Любимка Настя

Светлый феникс. Академия Хилт

Настя Любимка

Светлый феникс. Академия ХИЛТ

Я в ней тонул – чем дальше, тем сильней, ломал себя, чтоб не тянуть ладони,

но без неё был с каждым днём слабей и чувствовал, как сердце тихо стонет.

Я в ней тонул, когда не смел тонуть, когда другую называл своей невестой,

и мне казалось невозможен путь, который с ней преодолеем вместе.

Мы шли вперёд, возможно – вопреки, мы верили друг в друга без оглядки,

и я б хотел не выпускать руки, пока играли Боги с нами в прятки...

Таня Пепплер к циклу «Академия ХИЛТ»

Глава первая

Спустя сутки после проведения ритуала обретения иллами родом Аргхарай

Лейнард тан Даррак

— Тетушка, какие прогнозы? — мне хотелось дотронуться до руки спящей Марины, коснуться ее лица, нагнуться к нему ближе, чтобы услышать дыхание, но я не мог.

Девушка за сутки словно высохла: кожа потускнела, стала похожей на пергамент, под глазами залегли черные круги, губы стали бесцветными, а щеки впалыми…

Из леди Марины будто утекла жизнь, ритуал мигом слизал все краски, оставив лишь бледную копию. И если бы не едва вздымающаяся грудь, можно было решить, что Марина умерла.

Я тряхнул головой, прогоняя эти мысли и отдернул ладонь под проницательным взглядом леди Руданы.

Все-то она видит, все понимает…

— Тебе не стоит приходить сюда, и ни в коем случае не нужно трогать леди Марину.

И пусть тетя была строга, но теплота в ее взгляде немного смягчала сказанное.

Мне нельзя. Да, нельзя.

Боги ясно дали это понять. Вчера, когда кинулся к леди Марине после ритуала и взял ее на руки…

Только хуже сделал.

— Каналы разорваны, — тетя вздохнула. — Ты в свой первый ритуал не лучше был. Но тут иная ситуация, ваша связь слишком резко оборвана, неправильно… Я знаю только то, что твоя энергия действует на нее разрушительно. Даже просто сидя рядом, без щита…

Страх накрыл с головой. Снова.

Боялся ли я когда-нибудь также, как ночью на полигоне? Когда понял, что случилось? Когда видел, как утекает жизнь Марины?

Нет. Нет и нет! Совершенно новое чувство для меня. Непривычное, нежеланное и слишком на многое открывающее глаза.

И дядюшкин магический щит, да, мне пришлось завернуться в него словно в кокон, чтобы даже маленькая искорка моей магии не коснулась леди Марины.

Игры Богов не иначе: если раньше моя магическая энергия благосклонно принималась организмом Леди Марины, то сейчас она же его разрушает. Почему? Ответа нет.

— Все будет хорошо, я и не таких на ноги поднимала. Ей нужно время, лечебный сон. Она не очнется раньше, чем ее магия будет готова функционировать нормально. Девочка не выгорела, слава Богам, — тетушка вздохнула и потянула меня за руку. — Идем отсюда, пусть Марина набирается сил, а я залечу твой синяк.

Я отмахнулся. Синяк, ерунда какая. Сам последствия отцовского воспитания уберу.

— Не маши, — нахмурилась она и потянула меня на выход, — тебе бы тоже поспать не мешало. Твоя аура немногим лучше ее, такое же решето.

— Посплю, — кивнул ей, и последний раз взглянув на леди Марину, послушно пошел за тетей в соседнюю комнату.

Иной раз спорить с леди Руданой совершенно бесполезно. Особенно когда она видит человека, которому нужно помочь. Пока не вылечит — от себя не отпустит.

Вздохнув, сел на указанную кушетку и замер, давая тетушке рассмотреть результат моего разговора с отцом.

— На каникулах ты к нам? — мягко проводя по моему лицу пальцами и магией, спросила тетя. — Тебе бы стоило отдохнуть, в это время вас освобождают от рейдов.

Я усмехнулся и поморщился. Разбитые губы не способствовали улыбке. Даже если та — всего лишь ее жалкое подобие.

Тетя, как и всегда, деликатна и слишком переживает, не желая причинить своими вопросами боли. Могла бы и прямо спросить, выгнал ли меня отец. Я давно вырос и не нуждаюсь в одобрении и любви главы рода.

— Нет, нас с невестой ожидают в главном поместье.

— Мэнор разошелся, — пробормотала она и ахнула, — бил магией? Лейн!

— Не нужно, я заслужил.

— Лейн, — укоризненно протянула тетушка.

— Тетя, не надо. Ты лучше меня знаешь, что род и его тайны — священны, отец был в своем праве.

— Ты сильнее его, ты мог бы не допустить и…

— Не мог, вы сами учили меня ответственности, — отрезал я. — Я знал на что иду. Точно также, как и понимал, какие могут быть последствия. И принял их, как подобает мужчине.

— Можно подумать, что твое избиение что-то изменит. Снимай рубашку, — приказала леди Рудана.  — Снимай, Лейн, иначе я силой тебя раздену, и просто поверь тебе это не понравится. А потом не понравится твоему отцу, ты прекрасно знаешь, на что я способна.

— Знаю, — я снова улыбнулся, на этот раз безболезненно. — Не ругайся, сниму.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Тетушкины руки творили чудеса. Да и сама она словно соткана из любви и света.

Потянулся к ней, прижался лбом к животу, на мгновение возвращаясь в детство.

Тетушка — человек, заменивший мне мать, но никогда не позволяющий забыть леди, давшую мне жизнь.

— Постой, пожалуйста, — попросил ее, — так спокойно…

Иногда даже самому сильному лорду нужна такая минута. Теплоты и материнской нежности. Тишины и понимания. Минута, когда тревоги и волнения утихают, сменяясь верой и надеждой в то, что все непременно образуется. И выход обязательно будет найден. Даже, если кажется, что выхода нет.

Глупость, что мужчины не должны проявлять слабость. Только не с теми, кого безоговорочно впустили в свое сердце.

Как и то, что детям, особенно будущим высоким лордам, не нужна ласка и любовь. Рядом с родными и близкими, каменными изваяниями быть нельзя. Этому научили меня дядя и тетя. Жаль только, что не все родные могут быть близкими.

Впрочем, и чрезмерное проявление любви может оказать негативный характер на ребенка — приучить к вседозволенности, распущенности и баловству. Усмехнулся, сравнив себя и брата…

Я мягко отстранился, поймал теплую ладонь женщины, которая мгновением ранее гладила мои волосы, и поцеловал.

— Спасибо, тетушка.

Как и просили, снял рубашку, позволяя залечить раны и ссадины.

Она права, отправляя меня на отдых. Я не спал несколько суток, при этом активно участвуя в ликвидации.

Сегодняшний день некоторое исключение, пришлось тесно общаться с отцом после совещания в Совете. Пока наследников родов на такие заседания не пускают, а жаль.

Мне было бы проще, знай я, что они решили по поводу рода Аргхарай: сняли все обвинения, подтвердили статус леди Равьелы и оставили ли в покое их место в рейтинге? Отец же в отместку не сообщил мне ничего, пусть и понимал, что для меня эта информация — дело времени. Уже к вечеру я буду знать все, о чем они говорили и что постановили.

Тётушка лечила меня практически в тишине, иногда что-то неодобрительно бормотала себе под нос.

Я почти задремал, когда почувствовал метку призыва.

— Без тебя не справятся? — хмуро спросила тетя, когда я поднялся.

— Род бы не стал отвлекать по пустякам.

Быстро оделся, поцеловал подставленную щеку, и скользнул в портал.

Коридор встретил меня мерцанием сотен дверей. Красная нить вела в нужную, ту которая выведет прямиком к Родрику тан Скарлерр.

Далеко же он забрался. Я плутал по коридору минут семь, что явно не предвещало ничего хорошего. Переход в поместье тан Скарлерр занимал у меня четыре минуты. И куда же Род забрался раз я столько времени плутаю?

— Сириус, готовься.

— Да, Лейн, — отозвался мой иллами.

Из двери в пространство уже взвился черный феникс и буквально попал в бойню. Членов своей команды я не увидел, но почувствовал. Магия огня и света переплелись, вызывая во мне стойкое желание заглушить их мощь своей тьмой.

Сдерживаться я не видел смысла.

Десять гадких душ окружили Рода и Ашту.

Десять! Сплоченных гадких душ. Видеть подобное мне доводилось впервые. Никогда гадкие души не собиралась в группы и никогда не атаковали одновременно. Все знания, что вдалбливались нам ликвидаторами на второй и первой ступени обучения только что рассыпались на моих глазах.

Но размышлять о том, как так вышло не было времени.

— Сириус…

— Я понял, отдавай приказы.

— Род, щит «краеро»! — крикнул, взмывая над ребятами и отрезая их тьмой от гадких душ. — Ашта, «силки»!

— Ранен! — едва слышно отозвался Ашта.

Плохо. Ему не хватит сил на заклинание.

— Я держу! — крикнул Род. — Выстоим без «силков».

— Сириус, третью комбинацию. — Принял решение.

Преображение феникса было стремительным. Теперь мы были не просто существом, а смертоносным оружием. Каждое из перьев — жалящий клинок, стремительно вылетающий из крыльев и поражающий гадкие души.

Сейчас требовалось отогнать их от ребят, отогнать и пригвоздить к пространству меткой контроля, не давая возможности пошевелиться или нанести удар. И все бы ничего, но гадких душ десять, все они в полной силе…  А потому приходится использовать грубый метод, однако мои атаки могли навредить Аште и Роду. Силки бы смягчили и действие от противоположной магии, и нейтрализовали бы прямую атаку. Выбора все равно нет.

Да помогут нам Боги.

— Сириус, в полную силу.

— Да, Лейн.

Небо и земля поменялись местами, чернильный туман напрочь закрыл обзор. Но мне он и не требовался, я ощущал всех: и ребят из своей команды, и гадкие души.

Последних ни с чем не перепутаешь, жуткий коктейль из эмоций страха, ненависти, обречённости и жажды мести. Они всегда хотят отомстить. Всем, кто живет, дышит, ходит, ест, любит… Всем, просто за то, что они все еще привязаны к миру, и в отличии от них имеют телесную оболочку.

Они не желают идти на перерождение, не жаждут новой жизни, полагая свою смерть несправедливой, а дела некончеными. Каждая из гадких душ имеет огромный счет к любым из живущих здесь и сейчас.

— Три осталось, — шепнул Сириус.

— Увеличь концентрацию.

— Твой резерв, Лейн…

— Его хватит, — отрезал я, и буквально завертелся в пространстве, закрепляя успех и заставляя оставшиеся гадкие души застыть прямо в воздухе.

Только после этого я смог опуститься на землю к Роду и Аште и завершить слияние. Но на этом моя работа не закончилась.

— Держитесь. — Бегло осмотрев ребят, и отметив открытую рану на животе Ашты, произнес я. — Род, подключайся к очищению.

— Я готов, Лейн.

И пусть я больше не был в виде феникса, наша с Сириусом трансформация все равно происходила: мои руки удлинились, из тыльной стороны ладони выступали десять цепей тьмы, ведущих прямо к гадким душам, в их ядра, которые следовало уничтожить, чтобы высвободить дух.

Огненная магия Рода мягко обволокла мои руки, объединяя наши усилия. Тьма и огонь сплелись в смертоносном танце.

— Приготовься, Род. Первое ядро, — откат есть всегда, а сейчас и подавно будет туго без поддержки нашего лекаря. — Почувствуешь, что не справляешься, отпускай магию.

— Слушаюсь.

— Начали!

Волна отката опалила сознание. Освобожденный дух воспарил над тем местом, где уродливое пепельное облако, расползалось сизым дымом. Не просто расползалось, разъедало пространство. Дух еще следовало направить на перерождение, но все это уже после. После того, как уничтожим оставшиеся ядра.

— Я готов! — рыкнул Род.

— Второе! — скомандовал я, и сжал пальцы, пропуская через себя гадкую энергию.

Это неизбежно при уничтожении, как и откат.

Вторая цепь лопнула, но перед этим пробила мою ладонь.

— Лейн, — хмуро отозвался Сириус.

— Я в порядке. — Рыкнул прежде, чем накрыл откат.

Все было не так. Концентрация энергии, мощь отката, само число гадких душ… Чувствовалась сила, которой обычно такие души достигают в очень длительном воплощении, но как такое допустили? На территории светлых? А мы явно на землях одного из поместьев светлого рода. Силовое поле светлых, как и тьмы, да и стихий, не спутаешь.

— Третье ядро!

— Г-готов, — выдохнул Род, а я снова сжал кулаки.

Третья цепь не оборвалась…

В последний момент волну удара кто-то словно принял на себя и мигом впитал мою магию. Но здесь кроме нас никого не было! Внешнее вмешательство, но чье?

— Сириус?

— Сканирую пространство.

Тридцать секунд, ровно столько потребовалось на поиск, я не дышал, ожидая вердикта.

— Пусто, — отчитался иллами.

— Род, еще раз! — приказал я.

— Да…

Цепь оборвалась с протяжным воем. С подобным мне еще не доводилось сталкиваться, как и с мощью отката, которая не просто выбила весь воздух из легких, а оборвала сознание на несколько минут, и, если бы не Сириус, использовавший замещение, ликвидация бы завершилась на этом, а гадкие души получили бы свободу.

Чего допускать категорически нельзя.

— Лейн, как ты? — хрипло спросил Род, когда я сменил Сириуса.

— В порядке, но нам нужна помощь.

Давно я не пользовался красной меткой вызова. За столько лет участия в рейдах, мне не требовалась помощь старших. Я и сам был тем, кого часто вызывали на подмогу. Но сейчас… Все было иначе, нетипично, неправильно, гадкие души, отмеченные силой ликвидатора, никогда не пытались вырваться, эти же — боролись. Натягивали цепи, бесились в воздухе, когда должны были замереть неподвижно …

Я тряхнул головой, в рейдах всегда было опасно, гадкую душу следовало поймать, но прежде, она сопротивлялась и могла причинить вред, вот только не когда, сама была скована магией хранителя. Все шло не так, и я обязан сообщить об этом в академию и Совету. Это не та информация, которую стоит замалчивать и уж тем более не тот случай, чтобы играть в героев.

— Род, Ашта, продержитесь еще немного, — попросил я, дрянь дело, особенно, когда наш лекарь в таком состоянии. Он даже сам себя излечить не может.  — Помощь уже близко.

Я ощущал, как натягивается нить призыва, как торопится Арван, скоро он будет здесь.

И пусть  дядюшке потребуется чуть больше времени на переход, чем мне, я был уверен, что он успеет вовремя.

— Лейн, она вырывается. — Хрипло выдохнул Род.

— Вижу, — отозвался я и добавил еще магии. — Не отпускай поток, нам нужно их удержать.

— Понял.

Почему гадкие души так себя ведут? Что могло послужить причиной? Наши заклинания и магия направлены на усмирение, подчинение и полный контроль. Складывалось впечатление, что гадкие души получают не всю мощь нашего удара. А его часть, будто отвод стоит!

— Сириус! Проверь наличие артефактов или слоя на силовом поле. Любой компонент, который покажется тебе странным.

У меня не было уверенности в догадке, но логика подсказывала, что есть что-то чего я не учел, пропустил что-то, что мешает ходу ликвидации и сосет из нас магию в обход гадких душ.

Мне явно не показалось тогда, при обрыве третьей цепи, что мощный магический выброс впитал посторонний предмет. Одушевлённым он точно не был. Сириус бы ощутил живое существо в радиусе ста метров. А кроме нас троих больше никого не было.

— Силовое поле, — отозвался Сириус, — ты прав. С ним что-то не так, плетения энергии построены странным образом. Мне нужно коснуться силой, чтобы понять.

— Не выйдет, — процедил я сквозь зубы.

Магия из меня выплескивалась с утроенной силой, и выпусти я сейчас еще толику, но в другом направлении, отдай часть резерва, и удержать гадкие души на месте не смогу.

Возможно, будь я в лучшей форме, все бы получилось. Однако больше трех суток я не спал, да и магии истратил изрядно, как на ритуале, так и до него. А восстановиться не успел. Самоуверенный идиот.

— Где мы, — спросил Рода, — чье поместье?

— Опекунов Ашты.

— Соллар? — я опешил.

И было от чего, я тысячу раз совершал переходы в поместье рода Соллар, но сейчас даже не смог понять, что иду именно к ним.

Да и находясь на территории, не смог определить местность. И сейчас не могу ответить в какой мы части поместья?

Я не обольщался, побывать на всей территории мне не доводилось. Однако смущало открытое пространство, ни домов не видно, ни садов или каких-либо посадок, а ведь светлые любят растения. Много растений. Их территории всегда щедры на цветы, плодовые деревья, здесь же пожухлая трава и местами опаленная земля…

Почему же я не понял куда иду?

Выходит, что это силовое поле не только качает магию хранителей, делает нахождение гадких душ более безопасным на этой территории, но еще и сбивает настройки перехода? Плохо дело. Кто бы не установил это силовое поле, он обладает куда большими знаниями и силой, чем мы… А это… Невероятно!

Тан Соллар — девятый род света. Только девятый. И никто из первых родов не способен выставить подобное поле! Возможно, при объединении первых родов, однако никому из нас это в голову не придет!

— Род, как ты здесь оказался? — спросил я. — Экстренный призыв?

— Нет, Ашта не мог выйти за пределы поместья, — друг чуть покачнулся, но устоял. — Два часа назад, ты ж знаешь, что у него с порталами перебои.

Это было правдой. Ашта — талантливый лекарь и совершенно бесполезный портальщик. Когда-то при формировании групп именно из-за этого изъяна его никто не хотел брать в свою команду.

Никого не смущала его безродность, а вот невозможность выстроить правильный портал и пройти по нему — отпугивала. И если тогда это казалось личным сбоем его магии, такое случалось у тех, кто вел свое происхождение не из великих родов, то сейчас меня накрыло страшной мыслью.

А что, если это не личная особенность дара? Что, если это влияние этого силового поля, установленного на территории девятого рода света? И оно медленно, постепенно из года в год, набирало обороты? Ведь Ашта поступал в академию под патронатом тан Соллар, хотя в сам род его приняли лишь после поступления на третью ступень. И ведь многим из рода Соллар тяжело давались переходы. Правда не настолько сильно, как Аште. Так почему мы раньше не обратили на это внимания?!

— Два часа? Значит и ты не смог выйти… Почему вы позвали меня так поздно?

— Потому что нападение случилось около тридцати-сорока минут назад, Лейн. Я не предполагал, что все куда серьезней, чем очередной сбой у Ашты. Ах!

Одна из тварей дернулась, резко потянув магическую цепь, я успел перетянуть лишь часть гадкой энергии, в этот раз больше досталось Роду.

— Потерпи, — тихо попросил его, и ощутил, как из носа потекла кровь.

Нить призыва лопнула.

Я вообще не помню, чтоб такое когда-либо случалось. Нить могла оборваться со смертью призывающего. Но я-то жив! Потрепан, но жив!

Мне еще не приходилось сталкиваться с таким. А если кому-то и доводилось, то вряд ли он выжил… Я вздрогнул. Не от мыслей, нет, чужая, давящая сила на мгновение накрыла, оглушила и ослепила. Чуть ли не протащила душу за собой.

Боги, что это?!

—  Ты уже знаешь ответ, — отозвался Сириус. — То, что ты предполагал, оказалось реальностью. Эту силу я ни с чем не спутаю. Когда-то давно мне доводилось их видеть. Он недалеко.

— Прошедший высшую эволюцию…

— Дважды… Я чувствую все направления магии.

— Шестикрылый?  — Я прикрыл глаза. —  И он не на нашей стороне.

Чужак. А мы — игрушки. Наш мир в руках прошедшего высшую эволюцию дважды. И он точно не местный. Иначе не стал бы скрываться. Как боги это допустили? Почему?

Если наш мир провинился, разве не одним махом боги превращают его в низший? Летописи хранят именно это знание — когда боги желают, миру не нужны столетия, чтобы утратить их поддержку.

Смещение Тантерайта в рейтинге миров шло постепенно. Давно, очень давно у нас не появлялось хранителей, прошедших высшую эволюцию. Именно это мы считали виной нашему положению — последнему месту в цепочке высших миров. Потому что это закономерно и правильно.

А значит все, что происходит с нашим миром сейчас — неправильно и не одобрено богами, вот только они и не препятствуют. Испытание для всех нас?

Мы должны что-то переосмыслить, чтобы в итоге получить награду? Потому-то не мешают этому чужаку-хранителю?

Хранителю, что в шаге от последней эволюции?

Он не отпустит нас живыми. Какими бы не были его планы, а его игра тянется давно.

Слишком много рейдов в последнее время, слишком много нарушений обнаружено в родах. Никто не стал исключением. Ни одна из сторон. Вырождение хранителей…

И раз именно сейчас все начинает вскрываться, значит скоро прятаться шестикрылый перестанет. Но, видимо, для явления себя миру пока еще рано.

А нам, чтобы изгнать его нужно объединиться родами, всеми. И для начала хоть кому-то из трех выжить сейчас, чтобы показать лицо, чтобы рассказать… И возможно, что-то исправить!

— Сириус, у меня нет выбора. Полное слияние, я должен все увидеть и передать знания.

— Лейн, в твоем состоянии это слишком опасно.

— Мы должны спасти Рода и Ашту, подключай их иллами, объединение, пятый уровень. Помощь придет, они смогут переместиться к нам в момент моей смерти, Сириус. У нас нет выбора. Действуй!

— Я с тобой Лейн.

— Благодарю.

Я распахнул глаза и посмотрел на друга.

— Род, отпускай магию и иди к Аште, — рыкнул я, черпая из себя все больше тьмы. — Защищай его, Род.

— Лейн… Я чувствую объединение?!

— Это приказ!

— Слушаюсь!

В момент, когда Род отпустил свою магию, я покачнулся. Теперь магию из меня тянуло куда сильней, но нам стоило поторопиться. Я оглянулся, проследив за тем, как Род опускается рядом с Аштой и выставляет магический щит. Отлично…

— Сириус, ты готов?

— Я настроился на всех из рода тан Даррак, начну тянуть энергию по твоей команде. Объединение с иллами Рода и Ашты закончил.

— Хорошо, — сейчас я должен закончить ликвидацию оставшихся гадких душ.

Выжать максимальное количество кристаллов мониара из очищения и все за один раз. Они мне еще потребуются для встречи с шестикрылым. Я обязан спасти своих товарищей и сделаю это.

Сделаю, чтобы наш мир выстоял, изгнал заразу и дальше жил.

— Начинай! — приказал я и сжал кулаки.

Одновременный обрыв всех цепей — боль колоссальная. Я не устоял на ногах, рухнул на колени, но продолжал держать магию. Видел, как ядра распыляются, а ядовитый газ окутывает пространство, отпуская дух один за другим ввысь.

Но мгновением раньше сила всего рода влилась меня бурным потоком, и мой туман закрыл собой и меня, и моих товарищей. Вливание — та же боль, но времени на сомнения нет.

Слияние в феникса вышло тяжёлым. Давление со всех сторон, чужеродная сила, что жадно рванула к нам. Где бы чужак не находился, теперь он торопился. Шестикрылый ускорился, видимо сообразив, что эти души я сейчас очищу. Зачем они ему? Зачем именно в таком виде?! И кажется, я понял ответ.

Родовая сила бурлила во мне, ранила кожу, рвала ее… Один не может вынести всю мощь. Это плата за нее. Я знал, что будут рваться связки, будут дробиться кости, а пока…

Ввысь, к душам!

— Лейн, он очень близко! — отозвался Сириус.

— Мы успеем!

Я не мог подвести всех, особенно, когда обратился к родовой силе. Не тогда, когда вытягивал магию из членов своего рода.

И отчасти был готов к тому, что при очищении душ окажется больше десяти. Мне ведь изначально показалось странным и концентрация гадких душ, и их сплоченность.

Их было не десять, сотни душ каким-то образом, объединившихся в десять тварей. Сотни душ слагавшие одно ядро — один дух, и распавшиеся при очищении.

И всех их сейчас нужно отправить на перерождение… Но сначала собрать кристаллы, собрать, впитать и…

Мощный удар и я буквально вбиваюсь спиной в землю. Спиной, не животом, что было бы гораздо хуже. Сириус перехватил контроль перед самым падением и перевернулся. Хруст костей заглушает вой. Мой ли? Рода или Ашты? Или того, кто все это затеял? Не знаю.

Ведь я успел открыл путь… Эти души ему не достанутся.

Боль оглушала, все плыло перед глазами, в клубе из магии я пытался разглядеть лицо в небе… Но видел лишь размытые три пары крыльев… Тьмы, света и стихий —переплетение воды, огня, земли и воздуха. Мешавшие своим блеском чистой энергии разглядеть лицо. Еще немного бы… Чуть-чуть!

— Род, Ашта… — сознание уплывало, жизнь утекала вместе с магией, но я успел приказать прежде, чем отключиться. — Сириус, кокон…

Глава вторая

Голоса вкручивалась в сознание надоедливыми мошками, обрывками фраз, незаконченными словами… Я слышал их и не слышал одновременно.

— Мэнор, держи крепче! — гневный приказ тетушки чуть встряхнул и меня.

Видел ли я когда-нибудь тетушку в такой ярости? Не доводилось, и слава богам!

Но вот со стороны посмотреть хотелось, тем более на то, как тетушка руководит главой рода Даррак.

Однако все попытки были тщетными.

Веки отяжелели настолько, что я даже не понимал, а я есть ли они у меня вообще?

Тело не собиралось подчиняться. Я его совершенно не ощущал. Но абсолютно точно был жив.

Будь я лишь душой без телесной оболочки, то видел бы все, что происходило, перемещался бы в пространстве и в итоге был бы направлен на перерождение ликвидатором. Тем более отец здесь и тетя… Они оба отличные ликвидаторы, уж это я знал не понаслышке. Никто из них бы не дрогнул.

Значит меня погружают в стазис и скоро сознание снова померкнет, будучи усыплённым властной тётушкиной магией.

— Сириус, — мысленно позвал я.

Мог бы и вслух прокричал.

— Сириус…

Страх накрыл удушливой волной. Я жив, а мой иллами? Он стал платой за мою жизнь?!

Я перестал слышать голоса родных, погружаясь в беспросветную пучину. Сейчас я усну, так и не узнав, где мой иллами…

— Поспишь позже, мальчик мой, — нежный перелив голоса, от которого хочется одновременно спрятаться и оказаться как можно ближе к носителю.

Голос наполненный такой мощью, что сомнений не остаётся — его обладатель бог.

— Богиня… — восхищенно протянул то ли вслух, то ли мысленно.

Понять было сложно говорю ли я или только думаю.

— Твой иллами на Грани, восстанавливается. Не тревожь его, — строго предупредила Айвана. — Не разочаруй меня, Айтерртей.

Если бы мог — вздрогнул бы. Вторым именем меня никто и никогда не называл. Это имя — прихоть матери, три божественных имени сплетенных в одно целое.

Айвана, Терран, Татей — Айтерртей.

Отец не имел права называть меня так, но пошел на поводу умирающей жены, выполнив ее последнюю просьбу. Правда, сделал по-своему, первое имя дал традиционное, согласно очереди рода и лишь вторым то, каким просила назвать меня мама.

Мы почитаем богов, любим и трепещем перед ними, и считается кощунством использовать их имена. Поэтому на Тантерайте нет никого, кто носил бы имя богини или богов. И я не слышал, чтоб в других высших мирах было иначе. Еще по этой причине, я всегда представлялся только первым именем. Пусть мое второе имя являлось не полным отражением божественных имен, но все же…

Не оскорбительно ли оно для них?

— Простите… — начал было извиняться, но был оборван нежным голосом.

— Айтерртей, нам нравится звучание, — богиня легко угадала мои мысли, наверное, просто считала. Это в ее силах, как и многое другое. — Ты отмечен нами при рождении, мальчик. И не только ты…

Хотелось спросить о том, кто еще, но я хорошо знал: боги сами открывают завесу, сами решают, что сказать нам, смертным. И нельзя настойчиво требовать ответа. Как и нельзя сейчас спросить о шестикрылом, ответа не будет. Могут наказать не только спрашивающего. Но и весь род.

Я был счастлив только от того, что Айвана снизошла ко мне, даровала свою милость. Она не просто пришла, она развеяла мои тревоги: Сириус жив и ему помогают.

Я понял достаточно из ее скупых фраз.

— Я открыт перед вами: душой и телом, — ритуальная фраза, суть которой в том, что я весь предан своим богам.

— Мы знаем, мальчик мой. Ты оправдал наши ожидания.

Вот ведь, а отец всегда считал, что я лишь позорю богов, идя наперекор ему и Совету. Но если мои помыслы и стремления созвучны воле богов, то почему же большинство их отрицает, порицает и стремится уничтожить?

— Потому что власть туманит разум. Ты и сам знаешь ответы на свои вопросы.

— Чем больше власти и силы, тем меньше желания с ней расставаться и тем больше жажды контролировать всех. — Пробормотал я.

— Верно.

— Я хочу знать, что ты решил, Айтерртей.

— Решил?

— Ты дал клятву день назад. Мы услышали ее, услышали и вмешались…

Мог бы — похолодел. Заледенел бы и снаружи, и внутри.

Клятва, данная в момент сильнейших эмоций… Я напрочь забыл о ней. Забыл, будучи счастлив от того, что Марина справилась, что не погибла и сумела завершить ритуал обретения иллами для своего рода.

Тогда, на полигоне, в момент, когда отчетливо понял, что Марина не выживет и я не смогу ничего сделать для нее, оборванная связь не позволила вмешаться магией, а комиссия из сильнейших хранителей остановила и меня, и лорда Марсэмиара, когда мы попытались сделать это физически, я молил богов о помощи.

Моя молитва, как и клятва, были услышаны… Так вот почему мне нельзя прикасаться к девушке…

— Я не отступлю от своих слов, — вытолкнул из себя фразу.

Выдрал вместе с сердцем, расколотым, разбившимся вдребезги. Я так хотел верить, что у нас все же есть шанс. Ведь ничего случайного не бывает?

— Не отступишь? Даже если Риша была рождена для тебя?

Риша? Точно, так Марину называет Феликс, и, судя по всему, богам нравится такое сокращение. Надо же… Она им все же не безразлична, но тогда почему?! Для чего ей выпали такие испытания?

Рождена для меня… Горько это слышать, особенно, когда собственная клятва не оставляет выбора. Две клятвы, если быть до конца с собой честным, но с той, первой еще можно было побороться… Не все условия при заключении были соблюдены, и помолвка, пусть и по древнейшему ритуалу, это еще не свадьба.

Мне нужно было время, только оно… А теперь и его у меня нет. Зато оно есть у Марины. Этого достаточно.

— Клятвы нельзя нарушать. Магия не терпит лжи, и я предан своим богам, я не оскорблю вас клятвопреступлением. Если я должен сторониться леди Марину, чтобы она жила, я сделаю это.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Ты сам обозначил условия, мальчик мой. — Довольный голос богини словно доносился издалека.

Значит ли это, что аудиенция закончена?

— В тебе горит огонь борьбы, мы видим его, мы видим твою суть, ты на верном пути. Помни об этом и о том, что каждому воздастся по его заслугам. Докажи, что мы не ошиблись в тебе. Докажи, и помоги своему миру измениться…

Я ждал, что будет сказано еще что-то… Но больше не слышал ничего. Как и не был готов к тому, что мое сознание словно светильник выключат. Резко и неотвратимо.

***

Я проснулся от жажды. Горло пересохло и пить хотелось нестерпимо.

— Пить, — хрипло попросил, едва открыв глаза.

— Очнулся, слава богам! — облеченный выдох тетушки.

А в следующий момент заботливая рука приподняла мне голову и приставила к губам стакан с кисловатым отваром.

Пил жадно, чуть ли не захлёбываясь. Сознание немного прояснялось, взгляд перестал быть мутным. Я осмотрелся.

Я в своей спальне в академии. Хорошо, значит прошло не так много времени в беспамятстве, раз тетушка не отправила меня в поместье.

— Сколько? — спросил после того, как тетя промокнула полотенцем лоб, и вытерла мне губы.

— Неделя.

Меньше, чем могло быть. И в этом повезло.

— Род и Ашта?

— Живы, их потрепало не меньше, но оба идут на поправку.

Я на миг прикрыл глаза и поблагодарил богов. Выжили.

И у меня совершенно нет времени на то, чтобы прохлаждаться.

Я попытался сесть, но тетушка не позволила, надавала на плечи.

— Куда собрался? — рыкнула она. — Я тебя по кускам собирала, Лейн. И не выпущу пока не буду уверена, что все срослось правильно.

— Я должен идти, шестикрылый…

— Мы знаем, — осадила она и сильнее надавила. — Ты же воспользовался объединением с иллами Рода и Ашты. Они все показали Мэнору и Арвану.

— И?

— Не все так просто… — Тетушка нежно погладила меня по щеке и выпрямилась. — Совет отказался верить в его существование, посчитали, что тебе привиделось.

— Что? — я подскочил на кровати и скривился от боли.

— Ляг! — тетушка снова надавила. — Арван сам тебе все объяснит. Вот и он.

И точно, пространство пошло рябью, открылся портал, и дядюшка шагнул в спальню.

Оценил обстановку.

— Не успел очнуться, решил сбежать? Лежи, герой.

Дядя прошел к кровати, обнял жену и только после этого сел на стул рядом.

— Дядя, что значит Совет не поверил?

— Сказала уже, — вздохнул он. — Руди, оставь нас, пожалуйста.

— Я принесу бульона, — вздохнула тетушка. — И не утомляй его сильно, до полного выздоровления Лейну еще далеко.

Я бы не сказал, что чувствовал себя отвратительно. Да, тело болело, мышцы сводило судорогой, но я бывал в разных передрягах, и точно мог сказать, что обошелся малой кровью, учитывая силу удара об землю и мощь магии чужака.

— Лейн, шестикрылого видел только ты. — Жестко сказал дядя, когда леди Рудана скрылась в портале. — Когда мы прорвались к тебе, кроме вас троих никого не было.

— Но Род и…

— Даже при объединении иллами Рода и Ашты, они видели только свет, ослепляющий. В их видении был только закат, буйство красок магических всполохов и никакого шестикрылого.

— Но…— я сжал кулаки.

Бред. Стал бы я рисковать силой рода, если бы не реальная угроза еще и такого уровня? Стал бы жертвовать собой, чтобы передать знания тем, кто придет на помощь? В конце концов я видел ровно то, что я видел. Я не мог ошибиться, мы не могли! Сириус древний иллами и ему ведомо, куда больше моего. А он совершенно уверен, что нам противостоял хранитель, прошедший две высших эволюции.

Об этом и я сказал дяде.

— Я понимаю, Лейн, и я верю тебе. Мы верим. Однако…

— Что?

— Тебе придётся принять официальную версию событий. Нам всем.

— И какова же она? — я усмехнулся. — Решили сделать из меня сумасшедшего, который желая спасти друзей превысил полномочия?

Обращение к силе рода — нарушение, серьезное, при условии, что не было разумных причин его использованию. И желание спасти собственную жизнь к ним не относится, даже если ты наследник первого среди великих родов. Одна жизнь против множества жизней рода? Не равноценно. А ведь я еще не спросил, есть ли жертвы после моего обращения и насильной выкачки энергии из родственников.

— Все живы, — словно поняв, о чем я думаю вдруг сказал дядя. — Есть пострадавшие, но помощь им была оказана своевременно. Отделались испугом.

Он улыбнулся.

— Мне кажется сейчас не подходящее время для улыбок.

— Если не сейчас, то когда, Лейн? Жить в постоянных ограничениях и откладывая радость на потом — неправильная тактика. Этого «потом» — никогда не наступит.

— Дядя, не уходи от темы. Ты так и не ответил на мой вопрос.

— Сумасшедшим тебя не считают. — Отрезал он. — А вот касательно того, что ты видел…

Дядя устало потер лицо руками. Только сейчас рассмотрел, насколько он утомился. Темные круги под глазами, осунулся, бледный… Объединение далось тяжело всем.

— То, что произошло в поместье рода Соллар — чудовищная трагедия и вместе с тем преступление. Ты столкнулся с новой формой гадких душ: объединившихся и содержащих в себе ядро со скоплением большого количества душ. В одиночку провел очищение и провел души на перерождение. Видел бы сколько там кристаллов мониара.

Дядя вздохнул, а я попытался припомнить количество кристаллов. Часть из них я точно использовал. Мне казалось, что все, а выходит что-то осталось. И это что-то очень впечатляющих размеров.

— Лейн, я повидал многое и провел множество рейдов. Но столько кристаллов в одном месте и за одну ликвидацию видеть не приходилось. Совет до сих пор не может их поделить. По закону — семьдесят процентов принадлежат вам троим, как участникам ликвидации, но…

— Меня сейчас меньше всего интересуют кристаллы.

— Тем не менее, это важно. Наше общество сильно тряхнуло, сейчас Совет пытается минимизировать ущерб, а потому желает забрать все кристаллы, полученные вами, для развития родов среднего круга.

— Среднего круга? С тридцать первого по пятидесятый род хранителей. Причем здесь они? Их силы недостаточно, чтобы войти в высший круг — тридцатку великих родов.

— Род Соллар практически уничтожен, — жестко сказал дядя. — Те души, что ты ликвидировал — это представители рода Соллар. В живых осталось пятьдесят человек.

Я зажмурился. Быть не может. От девятого рода света осталось только пятьдесят представителей?

— Как это произошло?

— Точно на этот вопрос прямо сейчас я тебе вряд ли отвечу. Однако на всех территориях рода Соллар, в том числе второй ветви, тысячи погибших. Они будто разом отдали свои души… Смерть настигла всех прямо за теми делами, которыми они занимались. Кто писал письма, кто собирался ко сну, кто-то играл во дворе… Все, Лейн, и дети, и взрослые. Спаслись лишь те, кто находился в академии, именно в академии. Мэрлэ от светлых также погиб. И с этим еще предстоит разобраться.

— Чудовищно, — выдохнул я и сжал кулаки. — Разве так бывает?

— Как видишь, мы с этим столкнулись. Причина их смерти еще выясняется. Но уже сейчас предположения сводятся к проведению ритуала.

— Разве такие существуют, чтобы массово и на расстоянии отнять жизни стольких людей? — спросил и сам ответил себе на вопрос. Если это дело рук шестикрылого, то все может быть. Мы ведь не заем какими возможностями он обладает. А то, что их нельзя сравнить с нашими — неоспоримо.

— Мы многие знания утратили с уходом последнего хранителя, прошедшего высшую эволюцию хотя бы единожды. И боюсь, нас ждет еще много того, с чем еще сталкиваться не доводилось. Помимо объединившихся гадких душ, существуют и зараженные кристаллы мониара. И теми, кто их заражал и распространял, в том числе были представители рода Соллар.

— Зараженные кристаллы мониара? — голова буквально шла кругом. Я откинулся на подушки, даже не заметив, что давно приподнялся на локтях.

— Ты участвовал в рейдах на наших землях, ты знаешь, что пошла зачистка по родам и массовое понижение в рейтинге великих родов. Зеркальные зачистки происходили и у стихийников, и у светлых. Род Соллар был на очереди с проверкой, но она была назначена на следующий день после трагедии.

— Ты хочешь сказать, что у Совета были подозрения в незаконной деятельности рода, однако они не стали реагировать сразу? Зараженные кристаллы мониара, как такое можно было скрыть? И как это вообще допустили?

— Все подозрения подтвердились, Лейн. Но про кристаллы выяснилось именно в поместье рода Соллар. Эксперименты, которые там проводились — доказаны. Они чудовищны, Лейн. К сожалению, это не все. Светлые лишились не одного, а трех родов: девятого практически полностью, частично двенадцатого и четырнадцатого.

— Мы? — хрипло спросил, понимая, что это точно еще не все.

— Не в таких масштабах, но десятый род, пятнадцатый, семнадцатый и двадцать третий.

— Я участвовал в ликвидации на территории восьмого рода, двадцать шестого, девятнадцатого. Их значительно понизили в рейтинге… выходит, мы пострадали куда сильнее, чем предполагалось и тридцать высоких родов лишились существенной своей части.

— Все тридцатки, Лейн. Но у стихийников зачистки начались раньше и их ущерб меньше.

— Раньше? — я вскинулся. — То есть назначение Ксара мэрлэ Академгородка связано с этими событиями?

— Да, они логично рассудили, если их мэрлэ замешан в странных событиях, то и у наших представителей проблемы с законом. Но доказательств не было, Лейн.

— Если бы они не молчали, то мы могли сохранить большую часть девятого рода света!

— Лейн, мне напомнить, что тебе не поверили в существование шестикрылого? Они списали твои видения на перерасход сил и остановку сердца. Рудана трижды возвращала тебя к жизни, Лейн!

— Но если и у них…

— Их страна также не верит в шестикрылого. Все списывается на эксперименты, проводимые с кристаллами мониара. Очень длительные эксперименты. Такие кристаллы изменяют сущность хранителя, который их впитал. В том числе негативно влияют на репродуктивную функцию организма. Сильнее всего от таких воздействий страдают именно женщины. И судя по тому, что уже успели найти, этим экспериментам больше сотни лет.

— Больше сотни… — эхом повторил я. — Выходит, что мы длительное время использовали зараженные кристаллы. Все мы… И только сейчас обнаружили дефекты в кристаллах?

— Это вторая серьезная проблема, Лейн. О том, что кристаллы заражены мы знаем также благодаря бумагам из поместий родов, которые участвовали в этих чудовищных экспериментах, известно кому и сколько за последний год было отправлено. Уверен, информации по родам, которым достались зараженные кристаллы должно быть больше. — Дядя прикрыл глаза. — Раз они смогли проследить за частью своих кристаллов и выяснить кому при распределении они достались. Однако отличить чистый кристалл от зараженного невозможно.

Масштаб катастрофы накрыл с головой.

— Наши хранилища… — прохрипел я. — Их нужно уничтожить.

— И тогда наши хранители, особенно ликвидаторы окажутся без подпитки, без возможности чаще совершать рейды, что в свою очередь приведет к катастрофе. Не мне тебе говорить, как активизировались гадкие души… Сейчас Совет пытается найти способ отличить зараженный кристалл от незараженного. Если уж экспериментаторы отслеживали путь своих кристаллов, значит это возможно. Еще поэтому им так нужны все кристаллы, добытые тобой, так как они очевидно чисты.

— Дядя, но ты ведь понимаешь, что это все — отвлекающий манёвр? Почему именно сейчас вскрылись эксперименты с кристаллами мониара? Слишком просто, да еще с полным уничтожением одного из великих родов? Никому из нас раньше даже в голову не могло прийти, что хранители прежде, чем сдать кристаллы из рейда, проводят над ними эксперименты и пытаются их как-то видоизменить. Да я и сейчас с трудом могу поверить, что обыкновенные хранители могут повлиять на структуру кристаллов.

— Обыкновенные может и не могут. — Кивнул дядя. — Но возможности прошедшего эволюцию дважды, мы можем себе лишь представлять. Как и то зачем ему это нужно.

— Численность хранителей за последние двести лет снизилась, — выдохнул я. — Значительно снизилась. Это вырождение. Наш мир хотят лишить хранителей.

— Больше, Лейн, — вздохнул дядя. — Я склонен считать, что численность хранителей пошла на скорую убыль после заключения последнего союза между нашими странами. Брачного союза. А проблемы с рождением одаренных и того ранее.

Считал я быстро. По-хорошему, жеребьевку должны были провести через сто лет, следовательно убыль среди магов с даром хранителя произошла четыреста лет назад. Но, судя по всему, она была не столь явной, раз никто не обратил на это внимания.

— Мэнор поднял целительские архивы, где угрозами, где шантажом, где попросту заплатил за сведения, а где прикрылся расследованием покушений на жизнь леди тан Аргхарай и смерти леди тан Маррад.

Мне показалось или дядюшка искренне гордился поступком отца?

Раньше в его тоне в сторону главы рода никогда не скользило такого откровенного восхищения.

— Он получил сведения и у стихийников, и у светлых. Правда, брал в расчет лишь первую пятерку от каждой тридцатки великих родов, однако даже этого достаточно, чтобы однозначно утверждать, что вырождение хранителей коснулось всех стран и всех великих родов. И длится уже не первую сотню лет. За маленьким исключением, только в последние сто-сто пятьдесят лет, гибель детей и матерей столь сильно выросла.

— Погоди, я правильно понял, что отец сумел достать сведения под носом у других первых родов? — Про остальные рода в рейтинге, говорить нечего, там у отца было неоспоримое преимущество — он глава первого рода, и неважно, что противоположной магии. — Или может, они все же сотрудничали?

— Мэнор всегда был лучшим в разведке, да и в шпионаже ему никогда не было равных. Как и в анализе данных. — гордо заметил дядя. — И нет, если бы твой отец попался, скандал был бы знатным, и тем более Совету не пришлось бы идти на уступки Мэнору.

— Уступки? — Что-то я совсем перестал что-либо понимать.

И тут дядюшка поразил меня еще больше. Он широко улыбнулся. Как-то слишком счастливо для всей ситуации в целом.

— Твой отец потребовал расторжения помолвки.

— Что он сделал? — я аж привстал с кровати.

Улыбка на лице дядюшки стала еще шире, я даже забеспокоился, а не порвет ли он рот?

— Ты не ослышался. Как тебе известно, древнюю клятву, данную вами двумя, могут отозвать свидетели…

— Ты хотел сказать попытаться отозвать. — Во время помолвки, помимо нас с леди Аэльей, клятву подтверждают и пятнадцать сильнейших глав великих родов — по пять от каждой стороны. Вместе с нами они льют кровь в ритуальную чашу и призывают богов.

Собственно, и расторгнуть данную клятву, можно тоже только путем прохождения повторного ритуала и в том же составе. Впрочем, это не гарантирует расторжение помолвки, как и отзыв клятвы. Преценденты были. Очень давно, но были. —  На все воля богов.

— Не перебивай меня. — Отрезал дядя.

— Извини.

Я все еще был потрясен действиями отца. Несмотря на то, что знал о том, как он был не рад предстоящей жеребьевке и кандидатуре моей невесты. У него на мой брак были иные планы. Однако тогда он перечить не стал, что же изменилось сейчас?

— Мэнор потребовал расторгнуть помолвку на основании того, что именно подобные союзы стали толчком к вырождению хранителей. Конкретнее — грубейшая ошибка, допущенная нашими предками.

— Судя по тому, что я вижу, ты склонен с ним согласиться.

Я покачал головой. Этой традиции — заключать союзные браки между всеми странами не одна тысяча лет. И будь неправильный брак действительно причиной к вырождению, оно бы началось значительно раньше.

— Я люблю свою жену, Лейн. И она, как ты знаешь, отвечает мне взаимностью. Я легко делаю вывод, что чем совместимее магия, тем реальнее построить счастливую семью даже если брак договорной.

— Потому что магия не ошибается, — усмехнулся я.

— Верно, но и от нас тоже многое зависит. Но речь сейчас не об этом, раньше, несколько тысяч лет назад, браки заключались не путем жеребьевки между первыми родами. Наследник или его братья причем каждого из первых родов должны были жениться на девушке с подходящей магией. С наибольшей совместимостью и с другой направленностью магии…

— Подожди, — я задумался. — Если они искали через совместимость то, где гарантия, что наиболее подходящей окажется именно леди с другой направленностью магии?

— А теперь мы подходим к самому интересному. Подобный союз заключался только тогда, когда такая леди находилась. Не регламентировано через каждые пятьсот лет, как есть сейчас. А только тогда, когда артефакт определял подобную совместимость. Стопроцентную совместимость наследников первых великих родов и девушек с другой направленностью магии.

— Дай угадаю, такое случалось редко. Один раз в пятьсот лет?

— Иногда и дольше, но минимальным был срок в пятьсот лет.

— Ты сказал девушек, не леди. Значит ли это, что невестой могла стать любая девушка, даже не являющаяся частью одного из великих родов?

— Именно! — весело отозвался дядя. — Именно так.

— Но тогда смысл союза между странами меняется. Подобный брак заключается для того, чтобы мы не воевали между собой. Союз — это брак равных по силе и влиянию.

— Это гарант того, что хранители иллами будут появляться в мире, Лейн. Первостепенное именно это — сильные, магически одаренные и здоровые хранители. Мэнор проделал огромную работу, доказав, что волею и только волею богов рождались подходящие пары. А не желанием нескольких семей укрепить свои позиции.

Дядюшка выдохнул и продолжил.

— К тому же, в год, когда наследники находили подходящих девушек, и остальные представители великих родов обзаводились подходящими невестами с другой направленностью магии. Я склонен считать, что наша традиция сложилась из всеобщего праздника, а кто-то, в угоду своим желаниям, перевел его в разряд обязательных к исполнению даже в отсутствие подходящих пар.

— Иными словами, в определённый отрезок времени рождались дети, способные заключить брачный союз с представителем другой направленности магии, чья совместимость была идеальной. Следовательно, не требовался дополнительный ритуал для смены полярности магии невесты, как в моем случае с леди Аэльей Розмари тер Глоуддак.

Я помолчал, обдумывая эту мысль. Откровенно говоря, меня всегда возмущало подобное: смена полярности магии. Подобные браки случались, редко, но случались и невесте всегда принудительно меняли полярность магии. Однако, на мой взгляд, никакие аргументы в пользу подобного насилия, достаточными не были. Потому что насилие нельзя ничем оправдать. У таких невест просто никогда не было права голоса, лорд, который желал леди с другой направленностью магии имел более высокое положение в обществе и такую леди, попросту продавала семья.

И пусть я с детства знал, что сам являюсь ценным товаром на брачном рынке, меня всегда куда больше возмущало именно положение леди, чем свое. Я — мужчина, продолжатель рода и права на недовольство своей участи не имею. Потому что от меня в будущем будет зависеть весь род, а не только моя жизнь.

— А требование к наследникам великих родов обязательно жениться на таких девушках, видимо, вытекало из того, что они отказывались от таких невест, желая заключить более выгодный брак, что в свою очередь, вероятно приводило к каким-то не самым хорошим последствиям?

— Мы можем только предполагать, — кивнул дядя. —  Но, вероятно, все именно так и есть.

— И в Совете приняли точку зрения отца? — не заметил, как затаил дыхание, ожидая ответа.

— Вынужденно прислушались, учитывая происходящее в мире, утраченное доверие ко многим из великих родов, а также насильной смене рейтинга…

— Дядя, но ты должен понимать, что подобная версия — не имеет достаточных оснований? — Что ж несложно догадаться, что отцу все же отказали. Всего лишь прислушались… — Куда вероятнее вмешательство шестикрылого, что опять же доказано наличием измененных кристаллов мониара. Никому из нас не под силу вмешаться в структуру кристалла.

— Все так, Лейн. Вот только высшую эволюцию неподходящие кандидатуры не проходят. Тем более дважды, кто знает, какую задачу ему поставили боги, чтобы достичь последней ступени эволюции? Возможно, ему следовало подтолкнуть нас к изменениям в мире? Показать, где мы допустили ошибку и к чему она приведёт?

— Ценой множества жизней?

— Волки также уничтожают больных зверей, Лейн, чтобы зараза не распространилась по всему лесу и не привела к вымиранию всех животных.

— Твое предположение звучит слишком ужасно, — заметил я.

— Лейн, наш мир давно скатился на десятую строчку высших миров. Следующая позиция — низший мир. Но мне хочется верить, что боги все же дадут нам шанс исправиться и доказать, что хранители в нашем мире не случайны и должны рождаться дальше.

— Мне гораздо проще думать, что в нашем мире объявился чужак, отравленный идеей всеобщего уничтожения из корыстных целей, чем верить в то, что истребление женщин и детей — во благо всего мира.

— Без разрушения не бывает мира, Лейн, — дядюшка покачал головой и тут же заявил. — Совет постановил дождаться результатов совместимости нулевиков этого года и по его итогам или разорвать вашу помолвку с леди тер Глоуддак, или немедленно заключить брак.

Дядя улыбался.

— Ты так уверен, что мы с леди Аэльей в итоге окажемся несовместимы? — хрипло спросил я, хотя и сам приходил к подобному выводу.

— Вы — однозначно нет. Ты же знаешь, я наблюдаю за артефактом постоянно и уже сейчас могу сказать о совместимости двадцати пар, причем часть из них закончили академию давно. Мои коллеги из других академий также видят наибольшую вероятность и предрасположенность уже сейчас. Так вот, леди Аэлье нечего делать в нашей академии, полагаю, окончательный перевод осуществится после результатов совместимости. Ей совсем не нужно менять полярность своей магии ради замужества. Потому что ее магия явно стремится к светлому хранителю, Лейн.

Возможно, скажи мне дядя об этом раньше, и я бы обрадовался. Сейчас же я мог только думать о том, что совершил ошибку. Чудовищную ошибку.

— Лейн, тебе плохо? Ты побелел.

Дядюшка встревожился.

— Нет, я в порядке, — выдохнул. — Почему отец пошел на это? Ведь согласно его же заявлению, кандидатуры невест, которые выбрал он, также могут не подойти.

— Мы оба уверены в том, что ты и Марина созданы друг для друга. А окончательно твой отец в этом удостоверился, когда ты передал ей знания рода. Тогда он и принял меры, вынуждая Совет пойти ему на уступки. К тому же, его требование неожиданно поддержали трое светлых из пятерки, тем самым сделав притязания лорда тан Глоуддак бессмысленными.

— Вот как…— Я усмехнулся. Мой отец на многое готов пойти лишь бы знания рода не ушли за пределы нашего рода. В таком ключе действия отца становились понятными. Он в отличие от дядюшки в любовь не очень-то верил.

К тому же, сбор информации явно не один месяц длился. Выходит, отец готовился к тому, чтобы заставить Совет отменить помолвку, а сейчас был подходящий момент для обнародования своих находок. Дяде, видимо, он выдал лишь часть правды, ровно той правды, которая бы устроила сурового старшего брата и была бы им принята безоговорочно. Иногда дядя забывает, что отцу семейное счастье видится совсем иначе.

— Не вижу радости на твоем лице, Лейн.

— Я согласен с тем, что мы с леди тер Глоуддак несколько несовместимы и не стану отрицать своих чувств к леди Марине, — я горько усмехнулся, — однако у меня есть веская причина для того, чтобы держаться от леди Марины подальше ради ее же блага. Дядя, я дал клятву богам. На полигоне во время ритуала, что не прикоснусь к ней при условии, что она будет жить. И Айвана напомнила мне о клятве.

— О чем-то таком я и думал, — выдал дядя, продолжая улыбаться, чем еще больше меня удивил.

— Думал?

— Конечно, Айвана не дала связи распасться после того, как ты отдал долг жизни на откуп судьбе. И тут неожиданно после ритуала твоя магия начинает действовать на девочку губительно. Согласись, это странно?

Я пожал плечами. Учитывая резкий обрыв нашей связи, могло быть все, что угодно.

— Мало того, в момент, когда ты умирал, Марина не перенеслась к тебе, что обязательно должно было произойти, если бы не твоя вторая клятва, принятая богами. А именно — она исключала смерть Марины. А леди непременно бы погибла, если бы приняла тот удар на себя. Ты все же более подготовлен к такого рода атакам. У тебя шансов выжить было куда больше.

В таком ключе я не думал об этом. Совершенно. И теперь, у меня был повод для радости.

— Лейн, вы оба отмечены богами, и в твою голову бы просто так идея дать подобную клятву ни за что бы не пришла. Тебе помогли подумать в этом направлении. Делай выводы, племянник. Делай выводы.

Я упал на подушку и зажмурился.

— Время расставит все по своим местам.

— Расставит, не разочаруй меня, Лейн. Долг жизни судьба возьмет непременно, но девушка не умрет. Не знаю, насколько это своевременно, однако богам виднее. Поэтому набирайся сил, ты нужен нам. Все это — только начало. И не смей отказываться от собственного счастья. Жертвенность чаще всего неверный путь.

Ровно с этими словами в комнате вспыхнул портал. Леди Рудана появилась с подносом.

— Я намерена выгнать тебя, Арван. Лейну пока вредны длительные беседы. — И посмотрев на меня предупредила. —  После того как ты выпьешь бульон, я усыплю тебя, твоему организму нужно восстанавливаться в покое.

— Как скажете, тетушка.

Глава третья

Я блуждал на Грани в поисках своего феникса и все никак не мог найти собственное место силы. Будто кто-то невидимой рукой отводил меня, а может, я просто не восстановился до конца и моей магии не хватало для более четких координат.

С разговора с дядюшкой прошло довольно много времени. Я успел и бульона выпить, и поспать. Откровенно говоря, по моим ощущениям выспался я на две жизни вперед.  Как минимум еще четыре раза я просыпался, да только долго в бодрствовании леди Рудана быть не позволила.

И ни с кем не разрешила пообщаться. Я знал, что и Род, и Ашта давно пришли в сознание, и даже идут на поправку. Этими знаниями и ограничивался.

Пока для всех я изолирован и должен восстанавливаться. Справедливо. Пусть мне и хотелось бурной деятельности.

Прежде, чем оказаться на Грани, а точнее в очередной раз лечь в постель, тетушка помогла дойти до ванной комнаты, хорошо хоть позволила самостоятельно принять душ. С нее бы сталось помочь.

В детстве она часто меня купала, превращая омовение в различные игры. Помню, как став постарше, для себя решил, что повторю игры с мыльными пузырями, мелкими водоворотами уже со своим ребёнком. Странно, что я сейчас об этом начал вспоминать. Как будто все забытые чувства и ощущения разом навалились, воскресли, желая напомнить о том, как было раньше.

Как хорошо мне было раньше до того, как я переехал жить к отцу в поместье. Возможно, дядюшка был прав, считая, что я заморозился? Застыл на отметке «ответственность и долг роду»? Когда последний раз я отдыхал с друзьями?

Сложно представить, но кажется последняя студенческая вылазка по увеселительным заведениям была пару лет назад. Если бы Сириус мог, сейчас бы непременно сыронизировал на тему моих любовниц, которые несмотря на тот статус, что мог дать наследник первого великого рода, вынуждены были просить отказаться от сей милости по причине моего постоянно отсутствия и пренебрежения. У меня никогда не было на них времени.

Я рассмеялся. В месте, где все пронизано тьмой, смех звучал чужеродным элементом, осколками кривых зеркал. Но именно этот смех напомнил мне, что я все еще живой.

Я помнил слова богини о том, что Сириус восстанавливается, но именно сейчас ощутил, что могу к нему обратиться.

Вот только вместо ответа по ментальной связи, меня выкинуло на Грань. Это не являлось худшим вариантом, всего лишь означало, что мой иллами все еще слаб. Однако увидеть его, ощутить хоть кроху его магии, мне было необходимо.

Да и ему я нужен не меньше.

— Сириус? — позвал я, наконец оказавшись в месте своей силы.

Мое личное место на Грани в корне отличилось от морского берега леди Марины. Удивительно даже, что мне в пору становления как хранителя иллами, ни разу не пришло в голову, что место силы должно дарить покой и уют. Моим местом силы оказался обрыв над пропастью.

Впрочем, учитывая то, что с момента моего переезда от тетушки с дядей, я всегда боролся как с отцом, с мачехой и ее сыном, ничего удивительно в моем восприятии тех лет — нет.

Сложно настроиться на что-то позитивное, при условии, что тебе постоянно указывают на дверь и считают, что твое место не в главном поместье.

Леди Изельду никогда не устраивал тот факт, что Адарлейн лишь второй сын. И она предпочитала делать вид, что меня не существует вовсе. Замок, в котором испокон веков рождались все будущие главы рода, родным домом мне не стал. Наоборот, отчасти благодаря новой жене отца, я начал верить, что там мне попросту нет места. Абсолютно забывая о том, что, став главой рода, покинуть замок не имею права и уже мои дети будут жить и расти именно там.

Бредя по скалистому склону, я размышлял о прошлом и искал того единственного, кто давным-давно стал мне надежной опорой, другом и наставником. Существом, с которым я мог разделить тревоги, опасения и радость.

Нашел. Даже больше, чем желал увидеть.

— Феликс?

По большому счету, отличить одного феникса от другого довольно сложно. Они все выглядят одинаково. Отличия могут быть в размахе крыльев, росте и весе, и то при слиянии с хранителем. На Грани же они все сгустки тьмы, света или доминирующей стихии и размерами не отличаются.

А уж если наделены мощной даром и резервом, то и вовсе являются ярким хаотичным сгустком магии. И проявляют форму лишь при ритуалах призыва для новых хранителей иллами. В другие дни увидеть очертания не своего феникса, дракона, волка или сильфа — нереально.

Однако существовала еще одна классификация, которая помогала опытным хранителям определять не только какой перед ними иллами, но и кому он принадлежит. К таким относились древние иллами, даже на Грани они сохраняли свою изначальную форму.

Все древние имели одну внешнюю характерную особенность, и спутать их с кем-то другим просто не представлялось возможным. Мой иллами на Грани выглядел как воин, его окутывала мощная броня из множества силовых потоков. Иллами Марины не мог похвастать подобным, у него была своя особенность — яркие, словно сияние звезд, глаза. Иногда мне казалось, что их цвет похож на мой — синий, глубокий, а иногда они казались лазурными, разбавленными зеленью. Такого изменчивого цвета глаз я еще ни у одного иллами не видел, и, полагаю, никогда больше не увижу.

— Ты вовремя, Лейнард. — Вместо приветствия произнес чужой древний. — Твой иллами сейчас вылупится.

— Что сделает? — опешил я.

— Мы же фениксы, — Феликс взмыл с насиженного места, причем действительно насиженного, я сразу и не понял, что он не просто так лежит, открывая моему взору удивительную картину.

Сотканное из черного пламени гнездо и в его центре едва отличимое черное яйцо с пульсирующей внутри него силой. Боги, мой Сириус!

— Ваша связь не нарушена, — между тем сообщил Феликс, — но очень хорошо, что ты пришел именно сейчас. Вы выйдете на новый уровень силы, новая возможность. Стать частью рождения на Грани — уникальная удача.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Почему? — я впервые видел что-то подобное, да и дядя никогда не рассказывал, что иллами-фениксы способны настолько менять форму. — Почему он в таком виде?

— Мы древние, — напомнил Феликс. — И только нам решать, когда уходить на перерождение.

— Он должен был уйти? — и пусть в месте силы не было моего физического тела, я будто наяву ощутил ледяную руку, что сжала горло.

— Да. Твой иллами был близок к перерождению, он полностью исчерпал свой резерв, но ему хватило тех крох магии, что питали его от тебя, чтобы обратиться к главной особенности всех фениксов — воскрешению. А я поддержал его своей магией, сейчас ты сам все увидишь. Ему хватит пары суток, чтобы вернуться в свою форму. Мы быстро растем.

Мне почудилось нежная ирония в голосе Феликса.

— Почему именно ты?

— Потому что ты решил, что матерью твоих детей будет Марина. Ты сам знаешь, что это означает.

От глупого вопроса, когда я подобное решил, удержался. Магия, которая никогда не ошибается. Мои мысли, чувства, желания… Слабость. Я соединил наших иллами, даже не задумавшись об этом, можно сказать, что это произошло против моего воли. Против разума.

Когда высокий лорд готов к продолжению рода, его иллами образовывает связь с иллами избранницы. И магии плевать на то, является ли избранница женой или невестой.

Обычно, правда, именно иллами лорда помогает иллами избранницы — подпитывает магией, когда это необходимо. Такая связь — своеобразный маячок для лорда, он всегда будет знать, где его избранница, не грозит ли ей опасность, сумеет поделиться своей силой, а позже сможет и отслеживать состояние общего дитя.

И то, что Феликс помог — это лишь его желание, он мог этого не делать. Однако же потянул за канал, поделился своим резервом…

Кажется, я сам себя переиграл. Только почему вместо горечи, я испытываю радость? Клятва богам? Что ж, легких путей в моей жизни никогда и не было.

— Благодарю, Феликс, — я улыбнулся иллами Марины. — Не говори ей пока.

— Не стану, ты еще должен доказать свои намерения. Мало ли кто еще захочет мою Ришу увидеть матерью своих детей.

Улыбаться я перестал. А совместимость объявят еще не скоро… Он прав, пока леди не связана брачными узами, образовать связь с ее иллами смогу не только я. Никто слабее меня не сможет, но, если за леди решит побороться еще один наследник великого рода? Запретить ему этого сделать я не смогу.

Я сжал кулаки. Мы были рождены друг для друга. Я это понял, поймет и Марина. Я помогу ей этой понять.

— Начинается, — с благоговением произнес Феликс.

Тьма, клубящаяся вокруг яйца, вспыхнула. Неожиданно ярко, слепяще. Я невольно зажмурился. А распахнув веки стал свидетелем чуда.

— Сириус, — мягко позвал птенца, чью кожу нежно укутывала броня.

— Я здесь, хранитель, — пискляво ответил он и забил крыльями, пока не имея возможности подняться в воздух. — Я здесь, Лейн.

Меня с неведомой силой потянуло к иллами, я опустился перед ним и протянул руки. Между нами ласковой кошкой вилась тьма, лизала мою душу, гладила шею птенца, словно благословляла.

Ничего подобного прежде я не испытывал, меня будто окунули в водоворот эмоций и чувств. Радость, нежность, узнавание, желание быть нужным, единым целым, частью жизни…

Нас будто баюкало над пропастью, заново соединяло множеством нитей силы и магии, сшивало, закрепляло узелками, напитывало божественной силой. Мне чудились треугольные глаза, казалось, что Грань улыбается, глядя на нас.

— Новая сила, Лейн, ты справишься, — голос Сириуса вернул меня из забытья и странной эйфории. — А теперь иди, мне нужно расти.

Меня выдернуло из Грани толчком. Я и опомниться не успел, как распахнул глаза и увидел потолок собственной спальни.

А в следующий момент я едва не закричал от боли. Зажмурился, пережидая первую волну. Жар стремительно разливался по телу. Огненная река бурлила во мне, то ли желая спалить до тла, то ли просто проверяя на прочность.

— Лейн! — испуганный крик тетушки заставил меня распахнуть глаза. — О боги!

— Все хорошо, — вытолкнул из себя по слогам. — Обретение новой силы.

Но хорошо не было. Меня выгнуло дугой на постели, я едва сдержал крик, вцепился в простыню, пережидая судороги. В прошлые разы было не так, совсем не так. Какую способность мне подарят боги на этот раз?

Это было последнее, о чем я успел подумать, очередная волна боли и сознание отключилось.

***

«— Ты опоздал. — Злость была погашена волевым усилием, но я не сомневался, что Лейнард ее заметил.

Мальчишка усмехнулся, позволяя слуге споро обтереть себя теплыми полотенцами и поменять грязную одежду на парадную.

И наверняка думал о том, что пятнадцать минут стоило бы потратить на бассейн, особой роли эти минуты уже бы не сыграли.

— Леди дожидается нас уже три часа.

— А могла бы с комфортом расположиться в отведенных ей комнатах, отдохнуть с дороги и выйти к нам уже к ужину — знакомиться. — Раздраженно ответил Лейнард и поморщился.

По лицу сына легко читалось, насколько ему нравятся наши традиции. Но в этом я с ним был солидарен. Лишняя, бессмысленная демонстрация силы и положения.

Невеста, впервые оказавшись в родовом поместье жениха, должна оставаться чуть ли не на пороге, пока глава рода и сам жених не встретят ее ритуальной фразой. Помнится Ните пришлось дожидаться меня сутки, так велел уже мой отец, Иза же не прождала и часа.

— Я мог и на сутки задержаться, — успокоившись сказал Лейн. — Я не на прогулке был.

— Знаю, — скрыть свое отношение к происходящему не получалось. Чуть ли не впервые я демонстрировал свои эмоции — Не ее я хотел бы видеть следующей главной леди рода... Независимый Союз постановил и с ним не спорят…

Как же. Не спорят.

— Но можно поторговаться, — легко уловив иронию в моем голосе, заметил сын. — Я не изменю своего решения. Данно — обучение в Академии ХИЛТ.

— Помолвка через неделю.

— Не свадьба же…»

— Лейн, соберись! — рыкнул отец и встряхнул меня, заставляя вынырнуть из его памяти. — Соберись!

Я глубоко вдохнул, медленно выдохнул и открыл глаза. Контролировать новую способность получалось плохо.

Впрочем, сейчас было получше, чем в первые недели, когда я совершенно не понимал, что нужно сделать, чтобы вернуться в реальность. И мог часами, а то и днями находиться в прошлом без возможности возвратить свое сознание в собственное тело.

Хуже того, я не желал бы видеть то, во что невольно окунался. Омут чужой памяти затягивал мгновенно и не отпускал ровно до того момента, пока я не увидел всю часть события, в которую меня затянуло.

В такие моменты моя личность словно бы раздваивалась. Я был и сторонним наблюдателем, и тем, за чьими воспоминаниями подглядывал. Как-то абстрагироваться и остаться только в роли наблюдающего не выходило.

Вот и сейчас совершенно этого не желая, я скользнул в память отца. Надо же, я даже не знал, что мама почти сутки ждала своего жениха, а вот мачехе так страдать не пришлось.

— Что на этот раз? — спросил отец. — Что ты увидел?

Еще одна удивительная вещь, тот, чьи воспоминания я считывал, не знал, что именно показал мне дар.

— День знакомства с леди Аэльей Розмари тер Глоуддак.

Я снова задышал, призывая себя к спокойствию и мысленно поблагодарил Сириуса, который послал мне импульс своей магии, желая подбодрить.

Полтора месяца я пытался жить с новой способностью. Полтора месяца изнуряющих тренировок и практически полная изоляция от других людей.

Вынужденное затворничество, однако необходимое, в противном случае я бы сошел с ума.

Контроль требовался буквально в каждом движении, вдохе и взгляде. Я вторгался в чужую память вне зависимости от того, смотрел ли я просто или трогал человека. Мы пытались вычислить каким образом работает этот дар, проводили эксперименты с дядюшкой, тетушкой и моим отцом.

И однозначного ответа до сих пор не получили.

В свете последних событий, моя изоляция и новая способность стали проклятием. Потому что я не мог участвовать в рейдах, не мог помочь дяде и отцу. Оказался совершенно бесполезным. Только тетя радовалась моему вынужденном затворничеству, веря, что оно пойдет на пользу моему организму.

«Воспринимай его как незапланированный отдых» — советовала тетушка.

Воспринимать не получалось. Хотелось избавиться от такого дара и в тоже время одержать верх. Я научусь контролировать видения. Обязательно.

Научился же я летать? А тогда также было непросто. Способность контролировала меня, а не я ее. И часто бился головой о потолки, и подолгу не мог спуститься на пол.

Мой самый первый дар — левитация. Второй — исключительная регенерация и способность в короткие сроки восполнять магический резерв. И вот третий — вторжение в чужое прошлое.

Понять бы еще почему боги даровали именно такие возможности. Что такого я должен найти в прошлом других людей? Вряд ли что-то хорошее…

— Лейн, возьми себя в руки. — Напомнил отец и отстранился. — Дыши и помни о том, что я рядом.

— Мы, — поправила его тетушка, выходящая из портала. — Ты справишься.

Наверно, будь я более вспыльчивым, то такая забота бы меня раздражала и бесила, но я прекрасно понимал, что обо мне волнуются. Леди Рудана просто обо мне, отец — о репутации рода. Все же именно я наследник и любое отклонение в моем поведении чревато. Особенно в свете того, что мы скрываем свои особенные способности ото всех. Это то, что является в мире ликвидаторов слишком личным, слишком интимным, чтобы допускать постороннего. Однако при этом, в академию о характере дара и степени его мощи — сообщается, так как контроль и изучение происходит в этих стенах, и такие знания в будущем могут помочь любому другому хранителю, который обрел подобную способность. А самое главное, академия сохранит в секрете, кто именно обладает дарами. Древняя, как сам мир, клятва не позволит разгласить эти сведения никогда. Ни спустя год, ни тысячу лет.

Сейчас же должен состояться массовый переход студентов в родовые поместья. Трехнедельные каникулы начались. Я, как наследник рода, буду контролировать портал.

На эти недели академия практически опустеет, не считая малого количества студентов, которым или некуда идти, или нет желания оказаться дома. За исключением рода Аргхарай… Ускоренный курс, почти такой же, что устроили леди Марине, теперь проходят новички-нулевики из рода Аргхарай.

— Лейн, — тетушка сжала мой локоть. — Пора выходить.

— Пора, — согласился с ней и первым сделал шаг на улицу.

Туда, где гомонили студенты, туда, где кипела жизнь. Туда, где меня могут настигнуть тысячи чужих воспоминаний. Что ж, иногда для того, чтобы научиться плавать, нужно оказаться по самую макушку в воде. Даже против своей воли.

Мне не с чем было сравнить свои ощущения. Прежде испытывать подобное не доводилось. Я знал о голоде не понаслышке, я знал каково мечтать о глотке воды и не получить его, как хотеть дышать и не иметь возможности вдохнуть, я боролся и выживал, однако сейчас…

Сказать, что я ослеп, оглох, потерялся в пространстве и времени, мало. Я растворился, меня попросту больше не существовало.

Передо мной будто рой мушек крутились чужие воспоминания. Множество образов, множество голосов, чужих эмоций, чужих желаний и сожалений. Они скручивали мое сознание, заставляли исчезнуть меня… Подавляли собой, заглушали мой разум, не давая мне ни опомниться, ни попытаться закрыться.

В какой-то момент я разозлился. Огонь злости разгорелся ярким пламенем, стало трудно дышать, и будто вторя этому огню злости воспоминания окружающих людей усилили свою атаку. Их стало больше, гораздо больше, они наслаивались, разноголосье в голове звучало со всех сторон, не давая мне сконцентрироваться хоть на чем-то одном. Буквально сводя с ума.

Возможно, я бы сдался. Возможно, попытался спрятаться, укрыться от всех, лишь бы больше не касаться этого страшного дара, не давать ему раскрываться с новой силой. Возможно… Ведь это было бы самым простым выходом. Слабостью, длящейся всего секунду. Вот только это был бы не я.

Несмотря на все происходящее я анализировал. Я заставлял свой голос звучать сильнее, чем чужие голоса. Вряд ли я говорил вслух, но мне хватало того, что я слушал себя мысленно. Я должен научиться контролю, я должен отсеивать все ненужное, не зря же сначала мне показалось, что воспоминания приняли форму роя мушек? Надоедливых, многочисленных, и таких же бесполезных?

Решение пришло мгновенно. Я призвал свою магию, преобразовал ее в щит, полностью закрывая себя от всех окружающих. Отрезая от улицы, от людей и самое главное, перенаправляя свою магию в другую задачу. Защитить.

Я понимал, что новая способность — это одна из граней моей же магии. А значит и часть меня. Полностью ее игнорировать нельзя, пока до конца под контроль я ее взять не могу, но, если мой дар причиняет мне же вред, в моих силах направить остальные грани на его защиту. Иными словами, заглушить новую способность своей более мощной и главной частью.

Я получил долгожданную передышку. Хор голосов в голове стих, перед глазами не плясали образы чужого прошлого. И пусть я при всех проявил свою магию, выстроив плотным коконом вокруг себя, правил академий не нарушил и никому из присутствующих не навредил. Осталось решить каким образом свести к минимуму использование своей магии.

Идея пришла внезапно. Даже странно, что раньше она не приходила. Сказывалась зацикленность на том, что я видел в воспоминаниях своих родственников. По большому счету я бы никогда не желал знать то, что видел при встречах с отцом. А иногда при встречах с леди Руданой. Возможно, раньше мне бы хотелось увидеть маму и понять какой она была при жизни.

Наверно, в более младшем возрасте я бы ухватился за эту возможность и с восторгом взирал на видения прошлого, где леди Нита нежно гладит свой округлившийся живот и рассказывает тетушке о том, какой боец растет в ее чреве. Она не сомневалась, что родит сына, как не сомневалась в том, что не прибегнет к помощи кормилиц.

Именно о пользе грудного вскармливания велась их беседа с тетушкой, а еще о тысяче мелочей, которые волнуют любую женщину, готовящуюся стать матерью. При условии, что эта женщина искренне хочет ребенка. Моя мама меня желала.

Сейчас эти видения не то, чтобы причиняли мне боль, скорее заставляли сожалеть о том, что мне не довелось узнать ее лично. Иногда проще воспринимать человека как нечто абстрактное. Да, я знал, что мама меня любила. Я верил словам своей тети, а за эти дни убедился в этом лично. И мне стыдно, что несмотря на то, что я никогда не думал о своей маме плохо, все же таковой считал свою тетю, легко отказываясь думать о той, кто дал мне жить.

Моя идея состояла в том, чтобы направить защиту только на область головы. Способность, подаренная мне богами, относилась к ментальной области, затрагивая именно разум. А значит необходимости закрываться полностью не было, только закрыть мозг. Позже, когда я сумею определить, что именно заставляет сработать мой новый дар, отделять я буду ровно эту часть.

Но полагаю, все будет проще. И сейчас идет адаптация этого дара в моем теле и привыкание, а также срастание с моей магией. Поэтому так и шарашит бесконтрольно в разные стороны. Скорее всего, позже я смогу сам выбрать форму обращения своей способности: через взгляд или тактильный контакт с объектом исследования.

Придя к такому выводу, я успокоился. Что ж, пора пробовать воплотить свою идею в жизнь.

Медленно я начал собирать магию только вокруг своей головы. Отделять ее на частицы, дробя настолько, чтобы туман оседал на волосах, но был не сплошным покрытием, как головной убор, а словно бы кожей каждого волоска. Сложно сказать сколько прошло времени, но когда я закончил и открыл глаза, студенты выстроились напротив в метрах пяти от меня и словно боялись пошевелиться. Больше никто не улыбался, все настороженно глядели на меня. Я удивил всех тем, что применил магию и выпал их реальности на какое-то время. Это мне было не свойственно, а потому все насторожились. Я улыбнулся, показывая, что и сам в порядке, и им ничего не угрожает.

— Леди Рудана, я ведь вам говорил, — в абсолютной тишине раздался довольный голос отца, — его надо было сразу отправлять в толпу, а не держать в четырех стенах. Видишь, как быстро справился? Пять минут, а какой результат!

Глава четвертая

Замок рода Даррак

— Ты слышал?! — леди Рудана расхаживала по покоям и гневно передразнила главу рода. — Леди ничего не смыслит в делах…

— Руди, душа моя, он же тебя дразнит. — Лорд Арван позволил себе улыбнуться. —  А ты в который раз принимаешь все близко к сердцу.

— Я? Я возмущаюсь, Арван! Мэнор — несносный мальчишка!

— Он — глава рода, — мужчина с удовольствием наблюдал за гневом своей жены.

Ему нравилось, как зарумянились ее щеки, а глаза блестели от едва сдерживаемой ярости. — И имеет полное право не допускать тебя к собранию рода.

— А я и не спорю, — леди Рудана остановилась посреди комнаты, — нужны мне ваши собрания, меня интересует не оно, а Лейнард и его здоровье. Мальчику досталось столько испытаний, еще и этот дар…

Леди покачала головой. Вздохнула и на миг прикрыла глаза, пытаясь успокоиться.

— А твой брат только смеется и уповает на хваленую выдержку сына и его ответственность перед родом! Он думает, будто его наследник — бессмертный! Но даже самые лучшие ликвидаторы — люди, которые не могут постоянно обходиться без отдыха, к хорошему это не приведёт. Лейнарду нельзя возвращаться к рейдам!

От избытка чувств леди топнула ногой.

Она и сама не могла вспомнить, когда в последний раз ее так сильно накрывало эмоциями. Но одна мысль, что ее племяннику не дадут времени, чтобы освоиться с новым даром, и хоть немного отдохнуть от всех потрясений, приводила ее в бешенство.

— И его решение, ты слышал? Мы не будем настаивать на разбирательстве. Нам это невыгодно. Невыгодно!

— А здесь я поддержу его, — невозмутимо ответил ректор академии ХИЛТ. — В нынешней ситуации нам действительно выгодно спустить на тормозах тот факт, что Совет подсунул на ритуал хранителей уже получивших иллами.

— Они чуть не погубили всех! И клятва Лейна… Ее бы не было, если бы не эти двое, забравшие все силы у девочки!

— Руди, ты лучше меня знаешь, что повторный ритуал — нонсенс, никогда такого не было, чтобы хранителю с наследной силой давали дважды за год его провести.

— Это воля богини! Кто мы такие, чтобы с ней спорить? — возмутилась леди Рудана. — Тем более, она не просто первенец с наследной силой, ты видел новую метку!

— Воля богини — дать испытание Марине. Думаю, золотая метка — очередное испытание. — спокойно парировал лорд Арван. — Многие бы с удовольствием отправили бы леди Марину на перерождение, чем допустили бы успешность повторного ритуала. В конце концов, метка Айваны была только на ней и никого другого не касалась, кроме девочки она больше никому не сулила смерть.

