могу быть...

- Сними платье, - последовал мой четкий приказ. Девушка явно растерялась, но старалась не подать виду. Она покорилась. Чёрт, как у нее это получается?! Виктория только что послушалась меня, раздевшись, представ передо мной абсолютно ногой, но при этом огонь в этих глазах не исчез. Она не проиграла. Будет даже интересней, чем я думал. Потому что она гораздо интересней чем я предполагал. А быть может, вполне обычная, но что тогда в ней так меня цепляет?

- Слушай внимательно. В следующий раз, когда я захочу тебя видеть, ты приходишь голая. Абсолютно голая. То есть без ничего. Тебе ясно? - произнес я как можно более отстранённо, хотя самому было весьма интересно наблюдать за ее реакцией. Даже стало на мгновение весело, когда ее щеки покрыл румянец, но она вновь покорилась. Отвечать не стала, лишь кивнула в знак полного повиновения. Чёрт! Ну сделай хоть что-нибудь, благодаря чему появился бы повод выпустить внутреннего зверя.

Посмотрел на бокал с коньяком, который был уже наполовину пуст. Добавил ещё, а затем подвинул на край стола. Нет, не для нее, а для себя. Только пить его буду весьма пикантным способом.

Как только в глазах Виктории застыл немой вопрос, я произнес:

- Бери его и лей содержимое на себя.

Глава 9.

Дрожащей рукой я взяла бокал с янтарной жидкостью под пристальным взглядом моего покровителя, от чего становилось ещё тревожнее, гораздо волнительнее. Дыхание уже давно сбилось. Оно стало рваным, непонятным даже для меня самой. Что этот человек сделал со мной?! Почему я так реагирую? И что самое главное, как объяснить то, что я готова выполнить любой приказ Феликса, стоит ему только чего-то захотеть. Будто околдованная чьими-то сильными чарами. Хотя, так оно и есть. Он околдовал меня с первого дня нашего знакомства, и для этого ему понадобился всего лишь один взгляд. Как и в нашу первую ночь, Феликс надвигался медленно, не спеша. Только теперь я не отступала. Ведь все было иначе. Мне был дан приказ. Я не имею права испытывать ни одну эмоцию, пока мой покровитель не даст на то разрешения, и я во чтобы то ни стало обязана его исполнить. Отступать бессмысленно. Теперь так будет всегда. Но становится ли от этого легче? Не думаю...

Пришло время закрыть глаза. Игра началась. И отыграть свою роль нужно отменно. Вокруг все исчезло. Ничего нет. Напротив лишь его глаза-убийцы. Резко появилась непонятная усталость в теле. Тяжесть. Я не принадлежу сама себе. Душа рвется наружу. Ей чуждо все это. Все то, что происходит между нами. Очень сложно. Но тело не отпускает мою израненную душу. Возникло желание раствориться в этой атмосфере. Раствориться в нем, чтоб пережить это. Вытерпеть. Нет, мне не плохо. И не больно. Трудно. Просто тяжело привыкнуть к этому, принять, как данность. Его рука проскользила по моей коже. Незаметно. Тихо. И едва дыша. Мои веки стали тяжёлыми, но мне все-таки пришлось распахнуть глаза, поскольку я почувствовала на себе тяжёлый взгляд Феликса. Чарующий. Гипнотизирующий. Глаза-убийцы меня уничтожают. Мужчина коснулся моего тела всего лишь пальцами, а мне казалось, что я уже горю. Его руки - языки пламени, и в этом огне я сгораю до тла. До пепла. Без остатка. Но для начала обожгусь. Он обожжет меня собой.

Не узнавала саму себя, а тем более не могла понять Феликса. Ведь сегодня он явно был другим. Более эмоциональным что ли... Все вроде бы было так же, как и в нашу первую ночь, но что-то явно было иначе, а я отчаянно не могла понять, что именно. Не время думать, нужно забыться. Предоставить свое тело, которое жаждет мой покровитель. И тогда, быть может, его кара не будет столь беспощадна. Безжалостна. Я ещё не знаю всех граней его характера. Пока не изучила их вдоль и поперек. Но что-то подсказывает мне, что этот мужчина не прост. Это, во-первых, а во-вторых опасен. Я вроде бы должна бояться, но не боюсь. Пока... не боюсь. Может, потому что эти руки ещё не делали мне больно? Или, возможно, наша встреча произошла не случайно. И я тоже не так проста. Мне ведь нравится его грубость. Его власть. Опасность, исходящая от этого человека. А это уже ненормально. Может, эта и есть та миссия, которую я должна выполнить? Мое предназначение? Радовать своего покровителя. Быть его любимой покорной игрушкой. А разве игрушка может противиться? Конечно, нет. Ее купили. И после покупки уже всем безразлично, что будет с нею дальше. Дальше можно делать с ней все, что хочешь. Так же и со мной. Но я ведь должна этого бояться. Должна ненавидеть его. Опасаться. Проклинать всю эту ситуацию, но нет. Всего этого нет. Во мне нет этих эмоций. И сейчас, стоя перед ним абсолютно голая и облитая алкоголем, я понимаю, что чувствую... Предвкушение?

Трепет. Непонятное, совершенно неизведанное доселе чувство, которое появляется только при близости с этим мужчиной. Вот от этого действительно страшно. Но не от ситуации. После того, как Феликс втер кончиками пальцев коньяк в мое дрожащее и трепещущее тело, то стал обходить меня, рассматривая пристально со всех сторон. Будто оценивал. Отмечал недостатки и достоинства. А быть может, так оно и было. Но вскоре я вскрикнула, потому что мужчина достаточно неожиданно схватил меня одной рукой за шею, немного сдавливая ее, а второй намотал волосы на свой кулак достаточно крепко. Намертво. Я инстинктивно вжалась спиной в его мощную грудь и закрыла глаза, затаив дыхание. Мне вновь показалось, что я сделала что-то не так. Но покровитель молчал. Вдыхал мой запах. Дышал мной, водя носом возле артерии, по скулам. Но не целовал, а обдавал горячим дыханием. Обжигал, медленно отправляя нас в ад. Ведь таким, как мы, там самое место. Грешники. И наша порочность когда-нибудь нас погубит. Погубит прежде всего меня...

Мужчина опустился вниз также неожиданно, как до этого схватил меня за волосы. Что он там собирался делать внизу? Я не знала. А самое главное, как у него это получилось. Опуститься передо мной на колени, но не потерять своей власти. Кажется, он стал в таком положении даже более могущественнее. Его горячий рот стал блуждать по моему телу. И нет, он не целовал меня в этот момент. Хотя хотелось. Но я всё держала в себе. Даже боялась издать стон. Феликс оставлял на мне свои отметины. Засасывал кожу, кусал, а укусы зализывал языком. Требовательно. Властно. Грубо. Все в его манере. Моментами мне было больно. Но я терпела. И дело даже не в правилах. Мне нравилось, как после каждого болезненного засоса по моему телу проносилась приятная волна возбуждения, которое накрывало меня с головой. Это ненормально. Он больной. Но и я не здорова. Больна им. Но как? За такой короткий срок. Это невозможно. Он точно дьявол! Феликс вел себя все более нетерпеливее. Требовательнее. Грубее. Погружая меня снова в тот своеобразный транс, в ту нирвану, которую я уже испытала в полной мере в нашу прошлую ночь. Но ему мало. Он уничтожает нас обоих. Доводя до грани. Мне пришлось зажимать себе рукой рот самостоятельно, поскольку мой покровитель ещё не давал приказа произнести хоть слово. Хоть один короткий вскрик или стон.

Его кабинет заполняло наше сбивчивое, рваное дыхание. Но не более. И я не хотела это нарушать. Феликс, насытившись вкусом моего тела вперемешку с коньяком, наконец-то, поднялся. Пронзил меня насквозь своим убийственным взглядом. Он голоден, пьян, но больше голоден. Но клянусь, было ещё что-то в его глазах, чего я не могла никак понять. Разгадать. Распознать. Я слишком мало его знаю для того, чтобы быть уверенной в том, что именно плещется сейчас на дне его глаз. Но это явно что-то устрашающее. Жгучее. Испепеляющее. Порабощающее. Нет, он вовсе меня не приземлил на свой огромный стол, а толкнул. Всего одно движение, и я уже прижата всем телом к холодному, почти ледяному покрытию. Мне больно. Потому что кости стали упираться в поверхность стола. Была бы я не так худа, то, возможно, не испытывала бы этого дискомфорта. Но Феликса это не волновало. Коленом он раздвинул широко мои ноги. Достаточно широко, а затем, снова намотав волосы на свой мощный и большой кулак, вошёл резким толчком. На этот раз я не смогла сдержать крика. Он рвался из меня помимо собственной воли. Либо он слишком огромен для меня, либо я слишком тесна. Но я не привыкла. Мне снова больно, так словно он вновь лишил меня девственности. Уже второй раз. Но разве так бывает? Наверное, с ним может случиться абсолютно все. Мне даже удивляться не стоит.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Заткнись! - Зарычал Феликс и, выйдя всего на миллисекунду, заполнил меня всю собой снова до предела. Все было бы хорошо, если бы не было так больно. Из глаз ручьем полились слезы. И я все-таки сломала пару чертовых ногтей, которые мне так старательно нарастили. Но зачем? Чтобы я их каждый раз ломала? Боже. Меня сейчас жестоко берут, а я думаю о каких-то ногтях? Наверное, я сошла с ума. Но я действительно не знала, как абстрагироваться от этого. Было бы все иначе. Немного. Совсем чуть-чуть. Чего я хочу? Наверное, ласки, нежности. Но этого не будет. Кто я такая, чтобы даже в своих мыслях думать об этом. Чего-то ждать от этого мужчины. Требовать. Он берет, а я должна давать. Он ведь может сделать нашу близость другой. Все в его руках. Я в его руках. Но почему он так жесток. За что?

Он не любил меня на данный момент, даже смешно это называть таким словом. Даже не трахал, а жёстко таранил, вдалбливался в меня со всей мощью, со всей яростью. Так, словно пытался что-то кому-то доказать. Отомстить. Продемонстрировать. Видимо, этот мужчина так и останется для меня загадкой. Я никогда не смогу его понять. Я молила его остановиться ни один раз, а даже несколько, но он вновь велел заткнуться. А когда в очередной раз вскрикнула и заскулила, как раненый зверь, ударил по ягодицам. Да так сильно, что звук от этого шлепка распространился по всему кабинету, смешавшись с его хриплыми стонами и моим рваным дыханием. И только когда я стала от его, казалось бы, нескончаемых толчков, фрикций увлажняться, боль немного стихла. Терпимо. И тут до меня дошло, что ведь и мое состояние в моих руках. Это всё ещё мое тело. И если я буду себе помогать, то, возможно, все будет не так страшно. Мне всего лишь нужно привыкнуть к нему, к своей новой роли. Начать получать от этого удовольствие, хотя бы возбуждаться, чтобы не испытывать этой боли.

Пугает меня даже не то, что так будет всегда, а то, что я не испытываю ни капли ненависти при этом. Меня дерут, как последнюю шлюху, а я позволяю, и дело даже не в правилах. Я изначально признала его власть надо мной. Ещё там в кафе. Подчинилась и согласилась на все уже тогда. Сейчас же это всего лишь последствия моего выбора. Я знала, на что иду. И самое главное, что своего рода кайф я все-таки получала. Тащилась от этой грубости. От этой боли. Так за всю жизнь привыкла к ней, что она стала моим постоянным спутником. Приласкай он меня, наверное, не понравится. Не приму, не пойму. Приму за дикость. А вот такое отношение, как раз в самый раз для такой, как я. Я просто не заслуживаю большего. Поэтому либо я принимаю все это, либо ломаюсь. Умираю, внутренне загоняя себя в тупик. Прекрасно понимаю, что выхода нет. Теперь нет. Когда ещё не лишил меня невинности - был, могла сбежать, но не сбежала, видимо, интуитивно чувствуя, что мне здесь самое место. Рядом с ним. Быть его избранной, любимой игрушкой, фавориткой такого властного, грозного, беспощадного короля, моего покровителя.

Мне казалось, он брал меня целую вечность. Я уже не кричала, и даже не скулила, не царапала стол. Просто лежала, смотря в одну точку. Феликс сорвался на бешеный темп. Пугающе быстрый. Казалось, он хотел меня растерзать. Разорвать. Я держалась из последних сил. Молить его о пощаде больше не хотела. Бессмысленно. Я ждала. Ждала своего конца. Феликс совершил несколько рваных толчков прежде чем, запрокинув голову вверх, кончить в меня, заполняя горячей и обжигающей спермой. Я думала, что именно в этот момент почувствую себя унизительно. Мерзко. Но нет. Мне стало как-то хорошо. Спокойно. Я не получила физического удовлетворение, но получила ментальное. Я точно сошла с ума. Что с нами не так? Так не должно быть. Это что-то запредельное.

Феликс восстановил дыхание. Наверное, тогда и воцарилась звенящая тишина, которая резала слух. Я не знала, что делать и как себя вести. Даже в глаза своего покровителя посмотреть не решалась. Боялась, он прочтет меня снова, как открытую книгу. Поймет, что его грубость меня вовсе не отталкивает, и тогда, возможно, придумает новые методы, с помощью которых будет мучить. Уничтожать. А я этого не хочу. Пускай все остаётся так, как есть. Я выдержу. Я смогу. Я не сломаюсь. Но тогда почему эта проклятая одинокая слеза все-таки скатилась по щеке? А нет. Даже не одна. Из много. Как так может быть. Мое лицо не исказила гримаса. Мышцы не напряжены. Мимика в полном порядке. Я не издаю ни звука. А слезы катятся бесконечным потоком. Просто так. Наверное, даже и не заметила, что плачу если бы капли не падали на мое холодное тело. На ноги. Ледяные ноги. Да Феликс уже успел перевернуть меня, и я снова могла видеть это лицо. Этот дьявольский взгляд. Эти глаза-убийцы. Он закурил, красиво выпуская дым изо рта. Я наблюдала завороженно за этим зрелищем, продолжая беззвучно плакать. Подушечками пальцев одной руки мужчина держал сигару, а другой стал стирать слезы с моих щек. И снова обман. Фальшивая забота. Ему нравится то, что он видит. Он доволен. Этого Феликс и добивался, иначе не ухмылялся бы своей дьявольски порочной улыбкой. Хищным оскалом. Он не человек...

- Знаешь, Виктория, тебе идут слезы. Когда плачешь, ты ещё прекраснее... А теперь уходи... -Произнес так обыденно, словно только что между нами не было этого бешеного секса. Но его хриплый голос сдавал мужчину со всеми потрохами. Но разве его это волновало? Уже нет. На нем снова маска. Его неизменный «Покер фейс».

Сначала до меня не сразу дошел смысл сказанного, но как только я пришла окончательно в себя, то вскочила и, даже не одевшись, рванула прочь от этого дьявола из его проклятого кабинета. Из глаз снова полились слезы, застилая глаза. Но я бежала абсолютно голая, сломя голову. Плевать на него, на это чёртово платье, я хочу провалиться в сон. Возможно, хоть там я смогу отыскать покой. Найти ту ласку, которой так не хватает в моей поганой реальности. Бежала, а в голове все продолжали звучать отрывки всех наших фраз, диалогов.  Такое впечатление, что через секунду за спиной раздастся его злодейский смех, который словно плеть, словно розги будет бить меня в след, уничтожая...

Глава 10.

Меня сводило с ума ее узкое лоно, да так сильно, что я потерял над собой контроль. Впервые за долгое время получил удовольствие от близости. Делал все не по какой-то схеме или правилам, а вышел за рамки. Выпустил наружу своего внутреннего зверя. Хотя планировал все сделать иначе, а именно, подчинять себе медленно. Мучительно, не спеша, заставляя жертву полностью принять мою власть. Хотел подсадить ее на себя. Стать для нее наркотиком, без которого бы ее ломало, и она молила бы меня о близости. Но впервые сорвался. Все пошло не по плану. Как оказался в ней, мне просто снесло крышу. Давно со мной такого не было. Только сегодня все будет иначе. Я дам ей то, чего она хочет. Ласки, немного тепла. Это обман. Иллюзия. Но я дам это ей. Для чего? А для того чтобы все это забрать. Отобрать. Вырвать с мясом. Чтобы ей было больнее. Ведь привыкни она сразу к этой боли, все будет уже по-другому. А дай сначала ласку, а затем отбери ее. Вот это гораздо больнее. Это будет уничтожающе. Сам не знал, что на меня нашло, но я почему-то изменил планы, решив, что Виктории будет лучше находиться в доме под моим присмотром, а не в пентхаусе, в который я привез ее изначально, и где, собственно говоря, и произошла наша первая решающая ночь. Если девушку не спугнул мой грозный устрашающий внешний вид, то и мрачная обстановка дома, думаю, тоже.

И вот я сижу в гостиной, где уже давно накрыт стол на двоих. Жду. Когда терпению все-таки приходит конец, звоню по нужному номеру для того, чтобы узнать, что там с Викторией, и почему, черт возьми, она заставляет меня так долго ждать! Услышанное меня немного позабавило. Оказалось, что Виктория отлично запомнила то, что в следующую нашу встречу, да и вообще, когда я хочу ее видеть, должна появляться передо мной абсолютно голой. Надо же, даже я забыл, а она запомнила. Но это к лучшему, потому что, если бы вспомнил, а Виктория не выполнила все в точности, как я сказал, ее ждало бы наказание. Весьма не из приятных. Хотела предстать передо мной нагой, но не желала, чтобы её видели в таком виде посторонние, именно поэтому не знала, как себя повести, чем заставила себя долго ждать.

Эта девушка удивляет меня все больше и больше. Неужели она действительно думает, что мне нужен от нее только секс? Что выбрал ее ради плотских утех? Я что настолько похож на извращенца, которому нужно лишь это? Да, я тот ещё извращенец. Но не сейчас. Не так. Не сегодня.

- Хорошо. Можете быть свободными, а Виктории передайте, я приглашаю ее на ужин. Пускай приведет себя в порядок сама. Посмотрим, что из этого получится. - Сказал твердо, но сухо. Безэмоционально. Хотя если быть честным с самим собой, то мне интересно посмотреть на то, как Виктория справится с этой задачей.

Откинувшись на спинку стула, я рассмеялся. Причем впервые за долгое время по-настоящему. Это не фальшивый смех, и даже не столь привычная для меня циничная ухмылка, а настоящий человеческий смех. С одной стороны, меня это злило. Меня злила она. Потому что каждый раз, как только взгляну на нее, вспоминаю о своем поганом прошлом. Виктория будит во мне зверя. Того, кого прячу глубоко внутри, но с другой стороны, ее покорность, кротость с таким воинственным блеском в глазах, подкупают, словно бальзам на душу, на такое ледяное сердце.Я был удивлен, увидев Викторию, что предстала передо мной безупречной, сногсшибательной за такой короткий промежуток времени. Она молодец, быстро схватывает. Не знаю, как ей это удалось, но ее внешний вид явно пришелся по моему вкусу. Все даже лучше, чем тогда, когда наряд подобрали девушке мои специалисты. На Виктории красивое бежевое платье достаточно необычного фасона. Открытая спина, одно плечо оголено, другое закрыто. Так же, как и шея. Длинный шлейф сзади. Но впереди все достаточно коротко. И это не вульгарно, а красиво. Подчёркнуты все достоинства фигуры, а именно узкая талия, высокая упругая грудь, длинные ноги, очаровательная линия плеч и рук. Что самое главное, скрыта худоба, виден только безупречный склад ее фигуры.

Ее силуэт будоражит. Волосы уложены в замысловатый небрежный пучок. И лишь несколько прядей выпущены наружу обрамляя лицо. Пухлые губы покрыты помадой с перламутровым отливом. Выгодно подчеркнуты скулы, подбородок, высокий лоб, прямой нос. Но самое главное, глаза. «Смоки айс», кажется так, женщины называют подобную растушевку. Тени коричневого оттенка отлично подчёркивают синеву ее глаз. Все достаточно естественно, просто, гармонично, но в то же время обворожительно, чарующе. А самое главное, нет никаких духов! Она что, читает мои мысли? Возможно, присутствует запах геля для душа или же питательного молочка после него, может это лёгкий запах шампуня, но точно не духи. Да, я отлично разбираюсь в косметике и парфюмерии. Именно поэтому могу определить с особой точностью, что Виктория использовала, а что нет.

Аккуратно беру девушку за руку, провожая к столу. Бережно, не сжимаю. Я ведь дал себе слово, что в этот вечер все будет иначе. И я его сдержу. На столе множество приборов, потому что он накрыт так же, как в дорогом ресторане, все на высшем уровне. И девушка теряется. Отмечаю про себя, что стоит обучить ее основам этикета, но какого было мое удивление, когда Виктория стала использовать все точно по назначению. Но откуда? Неужели этому научили в ее захудалой кафешке? Не верю. Наблюдаю за Викторией. Девушка аккуратно кушает, долго пережевывая пищу. Почти не смотрит на меня, наблюдает украдкой, но как только натыкается на мой пронзительный и изучающий взгляд, мгновенно направляет свой взор в другую сторону.

В завершении ужина нам принесли десерт, и я подлил в фужер Виктории ещё вина, чтобы немного расслабилась и не была столь напряжена. Я хотел узнать её поближе. Понять, ведь мне нужно знать, как ею правильно управлять. Да, я знал о ней абсолютно все, но мне безумно хотелось, чтобы девушка рассказала о своей жизни сама. И оказалось, у нее приятный тембр голоса. Нет, я это отметил изначально, но со мной часто бывает такое, что если человек говорит долго, то начинает злить. Бесит и его голос, и сам собеседник. Я не хочу и не могу никого долго слушать, а я ее выслушал. Голос Виктории успокаивал, даже в какой-то степени гипнотизировал. И мне нравилось состояние этого своеобразного транса, в который она меня, сама того не ведая, погрузила.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Так не вовремя раздался телефонный звонок. Хотел ведь отключить этот чертов мобильник, чтобы ничто не смогло нам помешать в этот вечер, но не стал, ведь в любой момент мне могли позвонить с важной новостью. Завтра наша компания должна заключить достаточно выгодный контракт с иностранцами. Я просто обязан быть в курсе всего. Мы должны быть готовы на все сто процентов, даже на двести. Но услышанное повергло меня в ярость. Причем дикую. Моя переводчица, считай проверенный и много лет проработавший в моей компании, человек, заболела, да так сильно, что потеряла голос. И теперь даже если завтра на заключении контракта она и будет присутствовать, то толку от нее не будет никакого. Меня успокаивали тем, что подобрали подходящие кандидатуры, которые бы смогли заменить в столь важный день мою переводчицу. От меня всего лишь требуется созвониться с ними по Скайпу и определить, кто же из них станет тем самым счастливцем, прошедшим собеседование. Но я не хотел ни с кем, как выразилась эта идиотка, что говорила со мной по телефону, созваниваться, и тем более не желал никого выбирать. Я привык работать только со своими людьми. Проверенными. А тут это! Даже не стал доводить разговор до логического завершения, а просто бросил трубку, отшвырнув от себя подальше мобильный телефон.

