Найденов Дмитрий

Николай Второй. Борьба с красным террором

Глава 1. Япония. Префектура Оцу.

Книга первая.

Роман написан на современном языке без специфических оборотов речи и в метрической системе, для простоты чтения. Многие названия адаптированы под современные. Большинство персонажей и событий имеют реальные исторические события. События описываемые в книге не преследуют и не пропагандируют никаких политических и религиозных мотивов. Вся история описанная в книге вымысел автора.

Николай второй. Борьба с красным террором.

Иногда лучший способ погубить человека —

это предоставить ему самому выбрать судьбу.

Михаил Булгаков

Темнота и боль — вот всё, что я ощущал, голова просто трещала, и я ничего не видел. Внезапно всплыли смутный образ разъярённого самурая с мечом в руках и моя нелепая попытка уклониться, — почему именно самурая?

- Потому что я в Японии!

- В какой Японии, что я там делаю?

- Прибыл с визитом как член императорской семьи.

- Какой, на фиг, семьи?

- Императорской.

- Бред полный. А ты кто?

- Я — Николай, все зовут меня Ники.

- Где мы?

- Мы оба умерли, но один из нас должен вернуться и жить дальше. Я уже прожил эту жизнь, моя закончилась в подвале Ипатьевского дома вместе с теми, кого я успел полюбить. Я не могу начать всё с начала, у меня нет сил пережить это ещё раз, но у тебя будет шанс изменить всё, чтобы спасти Россию, спасти её народ и не допустить таких жертв. Всё, что я помнил до этого момента, останется с тобой, но тебе придется освоится в этом теле. Я не знаю, кто или что перенесло тебя сюда, но это твой шанс изменить историю. Вернувшись в это тело назад в прошлое после прожитой жизни и расстрела моей семьи, я не захотел больше жить, и, когда этот обезумевший полицейский напал на меня с мечом, я готов был принять смерть и решил не уклоняться от удара, но ТАМ рассудили по-другому, и теперь у тебя есть шанс самому изменить историю. Почему именно ты, я не знаю, наверное, твоя душа подходит для этого.

Так что прощай и как говорят у нас «Ни пуха тебе, ни пера».

Я что попал в тело царя Николая Второго? А что тогда случилось со мной? В тот же миг я вспомнил пешеходный переход, себя, идущего в толпе народа, и чёрный мерседес, который даже не стал тормозить на красный свет и снёс меня на огромной скорости. Жена и двое детей, оставшиеся в той ещё пока моей жизни. Но, может, это сон или последствия травмы, и всё это мне привиделос?! Я сейчас проснусь и окажусь в больничной палате, а меня придёт навестить моя семья. У нас было столько планов на это лето, что….

Но меня прервали доносящиеся голоса:

— Да положите вы его, нужно опять перевязать раны, открылось новое кровотечение, все бинты сильно промокли.

— Но Его высочество срочно нужно отправить на крейсер «Память Азова», там есть лекарь, и он ему поможет.

— Если его сейчас не перевязать, Его высочество истекут кровью, лучше дайте ещё бинтов, господа.

— Виктор Сергеевич, вы как его адъютант отправьте вестового к Азову за помощью и дополнительной охраной. Перемещать его высочество ни в коем случае нельзя, не довезём, господа. Швы нужно накладывать прямо здесь.

С трудом приоткрыв глаза, я ничего не увидел, мне мешали бинты, попытка пошевелиться вызвала сильнейший приступ боли, и я потерял сознание.

Очнулся я уже в постели, открыв правый глаз, так как левый был туго затянут повязкой, огляделся вокруг. Находился я в незнакомом помещении, отделанном в японском стиле, рядом на стуле дремал молодой мужчина в звании штаб ротмистра (чин моего адъютанта, Виктора Сергеевича Кочубея, сам всплыл в моей голове). У меня в ногах спала молодая японка в кимоно, а сам я лежал на традиционно японском ложе. Сквозь полупрозрачные занавеси просвечивал ранний рассвет.

У меня было время спокойно обдумать, что делать дальше. Если верить всему сказанному мне или привидевшемуся, я оказался в теле Николая Второго в Японии сразу после нападения на него полицейского с мечом, о самом инциденте из истории я ничего ни помнил, как и подробностей этого периода жизни страны. Помнил только, что в 1904 году начнётся русско-японская война, в 1914 году первая мировая, вспомнил о кровавом воскресенье и Ходынке.

И какие-то общеизвестные факты, но без подробностей. Единственный факт, запомнившийся чётко, — это расстрел царской семьи в доме Ипатьевых, вот это и нужно было изменить в любом случае. Быть жертвой революционных радикалов мне совершенно не хотелось.

Ещё вспомнился факт болезни сына Николая Второго, его недуг передавался по наследству, и достаточно было избежать брака с герцогиней Алисой, внучкой британской королевы, так как от неё и шла генетическая болезнь. Нужно составить план действий и попробовать вспомнить значимые исторические события, а пока нужно прикинуться больным и сильно пострадавшим от нападения, чтобы иметь оправдания моим неестественным поступкам.

Боюсь, что мой разговор и построение фраз выдадут подмену, поэтому мне придётся первое время молчать и заикаться, хотя бы пару дней, пока меня не осмотрят врачи и не поставят какой-нибудь заумный диагноз.

Надо попросить принца, как его, Арисугава Такэхито (подсказала мне память предшественника с некоторой задержкой), показать мне их флот и попробовать собрать сведения о их военной мощи. Надо убедить Александра Третьего, опять прокол, надо уже начинать мыслить критериями попаданца и вживаться в образ, отца! Теперь он для меня отец. А Мария Фёдоровна — мать, то есть мамА с выделением последней буквы, так к ней обращались все её дети.

Так, черновой план на ближайшие дни план составлен, что делать дальше? Спешить в Петербург не стоит, нужно осмотреть Владивосток и ближайшие порты. Что-то там с Порт Артуром было, надо тоже проинспектировать и всё подробно записать. Нужно как-то получить экономическую и политическую информацию о состоянии дел в империи. Что же я ещё пропустил? Так, до войны ещё более десяти лет, можно попробовать подготовиться. Главное не переиграть с болезнью, чтобы не вычеркнули из очереди в наследовании, это важный момент. На чём же можно тогда сыграть?

Может прикинуться блаженным? Рискованно, но народ такое любит и, если пойду на конфликт с Великими Князьями, нет, опять неправильно мыслю. Ни если, а когда, их нужно убирать с шахматной доски, они были одни из сторонников отречения Николая Второго, не понимая, к чему это приведёт.

Так кто там у нас в Японии из духовенства, вспоминай Николай Касаткин?

Так епископа тоже зовут Николай, и в планах было посещение, только что построенного Собора Воскресения Христова в Токио.

Обязательно нужно посетить и там что-нибудь придумать. Какую-нибудь историю про ангелов и про скорую смерть отца, про ожидающую смуту.

Что можно ещё получить от поездки в Японию? Может жениться здесь или невесту взять?

Нет не поймут ни здесь, ни там. Да и опасно, произойдёт покушение на неё, и война начнётся раньше.

Надо обязательно использовать случившееся для своей выгоды, но это пока ждёт.

Тогда вначале в храм, там и обрету чудесным образом речь, и пусть она будет странная, это даже лучше.

Пора уже привлечь внимание.

Я пошевелился и якобы случайно уронил стоящий рядом на полу кувшин, который опрокинулся и из него вытекла вода.

Тут же проснулась японка в кимоно и бросилась ко мне протирать лицо влажной тряпкой.

От шума проснулся и Виктор Сергеевич, несколько секунд после сна пытавшийся понять, где он, а затем, резко поднявшись бросился ко мне, опустившись рядом на колени, заговорил очень быстро:

— Ваше императорское Высочество, как вы себя чувствуете, что у вас болит? Вы можете говорить?

Я в ответ просто помычал и для пущей убедительности повращал глазами в разные стороны и махнув медленно рукой, вынул нательный крест и неуклюже поцеловал.

Поняв меня правильно, Виктор Сергеевич метнулся к двери и прокричал:

— Митрополита к цесаревичу. Срочно! И докторов позовите, очнулся наследник.

Через пять минут в комнату стали заходить врачи, и каждый пытался что-то сделать, спросить, потрогать. Один из врачей размотал часть повязки, высвободив второй глаз, и я смог нормально видеть. Махнув рукой и показав жестом всем на выход, я добился, чтобы всех удалили.

Через десять минут вошёл пожилой епископ в повседневном облачении.

— Я молился всю ночь за ваше здравие, и Господь услышал мои молитвы. Как вы себя чувствует, е Ваше Высочество?

— При…тся, Хра… Токи…, - хрипя и перхая, вымучил я

— Причастится Христовых Таинств в Храме, в Токио? — спросил он меня.

Я в ответ махнул головой и закрыл глаза. На самом деле моё самочувствие было не очень хорошим. Голова начала болеть и кружиться.

Митрополит обратился с просьбой к Виктору Сергеевичу с моими пожеланиями.

Опять были приглашены врачи и стали что-то обсуждать. Через пятнадцать минут дискуссий, мне всё надоело и открыв глаза я громко просипел:

— ХХРРААММ.

И после этого опять закрыл глаза. В итоге после ещё десяти минут обсуждений, Виктор Сергеевич выгнал всех врачей из комнаты и, наклонившись надо мной, робко тронул меня за плечо. Я открыл глаза и, чуть прищурившись, посмотрел на него.

— Ваше Высочество, Николай Александрович, вы, действительно, хотите в Храм в Токио? Путь не близкий и займёт много времени.

В ответ я слегка качнул головой. Постояв и подумав какое-то время, Виктор Сергеевич Кочубей отправился отдавать распоряжения.

Путь в Токио занял несколько дней и запомнился сильной головной болью и постоянной тряской. Я периодически терял сознание, и у меня запечатлелись только отдельные моменты дороги.

Митрополит постоянно находился рядом со мной и читал молитвы, в том числе и на японском.

Когда мы прибыли в Токио, был уже вечер, но я настоял на службе в Храме. Вокруг Храма собралась огромная толпа японцев и охраны. Меня на носилках пронесли в свеже-построенный Храм Воскресения Христова. Там я, с трудом говоря, попросил принести стул, и для меня из алтаря вынесли большой архиерейское Кресло, стоящее всегда за престолом для правящего архиерея. Поставив его рядом с вратами у амвона и подложив на него подушки, меня бережно усадили на него. Храм наполнился японскими прихожанами, все стояли с зажжёнными свечами и многие плакали. Охрана не подпускала никого ко мне близко, в тишине были слышны едва слышимые перешептывания на японском и иногда на русском, говорили, что цесаревич собрался собороваться и скоро помрёт.

Чтец начал медленно читать часы, затем запел хор и потихоньку заснул.