Леди Рудана не сдержала силу, на миг покои заволокло туманом, разбушевавшейся магией лекарки.

— Это возмутительно! Род леди Марины — один из сильнейших в рейтинге! Мы нуждаемся в хранителях, с каждым годом ряды наших ликвидаторов становятся все меньше! А они вместо того, чтобы помочь свершиться справедливости и воли богини, ставят палки в колеса и рассуждают о том, как не допустить успеха!

— Счастье мое, ты ведь и сама все понимаешь. Если бы не покровительство нашего рода, Марине могли не дать его провести. Ты злишься на Мэнора, но именно его стараниями его провели не в самый последний момент, а ты прекрасно знаешь, в каком состоянии находится хранитель в последние дни, отпущенные богиней.

Леди Рудана это знала. Доводилось видеть. Хранители угасали, в прямом смысле этого слова, их магия исчезала, а физическое состояние хранителя нельзя было назвать нормой. Несчастные, кто не успевал выполнить волю Айваны, буквально за неделю умирали. Медленно и мучительно. И ее муж несомненно прав в том, что им значительно повезло, что Совет не настоял на проведении повторного ритуала в последние сутки, данные на выполнение воли богини.

— Перенос на праздничный, особый день, когда силы хранителей увеличиваются — заслуга Мэнора.

— А он тут причем? Это вы с Лейнардом делали все возможное, чтобы помочь Марине.

— Но только никто из нас на Совет не допущен. Я знаю, что Мэнор бывает невыносимым, холодным и безжалостным, однако он всегда будет защищать то, что ему дорого и никогда не позволит обидеть членов своего рода. Как бы там ни было, а Лейнард остается патроном леди Марины. А за своих брат будет биться до последнего.

— Именно! Так почему вы отступаете сейчас! Как удобно прикрыться тем, что в семнадцатом роду случились перестановки и волнения!

— Как интересно ты называешь предательство. — Лорд Арван стремительно подошел к жене и крепко обнял. — Мы оба знаем, что там, где можно получить наибольшую выгоду, Мэнор из шкуры вылезет, но получит ее и даже сверх того, но он не станет рисковать, если этот риск не оправдан. Леди Марина все еще не пришла в сознание, девочка восстанавливается очень медленно, а сам Лейнард вынужден тратить силы на то, чтобы не сойти с ума, а теперь скажи, Руди, есть ли у них время и силы на новое разбирательство? И есть ли гарантия, что это не навредит роду Марины?

Леди Рудана обмякла в руках мужа, позволяя тому себя держать.

— Я это понимаю, — выдохнула она, — как и то, что сейчас ни расследование не уместно, ни общение леди Марины с представителем Совета невозможно. Но я не могу спокойно реагировать на такие вопиющие нарушения и подставы. Виновные должны быть наказаны!

— И будут, Руди. — Уверенно ответил лорд Арван. — Мэнор мог потерять сына, ты правда считаешь, что он это проглотит? И это я уже молчу о самом Лейнарде, который узнав новости, лично перевернёт весь Тантерайт, но найдет тех, кто причастен к подлогу.

— А мы? — тихо спросила женщина.

— А мы в этом ему поможем. — Твердо сказал ректор. — Ты выходишь леди Марину, позаботишься о том, чтобы девочка не только пришла в себя, но не утратила свою магию. Этого будет достаточно. Позволь мужчинам решать все остальное, не трать силы на гнев, твоя забота и любовь — наилучшее лекарство.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Хитрый ты лис!

— Сладкая булочка, — нежно прошептал лорд Арван.

— Прыщавый лордишко, — не осталась в долгу леди Рудана и выдохнула.

Она вдруг поняла, что напряжение, столь долго сковывавшее ее тело, отпустило. Желание поколотить брата мужа полностью не исчезло, но перестало быть таким зудящим.

И пусть женщине все еще было обидно за высказывания главы рода, она помнила, что Мэнор несмотря на все свои отрицательные стороны и довольно неприглядные поступки, все же детей своих любил. Возможно, совсем не той любовью, которой владела сама леди Рудана, однако по-своему он их оберегал и заботился о них.

— Когда мы вернёмся в академию? — спросила леди Рудана и поморщилась, снова видеть первую леди рода Даррак у нее желания не было.

В общем-то даже не резкие замечания Мэнора вынудили женщину покинуть общество старшего сына, занимающего должность главного советника Мэнора, а глупые и жестокие выходки первой леди рода.

Она опять показательно дрессировала и унижала прислугу. И если Мэнор не обращал на это внимания, то леди Рудана едва сдерживалась, чтобы не сделать ей замечание.

Сегодня леди Рудане однозначно отказала выдержка.

Ей хватило двух замечаний леди Изельды относительно наказания Адарлейна, несправедливого и предвзятого отношения к чудеснейшему мальчику, чтобы практически сбежать в покои Ниты, так как сюда леди Изельда даже находясь в самом плохом расположении духа и с огромнейшим желанием поскандалить, старалась лишний раз не заходить. Несмотря на то, что леди Рудана по своей натуре была борцом, она желала избежать очередного конфликта.

Справедливости ради — это бывшие покои Ниты, которые теперь занимала она, когда гостила в замке. Вообще, в этих и смежных покоях, традиционно располагались глава рода и его жена, однако после смерти Ниты, а также новой женитьбы, Мэнор переехал в другое крыло.

Удивительного в том, что леди Рудана резко реагировала не было, последние месяцы выдались крайне тяжёлыми и напряженными. Дни, когда леди боролась за жизнь студентов, вымотали ее и морально, и физически. Часто она думала о том, что ей не хватит сил удержать Ашту и была очень благодарна коллегам — деканам факультета лекарского дела других академий. Их помощь была своевременной и очень нужной. Однако это не изменяло того факта, что и самой леди Рудане требовался отдых и время для того, чтобы восстановить душевную гармонию.

— Если ты не сильно устала, то через пару часов. Но если хочешь, можем остаться на ночь.

— Ты же знаешь, что я не люблю бывать здесь, — Рудана передернула плечами. —  Замок твоего брата слишком холоден для меня.

Ответить жене ректор не успел. Их уединение прервал радостный вопль:

— Мама! Папа! — в комнату ворвалась невысокая, худенькая девушка с пышной копной темных волос. — Я так и знала, что вы тут прячетесь!

Леди Виолия тер Даррак никак не могла устоять на месте. Она маленьким ураганом перемещалась по комнате, пока в итоге не оказалась близко к родителям, но при этом все время притопывала ножкой по полу. Просто стоять у нее не хватило терпения.

Леди Рудана глядя на возбужденную дочь нахмурилась.

— Мама, ты такая предсказуемая. Ты всегда бежишь в эти покои, если тебе что-то не нравится. — И усмехнувшись, девушка с надеждой посмотрела на отца. — Папа, мама опять с главой рода повздорила?

— Виолия, только не говори, что ты снова спорила на деньги! — возмутилась леди Рудана, уже предполагая, для чего ее младшенькое сокровище заявилось к родителям, когда вот уже две недели всячески их избегала.

— Мама, как я могла? На деньги, — фыркнула леди Виолия. — На деньги спорить — дурной тон.

— А на что не дурной? — усмехнулся ректор и сильнее прижал к себе жену, понимая, какую реакцию у той вызовет ответ дочери.

— На кристаллы мониара, конечно же!

— Ну-ка отпусти меня, — холодно потребовала леди Рудана, желая отшлепать свою младшенькую дочь.

И в кого она такая уродилась? Непоседливая, порой несдержанная с взрывным характером и абсолютной прямотой. Сколько труда вложено в ее воспитание, а толку чуть!

— Милая, не горячись.

— Что значит не горячись? Арван, твоя дочь занимается неподобающими леди вещами!

— Мама, ну рядом с вами я могу хоть ненадолго забыть об этикете?

— Ты постоянно о нем забываешь! Виолия, поклянись мне, что ты больше не станешь спорить ни на деньги, ни на кристаллы мониара!

— Папа, скажи маме, что она не права! Мне же тогда совсем скучно будет!

— Мне попросить архмастера тан Маррад увеличить тебе нагрузку? — сощурившись, практически шёпотом спросила леди Рудана.

— Да! — активно закивала головой младшенькая дочь. — Пусть в рейды почаще ставят! Три раза в год — маловато!

— Отпусти, — прохрипела леди Рудана, и ректор разжал объятья.

От того, чтобы не закатить глаза, он удержаться уже не мог. В такие моменты на ректора накатывала ностальгия.

Сразу вспоминалось их поместье, мальчишки, которые еще были детьми, а также его суровая леди, бегающая за сыном, а потом и племянником по саду в желании надрать уши непослушным чадушкам. Менялось время, а вот все остальное — нет. Проказливыми были все. От старшего сына до младшенькой дочери.

Самой спокойной оказалась средняя дочь — Ланория, но и она, всегда была не прочь устроить матери проверку на прочность ее нервов. Однако именно Виолия, которую они даже не планировали, их неожиданное счастье, казалось, собрала в себе все то, что так не любила супруга в других людях.

Рудана часто спрашивала то ли его, то ли себя о том, в кого их дочь уродилась, совершенно забыв о том, что от химеры котятки не рождаются. И Виолия, можно сказать, копия мамы.

Мужчина вздохнул и решил не вмешиваться в очередной виток воспитания, который, впрочем, пойдет для их любимицы не в прок.

Нельзя сказать, что их дочь была избалованным и злым ребёнком. Ее неуемную энергию в полной мере восполняли доброта и чувство справедливости к окружающим.

В очередной раз лорд Арван поймал себя на мысли, что она похожа на леди Марину. Или леди Марина на нее. У обеих завышен порог справедливости. Обе за тех, кого считают близкими — готовы совершить чуть ли не подвиг.

И вроде бы леди воспитаны в разных мирах, а их ход мышления очень похож. Виолия несмотря на то, что впитала этикет и традиции Тантерайта с молоком матери, часто отрицала все и не желала многому подчиняться.

Могла и в глаз заехать обидчику прямо посреди праздника или официального мероприятия, где собрался весь высший свет.

Виолия никогда не жаловалась. Даже в детском возрасте предпочитала самостоятельно решать свои проблемы или конфликты. А ведь она — представительница главной ветви первого рода. К ее услугам, как минимум, два старших брата: Авеар и кузен Лейн, которые за непоседливую леди, отомстят так, что мало никому не покажется.

Однако на этот счет у леди Виолии было свое мнение.

Родители только спустя время узнавали о том, что их дочь в который раз повздорила с очередным лордом. Удивительно, но с обидчиками своего пола, Виолия предпочитала действовать не с позиции силы. Хотя, казалось бы, ее вспыльчивая натура должна была брать верх и давать выход в физическом контакте. Но нет, к леди, посмевшей ее обидеть, Виолия применяла острый язык, с которого срывались ироничные, чаще язвительные и не менее обидные изречения.

— Мама, хватит, я поняла! — хохоча заявила леди Виолия. — Папа, спаси меня!

Леди шустро спряталась за отца и вцепилась в него мертвой хваткой.

— Мама, честное слово, ничего же страшного не случилось!

— А надо, чтоб случилось? — раскрасневшаяся леди Рудана стояла неподвижно и мрачно взирала на дочь. — С кем ты поспорила, и кому мы должны кристаллы?

— Не знаю должны ли, зависит от того, кто из вашей перебранки вышел победителем. — Живо отозвалась Виолия, и тут же охнула: магия леди Руданы несильно хлестнула девушку по ягодицам. — Мама, я все поняла, хватит!

— Уже лучше, — сложив руки на груди, ответила леди Рудана. — Итак?

— Если победителем вышел лорд Мэнрайд, то кристаллы должны нам.

— Когда это Мэнор оказывался победителем? — тут же вскинулась леди Рудана.

А ректор громко рассмеялся.

— Арван! — укоризненно позвала женщина. — Ничего смешного не вижу.

— Лоя, радость моя. Так сколько ты сегодня выиграла? — отсмеявшись, спросил лорд Арван, вытаскивая дочь из-за спины и крепко обнимая.

— Триста… Что? Я выиграла?

— Ах ты прыщавый лордишко, — прошипела леди Рудана.

— Не злись, моя радость, — тут же отозвался ректор, — но Лоя, это слишком много. Кто был твоим противником в споре?

— Мой сын! — ледяным тоном донеслось от двери.

На пороге, гордо вскинув голову, стояла леди Изельда.

Леди выглядела безупречно: черные волосы составляли сложную высокую прическу, каждый локон идеально уложен, а виски обвиты тяжелыми каменьями. Платье цвета индиго подчеркивало фигуру и, казалось, делало белоснежную кожу леди еще белее.

Издалека можно было принять женщину за мраморную статую, такой же красивой и холодной была внешность леди Изельды.  Даже в моменты гнева ее лицо оставалось бесстрастным, будто неживым.

Единственное, что выдало степень гнева первой леди рода, это ее появление. Точнее тот факт, что она ворвалась в покои, не утруждая себя хотя бы стуком в дверь, что обыкновенно леди считала высшим проявлением хамства.

— Добрый вечер, леди, — произнес ректор и насмешливо посмотрел на незваную гостью.

Вопреки статусу леди Изельды, никто из присутствующих в этих комнатах, не испытывал к ней ни симпатии, ни уважения. Им приходилось друг с другом считаться, не более.

— Чем обязаны вашему появлению? — леди Рудана и вовсе не скрывала презрения и того факта, что недовольна вторжением в их семейную идиллию. — Мы не ждали вас и совершенно не располагаем временем на светскую болтовню.

Несмотря на то, что леди легко могла найти общий язык практически с каждым человеком, с новой женой Мэнора отношения у нее не сложились. Когда-то давно она пыталась наладить хрупкий мост и разбить стену отчуждения, чувствуя свою вину за то, что смерть Ниты оказалась для нее слишком сильным потрясением и она не смогла с улыбкой встретить новую жену главы рода, которая, по ее мнению, появилась слишком быстро.

Однако спустя время поняла, что той вовсе не нужны были дружеские отношения и симпатии. Леди Изельде доставляло удовольствие повелевать окружающими, дружить та не умела вовсе. А еще находила какое-то странное наслаждение в том, чтобы унижать тех, кто находился в ее власти. Этого принять леди Рудана уже не могла.

Часто леди Рудана мысленно называла Изельду отмороженной рыбой с короной на голове. Женщина не терпела ни высокомерия, ни постоянного указания на статус, который занимала леди Изельда. Первая леди рода искренне полагала, что если часто напоминать о своём статусе, ее будут все уважать и беспрекословно слушаться. Однако, это срабатывало лишь с прислугой.

— Нет времени на светскую болтовню? — царственно шагнув в комнату, протянула леди Изельда. — Смею напомнить, что вы гости в моем доме, и, если я посчитаю нужным поговорить с вами, значит я это сделаю в любой момент времени.

— Леди, не стоит забывать, что я родился в этом замке. И называть меня гостем — оскорбление. — Ректор улыбался, но эта улыбка могла обмануть только студента, но никак не его семью. — И у нас действительно нет времени выслушивать вашу очередную блажь.

— Блажь? — Леди Изельда как обычно сделал вид, что не услышала справедливого упрека. — Ваша дочь дурно воспитана, и я не желаю ее более видеть в замке. Я терпела ее выходки из уважения к вам, лорд Арван, но леди Виолия перешла все границы дозволенного.

Насладившись эффектом от собственной речи, леди Изельда изогнула губы в подобии улыбки и добавила:

— Азартные споры и игры, часто приводящие к травмам окружающих. Я требую, чтобы вы ушли немедленно, а леди Виолия отныне не приглашена ни на один светский раут. Я, как первая леди великих родов, более не желаю краснеть за ее отвратительное поведение и становиться частью позора, который является вечным спутником данной леди.

— Дорогой, — мягким, обманчиво спокойным тоном позвала леди Рудана. — Будь добр, оставь нас с леди Изельдой наедине. Лоя, детка, ты сейчас сходишь с папой и заберешь свой выигрыш у Дарика.

— Не смейте называть моего сына этой кличкой! — потребовала леди Изельда. — Его благородное имя — Адарлейн! И я…

— Лоя, ты меня слышала? — игнорируя гнев собеседницы и не дав той договорить, произнесла леди Рудана. — Я лично пересчитаю кристаллы.

— Да, мама, — едва сдерживая гнев, ответила леди Виолия. — Пойдем, пап. Пожалуйста.

— Арван, пожалуйста, — присоединилась к дочери леди Рудана, видя, что тот едва сдерживается, подошла к мужу и прошептала. — Ты просил оставить за мужчинами серьезные проблемы и их решения, так оставь решать мелкие семейные неурядицы женщинам. Ты же видишь, леди нашла повод, чтобы вернуть любезность.

Ректор широко улыбнулся. Никто и не сомневался, что леди Изельде захочется укусить их детей после того, как ее собственный сын был унижен в академии и отстранён от учебы. Вот только в академии ректор — царь и бог, его приказы не оспариваются, а вмешаться в методы его воспитания не может не то, что первая леди великого рода, сам Совет бессилен.

— Я скоро вернусь, — пообещал он и не удостоив леди Изельду и взглядом, широким шагом вышел из комнаты.

Леди Виолия едва за ним поспевала.

— Мне не о чем с тобой говорить, — прошипела леди Изельда, отойдя от очередного оскорбления, нанесенного ей братом мужа. — Я пришла к лорду Арвану, как к главе вашей семьи. Ты меня совершенно не интересуешь, леди третьего рода.

Леди попыталась круто развернуться, однако у нее ничего не вышло. Плотная стена тумана встала на ее пути.

Леди Рудана больше сдерживаться не могла. Видят боги, она сделала все, чтобы избежать безобразного конфликта, однако, когда ее мужа и ее ребёнка оскорбляют, промолчать и уж тем более проглотить оскорбление, оказалось выше ее сил.

— Зато мне есть, что тебе сказать, и ты меня выслушаешь, Блубка! [1]

— Не смей меня так называть!

— Ты за столько лет выучила лишь эти слова? — Насмешливо отозвалась леди Рудана и передразнила. — Я первая леди! Не смей…

Полюбовавшись перекошенным лицом собеседницы, леди Рудана покачала головой.

— Блубка, это уже даже не веселит. Выглядит жалко.

— Не смей со мной так разговаривать, — яростно потребовала леди Изельда, маска холодного пренебрежения слетела с ее лица. — Кем ты себя возомнила? Хочешь, чтобы не только дочь, но и твоего сына отлучили от главного поместья?

— И ты еще у меня спрашиваешь, что я возомнила? Задай этот вопрос себе. — голос леди Руданы дрожал. — С каких пор ты решаешь, появляться ли главному советнику главы рода в поместье или нет?

— Адарлейн станет замечательным советником отцу! Ему нужно лишь доучиться…

— Ему очень многое нужно, — покивала леди Рудана, — и учеба здесь даже не на первом месте. Но это ерунда, рыбка ты моя безобразная, мои дети — часть семьи, в то время как ты, лишь временная жена — данно полностью ты выполнить не сумела и твое нахождение в главном поместье, да и в семье под большим вопросом. Не тебе решать, кто будет жить в родовом замке, а кто нет. Как думаешь, что будет если Мэнор узнает, что ты назвала Арвана гостем в его же доме?

Леди Изельда пошла красными безобразными пятнами, к тому же от ярости и гнева она надула щеки, словно пыталась набрать побольше воздуха. Но ни слова не вымолвила, женщина прекрасно сознавала, что была не права, однако признавать это вслух не собиралась. Погорячилась в желании сделать как можно больнее тем, кто, по ее мнению, принижал достоинства сына.

— Или забыла, Изельда, сколько осталось времени до рассмотрения расторжения барка? Так я тебе, мразь зарвавшаяся, напомню — чуть больше года.

Атмосфера в комнате накалилась, магия заискрилась, но обе женщины пока еще держали себя в руках, сдерживая свой дар.

— Я родила сына, насле…— леди Изельда под ироничным взглядом осеклась.

— Насле… чего? Продолжай. Наследника? — леди Рудана широко улыбнулась. — Все никак не можешь смириться с тем, что ты лишь вторая? Так это твои проблемы, Изельда, не впутывай сюда детей.

— Это ты, и все вы не даете забыть первую жену. Из-за вас не выходит ее заменить! — выпалила леди Изельда, подразумевая близких родственников мужа.

Ей так хотелось властвовать единолично, но мнение старшего брата и его жены, для Мэнора всегда было важнее, что бесконечно злило леди.

— Тебя никто не просил быть заменой Ните, — парировала леди Рудана. — За столько лет тебе не пришло в голову, что с мёртвыми невозможно соперничать? Если нет, так вот, я озвучила простую истину, пожалуйста, пользуйся. Детям нужна была мать, семья, крепкая и дружная, а не ненависть, которой ты отравила собственного сына!

— Я не обязана быть матерью чужому ребенку! — Леди Изельда скривилась, ее затошнило только от одной мысли, что если бы Мэнор не решил отправить старшего отпрыска на воспитание брату, то это пришлось бы делать ей. Видеть его каждый день было выше ее сил, ей пришлось нелегко, когда мальчишка вернулся в замок.  — И не обязана его любить, и Адарлейну эта любовь ни к чему!

— Не тебе решать, кого должен любить Дарик, а кого нет!

— Магия все расставит по местам, Адарлейн станет новым главой! Боги мне обещали!

— Боги, — эхом повторила декан тан Даррак с усилием заглушая в себе ярость. Известие о том, что боги что-то пообещали Изельде, ее удивило.  — Тебе обещали. Вот так взяли и сказали, что Адарлейн станет главой рода?

— Не твоего ума дело!

— Магия выбрала Лейнарда, он же провел первый ритуал. Смена магии возможна только при достижении наследника совершеннолетия или же его смерти. Первое уже свершилось, так ты, Блубка, выходит, пророчишь Лейнарду смерть?

Голос леди Руданы сорвался на крик. Она была готова разорвать голыми руками ту, которая желала смерти племяннику.

— Я приказала не называть меня так! — крикнула леди Изельда и перешла в частичное слияние.

Черный туман наполовину скрыл женщину от взгляда ее собеседницы, однако как затроилась голова леди Изельды, леди Рудана видела отлично.

Ничего удивительно, ведь второй род являлся хранителями церберов — трехглавых, огромных псов, которые могли использовать элементы стихий. Причем у каждого цербера она своя.

Леди Изельда могла пользоваться стихией воды. Однако, когда она прибегала к ней, ее всюду сопровождали запах смрада и тухлятины.

Во время учебы леди в Академии ХИЛТ многие хранители пытались понять от чего так происходит, но однозначного ответа так и не нашли.

— Дай мне повод, рыбка вонючая, — едва слышно произнесла леди Рудана, наблюдая за беснующейся по комнате магией леди Изельды. — Дай только повод…

Леди Рудана всматривалась в собеседницу, надеясь, что та атакует магией. Ведь если она сделает хоть один выпад, у леди Руданы появится законное основание ударить в ответ. И при разбирательстве все будут на ее стороне.

— Не лезь в нашу семью, — прорычала леди Изельда. — Да, я не исполнила данно — не родила двух детей. Счастлива наверно, что у меня и шанса нет это исправить? Ведь твоими стараниями муж не делит со мной ложе!

— Моими? — леди Рудана рассмеялась. — А не ты ли носом крутила после рождения Дарика и не желала близости с мужем? Забыла, как просила меня лгать Мэнору, что тебе близость противопоказана еще минимум десять лет?

Откровенно говоря, леди Рудана не пошла на эту ложь. Восстанавливалась леди Изельда медленно, но дольше года воздерживаться от этой стороны жизни, не имело смысла. Близость с мужем ей бы никак не навредила. Впрочем, судя по тому, что дальше происходило, леди нашла другой аргумент для воздержания.

— И теперь недовольна? Мне что же, нужно тебя к кровати привязывать, а потом Мэнора на веревочке приводить? Или тебя устроит ситуация наоборот?

— Меня не устраивают любовницы, и это ты, ты познакомила его с ними!

Леди Рудана отрицать ничего не стала, наоборот, еще шире улыбнулась. Она действительно познакомила Мэнора с двумя очаровательными леди.

Но в тот момент у нее и мысли не было, что он обеих сделает своими любовницами. Леди нуждались в помощи. Собственно, они ее получили, и не только ее. Ни одна из подруг на новое положение не жаловалась.

— Мэнор здоровый, красивый мужчина, неудивительно, что он нашел отличную замену своей отмороженной жене, наши законы не запрещают мужу иметь любовниц. — Леди Рудана говорила спокойно, но сама думала о том, что если ее Арван попробует найти кого-то еще, ходить ему не только прыщавым лордишком, но еще и кастрированным. Это она ему устроит, невзирая на все законы. — Тем более, вашему браку осталось недолго, оно и к лучшему. Большего позора чем ты, эта семья не видела.

Леди Рудана специально говорила обидные вещи, надеясь, что Изельда все же сорвется. Ей уже давно и слишком нестерпимо хотелось выпустит пар посредством пары оплеух. И леди Рудана очень жалела, что дуэли вне академий — запрещены.

— Что здесь происходит? Мама, тетя?

[1] Блубка — глубоководная рыба, с огромной головой и каплеобразной формой тела. Аналог земной рыбы-капли. Сбоку рыба выглядит почти обычно, но на лицо она просто уникальна. Ее лицо напоминает человеческое с обрюзгшими щеками, недовольным грустным ртом и приплюснутым носом.

Глава пятая

Адарлейн ворвался в комнату и закрыл собой мать. Это был скорее не защитный жест, а желание скрыть от тети состояние первой леди.

Ее внешний вид, и частичное слияние — недопустимы, а еще отличный повод подать жалобу отцу, а там и до Совета может дойти, что в свою очередь послужит отличным предлогом для скорейшего рассмотрения расторжения брака родителей.

Лорд хорошо понимал, что место его матери хотят занять слишком многие, и совершенно не желал дать повод для появления новой жены главы рода, а следовательно, и мачехи для него. Он едва терпел любовниц отца, хотя сам планировал иметь не меньше пяти, когда женится. У него и сейчас любовницы менялись каждый месяц, леди быстро наскучивали Адарлейну.

Учитывая хрупкое положение его матери в семье, любая ошибка, допущенная ею — ляжет позором и на его плечи. Чего допускать категорично нельзя.

Его положение в семье и так было шатким, он устал слышать от всех, что является бледной копией наследника, в котором течет испорченная кровь избалованной и высокомерной Изельды.

Вторая жена по сравнению с первой, леди Нитариной, оказалась бесчувственной и совершенно равнодушной к своим людям. И пусть в лицо подобное ему мог сказать только отец, за спиной шептались многие, не только слуги, но и представители других родов.

То, что его мать никто не любил, вызывало в нем множество чувств. Сначала он воспринимал такое положение дел, как неприкрытую зависть, да и мама частенько ему так и говорила. А потому в детстве он кидался на обидчика с кулаками.

С возрастом он стал действовать тоньше, предпочитая мстить через детей тех, кто осмеливался высказываться нелицеприятно в его адрес, а также в адрес его матери.

Никто не смел косо смотреть и плохо думать о первой леди великого рода Даррак, даже если она прикажет запороть на конюшне хоть тысячу подвластных ее воле людей.

Леди Изельда по праву своего статуса имела куда больше привилегий, а значит все без исключения обязаны были ей преклоняться. Однако так считали не все члены его семьи и с этим приходилось мириться.

Будь он наследником и не позволил бы никому судить свою мать. Однако он лишь второй и ему не оставалось ничего, кроме как подчиняться отцу и дяде. Последний несмотря на то, что утратил право наследования рода, имел не меньшее влияния на дела семьи. Что раздражало Адарлейна куда больше, чем положение, занимаемое его дядей в академии.

— Что здесь происходит? — снова спросил он, глядя на леди Рудану, а затем обернулся к матери. — Мама, частичное слияние в доме недопустимо.

— Сынок, не стоит вмешиваться. Я держу магию под контролем. А с твоей тетей мы разберемся самостоятельно. — Непреклонно произнесла леди Изельда. — Я тебе уже говорила, выскочек нужно ставить на место.

Адарлейн усмехнулся, соглашаясь с тем, что да, стоит.

— Леди Рудана и ее дочь слишком загостились в нашем доме и им пора его покинуть. Я всего лишь предупредила леди Рудану о том, что ее дочь нежеланное лицо в замке. А также, что на светских раутах нашей семьи леди Виолии делать нечего. Как видишь, твоя тетя не согласна с моим решением.

Леди Изельда почувствовав поддержу сына, осмелела, однако совершенно не ожидала того, что произошло дальше.

— Тетя, я прошу прощения, — снова глядя на леди Рудану произнес Адарлейн. Его красивое лицо побледнело и пошло пятнами. — Мне жаль, что мама позволила подобную бестактность по отношению к вам и сестре. Лоя, как и вы, несомненно, важная часть нашей семьи и ни в коей мере не являетесь гостями замка, чтобы вас отлучать от дома. Наоборот, очень жаль, что вы так редко бываете здесь.

— Адарлейн!

— Мама, помолчи! — рыкнул мужчина и сжал кулаки. — А лучше принеси свои извинения.

— Что?!

Сейчас ему хотелось провалиться сквозь землю. Он хорошо понимал, что послужило причиной такого проявления гнева его матери по отношению к кузине и леди Рудане.

И лорд был с ней совершенно не согласен. То, что он поспорил с леди Виолией, касается лишь их двоих. Как и то, что он считает долгом чести расплатиться с ней в случае своего проигрыша. И он точно уверен, что леди Виолия поступит точно также, если не одержит победу в споре.

А что до леди Руданы, то факт того, что обе подруги его тети стали любовницами отца, лишь стечение обстоятельств. Случайное совпадение, а не злой умысел. Уж он-то это понимал куда лучше матери, привыкшей видеть в лорде Арване и его жене угрозу своему положению.

Адарлейн знал наверняка, что его тетя была слишком открытой и импульсивной личностью, чтобы действовать из-под тишка.

И очень наделся, что дядя не слышал этого заявления его матери, потому что дойди эта информация до отца, и мать вышвырнут из замка сегодня же, невзирая на то, что фактически она еще является женой.

Нужно ли говорить как это событие отразится на нем? Еще один повод думать о нем, как о паршивой овце великого семейства.

— Не стоит беспокоиться, Дарик, ни я, ни Арван не расскажем Мэнору о том, что случилось в этих покоях, — мягко произнесла леди Рудана, хорошо понимая, что вызвало такие перемены в лице племянника и невольно пожалела несносного мальчишку, когда он побледнел ещё больше после ее слов. — Мы обе вспылили и погорячились. Триста кристаллов мониара действительно не шутка. Но ты отдашь Лое ее выигрыш, ведь в нашем споре с главой рода, Мэнрайд одержал верх.

Леди Изельда скривились, Адарлейн облегченно выдохнул и подумал о том, что будь на месте тетушки его мать и та не стала бы щадить чужие чувства, немедленно бы доложила об оскорбление отцу и с удовольствием наблюдала за тем, как обидчика вышвыривают из замка и жизни семьи.

Адарлейн, как и его мать, считал подобное проявление — слабостью, мягкотелостью тети и дяди, которые то ли слишком любят его отца и не желают его тревожить, то ли попросту не хотят создавать дополнительные проблемы роду. Слабостью, которой он в полной мере пользовался.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Вот и сейчас Адарлейн просияв улыбкой, чуть поклонился леди Рудане.

— Благодарю, тетушка, непременно отдам, сегодня же.

— И пообещаешь мне, что больше не станешь спорить на кристаллы мониара, — строго потребовала она.

— С чего вдруг мой сын должен тебе что-то обещать? — леди Изельда не сдержалась, ей было противно от мысли, что ее сын лебезит перед старухой, ниже их по положению.

В сознании леди Изельды, что леди Рудана, что лорд Арван были досадной помехой семьи, которым давно стоило уйти на покой. Лорд Арван — старший сын, утративший наследную силу рода в год проведения первого ритуала обретения иллами, и его жена, которая слишком долго не могла подарить ему детей.

И она еще смеет говорить ей о том, что большего позора первый род не видел? А как насчёт того, что наследная сила рода покинула лорда Арвана в его совершеннолетие? И первый род был вынужден ждать еще двадцать лет прежде, чем появились новые хранители? Да и наследников первой ветви слишком уж долго не было. Отчасти, потому что Мэнрайд женился поздно, но основная вина лежит именно на этой парочке: ректора и декана факультета лекарского дела Академии ХИЛТ.

Леди Изельда в отличие от той же леди Руданы понесла после первой же ночи со своим мужем, ей семидесяти лет на это не понадобилось.

— Мама, — предупреждающе протянул Адарлейн, однако леди не вняла.

— Мой сын не подчиняется тебе, только не в стенах собственного дома. Следи за своей дочерью и воспитывай ее, раз уж в детстве не сумела привить Виолии подобающие леди знания. Ты не имеешь права ничего от него требовать, Рудана.

— Зато я могу.

Леди Рудана перевела взгляд на вход и вскользь подумала о том, что ее покои стали проходным двором. Но эта мысль быстро покинула ее, сменившись беспокойством о старшем племяннике. Лейнард был необыкновенно бледен и мрачен.

— Леди Изельда, принесите свои извинения леди Рудане, немедленно. И покиньте ее покои. — Потребовал Лейнард таким тоном, от которого леди Изельда невольно поежилась. Слишком уж он напомнил ей тон мужа, когда тот ставил ее в известность касательно своих планов на ее будущее. — Адарлейн, задержись.

Комнату накрыла тишина. Леди Изельда боролась с собой, понимая, что все равно проиграла, но слова все никак не желали слетать с ее уст.

— Ты еще не глава, чтобы приказывать первой леди рода Даррак. — Адарлейн повернулся к Лейнарду. — Не смей так разговаривать с моей матерью.

Леди Рудана вздохнула, понимая, что конфликт начал набирать новые обороты.

И если появление Адарлейна сгладило некоторые углы и помогло лично ей взять себя в руки и отчасти успокоиться, то сейчас с приходом Лейнарда успокоение потребуется именно Адарлейну. И скорее всего, леди Изельда постарается подлить масла в огонь.

Другого от нее ожидать просто не стоит, за столько лет она слишком привыкла стравливать двух братьев по малейшему поводу и наблюдать со стороны к чему это приведёт.

— Ты видишь, милый мой? — трагичным шепотом просила леди Изельда. —  Я ведь тебе говорила, что он дурно со мной обращается. Твой отец не поверил мне, а я…

—  Наконец извинишься передо мной. Поблагодаришь и выйдешь вон, — жестко сказала леди Рудана и не дав открыть леди Изельде рта, пригрозила. — В противном случае цель твоего визита станет известна Мэнору. Дарик, будь добр помолчать, если не хочешь, чтобы Лейнард действительно вспомнил о своем статусе.

— Прошу прощения, — спустя пару секунд выпалила леди Изельда и резво повернулась, так, что юбка ее платья хлестнула Адарлейна по ногам.

Он ближе всего стоял к матери, и лучше всех ощутил степень ее недовольства.

— Мы поговорим с вами позже, — когда леди Изельда поравнялась с Лейнардом, произнес он. — И я запрещаю вам приближаться к моей невесте.

— Неслыханно, — выпалила леди Изельда. — Я, как первая леди рода Даррак, обязана помочь леди Аэлье…

— Ваша помощь не требуется, ее результат мы наблюдали в академии. — Выгнув брови дугой, иронично заметил Лейнард. — Должен признать, что нас впечатлили ваши усилия и огорчили. Отец согласен со мной, с этого момента вам запрещены любые контакты с леди Аэльей Розмари тер Глоуддак. Вы услышали меня?

— Д-да, — чуть дрогнувшим голос ответила леди Изельда.

— Превосходно, вы свободны.

— Лейн! — Адарлейн кинулся старшему брату. — Ты не имеешь права так оскорблять мою мать!

— А как имею? — усмехнулся Лейнард и закрыл перед носом леди Изельды дверь.

Та как раз шагнула за порог, но услышав восклик сына, обернулась, желая вернуться, такого шанса ей не предоставили.

— Когда ты уже повзрослеешь? Ты правда считал, что ваши манипуляции останутся вне поле моего зрения?

Адарлейн застыл в шаге от брата и сжал кулаки. Первый порыв кинуться в драку сошел, хотя на мгновение, он уже видел себя победителем, ведь наследник не в лучшей форме.

— Мелочно, Адарлейн, мстить через беззащитную леди. Ты хоть на мгновение задумывался о том, на какую участь ее подстрекаешь?

— О чем ты? — леди Рудана вышла вперед. — Лейн, что сделал Дарик?

— Ничего я не сделал, — с вызовом ответил Адарлейн.

— Если считать за сделал — конечную цель твоего плана, то да, я с тобой соглашусь. Однако у нас различные понятия сложившейся ситуации и морального облика как твоего, так и леди Изельды. Тетушка, вы не оставите нас наедине?

— Лейн, я бы хотела знать, что происходит.

— Вы не останетесь в неведении, ведь именно вам придётся лечить разбитое сердце одной слишком впечатлительной и доверчивой особы.

***

Лейнард тан Даррак

— Ты пугаешь меня, — выдохнула тетушка. — Лейн.

— Прости, — это все, что я мог сказать.

— Хорошо, — вынужденно кивнула тетушка и прошла в свою спальню, оставляя нас с братом в гостиной.

Я тут же призвал магию, отрезая меня и Адарлейна от окружающей обстановки. Никто не услышит и не увидит то, что сейчас между нами произойдет.

Видят боги, но я едва сдерживаюсь, чтобы не прибить щенка.

С каким наслаждением я впечатал кулак в лицо попытавшегося уклониться брата. От удара он упал. Я ждал, что встанет, вскочит и полезет в драку, но тот благоразумно остался на месте. Лишь вскинул голову, ухмыляясь. Щенок!

— Я не спрашиваю о том, что тобой двигало, когда ты практически подписал приговор леди Аэлье. Ты ни о ком кроме себя и мести мне не думал.

— Приговор?

— Ее соблазнение — это приговор. Ты дважды идиот, если считал, что, переспав с ней, родственная со мной магия не даст определить, кто стал ее первым мужчиной. Древняя клятва, Адарлейн!

Судя по исказившемуся лицу Адарлейна, он действительно полагал, что наше родство скроет факт его участия в соблазнении. Идиот!

— Но убить я тебя хочу вовсе не из-за своей невесты. В конце концов, это мое упущение, я знал, что в моей семье есть две ядовитые змеи, которые не упустят шанса укусить. Понадеялся на чудо.

— Убить? — кажется брат впервые испугался по-настоящему.

— Радуйся, что я дал слово отцу, что не сделаю этого. Однако не жди, что на этом, — я указал на его разбитые губы, — все кончится. Вставай, мразь!

Этого оскорбления достоинство брата не выдержало. Он резко поднялся и попытался ударить. В каком бы плачевном состоянии я не находился, но я никогда не позволю, чтобы он одержал верх.

Адарлейн снова растянулся на полу. Бить лежачего мне не позволяла собственная гордость.

— Поднимайся, а заодно расскажи мне, за что ты мстишь Лое.

Мысль о том, что Лоя была обманута Адарлейном и практически подложена под Ксара, бесила. Я едва сдерживал желание убивать, магия вырывалась едким туманом, вторя моей ярости, что в итоге удерживать защиту над ментальным даром становилось труднее.

Я не был готов к такому воспоминанию сестры, когда столкнулся с ней и дядей в комнате Адарлейна. Скажу откровенно, я был потрясён и разозлен. Даже тот факт, что леди Изельда взращивала в моей невесте влюбленность к брату, так не разъярила меня, как то, что кузине разбили сердце.

В конце концов, еще при первом знакомстве с леди Аэльей, когда она приняла Адарлейна за наследника рода Даррак и восхищённо взирая на него, заявила, что представляла себе жениха именно так, я уже понял, что леди Аэлья Розмари тер Глоуддак отдала свои симпатии и они вполне могут окрепнуть без каких-либо усилий с любой из сторон. Первое чувство или лечится временем, или навсегда остается в сердце.

И не стану лукавить, в какой-то мере мне это было на руку. Ведь по-настоящему жениться на леди я не планировал, ее вспыхнувшие чувства к брату могли стать тем самым фактором, который помог бы отсрочить свадьбу. Хотя поначалу и был очарован ее внешностью.

Не знаю на что рассчитывала леди Изельда, но намерения Адарлейна были прозрачны — он желал унизить меня, в очередной раз напрочь забыв о том, каким образом это отразится на орудие его мести — жизни самой леди.

В то, что он сам был в нее влюблен, я не верил. К сожалению, младший брат любил только одну персону — свою собственную, и пока, мне неизвестно что должно случиться, чтобы он наконец распахнул глаза и увидел еще кого-нибудь помимо себя. И главное то, как им манипулирует собственная мать.

Мой запрет приближаться к леди Аэлье вполне понятен и очевиден, леди успела нахвататься не самых приятных качеств от мачехи, что в полной мере продемонстрировала в академии и в отношении к окружающим ее людям. Практически полная копия леди Изельды.

А еще она могла поддаться уговорам мерзавца и совершить самую большую ошибку в своей жизни. Раздели она с ним ложе, и даже я не смогу ничем помочь. Леди убьет ее же род и помешать в этом никто не сможет. Как и скрыть физиологические изменения, а также магию того, кто лишил леди невинности.

Но, к сожалению, после помолвки я отсутствовал в поместье, а появился лишь после знакомства с леди Мариной, и не мог проследить за тем, чем именно занимается первая леди рода Даррак и чему учит мою же невесту. Мне казалось, что леди Изельде должно было хватить ума не демонстрировать свою паршивую натуру и уж тем более пытаться как-то навредить гостье нашего замка. Не хватило.

На миг прикрыл глаза, пытаясь как-то структурировать мысли, я все еще находился под властью чувств, открывшегося чужого воспоминания.

— Я не понимаю о чем ты! — Адарлейн вскочил и я снова нанес удар.

Не понимает он. Забыл наверняка. Так я сейчас помогу вспомнить.

Лоя однозначно была влюблена. Безответно. И давно. В-принципе, ее знакомство с Ксаром неудивительно, все же Авеар входил в его команду. Как и ее доверие ему.

А в день, когда Адарлейн привел ее на закрытую вечеринку, обозначив своей невестой, напоил так, что она едва соображала и бросил без присмотра, чем воспользовался ловелас Ксар, Лоя воспользовалась даром химер — способностью полностью менять свою внешность. Она единственная из детей дяди, кто стал хранителем не иллами феникса, а химеры, как и ее мама.

Потому Ксар просто не мог узнать в девушке, которую привел Адарлейн, младшую сестру товарища и друга. Вряд ли бы Ксар посмел сделать что-либо в отношении сестры Авеара, прекрасно сознавая, что за этим последует.

Лоя не открыла своего настоящего лица. В противном случае, вряд ли бы у них дошло до поцелуев и обнажения.

Невольно сжал кулаки и попытался дышать ровно. Как он вообще посмел?!

И только тот факт, что Ксар не воспользовался ситуацией и не обесчестил сестру, удержали меня от того, чтобы немедленно не отправиться к нему и не вызывать на дуэль.

И плевать, что за пределами академии они запрещены. Как и плевать на то, что он не знал, кто именно скрывается за внешностью короткостриженой брюнетки.

— Три с половиной года назад ты привел Лою на закрытую вечеринку, представив ее своей невестой и напоил до беспамятства. А затем бросил на растерзание Ксару, который, как ты прекрасно знаешь, испытывает удовольствие в соблазнении чужих женщин! Я хочу знать, что послужило причиной твоего поступка. И лучше не лги, Адарлейн, иначе я переломаю каждую косточку в твоем теле.

Конечно, Ксару не составило труда определить неопытность «невесты» Адарлейна, и он в отличие от моего идиота брата, прекрасно сознавал чем это грозит самой леди. Вот почему он в итоге выставил Лою, и той повезло, что никто другой на нее не позарился и она без приключений добралась домой! Вот только ее сердце навсегда оказалось разбитым. И несбывшейся мечтой о муже в лице лорда Дитмара Лексара тан Скарлерр, и горечью от своего поведения и чуть не случившегося позора. Соображала Лоя тогда слишком плохо от выпитого.

— Да! Я соблазнял леди Аэлью, — яростно выдохнул Адарлейн и вскочил. — Да, хотел насолить тебе, хотя леди оказалась куда благоразумней, чем я ожидал. И да, я был уверен, что родственная магия поможет мне выйти сухим из воды!

Брат сжал кулаки и шагнул вплотную ко мне и сорвался на крик.

— Но я никогда не поступил бы так с Лоей! Я ушел с ней! Ксара вообще не должно было быть там. Он пришел позже! Поэтому я ушел раньше, чем планировал и с Лоей! Я ни за что бы не оставил ее в том состоянии одну!

Этот спич потряс меня. Но еще больше изумил тот факт, что Адарлейн искренне верил в то, что говорил. По его подбородку текла кровь из разбитого носа, а сам он трясся то ли от ярости, то ли от возмущения.

Мой дар не так хорош? Он показывает выдумку, а не реальные воспоминания? Я запутался и замер, уставившись на младшего брата.

— Можешь не верить, да ты и никогда мне не верил, но Лоя и Лана — неприкосновенны! И если Ксар тронул Лою, то я вызову его на дуэль!

— Иди сюда, — выдохнул я и вцепился в Адарлейна.

Действовал скорее бессознательно, чем осознанно. Наверно, не находись я в таких растрепанных чувствах, то вряд ли решился на подобное.

Но в этот раз во мне бурлило так много всего: злость на брата, злость на глупость Лои и на то, что она такая скрытная, а ведь мы ее семья, ее защита, опора, и раз лорд ей так нравится, я бы нашел способ, чтобы Ксар сделал ее своей женой…

В конце концов сейчас это сделать еще проще, жеребьевку провели раньше времени, и нам всем все равно предстоит выбрать невест и женихов среди хранителей с противоположным даром!

Защита слетела с меня и новый дар жадно заглотил свою жертву.

Вот только мне не нужны были случайные воспоминания. Я хотел видеть ровно тот день три с половиной года назад. Понять, почему Адарлейн так уверен в том, что ушел вместе с Лоей, хотя в воспоминаниях самой Лои, она добиралась в замок самостоятельно, сначала в карете, потом воспользовавшись родовым порталом.

Воспоминания Адарлейна хлынули потоком. Однако в этот раз я был злее, сосредоточеннее, я легко перебирал их, как будто нанизывал бусинки на нитку.

Вот его память щедро делится первым поцелуем с леди Аэльей, который случился спустя неделю после нашей с ней помолвки. Я был в отъезде, а мой брат развлекал мою же невесту. Ну как мог, так и развлекал. В саду под вишнями.

И в его чувствах ничего, кроме торжества нет. Ни вкуса поцелуя, ни искреннего желания его продолжить. Только факт того, что он сумел опередить меня. Момент, в котором он первый! Он, а не я.

Идиот. Какой же Адарлейн еще ребенок! Недалеко ушел от леди Аэльи Розмари тер Глоуддак.

Я отмахнулся от видения, не испытав ни ревности, ни сожаления. Вот если бы на месте Аэльи была Марина… Эта мысль, чуть не взорвала меня, и я едва не потерял концентрацию. Нет, такого не могло случиться. Марина бы не позволила себя коснуться тому, кто ее недостоин. Она скорее в глаз бы ему заехала, попробуй Адарлейн полезть к ней с поцелуями.

Я усмехнулся, продолжив перебирать воспоминания. Встречи с подхалимами, вот и подстрекательство леди Зижар и других восторженных леди, чтобы спровоцировать леди Марину.

Мне пришлось хорошенько постараться, чтобы отстраниться от происходящего и все же найти нужное мне воспоминание. Потому что желание избить брата поднялось новой волной, более жгучей и яростней.

Вот оно!

Я наблюдал за тем, как Лоя и Адарлейн собираются на вечеринку. Леди справедливо отметила, что если о вылазке узнают родители, то влетит и ей, и Адарлейну.

После этих слов оба закатили глаза и рассмеялись. Надо же какое единодушие.

Они шутили и кривлялись, перебирали варианты для внешности Лои, стоя у зеркала. И выглядели довольно счастливыми.

Я не удивлялся порой едким замечаниям Лои при выборе прототипа для нового облика, сестра порой была очень категорична и в то же время проницательна. Она не становилась в прямом смысле двойником того, о ком думала, но ее собственные черты лица подстраивались под выбранного человека.

«— Твоей невестой не может быть кроткая овечка, — заявила Лоя, — знаю я одну стерву…»

И вот он, образ, в котором в итоге Лоя отправилась на вечеринку: волосы, едва закрывающие уши, глаза чуть уже, чуть длиннее нос и крупнее рот.

Сестра еще покривлялась у зеркала, рассмешив брата и вытолкала его из комнаты, желая сменить одежду. Воспоминание поблекло, чтобы тут же переключиться на новый виток — их появление на вечеринке.

Наверно, мне еще не доводилось видеть брата таким. Человечным что ли? Трогательным? Заботливым? И ладно видеть. Но я ощущал его эмоции и в них не было ничего негативного: теплота, даже нежность по отношению к сестре, желание защищать, гордость…

Нет. Адарлейн не мог навредить Лое. Намеренно не мог.

Глава шестая

— Что с тобой? — надо мной нависал Адарлейн. — Лейнард, если ты не ответишь, я позову отца!

Ну правильно, кто еще сможет пробить брешь в моей защите.

Как-то не так я представлял себе окончание просмотра чужих воспоминаний. Я даже не уловил момент, когда силы меня покинули и я распластался на полу, потеряв на краткий миг сознание.

— Я в порядке, — хрипло ответил ему.

И пусть я увидел все, что хотел, удовлетворения не получил. Скорее горечь от осознания, что младший брат все еще не вырос и может быть таким идиотом.

Я сел и отозвал магию, продолжающую нас надежно укрывать, однако накинул купол, чтобы ни звука не вышло за его пределы.

Избивать Адарлейна я больше не планировал. Да и злости больше не испытывал, сложно злиться на самоуверенного придурка, спутавшего девушек и пронянчившегося всю ночь с настоящей леди Амаль, прототипом образа Лои в собственном доме Академгородка. Леди перебрала даже больше сестры.

И, по сути, это лишь стечение обстоятельств, что она также была на той вечеринке, и они с сестрой практически одновременно зашли в дамскую комнату. А взволнованный и тоже перебравший Адарлейн караулил у входа и сцапал с собой домой не ту леди.

Вопрос в другом. Почему они с Лоей не выяснили этот факт?

— Ты утащил с собой не Лою, а ее прототип, леди Амаль. — наконец выдохнул я. — Вы не говорили утром?

— Утром меня вызвал отец, а на обеде Лоя уже была в замке и разговаривать не пожелала. Стой, в смысле я забрал не ту девушку?

— В прямом, Адарлейн. Тебя разве не удивило, что ее облик не сполз с Лои? Так долго держится при условии, что возможности сестры в то время были ограничены максимум шестью часами?

— Я решил, что это побочное действие на магию нового экспериментального напитка…

— С тобой все ясно. Ты в очередной раз сел в лужу.

Брат нахмурился.

— Сестра перестала со мной общаться. — Выдохнул он и неожиданно признался. — Только спорить, споры — все, что у меня осталось после той ночи. И я не мог понять…

— Конечно, это же ты! Твоя гордость, твоя обидчивость не позволили тебе поговорить с сестрой!

— Я сейчас же пойду к ней! — Заявил он и тут же передумал. —  Нет сначала я должен увидеть Ксара, он не имел права прикасаться к ней!

— И не прикоснулся, — охладил его пыл. — Лое повезло, что в отличие от тебя, Ксар умеет думать. Ты не пойдешь к нему и ничего говорить не будешь.

Я смотрел на Адарлейна и чуть ли не впервые думал о том, что у него все же есть чувства. Да, он непомерно горд, слишком обидчив и высокомерен, но вот чего не отнимешь, так того, что он по-своему, но все же любил кузину и был к ней привязан. И лишился того тепла, что дарило их беззаботное общение. Почему-то мне хотелось вернуть ему утраченное.

— А вот с Лоей вам лучше объясниться. Она три года считала, что ты ее бросил.

Кажется, я тоже сел в лужу.

— Откуда ты все это узнал?

Точно сел.

Как им объяснить, не выдавая тайну, а Лоя непременно после разговора с Адарлейном примчится ко мне, откуда я узнал столько подробностей из их прошлого?

— Клятву неразглашения, Адарлейн. — решился я.

Возможно, для нас это будет хороший шанс попробовать разбить стену из ненависти.

Общая тайна сближает.

Я сомневался, что брат согласится. Он всегда неохотно прибегал к клятвам и часто это был отличный способ отделаться от него.

Но Адарлейн удивил, буквально на выдохе произнёс ритуальную фразу, обещая держать в секрете то, что я поведаю под страхом смерти.

Боги приняли клятву.

— Моя новая способность — считывать воспоминания.

Я жадно наблюдал за реакцией брата, ожидая увидеть уродливое лицо зависти, ведь все, что получал я, всегда воспринималось Адарлейном очень резко.

В конце концов испуга, ведь для многих мой новый дар является страшным ударом. Никому не захочется, чтобы к нему в голову залезли, да еще основательно там покопались.

Однако слова Адарлейна заставили меня замереть, казалось, что я ослышался.

— Не повезло тебе, — заявил он и протянул мне руку, желая помочь подняться.

Я все еще сидел на полу.

Правда, он тут же отдёрнул руку. О, кажется, высокомерный Адарлейн вернулся.

— Ты считываешь воспоминания касанием?

Я хотел ответить, что пока не контролирую свой новый дар, но осекся… Потому что вдруг понял, что это не так. Совершенно не так! Наша стычка с братом помогла взять верх!

Это открытие ошеломило меня. Но очнувшись я не выставил щиты, напрочь забыв об этом, а воспоминания не атаковали меня!

Мало того, я чувствую одобрение Сириуса. Его довольство. Я действительно справился. Сам не до конца понимая, как же так вышло.

— Давай проверим, — предложил я и протянул руку.

Интуиция подсказывала, что нужно именно мое желание, чтобы залезть в чужие воспоминания, а каким образом я это совершу: удерживая чужой взгляд своим, или касаясь чужого тела, не важно.

Адарлейн колебался секунду, но протянул свою ладонь и помог мне подняться. Ничего не произошло. Ничего!

— Приведи себя в порядок, — выдохнул я, рассматривая начавший наливаться под глазом брата синяк.

— Приказной тон вернулся, — скривился Адарлейн, — и без тебя знаю, что мне делать.

— О приказах, раз ты сам напомнил. К леди Аэлье приближаться не смей.

— Когда ты все знаешь, это больше не кажется мне веселым, да и… — Он осекся. — неважно. Я не стану с ней спать. К тому же ты явно зациклен на другой леди, а у нее брачных обязательств еще нет. От ненависти до любви недалеко, как думаешь?

Кулак врезался в лицо брата раньше, чем я вообще это осознал.

Мне хватило малейшего намека, чтобы эмоции взорвались и потребовали выход.

— Голову оторву, — хрипло выдохнул я и остановился, отпуская Адарлейна.

Я даже сам не понял, когда успел схватить его за грудки.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— А вот тут не тебе решать — ухмыльнулся Адарлейн.

— Голова у тебя одна, — мрачно напомнил ему.

— Ты дал отцу клятву…

— Как дал, так и заберу, Адарлейн. Желаешь проверить?

Ухмылка исчезла с лица брата. Да и взгляд стал совершенно другим. Исчезла насмешливость, появилась странная задумчивость.

— Что, ломает тебя? — спросил он. — Так тебе и надо. Но за Лою — спасибо, убирай свой купол. Я хочу пойти к сестре.

— Я предупредил тебя. — Отозвал магию, подумав, что все-таки некоторые вещи никогда не изменятся. А жаль.

— Ага, — весело отозвался Адарлейн и утершись рукавом, я снова повредил ему губу, заспешил на выход.

Странная тенденция сложилась в последнее время — избивать младшего брата. Раньше, ничего подобного я себе не позволял. Достаточно было разговора. Иногда тренировочного спарринга в качестве наказания. Обычно, силовыми методами справлялся именно отец.

Но последние месяцы мне все тяжелее сдерживать некоторые порывы. И не скажу, что мне это нравится.

Как и мое нынешнее состояние, я все отчётливей понимал, что мне требуется присесть, а еще лучше — прилечь. Этот неожиданный порыв и прорыв с новым даром, качественно меня вымотал.

— Лейн? — тетушка выпорхнула из спальни и хмуро посмотрела на меня. — Вы подрались.

Легко констатировала она и мягко взяла меня под локоть параллельно щедро делясь лекарской магией.

— И тебе явно нужно полежать, не нравится мне твое состояние.

— Прилягу, — честно ответил ей. — В своих покоях.

— Уверен, что дойдешь? — хмыкнула она и озабоченно протянула. — Такое впечатление, что из тебя вытянули не только магию, но и физические силы.

— И это привело к хорошему результату, — устало улыбнулся. — Я воспользовался даром осознанно.

Тетушка остановилась, перестав вести меня к дивану.

— Ты использовал дар на Дарике? — хмуро уточнила она. — Нет, я безусловно рада твоему успеху, однако не уверена в том, что твой брат способен держать язык за зубами. К сожалению, все, что касается тебя для него как черная метка…

— Он принес клятву, — успокоил леди Рудану. — И в той ситуации, так было необходимо.

— Как и ваша драка?

— Да, с моей несдержанностью нужно что-то делать.

— Твоей?

— Верно, это уже третья встреча с братом, на которой я даю волю своим кулаком. Что непростительно. Хотя видят боги, во многом Адарлейн заслужил такое обращение.

— К слову об этом, Лейн, о чем ты говорил? Надеюсь, Дарик все же не перешёл черты и с леди Аэльей…

Я усмехнулся. Тетушка всегда видела суть. Пятнадцати минут ей хватило, чтобы прийти к вполне логическому выводу, вот только вряд ли бы я сорвался так сильно из-за своей навязанной невесты. Но оно и к лучшему, что тетя не связала мое состояние и злость со своей дочерью. Я не буду тем, кто расскажет ей о симпатиях Лои. Это должна сделать сестра. Желательно самостоятельно.

— Не молчи, пожалуйста. — попросила она и все же утянула меня на диван, заставив сесть.

Новый виток целебной энергии потек по телу от ее руки. Я чуть расслабился, позволяя себя подлечить и немного восполнить свой резерв.

Краткая передышка, которая все же мне очень требовалась.

— Только не говори, что ты возьмёшь на себя их ошибку. Если они перешли черту и не дай Боги, стали близки… Лейн, пообещай мне, что твоя жалость не станет предлогом для того, чтобы этот факт скрыть!

Веки, которые я прикрыл, отдаваясь во власть лечение, распахнулись. Резко, внезапно. Слова тетушки ошеломили меня.

— Ты правда считаешь, что я пожертвовал бы своими интересами и жизнью ради парочки безголовых детей?

— Ты благороден. Иногда слишком, — отозвалась собеседница. — И пусть я считаю, твои поступки во многом идеальными для мужчины. Но иногда тебе не хватает жестокости.

— Жестокости? — эхом отозвался я.

— Ты жалеешь леди Аэлью, ровно поэтому все шансы, которые выпадали тебе на расторжение помолвки, ты не использовал. А их было предостаточно. И Лейн, чтобы ты обо мне не думал, я не стану лечить разбитое сердце глупышки. Несмотря на все свои поступки из детского возраста она вышла и довольно давно.

— Тетя, леди Аэлья куда благоразумней, чем ты о ней думала. Дальше поцелуев у них не зашло.

Я говорил об этом совершенно спокойно. Меня этот факт нисколько не трогал.

— Радует, что леди не перешла черту. И все же, с твоей жалостью нужно что-то делать. Ты не можешь отвечать за поступки всех людей.

— Тетушка, я разберусь с этим самостоятельно, как и с тем, почему леди Аэлью отдалили от собственной семьи, растя послушную и податливую игрушку. Последним воспользовалась леди Изельда.

— Вот об этом я и говорю, — при упоминании жены отца, тетушка нахмурилась. — Тебя держит даже не клятва, а тот факт, что участь леди Аэльи может быть гораздо хуже. Ты видишь в этом тайну, когда все очень просто.

Леди Рудана вздохнула.

— Не так-то легко отказаться от собственного ребенка, Лейн. Иногда гораздо проще сделать вид, что его или не существует, или он уже мертв. Не ошибусь, если решение отдалить леди Аэлью от собственной семьи, принял не отец, а ее мать. Ради собственного комфорта. Это эгоистично, но также является способом защиты.

— Своего сознания и душевного комфорта? — я усмехнулся. — Не уверен, что все именно так. Мать, которая с удовольствием блистает на светских мероприятиях, вычеркнув дочь из своей жизни априори ни совестью, ни жалостью, ни любовью к ребенку не отягощена. Ни в момент рождения дочери, ни после объявления о ее помолвке. Думаю, искать скрытый смысл нужно совсем не в ней. Да и не в семье Глоуддак.

— Почему?

— Потому что леди Аэлья не знала о рождении других детей. А значит, ей не позволяли заводить связи со своей семьей, даже слышать о том, что в ней происходит. Ни с кем из них. Чистый лист — вот кем должна была стать Аэлья. Лист, которым легко манипулировать. Да, избалованная леди, которая привыкла к комфорту, восхищению… Забери у нее это и леди сделает все, чтобы вернуться в привычный круг.

— И план не удался. Леди оказалась у нас.

— И попала под влияние леди Изельды, а после и в академию, что существенно пошатнуло ее картинку мира.

— Если ты все это понимаешь, тогда почему продолжаешь жалеть ту, что не способна сопереживать близкому окружению, а вознесла их в ранг слуг?

— Потому что она не в ответе за то, что с ней сделали. И также имеет шанс на другую жизнь. — Спокойно ответил и мягко убрал руку леди Руданы. — Спасибо, тетушка, но я хотел бы отдохнуть у себя.

***

Я вышел из купальни и совершенно не ожидал, что окажусь не один.

В гостиной вольготно расположилась леди Аэлья и не сразу заметила мое появление, занятая чаем и пирожными. Я же замер на месте, рассматривая незваную гостью. Леди успела переодеться в более роскошное платье, сменить прическу и украсить себя драгоценностями.

С последним в академии было несколько затруднительно. Не сказать, чтобы совсем запрещено, но неуместно — однозначно. К тому же многие драгоценные камни являются проводниками энергии и могут искажать магический фон при работе на лекциях и практике.

Поэтому использовать украшения допускается на время праздников и выходных, за исключением мелких безделушек, обычно не являющимися особо дорогими, а значит и не носящих в себе драгоценные камни, мешающие учебе.

Но не это царапнуло меня в облике леди Аэльи. Казалось бы, безукоризненно подобранный наряд: и платье, и прическа, и украшения — все было гармоничным. Аккуратным. Дорогим. Со вкусом. И настолько похоже на облик леди Изельды, что это бросалось в глаза. И это несмотря на то, что типаж двух леди был различным: одна жгучая брюнетка, вторая блондинка.

Я разочарованно поджал губы.

— Я…вы… — Леди наконец заметила, что больше не одна и вскочила с софы, чуть не опрокинув чашки.

Ее щеки покрылись румянцем, но взгляд девушка не отвела, будто прилипнув им к моему обнаженному телу.

Я вышел из купальни не рассчитывая, что кроме меня здесь кто-то будет. Меня раздражала сама мысль, что не сработало магическое оповещение. И никто из слуг не предупредил о нахальной гостье.

Тем временем леди Аэлья продолжала изучать мое тело. Разглядывала грудь, едва мазнула взглядом по лицу, и медленно опустилась вниз, все больше заливаясь краской.

Ее смущение и исследовательский интерес — резонировали.

Леди однозначно доводилось видеть обнажённого мужчину рядом. Допускаю, что полуобнаженных лордов она видела на полигоне, во время тренировок часто треплется одежда. Однако то, как девушка смотрела наводило меня на мысль, что леди Аэлья с кем-то меня сравнивает. И чем дольше леди смотрела, тем крепче я уверялся в собственных выводах. Куда же делись стеснение и трусость, которые леди тер Глоуддак демонстрировала каждый раз, когда мы оставались наедине?

— Почему в таком виде? — сглотнув и громче, чем требовалось спросила леди и опустила глаз в пол. — Здесь?

— Я, вы… — передразнил ее. Просто не смог удержаться. Ее явление в мои покои — раздражало. — Здесь и в таком виде?

Я не приглашал леди и слугам будет сделан выговор. И плевать, что она считается моей невестой. И ее восхищение моим телом, ни капли меня не трогает.

Не ей распоряжаться в моих покоях и не ей отдавать приказы моим лакеям. И тот факт, что они ее впустили и позволили находиться без присмотра, настораживал. Я подбирал личную прислугу по многим качествам, при необходимости ко мне не то, что первую леди рода не впустят, но и отца. А тут запросто пропустили и накрыли на стол.

Я оглядел пространство, подмечая все детали. Внешне я вряд ли как-то изменился, держать лицо — первое чему учат в любом высоком роду, а внутренне похолодел.

Мне абсолютно не нравилось то, что я видел, как и выводы, которые я сделал.

Леди распивала чай с пирожными, сидя в моей гостиной и без разрешения листала книгу. После того, как трогала этими руками сладкое. Фолиант из родовой библиотеки, который находился на столе в соседней комнате — кабинете.  Вывод неутешительный.

Леди не только имела наглость вломиться ко мне, пока я находился в купальне, она решила, что имеет право заглянуть в каждую из комнат и брать мои вещи.

Проклятая древняя клятва, беспрекословно пропустившая девушку сквозь мои магические барьеры и даже не оповестив меня об этом. С моей стороны преступно забыть об этой особенности и рассчитывать на то, что леди Аэлья не способна ею воспользоваться.

Лучшего шпиона не найти. И это разозлило куда сильнее того, что моя невеста вдруг возомнила себя хозяйкой.

— Я пришла обсудить последние распоряжения, — выдохнула девушка и замявшись попросила. — Лорд Лейнард, вы не могли бы одеться?

— Зачем? — холодно спросил ее. — Мой вид нисколько вас не смутил. Иначе вы не рассматривали бы меня пять минут прежде, чем опустить взгляд. Судя по восхищению, вам понравилось. Не вижу причин для того, чтобы спешно накидывать рубашку и штаны, разрешаю любоваться.

— Но… это неприлично! — Леди вскинула голову и тут же отвернулась.

— Замечательно, что вы заговорили о приличиях. У вас минута на то, чтобы объяснить мне почему позволили себе трогать и брать мои вещи без спроса.

— Я…только посмотрела. А книга, она красивая и мне стало любопытно…

— Настолько любопытно, что ваши приличия позволили в отсутствие хозяина распоряжаться в его комнатах?

— Но вы мой жених! — Горячо воскликнула леди Аэлья. — Пожалуйста, лорд Лейнард, оденьтесь.

— О, вы еще и об этом факте вспомнили. Как удобно. Сядьте!

Приказал я, глядя на то, как девушка мнет руками подол юбки и старательно отводит взгляд.

Запоздалый стыд все же накрыл ее с головой.

Леди Аэлья спрятала лицо в ладонях, но мой приказ выполнила — опустилась на софу.

— Я… я просто хотела поговорить. Я не думала, что вы вот так… и Леди Изельда говорила, что невеста имеет право входить в покои жениха без согласования времени прихода. Я и раньше заходила…

Вот теперь я просто остолбенел. Раньше? Эта новость меня потрясла и разозлила еще сильнее. Медленно прошел к софе и сел возле невесты.

Так, словно на мне был парадный мундир. И расслабленно откинулся.

Леди же напротив сжалась, явно испугавшись нашей близости.

— Как занимательно, а вы все делаете, что говорит вам леди Изельда?

— Но ведь она первая леди высокого рода. Я должна равняться на нее, и леди Изельда ведь не могла мне солгать. Жене позволительно входить в покои мужа. А вы — мой жених и…— То ли забывшись, то ли пытаясь следователь этикету, который предписывает смотреть в глаза собеседнику, леди отняла ладони от лица и повернула голову ко мне, но тотчас зажмурилась.

— Вам бы понравилось, если бы я в ваше отсутствие прошел в ваши покои и трогал ваши вещи? Мало того, вообще не поставил бы вас в известность, что я приходил к вам?

Слуг уволю. Всех. Немыслимо. Они ни разу не обмолвились, что ко мне в мое отсутствие приходила невеста.

— Но вы так не сделаете! — леди Аэлья распахнула глаза и встретилась с моим взглядом. — Это же не прилично…

Я сдержал порыв рассмеяться. Надо же, мне к ней приходить — неприлично, а ей заявляться без приглашения и прилично, и правильно.

— А ваш поступок приличный? Мало того, что вы нарушили личные границы, вы позволили себе брать книги, трогать их грязными от сладкого пирожного, руками. Еще смеете меня поучать, вы возомнили себя мужчиной и моим женихом?

— Что? Ж-женихом?

— Складывается впечатление, что вы решили поменяться местами. То, что позволительно мужчине, не означает, что разрешено вам. Никто, я подчеркиваю, никто не смеет заходить в мои покои без моего на то разрешения, ни невеста, ни глава рода. И уж тем более что-то брать.

— Я все верну… — выдохнула девушка, а я сжал кулаки.

Она еще посмела что-то вынести?

Кажется, я слишком мало времени провел дома, раз даже не понял, что меня обокрали.

— Вы еще и воровка. Надо даже…

— Но вы мой жених! Я могу взять, — опять пылко начала леди, но осеклась. — Я так думала, не знала, что вам это настолько не понравится. О! Лорд Лейнард, простите меня! И я не испачкала книгу, посмотрите! Я листала ее магией!

На мгновение зажмурился. Что-то я в толк взять не могу, либо леди Аэлья невероятная идиотка с завышенным эго, либо искусно притворяется таковой. Как ловко она перекинула ответственность за свои действия на леди Изельду. Нет, я вполне допускаю, что последняя ровно так и говорила, с нее станется подставить дурочку, однако…

Есть у меня сомнения.

— Я брала ваши рисунки. Честное слово, я не пыталась их украсть.  — не выдержав моего молчания, торопливо, немного сумбурно произнесла леди Аэлья. —В тот день ждала вас почти два часа, а к ужину нельзя было опаздывать. И мне на глаза попалась папка, а там рисунки...  Я просто хотела их рассмотреть и забрала с собой. И вспомнила про папку лишь сейчас. Я все принесу!

Леди рывком поднялась и неудивительно, что запнулась и о свою юбку, и о столик, тут же полетела обратно.

Рефлекторно потянулся к ней, не дав удариться головой о бортик.

В итоге девушка оказалась прижата мной к софе. И было бы неплохо, если бы она просто замерла, а не начала водить пальцами по моей груди.

— Ой, а у вас тут шрам. — заявила она, тронув грудную клетку.

Это что, попытка флирта? Надо же как вовремя она вспомнила о том, что увидела ранее. Потому что сейчас, в таком положении, ей точно трудно что-либо увидеть.

Желание свернуть шею невесте появилось внезапно и очень остро. Я бы сказал, довольно прочно засело в мыслях. Раньше леди не вызывала во мне такую волну раздражения и неприятия.

Брезгливо отодвинулся от нее, возможно, тетушка кое в чем права. А может даже во всем.

— Сядьте! — снова приказал невесте, и проследил за тем, как совершенно пунцовая леди тер Глоуддак выпрямляется и усаживается удобнее. — Я запрещаю вам приходить в мои покои и брать мои вещи без моего на то разрешения, и призываю свидетелем магию.

От последнего слова девушка вздрогнула. Нет, все-таки не дура. Не знаю от кого ей довелось узнать про особенности древней клятвы, но она использовала ее намеренно.

Магия заструилась по моим рукам и плавно поплыла от меня к невесте. Я примерно представлял, что сейчас будет. Запрет отпечатается на коже невесты и будет каждый раз, когда она нарушит запрет — жалить ее.

— Но я же извинилась!

— О, и несомненно искренне, — ехидно ответил ей. — Но вы уже не ребенок, чтобы избегать ответственности за свои поступки.

— Я не хотела навредить, я только…

— Я не разрешал вам приходить, — жестко припечатал, зная, что тем самым даю повод магии для дальнейших действий.  — Я не разрешал трогать или выносить мои вещи.

Магический запрет штука болезненная. Когда-то я испытал его действие на себе, но сочувствия или жалости к невесте не испытывал.

Леди явно пользуется и своей внешностью, и своим статусом, чтобы творить все, что вздумается. При этом совершенно не желая менять линию поведению, а только переносит ответственность за свои действия или на период времени, проведенный вдали от семьи, достаточно вспомнить ее заявления, что она не была близка со своими родственниками и жила отдельно, или на тех, кто так или иначе имел возможность общения с ней. Та же мачеха.

Может я и не прав. Но что-то мне подсказывает, что использование было обоюдным. И время на то, чтобы это выяснить у меня предостаточно.

— Ай! — леди дернулась, ощутив первую волну от печати и потянулась рукой к лопаткам. — Жжется!

Удивительно, но, судя по всему, печать запрета расцвела на ее спине, в то время как у меня она когда-то была на руке. Видимо, степень ее виновности куда обширнее и выкрала леди Аэлья не только рисунки Ашты. Я примерно понял, какую именно папку невеста взяла и чем именно заинтересовалась. И теперь вопрос о том, откуда леди видела обнаженных мужчин — снят.

Папок с рисунками-исследованиями Ашты у меня хранилось в количестве десяти, практически во всех есть обнаженные люди, а также данные о вскрытии некоторых тел, которые были подвержены влиянию гадких душ. Часть дипломной работы для перехода на третью ступень обучения, то, что в итоге не вошло у Ашты в проект.

Леди вскочила с софы, на этот раз падать она точно не собиралась. Вцепилась в юбку, опять охнула и заторопилась на выход.

Я усмехнулся, глядя на леди Аэлью. Это только начало. В момент, когда она принесет, а она непременно принесет все то, что посмела взять без моего ведома, печать не позволит что-то оставить у себя, ее ждет вторая часть разговора. И щадить девушку я больше не намерен.

А вот одеться и переговорить со слугами, мне не помешает.

Однако леди Аэлья удивила меня. Она не пошла к дверям, нет. Вместо этого ее путь лежал совсем в другую сторону. К одному из тайных ходов, которых в замке было предостаточно. И в том числе в моих покоях. Но леди о них не должна была знать!

Впрочем, знания мало, нужно использовать определенный вектор — родовой знак, который позволит провести перемещение и эту тайну хранят члены семьи…

Я метнулся следом, чтобы успеть увидеть, как леди Аэлья использует родовой знак для того, чтобы задействовать механизм, а затем исчезает в коридоре.

Кажется, слуги не так уж виноваты, как мне казалось.

— Сириус, — позвал иллами. — Установи связь с Тришей, отец должен знать, что родовой знак был передан невесте, как и схема ходов замка, и просканируй пространство. Не нравится мне все это.

— Сделаю. — Отозвалась друг. — И оденься, Лейн.

— Я тебя смущаю? — фыркнул на его замечание.

— Ни капли, но твоя попытка запугать леди явно провалилась.

Была такая мысль, да. Юные леди вообще-то боятся обнаженных мужчин. А не изучают их тела. Нервничают, могут взболтнуть лишнего, смущаются, могут и в обморок упасть. Однако Аэлья не только не испугалась, но и попыталась вести беседу.

Удивительная выдержка или продуманность.

Такое впечатление, что мы все были обмануты. И историей леди Аэльи тер Глоуддак, и ее внешностью.

— Тебе ведь изначально показалось странным, что дочь первого великого рода отдали на воспитание нянькам и буквально отрезали от остальной семьи. Только мы девочку пожалели, решив, что ею просто решили откупиться.  — Отозвался Сириус. — Кто знает, что совершил ее отец, раз пошел на поводу у главы второго рода света. И уж тем более нам не известны все условия, которые тот выдвинул.

— Думаю, стоит встретиться с Арландом…

— Ты бы выяснил раньше, если бы не был занят леди Мариной.

— Или бы не выяснил, продолжая откладывать, ты же помнишь, что я все же был очарован леди Аэльей, несмотря на ее явное восхищение Адарлейном.

— Я помню твои мысли, — согласился Сириус. — Тогда ты считал, если расторгнуть помолвку не выйдет, то стоит попытаться присмотреться к леди и попробовать наладить с ней отношения.

— Тем не менее, я рад, что все вышло именно так, — я прошел в гардеробную, подумав о Марине. Ее появление в моей жизни — подарок. — Как бы там ни было, а дать леди Аэлье родовой знак для использования тайных ходов замка, мог только член семьи, и я предполагаю, что это или Адарлейн, или его мать.

— И даже идиот мог догадаться, что вектор подходит ко всем потайным ходам замка, а не только к тому месту, на который ей указали. — согласился со мной Сириус. — Триша передала информацию, лорд Мэнрайд желает тебя видеть после собрания и дает разрешение на любые действия.

Глава седьмая

— У меня больше ничего нет! — всхлипывала леди Аэлья, ерзая в кресле. — Клянусь, я все принесла!

Леди дернулась от боли и всхлипнула.

Магия так не думала, а потому печать запрета жалила девушку.

Я же силился не рассмеяться, глядя на то, что леди успела мне вернуть.

Во-первых, папок оказалось не две, а три. И, кажется, я понял, почему девушка так меня рассматривала. В последней, хранящейся у меня папке, Ашта придуривался и пририсовывал к разным частям тела то глаза, то уши, то лица некоторых преподавателей из академии в самых неожиданных местах.

Особенно досталось его наставнику по перемещениям в пространстве… Архмастер Аркад и так обладал выдающейся внешностью: крупный нос, который был очень похож на фасолину, маленькие, близкопосаженные к носу глаза, и редкие, жидкие усики…

Понятно, что все это было ребячеством, не достойным поведения лордов, но мы и не планировали показывать эти рисунки посторонним.

А у меня рука не поднялась выкинуть художества Ашты… Кто ж знал, что одна леди воспользуется моей доверчивостью и решит поживиться в моих покоях тем, что при других обстоятельствах я бы никогда не показал? Ей так точно.

Во-вторых, помимо папок с рисунками, леди Аэлья посчитала возможным взять из моих комнат рубашку, одну из тех, которые щедро расшиты драгоценными камнями и предназначены для официальных мероприятий, таких как свадьба и первая брачная ночь. Конкретно эта была предназначена для последнего. Я смотрел на рубашку и пытался понять, не оторвала ли леди парочку камней и если да, то каких именно? Артефактор во мне придирчиво изучал фронт работ и пока не нашел ни единого изъяна или несоответствия. Все камни были на месте, никаких замен или порчи материла. Вот и зачем ей понадобилась эта рубашка? Не думала же она, что, не найдя рубашку, я отменю или отсрочу свадьбу и брачную ночь.

Конечно, камни на рубашке особенные, заряженные на зачатие, однако сделать новую, особого труда не составит, пусть и потребуется несколько дней. Однако подготовка к церемонии заранее бы выявила отсутствие рубашки. Иными словами, воровать рубашку бессмысленно.

В-третьих, леди тер Глоуддак поживилась мелкими артефактами моего создания. Иногда для большей концентрации и мысленной деятельности, я делаю подобные полезные безделушки: для освещения в темноте, мини-светильники, поисковые маячки, массажеры для рук, в частности кистей. Их нельзя назвать дорогими, скорее мелочовкой, на которую способен любой студент первой ступени обучения. Может на то и был расчет, что я не обращу внимания на пропажу таких, по сути, для меня ничего не значащих вещей?

— Лорд Лейнард, пожалуйста. Остановите это, — взмолилась леди Аэлья. — Я больше ничего не бра… ай!

Леди выгнуло, видимо, магия хлестнула особо сильно. Сожалений по этому поводу я не испытывал. Невеста так и не поняла свою вину, ей просто хотелось прекратить действие печати.

— Вспомнила! — воскликнула она. — Я вспо-о-омнила.

Девушка натурально провыла и залилась слезами.

— Я не смогу отдать… Никак…

Я промолчал, ожидая продолжения. Что же такое она взяла, что не может вернуть? А раз не может, значит отдала кому-то?

Она снова дернулась от действия печати запрета.

— Я же его давно съела, — будто огрызаясь на печать, заявила она. — Как я могу отдать?

Я ничего не мог поделать со своим воображением тут же представив каким образом леди может вернуть украденное и съеденное. Даже два варианта и больше сдерживаться не смог, рассмеялся.

Сириус тоже посмеивался, вторя моим мыслям, подсовывая не самые приличные и малоприятные образы.

— Сириус, это уже не смешно, а отвратительно.

— Извини, не удержался.

— Что именно вы съели? — обратился уже к леди Аэлье, которая молча глотала слезы.

— П-печенье…

Надо же, я думал коробка просто не дошла ко мне, а точнее ее забрал отец и не признается, потому что в тот раз ему не досталось из-за ссоры с леди Руданой.