- Что-то случилось? - Спросила обеспокоенно Виктория. И она не играла, видимо, ей было действительно не безразлично, что происходит со мной. Но почему?

Недовольно хмыкнул. Спрашивает так, словно сможет чем-то помочь. Ну так уж и быть, поведаю о своей проблеме великой и прекрасной Виктории. Аж смешно. Честное слово. В двух словах я объяснил ситуацию. Четко. Предельно ясно. Не люблю лишнюю болтовню. Все равно от этой девчонки не будет никакого толку. Так думал я, но ответ девушки заставил мое лицо исказиться гримасой удивления, что я быстро замаскировала под привычной циничной ухмылкой.

- Я знаю латынь, английский, французский и немного итальянский. У меня нет образования, я изучала их самостоятельно. Но раз это так срочно. Может, смогу чем-то помочь?

Недолго думая, я согласился. Какие бы отношения нас не связывали. Она мой человек, раз в данный момент живёт со мной, спит, общается. Лучше она, чем какие-то прохиндеи.

- Подбери на завтра что-нибудь строгое, но одновременно сексуальное. Не люблю вычурность. Ясно? - Произнес довольно строго. Хотя уже знал, что даже скажи я ей это обыденным тоном, она все равно все выполнит.

- Да. - Бросила Виктория в ответ.

- А теперь иди ко мне....

Глава 11.

Впервые Виктория медлила. Что моя хорошая, надеялась, что этот вечер пройдет без близости со мной? Наивная, глупая и такая забавная девчонка. Если будет нужно, я буду брать тебя каждый день, причем по несколько раз, будь такая необходимость. Ведь мне так нравится причинять тебе боль, моя девочка. Моя Виктория. Девушка наконец подошла ко мне, кротко опустив голову вниз. И это черт возьми, уже завело меня. Я стал буравить своим властным взглядом Викторию. Медлил. Хотел для начала вдоволь налюбоваться ею. Ее красивым силуэтом. Она стала часто дышать и покусывать свои пухлые губы от волнения. А мне чертовски нравилось наблюдать за тем, как в ней вспыхивали самые разные эмоции, но она так старательно пыталась их скрыть. От чего становилась ещё покорнее, понятнее для меня.

- Оголи грудь, - произнес я и не узнавал сам своего голоса. Ведь тот уже стал хриплым от возбуждения. В нем отсутствовала сталь. Твердость. Грубость. Ну и пусть. Сегодня мне можно все. Даже проявить немного слабости, ведь в этот вечер все будет иначе. Виктория с рваным вздохом выполнила мой приказ. И теперь смотрела в мои глаза. Пытается прочесть меня? У нее не получится это сделать. Зато я читаю ее как открытую книгу.

- А теперь ласкай ее, - ещё один четкий приказ. И если она опять станет медлить, чувствую, что просто разорву ее на части. Потому что эта девушка делает меня таким голодным. Столь нетерпеливым. Виктория медленно потянулась к своей груди.

- Ну же! - прорычал я, и девчонка вздрогнула.

Черт, я же давал себе слово. Так. Медленный вдох и выдох. Кладу голову на спинку стула и прикрываю глаза. Сейчас мне необходимо собраться. Взять себя в руки, которые, к моему удивлению, стали гореть, как-то странно покалывать.  Направил свой взор на нее снова и увидел перед собой уже другую Викторию. С пьяными глазами. Голод. В ней оно тоже живёт. И сейчас она его не скрывает. Как она умудряется оставаться невинной, чистой, непорочной, но в то же время быть такой роковой. Что, Вика, нравится когда все по-другому? Уже желаешь меня? Дальше больше, моя девочка. Терпи. Сегодня я заставлю молить тебя о близости со мной.

- Сильнее! Ласкай ее сильнее. И не переставай смотреть в мои глаза! - почти хрипел я, а когда терпению подошёл конец, смел все со стола, от чего раздался сильный грохот, но мне было плевать, так же как и Виктории. Она все никак не могла очнуться от столь приятной неги, охватившей ее. Не справившись с этим чертовым платьем, я разорвал его. Жаль, красивое, ну ничего. Я куплю ещё сотню таких, если будет нужно и тысячу. Самое главное она. Она в моих руках. Ее трепещущее тело в моих руках! Я уложил девушку на поверхность стола, взяв двумя руками за хрупкие запястья. Внимательно посмотрел в ее большие даже не голубые, а в данный момент синие глаза, которые казались практически черными из-за расширенных зрачков. Я впился в ее рот поцелуем. У нее такие приятные губы! Нежные, как лепестки розы и сочные, как спелый фрукт. Мне мало ее губ, я хочу полностью овладеть ее горячим ртом. Именно поэтому в следующее мгновение я слился с ней в требовательном французском поцелуе. В штанах все болезненно пульсировало, горело огнем, но я терпел. Проверим друг друга на прочность? Кто из нас сдастся первым? Посмотрим. Я спускался все ниже и ниже, наверное, не осталось ни одного участка на ее теле, где бы не побывал мой рот. Она стонала, хватала за волосы, царапала спину и плечи. Я разрешал. Пускай вдоволь насладиться этой иллюзией, которую вскоре отберу, вырву с мясом. Резко поднял девушку и прижал к себе. Целовал шею, гладил спину, лицо. Она таяла, растворялась во мне. Но не я в ней. А затем спустил со стола и повел к камину. Языки пламени притягивали к себе, манили, овладевали. Разве можно этому воспротивиться?

- Давай потанцуем? - это был не приказ, а вопрос. Сегодня я не буду на нее давить. Иллюзия должна быть безупречной.

- Что..п-п-прям сейчас? - запинаясь, произнесла Виктория. Я чувствовал, что она ели стоит на ногах. Причем старательно пытается их свести. И даже знаю, почему. Она хочет меня. Она стала влажной. И она ели сдерживает себя, чтобы не попросить меня об этом. О нашей близости.

- Да. Почему нет? - произнес совершенно обыденным тоном. Я лукавил, желал ее как сумасшедший. Но проиграет она, не я.

- Я не хочу, - дала лаконичный ответ Виктория.

- А чего ты хочешь? - на этот раз я был требователен.

- Тебя.

- Точнее. Виктория. Точнее.

- Тебя в себе! - с особым волнением выдала девушка. Да! Моя девочка! Подчинилась. Сама попросила меня о близости. Она впустила меня. Скоро Виктория мне полностью довериться, ну а я ее уничтожу.

Одним движением я опустил девушку на пол, поставив на колени. Но сейчас и сам окажусь внизу. Ведь я на грани. На пределе. Резкий толчок. Я в ней. Глубоко-глубоко. Мы слились в одно целое у языков пламени. Они нас словно обволакивали, наполняя огнем изнутри. Как мог старался сдерживаться. Потому что не хотел причинять ей сегодня боль, но Виктория меня удивила, когда произнесла почти шёпотом.

- Грубее, пожалуйста.

Я выдохнул и снова вдохнул. Значит нравится нежная, но в то же время пылкая прелюдия, а затем жестокий секс? Интересно. Надо запомнить. Буду применять время от времени в награду за хорошее поведение. И наверное, хорошо, что она это произнесла, ведь не скажи Виктория этого, не знаю насколько бы меня самого хватило. На полной скорости, со всей агрессией, столь требовательно я стал вбиваться в ее податливое и такое отзывчивое тело. Каждый толчок, каждый поцелуй, каждое мое прикосновение - это ее крик, всхип, стон. Царапает плечи, спину, запрокидывает голову назад, глаза закатываются, а я завороженно наблюдаю за всем этим, ведь виновник ее желания, ее раскрепощенности - Я.

Горел, а она сгорала вместе со мной. Врываясь в ее узкое лоно снова и снова, никак не мог понять, почему во время близости все иначе? Мне не хочется ненавидеть. В этот момент я чувствую ее как никого другого. Сближаюсь с ней. Сейчас я мужчина, а она моя женщина. Все потеряло свою важность. Нет ничего. Только я и она в моих руках. Впервые позволил проявить себе настолько сильную слабость, что занялся сексом с девушкой прямо на полу возле камина. Знаю, что все бывает в первый раз, но не со мной. Только не я. И Виктория за эту слабость поплатится. Секс прямо возле пламени, ужин на двоих, общение. Феликс, да ты превращаешься в романтика. Чего не сделаешь ради красивой иллюзии. На самом деле мне чуждо все это. Все это не для меня.

Я почувствовал что стенки лона Виктории стали часто сжиматься. Она на грани. Сегодня я стану тем, кто вознесет ее до небес. Пора останавливаться, иначе она кончит раньше времени, точнее раньше, чем того захочу я.

Стал дразнить ее, замедлив темп. А затем и вовсе собрался выйти, но Виктория не позволила мне этого сделать, так как сильно вцепилась ноготками в спину, вновь притягивая к себе. Боже, какой страстной она оказалась натурой, радует меня все больше и больше. Если продолжит в таком духе, продержится на много больше, став моей любимой игрушкой.

- Нет! - сорвалось с пухлых таких желанных губ Виктории.

- Что нет? Чего ты хочешь? Отвечай!

- Тебя, пожалуйста, - молила она меня переходя на шёпот.

- Нет, сейчас ты хочешь не меня. Далеко не меня. Так чего ты хочешь!?

- Кончить. Я хочу кончить, пожалуйста не останавливайся.

- Не ты хочешь кончить! А Феликс позволь мне пожалуйста кончить! Скажи это! Ну же! И ты это получишь.

- Феликс, позволь мне пожалуйста кончить, - с рваным вздохом сдалась Виктория, выполнив мое указание. И я дал ей то, чего она так желала. Я вознёс ее до самых небес. Крышесносный умопомрачительный оргазм. Ее трясло, тело обмякло, а в момент самого экстаза даже укусила меня за плечо.  Я последовал следом за ней, глубоко излив сперму внутри нее. Это было восхитительно. Лучше, чем с другими женщинами, и я не понимал, почему.

Помог подняться девушке с пола, а затем произнес свою излюбленную фразу:

- Можешь идти.

С особым триумфом наблюдал за тем, как Виктория все ещё пошатываясь, стала уходить. Вот сейчас ей больно. Сейчас она чувствует себя использованной и униженной. Да, это именно то, что мне нужно. Дальше больше, Вика, не забывай это...

Глава 12.

Попав наконец в свою комнату, я заперлась на все замки. Вела себя так, словно за мной кто-то гнался, я задыхалась. Казалось, мне не хватало воздуха, но не из-за быстрой ходьбы, а из-за сильных эмоций, которые меня захлестывали с невероятной силой. Что. Это. Сегодня. Было? Мне было в этот вечер так хорошо с этим мужчиной, как никогда раньше.  Клянусь, что готова была разрыдаться, когда он сообщил, что могу быть свободна, но я мужественно смогла сдержать слезы, которые вот-вот готовы были политься из глаз. Вознёс до небес, окунул в сладкий рай, но так больно заставил меня с них спуститься. А что я хотела? Чего я ждала?

Но не буду лукавить именно после этой ночи, мне стало казаться, что все не так плохо, как казалось вначале. Потому что тогда ещё в кафе, он показался мне жестокой, циничной, бездушной сволочью, от него веяло опасностью, но меня все равно к нему тянуло. А сейчас, побыв с ним уже какое-то время, я поняла, что он на самом деле не такой. Это все маска. Но к чему этот бал и чертов маскарад?

Этот мужчина превратил свою жизнь в какой-то спектакль и даже не понимает этого. Видимо, сильная травма прошлого не даёт ему спокойно жить, дышать полной грудью, быть самим собой, любить... Но я думаю, что мы сможем с ним это преодолеть. Справиться со всеми невзгодами. Ведь сможем же? В голове было столько мыслей, что складывалось такое впечатление, будто я сошла с ума. Никак не могла взять себя в руки и это, черт возьми, пугало, от этого становилось тревожнее. Ведь, как никак, раньше со мной никогда такого не было, поскольку я всегда смотрела на жизнь трезво, без всяких розовых очков, я знала, что мне нельзя одевать их и носить, потому что я одна, и в случае чего, мне никто не поможет и не спасет. А тут с ним все по-другому.

Этот человек заставляет жить меня не головой, а чувствами, которых я боюсь. Я никак не могла уснуть. Смотрела то на одну стену, то на другую. И, так и не разобравшись в себе и своих чувствах, я погрузилась в тревожный сон. Проснулась, когда было ещё темно. Причем в доме Феликса всегда очень мрачно, потому что нет полноценного освещения, окон, но я, как могу, привыкаю. Осознала, что нахожусь одна из-за звенящей, просто режущей слух тишины. Но эта не та комфортная тишина, что порой так необходима. Эта тишина была ужасна. Такая, может свести с ума. От нее хочется сбежать. От нее хочется скрыться. Время шло мучительно медленно. Я не знала, чем себя занять, ведь ещё так рано, именно поэтому и решила немного осмотреться.

Наверное, это имело для меня большое значение, потому что я понимала, это территория Феликса, и быть может, если я изучу ее вдоль и поперек, то смогу найти хоть что-нибудь, благодаря чему смогу его понять и узнать поближе. Найти его пристрастия. Только мои ожидания потерпели фиаско. Я так ничего и не нашла. Но стоит отметить, дом действительно очень красив. Очень. Сразу видно, что здесь поработал настоящий профессионал. Все со вкусом, без излишеств, но в то же время умопомрачительно, от красоты просто захватывает дух, кажется, в этом доме стало сочетаться даже не сочетаемое, а именно старое и новое. Ведь кругом было много всего, что напоминало девятнадцатый век или даже восемнадцатый. Подсвечники, картины, музыкальные инструменты, коллекция различного орудия и антиквариата.

Но с другой стороны, много современной мебели и техники. Побродив ещё немного, я вернулась в свою комнату, чтобы ещё немного вздремнуть, но оказавшись в ней, наткнулась на коробку, что покоилась на прикроватной тумбе. Странно, что я не заметила ее, как только проснулась. Это был телефон. Новый, современный, красивый. Наверняка ещё и последней модели. Вот только я не понимала, зачем он мне нужен. Нет, теоретически я понимала для чего, но вот зачем он мне? Ведь я не имею права общаться с другими людьми и регистрироваться в тех самых социальных сетях, что так актуальны на сегодняшний день. Договор запрещает мне это. И я не могу нарушить ни один его пункт. Ведь он уже подписан. Я знала, на что иду...

Но в этом, честно говоря, есть некий абсурд, потому что раньше мне приходилось быть не такой, как все из-за отсутствия денег. Я не могла позволить себе купить новый телефон, именно поэтому я и находила спасение в книгах. Я была никем, пустым местом, у меня не было ничего, со мной, какой я была до этих событий, никто и не жаждал общаться. А теперь у меня есть деньги, новая одежда, имидж, даже теперь и новомодный гаджет, но мне все равно придется продолжать вести свой привычный образ жизни. Молчать, не болтать лишнего, выполнять свои обязанности, ни с кем не общаться, можно сказать сторониться. Странно все это. Нет логики.

Ну и пусть. Если не обращать внимание на все эти мелочи, то моя жизнь изменилась в лучшую сторону. Я стала хорошо питаться, одеваться и выглядеть. Живу в хороших условиях. Вот именно, что живу, а не выживаю. Феликс все сделал так, как и обещал. Мне не на что жаловаться, и я во что бы то ни стало должна оправдать его доверие, как-то отблагодарить за помощь, ведь если бы не он, то неизвестно, где бы я сейчас была, и была ли вообще? Может быть меня бы и в живых-то уже не было. А так, я хотя бы цела и невредима, а дальше как-нибудь справлюсь, вытерплю, вынесу. Я смогу.

Сегодня очень важный день, ведь именно благодаря этому событию я смогу стать для Феликса кем-то большим, чем просто содержанка. Я смогу быть полезной, смогу ему помочь, поэтому должна выложиться на все сто. Сделать все возможное и даже невозможное, но я его не подведу. Помнится, что Феликс просил надеть на заключение контракта что-нибудь строгое, но сексуальное, именно поэтому я направляюсь в гардеробную. Я не знаю, когда за мной приедут, но знаю одно, выглядеть должна неотразимо. Ведь Феликс это очень любит. Да и мне самой нравится, когда в его глазах я вижу довольный блеск. Мне нравится, когда он любуется мной, это льстит, потому что несмотря на свой сложный характер, Феликс и сам не промах, а то, что он выбрал из всех именно меня, заставляет расти вверх мою самооценку.

На сборы я потратила много времени. Сделала неброской макияж, помыла голову, завила волосы в лёгкие локоны, а надеть на себя решила классические черные брюки с завышенной талией, которые отлично подчеркивали стройность моих ног и бедер, каблуки, чёрное кружевное белье и блузка достаточно необычного фасона, так как я уже успела понять, что Феликс любит все необычное, вот только я вполне обычная...

Зачем я ему? Но не успела я ответить себе на этот вопрос, как раздался звонок нового мобильного телефона, на экране которого высветилось имя моего покровителя...

Глава 13.

- Здравствуй Феликс, - бросила я тихо, но должного ответа так и не получила. Видимо, у этого человека проблемы не только с прощаниями, но ещё и с приветствиями.

- Скоро придет женщина, которая введёт тебя в кура дела. Слушай внимательно, не перебивай, не задавай глупых вопросов. От тебя требуется только запоминать. – Недовольно пробурчал мой покровитель, а затем бросил трубку. Так, словно я вызвалась ему не помочь, а что-то грандиозно испортила. Как ни крути, все-таки у этого человека скверный характер, хотя он меня предупреждал, что как в сказке у нас точно с ним не будет. Но стоит отметить, когда осматривала его дом и обнаружила несколько комнат запертыми, я почему-то сравнила свою жизнь с историей о синей бороде, от чего по телу мгновенно прошла волна неприятных мурашек. Думаю, все будет не настолько трагично, хотя я прекрасно осознаю, что конец у нашей с ним истории может быть тоже весьма непредсказуем. Все зависит от того, как фишка ляжет. Да, в наших отношениях тоже есть определенный азарт и даже риск. Но я справлюсь, я сильная. Все могло бы быть гораздо хуже. Эти слова повторяю я себе каждый раз, именно они меня постоянно и спасают, именно они дают мне силы для того, чтобы окончательно не опустить руки, не сломаться...

Действительно, через некоторое  время, может прошло около получаса,  пришла женщина среднего возраста в строгом костюме. С серьезным видом, настолько серьезным, будто на ее лице самая настоящая маска. Невозможно угадать, о чем она думает, потому что её лик непроницаем, он не выпадает никаких эмоций. Так называемый  " Покер фейс ". Видимо, существует определенный отбор, некие критерии, по которым Феликс выбирает людей. Неужели и я скоро стану такой же?

Несмотря на то, что с виду дамочка одета с иголочки, и производила о себе впечатление исключительно интеллигентного человека, вела себя невоспитанно, а именно практически врывалась в каждую комнату, пока не нашла ту, которую искала. Кухню. Я обычно часто не знаю, как себя повести в той или иной ситуации, а сейчас тем более. Решила предложить своей гостье чаю, на что та злобно зыркнула на меня и отрицательно помотала головой, сжав губы в тонкую линию. На всю эту агрессию я лишь пожала плечами и, как ни в чем не бывало, села за стол, просто не видела смысла злиться на это. Но когда эта странная особа начала в открытую и без стеснения, рассматривать меня, а затем разговаривать с кем-то, решая отнюдь не рабочие проблемы, я поняла, что так не пойдет. У меня тоже есть характер, который в данной ситуации я все-таки решила показать. Мне сразу пришла в голову мысль, что наверняка эта женщина имела или все ещё имеет какие-то виды на Феликса, иначе не позволила бы себе такую фамильярность. Впрочем, это ее личные проблемы. Не мои. Когда дамочка наконец завершила свой телефонный разговор, я произнесла строгим холодным тоном:

- Я все ещё жду.

И только одному богу известно, чего мне это стоило. Но осознала, что либо так, либо никак. В его мире, мире моего покровителя такую, как я, с лёгкостью могут раздавить, уничтожить. Не позволю. Чего бы мне это не стоило.

Гостья сначала от удивления открыла рот, но быстро взяла себя в руки и наконец принялась выполнять то, в принципе, зачем сюда и была направлена. Как бы не хотелось признавать, но специалист она хороший. Объяснила все очень быстро и доходчиво, вплоть до того, чем занимается их крупная компания, ну хоть так, по крупицам, но я все-таки узнаю хоть что-то о Феликсе. Вскоре гостья ушла, оставив меня в гордом одиночестве. Нервы были на пределе. Хотелось есть , но из-за сильного волнения просто кусок в горло не лез, поэтому я выпила всего лишь крепкий кофе. Ходила по комнате, как заведённая, а когда дошла до предела, все же залезла в телефон, который, наконец-то, мне пригодился, и стала пролистывать правила английского языка, но, вспомнив пословицу о том, что перед смертью не надышишься, отбросила гаджет в сторону и принялась снова ходить по дому. Дико боялась, так как несмотря на то, что языки всегда были моей страстью, и я изучала их усердно на протяжении всех тех лет, что провела в детском доме, ни с кем на них не разговаривала. А значит, мне не хватает практики. Теория не всегда все решает, но я обещала себе, что не подведу Феликса, поэтому отбросила тревожные мысли в сторону и взяла себя в руки. Через некоторое время за мной приехала черная машина, отлично оттюнинговонная, с тонироваными стеклами. Мне бы уже привыкнуть ко всей этой роскоши, но я по-прежнему восхищалась многим, как какой-то диковинкой. Перед выходом я ещё раз оглядела себя в зеркале и только потом позволила себе вздохнуть с облегчением, выбросив все ненужные мысли из головы. Я отлично выгляжу. Это первая победа. Все запомнила, все учла. Это вторая. Будем надеятся на то, что все пройдет гладко, иначе я просто не представляю, как вынесу этот позор, как посмотрю в глаза своего покровителя, помощь которому сама же и предложила. Черт, и кто меня тянул за язык?! Но, отступать поздно. Будь, что будет. Уже через некоторое время я подъехала к невероятно огромному зданию, очень похожему на небоскреб. Неужели это и есть компания Феликса? Даже не верится в то, что я связалась, как оказалось, с таким серьезным человеком, ведь возглавлять такое тоже не каждому дано. Я нервно сглотнула и только потом направилась к входу. Сначала меня не пропускали, но как только я сообщила о том, что меня ждёт Феликс, охрана отступила, освободив дорогу. Внутри было так же широкомасштабно и  захватывающе дух, как и снаружи. На каждом этаже и даже в стеклянных лифтах, похожих на космические капсулы, витал приятный аромат, царила стиральная чистота, и дизайн был опять-таки полностью во вкусе  моего покровителя. Лаконично, строго, без излишеств. Панорамные окна, преобладание стекла, зеркал и холодного металла. И самое главное, что несмотря на большое количество людей, сохранялась тишина. Акустика была настолько сильной, что любой звук отдавался эхом, было не то что страшно ходить, а даже дышать, но я, как могла, брала себя в руки. Сначала меня завели в какое-то большое заведение и оставили на долгое время в гордом одиночестве. Стала думать, что, возможно, Феликс передумал, решил не рисковать, но тогда бы и привозить меня сюда не было бы никакого смысла. Когда я вроде бы отвлеклась и, кажется, даже задумалась, уплыв далеко-далеко, за мной пришли снова и сообщили, что все готово, и совсем скоро начнутся переговоры. Меня привели в конференц зал, где уже стали собираться люди. Но самих иностранцев ещё не было, я бы сразу отличила их. Когда все уселись за большим столом, на котором были аккуратно разложены бумаги, несколько ноутбуков, планшетов, ручек и стаканов воды, в зал вошёл Феликс, и я готова поклясться, что в этот момент земля ушла из под моих ног.