Мне снился сон, как моя жена в чёрном траурном платке стояла у закрытого гроба и рыдала, обняв её за пояс, рядом стояли Яна и Ирина, мои дочки-близняшки, они тоже плакали. Всё виденное происходило в храме, где шло отпевание моего тела, после недолгой панихиды батюшка сказал речь о вечной жизни и о том, что любящие души обязательно встретятся в Раю, в Жизни Вечной. И что я сейчас взираю на них и вижу их искреннее проявление любви к умершему. От этой картины я тоже зарыдал навзрыд и резко очнулся в Храме сидящим в архиерейском кресле. Передо мной стоял митрополит японский Николай с чашей для причастия. Я со слезами на глазах скрестил руки на груди и открыл рот.

— Причащается раб божий Николай, во оставление грехов и в жизнь вечную Аминь. Проглотив святые дары, я поцеловал чашу и громким голосом произнёс: — Аминь.

После чего встал и так же громко сказал:

— Благословен грядый во имя Господне.

После чего перекрестился и печатным шагом направился на выход из храма.

Митрополит с чашей преклонил колени, а за ним все в храме упали на колени и стали креститься. Я же медленно, высоко подняв подбородок, вышел из храма, с трудом пробравшись к выходу, а встав на ступенях, сдёрнул повязку со своей головы.

Глава 2. Приём у императора.

Откуда всё пришло, туда всё и уйдёт.

А я лишь путь для самого себя, дорога, которую мне надо пройти.

Харуки Мураками

Глубоко вздохнув, я увидел толпу удивлённых японцев, взирающих на меня с восхищением и страхом. За время службы заметно потемнело, и уже успели зажечь многочисленные фонари, стоящие на площади и вдоль улиц. Многие японцы держали фонари в руках, поэтому было достаточно светло. В тридцати шагах от Храма, я увидел японского принца Арисугава Такэхито, он стоял в окружении охраны и своей свиты. Я, не спеша, наслаждаясь каждым шагом после длительной вынужденной неподвижности, направился к принцу. При этом японцы с восхищением и ужасом освобождали мне дорогу. Подойдя к нему, я спросил на английском:

— Где тот безумец, душу которого захватил демон и который посмел убить Помазанника божия?

— Убить? — испугано спросил принц, побледнев и отступив на пол шага от меня. Свита принца, прекрасно слышавшая и понявшая мои слова, отступила от меня ещё дальше, а японцы в ужасе отшатнулись на несколько шагов, оставив меня с принцем одних.

— Да он меня убил, но только благодаря воле Господа нашего Иисуса Христа, я был возвращён обратно для служения своему народу. Мне скоро предстоит стать Императором, выиграть несколько воин, построить величайшую в истории железную дорогу, подавить смуту и ещё многое-многое другое. Я видел будущее, и оно во истину пугает, поэтому меня вернули к жизни. Ведь с Нами Бог! — сказал я, глядя на поражённого принца и бледную свиту.

К нам стали подходить из храма настороженные сопровождающие из моего окруения.

— Так где тот одержимый, посмевший поднять руку на Помазанника божия? — повторил я вопрос принцу.

— Он арестован и его скоро осудят на каторгу, — уже более уверенно сказал принц.

— Какая каторга может ждать террориста, посмевшего поднять руку на будущего Императора, если спустить это сейчас, то уже завтра одержимые подобными идеями будут нападать не только на наследников императора, но и на него самого. Поэтому я требую незамедлительной и публичной казни. В противном случае мне придётся обвинить вас в организации покушения на наследника Российской Империи со всеми вытекающими из этого последствиями, — сказал я специально громко для того, чтобы нас услышало как можно больше людей. После этого я, не прощаясь, развернулся и, посмотрев на изрядно побледневшего моего адъютанта, спросил:

— Где мы можем отдохнуть сегодня и когда прибудет Азов? Вы ведь вызвали его сюда?

— Ваше Высочество, Николай Александрович, как вы себя чувствуете? Мы все уже и не верили, что вы выживете. Уже и телеграмму отправили Его Императорскому Величеству о том, что вы при смерти. А Азов будет уже завтра в порту, — бегло, хотя и сбиваясь с мысли, проговорил Виктор Сергеевич.

— Чувствую себя отлично, как заново рождённый, только притомилась душа мотаться туда и обратно, — сказал я, показывая рукой на небо, а затем на землю, — А вот с телеграммой вы явно поторопились, Император и так себя неважно чувствует и лишний раз беспокоить его нельзя. Немедленно отбейте телеграмму, что наследник полностью здоров и чувствует себя отлично.

— Незамедлительно исполним, Ваше Высочество, позвольте проводить вас в гостиницу, — радостно проговорил мой адъютант.

После этого мы проследовали на выход с территории храма.

До гостиницы мы добрались быстро, в этот раз меня сопровождала усиленная охрана. Пока мы ехали по освещённым улицам, мне постоянно мерещились в тени скрывающихся убийц.

В таком нервном напряжение были все окружающие, но, к счастью, по дороге ничего не случилось, и мы успешно добрались до гостиницы, где мне выделили отдельный номер.

Не став мыться, я разделся и улёгся в холодную постель спать и буквально сразу провалился в сон. Сон из той жизни, которую я не жил. Вот момент, как я вбегаю в кабинет отца, когда там проходит совещание, увидев много незнакомых людей, я вначале растерялся и расстроился, что отец выгонит меня, но он внезапно взял меня на колени и продолжил обсуждение какого-то важного вопроса, а мне хорошо, покойно сидеть у него на коленях. Но вот картинка меняется, и я уже подросток, мы с отцом стоим на опушке леса, и тот учит меня, как правильно стрелять из огромного ружья. Сразу за этим всплывает момент, как я больной лежу в горячке, а рядом сидит мама и гладит меня по голове. Калейдоскоп картинок и сюжетов захватывает меня, закрутив в тревожный сон-воспоминание.

На удивление, утром я проснулся свежим и совершенно здоровым, немного тянули шрамы, да при резком движении голова отзывалась несильной болью.

Как только я встал, ко мне зашёл камердинер и принёс таз и кувшин с водой, чтобы я смог умыться, после водных процедур я облачился в военную форму и отправился в гостиную, где уже был приготовлен завтрак. На столе стояли большой кулич, пасха и писанки. За столом меня ждал митрополит Николай и мой адъютант Владимир Сергеевич, при моём появлении они оба встали.

Подойдя к митрополиту, я наклонил голову и попросил:

— Благословите, отче!

— Сын мой, тебе ли спрашивать у меня благословения. После твоего чудесного исцеления, я должен просить у тебя благословения.

— Не искушайте, отче, я всего лишь слуга господа нашего и выполняю его волю здесь на земле, заботясь о хлебе насущном для моего народа, а вы поставлены спасать заблудшие души и наставлять нас на путь спасения души. Благословите, отче, не искушайте меня.

После этих слов митрополит благословил меня, и я обозначил поцелуй его протянутой руки.

Прочитав молитву перед вкушением пищи, мы все вместе приступили к завтраку. Ели неторопливо и в молчании, меня же охватил сильный голод, и я с трудом сдерживался, чтобы есть не торопясь. Во время трапезы я пытался составить план на ближайшие дни, что можно выжать по максимуму из ситуации с нападением на меня. Можно попробовать добиться открытия торгового представительства в одном из портов Японии от моего имени и ещё взять товары под реализацию с отсрочкой платежа или на обмен. Когда мы уже закончили завтрак, и я, наконец-то, смог утолить свой голод, пришёл посыльный, и мне передали конверт с печатями самого императора Мэйдзи. Распечатав конверт, я нашёл в нём лист с иероглифами и с переводом на русский язык. Меня с сопровождающими приглашали во дворец Мейдзи сегодня после полудня для приватной беседы с Императором. Передав посыльному своё согласие, мы с Виктором Сергеевичем принялись обсуждать все нюансы предстоящего визита. Так как частный визит подразумевал свободный выбор одежды, я оделся в военный мундир лейб-гвардии гусарского полка. Со мной должен был отправиться мой адъютант Виктор Сергеевич. Время в сборах пролетело быстро, даже уход митрополита мы не заметили. В положенное время мы большой колонной, включая многочисленную охрану, подъехали к Императорскому дворцу, где нас с пятью охранниками пропустили внутрь и проводили в небольшой кабинет, обставленный в современном, европейском стиле. Император Мейдзи при нашем появлении встал и поприветствовал нас, предложив присаживаться в кресла, стоящие рядом, а переводчик стоящий у стены в это время переводил:

— Рад видеть вас в совершенно здоровым: после столь серьёзных ран, полученных от нападавшего. Наши и европейские врачи, осматривавшие вас, говорили о вашей неминуемой смерти, а после этого вмешательство вашего бога и чудесное исцеление подняли шум не только в Токио, но и во всей стране. Толпы любопытствующих стекаются к новому храму, построенному вашей миссией. И пришлось выделить солдат для соблюдения порядка. Я бы хотел узнать подробности случившегося для того, чтобы составить правильное мнение о происходящем.

— Ваше величество, ничего особенного не произошло, когда меня убили, мне показали будущее, которое ожидает страну в последующие сто лет, и то, что я увидел, мне очень не понравилось, нет, с Россией ничего кардинального не случится, и она сохранит целостность, но те невзгоды и цена, которую придётся за это заплатить, превышают всё допустимое и недопустимое, посему я попросил возможность исправить будущее. И вот я здесь, опять на этой грешной земле. И мне предстоит много работы для того, чтобы исправить то, что я видел, — сказал я, усевшись в кресло.

В кабинет вошли три служанки и быстро сервировали стол чайными приборами.

При моих словах, Виктор Сергеевич Кочубей, выразил удивление, что не укрылось от взгляда Императора.

— Я и мой народ хотели бы загладить свою вину в случившемся происшествии и преподнести вам подарок, но не знаем, чтобы могло загладить столь ужасное событие и поэтому мы готовы выслушать Ваши пожелания, если таковые имеют место быть, — сказал Император и, взяв чашку с чаем, сделал маленький глоток.

Я, чтобы потянуть время тоже взял чашку с чаем стоящую напротив меня и вначале вдохнул аромат чая, а затем сделал очень маленький глоток и, растерев языком, капельку чая о нёбо.

— У вас чудесный чай, я уверен такого не найти во всей Российской империи, подозреваю, что в Японии есть не только восхитительный чай, но и много более восхитительных вещей, как и в моей стране. Так почему бы двум соседям не наладить взаимовыгодную торговлю, ведь это позволит укрепить отношения между нашими странами и даст возможность избежать в будущем подобных инцидентов.

— Вы хотите открыть торговую миссию в Японии?

— Скорее, я бы говорил о постоянном торговом представительстве в Японии, на западном побережье, и миссии в Токио, под моим личным руководством, во избежание ненужных проволочек и задержек.