Тетушка иногда, а если честно, то очень редко баловала выпечкой. Но когда это происходило, заветные коробочки получали все члены семьи. Не знаю, где она брала рецепты кондитерских изделий, но ничего подобного никто из нас не ел ни в одной из рестораций Тантерайта.

Выходит, я зря обвинял отца в том, что он забрал причитающееся мне лакомство.

— Я разрешаю вам не возвращать съеденное печенье, — произнес я и отметил, что больше леди Аэлья действительно ничего не брала.

Ее тело перестало дрожать. А сама она облегченно выдохнула, что означало прекращение воздействия магии печати запрета.

— Я могу вернуться к себе? — спустя минуту, спросила она. — Я правда все отдала и обещаю, что больше не войду без вашего разрешения.

— И не получится, — кивнул ей, — я не отменю действие печати. И нет. Я вас не отпускаю. Вы приходили поговорить. Вот и поговорим.

— Простите, но мне бы хотелось привести себя в порядок. Это такое потрясение, ваша магия…И моя просьба совсем не стоит внимания…

— Я разве сказал, что хочу выслушать вашу просьбу? — я выгнул бровь.

Надо же какая твердолобая. Вообще отличное качество, но явно не в этой ситуации.

— Но… тогда о чем нам говорить? Я ведь уже извинилась…

— К примеру, для чего вы взяли эту рубашку? И советую не лгать, если не хотите вновь познать дивные ощущения от моей магии.

Леди залилась румянцем. Я лениво отметил, что он ей к лицу. Многие девицы, когда краснеют выглядят отвратительно, а вот леди тер Глоуддак шло и смущение, и розовые щеки. Впрочем, я давно научился не обращать внимания на внешние данные.

— Это случилось, когда выбирали дату свадьбы. Помните, сразу после помолвки все полагали, что она состоится сразу же?

— Ничего подобного не помню. Дата свадьбы не могла оговариваться, так как данно вы не выполнили.

— Мой отец убедил меня в обратном, и я… Так этого боялась, что, увидев ритуальную рубашку, решила, что ее пропажа поспособствует отсрочке этого дня…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Леди Аэлья запнулась, видя мою реакцию на ее слова, а затем дернулась от боли.

— Леди, я, кажется, четко дал понять, что не потреплю лжи.

— Я решила, что она позволит зачать с первого раза. От любимого мужчины!

О как! Казалось бы, стоит нахмуриться или сделать грозный вид, но мне было весело.

Нет. Серьезно. Адарлейн и переоценил леди, и недооценил одновременно. Посчитал ее целомудренней, она же рассчитывала на зачатие.

— Как интересно, продолжайте.

Однако леди опустила голову и продолжать не планировала.

— Леди Аэлья, — позвал ее, напомнив, что не она диктует условия.

— Да! — девушка вскинула голову и посмотрела решительно. — Я думала о таком, и решила, что если я забеременею от любимого, то нам разрешат пожениться. И меня не отправят к родителям и не заставят выходить замуж за главу второго рода света.

Глупая. И сама бы погибла, и ребенка бы погубила.

— Но потом, в академии, я поняла, что ошиблась, и клятва… Нам все равно придется пожениться и мне нельзя даже думать о близости с другим лордом. И не смотрите на меня так, я знаю, что вам безразлична!

— Вы мне еще и приказывать смеете?

— Я… простите…  Но рубашку я взяла до того, как поселилась в Академгородке и у меня не было шанса ее вернуть, как и все остальное.

— Почему же, вы же пришли сегодня и могли вернуть украденное, пока я мылся.

— Я не подумала об этом.

— Точнее вы просто ждали момента, когда я уйду из замка по делам. Леди Аэлья разве вам не говорили какая участь ждёт невест и жен, которые пошли на измену?

— Но я не изменила вам!

— А как же поцелуи? — я усмехнулся. — Вы правда считали, что я не узнаю?

— Клевета, — горячо возразила леди Аэлья.

— В Академии ХИЛТ…

— Вам солгали, я не…— перебила она меня.

— В моем родовом замке, в саду под вишнями, в коридоре между столовой и лестницей… Мне продолжать?

Леди тер Глоуддак побледнела, закусила губу и решительно вздёрнула подбородок.

— Да. Но это только поцелуй и ничего больше. Пусть хотя бы он у меня будет, раз мой брак — договорной и любви в нем никогда не случится.

Я опешил от такого заявления. Растерялся на краткий миг. И леди решила, что может продолжить свою линию.

— Я знаю, что после свадьбы навсегда буду принадлежать вам. Это только поцелуй, который позволит мне забыть о своей горькой участи… Забыться в первую брачную ночь и… Вы же не храните мне верность! Я знаю, что вы целовались с Мариной!

Если леди Аэлья пыталась меня пристыдить — напрасно.

— Я правильно вас понимаю, что в первую брачную ночь вы будете представлять на моем месте другого мужчину? И я должен не только позволить это, но обязан закрыть глаза на ваше поведение? Леди Аэлья, вы не осознаете, что только этот факт дает мне право подать жалобу в Совет и потребовать расторжения помолвки?

— Вы не сделаете этого. Потому что накажут не только меня, но и вашего брата! — Выпалила она и осеклась.

— Продолжайте, — насмешливо предложил. — Я прекрасно знаю, кто именно занял место вашего возлюбленного. И его личность не изменит моего решения.

— Вы не можете… это погубит меня! Я хочу учиться! И не хочу замуж за старика! О, разрешите нам быть с Адарлейном вместе, вы ведь тоже не желаете этой свадьбы!

Леди упала с кресла на пол.

— Пожалуйста…

— Сядьте! — приказал ей. — Кто рассказал вам о родовом знаке и тайных ходах?

— Я… я пообещала молчать. Поклялась и…

— Адарлейн? — от имени брата леди вздрогнула и так меня посмотрела, будто была уже приговорена к смерти. — Леди Изельда?

Я внимательно проследил за реакцией невесты.

— Значит леди Изельда. И артефакты вы крали, чтобы доказать, что были в моих покоях и даже ушли без повреждений. Вы не могли не знать, что на моих комнатах стоит защита. Видимо, именно в тот момент и поняли, что наша клятва оберегает вас от магических ловушек и сингалок.

— Да, леди Изельда не поверила мне и сильно удивилась, что я была у вас, хотя сама же настаивала на моем праве. И я принесла доказательство. Но я отказалась взять ваши документы и принесла артефакты!

— Документы? Какие?

— Не знаю, любые… Я не трогала их, и папки с рисунками тоже случайность, они были на полках с книгами. Путь я и поступила дурно, но это не значит, что я стала бы брать важные документы и отдавать человеку, которому они не принадлежат.

— А степень важности вы как определили? — уточнил ехидно. — Не читая?

— Я не читала ваших документов, — вспыхнула леди Аэлья. — Жизнью клянусь.

— Вы бы поостереглись давать такие клятвы. И сядьте, наконец, в кресло!

В полной тишине девушка выполнила требуемое. Пока она усаживалась я не мог отделаться от мысли, что она большой и избалованный ребенок, который при этом наделён определенным складом ума.

И все вокруг воспринимает как игрушки. Вот она увидела Адарлейна и действительно влюбилась с первого взгляда. Возможно, она именно так и представляла себе своего мужа. Воображение девушки — это как сокровищница, куда складываются самые желанные образы, наделённые зачастую слишком нереальными качествами. Но, в общем-то на то оно и воображение.

К тому же брат красив, он довольно много взял от внешности своей матери, а та, несмотря на свой паскудный характер, все же невероятно красивая женщина. Пусть ее красота более холодного толка.

Аэлья явно по неопытности приняла его ухаживания за чистую монету и уверилась, что до такой степени неотразима и важна моему брату, что он легко пойдет наперекор Совету, древней клятве и возжелает взять ее в жены. Она даже мысли не допускала, что ее могут просто обесчестить и оставить самостоятельно решать проблемы.

А судя по тем сумбурным мыслям, изложенным в пылких просьбах, раньше ей не доводилось получать отказы. Все ее запросы удовлетворялись по первому требованию. В противном случае, ни в академии, ни сейчас не возникало таких проблем с социумом. А они есть и огромные.

Но я явно не буду тем, кто станет заниматься воспитанием избалованной девицы, которая даже несмотря на свой статус, возомнила о себе слишком многое. Она всего лишь ценный товар на брачном рынке.

И вот им-то ей быть не хочется, только и оказаться хоть в чем-то полезной она также не стремится.

— О вашем поведении будет доложено Совету. — нарушил молчание первым. — Я не стану ничего скрывать. Моей женой не может быть воровка и обманщица. Я не доверю такой леди свой род и тем более своего наследника. Однако, я готов выступить в вашу защиту, так как ваша вина обоюдна с моим братом.

И видя, что она не понимает, пояснил:

— Вас обманули, а вы были рады обмануться. Адарлейн не питал и не питает к вам и сотой доли тех чувств, которые к нему испытываете вы.

— Вы лжете, — как предсказуемо.

— Я не договорил, и если вы еще раз меня перебьете, то я заберу свое обещание назад.

— Простите, — с трудом выдавила леди Аэлья.

— Как я уже сказал, я готов выступить в вашу защиту и постараться сохранить за вами место в академии, при условии, что за оставшиеся полгода вы покажете выдающиеся результаты, как в учебе, так и во взаимодействии с командой. Однако полярность академии вы смените и перейдете под руководство ректора Академии ХИС.

— Вы так уверены, что нашу помолвку расторгнут…

— Помимо ваших отношений с моим братом, вы более десяти раз дали повод, чтобы ее расторгнуть. Но моя жалость имеет границы, вы перешли черту дозволенного и будете пожинать ее плоды. И если вы действительно хотите продолжить обучение, докажите это на деле, а не на словах, и тогда у вас будет моя поддержка.

А еще время, чтобы вас изучить и понять мотивы вашего отца. Сдается мне все не так-то просто с ее прошлой помолвкой.

Этого, конечно, вслух я не сказал, однако, чутье подсказывало, что пока не стоит отдалять девушку. Ей также уготована какая-то роль во всех этих событиях с шестикрылым, не последняя. Я чувствовал это нутром и мой иллами был с этим согласен.

Я даже подумал о том, чтобы попробовать воздействовать на Аэлью новым даром, однако был остановлен Сириусом.

— Лейн, это напрасный риск. Ты еще не отошел от прошлого применения, твой резерв заполнен на треть. К тому же, у леди полярность магии иная. Я не ручаюсь за результат и не уверен, что успею тебя закрыть или перетянуть часть отката на себя. — торопливо предупредил он. — Если и пробовать, то, когда ты полностью восстановишься.

Пришлось согласиться с его доводами и обратиться к дару позже. Когда леди расслабиться и увериться, что я все же не желаю ей вреда. Хотя как по мне, ее следовало держать в ежовых рукавицах на постоянной основе.

На самом деле, я не планировал передавать сведения о поцелуях леди с моим братом Совету. Это нанесет определенный урон репутации моего рода. А я не мог позволить нанести ему удар. Но принцип кнута и пряника усвоил давно, как и понял то, что его усвоила леди Аэлья.

— Все решится через полгода. А до этого времени вам запрещены любые контакты с леди Изельдой и лордом Адарлейном. Исключения составляют встречи только в моем присутствии. — Особо подчеркнул. — Эти полгода вы ведете себя примерно и как полагает леди, и тогда я сделаю все, чтобы вас в итоге не выдали замуж за лорда тан Сайттар. Естественно, при условии, что у вас не выявится высокая совместимость, с магией, как вы уже знаете, не спорят.

— Не спорят, — эхом повторила леди Аэлья. — А если встречу мне назначат? Что мне делать?

— О запрете уже известно вышеупомянутым лицам, если они будут слишком резвы в желании увидеться с вами, наказание понесут именно они. — Леди воспрянула духом, но от последующих моих слов поникла. — И вы, если промолчите об их попытках. А я непременно об этом узнаю.

— Я поняла вас, лорд Лейнард. Теперь я могу уйти?

— Нет, — остановил ее порыв подняться. — Сначала вы принесете клятвы. Первую о неразглашении той информации, которой вас наделила леди Изельда, я продиктую формулировку. Вторую, о том, что больше никогда не станете пользоваться тайными ходами замка рода Даррак.

— Но…

Неугомонная какая. Все еще верит, что может быть обручена с Адарлейном. Придется ломать иллюзии. Причем жестко. Впрочем, леди привыкла слушать только себя и свои желания, даже если Адарлейн ей прямо скажет, что она ему не нужна, гарантии того, что леди в это поверит, нет.

— Это не обсуждается, — твердо сказал. — В противном случае, я немедленно верну вас к отцу, а до этого наложу печать молчания. Выбирайте, или вы даете клятвы добровольно, или даже от любого самого невинного упоминания моей семьи магия убьёт вас.

— Я принесу клятвы. Диктуйте, лорд Лейнард.

***

Я снова опоздал к ужину. Всю эту неделю я никак не успевал вовремя.

Приходил или сильно позже или практически к окончанию. Вот и сегодня я опоздал.

А ведь я обещал леди Аэлье, что этим вечером непременно буду.

Дело в том, что согласно моему требованию, она не могла ужинать со всеми, так как там присутствовал Адарлейн, но не было меня.

Я погорячился, забыв про официальные мероприятия, к которым так или иначе относится ужин с главой рода. Однако поразмыслив, не стал менять своего требования.

Ее не лишили общества в полном смысле слова, она могла общаться с моими кузинами и кузенами, гулять по саду в их компании, ездить по городу в их компании. Так что затворницей леди тер Глоуддак было сложно назвать.

В отличие от той же леди Изельды, которой было запрещено покидать свои покои. И срок отец не ограничивал. Уже две недели она не может выйти даже в сад, не говоря о том, чтобы покинуть замок.

Я рассчитывал, что за время каникул, леди Аэлья подумает достаточно, чтобы принять верное решение, а потому не препятствовал ее желанию практиковаться в магии, тем более, в замке предостаточно для этого мест. Конечно, все проходило под надзором доверенных лиц. Та же Лоя не отказалась помочь и присмотреть за моей невестой.

Так как я сам, к ужасу тетушки, после недельного принудительного отдыха, пропадал то в академии, то носился по миру, помогая с гадкими душами. Рейды никто не отменял, как и мою практику с новым даром.

Однако пока я так и не решился воздействовать им на хранителей с противоположной направленностью магии. Каждый раз будто что-то останавливало. По-хорошему, останавливало понимание, что я еще достаточно не овладел всеми навыками использования дара. И чего бы мне ни хотелось, так это навредить людям, которые мне доверились или, как в случае с невестой, находились в моей полной власти.

Поэтому я сожалел, что сегодня не смог выполнить просьбу девушки. Откровенно говоря, это вышло не специально.

Мы с Родом исследовали территории практически полностью уничтоженного светлого рода. И чувствовал я себя паршиво. Увиденное угнетало.

Нам пришлось использовать все способы магического взаимодействия для поиска ловушек, которых, увы, оказалось предостаточно. Я был абсолютно магически истощен, что даже воспользоваться родовым порталом не мог. Приехал в замок в карете, тем самым дав себе отдохнуть немного и слегка восполнить резерв.

И сейчас у меня было единственное желание — это принять ванну и лечь спать. Настолько я вымотался. Однако, более чем уверен, что леди Аэлья, как только получит весть о моем возвращении в замок — нанесет визит, полагая, что имеет право на справедливые, в ее понимании, упреки.

Наверно, еще поэтому я лениво брёл к дому, совершенно не имея желания ускоряться.

— Лейнард! — окрикнул меня брат и прежде, чем я обернулся, огорошил. — Леди Аэлья пропала!

— Что?

Адарлейн запыхался. Он явно не первый раз создает порталы. Видимо, в поисках моей невесты или меня.

Я обратился к магии, в конце концов, нас с леди Аэльей связывает древняя клятва, вот только кроме того, что девушка жива, я больше ничего определить не смог. Что за бред?

Такое впечатление, что магия попросту не пропускала меня.

Это озадачило и одновременно заставило напрячься.

— Днем она поехала с Лоей по лавкам. Отец отпустил, да и ты не запрещал. Они уже не первый раз ездят. — Торопливо выдохнул Адарлейн, видимо, не зная, что разрешение на это у Лои и леди Аэльи было. — Вот только Лоя вернулась одна пару часов назад и была удивлена не меньше отсутствию леди Аэльи, чем мы. Та, по ее словам, уехала раньше из-за головной боли.

— Где ее видели в последний раз?

— Отец отправился в город, а меня отправил за тобой. К тебе было не пробиться, магия искажала любые попытки отправить маячок. Даже у дяди ничего не вышло.

— Я был на территории девятого рода света. Учитывая искореженный фон тех земель — неудивительно, что вы не могли ко мне пробиться.

Плохо то, что и к Сириусу иллами отца пробиться не смогла, уверен, Триша пыталась связаться. Странно только, что, когда я в карете ехал, меня никто не потревожил. Словно я в каком-то вакууме находился, а с появлением в поместье, этот вакуум рассеялся.

— Лейн, Триша просила передать, что след леди Аэлья обрывается на подступах к Диким Землям.

— Где?!

Ровно с моим мысленным вопросом сработал родовой телепорт и на дорожку шагнул отец. Глава рода был в наихудшем расположении духа. Размашистым шагом он направился прямо в дом.

Нам с Адарлейном не оставалось ничего, как проследовать за ним. Зная отца, тот не станет ничего обсуждать на улице и при слугах.

Пока мы шли, я вновь и вновь обращался к магии, но все также кроме знания о том, что моя невеста жива, добиться ничего не смог.

Что она могла делать у Диких Земель?! Аномальная зона нашего мира, где магия ведет себя непредсказуемо. И ладно только магия, но твари, населяющие эти земли невероятно опасны!

Сириус молчал, никак не комментируя происходящее, но при этом, я нутром чуял, он понимает в ситуации куда больше моего, но по каким-то причинам не желает делиться информацией.

Это также было ново для меня, если не считать моментов с табу…

— Сириус, информация под запретом? — внутренне холодея, спросил, понимая, если это так, значит все происходящее в божьей воле.

— Прости, — эхом отозвался иллами. — Табу.

Я пытался анализировать случившееся. Но мысли путались, эмоции захлестывали, смешивались в дикий коктейль, мешая сконцентрироваться. Я мог и не мог поверить в происходящее.

Сложно осознать, что такая как леди Аэлья способна на такой решительный и воистину идиотский шаг, особенно в то время, когда оказалась в подвешенном состоянии.

Вероятно, она замыслила это не сама. Вероятно, не желала исчезать… Или? Иначе почему хранит молчание Сириус и закрывает от меня свои эмоции?

Будь побег девушки запланированным, вряд ли бы она просила меня прийти пораньше, чтобы вместе спуститься к ужину.

Значит ли это, что ее увезли насильно? Тогда непонятен момент с магией. Боги не станут блокировать связь, если это не обусловлено добровольным и страстным желанием, и что немаловажно, проведением ритуала — мольбы к богам… Не сходится.

Мысль настигла внезапно. Я застыл столбом в коридоре. Только не это…

Есть только одно, чему благоволят боги и чему не дадут помешать — если хранитель ступил на путь испытания. Старая легенда, истинность которой на моей памяти не смог подтвердить ни один из хранителей. И пусть периодически находились смельчаки, желающие претворить легенду в реальность, живыми их больше никто не видел.

— Лейн, он не в кабинет идет, а в матушкины покои. — Взволнованно произнес брат, касаясь стены и сбивчиво чертя родовой знак. — Лейн, отомри уже. Мне это не нравится.

— Идем, — я ухватил Адарлейна за руку и шагнул в тайный ход.

Отец опередил нас на доли секунд, мы вышли в гостиной леди Изельды одновременно с тем, как глава рода стремительно шагнул к креслу, в котором восседала его жена. Царственно восседала, выпрямив спину и гордо вскинув голову.

Удивительно, но женщина была одета так, словно бы собралась на бал. Роскошное платье, множество драгоценностей, буквально ослепляющее изобилие на теле первой леди, тиара рода Даррак… И то, что не вписывалось в общую картину — бокал в ее руке, которым она отсалютовала отцу и залпом осушила.

Меньше всего я ожидал того, что произошло следующим. Отец отвесил звонкую пощечину леди Изельде. Сильную, такую, от которой ее голова мотнулась в сторону и тут же опустилась вниз, струйка крови и вина потекли по подбородку, заляпав ткань платья. На миг я решил, что такой удар мог лишить ее жизни, леди застыла сломанной куклой.

— Отец! — Адарлейн кинулся вперед, желая закрыть собой мать, вот только был отброшен яростной волной его магии.

Я не вмешивался. Я никогда не видел, чтобы отец применял силу по отношению к женщинам. Да, он мог отправить на казнь, да он мог осуществить эту казнь, но он никогда не превышал своих полномочий и уж тем более не поднимал руку на свою жену. А значит моя догадка верна и тот, кто поспособствовал побегу невесты и ее желанию пройти испытание — леди Изельда.

Однако я кое в чем ошибся. Удар предназначался не для того, чтобы причинить боль, а чтобы заставить выплюнуть содержимое выпитого из бокала. Часть, конечно, леди успела проглотить. Вот только отец не закончил со своей женой, он волоком оттащил ее в купальню и судя по характерным звукам, устроил насильственное промывание желудка.

— Сириус, — позвал я.

— Уже связался с иллами лорда Арвана, они с леди Руданой скоро будут тут.

— Лейн…— брат ошарашено взирал на меня. — Мама же не могла?..

Он не договорил, но я и так понял, о чем речь. Леди Изельда пыталась отравиться.

— Боюсь, что могла. И побег леди Аэлья явно ее рук дело. Ты должен понимать, что пропуск на Дикие Земли моя невеста самостоятельно не могла получить. А единственным, кто мог его достать помимо меня и отца, это твоя мать.

— Они не общались, ты же сам им запретил! Я лично следим за тем, чтобы мама…

— Мама что? Продолжай.

— Она пыталась передавать послания через слуг и личных камеристок, я пресекал. Я не хотел, чтобы это отразилась на ней еще хуже, чем было. Отец запер ее!

— Как видишь, способ все равно нашелся. Тебе придется смириться с тем, что твоя мать отправила леди тер Глоуддак в Дикие Земли и заставила ту поверить, что она сумеет пройти божественное испытание.

— Но это значит… Значит, что леди Аэлья погибнет и убьет тебя! Ваша клятва не даст тебе остаться в стороне, в момент смертельной опасности тебя утащит на эти земли следом!

— И ты станешь наследником рода, — я усмехнулся. — Отличный план. Как видишь, он полностью удался.

— Да в пропасть и этот план, и титул наследника! — воскликнул Адарлейн, чем немало меня удивил.

Неужели брат сильно напуган и искренне переживает о леди Аэлье? Может я ошибался, полагая, что его чувства — это безразличие и скука по отношению к ней? Может мой дар все же не настолько всесилен и искажает реальные чувства?

— Мне не нужен титул наследника, Лейн, если его цена — твоя жизнь!

Признание брата удивило и заставило сердце пропустить удар. Никогда бы не подумал, что Адарлейн покажет истинные чувства. Мы не были врагами в прямом смысле слова, но и настоящих братских чувств между нами не существовало. Он всегда был отравлен завистью и злобой, и в какой-то момент я сдался, перестав пытаться наладить отношения.

— Где? — леди Рудана влетела в покои, тем самым нарушив установившееся молчание.

Но ответа не потребовалось.

Она всегда чутко ощущала, кому в окружении требуется помощь. Немедленная помощь.

Пара секунд и тетушка уже в купальне.

Я же ощущал себя идиотом. Малолетним глупцом, которого обвели вокруг пальца. Уверился, что леди Аэлья достаточно напугана, чтобы не совершить ошибку и вести себя тихо? Не знаю каким образом ее воспитывали, но почитать и уважать мужчин она не научилась. И если леди Марине многое простительно в виду того, что она росла вдали от родины, то леди Аэлье оправдания нет.

Хуже всего то, что я не смогу определить местоположение невесты до критического момента. Боги не позволят, но клятва стребует с меня все то, что я пообещал во время помолвки… А это защита, помощь и забота…

— Лейн, а может так быть, что утянет не тебя? — вдруг хрипло спросил Адарлейн. — Не тебя, а…

Он осекся под моим взглядом. Мне не требовалось зеркало, чтобы сказать, что в моих глазах плещется ярость и тьма. Я не хотел думать о таком исходе. Только не так, пожалуйста…

— На леди Марине долг судьбы, Лейн. — все же закончил Адарлейн свою мысль. — Я… прости, но лучше это будет она, чем ты.

— Лейн, идем к ней, — дядюшка вышел из купальни, я даже не заметил, когда он туда прошел. — Леди Изельда будет жить. Идем к леди Марине, если откроется портал, мы сможем помешать и воспроизвести замену. Если, конечно, ты готов пойти на это…

Я не ответил, я практически побежал к тайному ходу, желая как можно скорее оказаться на улице, в радиусе действия родового портала, чтобы быстрее очутиться на полигоне академии и, в частности, в лазарете. В палате, где должна спать леди Марина.

Я знал, что она уже неделю как очнулась и что к ней вернулось зрение.

Я наблюдал за ней, когда она спала. Или приходил через Грань и смотрел на нее глазами ее иллами. Феликс позволял мне это, и я был ему благодарен. Как и за то, что он никогда не задавал вопросов. Будто понимал меня лучше, чем я сам мог понять себя.

Марина много спала, часто под зельями, это требовалось для полного выздоровления.

Но я никогда не выдавал своего присутствия, и Феликс скрывал от леди, что я хоть не лично, а все же принимаю участие в ее жизни, интересуюсь всем, что с ней происходит.

Возможно, такой поступок не красил меня. Был не достойным для высокого лорда. Я не имел права мешать ее исцелению, однако видеть Марину, хотя бы так, хоть изредка — запретить себе не мог.

Сам не понял, как совершил переход. Предчувствие гнало меня ураганом к цели. Кажется, я только вдохнул холодного ночного воздуха, как уже оказался в коридоре лазарета.

Я мог перемещаться по территории академии порталами, мог, однако… дядюшка установил дополнительную защиту от меня и моей магии. Он полагал, что однажды я не сдержусь, и все же пожелаю прикоснуться к девушке.

Я не стал рисковать, взламывая щиты, отчасти потому, что лорд Арван окрикнул меня, отчасти, потому что мог не рассчитать сил и разрушить здание. Мне пришлось дождаться запыхавшегося ректора и наблюдать за тем, как он торопливо и решительно снимает собственную вязь заклинаний.

— Нет! — Я трижды пожалел о том, что не рискнул ломать защиту. Потому что в момент, когда я отворил двери ее палаты, Марина пропала на моих глазах в ослепительной белой вспышке. — Не-е-ет!

Глава восьмая

Марина

Последнее, что хранит моя память — это то, как я вдруг из больничной палаты оказалась в неизвестном месте. Мало того, мной воспользовались словно живым щитом. И я бы поняла, будь человеком, которого я должна спасти ценой своей жизни, Лейнард. Но нет, та, кого я закрыла собой была леди Аэлья Розмари тер Глоуддак. Она же леди Мариэль.

Это взбесило меня неимоверно.

Мысль о том, что я стала разменной монетой ради Аэльи билась в моей голове набатом, наверно, именно она заставляла очнуться. Я знала, что все еще существую. Знала, что вроде как жива, хотя объяснить то, что несмотря на чудовищный удар я не только не умерла и не утянула Феликса с собой на перерождение, не в силах.

Я ничего не видела и толком не ощущала своего тела. Если говорить конкретнее, у меня попросту болело все. И в этой мешанине, когда колет, тянет и ноет во всех частях тела, понять могу ли я чем-то пошевелить, сложно. Не было сил даже на то, чтобы открыть глаза.

Однако при этом я могла думать, пусть даже это и причиняло мне боль.

А ещё различать звуки вокруг себя.

Самый противный из всех — это рыдания. Блондинка подвывала и что-то бормотала, всхлипывая. Разобрать ее слова не выходило. Но ее плач ввинчивался в мозг не хуже сверла. Хотелось встать и наконец заткнуть эту блаженную.

Еще свистел ветер. Во всяком случае, мне так казалось. Фьють. Фьють. На грани скрипа…

И шепот. Мне чудился шепот. Многоголосый и потусторонний что ли… Он куда-то звал, уговаривал, порой грозил и даже умолял.

Будь я в нормальном состоянии, полагаю, меня бы накрыло от ужаса. Было что-то в этом месте странное, что я чуяла интуицией, однако разумом пока не понимала источника, навевающего панику и страх. Единственное, что отметила для себя — как только смогу двигаться, надо отсюда валить.

Еще, что мне совершенно не нравилось, это то, что мои попытки дозваться Феликса, успехом не увенчались. Я ощущала, что он со мной, он не исчез, но по какой-то причине не мог мне ответить. В общем-то у меня и у самой голоса не было. Вялотекущие мысли.

Жалкие попытки распахнуть веки и увидеть уже обстановку.

Возможно, я бы еще долго так пыталась собраться с силами, если бы не Аэлья. Точнее то, что эта гадина сделала.

Она пнула меня! Со всей силы, на которую была способна. Скотинка безжалостная!

Слава местным богам не в живот, а по ноге! Но мне этого хватило не только, чтобы наконец открыть глаза, но даже вскочить.

Конечно, я тут же охнула и окосела от боли. Жадно задышала, пытаясь переждать приступ. Вновь приняв горизонтальное положение — попросту рухнула на землю, однако главное зацепила — мы в какой-то пещере. Практически на границе между входом и улицей.

— Ты жива? — Мариэль нагнулась к моему лицу.

Я практически не видела ее, от боли слезы выступили.

— Эй! Не смей умирать, пока я с тобой разговариваю!

Нормально, да?

— Может тебя еще раз пнуть?

— И я сломаю тебе ноги, — похрипела чужим, одеревеневшим голосом. — Как только смогу.

Каждое слово давалось мне с превеликим трудом. Как будто кто-то сжимал горло и чем больше слов я пыталась сказать, тем сильнее была невидимая хватка. Не знаю, что меня ударило в спину, но впечатление, будто и магию мигом высосало, и отбивную из меня сделало. Не хотелось бы повторения.

— Да что ты можешь, — презрительный и вместе с тем сопливый тон Аэльи, она шмыгала носом, разозлил меня.

— Закрой рот, — не попросила, приказала, пусть и приглушенно.

— Не смей мне указывать!

— Да заткнись ты уже! Ох…

Зря я вызверилась. Грудною клетку сдавило, перед глазами поплыли цветные пятна и меня замутило. Вот только сотрясения мне не хватало. Вообще всего этого — однозначно не хватало! Какого черта вообще происходит?

— Риша! Ришенька! — сначала я решила, что слабое эхо мне чудится, тем более над ухом вякала блондинка. Однако оно повторилось. — Риша. Девочка, отзовись!

— Феликс? — с сомнением протянула я. Голос не бы похож на моего иллами.

Откровенно говоря, я даже не могла понять мужской он или женский. Или таки головой я приложилась куда сильнее, чем мне думалось.

— Эй, ответь мне! — Прямо в ухо гаркнула Аэлья, для чего опустилась передо мной на колени.

— Да отвали ты! — я сама не поняла, как мне хватило сил треснуть эту дуру рукой.

— Ай! — обиженно завопила Мариэль.

Мне аж на миг радостно стало от того, что я таки попала по ней.

— Феликс? — мысленно позвала друга. — Феликс!

Вообще, удивительно, что я в своей форме. А не в виде феникса.

Когда случился удар я была в слиянии со своим иллами. Когда мы успели разъединиться? И все ли я вообще помню? Может он еще и замещением воспользовался? Вряд ли бы Аэлья притащила меня в пещеру. Скорее сама бы скрылась, а меня оставила подыхать на улице.

— Риша, потяни магию! — на грани слышимости донеслось до меня. — Потяни, девочка!

Странная какая-то просьба… Особенно, если учесть, что я свою магию вообще никак не ощущала. Нет, кажется, что-то еще осталось. Совсем на донышке, капелюшечка…

Потяни… А куда и откуда?

— Риша! Ты же слышишь? Спаси своего иллами!

— Что?!

Могла бы, вскочила бы… Если это не Феликс, то кто? И почему он зовет меня так, как могут звать только близкие мне существа?

— Потяни магию, иначе он исчезнет! Потяни ее!

Я не знаю, кто ко мне обращался. Возможно, это трансформация того шепота, что чудился мне пока Аэлья меня не пнула, и подчинение ему может привести к трагедии. Но я не сомневалась, когда мысленно рванула к собственному магическому резерву. Я словно наяву видела призрачные руки, которые будто окунулись в колодец и жадно поймали капельку тумана. Ради Феликса я не то, что магию потяну, я и себя наизнанку выверну!

— Тяни, девочка. — шепот, в котором мне почудился мамин голос. — Риша, ты сможешь!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Лерри? — выдохнула несмело свою догадку.

Могло ли так быть, что со мной связался иллами мамы?

— Ты узнала, позвала, — отчетливо прозвучал голос в голове. — Теперь будет легче. Риша, тебе нужно окунуться в свою тьму. Я вижу, что ее мало, но ты должна потянуть свет души, а дальше мы поможем тебе.

— Свет души? Что это?

— Божественная энергия — суть самой души. То, без чего не существует ничего. У нас мало времени, я все еще слаба. Сконцентрируйся на желании вернуть Феликса, так ведь его зовут?

— Да, — судорожно отозвалась, в горле встал ком. — Я сделаю, все сделаю.

— Умница, детка. Тебе нужно отчётливо представить своего иллами, все то, что вас связывает, самые яркие моменты и потянуть магию, потянуть со всей силы. А затем позвать Феликса, громко позвать. — Сейчас голос Лерри не казался мне потусторонним, наоборот, в нем слышались отчетливые нотки маминого голоса. Ее интонация и тепло. — Ты поймешь, как это должно быть, обязательно. Боги хранят тебя.

И больше я не стала ничего говорить. Крепко уцепилась за капельку своего тумана и стала прокручивать в голове все моменты. Все то, что объединяло нас с Феликсом.

Первая встреча, изумительные, изменчивые синие глаза, так похожие на цвет глаз мужчины, который мне далеко не безразличен, чтобы он там не говорил про установленную и разорванную богами связь.

Наше первое слияние с иллами, когда я осознала себя красивейшим созданием с великолепными черными крыльями.

«Птичка» — так назвала себя тогда, а Феликс поправил. — «Феникс. Черный феникс».

Я не могла ничего поделать с подступающими к горлу рыданиями. Я ощущала свое тело пусть и нейтрально. Чувствовала, что Аэлья тормошит его. Кажется, даже пощечину мне отвесила, но это не помешало ни моей концентрации, ни тому, чтобы сосредоточиться на одном существе, без которого я уже просто не смогу.

Полгода жизни с Феликсом проматывались точно кадры кинофильма. Я видела все словно со стороны. И будто бы заново все проживала. Ощущала, то спокойствие, что он дарил мне своей мудростью и поддержкой. Его неподдельное восхищение и мой немного щенячий восторг, когда у нас получалось на полигоне то, о чем я раньше и помыслить не могла.

Его непоколебимая уверенность во мне, его преданность и бесконечное доверие. Его любовь…

Я никогда не задавалась вопросом, почему Феликс так стремился меня спасти, так хотел сохранить мне жизнь. Почему верил в меня больше, чем я сама верила в себя. Его желание оберегать можно сравнить с пламенем, ярким, ослепляющим.

Таким сильным, что он был готов раствориться в вечности, быть поглощенным иллами только бы я жила. А ведь мы были знакомы неделю. Всего неделя, которой ему хватило для того, чтобы принять меня, чтобы отдать себя целиком.

И только сейчас я сама могу ответить на множество почему.  Мне не нужно ничего уточнять у Феликса.

Потому что он мой. Он только мой! Часть моего сердца, часть моей души. Мы неделимое целое. Не как мужчина и женщина, скорее, как брат и сестра. Близнецы.

Я не поняла в какой момент моя тьма из капельки стала водопадом, при этом опаляла не хуже настоящего огня. Она обрушилась на меня, заглотила целиком, пыталась подавить и мне показалось, что в этом испепеляющем жаре исчезнет мое тело, а душа устремится ввысь к богам, на путь перерождения.

Миг, который напугал и отрезвил одновременно. Я не уйду. Я не могу, так как Феликс верит в меня, потому что он знает, что я никогда не откажусь от него и он будет меня ждать. Час, два… И тысячи лет.

А я буду ждать его. Только его и другой иллами мне не нужен.

Это знание, эта уверенность, крепли во мне, как и мои силы. Магия больше не гнездилась на донышке резерва. Он вовсе стал бездонным. Энергия черпалась и лилась через край.

Я наслаждалась этой мощью, этой неслыханной щедростью. Не долго, доли секунд, а потом поняла — пора!

— Феликс! — я распахнула глаза с удивлением отметив, что перешла на Грань.

В место своей силы.

Вот только теперь безмятежный песчаный берег лизали не только волны темно-синего моря. Стена из черного камня вилась по самой кромке и уходила вдаль на много километров. Прочная стена, поначалу напугавшая меня.

А потом я ощутила невероятное: силу своего рода. И затем увидела ее воочию.

Тысячи нитей тянулись ко мне и к кирпичикам стены. Не сразу я сообразила, что кирпичики — это иллами. Все иллами рода Аргхарай. И все они сейчас делились своей магией.

Вливали в меня все, что у них было в желании помочь, исцелить тело, оставшееся за Гранью и вернуть утраченное — иллами, а правильнее сказать, удержать его.

Не сразу, но до меня начало долетать эхо голосов, мыслей всех тех, кто сейчас готов был пойти на многое лишь бы у меня была возможность возврата иллами. Знание о том, что они могут выгореть подстегнуло меня. Я перестала таращиться на камни, перестала сжиматься от нахлынувших чувств благодарности и щемящей нежности к родственникам.

Я не забуду. Никогда.

— Феликс! — прокричала, направляя луч магии прямо сквозь стену в море. Откуда-то я знала, что должна сделать именно так. — Феликс, я не отпускаю тебя! Ты нужен мне!

Энергия струилась, проходила сквозь меня, практически разрывала своей мощью и своим объемом. Так много магии, так много силы на одну меня… И ее становилось только больше. Еще больше… Я едва удерживала магию.

— Феликс, я буду ждать тебя. Всегда буду!

Я не отчаивалась, я не допускала мысли, что мой зов будет напрасным. Я знала, что нужно подождать. Феликс пострадал и сильно, ему просто нужно время, чтобы услышать, чтобы дотянуться и впитать все то, чем так щедро поделился мой род и моя душа. Ухватится за нить, что непозволительно сильно истончилась, но все еще не оборвалась. Нить, крепко-накрепко связывающая нас.

— Мы с тобой, девочка, — шепот отца на грани слышимости.

— Я люблю тебя, детка, — мамин, такой родной и далекий голос.

— Сестричка…— очень тихое Гекхара, тихое, но невозможно нежное, которому вторил голос Шалрая. — Риша… все бери…

— Ты сможешь, — уверенность Ламеи и кажется даже урчание ее дракона.

— Наследница, веры и силы! — чужие, отчасти знакомые голоса.

Отчасти, потому что однажды я их уже слышала. Половину так точно. Во время второго ритуала. Но я не успела удивиться их обращению: какая из меня наследница?

Как увидела его. Моего иллами.

Точнее его бледную тень.

***

Лейнард тан Даррак

— Остановись! Лейн!

— Я не настолько спятил, чтобы разнести академию, — глухо отозвался на крик дядюшки.

Да, магия во мне бушевала. Да, туман полностью заполнил собой комнату, где столько времени провела Марина.

Но я все еще в своём уме. И не позволю магии обрушиться на тех, кто не повинен в моей боли.

— Лейн?

— Я думаю, дядя.

— О чем?

Наверно, я пугал ректора своей холодностью, если учесть, что буквально пять минут назад, когда Марина исчезла на моих глазах я не сдержался и выбил окно.

Собственно этот удар меня отрезвил. Как и то, что я должен направить энергию на спасение леди, особенно в ситуации, когда им грозит не шуточная опасность. А еще, конечно, слова моего иллами. Между ним и Феликсом незримая связь…

— Лейн! — голоса Сириуса и дяди слились в унисон. — Феликс почти погиб.

— Что?

— Я практически не ощущаю его. Очень слабая связь. Боюсь, леди Марина подверглась атаке, куда большего спектра, чем я решил сначала. Он уходит…

Туман взметнулся к потолку, часть вырвалась наружу из разбитого окна. Я едва успел взять его под контроль. Нельзя, сейчас важна каждая крупица моей магии.

— Дядя, иллами леди Марины погибает. — глухо сказал я, обернувшись к побледневшему, но готовому к решительным действиям, ректору. Ели бы я попытался выплеснуть свою магию на обитателей академии, он бы убил меня. — Собирай род Аргхарай на полигоне. Мы отправляемся в их поместье.

— Что ты задумал?

— Все потом, я иду первым.

— Лейн, ты хочешь обратиться к силе рода?

— И да, и нет. Дядя, все потом. Мне еще объясняться с лордом Марсэмиаром.

Я не стал дожидаться новых вопросов, как и тратить время на коридоры лазарета — выпрыгнул в окно.

Третий этаж не так уж и высоко. Особенно для хранителя иллами.

Слияние вышло стремительным, и к полигону уже летел феникс. Очень злой феникс.

Пока еще есть шанс помочь иллами Марины, я использую все инструменты.

В точке для перехода я оказался быстро, на землю уже шагнул человеком и создал портал.  Коридор с дверями... И та, что необходима сейчас сильнее всего.

— Вы? — вырвалось и у меня, и у леди тан Аргхарай одновременно.

Я не успел открыть нужную дверь, как она отворилась сама, являя мне чету рода Аргхарай.

Лорд Марсэмиар среагировал куда быстрее. Потянул жену на себя, возвращаясь на территорию своего поместья и позволяя мне выйти из пространственного коридора в ночную прохладу.

— Я же говорила, что с Ришей что-то случилось! — леди Равьела выглядела напуганной и держалась за сердце. — Лорд тан Даррак, вы пришли за нами? Наша девочка, что с ней?

Тот факт, что мы встретились в пространственном коридоре, говорил о многом.

В первую очередь о том, что родители Марины любят ее, любят ее так сильно, что решились на нарушение. Они не имели права пытаться пройти на территорию академии без приглашения. Но сделали это. Просто им повезло встретить меня чуть раньше.

Во-вторых, связь леди Марины и леди Равьелы велика, раз она ощутила, что с дочерью случилось несчастье. И это дает огромную надежду на то, что у нас выйдет передать энергию иллами Марины и самой Марине для того, чтобы он не развоплотился и не ушел на перерождение, а она восстановилась после нападения.

— Долг жизни? — глухо спросил лорд Марсэмиар, не дав мне ответить его жене.

— Да.

Леди Равьела побелела и вцепилась в локоть мужа. Я на секунду прикрыл глаза.

Ненавижу быть вестником плохих новостей. Ненавижу то, что этих новостей больше, чем мне хочется говорить. Ненавижу…

— Я прошу вашей помощи. Помощи всего вашего рода.  — Холодный ветер ударил в лицо, на краткий миг лишив дыхания. — Сейчас прибудет ректор академии со студентами из вашего рода. Иллами леди Марины пострадал очень сильно, их связь вот-вот оборвётся.

— Оборвётся? — эхом повторила леди Равьела. — Но тогда…

Лорд тан Аргхарай не дал договорить жене. Он подобрался и глядя мне прямо в глаза спросил:

— Вы образовали связь с иллами моей дочери?

— Да, — я не отвел взгляда и сделал вид, что не заметил сдавленного стона леди Равьелы. — Но сейчас я бесполезен. Моя магия ее погубит.

— Что это означает?

— Я дал клятву богам, что не приближусь и не прикоснусь к леди Марине в обмен на помощь в ритуале и сохранение жизни леди Марины. Боги приняли мою клятву.

Леди тан Аргахарай побледнела сильнее, я неосознанно протянул к ней руку и понял это лишь тогда, когда ее холодные пальцы сжали мою ладонь.

— Мне так жаль, — произнесла она.

А я оказался не готов к проявлению сочувствия. Обескуражен тем, что несмотря на известие о том, что с ее дочерью случилась беда, эта женщина нашла для меня частичку тепла, которой пожелала поделиться. Искренне.

— Щит с полигона убран. Предлагаю переместиться туда, зов я бросил, — сухо сообщил лорд Марсэмиар. — И желаю знать подробности.

Я покосился на леди Равьелу. Мне не хотелось ранить ее еще сильнее, ведь именно она та, кто нужна будет для проведения ритуала. К сожалению, такая крепкая связь с леди Мариной есть только у нее. И если ей сейчас станет плохо от известия, то время может быть упущено безвозвратно.

— Я сильнее, чем кажусь, лорд тан Даррак. — решительно заявила она. — И Риша сильная, верьте.

— Леди Марину выдернуло из лазарета долгом жизни в Дикие Земли.

Я впервые видел, как любящая мать принимает подобный удар.

Лицо леди Равьелы исказила судорога: оно искривилось, губы задрожали, а морщины в уголках глаз стали отчетливыми. Пальцы, тепло сжимавшие мою ладонь, теперь жалили болью. Вряд ли леди Равьела отдавала себе отчет в том, что происходило с ее телом.

И я впервые видел, как мать, получившая страшное известие, вопреки удушливой волне, буквально одним движением руки — она отцепилась от меня, прекращает истерику и не дает слезам прорваться наружу.

— Поспешим, — хрипло произнесла она. — Поспешим.

Мы практически бежали на полигон. Я был чуть впереди, давая лорду Марсэмиару хоть немного успокоить свою жену, возможно подбодрить объятьями и добрым словом.

Чем-то их пара напоминала мне тетю с дядей. Наверно, лишь с одним отличием. Когда дядюшку Совет склонял к поиску новой жены взамен той, что никак не могла подарить наследника, он наотрез отказался. С другой стороны, моя тетя никогда не числились среди мертвых.

Обо всем этом подумал вскользь, уже стоя в центре полигона и готовый встречать студентов во главе с ректором. И они не заставили себя ждать. Не только они. Два портала открылись одновременно, но в разных частях полигона.

Я всегда знал, что род Аргхарай внушительный. И только сейчас смог убедиться в этом воочию. Пятый в рейтинге, хотя когда-то были вторыми. Много столетий назад, но были.

Возможно, когда-нибудь они вернут утраченное. В конце концов, глава рода у Аргхарай толковый лорд, сумел сохранить позицию рода при длительном отсутствии новых хранителей иллами.

— Фаренг! Возвращайся обратно! — холодно приказал лорд Марсэмиар. — Ты еще слишком слаб!

Задумавшись, я пропустил, когда наместники главы рода окружили его, а с ними и мой дядюшка. Остальные же члены рода, в том числе студенты, распределялись по полигону кругами, но так, чтобы в центре осталось место для трёхгранной пентаграммы.

— Мой лорд, позвольте мне… — Хрипло выдохнул лорд Фаренг. — Это меньшее, что я могу сделать…

Мужчина был высоким, жилистым и седовласым. На последнем рейде он сильно пострадал и именно его собой закрывал лорд Марсэмиар, когда получил свою травму. Что впоследствии поставило под удар весь род Аргхарай. Прошло уже значительно времени, однако раны Фаренга едва затянулись. Безобразный шрам делил его лицо буквально на две половины

— Не обсуждается, — жестко отрезал отец Марины. — Возвращайся, я не разрешаю участвовать в ритуале.

Взгляд мужчины потух. Вмиг погас, словно у него отняли смысл жить. Я понимал причины, по которой лорд тан Аргхарай запрещал ему участвовать в ритуале. Лорд Фаренг совершенно не восстановился, ни физически, ни магически. И подобное участие могло привести к смерти. И вместен с тем, я как мужчина, понимал лорда Фаренга.

— Позволь ему, — тихо попросила леди Равьела. — Позволь, Марсэмиар. Он не из гордости, не заставляй его быть трусом.

И едва слышно добавила.

— Иначе ты его потеряешь. Насовсем.

Обычно вмешательство леди в разговор лордов недопустимы. Вмешательство в решения главы рода — табу. Но… Я на мгновение представил, что на месте леди Равьелы Марина. Наверно, я разрешил бы ей все. И согласился на все. Тем более в такой ситуации, потому что леди Равьела абсолютно права. Когда борется весь род, для всех кроме детей, отстраниться от происходящего — настоящая трусость и позор. Невзирая на причины такого поступка. Будь то приказ главы или собственное желание.

— Хорошо, — равно выдохнул лорд тан Аргхарай и отвернулся к ректору.

Я знал. Что именно им предстоит заниматься подготовкой пентаграмм, моя же работа заключалась в ином.

— Леди Равьела. — Позвал я. — Я не могу напрямую передавать свою магию вашей дочери, но если переработкой энергии займетесь вы и ваш иллами, то…

— Клятва не будет нарушена и вреда не причинит.

— Верно. А также добавит вам и вашему иллами больше сил. Вы ведь тоже еще не восстановились до конца.

— Это не важно. Я буду проводником, невзирая ни на какие причины и внешние обстоятельства. И Лерри со мной полностью согласна.

— Леди Марине очень повезло с родителями, — только и смог сказать. — Вам нужно будет слиться с Лерри, свою магию я смогу передать только в таком виде.

— Мы продержимся ровно столько, сколько потребуется моей девочке, чтобы удержать Феликса.

Удивительно, но леди Равьела сходу поняла мои тревоги и опасения. Ведь если во время ритуала она сменит облик, это навредит всем.

— Начинаем! — громко объявил лорд тан Аргхарай.

Дядя поспешно отправился к выходу с полигона. Ему нельзя находиться здесь, иначе это может нарушить ход ритуала. Я исключение, так как связан с иллами Марины.

— Сириус… — позвал я, пока лорд Марсэмиар отдавал последние указания жене.

Ей предстояло войти в центр главной пентаграммы и собирать потоки ото всех членов рода, чтобы затем перенаправить их к леди Марине.

— Я готов, Лейн. Я буду передавать магию порционно и не наврежу первой леди Рода Аргхарай.

Мама Марины прошла слияние. Ее сильф выглядела все еще безобразно. Но намного лучше, чем во время ритуала. Я не мешкал, занял позицию за ее спиной и проложил на плечи этого существа свои руки.

Вспыхнула первая пентаграмма — самая крайняя, ближе к выходу с полигона. За ней вторая, третья, четвертая…

Марсэмиар находился напротив нас, именно он будет тем, кто весь поток направит на свою жену. Именно ему придется контролировать все: смерть, если такая случится, а значит и откат придётся по нему, а не по леди Марине, волну потока, чтобы она не была слишком короткой или скачкообразной, мощь энергии…

Последняя пентаграмма вспыхнула, и вот теперь начиналось действо.

Наша центральная трёхгранная пентаграмма наливалась силой. Медленно, от луча до луча вспыхивала черным пламенем…

— Пора! — отдал приказ лорд Марсэмиар.

И леди Равьела крикнула не своим голосом:

— Риша! Ришенька!

***

Я узнавала Феликса и не узнавала одновременно. Он был все еще фениксом, но каким-то маленьким, двухмерным что ли…

Чуть ли не прозрачный, но с отчетливой чёрной обводкой по контуру тела. Хороший мой, родной мой…

Он плыл медленно, так словно каждое движение давалось ему с трудом. И я не могла помочь, только стоять и ждать его прикосновения. Он должен пройти это расстояние сам.

А мне необходимо вытерпеть все еще нарастающую волну чужой магии. Вытерпеть, чтобы потом порционно передать своему иллами.

Это так странно, но алгоритм моих последующих действий четко выстраивался в голове. Как будто я не впервые так делаю, а обладаю огромным опытом за плечами.

— Иди ко мне — мягко позвала Феликса, когда тот замешкался, застыл в пространстве, то ли сомневаясь, то ли вовсе больше не имея сил.

Я стояла всего на расстоянии вытянутой руки. И улыбалась, пусть знала, что там, где мое тело, по щекам льются слезы.

Улыбалась, показывая, что невероятно рада своему иллами, в любом состоянии…

— Я здесь, — холодным, потусторонним голосом известил Феликс и наконец коснулся моей руки. — Я здесь, хранительница.

— Словом и магией, светом души и волей богов — связь не рушима, — прошептала, позволяя Феликсу раствориться в себе.

Когда-то я о таком подумать не могла, что наше слияние может быть и обратным. Все же разница с замещением существенна. Я становилась фениксом, полноценно забирая у Феликса контроль и над его телом, и над его разумом. При замещении он контролировал лишь тело…

Сейчас же… Это была я, и не совсем я одновременно. Мы поменялись ролями. Настала моя очередь доказывать свое абсолютное доверие.

Меня больше не плющило от потока магии, уже совсем не распирало. И дело не в том, что поток прекратился. Нет, казалось, что он ещё усилился, будто подключился кто-то еще помимо моего рода. Но такого точно не могло быть, чужакам не позволено участвовать в передаче силы...

Это, кстати, были не совсем мои мысли… Откуда мне вообще знать, что именно для меня сделали родственники? И тем более знать название ритуала… А вот Феликс понимал. И буквально оживал, напитывался, купался в энергии… Его мысли становились все связнее, появлялись эмоции, которые при первом касании я вообще не ощутила.

Сколько все это длилось сложно сказать. На Грани вообще сложно определить течении времени, а уж когда я и вовсе себе не принадлежала, тем более.

Но в один прекрасный момент, Феликс толкнулся к стене и взмахом моей руки перерубил чуть ли не половину нитей.

— Хватит! — громко возвестил он. — Живите!

И после этого возгласа яростно замахал моими руками, разрывая оставшиеся нити.

Я не чувствовала сожаления по этому поводу, хотя моя душа отзывалась на отголоски эмоций родных.

Стена рушилась на глазах… красивом водопадом опадала на песок и уходила в море. Р-раз… и даже намека от нее не осталось, будто вообще не было...

Я же шла к морю, точнее Феликс вел нас в море…

Впрочем, последующее показало, что морем это нечто точно не было. Потому что нельзя нырнуть с головой и остаться на поверхности при этом впитывая в себя то, что водой не было. Да и магией, наверно тоже, нечто среднее между моим шальным туманом и вязкой силы богов. Я помнила ее мощь. А Феликс и вовсе хорошо знал.

Откуда? Может, расскажет когда-нибудь.

— Риша… — меня прострелило электрическим разрядом.

Он все же осознал себя, вспомнил меня…

Позвал, медленно выходя из псевдоморя и с разницей в доли секунд, разделяясь на две души.

— Риша, прости меня…

— Мы поговорим обо всем позже, когда оба восстановимся полностью, — не знаю от чего, но мне трудно было общаться.

И состояние явно было близко к тому, когда я едва волочила ноги после тренировки на полигоне с архмастерами.

— Ты же не исчезнешь больше? Не смей уходить на перерождение. Не отпускаю.

— Никогда, — клятвенно пообещал и свернувшись на песке, накрылся крыльями на манер одеяла.

Теперь я видела только небольшую черную горку и синие, бездонные глаза. Меня потянуло к ним с невероятной силой. Я и не заметила, когда оказалась на коленях и крепко обнимала своего иллами.

— Не уходи из безопасной зоны, пока я не буду готов к слиянию. — Попросил Феликс.

Мысленно попросил…

Я вскрикнула, сообразив, что больше не нахожусь на Грани. Я снова была в пещере, и тело ломило от боли… И чего-то еще… очень странного, неприятного, жутко болезненного, чего я пока объяснить не могла.

С попытки пятой открыла глаза, я сначала не поверила тому, что вижу, но…

Меня плотным коконом окутывала магия, она была светящимся черным туманом. Не знаю, как это выглядело со стороны, но я поначалу испугалась, потому что открыть глаза в черноте, пусть и поблескивающей серебром, то еще удовольствие. Тут какие угодно мысли в голову заползут, кроме того, что я все еще жива…

Но нет, смерть мне точно не грозила… Кажется, меня лечили…

Интересно, Аэлья все еще в пещере? Или, вдоволь попинав мое тело, она решила бежать?

В любом случае, догоню и руки с ногами местами переставлю. Подобное прощать я точно не стану. Дайте только очухаться и восстановить силы.

— Люблю тебя, детка, — далекий шепот мамы ворвался в сознание неожиданно.

И напугав, и подарив тепло. — Ничего не бойся, мы найдем тебя.

— Мама? — мысленно рванулась к ней, но дозваться не смогла.

Ритуал завершился, а значит и канал связи больше не мог передать голоса и эмоции. Он попросту схлопнулся, но прежде, мама успела шепнуть главное — меня не бросят. Что бы там ни было, в какой бы гадости мы ни оказались из-за блондинки, но нас уже ищут.

— Спасибо, — прохрипела и закрыла глаза, позволяя черному кокону закрыть лицо.

Курс на восстановление!

Глава девятая

Я очнулась рывком. Как будто кто-то изнутри подпнул. Мол, хватит разлеживаться, вставай давай. Вот и встала, точнее села и осоловело оглядела пространство.

Память возвращалась неохотно, будто сквозь пелену.

— Феликс! — липкий страх за родное существо сковал грудь, а вдруг мне все примерещилось?

Вдруг я так сильно стукнулась, что мое подсознание сыграло со мной дурную шутку и никакой помощи рода не было? А Феликс ушел на перерождение, спасая меня?

Наверно, это были самые страшные секунды в моей жизни — ожидание его ответа.

— Я здесь, Риша. Я здесь, — нежный перелив его голоса подействовал успокаивающе.

Я наконец сделала выдох и вообще жадно задышала.

— Я так боялась, что ты…

— Я никогда тебя не брошу, Риша. Никогда.

— Вместе, навсегда, — улыбнулась я…

— Да…

— Блаженная, — ядовитый комментарий позади меня и поворачиваю голову на голос.

Аэлья… Сидит в пяти метрах от меня, практически в позе лотоса на собственном плаще…

Я поежилась. Вдруг стало так зябко… Я ведь в одной сорочке! Больничная пижама не грела. Пусть и была длиной до пят, да с рукавами, а все ж не штаны и не рубашка. И ткань тонкая, хорошо хоть не прозрачная.

— Сама ты блаженная, — хрипло произношу я, а память подкидывает очередной пазл — Аэлья пинает и раздает мне пощечины…

— Риша, я еще не восстановился, — прошептал Феликс, — не могу долго держать связь. Погрейся у костра, и не выходи отсюда…

— Не выйду, — пообещала ем, тем более, у меня совершенно не возникло такого желания.

Пещера хоть и казалась мрачной, да вот надежной и не опасной, по сравнению с тем, что было за ее пределами. И так, надо как-то согреться…

Каким чудом Аэлья вообще костер развела? И почему греется сама?

Я зажмурилась от искрящегося света. Пусть пламя и было небольшим, но все же ярким. А в этой пещере царил полумрак.

Хотя, полумрак наверняка появился при костре, без него тут точно было очень темно. Как и на улице.

Я инстинктивно поджала колени. Близость с выходом из пещеры мне не нравилась. Совершенно. Там на улице, словно и неба не существовало, такое впечатление, что кроме тьмы ничего и нет. Никакого пейзажа, никакой жизни…

Я снова зябко погладила свои плечи. Это ни капли не согрело, мои руки, как и все тело, были ледяными. Надеюсь, я не настолько замерзла, чтоб не подойти к костру?

Первая попытка встать провалилась, все-таки я слишком долго лежала в одном положении и ноги затекли.

Я их чувствовала, но наступить было сложно, сразу тысяча иголочек впивалась в ступню, что, охая, я снова опустилась на землю. Сырую землю… Интересно, почему я ощущаю ее так, словно на мне вообще одежды нет. Догадка не радовала. Удар-таки был в спину…

Так, Риша, ты же маг. А ну-ка берем себя в ручки, призываем магию, судя по резерву, он наполовину полон, что не может не радовать, и создаем себе хоть какое-то подобие одеяния. Своя магия греть должна.

Об этом нам на лекциях говорили. В конце концов, всегда можно воздействовать тьмой на температуру вокруг себя. Создать искусственный теплый ветер, я хоть и не стихийник, да этому обучают всех. Опять же по словам преподавателей. Так что…

Я сосредоточилась на преобразовании магии и постепенно у меня получалось. Конечно, долго я поддерживать это преобразование не смогу, но первично отогреть свои конечности — вполне. Тепло медленно окутывало ноги, так хорошо…

— Лучше бы костер развела, а не магию тратила, — фыркнула мне в спину Мисс Которую Я Скоро Прибью.

— Лучше бы ты помолчала, а костром я твоим воспользуюсь.

— Да кто тебе разрешит? — фыркнула блондинка.

— А я и спрашивать не стану. Но не переживай, расплачусь я с тобой по-царски. Той же валютой: пинками, да пощечинами. И щедро отсыплю, в жадности упрекнуть не посмеешь.

Я подрыгала ногами, проверяя их работоспособность. Удивительно, но мысль о том, что я легко отделалась, посетила меня лишь сейчас. Удар был несомненно мощным. Таким сильным, что и дух напрочь выбило, и Феликса почти утащило на перерождение.

Однако руки и ноги у меня целы, хребет не переломан… Шея не свернута и ощущаю я себя вполне сносно для той, кто послужил живым щитом. Одно плохо, догадка оказалась верна, моя пижама была цела наполовину, повезло еще, что хоть немного, но попу прикрывала в то время, как спереди вроде как все было целым, не считая чуть подранного низа.

Вообще, по-хорошему, и этого не должно было остаться...

Я поморщилась, синяки наверняка есть, но это такие мелочи, если честно. Потянувшись всем телом, я поднялась. Немного закружилась голова, однако это быстро прошло.

— Не смей ко мне приближаться! — в руках Аэльи за пульсировал свет. — Даже не вздумай!

— Магия тебе не поможет, блондинка недобитая. — Спокойно шагнула к ней, ни капли не испугавшись ее магии.

Откуда-то внутри меня была твердая уверенность, что ее свет не причинит мне вреда. Откровенно говоря, больше уверенность была в том, что я его своей тьмой отобью. В Мисс Будущий Сломанный Нос. И станет она прожаренной курочкой. Эта мысль меня развеселила. Леди Мариэль Гриль к столу подана.

Она действительно запустила в меня своим светом, я лишь рукой махнула и мой туман не отбил, нет, жадно поглотил ее магию. Ни черта себе! Сказала я себе.

Я стояла и ошалело соображала, а с какой радости я поглотила чужую магию. Еще и противоположную... А потом до меня до шло, что поглотила ее не я. И мою магию вообще-то поглотили точно также… И дошло это не только до меня.

— А-а-а-а-а! — тонко завизжала Аэлья.

— Бэ, — мрачно изрекла я, спешно оглядываясь.

Мой мозг еще успел сообразить, если тварь магию поглощает, тьмой ее бить точно не следует.

И вообще меньше шевелиться, чтоб внимание не привлечь. Пусть на Аэлью прет, пока я думаю… Та все равно истерично воет и пуляется светом. Дура.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍На глаза попался камень, не сильно большой, но явно тяжелый для моей руки. Мысль созрела быстро. Подобрала его с пола, он реально руку тянул мама не горюй как, прицелилась монстру в голову и бросила.

Спасибо хоть тварь вылезала из земли ко мне спиной. Спасибо, что с меткостью у меня все было в порядке. Но вот вопрос, оглушить-то я оглушила, а дальше, что делать?

«Прибить» — четкая и по сути, справедливая мысль.

Вот только я никогда и никого не убивала. И мне совершенно не хотелось начинать.

И пусть эта тварь не сказать, чтоб очень большой была, но и особо маленькой не назовёшь.  Да и приятной тоже… Что-то среднее между осьминогом и червем. Туловище так точно от большого жирного червя, а вот много щупалец явно от осьминогоподобного. Фу, гадость-то какая!

— Прекрати визжать! — я подлетела к Аэлье. — Я не убила его, он оглушен. Быстро отвечай, где мы!

Для пущей убедительности я с огромным удовольствием вмазала блондинке по искривлённой роже. Одна пощечина, вторая… На третьей вой и всхлипывания прекратились, в глазах появилась осознанность.

— Да как ты…

— Быстро. Четко. По существу. — А чтобы она не рыпалась, ухватила красотку за волосы, те так удобно были уложены в хвост. — Где мы?!

— В Диких Землях!

Мне это совершенно точно ни о чем не говорило.

Феликс пока также молчал. Ну же, Риша, соображай, что с этим монстром делать, пока он не очнулся. Феликс вроде говорил, что я в безопасной зоне… Тогда почему тварь к нам пришла? Потому что я использовала магию, дошло до меня.

Я потянула блондинку за волосы.

— Ты знаешь, что с ним делать?

— Ай, нет! Но он магию впитывает!

— Это я и без тебя заметила, — прорычала ей, борясь с искушением приложить Аэлью прямо лицом в землю, да со всего размаха.

Нет уж, эта коза мне еще пригодится.

— Вперед, надо вышвырнуть его на улицу. Без магии!

Если моя догадка верна, то нам реально магией пользоваться нельзя. И нам втройне повезло, что помимо этого кошмара, к нам на огонек больше никто не заскочил.

— Что? Я не стану это трогать!

— Я тебе сейчас голову оторву, — я еще сильней потянула ее за волосы. — Выбирай.

— Хватит, я поняла! Отпусти!

— И не подумаю, вставай, дрянь.

А теперь вопрос, можем ли мы напрямую касаться твари? Вдруг она ядовита? Как его оттаскивать? Туманом было бы проще, вот только где гарантия, что это не привлечет еще больше его сородичей?

Волосы блондинки пришлось отпустить. Я размышляла секунду прежде, чем стянула с себя остатки больничной сорочки, все ж не голыми руками трогать, да и петлю сделать можно, а плащ Аэльи нам еще пригодится, хотя была мысль использовать его.

Мариэль опешила, глядя на мое обнаженное тело, таки да, трусов на мне тоже не было. Скорее всего они почили смертью храбрых вместе с частью сорочки во время удара.

Мне было наплевать на то, что обо мне думает эта дура, я вообще крутила жгут и делала петлю, как могла, так и делала. Но получилось, не так чтобы восторг, однако пойдет.

Слегка задумалась над тем, куда петлю накидывать, то ли на одно из щупалец, то ли на голову, но голова то лежит на земле… А щупальце вот оно, лишь бы не оторвать.

— Помогай! — потребовала я. — Тащи на улицу!

Наверное, это первый раз. Когда я порадовалась тому, что сорочка была до пят. Ее хватило и на петлю, и на то, чтобы мы в две руки ухватились за остатки ткани. Не веревка, хотя кто его знает было бы нам удобнее? Эта ткань руки не резала, пусть и немного обжигала от трения.

Тащилось чудовище медленно. Почти не тащилось, я-то старалась изо всех сил, а вот Аэлья явно брезговала и вообще…

— Оно шевельнулось? — страшным шепотом спросила Аэлья, — оно...

— Не ори! Тащи!

Я усмехнулась, когда дело заладилось. Такого рвения за блондинкой я давно не видела, мы почти достигли выхода, когда я сообразила, что нам его еще как-то выпихивать из пещеры.

— Когда приблизимся к границе выхода, тебе придется его пнуть. Иначе нам придется выйти на улицу.

— Мне?

— Я голая, если ты не заметила, — рыкнула я и сделала еще один рывок. — Вдруг тварь ядовита, а на тебе сапоги. Наши из академии…

А значит зачарованные и с толстой подошвой. Кстати, я ведь только сейчас сообразила, что девушка одета так, словно бы на тренировку собралась…

То, как Аэлья пихала тварь на улицу, я точно запомню навсегда. Мне было и смешно, и не смешно одновременно. Но смех все-таки пересилил, особенно когда тварь все же решила очнуться полностью. Испуг Аэльи сыграл ей на руку, такого сильного пинка она бы без состояния аффекта точно не выдала. Монстр вылетел из пещеры как пробка из бутылки.

Но смех мой оборвался. Да и радостный вопль Аэльи заглох на корню. С улицы донесся отчётливый смачный звук, характерный для приема пищи, а затем и вовсе отрыжка…

— Мамочки! — воскликнула Аэлья и вцепилась в меня.

И ее даже не смущало мое нагое тело, она обнимала меня так, словно я была последним оплотом ее защиты…

— Отцепись, — прошипела я.

Отчасти из-за боли. Все же хватка у блондинки приличная, и вероятно, она задела места, где были синяки.

— Отцепись, Аэлья, здесь мы в безопасности, пока не используем магию.

Девушка неохотно отпрянула, ее трясло так, словно это она, а не я была обнажена.

— Судя по тому, что я вижу, ты подготовилась к диким землям. Еще одежда есть?

Я мрачно покосилась на костер, там мне почудилась горка… Надеюсь, это то, что я думаю — походной рюкзак.

— Я… мне… там.

— Очень содержательно, — огрызнулась я и потопала к горке, которая и правда оказалась рюкзаком. Боги, лишь бы там и правда были шмотки, любые! Мне сейчас даже тряпка половая подойдет, хоть попу прикрыть.

Удивительно, но там оказалась мужская одежда. Из добротной ткани штаны и рубашка, белья не было, зато имелись сапоги, явно не на мой размер, но…

Я одевалась, быстро натягивала на себя штаны, которые также оказались мне велики, хорошо пояс был, и я его затянула потуже, предварительно заправив остатки рубашки. Но прежде, от этой самой рубашки пришлось оторвать часть, благо и ножик имелся, и длина была куда большей необходимой мне. Даже с учётом приличного размера груди.

Обмотав ступни тканью от рубашки, я влезла в сапоги.

Аэлья все это время молча за мной наблюдала, даже на плащ свой не вернулась. Стояла у костра и смотрела так, как будто решала, кинуться на меня сейчас или позже…

— Это не для тебя! — наконец отмерла она. — Не для тебя! Ты все испортила!

И разрыдалась.

А я стояла и думала. То, что Мариэль всегда была эгоисткой, да, то, что она не командный человек, тоже не поспоришь, однако, где леди успела настолько потупеть? Да еще эти перепады настроения? Нет, то, что мы обе пережили ужас сомневаться не приходилось, да только…

У девчонки словно клин какой-то стоит. Вроде прорывается нормальная реакция: как в случае с обнимашками, там явно страх все остальное перекрыл и инстинкт самосохранения вылез, раз она ко мне липла, ища защиты.

Откровенно говоря, у меня тоже такая мысль мелькала, схватить Аэлью покрепче и поорать от страха, учитывая происходящее за пределами пещеры, это вполне вписывалось в картину и в тот психологический стресс, нами пережитый.

Далее, она ведь явно притащила меня в пещеру. Больше попросту некому. Феликс точно в этом не участвовал. И рыдала она надо мной явно не от того, что я ей план какой-то сорвала, а потому что испугалась. Сильно. А потом… сложно объяснить ее поведение, пинки эти, пощечины и костер, у которого она в одиночку грелась. Да и сейчас, реальная угроза, которая висит над нашими головами ей таковой не кажется, хотя буквально несколько минут назад Аэлья точно понимала, что мы в глубокой жопе.

Словно в ее сознание кто-то третий вмешивается, выковыривая изначальную цель и закрывая ею разумность действий.

— Ты притащила меня в пещеру? — все же решила уточнить.

— А ты кого-то еще видишь? Я! — отозвалась она и нервно дернулась. — Из-за тебя…

— Стоп! — я прервала ее спич. — Ради чего ты здесь? И что за дикие земли?

— Ты не знаешь? — глаза блондинки округлились. — Ради новой силы, конечно. Такой, что позволит признать меня и мое право на… Право на…

Я не торопила, только хмурилась, явно же какая-то ерунда творится в ее голове. Вот только продолжила она совсем не ту мысль.

— На диких землях лишь влюбленные могут получить особую силу, и я…

— Влюбленные? — а может я не права и Аэлья просто умом тронулась? Мало ли кто ее бил до моего появления? Может ее головой о камушки приложило, раз так сто… — И силу?

— Это легенда! — крикнула Аэлья. — Легенда!

Я криво улыбнулась.

— Легенда, ради которой ты рискнула своей жизнью? Мариэль, ты дура?

— На себя посмотри, — огрызнулась она. — Все бы получилось, если бы не ты!

— Если бы не я, ты бы сдохла. — Надо же, у блондинки есть зубки.

Кажется, если выводить ее из себя, речь девушки становится более связной.

Так, Риша, вспоминай, что может оказывать влияние на разум? Ну не спроста себя так Аэлья ведет и дело точно не в особой силе… Заклинание? А вид какой? Небось то, что мы еще не проходили… Но на любое заклятие обязан быть усиливающий амулет или артефакт, чтоб жертва с крючка не сорвалась.

— Я бы получила крылья! Крылья!

— Тебе мало крыльев иллами?

— И кто из нас дура? Магические крылья! Сотканные из магии тьмы и света, а может из магии стихий и тьмы… Два, а то и три иллами…

— Твой вариант — воспарение души, — ледяным тоном отчеканила я. — Прямиком к богам, на перерождение.

Два иллами ей, а то и три, размечталась!

Боги, кто бы так зло над девчонкой ни пошутил, но она ведь реально в это поверила!

— Аэлья, — я вдохнула и медленно выдохнула, подбирая слова и не давая своей злости прорваться, — кто бы и что тебе не сказал, но тебя обманули. Ты ждала мужчину, верно? Возлюбленного, и он не твой жених, так?

— Не смей меня осуждать!

— Разве я сейчас осуждаю? — я говорила мягко, как с душевнобольной и медленно подходила к ней. Нет, бить ее точно не стоит, а вот прощупать одежду на предмет посторонних амулетов нужно. — Я спрашиваю, имя можешь не говорить.

Мы и так давно его выяснили… Странно, что Аэлья забыла об этом нюансе.

— Д-да, — нехотя ответила она.

— И брачная клятва еще действует?

— Клятва?

— Да, та самая древняя? Вашу помолвку не расторгли же?

На миг глаза блондинки словно пеленой заволокло. Я испугалась и дернулась к ней, собственно, вовремя, потому что она со стоном осела на землю. Я успела ее подхватить так, чтобы она не приложилась головой. Куда уж еще прикладываться-то? Итак невменяемая.

— Голова, — прохрипела она, — болит… Жжется…

— Не надо магии, — строго напомнила ей. — Держи себя в руках.

А сама зашарила по ее одежде. Ну же, я, конечно, могла ошибиться, но интуиция меня обычно не подводила… Должно быть хоть что-то…

— Ай, — я отдернула руку от того, что меня укололо, аж кровь выступила. Едва подавила желание облизать руку. Вместо этого вытерла о штаны, еще и сжала так, чтоб кровь чуть сцедилась. Кто его знает, что там за иголка и что было на ее острие?

— Аэлья, сними, — хрипло попросила ее. — Сними и положи на землю. Ты же умничка? Хочешь, чтобы голова болеть перестала?

— Хочу… — эхом отозвалась она и пусть не сразу, и дрожащими руками, девушка отстегнула брошь.

Вообще непримечательную брошь, ни камней драгоценных, да и метал каким-то тусклым был. Вроде глядишь на безделушку в упор, а черты смазываются.

— Аэлья, положи ее на пол, — снова попросила ее. — Положи, и голова сразу пройдет.

Я в этом уверена не была, да только от вещички явно избавиться следовало.

И состояние сомнамбулы мне у Аэльи не понравилось. Мне вообще все происходящее не нравилось. Но единственный, кто способен мне хоть что-то объяснить — она.

О том, что мы совершили ошибку, я поняла после того, как брошь наконец коснулась земли.

Потому что блондинка дернулась, голова ее запрокинулась и кровь из носа хлестнула с такой силой, что я насмерть перепугалась.

Чтобы за штука на ней все это время не была, а нас к нейтрализации подобного точно не готовили. Не мой уровень. Вот вообще не мой.

— Феликс! — отчаянно завопила я. — Феликс, что мне делать?!

Вот только друг не ответил. Я ощущала нашу связь, сердцем чувствовала, что с ним все хорошо, вот только пока Феликс для меня оставался недоступным. И черт его знает, с чем это связано, только ли с восстановлением или появились еще какие-то проблемы.

— Умрем, — хрипло выдохнула Аэлья распахнув глаза так, словно веки были резинкой, которая легко растягивается. Зрачок и вовсе стал мелким и «пляшущим», «пульсирующим».  — Мы умрем… Дикие Земли — смерть.

И зашлась в страшном приступе, ее тело сводило судорогами и при этом еще била крупная дрожь, девушка еще и кашляла. Словно бы она была эпилептиком, я однажды видела, как это происходит, но тут… Смешалось все. Я навалилась на блондинку, при этом умудрившись просунуть ей под голову руку. Боги, да что вообще происходит?!

— Умрем, и он был должен… Я не хотела…отказалась… — бессвязно, с трудом выдавливала из себя Аэлья. — Умру, выживи…

Она вдруг цепко ухватилась за меня, и где только силы нашлись, на миг ее взгляд прояснился, блондинка посмотрела прямо в мои глаза.

Я успела отметить, что белки глаз у нее покраснели, полопались сосуды, не просто сеткой, а чуть ли не сплошняком, а зрачок стал таким узким, практически невидимым, как она уже отпустила меня.

— Выживи, ты сможешь. — Четко произнесла она, а затем снова захрипела, завелась как старый мотор, — и скажи, им скажи я… ска…

Мариэль дернулась и обмякла, изо рта пошла пена.

А она все еще пыталась что-то сказать, вот только что именно разобрать не получалось.

— Да хрен тебе, а не смерть! — рявкнула я. — И помолчи, молчи!

Из-за слез, навернувшихся на глаза, я перестала четко видеть. Меня тоже трясло, я пятой точкой чуяла, Аэлья умирает! Я, конечно, и сама желала ее треснуть, но не смерти, точно не ее! И не так!

— Феликс! — вот только он не отвечал.

Спина взмокла, я уже не сдерживала всхлипы. Как же это все страшно! И даже та тварь так сильно не напугала как то, что сейчас творится с Аэльей.

— Боги, помогите! — я уже, и сама не понимала, вслух ли кричу или зову мысленно. — Где же вы, когда так нужны?

Ну, пожалуйста!

Естественно, ответа не последовало.

Кто-нибудь!

Отчаяние накрыло с головой, я прижималась к блондинке, исступлённо шепча какой-то бред. Я то ли ее, то ли себя, то ли вообще кого-то третьего просила о помощи. Мысли текли бессвязной кашей. Все, что я понимала четко — это то, что на моих руках умирает человек. Умирает страшно, мучительно… Хрипит так, как будто что-то сдавило ей грудную клетку, и кровавая пена вылетает изо рта ошмётками, а из носа капает чернота, то ли кровь, то ли еще что…

Признаки отравления, признаки заклятия, но какого? Все доступные мне варианты, куда проще в нанесении, куда мельче в своем воздействии. Тут же работал явно архмастер, и мне сложно определить только ли заклятийник. Может у него три специализации: зельевара, артефактора и заклятийника?

И кто его знает в чем состояла привязка для того, чтобы спустить курок заклинания? Только ли на древнюю клятву и память о помолвке, только ли на брошь? Кто его знает, какая вязь на ауре Аэльи? Кто знает, не пропитана ли чем одежда девушки, раз у нее все признаки отравления?

Что я могу сделать? Нас мало учили, мне катастрофически не хватало знаний. Все, что я могла это продержаться физически, выдержать нагрузку на организм, но не подобрать ключик к заклятию, потому что из всей классификации мне доступен общий минимум!

Но даже мне понятно, что нейтрализацию нужно проводить сразу, без тысячи попыток, потому что потоки собьются и ускорят мучения жертвы. Однако я никак не могла определить вид, хоть немного!

Я завыла, понимая, что вот все… Пара минут и совсем все. Леди Аэлья Розмари тер Глоуддак перестанет существовать.

Да будь проклято мое упрямство! Самой умной оказалась, брошь обнаружила, выставилась, снять заставила... Лучше бы Аэлья и дальше меня обвиняла и несла ересь, жалея костра и шмоток, но была жива! Лучше бы пиналась и пощечины раздавала, но мы смогли бы дождаться помощи вместе, а теперь…

Глава десятая

В какой-то момент слезы высохли. Я застыла над Аэльей, глядя на ее замедляющееся дыхание и разозлилась куда сильнее. На себя и свою беспомощность. Да, я не могу ее вылечить, да не могу вернуть время вспять, однако кое-что все-таки в моих силах.

Я убрала руку из-под головы Аэльи и выпрямилась.

Я могла заниматься самобичеванием, а могла сделать то единственное, на что еще была способна. И пусть я знаю лишь теорию, спасибо леди Рудане, что вообще когда-то рассказала о потоках магии, текущих по энергетическим каналам и способах влияния на них.

И пусть то, что я задумала, стопроцентно привлечет новых тварей в пещеру, однако возможно, это даст шанс сохранить жизнь Аэльи, даже, если она в итоге останется без капли магии.

И вряд ли за это меня поблагодарит. Не знаю, сказала бы я спасибо тому, кто мог бы лишить меня магии и моего иллами, сохранив мою жизнь. Но плевать, я не настолько храбра, чтобы достойно перенести смерть блондинки. И никакая способность подобного не стоит.