Глава 14.

Он снова, как и тогда в кафе, показался мне недосягаемым, далёким и чуждым, несмотря на то, что между нами было. Его неотразимость будоражила. Феликс привел свои непослушные волосы в порядок, подстригся и даже уложил их с помощью специального геля. Так называемый эффект мокрых волос. И это черт, возьми было очень сексуально. На нем кожаные ботинки, костюм дымчатого цвета, видимо, он любит этот оттенок, хотя многие считают его неинтересным и скучным. Дополняют его образ часы, видимо, новые, по крайней мере я их не видела до этого.

Судя по тому, какую крупную компанию возглавляет этот мужчина, у него достаточно финансов, чтобы приобретать новые на самые разные случаи жизни. Помещение мгновенно заполнил его холодный парфюм. И снова, как в первый раз, я не могла дышать. Я дышала им, его персональным ароматом и, кажется, сходила с ума, поскольку все это похоже на дежавю. Вот только теперь все иначе. Все мысли вылетели из головы. Нужные и ненужные. Все. Я забыла, где я и зачем. Но его пронзительный взгляд отрезвил меня и заставил прийти в себя. Раздался этот будоражащий грубый с хрипотцой голос. Ледяная сталь и особая твердость в его тоне неизменны. Но сейчас Феликс говорил не так, как со мной. Его хотелось слушать и слушать. Его голосу хотелось подчиняться. И мне кажется, что он гипнотизировал не только меня, но и всех присутствующих в этом конференц зале. Наверное, именно в этот момент мне захотелось представить хоть на минутку, хоть на жалкое мгновение, что это мой мужчина, и у нас с ним все хорошо. Все не так. Но я не могла себе этого позволить. Не могла. Ни в коем случае я не должна забываться. Забывать кто он, а кто я. Когда речь мужчины прекратилась, все присутствующие молча кивнули, а затем уставились в бумаги, ноутбуки и планшеты. И только мы с Феликсом неприрывно смотрели друг на друга. И этот зрительный контакт явно затянулся, но нам было все равно. И вновь я не могла его прочесть, зато он прекрасно справлялся с этой задачей. Его взгляд блуждал по всему моему телу, он снова любовался мной, как и все предыдущие разы. Будто не смотрел, а трогал, и только одному богу известно, каким он будет сегодня. Добрым Феликсом, что подарит неземное блаженство и вознесет до небес, или же беспощадным дьяволом, что будет брать меня ненасытно снова и снова, как последнюю шлюху. Но одно я знаю точно. Контракт должен быть заключён, иначе он уничтожит не только меня, но, кажется, и всех присутствующих разом.

Я, конечно, предполагала, что переговоры могут быть такими сложными, но я и представить себе не могла насколько. Феликс все говорил и говорил, и я старалась в точности передавать каждую его интонацию, каждую эмоцию, только на другом языке. Вначале из-за отсутствия практики мне было тяжело, долго подбирала слова, думала, какое построение предложения будет лучшим, но вскоре уже достаточно быстро освоилась, что даже начала получать настоящее удовольствие от этих, казалось бы, мучительных переговоров. Чем больше длилась наша речь, тем было заметнее, как серьезные и  непроницаемые лица иностранцев с нескрываемым недоверием постепенно менялись на доброжелательные с желанием попробовать сотрудничество. Это радовало. Я, как могла, старалась быть наиболее убедительной и собранной, не показывая то, как тело охватила дрожь, как сердце гулко билось в груди, как кровь стучала с огромной силой в висках от поступившего в нее адреналина. Но уже спустя некоторое время, я стала чувствовать себя в своей тарелке, забыв абсолютно обо всем. Мне было так хорошо, будто вот оно мое место. И я благодарна Феликсу за то, что предоставил мне такую возможность, ведь языки всегда были моей большой страстью, но полноценную учебу в университете просто не могла себе позволить, так как я знала, что кормить и одевать меня некому, а совмещать я просто не видела смысла. Знала, что надолго меня не хватит. А тут, такой шанс показать себя, пусть всего лишь один раз, но он мне предоставился, чему я несказанно рада. Просто нет слов, чтобы выразить все свои эмоции. Сейчас я не чувствовал себя той нищенкой Викторией, живущей в старом общежитии, сейчас я ощущала себя полноценной состоявшейся личностью. И это приятно кружило голову. Пусть так. Пусть это всего лишь на один день, но я хотела насладиться этой иллюзией, ведь уже вечером все вернётся на круги своя. Раньше я не понимала, как можно жить иллюзиями, а теперь понимаю. Ты вроде бы осознаешь, что все это фальшь, обман, но все равно в это веришь, как губка впитываешь в себя эти жалкие мгновения мнимого счастья. Да, эта иллюзия фальшивая, но она настолько желанна, настолько красива, что у тебя просто нет сил ей сопротивляться. Тебе лишь хочется верить в то, что так оно и есть, или же будет в скором времени. Время отведенное на переговоры подходило к концу, но каждая из сторон продолжала настаивать на своем, желая сотрудничать только на собственных условиях. Я видела, какая решимость была в глазах Феликса, и понимала: отступать он точно не намерен. Наконец, иностранцы начали сдаваться, принимая наши условия, и только один их представитель продолжал упорствовать. По видимому, самый главный. Его пытались уговорить свои же люди, но это мужчина оказался очень упертым. И тогда произошло то, что повергло в шок не только меня, но и всех присутствующих. Этот упрямец обратился своей речью ко мне. ( на английском )

"Виктория, верите ли вы в то, что заключив этот контракт с Феликсом Абрамовым о совместном сотрудничестве, мы получим лишь выгоду, а не сплошные убытки?"

Вроде бы простой вопрос, нужно ответить да или нет, но он очень удивил меня, поскольку я никак не могла понять, зачем он задал его. Неужели он настолько проницателен, раз понял, что между нами гораздо больше, чем просто рабочие отношения. Мне лично показалось, что он имел ввиду, верю ли я Феликсу, как человеку, а не своему начальнику, директору этой крупной компании, иначе глупо задавать такой вопрос, зная, что простой сотрудник сделает все, лишь бы не подвести своего работодателя. Определенно, во всем его поддержит. Встанет на его сторону. А верю ли я ему? Точнее хочу ли я ему верить? Так будет правильней. И да, я хочу, иначе и сама никогда не подписала бы договор с этим мужчиной. Посмотрев сначала в глаза своего покровителя, а затем иностранца, я твердо без тени сомнений произнесла, что да, верю. Но знала бы я, что этому человеку мне верить никогда не стоило. Все самое интересное ждало меня впереди....

Но контракт был подписан, все присутствующие заулыбались и стали пожимать друг другу руки, поздравляя с началом совместного сотрудничества. И только один Феликс не улыбался, а пристально смотрел на меня, буравя своим взглядом. Доселе я никогда не могла прочесть, что плещется на дне его глаз, но в это мгновение, кажется, впервые я безошибочно определила, прочла. И это было что-то очень похожее на восхищение...

Глава 15.

Я смотрел на нее и не мог оторвать взгляда, как больной, что ловил каждую интонацию и изменение в голосе. Прищурился и пытался почувствовать ее, наблюдая, как каждое слово постепенно становится громче и четче. Сохранял маску спокойствия и равнодушия, хотя не знал, сможет ли великая Виктория произвести впечатление на иностранцев, а мне нужно было лишь успешное завершение переговоров, поэтому она должна из кожи вон лезть, чтобы сделать мне приятно. И я видел, что Виктория борется с собой. При каждом пойманном взгляде видел не только желание выделиться и показать, что она что-то из себя представляет, но и другое. Ее страсть.

Девушка хотела меня. Чувствовал это, как животное по запаху. Выглядела она превосходно, чем распалила мою извращенную фантазию, которую я непременно воплощу в жизнь. Жаль, что в зале находится столько людей. Я бы прямо сейчас разорвал эти тряпки, поставил бы Вику на колени и вдалбливал в ее рот по самые яйца. Грубо. Жестко. Как нравится мне, а теперь и ей. Я говорил, а девушка переводила. Легкая дрожь в голосе сменилась уверенностью, и мне это чертовски нравилось. Ласкало мое эго. Тешило его. Видеть, как Виктория тает и желает меня, ломает характер, это лучшая награда за мою боль. Я заставлю ее испытать то же самое.

Легкое сомнение возникло, когда один иностранец задал вопрос, а она посмотрела на меня так, словно ждала помощи, но, извини дорогая, выпутывайся сама.  Показывай, на что ты способна. Успешное завершение переговоров меня порадовало. Не ожидал от Вики такого. Девушка без высшего образования и сертификатов по иностранным языкам работала лучше многих профессионалов, и это навело меня на мысль, что нужно испытать ее еще больше.

В моей компании была крыса. Я точно знал. Вот только подловить ни на чем не мог. Пока не мог. Теперь у меня есть Виктория, которая может стать удобным инструментом, благодаря которому я выведу гада на чистую воду и, определенно, накажу его. От одной этой мысли ладони зачесались, и в голове начали проноситься мысли о методах проучения крысы. Смотрел на Вику и гадал, сможет ли она справиться с этой задачей. Так сильно хотелось остаться с ней наедине, что в штанах стало жарко. Плохо, что мой организм подобным образом реагировал на эту девушку. Мне это с одно стороны нравилось, а с другой раздражало, ведь я не любил быть зависимым от кого-либо. Зависимость – это удел слабых. Таких, как она.

Если я устрою Вику в компанию, то смогу постоянно наблюдать за ней и использовать по назначению. Сбросить пар. Успокоиться, не отходя далеко от кабинета. Прекрасная идея. К тому же, было очень интересно, сможет ли Виктория выполнять мои поручения и следить за тварью, которая сливала информацию конкурентам. Усмехнулся про себя и поднялся, поправляя пиджак за края.

- Все могут быть свободны. – Сказал привычным холодным тоном, который уже стал моей визитной карточкой, ведь выработался за годы. Обычно, мне не приходилось повторять дважды. Меня понимали с первого раза. Достаточно вложить в слова нужную интонацию, и тебе будут пятки лизать, особенно, если за это еще и бабло платят. Видел, что Вика немного помедлила, но поднялась и хотела уйти. – Виктория, - позвал ее и с удовольствием отметил, как девушка слегка вздрогнула и подарила мне растерянный взгляд, - останьтесь.

С нетерпением ждал, когда все покинут помещение и оставят нас наедине. Видел, как нервно Вика крутит пальцами ручку, и мысленно улыбался. Мне до безумия нравилось ее изводить. Смотреть, как девушка томится, ждет и переживает. Не задавала вопросов, не смела пикнуть без разрешения, сводя этим с ума, а мне так хотелось ее наказать за нарушение и своенравность. Не давала повода. Пока не давала.

- Будешь работать здесь. – Подошел ближе и поместил руки в карманы брюк, нависая над ней и поглощая бурную энергетику, которая исходила от стройного тела. – Со мной.

- Что? Я здесь, но… - Начала она с удивлением в глазах, зрачки которых увеличились и превратились в большие бусины. – Но кем?

Не спешил ее оповещать о своем решении, подошел ближе, чтобы ощущать манящий запах, который исходил от бледной кожи. Немного наклонился и провел носом по шее, втягивая воздух, а с ним и примесь страха с желанием. Моя страстная девочка. Хотела меня, и это было видно по часто поднимающейся груди. Не думал, что этим движение распалю не только ее, но и себя. Кровь ускорила свой ток по венам, отдавая пульсацией в висках и области паха. Медленно выдохнул, стараясь контролировать свои эмоции. Я ведь прекрасно это умел делать, срываясь только на тех, кто провинился.

Ощущал ее тревогу. Как же приятно осознавать, что Виктория не просто должна, а готова подчиняться. Твердый пластилин, который от жара становится мягким, и можно лепить то, что душе угодно. Усмехнулся, провел носом по нежной коже на шее, но с другой стороны, немного касаясь мочки уха и выбивая из нее тихий стон. Только на этом все. Поправил пиджак, повертел шеей, разминая мышцы, и обошел девушку, испепеляя ее взглядом. Смотрела мне в глаза со щенячьим ожиданием. Взял ее за подбородок и крепко сжал его пальцами, чтобы не смогла двинуться.

- Сначала простым секретарем, - сказал сухо, смотря на приоткрывшиеся губки, - с этими обязанностями ты должна справиться, - снова заглянул в ее глаза, - а потом, - немного помедлил, чтобы она помучилась, - потом посмотрим.

Глава 16.

Моя жизнь менялась настолько стремительно, что порой я в ней просто терялась, не успевала за ее спешными шагами. Но вскоре заметила, что и сама стала другой Викторией, не той, которой была раньше. Я можно сказать, расцвела. Во мне наконец проснулась женщина. Та женщина, которая уверена в себе, знает себе цену, умеет себя правильно подать, произвести исключительно хорошее впечатление, да и просто которая любит себя. Если раньше я не переносила лишний пафос и роскошь, точнее правильней будет сказать, ничего не знала об этих понятиях, то теперь я полюбила ее. Все эти изменения, произошедшие со мной, приятно кружили голову. Теперь я утопала отнюдь не в нищете, а в этих желанных иллюзиях. Они нужны мне как кислород, даже если этот период когда-нибудь закончится, я ни о чем не пожалею.

Феликса за это время я так и не полюбила, он нравился мне как мужчина, начальник, и порой даже, как человек. Конечно, я была благодарна ему. Я к нему очень привыкла, но так и не полюбила. А зачем нужна эта любовь? Кому она необходима в нашем современном мире. Феликс даёт все, что мне нужно, и я делаю тоже самое. Все честно, все по правилам, но где-то в глубине души, какая-то часть моего сердца по-прежнему кровоточит, напоминая о том, что все не то, все не так. Что не должно быть так, как у нас. Но разве могла ли я что-либо исправить, когда стало так поздно? Конечно, нет.

Поменялось в моей жизни все, изменилась я сама, но одно останется неизменным, это Феликс, и его отношение ко мне. Но, впрочем, меня устраивало нынешнее положение. Я давно смирилась, с тем, что всего лишь любимая игрушка, и что вся моя жизнь ирга, спектакль. Я марионетка, а он умелый кукловод. Иногда этот мужчина вел себя очень странно, порой был жутко агрессивен, в другие моменты игрив. Я не успевала за ним, не знала, каким он предстанет передо мной на следующий день. Мне приходилось все выносить, импровизировать, радовать своего покровителя, только так я знала, что смогу выжить. И жить так, как живу сейчас. К чему это все приведет я старалась не думать. Но все-таки думала. Иногда грезила, а порой боялась. Поэтому отбрасывала все ненужное в сторону. Изменилось ко мне отношение Феликса только тогда, когда я все-таки нашла крысу в компании, которой и оказалась та самая особа, которая приходила вводить меня в курс дела.

Произошло это совершенно случайно. В тот момент, когда я стала секретарем в компании Феликса никто не обратил на меня никакого внимания. И я была этому несказанно рада, так как не хотела привлекать к себе лишнего интереса со стороны окружения. Выяснилось, что зря они не обращали. Ведь я, сама того не ведая, поймала с поличным виновницу как раз в то самое мгновение, когда она переводила специальный код нашей компании конкурентам. Виду я, конечно, не подала, но изучив подробно все документы, я смогла понять, как можно не только наказать виновную, но и получить выгоду. Феликсу идея пришлась по вкусу. Именно тогда-то он и сделал меня своей правой рукой, без лишних слов и раздумий. Вот тогда со мной стали считаться, начали бояться меня, стремились найти общий язык, пытались отыскать те самые ниточки, ведущие к моей благосклонности, но я оставалась по-прежнему непреклонна. Верна лишь одному.

Своему хозяину. Своему покровителю. Феликсу.

Ведь никто никогда не догадается о том, кто я такая на самом деле, откуда он меня вытащил, где нашел. Кем я была до него. Для них я некая загадочная Виктория, и пусть так оно и остаётся, ведь одно неверное движение, одна ошибка, лишний необдуманный шаг, и все разрушено. Я снова никто. Меня не просто вышвырнут, уничтожат, я ведь не дура и прекрасно понимаю, что с таким человеком играть не стоит. Чем ближе я к нему, тем для меня опасней. Чем больше его знаю, тем возрастают риски. Теперь моя жизнь такая. Отныне я тоже должна носить маску. Для остальных я умная, красивая, недосягаемая, просто сногсшибательная Виктория. Незаменимая правая рука Феликса. А для него и себя я никто, нищенка, рабыня.

Это тогда, когда подписывала договор не додумалась повнимательней прочесть его, и только позже узнала, что расторгнуть его уже будет невозможно, и значит, я его вещь навечно. Навсегда. До последнего вздоха своего покровителя. Искусителя, спасителя и мучителя в одном флаконе. Узнала я так же позже и о том, что счастье материнства тоже никогда не познаю, ведь Феликс не может иметь детей, а значит если бы я забеременела, то это было бы наглядное доказательство моей измены, за которую я буду непременно уничтожена. Никогда не выйду замуж, не рожу детей, и не почувствую вкус своей свободы. Такова моя участь. А ещё не любить, и быть такой же никем не любимой.

Я всего лишь тень. Тень своего господина. Сияющая снаружи и медленно увядающая внутри. Но назад дороги нет. Уже слишком поздно. Я заигралась. Мы с ним заигрались. Точнее он всегда играл, а я позволяла ему это. Всегда. Ведь на отказ я не имею права. Я все и ничто одновременно. К моему лицу медленно, но верно прирастает маска, а сердце холодеет. С каждым днём я становлюсь все сильнее и могущественнее, но в то же время слабее и холоднее. Я поднялась, но одновременно опустилась. Я взлетела на вершину, но поломала свои крылья. Крылья своей навсегда потерянной свободы. Даже не знаю, как себя теперь назвать. Кто я? Я всего лишь любимица одного очень властного и до ужаса опасного мужчины. Я его фаворитка.

Глава 17.

Это был привычный день. Теперь привычный. Я уже привыкла к своему положению правой руки Феликса. Конечно, это было дико. Нищая девушка из общежития вдруг стала важной личностью и работала в престижной компании рядом с человеком, который ее вознес и опустил одновременно. Только постепенно ко всему привыкаешь, особенно к хорошему. К таким вещам, как вкусный и сытный завтрак. Качественная и дорогая одежда. Тепло, а не жуткий холод. Вот и мне стало вполне комфортно в моем коконе стильной леди. Если бы не жуткий холод внутри, то я смогла бы жить спокойно. Но временами коготки сомнения вгрызались в душу и не давали покоя.

От этих мыслей меня отвлек звонок по внутренней связи. Феликс. Он хотел меня видеть у себя, и медлить просто нельзя. Я должна быстро оказаться рядом и выполнить все, что он пожелает. Впрочем, как всегда. Я мгновенно оказалась у порога его кабинета, но даже сейчас испытывала легкое волнение, которое, несмотря на время, не спешило меня покидать. Постучала и вошла, сразу попав под пристальное внимание его дьявольских глаз. Недолгое молчание, и Феликс откинулся на спинку кресла за своим рабочим столом, кивком приглашая меня войти.

- Виктория, - начал он привычно ледяным тоном, от которого я нервно сглотнула, ведь не знала, чего можно ждать от покровителя в тот или иной момент, - завтра состоится важно мероприятие, на котором я, как будущий мэр, должен присутствовать. – Феликс сделал паузу и пронзил меня демоническим взглядом, от которого я непроизвольно облизнула губы, а он прищурился и наклонился вперед, помещая руки на стол. – Ты поедешь со мной на этот благотворительный ужин. Надеюсь, - на его лице появилась легкая усмешка, - не нужно объяснять, как ты должна выглядеть и вести себя?

- Нет, - коротко ответила, дыша через раз, потому что аромат его парфюма стремительно врывался в легкие и действовал на меня, словно дурман, - мне предельно ясно.

- Вот и хорошо. – Мужчина шумно выдохнул и снова откинулся на спинку кресла. – А теперь подойди ко мне. – Я нервно сглотнула и прошествовала с гордо поднятой головой к своему покровителю, который окинул меня голодным взглядом и глазами показал, что нужно делать.

Медленно пустилась на колени перед ним и уже привычно потянулась к ремню, не прерывая зрительного контакта. Кончики пальцев покалывало от предвкушения. Не то, чтобы мне нравилось брать в рот его отнюдь не маленький член, но я хотела сделать ему приятно. Увидеть в темных глазах страсть, желание и похоть. Ко мне. К моему телу. К моей персоне. Это будоражило мою кровь, ведь Феликс брал меня такой, какая я была. Нищей. Худенькой. Той самой Викой, что была официанткой, а не правой рукой мужчины, который метил на место мэра.

Феликс наблюдал за мной, пока я расстегивала ремень и ширинку на брюках, вынимая из боксеров уже готовый к сексу член. Стоило мне поднести орган ко рту, как мой покровитель принялся ослаблять галстук, который вскоре оказался на моей шее. Доля страха присутствовала, но я старалась не обращать на это внимания. Феликс стянул его вокруг моего горла и немного сдавил, подтягивая на себя и вопросительно изгибая бровь.

Я открыла рот и ощутила этот терпкий вкус. Его вкус, к которому должна привыкнуть, но не могла. Из горла мужчины вырвался чуть ли не рык, и он откинул голову назад, сильнее сжимая галстук и управляя мной. Дышать стало нечем, потому что его член вошел целиком, но я не стала биться в истерике и крепче ухватила губами толстый ствол. Несколько медленных и мучительных движений, после которых Феликс ускорил ритм, насаживая мою голову на мощный поршень, иначе я не могла назвать его член. Галстук и его огромный стояк перекрывали мне доступ к кислороду, и я уже думала, что задохнусь, как мужчина посмотрел на меня и позволил немного подышать, а потом с дикой, но такой порочной улыбкой продолжил трахать меня в рот. Вцепилась ногтями в его бедра и к собственному стыду почувствовала, что сильно хочу Феликса. Прямо сейчас.