— Это очень интересное предложение, и я думаю, что смогу убедить кабинет министров дать вам такое право, — сказал император, допивая чай и ставя чашку на столик. — А что вы думаете про строительство железной дороги через всю вашу страну? Не несёт ли это угрозу нам, японцам?

— Конечно же, нет, нам нужен ещё один путь в Америку и для расширения своей торговли, а также использовать возможность в перевозке товаров из Японии и Китая, в Европу. Ведь путь по железной дороге намного безопасней и быстрее, чем путь по морю, — ответил я и тоже поставил чашку на столик.

— Англичане считают, что вы тянете дорогу для освоения и захвата Китая и Японии, а также их индийских колоний, произнёс император и внимательно посмотрел на меня, ожидая реакции на его вопрос.

— Это полная чушь, вы бы видели гигантские не освоенные территории моей страны. Нам не хватит и ста лет, чтобы её освоить и заселить, хотя бы на половину. Нас и англичан, в первую очередь, интересует борьба за рынки сбыта продукции и за возможность покупать сырьё без посредников и по самому короткому маршруту. Поэтому в колониальной экспансии Россия не заинтересована, нам надо переварить тот кусок пирога, который мы имеем.

— С вами было интересно побеседовать, надеюсь, если вы станните императором, то наши страны смогут наладить добрососедские отношения, — сказал император, вставая и показывая, что аудиенция закончена. — Мой ответ вы получите в ближайшее время.

— Не если, а когда я стану императором, — поправил я, — и случится это, к сожалению, в ближайшие несколько лет, — произнёс я, вставая и кланяясь, после чего мы с Виктор Сергеевичем, который за всю встречу не произнёс ни слова, направились к выходу.

Глава 3. Экскурсия.

«Японцев хлебом не корми, только бы кто-нибудь красиво умер».

(Борис Акунин)

По прибытии в гостиницу я узнал, что меня дожидается принц Арисугава Такэхито, поэтому, пройдя в гостиную, я сказал пригласить его.

Принц был, как и вчера одет в мундир, и, поприветствовав меня, сказал:

— Мы выполнили вашу просьбу, и Цуда Сандзо сегодня по решению суда будет публично казнён.

— Я рад, что ваши судьи приняли правильное решение, теперь никто не посмеет обвинить вас в организации этого террористического акта. Арисугава, я слышал, что вы командуете новым крейсером «Такао», не могли бы Вы провести обзорную экскурсию, я бы хотел взглянуть на уровень ваших кораблей и выучку вашего экипажа.

— С большим удовольствием я ознакомлю вас с одним из самых современных кораблей в новом японском флоте. Только мне нужно время для согласования этого вопроса, возможно, завтра в обед, — ответил мне принц.

— Конечно, известите меня, когда вам будет удобно моё посещение крейсера, — ответил я, приглашая его присесть на диван.

— У меня к вам есть ещё вопрос, вчера вы говорили о предстоящей войне и строительстве самой большой железной дороге. Это уж не про войну с нами идёт речь? Ведь строительство такой дороги — это расширение влияния у границ нашего государства, которое приведёт к столкновению интересов.

— Понимаете, в чём тут дело, нам особо нет дела до Японии и соседних государств, нас интересует в первую очередь взаимовыгодная торговля и сотрудничество, но и своих территорий мы просто так никому отдавать не будем и готовы биться за них всеми силами, которые имеются в нашем распоряжении. Строительство дороги в первую очередь необходимо для торговли с Америкой и выхода на их рынки. К сожалению, Япония пока ещё аграрная страна и в техническом плане сильно отстаёт от мирового сообщества. И ей, как и нашей стране, необходимы новые технологии. У нас есть возможность развивать эти технологии, но нет спроса на них. При большой конкуренции в Европе, нам трудно бороться за рынки сбыта с ней. Поэтому мы ищем возможность торговли на востоке. А война, в той или иной мере, всё равно должна произойти, не сейчас, конечно, а в будущем, и результат её не принесёт нашим странам никаких плюсов, выиграют только англичане. Знаете, как они называют вас в своём обществе? — спросил я и, дождавшись отрицательного покачивания головой, ответил, — Вы их боевой хомячок, который они будут натравливать на те страны, которые сочтут нужными. Вы для них всегда будете варварами и не полноценной нацией.

Ваше стремление походить на европейцев, не закончится для вас ничем хорошим, а с потерей своих традиций, вы потеряете и свою независимость. Ведь тому пример — нападение на меня рядового японца. Ваше общество серьёзно расколото, и эта пропасть будет только увеличиваться, и вам в итоге никогда не удастся выйти за пределы своих островов надолго. Это не выгодно и самой Великобритании, поэтому вас будут постоянно загонять в рамки, и вы потратите гигантские ресурсы для экспансии, а окажетесь на том же месте, с которого начали.

— Но ведь и ваша Империя постоянно расширялась, захватывая всё новые территории, почему вы считаете, что у нас ничего не получится? — спросил меня принц, нервно постукивая рукой по колену.

— Вы в своей экспансии, всегда пытаетесь захватить и поработить народ, на территории того государства, в которое вторгаетесь, и изменить это вы не можете.

— А мы стараемся ассимилировать ту народность, которая проживает на завоёвываемой территории. И не только брать, но и всегда давать что-то взамен. И хотя у нас есть много спорных территорий, население которых постоянно поднимает смуту и хочет независимости, но все эти народности имеют равные права внутри империи, хотя, конечно, незначительные притеснения происходят и с этим придётся бороться.

— Ну, а как же ваши постоянные войны в Европе? Не это ли ваша попытка экспансии?

— Конечно же, нет. У нас слишком много соседей, желающих отщипнуть кусок нашей земли, и нам приходится постоянно отстаивать свои интересы. Взять ту же Польшу, как страна она давно бы могла получить независимость, но она не в состоянии вести самостоятельную политику и, став свободной, её сразу втянут в войну с нашей страной, поэтому выгоднее поддерживать режим частичной оккупации, и ведь заметьте, права поляков почти не ограничены.

— Вы так уверенно об этом говорите, как будто достоверно знаете будущее, — сказал мне принц, пребывая в глубокой задумчивости.

— Будущее не постоянно и его можно изменить, и именно поэтому я говорю с вами и открываю для вас вероятный сценарий будущего вашей страны. Именно поэтому я хочу наладить торговлю между нашими странами и стремлюсь наладить контакты, чтобы в грядущем не произошло никому ненужного кровопролития.

— Вас послушать, так выходит, что участь Японии оставаться на задворках мирового сообщества? И шансов встать на одном уровне с той же Великобританией у нас нет? — спросил недовольно Агисугава.

— А вы думаете Великобритания позволит вам усилиться и угрожать их колониям в Индии? Как только вы усилитесь, они сразу найдут способ поставить вас на место, и все их обещания не будут стоить и ломаного гроша. Вы, наверное, не знаете поговорку. Среди высшего света в их обществе есть следующая фраза, которая звучит так: «Только истинный джентльмен может как дать слово, так и забрать его». Они будут выполнять все договорённости, записанные на бумаге, до тех пор, пока им будет это выгодно, — ответил я, после чего позвонил в колокольчик, вызвав камердинера и заказав чая для себя и принца.

— И какой выход вы видите для нас в этой ситуации?

— Можно попробовать наладить хотя бы торговые отношения, а если не получится, то и продолжать дальше не имеет смысла. Я запросил у императора помощи в открытии прямого, торгового представительства в вашей стране со своим участием и под моим непосредственным патронажем. Я хочу попробовать найти взаимные интересы и точки соприкосновения. Можете помочь мне в этом, если хотите. Привлеките надёжного партнёра с вашей стороны и вложите небольшие средства для начальной инвестиции.

В этот момент зашли слуги и быстро сервировали нам стол с чайными принадлежностями и самоваром.

Когда принц попробовал чай, приготовленный моими слугами, он поморщился и посмотрел на меня. Я же, взяв со стола кружку с чаем сделал большой глоток и прихватив сушку из вазочки, спокойно съел её, запивая ароматным напитком. Увидев удивленный взгляд, я сказал:

— Вас удивляет, что я спокойно пью такой чай, но это вполне привычный напиток для моей страны, и большинство людей пьют ещё более худший вариант. Вот вам кстати и ниша для торговли, тот чай, который у вас не пользуется спросом, можно отправлять к нам в обмен на то, что у вас здесь в дефиците. На самом деле, точек соприкосновения у нас с вами может быть очень много, главное, чтобы было желание их развивать.

— Хорошо, вы убедили меня, я попробую помочь вам в организации торгового представительства здесь в нашей стране. Тогда позвольте мне откланяться, мне необходимо подготовиться к завтрашней экскурсии на крейсер, он как раз стоит в Токийском порту.

После того, как принц ушёл, оказалось, что меня дожидается митрополит Николай и просит встречи со мной, я сказал, чтобы его проводили ко мне в ту же гостиную.

Когда вошел отец Николай, я встал и поприветствовал его:

— Рад снова видеть вас у себя, какая нужда привела вас ко мне?

— Хочу узнать подробности о произошедшем чуде. Сегодня днём крестилось более тысячи японцев и то, мы многим отказали, пока они не пройдут обучение основам православной веры.

— Это правильно, нужно знать, во что веришь. А на вопрос, что случилось, отвечу коротко, меня убили, но мне дали второй шанс, дабы спасти отечество от смуты, войны, в том числе и от гражданской, — ответил я, приглашая жестом митрополита присесть.

— И кто же дал тебе второй шанс? — спросил он, наливая в чашку чай из самовара.

— А кто кроме господа это может сделать и воскресить умершего? Я видел всю свою будущую жизнь до того момента, когда будет уничтожена монархия, и меня вместе с семьёй расстреляют в подвале дома. Видел, как с церквей скидывали кресты и устраивали в них магазины, как расстреливали священников, как сын убивал отца. И многое ещё, что лучше бы и не видел.

После моих слов митрополит просидел несколько минут с чашкой в руке, так и не сделав ни одного глотка, затем выпив залпом чашку чая, спросил глухим голосом:

— Как же так? За что?

— Вот так… за всё, что творили предки пришло время ответить, за уход церкви от пути не стяжательства, за подделку мощей святых, за нелюбовь к народу, за то, что девку продают в газете по объявлению, как скот. За безграмотность, которая никого не волнует, за дворян, которые могут творить любое беззаконие на своей земле и к псам относятся лучше, чем к живому человеку, рассказывать можно долго и много, за что такая судьба постигнет нас. Вопрос в другом, сможем ли мы это исправить и изменить будущее нашей страны в лучшую сторону, — в сердцах выложил я.

— Не знаю, сын мой, что тебе на это ответить. Нет у меня таких знаний, и что тебе посоветовать, я не ведаю, но могу сказать только одно, если ОН тебя сюда вернул, значит, шанс изменить будущее у тебя есть.