Любое заклятье набирает силу от источника, к которому привязано. И обыкновенно это именно наша магия, наша энергия. Точнее того, кого прокляли. Так нас учили.

Грубо говоря, заклятье закрепляется на энергии жертвы, потихонечку ее тянет, накапливает силу и ударяет со всей накопленной мощью. То есть нас травит наша же магия. Вот такой вот парадокс.

Я заставлю магию Аэлью застыть, практически полностью, а может и навсегда исчезнуть.

Тьма лилась из моих рук рекой. Автоматически переключилась на магическое зрение, чтобы получше разглядеть ауру блондинки и ее энергетические каналы.

Что сказать, выглядела ее аура не просто разорванной и блеклой, она почти исчезла. Если у меня в запасе и было время, то явно не больше минуты.

Я не вылечу девушку, но запру заклятье до того момента, пока нас не найдут или пока сама не найду отсюда выход. Кажется, Феликс называл такое состояние пограничным, когда и не мертв хранитель иллами, и не жив. Почти стазис с тем лишь отличием, что в первом случае замирают все процессы организма и жизнедеятельность находится в спячке до той поры, пока этот стазис не снимут.

То, что делаю я не остановит жизнедеятельность ее организма, Аэлья даже гадить сможет, непроизвольно, конечно, вот только и сознание к ней не вернется до тех пор, пока не восстановится циркуляция магической энергии. Либо не исчезнет полностью. Последствия от заклятья я также не сниму, а потому буду надеяться, что магии в блондинке все же достаточно для того, чтобы по итогу и выходу из этого состояния сохранить хотя бы капельку.

Итак, соберись, Риша, больше медлить нельзя. Я сконцентрировала свою магию в иголку с ниткой и уже ими касалась магических каналов Аэльи, буквально зашивая их.

А вместе с ними и ту гадость, что как чума распространилась по ее телу и внутри него.

Мне катастрофически не хватало опыта, я боялась, что попросту уничтожу ее каналы, но все равно упрямо работала преобразованной магией.

Я ощущала, как мой резерв становился все меньше, а еще я слышала, как дрожит земля, будто кто-то ее роет.

Твари ждать себя не заставили… Это вынудило меня ускориться и больше не думать о том, что я чего-то не умею и что мне может не хватить магии. Я должна справиться и точка.

Несмотря на то, что я торопилась, я старалась действовать аккуратно. Хотя уже видела, что пара каналов, скорее всего, уже не восстановятся. И черт его знает, только ли мое вмешательство в этом виновато. Однако, я видела, что получается, и заклятье замерло, застыло, перестав распространяться по телу девушки и поглощать жизнь Аэльи.

Щупальце присосалось к моей ноге, когда я практически заканчивала — мне осталось «зашить» три канала. Естественно, я дернулась, но быстро опомнилась и продолжила работу.

Плохо то, что магию из меня теперь тащило с ускоренной силой и в разные стороны. К Аэлье и к той твари, что держала меня за ногу.

Возможно, я сглупила, и мои действия в итоге угробят нас обеих, но иначе поступить я не могла. Все внутри меня противилось подобному раскладу. Да и меня всегда учили, что если можешь — делай, если есть крохотный шанс помочь, то отступать не имеешь права, иначе ты уже и не человек.

Второе щупальце присосалось к спине, когда я заканчивала с последним каналом. Удивительно, но Аэлью тварь как будто не замечала, к девушке ни одно щупальце не притронулось, значит ли это, что, если я перестану использовать магию, оно и от меня отстанет?

Увы, мое предположение не оказалось правдой. Потому что я закончила, а щупальца все также крепко держали меня. Даже странно, что к голове твари не подтащили… Чтобы сожрать.

И что мне теперь делать? Аэлья вроде бы жива, едва заметно дышит, а меня держит монстр, к которому я поворачиваться не хочу.

У меня совершенно ни на что нет сил, тем более на борьбу. Разве не дура? Кажется, самая настоящая.

Но кто бы ответил, отчего мне так хорошо? Впрочем, я и сама знала.

Мне куда проще сдохнуть за компанию с блондинкой, чем позволить ей умереть. А так, моя совесть чиста, я действительно сделала все, что могла. И даже больше, практику по технике запечатывания каналов мы должны были проходить в конце первой ступени.

— И что тебе надо? — я все же медленно повернулась.

Вообще, хорошо бы слезть с Аэльи…

Удивительно, но монстр не делал попытки приблизиться или напасть, как это было недавно. Да, меня трогали его щупальца, просто трогали, сама тварь находилась в метрах пяти. Такой же кошмарик, которого мы выкинули из пещеры, может чуточку меньше.

— Отпусти уже, если жрать не собираешься.

И вот меньше всего я ожидала, что щупальца один за другим меня отпустят. Сначала с ноги, затем и со спины.

— Обалдеть!

Я шмякнулась на Аэлью, даже не успев этого понять. Оказывается, физическое напряжение достигло своего пика. Мышцы обмякли.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Оно, конечно, нехорошо лежать на пострадавшей, но тут выбирать не приходится.

А еще, мне пришла в голову странная мысль. Могли ли щупальца жутика поддерживать меня, чтобы я завершила работу над каналами блондинки? Или это у меня воображение разыгралось? И стоило ли прошлого выкидывать из пещеры на съеденье? Его ведь явно сожрали…

Что-то меня не туда ведет, сейчас еще и прошлого червя жалеть начну.

В любом случае, надо отползать поближе к костру, вообще удивительно, что он еще горел. И Аэлью к нему подтащить, земля все же холодная. И раз нас жрать не собираются, надо хотя бы понять почему.

Я попыталась скатиться с девушки, однако не вышло. Такое бывает, когда мышцы обмякают и вместе с тем простреливают болью, от долгого неудобного положения, от перенапряжения, или от всего вместе.

Когда щупальце снова коснулось меня, я не дернулась, я просто замерла, честно офигев от помощи.

А меня пусть и неаккуратно, явно не заботясь о том, что я могу себе что-нибудь свернуть, шею, к примеру, или подвернуть, уставшие ноги и руки, стащили с блондинки.

«Твою ж мать» — подумалось мне.

Вообще, подумалось много всего, но цензурного там вообще ничего не было. Я пропахала носом землю, вяло отметив, что такими темпами он будет сломан. Но тащить перестали и щупальце свое от меня убрали. Вовремя, однако, еще чуть-чуть и точно бы с кривым носом ходила.

— Спасибо, — все же нашла в себе силы прохрипеть.

Найти бы их еще чтобы перевернуться. А еще лучше сесть, и порыться в чудо-рюкзаке, кажется, я там видела флягу с водой и какие-то сухарики. Меня вообще всегда от стресса на пожрать пробивает, а после подобной выкачки магии и вовсе поесть — первая необходимость.

— Фьюрр, — доверительно раздалось почти над головой. Почти, потому что монстр все же был далековато. — Фьюрр, хррр…

Чтобы это ни было, но надеюсь, монстр не мне радуется. В смысле не мне в качестве ужина. Хотя, хотел бы, давно уже схрумкал.

А вообще, может попросить его меня перевернуть? Заодно проверю, насколько оно разумно и относительно безопасно?

Дожились, Риша… Нет уж, поворачиваться будем самостоятельно, а проверять на чем-нибудь ином. Вон, ту же блондинку подтянуть к плащу.

Так-с, рота подъем! То есть я подъем. Не бегом, ползком, но и так сойдет.

Кряхтя и мысленно матерясь на все лады, я уперлась руками об землю. Полностью подняться пока не получалось, однако даже это уже было достижением.

— Фьюрх! — одобрительно заметил невольный свидетель моих усилий.

— Фьюрх, — повторила за ним, переводя дух.

Тело дрожало, наверное, будь я в вертикальном положении, меня бы штормило как после хорошей попойки. Во всяком случае мутило не меньше.

Кое как я все же села. Не сразу, попытки с десятой, но победителей не судят, даже в таких мелочах как победа над уставшим телом.

Села и уставилась на монстра. Не знаю где у него там глаза, мне их видно однозначно не было. И что будет дальше?

— Можешь рюкзак подать? — с короткими паузами попросила я. — Пожалуйста.

Надо же теорию проверить?

Учитывая то, что монстр всячески избегал костра, я не удивилась ни тому, что он, во-первых, понял, что такое рюкзак, во-вторых, обогнув щупальцами место костра, по довольно витиеватой траектории, и мне его таки подал.

Нет, я, конечно, лукавлю, говоря, что совсем не удивилась. Я не удивилась траектории, а вот всему остальному…Я подвисла, как тот самый рюкзак на щупальце перед моим лицом.

Червяк разумный. Черт побери. Монстр разумный, а я его оглушила, и затем выкинула на смерть. Ы-ы-ы!

— Спасибо, — я протянула дрожащую руку к рюкзаку.

Не от страха дрожащую. Чего уж теперь бояться?

— Фьюююрх!

Фьюрх. Полный.

Я не понимаю, ни где я нахожусь, ни что за ерунда меня окружает, и уж тем более совершенно не знаю, что делать дальше. Феликс пока недоступен, Аэлья понятное дело тоже ответить не сможет, связь с родом точно была единоразовой акцией, а Лейн…

Я зажмурилась, отругав себя за слабость, вот сейчас только его тут не хватало, ведь Аэлья явно о нем говорила, как о том, кто должен был умереть. Они ж связаны с ним… Клятвой древней. Нет уж, если боги распорядились долгом жизни подобным образом, значит ему сюда нельзя. Или я не права?

Стоп, клятва, а что было бы, если бы Аэлья погибла? Мысль настигла внезапно, я похолодела. Что если бы я ничего не придумала? Что если бы из-за моей дурости погиб бы и он?

Меня опять затрясло. Так, Риша, а ну-ка подумай о чем-нибудь другом.

К примеру, о монстрах. Они разумные. Этот и вовсе обо мне заботится, но есть и другие, которые за пределами пещеры, и они смертельно опасны. От одного я защитила Аэлью, второй сожрал червяка… И кто там еще может встретиться?

И все же, почему тот червяк нападал, а этот помогает?

Ответа, понятное дело, я не получила. Вместо этого полезла в рюкзак.

Фляга нашлась, даже не одна, как и сухарики, но сначала я присосалась к воде. Жадно присосалась, порадовавшись, что фляг две, потому что эту я полностью опустошила. А стоит еще Аэлью от крови вытереть. Правда, черт его знает, нужно ли сейчас на это воду тратить? Может найдется альтернатива питьевой воде?

Я устыдилась своих мыслей. Ненадолго. Самую малость, в конце концов, я должна оставаться в сознании, мне же блондинку и тащить, и вообще выход отсюда искать. А если я свалюсь от голода и обезвоживания хорошо никому не будет.

— Фьюрх? — мои размышления прервали, ткнув щупальцем по голове.

Я б сказала тюкнули, ощутимый такой удар, вот только меня явно не бить хотели, а привлечь внимание.

— Что такое? — устало выдохнула, потирая макушку.

— Хррр, хра! — три щупальца взвились в воздух, к потолку.

Я только и успела понять, что их три и они вверх рванули с сумасшедшей скоростью, как в следующий момент они вернулись в исходное положение. Ну почти, все три оказались перед моим лицом, и в каждом извивалась какая-то гадость.

— Хра! Арха ам!

—!..

Щупальца потрясли своей добычей. Монстр снова повторил свой клич.

На этот раз ругаться я не стала. Первый ступор, да и испуг прошел. Мозги начали соображать.

К тому же, кажется, меня решили покормить…

— Спасибо, у меня свое есть. — И для наглядности чуть подняла рюкзак. — Сухарики.

— Хрра?

— Ага, сам ешь.

Я чувствовала себя слегка спятившей. Сижу тут, с монстром расшаркиваюсь, рацион обсуждаю. А я-то думала, что меня в этом мире уже ничего удивить не сможет. Я явно поторопилась в выводах.

Чавкающего жутика я предпочла не замечать. Главное, что не мной чавкает и на том спасибо.

Краткая передышка закончилась. Мне, конечно, хотелось просто посидеть и погреться, но Аэлья… Ее все же стоило перетащить поближе, да и хоть немного обтереть.

Я вздохнула и мысленно приказала себе двигаться. В конце концов, мой организм и не к таким нагрузкам привык. Да и пустой магический резерв тоже не новость. Просто представлю, что я с полигона тащусь.

Кряхтя, я поднялась на ноги. Осмотрелась, выбирая местечко для блондинки и размышляя над тем, как лучше затащить ее на плащ. По идее надо бы аккуратно, а получится ли?

Ну, не попробуешь не узнаешь.

Наверно, я переоценила свои возможности, потому что Аэлья оказалась жуть какой тяжелой.

Я ее буквально на пару сантиметров сдвинула и выдохлась. Прямо плюхнулась на пятую точку. Что за невезение?

— Фьюрх? — раздалось со спины, — Фью-ю-юрх?

Щупальца вцепились в девушку, что примечательно там же, где трогала Аэлью я — за плечи.

— Надо ее на плащ положить, — сообщила я, чуть отодвигаясь в сторону. — Осторожно только, поможешь?

— Фьюрх!

Аэлья медленно поползла в направлении плаща. Я очень надеялась, что у нее потом лишних синяков не добавится. Но вроде и правда осторожно тащил, а затем и вовсе девушку в воздух подняли несколько щупалец и плавно опустили на плащ.

Надо было сразу его просить. Впрочем, учитывая то, как он меня тащил, мои опасения были не лишними.

— Спасибо! — поблагодарила помощника и подползла к Аэлье.

Надо бы ее накрыть и вообще убедиться, что она дышит. Мало ли…

Но нет, дышала, пусть чуть хрипло, немножко со свистом, но дышала.

На повестке оставался костер и не питьевая вода для умывания. Раз уж жутик мне помогает, может и воду где-то найдет?

— А тут воды нет? — спросила я, осматриваясь в поисках дров.

Оные не наблюдались. И снова вопрос, каким образом Аэлья развела костер и где взяла дровишки? Явно же не с собой притащила! Мог ли ей кто-то помочь?

Если да, то кто и где этот помощник?

— Хрупра? — меня снова тюкнули по голове.

Пришлось отвлечься от размышлений и смотреть на монстра.

— Чего?

— Хрра?

— Воды, говорю, нет? Кап-кап?

А как еще объяснить? Хотя до этого червяк все понимал…

Щупальца снова устремились вверх и мне опять продемонстрировали извивающуюся гадость. Длинную, толстенькую и большую пиявку. Ну это я ее так определила. На самом деле она была похожа и на змею.

— Эээ, у меня есть еда, — напомнила жутику.

И тут щупальца взяли скрутили пиявку. Как мокрую майку, р-раз и гадость больше не извивается, наоборот, с нее на землю капает кровь.

Кап-кап заказывала? Вот тебе!

Жесть какая!

— Ясно, спасибо, не надо, — пробормотала я, отворачиваясь.

Меня сейчас точно вырвет.

Переждав приступ тошноты, я все же взялась вытирать Аэлью. Для чего оторвала кусок рубашки, но уже от рукава и смочила водой из фляги. Запекшаяся кровь смывалась неохотно, однако я была упорной, к тому же, нос точно стоило освободить, может свистеть перестанет.

Я занималась девушкой, и сама не понимала, что к ней чувствую. С одной стороны, блондинка меня раздражала с первой нашей встречи. Вся такая воздушно-зефирная, красивая кукла у которой внутри вместо сердца сладкий леденец. Чуть подтает и вся липкая начинка наружу вылазит.

Пусть и сладко, да противно.

С другой стороны, она мой товарищ по команде. И за полгода я уже обвыклась с мыслью, что она неизбежное зло. И как бы там ни было, а мы должны сосуществовать вместе. Да и какой бы дурочкой Аэлья не была, а умирать такой молодой я никому не пожелаю.

И все же… Не было во мне тепла по отношению к ней. Жалость да, сочувствие, да… Желание помочь тоже было, но вот мысли, что мы с ней по-настоящему подружимся — нет. Мне все также не хочется пускать ее в ближний круг. И ведь где гарантия, что Аэлья не давно под заклятьем?

Конечно, хочется верить, что Академия ХИЛТ крутая и такую гадость бы не преподаватели и лекари не пропустили, но… Есть у меня сомнения на этот счет. Черт его знает откуда взялись, но если я так легко была утащена в Дикие Земли из лазарета, то и Аэлью нашпиговать гадость легко могли и скрыть свое вмешательство в ее магию. Девушка же изначально нелогично и странновато себя вела. Или я ищу оправдание тому, чему оправдания быть не может?

Я и сама не заметила, как под эти мысли не только закончила вытирать блондинку. Но и пригрелась под ее бочком.

Глаза сами собой закрылись.

Так-то сон не повредит, заодно быстрее восстановится магия, а там глядишь, и Феликс отзовется. Но монстр… А что, если он дружелюбен временно? Могу ли я спать в такой ситуации?

Я зевнула, чуть не вывернув челюсть. Сон обволакивал, утаскивая за собой и бороться с дремотой не получалось.

«Опять я с костром не разобралась» — подумалось мне прежде, чем я все же уснула.

А разбудил меня агрессивный свист и вопль Феликса.

— Риша! Вставай!

Я и встала, буквально подскочила, чудом не запнувшись об Аэлью и не наступив на нее.

— Что? Где? — сонно выпалила, оглядываясь.

Все та же пещера. Все те же щупальца…

Щупальца, угрожающе нависшие надо мной…

— Ты чего? Это же я, — выдохнула я. — Эй, жутик, я же просто спала!

Спросонья я не мега-какой аналитик. Я вообще так себе соображаю, а потому все, что смогла сделать, так это увернуться.

— Фьюрх!

И ничего дружелюбного в его тоне не было. Что за ерунда?!

— Феликс, что происходит?

— Не знаю, я потянулся к тебе, а он напал. Риша, как ты вообще допустила такое?

— Какое такое?! — мысленно возопила, а сама продолжила петлять по пещере от щупалец.

— Как ты могла уснуть с чудовищем?

— Он мне, между прочим, помогал!

И тут до меня, кажется, дошло.

— Феликс, не проявляй магию. Убери щиты…

— Риша…

— Пожалуйста.

— Жутик, нет ее, видишь? — я тормознула почти у выхода из пещеры и выставила ладони. —  Нет магии.

Так-то она, конечно, была, просто я ее не проявляла, и Феликс свои щиты поснимал. Но прямо сейчас туман не должен меня ни обволакивать, ни проецироваться в пространство.

Щупальца зависли в паре сантиметров от моей головы. Сначала я решила, что все, писец котенку. Потому что увернуться точно не успевала, однако в последний момент монстр бить передумал.

Мне сказочно повезло.

— Фьюрх?

— Фьюрх, — мрачно подтвердила я.

Вот и ответ, почему прошлый монстр нападал, а этот помогать взялся. Вот только я не смогу постоянно без магии обходиться. Связь с Феликсом на ней между прочим и основана!

И что теперь делать?

— Фью-юрх? — виновато прозвучало над головой.

— Ну и чем тебе магия не угодила? — вздохнула я. — Ну-ка ползи сюда. Ползи, говорю.

Вообще, идея была безумной, но удавалось же нам до этого договориться, может и сейчас получится?

Надежда, как известно, дохнет последней.

Я дождалась пока туловище червяка окажется рядом, щупальца он обмотал вокруг себя и теперь тихо посвистывал, ожидая от меня дальнейших действий.

— Ты ведь и сам тварь божья, а все, что создано богами — пропитано магией. — Не совсем так, но примерно. — И я видела, как ты ее поглощаешь. Смотри.

Я сильно рисковала, но мне хотелось верить, что маленький огонечек тьмы в моей ладони не разъярит червяка.

— Погоди! — потребовала от него, когда тельце монстра чуть ли не вздыбилось.

Учитывая, что волосяного покрова у него не было, смотрелось жутковато.

— Я не нападаю. Она просто у меня есть, я не стану тебе вредить, хорошо?

— Фьююю, арххар! — щупальца угрожающе нависли надо мной.

— Вот давай без этого, — попросила его и чуть отклонилась. — Магия просто есть, благодаря ней я общаюсь с другом. Мне нельзя без нее, понимаешь? А если не нравится, то ползи отсюда, я тебя не звала.

Нет, я прям удивительная девица. Ползи отсюда, не звала, видите ли. Можно подумать эта пещера моя и у меня вообще сил хватит выставить жутика.

— Фьььюрх? — проникновенный свист, обиженный я бы сказала.

— Заметь, это ты напал, я просто спала, и моя магия восстановилась. — Не до конца, но наполовину точно. — Я же не возмущаюсь, что ты на меня не похож? Я вот такая, с магией.

До чего ты Риша дошла… Осталось принципы гуманизма монстру объяснить и тогда считай меня точно можно назвать спятившей.

С другой стороны, мне не хотелось вредит монстру, который помогал. И мне хотелось с ним договориться. В конце концов, он сам прискакал сюда на магию…

Кстати, об этом… Земля опять дрожала, да так, что я не устояла на ногах и плюхнулась на пол. Блин, Риша, ты балбес! Сородичи жутика спешили то ли ему на помощь, то ли на пир.

И первая дырка открылась аккурат рядом с Аэльей.

Черт возьми! Она же беспомощная и магией от нее фонить не должно!

Вот только никак среагировать я не успела. Мой, наверное, уже точно мой монстр, ворон в отличие от меня не считал. Его щупальца пришли в движение. Сначала я решила, что хаотичное, потом до меня дошло, что он бьет своих же сородичей. Как в игрушке, когда дают молоток и нужно бить по норкам, из которых вылазят мыши…

Чудик рядом с Аэльей так себя и не проявил, его одним ударом вбили обратно в землю, и еще вторым щупальцем похлопали по образовавшейся горке земли. Типа для надежности что ли?

— Обалдеть, — побормотала я, — Феликс, ты это видишь?

— Вижу, Риша, отзывай туман, иначе твой…жутик не справится.

— Да я уже, — ответила ему, на ладони огонька уже не было. — А вот с тобой не общаться я не могу.

— Думаю, наше общение не критично, пока ты или я не обращаемся к магии напрямую и не пытаемся ее преобразовать.

— Фьюрх! — воинственно возвестил монстр и треснул по последней горке.

Больше земля не дрожала…

Глава одиннадцатая

Храм Триединства

— Лорд тан Даррак, вы вправе требовать компенсацию, но собирать нас здесь? — лорд тан Скарлерр нахмурился, показывая степень своего недовольства. — Совет постановил рассмотреть отмену помолвки после установления совместимости. Не торопите события, я не стану участвовать в ритуале.

Слова главы первого рода стихийников, подхватили остальные присутствующие. Единственные, кто сохранял молчание это главы темных родов и глава рода Глоуддак.

Он-то уже знал, что послужило причиной вызова и сейчас мог только молчать, признавая свою вину.

— Мой сын при смерти. — Глухо отозвался лорд тан Даррак. — Клятва накрепко связала его с невестой…

Последнее слово он выговорил с таким презрением, что образовалась мертвая тишина.

Проявлять эмоции было не принято, и глава первого великого рода темных никогда не позволял эмоциям брать над собой верх.

Это изумило других лордов куда больше, чем признание о скорой гибели наследника рода Даррак.

— Леди Аэлья Розмари тер Глоуддак отправились в Дикие Земли.

— Что? — лорд тан Скарлерр посмотрел на лорда тан Глоуддак. — Как вы объясните это?

— Она еще жива, но насколько хватит жизненных сил моего сына я не берусь предсказать.

Лорд Мэнрайд тан Даррак обвел взглядом главный зал и остановил взор на статуе Айваны. Он уже не в первый раз смотрел на богиню Айвану, ощущая, что его жизнь в ее руках. Мужчина только надеялся, что ему удастся осуществить задуманное прежде, чем богиня пожелает забрать его.

Лорд тан Даррак нарушил правила собрав пятнадцать великих родов в Храме Триединства против их воли. Он воспользовался призывом, потратив на это практически все свои магические силы. Мог бы, отдал бы все, лишь бы его сын снова открыл глаза.

— Лейнард является якорем, который продолжает удерживать душу леди тер Глоуддак в ее теле. За счет собственной жизни. Я требую разрыва помолвки.

— Вы не в том положении, чтобы требовать. — Резко бросил лорд тан Скарлерр. — Я признаю, что леди тер Глоуддак подставила вашего сына, и мне искренне жаль, что такой сильный хранитель погибает, однако это вы допустили ее отъезд в Дикие Земли.

— Допустил? — лорд Мэнрайд вышел вперед и встав вплотную к главе первого рода стихийников. — Леди тер Глоуддак ушла на точку перехода Диких Земель порталом вашего сына, не хотите объясниться?

— Что?

— Я согласен, — резко вклинившись между двумя главами первых родов, сказал лорд тер Глоуддак. — Я согласен разорвать помолвку и прошу вас всех присоединиться к ритуалу отмены помолвки.

— Действительно, не время для выяснений обстоятельств случившегося, — произнес лорд тан Сайттар. — У лорда тан Даррак его нет…

— Я не собираюсь участвовать в ритуале, который отберёт столько сил. — Лорд тан Скарлерр хмуро взирал на мужчин. — Особенно, когда мой род обвиняют в покушении на жизнь наследника первого темного рода.

— Если ты и твои люди не встанут в пентаграмму, я объявлю войну. — Спокойно произнес лорд тан Даррак. — Я уничтожу всех, кто присутствует здесь из стихийников и род каждого из вас до последнего члена… Богами клянусь, я не пощажу никого. И начну с Лексара Дитмара тан Скарлерр.

— И хватает смелости угрожать в божественном храме? — прошипел лорд тан Скарлерр. — Уничтожишь? Ты?

Магия взвилась огненным вихрем вокруг лорда тан Скарлерр, а затем и вовсе преобразовалась в два огненных клинка.

Стремительный взмах и удар обрушился на лорда тан Даррак. Но мгновением раньше, тот успел призвать свой туман, закутавшись в него словно в броню и ответный удар не заставал себя ждать.

— Лорды! — лорд Кларенс тан Картанс встал между сцепившимися, призывав свою магию. Светлый щит ярким шаром разрезал пространство на два лагеря. — Вспомните, где вы находитесь!

За лордом тан Даррак оказалось большинство, спину лорда тан Скарлерра прикрывали только стихийники.

— Одумайтесь! Не оскверняйте богов вашей ненавистью. Наш мир в опасности, а вы собрались между собой воевать? Потеря наследника первого рода темных ударит по всем нам! — Властно произнёс лорд тан Глоуддак. — Большинство из нас согласно на ритуал, лорд тан Скарлерр ваше нежелание не играет роли. И ваш отказ участвовать в спасении жизни лорда Лейнарда выглядит подозрительно.

— А ваша дочь в спасении не нуждается?

— Моя дочь сама виновата в том, что произошло. Если, конечно, ее не силком затащили в Дикие Земли. Позже мы во всем разберёмся. Я не желаю быть причастным к смерти лорда Лейнарда, тем более, когда причиной тому послужила глупость моей дочери. Лорд тан Даррак, лорд тан Скарлерр, отзовите вашу магию, не оскорбляйте богов еще больше.

Словно подтверждая его слова, а заодно и предупреждая статуи богов вспыхнули ярким ослепляющим светом, а затем весь зал погрузился во мрак.

Медленно один за другим вспыхнули огненные кольца над каждым из лучей звезды пентаграммы.

— Боги этого хотят, — глухо произнес тан Скарлерр. — Я подчиняюсь, но лорд тан Даррак ответит за угрозу.

— Только после вас, — парировал лорд тан Даррак. — Из всех нас, наименьшие потери несете именно вы, и именно вы скрыли от Совета назревший заговор на ваших землях. Вы до последнего не желали рассказывать о проблемах с кристаллами и вырождением!

— Да как вы смеете!

— Достаточно, — лорд тан Глоуддак вышел в центр пентаграммы, — кровь, лорды. Ритуал начат.

Главный зал храма обволокло магией: тьма, свет и стихии сплелись, статуи богов запульсировали, принимая кровавую жертву.

Энергия бесновалась в пространстве, мощь нарастала в то время, как сами лорды становились слабее с каждым новым ритуальным словом.

Каждого из них сила проходила насквозь, но никто не издал ни звука, продолжая стоять и вливать в пентаграмму свою кровь и магию.

— Да будет так, — возвестили три божественных голоса в унисон. — Жертву принимаем.

— Один мой, — сообщил мужской холодный голос и в пентаграмме замертво пал лорд тан Хартлер, глава третьего рода стихии.

— Один мой, — вторил ему второй бог, и лорд тан Сайттар, глава второго рода света безжизненной куклой рухнул на пол.

— Один мой, — мелодичный голос богини Айваны разрезал пространство.

За мгновение до того, как сердце лорда тан Даррак перестало биться, он подумал о том, что цена за жизнь сына справедлива. Лорд Мэнрайд не сомневался, что именно его заберут боги. Он предчувствовал это еще тогда, когда смотрел на статую и не ошибся.

Риск подобного при отмене древней помолвки существовал, ровно поэтому тан Скарлерр не желал участвовать.

Лорд Мэнрайд жалел только об одном — ему уже не доведётся увидеть близких и попрощаться с ними.

— Нита заждалась тебя, — ласково произнесла богиня, окутывая душу лорда тан Даррак, — вы оба уйдете на перерождение. Не соверши прошлых ошибок.

Первым, кто отмер и бросился к мертвому лорду Мэнрайду был лорд тан Аргхарай.

Его не смущал ни мрак, царивший в зале, ни все еще витающая в воздухе божественная магия, которая жалила кожу участников ритуала.

Мужчина думал о том, что его просьбу боги отвергли и сожалел об этом. В тот самый миг, когда лорд тан Аргхарай понял, что за ошибку, которую допустил Совет, крови сильнейших представителей хранителей иллами будет мало, он взмолился богам, так как хорошо представлял, кто именно будет отвечать за инициативу расторжения помолвки с их стороны.

Он хотел занять место главы первого рода тьмы, искренне веря, что такой человек как лорд тан Даррак должен был еще жить. И его жизнь куда ценнее, особенно в свете последних событий. Талант и сила, которыми обладал лорд тан Даррак полезнее и нужнее…

Но боги рассудили иначе, не ответив на мольбу, возможно, решив, что такая замена не равноценна.

Лорд Марсэмиар бережно приподнял лорда Мэнрайда, обхватив рукой его шею и с удивлением отметил, что мужчина улыбался. Сначала он решил, что ему показалось.

Все же освещения не хватало, но, когда медленно рассеялась тьма, и окружающее пространство озарилось мягким светом, лорд тан Аргхарай был вынужден признать, что ему не почудилось.

Улыбка на лице погибшего совершенно точно была. Не жуткой, не страшной улыбкой мертвеца. И точно не оскал.

Скорее умиротворённой и полной какой-то надежды. Мужчина невольно задумался над тем, что же сказала ему богиня перед смертью, раз он так улыбается?

Взгляд лорда Марсэмиара уперся в шею лорда тан Даррак, тонкая вязь рун привлекла его внимание.

«Поцелуй Айваны», – подумал он. – «Богиня не только даровала легкую смерть, но и подарила новую жизнь».

— Он улыбается, — удивленно воскликнули за спиной лорда тан Аргхарай. – Новый путь, богиня даровала новый путь…

— А еще угрожать посмел, — презрительно воскликнул стихийник, глава четвертого рода. И оглянувшись на мертвого лорда тан Хартлер, отметил, что смерть его соратника легкой не была.

Этот мертвец не улыбался, наоборот, его лицо исказила жуткая гримаса. Мужчина поискал глазами лорда тан Сайттар и убедившись, что смерть светлого также не была спокойной, разозлился еще сильнее.

Почему тот, кто посмел рисковать их жизнями удостоился поцелуя Айваны?

— Закрой рот, — тут же потребовал лорд тан Скарлерр. – Если не хочешь быть следующим.

Лорд тан Зоделарр был вынужден промолчать, но его взгляд отражал все чувства, которые он испытывал.

— Достойная смерть. Я приношу свои извинения, и обещаю не вмешиваться в ход расследования, а также оказать всяческую поддержку. Мы совершили ошибку…

Это признание лорду тан Скарлерр далось с трудом, потому что именно он был тем, кто сильнее всех желал провести древнюю помолвку, связав двух хранителей иллами с противоположной стихией браком. Правда, он рассчитывал, что женихом леди Аэльи станет один из его сыновей, однако жеребьевка показала иное.

И сейчас, учитывая нахождение данной леди в Диких Землях, не мог не думать о том, что ему все же повезло. Иначе на месте лорда тан Даррак оказался бы он.

— Не будете вмешиваться? – сухо переспросил лорд тан Маррад. – Ситуация с Дикими Землями касается всех нас. И тот факт, что один из ваших сыновей причастен к покушению на жизнь лорда Лейнарда делает вас подозреваемыми. Невзирая на ваш статус и силу, вы не имеете права голоса в этом деле.

- Его причастность еще нужно доказать. Тот факт, что кто-то воспользовался переходом моего сына, не означает, что мой сын именно этому хранителю настраивал переход. Им попросту могли воспользоваться третьи лица, точно так же, как и любым другим переходом, обладая нужным вектором.

Лорд тан Скарлерр говорил сухо, не выказывая эмоций, хотя в нем в этот момент бурлила злость. И на сына, которого или обдурили, или вынудили участвовать обманом. В любом случае, Ксар не мог добровольно отправить девушку на смерть. Даже если бы та его слезно умоляла. Его сын, каким бы безалаберным и порой несносным не был, что такое ответственность знал не понаслышке. К тому же никто и никогда не позволял женщинам ступить в Дикие Земли. Сколько бы прошений ни подавалось, сколько бы аргументов ни приводилось, но это негласное табу, которое соблюдали всегда.

- Ровно поэтому я предлагаю свою помощь и даю обещание о невмешательстве. Я не требую вернуть Ксара мне до выяснения всех обстоятельств несмотря на то, что обладаю данным правом. Я так же, как и вы, желаю найти виновного как в покушении на лорда тан Даррак, так и на вносящего в хаос в Совет. Нам не нужна война. И мы должны достойно позаботиться о тех, кто сегодня отдал свои жизни в искупление нашей общей ошибки.

Взгляд мужчины прошелся по трем телам, которые сейчас лежали рядом на носилках, сотканных из тьмы, света и стихий.

- Почему вы считаете это ошибкой? – Лорд тан Зоделарр все же не выдержал. – Много веков заключалась древняя помолвка. Боги принимали ее, и сейчас из-за лорда тан Даррак погиб наш…

- Замолчи! – лорд тан Скарлерр резко обернулся к своему подчинённому. – Лорд тан Даррак уже поднимал этот вопрос на Совете, но ты, кажется, запамятовал, что данный союз заключался по идеальной совместимости, которой у предшественников, участвующих в ритуале, не было. Много веков Совет принимал решение желая увеличить силу собственных родов, исключив из ритуала важный элемент. И произошедшее сегодня тому прямое доказательство.

— Это всего лишь предположение! Один наследник не стоит трех жизней глав великих родов! Мой друг погиб из-за прихоти старого интригана, может он сам отправил леди Аэлью в Дикие Земли, чтобы…

Договорить лорд тан Зоделарр не смог по причине сломанной челюсти. Лорд тан Аргхарай стремительным ударом отправил его на пол, заставив захлёбываться собственной кровью.

Лорд тан Скарлерр кивнул лорду тан Аргхарай, показывая, что претензий к его самодеятельности не имеет. Лорд Марсэмиар брезгливо отряхнулся и вернул поклон.

- Мы должны поблагодарить богов за то, что их решение оказалось гораздо мягче, вполне вероятно, что ответ должны держать все мы, а не только трое из нас!

Словно подтверждая его слова все три статуи засветились ярким ослепительным светом. Мужчины невольно зажмурились, а когда смогли снова нормально видеть, поняли, что мертвецов в зале прибавилось.

В воздухе витала морозная стужа. От лорда тан Зоделарр остался только скелет и тот, прямо на глазах глав великих родов рассыпался прахом.

- Война не нужна никому, - первым нарушил образовавшуюся тишину лорд тан Глоуддак. – Я созываю отряд искателей, если среди ваших хранителей найдутся желающие…

- Непременно, я лично приму участие в поиске леди Аэльи Розмари тер Глоуддак. – Заверил его лорд тан Скарлерр и поклонившись статуям, прошел к носилкам.

- И леди Марьелы Ришан тер Аргхарай тер Даррак, - глухо произнес лорд тан Аргхарай. – Моя дочь отдала долг жизни и сейчас находится рядом с леди тер Глоуддак.

Лорд тан Аргхарай подозревал какой эффект окажут его слова на других лордов, но реакция лордов превзошла все ожидания.

Сначала воцарилась тишина, а затем лорд тан Скарлерр обернулся к мертвому лорду тан Даррак и воскликнул:

- Старый лис, восхищен!

- Но как же, - выдохнул лорд тан Глоуддак, - Ваша дочь же руаро…

- Ты же не видел тому подтверждение? – усмехнулся лорд тан Скарлерр. – Лорд Мэнрайд обладал удивительным даром убеждения, нам хватило его слов, о том, что леди стала руаро рода Даррак.

Мужчина усмехнулся, вспомнив, что Ксар предупреждал, что леди ошибочно называет себя патронируемой родом Даррак. Выходит, ошибки не было, а благородство лорда Лейнарда даже больше, чем они могли подумать. Или глупость.

Впрочем, учитывая обстоятельства, скорее удача. Мальчишку, несомненно, любят боги.

- Лорд Лейнард тан Даррак отдал долг жизни на откуп судьбе, - тихо сообщил лорд тан Аргхарай. – И сегодня ночью моя дочь его отдала. Мы знаем, что она жива и находится рядом с леди Аэльей Розмари тер Глоуддак.

- Мы услышали вас, - кивнул лорд тан Скарлерр. – Если леди хватит ума, они не станут двигаться вглубь Диких Земель и останутся на нейтральной, относительно безопасной территории, в противном случае, наш поиск будет бессмысленным. Отследить можно только эти островки.

Лорд тан Аргхарай и сам это понимал, а потому надеялся, что иллами дочери обладает достаточным уровнем знаний, чтобы убедить Марьелу найти безопасную зону и оставаться в ней до тех пор, пока они их не найдут.

- Вы забываете об еще одном важном факторе, попасть в безопасную зону можно только в ту, которая находится в непосредственной близости от точки входа. Если леди ушли слишком далеко, мы ничем не сумеем помочь.

- Если они находятся слишком далеко, я сам отправлюсь за ними, - отозвался лорд тан Аргхарай. – Никого из вас о подобном я не прошу.

- Никто из нас не позволит тебе сделать подобное, - спокойно ответил лорд тан Скарлерр. – Лишиться еще одного главы Совет не может.

- Она моя наследница!

- Тем более, - сухо ответил лорд тан Скарлерр. – Вы не имеете права оставлять ваш род без защитника. В случае, если погибнет ваша дочь, наследная сила проявит себя в других ваших детях…

- Лорд тан Скарлерр прав, - заметил лорд тан Глоуддак. – Извините, лорд тан Аргхарай, но если наши дочери имели неосторожность продолжить свой путь дальше нейтральных территорий, то я не соглашусь и не позволю вам войти в Дикие Земли.

Темные хранили молчание и прятали взгляд от лорда тан Аргхарай. Лорду Марсэмиару не требовалась читать их мысли, чтобы знать, о чем они думают. Ему не позволят войти в Дикие Земли и судя по всему, не позволят присоединиться к поисковому отряду.

Мужчина сжал кулаки и решил внешне сделать вид, что согласился с их решением. В любом случае, он узнает нужную информацию. И если другие откажутся от спасения Риши, он все равно сделает по-своему. И никто из них не сможет переубедить его в обратном. Терять дочь он не намерен.

- А чтобы у вас не возникло желания пойти наперекор всеобщему решению, вы назначаетесь стражем лорда Мэнрайда тан Даррак.

Лорд тан Аргхарай побелел и обвез взглядом лордов. Но ни у кого не встретил и тени несогласия, даже у своих.

- Прости, Марс, - шепнул ему тан Маррад, подходя ближе. – Но так действительно будет лучше.

- Октар, только семья, - начал было он, но был прерван лордом тан Глоуддак.

- Не только член рода может выступать стражем последнего пути, лорд тан Аргхарай. Совет может назначить достойного из числа хранителей, обладающего той же направленностью магии.

- Совет, - повторил лорд тан Аргхарай. – Вторая часть Совета отсутствует и не хватает еще нескольких членов…

- Вы хотите отказаться? – спросил так лорд тан Скарлерр так, что лорд Марсэмиар понял, что ему не только отказаться не позволят, но, если он будет артачиться позже это выльется в еще большие проблемы.

- Нет, - вынужденно выдохнул он. – Для меня это честь.

И он не лукавил. Предложи ему стать стражем последнего пути лорда тан Даррак в другой ситуации, и он бы обрадовался такой возможности. Достойно провести в последней путь героя – великая честь.

Сейчас же каждая минута на счету, а он вынужден будет находиться с покойным до его ритуала погребения.

И оспорить это нельзя. Мало того, оскорбительно памяти лорда тан Даррак.

- Возвращаемся, лорд тан Аргхарай, приступайте к своей обязанности.

Лорд Марсэмиар и без напоминания уже оказался подле носилок с лордом тан Даррак.

Вознеся молитву богам и призвав свой туман, он бережно коснулся пальцами глаз покойника:

- С этой минуты и до поры последнего пути – я страж вашего покоя. Да будут милостивы боги к вашей душе.

Магия заискрилась, окутывая мертвеца туманом лорда Аргхарай, над телом замерцали руны, а затем впитались в кожу лорда тан Даррак.

То означало, что молитва услышана и принята.

- Я открою портал в поместье тан Даррак, - произнес лорд тан Маррад. – Мы все пойдем с вами.

- Я буду ждать желающих участвовать в поиске через час у точки перехода в Дикие Земли, которым воспользовалась моя дочь. – произнёс лорд тан Глоуддак.

- Вам известны координаты? – уточнил лорд тан Скарлерр.

- Лорд тан Даррак сообщил, - кивнул тот.

- Отлично, через час я буду там. – И первым покинул храм, прихватив носилки с мертвым лордом тан Хартлер.

Стихийники первыми покинули храм, за ними исчезли и светлые, темные задержались ненадолго, почтив богов еще одной молитвой и благодарностью за спасение лорда Лейнарда.

И только трое из них, не сговариваясь молча просили сохранить жизнь и леди Марьеле тер Аргхарай тер Даррак.

Переход на территорию рода тан Даррак был стремительным. Впереди шел лорд тан Аргхарай, он же управлял тьмой, из которой были сотканы носилки для покойного главы первого великого рода.

Им не пришлось долго ждать у ворот, оповещение защиты сработало идеально, отворяя их и пропуская мужчин во двор, а спустя минуту к лордам вышел ректор академии в сопровождении жены и сына.

Лорд Марсэмиар на мгновение встретился взглядом с лордом Арваном. А затем малодушно прикрыл глаза. Он разделял боль утраты и вместе с тем понимал, что стражем последнего пути все же должен был быть кровный брат лорда тан Даррак, а никак не он.

Лорд тан Аргхарай и врагу бы не пожелал оказаться на месте ректора Академии ХИЛТ. Мало того, что первую леди едва удалось спасти, еще племянник при смерти, а глава рода отдал свою жизнь, даже не имея возможности попрощаться с семьей.

- Нет! – леди Рудана птицей сорвалась с крыльца и раньше мужа оказалась у носилок. – Нет же, Мэнор!

Ее дрожащие руки опустились на плечи покойного. Леди Рудана плакала, не скрывая своих слез.

- Упрямец, - всхлипнув, женщина опустилась на колени и прижала холодную руку лорда Мэнрайда к своим губам. – Упрямец…

- Рудана…- тихо, но строго позвал лорд Арван жену. – Поднимись. Время прощания еще придет.

Лорд Авеар следуя указанию отца, мягко, но непреклонно потянул мать от покойного. Мужчина приобнял ее, позволяя той выплакаться на его груди. Да и сам не смог сдержать слез. Главу рода он любил и уважал.

- Дядя? А где отец? – на ступени высокого крыльца выбежал лорд Адарлейн. – Мама пришла в себя, а он просил…

Молодой мужчина запнулся на полуслове. Его взгляд уперся в носилки. Он непроизвольно потянулся рукой к горлу, словно ему что-то мешало сделать вдох.

- Дыши! – приказала леди Рудана, оказавшаяся рядом с племянником. – Делай вдох, давай же, Дарик.

Женщина закрыла собой обзор, не позволяя лорду Адарлейну снова увидеть отца на носилках.

- Вдох, Дарик, - положив руку ему на плечо, напомнила она и осторожно окутала своей магией. – Выдох.

Лорд Адарлейн как завороженный смотрел на тетушку и пытался дышать. Ему действительно не хватало воздуха, горло будто тисками сжало, а перед глазами стояло мертвое тело отца. Он не мог в это поверить. Он не хотел верить!

- Так не должно быть! – крикнул лорд, однако у него получилось лишь прохрипеть. – Не должно…

- Идем со мной, идем, - леди Рудана крепко ухватилась за руку племянника и повела его прочь.

Она знала, что сейчас откроют центральную залу, установят постамент, на который уложат Мэнора, отдавая последнюю дань. Именно туда буду приходить члены рода для прощания. Именно там будет держать свою вахту страж последнего пути… И только спустя три дня состоится последний ритуал…

А сейчас ей нужно увести Дарика, не дать ему натворить дел. Позволить выплакаться, прокричаться там, где никто его не увидит. Где она сможет проконтролировать его состояние.

Леди ощущала внутри себя пустоту, но твердо знала, что не имеет права уходить в свою боль. Их роду нужна поддержка, ее мужу нужна поддержка, детям, которые внезапно осиротели.

А еще Лейну, который борется за две жизни: свою и невесты.

Она думала об этом, а сама уводила племянника в дом, вела по лестнице, продолжая шептать о необходимости дышать. Она знала, как бывает, когда внезапно сдавливает грудь, в горле першит и вдох сделать не представляется возможным, а сердце словно исколото иглами. И чтобы не говорили другие, мужчины тоже плачут. Мужчины также испытывают боль. А дети остаются детьми в любом возрасте.

- Мама очнулась, - хрипло выдохнул лорд Адарлейн, внезапно обнаружив себя в своей комнате. – Я хочу пойти к ней.

- Я сама схожу, - покачала головой леди Рудана. – Ей пока не стоит знать.

Слезы, набежавшие на глаза, леди Рудана смахнула рукой.

Им всем нужно быть сильными.

— Это же неправда? – вдруг спросил лорд Адарлейн. – Отец же не мог, вот так… Он самый сильный…

Ничего ответить леди Рудана не успела, двери покоев ее племянника резко отворились, в комнату ворвалась заплаканная леди Виолия и без лишних разговоров кинулась к кузену.

- Мне так жаль! – всхлипнула она, крепко обнимая брата. – Дарик…

Леди Рудана неслышно вышла из комнаты, не желая мешать детям. Если при ком Адарлейн и сможет поплакать, так это при Лое. Пусть его боль найдет выход, пусть они найдут утешение в объятьях друг друга. Это даже хорошо, что именно Лоя пришла.

Вместе им будет легче принять действительность.

Леди Рудана решительно шла по коридору, она позволила себе слабость лишь на минуту. Прислонилась к стене, заглушив ладонью рвавшийся наружу всхлип. Сколько бы она не ругалась с Мэнором, как бы не злилась на него порой, главу рода все равно любила и уважала. И принять его утрату едва ли сейчас могла.

Леди предполагала, что могло послужить причиной случившегося и вопреки просьбе Адарлейна, сначала направилась не к леди Изельде, а к старшему племяннику.

Если Мэнор устроил расторжение помолвки ценой своей жизни, значит сейчас Лейну должно стать лучше. Вряд ли он очнется, но общие показатели его организма должны измениться.

- Нита, надеюсь вы теперь вместе, - прошептала леди Рудана и оттолкнулась от стены, продолжив свой путь. – Будьте благословлены боги, подарите им новую встречу.

Глава двенадцатая

Я смотрела на монстрика и пыталась понять: он на моей стороне или это была временная акция? Судя по тому, как лихо он расправился с сородичами, сомнений быть не должно, но если вспомнить его демарш со мной, то…

Я вдохнула, выдохнула и медленно направилась к Аэлье. Вот ведь странность, у девушки запечатанные каналы магии, а первый монстр появился именно рядом с ней, будто она излучала магию. Но такого попросту не могло быть, откуда этой магии взяться? И вообще была ли магия?

Словно отвечая на мой безмолвный вопрос, тело девушки засветилось ярким желтоватым светом. Жутик при этом очень резво зарылся в землю. Буквально секунда и даже щупальца на поверхности не осталось. Чем бы неизвестное не являлось, оно однозначно вселяло ужас в моего защитничка.

А я… я просто замерла, вдруг ощутив что-то знакомое. Складывалось впечатление, что я уже знала эту магию, эту мощь и силу. Магический свет, окутывающий Аэлью, хаотично менял свою окраску. Девушка то погружалась в абсолютную тьму, то мерцала подобно радуге.

«Боги», - подумалось мне. – «Сила богов».

Вот только почему? И что именно происходит? При моей попытке рассмотреть изменения, происходящие с девушкой, божественная магия засияла так ярко, что буквально ослепила меня. А когда я проморгалась и смогла различать хоть что-то кроме мутных пятен перед глазами, магия исчезла, зато мне досталась хрипящая Аэлья. Естественно, я перепугалась.

Во-первых, того, что божественное вмешательство могло сорвать мои магические нитки с энергетических каналов девушки и тем самым заново запустить процесс разрушения от заклятья.

Во-вторых, я испугалась того, что леди могли насильно привести в чувство, чего делать совершенно точно не стоило, так как боли, я ее лишить точно не могла. И на мой взгляд, лучше быть без сознания и ни черта не чувствовать, чем опробовать весь спектр дивных ощущений, которые являются последствием совокупности моих действий и все того же заклятья.

В-третьих, я боялась, что боги решили все же убить девушку, а потому она сейчас хрипит и что-то откашливает. Под этим чем-то я подразумевала кровь. Вообще, если думать логически, то это вполне вероятно, у нее в легких стопроцентно есть кровь – все то же действие заклятья.

В-четвертых, меня зацепила реакция чудика. Если магия, излучаемая мной или Аэльей монстров привлекала и заставляла атаковать, то чистая божественная энергия – пугала. А еще я не могла не думать о том, что на мой призыв боги не откликнулись, зато почему-то вмешались сейчас. И черт его знает, что это вмешательство нам в итоге сулит. Хотелось бы, конечно, помощи. Я была бы только за, если бы они убрали гадость из организма блондинки, однако этого они не сделали.

Аэлья находилась без сознания, кашлять перестала, магией не фонила и в целом, почему-то выглядела еще хуже, чем до этого… Выводы напрашивались не самые приятные. Я осмотрела девушку сама не понимая, чего в итоге хочу найти. То ли подтверждение тому, что леди все-таки выживет, то ли наоборот.

- И чего мне делать? – пробормотала, но ответил мне Феликс.

- Ждать, пока я смогу связаться с Лейном, точнее его фениксом, чтобы передать координаты нашего местоположения.

- А ты знаешь их? Координаты? – тут же спросила я. – И каким образом ты сумеешь с ними связаться, если наших уз больше нет?

- Они есть, - вздохнув, ответил друг. – Но другие.

- И как это понимать?

Земля снова задрожала, но в этот раз я не испугалась, здраво предположив, что это возвращается жутик. И не ошиблась, монстр действительно выкопался из своей ямки.

Я напряженно ждала и смотрела прямо на него, вместе со мной ждал и Феликс, но нападения не последовало, наоборот, монстр жалобно фьюрхнул и потянул ко мне свои щупальца, в каждом из которых было по кристаллу. Я сглотнула, и даже глаза протерла.

- Феликс?

— Это не кристаллы мониара, - тут же отозвался он. – Я не знаю, что это…

- Если ты не знаешь, то я тем более не догадываюсь. И ты с темы не уходи, о какой связи речь?

- Я расскажу, но твой новый друг явно ждет похвалы и того, что ты возьмешь дары.

И не поспоришь. Действительно ждет.

- Слушай, а положи их на землю, - попросила я жутика, уклоняясь от щупальца. – И спасибо за помощь.

- Фьюрх?

- Угу, он самый…

Костер уже догорал. В пещере стало на порядок темнее, я отметила это вскользь, все еще желая отделаться от монстра и наконец нормально пообщаться со своим иллами. Вот только у монстра на этот счет были свои планы.

- Фьюрх! – щупальце буквально прилетело мне в лицо, замерев в каком-то сантиметре.

- Э?

- Фьюрх, арх бра!

- Воробушкавася…

- Фьюрх?

— Вот и я тебя не понимаю, - ответила на его вопрос. - Я не буду их брать, вдруг они для меня опасны? Положи на землю, пожалуйста.

Кристалл полетел мне прямо в нос. Монстрик обиделся и кинул его прямо в меня. Чудом уклонилась и тот угодил в догорающих костер. И тут как вспыхнуло!

- Арх бра! – гордо возвестил жутик.

- Бра, - эхом повторила, обалдев от происходящего. Костер не просто горел, его пламя было метра полтора в высоту, и таким ярким и жарким… Теперь я совершенно точно не могла пожаловаться на то, что в пещере темно, о нет, сейчас тут словно множество ламп зажглось и, если честно, лучше бы царил полумрак. Потому что я бы не видела тысячу глаз, явно ошизевших от пламени, которые находились прямо в стенах пещеры.

- Писец, - выдохнула я, когда эти самые глаза зажмурились, потом снова распахнулись и земля задрожала. – Щас что-то вылезет…

На мгновение зажмурилась, готовясь к худшему, а затем распахнула глаза, как бы там ни было, а опасность я предпочитаю встречать лицом к лицу.

Каково же было мое удивление, когда я поняла, что червеобразный монстр, сотворил над моей головой купол из своих щупалец. Я лишь отстранённо порадовалась, что Аэлья попала в радиус этой «защиты» и тому, что у монстрика такие длинные щупальца. Потому что с потолка начали сыпаться и те самые пиявки, и камни, и что-то еще истошно пищащее. Жутик не только укрывал нас своими щупальцами, но и ловко отбивал «снаряды», конечно, какая-то часть все равно попадала ко мне и Аэлье, но это были такие мелочи, по сравнению с общим масштабом.

Рассмотреть конкретнее, что именно верещит и падает, не представлялось возможным. Все смешалось и мельтешило перед глазами, плюс огонь в костре скорее мешал, чем помогал – слишком ярко пылал. Однако я не отставала от жутика, и ловко отбрасывала прочь пиявок, камни и кажется, одноглазых монстров.

Не знаю через сколько все закончилось, по мне так монстропад длился целую вечность, но итог мне не понравился.

Я вымоталась так сильно, что у меня дрожало тело, я не могла сидеть и распласталась на земле. А еще едва удерживала рвущуюся из меня магию. Спасибо Феликсу, который большую часть магической энергии перетягивал в свой резерв, иначе бы точно сорвалась. Плюс в какой-то момент иллами воспользовался замещением, и уже сам контролировал мое тело, отбивая от меня и блондинки летящую гадость.

Но огорчило меня не это, монстрик лишился трех щупальцев. Что примечательно, он даже не пискнул, когда ему буквально отрубило конечности.

А ведь он мог на время тряски зарыться в землю, а не защищать меня и Аэлью. Я не знала, чем ему можно помощь и когда жутик подполз ко мне, отодвигаться не стала.

Да, на вид он неприятный, зато наощупь мягкий и слегка ворсистый, хотя шерсти не видать, да и волос как таковых точно нет. Я думала он лысый и гладкий, но нет, гладким его точно не назвать.

- Спасибо, жутик, - выдохнула я, поглаживая монстра по боку, - ты нам очень помог.

Костер уже не пылал так сильно, часть камней, упавших сверху, его потушили, но он все еще горел. Что меня все же радовало.

- Фьюрх…- проурчал монстр.

- Мне жаль, что ты пострадал, - сказала искренне. – И жаль, что я ничем помочь не могу.

- Фьюрх!

То ли согласился с тем, что я ничем помочь не могу, то ли дал понять, что принимает мои сожаления. Прижался сильнее и замолчал. Судя по всему, тоже отдыхал от тряски.

Странная пещера, и вообще все кругом странное. Не уверена, что в академии про этих монстров хоть что-то известно. И пусть я только нулевик, но интуиции я привыкла доверять. Иначе была бы дисциплина, к примеру, монстрология какая-нибудь. А такой совершенно точно нет.

Я прикрыла глаза, переводя дух, и желая продолжить общение с иллами.

- Феликс, объясни про связь, - попросила иллами. – И скажи, ты правда можешь определить наше местоположение?

- Я больше в этом не уверен, - тихо выдохнул он.

- Не уверен в чем? – внутренне подобралась.

- В том, что смогу передать координаты. Риша, я опять же не уверен, но кажется, мы в пространственном кармане.

- Где?!

- В пространственном кармане, - послушно повторил он. – Это когда часть территории оказывается в вакууме, представь себе пространственный коридор, тот, что с дверями.

- Представила, - что тут представлять, я хорошо все помнила.

- Так вот карман – это часть такого коридора, в который ведут множество дверей и открываются они хаотично. Судя по тому, как сюда проникают монстры, катализатором для таких дверей является магия. Однако есть существенная проблема.

- Выхода нет?

- Риша, если есть вход, то и выход есть!

- Тогда в чем проблема?

- А в том, что течение времени тоже хаотично. И когда мы отсюда выберемся, неизвестно где окажемся и в каком времени.

- Погоди. То есть могут пройти года, а то и века?

- Верно, пространственные карманы тем и опасны, они ловушка для хранителей иллами и магов. Выход есть, но он один в то время, как входов сюда – тысячи и ведут они из разных миров. Плохо то, что мы не сможем определить куда именно ведет выход, так как время здесь хаотично, то меняются и координаты выхода. Это может быть Тантерайт. А может быть любой низший мир. Хуже того. Мы можешь упасть в жерло активного вулкана, или очутиться на дне океана…

- Жесть, - пробормотала я, впечатлившись от перспектив. – То есть я правильно думала, и Жутика на Тантерайте не существует?

- Как и пиявок, и одноглазых глистов.

- Кого?!

- Те существа, что смотрели из стен пещеры и падали, больше всего походят на ваших земных глистов, с той лишь разницей, что они размером с белку и их головы обладают одним огромным глазом сиреневого цвета.

- Обалдеть, когда ты рассмотреть успел?

- Когда давил их…

- Что? Фу! – меня передернуло, и я машинально вытерла руки о штаны. – Гадость какая…

- Собственно, это не единственный минус. Те, кто находятся в пространственном кармане для всех остальных не существуют. Связь, которую установил Лейнард, здесь не действует. И если я правильно понял, то и помолвочной связи леди Аэльи и Лейнарда больше не существует.

- Ты о клятве? Думаешь, боги отменили ее? Но, тогда как нам помогли мои родственники? Мы же тут были…

- Не были, - огорошил меня Феликс. – Мы были просто в пещере, а потом что-то случилось и в итоге нас выкинуло в пространственный карман вместе с пещерой.

- Но мы ничего не делали…- растерянно протянула я, пытаясь вспомнить, что вообще происходило.

- Ты не можешь знать наверняка, до появления первого монстра ты была без сознания, а что именно делала Аэлья в это время, мы можем только гадать.

- Погоди, - попросила я. – А могла ли ее магия спровоцировать попадание в карман? Мы ругались, а потом Аэлья хотела атаковать меня магией, но появился первый Жутик, которого мы выкинули за пределы пещеры. И вообще, что такое Дикие Земли?

- Я не могу ничего рассказать об этом. Табу, Риша.

- И в общих чертах нельзя?

- В общих чертах – это аномальная магическая зона, которую охраняют Советом и не допускают сюда никого без особо пропуска.

- Оно и видно, как не допускают.

- Увы, это все, что я могу сказать.

- И на том спасибо, - вздохнула я. – И ты так и не ответил, какую связь установил Лейнард?

Да-да я внимательно слушала. А потому Феликс не отвертится от ответа.

- Когда высокий лорд готов к продолжению рода, его иллами образовывает связь с иллами избранницы. – Осторожно ответил друг.

- Продолжению рода, - эхом повторила… - Погоди, он что, хочет от меня детей?

- Да.

Я немного подвисла от ответа. Совсем чуть-чуть. Не потому, что удивилась. Так-то я и сама не против иметь детей от Лейнарда. Что уж там, мои чувства никуда не делись. Тем более Лейнард очень красивый, мужественный и благородный человек. А ещё щедро одаренный магией, что также немаловажно…

Какой генофонд! Нельзя ж ему пропадать. И вообще, я тоже ничем не хуже Аэльи! Ей значит, можно такого жениха, а мне нет?

Нет, я скорее подвисла от того, что меня застолбили на роль матери детей от Лейнарда. С одной стороны, вроде как повозмущаться хочется, все ж у него невеста есть… Ладно, была, если наши предположения верны. Да и мне он про клятву песни пел, не снять ее, а если нарушить род целый уничтожится… А в итоге что имеем? Связь установил, кстати, Феликс так и не пояснил какого она спектра, и помолвку разорвал… Стоп, а замуж меня позовут или только как инкубатор использовать хотят?

- Риша, ты не о том думаешь, - чуть посмеиваясь, заявил Феликс. – Я, конечно, рад, что ты истерику не закатила, но нужно искать выход отсюда и чем раньше, тем лучше.

- Выход – это прекрасно. – Все еще думая над тем, что Лейнард прежде, чем выразить чувства мне, желательно лично, сначала прибег к магическому ритуалу.

Ну явно ж что-то использовал, чтоб связь установить?

- Иллами. – подсказал Феликс. – Связь устанавливается со мной через его иллами. Для того, чтобы в случае опасности, мужчина мог воспользоваться этой связью как поисковым маяком, а также чтобы пользоваться этими узами для передачи своей магической энергии тебе.

- Ты вот так сказал, мужчина, - передразнила Феликса, - словно он не один может быть…

Феликс молчал, но я ощутила его смущение и смятение.

- Феликс?!

- Угадала. – быстро ответил он. - Такую связь может установить не один, а несколько лордов. Пока леди свободна, за нее могут бороться, но только сильнейшие.

- Час от часу не легче, - пробурчала я, подумав о том, что мне еще этого не доставало. Пусть пронесет, я в такие игры точно не играю. – Но ты прав, все это можно отложить на потом. Сначала нужно выбраться. Идеи есть?

- Ни одной, - понуро ответил друг. – Кроме той, что нужно искать дверь, но как обезопасить себя и леди Аэлью при выходе отсюда, я не представляю.

- И Жутика, - напомнила ему.

- Ты собралась его забрать? Неизвестного монстра, который агрессивно реагирует на магию? Риша, ты шутишь?

- Я товарищей в беде не оставляю. – хмуро напомнила ему. – Он разумный, Феликс, его нельзя здесь бросать.

Я снова вспомнила, как мы с Аэльей выкинули его собрата и содрогнулась. Нет уж, конкретно этот монстр ничего плохого нам не сделал. Наоборот, пожертвовал своими щупальцами, чтобы защитить, так что я его однозначно тут не брошу.

Мы в ответе за тех, кого приручили.

- Фьюрх? – словно подслушав мои мысли, встрепенулся Жутик.

- Фьюрх, - согласилась с ним и пробормотала. – Надо как-то выбираться и желательно в мой мир, но не в Дикие Земли.

- Фьюрх, хра?

- Давай без хра. – нахмурилась я, но продолжила гладить бочок недочервя. – Мне «бра» хватило.

- Риша, мы не можем его взять с собой, - снова напомнил о себе Феликс. – Это опасно не только для него, но и для жителей Тантерайта.

- Таки поглядите, какие не пуганные эти жители Тантерайта, - хмыкнула я. – Ну подмочат штанишки, не беда, переоденутся. Феликс, если ты начнёшь убеждать меня, что я должна его бросить тут, то мы поссоримся.

- Риша, а ты сможешь его защитить? – проникновенно спросил друг.

- Я смогу доказать, что он разумный, Феликс, и что-то мне подсказывает, что академия не откажется выделить место жительства Жутику. Он же поле непаханое для исследований.

- Ты хочешь, чтобы он стал лабораторной крысой?

- Нет, не хочу, но думаю он позволит себя изучить, по бартеру.

- Ты не можешь решать за него.

- А он сам решил, Феликс, когда остался со мной, когда ринулся на своих же, защищая… Разве ты сам все не видел? Он дважды спас меня и Аэлью…

Я начинала сердиться. Нет, зерно истины в его словах конечно же было, однако, вместе мы могли бы справиться с адаптацией Жутика в академии, а Феликс даже думать о таком не хочет. Почему?

- Ты же не ревнуешь? – спросила его.

- Риша, монстр - не домашний питомец.

- А ты от ответа не уходи, - фыркнула я. – Ревнуешь? Он что, может стать вторым иллами?

Нет, мало ли, я уже ничему не удивлюсь. Хотя, Жутик имеет плоть, и не является душой…

- Не может, но рядом с ним мне приходится сдерживать свою силу, и я не могу защитить тебя. А про слияние я и вовсе молчу. Ты можешь предугадать, как твой новый друг отреагирует на наше слияние?

— Вот, пожалуй, с этого и начнем.

- Что начнем?

- Искать выход отсюда, - пояснила я. – И приучать Жутика к нашей магии.

- Риша, ты забыла, что магия откроет несколько дверей сразу? И к нам могут ворваться любые сущности? – вкрадчиво спросил Феликс.

- Не забыла, но, если просто сидеть и бояться использовать магию, это тоже ни к чему хорошему не приведет.

- Ты не в форме.

- А мы тут и не будем в форме, Феликс. Разве сам не чувствуешь? Можешь не верить, но мне кажется, что чем больше мы пытаемся отдохнуть, тем больше всяких гадостей происходит.

- Будто подгоняют?

- Не совсем, ощущай я это так, то вряд ли бы стала торопиться с экспериментами.

- Давай прежде, чем экспериментировать, ты подумаешь над тем, как будешь нести Аэлью.

- А что думать? Она на плаще. Запеленаю так, чтобы было за что взяться и потащу в форме феникса.

— Вот и запеленай, - фыркнул Феликс, - но прежде переговори с Жутиком, ему надо как-то объяснить, что ты поменяешь форму, а также то, что ты его с собой забираешь.

- Будет сделано, босс, - улыбнулась я и открыла глаза, посмотрела на монстрика и ему же сказала. – Жутик, тут такое дело…

Дождавшись от него вопросительного «фьюрх», продолжила рассказывать о том, что со мной будет происходить в ближайшее время. И что ни в коем случае, меня не нужно атаковать. Я говорила, порой чересчур восторженно о том, какой красивой птичкой буду, и очень надеялась, что монстрик меня правильно понял.

Все же возможностей в слиянии куда больше, чем в моей человеческой форме. Да и Феликсу так спокойнее будет, волнуется обо мне…

- Спасибо, что понимаешь, - тепло выдохнул Феликс.

Я на это только улыбнулась, по-другому и быть не могло.

- Ты пойдешь со мной? – спросила Жутика. – Я, правда, не уверена, куда именно мы выйдем отсюда, возможно, там будет еще опасней, чем здесь. Однако я не хочу тебя бросать, но и неволить тоже не хочу.

- Фьюрх? – Жутик прижал покалеченные щупальца к своему телу.

- Подлечить? Я, к сожалению, не смогу, мне знаний не хватает, но в академии много тех, кто в лечении разбирается куда лучше меня. Впрочем, кое-что и я могу, протяни лапку.

Да, стандартное заклинание от мелких ран, но в конце концов, оно и кровь остановить может. Я пусть и не уверена, что у монстрика кровь примерно такая же, как у людей, но все же? Хоть немного боль унять, лишь бы заклинание боком не вышло.

Мне доверчиво протянули все три щупальца. Я подавила первый порыв зажмуриться. Я же собираюсь на лекарский факультет поступать, вот и нечего отворачиваться от ран. А то какой из меня лекарь выйдет, если я страшных ран бояться стану?

Странно, но срез на щупальце пах чем-то сладким, мне чудился цветочный аромат. Так и должно быть?

- Не знаю, но пахнет же твоя кровь железом, - отозвался Феликс.

- Думаешь, особенность организма?

- Вполне может быть. Пробуй самый легкий вариант из изученного. Надо проследить реакцию монстра на вмешательство твоей магии.

- Я так и планировала, - ответила ему и приступила к магическому заживлению.

Конечно, такую рану не назвать царапиной. Но стоит все проверить прежде, чем использовать самое мощное заклинание из моего арсенала. Хотя понятно, что по сравнению с тем, что использует леди Рудана, мощным-то его и не назовешь.

Но я прекрасно понимала, что применение магии может обернуться чем угодно. От агрессии Жутика, до незваных гостей. Однако реальность преподнесла совершенно иной сюрприз.

- Он впитывает магию и блокирует заклинание? – ужаснулся Феликс.

- Впитывает. – эхом отозвалась я. – И да, блокирует. Оно на нем не работает… Но, ты видишь?

- Срезы покрываются пленкой… Знаешь, Риша, а идея взять его собой не так уж и плоха…

Я хмыкнула, а еще мне выговаривал, что я хочу Жутика взять в качестве лабораторный крысы, сам ведь сейчас думает об исследованиях.

- Фьюрх, хруа, хра, хрр…

- Пожалуйста, - выдохнула я.

Реально сложилось впечатление, что меня за магию благодарят.

- Еще?

Мне тут же протянули следующее щупальце. Ну правильно, над одним посидела, пора и над другими. Я опасливо осмотрелась, мало ли опять кто вылезет? Но нет. Все было спокойно, а потому я продолжила псевдолечение. По факту, кроме того, что я поделилась своим туманом, больше ничего не произошло. Но порядок я нарушать не стала, а потому честно еще дважды пыталась применить простенькое заклинание по излечению царапин.

Жутик оба раза его блокировал и впитывал мою магическую энергию, и при этом выглядел жутко довольным. Ну хоть какая-то от меня польза.

- Фьюрх, арха ррва?

- Чего?

Щупальцами мне показали движение, походящее на большие уши, которыми машут…

- Арха ррва? – настойчиво протянул Жутик и повторил свой маневр щупальцами.

- Взлетай? – предположила я. – Ты хочешь, чтобы я изменилась?

- Фьюрх!

- Но сначала, я должна подготовить ее, - я указала на блондинку. – Я беру ее с собой, помнишь, я говорила?

- Фьюрх! – прозвучало как «заметано».

Щупальца монстра устремились к Аэлье и крепко обвили ее тело, вместе с плащом, а затем резко подняли в воздух, чтобы тут же водрузить к себе на спину…

- Спасибо, - пробормотала я, радуясь, что монстрик идет со мной. - Так даже лучше.

- Фьюрх!

Я улыбнулась монстрику, мысленно поблагодарив богов за такого помощника. Уж не знаю какие мысли бродят в голове Жутика, но я ему явно приглянулась. И я надеялась, что эта симпатия не растает призрачной дымкой.

- Феликс, готов? – прошептала я.

- Всегда. – также ответил он. – Пора найти отсюда выход.

- Пора. – согласилась с ним, ощущая как магия струится по моему телу.

Как же мне этого не хватало!

Слияние было стремительным.

- Фьюрх! – восторженно донеслось снизу и мне приветливо помахали щупальцами.

Жаль только момент был испорчен. Мой туман стал катализатором для незваных гостей.

Первым, что неудивительно среагировал Жутик и так треснул появившегося из земли сородича, что я его даже пожалела. Вот так вот вылезти не успел, а уже обратно отправлен без права возвращения.

Я призвала магию, преобразуя ее в жгуты, которыми нещадно хлестала появляющихся монстров и в это же время летала по пещере, пытаясь найти портал отсюда.

Вообще, сказать куда проще, чем сделать. Я потеряла счет времени, но к желанной цели так и не приблизилась.

Где искать чёртову дверь? При этом не убиться, отбиваясь от монстров, которые слетелись на мою магию словно коршуны?

Каких тут только тварей не было. Радовало лишь одно: все монстры имели размеры или меньше Жутика, или с него, никого крупнее не было. И слава богам!

А вот дурацкая дверь не находилась. Даже ее подобия. Хоть щель какая! Честное слово я пролезу и друзей с собой протащу… Только выход из пещеры, но что-то мне подсказывало, что как раз-таки им пользоваться не стоит.

Я кружилась по пещере, как юла, раня себя о стены и свисающие то ли сталактиты, то ли о камнеподобных монстров и не забывала отбиваться от все прибывающих тварей.

Мне приходилось выкладываться на полную катушку защищая не только себя, но и Жутика с Аэльей. Учитывая, что он удерживал девушку на своей спине, то часть щупалец у него была занята и ему тоже приходилось несладко.

В какой-то момент я отчаялась. Я ощущала себя мотыльком, который кружит у лампы и никак не может пробиться за стекло поближе к свету, но при этом уже успел и обжечься, и выбиться из сил.

- Феликс, - позвала я. – Я не вижу иного варианта, как выход из пещеры, но…

- Туда ты идти не хочешь, - отозвался он. – Я чувствую сомнения. И, Риша, твоя интуиция тебя никогда не подводила.

- Толку-то от нее. – В сердцах воскликнула я в очередной раз проехавшись по стене и чуть не вывернув крыло, чудом пронесло. – Знание, что нам туда нельзя ничем не поможет, особенно когда другого выхода просто нет!

- Костер…

- Что костер? – не поняла я.

- Посмотри, как его огибают твари.

- Огонь же, жаркое яркое пламя.

- Подлети ближе, кажется, я понял…

- Что? – я затаила дыхание, чтобы там не понял Феликс, но мне хотелось верить, что его идея или догадка сработает.

Я подлетела к костру. Зависла прямо над пламенем, при этом закрыв себя щитом, на всякий случай, уж слишком странным был этот костер и его огонь. Мало ли вверх взовьется и спалит меня?

- Риша, ты мне доверяешь?

- Глупый вопрос, - фыркнула я. – Всецело.

- Нам нужно в него.

- В кого? – не поняла я.

- В костер.

- С ума сошел?

- Нет. – Тут же отозвался Феликс. – Но его явно не Аэлья развела. Он уже точно был в пещере, и он магического происхождения. Разве не ощущаешь его магию?

- Шутишь? Я вообще ничего такого не чувствую. – Могла бы, пожала бы плечами. - Костер как костер.

- Потому и я спрашиваю, доверяешь ли ты мне. – Проникновенно сказал Феликс.

- Если ты ошибаешься, мы или сгорим, или получим такие ожоги, от которых тут стопроцентно скончаемся. Хотя, монстры добьют раньше…

Я взметнулась к Жутику, рассчитывая ухватить его за оставшиеся щупальца. Как бы там ни было, а я не лгала, говоря, что доверяю Феликсу. Абсолютно. И сейчас была готова рискнуть не только собой, но и блондинкой с Жутиком.

Монстрик словно поняв, что я хочу его поднять, сам протянул мне свои щупальца, при этом получив болезненный тычок от очередной твари, я с запозданием растянула свой щит и на него с Аэльей. Далось это тяжело, потому что размеры у Жутика все же были приличные.

А уж взлетать с ними оказалось и того веселее, честно, в какой-то миг я решила, что рухну на землю от тяжести… Не рухнула, на чистом упрямстве я тащила товарищей, и взмыв над костром ласточкой полетела в пламя.

Будь что будет!

Глава тринадцатая

На секунду сердце сжалось от страха, но полет вниз был кратковременным. Я зажмурилась, а Феликс перехватил контроль. Я знала, что так он хочет оградить меня от возможной боли. Но не ожидала того, что он каким-то чудом обернет собой и Жутика, и Аэлью, и в пламя мы упадем спиной: сначала я, потом только Аэлья и Жутик.

И то, я это поняла позже, когда спину на краткий миг обожгло болью. Я даже предположить не могла, что именно случилось в тот момент, когда мы соприкоснулись с пламенем от костра, но вот чего точно и никогда не забуду, как вдруг оказалась в огромной чаше, в которой полыхал огонь!

Спасибо реакции Феликса, который управлял телом. Потому что я бы точно не успела так быстро среагировать и не только самой выбраться из пламени, но и утащить за собой остальных.

Я не чувствовала ничего. Ни того, как прошло обратное слияние, ни свое падение на каменный пол. Феликс все еще управлял телом, и перетягивал все ощущения на себя. Потому что мое тело стопроцентно испытывало боль. Не могло быть иначе, учитывая, что на мне сгорела вся одежда, а кожа на руках и ногах вспузырилась, покраснела. Да и падение мягким не было. Феликс все перетянул на себя.

Я только осознала, что у нас действительно получилось выбраться из той пещеры и теперь перед моими глазами стена: очень красивая, расписанная умелым художником…

- Фьюрх, - жалобно раздалось позади меня. – Фьюрх.

Феликс так и не вернул мне контроль, его волей мое тело медленно и дрожа поднялось, и только после этого обернулось к Жутику.

От того, что я увидела у меня сжалось сердце. Одежда на Аэлья сгорела, не осталось и волос, а ее тело покрывали ожоги. Да и Жутику тоже досталось.

Я невольно и машинально протянула руку к своей голове, словно со мной могло быть иначе. Не могло. Волосы сгорели. Но… мы все были живы…

Я не успела этому порадоваться как мой взгляд заметил еще кое-что, от чего сердце пропустило удар, а затем забилось с утроенной силой.

- Отец! – прокричала я, но получился невнятный хрип.

Из-за того, что мы выпали из чаши позади нее, а она была реально гигантская, я не могла сразу увидеть огромный зал, в котором находились люди, однозначно шокированные моим появлением. Много людей, нарядно одетых… Я отмечала это вскользь, а может это отмечал Феликс, от которого, как всегда, ничего не могло ускользнуть.

- Храм Триединства, - прошептал он. – Главы родов…

Мой взгляд выцепил лишь одного – отца, и прикипел к нему. Больше я никого не видела, только его…

Я рванула к нему, но ноги подкосились, и я упала рядом с тихо плачущим Жутиком.

Как-то так вышло, что он подполз ко мне, при этом не потеряв свою ношу, а я приобняла его, очень надеясь, что этим не причиню ему боли.

- Марина!

- Риша! – два голоса слились в унисон.

Я узнала бы эти голоса из тысячи других. Лейн и папа… Слезы сами собой навернулись на глаза. Я дома, я выбралась из того места, живой и относительно здоровой. Но это неважно, мне непременно помогут. И мне, и Аэлье, и Жутику. Надеюсь, никто не захочет его обидеть?

Последняя мысль придала мне сил. Мне нельзя отключаться, потому что без меня Жутик может испугаться и напасть, да и лорды тоже в стороне не останутся. Вряд ли им доводилось видеть такого монстра.

- Риша, меня хватит ненадолго, - прошептал Феликс. – Минут пять и контроль вернется к тебе, а с ним…

- И боль, - ответила ему. – Не страшно, помощь близко.

И я не лукавила, вот и отец, и Лейнард. Оба взволнованные, кажется, даже испуганные, но счастье во взгляде отца плескалось бездонным морем, такое ни с чем не перепутаешь. А на Лейнарда мне и смотреть было боязно. Я не знала о чем он думал, даже не представляла, потому что его лицо будто закаменело, ледяной маской застыло, не выражая вообще ничего.

Я заставила себя сесть, получилось неловко облокотиться на Жутика, которого совершенно точно не радовали люди, а особенно бегущие к нам мужчины.

- Жутик, свои! – прохрипела я, когда его щупальца, обгоревшие и сильно пострадавшие от нападения монстров из пещеры, угрожающе взмыли в воздух.

Монстр собирался нас защищать. Защищать невзирая на свои ранения…

- Фьюрх?

- Свои, Жутик, - повторила я, чувствуя, как благодарность разливается теплом по телу. Не знаю, чем я заслужила такую преданность, но никогда этого не забуду и обидеть монстра не дам. – Они нам помогут.

Я в это искренне верила. Ровно до той поры, пока Лейнард вдруг не вскинул руки, а его магия черным всполохом не заструилась по ладоням. Так не встречают тех, кто дорог и кому рады.

Я испугалась за Жутика, и собрав последние крохи магии, рывком поднялась, выставила щит. От этого движения покачнулась, но сумела устоять на ногах. Не только устоять, но даже сделать пару шагов вперед, недвусмысленно показывая, что Жутик под моей защитой.

Только я ошиблась Лейнард не собирался нападать, нет, за него это сделали другие. Явно пришедшие в себя высокие лорды и от чего-то решившие, что имеют право напасть и на меня, и на тех, кто со мной.

Именно атаку лордов и отбил Лейнард, замерев на полпути и резко обернувшись к центру зала, а отец в мгновение ока оказался возле нас. Он тоже не мешкал, выставляя перед собой плотную стену из тумана. Я знала, что папа не позволит нам навредить. Наверно, только поэтому я снова опустилась на пол. Тело подрагивало от перенапряжения и полученных ран. Стоять было слишком трудно.