Хочу, чтобы он вбивался в мое лоно с такой же силой, что и в рот. Господи, я совсем сошла с ума. Эти толчки усилились, и мужчина уже готов был излиться в меня. Член увеличился в размере, а я во все глаза смотрела на Феликса, который выглядел, как голодный зверь, стягивая галстук и пронизывая дьявольским взглядом. Темным. Утягивающим за собой.

- Вот так. – Хрипло процедил сквозь зубы, отбросив галстук и притянув меня за волосы к себе, и кончил. – Глотай, Вика. Глотай.

Пришлось. Разве у меня есть выбор? В этом не было ничего мерзкого, наоборот. Его довольный стон-рык свидетельствовал о том, что мужчине понравилось. Феликс медленно вытащил член из моего рта, позволяя глубоко вдохнуть, и провел головкой сначала по верхней губе, а потом и по нижней, оставляя на них свое семя. Снова пометил. Показал мне мое место. На коленях рядом с ним. На привязи. Но я не показывала, насколько мне стало неприятно от этих мыслей. Это правда, на которую я сама дала согласие.

Мужчина кивнул на дверь. Конечно, он получил то, что хотел. Теперь я могла быть свободна, но лишь до следующей встречи с ним. До следующего падения в бездну, которая одновременно нравилась и убивала меня. Я приняла душ и смыла с себя следы нашей близости. Только губы продолжали гореть огнем, напоминая о том, кому я принадлежу навечно. Сон был довольно беспокойным. Меня преследовали эти темные глаза и глухие стоны удовольствия. Я проснулась в холодном поту и чуть ли не упала с кровати, приводя дыхание в норму.

Дальше все было расписано по часам. Я готовилась к благотворительному вечеру, где должна быть неотразимой. Картинкой рядом с властным мужчиной. Я тщательно продумала образ и выбрала красивое платье кораллового цвета. Мягкая ткань приятно облегала изгибы моего тела, которое перестало выглядеть таким худым и немного приобрело форму. Кости выпирали не с такой силой, и мне это чертовски нравилось. Легкий вечерний макияж дополнил образ. Мои глаза выделялись и блестели, а губы были покрыты алым блеском. Слегка. Феликсу должно понравиться.

Туфли на высокой шпильке. Без вычурности, стразов и прочей ерунды. В тон платью, шлейф которого красиво спускался вниз. Зона декольте пустовала и, к моему великому стыду, на шее виднелась полоса от галстука, которым меня вчера так сильно притягивал к себе Феликс. Я потерла руки и лихорадочно соображала, чем прикрыть это несчастье, ведь я не могла так пойти с моим покровителем. Не успела я подумать об этом, как в помещение без стука и прочих условностей вошел он. Я не двигалась. Сразу поняла, что рядом мой покровитель. По его тяжелой и гипнотизирующей энергетике.

Он остановился у меня за спиной и смотрел на наше отражение, после чего я услышала странный звук. Коробка отлетела в сторону. Феликс, не отрывая от меня взгляда, пометил на мою шею великолепие. Бриллиантовое колье, которое прикрыло те злополучные синяки. Я нервно сглотнула и видела, как переливаются драгоценные камни при ярком свете ламп в моей комнате. Не могла поверить в то, что рядом с Феликсом сейчас нахожусь я. Дыхание перехватывало от мысли, что на моей шее красуется целое состояние. Мужчина медленно наклонился и с кривой улыбкой-оскалом произнес:

- Ты обязана всех покорить, Виктория, - он выпрямился и сцепил пальцы на моей шее, заставляя открыть рот, чтобы вдыхать больше кислорода, - иначе я тебя накажу.

Глава 18.

Все клетки моего организма сжались, а потом задрожали, когда мой покровитель медленно переместил свои пальцы с шеи на губы и на некоторое время оставил их там, заставляя чувствовать жар от этих прикосновений. Я не могла оторвать взгляд от нашего отражения, словно видела перед собой кадры кино. Нереальных событий. Не своей жизни. Такой, какая она сейчас. Феликс вернул одну руку мне на шею, а другой размазал помаду от губ и ниже, сжимая шею обеими конечностями. Я открыла рот, чтобы дышать стало легче, а мужчина усмехнулся, но отнюдь не доброй улыбкой, а порочной.

Меня мгновенно пробрало жаром до костей, еще немного, и я бы вся покрылась испариной от этого зрелища. Феликс повернул меня к себе лицом и с холодом рассматривал губы, которые были приоткрыты, и он мог делать с ними все, что пожелает, ведь имеет на это полное право. Я ждала его действий или слов, но он молчал, после чего провел большим пальцем правой руки по нижней губе, и я задрожала. Не знаю, был ли это страх, а может, глупое желание, которое появлялось каждый раз, стоило только покровителю коснуться меня. Мужчина наклонился, обдавая лицо горячим дыханием, и впился в мои губы. Грубо. С натиском, присущим только ему, и я поддалась. Растеклась по его рукам, которые мгновенно пригвоздили меня к его телу.

Я даже пикнуть не успела, как он запихал язык в мой рот, нагло исследуя его. Вот только вскоре все закончилось, потому что Феликс сдавил пальцами мое лицо и укусил за нижнюю губу. Вздрогнула, не ожидая такого поворота, и тут же ощутила привкус крови во рту. Он отклонился и снова смотрел на меня. Провел пальцем по губам, стирая кровь, а потом поместил этот палец в рот и усмехнулся, потому что мои глаза увеличились в размере. Он попробовал меня на вкус в прямом смысле. Я задрожала еще сильнее. Все желание мигом испарилось от этого мерзкого движения. Феликс грациозно достал белый платок из кармана и вытер свои губы, оставляя на светлой ткани кровавый след, после чего подал его мне.

- Вытри. – Одно слово, и я схватила платок и тут же приложила его к губам, не опуская глаза и смотря на этого дьявола, который вошел в мою жизнь, чтобы испить душу по капле. – Запомни, - он выпрямил спину, шагнул ко мне и приблизил лицо к моему настолько, что легкое шатание, и наши носы бы соприкоснулись, - теперь тебя зовут Валенсия. – Выпучила глаза, не понимая, зачем это. – На мероприятии тебе не стоит раскрывать рот. Я запрещаю с кем-либо разговаривать. Ты должна быть рядом, пока я не отправлю тебя домой. – Феликс прищурился, а я нервно сглотнула, не двигая рукой и продолжая держать платок возле губ. – Ты. Ни с кем. Не будешь. Разговаривать. И тем более. Подходить.

- Но, если кто-то… - Начала я и тут же замолчала, потому что мужчина скрипнул зубами.

- Не будет если. Пока я рядом, к тебе ни один смертный не притронется и на метр не подойдет. – Процедил сквозь зубы, и по выражению его лица, я поняла, что наказание еще впереди.

Феликс отвернулся и прошел к выходу, а я дрожащей рукой стерла размазанный блеск и кровь. Повернулась к зеркалу и бросила на себя печальный взгляд. Мне нужно было взять себя в руки, чтобы вечер прошел хорошо. У меня вряд ли, но у Феликса должен. Валенсия. Валенсия. Валенсия.

Зачем мне эта информация, если я и рта не смогу открыть? Обидно. Больно. Неприятно. Только такова участь, которую я выбрала сама. Привела губы в порядок, развернулась и пошла к мужчине, который испепелял меня взглядом. Порой мне казалось, что он способен на нежные чувства, но сейчас эта теория была жестоко опровергнута, а я разочарована. Не столько в нем, сколько в себе. Шла с гордо поднятой головой и невесомо держалась за любезно предоставленный мне локоть.

Мы прошли в машине, где я ненадолго укрылась в темноте от его холодных глаз. Дорога был не слишком долгой, и вскоре мы вышли возле красивого здания, где нас проводили по дорожке к входу. Уже возле двери я услышала тихую музыку, голоса и стук каблуков. Феликс был так спокоен, что и я невольно поддалась этому чувству. Просто нужно представить, что здесь мое место. Будто я всегда посещаю подобные вечера и трачу деньги на благотворительность. Надеть на себя маску и не снимать, пока не окажусь одна. Только тогда можно позволить себе такую роскошь, как быть собой. Не Валенсией, а Викторией.

Внутри было очень красиво. Огромный зал со столами, полными выпивки и закусок. Все, как и положено. Тьма народа. Мужчины в строгих костюмах, а их спутницы в невероятных платьях и с надменными лицами. Меня сразу пронзило холодом, словно я попала в морозильную камеру. На меня мгновенно обратили внимание, и один мужчина с дамой в синем платье направился в нашу сторону. Я почувствовала, как напрягся Феликс. Не физически. Нет. Я ощущала его иначе. На другом уровне. Наверное, это его конкурент. Соперник на выборах. Только мужчина был любезен и даже хотел поцеловать мне руку, когда мой покровитель познакомил нас. Я отвечала лишь кивками и легкой улыбкой. Другого мне не дано.

Феликс пронзил его взглядом, и тот стушевался, убирая руку и отходя от нас. Я старалась не смотреть на людей, наслаждаясь живой музыкой. Только от холода и притворства внутренности скручивались в тугой узел. Покровитель отвел меня к одному из столиков и отошел к группе мужчин, оставляя одну, но наблюдая со стороны. Я тяжело вздохнула, подняла голову и посмотрела на огромную стеклянную люстру огромных размеров. Она так красиво переливалась. Много лампочек и красивые детали.

Вот только Феликс прожигал взглядом так сильно, что в горле пересохло. Я потянулась к бокалу с шампанским, но замерла, потому что дьявольские глаза предупреждающе блеснули. Рука дрогнула, и я тут же схватила бокал с водой, что стояла рядом. Мой покровитель остался доволен этим выбором и, когда вернулся, наклонился, шепча на ухо:

- Пьяна ты будешь только со мной и от меня, Валенсия. Только так, и никак иначе. – Феликс устроился на стуле, а я даже дышать не могла от того, как горела кожа, и с перерывами билось сердце.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 19.

Мне было тяжело до тех пор, пока мой покровитель не направил свой взор в другую сторону. Я не смотрела, нет. Почувствовала. И всегда чувствую, когда он прожигает, будто насквозь, своим дьявольским взглядом. Я не знала, как себя вести, потому что очутилась будто в другом мире. Мне было, откровенно говоря, не комфортно. Ощущала себя не в своей тарелке, ведь все это точно не для меня, и я это понимала. Но что теперь я могла сделать?

Только продолжать отменно играть свою роль, от которой меня уже тошнит. Если бы было всё чуточку иначе, то, возможно, во мне постепенно не зарождалось бы этого состояния. Но, как ни прискорбно, оно было, уже существовало. Апатия, отчаяние. Я думала, что самое худшее я уже пережила, став собственностью этого мужчины, но, если бы я только знала, что ждет меня в этот вечер.

Мероприятие было в самом разгаре. Дорого, роскошно, превосходно, но мне почему-то это все напоминало неудачно поставленную сценку, дешёвый спектакль, где на сцене собрались не профессиональные актеры, а дилетанты. Хотелось отсюда сбежать, да как можно скорее, но я знала: такого я позволить себе точно не смогу. Несмотря на то, что я стала занимать высокую должность, да и вообще являлась совершенно другим человеком, для него я осталось все той же Викторией, его рабыней, которая не имеет права голоса, впрочем, как и любой раб.

Я начала оглядываться по сторонам, так как сразу ощутила какую-то непонятную пустоту, холод. А причина этого заключалась в том, что мой покровитель куда-то скрылся. И в какую бы сторону я не направляла свой взор, нигде не могла его отыскать. Старалась не подавать вида, уже научилась скрывать все свои эмоции под маской хладнокровности и безразличия, но внутри стало как-то не по себе. К тому же не давала покоя нарастающая тревога, которая с каждым мгновением одолевала меня все сильнее и сильнее. В горле стало першить, к тому же оно пересохло, будто сейчас не холодно, а жарко. Будто я блуждала по горящей пустыне, но я-то знала, что это все от эмоций. Как не стараешься держать лицо, язык тела и твой организм все равно все выдадут.

Подошла к красиво сервированному столику, чтобы утолить жажду. Хотелось бы простой воды, но ее не было, поэтому взяла бокал с шампанским, немедленно осушив его, второй, третий. Я не могла напиться. Вдруг почувствовала позади себя чье-то присутствие, но уже точно знала, что это не он. Не мой покровитель. Его я научилась узнавать по шагам, по бешеной энергетике. Я просто чувствую этого мужчину, мое тело всегда узнает, где он находится, далеко или близко от меня. Это не имеет значения. А тут совершенно другая аура окутала меня со всех сторон. Холодная, скользкая, неприятная, что меня аж невольно передёрнуло. Тело моментально покрылось мурашками.

Я не спешила оборачиваться, просто не хотела, но незнакомец сам приблизился ко мне, нарушив личное пространство. Нагло. Бесцеремонно. Вздрогнула, когда шею обдало горячее дыхание, а шершавые ладони начали гладить ее. Как пойманный зверёк, съежилась, не двигалась. Перестала дышать. Ужасно хотела, чтобы это поскорее закончилось, и незнакомец, будто прочитав мои мысли, прекратил эту своеобразную пытку. Я наконец смогла вздохнуть, а затем повернуться, так как безумно хотелось посмотреть в глаза этого бесстрашного безумца. Он что не знает, кому я принадлежу? Он что не в курсе, кто такой Феликс и на что способен. Если этот мужчина не знает, то я отлично это осознаю. Становится страшно, ведь я не представляю, что было бы если бы он стал свидетелем этой картины.

Обернувшись, я увидела перед собой мужчину достаточно зрелого возраста. Соперник Феликса. Именно этот человек первым направился к нам, а та дама в синем платье, по-видимому, его жена. Не успела я ничего произнести, как он заговорил со мной первым.

- Покровский Станислав Игоревич. Очень приятно. А как зовут столь прелестную нимфу?

Продолжала молчать, ведь Феликс дал приказ, ни с кем не разговаривать, ослушаться, которого я просто не имею права.

- Ну же, неужели Феликс вас настолько запугал. Его сейчас с нами нет, так что можете расслабиться.

Я ещё раз огляделась по сторонам в надежде отыскать своего покровителя, но моя очередная попытка вновь потерпела фиаско. Хотелось поскорее отделаться от этого наглого типа, поэтому я произнесла:

- Мне тоже очень приятно. И нет, Станислав Игоревич. Меня никто не запугивал, просто не особо люблю вести беседы с посторонними.

- Вы не ответили на мой главный вопрос. Как же вас зовут? Так любопытно, ведь до вас Феликс никогда не посещал вечера с дамами, а тут такой приятный сюрприз.

- Валенсия. - Произнесла я уверенно и твердо, хотя у самой внутри случился целый переворот.

Неужели до меня у Феликса ни с кем не было серьезных отношений? Даже не верится. Не хочу в это верить. Просто не хочу.

- Очень красивое имя, прямо под стать вам. Мне всегда было интересно посмотреть на ту женщину, которую выберет в свои спутницы Феликс, и стоит отметить у него превосходный вкус. Вы просто обворожительны, Валенсия.

- Благодарю. - Ответила все так же холодно, осушив ещё один бокал с шампанским.

- Чем же вы смогли покорить такого мужчину, как Феликс, раскройте секрет. Как смогли расположить его к себе? Валенсия, не томите, просто сгораю от любопытства. После стольких лет одиночества он наконец является на весьма важный вечер, сопровождая именно вас. Только красотой? Не поверю.

- Я не раскрываю никому своих секретов, тем более посторонним людям. Какая же я после этого женщина, если во мне будет отсутствовать загадка. Поэтому, пожалуй, оставим всё, как есть, если вы не против, хорошего вам вечера. - Произнесла я с фальшивой улыбкой на губах, а затем демонстративно отошла на приличное расстояние от Станислава, дав тем самым понять, что его общество мне крайне неприятно.

Бывают люди, которые, ничего не делая, сразу располагают к себе. Своей харизмой, энергетикой, такие, как Феликс, а бывают и те, которые, несмотря на бесчисленные попытки, все равно отталкивают, такие, как этот Станислав.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Ещё раз оглядевшись по сторонам, я направилась в дамскую комнату, чтобы хоть как-то убить время в надежде, что, когда снова появлюсь в главном зале, мой покровитель уже будет там, рядом со мной. Чтобы попасть в уборную, нужно было пройти длинный коридор, по которому я стала направляться не спеша, как вдруг ощутила на своей талии чью-то ладонь. А когда обернулась, то уже была прижата к стене Станиславом. Мужчина ничего не говорил, молчал, но его рот нетерпеливо и нагло блуждал по моей шее, оставляя следы. Мерзко, мне просто стало мерзко. Я попыталась оттолкнуть его от себя, но моя попытка потерпела поражение, ведь он намного больше и выше.

- Что же в тебе есть такого, Валенсия? Не терпится узнать. Хочу испробовать тебя. - Словно в лихорадке стал говорить мужчина. В данный момент он очень походил на безумца.

- Убрал от нее свои руки, Станислав! - Прорычал мой покровитель, появившийся достаточно внезапно.

Мужчина напрягся, а затем сразу отступил назад, подняв руки вверх, показывая тем самым, что сдался и больше ни на что не претендует.

- Мерзкий шакал, я раздавлю тебя.

- Непременно, Феликс, непременно. - Процедил сквозь зубы Станислав, лицо которого исказила злобная гримаса, но уже через минуту она сменилась злобной усмешкой.

Соперник с позором ретировался, но главная схватка ещё впереди. Как только этот неприятный тип ушел, я с облегчением выдохнула, думая, что все плохое позади, но рука, вцепившаяся в локоть мертвой хваткой, заставила меня вскрикнуть и удивлённо распахнуть глаза.

- Что скажешь в свое оправдание, Валенсия? - Будто выплевывая каждое слово, проговорил Феликс, а затем злобно ухмыльнулся, с нескрываемой насмешкой и пренебрежением. - А хотя лучше молчи! Ты забылась девочка, и сегодня я напомню тебе о твоём месте. И напоминать я буду весьма пикантным способом. Не бойся, Виктория, тебе понравится. - Рассмеялся злодейским смехом прямо в лицо мой покровитель, а я готова была расплакаться, ведь уже поняла, что ждёт меня что-то весьма нехорошее.

Ведь ещё никогда в жизни я не видела Феликса таким одержимым, с таким безумным нездоровым блеском в глазах.

Глава 20.

Так и не дождавшись моего ясного, вкрадчивого ответа, поскольку на данный момент у меня получалось только мямлить, Феликс больно схватил меня за локоть и повел прямо к выходу. Так словно я не человек, которому может быть больно от такой мертвой хватки, а всего лишь неодушевленный предмет. Вещь. Впрочем, я и есть вещь. Нет, он даже не вел меня, а просто выталкивал наружу. И я уверена на сто процентов, что если бы тут не было такого большого количества людей, то мой покровитель наверняка не стал бы церемониться, а прибил бы уже там на месте.

Но, во-первых, этот человек привык скрывать от посторонних глаз абсолютно все, а во-вторых, для него это было бы слишком просто. Вроде бы за все это время я уже должна была смириться со всем, принять как данность, суровую реальность, от которой уже не скрыться, но почему тогда сейчас мне так страшно, как ещё никогда не было? Почему я задыхаюсь, а глаза застилают эти чертовы непрошенные слезы? Хочется молить его, моего персонально дьявола сжалиться надо мной, пощадить. Отчаянно просить, ведь я ни в чем не виновата, но я знала, что толку от этого не будет. Поэтому мне осталось только смириться со своей участью.

Страх и тревога возрастали. Я находилась словно в прострации. Помню, что ещё недавно мы только выходили за пределы здания, в котором проходил этот благотворительный ужин, а уже сейчас приближались к дому. Да, вроде бы это дом. Наш дом. Но язык назвать его таким образом не поворачивался. Мне и до этого то никогда не было в нем уютно, а на данный момент вообще не хотелось там появляться, поскольку я прекрасно осознаю, что мой персональный ад начнется именно тогда, когда за нами закроется дверь его владения. И я не ошиблась, потому что так оно и произошло.

В доме Феликса, как всегда, было очень темно. Как бы не старалась взять себя в руки, не смогла. Эмоции просто зашкаливали. Мне даже стало казаться, что я перестала соображать, как только здесь оказалась. Или просто организм включил инстинкт самосохранения. Сделать-то я против него ничего не смогу, да и не имею права, но хотя бы в таком состоянии боли испытывать точно не буду, не смогу, я в этом уверена. Покровитель продолжал меня куда-то тащить, но я так не вовремя споткнулась и упала кажется возле лестницы. Это хоть немного, но отрезвило меня, а подняться к моему удивлению снова на ноги я почему-то не смогла.

Жизнь в очередной раз показала мне мое место, и оно было возле ног этого мужчины. Феликса. Тот в свою очередь стал сжимать и разжимать кулаки, наверное, чтобы успокоиться, хотя мне в это верилось с трудом. Нет, я не видела этого, а снова чувствовала.  Где-то в глубине души надеялась, что он все же сжалится и, хотя бы поможет мне подняться с пола, но он возвышался надо мной, как глыба, молчал, тяжело дыша. Видимо, ему безумно нравилось то, что он видел, ему нравилась я, валяющаяся возле его ног. Я не видела, нет, но клянусь, знала, что он злобно ухмыльнулся, а его глаза в темноте засверкали снова этим больным, одержимым блеском.

В следующее мгновение Феликс ударил меня, причем сильно. Прямо по лицу. Удар пришелся в область губ, из которых сразу начала сочиться кровь. Голова шла кругом, а сердце произвело болезненный кульбит. Инстинктивно я вжалась в пол и закрыла себя руками, но он схватил меня за волосы, намотав ловким движением на кулак, и произнес, будто выплевывая прямо в лицо каждое слово:

- Как ты посмела, сука, ослушаться меня?!

- Я... я… Фе…

- Заткнись! Так хотелось наказания!? Ничего тварь, сейчас ты за это поплатишься.

После этого мой разгневанный покровитель поднял меня с пола и поволок за собой по лестнице. Я спотыкалась, но как могла пыталась идти, хотя получалось плохо. Мы стали приближаться именно к тем комнатам, которые всегда насколько я знаю были закрыты. Точно знаю это, потому что не один, а даже несколько раз прогуливалась по дому с намерением отыскать хоть что-нибудь, благодаря чему узнала бы этого человека получше. Как раз тогда я и наткнулась на эти закрытые комнаты, ключей от которых у меня естественно не было. Зажегся свет, но опять тусклый, приглушённый, не яркий, а обстановка была такой, будто я находилась не в современном доме, а в каком-то подземелье.

Все вокруг смахивало больше на склеп или тюремную камеру. Но самое интересное ждало впереди, потому что вскоре за ширмой я увидела непонятное сооружение. Я даже не знала, как такое называется, но осознавала, для чего оно нужно, узнаю прямо сейчас. Прошло мгновение, и я ощутила, как руки и ноги сжали кольца холодного металла. В данный момент наверняка напоминала того человека, который был запечатлен на чертежах знаменитого Леонардо да Винчи, потому что позы очень схожи. Отказывалась верить в происходящее, все это будто не со мной. Сейчас мое тело сковал дикий ужас, разум был окутан сильным шоком, но меня интересовало лишь одно, что я почувствую на следующий день после этого кошмара, как буду жить дальше? Как?! Я ведь этого не выдержу, сломаюсь, но я клянусь, что буду бороться до последнего.