— Просьба у меня будет к вам, отец Николай, мне нужно, чтобы вы отправили вслед за мной группу японцев из верующих, для обучения в Санкт- Петербурге и ещё нужно, чтобы вы присмотрели за открытием торговой фактории от моего имени. И писать мне периодически в Санкт-Петербург с докладом о настроениях, о жизни простых японцев и просто о жизни прихода.

— Это можно, это в наших силах, конечно, помогу, — ответил мне отец Николай, вставая из-за стола, — подумать мне нужно серьёзно и помолиться, — сказал он, прощаясь.

На следующий день мы прежним составом отправились на японский крейсер с визитом.

Принц лично встречал нас на пирсе, и после приветствия мы поднялись на борт корабля.

Вдоль борта с двух сторон стояли японские матросы в парадной одежде, весь корабль блестел и пах следами свежей краски, мы с принцем не спеша шли по палубе, а принц описывал характеристики своего корабля. Вид самого корабля меня не впечатлил.

Огромный, с низкими надстройками, по середине торчит труба, а спереди и сзади расположены две мачты, вооружение было среднего калибра и, явно, не превышало 150 мм. По бокам имелись два торпедных аппарата очень странной конструкции. Само судно было достаточно новым, но впечатления на меня особо не произвело, да оно уже не выглядело, как парусное, но на нём ещё присутствовали мачты. Проведя поверхностный осмотр крейсера, мы сошли на берег и по предложению принца отправились отобедать в соседний ресторан.

Глава 4. Молитва в храме.

Настоящая схватка идет не между Востоком и Западом,

или капитализмом и коммунизмом,

но между образованием и пропагандой.

Мартин Бубер

Мы с принцем расположились в небольшом ресторане с европейской кухней, для нас специально освободили верхнюю террасу, и, хотя на улице было ещё довольно прохладно, майское солнце уже хорошо прогревало воздух. После того, как мы отобедали и разговаривали на отвлечённые темы, принц Агисугава спросил у меня с некоторым превосходством. — Как вам впечатления от крейсера?

— Для своего времени он не так уж и плох, но вооружение уже устарело, калибр основных орудий слишком мал, да и парусное оснащение — это уже прошлый век, плюс в бою это принесёт больше проблем, чем пользы. Комплектация судна уже более современная, но это ненадолго, новые технологии постройки быстро уйдут вперёд, и крейсер через десять лет уже будет устаревшим. А так да, для местных вод он — реальная угроза, — ответил я, попивая чай.

— Но ведь и ваш крейсер «Память Азова» ненамного уступает ему?

— А я не говорил, что крейсер «Память Азова» не устарел, скорее наоборот, это уже не современный корабль. Сейчас много новинок в военном деле, и суда уже устаревают прямо на стапелях, сейчас начинается гонка брони и калибра, оба этих показателя будут неимоверно быстро расти, да и вообще структура войск сильно поменяется. Современная война превращается в массовое избиение противниками друг друга.

— А зачем вы это мне рассказываете, ведь вы сами заявили, что мы — потенциальные противники?

— Если честно, то я никогда не хотел войны, у нас есть поговорка «худой мир, лучше хорошей войны», ведь на самом деле выигрывает не тот, кто побеждает, а тот, кто на этом заработает.

Ведь независимо от того, кто выиграет в войне, к примеру, между нашими державами, прибыль получат только те, кто продавал оружие, снаряжение, ресурсы, но ни одна из воюющих сторон. Взять к примеру войну с Францией 1812 года. Россия одержала безусловную победу, а в итоге, что она с этого получила? Сожжённую Москву? Разграбленные города? Множество убитых крестьян? В чём смысл войны, когда прибыль получает не победитель, а совершенно посторонние страны, которые наживались на этой войне? И если война между нашими странами будет, ни ваша страна, ни моя — ничего с этой войны не приобретём, а только потеряем. Но это ещё всё будет очень нескоро и, я смею надеяться, что мы сможем изменить эту ситуацию.

— А что вы можете предложить нам кроме торговли? — спросил принц.

— Я могу предложить совместный проект по добыче полезных руд. Например, угля для ваших кораблей. Железной руды и многое другое. Вы получаете доступ к столь важным для вас ресурсам, мы — вложение ваших средств в развитие региона. И заметьте без войны и колоссальных расходов.

— Это очень интересное предложение и, скажу честно, очень неожиданное. И вы не боитесь доверить нам добычу ресурсов у вас?

— Наша страна никогда не была лидером на море, но никто и никогда не мог победить её на земле. Ведь, если к нам вторгается внешний враг, всё общество мобилизуется, и мы готовы сражаться за свою землю до последнего вздоха и не год ни два, а до победного конца. Вам в любом случае не выдержать войны на пять или десять лет. Перевозка войск морем и их снабжение для вас превратится в кошмар. Поверьте, вы не знаете, что такое война на истребление, партизанская война. Никто не будет воевать с вами в открытых сражениях. Вас будут выматывать мелкими стычками, нападениями на ваши колонны снабжения и многое другое, что я по понятным причинам не могу вам сейчас озвучить. Да и поверьте, столь суровый край не для вашего народа, вам будет тяжело адаптироваться к его условиям, а сделать это во время войны у вас не получится. Поэтому я совершенно не беспокоюсь об этом. Для вас удобны страны с жарким климатом и экспансия на запад и юг.

— Это весьма интересные мысли, и я попробую донести их до императора, а теперь позвольте мне откланяться у меня ещё есть неотложные дела, — сказал принц, вставая и прощаясь со мной.

После ресторации я направился в Храм Воскресения Христова. По дороге я отправил Виктора Сергеевича отослать телеграмму в Санкт-Петербург, чтобы ещё раз уверить моих родителей о том, что я здоров и имеется лишь незначительная потеря памяти. Без серьёзных последствий. А также о чудесном воскрешении и почти полном выздоровлении во время ночной службы в Храме. В этот раз мне удалось осмотреть его снаружи. Храм впечатлял своими размерами, он возвышался над японскими постройками, белые стены с высокими окнами-витражами, существенно выделялись на фоне построек соседних зданий. Сам Храм был окружён кованным забором и ко входу к нему, выстроилась длинная очередь желающих попасть в него. При моём подъезде толпа японцев попыталась обступить мою коляску, но охрана вовремя под суетилась и выстроив живую цепь, нам удалось проехать внутрь ограды. Встречать меня вышел митрополит лично, поприветствовав его и обозначив поцелуй руки, я перекрестившись вошёл в храм. Прихожане и японцы, пришедшие посмотреть на новый храм, расступились в стороны, давая мне свободно пройти в храм. Я прошёл к аналою и, перекрестившись, поцеловал икону, лежащую на нём, затем направился к иконе Николая чудотворца. Когда я подошёл к ней, один из прихожан протянул мне свечу, и я, не постеснявшись, взял её, после чего зажег от соседних свечей и поставил в подсвечник перед иконой, а после опустился на колени и стал молиться. В прошлой жизни я был достаточно верующим человеком, и вопрос верить в бога или нет для меня не стоял. Я часто посещал храм на воскресные службы и большие праздники, участвовал в жизни прихода, немного разбирался в Библии и мог достаточно свободно вести беседы на богословские темы.

К вере я пришёл внезапно, это было словно дар Господа, в один момент жизни я из ярого атеиста превратился в глубоко верующего человека. Просто в один простой, ничем не примечательный день, когда я размышлял дома о существовании высших сил, меня озарил свет, и я просто уверовал во Христа. Тогда я был ещё подростком, и меня никто по храмам не водил и в детстве не крестил, но в один момент вся моя жизнь кардинально изменилась. Я уверовал, кода домой пришли родители, я попросил сходить со мой в Храм и окрестить меня, вначале этому сильно удивились и попробовали отделаться обещаниями, но я подходил каждый день и напоминал о просьбе, в итоге меня отвели в Храм Владимирской Иконы Божьей Матери, где и окрестили меня. Моя жизнь вначале ничем особенным не отличалась, но тяга к знаниям заставила изучать Библию, и, постепенно повзрослев, я сам стал ходить в храм на службы и молиться там. И в этот раз стоя на коленях, я спрашивал у Господа, почему именно я? Ведь ничем особенным я среди людей не выделялся. У меня не было исторических знаний, как и технических, которые могли бы существенно изменить уровень прогресса в нашей стране. Я не умел управлять людьми и ничего не понимал в военном деле. Все мои знания из телевизора и интернета, что я мог сделать в этом мире, чтобы избежать тех страшных событий, которые повлекут гигантские человеческие жертвы. Две мировые войны, гражданская война, голод, разруха. Меня охватила такая тоска, что захотелось завыть изо всех сил. Я ощутил всю тяжесть той ноши и знаний будущего, которые легли на мои плечи. Сразу за этим я вспомнил увиденные во сне лица жены и моих дочерей, рыдающих у гроба, и не выдержав всего этого, я заплакал, тихо, безысходно. По моим щекам катились крупные слёзы, и также тихо падали они на пол.

Тут рядом со мной на колени встал митрополит и начал тихим голосом читать акафист Николаю Чудотворцу. Читал он на старославянском, и я с трудом понимал значения слов. «Вот,» — подумал я, — «ещё и церковную реформу проводить!» А ведь она не менее важная, слишком многое в церкви было оторвано и от народа, да и от Бога. Постепенно я успокоился и, когда митрополит Николай, дочитав акафист, сказал:

— Аминь.

Я перекрестился и, поднявшись, поцеловал икону Николая чудотворца, после чего, ни с кем ни говоря, вышел из храма и, усевшись в коляску с рикшей, отправился в гостиницу.

В гостинице я узнал новость о том, что в порт Токио вошёл крейсер «Память Азова».

Мне предстояла встреча с теми, кто сопровождал меня в путешествии и кто знал меня достаточно хорошо. Понятное дело, что они сразу заметят моё несоответствие тому Николаю, которого они знали, и мне придётся серьёзно постараться, чтобы убедить их, что я и есть наследник престола.

Уже через пол часа ко мне в гостиницу прибыла целая делегация во главе с князем Владимиром Анатольевичем Барятинским, сразу же после приветствия на меня посыпались вопросы о моём самочувствии вперемешку с требованием подробностей о произошедшем, а то слухов столько, что они не знали, во что верить. Поняв, что просто так от гостей не отделаться, я предоставил возможность рассказать обо всех событиях Виктору Сергеевичу Кочубея.

Он довольно подробно поведал о нападении и последующей попытке оказать первую помощь раненому наследнику. О том, как все врачи поставили диагноз о нежизнеспособности при такой ране, и о том, что он не проживёт и суток, а затем о моём требовании отвезти его в Храм Воскресения Господня в Токио. Он уже думал, что выполняет последнюю просьбу Николая, но затем произошло чудо, и наследник внезапно исцелился прямо во время службы, причастившись Святых Даров. Как толпы японцев, наблюдавших это чудо, уже второй день оккупировали Храм и требуют крестить их в православную веру.