- Риша, еще минуту. Прости, - выдохнул Феликс. – Мой резерв почти исчерпан.

- Все хорошо, ты и так спас нас, я вытерплю, обещаю.

Туман отца замерцал, кто-то смог попасть в него своей магией.

В этот напряженный и во всех смыслах страшный момент, я с удивлением заметила, как одно из щупалец Жутика с интересом тянется к магии отца, жадно тянется! А спустя пару секунд, к магии папы тянулись уже все щупальца. Это я знала, что Жутик впитывает магию и потом как-то лечит себя, а вот как отреагирует на подобное папа? Особенно, если учесть, что он нас защищает, закрывая собой и своей магией? Не испугается и не решит шандарахнуть по монстру?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍И вообще, что за неадекватная реакция? Аэлье требуется немедленная помощь, а не вот это все!

- Хватит! – крикнула я изо всех сил. – Леди Аэлья умирает, ей нужна помощь!

Я не лукавила, черт его знает, как на ней сказался и этот переход, и то самое проклятие, да еще и мое вмешательство в ее энергетические каналы.

- Ей нужен лекарь и тот, кто снимет проклятье! – хрипела, понимая, что еще чуть-чуть и даже хрипеть не смогу.

Медленно, будто издеваясь, по телу разливалась боль. Феликс терял контроль.

- Монстр – разумный! Он не причинит вреда, он нас спас! Жутик, они свои.

Боль прострелила спину, а кожа буквально запылала, слезы градом полились из глаз.

- Папочка, не дай им его убить, - прошептала из последних сил.

Боль взорвала сознание, отключая его.

***

Храм Триединства

Лорд Марсэмиар едва расслышал шепот дочери. В миг, когда ее глаза закрылись, а бесчувственное тело рухнуло на пол, его сердце пропустило удар. Оно замерло, боясь худшего – того, что его девочка, пройдя через такие испытания, все же не выдержала.

Мужчина замер на месте, оторопел на секунду, но тут же бросился к дочери, легко остановив щупальца монстра, преградившего ему путь. Нет, он не стал бить их магией, помня о том, как защищала монстра Марина, а резко отвел руками от себя, не позволяя замедлить его движения.

Лорд тан Аргхарай опустился перед ней на колени и с ужасом отметил, что его дочь не дышит.

В момент, когда Марина появилась в храме на церемонии принятия главенства над родом, он не сразу смог поверить в то, что видел.

Если бы не родственная связь, вряд ли бы кто-то смог признать в этой израненной, обожжённой божественным пламенем девушке, его красавицу дочь. Даже леди Аэлья на ее фоне выглядела куда пригляднее. Вряд ли Марина чувствовала, что не только кожа на теле обгорела, но и местами проглядывалась кость. Словно восставший мертвец пришел помешать ритуалу…

Наверняка другие лорды так и подумали, что нисколько не умаляет их действий. Они не имели права нападать!

- Лорд тан Аргхарай, - замершего и откровенно боявшегося притронуться к дочери мужчину, коснулся лорд Лейнард. – Она жива, но ей нужна помощь. Им троим нужна. Я уже отправил зов леди Рудане, забирайте их отсюда, портал я открыл.

И действительно за спиной леди Марины клубилась тьма. Портал, который должен перенести их всех в академию. А может и в поместье лорда тан Даррак. Впрочем, первое куда вероятнее, ведь Академия ХИЛТ не подчиняется Совету.

- Я сам справлюсь с остальными, - твердо сказал лорд Лейнард на вопросительный взгляд лорда тан Аргхарай. – Не теряйте времени, его и так мало.

Однако в их планы вмешались. Нет, портал не схлопнулся, великие лорды, опомнившись, перестали обстреливать защиту, выстроенную лордом тан Даррак, да только не это привело всех в ужас и одновременно в трепет, боги решили вмешаться.

На глазах изумленных мужчин в воздух взвилось тело леди Марины, его мягким покрывалом, слой за слоем, окутывала магия богов, четкое разделение божественной силы проявлялось в цветах слоев: черном, ослепительно белом и радужном.

В это же время, черным плотным коконом из тумана был обернут и монстр, появившийся с леди Мариной, а в месте с ним в кокон попала и леди Аэлья. Вот только шокировало всех совсем не это, а то, что кокон начал движение – рывок и полетел прямо в зев портала, сотворенного лордом Лейнардом, а за ним стрелой и лорд Марсэмиар.

Только лорд тан Даррак успел заметить, что ускорение главе рода Аргхарай придала магия богов, он совершенно точно не сам отправился в портал.

Мужчина не сводил глаз с леди, которая магией плавно перемещалась по залу, пока не достигла центра – там, где была сердцевина пентаграммы. Там, где должен был стоять он, чтобы принять свое наследие. Но не успел, в миг, когда лорд Лейнард должен был ступить в пентаграмму из божественного пламени, появились те, кого Совет давно записал в мертвые.

Лейнард на миг прикрыл глаза, вспоминая те ужасные дни, когда очнулся после разрыва помолвки. Дни, которые прозвал черными, не только из-за свинцовых туч, нависшими над территориями рода тан Даррак, и щедро орошающими их земли проливным дождем целый год, сколько из-за трагических событий, что лавиной обрушились на их род и на него лично.

Потеря отца гулкой болью отзывалась в груди мужчины. Даже сейчас, спустя три года, он все также не смирился с его уходом.

При этом Лейнард был уверен, что поступил бы также, если бы стоял подобный выбор: ради будущего семьи, ради процветания рода. Он понимал своего отца, однако это не значило, что он был готов смириться с тем, что его больше не существовало этом мире.

Как и с тем, что отряд, отправленный в Дикие Земли на поиски двух леди, вернулся ни с чем. Он отказывался верить в то, что его связь с иллами Марины, оборвавшаяся так внезапно и буквально выбившая почву из-под ног, означала смерть той, кто стала ему дороже всех.

Сколько раз он порывался в Дикие Земли? Не счесть… Вот только и он больше не принадлежал себе. Благополучие рода зависело от него, от его жизни и его решений.

Лейнард ненавидел себя за то, что не мог наплевать на всех и отправиться на поиски любимой. Когда разум возобладал над чувствами, ему пришлось признать неразумность своих попыток и даже испытать некоторую благодарность к дяде – именно он не позволил переступить границу нейтральных земель.

Он не имел права бросать свой род в той каше, что заварил Совет в своей жажде властвовать и преобладать над божественными законами. И не бросил.

Сегодня он должен был стать главой рода тан Даррак.

Пусть для этого ему пришлось отстоять свое право на наследие и выбор жены. Несмотря на то, что главой мог быть только женатый высокий лорд с наследной силой рода, Совету пришлось пойти на уступку и не только разрешить провести церемонию принятия, но и участвовать в ней, как того требуют традиции. В этом вопросе лорд тан Даррак был непреклонен, и никто не сумел переубедить его: жениться лорд Лейнард не желал.

Только родные знали, что послужило тому причиной. Мужчина верил, что однажды леди Марина вернется. И переубедить его в этом, никому не удалось.

Пусть и не был уверен, что Марина жива, как и не мог предположить, что леди вернется к ним подобным образом. Сложно предугадать подобное, особенно когда ее мать, леди Равьела, год назад родила сына с наследной силой рода Аргхарай. Помнится тогда, узнав об этом, Лейнард впервые за долгое время заперся в своих покоях и напился до беспамятства.

Три года немалый срок и вместе с тем, всего лишь песчинка в круговороте времени.

Лейнард распахнул глаза и вовремя, божественная сила подтолкнула его вперед, продолжай он стоять задумавшись, и мог бы упасть.

Сила тянула не только его, всех высоких лордов разметало по контуру пентаграммы. Словно ритуал не только не остановился и был нарушен, а и дальше шел своим чередом.

Лорд тан Даррак уже ничему не удивлялся, только смотрел, жадно смотрел на девушку, которая парила над залом, заботливо укутанная в магию. Он видел, как затягиваются ее раны. Не стремительно, медленно и бережно, божественная энергия проникала под кожу леди Марины, а где-то и вовсе ее заменяла.

Он невольно закусил губу, на секунду представив, какую боль испытала леди. Злость прошила его насквозь, мужчина считал, что леди не должна проходить через такие испытания и тем более подвергать себя и свое здоровье опасности. Он злился на леди Аэлью и того, кто манипулировал девчонкой. Конечно, теперь Лейнард знал почему его бывшую невесту воспитывали отдельно от рода. Виной тому - странное данно почившего лорда тан Сайттар. Кого он там хотел вылепить, уже и сказать сложно, учитывая, что ответчик мертв.

Лейнард много думал, анализировал данные расследования, но все равно был уверен в том, что без главы второго рода света, покушение на него вряд ли бы состоялось. Воспитание леди тер Глоуддак включало в себя много странностей. Начиная от слуг, которые следили за ее развитием и благополучием, заканчивая мелочами вроде ежедневного рациона. Все это вплоть до специй поставляли исключительно с разрешения лорда тан Сайттар. Он же составлял меню для девушки, занимался подбором слуг и учителей, лекарей, в общем всего того, что составляло ее кругозор и близкое общество.

Друзей, понятное дело, при таких порядках, у нее не могло быть.

И пусть непричастность лорда Лексара тан Скарлерр была доказана, леди Аэлья действительно воспользовалась чужим ключом-порталом, который ей подсунула леди Изельда, белых пятен все равно оставалось слишком много.

К примеру, каким образом его мачеха получила этот ключ? Отчего ее память не хранит ни момент получения, ни момент передачи ключа?

Мысли о мачехе разозлили его еще больше. Первое, что сделал Лейнард, когда, очнувшись ему сообщили о гибели отца, невзирая на свое крайне жалкое состояние, он отправился к леди Изельде и выпотрошил ее память. И тот факт, что после его грубых манипуляций женщина утратила разум, его совершенно не беспокоил, наоборот, он считал, что Изельда слишком легко отделалась.

Да, он сохранил ей жизнь, пусть жизнью ее состояние сложно назвать, ее едва научили пользоваться столовыми приборами и не ходить под себя, однако если бы не Адарлейн, полетела ее голова с плеч также, как и половины из ее рода. Больше род хранящий иллами церберов не входит в тридцать великих родов.

Если говорить о рейтинге родов, то он значительно изменился за эти три года. Большинство перестановок все же было у светлых и темных, стихийников это коснулось в меньшей степени.

Интересно, обрадуется ли леди Марина, узнав, что род Аргхарай занимает третье место?

Впрочем, какой толк от рейтинга, когда девушка пожертвовала значительно большим? Три года жизни… Ее оплакал род, оплакали друзья, разве леди Равьела до последнего отказывалась верить в гибель дочери, да только с рождением Маршелла, ее непоколебимость дала трещину.

Толку от успеха рода, если сама Марина застыла на месте? Он помнил, что девушка стремилась сохранить свою команду и на первой ступени обучения, теперь же неизвестно какие последствия будут у ее организма после всех травм. Кто знает, сможет ли она пользоваться магией? Не перегорели ли магические каналы? Нет, Лейнард не сомневался, что боги не обидят девушку, и обязательно вылечат ее от внешних повреждений, однако еще остается разум и магия…

Да и захочет ли Марина продолжать обучение? Какой стала леди за эти три года? Вспоминала ли его? Лейнард зажмурился от яркого света, который излучала фигурка девушки. На миг он устыдился своего эгоистичного порыва. Леди Марина выживала в Диких Землях, ей уж точно было не до любовных переживаний.

К тому же Лейнарду было стыдно за то, что все виновные не найдены. Отчасти потому, что до конца сам лорд тан Даррак восстановился относительно недавно и подключился к расследованию значительно позже остальных, отчасти потому, что Совет предпочитал довольствоваться самым простым объяснением: вина лежит на плечах леди Аэльи тер Глоуддак и ее глупой мечте сделать легенду былью.

Вот только Марина сумела сохранить не только свою жизнь, но и жизнь леди Аэльи, а значит, все может измениться. От того, что поведает бывшая невеста зависит очень многое.

Лейнард наконец смог снова видеть, белоснежный свет, излучаемый бессознательной девушкой, больше не слепил, наоборот, он был мягким и даже теплым. Не сразу мужчина понял то, что увидел. Вместо божественной магии, которая бережно укутывала леди Марину, теперь это делали два огромных сотканных из магии крыла: черного и белого цвета.

Пентаграмма налилась светом, замерцала, руны потянули силу из лордов, концентрируя ее в центре пентаграммы, что могло означать лишь одно: ритуал принятия продолжился и сейчас был на стадии завершения. Вот только какой род должна возглавить Марина?

И что означают крылья за ее спиной? Могла ли она получить второго иллами? Иллами света? Пока Лейнард не мог ответить на этот вопрос, все, что ему оставалось – это смотреть, жадно подмечать детали и молча радоваться тому, что излечение любимой подходило к концу.

Мужчина немного расслабился, уверившись, что теперь все будет хорошо.

Леди Марина воспарила к самому потолку. Нет, сама девушка продолжала лежать в воздухе, ввысь ее подняла божественная магия. Интуитивно Лейнард ждал чего-то неожиданного, предполагал, что эти крылья распахнутся, и сама Марина откроет глаза, а может боги одарят ее новым талантом. Не зря же они вмешались в ход ритуала, привнеся в него свои коррективы, да еще подлечили леди?

Вот только реальность преподнесла страшный сюрприз.

Поначалу ничего не происходило, леди застыла над мужчинами: крылья ее укутывающие, замерцали, ослепляя своей яркостью.

Они полностью закрывали обзор, лорд тан Даррак готов был поспорить с каждым из находящихся в зале, что никто больше не может увидеть девушку. Только яркий, слепящий свет.

На миг Лейнард зажмурился, чтобы в следующий момент в страхе распахнуть глаза. Связь, которую он неосознанно установил с иллами леди Марины, оборвалась.

Если раньше, когда девушка находилась на территории Диких Земель, он эту связь никак не ощущал, будто ее никогда и не было, то, когда леди Марина оказалась в храме, связь дала о себе знать искривленным эхом. Возможно, именно то, что связь отзывалась пустотой, и давало надежду Лейнарду, чтобы продолжать верить в то, что он сумеет найти любимую. Найти и вернуть.

В момент возвращения Марины Сириус смог пропустить через себя слабый импульс силы Феликса, а сейчас связь разорвалась, пронзила откатом по телу лорда Лейнарда. И причиной тому стала смерть девушки.

Миг, когда остановилось сердце Марины, Лейнард прочувствовал во всей красе: его бросило в жар, тело задрожало, а Сириус протяжно завыл в голове. Откат ударил по ним двоим со всей своей чудовищной мощью.

Но прежде, чем хоть как-то отреагировать, Лейнард рухнул на пол. Его ноги подкосились из-за боли, что прошила его тело. Мужчина уперся руками в мраморный пол, желая хоть как-то унять дрожь, сфокусироваться и не завыть как его иллами. Поверить в то, что леди Марина умерла, его мозг отказывался. Он хотел прикоснуться к ней. Прижать к себе, сделать хоть что-то, чтобы вернуть ее дыхание и сердцебиение.

Жестокость богов он принять не мог.

Однако факт смерти леди Марины подтвердило еще одно событие: клятва, которую он давал во время ритуала обретения иллами, исчерпала себя, озарив его тело тремя вспышками: черной, светлой и радужной. Боги отменяли его клятву.

Какая злая шутка!

Лейнард попытался подняться. Он еще сам не понимал, что именно хочет сделать. Мужчина будто забыл, что ритуал продолжается, и выходить из своего рунического места, нельзя. Все, о чем думал и чего хотел Лейнард – прижать к себе Марину. Его лишили подобного при ее жизни, сняв запрет лишь после ее смерти.

- Стой! – крикнул лорд тан Глоуддак. – Ритуал продолжается!

- Остановись, - вторил ему лорд тан Скарлерр. – Лорд тан Даррак, вам нельзя выходить из круга!

Мужчина слышал их сквозь туман, их голоса доносились до него раздражающим эхом. Он снова попытался встать и у него почти получилось: на пару мгновений Лейнард поднялся на ноги, но тут же снова рухнул на колени. Таким жалким ему еще не доводилось себя ощущать. Однако мужчина не прекращал попытки.

В эту минуту Лейнарду было плевать на все: и на ход ритуала, и даже на свой род. Все, что имело значение – его женщина, которую он не сумел защитить, не сумел сберечь и помочь. И которой по воле богов не стало.

Глава четырнадцатая

Я плыла в тумане. И совершенно не чувствовала боли. Наоборот, мной овладела такая странная безмятежность, охватило спокойствие и, наверное, пофигизм. Потому что даже думать о чем-либо было лениво. Я просто лежала, закрыв глаза, не сразу сообразив, что могу мыслить.

Сначала я поразилась тому, что не ощущаю боли. Потом за осознанием этого факта, пришло понимание, что я вообще ничего не чувствую. Это и побудило меня открыть глаза и поразиться обстановке.

Отчасти туман, в котором купалась моя душа, а я совершенно точно не имела телесной оболочки, был похож на тот, что царил на Грани. Но за одним приличным отличием: этот туман имел не только тьму, его наполняли и свет, и стихии.

И что это значило, лично я не понимала. Как и то, почему отделилась от своего тела и оказалась здесь. И чем является это здесь, тоже не понимала.

Паническая мысль, что я все-таки не выдержала бешеной нагрузки и умерла, охватила меня лишь на несколько мгновений, снова уступив место безмятежности и спокойствию.

«Наведенное» - сразу сообразила я и этим успокоилась.

Кто бы ни руководил этим туманом, я нужна им спокойная и не обремененная эмоциями. Может, это леди Рудана чего-то нахимичила? Однако этот вариант пришлось отмести, потому что леди могла погрузить меня в стазис, но точно не отделить душу от тела, при этом не убив.

Во всяком случае, я не могла представить подобное в ее исполнении, скорее я поверю в то, что это боги снизошли ко мне… Уж не знаю для чего: наказания или награды. Впрочем, последнее маловероятно.

- Умная девочка. – Произнес мужской голос, однако его обладатель не появился передо мной. – И вместе с тем, глупая.

Впрочем, я и так поняла, кто со мной заговорил.

Уверена, верни мне боги способность испытывать что-то кроме спокойствия, и меня, как во время ритуала прошили бы и страх, и ледяной холод. Уж не знаю отчего, но их сила чудовищна и заставляет сжиматься и ощущать себя чуть ли не букашкой. С другой стороны, на то они и боги…

- Умная, - подхватил женский голос. – Не бойся, мы не станем тебя наказывать. Время выбора.

Я насторожилась. Откровенно говоря, ничего выбирать мне не хотелось. Вот совершенно. Тем более я не звала богов, сейчас так точно, и их приход меня скорее пугал, чем радовал.

- Осторожничает. – Еще один мужской голос. – Айвана ты была права.

- Я всегда права, - категоричный ответ, которому никто не воспротивился.

Воцарилась тишина. Могла бы испугаться, испугалась бы, но мое флегматичное состояние не позволило. Я просто ждала продолжения диалога.

- Время выбора, - повторила Айвана, - ты прошла испытание.

- Испытание? – спросила я. – Неужели та легенда, о которой говорила Аэлья – правда?

- Нет, - рассмеялась богиня. – Влюбленные смертники не имеют отношения к испытанию.

- Смертники, - эхом повторила я.

Надо же как их боги прозвали. Впрочем, а как еще назвать идиотов, которые стремятся не пойми куда (а по мне так в пекло), ради какой-то там силы? Лучше и не определишь, действительно смертники.

И пусть я до конца не понимаю, что это за Дикие Земли, но мне хватило того времени, что я провела на их территории. Повторения мне точно не хотелось. Нам едва удалось выйти из пещеры живыми, и кто его знает, сколько уйдет времени на то, чтобы восстановиться после этого приключения?

И уж точно я бы не стала лезть в подобное место ради такой смехотворной причины, как новая сила. По мне так единственный действенный аргумент, чтобы вернуться в Дикие Земли, это спасение чьей-то жизни, но уж никак не получение крыльев и нового направления магии. Глупость какая…

- Глупость, - согласилось со мной трио голосов.

А я с запозданием вспомнила, что мои мысли не секрет для богов. Я для них открытая книга. Хотя мне ведь и скрывать нечего, а значит и нечего стесняться или переживать.

- Самопожертвование то, что мы ценим. Но нельзя приносить в жертву то, на чем зиждятся миры.

- Любовь? – наугад спросила я, помня о легенде про влюбленных.

- Любовь. – Согласилась со мной богиня. – Она – квинтэссенция.

Я напрягла мозг, пытаясь вспомнить, что означает данный термин. Но потерпела фиаско. Честное слово, такой тупой я себя давненько не чувствовала.

- Она самый важный элемент сущего, - наверно, сжалившись над моими потугами, произнесла богиня. – Это то, что связывает воедино миры: то, что их создает и питает. Любовь к семье, любовь к ближнему, любовь к жизни, любовь между мужчиной и женщиной.

- Подождите, но разве миры создаете не вы?

- Мы, - снова тройное эхо голосов. – И мы любим свои творения. Всех и каждого.

- Тогда почему существует градация высших и низших миров?

- А кто придумал эту градацию? – тут же отозвался один из богов.

Вот только кто это был я не могла определить. Все же с мужскими голосами богов двое, а богиня одна. С ней сложно ошибиться.

- Люди?

- Люди. – согласилась со мной богиня. - Но в целом они правы, Риша. Там, где нет места любви, места нет ничему. Рано или поздно такой мир погибнет.

- Тантерайт умирает? – спросила тихо.

- У него все еще есть шанс вернуть утраченное. – Лукаво ответили мне. - Теперь точно есть.

- Время выбора, Риша. – Строго напомнила Богиня. – Ты получила возможность, о которой мечтают все хранители.

- И что я должна выбрать?

- Силу, конечно.

Конечно. Вот так запросто. Держи, Риша, подарочек.

- А отказаться можно? – нет, ну они же не ждали, что я обрадуюсь?

Громкий мужской смех резанул по ушам. Я даже не сразу поняла, что прикрываю голову руками. И не важно, что голова призрачная, и я сама на живую не похожа, ощущается-то все ого-го как!

Стоп! Ощущается… Мне что же, вернули чувствительность? С чего бы?

— Вот поэтому ты и прошла испытание, - менторским тоном сообщила богиня. – Тот, кто не ищет, всегда находит.

Я промолчала. По моему скромному мнению, звучат слова Айваны пугающе, и найти можно только приключения на пятую точку, если не еще чего похуже.

- Послушайте, - осторожно начала я, все же не со сверстниками, с богами общаюсь. – Я благодарна, что осталась в живых и выбралась из того странного места, но мне ничего не нужно. Спасибо за оказанную честь, но я очутилась в Диких Землях случайно – отдавала долг жизни. Мне всего хватает, честное слово. Новая сила не нужна.

Я была предельно серьезной. Сила – это ответственность. А если ее много, то и ограничений куда больше и куда меньше свободы. Мне со своей магией бы совладать, научиться стопроцентному контролю, изучить все возможности иллами, наконец выбрать профессию и уже набираться опыта в этом направлении, а не обретать еще силы. Ради чего?

Я и так получила больше, чем могла мечтать. У меня есть любящий отец, который несмотря на все недопонимания оказался шикарным мужчиной и отличным главой семьи. У меня есть мамочка, которая ради меня и в огонь, и в воду войдет, и медными трубами так настучит, что мало не покажется.

Есть братья и сестры, которых я даже не ожидала обрести. Мужа только нет. Но какие мои годы? Все еще впереди. И муж будет, и дети… И платьишко красивое на свадьбу…

Новый залп смеха заставил меня поежиться. Все время забываю, что для богов мои мысли – открытая книга. Вот и что их опять развеселило. Причем всех?

- Ты такая непосредственная, живая, - поделился своим наблюдением первый отсмеявшийся бог. – Искренняя. Ни капли страха…

- А вот с этим я могу поспорить, - выпалила я. – Вы страшные.

Сказала и осеклась.

- В смысле не внешность, я вас не вижу. Ваша мощь, она пугает…- попыталась оправдаться и вконец стушевалась.

Что я опять несу?

Рукалицо, Риша, рукалицо.

- Мы поняли. - Со смехом заверила меня богиня.

Весело им, а мне бы вернуться к своим родным. И Феликса услышать. Как он там после всего?

- Отказаться не выйдет, - хором воскликнули боги. – Но ты можешь выбрать.

- Силу? – тоскливо переспросила я.

- Силу.

И тут я задумалась. А о какой вообще силе может идти речь? Мне резерв магический бездонным что ли сделают? Особые дары хранители иллами получают при определенных условиях. Темные – при наблюдении чужой смерти. И вот тут-то не сходится.

Потому что я ничего подобного не наблюдаю. Вокруг меня туман. Можно сказать я вообще спятила, туман, тела нет, голоса вот мерещатся… Если бы мерещились, а так ведь разум уже знает, что боги не просто существуют, они активно участвуют в делах своих творений.

В конце концов, не потащат же меня смотреть как умирают другие люди, чтобы я что-то обрела в довесок к основной магии?

- В чем подвох? – все же решилась спросить в лоб.

- Давно я не встречал хранителей иллами, которые отказываются от заслуженной награды и требуют от богов ответов.

- Я не…

- Ты – да. – Строго одернули меня. – Мне нравится твоя живость, но совершенно не устраивает непочтительность. От даров не отказываются. Не трусят перед ответственностью.

Вот можно подумать я просила каких-то даров! Но, естественно, ничего не сказала вслух. Какая разница, если они в голове копаются как у себя дома.

- Будет тебе, ты забыл? – Мягкий голос Айваны был обманчиво спокойным. - Она – моя.

Какая прелесть! Сейчас меня еще и на части поделят.

- Испытание пройдено, и раз ты сама отказываешься выбирать… За тебя выбор сделаю я.

- Но…

- Поздно. – Припечатала Айвана. – Сомнения – прямой путь к разрушению. Чем больше сомневаешься, тем бесполезней ты становишься для мира.

А вот это было жестко! И хлестко! И кто вообще сказал, что я хочу быть полезной для всего мира? Почему именно я? Тут своих героев что ли не хватает? Я всего лишь хочу отучиться и…

- Героев, - эхом вторила моим мыслям Айвана. – Риша, те, кто ищет подвигов, обычно руководствуются эгоистичными соображениями. Взять ту же легенду о влюбленных, которые должны отправиться во временной разлом, чтобы обрести новую силу. Как думаешь, что ими движет?

- А временной разлом – это Дикие Земли? – тут же уточнила я.

- У него много названий и форм, - уклончиво ответили мне. – И он есть во всех мирах.

Вопрос «зачем» застрял в горле. Я реально не смогла выговорить его. Как будто мне толсто намекнули, что мысли еще ладно, пусть будут, а вот озвучивать их не надо. Ответа все равно не получу, а вот по попе настучат, причём с удовольствием.

Ладно, я не гордая. Спасибо, что вообще отвечают и объясняют вещи, которые мне вряд ли бы кто еще пояснил.

- Влюбленные, - в итоге произнесла я. – Я вижу только два варианта при котором влюбленные могут пойти на подобное испытание. Первый, это ведущий и ведомый. Когда один из пары горит желанием иметь новое направление в магии, а второй безмерно любит первого, потому и соглашается идти с ним. А второй – это когда оба хотят обрести новую силу. А причина этому, скорее всего, желание пойти наперекор существующему политическому строю. Тут ведь и замуж выдают не по любви…

- Ими движет желание острой наживы, абсолютной власти. Ими всеми. Когда-то давно один из наших помощников создал эту легенду, а заодно ввёл запрет на то, чтобы женщины не могли пройти во временной разлом. Понимаешь для чего?

- Чтобы желающих пройти испытание поубавилось, а значит было меньше смертей. – Машинально ответила мысленно прикидывая, кто может быть помощником богов. Вспомнила. Прошедшие тройную эволюцию хранители иллами!

- Отчасти, верно, - отозвалась богиня. – Говоря более понятным тебе языком, чтобы предотвратить геноцид. Впрочем, когда закрываются одни двери, открываются другие. И те, кто желал власти и особой силы, находят способ получить желаемое.

- Обращаются к вам? – наобум спросила я. – Молитвами, постами и ритуалами?

- Чаще кровавыми ритуалами. Те, кто обращаются к нам за силой - платят равнозначную цену за исполнение своего желания.

- Равнозначную цену? Но ведь это нормально, что не все подвержены альтруизму? Не обязательно причиной для просьбы помощи у богов является спасение мира. Для кого-то всем миром является только его семья, или родной человек…

- Всему есть предел, - согласилась со мной Айвана. – Однако жадность наказуема. Расплата не заставит себя ждать. И для всех она различна. Кто-то за свои амбиции ответит жизнью рода, кто-то заплатит своей, а те, кто в погоне за властью уничтожал невинных, навсегда исчезнет из всех миров, но прежде, искупит свои грехи.

Впервые за все время, мне не захотелось спрашивать каким образом он их искупит. Явно что-то жуткое. Как девять кругов ада, не иначе.

- А отказать нельзя? Ну вот провел кто-то ритуал, вы же все равно мысли видите, а вы раз, и не стали помогать?

- У всех свой путь.

Ну просто отличный ответ! То боги вмешиваются, то предпочитают дать душе насовершать кучу ошибок, аж до полного ее уничтожения. Где логика?

- В любви нет логики, - заявил один из богов мужского пола. – У всех должен быть шанс исправиться. Даже если душа переходит черту, она все еще может искупить свои ошибки. Стать полезной и заслужить перерождение.

- Но не все этим шансом пользуются?

- Не все. – согласилась Айвана. – Мы испытываем лучших, Риша. Тех, кто способен к состраданию, кто в критической ситуации не только не бросит ближнего, но и поможет врагу. Тех, кто в будущем способен занять место подле нас и творить наравне с нами. У Тантерайта слишком давно не было своего помощника.

- Вы говорите о силе, - тихо спросила я, стараясь не зацикливаться на словах о помощнике. – Значит ли это, что вы хотите, чтобы я прошла первую ступень эволюции?

- Ты уже ее прошла, - снисходительно пояснил мне один из богов. – Сейчас настало время награды.

- И раз ты сама не сумела определиться с направлением магии, как я уже говорила, это право я оставлю за собой.

- Посмотри на нас, девочка.

Как-то стремительно рассеялся туман. А передо мной появились те самые треугольные глаза. Вот только сейчас к ним прилагались лица. Однако я не могла толком их рассмотреть. И вряд ли отвечу, как выглядели боги. Только сумасшедшие, невероятно притягательные и вместе с тем пугающие глаза…

Я вдруг поняла, что эти глаза, они безумно влюблены в меня. Они смотрели на меня, а я чувствовала себя самым желанным существом во всех мирах. Той, кого долго ждали и наконец нашли. Той, которая окрашивает жизнь в яркие краски.

Странное ощущение, которое поглотило меня полностью. Я купалась в этой любви, отбросив все мысли. Если честно, я даже не могла вспомнить свое имя. Причем меня это совершенно не напрягало. Мысль возникла и растаяла, уступив место неге, безмятежности и свету. Яркому. Ослепительному. Родному.

Я не сразу сообразила в какой момент наступила боль.

Она просто появилась, и заполнила собой все мое существо. Ушли на второй план глаза. Испарилась навязанная эйфория и ощущение всеобъемлющей любви. Осталась лишь я и боль, которая нарастала пульсацией, пока окончательно меня не захватила и я не закричала. Со всей силы, что у меня еще была.

И тем страннее было слышать эхо своего крика. Этот факт изумил меня, и этого мига хватило, чтобы понять, что мне больше не больно. Наоборот, по телу разливалось тепло. А еще складывалось впечатление, что я парю и меня кто-то нежно обнимает.

Машинально распахнула зажмуренные глаза и снова зажмурилась. Просто от неожиданности и мимолётного страха.

Меня никто не обнимал. Мне так просто показалось, а вот я находилась высоко. У самого потолка все того же храма…

И каким образом я тут оказалась? Еще и обнаженная, ласково укутанная в чужую магию… И кажется, абсолютно здоровая.

Естественно, я сразу полезла к голове, пощупать волосы. А вдруг отрасли? Увы, с волосами боги мне не помогли… Но от ожогов совершенно точно избавили. Как и от боли.

- У тебя будет выбор, - вдруг раздалось в голосе насмешливое от Айваны. – Ты сама выберешь мужа, никто не заставит тебя выйти замуж против твоей воли. Смотри не прогадай.

И пока я осмысливала, а если честно, знатно обалдевала от сказанного богиней, в храме померк свет.

Вот будто кто-то взял и выкрутил лампочку. Все лампочки. Если таковые вообще тут были. Но ненадолго. Потому что такой лампочкой, очень яркой, вдруг стала я сама.

От меня шел мягкий белый свет, который сначала рассеивался в разные стороны, освещая мужчин, застывших столбами с задранными вверх головами, пока в итоге не окутал меня полностью, трансформируясь в крылья за спиной.

Как я вообще поняла, что в крылья? Да потому что они замахали, плавно и мягко опуская меня на пол. В какой-то мере я летела. Хотя совершенно точно не управляла этими крыльями.

- Еще научишься. – пообещали мне. – Я помогу.

Но это явно были не боги! За то время, что я с ними общалась, я хоть и не могла сказать какому богу принадлежит тот или иной голос, за исключением Айваны, конечно, но определить, они ли ко мне обращаются или нет, могла. Так вот, этот женский голос не принадлежал богине!

- Я твой новый иллами. – Снова отозвалась неизвестная. – Иллами света, хранительница.

- Зашибись! – выдохнула я, одновременно с тем, как мои ноги коснулись пола.

Вот только сказать еще что-нибудь, я не успела.

В храме зажегся свет, ярко запылал в чаше огонь. Я даже зажмурилась, так сильно он горел. Казалось, вот-вот и меня снова поджарит. Обошлось.

- Ритуал подтверждаем, - трио божественных голосов придавили своей силой.

Я едва устояла на ногах, в отличии от нескольких мужчин, которые окружали меня. Среди тех, кто оказался на коленях, был и Лейнард. Правда, я не могла точно сказать, давно ли он так стоял или только что упал. Я сама не поняла, как именно нашла его.

Просто почувствовала его взгляд, который впился в спину, и повернулась на него. Он смотрел на меня так, будто я воскресла из мертвых. Или того хуже, была умертвием и дышать ну никак не могла. Но я чувствовала себя прекрасно, если забыть о том, что нахожусь голышом среди кучи мужиков.

- Встречайте главу рода Альветар, хранитель иллами прошедший первую ступень эволюции – леди Марина Арайна Альветар. – Голос богини Айваны будто проникал под кожу. Зал вибрировал, мне даже чудилось, что он дрожит. - Слово нерушимо.

- Слово нерушимо, - эхом, но с запозданием отозвались высокие лорды.

«Писец! Спасибо, что меня спросили, а хочу ли я новый род и новое имя!»

- Поздно противиться предначертанному, - высокопарно заявили в моей голове. – Отринь сомнения и следуй своей судьбе.

- В совете не нуждалась, - мысленно буркнула. – Где мой Феликс?

Я уже поняла, что отвечает мне новый иллами. И пока не могла сказать, что эта светлая душа мне нравилась.

- Простите, хранительница, - абсолютно не извиняющимся тоном, отозвалась иллами света, она у меня прочно ассоциировалась с женским полом. – Он тут, но мне бы хотелось, чтобы вы дали мне имя и тогда я пущу его…

- Что ты сделаешь? – я забылась и прорычала вопрос не мысленно, а голосом. – А ну верни управление Феликсу!

От моего рычания вздрогнули стоящие на коленях мужики. До этого они растерянно пялились на меня и не пытались подняться. А вот мой вопль словно разбудил их всех.

- Риша, детка, ты как всегда сурова, - нежно прошептал Феликс, - я всегда с тобой, чтобы по этому поводу не думала светлая. Боги восстановили мой резерв. Я здесь, и она здесь, мы теперь единое целое с тобой.

- Но как? Я же запретила говорить, - удивленно отозвался новый иллами, чем конкретно меня взбесил, но ничего ответить я не успела, меня затопило такой радостью, что слова застряли в горле. – Она? Хранительница выбрала мой пол?

Радость скользила по моему телу теплым лучиком, который разрастался в маленькое солнышко в груди, пока окончательно не затопил меня своим теплом и нежностью.

Ого, выходит этому иллами хотелось быть девочкой.

- А имя? Я получу имя? – слишком робко для той наглости, которую уже успела продемонстрировать, спросила иллами света.

«Заноза в одном месте», - очень хотелось ляпнуть, но я вовремя себя притормозила. К тому же меня отвлекли жадные взгляды и гневное требование:

- Отвернитесь!

Мужчины открыто пялились на мое обнаженное тело, я опять успела забыть об этом нюансе, а вот кое-кто не только не забыл, но еще и решил покомандовать.

Этим кое-кем оказался Лейнард.

Он решительно сорвал с себя рубашку, легко выскочил из штанов и решительно приблизился ко мне в одном исподнем.

Я настолько изумилась данному преображению, что вместо мыслей в голове образовалась вязкая каша из одного желания: потрогать торс мужчины, а еще лучше облапать его всего.

Я успела так сильно соскучиться по лорду, что не скрывала ни своих эмоций, ни радости от того, что вижу своего опекуна.

Как же он красив! А еще выглядит так, словно все время пока я валялась в лазарете и находилась в Диких Землях, не выходил из качалки. Нет, он и до этого был в прекрасной форме, но сейчас складывалось впечатление, что Лейнард возмужал. И кстати, а разве была у него цепочка шрамов, тянущаяся от ключицы почти к пупку? Странное впечатление, которое невольно наводило на мысль, а сколько вообще времени прошло?

- Ай! – воскликнул кто-то из лордов, и сбил меня с мысли.

- Я предупреждал: не смотреть, - холодно бросил Лейнард и ловко запаковал меня сначала в свою рубашку, пуговицы которой застегнул чуть ли не за секунду, а затем и в штаны, которые с меня, естественно спадали, машинально удержала руками их на поясе, да там руки и оставила.

- Прошу прощения, леди Марина, - глухо отозвался он и отступил от меня на шаг. – В храме любые иллюзии рассеиваются, а также блокируются переносы материальных предметов, поэтому ничего лучше в данный момент я предложить не могу. Но если вы согласитесь стать моей гостьей в поместье Даррак, я…

- Не так быстро, - грозно перебил его один из высоких лорда. – Леди Марина желанная гостья и в моем поместье…

- И в наших, - чуть ли не хором возвестили остальные лорды, кроме темных, судя по их лицам, они и рады бы пригласить, но выше головы, точнее выше лорда тан Даррак прыгать не собираются. При этом мужчины как-то незаметно скучковались около меня, практически оттесняя Лейнарда.

Практически, потому что он как нерушимая скала – мужики отлетали от него, будто волны взволнованного моря.

- Я с удовольствием помогу леди заполнить пробел – три года не такой уж большой срок, но и немалый, - веско сказал стихийник, увы, его имени я не знала, впрочем, как и большинства собравшихся в храме.

Но чем-то он был похож на Ксара, только казался суровее, мощнее и напрочь лишенным обаяния лорда тан Скарлерра.

– И конечно, окажу всяческую помощь. Вам стоит отдохнуть, леди Альветар.

- Три года? – шокировано выдохнула. – Вы сказали три года?

- Замолчите! – холодно бросил Лейнард. Однако этот холод в голосе никого не обманул, мужчина был в гневе. – Нельзя так сообщать новости!

Словно соглашаясь с ним, огонь, который все еще пылал жаром в чаше, яростно мигнул.

- Простите, мы несколько сбиты с толка, - стихийник не стушевался, но явно подбирал слова, - мое предложение в силе, леди Альветар, а вам лорд тан Даррак, стоит помолчать, Вы больше не являетесь опекуном леди, впрочем, той леди не существует больше. Да и главой рода вы не стали, поэтому проявите уважение к старшим!

Я думала Лейнард что-то ответит ему, но он промолчал, лишь посмотрел на меня так, словно извинялся за это.

Три года… Меня не было три года! Как же так?! И что значит не стал главой рода? А куда его отец делся?

Мысли закрутились в голове бешеным потоком… Мамочка, как она там? Сколько же ей пережить пришлось! А Ламея? Гекхар, Шалрай и Крафей… Они уже на первой ступени учатся...

Выходит, меня все похоронили?

- Леди Альветар, пойдемте, - настойчивый лорд никак не желал отставать и даже положил мне на локоть руку. – Вам понравится у нас…

Прежде, чем я успела ответить, из меня потоком хлынула магия света и обожгла обнаглевшего дядьку. Мысленно поблагодарила иллами света, явно же ее рук дело и получила отклик в виде мимолетного тепла.

- Не стоит меня трогать, - прокомментировала случившееся и посмотрела на Лейнарда, - где мой отец? Он же был здесь, когда я появилась...

В горле образовался ком, я замолчала на мгновение и с усилием затолкав непрошенные слезы, продолжила:

- Аэлья и Жутик, где они? – мысль о том, что им всем причинили вред, обожгла болью.

- В Академии ХИЛТ, - тут же отозвался Лейнард.

- Я хочу к ним, - глухо ответила и сделала шаг к Лейнарду, - вы проведете меня?

- Но позвольте! – вмешался уже другой лорд, кто-то из светлых, однако его решительно оттолкнул Лейнард.

- Благодарю за оказанную честь, - произнес он и протянул руку, в которую я вцепилась так, будто за мной снова гнались монстры. – Идемте.

Магия лорда тан Даррак заклубилась в пространстве. А у меня все смешалось в голове. Столько вопросов, столько всего с чем еще предстоит разбираться!

- Мы будем ждать вашего решения по собранию Совета, - уже в спину мне сообщил стихийник. – Приятного отдыха, леди Альветар!

Глава пятнадцатая

Я едва стояла на полигоне: пыталась сделать вдох и не свалиться на землю. Здесь бушевал ветер: холодный, сухой и колючий. Он свирепствовал, был единственным господином в этом месте. Не помню вообще, когда подобное происходило. Складывалось впечатление, что кто-то его напустил, а с силой не рассчитал. Как и я с удержанием штанов.

Пока я воевала со своенравной одеждой, которая все сползала с тела, уши у меня сильно замерзли. Шутка ли? Ветрище в лицо, как бы не слечь с простудой.

Лейнард в отличие от меня ворон не считал, прибегнул к магии, пусть и не сразу, но закрыл нас своей магией. Грубо говоря, заключил в непроницаемый купол.

- Что происходит? – хрипло спросила я.

Хрипло, потому что наглоталась холодного воздуха и еще не отогрелась достаточно.

- Не знаю, постой, пожалуйста, тут. Я схожу разведаю обстановку.

Сначала я хотела возразить. Потом здраво рассудила, что мужчине будет проще, если он будет знать, что я под его защитой нахожусь в определённом месте, а не рискую своим здоровьем наравне с ним.

- Хорошо, я буду здесь, - заодно пообщаюсь со своими иллами и наконец именую нового.

Вот с чем, а с именованием все же затягивать не стоит.

- Я рада, что ты это понимаешь, хранительница, - высокомерно отозвалась иллами.

- Благодарю, леди, - одновременно с моей иллами произнес Лейнард, что в итоге его слова я разобрала с трудом.

Кокон из тьмы, в котором мы находились, чуть раздвинулся, выпуская мужчину, и тут же стремительно затянулся.

- Итак, - строго произнесла я, мысленно обращаясь к светлой иллами. Удивительно, но я ее ощутила, как маленький подсолнушек в сознании, - мне совершенно не нравятся твои комментарии. Чаще всего они не к месту. Я, конечно, сама виновата, потому что не я выбирала, но это не значит, что я буду мириться с такой нахальной иллами. Это понятно?

- Я дар богов, - пафасно начала она и глуше добавила. – Обмену и возврату не подлежу.

- Но никто не помешает мне отказаться от твоей силы. И сиди себе на Грани, учись уважению и терпению.

- Можно подумать, ты, хранительница, само терпение… - фыркнула нахалка, - ой!

- У нас лучшая хранительница, - тоном, не терпящим возражения, сообщил Феликс, - Риша, не расстраивайся, девочка от радости чушь мелет, все никак не избавится от старых привычек.

- Старых привычек? – эхом повторила я.

- Табу, - тут же отозвалась иллами света. – Табу! Ай!

Мне бы очень хотелось посмотреть, что именно сделал Феликс, что иллами айкает от боли. Подзатыльники ей что ли раздает? Если да, то каким образом?

- А вот лгать не стоит. – Пригрозил Феликс. – Характер при жизни оставляет значимый отпечаток на душе. К тому же, древние иллами, такие как я и она, чаще всего цепляются за самую яркую черту из прошлого: у меня это живость, легкость, определенная веселость, а вот у нее – занудство и величие.

Я практически запуталась, но поразмыслив, поняла, что Феликс насмехается над нашим светлым приобретением. Хотя доля истины в его словах совершенно точно была.

- Сам ты зануда! А я - Светана! Точнее хочу быть Светаной! – тут же поправилась она. – Очень красивое имя и мне подходит, правда, хранительница?

- Совершенно не подходит, - хором сказали мы с фениксом.

Кстати, о фениксах, а какая форма у новенькой?

- Феникс, конечно же, - опять высокомерно ответила иллами.

- Колючка, - фыркнул Феликс, - будь проще, иначе Риша действительно сделает так, как сказала.

- Колючка, - повторила за ним. – А это идея…

- Простите, я больше не буду, - пискнула иллами света, но я уже приняла решение.

- Ёлка! Именую тебя Ёлкой, - а что, если земной певице подошло, то и моя новая иллами чем плоха? К тому же Ёлка ей совершенно точно подходит.

- Принимаю, - еле слышно прошептала Ёлка.

Откровенно говоря, мне было не совсем все равно, что я выбрала не то имя, на которое надеялась иллами, однако, я слишком хорошо поняла, что позволь новенькой многое – она сядет на шею. И ишаком буду я, чего допускать в союзе хранитель-иллами, никак нельзя. А вот подружиться стоит, правда, сразу вряд ли получится.

- Ёлочка, - ласково протянул Феликс. – Мне нравится, красиво звучит.

- Меня назвали в честь дерева, - глухо отозвалась Ёлка.

Я сделала вид, что этого не слышала. Вот уши заложило или что там используется при мысленной речи?

- Феликс, нас не было три года, - нахмурившись произнесла я. – Можешь себе представить? Я вот до конца поверить не могу.

- Не триста же, - фыркнула Ёлка, опережая Феликса, - Ой!

- Держи язык на замке, если обращаются не к тебе, - наставительно сообщил Феликс. – Риша, нам действительно повезло, что прошло не триста лет, а всего три года. Я понимаю, что ты расстроена, но мы живы, а значит не все потеряно.

- Не представляю, как они себя чувствовали, я бы с ума сошла, - сказал я, думая о родных и друзьях. – Один Лейнард такой невозмутимый и серьезный.

- Он-то? – снова влезла Ёлка. – Невозмутимый? Вот насмешила!

- Ёлка! – рявкнул Феликс, я же закатила глаза.

Все это смахивает на дурдом, причем палата с психами прямо у меня в голове.

- Что Ёлка? – фыркнула иллами. – Правду же говорю. Да я уже трижды по его иллами щелкнула! Тянут они лапы к хранительнице! А вот шиш вам, а не новая связь!

- В смысле? – отозвалась я, чувствуя, как краснеют щеки. Мысль о том, что Лейнард видит во мне мать своих детей, заставляла меня смущаться. – У нас же и так с ним связь.

- Еще чего! Сказано богами: право выбора за хранительницей, вот и нечего лапы тянуть! – горячо возразила Ёлка. – Никакой связи больше нет и установить ее я не дам!

— Это не тебе решать, - возразил Феликс.

- И не им! Нет у них такой силы, чтобы волю богов обойти. А уж когда наша хранительница решит, кого в мужья взять, вот тогда… А то поглядите-ка, поесть не дали, купальню не предоставили, одежда и та – ношенная, и все туда же – связь устанавливать! Этот-то хоть лично знаком хранительнице, вон как краснеет, думая о нем, а остальные просто лапы тянут!

Я не увидела, скорее ощутила, как Феликс закатил глаза.

- Погляди на них, нашли трофей! Пусть поучаться манерам, пока в сознание не придут. Сначала себя показать надо, род свой представить, и только потом тянуть конечности!

- Подожди, - пробормотала я, переваривая новость о том, что моя иллами способна на расстоянии вырубить лорда. – О чем ты? Кто еще кроме Лейнарда связь установить пытается?

- Да кто только не пытается! – хихикнула Ёлка, ободренная тем, что я не ругаюсь и пребываю в шоке. – А чего тянуть, коли на глаза не показывался? Вдруг хромой и кривой? Нам таких не надобно! От таких детей здоровых не будет!

- Какие дети? – опомнилась я. – Ёлка!

- А что я? Я же правду говорю. Феликс, между прочим, тоже уколы чувствует!

- Феликс? Ты же говорил, что связь устанавливается только когда лорд готов к продолжению рода, точнее, когда…

- А они все готовы! Еще бы, хранительница с двумя иллами с разной направленностью магии. Хоть сейчас зови, прибегут детишек делать!

- Ёлка! – хором возмутились мы с Феликсом.

- Да молчу я, молчу. А только связь установить никому не дам. Пока вы, хранительница, сами согласия не дадите.

Ответить я не успела, кокон, который меня охранял от ветра, неожиданно рассеялся и меня обдало холодным ветром. Я снова вцепилась в штаны, боясь, что те с меня слезут.

Лучше бы уши закрыла!

Потому что передо мной вдруг оказалось чудовище, которое заверещало так, что я почти оглохла. Однако в рефлексах мне не откажешь, магией пульнуть я успела, как и отметить изменения моего тумана: больше он не был угольно-черным, в тьму нежной кошкой вплетался свет. Выглядело, на самом деле, потрясающе.

Я засмотрелась и упустила момент, когда чудовище обиженно отпрянуло и заорало дурниной, явно жалуясь на что-то. Обиженно! И жалуясь!

Соображала я быстро. Почему на меня может обижаться монстр? Да только в том случае, если это - мой монстр!

- Жутик? – выпалила я. — Это ты?!

- Фьюрх! – вместе с его ответом резко прекратился ветер, позволяя мне не щуриться и рассмотреть чудовище, в которое превратился мой друг.

Ничего общего с червяком больше не было. Вот вообще ничегошеньки. И от медузы чутка осталось.

Скорее это была страшная тучка на щупальцах. Гигантская тучка. Широкая, высокая, яркого фиолетового цвета… И ртом на пол туловища со множеством острых зубов.

Невольно отступила на шаг, ошалев от таких изменений.

- Фьюрх?- мои маневры не оказались незамеченными. Монстрик жалобно повторил. – Фьюрх? Рха, шаа?

- Дай мне минутку, пожалуйста, - выдохнула я. – Надо привыкнуть к твоему облику…

- Пережрал магии, - авторитетно заявила Ёлка. – Брорхи все такие.

- Как ты сказала?!- рявкнули мы с Феликсом.

- А что я такого сказала? – и неуверенно протянула. – Табу?

И сама себе же ответила.

- Не табу, вот этот монстр, с которым вы коротали время у костра, называется брорх. Не спрашивайте откуда я это знаю, просто знаю.

- Табу, - вдруг сообщил Феликс. – О личном при жизни – табу. О мироустройстве – можно говорить.

- Я так и поняла. Так вот, брорхи - простейший вид магвампиров, которые поглощают любую магию и почти в любом количестве. Но могут и лопнуть в буквальном смысле от слишком большого насыщения магической энергией. Помимо прочего жрут мелкую нечисть, выпивая из нее все соки: кровь там и прочие жидкости.

Будь у меня на голове волосы, они бы встали дыбом! Что за тварь я привела на Тантерайт?! А если бы она меня съела?

- Не съела же, - фыркнула в голове Ёлка. – Хотя могла. Впрочем, они в основном питаются мелочью. Людей, тем более одаренных магией, стараются посильнее напугать, чтоб присосаться к магии…

Я почти не слышала иллами, перед глазами так и стояла картинка того, как меня Жутик выпил, оставив на память родным высушенную мумию…

- Богатое воображение — это отлично, - нагло подсматривая мои мысли, заметила Ёлка. – Но брорхи полезны. И даже хорошо, что он в вашей академии, еще увидишь, преподавателям понравится с ним работать.

- Работать?

- Конечно, представь какие можно устроить студентам испытания, имея в наличии брорха? Тех, кто привык полагаться только на магию, ждет сюрприз. Но главная особенность брорхов в том, что они являются накопителями: собирают магию, обрабатывают, убирая примеси, оставляя лишь божественную суть в первозданном виде, и могут ее отдавать – передавать магу или хранителю. Правда не всегда с этим согласны, да кто их там спрашивать будет?

- Живой мониар, - выдохнула я.

- Вроде того, - согласилась Ёлка, опять бесцеремонно покопавшись в моей памяти.

А я вдруг поняла одну вещь. Мой иллами не местный! Если Феликс много знал об устройстве Тантерайта, то Ёлка явно откуда-то из другого мира!

- Мой мир называется Эрвальгер, - гордо отозвалась она. – Пятый высший мир! И хватит ворон считать, поторопись, а то твой друг лопнет.

Тучка действительно разрасталась и интенсивно меняла цвет. Из фиолетового в темно синий, из синего в голубой, из голубого в белый, пока наконец не замерла, оказавшись абсолютно прозрачной.

- Ошибочка вышла, - весело заявила Ёлка. – Не лопнет, размножится!

- В смысле? – только и успела спросить, как натурально бабахнуло.

Я не удержалась на ногах, да и не только я. Но это я отметила вскользь.

Мне повезло, что протащило меня по земле несильно и недалеко, да и падать было не так уж чтобы очень больно. Неприятно, пара ссадин обеспечена. Однако шею не свернула и на том спасибо!

К тому моменту, как все улеглось и я открыла глаза, поняла несколько вещей.

Во-первых, штаны с меня слетели и теперь болтались на щиколотках. Все бы ничего, но попе вдруг стало очень холодно и одиноко. Не порядок.

Во-вторых, тучка исчезла, как и ветер. Зато вместо нее обнаружилось два абсолютно одинаковых получервяков полумедуз.

В-третьих, эти два существа, переглянувшись, весело поползли ко мне. Весело и стремительно. Я оглянуться не успела, как меня с каждого бока подперли и что-то зафырчали.

Зашибись, романтика!

- Жутик? – позвала я, попытавшись встать.

А шиш с маслом, мне не дали даже дернуться, сильно придавив с двух сторон.

- Фьюрх!  - с готовностью отозвался монстр с левого бока.

- Аарх, фьюрх, арха! – тот, что был с правого бока молчать также не стал, правда, дал сначала выговориться Жутику.

- Жгутик? – неуверенно предложила, решив, что у меня требуют именования.

- Фьюрх! – уверенно отозвался новоименнованный, и я выдохнула.

- Отлично, Жутик и Жгутик, дайте мне встать, пожалуйста. – Строго попросила я и тише добавила. – И одеться.

Оно, конечно, классно, что монстры меня узнали и что немаловажно не проявили агрессии, но лежать носом в земле такое себе удовольствие. К тому же, где-то тут Лейнард и наверняка, ректор академии. А может и мой папа.

- Пожалуйста, - снова попросила монстриков, когда они слаженно фыркнули. – Мне это необходимо.

- Фьюрх, арха грахха! - угрожающе завопил Жгутик и его щупальца резво ринулись вверх.

- Свои, - ледяным тоном отчеканила я, сообразив, что к нашей компании приближаются люди. – Нельзя трогать! Никого!

- Фьюрх? – жалобно уточнил Жгутик и тут же получил щупальцем от Жутика.

- Фьюрх! – резко заявил, словно подтверждая мою команду.

А впрочем, почему словно? Он явно намеревался контролировать свое дитя?

- Ой, насмешила, - смех Ёлки ворвался в мысли ураганом. – Дитя! Не могу… Ай, больно же!

- Больше предупреждений не будет, - строго заявил Феликс. – Еще одна насмешка в адрес хранительницы, и я запру тебя на Грани.

- Можно подумать ты способен на это!

- Хочешь проверить?

- Угомонитесь, оба! – потребовала я. – Ёлка, если тебя развеселило мое сравнение, смейся молча. Проржешься, объяснишь причину веселья. Если ты забыла, я родилась не в твоем мире и понятия не имею кто такие брорхи и с чем их едят! Не примешь во внимание мои слова, я позволю Феликсу запереть тебя.

Смех оборвался.

- Простите, хранительница, - буркнула Ёлка. – Только это не ребенок.

- Неважно.

Я наконец поднялась на ноги и смогла вернуть штаны на место. Только после этого я выпрямилась и уставилась на тех, кто замер от нас в десяти шагах.

Я ошиблась, Лейнарда среди них не было. Зато был мой отец, который прихрамывая, пытался бежать ко мне, но его все время останавливал ректор и что-то жарко объяснял.

Та-а-а-к, что за бунт на корабле?

- Они не тронут вас! – крикнула я, решив, что причина в моих защитничках. – Они просто испугались…

Наверное…

Жутик так испугался, что в итоге обожрался магией и раздвоился, м-да…

- Да не трогайте вы меня! – рыкнул отец и оттолкнул ректора.

- Твой резерв пуст! – крикнул лорд Арван, но все это ушло на второй план.

Потому что я и сама не заметила, как влетела в его объятья. Одно радовало, хоть реветь не начала, пусть носом совершенно точно хлюпала.

- Девочка моя, живая, - выдохнул он мне в макушку, параллельно ощупывая мое тело.

Серьезно ощупывая, видимо, искал повреждения.

- И относительно здорова, - шмыгнула я, пытаясь пошутить. – Волос только нет.

- Отрастут, - пообещал он и мягко отстранил меня, заглядывая в лицо. – Непременно отрастут.

- Что с твоей ногой? – я наконец разглядела, что одежда папы подрана и нога, на которую он хромал, выглядит, мягко говоря, странно.

- Твой ручной зверек испугался, - хмыкнул он.

Я резко обернулась к Жутику, сообразив, что стало с ногой папы.

- Ты! – рыкнула я, сама ошалев от своего тона. – Я же сказала – свои!

- Фью, арха, фью? – жалобно заскулил недочервяк. – Фью?

- Верни! Все, что взял – верни!

Мне вдруг стало страшно, а что, если после нападения Жутика, никто не сможет помочь отцу и тому ампутируют ногу? Ведь монстр-то не из этого мира!

- Слышишь? Верни!

И меня мало волновало, каким образом он это сделает. Я так сильно разозлилась и испугалась, что совсем себя не контролировала. И отмахнулась от руки отца, который хотел меня остановить.

Нависла над щупальцами, которыми Жутик себя облепил.

- Верни! – повторила я.

- Фьюрх, - виновато выдохнули оба монстра. – Фьюрх.

- Риша, он же размножился, - вкрадчиво напомнил Феликс. – Не думаю, что он может вернуть магию твоему отцу…

- А ты не думай, а просто смотри, - язвительно отозвалась Ёлка. – Все он может.

Я хотела ответить ей, но мысли испарились. Потому что и Жутик и Жгутик рванули к папе, обогнув меня и застыли перед ним.

А в следующий момент оба начали мерцать различными цветами, снова уподобляясь радуге, пока в итоге каждый из них не ухватился за ногу отца своим щупальцем.

Отец вздрогнул, но устоял. Лорд Арван призвал туман, явно желая атаковать.

- Стойте! – крикнула я. – Он возвращает магию!

Я успела сказать только это, потому что обомлела, увидев, как отец покрылся прозрачным туманом, который замерцал точно так же, как и брорхи до этого, все это длилось несколько секунд, пока туман не сконцентрировался только на пострадавшей конечности.

Буквально на моих глазах, она если и не возвращала прежний вид, то ей становилось лучше. Ушла сухость и желтизна кожи, мышцы, казавшиеся сдувшимся шариком, наполнялись массой.

- Ошизеть! – выдохнула я, когда действо закончилось. – Жутик, Жгутик, спасибо!

- И резерв полон, - пробормотал отец и тут же топнул пострадавшей ногой. - Быть не может, не болит!

- Может, - устало улыбнулась я и благодарно погладила подставленные головы монстриков, при этом штаны у меня опять сползли.

Блин, дал бы уже кто-нибудь пояс или веревку, затянуть своенравную одежду!

Пока я возвращала штаны на место, к нам приблизился лорд Арван.

Смотрел он на меня как-то странно, будто видел впервые. Не знаю, что он там во мне видел, но его взгляд мне не нравился.  Ректор никогда раньше так на меня не смотрел.

Я вдруг ощутила себя виноватой. Хотя не совсем понимала в чем. То ли за устроенные Жутиком беспорядки, то ли еще за что, похлеще. Но я совершенно не соображала, что могла натворить. Меня так долго не было, я чудом вообще вернулась живой,

- Простите. Брорхи не опасны, - вместо приветствия, выдала я. – Точнее не так, они…

- Об особенностях ваших питомцев, поговорим позднее, леди Марина, - перебил он меня. – Достаточно будет того, что вы отдадите им команду не нападать на служащих в академии и отведете их в загон.

Хоть не выгоняет и на том спасибо.

- Вижу, вас можно поздравить? – не дав и слова вставить, продолжил он. – Два иллами с разной направленностью магии. Значит, иллами леди тер Глоуддак достался вам? Боги так присудили?

- Лорд тан Даррак! – возмутился отец.

- Что? - опешила я, но быстро взяла себя в руки. Я и мысли не допускала, что блондинка лишилась иллами, большая часть меня верила, что девушка сохранит свою магию невзирая на мое вмешательство в структуру ее энергетических каналов. – Как Аэлья? Леди Рудана знает, как ей помочь? Мне пришлось действовать решительно и применить…

- Достаточно, - снова прервал меня ректор. – Обо всем расскажете позже, ваши питомцы проявляют беспокойство, нужно их изолировать.

В общем-то, он был прав. Монстрики чутко реагировали на мое настроение. Щупальца угрожающе зависли в воздухе. Правда, без прямого приказа, они атаковать не стремились. Или ждали более весомого повода напасть, чем слова. Я успокаивающе погладила ближайшего брорха. Сама же при этом спокойной не была ни капли.

Слова ректора эхом отдавались в висках. Не на такую встречу я рассчитывала. Надо же, изолировать… Как будто они неразумные твари.

- Папа, - позвала я, едва сдерживаясь, чтобы не разреветься. – Пойдем домой. У тебя же найдется место для Жгутика и Жутика?

Может и хорошо, что Лейнард куда-то ушел. Не видит, как меня отчитывают непонятно за что. Хотя он уже видел меня разной, впрочем, радости мне это знание не прибавляет. Обида комом застряла в груди. Как же несправедливо!

- Я открою портал, - тут же отозвался папа.  – И, конечно, найдется.

- Я не давал разрешения.

- А оно нам и не требуется, - огрызнулась я. – Три года прошло, мне уже сообщили. Я больше не ваша студентка. Жутик, Жгутик, за мной.

Я повернулась к ректору спиной, не желая продолжать этот бестолковый диалог. Откровенно говоря, я прятала лицо и кусала губы, сдерживая слезы. Ну почему он так со мной? Нет, я, конечно, не рассчитывала, что меня вернут в общежитие, за три года, там уже другая команда обосновалась, но хоть в лазарете могли местечко дать? Хоть подлатать и потом уже кидаться обвинениями? Надо же, я у блондинки иллами отняла, да с чего ради?!

- Ёлка, - хрипло позвала я. – Кто твой прошлый хранитель?

- Тот, кто меня убил, - глухо отозвалась она. – О имени не спрашивай – табу.

- Но это не Аэлья? – у меня защемило сердце, и я затаила дыхание в ожидании ответа.

- Она не имеет права отвечать прямо, - вклинился в наш диалог Феликс.

И я совсем поникла. Не могут же боги быть настолько жестокими?!

- Мой прошлый хранитель был рожден со мной в одном мире, - прошептала Ёлка.

- Леди Марина! – одновременно с ответом иллами окрикнул меня ректор.

Но я не стала оборачиваться. Не хочу с ним разговаривать. Хочу к маме.

- Пап? – позвала я и передо мной тут же оказалась дверь.

Не раздумывая, я дернула за нее и прошла в коридор, Жутик и Жгутик ринулись за мной. Отец чуть замешкался, что-то выслушивая от ректора и отвечая тому.

Я не вслушивалась, да и желания на это не имела, сделала пару решительных шагов по коридору, чтобы совсем себя отрезать от ректора и дождалась отца.

- Риша, постарайся сильно не огорчаться, - попросил папа, обнимая меня. – Ректор не прав, и позже, он поймет насколько.

Папа вздохнул, сжал меня покрепче, видимо, беря паузу на размышления.

- Впрочем, зная этого старого интригана, уверен, что его поступку есть не только логическое объяснение, но и намек на что-то… Не зря он попытался запретить мне творить портал, вполне возможно. Что точкой перехода, он желал сделать совсем не наше поместье.

- Не наше? – я почти не понимала ход мыслей отца, или не хотела понимать. Во мне горела обида на слова ректора.

- Ты забываешь, что в академии всегда много лишних ушей и глаз, такое впечатление, что ректору необходима ссора с нами, точнее с тобой.

- Ну да, - фыркнула я, - сильнейшего оскорбления, чем прямое обвинение в отнятии чужого иллами – придумать сложно.

- Для всех – да, но мы знаём какая ты: светлая, добрая, отзывчивая, - отец вздохнул и чмокнул меня в лоб. - Мы очень тебя ждали, дочка. И лучше, я скажу сейчас, чем ты увидишь сама. У нас с твоей мамой родился сын.

Глава шестнадцатая

- Рисса!

- Риша, - улыбнувшись, поправила я. – Ри-иш-ша.

- Ри…- Лео запнулся, нахмурился и упрямо качнув головой, продолжил, - Рисса! Рисса!

Я рассмеялась и притянула к себе братика.

Такой же зеленоглазый, как и я, и такой же упрямец.

Пусть ему всего полтора годика, но мальчуган вовсю проявляет свой характер. А как он улыбается! Ох и станет кто-то в будущем грозой девичьих сердец.

Вот и сейчас Лео поначалу засмеялся, прильнул ко мне, позволил потискать свои щечки с очаровательными ямочками, а теперь же требовательно колошматил по моим рукам: мол, отпусти уже.

- Не могу, - рассмеялась я. – Ты такой сладенький зайчик, что тебя совсем не хочется отпускать.

- А надо, - отозвалась с порога мама. – Этому сладенькому зайчику пора ложиться спать.

- Я сама уложу, - с готовностью откликнулась я.

- Нет уж, и без тебя найдется кому уложить Лео, - возмутилась мама. – Я и так толком тебя не вижу, а завтра тебе уезжать.

- Не напоминай, - мрачно попросила я, все же выпуская из рук братика.

Тот уверенно пополз к маме.

- Ама!

- Ама-ама, - рассмеялась мамочка и подхватила на руки Лео. – А кто тут у нас испачкался?

– Мы оба! – весело отозвалась я. – Пюре из ягод – отличный снаряд, а ложка – самая настоящая катапульта. Да, Лео?

- Да! – зашлепав ладошками по маминой груди, рассмеялся брат, а затем сладко зевнул.

Утомился уже и дневной сон ему пойдет только на пользу.

- Я скоро вернусь, - предупредила мамочка и вышла из моей комнаты.

Вообще брат удивлял своим характером, обычно маленьких детей сложно уложить спать. Лео же в этом плане был послушным: не истерил, не маялся, ворочаясь с боку на бок по часу, не требовал повышенного внимания. Ему хватало десяти минут, чтобы заснуть и спал он крепко. Причем не важно, укладывали его на дневной или ночной сон, и сильно ли он разыгрался до него.

Я улыбнулась своим мыслям и направилась умываться и переодеваться. Все же запачкались мы с Лео очень сильно.

Вообще, у брата первое имя звучит иначе, но мы с мамой обе зовем его по второму, которое нам явно ближе по звучанию. Маршелл Леодар тан Аргхарай… Вроде и красиво звучит, да только с первым именем у меня стойкая ассоциация с земным военным чином. Однако право именования всегда за главой рода, отец уступил маме выбрать второе имя. И на том спасибо.

- Готова к завтрашнему? – тихо спросил Феликс.

- Не очень, - я зажмурилась, подставляя ладони под воду.

- Долго от них бегать все равно не получится. – Напомнил друг. – Ты и так прячешься в поместье родителей пять месяцев.

- Я бы это так не назвала. К тому же нас только ленивый не навестил за это время.

И это было правдой. Вот только я имела право не выходить к гостям, которым отец не мог отказать в приеме из-за более высокого положения и отсутствия значительных причин для этого. К таким гостям относились главы первых родов. Мне вообще никого видеть не хотелось. Ни представителей Совета, к которым я понятное дело не питала добрых чувств.

Ни ректора, который с маниакальным упорством, приходил каждый вечер, желая переговорить со мной, ни Лейнарда, который пусть и не так настойчиво, однако также заявлял о себе. Реже, чем все же хотелось моему сердцу.

Не сказать, что я была обижена на мужчин. После того, как я вернулась в поместье, мне просто не хотелось никого видеть, я хотела побыть в кругу семьи и любящих меня людей. Произошло столько событий, которые далеко не сразу уложись в голове. И требовалось время не только все собрать в целостную картинку, но и принять новую реальность, в  которой длительное время меня не существовало. И как бы это ни было эгоистично, но всем иногда требуется пауза для перезагрузки.

А Тантерайт никуда не денется, как и его лживый Совет.

А потом появилась веская причина для такого моего поведения.

Потому что на одну меня слишком много всего. Мне была необходима спокойная обстановка, а информацией, пусть и дозированно, меня снабжали родители. Все, что происходило за то время, что меня не было в этом мире, я узнавала постепенно.

Отец и мама поступили мудро, не став вываливать на меня сразу и все. В противном случае и спятить недолго.

Наша же первая встреча с мамочкой была полна слез.

Помню, как дрожа, перебирала ее пряди серебристого цвета, понимая, что седин ей добавила именно я. В тот день она так и не выпустила меня из своих объятий. Купала, как маленькую, сама же кормила и спать укладывала. Я не возражала, наоборот, именно тогда я поняла, что мне действительно не хватало такой заботы – как в детстве. Маминых теплых и нежных рук, ее шепота о том, как она меня ждала и как счастлива видеть теперь. Даже Ёлка, поначалу пытавшаяся ехидничать, вдруг расчувствовалась и сказала, что мамина любовь – бесценна.

Так и есть.

- Они может и приходили, - снова вклинился в поток моих мыслей Феликс. – Только ты оставила их ни с чем.

- Ты же и сам хорошо понимаешь, что я им нужна только в качестве марионетки и племенной кобылы? В ком из них была хоть сотая доля искренности? Созвать Совет и что дальше? Мне катастрофически не хватает знаний, и чтобы я не сказала этим лордам, все будет выглядеть нелепо. По-хорошему, мне требуются учителя. Только кто из них станет делиться информацией? К тому же, вспомни какой гомон стоял из-за причитающихся мне земель!

— Вот поэтому ты зря гонишь лорда Арвана! – горячо заявила Ёлка.

- И Лейнарда, - тихо добавил Феникс.

- Вам двоим лучше меня известны причины моих поступков и поведения. – Отрезала я и вышла из купальни.

Сердце привычно сжалось от упоминания имени любимого. Глупо отрицать очевидное – мои чувства не только никуда не делись, они стали куда глубже, особенно после того, как я выяснила все, что с ним случилось. И пусть это было иррациональным, отчасти винила в его бедах себя. Не появись я, не… Дура, конечно, но…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Поэтому снова начинать этот разговор заново – бессмысленно. Во всяком случае, если я хочу добиться справедливого распределения и наставничества. К тому же тот, кого я бы действительно сильно хотела видеть, и кого бы безоговорочно приняла – была леди Рудана, но она ни разу не появилась в поместье. Статус не тот – вот будь она женой главы рода... Совет, и тут контролировал доступ к моему телу! Впрочем, ее я увижу завтра, как и многих других.

Ведь завтра я поступаю на первую ступень Академии ХИЛТ. И не только я. Вместе со мной будут Ламея, Крафей, Гекхар и Шалрай. И я точно знаю, что мы будем в одной команде.

Пока я умывалась и переодевалась, мама еще не вернулась, а слуги успели убрать за нашими с Лео художествами. Я расположилась на диване. Завтра от меня будет зависеть очень многое. Вообще, уже сегодня, но завтра – все будет официально представлено всему миру. Представляю, какой всех ждет шок и резонанс.

Я улыбнулась, невольно вспоминая то, как была шокирована нахождением ребят в поместье Аргхарай в то время, как шла учеба в академии. Тогда я еще не знала, что все четверо отказались поступать на первую ступень, аргументируя тем, что они не могут бросить своего лидера. Видите ли, все они уверены, что будут в моей команде, а я точно вернусь.

Уж не знаю, чем руководствовался лорд Арван тан Даррак, однако во многом благодаря нему, у ребят осталась такая возможность – снова учиться в академии и поступить-таки на первую ступень, при условии, что я действительно вернусь. А я вернулась! Еще и с бонусом в виде Ёлки.

Мама рассказывала скандал был до небес, особенно в роду Крафея и имел две причины. Собственно, его решение не продолжать учебу и желание взять в жены Ламею. Последнее отцом Крафея не приветствовалось ввиду отсутствия наследника у рода Аргхарай, то есть меня, так как после проведения последнего ритуала, боги отметили меня золотой меткой, лишив таких меток близнецов. А значит род Аргхарай должен был утратить свои позиции в рейтинге высоких родов. Не по невесте шапка.

Крафей оказался не из робкого десятка и пытался отстоять свое мнение и право на любовь. Отстоял.

Вплоть до того, что парень отказался от родовой наследной силы, такое, как выяснялось, также возможно. Пусть и проходит очень болезненно. Крафей месяц в себя после того ритуала приходил. Спасибо мамочке с папой, что не оставили и поддержали его, а также, как ни странно, но и роду тан Даррак. И леди Рудана, и лорд Арван сделали многое для его защиты и выздоровления. Молчу про Лейнарда, который стал частым гостем в поместье в мое отсутствие. Мама на него надышаться не могла...

- Ну еще бы, - фыркнула в голове Ёлка. -  Лорд столько всего для тебя сделал. Сил своих не пожалел, вытаскивая Феликса с Грани…

О том, кто именно и как инициировал тот ритуал, придавший мне столько сил для возвращения Феликса, я знала от и до. Как и о том, какую цену заплатил род тан Даррак за отмену помолвки… И вновь волна вины затопила сознание, а колючка, словно добить решила.

- Он тебя ждал, - насела на меня Ёлка. – Три года лорду мозги в бараний рог крутят, а ты ему еще и ритуал принятия главенства над родом сорвала…

— Вот можно подумать специально! – огрызнулась скорее рефлекторно.

- Нет, конечно, - пошла на попятную иллами. – Но может все же установим связь?

- Рано, - рявкнула я и устало прикрыла глаза. – Никто не должен знать, что я благоволю роду тан Даррак. Пусть остальные считают, что у них нет привилегий и быть не может.

- А разумно ли? – тихо подхватил Феликс и добавил. – Разумно и их держать в неведении?

- В свете того, что на Тантерайте господствует неизвестный шестикрылый? Что в рейтинге высоких родов теперь не по тридцать от каждой стороны, а всего по пятнадцать? Да, сильнейших, однако, тенденция пугает. Я больше не хочу, чтобы род Даррак пострадал. Они и так сделали очень многое для нас. Пришло время платить по счетам.

С этим спорить не стал ни Феликс, ни Ёлка. На самом деле, мы уже обсуждали все и неоднократно. И пусть лично я не принимала никого из рода Даррак, о том, что с ними происходит знала из первых рук.

После моего триумфального возвращения их пытались прессовать. Возмутились все и разом, даже часть темных пусть не открыто, но свое «фи» продемонстрировала! Как так, не глава рода посмел увести из Храма Триединства такую ценную леди? Да еще вел себя хамски, собственнически, неподобающе! Как будто имел права на главу рода Альветар. А она взяла и согласилась на его помощь, навязанную! Зарвавшегося щенка, по их мнению, стоило наказать. Что они, твари, и делали. С упоением.

Поэтому дальновидность ректора сыграла нам на руку и оказалась злом во благо. Пусть мне и было обидно за такую реакцию лорда Арвана при встрече, тем более, когда я искренне прониклась к нему уважением и любовью, но осуждать его не получалось.

Слишком много всего случилось с их родом за эти три года. Былой власти, какой имел их род уже нет. Встать открыто рядом с ними – однозначно навредить и развязать войну прямо сейчас, когда никто из нас к ней не готов. И если я о таком серьезно задумалась лишь спустя месяц пребывания дома, то лорд Арван просчитал все мгновенно…

Совет же, поняв, что я не планирую сближения с родом Даррак, сбавил обороты, правда, новый ритуал до сих пор не назначили, вынуждая Лейнарда все же жениться.

- Именно! – снова вылезла Ёлка. – Дай ему понять, что у него есть шанс, чтобы он не сдался под гнетом…

- Если он три года успешно отбивался, то и сейчас справится. В академии я не стану прятаться, время поговорить найдется.

А сама предательски зажмурилась, вот бы куратором нашей команды был он.

- Что ж ты такая упрямая! – воскликнула иллами. – Он же дорог тебе!

- Какая есть, такую и любите, - привычно огрызнулась я и погрузилась в свои мысли.

Вот уже три года Крафей официально безродный, считай бесправный. Даже второе имя у него отобрали. Хотя отец предложил ему вступить в род Аргхарай, тем более свадьба с Ламеей – дело решенное. Ну почти. Влюбленные наотрез отказались связывать себя узами брака до тех пор, пока не появляюсь я.

Если честно, я долго не могла прийти в себя после таких новостей и честно задумалась над тем, а на их месте, поступила бы также? Смогла бы ждать у синего моря погоды? Не имея кроме своей веры никаких гарантий?

Конечно, в мою голову поначалу приходила мысль, что род меня похоронил и оплакал, однако… Буквально все в поместье кричало об обратном. Меня здесь ждали. Ждали и верили, что я вернусь.

И все чаще я задумывалась над тем, а заслужила ли такую преданность? Особенно от братьев, сестры и Крафея?

Конечно, остальные Аргхарай продолжили учебу, что совершенно разумно, роду нужны защитники, сейчас они на первой ступени третьего года обучения, точнее заканчивают третий год. Многие из них учатся на боевом факультете и в будущем станут ликвидаторами. Скоро я пополню их ряды, стану ликвидатором, правда вышедшего не из боевого факультета. Но это завтра, а сегодня мы проведём ритуал.

Я принимаю в свой род троих: Крафея, Гекхара, Шалрая. Ламея же вступит в него после замужества.

- Все еще не выбрала второе имя? – вопрос мамы застал меня врасплох. Я дернулась, испугавшись. – Прости, я думала, ты заметила меня.

- Задумалась, - я с готовностью обняла мамочку, присевшую рядом. – Не выбрала, и не понимаю, почему Крафей сам не хочет выбрать.

- Детка, потому что это обязанность родителя, - мамочка усмехнулась. – Ты в некотором роде им и станешь.

- Только я до сих пор не обладаю всеми знаниями этого мира. – Я нахмурилась. -  И это также касается имен, те, что в ходу здесь и звучат гордо, для меня зачастую кажутся нелепыми. К примеру, Дарсеря… Папа пошутил, предлагая его или все же был серьезен?

Мама весело хохотнула.

- Это тот случай, когда Марс был серьезен. Многовековая история Тантерайта хранит как минимум троих хранителей с таким именем, и которые достигли определенного статуса в обществе и высот.

- Я за них рада, - фыркнула я. – Странно, что их засерями не дразнили.

Мама снова рассмеялась.

- Детка, но разве ж именование такая и проблема? Ты умная девочка, и всегда судила людей по их поступкам. Не хочешь перебирать местные имена, дай то, которое кажется тебе наилучшим вариантом для нашего Крафея. Поверь, он будет им гордиться, как и тем, что вошел в род Альветар.

- С последним сложно поспорить.

С этим родом не только много загадок, но и еще куча подводных камней. Начать хотя бы с того, что летописи хранят упоминания об этом роде, как о единственном, неоднократно имевшем главой рода хранителя, прошедшего все ступени эволюции и в последствии ставшего помощником богов. Помимо прочего сам род обладал хранителями, которые прошли одну-две ступени эволюции. И их было не по одной штучке.

Пускай все это было черте когда, еще в те времена, когда мир занимал четвертое место в рейтинге высших миров, а не как сейчас – десятое, архивы о роде Альветар сохранились, как и о том, какие земли им принадлежали.

И тут-то начинается главное местное развлечение – как не отдать роду то, что ему принадлежит? Потому что земли рода Альветар – это вся территория трех академий, а также Академгородка. Нехило? Не то слово!