Тем временем мой покровитель подошёл к столу, который как ни странно тоже был спрятан за ширмой, как только он убрал ее в сторону, я увидела нечто. Различные оружия и приспособления, приобретенные будто действительно для пыток. Услышанное повергло меня в ещё больший шок.

- Выбирай.

- Чт...

- Я сказал, выбирай!

Разум стал не просто говорить, а вопить о том, чтобы я поскорее выбрала первое попавшееся орудие пыток, лишь бы все это, наконец, закончилось, но я продолжала молчать. Молчать, от удивления даже не моргая и, кажется, не дыша.

- Тогда я сам выберу. - Произнес Феликс и с улыбкой очень, похожей на улыбку Чеширского кота, схватил пистолет и стал водить им по телу, которое трясло, как в лихорадке.

Я понимала, что, возможно, все это его заводит, нравится, но я так же понимала, все это не просто ненормально, это дико. Ужасно дико. Неправильно. Так не должно быть. Холодный метал продолжил блуждать по мне, касаясь как бы невзначай самых эрогенных точек. Чувствительной артерии на шее, сосков, мочек ушей, ягодиц, ног, а затем и клитора. Он сделал движение вперёд-назад, даря обманчивую фальшивую ласку, а затем одним резким движением приставил его уже к виску. Я была удивлена, как в этот момент ещё не обмочилась от страха. Смотрела в его безумные глаза и понимала, что он убьет, ему это ничего не стоит, такого как он даже и совесть мучить не станет, потому что у этого мужчины ее попросту нет.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Нет, Виктория, нет. Сегодня я буду мучать тебя не этим. – Сказал, медленно понизив свой голос до гипнотизирующих вибраций, а затем схватил нож, но стоит отметить, довольно необычный, маленький, что его почти не было видно в его мощной ладони, и острый.

Очень острый. Он же ведь сейчас перережет мне горло и глазом не моргнет, а меня не станет. Стало казаться, что я потеряла дар речи не только на сегодня, но уже навсегда, потому что тот ужас, который я испытывала в данный момент, он просто безумный, сильный, его не передать, такой ужас испытать я даже врагу бы своему не пожелала.

Я вскрикивала каждый раз, а затем замолкала снова и молча плакала, когда на моей коже появлялись порезы, естественно, сделанные его руками, руками моего покровителя. Из ран сочилась кровь, они не глубокие, но тем не менее болезненные. Не знаю, сколько все это длилось, в теле появилась непонятная слабость, глаза то и дело закрывались сами собой, из меня будто высосали всю жизненную энергию, а в голове был плотный туман. Я ничего не соображала и уже не чувствовала даже страха. Феликс привел меня в чувство своим проникновением. Не хотелось это чувствовать, не хотелось ощущать его в себе, но я чувствовала, ощущала, как прежде.

Я вся в крови, и он ей измазан, наши тела слились воедино, но душам не слиться уже никогда. Его рваные, грубые, безумные толчки вызывали мои крики и стоны. Царапала кусала, кричала, молила, но ему было все равно. Он точно ненормальный. Никогда бы не подумала, что такое может возбуждать, но он завелся не на шутку, кажется, сейчас я начинала понимать, почему у него не было отношений, какая нормальная подпишется на такое?

Я тоже безумна, иначе меня бы тут не было. Лучше бы меня вообще не было. Из глаз горячим потом лились слезы, только это и боль между ног показывали мне, что я ещё жива, а так мне казалось, что я уже погибла. Он кончил с громким хриплым стоном, запрокинув голову. А когда вновь впился в меня своим сумасшедшим взглядом, я закрыла глаза, просто не хотела на него смотреть. Да, это тот же мужчина, тот, который меня от всего спас, мой покровитель, но сейчас мне было мерзко, от него, от себя, от всего. Теперь уже ничего не будет прежним. Я уже не буду прежней. Мое отношение к нему не будет прежним...

Над ухом послышался хриплый пугающий шепот, который, впрочем, как и всегда, разнес целый табун мурашек по телу.

- Ты моя собственность. Моя и только моя. А я не хочу, чтобы приближались к моему, трогали мое, говорили с моим. Я уничтожу каждого, но я так же уничтожу и тебя. Не думай, что тебе будет все сходить с рук. И знай, если хоть один раз ты ослушается меня, я накажу тебя уже по-другому. Ты многого не знаешь, Виктория, ты не знаешь мою темную сторону, и лучше тебе о ней не знать...

Глава 21.

Наверное, впервые я ощущал настолько жгучую ревность. Доселе никогда не знал ничего об этом чувстве, и сейчас мне было тяжело его переносить. Хотел прибить на месте этого мерзкого шакала Покровского, а затем и мою Викторию. Чёрт, неужели я действительно считаю ее уже своей?! Я видел, что она испытывала к нему лишь отвращение и неприязнь, стал свидетелем того, что он ей, мягко говоря, даже не интересен, но почему-то меня это никак не смогло успокоить.

Но самое главное, я злился на то, что в глубине души ревновал ее не как свою собственность, в тот момент я ревновал ее, как свою женщину. И я ненавидел тогда, да и продолжаю ненавидеть эту девчонку за это. Хотя, какая она уже девчонка. Со мной она распустилась подобно цветку, стала невероятно притягательной, сексуальной, загадочной, сногсшибательной, желанной, какой и должна быть полноценная женщина.

Больше всего бесило то, что меня тянет к ней не из-за этой оболочки, ведь мы оба знаем, кем она была до моего появления, притягивает эта личность, мне нужна она, ее душа, ее сердце, вся целиком. Хотя изначально был расчет лишь на то, что я дам ей все, но отберу такую драгоценную свободу, которую Виктория отдала за бесценок. На тот момент я лишь хотел ее сломать, превратить в бездушную куклу, в свою вещь, с которой делал бы что хотел, а когда пропал бы интерес, то скорее всего избавился, отправив туда, где нашел, но черт возьми, она до сих пор мне интересна, и я чувствую, что несмотря на то, что мы вместе уже некоторое время, она все равно не моя.

А я стал одержим ей.

Она нужна мне, всегда и везде. Как можно сходить с ума по ней, но ненавидеть и желать растоптать, уничтожить одновременно. Я всегда знал, что не здоров, я сумасшедший и уже никогда не излечусь, но эта сука делает меня просто больным на всю голову ублюдком, с ней я теряю над собой контроль, с ней я теряю себя, хотя должно было быть наоборот. Я хочу дать ей все, но отобрать, хочу, чтобы любила и ненавидела. Я просто не представлял, что может так произойти.

Она отлично справляется со своей ролью, и мне бы радоваться, но мне этого мало. Я сам ещё не понял, что конкретно мне нужно от этой девчонки, но то, что есть сейчас меня не устраивает, мне нужно больше. Я хочу, чтобы она сходила по мне с ума, чтобы не могла без меня, погибала. А я бы мучал, хочу, чтобы любила, отдавая всю себя, а я бы брал, ничего не давая взамен. Вот тогда бы я ликовал. То, что я задумал изначально, слишком просто, мне так уже неинтересно. Так я ее не сломаю.

Что же, мать твою, со мной делает эта чертова женщина?!

Сижу сейчас в своем кабинете, пьяный, впервые за долгое время пьяный и понимаю, что все это бред. В моей голове царствует хаос, а я позволяю ему быть. Это ненормально. Ненавижу эту суку. Кто она такая?! Кто эта тварь такая?! Как у нее получилось так въесться мне не только в мозг, не только в сердце, но и куда-то туда, где никому нет места, где сплошная тьма?

Я должен взять себя в руки, и осознаю, что появляется в таком виде перед Викторией точно не стоит. Но я ничего не могу с собой поделать, хочу ее прямо сейчас. А, впрочем, почему я должен появляться перед ней, пускай сама ко мне явится. Вызвав к себе прислугу, дал четкий приказ привести ко мне Викторию, как можно скорее. Та была явно удивлена, поскольку не привыкла видеть меня в таком состоянии, но сейчас это последнее, что волнует. Какое мне дело до того, что думает обо мне какая-то сраная обслуга. Одно мое слово и вылетит отсюда подобно шавке.

Видимо, все это было написано на моем лице, так как домработница сразу засуетилась с желанием, как можно скорее выполнить мой приказ. Вот смотрю на нее и вижу в глазах страх, чувствую каждую ее эмоцию, также знаю, что зависима, ей нужна эта работа, ей нужны именно те деньги, которые плачу я. Одно мое слово, один мой взгляд, и она падет к моим ногам, прогнётся под меня и мою волю, почему сука, с Викторией так не получается. Сколько бы эта девушка не была у моих ног, сколько бы раз я не показывал ее место, она подобно Фениксу возрождалась из пепла вновь и вновь. Я все ждал, что этот огонь в ее глазах в скором времени погаснет, но этого не случилось. Она сука, сильная, несгибаемая. И, черт возьми, несмотря на то, что со мной. Виктория не моя! Но я добьюсь этого. Добьюсь не важно как, не важно какими методами. Но я сломаю ее, уничтожу, подчиню себе, сделаю ее зависимой, вот тогда я буду доволен, а пока наша игра продолжается. Все ещё впереди....

Виктория предстала передо мной в платье цвета бирюзы, похожем больше на откровенное белье. Безумно сексуальная. Захотелось съесть ее. Она могла бы прийти в простом наряде, но девчонка учла, что для меня просто обязана всегда выглядеть на все сто. И это радует. Этот оттенок очень ей к лицу, но что-то мне подсказывает, что такой красивой женщине как она, подойдёт любой цвет и фасон. Видимо, из-за того, что пьян, не заметил сразу, какую помаду она нанесла на свои губы сегодня. А зря. Цвет просто шикарный. Будто спелая малина на ее волшебных губах.

Ее ротик стал ещё красивей, ещё желанней. Думаю, я найду ему отличное применение. Она робко склонила голову вниз, кусала губы, то сжимая, то разжимая свои руки. Боится. Естественно, она меня боится после того, что я с ней сделал вчера. Порезы, понятное дело, ещё не зажили. И я, как больной шизофреник, любовался ими. Я точно чокнулся.

- Скажи что-нибудь. - Приказываю ей. Я настолько возбудился, что не хочу церемониться, играя во всякие игры. Просто не выдержу. Сгорю от желания. - Говори немедленно! Хочу услышать твой голос.

- Ты хотел меня видеть? - Произносит чуть слышно Виктория своим сладким голосом, а я запрокидываю голову назад на спинку кресла от удовольствия, ведь для меня ее голос уже стал в некотором роде афродизиаком.

- Да, моя Виктория, я хотел тебя видеть. Очень хотел. Иди ко мне.

И она покорно подошла.

- Оголи грудь и встань на колени.

Вот тут девчонка начала медлить, чем разозлила.

- Я сказал, встала! - Пытался говорить ровно, но получалось плохо. Голос предательски дрогнул. Чертова роковая женщина. Ненавижу ее. И безумно хочу. До ломоты в теле.

Виктория оголила свою прелестную грудь, а я застонал от удовольствия. Ее тело сводит меня с ума, делая из меня голодного альфа-самца, который хочет заполучить себе любимыми путями благосклонность своей избранной самки.

- Ласкай ее. - Проговорил я хриплым почти сиплым от сильного возбуждения голосом. Она чертова ведьма. Женщина вамп. Ненавижу! В кого она превратила меня! Дрянь. Я вообще не должен был ничего чувствовать. Ничего. А я просто схожу с ума.

Девушка осторожно начала исполнять, нет, не мою просьбу, а приказ. Прикрыла глаза и начала очень осторожно почти едва касаться своих сосков, слегка пощипывать, гладить. И это сработало, потому что Витория заметно расслабилась, откинув голову назад, предоставив мне очаровательный вид на прекрасную нежную шею и грудь.

- Не молчи, Вика, не молчи. Хочу слышать твои стоны.

И Виктория вновь повиновалась. Стонала сначала тихо. Очень тихо, а затем осмелела и начала радовать меня громкими сладкими стонами. Да, моя хорошая. Желание. Она меня захотела.

- Все, хватит. Я сказал, стоп!

После этого Виктория опомнилась, округлив толи от испуга, толи от удивления свои затуманенные похотью глаза. Да, она моя девочка. Несмотря на то, что я с ней сделал вчера, она меня желает. Это уже что-то. Первая победа. Но я не остановлюсь на одной. Их будет много. До тех пор, пока я ее полностью не сломаю.

- Прикоснись к нему. - Произнес я игриво и жестом показал на свой заметно возбуждённый член, который упирался в брюки. Не просто упирался, а уже готов был их разорвать. Вот насколько я хочу эту чёртову девчонку.

Виктория медленно подползла ко мне на коленях, заставив меня снова застонать от удовольствия, люблю, когда она такая. Очень нежно, можно сказать трепетно, Виктория начала касаться моего члена. Осуществлять такие нужные движения вверх-вниз. Я прикрыл глаза, но лишь на мгновение, потому что я хотел ее видеть в этот момент. Безумно.

- А теперь отсоси мне! - Прорычал я.

Знаю, что грубо, знаю, что такой нежной натуре, как Вика, это не нравится, но я на грани. Дико хочу от трахать ее в этот сладкий горячий ротик. И не собираюсь ждать ни минуты, даже секунда для меня сейчас покажется вечностью. Стоило Виктории только взять мой член в свои руки и поднести к губам, как я сорвался. Намотал волосы на кулак и стал не просто входить, а вдалбливаться в такой желанный для меня рот. Мне хватило нескольких грубых, рваных толчков, чтобы достигнуть пика наслаждения. Кончил с хриплыми стонами и тяжёлым дыханием на ее оголенную грудь. Просто шикарное зрелище.

- Скажи, что любишь. - Сам не знаю, зачем произнес, наверное, самую глупую фразу, которую только произносил за всю свою жизнь.

Виктория помогала головой и заплакала, чем разозлила. Знаю, что проявил слабость, но за отказ она сейчас заплатит. Словно в бешенстве открыл ящик рабочего стола и вытащил оттуда плётку. Что она тут делает? Просто не хотел тратить свое время на шлюх, отлучаясь с ними, поэтому брал то, что мне нужно и продолжал работать дальше. Но сейчас она нужна мне не для любовных утех, а для наказания этой суки. Как посмела отказать мне в моей просьбе?!

Первый удар, второй, третий, крики, мольбы. Мне было мало. Наверное, у меня произошло помутнение рассудка, но я не мог остановиться. Все закончилось, когда Виктория умудрилось вскочить на ноги и убежать, а я, отбросив плётку, с душераздирающим криком схватился за голову и произнес эту клятву вслух. Клятву о том, что больше никогда не покажу своей слабости этой девчонке. Именно в этот вечер я дал себе слово, что не остановлюсь ни перед чем, но сломаю ее раз и навсегда...

Глава 22.

После нашей встречи с Феликсом в его кабинете прошла целая неделя, которую можно сравнить с сущим адом. В первые дни после этого события я не могла ничего. Абсолютно ничего. Ни есть, ни пить, ни спать, ни даже двигаться. И самое главное, что мне было все равно на физическую боль, но с моральной было справиться не так-то просто. Я погибала. Медленно, но верно умирала изнутри. И к чему все это приведет в итоге я не знала.

Но, наверное, самое худшее то, что назад дороги нет. Даже если он меня и отпустит, то я погибну в любом случае, потому что все что, у меня есть на сегодняшний день, это сугубо его заслуга. Не моя. Без этого мужчины я так бы и была жалкой нищенкой. Те злосчастные порезы, что были на моем теле постепенно заживали. Но сильный удар плети рассек мне кожу в области плеча. И теперь эта рана бесконечно кровоточила, оставляя кровавые следы на любой одежде. Поэтому без перевязок не обошлось.

На мне зажили порезы, знала, что заживёт и это, но, черт возьми, как вылечить эти раны на сердце? Как выбросить все это из головы? Так просто не получится. Физическая боль пройдет, но психологические травмы останутся со мной уже навечно. Эти раны на сердце постепенно превратятся в рубцы и шрамы, которые не исчезнут уже никогда.

Всю эту чёртову неделю я не выходила из дома, потому что просто напросто не могла появиться на людях в таком виде. Но я осознавала, что как только мой внешний вид придет в полный порядок, должна, просто обязана буду встретиться с внешним миром снова. Общаться с людьми, работать, причем работать хорошо, ведь для Феликса важен в большей степени лишь результат, а как его добиться, этого мужчину не интересует.

В последнее время Феликса вообще мало, что интересовало. Он стал каким-то другим, в нем что-то изменилось, но с чем это связано я не понимала. Удивляло, что несмотря на то, что этот человек сделал со мной, его я по-прежнему не боялась, просто перестала испытывать что-либо. Осознавала, что сама себе таким путем рою яму, но я ничего не могла собой поделать. Изменилось что-то и во мне, я не сломалась, но отныне внутри стал царить только холод и пустота.

Я тщетно искала якорь, за который нужно схватиться, чтобы не превратиться в копию моего покровителя. Только такого якоря не было. Ни единой причины продолжать оставаться живой внутри.

Мне пришлось пойти на работу. Долг обязывал. Эта чертова закорючка, оставленная мной на договоре, словно клеймо загоралась огнем перед глазами. Но ничего нельзя поменять.

Я стояла перед зеркалом и рассматривала жуткие полосы, оставленные рукой Феликса. Стоило на них глянуть и сразу становилось понятно, кто мой хозяин. Я приклеила пластырь с бинтом на рану от плети на плече. Можно было позвать кого-то из прислуги, но я не хотела. Не хотела, чтобы кто-то притрагивался ко мне. Даже женщины.

Не хотела, чтобы видели, как низко я пала, несмотря на то, что высоко поднялась. С трудом заставила себя гордо поднять голову и облачиться в белую блузку и юбку-карандаш. Высокие шпильки, идеально уложенные волосы и макияж, за которым скрывалась настоящая Вика.

Водитель отвез меня в офис, где я горделивой походкой прошла в кабинет, стараясь не показывать, насколько в этот момент пуста и рассеяна. Только стоило двери закрыться, как я опустила плечи и прошла к столу, где уже лежали бумаги, которые нужно было изучить. Целая гора. Феликс, как всегда позаботился о моей занятости. Раньше мне казалось, что он восхищается моими способностями, а теперь…

Я не уверена. Такое ощущение, что он издевается, точнее, уверенность. Это издевки. Проверки на прочность.

Села за стол и принялась перебирать документы, но буквы то расплывались, то разбегались, и я не могла сконцентрироваться на смысле. По несколько раз перечитывала одно и то же предложение не в силах понять, что там. Хотелось рыдать от бессилия, но я не имел права. Нужно быть сильной.

Работа всегда отвлекает от гнетущих мыслей и плохого душевного состояния, но, видимо, не в моем случае. Я начала злиться, да так, что скинула со стола все папки и часто дышала, запустив пальцы в волосы и портя этим идеальный образ правой руки дьявола. Я была так зациклена на своем состоянии, что не заметила, как в кабинет вошел Феликс.

Почувствовала его энергетику, когда он был уже слишком близко. Мужчина с серьезным видом рассматривал беспорядок на моем рабочем месте, и я понимала, что ему это не нравится. Снова накажет. Опять унизит и причинит боль.

Я выпрямила спину, когда покровитель прошел вокруг и остановился за моей спиной, заставляя кожу покрываться мурашками. Его запах, смешанный с парфюмом, уже пропитал не только самого дьявола, но и меня. Я отравлена им. Процесс саморазрушения запущен, и скоро маска перестанет быть маской. Она превратится в лицо. Настоящее, которое уже нельзя заменить.

- Поднимись. – Приказал Феликс, и я на миг прикрыла глаза, боясь представить, чего он потребует.

Медленно встала и ждала, когда мужчина озвучит очередное желание. Порочное. Грязное. Агрессивное. Присущее только ему. Характеризующее только его.

Он приблизился и резко задрал юбку вверх, вырвав из меня тяжелый вздох. Его рука нагло развела ноги в стороны и опустилась на самое сокровенное. Только не для ласки. Феликс медленно провел пальцами по складкам и резко рванул за тонкое кружево, которое теперь уже превратилось в клочки ткани. Бесформенные и ненужные. Так же он хотел поступить с моей душой. Разорвать. Уничтожить. Наверное, тогда мужчина сможет спокойно дышать.

- Поднимай бумаги с пола. – Сказал он мне на ухо, пуская дрожь от псевдожелания.

Последнее время Феликс всегда начинал так. С мнимой ласки. Только она превращалась в настоящий ужас.

Я вышла из-за стола и нагнулась, чтобы подобрать одну из папок, и в это время получила удар по ягодицам. Ремнем, который Феликс снял с брюк. Я вздрогнула, поднявшись и положив бумаги на стол, но не оборачивалась.

- Продолжай. – Сипло произнес мой покровитель, и мне не оставалось ничего другого, как подставлять его взгляду оголенный зад и выполнять приказы, получая болезненный удар.

Это не было прелюдией. Больше похоже на издевательство. Я уже не чувствовала боли. Просто нагибалась, оттопыривая попу, ведь ему нравилось, а желание повелителя для меня закон. В какой-то момент я потеряла связь с действительностью и не заметила, что подняла последний лист с пола. Теперь документы аккуратно лежали на столе, а Феликс убивал своей тягучей аурой, стоя позади. Ожидание было для меня настоящим мучением. Я не боялась боли. Меня больше пугали ее последствия. Итог унижения и пресмыкания слабой женщины перед сильным мужчиной.

- Тебе нравится, когда я тебя трахаю? – Прошептал мужчина мне на ухо, прижимаясь и двигая бедрами.

Его член уже готов был ворваться в меня, но мешала ткань. Не знаю, почему я промолчала, ведь результат неподчинения очевиден. Феликс зарычал и схватил меня за волосы, одновременно толкая на стол и заставляя выгнуться. Теперь моя попа была в его распоряжении, и он нагло водил пальцем по анусу. Вот тут мне стало не по себе. По-настоящему.

- Неужели так сложно ответить «да»? – Процедил он сквозь зубы, накидывая мне на шею ремень и сдавливая его. – Я понял, тебе нравится жестко, как и мне. – Мужчина злобно усмехнулся. – Тогда пришло время показать еще одну сторону секса.

Услышала, как он расстегнул ширинку. Шуршание ткани резануло по моим нервам, и я вонзила ногти в одну из папок. Феликс откинул в сторону кресло и сдвинул мои ноги вместе. Закрыла глаза и даже перестала дышать, когда между ягодиц ощутила его пульсирующую плоть. Кожа мигом покрылась не только мурашками, но и капельками холодного пота. Я надеялась, что он не будет этого делать. Просто пугает, но реальность говорила другое.