— Ну полноте вам приукрашивать, Виктор Сергеевич, — прервал я его рассказ, — всё было не совсем так, да причастился и практически исцелился, только не надо делать из меня святого, а то мне и митрополита уже хватает.

Да и митрополит Николай подтвердил правдивость моих слов. Он мне лично сказал, что был свидетелем небывалого чуда, как умирающий наследник буквально воскрес после причастия Святых Даров. И после сегодняшней молитвы он подтверждает, что на царевича снизошла Благодать Божия и он готов молиться на него, ибо более святого и чистого человека не видел в своей жизни, о чём он уже написал в Санкт-Петербург.

— Не о том сейчас речь, господа. Могу я узнать о готовности Азова к отплытию во Владивосток. И сколько потребуется времени для этого? — спросил я, обращаясь сразу ко всем.

—Корабль практически готов, требуется пополнить припасы и уголь, мы не рассчитывали на переход в Токио, поэтому минимум сутки потребуется на бункеровку угля, — ответил Владимир Анатольевич.

—Тогда готовьте корабль к отплытию, прошу меня простить, но мне нужно отдохнуть, — сказав это, я вышел из гостиной и отправился в свою комнату.

Глава 5. Торговый союз.

Главное правильно подать,

А потом уж ты можешь запросить любую цену.

Олег Тиньков

Уединившись в своей комнате, я занялся размышлениями, чем мне заняться дальше и что в первую очередь мне надлежит сделать. В принципе, в Японии мне сейчас делать нечего, спешить в Санкт-Петербург, пока тоже не стоит. Посетить Америку с визитом мне сейчас не позволят, да и, не имея полномочий, там нечего делать. Тогда остаётся посетить Владивосток и осмотреться там. В этом году должно начаться строительство Транссибирской магистрали, можно на месте оценить масштаб проводимых работ и посмотреть, как привлечь инвесторов в этот проект, чтобы сделать движение двухколейным. Это позволит повысить не только пропускную способность, но и увеличить скорость прохождения составов. Также надо направить геолого-разведывательные экспедиции на поиск полезных ископаемых и в первую очередь угля. Желательно, рядом с прогнозируемой железной дорогой, это сможет привлечь японцев не только к освоению месторождений, но и к строительству дополнительной ветки железной дороги. Также необходимо привлечь меценатов для строительства судостроительного завода, на котором в будущем можно строить небольшие корабли военного назначения. Делать упор только на огромные крейсера не стоит, надо развивать альтернативный вид вооружений. Планов много, но сначала надо там осмотреться и на месте определиться с возможными направлениями развития этого порта.

Ещё можно попробовать провести учения на борту Азова со стрельбами, заодно оценить уровень подготовки и технические параметры. Как только я утвердился в целях, то пригласил своего адъютанта, Виктора Сергеевича.

— Звали меня, Ваше высочество? — спросил он, входя в комнату.

— Да, Виктор Сергеевич, я пригласил вас вот по какому поводу, меня посетила мысль провести небольшие учения во время перехода во Владивосток, чтобы оценить боевую готовность и слаженность экипажа, а также возможности такого корабля как Азов. Но сделать это неожиданно для команды и капитана корабля. Для этого купить какое-нибудь корыто у местных и привязать его за судном, а в море на удалении провести стрельбы, только это нужно правильно оформить, чтобы стало неожиданностью для команды.

— Да, конечно, можно будет всё устроить, я отдам нужные распоряжения. Как вы себя чувствуете? Может, позвать доктора?..

— Всё нормально, просто все эти рассказы о чуде не очень нравятся мне, вот поэтому я и сослался уставшим. И ещё один момент, я подготовлю письмо для императора и прошу Вас организовать его передачу после нашего отбытия. Там будет предложение поучаствовать в строительстве Транссибирской магистрали и совместной разработке угольных месторождений — весьма выгодные нам, а также предложения по торговле. Если их заинтересуют наши предложения, тогда это можно будет обсудить с Его Величеством в Санкт-Петербурге.

— И дайте команду готовиться к завтрашнему отъезду, — отдал я ему распоряжения.

Встав рано утром и быстро позавтракав, мы большой колонной состоящей из рикш, отправились в порт. Там нас уже ждала делегация Японцев, пришедших нас провожать и среди них был принц Агисугава, многие коренные жители присутствовали в качестве зрителей.

Среди провожающих был и митрополит Николай с прихожанами.

Пока выгружался багаж и переправлялся на корабль, к нам вначале подошла делегация Японцев во главе с принцем,

— Рад видеть вас в полном здравии, Ваше Высочество, позвольте ещё раз принести извинения за произошедший инцидент и вручить вам подарки, а также именной приказ о разрешении вести свободную торговлю в прибрежных городах и в Токио без уплаты таможенных сборов сроком на двадцать лет, — громко произнёс принц и передал мне с лёгким поклоном свёрнутый свиток с печатями, а его сопровождающие японцы, стали подходить и демонстрировать многочисленные подарки, которые они привезли на пирс.

Приняв подарки от японцев, я попрощался с ними и отправился к митрополиту Николаю, который благословил меня и сопровождающих, после чего распрощавшись со всеми, мы большой делегацией, пересели на катер и переправились на крейсер «Память Азова».

На крейсере нас встречала целая делегация, одетая в парадные мундиры. Приняв доклад о готовности корабля к отправке, я отправился в каюту, чтобы переодеться из парадной формы в обычную.

Переодевшись, я направился в кают-кампанию, где сообщил о своей просьбе в честь своего дня рождения провести внезапные учения. Особой радости моё предложение не встретило, но капитан корабля согласился порадовать меня. Так как с утра давление в котлах уже было поднято, то крейсер, снявшись с якоря, отправился к выходу из гавани, где взяли на буксир старую посудину.

Отойдя в море на пятнадцать миль и отвязав нашу мишень для стрельбы, корабль отошёл в сторону ещё на восемь и начал поочерёдно стрелять из боковых орудий.

На каждое орудие давалось по три выстрела.

Если сказать честно, то качество стрельбы меня не впечатлило от слова совсем, из трёх выстрелов да на малом ходу попали только два раза, при этом снаряды пробили судно насквозь и лишь потом взорвались. Для того, чтобы потопить корабль, пришлось подойти ближе и начать обстреливать его из малых калибров, дабы не тратить дорогие снаряды, но и здесь точность попаданий была крайне низкая, повторяя ситуацию с большим калибров. Но в итоге судно удалось затопить, и все участвующие в этом действии собрались в кают-кампании обсуждать прошедшие учения.

После того, как все участники высказались по этому поводу, мой адъютант поинтересовался у меня моими впечатлениями:

— Как вам прошедшие учения, Ваше Высочество?

— Результат ужасающий, Виктор Сергеевич. Если бы сейчас на нас напали военные корабли Японского флота, мы ничего не смогли бы с ними поделать. Наши снаряды ориентированы на борьбу с тяжело-бронированными противниками и противопоставить что-либо легко-бронированным японским судам у нас нечего. Они спокойно могут подойти на малую дистанцию и расстреливать нас или даже торпедировать, а наши снаряды будут просто прошивать их на вылет и не причинять особого труда. Это провал всей морской доктрины, нашим орудиям нужны универсальные боеприпасы с регулируемой задержкой взрывателя, да и сами взрыватели необходимо проверить на их чувствительность, ведь треть зарядов вообще не сработала. Да и точность стрельбы крайне низкая, необходимо проводить больше учений. Ну и, конечно, нужно наградить единственных артиллеристов, сумевших попасть в мишень с третьего раза.

Через пять минут передо мной предстал молодой матрос высокого роста с широкими плечами и с огромными кулаками. Настоящий русский мужик с хитрющими глазами, стоящий на вытяжку, в заляпанной форме и с резким запахом сгоревшего пороха.

— Как тебя звать, матрос? — спросил я его, подойдя.

— Кондуктор Рыков, Ваше Благородие, — чуть заикаясь от волнения, произнёс он.

— И как же ты умудрился попасть в мишень, да ещё два раза? — спросил я, глядя прямо в глаза.

— Очень старались, Ваше Благородие.

— Ну раз старались, вот тебе премия в десять рублей, чтобы и дальше так старался, — сказал я матросу и вручил бумажные деньги ему в руку.

Когда матрос ушёл, ко мне обратился Виктор Сергеевич:

— Не слишком ли вы его сильно премировали, Ваше Высочество?

— Наоборот, Виктор Сергеевич, как вы думаете, какова стоимость одного снаряда главного калибра на этом крейсере? — спросил я адъютанта.

— Не могу знать, но, может, мне поможет кто-то из присутствующих? — спросил он, обращаясь к офицерам, прислушивающихся к нашему разговору.

— Почти сорок рублей за снаряд, ваша Светлость, — подсказал ему один из стоящих рядом младших офицеров.

—Вот видите, князь, сорок рублей за выстрел, а теперь скажите стоимость одного среднего или малого крейсера, который мог бы быть выведен из строя двумя точными выстрелами? Не знаете? Ну я вам и так скажу, что стоимость самого маленького крейсера не менее миллиона рублей.

Теперь вы понимаете значимость двух метких попаданий по сравнению с наградой вручённой матросу. Я уже не говорю про другую сторону медали. О том, что удачный выстрел спас бы жизни многих моряков на корабле, а это уже не поддаётся пересчёту на рубли. Ибо человеческая жизнь бесценна, — сказав это, я удалился в свою каюту.

Вечером в кают-кампании мы отпраздновали мой двадцать третий день рождения, меня поздравили различными подарками, на которые я особого внимания не обратил и, выпив бокал шампанского, провёл ещё около часа вместе со всеми, после чего удалился к себе в каюту.

Переход корабля во Владивосток прошёл без происшествий и ничем особенным больше не закончился. Я много времени проводил за чтением имеющейся литературы, пытаясь привыкнуть к ятям и узнать об окружающем меня мире.

Ночью мы подошли к городу и остановились на траверсе на ночевку, а с утра пораньше зашли в порт. Нас встретили салютом из береговых батарей. К пристани стал стекаться народ и встречающие у одной из них с огромной новопостроенной аркой.