Помнится, когда отец вернулся с очередного собрания, на который, кстати, меня и не звали(вот паломничать в поместье – святое, надо же в доверие втереться, а наконец ознакомить с политической обстановкой в мире, дать учителя для введения в курс всех дел Совета – шиш), он был настолько под впечатлением, что еще сутки в себя приходил прежде, чем рассказать нам с мамой.

И сейчас Совет пытается найти причины, по которым я не могу потребовать эти земли в свое безраздельное пользование, хотя, опять же, как выяснилось, как раз род Альветар занимался образованием всех одаренных.

Именно им принадлежит система образования трех академий: ее ступенчатость и необходимость нулевого курса. Ровно поэтому в итоге этих академий и стало три, так уж исторически и явно с легкой руки обнаглевших глав Совета сложилось после исчезновения рода Альветар. Все решили разграничить и подмять под свой дурацкий рейтинг высших родов.

На самом деле, в то время здание академии было одно, с огромнейшей территорией, принадлежащей роду Альветар, они же ее и основали, но существовало территориальное разграничение для нулевиков, чтобы хранители с разной магической направленностью в ходе обучения контролю над своим даром ненароком не прибили других хранителей, которые имеют иную врожденную направленность магии.

А уже начиная с первой ступени, когда все поступающие контролировали свой дар, их сливали в общий поток студентов, заселяли в общежития, причем не по командам, как это есть сейчас, а как придется – я бы сказала рандомно.

В то время команды создавались значительно позже и заявки на формирование подавали сами студенты в последний год обучения на первой ступени, при условии, что у студентов не образуются узы раньше – на нулевой ступени, такое пусть и не часто, но тоже случалось и их решение не ограничивали, не накладывали запрет. До этого же времени, на задания их распределяли преподаватели, тем самым давая возможность всем новичкам поработать друг с другом, изучить, так сказать, в полевых условиях…

И что-то мне подсказывает, такая тактика приносила куда больше плодов. В общем-то, я этим и воспользуюсь, как представитель рода Альветар: моя команда будет состоять только из тех, кого выберу лично я. И отказать мне никто не посмеет. Уж мы-то всяко определились с тем, кого хотим видеть рядом в бою.

Я, конечно, поначалу удивлялась тому, почему эти данные раньше нигде не фигурировали, почему мой отец только недавно вообще об Альветар узнал, однако разгадка этому оказалась с одной стороны банальной, с другой шокирующей и несколько странной, последнее лично мое умозаключена. Я же настолько привыкла, что боги вмешиваются в жизнь своих созданий, а не являются чем-то абстрактным, что отнеслась к новости спокойнее остальных.

А вот папе пришлось тяжко, ведь историю рода Альветар на очередном Совете поведали боги, избрав отца в качестве божьего гласа, очень скупого гласа, по мне, так можно было показать вообще все, а не только крохотную часть. Но, возможно, они переживали, что рассудок отца не выдержит такого «счастья»?

Помимо прочего папа своими глазами видел каждого из внезапно исчезнувшего рода, потому и вернулся домой пришибленным. И он же с божественной подачи, указал точное место, где хранятся летописи. Является ли совпадением то, что старинный архив находился на территории рода Сайттар? Не думаю. Как и не считаю, что изначально хранился у них.

Собственно, единственной лазейкой, которую пытаются использовать главы Совета, в частности светлая и стихийная стороны – это то, что боги напрямую не сказали, что мне должны отдать эти земли.

Впрочем, я на этот счет не сильно волнуюсь, интуиция подсказывает, что беды, которые обрушились на Тантерайт – цветочки, и при таком отношении к жизни и богам, Совет ждет не только шестикрылый, но и апокалипсис. Им же и сотворенный.

Меня куда больше интересует, что случилось с родом, чьим именем меня наградили боги. Каким образом он исчез, причем не оставив о себе воспоминаний? Род, чьи территории настолько богаты, обширны, род, в котором хранителей всегда было невероятное количество, род, который мог путешествовать между высшими мирами! Сейчас это невозможно ни для кого из хранителей Тантерайта. Они могут перемещаться в пространственном коридоре. Бить гадкие души, лезущие из низших миров, опять же ходить в низшие миры. При это сильно рискуя попасть  во временную петлю. При Альветар все было иначе.

Невольно напрашивался лишь один ответ. Род Альветар предали другие рода. И знания, которыми обладали Альветары и щедро делились со всеми, были раздербанены высшими родами в верхушке рейтинга, а потом и вовсе передавались только своим наследникам. Почему такой вывод? Достаточно вспомнить чему учил меня Лейнард и тот факт, что такими знаниями обладают только первые рода! И что-то сомневаюсь, что мужчина легко, а главное достоверно ответит, кто первоисточник его знаний.

В общем, если я права, то Тантерайт слетел на последнюю строчку высших миров из-за масштабного предательства. А подумать у меня было достаточно времени… И самое паршивое то, что кажется, все в рейтинге высших родов являются потомками тех предателей. Невиновных, по сути, нет.

- Детка, ты опять ушла в себя? – мама нежно гладила мои волосы.

Я и сама не заметила, когда очутилась лежащей на диване, при этом голова была уложена на мамины колени.

- Есть такой момент, расслабилась, - я скорчила рожицу, вновь заставив маму улыбнуться.

- Расслабишься тут, - фыркнула она. – Ты ж то на полигоне с отцом и ребятами, то с Лео возишься. Мне если повезет, то я хоть перед сном тебя на час ловлю. И то иной раз у тебя вид такой, что трогать не хочется: глаза осоловелые, руки после тренировок дрожат как у пьяного… Как тебя такую отпускать?

Я промолчала, вопрос риторический и ответа не требует. Не могу же я вечно в родительском поместье отсиживаться? Да эти полгода мне были как воздух необходимы: для начала отдохнуть морально и физически, затем собрать информацию о том, что творилось за время моего отсутствия, ну и как вишенка на торт – вникнуть в ситуацию в мире.

А ситуация-то с душком!

Во-первых, имеет место длительное вырождение хранителей иллами. Причем не в конкретно взятом роду, а во всех. Леди или при родах мрут, или им помогают уйти в иной мир посредством интриг. Впрочем, как и лордам. Прямо акция какая-то: добро пожаловать на тот свет! Вы не хотите, а мы все равно заставим.

Во-вторых, проблема с репродуктивной системой организма как у Ламеи, оказывается есть не только у нее, а у процентов семидесяти девушек. В год моего исчезновения, еще пока я была в академии, леди Рудана провела масштабный осмотр и выявила это, а позже лорд Лейнард поделился информацией с моим отцом. Тот уже понятное дело рассказал мне. В общем-то те, кто обладают знаниями и информацией – владеют миром, но лично я пока так и не поняла, как распорядиться полученным. Никаких идей.

В-третьих, испоганенные кристаллы мониара. За три года они так и не смогли их очистить. И сейчас в мире тотальная нехватка как ликвидаторов, так и кристаллов.

В-четвертых, гадких душ стало больше. Намного больше. Процентов на семьдесят. И это тоже большая проблема.

- Лерри говорит, Лейнарда снова отправили в рейд. Пятый за эти два дня.

Я промолчала, но мысленно… Никто не запрещал мне выругаться от души. И выбора-то у него нет! Кругом засада, что светлые, что стихийники, отрываются по полной. Наследник же не глава, пусть спасибо скажет, что его вообще на Совет допускают. Понять бы еще, откуда столько борзоты?

Они же знают как боги карают! И все равно ставят палки в колеса. Неужели им всем так хочется, чтобы мир стерли в порошок?

- Скорее всего, его завтра не будет на вступительных. – Продолжила мама, прикрыв глаза.

Собственно, вот они – мои первые руки. Лерри – мамина иллами, которая связывается с иллами Лейнарда и обменивается информацией. Добровольно.

Такая связь у них установилась, когда хоронили отца Лейнарда, лорда Мэнрайда.

И я не удивлена, почему мама попросила об этом, а на самом деле настояла. Мужчина, по сути, остался круглым сиротой. Да, у него были дядя и тетя, кузены, сводный брат… Но…

Я тряхнула головой, прогоняя горькие мысли, не желая снова погружаться в пучину чужого горя и сожалений.

Вообще удобная штука - связь двух иллами, но насколько я поняла, для представителей разных родов является редким исключением. Просто потому, что не принято. Слишком интимно, энергозатратно и прочее… Они и среди родственников такой не пользуются.

А по мне очень круто, прямо мобильная сеть, если бы не одно «но», в моменты очень сильных эмоций в эфир может попасть неотфильтрованная информация: мысли, чувства, которые один из носителей связи хотел бы скрыть.

- И где очередной прорыв? Темные, светлые или стихийные земли?

- Как ни странно – темные.

- Если темные, значит ему помогут, невзирая на недовольство некоторых членов Совета.

- Тут ты права, я и не вспомню, когда темные рода были настолько сплоченными, как после смерти главы рода тан Даррак.  – Мама вздохнула, а я мысленно фыркнула, ох не сразу-то они сплотились, и не сразу до них дошло, что если падет род Даррак, и их очередь наступит очень быстро.  – Понятно, что после расследования полетели головы, часть отсеялась, кто-то сместился далеко вниз, но те, что остались…

- За исключением рода Рагхаран, - мрачно перебила ее. Впрочем, первому роду они-то помощь оказывают. — Они еще не скоро простят роду Аргхарай, что те их сместили в рейтинге.

На самом деле, получилось следующее смещение: исчез из рейтинга род леди Изельды, а его место занял род Маррад. Следом, по идее должны были идти Рагхараны, но третье место занял род Аргхарай. А вот Рагхаран остался при своем – четвертом месте.

- Думаю, рейтинг дело десятое. А вот сына – да, не простят.

- Серьезно? После того, как сами его выгнали? Ставить ультиматум мужчине, у которого не только стопроцентная магическая совместимость с женщиной, но еще и возникла глубокая привязанность и симпатия? Они идиоты? Кто им доктор?

- Риша, ты забываешь, что здесь так не принято. Тут никто любовь не отстаивает, ищут выгоду и гонятся за магической силой… Причем порой закрывая глаза на совместимость.

- И это говоришь ты, счастье мое? – насмешливый голос отца, заставил маму вздрогнуть, а меня мигом выпрямиться.

- Ты рано, - широко улыбнулась папе. – Я ждала тебя к ритуалу.

- Я решил, что ты права и нам стоит хотя бы попробовать применить умения твоих питомцев на практике. Я принес то, что ты просила.

- О! – слаженно выдохнули мы с мамой.

- Однако у нас будет наблюдатель.

- Кто?

- От каждой стороны по одному, - папа развел руки в сторону. – По-другому они не соглашались.

- А конкретнее?

- Лорд тан Даррак, лорд тан Скарлерр и лорд тан Глоуддак.

- Ясно, пойду переоденусь в тренировочное.

- Через сколько они прибудут? – поднимаясь с дивана, спросила мама.

- Уже здесь и ждут нас с Ришей на полигоне.

- Прекрасно, будет им зрелище, - усмехнулась я. – Жутик и Жгутик давно не веселились.

На своих-то, даже в шутку нападать нельзя. А тут считай, можно и карт-бланш дать. Засиделись мальчики, заскучали. Вот и разомнёмся.

Глава семнадцатая

Как я и предполагала, гости ожидали нас в центре полигона с двумя большими сундуками.

Мало, на мой взгляд, но хоть что-то дали.

- Жутик, Жгутик, можете испытать наших гостей. Сундуки не трогать, гостей не калечить.

- Дочка? – выдохнул папа.

- Им полезно, - ответила я, не став уточнять кому именно полезно.

Мои монстрикам – несомненно, а уж как там наблюдателям будет, мне как-то фиолетово. Я их не звала, подсматривать не просила. И то сказать, вам решение проблемы предлагают, а вы еще и контролировать хотите, а в идеале и лапки приложить?

Конечно, не факт, что все удастся… Однако не зря ж боги мне брорхов подсунули? Чует моя попа, ох как не зря!

Жутик и Жгутик времени даром терять не стали, так рванули к дармовой кормушке, что только песок затрещал. Я усмехнулась и сбавила шаг. Минут десять у мальчиков есть. Пускай. Да и любопытно посмотреть, кто из высоких лордов лицо потеряет, а кто не только сохранит достоинство, но и не станет нападать на моих ручных жутиков.

Так-то им должно быть о них известно. Немного, но фактор неожиданности на то и фактор неожиданности.

- Подготовились, - хмыкнул отец, глядя на то, как в воздух слаженно взметнулись две фигуры.

В виде фениксов, кто б сомневался! Щупальца брорхов обиженно выстрелили вверх, да куда там! Взмах крыльев и фениксы в небе.

А вот один мужчина остался стоять. Спиной к нам, кстати… Но Жутик и Жгутик будто его не замечали.

- Ректор? – спросила я.

- Да, лорд Арван. – Не стал отпираться отец.

- А остальные?

- Ты с ними уже знакома. Лорд Арланд Эриан тан Глоуддак и лорд Дитмар Лексар тан Скарлерр.

- О! – я ожидала увидеть кого постарше. – Что, больше никого холостого не нашлось? И главное Лейнарда-то услали…

Впрочем, оно может и услали, только к заданию он должен приступить чуть позже. Лерри обмолвилась, что еще он готовится к рейду.

- Полагаю, ему бы ты вряд ли обрадовалась. – Как сказать, папа, как сказать…

Прилюдно из штанов выпрыгивать бы не стала, но мысленно бы точно вопила от радости.

- Увы, но сейчас ему здесь быть не стоит.

- Тут я с тобой соглашусь.

Жутик и Жгутик наконец сообразили, что фениксы их только дразнят: то дают ухватить себя, то молниеносно выскальзывают из их щупалец, снова взлетая слишком высоко, и попытались переключиться на ректора. Мужчина все также продолжал стоять, практически не шевелясь и попытки поиграть с собой как будто бы не заметил.

Вот щупальца брорхов внаглую прошлись по его спине, затем резво потянули за штанину, но вопреки их желанию, лорд Арван остался стоять на месте. Хотя должен был потерять равновесие и упасть. Самое интересное, ректор магией не пользовался. Совершенно.

Монстрики попытались снова, но с тем же результатом. Я фыркнула и решила вмешаться.

Обиженные брорхи могли разойтись серьезнее. А мне сейчас с ними еще работать.

- Жутик, Жгутик! – крикнула я и подкрепила свой зов двумя магическими шарами, каждый из которых был наполовину из света, наполовину из тьмы.

С радостным урчанием монстрики кинулись к шарам.

Эту игру они уже знали и любили. Еще бы, мне пришлось попотеть, чтобы научить их подобному. Не просто сожрать магию, а отделить одну от другой прежде, чем употребить. Иногда я заставляла их делиться уже сожранной магией – и шары вместо того, чтобы впитаться в брорхов, плавно увеличивались на глазах. Баланса двух магических энергий, правда, не сохраняли. Ну да ладно, еще научимся.

- Леди Альветар, - лорд Арван обернулся стремительно. – Я рад приветствовать вас, будет ли мне позволено…

Договорить он не успел.

Отчасти из-за брорхов, отчасти из-за других наблюдателей.

Оба феникса, видя, что брорхи заняты, да и я вышла в центр полигона, решили, что больше их на выдержку проверять не станут. А потому стремительно опустились на землю, и также ловко прошли обратное слияние.

Не учли только одного: брорхи очень упрямые и упорные.

А потому не прошло и секунды, как оба лорда оказались на земле, спелёнатые щупальцами Жутика и Жгутика.

Монстры чуть ли не улюлюкая потащили их по песку. Трофей как никак. Нужен круг почёта.

К чести мужчин, они стойко вытерпели и почетный круг, и возложение трофеев к ногам прекрасной дамы. Понятное дело, что ею была я.

- Умницы, - похвалила я брорхов, улыбаясь. – Добытчики, ловкие охотники.

- Пыльная какая-то добыча, - фыркнул Феликс.

- Песком припорошенная, - хмыкнула Ёлка. – А этот стихийник ничего, взгляд задорный.

- Блудливый! – парировал Феликс, а я усмехнулась, бабников всегда взгляд выдает.

- И блондинчик ничего, глаза красивые… Риша, а может гарем?

- А боги одобрят? – весело отозвалась я.

- Нет! – рявкнул Феликс. – И вообще, девочки, за одни глаза замуж выходить?

- Да там не только глаза, - тут же отбрила Ёлка. – И тела, хоть сейчас картину рисуй, и магией оба щедро одарены…

- Да и пусть, а лучше Лейна – все равно нет! - припечатал Феликс.

Я благоразумно промолчала и снова сотворила шары, раза в четыре больше, чем в прошлый раз и пустила по полигону, чтобы монстрики побегали за добычей. Что те, конечно, и сделали.

Лорд Ксар и лорд Арланд переглянулись и громко рассмеялись.

Я тоже не стала сдерживаться, позволив себе выплеснуть эмоции. Слишком комично выглядели мужчины. И слава богам, им хватило ума не ругаться и не пуляться магией.

Не смеялись только отец и ректор. Впрочем, неудивительно.

Наверняка им все это казалось ребячеством.

- Добрый день, леди Альветар, - первым прекратил веселье лорд Арланд. – Я счастлив снова видеть вас.

Наверно, в другой ситуации, я бы тоже расплылась в широкой улыбке и заверила, что счастлива не меньше, однако сейчас такое время, когда я обязана быть осторожной.

- Добрый, - отозвалась я. – Как ваша сестра? Мне говорили, что она уверенно идет на поправку…

- И ни словом не солгали, - живо кивнул мужчина. – Конечно, реабилитация дается сестре тяжело и болезненно: утрата памяти сказывается на многом, к тому же, заново разрабатывать магические каналы не так уж и просто, однако она упорна и завтра также поступает на первую ступень.

«Ого!» - подумала я.

Откровенно говоря, неожиданное решение. Или, наоборот, ожидаемое? Вопрос только в том, ее ли это желание или Совет надеется подсунуть блондинку ко мне в команду? Вроде как она уже известное зло, и даже была моим товарищем по команде…

- Завтра будет видно, - мудро заметил Феликс.

- Полагаешь, что-то могло существенно измениться в ее восприятии? Все же откат от проклятья ударил не только по ней, но и ее иллами. Я если честно, даже не думала, что память может потерять не только хранитель, но и его иллами.

- Вполне. – фыркнула Ёлка. – Мы же связаны, по нам бьет не меньше, чем по нашему хранителю, чаще – даже больше. Потому что в критической ситуации мы защитим хранителя ценой своего существования.

Я не стала одергивать Ёлку. Мне иногда казалось, что ей прямо очень длительное время не с кем было поговорить и она истосковалась, изголодалась по общению и все никак не насытится. Поэтому и ведет себя так, словно являлась в каждой бочке затычкой.

- Ёлка права. А что касается восприятия леди Аэльи, то сильное потрясение может поспособствовать изменению. Ты же лично с ней еще не общалась, завтра все увидим.

- Увидим, - согласилась с ним.

И тут же вернула внимание лорду Арланду.

- Я рада слышать, что леди тер Глоуддак уверенно идет на поправку, надеюсь, учеба не станет для ее организма слишком сильной нагрузкой.

- Откровенно говоря, я предлагал ей отдохнуть подольше, - кивнул мужчина, - однако сестра задалась целью…

- И какой же? – уже пятой точкой чуя, какой, спросила я.

- Она стремится попасть в команду, в которой будете вы – ее спасительница.

Нельзя сказать, что я и сама не думала о таком варианте. Думала, взвешивала все «за» и «против», но так к окончательному выводу не пришла. Мне казалось, Аэлье потребуется куда больше времени на восстановление. Мне-то восстановить организм помогали боги, а вот ей – нет.

Поэтому ждать от меня заверений, что я буду только рада окажись Мариэль в моей команде – глупо и бессмысленно.

- Что ж, хорошо, когда есть цель, - я перевела взгляд на лорда Ксара и улыбнулась ему. – Доброго дня, лорд тан Скарлерр, вижу, вам больше всего досталось от моих питомцев. Если желаете, можете привести себя в порядок в доме.

- О, не стоит хлопот, - весело отозвался мужчина. – Очень полезно размяться, а брюки всегда можно зашить…

«Или выбросить», - так и повисло в воздухе.

- Совершенно не хозяйственный, - фыркнула Ёлка. – Такой и все имущество по ветру пустит.

Я мысленно закатила глаза, уверена, Феликс сделал то же самое.

У ректора было свое мнение. Он сделал пас рукой и внешний вид обоих мужчин снова стал безукоризненно безупречным. Никаких тебе рваных и испачканных в песке штанин и рубашек.

- Лорд тан Даррак, благодарю, - учтиво отозвался лорд тан Глоуддак. – Вы опередили меня буквально на доли секунд.

- Не стоит благодарностей, - глядя на лорда тан Скарлерр сказал ректор.

И тот не стал ему ничего говорить, зато сосредоточился на мне.

- Леди Марина, вам необычайно идет новая прическа.

Собственно, я была с ним согласна – мне правда шла новая прическа.

Мама, конечно, настаивала на том, чтобы мы воспользовались и магией, и множеством настоев для возвращения длинных волос, желательно ниже пояса, но я не захотела.

Точнее не так. Лысой-то мне ходить не хотелось, за полгода ждать роста естественным путем больше чем на пять-семь сантиметров не приходилось. Я согласилась ненамного ускорить этот процесс и сейчас щеголяла длинным каре, как раз такой длины, чтоб и хвост сделать можно и при этом не сильно заморачиваться с укладкой. Я на Земле очень хотела попробовать, но маме так нравились длинные волосы…

- Благодарю, - улыбнулась комплименту и проследила за своими питомцами.

Магию они как раз поглотили. Думаю, расшаркиваться дольше не имеет смысла. Чем раньше закончим, тем быстрее уйдут гости, а я отдохну перед ночным ритуалом.

Уже и так сумерки, на сон осталось не много времени…

- Что ж, полагаю можно начинать. Лорды, прошу отойти на безопасное расстояние. Папа, останься.

- Может, - начал лорд Арланд, но был остановлен моим взглядом и осекся.

Я не говорила прямо, однако не идиот легко должен понять, что не стоит перечить. Все же не прихоть, соображения безопасности.

- Леди Марина, если понадобиться наша помощь, - лорд Арван смотрел прямо в мои глаза, - мы рядом.

Я не удивилась тому, что все трое соглядатаев прошли слияние и взмыли фениксами над полигоном.

Все логично, далеко уходить – ничего не увидеть. Подойти слишком близко и можно огрести и от монстров, и от эксперимента, если что-то пойдет не так.

Ну за себя я не боялась, любой выброс магии, вредной или нет, поглотят брорхи и в обиду меня с папой не дадут.

- Жутик, Жгутик! – крикнула я, подзывая своих монстриков.

Папа тем временем распахнул крышки сундуков. Вот они – испорченные кристаллы мониара.

- А так и не скажешь, что они с дефектами, - прокомментировала я увиденное.

- Так сразу это и не понять, - вздохнул отец. – Однако…

- Фьюрх!

- Рьюх, хра!

Я опомниться не успела, как оба монстра взяли и перевернули сундуки, высыпав содержимое прямо на песок.

При этом сундуки они лихо отправили в полет, подальше от кристаллов и нас.

Сначала я испугалась, что брорхи сметут все кристаллы одним махом и на эксперименты уже ничего не останется. Плюс мне придется их гонять по полигону, заставляя скинуть излишки, иначе они начнут буянить. Проверено уже.

Однако брорхи оказались далеко не идиотами. То, что они почуяли в этих кристаллах мониара угрозу – несомненно. Мои монстрики раздулись, угрожающе засвистели, зашипели, выстрелили щупальцами в воздух, будто примирялись перед атакой, а затем и вовсе сделали то, чего я еще не видела.

Как-то мне в голову не приходило, что щупальца у них имеют не только функцию рук, но и рта.

- Ёлка, это что такое? Слюна? – глядя на то, как кристаллы шустро то ли оплевывались, то ли поливались, спросила свою иллами.

Из нас двоих она была самой прошаренной по части брорхов. Собственно, на тренировках и до них, она вовсю меня консультировала, но вот про это ни слова не говорила.

- Не знаю, - честно ответила она. – Я такого не видела и о таком не слышала.

«Прекрасно» - мрачно подумала я.

Останавливать брорхов не стала, они явно знали, что делали. Поэтому просто наблюдала, ожидая конечного результата. Да мы все наблюдали. И фениксы, застывшие в воздухе, и папа.

- Ты же сравнивала их первичную форму с медузой и червяком, разве ваши медузы чернила не выпускают? – спросил Феликс. – Может и у них тоже нечто такое в щупальцах?

Я задумалась. Вообще, некоторые земные медузы способны себя клонировать. О таком я точно слышала еще в школе. Но вот то, что медузы выпускают чернила – не доводилось. Но мало ли какие еще формы существуют? Школьная программа вряд ли освещает все, хотя все равно сомнительно.

- Нет, чернилами у нас балуются осьминоги, а вот медузы не имеют мозгов, некоторые из них могут светиться в темноте, некоторые бессмертны… - перечислила все, что помнила Феликсу. – Так что вряд ли это тот случай.

— Значит брорхи – это не только медуза и червяк, но еще и немножко осьминог, - подытожил Феликс.

- В любом случае, осьминогам чернила для отвлечения внимания нужны, а не для нападения. Поэтому, гадай не гадай, а правду знают только брорхи.

- Фьюрх!

- Арха! Ар!

Воинственно известили монстрики об окончании своих работ.

- И что вы сделали? – спросила их, не очень рассчитывая на ответ.

Все равно понятным мне языком они объяснить не смогут. Я только некоторые вещи угадывала и то не всегда.

- Фьюрх! – Жутик явно был возбужден и чем-то очень доволен.

А вот чем, я поняла спустя пару мгновений.

Заплеванные кристаллы мониара медленно начали светиться, но этим не закончилось. От них стало излучаться тепло и отделяться нечто…

Почему нечто? Потому что я не могла дать определение этому явлению. Вроде и не туман, и не пар, не газовое облако…

- Пап, что это?

- Что именно? Тепло исходит от кристаллов, а вот почему, пока не могу понять.

- А облако?

- Какое облако?

- А ты не видишь?

- Нет.

Прикольно. Я еще вижу то, что другие не видят.

- Вы тоже ничего не видите, кроме свечения? – я задрала голову вверх и спросила у фениксов.

- Ничего, - ответ пришел хором.

Но я готова была поклясться, что и мои брорхи это видели, и мои иллами! Я же не спятила?

- Нет, мы видим твоими глазами, - напомнил Феликс. – Полагаю, эта субстанция – то самое проклятие, которое испортило кристаллы мониара.

- Если так, то почему оно не рассеивается? А словно собирается в тучку?

- Не знаю, - честный ответ, который не особо меня порадовал.

Жутик и Жгутик напряглись. Опять ощерились, угрожающе засвистели и прежде, чем я успела опомниться, схватили меня и потащили прочь от кристаллов.

Все случилось так стремительно, что я не то, что среагировать не успела, я даже сгруппироваться толком не смогла, и потому сейчас вареной колбасой болталась на спине одного из брорхов. Все бы ничего, но голова у меня мотылялась и билась о тельце брорха. Такое себе приключение и ощущеньица.

- Гадкая душа! – рявкнул отец.

Я не увидела, я почувствовала, как он прошел мгновенное слияние. Повеяло родной силой, мощью, великолепный дракон расправил крылья, а затем что-то загромыхало и как бабахнет!

Впрочем, брорхи не отвлекались на посторонние звуки. Дерутся мужики? Прекрасно, их это не касается. Они меня в безопасное место тащат.

А то, что я возмущаюсь и пытаюсь слезть со спины брорха, так это мелочи. Хозяйка просто не понимает заботы. Вот дотащат до своих спальных мест, а это аккурат за домом, вот тогда остановятся и скорее всего, вернутся к угрозе. И бей – не бей, а все равно не отпустят.

Естественно, я не могла себе позволить уйти в разгар самого «веселья».

- Ёлка? Готова?

- Да! – радостно откликнулась она.

- Тогда в слияние.

К сожалению, такого результата в слиянии, как у меня с Феликсом, нам пока с Ёлкой было не достичь. Если с Феликсом мне хватало доли секунды, то с иллами света уходило порядком двадцати-тридцати. А в самом начале наших попыток доходило и до пяти минут. Почему сейчас я выбрала ее, а не Феликса?

Потому что ритуал проводить буду с ним, и тренировалась последние две недели только с ним – а по-честному натаскивалась перед ритуалом, и Ёлка откровенно скучала по полетам.

Так почему бы не совместить приятное с полезным?

Жутик успел утащить меня за пределы полигона. Ненамного, но когда я вырвалась фениксом, то лететь до места сражения мне пришлось прилично. И конечно же, я опоздала. Все закончилось. Гадкую душу не только уничтожили, но и очистили, и отправили на перерождение.

- Обидно, - высказалась Ёлка. – Ух я бы этой гадкой душе показала.

Мы с Феликсом дружно сделали вид, что временно оба оглохли. Но внутренне оба ржали. Ёлка в своём репертуаре.

Я не стала прекращать слияние, а покружила над полигоном, давая застоявшейся иллами насладиться полетом. Сама же рассматривала поле боя и анализировала происходящее.

Итак, что мы имеем?

Первое, очищенные кристаллы мониара. Вон как сияют и манят своей силой. И кажется, даже напитаны куда большей энергией, чем до проклятья.

Второе, те, кто осквернил кристаллы мониара, каким-то образом подселил туда гадкую душу. А возможно просто душу человека, которого убил обманом, считай предал того, кто ему доверял. Неудивительно, что она стала гадкой. Это как один из вариантов.

Не хочется думать, что гадкие души собирали по всем низшим мирам, а потом каким-то образом подселяли в кристаллы. Потому что в этом случае масштабы потрясают и ужасают. Это какой мощью должен обладать подселитель? Я, в отличие от Лейна, который окрестил шестикрылого как захватчика и врага, слабо верю в то, что он занимался подобным. Нет уж, божественную эволюцию подлый хранитель пройти не может. Вот никак. Я тому прямое подтверждение.

Третье, наблюдатели видели то, что сделали мои монстрики. Значит обязательно передадут Совету сведения об удачном эксперименте. А следовательно, Жутика и Жгутика захотят отобрать. Наверняка под видом благого дела. Вот только карман пусть шире держат.

У меня возрождение рода на носу, принятие новых хранителей в род, мне надо всех как-то содержать, кормить и думать над тем, где нам в итоге жить, потому что за прение земли Альветар воевать придется не один год. Так что на благотворительность пусть даже не надеются.

Нет, тем кто действительно нуждается, я не собираюсь помогать платно, а вот верхушке айсберга, считай почти всем главам Совета, придется раскошелиться. И брать я буду отнюдь не деньгами, а процентом очищенных кристаллов. Вот уж что в этом мире дороже золота.

С этими мыслями я спустилась на полигон и прошла обратное слияние.

Вовремя спустилась, мужчины явно делили шкуру неубитого медведя. Папа молчал и многозначительно смотрел по сторонам. Явно сначала меня высматривал, сейчас же, когда я оказалась рядом, мысленно смеялся над возбуждёнными и рано радующимися коллегами-ликвидаторами.

Правильно, доброты должно быть в меру. Иначе сядут на шею и ножки свесят. А там оглянуться не успеешь, как из погонщика сделаешься ишаком.

- Леди! – первым заметил меня лорд Арланд. – Это невероятно! Ваши питомцы потрясающи! И вы восхитительны, научить их такому…

А вот это уже явная лесть. Как бы я их такому научила, если сама толком не представлю, что они сделали? Точнее не так, что сделали – понятно, а как и чем? Что именно они выплевывали из щупалец? И да, я очень практичный человек, мне интересно, как эти плевки еще можно использовать, и естественно, сколько времени потребуется монстрикам на восстановление?

- Да, мои питомцы – прекрасны, - тут я согласилась. – Однако я не учила их этому. Все сделали боги.

- Боги? – опешил мужчина.

- Конечно, это же они сотворили брорхов.

- О! Вы скромны…

- Мы немедленно их забираем! – известил лорд тан Скарлерр.

Ректор молчал, но как он смотрел! Насмешливо и вместе с тем брезгливо.

- Да-да, - тут же отозвался лорд тан Глоуддак и буквально из воздуха достал свиток. – Вот распоряжение Совета, в случае удачного результата по очищению кристаллов мониара, нас уполномочили изъять…

Договорить он не успел. Вообще, я была к такому готова. И думала, что смогу сдержать себя в руках. Но, видимо, я переоценила свои возможности. Потому что слова о том, что они собираются изъять моих друзей взбесили по-настоящему.

Тьма и свет вырвались из меня одновременно, мощной, сырой и едва подвластной мне стихией. Честное слово, лишь в последний момент смогла скорректировать ее воздействие. Ну или скорее минимизировать последствия.

От свитка не осталось ничего. Даже праха. Он так красиво вспыхнул в руках блондинчика и рассыпался искорками. Был и нет.

Собственно, таким же образом с лордов исчезла одежда. И лорд Арланд, и лорд Лексар предстали перед мной, ректором и папой в чем мать родила.

- Ну нет, - вдруг возмутилась Ёлка, - чего он такой худой? А еще ликвидатор.

- Ты о ком? – несколько опешила я.

- Да о блондинчике! Лицо куда красивее тела.

- И с кем же ты сравниваешь? – хмыкнул Феликс.

Он тоже веселился неожиданному эффекту моей магии.

- С Лейном, конечно! – ни разу не стушевалась Ёлка. – Этот вот, красноволосый, грудь широка, мышцы твёрдые как камень, но…

Я невольно перевела взгляд с Арланда на Ксара, ну да, оба не хлюпики, но лорд тан Глоуддак явно проигрывает лорду тан Скарлерр. И оба проигрывают Лейну, вот однозначно!

- Мне он просто не нравится. Стоит, подбородок вздернул, любуйтесь! Сам лощеный, холеный, с улыбкой – от меня без ума весь мир, падай, Риша, к ногам, авось поймаю, если не передумаю… А на деле… Попа могла бы быть помощнее.

- Ты точно о ягодицах? – Феликс уже в голос ржал.

- Хватит! – давясь смехом, мысленно попросила я иллами. – Ёлка, не надо больше комментировать неглиже лордов.

- Да было бы что там комментировать. – Фыркнула она. – Может им холодно?

Я не выдержала и дала волю эмоциям и расхохоталась в голос. Ох и язва мне досталась!

А неплохо так вышло, и излишки магии сбросила, и пар выпустила, теперь можно и репрессии вводить. Ишь ты, изъять моих друзей. Губа треснет и лишаем обрастет. Точно говорю! Я хоть не ведьма, а хранитель иллами, но за тех, кто мне дорог и не такое устрою и организую.

Глава восемнадцатая

Вряд ли мужчины ожидали от меня такой реакции. Стушеваться, засмущаться – наверно, именно это я должна была сделать, но никак не смеяться.

Весь горделивый вид с них как рукой смахнуло. А то ведь и правда: стояли, красовались, себя чуть ли не на блюдечке выставляли. Мол, вон они какие: и красивые, и атлетично сложены, и родовиты, и даром не обделённые… Я еще в обморок от нахлынувших чувств не упала? Нет? Какая жалость…

Конечно, сложно оспорить то, что они сами опешили от происходящего, однако воспользоваться ситуацией показать, так сказать, товар лицом, почему бы и не да? Раз уж представилась возможность.

А теперь стоят, смотрят недоверчиво, хмурятся, пытаясь понять, что меня так развеселило, небось еще в своей неотразимости сомневаются. Хотя, для такого мало моего смеха.

У мужчин с самооценкой все отлично. Да и с чувством юмора тоже порядок.

Быстро очухались, улыбаются. Небось, думают, что смогут все списать на неловкую ситуацию. Ждут извинений… Обойдутся.

- Полагаю, мой ответ Совету, понятен?

- Ответ? – переспросил лорд Арланд.

- Именно, - любезно подтвердила я. – Никакого изъятия не будет, но я готова к сотрудничеству.

Ректор ухмыльнулся, но снова промолчал. Зато с папой переглянулся. И вот тут даже особо умным быть не нужно, чтобы понять, что два интригана спелись.

Оба наслаждаются происходящим, позволяя ребенку, то бишь мне, поточить зубки, но я больше, чем уверена, и тот, и другой вмешаются, если что-то пойдет не так.

- К сотрудничеству? – а это уже лорд Лексар.

- Леди Марина, решения Совета не оспариваются, - начал было лорд тан Глоуддак, кто б ему дал ту мысль развить.

- Совета, - покивала я, перебивая. – Всего? Кто именно принимал решение? Я вам уже сейчас могу сказать, что не все главы участвовали в этой фикции.

- Фикции?

- Выдумке, - любезно пояснила я. – Кто и когда отдал распоряжение?

- Леди Альветар, если речь о главе первого рода тьмы, то вы, конечно, правы, он не мог принимать участие, так как главы у рода тан Даррак нет, но…

- Не юлите, - я смотрела на блондина холодно, совсем за дуру держат что ли. – Право голоса все ещё есть у наследника рода тан Даррак, род все еще первый, несмотря на утрату лорда Мэнрайда тан Даррак.

Ох каким взглядом меня одарил ректор, я аж поежилась. Столько благодарности, а за что?

Я правду сказала.

- Но речь не только о нем, я знаю, что ни один из представителей высоких родов тьмы, не мог согласиться с подобным предложением, а ещё вы не учли меня.

И все с такой улыбкой, акула бы обзавидовалась.

- Вы говорили о сотрудничестве, - лорд Дитмар Лексар тан Скарлерр явно обладал куда большим умом.

А может стрессоустойчивостью и умением быстро подстраиваться под изменения, или мгновенно просчитывать все варианты, в то время как лорд тан Глоуддак слишком привык к абсолютной власти Совета и никак не мог взять в толк, что его распоряжение исполняться не будет.

- Да, но активное участие приняли лорды света и стихий. И их большинство, - попытался он настоять на своем.

Честно, я разочаровалась. Лорд Арланд мог бы быть куда дальновидней… А вместо этого не впрямую, но намеком указывает, мол, и силу применить смогут, и числом задавят. Ну-ну…

- Лорд тан Глоуддак, я повторю еще раз. Никого из моих питомцев вы забрать не сможете, ни добровольно, ни силой. Хоть легион ликвидаторов за ними пришлите.

Я откровенно усмехалась, а вот лорд тан Скарлерр нахмурился и явно собирался одернуть коллегу, не успел.

- Мне жаль, что вы настроены столь агрессивно, однако ситуация с кристаллами мониаров критична и у Совета просто не останется выбора…

- Лорд тан Глоуддак, остановитесь, - мягко перебила мужчину, - пока не пожалели о сказанном и подумайте вот над чем: как размножаются брорхи и что они поглощают с легкостью?

Совет давно в курсе и как, и что из этого следует.

Брорхи словно почуяв, что речь о них, вырылись из земли и встали от меня по бокам.

Я чуть наклонилась и погладила каждого.

- Вы ж мои мальчики-зайчики… - Ласково произнесла я.

- Фьюрх!

- Фью-фью!

Сейчас лорды вспомнят о том, что брорхи весело и легко поглощают магию, а пережрав ее клонируются, и сообразят, что силовыми методами напугать не получится. К тому же меня тоже не стоит списывать со счетов, я своих питомцев в обиду не дам. А меня, в свою очередь, не бросят родные и близкие люди… Так что…

- Вспомнили? Представили? – я продолжала улыбаться. – А вот вам еще один факт, они могут передавать всю поглощенную магию мне или тому, на кого я укажу. Как вам?

- Впечатляет, - блондинчик спал с лица.

- Я, конечно, не откажусь от еще пары питомцев, но полагаю, двоих пока достаточно?

- Более чем, - лорд тан Скарлерр наконец смог вмешаться в ход беседы. – Я прошу прощения за действия своего коллеги, лорд тан Глоуддак все еще под впечатлениями от действий ваших питомцев, и перспективы, которая открывается благодаря их умениям.

Говоря это, мужчина вышел вперед и то ли невзначай, то ли специально широко выкатил грудь колесом и поиграл бицепсами.

О да, перспективе…

- Риша, держи лицо, не надо ржать! – Крикнул Феликс в моей голове и сам ржал.

Зараза, а мне как быть? Он ржет, Ёлка ржет, а я лицо держи?! Где справедливость?

- Вы говорили о сотрудничестве, что я могу передать Совету? К сожалению, лорд тан Глоуддак прав и ситуация с кристаллами мониара сейчас критична, возможно вы согласитесь на временное пользование умениями ваших питомцев.

Ого как завернул! Красавчик! Честное слово.

- Семьдесят процентов, - улыбнулась я, - и бонусом от меня - практика для студентов первой ступени обучения.

- Что, простите?

- Семьдесят процентов очищенных кристаллов мониара - мне, - послушно расшифровала. – Тридцать – Совету, а бонус…

Я взяла паузу, вдоволь налюбовавшись на ошарашенные лица. Так-то, по-хорошему вы все равно не понимаете, будем оперировать тем, к чему все привыкли.

- Вы и сами видели, что при очистке проявляется гадкая душа. Думаю, первую практику по ликвидации гадкой души и ее последующему очищению, лучше проводить на территории академии, и уже позже – в полевых условиях.

- Семьдесят процентов? – отмер лорд тан Глоуддак. – Немыслимо!

- Ну почему же, - я пожала плечами. – Очищенные кристаллы мониара имеют большую концентрацию энергии, скажем один идет за три обычных. Все справедливо, мои питомцы, моя помощь, а как итог усиленные кристаллы, я еще и бонус предлагаю.

— Это не бонус – это издевательство. Вы прекрасно понимаете, что при очищении кристаллов столкнётесь с опасностью и вам нужна помощь в ее ликвидации. И хотите не только обобрать Совет, но и уничтожить гадкие души! Леди, вы переходите все границы, удел женщины – слушаться мужчин.

- Я? Лично я не хочу ничего, это вам нужны очищенные кристаллы мониара. А меня и без того сила переполняет. – Мне пришлось выразительно посмотреть на папу, чтобы не вздумал вмешиваться. Спускать хамство я и не думала, но лорд тан Глоуддак просто еще не понял, что я не их местная женщина и бояться какого-то там Совета не намерена. – И мое согласие стоит семьдесят процентов от очищенных кристаллов. За меньшее – не возьмусь. Можете так и передать.

- Я понял вас, леди Альветар, простите, - не дав блондинчику и рта открыть, поспешно сказал лорд тан Скарлерр. – И все передам дословно.

- Отличная идея, леди, - подал голос ректор. – Тренировка студентам необходима, учитывая же количество оскверненных кристаллов мониара, пройти зачет хватит всем, да и вашим питомцам будет время на восстановление и отдых.

- И вас не смущает цена такой помощи?

Лорд Арланд все еще был потрясен моей наглостью.

- А вас ваш внешний вид не смущает? Нет? – ухмыльнулась я. – Стоите, трясёте тут… своими волосами, торгуетесь, когда полномочий на это не имеете. Вас прислали как наблюдателей? Посмотрели? Прекрасно, вот…

Я нагнулась и отсчитала десять штук кристаллов мониара.

- Держите для наглядной демонстрации, - сунула в руки опешившему блондину. – А теперь, не смею вас задерживать. Я девушка ранимая, впечатлительная, как бы после сегодняшнего – кошмары не мучили.

Лорд тан Скарлерр понятливо кивнул, явно сдерживая рвущийся наружу смех, и сотворил портал, дверь ярким пламенем взвилась над землей. Я готова поклясться, что мужчина смеялся. В его взгляде плясали лукавые огоньки. Вот уж кто вовсю насладился провалом соперника.

После всего Арланду ничего не светит: не то, что жениться на мне, он и дружбы моей не получит. Как и его род. Зажрались!

- Леди, вы позволите переговорить с вами, - спросил ректор, но я если честно так вымоталась, что мечтала выпроводить уже всех.

Хотелось поспать хоть часик перед ритуалом, поэтому отрицательно качнула головой.

– А завтра перед поступлением?

Можно подумать у меня будет выбор.

- Полагаю, время найдется.

- Благодарю и до скорой встречи, леди, - кивнул лорд Арван и подтолкнул лорда Арланда в портал. – Лорд Аргхарай, благодарю за прием.

И только после этого сам скрылся в портале.

- Леди Альветар, искренне восхищен вами, - отвесив мне церемониальный поклон, выдал лорд Ксар. – Надеюсь, в будущем вы позволите заслужить ваше расположение и дружбу.

«Зависит от вашего поведения» - так и крутилось на языке, но естественно я оставила эти мысли при себе.

Собственно, Ксар и ректор самыми адекватными оказались. Нет, понятно, что стихийник сделал попытку прогнуть меня, но быстро отступил, поняв, что это бесполезно. Так что…

- Время покажет, - я и не думала давать ему надежды, но и резко отшивать не стала.

Будет полезным - круто! Станет палки в колеса ставить, пойдет по тому же адресу, что и брат Аэльи.

Вот уж яблочко от яблоньки… Вся семейка с завышенной самооценкой… Тьфу на них.

- Я благодарен и за это, — вот ведь котяра, будь на месте его взгляда стрела, то пронзила бы меня насквозь. – Лорд тан Аргхарай, благодарю за оказанный прием, у вас чудесная дочь.

Отец чуть поклонился в ответ, и стихийник наконец свалил в портал.

- Фу-ух, - выдохнула я. – Достали.

— Это только начало, но… - Отец вдруг рассмеялся, громко, заразительно, - уж повеселила старика…

- Папа, ты не скромничай, тебе до старика, как пешком до первого высшего мира. – Вряд ли бы он оценил другое земное выражение, а так, судя по одобрительному смешку, понял речевой оборот. – Давай лучше кристаллы соберем, а то вон, брорхи уже нацелились.

Собственно, я на это вовремя внимание обратила.

- Жутик, Жгутик каждому – не больше двух!

- Фью…

- Фьюрх, - разочарованный слаженный вздох от каждого из монстриков.

- Вечером получите еще!

- Фью! Арх!

- Арх!

- Ага, - согласилась с ними, проследив за тем, чтобы щупальца не утащили больше положенного.

Сама же начала собирать кристаллы, а папа в это время подобрал сундуки.

- Риша, они пережрали! – завопила Ёлка в моей голове. – Погляди!

- Мать моя женщина! – рыкнула я, ошалев от увиденного.

Брорхи явно готовились к размножению. Снова тучка, снова игра цвета на их телах…

- Папа, щит! На себя и кристаллы, - я шустро отпрыгнула от кристаллов, успев аккуратно сгрузить их обратно на землю.

Мне в отличие от отца ничего грозит, наоборот, нужно, чтоб новые брорхи меня видели.

Подумаешь от небольшого взрыва снова на землю грохнулась. Это малая цена за таких питомцев. Да и научена уже, сгруппировалась, магией укуталась… А теперь шустро встать и проконтролировать ситуацию.

Я прямо накаркала, когда сказала, что не откажусь еще от парочки… М-да…

- Фьюрх!

- Рьюрх!

- Рха!

- Фью!

«Мля!» - мужественно подумала я, когда четыре брорха кинулись ко мне. Щас всем скопом любовь и преданность выражать будут.

И не прогадала…

- Папа, кажется, я продешевила. – Когда брорхи более-менее угомонились и перестали меня валять по земле, крикнула отцу, который стоял в отдалении и посмеивался. – Никаких тридцати процентов Совету, десяти хватит. И то много!

Мне нравилось смотреть на то, как смеется мой отец. Весело, заливисто, так как мог бы смеяться человек, который абсолютно счастлив. А и то, у него все есть. Любящая семья? Да. Женщина, за которую он готов жизнь отдать, и та отвечает не меньшим? Моя мама. Дети? Аж шесть штук. Наследник с силой рода?

Маленький Лео не только гордость и радость родителей. Его обожают все. Мальчишка растет любознательным, очень подвижным и что немаловажным – добрым.

Как это проявляется?

А выведи сорванца на прогулку, так он каждую букашку на цветочек посадит, улитку с дороги уберет, с собаками, даже с самыми зубастыми общий язык найдет. Лео вообще обожает, когда вокруг него много разной живности.

А папа с мамой с удовольствием берут его с собой по всем землям рода Аргхарай. Полагаю, начинают прививать любовь к родной земле и людям, на ней живущим.

Последние полгода разве что поездок немного было, но на то имелись веские причины…

Конечно, в роду Аргхарай изменений немало было. Кто-то лишился жизни, кто-то доказал свою преданность… Та же Селения, как выяснилось, имела своих покровителей в Совете, которым старалась угодить. За что и поплатилась. Жестоко поплатилась.

После моего исчезновения Совет все же признал легитимность маминого статуса.

Больше никто не мог сомневаться в том, что она – первая леди рода Аргхарай. В связи с чем, нахождение бывшей любовницы в главном поместье делалось невозможным. Отец был щедрым, Селении выделили дом, слуг, предложили подыскать мужа и дать за ней приданное, при этом пообещав, что девочки будут навещать мать раз в месяц. Более, чем щедро, если учесть, что остальным дамочкам в таком положении, вообще ни черта не предлагалось. Родила? Отлично, мешочек монет в зубы и пошла отсюда.

Возможно, не пропади я и окажись свидетелем происходящего, возмущалась и считала бы такой поступок отца жестоким. Однако время доказало обратное: глупая здесь только я, а жалеть всех – не стоит.

Мало того, что Селения нос воротила, перебирая женихов, как крупу (зная папу, недостойных он ей точно не предлагал, а зная маму, она точно отметала тех кандидатов, которые у Селении симпатий не вызывали), так еще накручивала дочерей.

Как итог Вальера по науськиванию своей матери пыталась отравить мою маму... У той как раз первые месяцы беременности были, и понятно, кто именно стал мишенью. Одним ударом двух зайцев…

К тому же, мамочка стала такой сентиментальной, что устраивала для близняшек и детворы поместья чаепития, сама их обучала… В общем, уделяла много своего времени…

Селения со своей старшенькой не учли сразу несколько факторов. Защита на маме такая была, что позволила бы ей распознать яд до того, как попробовать чаек.

И Дальеру, которая искренне привязалась к маме. Чай с ядом выпила именно она, подменив чашки в последний момент.

Конечно, она могла бы сказать о готовящейся беде, но с одной стороны родная мама и сестра, с другой жена главы рода, которая оказалась совсем не злой и гадкой… Дальера просто не нашла иного выхода из ситуации.

Сестренку успели откачать, но с последствиями – магии в ней больше нет. Ни капли.

Селения и Вальера были казнены. Сурово? Родная дочь? Я не знаю, как отец принимал такое решение и как тяжело оно ему далось.

Можно было все списать на то, что Вальеру грамотно обработала мать и сама бы она никогда до такого не додумалась и не решилась. Однако все мы знаем, что затаившаяся кобра – жалит на поражение. И что там могло после всего вырасти из старшей близняшки – неизвестно. Сестру она не пожалела, наоборот, обвиняла ее в предательстве и смерти матери…

Кто сказал, что в будущем пожалеет отца и не устроит апокалипсис? Было бы желание, а средства и помощники найдутся… Нашлись же они у Селении. И нет теперь еще пары родов тьмы. Отец на пару с сыном ректора, Авеаром Эйлеаром тан Даррак, не только разворошили осиное гнездо, но и добили его.

- Фьюрх! – слаженный квартет ворвался в мои мысли. Сразу погладить всех не получилось, но новые монстрики терпеливо дождались своей очереди. – Фьюр-рха!

- Думаю, Совету пока не стоит знать, что у нас пополнение в семье, - отсмеявшись и подойдя ближе, произнес отец.

Он не переживал о том, что на него нападут. Опытным путем было выявлено, что прародитель, то есть Жутик, при клонировании не только делится частью своей силы, тела, но и памяти… Поэтому отношения, которые сложились у старых брорхов с моей семьей, перенесутся на новых брорхов.

- Пока – не стоит, - согласилась с ним. – Но вот процент мониаров я бы им точно срезала. Если им хватило всего двух для размножения, то…

Я не договорила, все и так было понятно. Тем более монстрики крутились у моих ног и тянули щупальца к кристаллам, но пока не наглели.

- Ты же понимаешь, что они и семьдесят не отдадут? – веселье с отца слетело моментально.

- А выбор у них есть?

- Может разразиться война…

- За брорхов?

- За них в том числе.

- Война давно идет, - пожала плечами. – А брорхов им все равно не получить.

- Даже если выкрадут маму, Лео? И станут тебя шантажировать?

- Папа, я не завидую тем, кто на подобное решится, - и я не лукавила. – Четыре брорха – сила, а если их будет, скажем двадцать?

- Мы останемся без магии…

- Мы – не останемся, - хмыкнула я. – А вот те, кто потянет лапы к моей семье, трижды об этом пожалеют.

Тебе нужно отдохнуть, - папа бережно притянул меня к себе, походя успев щелкнуть по щупальцам брорхов, те все же решили, что кристаллы лежат без дела.

- Нельзя! – сказала строго. – Хватит того, что вы уже получили.

- Фью…

- Вот без «фью», нельзя. – Снова повторила и чмокнув папу в щеку, отстранилась. – Забери половину для рода Даррак, им пригодится. Тем более лорд Лейнард будет с рейда.

- Я не сомневался в тебе, - папа широко улыбнулся. – Сделаю, а ты – или спать.

- Слушаюсь и повинуюсь. – рассмеялась я и похлопала по бедрам, призывая монстриков идти со мной.

Им тоже надо отдохнуть перед ночными приключениями.

Глава девятнадцатая

Я стояла на полигоне и меня била крупная дрожь. Не потому, что я чего-то боялась. Понятное дело, что нервничала. Но дело было в другом. Особенная ночь… Меня переполняло силой, а если честно, то распирало и тянуло полетать. Хотелось взмыть ввысь и дать волю себе, своим иллами…

- Фьюрх! – у лица щелкнуло щупальце, и я вдруг поняла, что почти сорвалась в слияние.

- Спасибо, - выдохнула Жутику и оглянулась.

Все уже были в сборе. И смотрели на меня. А я хороша, чуть не улетела… М-да, Риша…

Но энергия… Она бурлила, просила выхода. Да что там просила, требовала! Я на миг растворилась в ней, чуть не потеряв контроль.

Нет, так не пойдет.

Я прошлась по центру, выполняя нехитрые упражнения, заставляя себя успокоиться и заодно остудить голову. Прочь посторонние мысли.

- Фух, - выдохнула я, когда поняла, что тяга ослабла. – Простите, сила давит.

Я знала, что все наблюдают за мной и ждут моего сигнала к началу ритуала.

- Хорошо на части не рвет, - подмигнул Шалрай и широко улыбнулся. – Хотя от второй Риши я бы не отказался.

Вот же ж шалопай!

Но его искренность, да и любовь в глазах остальных, наконец окончательно привели меня в чувство. Да, сила, да, эйфория, но… Если так на каждое проявление энергии реагировать буду, то рано или поздно, погибну. А так нельзя. Я хоть и сосуд для силы, но именно я отдаю приказы, я направляю, а не наоборот. Об этом стоит помнить всегда.

- Я начинаю, - предупредила остальных. – Я позову в круг, пока стойте на месте.

Вообще, принятие в род считается простейшим ритуалом. Его давно сделали праздником, и свели все к обмену кровью, вот только…

Когда я изучала этот вопрос с отцом, мы решили воспользоваться устаревшей формой ритуала, которая требовала не только формального обращения к богам и передачи крови, а еще обмена энергиями и куда больше приготовлений.

Обычно великие рода ограничивались молитвой богам, ритуальным ножом и чашей, куда сцеживалась кровь вступающих в род и добавлялись несколько капель крови того рода, который принимал новых хранителей. Мне такой вариант не подходил.

Мало просто обозначить, что человек стал частью рода, причем обыкновенно, крохотной, я хотела, чтобы хранитель, который войдет в мой род, ощущал себя неотъемлемой частью нового рода, новой семьи. С полными правами…

А посему я должна выложиться не меньше и отдать равноценно тому, что отдают они. Абсолютное доверие с двух сторон. Именно так и должно быть.

- Жутик, Жгутик, левый край ваш. – Отдала приказ брорхам, мы это давно отрепетировали – натяжение силовых линий, и у них все отлично получалось. –  Бантик, Фантик, ваш край правый!

- Фьюрх! – четыре голоса слились в унисон.

Монстрики резво поползли выполнять требуемое, а я вошла в центр круга: чертить руны, причем каждую следовало напитать своей силой, и читать молитву богам.

Мне никто не мешал и не помогал. К сожалению – нельзя. Вот будь тут кто-нибудь еще из рода Альветар, вот тогда – да.

А так… моим родным приходилось только смотреть, и в случае, если я оступлюсь или мне не хватит сил, они не имеют права вмешаться. Никто из них, может так аукнуться, что все костей не соберем.

Хотя, учитывая очищенные кристаллы мониара, которые я прихватила с собой на ритуал, опустошение резерва мне не грозит. Главное, каналы не сжечь, принимая столько энергии… Ребятам пришлось кристалл дробить на несколько частей. Сразу весь впитывать они не стали, что разумно, слишком давно, как выяснилось, все они сидели на сухом пайке и если что им и доставалось, то сущие  крохи.

Не потому, что отец был жадиной, нет, просто логично, что сила нужна в первую очередь ликвидаторам, которые зачищают гадкие души и добывают новые кристаллы мониара.

Ни Крафей, ни Шалрай, ни Гекхар ликвидаторами не были. Хранители иллами, недоучки…

Ну ничего, скоро все изменится…

Я аккуратно и с долей любви вычерчивала руны на песке. На самом деле мои чувства были обращены не закорючкам, нет, я просто думала о сестрах и мальчишках. И не могла думать о них иначе, чем с нежностью, благодарностью и радостью.

На Земле у меня не было таких друзей, не было тех, кого я могла бы назвать близкими и родными по духу… Была только мама, которой я доверяла безоговорочно, но и только.

А потому мысленно, я не только произносила заученные слова молитвы богам, но и вплетала в нее свою благодарность за то, что дали мне возможность узнать, что такое огромная и любящая семья, подарили друзей и мужчину, который хоть сейчас не рядом и вряд ли знает, что мои чувства к нему не изменились, но за которого, если потребуется, я буду биться. Я хотела быть его достойной, равной, и не потому, что вдруг обрела две магии, а внутренне… И я точно знала, что мне еще есть куда расти и от кого брать пример.

Я дорисовала последнюю руну и улыбнулась, мной завладело состояние близкое к эйфории, словно внутри огонек горит, который не потухнет и собой осветит все и всех.

Поэтому, когда я услышала голос, не сразу поняла, что это обращаются ко мне, да и не сразу врубилась, где уже я этот голос слышала.

- Ты не всех позвала. Не хватает одного…

- Кого? – я резко выпрямилась и попыталась осмотреться.

Но я ни черта не увидела, и на миг испугалась. А потом до меня наконец дошло, что происходит. Что-то рановато боги отозвались…

- Ты должна сама понять, - непреклонно ответили.

А я словно наяву увидела лицо Дальеры. Я бы хотела вернуть ей магию, но разве такое возможно?

Однако больше мне никто не ответил. Реальность вернулась также внезапно, как и исчезла.

- Риша, детка? – позвала мама.

Ее обеспокоенный голос сказал даже больше, чем округлённые и перепуганные глаза.

- Все хорошо, - громко ответила я и приняла решение. – Мама, папа, приведите, пожалуйста, Дальеру. Папа, надеюсь, ты позволишь Дальере выбрать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍В конце концов, от таких намеков не отказываются! И если, став Альветар, сестра вернет свою магию, то я буду счастлива. К тому же, от семьи-то я ее не отрываю…

Долгий отцовский взгляд, направленный на меня, был задумчив и холоден. Он явно что-то мысленно решал. Я его не торопила, понимая, что он чувствует себя виноватым перед младшей дочерью.

Я знала, что несмотря на то, что матери Абры, Гекхара и Шалрая с Дальерой, были ему навязаны, он все равно любил своих детей. Возможно, несколько меньше, чем меня и Лео. Но тут, если честно, я тоже его не винила, пусть и не считаю правильным разграничивать детей на тех, кто от любимой женщины, а кто нет. Их-то вины в любом случае нет, они не выбирали у кого родиться.

Однако, я заметила, что мама аккуратно, благодаря своей любви и нежности, плавно меняла его отношение к данному вопросу. Она приняла всех детей, как своих. Даже Абру, на которого лично я, еще несколько точила зуб.

Ну не могла я забыть то, как он маму ударил! Не могла, пусть и помнила, что приказ отдавал отец, а тот лишь был послушной марионеткой. По сути, оба хороши, и злиться надо на обоих, но в итоге к папе я подобного не питала. И внутренне у меня не получалось принимать Абру как близкого и родного человека. В те его два приезда домой, ругаться не ругалась, но вот того тепла, которое сложилось с остальными папиными детьми, не было. И я ничего с этим не могла поделать.

Пока я размышляла, обстановка на полигоне сменилась. Отец успел уйти, а моего внимания добивался Шалрай.

- Прости, я задумалась, - покаялась перед ним, выходя из еще незаконченной пентаграммы. – Что ты хотел?

Мы немного отошли от остальных, посекретничать.

- Ты уверена в своём решении? – серьёзно, что для него было несвойственно, спросил он. – У Дальеры больше нет магии, а значит в будущем она не сможет быть полезной роду. Ни хранителем стать, ни выгодно выйти замуж…

- Я тебя сейчас ударю, - прошипела я. – Ты что, всех нас в таком ключе рассматриваешь? Насколько мы тебе выгодны и полезны?

Лицо братца пошло красными пятнами.

- Ты не так поняла, я не это имел в виду. Просто…

- Что просто?

- Никто никогда не брал на себя лишнюю обузу, тем более род Альветар уже сейчас выше остальных, а когда ты войдешь в полную силу, и число членов рода увеличится, то Совет больше не сможет принимать решения. Полномочия не те. Это пока они еще пытаются давить и сохранить власть, но…

- Договаривай уже, - вздохнула я, начиная соображать о чем именно печется Шалрай.

- С момента твоего появления и объявления богов, Совет уже не имел права отдавать приказы. Они могут быть твоими советниками, не более, так как род Альветар – выше всех остальных. Выше любого высокородного рода на Тантерайте, ведь только у тебя две разнонаправленных магии. Пока они надеются, что ты, воспитанная в другом мире, не станешь вникать в суть правления и, откровенно говоря, ты мало знакома с реалиями нашего мира, а значит на твое восприятие еще можно повлиять и вложить нужные мысли, в атаку они не перейдут, однако могут подстраховаться. К тому же они надеются, что ты, возможно, сделаешь партию с одним из их сыновей…

В общем-то, это не новость. Мы с отцом давно обсуждали этот вопрос и систему рейтингов, в которую я не вписываюсь. Или скорее, остальные больше не вписываются, но продолжают держать мину при плохой игре. Совет сейчас пытается настаивать на своей пирамиде, ведь чем больше хранителей иллами в роду, чем больше ликвидаторов, тем выше род в иерархии высоких родов. А в моем роду есть только я. Ровно еще поэтому, я не спешила с ними общаться, обдумывая тактику и свои шаги. Первый ход состоится завтра, а там уже, зависит от того, как отреагирует Совет.

- И ты боишься, что могут навредить Дальере или как-то на нее повлиять?

- Навредить могут всем, - честно ответил он. – Но мы способны себя защитить, а сестра – нет. Дальера для всех будет слабым звеном и первый удар, если будет, то направят его именно по ней. Потому что получается, что из всех, ты выделила только нас четверых…

На самом деле, будь моя воля, я б еще пару членов рода Аргхарай к себе пригласила. Но, во-первых, это не хорошо по отношению к папе. Во-вторых, мне необходима определенность с жильем, провизией, деньгами. А этого пока нет.

Сначала я хотела сообщить Шалраю о намеке богов, но меня что-то остановило. Интуиция подсказывала, что не стоит. Видимо, нельзя.

- Шалрай, я понимаю твои опасения за сестру, как и понимаю то, что ты прямо так и не сказал. Ты ведь переживаешь, что за счет нахождения Дальеры в роду, могут существенно снизить мою позицию? Потому что настаивают на старой системе по количеству одаренных в роду, так? Не стоит, Шалрай, пусть выбор делает Дальера, хорошо? А я не позволю никому ее обидеть, ни моему мужу, ни всему Совету, договорились?

- Прости, - выдохнул он и протянул руки для объятий.

Как-то уж так повелось, что в последнее время он был до них жадным. Ему прямо-таки требовался со всеми тактильный контакт. А я и не против, он ведь действительно переживает. К тому же был воспитан здесь и то, что в него вдалбливалось столько лет, так просто не уйдет. Это Гекхар экспериментатор, предпочитает наблюдать и делать выводы. Шалрай же несмотря на то, что имел легкую, игривую натуру, за эти три года несколько изменился, и старался быть более ответственным что ли… Как-то подстраховаться.

- Все будет хорошо, - пообещала ему и чмокнула в щеку.

И как раз вовремя, на полигон пришли отец с Дальерой.

Сестра выглядела напряженной, но при этом смотрела с какой-то отчаянной решимостью.

- Марина, - первой начала она, - я согласна, если твое предложение еще в силе.

- В силе, - ответила ей и ободряюще улыбнулась, чтобы поддержать.

Вон как волнуется. Да и отец выглядит побитой собакой.

Черт, как же хочется объяснить свои причины, но нельзя… Все после ритуала, лишь бы только поучилось то, о чем я втайне надеюсь.

- Прости, отец, - тихо шепнула Дальера и крепко обняла папу. – Надеюсь, ты поймешь меня.

Я отвернулась, возвращаясь к рунам. Ага, судя по потокам энергии и напитке, можно завершать пентаграмму и созывать ребят в круг.

- Пора, - объявила я и вернулась в центр, завершать руническое плетение. – Когда я скажу, по очереди встаньте на лучи пентаграммы в порядке старшинства и по часовой стрелке.

- Хорошо, - хором ответили ребята, и только Дальера с опозданием едва слышно выдохнула, - Сделаю.

Я встала в центр пентаграммы, попутно отдала приказ брорхам, чтобы замыкали силовые линии, и я могла закончить пентаграмму. Шустрые монстрики тут же занялись делом, при этом не забывая поглядывать на кристаллы мониара у моих ног. Жадно поглядывать, периодически вытягивая щупальца, но таки не решаясь утащить хоть один.

Нет уж, на сегодня им точно хватит подпитки, а то так оглянуться не успеешь и придётся открывать ферму и рекламировать свою живность, дабы избавиться от излишков: брорхи оптом и в розницу.

Эта мысль меня немного развеселила. Понятное дело, что я бы не стала продавать монстриков, и без того нашлось бы куда их пристроить, но идея была забавной.

Я тряхнула головой, возвращаясь в реальность и оглядывая пространство.

Родные выполнили мой приказ в точности: первым на вхождение в новый род оказался Крафей, как самый старший, за ним шел Гекхар, потом Шалрай и последней, замыкающей была Дальера. Все встали строго по часовой стрелке и смотрели на меня серьезно, нервно и наверно, немного со страхом и волнением.

А меня снова наполнила сила, закружила голову, и я в ответ ребятам широко улыбнулась и подмигнула. Сегодня праздник. Самый настоящий праздник! Я принимаю в свой род достойнейших хранителей. Не стоит бояться, нужно радоваться.

Шалрай непроизвольно расплылся в улыбке. Смотрелось смешно: глаза серьезные, а улыбается так, что зубы видать. А уж потом какое недоумение во взгляде плещется! Словно он сам задается вопросом, с чего вдруг такие перемены с его настроением. А мне хотелось, чтобы все меня ощутили, дотянулись до моих эмоций и сами в них окунулись. Страха не должно быть. Вот ни капельки. Они же добровольно в мой род идут, правильно?

Магия полилась из меня легким ручейком, замыкая последние грани пентаграммы, отрезая всех находящихся в ней от людей на полигоне. Никто не сможет ни войти к нам, ни выйти отсюда, пока ритуал не будет завершен.

Брорхи оказались за пентаграммой и с такой жадностью следили за тем, как льется из моих рук двуцветная магия, будто я их месяцами на голодном пайке держала. И если Жутик и Жгутик, словив мой взгляд, вроде как немного устыдились, даже повернулись бочком, то Фантик и Бантик выдохнули восторженное и просительное: - Фьюрх!

Поросятки, самые настоящие! Как один не безызвестный Фунтик со своим: Дети, подайте на домик для бездомных поросят...

Медленно, но верно, мое настроение передавалось всем. Вот робкая улыбка появилась на лице Дальеры, а затем переросла в уверенную и счастливую. Все правильно, я счастлива принять ее в род, я счастлива, что у меня такая сестра и я верю, что сегодня для нее случится чудо.

Я безгранично рада, что мне доверились и готова обнять всех, пусть не руками, пусть всего лишь магией, но она, как ласковая кошка, прошлась легким ветерком по каждому из стоящих в лучах пентаграммы, по очереди зажигая эти самые лучи.

- Я, Марина Арайна Альветар, своей волей, своей магией, своей душой, призываю в свидетели богов и прошу их одобрить мой выбор, а также благословить новых членов рода Альветар!

С этими словами я нанесла себе глубокую рану на руке, такую, чтобы кровь не просто капала на землю, в центр начерченных мной рун, а лилась. Чем больше крови, тем лучше. Нельзя жадничать. Тем сильнее будущая связь, тем большая роль, а может и возможностей будет у новых хранителей в роду Альветар.

- Свидетельствуем добровольность призыва! – слаженное трио голосов, от которых невольно съеживается все внутри. Я не смотрю на ребят, и так знаю, что голоса богов повергли их если не в шок, то в священный трепет.

Они и на меня производят неизгладимое впечатление, хотя мне, чуть ли не постоянно общающейся с ними, уже должно быть хоть немного привычно. Но нет, их мощь, их сила заставляет прогибаться, ощущать себя пылинкой, чуть ли не атомом…

Уверена, Крафею уже приходилось бывать на подобном ритуале, но вряд ли с ними общались боги. Мне, как обычно, везет. А может дело в том, что я стараюсь все делать правильно, равноценно, а не только ради заполучения талантливого хранителя, чтобы потом использовать его и при этом ни черта практически не дать взамен.

Я открыта, искренна, и действительно желаю, чтобы каждый из тех, кто сейчас стоит в лучах пентаграммы, ощущал себя частью семьи, а не был на ее задворках.

- Лорд Крафло, - зову я, понимая, что тишина, образовавшаяся после обращения богов, стала подозрительно нехорошей. Опять я задумалась и отвлекалась.

Я сжимаю кулак, заставляя кровь бежать быстрее, пока парень идет по своему лучу к центру, то есть ко мне.

- Добровольно ли вступление в род Альветар? – ритуальная фраза, обязательная.

- Добровольно! – хрипло выкрикивает Крафей и ранит свою ладонь, вливая в руну и свою кровь. -  Я, Крафло ныне без рода, своей волей, своей магией, своей душой, призываю в свидетели богов и прошу их позволения стать частью рода Альветар.

- Добровольность подтверждаем! - Я улыбалась против воли. Губы сами расплылись, внутри меня словно кто-то на флейте играл нежную и невероятно радостную мелодию.

Я счастлива слышать эти слова и совсем не готова к тому, что происходит следующим.

Центр пентаграммы вспыхивает ярким, ослепляющим светом, в котором чудятся стихии, которые мелькают с неимоверной скоростью, то бурная река, то страстное пламя, то яростный ветер, то вьются толстые лианы из земли, пока не сменяются черным, непроглядным туманом – тьмой.

И пока я соображала, что же это значит, над полигоном раздался властный голос Айваны:

- Твое испытание скоро свершится, - заявила она. – И ты докажешь свое право и на новое имя, и на обретение иной силы, а пока, нарекаю тебя: Аркфей Ринар тан Альветар.

- Да будет так! – объявили остальные боги, а я ошалело пыталась принять новую информацию.

Спрашивается, и чего я мучилась, выбирая имя для Крафея, если за меня именованием занялась богиня? А еще почему ему к имени рода приставку дали, а мне нет?  И что значит иная сила? Неужели парню сейчас подарят двойную магию?

— Это честь для меня, - хрипло, едва слышно произнес уже Аркфей, и его фигура погрузилась во тьму.

Его реально обволокло божественной тьмой, к моей магии эта энергия точно не имела никакого отношения. И пока я смотрела на то, как парень проходит слияние, а он именно это делал, пыталась понять, что требуется от меня?

Вообще, после того как боги бы одобрили Крафею вступление в мой род, и я дала бы новое имя, но тут понятно, что уже не я его дала, мы должны были соединить наши с Крафеем пораненные ладони, причем его порез при этом должна была затянуть магия.

Про слияние отец не говорил ни слова. Ни единого. А потому я просто не знала как должна себя вести. И вообще, что за испытание моему новому родственнику предстоит?

Мне что-то это совершенно не нравится! Представлю, как сейчас обмирает от страха и переживаний Ламея!

Но мешать ходу превращений я не имела права, приходилось просто смотреть на то, как из человека, Аркфей становится прекрасным, даже восхитительным морским змеем. Мне уже доводилось видеть слияние парня с его иллами. Но мне казалось, что он не был таким огромным, и настолько сияющим. Черная шкура змея отливала изумрудом. Во всяком случае именно так и казалось. Змей вился кольцами прямо в воздухе, при этом как-то умудряясь не выйти за рамки пентаграммы, и не задеть меня.

А потом я почувствовала, как из меня тянется магия, не только в руны, что было нормальным, а еще зачем-то за спину. Но испугаться я не успела, хотя в пору было кричать. Я независимо от своего желания поднималась в воздух.

- Контроль на мне, - шепнул Феликс, своим голосом подарив мне спокойствие.

Хоть кто-то в курсе, что нужно делать, потому что больше подсказок получить просто неоткуда: Боги молчат, отец вмешаться не может ни словом, ни делом, да и толку, если пентаграмма не пропустит посторонних звуков.

Вообще, это не впервые, когда я в человеческом облике парила над землей, там в храме, было также, только управляла крыльями Ёлка, да и были они сотканы из света… Эти же… Одно черное, второе белоснежное…

И энергия струится от них во все стороны... Красиво, наверное, смотрится, жаль мне не все видно.

- Что дальше, Феликс? – спросила я.

- Ты должна направить магию на змея и приказать пройти обратное слияние.

- Зачем?

- Затем, чтобы Аркфей доказал свое безоговорочное подчинение главе рода.

- Думаешь? Папа о таком ничего не говорил.

- Не говорил, потому что он в род не таким ритуалом принимал.

- Ла-а-адно…

Я взлетела прямо над змеем, который пристально наблюдал за мной и словно готовился к броску.

- Не балуй! – рявкнула я.

Сама от себя не ожидала, однако подействовало, змей на мгновение замер, пока снова не стал собирать кольца из своего тела.

- Аркфей, в обратное слияние! – я направила поток магии в змея не сомневаясь, что в итоге все будет хорошо.

Всего секунду змей колебался, но в следующий момент задрожал, пока наконец не пошел мутной рябью и на землю не упал Аркфей. Правда, тут же вскочил, а мне пришлось снова планировать обратно к рунам, и протягивать раненую ладонь для скрепления союза.

- Добро пожаловать в род, Аркфей! – улыбаясь, произнесла я.

- Благодарю, глава, - парень склонил голову в знак признания, а затем совершенно счастливо улыбнулся и прошептал, - я никогда не забуду этот день.

Я-то уж точно не забуду! Особенно момент, когда стояла и гадала, будет ли с братьями такая же ерунда, как и с Аркфеем? В смысле будут ли они проходить слияние или все-таки нет? А еще станут ли боги менять их имена? Я-то хотела только фамилию роду добавить к уже имеющемуся…

Как показало время – будут. Каждому из мальчишек мне пришлось приказать пройти обратное слияние. А вот с именами пронесло, в смысле их не тронули, оставив те, которые давал им еще отец, просто изменилось имя рода…

И приставка «тан» и у них была…

Когда к центру шла Дальера, я невольно напряглась. У нее не было магии, и для иллами естественно было ещё рановато – несовершеннолетняя. Почему-то только сейчас я сообразила, что сестричка считается несовершеннолетней, а не пошлют ли боги меня в далекое и пешее путешествие? Может, они не ее имели в виду, говоря, что тут человека не хватает? Может, речь шла о Лейнарде? Глупая, наверно, мысль… С чего бы ему вступать в мой род, у него свой имеется.

- Добровольно ли вступление в род Альветар? – повторяю ритуальную фразу, вглядываясь в Дальеру, ей явно страшновато, но она гордо держит голову и пытается улыбаться.

- Добровольно! – звонко ответила она и тут же слегка изменила ритуальную фразу. - Я, Дальера Ильмира тер Аргхарай, своей волей, своей душой, призываю в свидетели богов и прошу их позволения стать частью рода Альветар.

На миг мне показалось, что сейчас нам откажут причем в жесткой форме. Показалось, потому что воздух сгустился, атмосфера вокруг стала напряженной. Я буквально кожей чувствовала, как меняется пространство и даже не удивилась тому, что все вокруг заволокла тьма.

Только руны светились мягким белым светом, являясь то ли маяком, то ли фонариком для испуганной сестренки. А она сильно испугалась, задрожала, опустила голову, не зная, чего ожидать.

Я тоже не знала, но ждала чуда.

Очень.

- Почему ты хочешь войти в род Альветар? – раздался божественный голос, причем спрашивала не богиня.

Дальера вздрогнула, чуть покачнулась, но устояла на месте.

Хороший вопрос, так-то это я ей предложила, причем на раздумья даже времени толком не дала. Но Дальера не колебалась, перестала дрожать и вскинув голову, ответила:

- Я знаю, что при вступлении в новый род, меняется судьба. Я хочу изменить свою.

Честный ответ. Мне понравился. А вот понравится ли он богам?

- И только это? – вкрадчивый голос Айваны, от которого лично мне захотелось спрятаться.

- Нет, - намного тише ответила Дальера. – Я верю, что смогу быть полезной сестре. Пусть не сейчас, но когда вырасту…

У меня защипало глаза, что за мир-то такой, который все измеряет коэффициентом полезности? Что я просто не могу любить и заботиться о своей семье? Без вот этого вот: быть полезной?

- Сможешь, - уже мягче ответила Айвана. – Но ты немного лукавишь, твоя истинная причина в ином, не так ли?

Честно, в какой-то момент я решила, что Дальера громко признается, что хочет вернуть магию, однако я ошиблась.

- Да, - словно на что-то решившись, отчеканила сестра. – Я хочу замуж за того, кого люблю.

Ась? Кого она там в свои двадцать три, считай шестнадцать земных, любит? Не рановато ли? Нет, понято, что на Земле в шестнадцать кто-то и замуж выходит, и детей рожает, но тут такой мир, несколько заторможенный в этом плане или более правильный? Дети тут долго остаются детьми, все же иная продолжительность жизни… В развитии, во всяком случае, и при условии принадлежности к высокому роду…

Вот только ответа я явно не дождусь. А Айване точно имя не требовалось, она и так все видела и слышала – боги легко читают мысли людей.

Нет, и все-таки, в кого влюблена Дальера? И почему она решила, что с новым родом у нее больше шансов замуж за любимого выйти? Впрочем, вопрос из разряда идиотских. Потому что рейтинг, потому что в род входит хранитель с двумя направлениями магии… М-дя…

- Марина, ты примешь меня? – тихо спросила Дальера, - зная почему еще я очень хочу в твой род?

Да как бы коней на переправе не меняют. Ну расчетливый выбор, ну так что поделать при условии такой системы ценностей? А в любви как на войне, все средства хороши. К тому же это я предложила, сестра не навязывалась и ни разу не заикнулась о том, что тоже хочет пройти ритуал вместе с братьями. Хотя такая возможность у нее была неоднократно.

- Дальера, я хочу, чтобы ты вошла в мой род, - уверенно ответила ей. – И со своей стороны обещаю помощь в том, чтобы твоя заветная мечта сбылась. Любить и быть любимой – это чудесно, главное, не отказывайся от своих чувств, если уверена, что она искренние и настоящие.

Что я могла еще сказать, желая подбодрить в край застеснявшуюся сестру? Одно радовало, кроме нас пятерых Дальеру больше никто не слышал. Ну еще боги, но эти и так в курсе всего происходящего. А мальчишки… Я уверена, они никогда и никому не выдадут тайну сестры.

- Добровольность подтверждаем! – громогласно объявило божественное трио, а я невольно выдохнула. – Марина, ты готова разделить силу?

«Что сделать?» - чуть не спросила я, но вовремя прикусила язык.

От меня точно не кучу новых вопросов ждут, а желания помочь, причем в любом из видов помощи. Кровушки я уже сцедила, почему бы и магией не поделиться? Иначе как еще можно разделить силу?

- Готова.

- Да будет так, - опять трио, а меня будто стрела пронзила.

Я даже покачнулась от неожиданности и вскрикнула от боли. На этом дивные ощущения не закончились, складывалось впечатление, что меня жрет большая пиявка. Не совсем меня, а мой магический резерв. Причём тянет нахально, болезненными рывками, словно желая получить все и за один присест.