Феликс получает то, что хочет, и делает все, что его дьявольская душа пожелает, а значит…

Я заелозила по столу, когда он приставил головку члена к анусу и надавил на него. Кожа запылала протестом, но его это не волновало.

- Ох, Виктория, а ведь все могло быть по-другому. – Как-то жутко произнес он и резко толкнул член мне в попу, заставляя взвыть от боли. – Черт! Какая тугая! – Он замер, но лишь на мгновение, после чего вытащил свое достоинство из меня.

Только я хотела облегченно вздохнуть, как он подставил мне под губы свои пальцы и приказал:

- Лижи. Давай, Виктория. Быстрее. – На последнем слове он сорвался на рык, и я тут же провела языком по пальцам.

Еще и еще, пока он не убрал руку и этими же пальцами с моей слюной не смазал задний проход. Дернулась, но покровитель натянул ремень, частично перекрывая мне кислород. Дальше начался настоящий ад. Феликс без нежностей и осторожности вогнал в меня член. Жестко и грубо. Причиняя острую боль. Он стонал, сначала входя в меня наполовину, а потом перестал щадить и вдалбливался на всю длину. Жжение превратилось в агонию, будто кто-то решил злобно пошутить и посадил меня на кол.

Моих криков не было слышно, потому что он натягивал ремень и не давал издать и звука, только непонятное мычание. Я задыхалась, чувствуя, что по щекам текут горячие слезы. Порвал. Он порвал меня. Все горело, и я не могла ему сопротивляться. Просто беззвучно терпела эту пытку. Феликс был похож на зверя, который получил долгожданный кусок мяса и терзал его клыками. Прикрыла глаза, ощущая, что его плоть становится больше, а толчки внутри меня все яростнее.

- Вот так! – Застонал он мне на ухо, еле двигая бедрами. – Теперь ты познала все прелести секса, Вика. Мы будем повторять это. Снова и снова. – Злобная усмешка озарила его лицо, хоть я и не видела, но чувствовала.

Он доволен моим унижением. Я не двигалась, а мой покровитель, наконец-то, вытащил из меня вялый член. Приводил себя в порядок, а я, словно кукла, уставилась на папку, на которой практически разорвала обложку.

- Поднимайся. – Холодно сказал он, но я не могла двигаться. – Я сказал, поднимайся! – Зарычал Феликс и ударил меня ремнем по спине.

Жуткая боль в лопатке заставила выполнить его приказ. Я с ужасом отметила, что рана на плече начала кровоточить, оставляя на белой ткани красный след. Он был меткой. Показателем моей испорченной жизни. Ноги тряслись и не хотели двигаться, но я выпрямилась и с остервенением дергала юбку вниз, чтобы прикрыть позор, которому Феликс меня подверг. Пустота ничто по сравнению с теми эмоциями, которые я испытывала сейчас…

- Мне нужно уехать из города на некоторое время. – Холодно произнес мужчина, заправляя ремень в брюки, словно не сделал ничего криминального. – Ты должна посетить  благотворительный вечер. – Он повернулся ко мне спиной, но повернул голову. – Ты обязана там быть, и помни, что я слежу за тобой, Виктория. За каждым твоим шагом и глотком воздуха.

Глава 23.

Настал тот день, когда Феликс уехал из города. Его не было, но я все равно чувствовала жуткую ауру рядом с собой, причем настолько остро, будто он никуда и не уезжал, а находился все время подле меня.

Феликс не сообщил мне о том, куда он, и когда приедет, даже ни разу не позвонил, но тем, наверное, лучше для меня. На телефон пришло одно единственное смс с датой, в которую я должна буду посетить очередной благотворительный вечер. Но если раньше так называемый выход в свет меня раздражал, то теперь мне наоборот хотелось отвлечься от этой жестокой реальности, даже таким образом.

Пусть так, но я всеми фибрами души надеялась на то, что не буду думать о своем покровителе и этих событиях хоть какое-то время. Абсурд в том, что вроде плохое нужно забывать сразу, даже не задумываясь, а я непонятно для чего продолжала прокручивать события в голове снова и снова. Чертова мазохистка!

Нет, не думала зачем он так со мной, за что, не искала выхода из положения, и даже не представляла то, что ждёт меня впереди. Но продолжала вновь и вновь вспоминать эти жуткие сцены, которые не смогу, наверное, выбросить из своей памяти уже никогда. Все это подобно проклятью. Моя жизнь превратилась даже не в драму, а в какой-то фильм ужасов, где я героиня, которая попала под гнет жуткого монстра, демона. Теперь у меня нет сомнений. Феликс - мой личный дьявол, которому я продала свою свободу за бесценок.

Жалела ли я? Возможно, но что я могла предпринять тогда, а тем более сейчас, когда уже слишком поздно. Я понимаю, что вновь его прощу и пойму, просто нет другого выбора, но если раньше мне давалось это легко, то теперь все происходит гораздо мучительнее. Каждый раз при этом я испытываю нестерпимую боль. Нет, не в теле, а в душе, которая вся изранена. Ее уже ничто не излечит. Эти раны так и будут кровоточить. Или же превратятся в шрамы, от которых уже никогда не избавиться. Но нужно как-то жить дальше. Брать себя в руки, потому что я не сломаюсь так просто, несмотря на свою сложную судьбу, я все равно люблю жизнь, какой бы она не была, и верю в то, что когда-нибудь точно буду счастлива. Пусть не сейчас, ни завтра, ни сегодня, но когда-то точно буду. В данный период я хотела стать подобием птицы феникс, которая сгорев однажды, вновь возрождается из пепла, становясь ещё могущественнее и сильнее. Так же и я. Придется ею стать, потому что другого выбора у меня просто нет...

Я стояла возле зеркала, пристально всматриваясь в свое отражение в нем. Я стала красива, спору нет, можно сказать расцвела, превратившись в роскошную женщину. Кажется, я повзрослела или просто из-за этого стиля одежды выгляжу старше. Не знаю. Если до этого мне нравилось экспериментировать со своим внешним видом, подбирая наряды на различные мероприятия самостоятельно, то теперь мне было все равно даже на это. Наверное, уже ничто не сможет приносить мне радости.

Над моим сегодняшним обликом поработала славная группа специалистов, которая превратила дом в настоящий салон красоты, но результатом я вполне довольна. Даже представить себе не могла, что мои губы могут быть такими красивыми. Сейчас они покрыты кроваво красной помадой, от чего кажутся более пухлыми, а зубы на фоне данного цвета стали белоснежными. Волосы переброшены на одно плечо, от чего открывался славный вид на дорогие бриллиантовые серьги в ушах. Больше украшений на мне не было, но я и так осталась довольна, потому что не приемлю излишеств. В этот вечер я предстану перед людьми из высшего общества в черном платье. С одной стороны, можно назвать его строгим, но нельзя не отметить того, что оно очень сексуальное. Я уверена, в эту ночь все взгляды будут прикованы лишь ко мне.

Мне было сложно привыкнуть сразу к своему новому имиджу, но теперь я даже стала получать от этого удовольствие. Получать удовольствие от того, что весь мужской пол смотрит на меня с нескрываемым вожделением, а женщины с завистью. Я получала удовлетворение от любых эмоций, но в свою очередь научилась не проявлять ни одной. Наконец поняла, в чем фишка. Когда ты видишь эмоции своего оппонента, чувствуешь их, он становится до невозможности уязвим, ты можешь вертеть им как хочешь. Манипулировать слабостями и потаенными страхами. Не хочу в этот сознаваться, но отрицать тот факт, что я стала похожа на своего покровителя бессмысленно. Он пока меня ещё не сломал. Но я теряла себя с каждым прожитым днём, причем стремительно, а поделать с этим, к сожалению, ничего не могла...

В последний раз перед выходом оглядев себя с ног до головы, медленно спустилась вниз по лестнице, а затем вышла на улицу, где меня уже поджидала машина с личным водителем. Феликс приставил мне его и охрану, чтобы быть в курсе всего, но мне было плевать на это. Пускай следит, сколько ему влезет. Только не понимаю, зачем ему это нужно, ведь он должен понимать, что я от него зависима. Мне некуда бежать, а даже если и покину его, то осознаю, что после такого поступка мне не жить.

В салоне вкусно пахло. Мне могло быть все равно даже на это, но факт того, что в машине пахло не Феликсом, доставил мне неимоверное удовольствие. Запах очень терпкий и можно сказать экзотичный, потому что сколько не изучай этот аромат, понять, что входит в его состав практически невозможно. Приятная музыка убаюкивала меня. Я погрузилась в лёгкий полудрем, утопая в неге, охватившей не только тело, но и все мое нутро. Но даже в этом состоянии я ощущаю непонятное волнение, неизведанное доселе чувство. И никак не могу понять, что послужило причиной. Наконец мы приехали в так называемый пункт назначения. Это было огромное здание. Его архитектура поистине впечатляла. Затаив дыхание оглядывала эти красоты и только потом вошла в помещение. Почему-то была уверена, что внутри будет ещё более красивей, чем снаружи, и не ошиблась.

Все предыдущие вечера, которые мы посещали с Феликсом меркнут по сравнению с этим. Как всегда, я улыбалась фальшивой улыбкой людям, которых вижу впервые, тоже самое делали в ответ и они. На подобных мероприятиях я даже смогла отыскать себе занятие, а именно наблюдала пристально, с особой внимательностью за каждым человеком, и пыталась угадать, что же он скрывал под очередной маской. Забавляло, что чаще всего я угадывала, а значит, становилась с каждым днём всё более проницательней. А это очень важно в моем деле. Ведь многое на данный момент лежит именно на моих плечах. В своей работе я нашла отдушину. Мне нравилась эта власть, но я никогда ей не злоупотребляла, а старалась быть честным руководителем.

Вот и сейчас, стоя с бокалом игристого, наблюдала за окружением, пытаясь изучить каждого вдоль и поперек. Вдруг мой взор пал на одного очень красивого молодого человека, а привлек он меня тем, что отличался от всей этой пафосной знати. Приглядевшись, я поняла, что это вовсе не парень, а уже мужчина, только явно выглядящий моложе своих лет. Несмотря на то, что этот тип одет в смокинг, в его образе все равно присутствует лёгкая небрежность, но стоит отметить чертовски сексуальная небрежность.

В следующее мгновение наши с ним взгляды встретились, и незнакомец отсалютовал мне, тоже самое я сделала в ответ. Казалось бы, это простой жест, но почему-то именно от этого обмена любезностью мое сердце ускорило ритм, а дыхание сбилось. Я засмущалась, как маленькая девочка, и отвернулась, направившись к столу с всевозможными закусками. От изобилия деликатесов у меня разбегались глаза, именно поэтому я не знала на чем остановить свой выбор, как вдруг совершенно неожиданно вновь, как и тогда со Станиславом, почувствовала чье-то присутствие за спиной. Только если аура этого неприятного типа была мне омерзительна, то от этой все тело будто прошибло током, а затем обдало волной блаженства.

Со мной было такое впервые. В этих ощущениях мне хотелось раствориться без остатка. Я впервые ощутила потребность раствориться в мужчине целиком и полностью. Отдать ему всю себя. Но не так как Феликсу, а добровольно. Приятный парфюм кружил голову. Этот аромат в отличие от запаха Феликса не был столь холодным, резким, а скорее ненавязчивым, едва уловимым, но свежим. Я на уровне инстинктов вдохнула этот запах. Глубоко в себя. Я им наслаждалась. Я в нем растворялась. Я сходила с ума и готова была застонать, когда его теплые пальцы коснулись моей шеи и начали медленно спускаться вниз.

Да, нагло. Да, это неправильно. Но если он почувствовал тоже самое, что и я, то плевать на все. Я понимала, что этот внезапный порыв неудержимой страсти и желания может уничтожить, как и его, так и меня, но я так хотела почувствовать хоть раз в жизни что-то такое, чего ещё доселе ни раз не ощущала. Возможно, в этом и будет мое счастье, которое будет длиться всего один день. Я, как бабочка, которая живёт лишь день, а после умирает, но зато, каков был этот день, может знать только она. Так же и я. Это безумие, но я готова пожертвовать всем, ради одной ночи с ним. Ради того, чье имя мне даже не известно. Мужчина осторожно прикусил мочку моего уха, а затем шепнул своим невероятно завораживающим голосом.

- Пойдем.

Возможно, это ещё один дьявол, появившейся в моей жизни, иначе я не представляла, как он смог так вскружить мне голову. Не слишком ли много демонов в моей жизни? Что я несу? Видимо, перебрала с алкоголем. Но я не пьяна. Я пьяна только им. Этим мужчиной.

- Стой. Подожди. Я не могу... - Пролепетала я еле внятно от зашкаливающих внутри меня эмоций.

- Почему? - Произнес спокойно таинственный незнакомец, а затем вопросительно изогнул бровь в ожидании ответа.

- Там... На улице... В общем ко мне приставили охрану. Я должна быть доставлена домой в их сопровождении. - Выдала на одном дыхании и прикрыла глаза, так как не хотела видеть, как все рушится. Пускай рушится, а я закрою глаза и представлю, что всего этого не было. Что его не было...

- Ревнивый муж? - Спросил он с усмешкой.

- Можно и так сказать. - Уклончиво сообщила я.

- Это не проблема. Пойдем со мной. - Вновь позвал меня незнакомец и, заметив мое смятение, произнес. - Верь мне. Просто поверь.

Я вложила свою руку в его теплую и такую нежную ладонь, от чего по телу прошла приятная волна мурашек. Я не знала этого места. Не имела понятия даже, где тут дамская комната, зато знал он. Вдоль и поперек. Будто сам же и был архитектором. Мы торопливо вышли через черный вход к его машине. И каково было мое удивление, когда вместо какого-нибудь Мерса или Ауди передо мной предстал автомобиль марки Тойота Ленд Крузер.

В салоне витал его запах. Со мной словно случилось дежавю, ведь казалось, что это все уже происходило. Только это не Феликс, а совершенно другой мужчина. Незнакомец уверенно вел машину, а я в свою очередь им любовалась. Мне было так легко с этим человеком, как никогда. В это сложно поверить, но мне действительно показалось, что он моя родственная душа.

Говорят, что с родственными душами не всегда остаёшься вместе на всю жизнь, но хотя бы раз ты с ней обязательно встретишься. Вот и я встретила его...

Между нами не было ни напряжения, ни жуткой недосказанности, хотя по сути этот мужчина для меня лишь незнакомец.

Мы подъехали к крупному и высокому зданию, которое очень похоже на знаменитые небоскребы, которые так полюбились за рубежом. Отель. Он привёз меня в отель. А хотя куда он должен был привести? К себе домой? Наверное, мое смятение было написано на лице, поскольку мужчина сразу попытался меня успокоить.

- Не подумай ничего такого. Я остановился здесь...

А дальше все как в кино. Мы не шли, а летели к его номеру, но перед входом произнесла очень глупую фразу:

- Как тебя зовут?

- Ян. Я думал, ты и не спросишь. - С улыбкой произнес мужчина.

- Я не сплю с незнакомцами, а так считай, что уже знакомы. - Произнесла я с придыханием.

Он прижал меня к стене, а затем резко взял за подбородок.

- А как зовут тебя. М?

- Валенсия. - Проговорила я чётко и ясно.

Я наблюдала за тем, как на лице мужчины мелькают самые различные эмоции, которые он моментально прячет под маской. Сложилось такое впечатление будто он знает, что я вру. Но ведь это невозможно. К черту все!

В следующее мгновение мы предались плотским утехам. Он целовал меня неистово, страстно, но в то же время очень нежно и трепетно. И я отвечала ему со всей пылкостью, на которую только была способна. Я отдавалась добровольно и делала то, что хотела именно я сама. Этот мужчина раскрепостил меня настолько, насколько это было вообще возможно. И в этом был весь кайф. Впервые в жизни меня не брали, как последнюю шлюху, а любили, словно самую желанную женщину на всей планете, хотя бы поэтому я ни о чем не жалела.

На утро я вызвала себе такси и отправилась домой. Эта была самая лучшая ночь в моей жизни, и я пообещала, что никогда о ней не забуду, да даже если и захочу, то не смогу. Такое не забывается...

Глава 24.

Я просила таксиста ехать, как можно, быстрее, ведь безумно боялась того, что Феликс может застать меня врасплох. Этот мужчина умел появляться так же внезапно, как и исчезал. Тут нечему удивляться, ведь он самый настоящий дьявол во плоти. Он мог прибыть в любой момент. И даже страшно представить, что мой покровитель сотворит со мной, не будь меня дома. Оказавшись в так называемых родных стенах, проскользнула мимо кабинета Феликса и вздохнула с облегчением. Моего покровителя не было. И мне безумно хотелось насладиться этим одиночеством. Жаль, что это ненадолго.

Я могла бы уже расслабиться, но не получалось. Ведь я понимала, что медлить нельзя. Войдя в ванную комнату, стала смывать с себя остатки косметики, причесалась и уже хотела было принять душ, но передумала. Не хочу смывать с себя эту волшебную и такую жаркую ночь, в которую меня по-настоящему любили, а не таранили безжалостно тело, совершенно забыв о том, что в нем есть ещё и душа. Накинула на себя банный халат и направилась, не торопясь, в свою комнату. Жутко хотелось спать, поскольку ни разу не сомкнула своих глаз. Ян ненасытно любил меня до самого рассвета, а затем, заключив в свои крепкие объятья, погрузился в царство Морфея.

Я в свою очередь наслаждалась этими жалкими мгновениями счастья. Пусть всего лишь раз, но я все же смогла познать, каково это, быть любимой. Не бесконечно давать, ломая себя, а ещё и брать. Получать что-то взамен. Быть заключённой в крепкие надёжные руки. Растворяться в нежных и таких сладких объятьях.

На глаза стали наворачиваться слезы, поскольку я понимала, что больше никогда в жизни не познаю нечто подобного. Только я подошла к своей постели, как услышала, что за спиной хлопнула дверь, а затем... послышались шаги. Его громкие, тяжёлые и такие устрашающие шаги. Казалось, я перестала дышать. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Несмотря на то, что Феликс не застал меня врасплох, я все равно тряслась, как осиновый лист. Жутко боялась. Снова. Только теперь в тысячу крат сильнее. Ведь если он узнает об измене, мне не жить, а быть может Феликс уже обо всем знает?

Так прошли несколько минут нашего молчания. И в очередной раз я проклинала все на свете из-за того, что у нас с ним все так сложно. Неправильно. Ведь если бы мы были обычной парой, то сейчас по сути после долгой разлуки я должна была бы кинуться ему на шею, а вместо этого мы, как два идиота, стоим и молчим.

Меня прошибло током, когда Феликс оказался близко ко мне. Но это были совершенно не те эмоции, которые я испытывала рядом с Яном. Я знаю, что поступила гадко. Мне нет прощения, но если бы Феликс все не испортил, то этой измены может никогда бы и не случилось. А, впрочем, зачем уже об этом размышлять. Произошло так, как произошло. И поделать с этим ничего нельзя, ведь время не отмотаешь назад. Если бы это было возможно, то я бы никогда в жизни не подписала этот чертов договор.

Феликс развернул меня к себе и, схватив за подбородок, начал всматриваться в глаза. Так, будто уже знал обо всем, а в них хотел разглядеть лишь подтверждение своих догадок. Наверное, даже в той комнате, похожей на пыточную, мне не было так страшно, как сейчас. Потому что тогда я была не виновна, а он сотворил со мной такое. Страшно представить, как он будет наказывать меня за измену. Скорее лучше покончить жизнь самоубийством, чем дожидаться его кары. Я уже знаю, пощады не будет...

- Ты уже встала или только собиралась ложиться? - Произнес хрипло мой покровитель и усилил хватку на подбородке.

- Встала. - Уверенно соврала я.

Неожиданно Феликс прижал меня к стене и всем телом прижался ко мне сам. Это что так он обнимает? Стал гладить по щекам, а затем в своей манере голодно прикусил за мочку уха, заставив меня всхлипнуть.

- Чем от тебя пахнет? - С явным недоумением произнес мужчина.

- Эм... Я использовала духи. Вчера была на благотворительном вечере и... - Стала оправдываться, уже возненавидев всю эту ситуацию.

- Прими душ. Ты должна пахнуть только мной! Или ты настолько глупа, что за мое короткое отсутствие обо всем забыла? - Съязвил Феликс и злобно ухмыльнулся, а вскоре вновь заговорил. - Сегодня ты на работу не пойдешь. Приведи себя в полный порядок. Я тебя заберу. Этот вечер и ночь ты должна посвятить лишь мне. Быть в моем полном распоряжении. Считай, это почти мое признание в том, что я соскучился. - Подмигнул после сказанного мой покровитель и снова исчез в очередной раз так, будто его и не было.

Только тяжёлый холодный парфюм что витал в воздухе служил доказательством его присутствия... Я так надеялась на то, что сегодня пойду на работу, чтобы вновь в ней забыться. Чтобы не вспоминать ни о плохом, ни о хорошем. Ни о чем. Но мои надежды потерпели поражение. Этот вечер и ночь я должна буду провести со своим покровителем, но мне даже страшно подумать о том, что сегодня он будет ко мне прикасаться. Я этого не хочу. Ещё слишком свежи на мне следы другого мужчины. Яна. Моего прекрасного Яна. Мужчины, который показал, что все может быть иначе. С ним точно было бы все по-другому, но не суждено. После произошедших событий мне было гораздо сложнее взять себя в руки и натянуть на себя свою привычную маску, да, с Феликсом она приросла ко мне, но вчерашний ночью Ян с меня её сорвал. Нагло, требовательно и очень... страстно...

Я надела на себя темно синее обтягивающее платье с декольте, но с рукавами, что выполнены достаточно оригинально. Чем-то напоминают крылья. Пускай символизируют крылья моей навсегда потерянной свободы. Крашу губы снова кроваво красной помадой. И делаю это вовсе не для того, чтобы привлечь чье-либо внимание к своим губам, а лишь потому что вчера Ян целовал меня именно в эти кроваво красные губы, размазывая по всему лицу помаду в порыве страсти. Я знаю, что этого больше не повторится, но хочется помнить об этом как можно дольше.

Удивило, что Феликс не стал присылать за мной машину, а приехал сам. Снова двигались, в полном напряжения, молчании. Оно убивало. Действовало на нервы. Грубо говоря, бесило. С Яном было так легко. А с моим покровителем все сложно. Неимоверно сложно. Мы подъехали к ресторану, и Феликс, обогнув машину, открыл передо мной дверцу, а следом предоставил свою ладонь. Я сразу вложила в нее свою руку, вновь почувствовав укол разочарования, ведь при этом я не испытала и малой толики тех эмоций, которые я ощущала, находясь в обществе Яна.

Надо же, как мой покровитель сегодня галантен. И я знала, что все это не с проста. С самого начала я так верила ему, была так благодарна за все, что он для меня сделал. Но не теперь. После того, как я вытерпела столько унижений. Видимо Феликс ошибся в выборе, ведь я не настолько больная, чтобы получать удовольствие от его ненормальных выходок. От этих пыток в его тайной комнате.