Когда мы высадились на пристань, там нас уже ждал генерал-губернатор Андрей Николаевич Корф со свитой и встречающие. После приветствия через Триумфальную арку мы проследовали к Успенскому собору, где должен был состояться молебен в честь успешного завершения похода. Вокруг собора собралась огромная толпа встречающих, много людей были с детьми. Встречались среди присутствующих и представители других народностей. Когда я проходил в собор по коридору из солдат, которые сдерживали толпу желающих взглянуть на Великого Князя, то слышал частый шёпот удивленных горожан, говоривших о воскресении царевича и о святости оного. Служба в самом соборе особо не запомнилась, я стоял в стороне, рядом с иконой Николая Чудотворца и молча молился про себя, прося помощи у Господа в нелёгком деле спасения Отечества. После службы губернатор пригласил нас к себе в только что построенную резиденцию на банкет в честь удачного завершения похода.

На банкете присутствовало много народа: купцы, промышленники, чиновники, военные и многие другие, были представители и торговцев китайской национальности.

На приёме мне рассказали о ближайших планируемых мероприятиях, таких как закладка вокзала и запуск строительства Транссибирской магистрали, начало строительства памятника адмиралу Невельскому, старт в возведении сухого дока, путешествие по Приморью и знакомство с его окрестностями. На приёме решил начинать знакомства с купечеством и промышленниками.

Глава 6. Транссибирский путь.

Во всех странах железные дороги для передвижений служат,

а у нас сверх того и для воровства.

Салтыков Щедрин.

После начала банкета я попросил губернатора познакомить меня с местными промышленниками и меценатами. Первым, с кем я познакомился, был Михаил Григорьевич Шевелев, основатель первого русского частного пароходства на Дальнем Востоке, при поддержке правительства в 1880 году Шевелев основал первое русское морское пароходство на Дальнем Востоке, судоходную компанию «Шевелев и Ко».

В 80-е годы XIX века Шевелев стал крупнейшим русским пароходчиком на Тихом океане. Кроме того, он занимался благотворительностью, выделяя средства на образование, культуру, научные изыскания, нужды переселенческого управления края, организацию и проведение экспедиций по поиску нефти на Сахалине. Я пригласил его завтра к себе вечером и попросил подготовить его виденье развития Дальнего Востока и информацию о том, какие средства он готов вкладывать лично.

Следом за ним меня познакомили с Михаилом Ивановичем Янковским, поляк по происхождению, был сослан в Сибирь за участие в Польском восстании 1863 года, назначен управляющим золотыми приисками на острове Аскольд, занимался сельским хозяйством, коневодством, пытался приручить диких оленей и разводить их. Его я тоже пригласил на завтра с вопросами и предложениями по сельскому хозяйству и животноводству края.

Затем меня познакомили с иркутским купцом Иваном Яковлевичем Чуриным, основателем сети магазинов «Чурин И. Я. и Ко», сеть которых раскинулась и в Китае.

Ещё познакомили с немецким бизнесменом Густавом Кунстом, представителем торгового дома фирмы «Кунст и Альберс», успешно развивающейся на Дальнем Востоке. Я обещал выделить ему время в ближайшие дни для более близкого знакомства.

Сразу за Кунстом ко мне подошёл американский бизнесмен, недавно женившийся на российской подданной, он представлял торговый дом «Уильям Эйч бордмен и Ко», специализировавшийся в том числе и на торговле товарами из Северной Америки, с ним мы перекинулись парой фраз, и я передал ему пожелание выделить мне время на днях для беседы касательно нового бизнеса.

Проведя первоначальное знакомство с представителями крупного бизнеса, я объявил, что для остальных выделю несколько дней для обстоятельной беседы. После чего откланялся, сославшись на усталость, и отправился в любезно предоставленную мне губернатором резиденцию. Предстояло составить планы на завтра и обдумать, чем я могу привлечь их и помочь в расширении их бизнеса. Как прорубить окно на восток подобно Петру Первому?

Чем заинтересовать бизнес и как привлечь инвестиции? Предложить строительство второй ветки транссибирской железной дороги и транспортировку грузов напрямую в Европу? Да нужно не забыть строить сразу севернее, чтобы КВЖД не отошла к Китаю, нечего разбрасываться деньгами.

Значит, надо писать Императору Александру Третьему, стоп, я повторяюсь. Писать отцу с просьбой наделить временными полномочиями по расширению торговых связей для развития восточного региона страны. И разрешения открытия Восточно-Российской Торговой Компании с вложениями от семьи в виде земли и скидками на разработку ресурсов. Срочно надо отправить телеграмму в Санкт-Петербург. Ещё просить разрешение на торговлю с Японией и привлечению их к разработке месторождений. Нужно направить ресурсы внешних участников торговли для инвестирования внутри региона. Ещё нужны полномочия по расширению Транссибирской Магистрали за счёт внешних инвесторов. Это увеличит скорость прохождения составов и грузопоток. Решено, сейчас вызову Виктора Сергеевича и надиктую телеграммы, к утру должен прийти ответ.

Но он опередил меня, придя сам и принеся телеграмму от императрицы:

«Ники. Мы очень переживаем. Как твоё самочувствие. До нас дошли невероятные слухи о чуде в Японии. Жду ответа. Твоя МАМА.»

Понятно, что до семьи дошли слухи о чуде в Японии. Я видел несколько европейских газет, и там говорилось о смерти после нападения и о бездыханном трупе, привезённом в токийский Храм и о воскресении на третий день. В Санкт-Петербурге даже были волнения и погромы китайцев, принятых за японцев. А недавно отслужили молебен о чудесном воскрешении цесаревича. В принципе данная шумиха меня устраивала, главное было не перегнуть палку. И сейчас самое время запросить у императора полномочий. Поэтому я подготовил текст телеграммы и передал князю.

«Ваше Величество. Ситуация на Востоке страны требует решительных действий в привлечении капитала. Необходимо строить сразу две ветки Транс Сиба. Инвесторов найду. Нужны полномочия открыть торговую компанию и контроля строительства Жел. Дор. Жду скорого решения вопроса. Конкуренция из Европы и Америки грозит потерей инициативы и несёт угрозу Дальнему Востоку.»

Завтра предстоит открытие стройки Транссибирской магистрали и закладка первого камня в фундамент станции, нужно пораньше лечь, ещё меня ждёт встреча с купцами и промышленниками.

Утром встав пораньше, я занялся разминкой, надо приводить в тонус тело, доставшееся мне по наследству. И вообще заняться пропагандой здорового образа жизни, на личном примере.

Во время завтрака мне принесли телеграмму, в которой был приказ о моём временном назначении губернатором всего дальневосточного края, с правом заключать торговые соглашения, не идущие в разрез с законами и интересами Российской Империи. Когда завтрак закончился, ко мне приехал генерал-губернатор Корф Андрей Николаевич и попросился на встречу со мной.

Я перешёл в рабочий кабинет, находящийся рядом с гостинной, и попросил проводить его ко мне.

Войдя в кабинет, он приветствовал меня:

— Долгого здравия вам, Ваше Высочество, как ваше самочувствие? Ваша матушка, Императрица Мария Фёдоровна, просила меня лично описать ваше здоровье и позаботиться о вашей безопасности. Я так же получил телеграмму о назначении вас Губернатором всего Дальнего Востока с расширенными полномочиями и просьбой оказывать вам всестороннюю поддержку. Какие будут распоряжения, Ваше Высочество?

Пригласив его присаживаться поближе ко мне, я сказал:

— Андрей Николаевич, я ни коим образом не хочу вмешиваться в вашу деятельность, но намерен заняться развитием всего дальневосточного региона и привлечением дополнительных финансов для этого, а также расширить торговлю в регионе, выведя её на международный уровень. Поэтому вы можете совершенно спокойно заниматься своими прямыми обязанностями, а при малейших трудностях обращайтесь ко мне, я же буду стараться помочь вам по мере возможностей.

После этого мы кратко обсудили запланированные на сегодня мероприятия и отправились вместе на первое из них.

В сопровождении большого числа чиновников и охраны мы поехали на закладку первого железнодорожного вокзала. Улицы Владивостока были не мощёными, но выглядели ухоженными, не смотря на засыпанные щебнем крупные ямы. На подъезде к вокзалу нас встретила огромная толпа горожан, рядом с ней стояла большая трибуна, украшенная лозунгами.

Для начала предстояло сказать речь, и я под взглядом многотысячной толпы взошёл на трибуну и начал говорить:

— Обращаюсь к вам, поданным Российской Империи и её гостям как наследник престола и заявляю, что сегодняшний день запомнит весь мир как величайший в истории всего человечества. Сегодня мы начинаем строительство самой большой и протяжённой железной дороги, сей великий труд по завершении будет доказательством величия России как державы. Мы сейчас открываем строительство нового шёлкового пути с востока на запад и соединим этой дорогой два совершенно разных мира, две культуры, две части земного шара. Ещё никто в истории человечества не брался за проведение столь масштабной стройки, поэтому взгляд всего мирового сообщества прикован к нам в этот ответственный момент. Эта стройка является достижением всего Российского народа и строиться будет на средства налогов, так что каждый гражданин должен знать, что в этой дороге есть и его личный вклад. Поэтому контроль над всей стройкой я беру под личный контроль. Будут тщательно проверяться все выкупные на землю, все поставки материалов, и строительство инфраструктуры будет под моим строгим вниманием. Каждый подписанный акт приёмки должен будет соответствовать заявленным параметрам и срокам эксплуатации. Каждое нарушение контракта, завышение цены, ухудшение качества, воровство будет тщательно расследоваться и чем выше будет положение провинившегося, тем строже будет наказание. И если кто-то думает, что дальше Сибири не сошлют, то он глубоко ошибается, караться все подобные преступления будут по самой строгой планке. Те же, кто доложит с неопровержимыми фактами о нарушениях, будут премированы в процентном соотношении от выявленной величины ущерба. Я даю строк в пару суток всем, кто уже попытался нажиться на поставках и выкупе земли, обратиться в отделы жандармерии и, написав заявление, возместить расхищенные средства. Так же хочу сообщить о условиях труда на строительстве. Я лично буду приезжать и проверять питание рабочих, и, если оно будет неудовлетворительным, наказаны будут все, причастные к этому. Каторжане, трудящиеся на строительстве Транссибирской железной дороги и проявившие себя с лучшей стороны, смогут рассчитывать на смягчение режима или сокращении срока, в плоть до полной реабилитации в обществе.

Особо хочу отметить подрывную деятельность различных социалистов и других революционных организаций, финансируемых западными странами и мешающими строительству Народной железной дороги. Санкции по пресечению их деятельности должны быть наиболее строгими, а докладывающие о деятельности таких организаций должны быть премированы. И вы не ослышались о строительстве Народной железной дороги. Строительство этого путепровода позволит переселить множество крестьян из неплодородных и перенаселённых регионов страны на обширные и свободные земли с освобождением от податей и выдаваемой помощью на первый посев и на развитие животноводства. Для этого мной будет учреждена Восточная Торговая компания, одной из целей которой будет развитие дальнего Востока и улучшения жизни простых крестьян. С выдачей целевых материальных кредитов для переселенцев по беспроцентной ставке сроком на десять лет.