- Воспользуйся кристаллом, - насмешливо посоветовала богиня, а я едва удержалась от того, чтобы не треснуть себя по лбу.

Точно. Я же не просто так их приготовила!

Естественно, я потянулась за подпиткой, но взяв кристалл в руки, чуть не выронила его. Потому что вдруг закричала Дальера. Громко, пронзительно и так отчаянно, что я перепугалась и качнулась в ее сторону.

Вот только сестра явно по божественной милости взмыла в воздух. И что-то мне подсказывало, что я не должна вмешиваться. Не сейчас.

Вместо этого я поглотила кристалл мониара, и вовремя, потому что мой резерв вдруг оказался совсем на донышке. Энергии в поддержание пентаграммы уходило не так уж много, а вот канал, который вел от меня к Дальере, сжирал чудовищно много энергии, при этом причиняя физическую боль и мне, и сестре.

- Держись, - одними губами прошептала я, понимая, что сестра вряд ли меня слышит. – Держись, сестренка.

Дальера перестала кричать после того, как я поглотила третий кристалл, только хрипела и дергалась в воздухе. Жуткая картина.

Мне тоже было откровенно плохо, я едва стояла, ноги дрожали так, что я боялась, что в итоге не выдержу и свалюсь. Складывалось впечатление, что помимо передачи своей магической энергии, я еще и боль Дальеры на себя перетягивать начала. Казалось, что у меня внутренности в узел скручиваются, а кости и вовсе желают из мышц выпрыгнуть. Не знаю, что ощущала сестра, но если именно это, то я не против перетерпеть всю ее боль, а не только часть, потому что для неокрепшего организма и так уже достаточно испытаний.

- Все нельзя, не ты же заново получаешь магию, - холодно отозвался кто-то из богов в моей голове. Причем я точно была уверена, что их кроме меня уже никто не слышит. – Восстановление магических каналов не может быть безболезненным. Осталось немного, заверши ритуал!

И действительно, Дальера вдруг выгнулась дугой, а из меня последний раз дернуло магическую энергию и боль отступила. Зато от рук сестры пошел туман, черный и такой родной.

Медленно Дальеру опустило на землю, я в последний момент успела ее подцепить, даже взвалить на себя, не дав упасть, ума не приложу как, сама едва стоять могла. Не то, что кого-то держать. А сестра хоть и оставалась в сознании, однако самостоятельно передвигаться точно была не в силах. Плохо, нам требовалось соединить руки, а ей еще вернуться на свой луч пентаграммы.

- Держись, сестренка, - прошептала я. – Нужно завершить ритуал.

Дальера точно была бойцом. Потому что она покачнулась, оперлась на меня и выпрямилась на дрожащих ногах.

- Добро пожаловать в род, леди Дальера Ильмира тер Альветар, - просипела я, чувствуя, как по моему лбу течет пот. Кажется, я сама держусь из последних сил.

- Благодарю, - я скорее по губам прочла, чем услышала ее ответ.

С огромным трудом Дальера отцепилась от меня и поплелась на свое место.

Я терпеливо ждала того момента, когда она встанет в луче пентаграммы. Да и не только я.

Все наблюдали за тем, как она брела, смотрели и переживали, хватит ли ей сил? Хватило!

- Клянусь оберегать, помогать и быть опорой, - прохрипела я завершающую часть ритуала. – Клянусь быть справедливой, мудрой, внимательной к нуждам членов моего рода.

Руны засияли особенно ярко, магия вновь хлынула из меня: четыре нити потянулись к ребятам. Кому-то нить врезалась в грудь, у кого-то опутала собой запястье, кому-то затянулась на шее, а кому-то втянулась в лоб. Я отмечала это вскользь, помня, что остался последний рывок.

- Клянусь хранить души и вести их к любви!

Вся пентаграмма засияла от моей магии, а я поняла, что еще чуть-чуть и точно потеряю сознание.

- Клятва принята! – снова божественное трио.

- Клянемся быть верными! Клянемся чтить, хранить и любить род Альветар! – Как единый организм, слаженно воскликнули родные.

- Клятва принята!

В последний раз вспыхнула пентаграмма и мир в прямом смысле погрузился во тьму. Я  вроде успела завершить, но при этом лишилась чувств.

Глава двадцатая

Лейнард Тан Даррак

- Надо же, я был уверен, что тебя отправят к леди Марине. – Хмыкнул Родрик.  – А повезло твоему кузену.

- Прекрати, - недовольно одернул его Ашта. – Я уже устал слушать как ты пытаешься «укусить» Лейна. Друзья так себя не ведут.

- В любви как на войне. – Пожал плечами Род.

- О какой любви речь, ты леди даже не видел!

- Видел, - ответил Род, а я в тысячный раз напомнил себе, что должен оставаться спокойным и бесстрастным. Пока…

И не выдавать того, что выяснил о роде Скарлерр. Не сейчас, не сегодня… Еще рано!

- Мельком на полигоне? – Фыркнул Ашта. – Ты с ней не знаком, нечего и лапы тянуть! Постыдился бы…

- Чего я должен стыдиться? Меня вполне могут назначить куратором той команды, куда войдет леди Марина. Там поближе и познакомимся. Я, как и любой высокий лорд, имею шанс стать ее мужем.

- Размечтался! Максимум, на что ты можешь рассчитывать, так это на доброжелательный нейтралитет.

- Хватит. – Одернул их. – Мы здесь не для того, чтобы обсуждать девиц.

- Леди Альветар не обыкновенная девица. – Парировал Род. – Она особенная.

- Не имеет значения. Настраивайтесь на работу. Это приказ.

- Да, лидер, - поджав губы ответил Родрик.

Разве думал я когда-то, что члены моей команды, вместо самых надёжных товарищей, могут превратиться во врагов? Род тому прямое доказательство.

За эти три года наши отношения претерпели изменения: от банального охлаждения до презрительного.

Последнее результат того, что я так и не стал главой своего рода.

А эти полгода он и вовсе стал моим врагом, который как коршун следил за тем, чтобы я не налаживал отношения с Мариной. Впрочем, как показал мой дар, Родрик никогда и не был моим другом. Шпионом, соглядатаем – да… Я был уверен совсем не в том человеке.

Впрочем, если ты не рожден с благородством, то его и потом приобрести не сможешь.

Иногда я проклинал новоприобретённый дар, есть вещи, о которых бы я никогда не желал знать. Но чаще, конечно, я возносил благодарность богам, если бы не мой дар…

- Будьте внимательны, - напомнил лордам, хмурясь.

Не нравилось мне это место.

Земли, которые когда-то принадлежали роду мачехи, и теперь являются ничейными, Совет так и не смог определиться в своей жадности, а решающее слово должно оставаться за главой первого рода тьмы, которого нет. А мне постоянно мешают это сделать. Я с таким трудом добился проведения того ритуала, что теперь вряд ли возьмусь гадать, когда случится повторный.

Здесь же Советом был обнаружен аномальный всплеск гадкой энергии. Стоит ли сомневаться в том, кому именно поручили зачистку? Иной раз мне казалось, что все происходящее – как дополнительное испытание мне и моему роду.

Я едва оправился от прошлого задания, и вынужден был снова отправиться на новое. Хорошо хоть никто не посмел запретить мне использовать помощь своей команды. А хотели, многие хотели. В итоге мне пришлось ограничиться помощью двух членов своей команды.

- Интересно, получится ли у леди Альветар очистить кристаллы мониара, - протянул Род.

- Тебя сейчас не это интересовать должно, - огрызнулся Ашта. – Лейн, ты чувствуешь?

- Усиленная концентрация гадкой энергии на семь метров впереди, - кивнул ему. – Как бы не вышло, что мы снова столкнемся со слиянием гадких душ.

Именно такое название получили гадкие души, которые смогли объединиться в одну сущность. К сожалению, с того времени, как мы впервые с таким видом столкнулись, эти слияния стали встречаться довольно часто. Совету пришлось признать их существование и ввести в учебную практику. Толку-то! Пока главенствуют те, кто повинен в ситуации, происходящей в мире…

- Ты прав, - хрипло отозвался Род. – Это действительно слияние, и не одно…

- Я насчитал трех, - тихо сообщил Ашта.

- Их больше, - оглядываясь, и насчитав еще двух, помимо названных, ответил я.

- Такое впечатление, что у них конкретная цель…

Ашта встал за нашими спинами, ведь его место, как целителя, было именно там.

- Будто где-то здесь есть приманка, на которую они бездумно идут. – Он все еще был потрясен неправильным поведением слияний.

Я устало прикрыл глаза, на мгновение, на одно, больше нельзя.

Приманка здесь только одна – я. Ловушка.

Дядюшкин план не сработал, впрочем, скорее всего эти твари перестраховываются. Значит, сегодня меня должны убить. Рано.

Боятся появления Марины в академии и ее реакции на меня? Неужели не поверили в то, что я ей безразличен? Скорее просто устали ждать, желая род Даррак подмять под себя, вывести из равновесия леди Альветар. Как бы там ни было, а между нами слишком много недоговоренностей, чтобы не вернуться к диалогу в будущем. Даже спустя полгода. Даже после того, как она ни разу никого не приняла.

- Что будем делать?

- Звать подмогу. Или ты рассчитываешь самостоятельно справиться с ними всеми? – Ехидно отозвался я на вопрос Рода.

Он же не думает, что я в таком состоянии готов вступать в схватку?

- Семь… - прошептал Ашта. – Восемь, девять… Боги милостивые, десять!

- Уходим, - воскликнул Род.

- Ты кое-что забыл, - ухватил парня за локоть. – Оцепляем периметр.

- С ума сошел? Они передвигаются медленно, но, если мы сейчас начнем оцеплять периметр, уйти уже не успеем!

- На этих землях живут люди, - рыкнул я. – Оцепляем периметр, это приказ!

- Слушаюсь, - гневно выдохнул Род и наконец призвал магию.

Я же обратился в феникса, стоило запечатать это место в своеобразный купол, чтобы оградить людей, живущих на этих территориях от пагубного влияния гадких душ. Купол никого не выпустит, и не пропустит, пока не появятся другие ликвидаторы.

- Сириус, сканируй пространство. Больше никого нет?

- Есть, но очень далеко, - спустя пару минут отозвался друг. – Лейн, такое впечатление, что кто-то манок на тебя повесил. Помимо тех, что мы видим те, кто находятся далеко, целеустремлённо движутся сюда.

- Вполне возможно. - Согласился с ним, вспоминая, что меня касались как минимум трое из Совета.

И это только те, кого я запомнил, могли и вовсе незаметно навестить любую пакость.

Кто знает, каким еще образом они умудрились усовершенствовать контроль над гадкими душами? Вдруг действительно создали специальный манок.

- Печать запрета, Лейн! – Яростно выдохнул Сириус, - силовые нити рвутся!

- Род! – рявкнул я, заметив, что стихийник решил уйти порталом, когда понял, что его магия распыляется. – Не смей уходить!

- Я похож на идиота?! – рыкнул тот в ответ. – Я не самоубийца!

Я не успел среагировать, Род сконцентрировал магию и призвал портал, вот только сделал хуже. Причем всем.

- Идиот! – крикнул Ашта. – Ты подпитал их!

Увы, именно так и случилось. Гадкие души получили дополнительную подпитку от усилий Родрика. Слишком поздно проявила себя вторая печать, наложенная на этот клочок земли – преобразования. Эта печать поглощает магию порталов, любых, и вместо того, чтобы дать ликвидатору использовать нужное заклинание, вытягивает магию и наполняет отнятой энергией того или то, на что действует ее привязка.

В конкретном случае – это десять гадких душ.

У нас изначально не было шансов. В тот момент, как мы ступили на эти земли, мы все были обречены.

- Сириус, седьмая позиция.

- Ты уверен?

- Абсолютно, собирай энергию, сколько сможешь.

- Рахданс! – выругался Род. – Нам не уйти!

- Прекрати истерить! – потребовал Ашта. – Лейн, что нам делать?

- Можно подумать твой Лейн нам чем-то поможет! Вы, как хотите, а я полетел отсюда!

- Если ты уйдешь, я подниму вопрос твоего исключения из академии и ликвидаторов. – Сухо отозвался я.

- Выживи для начала!

Мгновение, и в небо взмыл огненный феникс. Стремительно набрав высоту, он, резко размахивая крыльями, полетел прочь.

- Крыса, - не сдержался Ашта.

Боги Рода рассудят. А я если выживу, переломаю ему ноги.

– Лейн, что мне делать?

- Бежать.

- Ты серьезно? Куда нам бежать? – Растерялся Ашта. – Местность как на ладони, спрятаться негде.

- Бежать - тебе, и как можно дальше отсюда, где не будет печатей, и, следовательно, сработает портал, а я остаюсь.

Одно плохо – у Ашты с порталами не все гладко. Он всегда был отвратительным портальщиком, и за три с половиной года это мало изменилось. Пусть в лучшую сторону, но недостаточно, чтобы друг был уверен в итоге своих усилий.

- Ты не справишься один.

- Они идут на меня, я их цель, Ашта. А значит, у тебя есть время покинуть это место и выжить. Ни вдвоем, ни в одиночку мы не справимся. Шанс был с Родом.

Мизерный, но он был.

— Значит мы тут вместе ляжем! Я никуда не уйду!

Мне было не до сантиментов, но слова друга отозвались теплом в груди.

- Спасибо, - выдохнул я, взмывая выше, чтобы охватить больший радиус, когда Сириус накопит достаточно энергии.

- Так что мне делать? Они почти приблизились.

- Тебя их сила не коснется, - пообещал я. – Поддержи меня, когда придёт время.

- Я не подведу. «Силки»?

- Да.

В этом я уже точно не сомневался. Я послал импульс силы к другу, накрывая того непроницаемым щитом. Целитель должен оставаться живым дольше всех, а значит его защита – первоочередная задача.

- Сириус?

- Еще минуту.

- Хорошо, - отозвался и оглядел поле боя.

Ашта был прав, гадкие души были практически рядом. Им оставалось преодолеть какой-то метр, чтобы заключить нас в свое кольцо.

Я сконцентрировался, посылая зов дяде, Дарику, Авеару и главной двойке Совета, к сожалению, кинуть клич прямо всем входящим в состав Совета невозможно. То, что последние откликнутся на него – я сомневался. Либо придут в самом конце, когда спасать будет некого, либо просто сделают вид, что их иллами ничего не получали.

Всего три года назад Совет принял решение о неродовой красной метке для всех наследников родов, входящих в Совет. Раньше послать такой зов было невозможно, так как не имелось кровного подкрепления для натяжения нити… Теперь оно есть. А толку? Я не чувствую от них отклика…

В отличие от дяди, хотя сейчас он должен быть на землях рода Аргхарай, при условии, что они еще не закончили эксперимент с кристаллами мониара. Род не догадывался о том, что мне известно, кто именно приставлен соглядатаем к леди Альветар от темных. Вообще по времени, они должны были уже закончить, но кто знает, как там все пошло? Вдруг были осложнения? Не хотелось бы отвлекать и оставлять леди Марину без защиты Арвана, но выбора нет…

Нить, ведущая к дядюшке, натянулась, по ней импульсами пошло обещание скорейшего прибытия на помощь. Что ж, осталось продержаться.

- Я готов, - сообщил Сириус, одновременно с тем, когда слияния гадких душ приблизились к нам вплотную.

- Начнем. – выдохнул я, и раскинул крылья.

За эти три с половиной года я не сидел на месте, это время я тратил на усиленные тренировки заставляя себя делать, то, на что, казалось бы, никогда не был способен. Откровенно говоря, если бы не стычка с самым первым слиянием гадких душ и шестикрылым, мне бы никогда не пришло в голову использовать заклинания для усмирения, блокировки и очищения гадких душ только в форме феникса. Не временное слияние для отпугивания большей концентрации тьмы, а полная ликвидация с сохранением слияния.

Десять цепей выпустил не я, не моя тьма, а мой феникс, точнее его магия. Сейчас не я перерабатываю его энергию в свою, а он мою. Десять перьев-наконечников вошли прямо в грудь каждой из гадких душ. В самое ядро, что держало дух.

Я покачнулся в воздухе, установленная связь с ядрами била гадкой энергией, но это то, что я мог вытерпеть. Вот только гадкие души не планировали так быстро сдаваться, даже тот факт, что их ядра надежно пригвождены моей магией и я уже ни за что их не отпущу, не дал им смириться. Наоборот, слияния гадких душ закружились вокруг, переплетая, путая цепи, заставляя их буквально зажимать меня в воздухе. У меня не было времени на то, чтобы все делать по правилам. Поэтому на блокировку я не тратил силы и теперь за это расплачивался.

- Лейн! – потрясенно выкрикнул Ашта и уже оправившись от удивления. - Держись!

Исцеляющая энергия полилась теплым ручейком, поддерживая меня и не давая свалиться под тяжестью цепей.

Но даже так, с поддержкой друга, тяжесть цепей не уменьшилась ни на каплю, наоборот, сложилось впечатление, что из меня потянуло энергию втрое больше.

Я взмахнул крыльями не для того, чтобы набрать высоту, сколько заставить гадкие души прекратить свою возню. Им не отделаться от меня. Пока я жив, не выйдет, цепи не отпустят.

- Сириус, пора!

- Все и разом? – глухо спросил Сириус.

Глухо, потому что откат от такого числа уничтоженных ядер может меня убить.

- Да, - подтвердил намерения, молясь богам, чтобы у нас получилось.

Если не уничтожить ядра полностью, то хотя бы выиграть время до прихода Арвана.

- Я с тобой, - только и ответил самый преданный друг.

В момент, когда совершился рывок, я буквально ослеп от боли. И это при том, что львиную часть ощущений на себя перетянул Сириус. Ему тоже было больно и плохо, гадкая энергия лилась рекой, накрывая с головой и заставляя задыхаться. Слишком огромное количество, слишком сильный концентрат.

- Боги всемогущие! – воскликнул Ашта и застонал.

Пусть друг не был в связке, но и ему досталось. Хотелось верить, что не сильно. Впрочем, учитывая количество слияний, ядовитый газ, образовавшийся после уничтожения ядер, сам по себе опасен, а уж в таком количестве – может не оставить и шанса на жизнь.

Я пока не ощущал себя, всегда знал, что откат от уничтожения будет кошмарным, вплоть до уничтожения тела… Как тогда в первый раз, когда рвались связки, дробились кости…

Но сейчас я был не в своей форме, а в виде феникса и все чувствовалось несколько иначе.

Не сказать, что было сильно легче, боль накрывала удушливой волной, путая мысли и не давая сконцентрироваться. Не давая в полной мере ощутить себя.

Однако и не было того мерзкого привкуса, когда ты на последнем издыхании и понимаешь это очень отчётливо.

И не иначе как чудом, но я остался в воздухе, хотя набранная высота была уже не той. К тому моменту, как мои глаза снова начали различать окружающий мир, и я вернул контроль над телом, я едва успел взмахнуть крыльями, чтобы не задеть товарища, лежащего в горе кристаллов мониара. Практически свалился прямо на него…

Но я все еще мог это делать! Мог управлять крыльями!

Я был поражен, как тем, что у нас получилось выдрать сразу десять ядер, как и тем, что все еще нахожусь в сознании и могу управлять нашим слиянием. Это моя сила настолько выросла или слияния оказались настолько слабы? Впрочем, последнее маловероятно.

- Сириус? – позвал я. – Нужно поглотить новые кристаллы?

- Стоит, иначе меня не хватит, тут больше тысячи душ…

Застывших в воздухе, ошеломленных, потерянных, все еще не до конца поверивших, что для них скоро все закончится. Я отправляю их на перерождение, лишь бы на это хватило сил.

- Хорошо, - я уже намеренно снизился, желая увидеть друга и убедиться, что он в порядке.

Ашта лежал на земле подтянув к лицу колени, по его виску текла кровь. Когда он успел пораниться?! Газ не может оставить физических повреждений!

- Кристаллы, Лейн, - устало выдохнул Сириус, - они его ранили, когда падали на землю.

Я уже и сам это сообразил, но легче от этого знания не стало.

Я потянулся к Аште магией, желая подлечить рану на голове, но был остановлен Сириусом.

- Он жив. Но на земле все еще действуют печати. Смотри, они пульсируют… - начал он, но осекся.

Потому что мы оба вдруг ощутили невероятную силу, мощь которой буквально захватывала дух.

Нечто подобное всегда происходило, когда боги выходили на связь. Разве самую капельку легче…

- Шестикрылый, - в унисон выдохнули мы, потрясенные догадкой.

Зачем он здесь? Добить?

В этот момент на земле застонал друг и медленно, морщась от боли, сел. По его лицу все еще текла кровь, а сам он щурился, будто сама способность видеть причиняла ему боль.

Я не успел порадоваться тому, что он пришел в себя, новая угроза нависла над нашими головами и с этим нужно что-то делать, как и с душами… Мне уже едва хватает сил удерживать их на одном месте…

- Сколько у нас времени?

- Он близко, - тут же понял меня Сириус, - минута-две, это все, что у нас есть.

- Лейн! – хрипло позвал меня Ашта, машинально впитывая один из кристаллов мониара, попавшихся ему под руку. – Я снова чувствую ту силу, это он? Да?

- Да, - я не стал лгать.

- Боги, сколько душ! – потрясенно воскликнул Ашта. – Лейн, им нужно на перерождение! Обязательно нужно!

Его волнение, ужас, а затем решимость яркой вспышкой отразились на лице.

- Сколько у нас времени? – деловито уточнил он.

- Полторы минуты.

- Ты же сможешь? – Ашта от волнения запнулся, но я и так его понял. - Им нужно помочь!

- Я пока не готов, - глухо отозвался Сириус.

Мой ответ не понадобился, лекарь правильно понял мое молчание.

- Тут кристаллы, если восполнить энергию, - пробормотал Ашта. – Рахданс, печать! Тебе не стоит спускаться, она и на меня странно влияет…

Я застыл в воздухе ровно с последними его словами. Была такая мысль: спуститься и восполнить энергию за счет мониаров.

- Лейн, делай, что нужно! – словно что-то для себя решив, уверенно заявил друг. – Я передам тебе столько энергии, сколько потребуется! Мы должны успеть до того, как нас…

Он не договорил, схватил сразу пригоршню кристаллов.

- Ашта! Ты сожжешь все каналы! – рыкнул я, понимая, что предложенное целителем действительно единственный способ помочь душам и не дать им снова превратиться в гадкие.

- Пусть! Но до того, ты спасешь их! – По его телу прошла судорога.

Прием такого количества мониаров за раз – болезненно, но Ашта выдержал.

Я ощутил сначала тонкий ручеек его силы, который не только вливался в меня подлечивая, но и заполнял резерв. Стремительно заполнял. Это было куда мощнее даже вливания силы рода… Ошеломительное количество кристаллов мониара, поглощаемых в непрерывной цепочке… Ашта… Он не выживет после такого!

Я потрясённо застыл в воздухе, чуть не сложив крылья, но Сириус не дремал, и ухватил контроль, заставляя нас набрать высоту.

- Сорок секунд, Лейн, - напомнил Сириус. – Приступай! Жертва Ашты не должна быть напрасной!

- Она и не будет, - заверил его, позволяя энергии разойтись по телу для самого главного – заклинания очищения.

Вряд ли шестикрылый действительно является нам другом. И наверняка ошибочно было думать, что он спешит на помощь. Впрочем, в тот раз, он ведь куда-то делся, позволяя моей родне нам помочь?  Это все промелькнуло в моей голове за секунду, а потом все взорвалось чудовищной болью.

Мои каналы тоже не выдерживали потока поставляемой энергии. Я буквально слышал, как лопаются сосуды, словно они были струнами. Не знаю, как еще держался Ашта, но энергия все еще поступала. Я буквально разрывался изнутри, выплескивая рваными всполохами черный туман.

- Держись, Лейн, - шептал Сириус. – Держись, нужно охватить всех и сразу. Давай, ты сможешь.

- Мы сможем, - твердо повторил за ним и последний раз взмахнув крыльями, застыл на месте.

Всю энергию, что была внутри меня, заставил выплеснуться, распылиться вокруг, окутать собой все души, что все еще продолжали находиться здесь, прикованные моей волей.

Только после того, как понял, что моя магия дотронулась каждой из них, отдал приказ, отдавая в него весь имеющийся магический резерв.

Магия заискрилась в пространстве, пока все не поглотил ослепительно яркий свет от перерождения душ.

Летя стремительно вниз, не имея сил пошевелиться и сделать хоть один взмах, все равно испытывал радость от того, что смог отправить души на путь перерождения до того, как шестикрылый настиг меня и Ашту.

Я думал о том, что еще не успел сделать слишком много. О том, что мой иллами, скорее всего, погиб, а вместе с ним погибну и я, выжить после такого падения – не реально. А магии во мне совершенно точно нет. Больше нет, все отдал, и наверняка, сжег каналы.

Мы сделали малое, когда нужно так много! Совет, будь он проклят, переиграл! Не хватило всего немного времени!

Сколько таких слияний гадких душ еще бродит по миру? Как долго еще род Скарлерр будет решать, кому и от кого рожать, ведь причина по которой наши женщины не способны зачать, полностью их вина! Как долго они еще будут проводить свои эксперименты, пока не разрушат Тантерайт?

Боюсь, теперь со всем придется разбираться не мне, моя роль сыграна.

Почему-то в этот момент я совсем не думал ни о помощи, которую сам же вызвал, ни о своём роде. Перед глазами стояло лицо Марины. Смешливое, решительное, любимое…

Осознание на чьи именно плечи ляжет то, что я не доделал, стрелой промчалось в голове. А затем последовал удар. Мощный и вместе с тем смягчённый. Я упал на Ашту… Прости друг, твое желание исполнено – души ушли на перерождение!

Падение на тело друга совершенно точно меня не спасло, в голове словно что-то щелкнуло, обрывая дыхание и выключая способность мыслить. Все поглотила тьма.

Глава двадцать первая

- С новым рождением, лорд Альветар!

Громогласный, торжественный тон говорившего заставил меня разлепить веки.

Я не очень понимал, что происходит. Откровенно говоря, совершенно не понимал. Однако, что удивительно, чувствовал я себя превосходно, словно действительно заново родился. По напряженному телу струилась энергия, залечивая ссадины, насыщая собой и давая возможность ощутить себя чуть ли не всемогущим.

Когда зрение немного прояснилось, я с удивлением отметил, что нахожусь рядом с неподвижно лежащим Аштой, который совершенно точно дышал, но находился без сознания, а надо мной склонился шестикрылый.

- Твоя сила прекрасна, - заметил он на мою попытку призвать магию и ударить. – Но побереги силы. Я не причиню тебе вреда.

- Тогда зачем? – я попытался встать, но с первого раза не вышло.

Видимо, от долгого лежания в неудобной позе.

– Зачем вы здесь? – конкретизировал свой вопрос, наконец поднявшись и взглянув в лицо мужчины.

В голове гудело так, будто там обживался целый рой пчел, либо по этой самой многострадальной голове надавали так, словно она была барабаном на празднике Триединства.

Первое, что пришло на ум, когда я рассмотрел незнакомца — это то, что я никогда прежде не встречал таких людей. И дело даже не совсем в его силе, которая окутывала не только его, но и окружающее нас пространство.

Черты лица казались слишком идеальными, правильными, невообразимо красивыми. Такими, будто передо мной восхитительная, совершенная статуя, а не живой человек. Единственным, что выглядело инородным, это глаза. Такие не могли быть у простого человека. Яркие, цвета спелой вишни, подвижные зрачки в виде то ли ромба, то ли какого-то неправильного треугольника. Они привлекали к себе гораздо больше внимания. Хотелось любоваться, задержать дыхание и смотреть…

Влечение имело такую силу, что это потрясало и пугало. Для меня было в новинку испытывать такие эмоции, особенно если учесть, что передо мной мужчина.

И сила, которая шла от шестикрылого, являлась давящей, но вместе с тем была нежной. Странное сочетание. Однако, это совершенно точно приводило к одному умозаключению - мне она точно не несла угрозы. Никакой.

И это тоже можно было назвать странным, потому что я не верил в дружеские намерения шестикрылого. Несмотря на выводы дяди и предположению, леди Марины, о котором поведала ее мама через своего иллами.

Второе, что я должен преклонить колени. Преклонить и молчать вместо того, чтобы требовать ответы и тем более угрожать, как я пытался своей силой при пробуждении. И это как минимум. Бороться с этим желанием было довольно трудно, но я все-таки устоял.

- А новое имя рода тебя не интересует? – слегка насмешливо уточнил шестикрылый. – Память твоя точно заблокирована. Уж это я вижу.

- Что? Ах, да. Вы назвали меня Альветар. – И замолк, соображая.

Неужели я прошел первый этап эволюции? Правда, мне казалось, такое знаменательное событие, я точно бы запомнил.

А помнил я только то, как умирал. Видимо, лишь потерял сознание от боли.

И почему род Альветар? Как же леди Марина? Разве теперь это не имя ее рода? Вопросы множились, но ответа не находилось, даже предположений, и тех у меня не было. Я запутался. И что значит память заблокирована? Бреши в своем сознании я не замечал, воспоминания мои, и не только, спасибо дару, находились при мне.

- Послушайте, вы ошибаетесь. – Все же произнес я, чуть сместив взгляд вниз, смотреть в лицо мужчины оказалось чудовищно тяжело. – Имя моего рода Даррак. Тот, который вы назвали, никак не может быть моим. Я не отказывался от своего рода.

Да и выдавать желаемое, я про союз с леди Мариной, жестоко. Правда, вслух этого не сказал.

- Ты умер, мальчик, - сообщил так просто, будто речь шла о чем-то не очень существенном. – Умер, но воскрес. Такова воля богов. А я наконец могу воспользоваться своим последним правом вмешательства для восстановления равновесия и помощи этому миру.

- Простите, но я не понимаю, - вынужден был признать.

Это ощущение абсолютной беспомощности мне не нравилось. Я попытался позвать Сириуса, но не получил никакого отклика. Правда, откуда-то точно знал, что тот не развоплотился и…не одинок! А во мне бурлит не только тьма!

- Знаю, но времени у нас не так много. Твоя память пробудится позже, и ты обязательно вспомнишь все то, что тебе сказали боги во время твоей смерти. А пока, запомни: не удивляйся тому, кто придет тебе на помощь.

- Почему я должен удивиться дяде? Подождите, - голова взорвалась болью, кратковременной, как вспышка, но этого хватило, чтобы осечься и задышать, жадно, глубоки вдохами. Меня мутило и довольно сильно. А перед глазами плыли цветные пятна, которые хаотично складывались в образы. Чудилась Марина, которая отважно вложила ладонь в мою руку и чего-то явно требовала, а я с этим соглашался. Но с чем именно и от кого мы что-то требовали?

Касание горячих пальцев ко лбу, заставило меня вздрогнуть, но именно оно подарило мне облегчение.

- Не пытайся сейчас ворошить память. Будет только хуже. Да и том, как я к тебе обратился, ты явно забудешь, - кажется, шестикрылый жалел, что поторопился с новым обращением. И меня откровенно насторожило его предупреждение. - Просто слушай. Временно я заблокировал портал, по которому к тебе шли на помощь, в прошлый раз я этого сделать не успел и не стал вмешиваться. И теперь вижу, что поступил верно.

- В прошлый? На землях рода Соллар?

- Да, я шел помогать, но ты справился самостоятельно. Что в итоге привело тебя к новой способности, вмешайся я, и боги бы не одарили тебя так щедро. К тому же у тебя было время узнать достаточно, чтобы сейчас поверить мне. Впрочем, я бы предпочел, чтобы леди Марина получила новую силу после тебя, но с богами не спорят.

Я с усилием заставил себя не задать вопрос о любимой. Откуда-то я был уверен, что о ней мне как раз ничего и не ответят.

- Достаточно, это об экспериментах рода Скарлерр?

- И об этом в том числе.

На самом деле доказательств их бесчинств было до обидного мало. Только те воспоминания, что я сумел считать с Родрика и часть с наследника рода Скарлерр. Последнее и вовсе вышло случайно: в очередной раз я требовал проведения ритуала для обретения прав главы рода Даррак и конечно же, своего не добился, наоборот, был отправлен на очередное задание, а лорд Эртан присутствовал при моем обращении. Да и порталом мы вместе в Академгородок возвращались.

Вот там-то, перед зданием администрации, он и поскользнулся, а мне пришлось его придержать. Специально считывать его память у меня точно не было намерений.

Однако они появились позже, когда я пытался пробиться в память их отца. Но на том, словно защита от моего дара стояла!

И нам катастрофически не хватало времени. Ни все обдумать, ни нормально поговорить с дядей. Я уже и забыл, когда толком отдыхал. Отказаться от заданий – не имел права, мой отказ мог привести к наихудшему развитию – вычеркиванию моей кандидатуры как нового главы, и это несмотря на то, что наследная сила избрала меня. Меня попросту бы не допустили к ритуалу…  И тут молись богам, не молись – толку не будет.

Впрочем, мне хватило того, что я узнал от Рода, чтобы сделать соответствующие выводы. Еще и поэтому я настаивал на его помощи в этом деле, хотел присмотреть з аним, а позже попытаться получить больше информации. Не вышло. И задание оказалось ловушкой, и Родрик сбежал.

Уничтожение рода Соллар отчасти его вина. И пусть Род был всего лишь пешкой, слепой марионеткой, который не владел достаточными знаниями, именно он тот, кто привел за собой столько гадких душ. Не за один раз, зато именно он активировал их на уничтожение рода Соллар, пусть сам этого и не понимал.

К тому же на землях Соллар проводились эксперименты над кристаллами мониара, в которых каким-то образом участвовали гадкие души.

Увы, каким именно, я выяснить не смог. Просто из воспоминаний Эртана Лестарна тан Скарлерр, увидел, как отец приказал ему забрать готовую партию оскверненных кристаллов мониара и привести в лабораторию гадкие души для последующей партии. Старое воспоминание, к сожалению. На горячем уже было не поймать.

И таких лабораторий на землях светлых и темных, точно не одна штука была.

Если бы не разрушения, которые мы зафиксировали в большинстве случаев еще до прибытия ликвидаторов, наверняка бы имелись веские доказательства. Но их не было. А то, чем я располагал слишком мало для активных действий.

Чуть позже у меня сложилось впечатление, что Скарлерр подчищал за собой хвосты, явно достигнув того, чего желал. Или почти достигнув. А может, испугавшись чего-то...

- Не чего-то, - ворвавшись в мои мысли, чем предельно изумил меня, поправил шестикрылый, - а кого-то. Твоего отца. Помолвка с леди Глоуддак была нужна для отвлечения внимания. И это сработало.

- Сработало? – эхом переспросил. – Он знал, что отец откажется от помолвки? Ценой своей жизни?

- Последнее скорее приятное стечение обстоятельств для него. Ты ведь уже выяснил, каким образом род Скарлерр управлял деторождением?

- С помощью осквернённых кристаллов мониара. – Охотно ответил ему.

Проблема только в том, что лично я не совсем понимал, каким образом Скарлерр устроили такую широкую сеть. Потому что влияние испорченных кристаллов давешнее, даже моя мама ему подверглась. И словам тетушки я склонен верить, откровенно говоря, именно она и заметила следы проклятья.

Впрочем, как показала практика, дело было не в нем, а в пагубном влиянии осквернённых кристаллов мониара.

При длительном приеме они изменяли структуру энергетических каналов, особенно доставалось тем, что шли через репродуктивную систему женщин. Хотя и не объясняло того, почему по мужчинам бьет меньше, сказываясь лишь на резерве и то, не сказать, чтобы критически.

То есть по всему выходило, что род Скарлерр не один год, и даже не один век, занимался осквернением кристаллов мониара и внедрением их по всем родам.

Но каким образом им это удалось?!

- Все куда сложнее, чем просто оскверненные кристаллы мониара. – Тем временем заявил шестикрылый. Имени он мне своего так и не назвал, и что-то мне подсказывало, вряд ли назовет. – Леди тер Глоуддак должна была достаться лорду тан Сайттар по давней договоренности, так как его попытки заиметь наследников не увенчались успехом. И не увенчались бы, о чем ему прозрачно намекали, желая получить выгоду.

У меня спина покрылась испариной, кажется, я понял о чем идет речь.

- Что род Скарлерр потребовал взамен неиспорченной девушки?

- Поддержки, конечно же, и прикрытие. Сайттар долгое время подчищал неудачные результаты экспериментов на землях светлых. Гибель последней жены и младенца, случилась по его вине, а потому ему дали еще одну попытку – леди тер Глоуддак. И даже оплатили баснословное данно.

- Иными словами, если бы не объявили мою помолвку, он бы и дальше всех покрывал, а мы бы ни о чем не узнали?

Я начал понимать, почему скоропалительно поменяли вектор в решении проблем с деторождением и гибелью леди. Мой отец, видимо, что-то нащупал. Но тут его сбили с мысли всеобщим решением проблемы с помощью помолвки между отпрысками первых родов.

- Узнали, но тогда было бы слишком поздно.

- А у нас? У нас этим занимался второй род?

- Очень удобно, верно? Приближенные к первому, но втайне мечтавшие стать первым. Леди Изельде помогли стать невестой твоего отца. Мэнрайд  ведь и не планировал больше жениться. Любил твою маму. Да и главой быть тоже не хотел несмотря на то, что сила избрала его. Сегодня все вернулось на свои места: сын Арвана стал наследником, а ты главой рода Альветар. И для этого тебе никакой ритуал не нужен.

Я привычно проглотил вопрос о Марине. Да и высказывание о главенстве меня интересовало мало. Я пытался понять, насколько могу доверять шестикрылому и от его ответа зависело многое.

- Почему сейчас? Почему вы вмешиваетесь сейчас, а не раньше? Когда многих жертв можно было избежать, и не допускать такого количества гадких душ в мире?

- Ты невнимательно слушал. Я использую свое последнее право на вмешательство, - то ли пожурил, то просто напомнил, но таким тоном, словно сделал одолжение. – Я имел право на три вмешательства, как и предыдущие два хранителя, желающие пройти последний этап эволюции.

Новость не то, чтобы меня потрясла. Скажем так, что-то подобное я уже начал подозревать о роли шестикрылого, но вместе с тем услышать это, все же было неприятно. Мы и наш мир всего лишь ступенька для достижения карьерного роста! Для него – всего лишь задание, когда для нас – судьба всего мира… Нет, подобное все равно не очень укладывалось в моей голове. Я готов был жизнь отдать за то, чтобы очистить души и отправить их на перерождение. Даже не так, если верить словам посланника богов, так и случилось, и знать, что я был всего лишь пешкой для чьего-то продвижения, невыносимо горько…

- Вы сказали, что были и другие?

- Верно, любому миру, идущему по пути разрушения, дается три шанса на исправление ситуации. Каждый бог отправляет в такой мир того, на кого возлагает надежды, как на будущего демиурга, с которым сможет разделить часть своей силы.

Такие подробности мне знать было неоткуда.

Нет, то, что хранитель илами проходит три этапа эволюции – известно всем. В первом этапе он получает нового иллами с противоположной направленностью магии, как леди Марина – светлую магию и светлого иллами, во втором – еще одного и также с другой направленностью. В итоге хранитель становится обладателем всех направленностей магии и разных иллами.

Так же известно, что конечный результат – это становление хранителя иллами помощником богов и разделение с ними их силы. Но вот то, что у каждого бога свой помощник, и что задания бывают такими – для меня новость. Надо сказать, что довольно неприятная новость. Если хочешь помочь, разве не стоит просто взять и помочь? Без всяких «но».

- Помощь еще нужно заслужить, - врываясь в мои мысли, строго сказал шестикрылый. – Не все души, прошедшие путь перерождения смогли подавить все запретные, пагубные, чаще приводящие к разрушениям, чувства и желания. Такие души должны пройти не одно перерождение, чтобы обновиться и наконец впитать мудрость богов, заложенную в каждой душе. Или же в итоге оказаться уничтоженными, если собственные страсти для них окажутся важнее помыслов создателей.

Я вздохнул, отчасти признавая правоту говорившего. Оказаться достойным может не каждый. К примеру, Ашта и Родрик, кому бы лично я первым оказал помощь? Ответ слишком очевиден.

- Я был отправлен Айваной, двое других соответственно Терраном и Татейем, но они не справились. И скажу сразу, такие помощники, кто не оправдал божественного ожидания – уходят на перерождение или вовсе его лишаются, если была допущена еще большая ошибка. Мы не забавляемся, выполняя задание, мы рискуем своей жизнью и уже достигнутым.

- То есть каждый помощник выбирал сторону? И получается, что первые два выбрали неверно? Вам ничего не будет за то, что вы так подробно рассказываете?

- Получается, иначе меня бы здесь не было. – Хмыкнул шестикрылый, а его сила словно невзначай прошлась по моему телу ласковым ветром. Странно, но именно сейчас я отчетливей ощутил богиню. Именно ее мощь. - Однажды, и ты окажешься перед таким выбором: кому помочь и чью сторону избрать для того, чтобы вернуть мир на правильный путь развития. Сейчас в вашем мире утрачено много знаний, он находится на пороге того, чтобы стать «утратившим корни», или, как называете вы, низшим.

- Да, Тантерайт является десятым высшим миром, а ведь когда-то был четвертым…

Шестикрылый рассмеялся. Легко, задорно, очень заразительно, что я едва удержался от того, чтобы присоединиться. Он смеялся с таким чувством, будто я сказал что-то невообразимо смешное, от чего ну просто нельзя было удержаться и не рассмеяться.

- Миров, в которых не утратили корни или не до конца их утратили, гораздо больше, чем десять. – Отсмеявшись, заявил он, а я замер, потрясенный его откровениями. Это же насколько мы утратили корни?! – Однако в рамках одной системы, такие миры действительно ограничены определенным количеством: от десяти до тридцати. В вашем случае ограничение равно десяти мирам не утративших корни, или, как вы называете, высшим и более пятидесяти тех миров, что утратили корни.

Кажется, мне стало немного плохо от таких откровений. Всю жизнь считать себя почти венцом творения богов, тем кому позволено куда больше, а в итоге выяснить, что мы считай почти безбожники! Кощунственно обращающиеся со своим наследием!

- Так что миров намного больше, чем ты считал раньше. Вот поэтому мы и нужны нашим богам. Чтобы курировать те миры, которые утратили корни, но при этом в них еще рождаются те, кто чтит главную заповедь и достоин лучшего перерождения. Однако заслужить такую милость тоже непросто…

Шестикрылый замолчал, скорее всего, давая мне возможность хоть немного прийти в себя после своих откровений. А я лихорадочно размышлял над тем, как быть с полученной информацией? Где выяснить больше и самое главное, как распространить, чтобы мы, не только хранители иллами, исправились?

- Касаемо твоего вопроса о вмешательстве, - вернулся к поднятой мной теме посланник Айваны, - первый раз я вмешался в ход событий, когда столкнул твоих родителей. Леди Нитарина предназначалась другому мужчине. Однако совместимость Мэнрайда и ее оказалась стопроцентной, а их взаимное влечение не уменьшилось и в посмертии. Твои родители, Айтерртей, обретут свое счастье, которого их лишили, но уже в новом рождении. Я же достиг своей цели.

- Мое рождение? – хрипло спросил я, начиная догадываться почему я для богини был «любимчиком». Во всяком случае, одной из причин подобного более лояльного отношения.

- Именно.

- А второе вмешательство… Это леди Марина?

- Нет, за рождение леди Марины тебе следует благодарить богов и ее родителей. Мое второе вмешательство – это временная петля, из-за которой Марсэмиар решил, что его жена и дочь умерли. Если бы я не вмешался, твоя равная бы погибла раньше, чем вы бы встретились. И уж тем более бы не родился единокровный брат Марины, который в будущем должен стать великим хранителем иллами и главой рода Аргхарай.

- Равная? – выцепил я новую информацию.

Удивительно, но внутренне я действительно считал Марину равной себе. Причем это началось еще давно, когда я имел обязательства перед другой леди. Сложно не восхищаться леди Альветар. Не тогда, когда ежедневно следишь за ее развитием, становлением, за тем, как она воспринимает мир и окружающих людей. За тем, как борется с обстоятельствами, выкладываясь полностью, не халтуря и не прося пощады. При этом не боясь показаться слабой или смешной. Чаще именно я ловил себя на мысли, что сломался бы раньше, от тех зверских тренировок, что ей довелось пройти за краткий срок.

Очень многое из того, что присуще характеру девушки, созвучно с моим внутренним мироощущением.

Невозможно не восхищаться ее мужеством и самоотверженностью. И забыть об этом также невозможно. Она никогда не будет послушной леди, которая к тому же беспрекословно подчиняется мужчинам рода и даже мужу.

Марина всегда будет отстаивать и свое мнение, и тех, кто ей дорог. И совершенно не важно, какой при этом она будет иметь статус – главы ли рода или просто будучи одной из членов рода.

Я давно это принял, мало того, на меньшее и не согласен. Я всегда мечтал именно о такой жене, пусть только недавно это понял.

Такой, что сможет не только показать свою слабость и признать, что чего-то не знает и не умеет, но и разделит ответственность перед семьей, родом. Не испугается изменчивого нрава богов, не отвернется и столь же неистово, как она защищает тех, кто ей дорог, будет любить свою семью. Детей, которых выносит и родит.

Мне сложно не то, что представить, я даже помыслить не могу, что Марина откажется принимать живейшее участие в воспитании своих детей, и, тем более что она захочет переложить эти обязанности на гувернёров. Леди Альветар особенная, в этом я с Родриком согласен. А вот с чем категорично не согласен, так это с тем, что у кого-то есть шанс стать ее мужем. Нет и не будет. Не предоставлю.

- Собственник, тебе повезло, что ваши чувства взаимны,  - рассмеялся шестикрылый. – Можешь выдохнуть, вы рождены друг для друга. Ваша любовь имеет давние корни, впрочем, не только ваша…

Сказав это, мужчина щелкнул пальцами и вдруг посерьезнел.

- Завтра все свершится. И ты должен быть готов, поэтому слушай внимательно.

Да я вроде и так не единого слова не пропустил. Но мне хотелось бы хотелось услышать еще что-нибудь о леди Альветар.

- Все, что связано с твоей любимой, ты узнаешь позже. Боги снимут печать забвения, когда посчитают нужным, не противься их воле. Не напрягайся, иначе не только все испортишь, но и навредишь тем, кто тебе дорог.

Не знаю почему, но в этот момент я почему-то подумал об Аште, который лежал на земле.

То ли интуиция, то ли все-таки пробивающаяся память, но речь совершенно точно шла о моем друге.

- Как я уже сказал, мы имеем право вмешиваться всего три раза, но выбираем сами и кому помогать, и как оказывать помощь. Я не делился своей силой и способностями, мой метод – информирование и предоставление альтернативы. Последнее, правда, не всегда на добровольной основе, однако обратись я с предложением напрямую, уверен, был бы выбран именно мой вариант.  – Судя по всему, речь о временной петле, из-за которой отец Марины нашел их только спустя сорок лет. - Я всегда считал, еще будучи простым хранителем, и продолжаю считать, что все мы имеем право сами избирать свой путь. Сейчас ты можешь прислушаться к моим словам, можешь отмахнуться от них, и это всецело твой выбор.

- Глупо отказываться от помощи, - поморщился я. – Хотя я все еще недоверчиво отношусь и к вам, и к вашим словам.

- Твое право, - кивнул он. – Однако так думаю только я. Мои предшественники поступили иначе.

По спине побежали мурашки, кажется, на сегодня с плохими вестями еще не кончено.

- Поделившись своей силой с тем, кого посчитали достойным? Слияния гадких душ – это особенность хранителей прошедших два этапа эволюции?

- Разделив, и нет, это дар одного из моих предшественников – собирать гадкие души в одно существо для быстрейшего очищения, а также управлять ими. Мы сами по себе привлекаем гадкие души, потому что являемся для них маяком.

- Из-за божественной силы? В вас ведь ее больше, чем в любом другом хранителе иллами?

- Совершенно верно. Гадкие души стремятся к нам бессознательно, однако даром изменять гадкие души и управлять ими обладают немногие, а теперь он получил новое воплощение – в виде сдвоенного артефакта, которым владеет род Скарлерр и уже не один век.

- Чем еще они владеют? – у меня перехватило дыхание.

- Знаниями, умениями, вот эти печати, - шестикрылый указал на землю, - в ваших академиях не преподают. Но самое главное, они знают, что по-настоящему одаренные дети рождаются только в любви.

- Неудивительно, что у главы их рода аж трое сыновей, в то время как у других не всегда рождаются дети, даже девочки…  Чаще вообще мертворожденные, - гневно выдохнул я.

А ведь именно Совет всегда настаивал на том, чтобы пары составлялись согласно статусу, даже не всегда совместимость учитывалась! Особенно, если речь шла о великом роде!

- Семеро, - поправил меня шестикрылый и я поперхнулся.

- Что?

- У него семеро сыновей и трое дочерей. К слову, его жена в данный момент носит еще одного ребёнка.

- Его жена? – вот тут, каюсь, мне стало дурно. – Леди Леола же погибла при родах и вот уже сто лет глава рода Скарлерр считается вдовцом!

- Скажу больше, ты не того считаешь наследником. И не только ты, трое о которых ты знаешь, даже не догадываются о том, что их семья несколько больше, чем они считают. К тому же у главы рода Скарлерр дети истинно одаренные – обладают разной направленностью магии.

- Прошли первую ступень эволюции? – ужаснулся я.

- Нет, у его первенца и еще у двух сыновей магия света, а у двух дочерей – магия тьмы.

- Подождите, но это невозможно!

- С чего вдруг? Только богам решать, как именно одаривать своих творений. – Насмешливо ответил шестикрылый. – И поверь, вмешательство в их планы дорого обойдутся тем, кто посмел нарушить естественный ход. Они никогда не получат нового воплощения.

- Тогда почему, если мои родители искренне любили друг друга, я родился с магией тьмы? А дети Арвана и Руданы? Такой привязанности и любви, как у моих дяди и тети, я ни у кого не видел!

- Увы, ответ знают только боги, - пожал плечами шестикрылый. – Но насколько я могу судить, очень многое зависит от принятия своей половинки. Не столько осознание влечения и желания обладать своей парой, сколько горячее желание видеть избранника или избранницу счастливыми и сильного стремления этого достичь. Понимаешь?

- Кажется, да. – Пробормотал я, анализируя полученную информацию. – Если у Скарлерр настолько одаренные дети, тогда зачем им нужна была поддержка иных родов? Слишком рискованно. Куда проще было внедрить своих детей в нужные рода и заручиться уже «родственной» поддержкой.

- Этим детям еще нужно было вырасти. Тем более своей цели они добились: два ректора академии – имеют прямое отношение к роду Скарлерр.

Я поймал себя на мысли, что мне больше ничего не хочется знать. Совершенно. Масштаб происходящего не просто потрясал и ошеломлял, он никак не хотел укладываться в голове. Сколько лет все длится? И какая цель? Единоличное господство? Все казалось настолько фантастичным и вместе с тем страшным, что неведение было бы благом. Но я не имел права ни на малодушие, ни на то, чтобы отступать.

- Дядя стал ректором Академии Хилт не случайно? Это была воля богов? Вот почему наследная сила рода сменила носителя? Арван показался богам лучшим кандидатом?

- Думаю, это сейчас не столь существенно.

Я бы поспорил, тем более мне обещали информацию в виде помощи, но не стал.

- Им нужны были академии для беспрепятственного доступа к студентам? – все же проглотил свое недовольство и задал следующий вопрос.

- И вхождению в их семьи в любое удобное время. Как ты уже знаешь, нынешнее поколение девушек имеет определенные проблемы по части репродуктивной системы.

- Твари! – не сдержался я. – Они регулируют рождаемость в великих родах, намеренно ослабляя их, чтобы в итоге остаться единственными хранителями иллами?

- В правильном направлении мыслишь, - кивнул посланник богов. – Если это произойдет, я уверен, что боги уничтожат ваш мир, минуя стадию «низшего» мира.

- Я не понимаю, они ведь все видят, знают о планах своих детей, но не вмешиваются напрямую? Почему вместо того, чтобы уничтожить тех, кто стремится стать чуть ли не богом, они посылают вас, помощников? Мой отец не мечтал о господстве, но отдал свою жизнь за отмену древнего ритуала, а Скарлерр неприкосновенен?

Меня потряхивало от несправедливости. В этот момент я как никто другой понимал Марину, которая ровно также дрожала от ярости и непонимания, когда бросала мне в лицо похожий вопрос о несправедливости.

- Не уверен, что тебе понравится мой ответ. – Серьезно и несколько извиняющимся тоном ответил шестикрылый. – Но я сам выбрал такой способ помощи, поэтому отвечу. Дело в обучении и естественном отборе.

- Что?

- Думаешь так легко стать демиургом? Просто получил силу и иди помогай мирам? А то и свои создавай, конечно, при одобрении Айваны, Террана, Татейя? Нас учат, испытывают, поверяют насколько мы готовы перейти на новую ступень эволюции души. Стать не просто творением, а творцом. Миров, как я уже сказал, много. Их очень много, Айтерртей. Ваш изначально был не лучше и не хуже остальных, но как только он начнёт угрожать мирозданью – будет уничтожен.

- Разве это наш мир угрожает? Род паразитов методично и не одно столетие измывается над его жителями, причём с подачи двух ваших предшественников, а виноват весь Тантерайт?!

Я не сумел сдержаться. Да и кто бы смог?!

- Виноват, - резко бросил шестикрылый. – Виноват тем, что позволил когда-то уничтожить род Альветар.

Я уставился на посланника богов, решив, что ослышался.

- Жизнь сохранили двум малолетним девочкам. Одной едва исполнилось два года, другая только родилась. И судьба первой гораздо страшнее, чем ты себе можешь представить. Она не пережила издевательств. Вторую же припрятали, желая получить могущественное потомство. Но вряд ли они ожидали, что она встретит свою любовь и в итоге проживет счастливую жизнь. Твоя мама была ее очень дальним потомком.

Меня уже мутило от этих откровений. Знать историю своего мира нужно, войны не являются чем-то редким для нашего мира, они велись всегда: как явные, так и скрытые. Между великими родами так и вовсе на постоянной основе. Однако слышать такие подробности было гадко.

- За них никто не заступился. Поделили земли, власть, стерли любые упоминания о роде Альветар, будто его никогда и не существовало. Информацию о них давал уже мой предшественник своему протеже, именно его знания нанесли на бумагу, а вы недавно обнаружили подкинутый архив в одном из поместьев опального рода.

- У рода Сайттар, - выдохнул я. – Подкинутый?

- Да. Все ваши великие рода в этом участвовали! Все, непричастных не было. – Яростно выдохнул шестикрылый, не став заострять внимание на очередной махинации, я так полагаю, Скарлерра. - Впрочем, великими вы зваться стали уже после того, как уничтожили Альветар, и рейтинг родов был создан тогда же. Жители Тантерайта сами виноваты в том, что с ними случилось. В том, что стало рождаться больше людей без магической силы, в том, что хранителей иллами стало еще меньше. Скарлерр просто ускорил неминуемое.

- Если они всего лишь ускорили неминуемое, тогда почему появились вы? Почему тогда шанс все же дается?

- Потому что, как я уже сказал, среди вас рождаются те, кто достоин иной судьбы. Все вы имеете право на искупление. А мир имеет шанс на существование. Уверен, если бы не те две девочки, а точнее та одна, которая нашла свою любовь, этого разговора никогда бы не состоялось. Не с кем было бы.

- То есть наш мир получил шанс только потому, что сумел сохранить потомков сильного рода?

- Знаешь, как переводится Альветар? Откуда тебе знать, - сам себе ответил шестикрылый. – Поцелованные богами. Такой род есть в любом мире. Особенный, в котором нашлось отражение всем помыслам богов. Род, в котором сама любовь в любом ее проявлении возведена в ранг божества. Род, который, по сути, и является хранителями мира, наставниками для всех других. А вы его уничтожили…

Я промолчал. На такое обвинение мне нечего ответить. Нас тогда еще мягко наказали. Да, Тантерайт страдает, что выражается в медленном, болезненном падении былых позиций в системе миров, вырождению населения, убыли магии… Все это результат божественного наказания. Теперь я это понял. Но при этом боги продолжают нас любить, раз дают возможность пусть не исправить прошлое, но создать будущее, в котором мы не будем гнаться за силой, а пойдем по пути созидании и гармонии.

Конечно, легким такой путь не будет. Но он обязательно должным быть справедливым ко всем, кто пожелает избрать эту дорогу.

- Ты – Альветар, иначе просто не можешь мыслить, - удовлетворительно кивнул шестикрылый. – Касаемо цели лорда тан Скарлерр, он искренне верит в то, что действует верно: не давая нормально размножаться виноватым в падении рода Альветар, а завтра и вовсе желая уничтожить оставшихся, чтобы дать жизнь новым, правильным, избранным людям. Он сам хочет стать таким родом, которым был род Альветар. Вот только это невозможно, в них нет того, что для этого требуется.

- Завтра во время поступления новых студентов в академии или во время выбора факультетов?

Это принципиально разное время. Первое происходит ранним утром, второе – почти в обед. Студенты, конечно, прибывают утром, чуть позже будущих нулевиков, но формирование команд и распределение по факультетам состоятся не раньше полудня.

- И, вы сказали сдвоенный артефакт, - я вспомнил то, о чем еще хотел спросить. – Что это означает? Мне прежде не доводилось слышать о подобном.

- Сдвоенный – значит наделенный несколькими сильными дарами, ты если захочешь, сможешь создать подобный. Для этого тебе придется отдать твои способности, те самые дары, что преподнесли тебе боги. И тот, кто будет владеть таким артефактом, сможет левитировать, читать чужие мысли, и конечно же, воспоминания, а также регенерировать с большой скоростью и быстро восполнять резерв.

Шестикрылый так легко обозначил все дары, которыми я обладал, что последние сомнения в отношении него у меня пропали. Он не враг. И я буду трижды идиотом, если продолжу сомневаться. Потому что во время беседы с ним я ни разу не думал о своих способностях. Точнее не совсем так, настолько полно об этом не думал! О том, что я еще могу читать мысли, правда, как следует поднапрягшись, знает только мой дядюшка. Это новый виток моего дара, который открылся не так давно, раньше я был уверен, что могу считывать только воспоминания.

- Рад, что ты это понял. – Не оставил без внимания мои умозаключения посланник богов. – Вторая способность этого артефакта - безошибочно определять уровень совместимости хранителей иллами.

- Рахданс! – выругался я.

Потому что понял о чем идет речь. Пусть никогда этот артефакт не видел, потому что доступа к нему даже у дяди нет! Только к результатам его работы! И никому ни разу в голову не приходило, почему ректоры получают только сводки по совместимости, а прямого доступа к артефакту не имеют.

Выходит, причина в том, что он хранится в другом месте, а в академии его приносят время от времени!

- Пять раз в год, - конкретизировал шестикрылый. – Завтра тоже принесут.

- А вместе с ним и слияния гадких душ? – уточнил я. – Чтобы те уничтожили и поступающих, и зрителей. Их соберётся немало, ведь на леди Альветар посмотреть захотят многие. Посмотреть и представиться!

Мне уже не требовался ответ. Мои мысли неслись бурным потоком, выстраиваясь в логическую цепочку.

- Для всех это будет страшный прорыв, но позже объяснение, конечно же, найдется. Ведь уже три с половиной года мы фиксируем странную активность гадких душ. Их стало больше, гораздо больше. Специально приманивают артефактом, но никому это даже в голову не придёт! Совета не станет, точнее всех тех, кто не нужен Скарлеррам, как и их наследников. Как и многих одаренных. Неужели Родрика, Ксара и Эртана тоже приговорили? Чтобы отвести от себя подозрения? В живых останутся не достигшие совершеннолетия представители других родов, и по счастью, оставшиеся дома, и им-то уготована участь продолжать род Скарлерров?

- Чуть крупнее масштаб, - поправил меня шестикрылый. – Жителей Академгородка это тоже затронет, а еще прорывы случатся в некоторых поместьях на землях светлых и темных. Какая жалость, что практически все действующие ликвидаторы окажутся не дома.

Меня кинуло в жар, потом в холод. Испариной покрылся лоб. Даже руки и те начали дрожать!

- Что я должен сделать, чтобы это предотвратить?

- Довериться леди Марине и делать то, что должно. Ты умный, быстро сообразишь.

- Что?!

- А еще тому, кто сейчас придёт за тобой. На этом, извини, мое время вышло. Я и так сказал больше того, что собирался. Надеюсь, боги не посчитают мое самоуправство чрезмерным.

Реальность пошла рябью, только сейчас до меня дошло, что посланник богов не просто не дал открыться порталу, он заставил замереть время! Уж не знаю во всем ли мире, или только в этом пространстве, но даже если только последнее — это впечатляло и ужасало!

За ним скрывалась небольшая точка портала, которая после его манипуляций начала разрастаться. Яркий огненный вихрь портала искрился прямо за его спиной.

- Ах да, и два совета напоследок: друга отведи к леди Альветар, а не под крыло своей тетушки, ему сейчас нужней помощь леди Марины; общение с новым иллами отложи до того момента, как останешься один или наедине с любимой.

И исчез, оставляя меня напряженно вглядываться в открывающийся зев портала. Он совершенно точно не принадлежал моему дяде!

- Слава богам, живой!

- Ты?!

Как там сказал шестикрылый? Не удивляться и довериться? Ему?!

- Лейн, я рад, что ты жив. – С облегчением и радостью, выдохнул мужчина. Мне вообще показалось, что он готов кинуться ко мне с объятьями. Видимо, мое лицо к этому не располагало. - Аште нужна помощь?

Я только кивнул, разглядывая взволнованного и слегка потрёпанного Ксара. Вот уж пути божественные неисповедимы…

- Нам обоим нужна помощь. Во мне ни капли магии, - я лукавил, магия во мне бурлила, но что удивительно, вела себя послушно.

Сказал, что резерв пуст, она затаилась во мне и ударь меня сейчас Лексар своей силой, вряд ли отзовётся.

— Это ничего, во мне ее достаточно. – Приседая рядом с Аштой, произнёс Ксар. Его магия резво заструилась по телу друга. – Ты молодец, Лейн! Я не представляю, как тебе удалось выжить, но и Аште ты жизнь сохранил. Стазис – отличное решение.

- Откуда ты знаешь, что я мог умереть?

- А, по-твоему, с чего я так рвался к тебе? Род вывалился из портала и вел себя как умалишенный. Пока я его допросил, пока вытряс координаты… Прости, что опоздал! И прости за то, что сделал мой брат. Я клянусь, что не вмешаюсь, если ты посчитаешь себя вправе отнять его жизнь. Он находится в моем доме и выйти оттуда не сможет, пока я не разрешу.

- Как легко ты распоряжаешься чужой жизнью. – Все еще не доверяя его словам, произнес я.

- За подобное я бы убил, он не достоин быть ликвидатором. Он предатель и дезертир, оставил на верную смерть своих товарищей. Так с чего мне его жалеть?

- А Лоя?

- Что Лоя? Причем тут леди Виолия?

Я и сам не понял, с какой радости заговорил о сестре.

- Она тебе нравится?

- Лейн, если ты каким-то образом узнал о той вечеринке, то клянусь тебе своей силой и жизнью, я не причинил вреда твоей сестре. И пальцем ее не коснулся. Честь леди Виолии не пострадала.

- А хотел?

- Послушай, это явно не подходящий момент для подобных разговоров. Аште нужно к целителю, тебе тоже не мешает восстановиться…

- Ответь.

- Да! – рявкнул Ксар. - Доволен?

- Даю разрешение на ухаживания.

- Что? – мужчина моргнул, а я расслабился.

К будущему родственнику, пусть он имеет прямое отношение к Скарлеррам, у меня недоверия быть не должно. К том уже, он искренне спешил на помощь. Я не ожидал.

Да и не зря же шестикрылый про него особо сказал? А про чувства своей кузины мне слишком хорошо известно. Ксара она не забыла и не разлюбила.

- Лейн, спасибо, конечно, и это честь для меня, но наша совместимость…

- Если твои чувства глубокие и настоящие, то советую забыть об этом и действовать так, как подсказывает сердце, - тем более были у меня подозрения, что махинации со сводками совместимости велись на постоянной основе.

- Отец отдал прямой приказ очаровать леди Альветар…

- Когда это ты следовал приказам отца? – ехидно отозвался я.

Все знали каким бунтарем был лорд Дитмар Лексар тан Скарлерр.

- Да и совместимость с ней у меня сто процентов. – произнес Ксар подтверждая мои мысли.

Я сосчитал до десяти прежде, чем ответить. Считал, чтобы сразу не кинуться растолковывать лорду тан Скарлерр в чью сторону ему лучше вообще не смотреть.

Правда, отвечать не потребовалось.

- А по мне это фикция какая-то… Я, конечно, изобразил, что невероятно заинтересован, даже на эксперимент с брорхами отправился, только… Не ощущаю я в леди Марине родственную душу. Она красива, притягательна, но в качестве матери своих детей я ее не вижу. У нас с леди Виолией гораздо меньше процентов, а тяга к ней сумасшедшая и, кажется, взаимная…

Думаю, Ксар и сам не понял, почему так разоткровенничался. Но тушеваться или стесняться не планировал. Смотрел прямо в глаза, за что я его еще больше зауважал. Судя по всему, ему явно было что еще добавить, и речь не о моей сестре. Он словно прощупывал почву, насколько мог быть сам откровенен и насколько я захочу открыться.

И я принял решение в его пользу. Мне нужны союзники. Особенно они нужны в стане врага.

- Портал к тебе или в академию?

- В поместье рода Аргхарай.

Глава двадцать вторая

- Мужу помогать будешь? – этот вопрос поставил меня в тупик.

Хотя нет, тупиком такие вещи точно не называют. К определению данной ситуации применительно словцо покрепче.

Почему? Ну, во-первых, судя по всему, я опять потеряла сознание.

Хочется верить, что именно потеряла, а не умерла от добровольного кровопускания, которым сопровождался весь ритуал или от физического и магического истощения.

Во-вторых, в голове как-то не укладывалось, что я, оказывается, успела сбегать под венец.

- Я не замужем, - выдохнула в чернильную пустоту после того, как собралась с мыслями.

Кажется, у меня уже давно вошло в привычку общаться с богами. Вот если бы к этой привычке еще добавилось спокойное ощущение от их близости, а не давящее и откровенно напрягающее, было бы неплохо.

Хотя кому я вру. Было бы куда лучше, если бы такого близкого общения вообще не было. У меня там праздник, как никак четверых в род приняла, а я опять всех пугаю своим обмороком. Не порядок.

Однако с богами не спорят.

- Точно не муж? – усмехнулась богиня.

А у меня по спине мурашки пошли, и неважно, что у души так-то тела нет. Я чувствовала, как от ехидного тона Айваны у меня нутро в узел заворачивается.

- Муж! – рыкнула в ответ, только сейчас сообразив, что речь может идти лишь о Лейне, а раз так, то он в беде.

И к черту все, даже тот факт, что мы не женаты. Уж такое я бы точно запомнила.

К черту, потому что страх буквально затопил сознание. Что стряслось на том задании, куда его отправил Совет? Раз боги снова решили вмешаться?

- Славно, - отозвалась собеседница. – Терран, Татей, я возвращаю свое право.

- Подтверждаем. – божественные голоса слились в унисон.

Я откровенно ничего не понимала, но мне хватило благоразумия закрыть рот и не произнести ни звука.

Откуда-то я точно знала, что говорить нельзя. И спрашивать ничего не стоит.

Мало того, начало происходить что-то совершенно странное. Чернота, окутывающая меня, стремительно начала рассеиваться…

Я даже увидела себя, лежащей на земле прямо в пентаграмме, а еще родных, которые не решались подойти ко мне и тому была веская причина: если я бухнулась в обморок не завершив ритуал, входить в силовой круг никому нельзя. И я не смогла припомнить, успела ли закончить начатое. Мне казалось, что успела, однако интуиция на этот счет имела свое мнение: вмешательство богов случилось не просто так. Вполне вероятно, что они не дали завершить ритуал.

Но почему я вижу это? И почему наблюдаю словно издалека?

- Потому что однажды ты справилась с моим заданием, - то ли сжалившись над моими мысленными потугами, то ли решив меня хоть немного успокоить, произнесла Айвана.

Потому что я начала паниковать. А кто б не запаниковал, когда картинка поменялась?

И не было никакой пентаграммы, а была моя комната, где я мирно спала в кровати! А потом и вовсе зарябило так, что хоть что-то рассмотреть не являлось возможным. Что за чертовщина? И главное, зачем?! Зачем боги откатывают время вспять?!

Последнее напугало меня куда больше всего остального. Страх, что меня снова вернут в ту пещеру, накрыл с головой. Не хочу! Я и так три года там проболталась, хотя и ощущала течение времени иначе.

- Справилась с помощью одного очень верного, справедливого хранителя. – Между тем продолжила свою мысль Айвана. - Когда-то для тебя он пошел на то, чего бы не сделал ни для кого другого: связал ваши души.

- Разве? – нервно отозвалась я. — Это же вы всучили ему связь со мной после того, как Феликс призвал его на помощь во время самого первого ритуала!

- Помолчи, - резко оборвала меня богиня. – Твой иллами давно тебя ждал, чтобы исправить то, что однажды натворил. Но к происходящему сейчас, это не имеет значения.

А что имеет? О какой вообще вине идет речь? И мы с Феликсом знали друг друга раньше?!

- Мы давали тебе время выбрать мужа, - явно отмахнувшись от моих мыслей, которые для нее точно не было тайной, - и ты его сделала, причем давно.

Может моя влюблённость никуда и не делась, все же первое чувство оно всегда самое сильное, но это не значит, что мои чувства взаимны. У нас не было возможности поговорить с Лейном в спокойной обстановке, да и разобраться в том, что мы чувствуем друг к другу тоже не было! А быть трофеем такое себе удовольствие…

Я думала об этом, а сама ощущала себя идиоткой.

Ну для чего мне эта мишура из слов, когда она совершенно не имеет значения? Да и Лейн никогда бы не стал гнаться за женщиной только потому, что она обладает уникальной для этого мира магией.

Это не в его характере, и что-то я сомневаюсь, что мужчина после той истории с навязанной помолвкой позволит собой управлять, точнее своей личной жизнью. Все же он три года упорно отказывался от женитьбы, когда для получения прав главы рода она требовалась. И выбил-таки для себя тот ритуал, только я своим появлением все испортила.

Боги правы, свой выбор я сделала давно, даже тогда, когда сама еще не осознавала, что меня влечет к Лейну совсем не из благодарности.

И даже после моего возвращения, я всегда ощущала его ненавязчивую заботу, пусть и сама отгораживалась от всех лиц мужского пола в эти полгода, специально не выделяя никого. Ну какие еще нужны причины мужчине, кроме любви и желания оберегать женщину, чтобы связать себя узами с ее матерью? Точнее с иллами ее матери? Особенно, когда это не принято в их среде! Они и между родней-то такие узы редко устанавливают…

Вообще мне часто казалось, что если я дам слабину и позволю себе увидеть Лейна, и уж тем более поговорить с ним, то не сумею совладать с собственными чувствами и только все испорчу. С меня бы сталось кинуться на его шею и переложить ответственность за принятое решение на плечи любимого.

Еще как сталось бы… потому что я тоже от всего устала… Хотелось уже выдохнуть, сбросить то гнетущее состояние, в котором находилась столько времени. Но я смогла задавить свое малодушие на корню еще в самом начале, потому что у Лейна был род, который нуждался в его защите куда больше, чем я… Я-то была под надежной защитой отца, дома, где могла предаваться самобичеванию сколько душе угодно. А потом стало легче, потому что мы должны были вернуться в академию, и я надеялась, что куратором нашей команды все же будет Лейн. Раз уж ректор Академии его дядюшка, неужели бы не поспособствовал… А там у нас появилось бы куда больше времени, чтобы определиться: нужны мы друг другу или все-таки нет?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- И все же, - тихо произнесла я. – Пусть вы почему-то считаете, что мы женаты, но между нами не было брачных клятв…

- Еще успеете их принести…

- Что?!

- Ты не ослышалась, - насмешка в голосе Айваны, кажется, меня добила.

Я растерялась и одновременно разозлилась.

- Он жив? – спросила у богини. – Лейн жив?

Но та молчала, чем буквально вывела меня из себя. Я понимаю, что это богиня, высшее существо, которое мне лично никогда не постичь, но что это за скрытый садизм? Молчать, когда дали повод для беспокойства?

То ли от напряжения, то ли от того, что нервы порядком сдали, я выдала залихватскую тираду одного из земных грузчиков. Услышь это моя мама, одним подзатыльником я бы точно не отделалась.

- Слышал? – наконец нарушила молчание богиня, а я только сейчас сообразила, что в этом черном нечто нахожусь не одна. Точнее не так, Лейн появился буквально ниоткуда. Причем не один, а волоча полуистаявшую душу какого-то парня за собой. – Как твоя избранница к богам обращается?

- Марина? – удивлению мужчины не было предела.

Что совершенно не помешало ему выйти вперед, задвинув меня за свою спину.

- Простите, - выдохнул он.

А я не пожелала стоять за его спиной, хотела увидеть его потрясающе синие глаза.

Красивое, всегда невозмутимое лицо Лейна оказалось настолько подвижным, что я даже залюбовалась. Хотя эмоции, которые на нем мелькали, были далеки от того, чтобы любоваться. Мне кажется, Лейн прошел как минимум две стадии принятия неизбежности: отрицания и гнева.

И явно нацелился перейти к третьей – торгу.

- Вы не можете! – заявил он. – Вы не можете отнять ее жизнь!

Отличный поворот, честное слово!

- Мы и не отняли, мой мальчик, - ласково, так как со мной не разговаривала, произнесла Айвана. – Марина все еще жива.

- Еще? – уцепил самое важное Лейнард, а я залюбовалась им.

На меня какой-то ступор напал. Я так долго его не видела, и пусть он присутствовал тут не телесно, мне никто не помешал ухватиться за его руку. Это получилось машинально, отдельно от мозга. Я действительно невообразимо соскучилась по нему.

Удивительно, но это прикосновение обожгло. И чарующими мурашками расползлось по мне…

- Отпусти хранителя, ему пора на перерождение, — это уже сказал кто-то из других богов, а я с запозданием поняла, что Татей.

- Ашта? – Лейн обернулся и обмер.

Душа, которая волочилась за ним, а теперь замерла от нас в шаге, чуть завибрировала, отчего ее форма стала более четкой. Я жадно разглядывала лицо молодого мужчины, открывшееся взору.

Он явно относился к одному из светлых родов. Пшеничные волосы, забранные в хвостик на затылке, добрые глаза серого цвета, широкая улыбка и это после слов сурового бога о перерождении! Такому бы еще жить и жить! Любить, семью создавать… Явно же очень хороший человек этот Ашта! За что с ним так?

Заминка Лейна не длилась долго, но за это время, он успел пожать мою ладошку и отпустить ее. Сразу стало как-то пусто…

- Заберите меня, - тихо, уверенно, ответил он. – Но позвольте жить им. Ашта достоин этого как никто другой, его самоотверженность и горячее желание помочь душам, ценой собственного благополучия и даже существования, не должно пройти впустую. Его ждет любимая, позвольте им быть вместе в этой жизни, а не в следующей.

Я так-то не сильно удивилась тому, что Лейн, как всегда благороден. Я не знаю, что именно значит для него этот Ашта и что он сделал для Лейна, однако мои возмущения были задавлены мной же и на корню. Я просто поняла, что не имею права вмешиваться.

В данный момент так точно.

- А Марина…- голос Лейна дрогнул. – Вы знаете, что она значит для меня. И что теперь стала значить для мира. Ему нужны хранители, прошедшие эволюцию.

- А ты значит, жить не достоин? – насмешливо произнес Татей, и я могу сказать откуда поняла, что это был именно он. Просто уверенность и все тут.

- Я не берусь судить достоин ли я или нет. Я просто желаю, чтобы те, кто ещё может привести наш мир к процветанию, получили на это второй шанс. И прошу у вас эту милость. Их любовь к миру и тем, кто его населяет велика.

- Истинный Альветар, - восхищенно воскликнул Терран.

Я не успела удивиться тому, как Лейна назвал бог, как была сбита с толка его следующим замечанием:

– Учись, девочка.

- Чему? – выдохнула я.

- Мудрости, конечно, и тому, что ценится превыше всего.

- Любовь? – а какой еще вывод можно сделать. – Так я вроде…

- Почтению еще, - ворчливо отозвался Татей. – Твоя подозрительность в отношении богов оскорбительна!

Я опустила голову, ненадолго, просто размышляя. Да, непочтительна, так я всю жизнь жила с мыслью, что богов не существует, кто б меня научил правильному обращению к ним? Да и как-то ситуация не располагает к тому, чтобы поклоны отвешивать. Она постоянно к этому не располагает! Это Лейн изъясняется красиво, вроде и требует, и стоит твердо на своем, но еще и так, что придраться не к чему.

- Твое желание спасти этот мир, причина по которой, он все еще существует, - в разговор вмешалась Айвана. – Очень давно Альветары были преданы этим миром, и поплатились за свою любовь к нему. Но каждый раз вы просите о перерождении именно здесь, каждый раз желаете возродить то, что давно истлело. И мы соглашаемся с вашим выбором, вы имеете на него право.

- Мы соглашаемся и шлем помощников, но это – в последний раз. – Предупредил Терран. – Последний раз, когда у этого мира есть шанс, Альветар! Если умрешь раньше, чем достигнешь желаемого, о воскрешении можешь не думать, ты уйдешь на перерождение. И уже пойдешь по избранному нами пути.

- Воскрешении? – эти слова напугали меня куда сильнее всего прочего. – Вы сказали Лейн умер?

Меня откровенно заколбасило. Уж не знаю, как это выглядело со стороны, но я чувствовала, что дрожу, да что там, меня трясло так, будто я угодила в шторм. Я уже готова была выпалить те же самые слова, которыми торговался Лейн, но была остановлена, у меня попросту отняли возможность говорить. Я рот-то открывала, вот только ни звука не доносилось.

- Ты тоже умирала, девочка. Иначе никак. – Мягко сказала Айвана. – Айтерртей, какую силу выбираешь?

Где-то я уже это слышала… Точно, когда получила Ёлку! Меня точно также просили определиться с силой, дарованной в награду.

- Свет, - твердо ответил Лейн, кинув беглый взгляд на меня. – Я выбираю свет.

- Мы услышали тебя, - в унисон ответили боги. – Ты получишь эту награду, но прежде…

- Мы свяжем вас узами брака, - безапелляционно заявила Айвана. – Мы и так дали авансом твоей равной, Айтерртей, имя твоего рода. Не спорь, ты – последний из рода Альветар, твоя мама была его представительницей. А роду Даррак пора вернуть прежние позиции в наследовании.

Лейнард даже если что-то и хотел сказать, то явно передумал, потому что стоял молча, только кулаки сжимал.

- Мы одобрили желание Марины пополнить род Альветар новыми хранителями, но без вашего брака это все равно невозможно.

Я, уже желавшая высказаться, замерла. Шок! Так вот почему они вмешались в ход ритуала! Черт возьми, это получается все мои планы идут по одному месту? Я ведь обещала ребятам помощь! А в итоге выходит, что я никакая не Альветар? Меня приписали к этому роду авансом? И что теперь делать?! Как быть с теми, кто мне доверился?

- Смотри-ка, она опять переживает о других. Прелесть какая пара!

Слова Террана меня почему-то смутили.

И как-то с опозданием дошел смысл сказанного Айваной. Я – равная Лейна! Не просто та, кто ему нравится, кого он любит, а равная. И это очень многое значит! Мне еще Феликс объяснял разницу между просто женой и равной. Ни в семье, ни на политической арене, меня не задвинут за широкую спину мужа, я буду иметь точно такой же вес, как и он в принятии любых решений! Да и тот факт. Что меня авансом сделали главой рода Альветар. Значит, боги и не сомневались кого я выберу в мужья. Впрочем, а когда я в этом сомневалась? Моя душа всегда стремилась к Лейну.

Осознание жаркой волной прошлось по телу. Все же есть что-то дурацкое в том, чтобы гадать любит тебя мужчина или нет. Или просто одаренных детей от тебя хочет… Одно плохо, я как-то не о такой свадьбе мечтала, хотя отказываться от того, чтобы выйти замуж за Лейна не стану.

Как раз в этот момент рука мужчины нашла мою и крепко сжала.

- Если ты не хочешь, - шепотом произнес он.

- Хочу, - также тихо ответила ему, перебивая.