Ужин был, наверное, очень вкусным, но я не ощущала вкуса еды, поскольку мои мысли далеко-далеко. Официант убрал грязные тарелки и удалился, отправившись за десертом. Мне нравилось, что с Феликсом мы не говорили, а ему, видимо, нет, потому что он первым нарушил молчание, но перед этим стал с особой внимательностью глядеть на меня. Я же в свою очередь перекинула ногу на ногу и с вызовом посмотрела на своего покровителя. Тот хмыкнул, наконец, произнеся:

- Знаешь, Виктория, ты очень изменилась. И мне нравятся эти изменения. Безумно. Но не хватает одной детали.

- Какой же? - Проговорила я, как можно беззаботнее, хотя внутри уже напряглась, теряясь в догадках, что на этот раз попросит от меня этот мужчина.

- Верность.

От услышанного мое сердце произвело болезненный кульбит, а дыхание сбилось. Ладони вспотели, а ноги инстинктивно задрожали, нет, кажется, я вся сотрясалась.

- В смысле? Я тебя не понимаю. - Главное правило умной женщины - вовремя прикинуться дурой.

Вот и я воспользовалась этим советом. Хотя мысленно уже представила, какой вид пыток на мне испробует Феликс.

- В смысле, ты должна быть преданна лишь мне. Моей воле. Полное подчинение.  Так понятней? - С каким-то азартом в глазах сообщил покровитель, а затем стал буравить своим взглядом порочных глаз.

- Я и так подчинена тебе настолько, насколько это возможно. - Произнесла обречённо чистую правду. Сейчас я не лгала.

- Ты путаешь это с зависимостью в плане жизненных обстоятельств, а я говорю про эмоции, Вика, сейчас речь о тебе. Я имею в виду полное добровольное подчинение. - С каким-то особым нажимом и решимостью в голосе сказал Феликс, а затем откинулся на спинку стула.

- Ты же понимаешь, что этого не будет. Никогда. Могло быть, но не теперь. Не после того, что ты со мной сделал. А во-вторых, ты сам запретил мне испытывать какие-либо эмоции, помнишь? - Как можно отстраненнее произнесла я, хотя была уверена, что мой покровитель смог разглядеть всю боль в глазах.

- Мы ещё над этим поработаем. Все будет так, как я хочу. Так что, без выбора, Вика. Тут без выбора. Я тебя заставлю. - Угрожающе проговорил Феликс с одержимым блеском в глазах, к которому я уже успела привыкнуть.

- Не сомневаюсь. - С горечью согласилась с мужчиной, прекрасно зная, что все будет так, как он пожелает, в любом случае.

- Я позвал тебя сюда не просто так. У меня есть к тебе серьезное дело. Это даже не просьба, а приказ. - С особым триумфом проговорил Феликс и тут я поняла, что ждёт меня что-то явно нехорошее.

- Что за дело? - спросила я, замаскировав свое волнение кашлем.

- Ты же помнишь Станислава? Так вот я собираюсь его уничтожить. А ты мне в этом поможешь. Слушай внимательно, повторять я не буду. Ты меня знаешь. Выполнишь все ровно так, как я сказал.

Я вслушивалась в детали, становясь все мрачнее и мрачнее, ведь то, что я должна буду сотворить просто омерзительно. Низко. Подло. Это настоящая провокация. Подстава. Мне жутко, что в ней я принимаю отнюдь не последнее участие. Именно я буду той, кто воплотит его грязный план в реальность. Становится тошно. Мне хочется умереть, ведь меня снова приперли к стене. Показали мое место. Я лишь кукла в руках умелого кукловода. Я никто. Лишь пешка. Мне стало трудно дышать, внутри вновь образовалась какая-то мерзкая пустота, а на глазах выступили слезы, которые я, как могла, пыталась скрыть.

Какой же он все-таки жестокий. Теперь ему мало моего тела. Теперь ему понадобилась ещё и моя душа, которая благодаря ему же и изранена. Клянусь, что я старалась, как могла. Быть его, принадлежать ему. Выполнять каждое его требование. Я готова была отдать ему всю себя и вытерпеть все, что угодно. Если бы все было хоть чуточку иначе...

Он сам все разрушил, а теперь просит от меня невозможного. На теле зажили его следы. Но на сердце эти раны никогда не исчезнут. Оно все в шрамах. Я никогда не выкину из памяти сцены издевательств надо мной, тем более, когда поняла, как может быть легко и прекрасно на самом деле. Как это, когда без масок, с эмоциями и без идиотских спектаклей.

Я ушла глубоко-глубоко в свои мысли, не хотела возвращаться в эту жестокую реальность, но меня привел в чувства властный голос Феликса.

- Пойдем со мной. Я тебе кое-что хочу показать.

Я покорно поднялась со своего места и направилась следом за покровителем. Заметила, что мы подошли к большому стеклянному ограждению, откуда открывался восхитительный вид на ночной город. Я прошла ещё немного вперёд для того, чтобы вдоволь насладиться этими красотами, а Феликс остался позади. Мы стали молча любоваться открывшимся видом, как вдруг совершенно неожиданно мой покровитель прижал меня к своей мощной груди и заключил, нет, не в теплые и нежные объятия. Они были пугающе удушающими. Мне стало нечем дышать, Мой покровитель не обнимал меня, как любимого родного человека, он не обнимал меня, как желанную женщину, он просто взял меня в свои руки, как свой самый главный трофей. Вещь, с которой он никогда и ни при каких обстоятельствах не расстанется. Этот мужчина не отпустит меня, потому что он - мой покровитель. Этот мужчина навсегда останется моим хозяином. Эту связь не разорвать. Сейчас, как никогда раньше, я чувствовала себя в его полной власти. Я всегда буду принадлежать лишь ему одному.

Как и тогда в кафе, Феликс начал говорить спокойно, властно, подчиняюще. Этот мужчина вновь меня гипнотизировал. На его руки падали мои горячие горькие слезы, а он лишь крепче прижимал меня к себе.

- Красиво, не так ли? Совсем скоро я стану королем этого города. Ну, а ты... По-прежнему будешь моей любимой фавориткой...

Глава 25.

Мы сидели с Феликсом друг напротив друга. Молча и пристально смотря в глаза. Затем он протянул мне визитку с номером Станислава. Вновь выступили непрошенные слезы. Я, как могла, пыталась поддерживать непроницаемый вид, так как не хотела показывать своей слабости этому мужчине. Потому что этот человек не станет мне сопереживать, такой как он лишь насладится этим зрелищем.

Дрожащими руками я взяла телефон и стала набирать проклятые цифры. Поверить не могла, что Феликс готов пожертвовать всем, даже мной, казалось бы, своей любимой игрушкой. Трофеем. Для достижения цели. Оказалось, что этот человек готов опуститься до самой настоящей низости, но во чтобы бы то ни стало уничтожить своего врага. От этого становилось с одной стороны мерзко, но с другой, как-то не по себе. Страшно. Ведь если когда-нибудь он сочтет меня своим врагом, то даже не представляю, что предпримет для того, чтобы стереть с лица земли.

Я наивно полагала, что мы сможем с ним пройти через все. Думала, он изменится, но я ошиблась. В нем не осталось ничего человеческого. Как бы я не старалась, и чтобы не предпринимала, так и не смогла растопить эту сталь. Этот айсберг. Хотя верила в это всеми фибрами своей души. Не мечтала о Хэппи Энде, но надеялась на лучшее. Полагала, что если не полюбим друг друга, то хотя бы привыкнем, поладим, но ему так неинтересно. Ему нужна, наверное, острота ощущений. И сегодня он насладиться этой самой остротой в полной мере, когда меня будет лапать чужой мужчина. Раздаются длинные гудки, а после слышу голос того самого Станислава. Феликс делает кивок головой, в знак того, чтобы я начала разговор, и, конечно же, мне ничего не остаётся кроме как повиноваться этому мужчине.

- Добрый день, Станислав. Вы, возможно, меня не узнали. Это Ви… Валенсия. Помните? - Прошептала я еле слышно, так как с каждой секундой надо мной брало вверх дикое волнение.

- Да. Как же вас можно забыть. Чем могу быть обязан? Для столь прелестной нимфы я сделаю все, что угодно. - Радостно сообщил Станислав.

- Я долго думала над вашими словами. И решила, что хотела бы с вами встретиться. То есть я не против побыть с вами наедине. - Произнесла я и зажмурилась в ожидании ответа.

Было так стыдно, что я, как последняя шлюха, сама предлагаю себя незнакомому мужчине.

- Конечно, Валенсия. Я не против, даже очень рад. Так и думал, что этот чёрствый мужлан вас совершенно не удовлетворяет. Поверьте, сегодня вы узнаете, что это значит быть с настоящим мужчиной. Вы не пожалеете. - Радостно пропел Станислав.

Я даже представила в этот момент его довольную физиономию, от чего стало ещё противнее от всей этой ситуации в целом.

- Я в этом не сомневаюсь, иначе не позвонила бы вам. - Как можно убедительнее произнесла я.

После того как прекратился наш разговор со Станиславом, я встала со стула и, не говоря ни слова, направилась к выходу. Думала, мне удастся уйти по-английски, но Феликс все-таки бросил мне слова вслед.

- И смотри, без глупостей. Хотя эта фраза, наверное, не уместна в нашем случае. Я же знаю, что ты у меня послушная девочка. - Сказал мой покровитель, а затем злодейски ухмыльнулся, пустив дрожь по всему телу...

Мы встретились со Станиславом в отеле. Конечно, же в люксовом номере, красота и комфорт которого восхищали, но должна помнить, что тут я не для отдыха. Нам накрыли стол. Дорогое вино и всевозможные закуски. Но от волнения мне кусок не лез в горло, зато Станислав не отказал себе в удовольствии отведать вкусной ресторанной еды от знаменитого шеф повара. Я же в свою очередь потягивала не торопясь, маленькими глотками вино и наблюдала за человеком, который вызывал во мне лишь омерзение. Да, он ещё не притрагивался ко мне, не целовал, а мне уже было противно. Просто от осознания того, что в этот вечер предварительные ласки между нами все-таки произойдут. И сколько они будут продолжаться зависит от меня и от снотворного, которое я должна подсыпать в бокал Станислава.

Мужчина отлучился в туалет, а я, решив, что больше нельзя терять ни секунды, вытащила из сумочки снотворное, которое подсыпала в бокал с вином и сверху решила долить ещё немного этого алкогольного напитка, чтоб мужчина ничего не заподозрил. Станислав появился не скоро, но как только я снова оказалась в его обществе, набросился на меня, как голодный зверь. Но я смогла уговорить Станислава выпить со мной ещё немного, на что тот безотказно согласился, даже не представляя, что ждёт его впереди.

Мы пили и много разговаривали, но, когда его терпение лопнуло, он заключил меня в свои крепкие объятия и стал покрывать мою шею своими мерзкими слюнявыми поцелуями, от которых меня начало воротить, но я, закрыв глаза, стала представлять на его месте совершенно другого мужчину, Яна, но даже это не спасало меня. Слезы горячим потоком начали литься из глаз, но Станиславу было на это все равно, в порыве собственной страсти, кажется, даже этого не замечал. Наконец, хватка на мне ослабла, и я сразу же почувствовала на себе всю тяжесть его тела. Уснул.

С большим трудом я отбросила его от себя и только тогда смогла вздохнуть с облегчением. На дрожащих ногах поднялась с большой кровати и снова подошла к своей сумке, вытащив оттуда, как можно скорее, телефон. Набрала нужный номер и стала ждать появление так называемых жриц любви. Также не забыла про свёрток, в котором находился белый порошок. Да, Феликс достал даже наркотики, чтобы раз и навсегда избавиться от своего соперника. Я же в свою очередь рассыпала эту дрянь по всему столу, сотворила небольшой хаос, чтобы компромат получился более правдоподобным. Все здесь должно кричать о хорошем времяпровождении.

Когда со всем этим было покончено в дверь постучали, и я быстрым шагом направилась встречать проституток, чтобы поскорее покончить со всем этим. По началу девушки удивились, что им не придется обслуживать клиента, но уже вскоре с удовольствием развлекались в номере, ели дорогую еду, танцевали и даже согласились попозировать мне для снимков возле спящего мужчины. Я быстро сделала фотографии. Порадовало то, что все кадры получились очень правдоподобными, и даже не придется устраивать так называемую фотосессию повторно. Я заплатила проституткам и предупредила, чтоб ровно через час их в номере не было. Следом попросила горничную навести порядок в номере, а сама скорее отправилась прочь из этого места. Сейчас я хотела лишь домой. Укрываться одеялом с головой и не думать ни о чем. Не вспоминать. По прибытию молча отдала телефон со снимками покровителю, а затем получив одобрение направилась к себе в комнату, где забылась тревожным сном.

С того события прошло несколько недель. И я наивно полагала, что Феликс будет использовать снимки, как компромат на Станислава, чтобы в случае чего предоставить ему эти файлы. Доказательства, которые могут подпортить такую безупречную репутацию его соперника.

Ещё через некоторые время Феликс сообщил, что мы идем на очень важное мероприятие, как он выразился, оно сыграет не последнюю роль в его победе на выборах. Надо мной ещё ни разу так не работали специалисты, как в этот раз. Я смотрела в зеркало и не узнавала себя. На меня смотрела ни Вика, и даже не Виктория, а уже Валенсия. Совершенно незнакомая женщина. От этого становилось жутко, но я ничего не могла поделать. Я потеряла себя. Той Вики, которой я была когда-то больше нет. Но кто я? Ответ на этот вопрос был мне неизвестен. Если обычно Феликс был очень серьезен, то в этот день я не узнавала его. Можно сказать, мой покровитель был на седьмом небе от счастья, а с лица не сходила эта одержимая улыбка, которой я очень боялась. Но, что послужило причиной его радости, я не знала.

На вечере Феликс снова куда-то исчез, оставив меня одну. На протяжении всего дня я плохо себя чувствовала, и когда оказалась среди такого большого количества народа, почувствовала себя ещё хуже. Кружилось голова, и было нечем дышать. Я заперлась в дамской комнате и долго оттуда не выходила, пытаясь привести себя в порядок. А когда все-таки вышла, чтобы, не дай бог, не вызвать праведный гнев у своего покровителя, то увидела, что начался какой-то ажиотаж. Публика ошарашенно оглядывалась по сторонам. Я слышала, что в этот вечер каждый из кандидатов должен был подготовить презентацию. Когда подошла очередь Станислава, то вместо нее на экране высветилось те самые фотографии, которые я делала собственноручно несколько недель назад. Но я ведь не знала, что Феликс решится на такое. Полагала, что будет, как обычно, в своей манере шантажировать, давить морально, но, чтобы в открытую прилюдно начать войну, даже не представляла...

Публика разделилась на две стороны. Одной нравилось, что они видели перед собой на экране, а другой нет. В итоге начался немыслимый хаос. В основном все были либо в полнейшем недоумении, либо пребывали в жутком недовольстве. И только один человек в толпе улыбался. Конечно же, этим человеком был Феликс. Он подмигнул мне, а затем послал воздушный поцелуй. У этого человека нет ни жалости, ни совести, ни сердца, но в отличие от него во мне все это, несмотря ни на что, сохранилось. В который раз я проклинала день, когда подписала этот чертов договор. На данный момент меня даже не грызла совесть, а сжирала изнутри. Я никогда не прошу себе того, что подставила невиновного человека. Да, он был мне омерзителен, но не настолько, чтобы заслужить такое...

Я пустилась в бег. Бежала, сломя голову. Куда глаза глядят. Боль в груди становилась настолько сильной, что я не могла даже нормально вздохнуть. Из-за того, что мои глаза застилали слезы, я споткнулась и упала. Меня подняли с асфальта охранники Феликса, а затем поволокли следом за собой в машину. В данный момент мне было наплевать на все абсолютно, но я не хотела видеть своего покровителя. Поэтому стала вырываться, но мои попытки просто бессмысленны. Я слабая, осень слабая...

На удивление Феликса в машине не оказалось. Меня привезли домой. Я сразу направилась в душ, чтобы смыть с себя этот день и всю эту мерзость, которая сегодня произошла. Хотя она происходила в моей жизни уже давно...

Я долго не выходила из ванной, но когда все-таки вышла, то увидела перед собой сидящего в кресле Феликса. Не говоря ни слова, накинула на себя платье в бельевом стиле, а затем, собрав всю волю в кулак и встретившись взглядом со своим покровителем, произнесла:

- Феликс, я так больше не могу. Отпусти меня. Пожалуйста. Прошу.

- Это ещё почему? Ты что забыла? Наш договор не подлежит расторжению. - Очень холодно ответил мне мужчина и стал всматриваться с особой внимательностью в мое лицо.

- Ты понимаешь, что мы подставили невиновного человека. Это преступление. Я не смогу жить с таким грузом на душе. - Почти шептала я, так как с каждым мгновением вся моя решимость пропадала.

Впрочем, как и всегда. Я была другой с незнакомыми людьми, но с ним я осталась той же трусишкой Викой.

- Поверь мне, Виктория. Он мерзкий тип. И ведёт на самом деле ещё более развязный образ жизни, чем было представлено на этих фото. Ты не знаешь, сколько грязных делишек за его спиной. Сколько грехов. Ты ничего не знаешь об обратной стороне этого мира, потому что я тебя от всего этого, как могу, оберегаю. - Произнес примирительно Феликс, а затем прикурил.

- Даже если и так, тебя это не оправдывает. Нас это не оправдывает! - Закричала я и получила за это удар в область губ, из которых начала сочиться кровь. - Если ты меня не отпустишь. Я сбегу от тебя. - Предприняла я последнюю попытку, но знала, что она потерпит фиаско. Я ничто по сравнению с Феликсом.

- Беги, только тебе некуда. Лучше иди ко мне. - Сказал покровитель и послал многообещающий взгляд.

- У меня есть комната в общаге. Я могу вернуться туда. - Продолжала я этот глупый спор, в котором мне не одержать победу.

- Теперь нет. Я уже давно присвоил ее себе. Теперь эта жалкая комнатушку часть моего имущества. И поверь, с моими деньгами добиться этого не составило мне большого труда. - Процедил сквозь зубы Феликс, глаза которого уже горели дьявольским огнем.

Но, даже несмотря на это, я произнесла:

- Я никогда тебя не полюблю. Слышишь! Никогда. Потому что ты - монстр. Я ненавижу тебя! И проклинаю тот день, когда я с тобой познакомилась. - Последнее проговорила почти шепотом, поскольку от сильного крика мой голос сел.

Не говоря больше ни единого слова, я побежала вниз по лестнице. Лишь бы скрыться от этого дьявола, которому я отдала свою свободу, подарила свою невинность, отдала в его руки всю себя, ту девушку, которой больше нет...

Эпилог.

Стремительно выбегаю из дома, стирая на ходу кровь с лица и накидывая пальто цвета кофе с молоком на свои плечи. С нетерпением жду, когда передо мной, наконец, откроются металлические ворота, искусно выполненные в готическом стиле. Передвигаться быстро в кожаных ботфортах на высоких каблуках тяжело, но я бегу, сломя голову, к своей белой BMW, припаркованной возле дома, который больше напоминает мрачный замок, а как по мне, это логово хищного зверя или склеп, несмотря на внешние красоты.

Не сомневаюсь, что те, кто проходят мимо этой величественной постройки, восхищаются ей, превозносят, но никто из них никогда не узнает, какое уродство скрывается за внешней роскошью и лоском. Только оказавшись здесь, в салоне машины, я позволяю себе вздохнуть полной грудью и начать лихорадочно хватать ртом свежий морозный воздух, которого так не хватает. Несколько минут мне требуется для того, чтобы унять бешеную дрожь, что охватила все тело, и только потом трясущейся рукой открыть бардачок в попытке найти хоть что-нибудь, чем можно остановить кровь, которая не перестает хлестать из раны. К счастью мне повезло наткнуться на гипоаллергенные влажные салфетки, которыми я и обработала разбитые губы. Завела мотор, но понятия не имела, куда направлюсь. Вскоре решение само собой пришло на ум, и я с уверенностью ухватила руль двумя руками, нажимая на газ...

Дорога не заняла у меня много времени. Подъехав к большому многоэтажному торговому центру я припарковала авто и вышла, но не большое здание был моей целью. Так. Просто. Для отвода глаз. На самом деле я направлялась в кафе, с которого все и началось. Здесь меня искать не будут, ведь второй раз мой покровитель точно сюда не зайдет, потому что судьбоносная роковая встреча уже произошла. Теперь такого, как он, уже никакие случайные совершенно неожиданные обстоятельства не заставят посетить отвратительное по его мнению кафе. И плевать, что добираться до него прилично. Мне все равно. Для меня на данный момент это вовсе не проблема. Тем более, раньше мне так нравилось гулять, особенно зимой, ведь это мое любимое время года.

Жаль, что теперь нельзя этого делать. Вот так просто прогуливаться по знакомым улицам без его разрешения. Я была до ужаса наивна, когда подписала чертов контракт, убежденная отсутствием другого выбора, совершенно забыв, что выход есть всегда. Так глупо променяла свою свободу на мнимое благополучие, на красивую жизнь, богатство. Вот только, какой в этом толк? Если даже к любой вещи в доме мне нельзя прикасаться, пока он не даст своего позволения. Эта история уже дошла до полного абсурда. Нет, это больше чем абсурд. Я погибаю. Я медленно, но верно ломаюсь. Ломаюсь пополам. Прогибаюсь под него. Под его волю.

Я устала бороться. На это просто больше нет сил. Я с удовольствием продала бы сейчас душу дьяволу, лишь бы он освободил меня от этих пожизненных мучений. Только реальность показывает, что покровитель стал моим личным демоном, которому я продала свою душу. Добровольно и безвозвратно. Не хотела, но вместе с телом, кажется, лишилась и ее. Во мне больше ничего нет. Только пустота. От всех этих мыслей на глазах выступили слезы, из-за которых идти становилось еще тяжелее. Но стоило мне устремить свой взор вперед, я осознала, что добралась до заветного места, да так быстро, что даже сама этого не заметила.

Несильно толкнула пошарпанную дверь, которую уже давно нужно было сменить на новую, и прошла внутрь. В нос тут же ударил до боли знакомый запах, отдающийся болезненными отголосками во всем моем израненном теле, несмотря на внешний лоск. С того момента, как я уволилась отсюда "по собственному желанию", прошел целый год. Казалось бы, мало, здесь даже персонал остался почти тот же, а про мебель и ремонт я вообще умолчу. Вот только люди, работающие здесь, меня совершенно не узнают, а может, просто делают вид. Простые госслужащие, ничем не примечательные, можно сказать серая масса, которая заполонила зал, чтобы скорее пообедать, а затем снова взяться за работу с новыми силами, смотрели на меня, как на диковинку или сумасшедшую.