Сказать, что мои слова произвели впечатление, это значит ничего не сказать. Если простые сограждане и крестьяне встретили новость с восторгом, то многие чиновники поникли головами, прикидывая, чем для них могут обернуться новые проверки и не бежать ли сдавать подельников, чтобы получить прощение за воровство.

Глава 7. Восточная Торговая Компания

Глава 7. Восточная Торговая Компания.

В любом деле, как в ремесле, так и в торговле,

можно разбогатеть, притворяясь честным человеком.

- Жан де Лабрюйер

Закончив свою речь, я спустился с трибуны, и меня проводили к огороженной площадке, где стояла деревянная тачка, в которой была насыпана небольшая горка мелких камней. Подойдя к ней, я взялся за ручки и, примерившись, как она катится с грузом, взял стоящую рядом лопату и досыпал из соседней кучи несколько лопат к себе в тачку, после чего покатил её по деревянному настилу десять метров и высыпал её в вырытую траншею под фундамент. Репортёры запечатлели момент закладки камней в фундамент яркими вспышками фотокамер.

Мне сразу подали мокрое полотенце, и я вытер руки об него, после этого меня проводили к стоящему невдалеке составу с паровозом, у которого из трубы шли густые клубы дыма. Забравшись с импровизированной платформы в вагон, наш состав медленно стал отходить от перрона, издав длинный гудок, рядом побежали, размахивая шапками, горожане, а репортёры снимали это событие, не переставая щёлкать затворами камер. Проехали мы примерно с километр и остановились у следующей временной платформы, дальше рельсы ещё не успели проложить. Рядом нас уже ждали кареты с охраной, и, усевшись в них, мы отправились на банкет, устроенный в небольшом парке. В огороженном и охраняемом зеленом закутке были размещены столы с едой, рядом играл духовой оркестр, а я стоял чуть в стороне от всех со своим адъютантом. Вся картина для меня была словно не реальной, и мне казалось, что я сплю и вот-вот проснусь у себя в питерской квартире, а рядом спит жена…

- Так, отбросить эти мысли, пути назад у меня нет, а ответственность на мне слишком большая, чтобы предаваться меланхолии, — сказал я себе, настраиваясь на деловой разговор.

Рядом со мной стоял князь Виктор Сергеевич Кочубей и задумчиво на меня посматривал.

— Что, не узнаёте наследника, думаете, как же сильно он изменился после покушения так, что стал совершенно другим человеком? И где тот Ники, которого вы знали? — спросил я, поворачиваясь к князю. От моих слов он вздрогнул и нервно сглотнул.

— Не боитесь, князь, я не умею читать мысли, но побывав Там, — я указал пальцем на небо. — Сильно изменился. Мне показали, что ждёт мою великую страну, и во что её превратят враги внешние и внутренние. Да я уже не тот, кем был, я повзрослел на пару десятков лет, больше нет того весёлого Ники, с которым можно было безрассудно гулять и пить шампанское до утра, он остался Там. У погибших в окопах простых солдат. У миллионов гниющих трупов простых мужиков, женщин и детей, погибших в горниле русского бунта, «Безжалостного и Беспощадного». У расстрелянных дворян и их семей, забитых штыками бунтующих солдат и рабочих. Он остался там, а здесь и сейчас перед вами стоит самый безжалостный и беспощадный тиран, который не допустит всего этого и будет безжалостно карать за любые попытки совершить революцию в моей стране. И не думайте, что я безумец. Безумцы — это те, кто решил поиграть в путчи, надеясь на этом заработать политический капитал и прийти к власти. Все они закончат с пулей в затылке от своих же товарищей революционеров.

Я говорил всё это совершенно спокойным голосом, чтобы не выглядеть в его глазах бесноватым, хотя мне хотелось кричать на него со слюной у рта, требуя ответа, как же они могли прос…ть такую страну. Но я держал себя в руках и таким же совершенно спокойным голосом задал ему вопрос:

— Вы должны определиться и дать мне честный ответ. Вы со мной, князь? Или вы с заговорщиками и революционерами?

— С вами, Ваше Высочество, клянусь перед господом, что не предам Вас и Россию, — сказал он, перекрестившись.

Внимательно посмотрев ему прямо в глаза, я сказал:

— Тогда слушайте меня внимательно, мне необходима охрана из двадцати казаков, которая будет меня постоянно сопровождать в поездках. Это должны быть самые верные престолу и России люди, — сказал я.

— Есть здесь казаки из переселенцев с Кубани. Говорят, отчаянные и из знатных, можно попробовать на них посмотреть и проверить на службе.

— Кубанские казаки — это хорошо, землёй их наделить нужно и подъёмные выдать. Пригласи их ко мне на днях, посмотрю на них. А пока прикажи выделить людей по три человека, чтобы постоянно рядом были при оружии в пределах моей видимости. Остальное к вечеру обговорим. Ещё смышлёных молодых писцов из бедных подбери с десяток, буду учить, как ревизию правильно проводить да казнокрадов выискивать. Да всё после обсудим. И смотри, предашь клятву — , не прощу.

Кивнув мне, князь удалился. Теперь остаётся понять, чем привлечь казаков и как правильно ими распорядиться. Ко мне подошёл губернатор и познакомил меня со подполковником Ошевским Юрием Ивановичем, на которого возложили формирование жандармерии по охране строящейся железной дороги. В подчинение у него была рота строевых солдат и пол сотни конных казаков.

— Мне необходимо будет поговорить с вами в ближайшие дни и обсудить специфику работы. Необходимо как минимум ещё сотня казаков для сопровождения геологических экспедиций. Я собираюсь привлечь зарубежный капитал в наш регион, и мне нужно знать, на что можно рассчитывать в данном краю.

— Конечно, Ваше Высочество, я подготовлю список войсковых частей, которые можно привлечь к участию в экспедициях и список доступных геологов и рудознатцев, которые понимают в породе, но не получали полного образования, — ответил мне подполковник.

— Я буду вам очень за это признателен, все детали мы обсудим на встрече и возьмите с собой человека, который будет отвечать за эту программу мероприятий лично, но под вашим контролем.

После этого разговора я перекинулся с несколькими присутствующими ничего не значащими фразами и отправился уже, наконец, в свою резиденцию.

В ней уже шла подготовка к встрече с промышленниками и банкирами. В большом зале поставили несколько столов, в виде неровного круга и накрыли их скатертями. Напротив каждого места была табличка с именем, и лежали писчие принадлежности, а по кругу стояли графины с водой и стаканами.

Я попросил найти двух секретарей, которые будут вести запись всей встречи, для них подготовили отдельные столы недалеко от входа. У стен поставили дополнительные стулья, в том числе и для многочисленных репортёров.

Через час все собрались и расселись за столом, после чего я вошёл в зал на подготовленное для меня место. При этом все присутствующие встали, приветствуя меня.

Когда все уселись на свои места, я начал рассказывать о своих планах,

— Господа, я собрал вас всех здесь для того, чтобы рассказать вам, что ждёт регион в ближайшее время. Строительство самой протяжённой железной дороги ознаменует новый толчок к развитию всего региона. Если здесь остро ощущается нехватка рабочих рук, то центральная Россия стонет от перенаселённости. Земли на всех уже не хватает, а продолжающийся прирост населения только усугубляет положение. Не только крестьяне страдают от этого, но и казачьи станицы. Недостаток земли приводит к обеднению населения, раньше, когда десятина кормила двоих человек, можно было говорить о росте в Империи, но, когда с десятины стало кормиться десять человек, ни о каком росте речи быть не может. Поэтому первостепенная задача, которую необходимо решать, это переселение крестьян и казаков на Дальний Восток.

Вторая задача — это обеспечить переселенцев необходимым инвентарём, живностью для разведения и зерном для посева, а также минимумом пропитания, чтобы они могли дожить до сбора урожая. Ещё необходимо отладить их размещение для возможной скупки урожая по фиксированной цене, что даст возможность планирования развития хозяйства. Все новые хозяйства будут освобождены от уплаты налогов сроком на десять лет.

Третий и немаловажный вопрос развития региона — это налаживание и добыча полезных ископаемых и по возможности переработка их прямо здесь на месте. Этот вопрос будет решаться с привлечением зарубежного капитала, но контроль над добывающей отраслью будет находится в руках государства.

Ещё один моментом, на котором я бы хотел заострить внимание, является расширение торговли с Японией. Мне предоставлена возможность беспошлинной торговли на её территории, и я планирую реализовывать зерно и руду напрямую в самой Японии, что позволит получить хорошую прибыль и привяжет её к нашим поставкам.

Поэтому я предлагаю вам всем поучаствовать в создании Восточной Торговой Компании в качестве акционеров.

А теперь прошу вас, господа, можете задавать свои вопросы, а я постараюсь на них ответить.

И так как я пока вас ещё плохо знаю, прошу прежде, чем задать свой вопрос, представиться.

Первым встал немецкий бизнесмен и представился:

— Меня зовут Густав Кунст, я представляю интерес немецкого бизнеса в вашей стране и для меня важно понимать, Ваше высочество, для чего нам вкладывать деньги в развитие вашего региона, как мы сможем заработать, если деньги будут выдаваться крестьянам без процентов. Да и что можно получить с нищих крестьян?

— Спасибо за вопрос, гер Кунст, для начала я скажу, что те, кто не будет участвовать в Восточной Торговой Компании, в будущем не смогут рассчитывать на получение государственных контрактов в этом регионе и, если сейчас за участие можно заплатить одну долю, то в будущем, тем кто захочет присоединиться к ней, придётся выкупать долю у нынешних владельцев, и цена доли по мере развития края может вырасти в тысячи раз с учётом ожидаемой публикации в скором времени о крупных месторождениях, включающих в себя и золотые. А сама торговая компания начнёт выплачивать дивиденды через десять лет, а это до пятидесяти процентов от своей прибыли. К этому времени я рассчитываю на достаточно большой объём торгового оборота не только с Японией, но и другими странами. Поэтому в убытке не останется никто, а возможные прибыли превысят во много раз схожие инвестиции в Английские бумаги.

А к вопросу о крестьянах, я скажу, что буду лично контролировать развитие их в данном регионе и при необходимости им будет оказываться государственная поддержка.

— Михаил Григорьевич Шевелев, — представился невысокий мужчина в строгом костюме, вставая со своего места. — Я — владелец нескольких пароходов и нефтедобывающих установок на Сахалине, могу ли я рассчитывать на контракты при вступлении в Восточную Торговую Компанию? И откуда такая уверенность в больших залежах полезных ископаемых, включая золото.