Да я можно сказать об этом мечтала с того самого момента, как полуголый Лейнард спас меня! Правда, его надменность меня тогда взбесила, но вот поступки восхитили…

И все же, хотелось бы праздника, романтичного обряда…

- Женщины, - фыркнул Татей. – Им романтику подавай…

- Влюблённые, - поправила его Айвана. – Он тоже думает о брачном обряде, который мог быть в Храме Триединства.

Я посмотрела на Лейна, мне почему-то остро захотелось поймать его эмоции. Что отразится в его глазах? Раз он думает о романтичной церемонии? Кажется, меня ждет еще не один сюрприз в отношении без пяти минут мужа. О том, что Лейн страстный мужчина точно знала, а вот что он еще и романтик, даже не догадывалась.

- Потом друг на друга наглядитесь, - проворчал Татей, а перед нами вдруг появилась фигура из плотного, черного тумана.

И душой ее точно было не назвать. К тому же откуда-то взялась четкая уверенность в том, что перед нами воплощение сразу трёх богов. Причем чудеса творились прямо на наших глазах: сначала соткалась фигура, очертания человеческого, почему-то именно женского тела - и все из плотного, густого тумана тьмы, затем появилось то ли странное платье, то ли плащ, переливающийся всеми цветами радуги, он плотно обволок собой фигуру, а последним штрихом упал свет, он лег мягким покрывалом на голову существа причем так, чтобы лица мы не увидели.

- Ашта, подойди! – приказала эта фигура парню, о котором каюсь, я забыла.

Лейн рядом напрягся, да и я ничего хорошего не ждала от богов. Ну не могут же они постоянно идти на поводу наших желаний?

- Ты слышал о желании Айтерртея, а чего хочешь ты?

- Покоя, - тихо отозвался Ашта. – Все в вашей воле, великие…

- Покоя? – кажется удивились не только мы.

Боги тоже не ожидали такого ответа.

- И больше никаких желаний?

- Только одна просьба, дать шанс нам с леди Лиарной в новой жизни… Шанс быть вместе невзирая на направленность магий. Даже если у нас снова будет свет и тьма… Даже если совместимость будет ниже тридцати процентов…

И тут у меня в голове щелкнуло. Я бы сказала треснуло. Имя женщины сработало как спусковой крючок. А сознание затопила память и чувства той, о ком говорил Ашта. Вряд ли есть еще одна Лиарна, у которой магия тьмы!

В голове замелькали образы ритуала, который я проводила для более двухсот хранителей за раз. То, как достойно Лиарна прошла испытание, хотя ей достался очень своевольный и характерный иллами – волчара, от вида которого уже становилось дурно, а чего говорить о том, как взять над ним верх, если ты хрупкая леди?

Лиарна ведь на полосе препятствий справилась без моей помощи и после вообще слепую меня тащила к пентаграмме. Я помню ее помыслы и ее желания, где главным являлось обрести собственную семью. Чудесная леди, которая в будущем обещает стать замечательной матерью. И тут получается, что за те три года, что она обучается в академии, девушка обрела любимого? Который сейчас просит о встрече с Лиарной при перерождении? Перерождении?!

Я еще не успела подумать, но уже оттолкнула Лейна и вышла вперед.

- Я против! – звенящим от гнева голосом заявила и богам, и Аште. – Если речь идет о леди Лиарне тер Аргхарай, то я тебя сейчас в трубочку сверну и так ей передам! Пусть раскатывает и учит уму-разуму! Какое перерождение?! Девушка столько лет ждала любви, а ты так легко отказываешься?!

- Я не отказываюсь! – неожиданно зло ответил Ашта. – Я люблю ее…

И так это прозвучало, что мне вдруг почему-то захотелось расплакаться.

- Леди Лиарна достойна лучшего! Наша совместимость всего тридцать процентов, а сейчас, после того, что случилось на задании, я больше не хранитель. Я выжег магические каналы и наверняка лишился своего иллами! Разве такой способен защитить свою семью? Стать обузой для той, кто тебя любит? Обречь детей на страдания? Разве я могу просить о таком?!

Ага, значит взаимные признания несмотря на маленькую совместимость все-таки были. И даже о детях Ашта думает, настолько все серьёзно. Но были и резоны в переживаниях мужчины. С позиции силы в мире Тантерайт без магии делать нечего. Сожрут и не подавятся. Да и быть им вместе не позволят ни ее родители, ни Совет. Впрочем, а кто их спрашивать будет?!

- Я бы не отказалась от Лейна, будь он калекой! – твердо произнесла я, глядя в лицо Ашты. - Лишись он хоть всей магии, рук и ног!

Не знаю кого больше впечатлила моя тирада. Ашту, Лейна или богов. Воцарилась такая звенящая тишина, что я на миг оглохла, но продолжила уверенно.

- Потому что мы любим не за что-то, а вопреки всему. Я знаю, что даже перестав быть хранителем иллами, Лейн не престанет быть человеком: справедливым, добрым, надежным и любящим! Он будет прекрасным отцом, который научит своих детей главному – любви! А управлять магией и всему остальному научат наставники, которых полно в мире!

Я верила в то, что говорила. Меня не нужно было в этом убеждать, я знала, что Лейн не сломается под гнетом обстоятельств, не опустит руки и в любом состоянии будет таким же надежным, как и в самой своей лучшей форме.

- Да и мы не останемся в стороне! Что уж говорить о самой Лиарне!  – Я смотрела на парня и видела, что в нем идет борьба. -  Или ты решил, раз Лиарна замуж выйдет, то род о ней забудет и не позаботится? Фигу! Мы своих не бросаем! Не смей решать за нее! Если ты любишь, то предоставь выбор своей женщине! Дай ей самой решать, нужен ты ей или нет! А не сдавайся так и не попробовав!

- Я не сдался!

- Радует, - фыркнула я. – Вот и докажи своей любимой, что ты даже без магии лучший мужчина в мире!

Без магии и стопроцентной совместимости. А вообще, что-то меня уже начинает напрягать эта совместимость. Потому что несмотря на то, что есть пары, которые подходят друг другу как никто другой, например Аркфей и Ламея, есть те, в чьей совместимости лично я сомневаюсь. Они не смогли ни притереться, ни даже просто подружиться. И дети у них слабо одаренные. Видела я такие пары в поместье отца, видела…

- Докажу! – Ашта улыбался, широко и кажется, счастливо.

Судя по всему, ему требовалась встряска и он ее получил. По полной программе.

- Слово уже сказано, - вдруг произнес один из богов.

Весомо так произнес и с толстым намеком на то, что Ашта уже свою просьбу озвучил, первую, где был согласен умереть и обрести покой.

Меня опять начало потряхивать. Честное слово, руки чесались, чтобы набить морду Террану. Чего он такой злой?! Кто не ошибается? Ашта не исключение! Тем более богам доступны все мысли и чувства людей, стоящих перед ними! Мы у них на ладони! Зачем издеваться над любящими?

- Я против! – повторила и получила неожиданную поддержку.

Лейн встал возле меня и коснулся моей руки.

- Я против, - повторил он мои слова. – Ашта достоин жизни и любви. Я ручаюсь за него.

Я может поручителем быть не рискнула… Хотя ради Лиарны возможно и пошла бы на это.

- Дайте им с Лиарной шанс уже сейчас, а не когда-то в будущем. – Попросила богов. – Пожалуйста.

Вот не умею я быть почтительной, и просить тоже не умею. А как бы последнее умение пригодилось!

- Ашта верно сказал, его каналы выжжены, а якоря для возвращения у него нет. Он так и не рискнул связать свою душу с той, кого любит. – Произнесла богиня, и было совершенно не ясно, как она сама к этому факту относится, да и в целом к нашему с Лейном выступлению.

- Ты согласна расстаться с Ёлкой, чтобы мы исполнили твою просьбу? - вкрадчивый голос Татея заставил зашевелиться волосы на моем затылке.

Отказаться от Ёлки? Они офонарели?

- Я друзьями не торгую! – яростно выдохнула. – И родными тоже не разбрасываюсь.

Лейн крепче сжал мою ладонь, но легче мне от этого не стало. Может самую малость от того, что любимый рядом и всячески меня поддерживает… Якорь… Видимо, Ашта относится к одному из тех родов, в котором случилась зачистка и близких у него не осталось. А это мысль!

- Лейн, нас все равно сейчас поженят, а значит я смогу завершить ритуал принятия в род… - Прошептала я. - Главное, принеси его ко мне, в пентаграмму для обмена кровью, если он сам не сможет идти.

И выразительно посмотрела на Лейна, тому, впрочем, и без взгляда была понятна моя мысль.

- Ашта, мы приглашаем тебя стать частью нашего рода Дар… Альветар! – Лейн немного запнулся, но быстро исправился.

Бедный, представляю, как ему сейчас тяжело принять тот факт, что он теперь не Даррак.

Я ведь тоже не сразу привыкла к тому, что я не Марина Иваненко, потом, что не Аргхарай, а Даррак, и вишенкой на торт - Альветар.

- Я, Аштадиан Сеймар тан Соллар, своей волей, своей магией, своей душой, призываю в свидетели богов и прошу их позволения стать частью рода Альветар. – Неожиданно выдал ритуальную фразу Ашта.

Мы все уставились на фигуру, ожидая вердикта. Накажут за нашу дерзость или обойдётся?

- Ты не Соллар, - пророкотала она голосами всех богов.

Я замерла, и от того, что было сказано, и от тона каким преподнесли неточность, и от силы, которая повеяла и буквально задавила своей мощью. Трындец. Если не Соллар, то кто? Не может же Ашта сам не знать к какому роду относится?

- Я, Аштадиан безродный, своей волей, своей магией, своей душой, призываю в свидетели богов и прошу их позволения стать частью рода Альветар.

Спустя несколько секунд исправился мужчина, а я поймала себя на мысли, что ни черта не понимаю. Потому что Аркфей говорил примерно также, только у него звучало: ныне без рода. А Ашта получается никакого отношения к великим родам не имел?

И Соллар были просто опекунами? Но приставка «тан» тогда смущает, ее либо вообще звучать не должно, либо в сочетании с «тер»… Или Ашта сначала был опекаемым, а потом его приняли в род? Видимо, не до конца приняли. Сволочи.

- Добровольность подтверждаем! – Фигура не медлила, объявляя свое решение.

Я облегченно выдохнула, только сейчас поняв в каком напряжении находилась. И не я одна, Лейн тоже едва слышно выдохнул и мягко пожал мою руку. Ты же мой хороший… Переживал, волновался… Вот все это закончится, и мы наконец увидимся… Вживую. У нас еще брачная ночь впереди…

Мысль об этом опалила сознание и вместе с тем напрягла. Страшно же, в первый-то раз…  Боже, Риша, о чем ты вообще думаешь? Еще и в такой момент? Брачная ночь… Тьфу, испорченная девчонка.

- Аштадиан Далер тан Альветар, добровольность подтверждаем. Кровью обменяетесь позже. Не подведи новое имя и новый род.

- Я буду смелым, - пообещал Ашта, судя по всему, имя Далер имело именно такое значение...

- А сейчас, встань позади Айраны и Айтерртея, - приказала фигура, а я не сразу сообразила, что речь обо мне.

По второму имени ко мне первый и последний раз обращались в Храме Триединства, причем сами боги.

Как-то Риша было для всех привычнее.

- Будешь свидетельствовать брачный союз.

- Повинуюсь, великие, - почтительно поклонился Ашта и тенью скользнул за наши спины с Лейном.

Меня запоздало накрыло мандражом. Надо же, замуж выхожу, а женят нас сами боги! Ничего себе!

Я волновалась и очень сильно. Конечно, я не о такой свадьбе мечтала. Да что там, я вообще себе все иначе рисовала. И как-то не предполагала, что буду голопопой невестой. Да и жених у меня, хм, не одет.

Так мелькают облачка тумана на стратегически важных местах, но сам факт! Мы тут в виде душ, голых! Все трое… Красота, да и только!

Разве совместная фигура богов одета! А нам таких плащиков не дали.

Да уж… вот тебе, Риша, и подвенечное платье, и прическа, и украшения… Как там говорят? В день свадьбы невеста самая красивая? Да уж, если бы были свидетели кроме Ашты, точно бы от моей красоты в обморок попадали.

Нервный смешок сорвался с губ. Этот день я точно никогда не забуду. Да и Лейн вряд ли…

- Увы, девочка, он забудет. Мы поможем, - голос Айваны раздался неожиданно, причем его точно только я слышала.

Зашибись, а как же брачная ночь? Вот далась она мне, а? Прям заклинило. Легкий смешок Айваны привел меня в чувство.

- В смысле забудет? – мысленно отозвалась я. – Совсем все? Зачем?

- Он забудет обо всем, что случилось здесь. Никто не должен видеть его ауру и новый статус. До нужной поры…

- Я не очень понимаю ваш замысел. Для чего скрывать?

- Для всех твой муж – погибнет. Вам только на руку то, что Айтерртей все еще воспринимает себя наследником рода Даррак. А для них он совершенно точно погиб, что подтвердит и магия. Все связи оборваны. Все, включая те, что были с Советом. Все клятвы больше не имеют силы. Он сможет свободно передвигаться по миру и делать то, что должен…

В таком ключе, конечно, круто… Но! Но как же так? Я, получается, замуж выйду, а по факту мужа у меня не будет? И как долго ждать светлого часа, когда он вспомнит обо мне?

Увы, Айвана решила на этот счет меня не просвещать. Зато началось брачное таинство.

Впрочем, оно было таким быстрым, что я опомниться не успела, как мы оказались женаты. Только выдохнуть: «согласна», когда меня спросили, да прильнуть к груди любимого.

Вокруг нас бушевала магия, вихрь из сплетений света, тьмы и стихий, кружил, щекотал и словно радовался. И самое обидное – даже не поцеловаться! А хотелось, жесть как хотелось!

- Сила к силе, - между тем произнесла фигура. – Равные имеют равные возможности. Все, что принадлежит одному отныне принадлежит второму.

Вихрь вокруг нас взметнулся с новой силой, тут не то, что опомниться, и слова вставить не получилось. Только смотреть в бездонно-синие, шальные от счастья глаза, и думать о том, что судьба в который раз щелкнула нас по носу. Как исключение – приятно щёлкнула.

Мыль о том, что у меня теперь есть муж бодрила. Мне нравилось это новое ощущение.

И сказанное богами я восприняла не сразу, лишь в тот момент, когда муж взял и исчез из моих объятий. Был и нету! И Ашта пропал.

- Куда? – ахнула я и осеклась.

Ну вестимо туда, где умер и воскрес…

Я вздохнула и уставилась на фигуру. Спорить и ругаться точно бессмысленно. Тем более если учесть, что меня буквально расписало от силы, состояние было близкое к эйфории. Меня так-то выдернули, чтобы дать возможность сделать ритуал принятия в род законным, хотя и обозвали это помощью мужу. Кто кому еще помог? Я вообще знать не знала, что без брачного ритуала права не имею кого-либо принимать в род. Вот уж интриганы!

И все-таки какая интересная плюшка мне досталась – равные возможности. Все как говорил Феликс, мы будем иметь одинаковые права. Одно непонятно. Выходит, все имущество Лейна – мое, и все, что успела скопить я, теперь принадлежит ему? Так-то логично, в семье все общим быть должно. Ну это в идеале.

Странно только, что боги об этом вслух говорят. Мало ли кому-то комфортнее зарплату жене отдавать и семейный бюджет на ее плечи взвалить. Я знала такие семьи по Земле… Тут, конечно, все иначе, но все равно странно!

- Глупышка, - ласково пожурил меня Терран. – У вас абсолютно все – общее.

Сложно, наверно, богам со мной. Потому что я и после пояснения не поняла, что он имел в виду.

- Все – включая магию, особенные дары и иллами. – Сжалившись над тугодумкой мной, сообщил Татей.

- О! – только и сумела выдохнуть.

Представить плохо получилось, но сомневаться в обещании богов сложно. Если у меня появится какой-то дар, его получит Лейн, а я выходит уже сейчас смогу пользоваться тем, чем обладает он! А то, что у него есть дары я знала наверняка!

- Ого! – уже более осознанно восхитилась.

- Левитация, быстрая регенерация и восполнение резерва, а также полное ментальное вмешательство в разум любого существа.

- Ни черта себе! – на ум просилось совсем другое слово, но я успела его трансформировать в более приличное. – Это я что, чужие мысли читать смогу? И Лейн может? Постоянно?

- Память, текущие мысли – все это может быть доступным, стоит только захотеть. Но не забывай о контроле над даром. Он опасный.

- Если не хочешь сойти с ума, читая всех рядом с тобой прямо сейчас, помни о том, что любой дар требует контроля, уверенности, терпения и твердости. – Вклинился Татей. - Не дар управляет тобой, а ты им. А теперь, ступай и жди мужа.

Ступай и жди мужа… Отлично, конечно, сказано, только этот самый муж себя таковым считать не будет. Я вздохнула и почти отвернулась от фигуры, а потом вдруг вспомнила то, о чем давно и очень хотела спросить. Может с моей стороны — это кощунство, но больше-то никто ответа не даст!

Громкий хохот на мгновение меня дезориентировал.

- Она неподражаема. – сообщил Терран.

- Очень непосредственна. – подхватил Татей.

- И совершенно непочтительна, - подытожила Айвана. – Ты и Айтерртей – родоначальники, главы рода Альветар. Вам не положено никаких приставок к имени. Да и любому другому главе рода и его равной они не требуются.

- А почему? – да-да я наглая, непочтительная и вообще совести у меня нет.

И мужа тоже… Только на словах. Хоть любопытство утолить можно?

Новый залп смеха, но я его уже не боялась, тем более божественная сила нежной кошкой ластилась к моей душе. Удивительное ощущение.

- Тан – первый, старший. Тер – второй, младший. Ваши дети будут с приставкой «тан», те, в ком ваша кровь сильно разбавится – будут иметь приставку «тер», а также те, кто войдут в него после брачного союза. Не только женщины, но и мужчины.

- То есть получается, что это цифры? Первые те, кто имеют прямое отношение к главам рода, и вторые, которые вошли в него путем брака или сильно разбавили свою кровь, но последнее скорее с течением огромного времени. Что-то вроде старшей и младшей ветви?

- Что-то вроде, - передразнил Татей.

- А почему тогда те, кого я приняла сегодня имеют приставку «тан»? Ну с Шалраем, Гекхаром и Дальерой понятно, у нас отец общий. А Аркфей и Ашта?

- Потому что у вас теперь общая кровь. Ты же не просто так лила ее и смешивала с кровью вступающих? Вы теперь очень близкие родственники. А вот к роду Аргхарай вы больше никакого отношения не имеете, и любая проверка это покажет.

- Ого!

- Все, больше вопросов нет? – ехидно уточнил Терран.

- Есть, - а нечего было спрашивать! – А как звучит третий?!

- Тур! – отсмеявшись выдал Татей, а в следующий момент я поняла, что падаю.

- Мужу помогать будешь? – весело спросила Айвана, а я сообразила, что эта фраза стала якорем для меня и времени, которое она отматывала!

Чтобы я вернулась ровно ту же секунду, в то же место, откуда «ушла».

- Буду, - в тон ответила ей.

— Вот и славно. – И меня толкнули, хотя я и так падала.

Стремительно неслась вниз, чтобы через пару секунд распахнуть глаза в собственном теле. И где-то на периферии сознания, поняла, что все же получила последний совет: использовать брорхов.

- С возвращением, хранительница, - хор голосов в голове напряг и заставил резко сесть.

— Это иллами Лейна, - пояснил Феликс, - не стоит пугаться.

- Я - Сириус, леди Альветар, - прозвучало следом за Феликсом, - к вашим услугам.

- У меня пока нет имени, - женский хрустальный голос.

Очень нежный и интеллигентный. Уж не знаю почему именно такое впечатление сложилось.

- Но я также к вашим услугам. Позвольте поздравить вас с обретением равного, да хранит вечность вашу любовь.

- Да хранит вечность! – почему-то подхватили ее слова остальные иллами.

Но я вычленила недовольно-ревнивый тон Ёлки. Вот же ж моя колючка.

- Я тоже рада, - честно сказала, - оберегайте Лейна, пожалуйста. И пока – ни слова ему о нас.

- Боги нас уже предупредили, - осторожно ответил Сириус. – Нам пока нельзя устанавливать связь напрямую, но узы равных имеют более широкий спектр действий и общение с вами нам доступно без оповещения окружающим, что вы теперь не завидная невеста, а чужая жена.

- Поняла, спасибо за информацию. – Я на миг прикрыла глаза, потому что в мозг вдруг ворвался хор чужих голосов.

Мешанина звуков, какая-то гадская какофония. В которой совершено ничего нельзя было разобрать. Я застонала, хватаясь руками за виски.

- Риша, контроль над даром! – рыкнул Феликс. – Ментальный дар, все, что ты сейчас слышишь — это мысли твоей родни. Оградись!

Я представила себя в домике. Вот серьёзно, как в детстве играли, я в домике и все, меня трогать нельзя. Табу! А то ата-та! Так и сейчас, мысленно нарисовала себе над головой крышу, представила свой крепкий, очень надежный домик. Посторонние звуки пропали.

Я выдохнула и наконец распахнула глаза.

- А Лейн дольше учился, - ревниво и вместе с тем восхищенно выдал Сириус.

- Моя хранительница – лучшая! – гордо выпалила Ёлка.

Я усмехнулась и присмотрелась. Так, пентаграмма все еще активна. Это плюс. Народ смотрит на меня как на покойницу. Это минус.

Надо встать и показать, что все хорошо. Правда завершить пока ритуал не могу, не хватает еще одного члена рода. Вот так всем сюрприз будет.

Я хихикнула.

- Леди Альветар, - позвала меня новая иллами Лейна.

- Риша, - перебила ее. – Ко мне можно просто по имени.

То, как вспыхнула ревнивая Ёлка, я ощутила буквально кожей. Вот ведь поросеночек.

- Благодарю за оказанную честь, - нежный перелив голоса этой иллами ласкал слух. Ей бы песни петь, колыбельные например… - Посланник богов общается с хозяином, вам передать их диалог?

- Вы и так можете? – удивилась я. – Конечно!

А дальше мне стало не до радости. Какой там, с каждым новым словом, каждой новой приоткрытой тайной, меня обуревала ярость. Скарлерры, собаки женского пола! И то оскорблять собак кощунство, до такого садизма над своим миром те бы никогда не додумались!

Меня трясло, я вообще отключилась от реальности, хотя родственники пытались как-то выйти со мной на связь. Я отмахивалась. Буквально. Махала рукой – мол, отвалите, занята! Мне было страшно пропустить хоть слово!

А уж когда за Лейном пришел Ксар, я ощетинилась не хуже дикого зверя. Могла бы загрызла. Сириус осторожно напомнил, что шестикрылый просил довериться тому, кто придёт на помощь моему мужу.

И мне пришлось выдохнуть.

К появлению любимого я была готова, не готовыми оказались родственники. Да и сами пришедшие. Боги явно вмешались в переход, а может и шестикрылый, потому что троица оказалась ровно по центру полигона, хотя должна была быть где-то на его задворках. Правда Лейн и Ксар появились за пределами пентаграммы, а вот Ашта падал прямо ко мне, я успела смягчить его падение своей магии. Подхватила, не дав удариться, краем глаза отметив удивленные лица.

Ничего, главное, что я знаю, что должна делать.

Завершение ритуала не заняло у меня много времени. Согласие от Ашты уже было получено, клинком я сделала ему на руке ранку, смешивая нашу кровь, остальное – дело техники. А то, что все таращатся, но что примечательно молчат, не страшно. Скоро всех прорвет, потому что у нас на составление плана по спасению мира – ночь, а сделать предстоит очень многое!

— Вот и все, - выдохнула я, когда руны засветились ярким светом в последний раз и погасли. – Добро пожаловать в род Альветар!

Глава двадцать третья

Наше появление в Академии ХИЛТ вышло эпичным. Когда открылся зев портала, первыми на землю в центр полигона скользнули мои брорхи: Жутик и Жгутик.

В центр, потому что за моим родом не было закреплено ни одно из портальных мест, поделенных за много лет до возвращения рода Альветар. Первые крики испугавшихся людей, быстро сменились восхищенными вздохами и ахами, потому что из портала вышла я. Но не стоит думать, что их поразила моя красота. Откровенно говоря, после бессонной ночи, я могла поразить только огромными синяками под глазами, панды и те бы обзавидовались. Нет, восхищение вызвали мои крылья за спиной, сотканные из магии света и тьмы. Я дала людям себя рассмотреть. Пускай смотрят на меня и меньше обращают внимание на тех, кто за мной. Впрочем, когда ты у всех как на ладони, последнее невыполнимо.

Пухлые от жадных и жарких поцелуев губы, могли бы привлечь внимание, если бы не крылья. Каюсь, я не удержалась от поцелуя на удачу и несколько увлеклась. Зато теперь уверена, что Лейн вернется хоть из самой преисподней, чтобы завершить начатое.

Мысленно я хихикала, внешне же стояла гордой скалой, с непробиваемым покерфейсом.

У нас все было расписано, и кто где встанет, и как должен будет себя вести. Место по правую руку от меня занял Аркфей, по левую – Гекхар, Шалраю же досталась иная миссия – найти ректора. Точнее не совсем так, сначала показаться, а потом незаметно свалить.

Я точно знала, что лорд Арван не придет никого встречать на полигон, покажется уже при распределении на факультеты и в команды. И разговаривать со мной, как планировал, тоже не станет. Ему, бедненькому, не до того, учитывая, что весь его род и он сам, считают, что Лейн погиб.

Ох сколько же мне потребовалось красноречия, чтобы уговорить Лейна не показываться раньше времени! Повезло, что отец поддержал мою идею, да Ксар оказался смышлёным и добавил еще несколько штрихов к моим аргументам. Лейну не стоило бежать сломя голову к родне, чтобы заручаться их поддержкой.

Все это можно сделать позже, когда и ректор, и хранители иллами, покажут всем, насколько глубока их утрата. Чтобы все это увидели, а главная сволочь расслабилась, решив, что все идет так, как он задумал и не торопился использовать проклятый артефакт.

Наша встреча с главой рода Скарлерр должна состояться потом, после перехода на совместные земли трех академий, где позже и должно пройти распределение. Вообще не только с ним, там все из Совета будут. Я ж местная достопримечательность.

Сейчас же мы должны подать заявку на поступление в своей альма-матер, получить порядковый номер и, собственно, совершить переход. Причем на подачу заявки выделено более двух часов.

- Леди Альветар, добро пожаловать в академию! – я и не сомневалась, что нашим встречающим окажется не кто иной, как декан боевого факультета.

И появился он вовремя, потому что меня и ребят стали брать в кольцо другие прибывшие и подтягивающиеся к центру со своих мест. Не со зла, нет, просто имея огромное желание познакомиться ближе, посмотреть на чудо в виде магических крыльев, а еще лучше оттеснить от меня тех, кто по мнению многих, не достоин находиться рядом.

Речь, конечно же об Аркфее, которого опознали, скривились так, словно лимона обожрались и признали негодным моего внимания.

Думаю, если бы не два брорха, застывших памятниками, брат, а согласно богам теперь так оно и есть, давно бы получил если не в морду, то пару вызовов на дуэль и кучу оскорблений. Что касается Гекхара и Шалрая, то их идентифицировали и красноречиво стали указывать на место, принадлежащее роду Аргхарай, примерно в десяти метрах от нас. Мы дружно сделали вид, что ничего подобного не замечаем.

Лорд тан Маррад выглядел уставшим и несколько нервозным и постоянно заглядывал в мои глаза, словно искал ответа: знаю ли я о случившемся горе с моим бывшим наставником.

- Лорды Аргхарай, лорд Крафей, - он кивнул каждому из моей команды и снова вернулся взглядом к моему лицу.

Мне понравилось, что декан не стал уподобляться некоторым, напоминая брату об утрате рода, по сути, и титула лорда. И личное обращение его было вежливым, к тому же, он действительно был рад не только мне, но и ребятам.

- Благодарю, я тоже рада вас видеть, — это была чистая правда.

Несмотря на то, что и среди темных есть засланные казачки, в предательство рода Маррад я не поверю никогда. Не тот склад характера, к тому же именно представители рода Маррад чаще всего становятся студентами боевого факультета и достигают отличных результатов. Они – воины до мозга костей. И это о многом говорит. Притворство, интриги, а тем более предстательство им претит.

- Но вы ошиблись, - я мило улыбнулась и громко, чтобы слышал если не весь полигон, то те, кто приблизился к нам вплотную и затем смогли разнести весть всем остальным. – Позвольте представить моих братьев. Лорд Аркфей Ринар тан Альветар, лорд Гекхар Бакрай тан Альветар и лорд Шалрай Рикхар тан Альветар.

Мужчина быстро справился с удивлением, в отличие от толпы зевак, которая потрясенно раскрыла рты, а после озвученного мной завистливо присвистнула. В том что завистливо – даже не сомневалась.

- Рад приветствовать вас в академии, лорды Альветар, - произнес он и явно не удержался от шутки. – Вы решили принять в род всю свою бывшую команду?

- Не всю, - усмехнулась я. – Только тех, на кого указали боги.

И это тоже было частью плана. Пусть заговорщики задумаются, а стоит ли продолжать поддерживать Скарлерра, когда в род Альветар можно войти не только путем женитьбы на мне?

Вдруг их таких классных особо отметят боги? А нам хватит и сомнений. Плюс, сколько выгодных женихов разом стало! А сколько дочерей есть у тех, кто так жаждет власти! К тому же я точно знаю, не пройдет десяти минут, как новость о новых членах рода Альветар разойдется не только по Академии ХИЛТ, но и по остальным академиям.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Не-е-ет, не ту сторону вы выбрали, идиоты.

- И что же, все они прошли первую ступень эволюции?

Этот вопрос задал не декан, а потому я не сочла нужным ответить. Вот еще, какой-то нахал лезет без мыла в душу. А нет, не какой-то, брат Аркфея, Ларфей, который полностью отказался от их родственных уз. Но я многозначительно улыбнулась. Очень многозначительно.

Вообще, то, что среди рода Альветар не два, а три хранителя прошедших первую ступень эволюции, явилось шоком для всех, в том числе и для меня. Ашта оказался с сюрпризом.

Будь он в сознании, то показал бы новую силу прямо при завершении ритуала. А так получилось, что о его новом даре – обладании магией тьмы, мы узнали считай в самом конце, когда уже все роли распределили и готовились покидать поместье отца. Парень очнулся и сначала не понял ни где он, ни что он такое, и как зарядил магией тьмы! Но это нисколько не огорчило, наоборот, обрадовало.

Любо-дорого смотреть! А уж тот факт, что он в отличие от Лейна помнил все общение с богами, но при этом получил предупреждение помалкивать, мужчина оставил при себе. Зато сразу же включился в помощь.

Так что верный Ашта отправился вместе с Лейном, заселять земли темных и светлых брорхами. Они оба никак не котируются для этого мира. Я ведь так и не далась Совету. Ни ауру изучить, ни кровушки нацедить… Так что и причастных к нашему с Лейном роду они отследить попросту не смогут. Да и откровенно говоря, им это и в голову не придет. Мы для них просто не существуем. Поэтому и сигналки не сработают, да и защиты у половины на территориях родов не окажется, но тут уже не мы постарались, а все тот же Совет. Точнее те из них, кто участвует в организации нападений.

Собственно, о брорхах, на данный момент их уже больше сотни. Да-да, часть ночи я занималась кормежкой и разведением уже имеющихся. Почему? А потому что мои мальчики-зайчики, те еще паразиты-партизаны, и оказывается могут опустошить не только людей, отобрав их магию, но и гадкие души, впитав их гадостную энергию. Она им просто не очень нравится, очень сильно не нравится, поэтому они свалили с полигона тогда, при первом эксперименте с соглядатаями, а заодно прихватили меня.

По факту после вмешательства брорхов у гадких душ остается вырвать ядра, очистить души и отправить на перерождение. Однако, учитывая, что энергия была из гадких душ высосана, они не сопротивляются, не пытаются сбежать. А тупо висят в воздухе, ожидая дальнейшей участи.

Это все мы выяснили не без помощи Ксара, которому трижды пришлось покидать поместье рода Аргхарай.

Первый, чтобы объявить всем о смерти Ашты и Лейна, и о том, что от них остался только пепел, заодно надавать пинков младшему братцу и отправить его в родовое поместье, а также прихватить испорченные кристаллы мониара, к которым он имел доступ. Все испорченные кристаллы мониара, которых оказалось невообразимо много.

Причём это была лишь скромная часть от общего числа на Тантерайте… Впрочем, нам это только пошло на пользу – как следует потренировались с брорхами и наэкспериментировались.

Второй, встретиться с отцом и передать текущую информацию, а заодно толсто намекнуть на то, что леди Альветар им особо заинтересовалась. Для чего это нужно? Все просто, Ксар должен выжить и он же должен маячить в академии во время моего поступления, а затем незаметно свалить в академгородок для помощи всем, кто окажется в опасности. Потому что имелась большая доля вероятности, что Ксара захотят ликвидировать, невзирая на то, что он один из мэрлэ Академгородка. Собственно, догадка подтвердилась. У его отца действительно нашлось важное дело для нерадивого отпрыска и ему надлежало покинуть Академгородок, но Ксар извернулся ужом, на серьёзных щах заявив, что я настолько от него в восхищении, что прямо в академии образую с ним связь – на радостях от поступления! Честно, я могла только восторгаться тому, как стихийник сыграл на тщеславии собственного отца.

И третий, когда очищенных кристаллов мониара оказалось достаточно для того, чтобы распределить их по Академгородку, а затем закинуть их ликвидаторам в гущу битвы.

Увы, помочь всем и сразу не получится. Мы это очень хорошо понимали. Единственное, на что надеялись, что оставшегося времени нам хватит для защиты большинства ничего не подозревающего населения.

Благодаря ментальному дару, который я получила от Лейна, о том, какие на самом деле отношения у Ксара с главой рода знала из первых рук. Ксара считали отрезанным ломтём, который не подчиняется на прямые приказы отца, смеет перечить и поступать по-своему.

И его бы давно списали со счетов, однако Лексар оказался слишком везучим, и живучим.

Вообще, оказалось, что принятие должности мэрлэ – это уступка Ксара своему отцу, уставшего от их ссор и желавшего примирения. Ксар считал, что именно отец виноват в смерти мамы и долгое время не мог его простить.

Мне было искренне жаль мужчину, когда Лейн заявил о настоящем количестве его братьев и сестер, а также о том, что его матушка – жива, только глава рода Скарлерр ее прячет. Это насколько надо быть сволочью, чтобы собственным детям объявить о смерти матери?

Собственно, через Сириуса я подсказала Лейну, что проще и быстрее будет обратить его дар в иную плоскость, не только считать воспоминания у Ксара, проверяя того на причастность к скорому армагеддону, но и передать важную информацию и аргументы в пользу помощи нам.

Ксар на удивление оказался проницательным и что немаловажно не имел ни единого сомнения ни в нас, ни в наших словах. Возможно, он уже имел какие-то подозрения, которые мы своим рассказом только подтвердили.

Но лучшего союзника в стане врага придумать было сложно. Он же и подсказал нам на какие рода стоит обратить внимание в первую очередь, скорее всего, первый удар будет именно по ним, так как его отец их представителей на дух не переносит. Естественно, к ним относился род Даррак, кто бы сомневался, а? И так деморализован гибелью наследника, которого все любили и почитали, так еще большинство ликвидаторов окажется в академии, защищать земли будет попросту некому.

За ним шел род Аргахарай. Логично, учитывая мою привязанность и то влияние, которое может оказать на меня папа. Что удивительно в этот список входил и бывший род Аркфея. Еще светлый род Картанс чем-то не угодил. Оно, конечно, отец Крысеныша тот еще вонючка, но шанс на исправление и жизнь имеет.

- Фьюрх, - Жутик потерся о мою ногу, выпрашивая ласку, а заодно умиляя меня.

Лапочка ведь!

Помимо прочего, мои славные паразитки умели общаться друг с другом на расстоянии. Пусть примитивно, на уровне передачи сильнейших эмоций: страха там, радости или гнева. Точнее с теми из них, кого сами же породили. Таким образом выходило, что Жутик, от кого пошли все остальные мог контролировать вообще всех, а вот Жгутик только Фантика. Но меня это нисколько не смущало, я и так получила больше, чем когда-либо могла мечтать.

И сейчас не сомневалась в том, что мы выстоим.

- Леди Альветар, вам и членам вашего рода, присвоили одни из первых порядковых номеров. Идти в административный корпус не нужно. Я провожу вас к месту общего сбора, - видимо лорд тан Маррад уже не в первый раз говорил это, потому что голос у него звучал устало и монотонно.

Я на мгновение устыдилась, но тут же вернула на лицо каменную маску.

- Благодарю.

- Пойдемте, - вздохнув попросил декан боевого факультета. И первым, как ледокол поплыл через массу других студентов и их родственников.

У каждого рода сегодня был праздник и всем хотелось побывать на этом знаменательном событии – распределении их отпрысков по факультетам и командам. Вот почему сегодняшний день можно назвать днем открытых дверей. Если уж от темных столько народа, что уж говорить о том, что нас ждет на месте распределения?

Мы чинно отправились за провожатым, при этом я не убирала свои крылья, а люди почтительно расступались. Не столько из-за меня, сколько из-за брорхов.

Да-да, мои питомцы паиньки… Пока я их контролирую.

Далеко мы не ушли, остановились у одного из портальных столбов, где нам попытались выдать инструкцию о векторе для перемещения, на что я безапелляционно заявила, что мы пойдем по построенному вектору лорда тан Маррад.

Пусть считают зазнайкой или обнаглевшей, но давать академии козырь – в виде слепка наших аур, увольте. А именно это и произойдёт при соприкосновении со столбами и посыла импульса нашей силы.

Нам и портал в академию отец строил, а мои магические крылья не равно передаче важной информации, они просто есть. Я надеялась выгадать для Лейна как можно больше времени, любыми способами, даже если придется поскандалить.

Но обошлось.

Первым в портал нырнула я, заблаговременно убрав свои крылья, за мной остальные.

Я застыла, разглядывала огромную территорию и мысленно присвистнула. Есть за что бороться. Однозначно.

Даже на первый взгляд совместная территория трех академий оказалось громадной и необъятной. А что говорить о тех землях, которые разделены и принадлежат разным сторонам? То-то же… Повсюду сновали люди, много людей и пока на нас не обратили внимания.

- Вы можете осмотреться, - сказал вышедший последним лорд тан Маррад. – Но должны появиться на арене через час и встать рядом с теми, у кого такая же направленность магии, как у вас. Заявки на выбранный факультет нужно опустить в урну со знаком Академии ХИЛТ, она находится при входе на арену.

Уточнять куда вставать мне, я не стала. И лорд тан Маррад об этом не вспомнил.

- Леди Альветар! – я вздрогнула от неожиданного оклика. — Это вы, леди Марина!

Восхищённый голос Аэльи мог обмануть кого другого, но точно не меня. Мне мерещились горечь, зависть и ненависть. Или не мерещились, а это привет от дара Лейна.

- Началось, - буркнул себе под нос лорд тан Маррад и с искренним сожалением добавил, - боюсь вам не дадут осмотреться.

Не страшно, учитывая, что Шалрая уже и след простыл. Я совершенно точно знала, что братец найдет ректора и передаст то, что мы сейчас можем ему приоткрыть. Нам нужна поддержка ректора и его доступ к порталам академии, а там уже к портальным столбам – системе принятой только на территории академий и Академгородка.

К тому же, о том, что свою благодарность мне захочет выразить Аэлья я знала и раньше. Так что наша встреча была неизбежна, особенно когда мой приход караулили. И имя рода специально так громко обозначила, стервь малолетняя.

- Ёлка, будь начеку.

- Поняла, - пропела моя ехидна иллами.

Леди тер Глоуддак плыла королевой среди толпы и в сопровождении братца, а я смотрела на нее и думала лишь об одном: где найти уединенное местечко, чтобы выпотрошить ее мозги?

В то, что род Глоуддак если что-то и знает, то очень мало – я не сомневалась. Я сейчас о его главе и наследнике, зато Аэлья…  С этой паршивкой явно не все так просто. Скорее всего она была разменной монетой, да и сейчас наверняка марионетка, но знает она куда больше, чем пытается показать. И ее якобы амнезия, через которую Лейн не смог прорваться… Ну стопроцентно влияние главы рода Скарлерр, потому что и в его голову любимый не смог забраться. Не бывает таких совпадений. Не-а.

Была бы у Лейна возможность увидеть бывшую невесту неофициально и не под присмотром Совета, возможно, тогда бы его ждал большой сюрприз.

- Сириус передает, что общение Лейна проходило в присутствии глав светлого и стихийного первых родов. – Вклинился в мои мысли Феликс. – А там, скорее всего, у лорда тан Скарлерр был с собой артефакт.

- Которым он мог скрыть мысли курицы…

- Леди Марина, как я рада вас видеть! Я так вам благодарна, вы спасли мою жизнь! Вы… - щебет леди Аэльи резал слух, но я улыбалась.

Пусть думают, что я невероятно рада видеть девушку. Хотя внутренне я ощетинилась, ну точно дар Лейна дает о себе знать!

- Леди Альветар, вы чудесно выглядите, - сделал мне комплимент ее братец.

Вокруг нас начала собираться тола. Нет, так не пойдет.

- Благодарю, - пропела я не хуже Мариэль. – Лорд тан Маррад, подскажите, где нам можно уединиться для разговора. Леди тер Глоуддак выглядит неловко, видимо, ей очень хочется сказать что-то по секрету.

Ей не хотелось совершенно точно.

Ей нужна была толпа. Интересно, зачем?

- Пройдите вон к тому столбу, им никто не воспользуется. А я не пущу зевак к вам.

Не совсем то, что мне требовалось, но лучше, чем ничего. Столб был от нас в семи метрах, конечно, нас хорошо будет видно. Ну да ладно если я обниму блондинку, то все решат, что от высоких чувств.

Перечить моему желанию уединиться ни брат, ни сестра не решились. Чинно последовали за мной, а уже у столба я попросила брата.

- Аркфей, Гекхар, поднимайте щиты. – И уже шепнула только Гекхару, - огради от меня лорда, аккуратно и не навязчиво.

- Будет сделано, - также шепотом ответил он.

В итоге мы оказались с Аэльей друг против друга.

- Я так мечтаю стать частью вашей команды! – не став ходить вокруг да около. Выпалила она. – Мне рассказали, как вы обо мне заботились на нулевой ступени, как и то…

Тут она притворно всхлипнула.

Я точно знала, что притворно! Ментальный дар не дремал, просачиваясь в мой «домик»!

- Как оскорбительно себя вела я. Мне так жаль! – тут она схватила меня за руку. – Вы же не держите на меня зла? И простишь меня?

О да, несомненно! И вообще, как быстро она на «ты» перешла.

Я обняла ее, крепко, мысленно отдав приказ Ёлке выпустить магию света и блокировать Аэлью на месте. Пусть постоит статуей, пока я копаюсь в ее памяти.

- И чего ты добивалась? – спросила ее, не ожидая от нее ответа, потому что сорвала свои блоки и вторглась в ее сознание.

Аэлья дернулась и всхлипнула, на сопротивление у нее не хватило сил. Внезапная боль, которая сопровождалась моему вторжению стало тому причиной.

А я торопилась, и действовала топорно, грубо… Идиотка… Действительно марионетка. И память ей отлично подчистили, поставив блоки в нужных местах. Тем, кто отправил ее в Дикие Земли – лорд Харсай Пикмал тан Скарлерр. Лично. Он же и подставил своего среднего сына. Ссс…

Мало того, сложно ли уговорить девицу, скрыть правду ото всех, даже от своих родных? Учитывая прежнее отношение семьи к ней? Оказалось несложным. А обещание выбить разрешение на свадьбу Аэльи и Адарлейна… Девочка поплыла и была согласна на все.

В одном я ошиблась, леди Аэлья не имела представлений для чего нужна главе рода Скарлерр. И вряд ли догадывалась о том, какая установка висит в ее мозгах.

Именно ей предстояло убить лорда Арвана тан Даррак. И вполне могло получиться. Ведь в пылу битвы, порядком подзатянувшейся, он вполне мог броситься защищать растерявшуюся девушку, а та легко бы ударила в спину не ожидавшего такого мужчины… Потом все спишется на страх, случайность… Либо не спишется и девчонку прибьют без зазрения совести.

Светлая магия – это сильнейшая боль для хранителей иллами с противоположной направленностью магии. Достаточно вспомнить мои ожоги, когда мы в комнате Мариэль подрались, хотя мне тогда еще мало перепало…

А учитывая бессонную ночь ректора, его горе, то, как его предполагалось вымотать до того, как он кинется спасать блондинку, а лорд Арван кинется, уверена, потому что Скарлерр все давно рассчитал, по его плану ректор выжить не должен.

А вот общение со мной до распределения полностью ее инициатива. Аэлья хотела воспользоваться своей якобы амнезией, чтобы меня разжалобить и все же уговорить взять под свое крылышко.

- Идиотка, - прошипела я и направила магию ей прямо в мозг.

Убить не убью, но сегодня она уже точно никому полезной не будет. Не очнется, чтобы и кто не предпринял.

Обмякшую в моих руках девушку, я ухватила покрепче, не дав-таки упасть на землю. Пусть и хотелось выкинуть гадость. Ее ненависть ко мне прочна, как гранитная скала, ее зависть разъедала ей душу, и с каждым днем становилась только сильнее. По ее мнению, я украла у нее то, что должно было принадлежать ей – второго иллами. И благодарности за свое спасение она не испытывала ни грамма. Но и такой уж злодейкой Мариэль тоже не была. Просто неблагодарным дрянцом.

- Лорд Арланд, - взволнованно позвала, вообще я находилась в ярости, но надеялась, что дрожание голоса больше похоже на волнение.  – Вашей сестре плохо! Помогите!

Отчасти устроенный мной переполох мне был на руку. Пусть уйти мне и не представлялось возможными, но это тоже часть плана – оттягивать все внимание на себя, пока другие заняты делом. Что все равно не мешало мне переживать и думать о любимом, как он там? Все ли гладко, все ли получается? Не было ли неприятных сюрпризов?

- Риша, Лейн сильный мужчина и справится со всем, - напомнил мне Феликс.

- Я знаю, но сердцу-то не прикажешь.

И не удивительно то, что к нам на помощь кинулся мэрлэ от стихийников, никому даже в голову не пришло, что ему тут не место.

Ясно же, что пришел поддержать свой род, ага, карман шире. Доказывать побежал отцу, что я от него без ума.  Наглядно.

А тут такая оказия, леди первого светлого рода потеряла сознание и в себя никак прийти не может. Видимо, сказались прежние травмы. Пришлось изображать расстройство этим фактом и по большому секрету во всеуслышание сказать, что я хотела видеть леди тер Глоуддак частью своей команды.

И уж совсем никого не удивило то, что на Арену я шла с мэрлэ под ручку. Действительно, какие сомнения, если о харизме и обаянии Лексара ходят легенды? Конечно и я не могла устоять, куда мне? Тем более единственный оставшийся соперник, подходящего статуса,  исчез с горизонта – поспешил доставить сестру лекарям.

Глава двадцать четвертая

Мы стояли на главной арене, которая была воистину огромной, что примечательно - открытой. Небо завораживало своей ясностью.

Я таких мест еще не встречала, хотя во время обучения побывала на разных полигонах. Эта же вместила в себя абсолютно всех – и гостей, и старших студентов, сидящих на трибуне, и поступающих на первую ступень обучения нулевиков.

Всех нулевиков от трех академий. И это при том, что мы группировались у входа! Отсюда едва середина арены проглядывалась, а мы все влезли!

Самое интересное, что члены Совета находились не за манежем, огражденным металлической сеткой от трибун, а как и мы на арене, но на почтительном расстоянии от нулевиков. Перед ними мерцал силовой щит, который никому бы не позволил к ним приблизиться.

Как сообщил Аркфей, эта арена использовалась для официальных игр во флайрбол. И там, где сейчас сидел Совет почти в полном составе, обычно находились места судей матча.

Я, вопреки просьбам оставить брорхов за пределами арены(стопудово бы заперли где-нибудь), стояла с ними и в окружении темных. Ни за какие коврижки не расстанусь со Жгутиком и Жутиком. Нашли дуру.

Хотя перед тем, как пройти сюда, мне тонко и неоднократно намекнули, что я должна быть от всех в сторонке, типа уникальная и ни на кого не похожая. Ха-ха три раза!

Все мы ждали начала распределения. Но прежде, были огорошены новостью о гибели талантливого архмастера – лорда Лейнарда Айтерртейя тан Даррак.

Причем архмастера задним числом дали, Лейн так и не завершил учёбу на последней ступени. Об этом лично и во всеуслышанье объявил представитель Совета. Естественно, сам глава рода Скарлерр.

Какую речь толкнул этот жулик! Аж заслушались все! Только о том, что он был инициатором того задания – ни слова, как и о всех остальных, на которых Лейн вымотался, как последняя скотина.

Никто не обратил внимания на то, что от родов стихийников было катастрофически мало гостей. Как мы и думали, на их землях также будут вторжения слияний гадких душ, но с ними успешно справятся. К ним готовы. Сволочи!

Я же, пока лорд Харсай распинался перед всеми, жадно пожирала глазами его тело. Где этот артефакт? Как он выглядит?! Но к однозначному ответу прийти не смогла. Им могла быть любая побрякушка на теле мужчины.

Но вот минуты почтения, как тут называли минуту тишины, закончились и все приготовились внимать ректорам академий. Все трое были здесь. Стояли рядом с Советом. Лорд Арван выглядел откровенно плохо, потерянным, уставшим, нервным… И вместе с тем в его взгляде сквозила решимость.

- Шалрай, - шепнула я. – Ты успел?

- Все сделал, - тихо ответил он, а Ламея сжала мою руку, желая поддержать.

От нее не укрылся мой облегченный вздох. И тому была причина.

Моя встреча с убитой горем леди Руданой вышла некрасивой. Женщина кинулась в мои объятья и сообщила страшную новость, а мне пришлось сделать вид, что я просто сожалею, а по факту, меня это совершенно не трогает. И отстраниться, напомнив, что мы не одни и это неправильно трогать чужих людей. Кажется, сильнее обидеть леди, как это сделала я – не реально.

Но я, как и ее муж, руководствовалась своими соображениями. Он ведь тоже меня отчитал на полигоне академии специально, чтобы я обиделась, чтобы отстранилась. Это уже позже я поняла с подсказки отца, что он подал хорошую идею и следовала ей.

А уж мои, вроде как влюбленные, взгляды на Лексара, ее и вовсе добили. Что уж говорить о леди Виолии, которая ее сопровождала? А уж как кривился Адарлейн… М-да… Я своим поведением разбила сразу два сердца. Но все же надеялась, что позже получу прощение.

- Он поверил и сделает все, как мы просили? – уточнила у брата.

- Он поклялся, - коротко ответил тот, а его шепот был заглушен объявлением лорда Арвана.

- Первая поступающая – леди Марина Айрана Альветар! Выбранный факультет – лекарское дело. Отклонено!

Я фыркнула, но вперед вышла. Не имеют права, о чем хорошо знают.

Не имеют – потому что я подхожу по уровню силы.

- Рекомендация – боевой факультет.

Надо же, только один факультет сосватать решили.

- Отказываюсь! – громко ответила.

- Может вы еще и команду себе сами выбрали? – ехидно отозвался ректор светлой академии.

Хоть тресни, а ни его имени, ни имени ректора стихийников я не запомнила, хоть они и представлялись. И кажется, даже не по одному разу… Видимо, для таких как я, особо одаренных по части запоминания зубодробильных имен.

- Выбрала, - нисколько не смутилась его тону. - На что имею право. Ребята, выходите.

Родные только этого и ждали. Вполне предсказуемо, что нас оказалось меньше того числа, которым обычно укомплектовывают команду. И ни одного стихийника среди нас не было. Зато я была -  два в одном.

В это же время заволновались брорхи. А у меня сердце сжалось, значит, начались нападения. Но Феликс и Елка молчали партизанами, хотя, несомненно, знали, что именно делает Лейн в данную минуту.

- Аркфей Ринар тан Альветар, выбранный факультет – боевой, одобрено, - между тем начал перечислять вышедших ко мне лорд тан Даррак. - Гекхар Бакрай тан Альветар, выбранный факультет – артефакторики. Отказано, рекомендация – факультет лекарского дела или факультет алхимии и зельеваренья.

На арене стояла мёртвая тишина. Все жадно прислушивалась к тому, что говорил наш ректор. И часть явно была потрясена тем, что членов рода Альветар стало больше.

Я хмыкнула, но не на реакцию общества, а на то, куда отправляли брата. Кто бы сомневался, что гений Гекхара захотят засунуть в алхимию?

- Шалрай Рикхар тан Альветар, выбранный факультет - заклинательских искусств. Отказано, рекомендация - факультет права и делопроизводства или факультет магического ремесла.

Жгутик зарычал. Его рык подхватил и Жутик, пришлось успокаивать поглаживанием.

Сомнений нет, лорд Харсай приступил к задуманному.

- И Ламея Ритани тер Аргхарай, выбранный факультет – боевой. Отказано. Рекомендация - факультет магических существ.

Ламея крепче сжала кулаки. Сам же лорд Арван, зачитывая рекомендации выглядел удивленно и даже не пытался этого удивления скрыть. Кажется, для него такие рекомендации стали сюрпризом. Впрочем, решает не только он. А еще две другие академии, исходя из потенциала иных поступающих.

-  Как видите, леди Альветар, вам не подходят эти студенты. Вам, с вашим потенциалом, не место среди лекарского факультета. А из тех, кого вы хотите видеть в своей команде, вам разве что лорд Аркфей и лорд Гекхар подходят.

Это сказал светлый ректор.

- Согласен с вами, - громко сообщил ректор стихийников. – Среди поступающих в этом году, есть более одаренные студенты.

Да что вы говорите?!

- Фьюрх! – воскликнул Жутик и оскалился, его щупальца угрожающе вздыбились.

Но это ерунда, потому что на трибунах вскрикивали люди, кто-то отчаянно завопил, что дома стряслась беда.

- Дайте пройти, - рыкнул кто-то самый нервный. – Я должен спешить. В поместье опасность!

- И мне тоже!

Давку, которая началась, никто не спешил останавливать. Да и панику гасить в зародыше, хотя всего этого можно было избежать приказом Совета. Те же сидели и наблюдали, точнее часть из них, потому что некоторые имели вид белого полотна и хватались то за сердце, то за свои артефакты и что-то яростно шипели сквозь зубы.

Совершенно расслабленным казался только лорд Скарлерр.

Полагаю, свалить отсюда ни у кого не получается. И точно не получится. Он постарался.

И тут завыла сирена!

Когда-то подобная звучала в Академии ХИЛТ. Вторжение слияний гадких душ в Академгородок и по академиям началось. Странно, что пока арены не коснулось.

- Фьюрх! – яростно отозвался Жутик.

Беру свои слова обратно. На трибунах то тут, то там вспыхивали порталы, из которых появлялись слияния.  Да еще в таком количестве! Интересно, как хотел оправдаться лорд тан Скарлерр? Учитывая точную направленность и огромную брешь в защите академии? На кого хотел спихнуть вину?

- Риша, в сторону! – крикнул Аркфей.

Но среагировал позже моих брорхов.

А я тоже хороша, пока рассматривала трибуны, пропустила момент, когда вспыхнуло около меня и появилось слияние.

И даже не одно.

Всем сейчас было весело. Металлическое ограждение было снесено, звуки борьбы оглушали, казалось, небо и земля поменялись местами.

- Жутик, бегом к лорду Арвану, - приказала я. – Защищай его!

И не успела. Потому что лорд Арван оказался окружен слияниями. А рядом с ним, словно из-под земли возник лорд Скарлерр. Прямо за его спиной.

Сомневаюсь, что его кто-то еще заметил, кроме меня.

Удара не миновать. Я завопила и призвала магию. Но не успела, ни черта не успела! Ректора собой закрыл Адарлейн. Уж не знаю, как он там оказался, но удар принял на себя и кулем упал на землю. Алая кровь обрызгала одежду и лицо стихийника. Просто офигеть какой силы был удар, раз оставил внешние повреждения, еще и открытые!

- Дарик! – страшно закричала леди Рудана. – Нет!

Вот только шанса прорваться к нему у нее не было. Ее с Лоей облепили со всех сторон, а я выругалась. Точно ли ректор сделал то, что я просила? И если да, то почему до сих пор не открылись наши порталы?

Ровно с этой мыслю они появились! Мои родненькие! Мои замечательные брорхи! Те самые, что остались ждать своего часа в папином поместье! И кристаллы мониара!

- Гекхар, - крикнула я брату, - действуй!

Кристаллы – его забота, мгновение и на арене возник василиск. Огромный, прекрасный, и уволок большую часть кристаллов. За ним ужом заскользил Фантик, который те самые кристаллы и приволок, при этом не тронув ни одного, мой умница. Брат раздаст их нуждающимся в подпитке хранителям.

Брорхи все прибывали, порталы вспыхивали по всей арене, и как я знала наверняка, и по территории Академии ХИЛТ. Той части, где обучаются ученики и находится административный корпус со столовой и лекционными залами. И уже оттуда часть моих милашей перебросят в Академгородок.

- Дрянь! – когда на меня спикировал лорд тан Скарлерр, я едва успела увернуться, не то, что подумать над тем, откуда он взялся и как умудрился ко мне так близко подобраться.

Мало того, раскидать всех, кто кинулся меня собой закрыть. Ламея сломанной куклой, улетела куда вглубь арены, Аркфей почти в тот же миг улетел следом. А моему славному Жутику отрубило все щупальца.

Я совсем не ожидала, что бешеная атака лорда Харсай сломит и мою защиту, и сопротивление. Переход в феникса вышел у меня почти спонтанно, мозг точно об этом не думал, а вот тело делало.

Яростная волна, затопившая сознание, сыграла со мной злую шутку. Я пальнула сырой силой. Желая отомстить за Жутика, и в итоге ранила своих же, потому что Харсай отразил атаку, будто был зеркалом.

Мне катастрофически не хватало сноровки и опыта, хотя Феликс с Елкой дружно помогали. Я пропустила град ударов. В голове зашумело, крыло плетью повисло и ощущалось чужеродным элементом, а сама я стремительно начала падение.

Зашибись повоевала! Одно радует, брорхи активно поглощали энергию, некоторые успели лопнуть от большого количества, а кто-то размножиться. Жутик вовсю поглощал кристаллы мониара…Хороший мой, сейчас пойдет мстить…

Я ждала удара от встречи с землей, но его не последовало. Все вдруг заволокло непроглядным черным туманом, а сама я оказалась в крепких объятьях, а потом и вовсе вернула свою форму, правда, пострадавшая рука так и осталась висеть тряпкой.

- Ты обещала не лезть на рожон, - укоризненно прошептал Лейнард медленно опускаясь на землю. – Если ты погибнешь, кто будет отдавать брачный долг?

Он явно пытался шуткой замаскировать свое беспокойство.

- Ну кто должен, тот и будет, - я зарделась как маков цвет, смутившись.

И от того, что к любимому память вернулась, и от того, что он успел меня спасти.

Его магия нежным дыханием прошлась по мне, подлечивая ушибы, синяки и что удивительно, мою конечность, которая горела огнем. Гореть она перестала, но управлять я ею не могла.

Сломана, как пить дать. Однако и этот момент от Лейна не ускользнул, своей магией он закрепил ее к моему телу, чтобы не мешалась до того момента, как меня смогут полностью подлечить. Впрочем, мог этого и не делать.

- Не вмешивайся, душа моя, пожалуйста. – Попросил Лейн, быстро поцеловал и отстранился, а на его месте возник Ашта, который тут же ухватился за мою руку. – Пригляди за пострадавшими, хорошо?

- Обещаю. – Ответили мы с Аштой.

Я так и не поняла, к кому муж обращался.

- Ты?! – проревел наш противник.

Он явно не верил тому, что видел.

Туман рассеялся, открывая всем и каждому удивительное зрелище.

А именно моего мужа, который медленно взлетал, но не в виде феникса, а помогая себе черным и светлым крылом. Да! Мой мужик! Никому не отдам!

Пока я любовалась, ко мне успела подбежать живая, но чуть хромающая Ламея, а за ней по пятам следовал Аркфей. Они закрыли меня собой. На что Ашта пробурчал, что смысла уже нет. Скоро все закончится.

- Леди Альветар, не дергайтесь, иначе я вам неправильно сращу кость.

Мой новый брат был прав, на арене битва почти подошла к концу. Уж какой огромной не была эта арена, а такое количество брорхов ей вместить было сложновато.

Судя по всему, число монстров с прошедшей ночи, как минимум, выросло вдвое. Во всяком случае, складывалось именно такое впечатление.

Видимо, желая добить впечатлительных врагов, Лейн собрал магию и одномоментно пробил ядра десятку дезактивированных слияний гадких душ. Надо ли говорить, как все впечатлились? Не только его крыльям, но и тому, как легко он выдрал ядра, а затем демонстративно провел очищение.

- Лейн! – дикий крик леди Руданы, напугал меня до дрожи, я дернулась и снова получила предупреждение от Ашты. - Живой!

Я только удивлялась тому, почему медлит Скарлерр и не нападает.

- Вот он – виновник происходящего! – пророкотал лорд Харсай. – Это он натравил слияния гадких душ! Темные желают захватить власть!

Может, кто-нибудь ему бы и поверил, если бы не расклад сил. Во-первых, именно стихийников оказалось меньшинство, а все получили тревожные звоночки из своих поместий. И явно умели делать выводы. Во-вторых, все помнили, что вспышки порталов, из которых появились слияния гадких душ имели яркий, светлый окрас в то время, как брорхи появились из темных порталов. И именно брорхи помогли уничтожить слияния. Так что…

- Твоя игра закончена, - между тем произнёс Лейнард, совершенно спокойно произнес, мимоходом отразив атаку от ректора светлой академии и накрыв огромным щитом всех остальных, желая оградить от силы лорда Скарлерра. – Отдай артефакт.

Зря он атаковал, кстати, потому что тут же получил на орехи от лорда Арвана, да так получил, что стек на землю полутрупом.

- Слияния в Академгородке уничтожены, - голос Лексара раздался неожиданно и очень громко. – Пострадавшие есть, но их мало. Мы успели перенести большинство в безопасные места.

- Атаку на землях светлых и темных – отразили, - меньше всего я ожидала услышать отца. – Серьезно пострадавших нет.

Отчитался папа и громко, с сожалением добавил:

- Риша, прости, но половина брорхов погибла.

Что-то такое я ожидала, глупо думать, что брорхи, отправленные для поглощения энергии, вовремя успеют остановиться и вместо того, чтобы лопнуть – размножиться. Однако тем, кто прибыл на арену, повезло больше.

- Играешь здесь ты, - между тем ответил Лейну Скарлерр. – Красуешься новой силой, бравируешь новыми возможностями. Защищайся, щенок! Я очищу этот мир от таких паразитов, как ты!

Огненный залп на мгновение ослепил, я зажмурилась, всерьез опасаясь ожога роговицы, таким мощным потоком запулил Скарлерр.

- Остановись! – женский крик разрезал пространство. – Остановись, Харсай, хватит!

- Леола?!

- Матушка?!

Голоса Скарлерров буквально в унисон слились. А с трибун тяжко спускалась беременная женщина. Ее никто не останавливал. Да и кому? Брорхи приказа нападать не получали, гадкие души висели в пространстве и уже никому вреда причинить не могли. Сторонники Скарлерров вряд ли бы покусились на жену их соратника, а наши не звери, чтобы убивать женщину, пусть и очень ценную для врага.

Выглядела она, прямо скажем, паршиво. Одутловатое, красное лицо, грузное тело, огромный живот. Судя по всему, роды должны если не вот-вот начаться, то на днях -точно.

- Остановись! – прохрипела она. – Не надо!

Интересно, а раньше леди почему молчала? Почему потакала тщеславным амбициям мужа?

Лексар оказался шустрее всех остальных, и первым коснулся своей матери. Мне почудилось, что руки у него дрожали. Еще бы! Столько лет считать, что его мама покойник! Я бы только за одно это прибила Скарлерра.

- Кто посмел? – прорычал красный феникс и попытался метнуться к своей жене.

Не вышло Лейн преградил ему путь сплавом своей магии.

- Отдай артефакт, и мы сохраним тебе жизнь. – Произнёс любимый.

На это Харсай рассмеялся. Диким, чудовищным хохотом, от которого по телу мурашки пошли. Мерзкие мурашки.

- Вы ответите за это, - пообещал он.

Множество вспышек и хлопков оглушили. То ли от отчаянья, то ли желая сделать общинный курган, лорд обратился к артефакту, призвав еще гадких душ.

Полчища гадких душ, уж не знаю, откуда он их взял и где прятал до сего светлого момента!

Некогда было разглядывать то, что происходило в небе, когда требовалось отбиваться от гадких душ. Впрочем, меня все равно никто бы не пустил в самую гущу, братья стояли каменной стеной, образовав круг, в котором кроме меня оказалась и Ламея, а ещё почему-то Лиарна в образе волка.

- Вырви ему сердце! – крик Лексара разнесся по всей арене. – Оно и есть артефакт!

Я не долго поражалась этому, куда сильнее меня шокировало мужество матушки Ксара. Потому что кто, кроме нее мог знать такой нюанс? Смогла бы я предречь любимого на смерть? Даже учитывая, что он решил уничтожить большую часть населения, а оставшуюся поработить?

Все закончилось слишком внезапно. Вот гадкие души наступают, а вот замирают в пространстве, потерявшие ориентир. И навсегда отпечатывается в память вид Лейна, в руках которого находится еще бьющееся сердце лорда тан Скарлерр.

Эпилог

Три года спустя

- Леди Альветар, факультет лекарского дела – одобрено. – Объявил лорд Арван, один из заместителей ректора ныне единственной академии, а я вышла вперед.

Академия Хранителей Иллами, чья аббревиатура, впрочем, не звучит как «АХИ» или «ХИ», а носит гордое название Академия ХИЛ, я настояла, чтобы все время не смеяться, очень изменилась.

С того дня, как я впервые стояла на Арене, желая поступить на первую ступень, прошло три года. Многое за это время случилось. Очень многое…

Мы пахали как проклятые, восстанавливая то, что было разрушено.

Первой год все дружно мечтали о полноценном, здоровом сне. Ни мне, ни Лейну он не светил. Даже не подмигивал, шутка ли, когда ментальным даром обладают только двое? А проверить нужно не только все великие рода, но и остальные, которые не входили в рейтинг. Я не берусь сосчитать сколько лиц, судеб, желаний, промелькнуло в моем сознании за это время. Много, так много, что к концу каждого дня я падала в заботливые руки мужа практически амебой, и засыпала прямо за омовением, которое стало для Лейна традицией.

Ему нравилось меня купать, впрочем, сейчас мне тоже нравится водить губкой по его телу, вспенивать пену, трогать пальчиками его шармы, которых стало намного больше, чем я видела однажды во время наших совместных ночевок. Часть из них получены во время рейдов до Великого Вторжения, как обозвали попытку полной узурпации власти лордом Харсаем из-за аномального количества гадких душ, часть уже после. Многие, до сих пор искренне верят, что лордом управляла гадкая душа…

Конечно, первые месяцы, я привыкала, смущалась и близости, и такому пристальному изучению наших тел. Лейн касался меня всегда, когда выдавалась такая возможность: разминал и гладил плечи, украдкой целовал в макушку или губы, если я была тотально занята, а он пришел меня покормить, потому что был уверен, что я непременно забуду пообедать. Муж мне достался очень терпеливый и бесконечно нежный. Приручал…

С момента поражения рода Скарлерр было заключено множество браков. Что примечательно, ни у кого не было нормальной, торжественной церемонии. У нас с Лейном, кстати тоже. Какая там церемония, если мы так брачную ночь отпраздновали, что небось весь мир слышал и шалел от всплесков нашей магии несмотря на то, что я  отчаянно трусила и смущалась. Но уже была доведена до той точки, когда: сгорел сарай, гори и хата! Все же брачной наша ночь стала с огромным опозданием, почти в год… Потому что нам поначалу все же хотелось красивую церемонию, потом навалилось столько дел, что не хотелось уже ничего. А основным оставалось желание Лейна не пугать меня, не торопить, наверно, отсюда у него и появилась эта традиция – лично купать меня.  Но я не жалела.

Ни о чем не жалела. Зачем мне подвенечное платье, хмельные гости и долгое ожидание того, когда все кончится, чтобы наконец насладиться мужем? Когда я уже по праву могла таять от прикосновений твердой и нежной руки на талии, опаляющих губы поцелуев и жаркого шепота мужчины, по которому сходила с ума? Которого мне всегда мало? А церемония... Так она была, еще какая!

Даже сейчас вспоминать смешно. Вряд ли кто-то еще мог похвастать, что их обвенчали лично боги. Да еще в каком виде!

Это приятные воспоминания, но глядя на Аркфея на ум приход тот страшный день, когда при зачистке территорий стихийников он погиб, но воскрес уже прошедшим первую эволюцию хранителем.

Он закрыл собой малолетних отпрысков рода Скарлерр. В то время как больше никто не захотел их спасти. За что получили такую выволочку от Лейна, что еще долго ему на глаза не показывались, в их числе, кстати, был и ранее счастливо спасенный Дарик, которого тогда на Арене откачал Ашта и которого до прихода брата, удерживала на грани жизни и смерти леди Рудана.

Что примечательно вторым направлением магии Аркфей избрал стихийную. И не прогадал, позже его помощь была очень кстати, пусть и только обретенного, не до конца подконтрольного дара.

Кошмарное время… Тогда чуть полконтинента не разнесло. Огненные ловушки были рассованы чуть ли не по каждому поместью светлых, темных и стихийников. Их-то он на пару с Лейном, папой, главой рода Маррад и главой рода Рагхаран глушил по всем странам.

Три года, ровно столько потребовалось, чтобы привести в порядок мир. Относительный, конечно, порядок. Но бесконечные зачистки, проверки, казни минули.

Забылись как страшный сон насильственные меры против женщин, изъяли все испорченные кристаллы мониара, многим пришлось ощутить на себе воздействие брорхов. Лейну однажды пришла в голову мысль, что если выкачать вообще всю магическую энергию у зараженных женщин вплоть до схлопывания каналов, а затем быстро восстановить их, то резерв будет наполняться уже обыкновенной божественной энергией. Новой-то зараженной взяться не откуда.

Первой, кто рискнул на подобный эксперимент оказалась Ламея… И он прошел очень успешно.

Больше по нашему миру не бродит такое количество гадких душ. А в каждой семье, обладающей магией живут минимум по два брорха.

Перестал существовать Совет великих родов. И вряд ли он когда-нибудь появится снова. Зато есть род Альветар, малочисленный. Но очень суровый и одаренный. А также круг приближенных, но, по сути, не сильно облеченный властью.

Смеюсь, а как иначе?

Лейнард оказался тем еще тираном, методично, настойчиво вернул ту власть, которой когда-то располагал род Альветар. Вернул прежнее значение академии, а сам стал ее ректором. В замах у него, кстати, архмастера с разной направленностью магии: его дядюшка, Лексар и Ашта. Но последний до того светлого момента, пока я не доучусь. Я его смена.

Сегодня я могу сказать, что зло, посеянное лордом Харсаем, уничтожено. Пусть и число хранителей иллами уменьшено, да и всего населения в целом… Но мы смотрим в будущее с надеждой на счастье.

И пусть академия не работала три года, сегодня она распахнула свои двери для всех желающих. И изменения, которые в ней произошли, уверена, порадуют всех.

Потому что отныне можно выбирать команду, да и сам учебный процесс будет таким, как при роде Альветар, когда он процветал. По большому счету, лорд Арван и Лейн перекроили всю систему, затем подкорректировали с помощью преподавателей и наконец утвердили новый учебный план. Академию населили брорхи. Их полностью успел оценить весь мир. Особенно, когда дело касалось просыпающейся магии. Не нужны никакие блокираторы и ограждения от других членов семейства. Ходящий хвостиком за ребёнком брорх легко поглотит весь выброс магии, и еще добавки попросит.

Так что очередь на брорхов только растет, но мы приняли решение ограничить их численность. Все же если дать монстрикам волю, скоро людей не останется, а будут существовать только брорхи, и те погибнут, когда высосут всю магию, а нового источника найти не смогут.

А мне, как и почти всем членам моей прошлой команды, все же суждено закончить свое обучение.

Почти всем, потому что Аркфей с Ламеей, в отличии от нас Лейном поторопились с детьми. Сестра беременна уже вторым. Их сыну едва год исполнился, теперь ждут дочку. Поэтому со мной поступает только ее муж, и Шалрай с Гекхаром, но и сестре неожиданно нашлась замена. Нет-нет, не блондинка, та вообще отказалась продолжать обучение. Все ждет, когда Адарлейн одумается и возьмет ее в жены. Только с чего ему это делать? Все же мозги у курицы явно набекрень. Но не факт, что из-за моего вмешательства.

Мне, конечно, было ее немного жаль, но скалывалось впечатление, что жизнь ее вообще ничему не научила. Менять линию своего повеления девочка никак не желала. И быть полезной тоже…

Она все еще считала себя леди первого светлого великого рода. Хотя от того рода, считай, осталось воспоминание. Учитывая, что ее собственная матушка оказалась дочерью Скарлерров, и вовсю плясала под дудку грозного отца, иного ожидать не следовало.

Но судьба у Аэльи, все-таки не завидная… Ее родили специально, чтобы отдать лорду Сайттар. И не испытывали к ней никаких материнских чувств. Грустно это, и очень страшно. И в момент, когда Аэлья все же решит измениться, уверена, что ни я, ни Лейн не откажем ей в помощи. Но это должно быть только ее желание, искреннее.

Кого было невероятно жаль, так это ее старшего брата. Арланд много сделал для того, чтобы помочь Лейну, и они неплохо поладили. Он часто гостит у нас, наверно пытаясь погреться у чужого костра счастья. Сам при этом еще жениться не надумал. Хотя есть у меня кое-какие подозрения…

- Леди Камалия Светана тер Рагхаран, - вперед вышла младшая кузина Аркфея, которая и заняла место Ламеи. – Факультет зельеваренья и алхимии. Одобрено.

Я улыбнулась застенчивой девушке. Тоненькой, невысокой, с густой копной смоляных волос, и огромными на пол лица глазами цвета горького кофе.

Камалия была очень робкой и ранимой. И безумно мне нравилась. Собственно, не только мне. Вот на нее, мне кажется, положил глаз Арланд. Так как сестрёнка Аркфея гостила у нас почти год, ну как гостила, ушла из дома в никуда, поругавшись с родителями, которые желали выдать ее замуж, раз учиться не вышло – набора-то не было. Мы ее приютили и отбили от матримониальных планов, а потом и привязались. Идея взять ее в нашу команду принадлежала Ламее, а я не стала отказываться.

Мои личные брорхи, Жутик, Жгутик, Фантик и Бантик, временно перебрались на территорию академии к сородичам, но я верну их обратно, когда покину альма-матер и вернусь в поместье. Мы пока не торопимся с детками, Лейн считает, что я должна научится полностью управлять даром перед беременностью, а то женщина с расшалившимися гормонами может выдать слишком потрясающий результат. Я и когда гневалась, не всегда в узде держала магию, так что резоны Лейна понимала и принимала.

Быть причиной катастрофы мне не хотелось. Едва от прошлой отошли!

У Ксара с Лоей, кстати, затянулся конфетно-букетный период. Такое впечатление, что Виолия отрывается на нем за все его многочисленные прошлые романы. А он терпит и не сбавляет обороты, желая во что бы то ни стало добиться согласия своенравной любимой.

Его мама, леди Леола, ненадолго пережила мужа. К сожалению, спустя три дня после рождения дочки, она покинула этот мир. Но не мучилась, уходила с улыбкой на губах. Вслед своему равному… На Ксара тогда страшно было смотреть. Из мути собственного горя его вытянули двое: Лоя и маленькая, только родившаяся сестричка. Именно он стал ее опекуном. Впрочем, позже и главенство рода перешло к нему, а заодно опека над всем родом. Четверо его братьев не выжили, в том числе и тот наследник, который истинный, и тот, кого мы все принимали за наследника, лорд Эртан.

У меня с семьёй Лейна сложились теплые отношения. Все обиды были забыты, да и не было их. Так только недопонимание! Новый глава рода, кузен любимого - Авеар, оказался очень ответственным, несколько строгим и надежным человеком. Легко взял управление рода под свою руку и был отличным помощником Лейну.

И, кстати, ошарашил всех, когда женился чуть ли не сразу после битвы в Академгородке. Причем его женой стала не хранительница иллами, а девушка со слабым магическим даром. Она работала в одной из лавок на центральной улице, когда началось чуть ли не светопреставление, а он спас ее. И отпустить уже не захотел. И тот факт, что Крайде могла магичить только по мелочи, его не смутил.

Что совершенно не помешало родиться их сыну Мэнрайду с наследной силой рода. Лейн, правда, немного обиделся на Авера за то, что тот дал имя его отца своему сыну. Потому что сам мечтал об этом же. На что я миролюбиво заметила, что никто не мешает ему сделать то же самое в отношении нашего сына, когда тот родится, тем более род-то не один, путаться разве что при встречах будем. И то, всегда может выручить второе имя, всяко они будут разными.

Мама с папой снова ждут пополнения, на этот раз, по всем признакам будет дочь. Правда, интуиция мне подсказывает, что мама ошибается и у меня будет еще один брат, но время нас рассудит.

- Риша, Лейн передаёт, что любит вас, - хрустальный голосок Жасмин ворвался в мои мысли. – Но вы опять витаете в облаках. Вы должны дать согласие лорду Арвану.

- Согласна! – послушно громко объявила я.

Кстати, к имени второго иллами Лейна, я приложила свою руку, за что поплатилась от Ёлки. Эта колючка месяц со мной нормально не общалась, а если приходилось, то таким арктическим тоном, что отмораживала во мне вообще все.

Ещё она повадилась жаловаться Лейну, правда, тут нашла коса на камень и ее уже отваживала Жасмин. Но интеллигентно.

В итоге, как только я свою иллами не умасливала! Чуть ли не с бубном вокруг нее прыгала на Грани. Толку-то! Вселенская обида на красивое имя для чужой иллами только набирала обороты, ведь ее собственное имя означало мохнато-колючее деревце. Ещё и зелёное! А она – светлая!

Вот Жасмин правильно определили, Ёлка, паразитка, увидела в моей памяти белые цветы жасмина. Так что танцы с бубном продолжались, пока от них не устали другие иллами и не сделали Ёлке внушение, напугав тем, что я могу ее заменить. Пришлось поклясться, что этого никогда не произойдет и моя колючка успокоилась.

Но я все же считала, что имя Ёлочка ей очень подходило, да и поменять-то его уже нельзя. Как и Жасмин невероятно шло иллами любимого. А уж какие она колыбельные мне пела! Правда, дозированно. Ёлка больше одной в неделю не выдерживала. Ревнивица моя.

Сириус и Феликс только посмеивались над этой враждой и ревностью. Они-то давно успели спеться. Но и контролировали женскую половину нашей компании, чтобы их перипетии не доходили до абсурда и не пересекали черты.

А Дальера лишь недавно призналась, кем так сильно было впечатлено ее девичье сердечко. Выбор оказался странным. Ну как странным. Ее «обоже» старшее нее, как минимум на полторы сотни лет. К тому же вдовец, имеющий взрослых сыновей.

Октар тан Маррад – глава рода и отец нашего декана боевого факультета. Нехило да? Увидела его однажды в гостях у отца, и все, пропала девчонка.

Уж не знаю сохранится ли это чувство у нее пока она достигнет совершеннолетия, но мешать, если вдруг сестра таки добьется ответных чувств, не буду.

- Поздравляем с поступлением на первую ступень! – объявил ректор, а я все считай пропустила. – Отныне вы не просто команда, семья!

Ну да, мы и так уже она. Но не все ж в командах родственников иметь будут, а фраза традиционная.

В сторонке меня дожидался муж. Я влетела в его объятья и не удержавшись поцеловала. И пусть, что все смотрят. Пусть! А я соскучилась, хоть не виделась с Лейном всего ничего.

- Душа моя, - чуть отстранившись, прошептал любимый, - Ты порвала мою рубашку.

Ой! Я даже не заметила, как мои жадные руки это сделали. Стыд-то какой.

- Я знаю, как все исправить. – Подмигнул он.

Всего миг и мы под добрые смешки моей новоиспечённой команды пропали в зеве портала.

Конечно, чтобы продолжить начатое! А то порванной рубашке явно одиноко! Надо на Лейне порвать и все остальное! И на мне, для ровного счета!

Конец

Content

Любимка Настя Светлый феникс. Академия Хилт

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Эпилог