По взглядам было видно, они не могли понять, что я здесь делаю? Ухоженная, с легким дневным макияжем, аккуратной укладкой, в кожаных ботфортах, с ролексами на руках и в дорогом кашемировом пальто. И я их, честно говоря, понимаю, ведь, когда мой будущий покровитель вошел в кафе, заполоняя пространство аурой роскоши и любви к деньгам, удивление первым отразилось на моем лице. Не верила, что мужчина, образ которого должен печататься лишь в глянцевых журналах намеревался стать посетителем этого захудалого заведения.

Чем дольше я находилась здесь, тем сильнее меня захлестывали воспоминания. То и дело, перед глазами воссоздавались картинки из прошлого, где я была такой юной, невинной, наивной девушкой, которая погрязла в нищете до такой степени, что просто уже не знала, как из нее выбираться. Да, я выглядела ужасно из-за частых голодовок и недосыпа. Да, у меня не было хорошей одежды, как и надежд на светлое будущее, но в то время я обладала самым дорогим, что может быть у человека. Свобода.

Я не могу сказать, что была счастлива, но могла управлять своей жизнью сама, а не быть тряпичной куколкой в руках у зверя. Я могла бы со временем найти более высокооплачиваемую работу, и, наверняка, встретила бы мужчину, который надел бы кольцо на безымянный палец со словами «люблю». И тогда я создала бы семью, родила детей...

Все было бы, как у всех. Теперь же я лишилась такой возможности. По собственной глупости и слабости. Этого у меня уже никогда не будет, ведь я согласилась в тот самый злополучный день стать пленницей, рабыней, чужой собственностью...

От моего покровителя никуда не сбежишь и нигде не скроешься. Помощи ждать бесполезно. Я одна. Совсем одна…

Долгое нахождение в кафе приводило к отчаянию, которое накрывало меня с головой, поднимаясь из глубин и напоминая о том, что бежать некуда, а за такую выходку ещё придется поплатиться. Интересно, что же он уготовит мне в этот раз? Какое наказание придумает?

Когда я поняла, что находиться в заведении больше не имеет никакого смысла, расплатилась за кофе, к которому даже не притронулись, и снова вышла на воздух. Было холодно, но я почему-то не мерзла. Хотя была одета легко. Тонкое в бельевом стиле платье, кожаные ботфорты, а сверху пальто. Не было ни шарфа, ни перчаток, ни головного убора. И я не мерзла, догадываясь, почему. Постепенно я превращаюсь в льдинку, красивую, но холодную. Ту, что превращается в статую, оплетенную красивыми узорами. Нет, мне не холодно снаружи, но мне холодно внутри, где-то в области сердца. Моя душа с каждым днём замерзает все сильнее, мне не хочется этого осознавать, но, кажется, я становлюсь похожа на своего покровителя. Такая же роскошная с виду, и неживая, мертвая внутри. Нет, я не умираю. Я уже погибла...

Только я собиралась завернуть за угол, как кто-то схватил меня за локоть, но не больно, а так, словно пытался поддержать при падении. Я обернулась, и дыхание перехватило, а сердце начало биться в удвоенном ритме. Это же он! Черт это он! Я так надеялась, что больше никогда не увижу этих глаз. Провела с ним всего одну прекрасную ночь, которую вспоминала, когда было плохо, и страдания пожирали душу. Лелеяла эти воспоминания. Но знала, что события, скрытые покровом ночи, никогда не повторятся, а значит, для себя уже решила, эта история будет закончена, даже не начавшись толком. Он не позволит. Мой покровитель убьет и его, и меня, если узнает о моем проступке. По договору я не имею права даже говорить с посторонними мужчинами без его разрешения, не то, что спать.

- Как ты меня нашел? Ты что следишь за мной?! Отпусти! Я просила, больше не появляться в моей жизни! - Пыталась говорить, как можно спокойнее и строже, но голос предательски дрожал, сдавая меня со всеми потрохами.

- Нам нужно поговорить. Срочно. Прошу, это не займет много времени. Обещаю. - Произнес Ян, да, кажется, так зовут этого мужчину, который, сам того не ведая, подарил самую прекрасную ночь в моей жизни. То время, о котором мне хотелось вспоминать снова и снова, но обстоятельства вынуждали забыть, словно это был какой-то кошмар.

- Я не собираюсь с тобой разговаривать. Прошу, оставь меня! Нас могут увидеть, и тогда... - Тут же осеклась, понимая, что говорю совершенно не нужные слова, и об этом нужно молчать. В принципе, мне вообще необходимо держать рот закрытым большую часть времени, таков приказ моего покровителя, и я не имею права нарушить или хотя бы попытаться оспорить его желание.

Не дожидаясь дальнейших реплик, отдернула свою руку и пустилась прочь, но услышала то, что заставило меня остановиться.

- Я знаю, что на самом деле тебя зовут Виктория! Я все о тебе знаю!

Теперь мне стало по-настоящему страшно. Я не знала, что делать, как себя сейчас вести, и самое парадоксальное то, что мне приходится бежать от мужчины, с которым бы хотелось остаться. Не на ночь, а уже навсегда. Но сейчас я была в таком состоянии, что уже не соображала, где правда, а где ложь. Ведь мой покровитель предупреждал, что я не могу никому доверять. НИКОМУ.

- Не подходи, иначе я позвоню ему. - Шиплю уже яростно, ведь в большинстве случаев лучшая защита - это нападение.

- Я всего лишь хочу раскрыть тебе глаза на этого человека. Я хочу спасти тебя. Я знаю, что ты ему ни какая ни жена и даже ни любовница. Ты - его собственность. Я, правда, хочу тебя спасти. Поверь мне, он страшный человек. Это все может плохо кончиться. -Говорил он взволнованно, а в глазах была такая тревога, перемешанная с заботой, что я купилась. Ведь мне так не хватало человека, который защитил бы меня.

- Почему я должна верить тебе на слово? - Произнесла почти шёпотом, точно зная, что это моя последняя попытка. Попытка воспротивиться.

- А я и не говорил, что ты должна поверить мне на слово. У меня есть все доказательства. Именно об этом я и хотел поговорить. Предоставить их тебе. - И не дождавшись моего ответа, Ян взял меня бережно за руку и повел в неизвестном направлении.

В этот момент я настолько разочаровалась в себе и своей жизни, что мне уже было совершенно не страшно. Не страшно даже потерять свою жизнь, если ты безвольная рабыня. Я понимала, что скорее всего покровитель меня уже ищет, но почему-то рядом с Яном мне не страшно. Я чувствую себя в безопасности. Защищённой.

Наконец, мы дошли до какого-то старого подъезда. В голове было куча вопросов, но я молча следовала за этим мужчиной, ведь он единственный, кто сможет мне помочь. Кто знает, в каком я положении. Кто знает настоящего покровителя, а не личность в маске.

Ян открыл дверь, судя по всему, своей квартиры и завел меня внутрь. В глаза мгновенно бросилось отсутствие ремонта и уборки, будто мужчина и вовсе не жил здесь. Словно помещение заброшено. Если сказать грубо, то я оказалась в бомжатнике. Видимо, все мои эмоции отразились на лице, потому что в следующее мгновение Ян произнес:

- Проходи. Располагайся. Конечно, не шик-модерн, - он развел руки в стороны, тяжело вздыхая, - но для временно жилья вполне сойдёт. Я снимаю эту квартиру. Я не ее владелец.

- Ясно. - Произнесла со вздохом и направилась в первую попавшуюся комнату, даже не сняв обувь. Передо мной предстало пространство с одним единственным окном старого образца, небольшим деревянным столом и всего двумя стульями, плитой, раковиной и холодильником. Кухня. Находится здесь было, как минимум, неприятно, но я взяла себя в руки и все-таки села за стул, с нетерпением дожидаясь того момента, когда Ян, наконец, раскроет все карты. Все тайны. Поверить не могу, что так изменилась. От этого осознания становится противно, ведь раньше я жила ещё хуже. Моя комнатушка в общаге была намного ужаснее, чем эта квартира, и раньше все в ней меня устраивало. Теперь же я брезгливо осматривала кухню и положила руки на колени, не желая ни к чему прикасаться.

- На. Смотри. И читай внимательно. - Произнес как-то отстраненно Ян, но не переставал буравить меня взглядом.

Я последовала его указанию и открыла папку, которую мужчина принес из другой комнаты. Кажется, она была единственной новой вещью в квартире, отличаясь яркостью, ведь все остальное было ужасно блеклым и пошарпанным. Я внимательно вглядывалась в каждый предоставленный мне текст и фотографии. Слезы наворачивались на глаза, а тело снова затрясло, будто в лихорадке. Сердце то сжималось, то билось в удвоенном ритме. Не знаю, как это случилось, но вскоре я почувствовала, что мне стало совсем дурно, перед глазами потемнело, а телом овладела слабость. Последнее, что я почувствовала, это то, как сильные руки подхватили меня, не дав грохнуться на пол.

Я долго не могла прийти в себя, а когда, наконец, очнулась, увидела, что нахожусь уже не в кухне, а в гостиной на диване. Старом, будто из шестидесятых годов. Здесь все было из того времени. Ян заботливо поднес воду к моим губам, и я с жадностью начала осушать бокал. К счастью совершенно новый и чистый. Правда никак не хотела укладываться в голове. Мне до сегодняшнего дня было страшно находиться рядом со своим покровителем, а теперь я подавно не знала, что мне делать, как выбираться из этого дерьма. И снова все мои эмоции отразились на лице. Именно из-за этого мой покровитель читает меня, как открытую книгу. И Яну тоже не составило большого труда. До меня словно эхом донеслись его слова:

- Теперь ты знаешь всю правду. И о себе. И об этом человеке. Не переживай я помогу тебе. Только ты должна делать так, как я скажу. – Осторожно произнес Ян.

- Я и не умею по-другому. Все, что я умею это делать так, как требует того мой покровитель. - Произнесла с иронией. Горько. На душе стало тошно и больно.

- Держи. - Сказал Ян и что-то вложил в мою руку. Тело после обморока не отпустило, поэтому я с трудом могла сконцентрироваться.

- Что это? – Пролепетала, глядя на вещь, вложенную в ладонь.

- Это твой телефон. Единственный источник связи со мной. Именно поэтому ты должна его спрятать так, чтоб никто и нигде не смог его найти. Ты поняла меня?! - Спросил очень строго Ян и потряс меня за плечи.

- Да. - Произнесла еле слышно, так как дышать становилось все сложнее и сложнее. Страх охватывал постепенно каждую клеточку тела. Только теперь после тайн, что раскрылись спустя год, я почувствовала жуткую боязнь. Тот страх, что проникал под кожу и заставлял дрожать, словно листик на ветру. До этой правды было тошно, а теперь... Теперь я даже не знала, что будет завтра. Как мне дальше жить...

- Мне пора. - Сказала с сожалением я и, наконец, позволила себе рассмотреть, как следует Яна, ведь до этого видела его только в полумраке.

- Я знаю. Держи. – Привел в чувство голос мужчины. - Запоминай. Это мой номер. Ты должна выучить его наизусть. Прямо здесь и сейчас. Иначе, все это было зря. – Продолжил Ян твердо, требовательно и с напором.

- А нельзя его вбить в контакты здесь? – Подняла телефон, который он дал мне, наивно полагая, что ничего страшного в этом нет.

- Нет. Нельзя. Это слишком опасно. Мы не можем так рисковать. Если у тебя и найдут телефон, то зацепок никаких отыскать не смогут. - Пояснил Ян. - И да, каждый раз не забывай удалять все.

- Хорошо. Обещаю. Спасибо тебе и ... - Хотела поблагодарить этого мужчину, что раскрыл мне глаза на все происходящее у меня перед носом, но тщательно скрытое, только Ян перебил меня.

- Не сейчас. Тебе пора идти. Ты запомнила номер? – Казалось, это единственное, что интересовала его в этот момент, хотя по взгляду было ясно, что он пытается быть собранным спокойным и хладнокровным, но это маска. Я чувствовала, что внутри него происходит тот же самый переворот, который и мне разрывал душу.

- Да. Я запомнила. Прощай. - Пролепетала я и стремительно покинула его квартиру, в которой, несмотря на убогость, хотелось остаться, а не жить в этом холодном, мрачном, роскошном доме, где дрожь пробирает до костей и отсутствует даже всякий намек на освещение.

Перед уходом я взглянула на окна и увидела, что Ян провожал меня взглядом, от которого стало как-то тепло, несмотря на всю ситуацию в целом. Этим взглядом он обещал меня защитить. Им он обещал меня спасти... Кажется, неожиданно для нас обоих, мужчина произнес почти одними губами, но я услышала.

- Не забывай о значении своего имени. Виктория, значит, победа. Ты должна бороться. Бороться до конца...

- Победительница. - Повторила я за ним и ушла прочь, скрываясь в незнакомых улицах. Хорошо, что дорогу запомнила.

Уже вовсю властвовал вечер. Солнце давно исчезло. Повсюду мерцали огни. Я, наконец, дошла до того самого торгового центра, возле которого и оставила машину. Почти добралась до нее, как вдруг кто-то сзади схватил меня, зажал рот мощной рукой, а затем мой мир погрузился в бездну, необратимую глубину. Я ничего не видела, не слышала, не чувствовала. Казалось, даже не дышала.

Очнулась в каком-то темном помещении, похожем на комнату пыток, где свет дарила всего одна лампочка. Я не была привязана, но тело настолько ослабло и стало ватным, что у меня даже не было сил пошевелиться. Не было сил поднять голову и как следует оглядеться по сторонам, чтобы узнать, где я, и кто это сделал со мной. Единственное, что я делала, это повторяла номер, как мантру. Молилась богу, чтобы он не вылетел из моей головы. К счастью, я помнила каждую цифру.

Вдруг из темноты показался силуэт. Я узнала его по шагам и энергетике. Это он. Мой покровитель. Мужчина подходил не спеша. Его шаги отдавались эхом в голове. Сердце стало бешено биться. Казалось, что кислород больше не поступает в легкие, потому что я забыла, как дышать. Он приблизился и схватил меня за подбородок, подняв голову и заставляя смотреть ему прямо в глаза. Даже не произнес ни одного слова, просто посмотрел очень внимательно, как делал всегда, будто в самую душу, а затем ударил по щеке так стильно, что моя голова откинулась в сторону.

Сразу почувствовала головокружение и металлический привкус крови во рту, к чему я уже успела привыкнуть за все это время. Вот только раньше всё было не так, как сейчас. В этот момент, будто все маски отлетели в сторону, и я увидела все в другом свете. Вот он. Мой монстр. Мой дьявол. Он пришел, чтобы пролить кровь. Мою кровь. Сейчас он за все меня накажет. Я ожидала очередного удара, но его не последовало. Мужчина погладил по щеке осторожно, а затем с такой силой схватил меня за волосы, что я громко вскрикнула.

- Смотри сюда! Сука! Не отрывая глаз. - Послышалось его злобное рычание. Нет, он точно не человек. Дьявол во плоти.

Я с большим усилием подняла голову. Делала все, чтобы держать ее ровно. Я боялась его. Боялась, что сделает хуже, чем обычно. Перед глазами появился планшет с каким-то видео. Все плыло. Я пыталась взять себя в руки. Через несколько секунд все-таки мне удалось. Я начала вглядываться в экран. И увидела настоящий ужас. Запись сменялась новой записью. Следующая была гораздо отвратительной и ужасающей предыдущей. На этих видео людей жестоко мучили, избивали чуть ли не до смерти, некоторых поджигали заживо, отрезали кожу лица и близким планом показывали человек, подвергшегося пыткам.

Я еле сдерживала рвотные позывы, и слезы, что готовы были вот-вот хлынуть из глаз. Значит, Ян не обманул меня. Все это время я жила со страшным человеком. Занималась сексом со страшным человеком, доверилась ужасной личности, успела привыкнуть у нему, к мужчине, что стал моим покровителем, моим господином, а я его любимой игрушкой, избранной, фавориткой.

Вскоре он убрал планшет, и я поняла, что просмотров достаточно, но я не знала, чего ждать дальше. С замиранием сердца смотрела на него, не отрывая своих глаз. Пыталась задобрить зверя, ведь знаю, что он любит, когда я смотрю ему в глаза. Единственная, кто не боится этого делать.

- Я не знаю, где ты шлялась сегодня и с кем. Было ли это намеренно или случайно. Считай, этот случай исчерпан, и такого больше не повторится, а знаешь, почему? - Отчеканил каждое слово мужчина.

- Почему? - Произнесла я почти шёпотом, при этом губы предательски дрожали.

- Потому что теперь ты знаешь, что я делаю с теми, кто меня предает. - Сказал он, а затем ухмыльнулся. Злобно, яростно.

Мужчина максимально приблизился, и я непроизвольно сжалась, зажмурившись в ожидании удара, но его не последовало, зато снова раздался голос над самым ухом. От него я задрожала ещё сильнее. Паника. Меня всю в этот момент охватила паника. Она проникла в каждую клетку, заставив нервно подрагивать и дышать через раз.

- Да. Я люблю твой страх, моя девочка. Ты должна меня боятся. И слушаться. Ведь так?

- Да. - Согласилась с ним, ведь это, действительно, правда. Я на это подписалась ещё год назад. Слушаться и подчиняться.

Этот мужчина питался моими эмоциями, причем любыми, высасывал каждую из них, оставляя пустоту после себя. Он делал меня безвольной куклой. Пустышкой. Он почти меня сломал. Осталось совсем немного. В следующее мгновение мой покровитель присел передо мной на корточки, открывая вид на свое лицо. Такое строгое, совершенное, брутальное. Его пальцы осторожно, обманчиво нежно, начали гладить меня по лицу, медленно подбираясь к губам, его любимой части. Именно на них он любит оставлять свои метки. Бьёт меня именно по ним. Вот и сейчас удар пришелся снова в это место.

Кровь, что лилась по подбородку и шее, засохла, но на самой ране нет. Большим пальцем руки он дотронулся до раны, собрал им оставшуюся кровь и поднес к своим губам. Облизнул, словно для него моя кровь была самым любимым лакомством. Меня снова начало тошнить. Этот жест выглядел пугающе. Может быть для него и дьявольски порочно, но для меня отвратительно и совершенно не возбуждающе. Мой покровитель ухмыльнулся, а затем снова поднялся на ноги. Послышался звук отстегивающейся пряжки, и я поняла, что он собирается делать.

- Продолжай. - Произнес он совершенно обыденным тоном, будто мы находились не в комнате, похожей на помещение, для пыток, а в спальне. Словно он меня не бил и не угрожал, а ласкал и покрывал поцелуем каждую часть тела. Я испуганно подняла на него глаза. Дрожащими губами и таким же голосом произнесла:

- Что, прямо сейчас?

-Да. А что тебя так удивляет? Думаю, мои люди ударили тебя не настолько сильно по голове, чтобы ты могла забыть о том, что должна удовлетворять меня в любое время суток. Тогда, когда я пожелаю. И сейчас я желаю тебя. Открой ротик. - Произнес полу шутливо, полу грозно мой покровитель, и мне ничего не оставалось, кроме исполнения его приказа. Его пожелание, ведь оно для меня подобно закону. Его возбуждённая каменная плоть нетерпеливо ворвалась в рот, заполнив его до предела. Мужчина взял меня за волосы, намотав их на кулак, и хрипло застонал, когда стал вдалбливаться в мой рот на всю длину мужского достоинства. И ему было наплевать, что я стала задыхаться, а из глаз полились слезы, обжигая лицо...

Когда Феликс кончил прямо в мой рот, почти зарычав, уже с такой привычной одержимой улыбкой сказал:

- Мы ещё с тобой не закончили.

Он развязывал меня так бережно и осторожно, будто всего того, что происходило до просто не было. Я покорно вложила свою руку в его ладонь, ведь сил на сопротивление не было. Ужаснулась, когда поняла, что эта комната похожая на подвал, в которой меня держали все это время находилась в нашем доме. Точнее в его доме. Возможно, страшные вещи каждый раз происходили прямо у меня под носом, а я даже и не знала. Да я вообще ничего не знала об этом мужчине, а теперь знаю, но легче мне от этого не стало. Только хуже. Гораздо хуже. Ведь именно он является виновником того, что я провела все свое детство в детдоме.

Я знала, куда он меня ведёт. В свою любимую комнату развлечений. Не передать словами, как я ненавидела его в этот момент. На глазах снова выступили слезы, но теперь я подавно не собиралась показывать свою слабость и беспомощность этому мужчине. Да какой же он мужчина. Подлая мерзкая тварь. Вонзила ногти в свою ладонь настолько сильно, что выступили капли крови. Это не страшно. Ведь через некоторое время моей крови будет больше гораздо больше. Как и тогда Феликс заковал меня в сооружение, название которого я по-прежнему не знала, да и не хотела знать.

- Выбирай. - Четко и ясно проговорил Феликс, и я уже знала, что он имел ввиду.

- Пистолет. Я выбираю пистолет. Убей меня. - Решительно бросила, не желая отступать на этот раз.

Жизнь, которой я живу сейчас, просто не имеет смысла. Мне больше не зачем жить. В данный момент осознавала это, как никогда раньше. Я совершила фатальную ошибку, и сейчас я поплачусь за нее своей жалкой никчёмной жизнью. Феликс приставил пистолет к моему виску и долго буравил своим взглядом, надеясь, что я отступлю, но не в этот раз.

- Нет, дорогая, Виктория. Нет. Я не убью тебя. А знаешь почему? - С какой-то маниакальной улыбкой отчеканил каждое слово мой покровитель.

- Почему? - Бросила я в ответ для приличия, на самом деле не хотела говорить, но раз я уже вознамерилась показать свою решимость, то пойду до конца.

- Потому что я, сука, тебя полюбил! Да, в это сложно поверить. Я и сам не верил, но полюбил! И я тебя за это ненавижу! Слышишь ненавижу! - Впервые я увидела весь спектр эмоций в его глазах, которые он тщательно скрывал все это время.

Но не верила. Я ему не верила, потому что этот человек не способен на такое светлое чувство. Он слишком мертв изнутри для него. И я ощущала, что мертва. Теперь мертва.Он впился в мои губы своими, а параллельно намотал волосы на свой кулак. Сильно. Мертвой хваткой зафиксировав мою голову в руках. Именно этими руками Феликс ломал мои крылья свободы. Этими руками он мучил и ломал меня. Но сломал ли он меня? Остались ли у меня силы для борьбы с этим мужчиной. Хватит ли у меня отваги для того, чтобы вернуть свои поломанные крылья, казалось бы, навсегда потерянной свободы?

Конец

Content

Бекади Даниэла и др Фаворитка. Поломанные крылья книга 1

Даниэла Бекади, Лола Новая Фаворитка. Поломанные крылья книга 1

Пролог.

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

Глава 18.

Глава 19.

Глава 20.

Глава 21.

Глава 22.

Глава 23.

Глава 24.

Глава 25.

Эпилог.