— Я уже говорил, что все подряды будут распределяться среди владельцев акций Компании в первую очередь, и при необходимости возможно субсидирование строительства новых пароходов за счёт Компании, но не более тридцати процентов от стоимости. По поводу знаний о ресурсах могу сказать только одно, я их получил оттуда, — и ткнул пальцем в потолок. — Когда пережил смерть в Японии. Могу, к примеру, дать совет по нефти на Сахалине, она глубокого залегания, а поверхностные залежи очень незначительные, поэтому не вкладывайте больших сумм в её добычу. В ближайшие десятки лет она не будет рентабельной. А вот то, что регион ожидает золотая лихорадка, это могу сказать однозначно, но поставить свои новые прииски смогут только владельцы акций новой компании, — сказал я, наливая в стакан воды из графина.

Глава 8. Акционирование Восточной Торговой Компании.

Акционеры — глупый и наглый народ.

Глупый — потому что покупает акции,

наглый — потому что хочет ещё получить дивиденды.

Карл Фюрстенберг.

Оглядев ещё раз всех присутствующих, я решил ещё добавить информации по создаваемой компании.

— Государство в моём лице будет участвовать вносимыми землями и будет вести общее руководство компанией. Также будет оказываться всесторонняя поддержка в виде законодательных актов и контроле за распределениями финансов, сама компания будет иметь льготное налогообложение и преференции при распределении государственных заказов. Ожидаемый доход должен за десять лет достичь тысячи процентов, да господа, вы не ослышались, тысячи процентов и это по самым скромным подсчётам. Большая часть земель вдоль Транссибирской Железнодорожной Магистрали будет передана под управление Компании на срок в сорок девять лет и сдаваться в аренду на конкурсной основе через аукционы. Рост стоимости такой аренды, как показала практика, после строительства железной дороги возрастает до двух тысяч процентов. Компания будет участвовать в разработке всех новых видов ресурсов в качестве акционера с не менее двадцатипятипроцентным участием. Это позволит компании заниматься экспортом добываемых ресурсов и рассчитывать на серьёзную долю в прибыли. Переселение крестьян и казаков позволит не только обеспечить продовольственное снабжение региона, но уже через несколько лет отправлять продовольствие на экспорт. Под контролем Компании будет создан институт по селекции растений, расширению животноводства, что позволит получать повышенные урожаи в ближайшее время. Планируется закладка большого Механического завода для изготовления современных машин и котлов, для чего при необходимости будут приобретены соответствующие ресурсы.

После получения от собравшихся предварительных заявок на участие в акционировании Компании будет проведено первичное размещение акций на крупных мировых биржах, что позволит зарубежному капиталу официально принять участие в её финансировании. По итогам первичного размещения, будет проведено первое собрание акционеров, где я представлю подробный план развития. Я уже получил желание участвовать в её капитале от нескольких крупных финансистов, — закончил я уточнения, давая возможность и дальше задавать мне вопросы.

— Меня зовут Инокентий Семинович Эммери, я представляю крупный американский бизнес, хочу спросить, вы так уверенно говорите о постройке Транссибирской железнодорожной магистрали, но ведь ещё никто не строил столь грандиозной железной дороги, и как инвесторы могут быть уверенны, что планы будут выполнены? Ещё меня интересует, планируете ли вы закупку сельскохозяйственной техники, и как ваши безграмотные крестьяне смогут ей управлять и обслуживать её ремонт?

— Это правильные вопросы, и я с удовольствием на них отвечу. Когда строили Суэцкий канал, то многие инвесторы не верили в его исполнение, и некоторые страны даже приложили определённые усилия для того, чтобы строительство обанкротилось, но в итоге его построили, и сейчас никто не говорит, что это было что-то невозможное. Так же и строительство железной дороги. Если пытаться съесть слона целиком, то можно подавиться, а если есть его частями, то это вполне посильная задача. Мы же будем строить не только с двух сторон, закладка мостов и насыпей начнётся одновременно со строительством железной дороги. Уже сейчас есть необходимость в строительстве сразу двух веток пути, так как планируемый поток товаров уже будет превышать её пропускную способность. Особо хочу отметить, что все переселяемые семьи будут получать обязательное бесплатное образование, те же, кто откажутся или не смогут пройти обучение, будут обязаны в будущем платить налог на безграмотность, как и с двадцати пяти лет все граждане будут платить налог на бездетность. Те, кто не могут иметь детей, смогут взять ребёнка на воспитание из детского дома, причём за условиями их воспитания и проживания будут особо следить. Во всём Дальневосточном регионе планируется ввести в начале десятичасовой рабочий день с одним выходным, а через несколько лет перейти на девятичасовой рабочий день с двумя выходными днями: субботой и воскресеньем. Условия труда рабочих на предприятиях будет отслеживать специальная комиссия, которая будет следить и за их питанием и проживанием. Те же промышленники, которые не захотят выполнять эти условия, не будут допускаться до государственных заказов и, возможно, будут облагаться дополнительными налогами. В регионе планируется строительство бесплатных больниц для бедных с обязательным условием для практикующих врачей вести бесплатные приёмы не менее трёх часов в неделю, частично их работа будет финансироваться из бюджета региона. Вероятно, для этого придётся поднять таможенный сбор на некоторые виды товаров для роскоши: пушнину, украшения и другое. В регионе планируется отмена выкупных платежей. Каждая крестьянская семья может рассчитывать на получение не менее одной десятины земли на человека, но будут введены акцизы на определённые виды товаров, с которых государство в будущем получит компенсацию за эти реформы.

Пока я всё это говорил, репортёры, не переставая, записывали мои слова, а представители бизнеса, делали пометки на листах бумаги, лежавших перед ними. Столь грандиозных преобразований никто не рассчитывал получить в регионе и так быстро, а с учётом открытия Восточной Торговой Компании и Транссибирской магистрали, эти реформы должны будут существенно преобразовать весь край.

Выждав около пяти минут, я продолжил,

— Раз больше вопросов нет, то предлагаю всем присутствующим обдумать ваше участие в проекте, и те, кто примет положительное решение, могут подать предварительные данные на сумму той величины, которая ими будет инвестирована. После сбора и анализа всех предложений будет принято решение об акционировании компании и выпуске необходимого количества акций. Более подробно это будет освещено в местных газетах. А сейчас прошу меня простить, у меня встреча с начальником местной жандармерии для вынесения решения по вопросам компенсации разворованных бюджетных средств со стороны взяточников и мошенников.

Распрощавшись, я отправился в свой рабочий кабинет, где меня дожидался подполковник Ошевский Юрий Иванович.

Пригласив его к себе, мы расселись за столом, и я приступил к беседе.

— Юрий Иванович, вам в срочном порядке необходимо в нескольких частях города открыть приёмные с писцами, которые будут записывать и смогут засвидетельствовать показания всех желающих покаяться или рассказать о попытках коррупции и хищении государственной собственности. Для ускорения данного процесса предлагаю вызвать неофициально по разным адресам всех крупных участников строительства Транссибирской магистрали и лиц, связанных с выкупом земли под строительство. А также разослать им всем официальные повестки с обязательной явкой для дачи показаний по вопросам хищения государственной собственности. Сначала вызвать мелких подрядчиков и чиновников, а затем более крупных, если у вас возникнут проблемы с вызовом вышестоящих персон, напишите мне, и встреча пройдёт при моём непосредственном участии. Время вызова поставьте сразу после окончания срока амнистии и растяните его на неделю. А уже завтра к обеду пустите слух, что у вас очень большое количество желающих вернуть государственную собственность в казну. Деньги собирайте на специальном счёте, с которого по результатам расследования всем участникам будет выдана премия. Для тех ваших сотрудников, кто попробует взять взятку или совершит иной аналогичный акт, помогающий скрыть факт мошенничества или спустить дело на тормозах, ждёт особая награда, вплоть до высшей меры. Так как здесь Сибирь и ссылать отсюда больше некуда. Поэтому предупредите сотрудников сразу, чтобы потом их семьи не остались без кормильца.

Всех вызываемых вами участников строительства и подписанных подрядов оставляйте в отдельной комнате на полчаса и предлагайте им добровольно сообщить о всех известных фактах мошенничества их и их знакомых. После чего, когда пройдёт отведённое время, вы при них опечатывайте их рукописи и, подписав, убираете в конверт, который прячете в сейф.

Все эти действия сопровождайте при выходе вместе с ними из участка жандармерии словами благодарности за сотрудничество.

У вас городок не большой, слухи распространяются быстро, а количество украденных средств достаточно велико, поэтому, я думаю, эффект от этих действий будет значительный.

И привлеките все возможные для этого ресурсы, в том числе и сотрудников из военной прокуратуры, необходимый приказ я вам сейчас подпишу.

Теперь о необходимости проведения геолого-разведывательных экспедиций. Пригласите ко мне на послезавтра всех, кто разбирается в поиске руд и геологии, а также старших, которые будут руководить охраной геолого-разведывательных экспедиций. Я проведу с ними разъяснительную беседу, где и что нужно искать в первую очередь.

По окончании этого разговора я распрощался с подполковником и пригласил к себе на беседу своего адъютанта Виктора Сергеевича.

Когда он вошёл и уселся за стол рядом со мной, я начал разговор,

— Скажите, Виктор Сергеевич, как продвигаются дела с поиском необходимых мне казаков и солдат для охраны?

— Ваше Высочество, солдаты для охраны уже прибыли и размещаются в комнатах для прислуги. Через пол часа они смогут приступить к вашей охране. За казаками уже послали, они будут не ранее чем через два дня. Позвольте поинтересоваться? Вы серьёзно предполагаете, что на вас могут напасть? Мы же не в Японии, кто посмеет поднять руку на наследника престола, это же просто немыслимо, — спросил меня Виктор Сергеевич.

— К сожалению, посмеют и ещё не один раз. Поэтому лучше подготовиться заранее, и попрошу найти для меня пару револьверов, лучше всего Смит-и-Вессон с семизарядным барабаном и достаточным количеством патронов к нему. И если получится, то и для моей охраны, мне необходимо, чтобы они могли действовать в любых условиях, а то в помещении с винтовкой особо не повоюешь. Прикажите так же подготовить два одинаковых, закрытых экипажа, чтобы нападавшие не могли знать, в какой я карете буду находиться. Дальше я проинструктирую свою охрану отдельно, и ещё надо будет выехать на стрельбище и пристрелять оружие, чтобы в случае необходимости не возникло осечек и ошибок. О графике и маршруте моего перемещения должен знать крайне ограниченный круг лиц, все они должны получать приказы о моём маршруте в запечатанных конвертах и под подпись. Пора начинать формировать собственный секретариат и службу посыльных. У вас ещё есть ко мне вопросы? — спросил я.

— Только один. Вы уверены, что наш государь скоро умрёт? — спросил он дрогнувшим голосом.

— Через несколько лет он умрёт от тяжелой болезни в результате травмы, полученной при крушении поезда три года назад, — сказал я, после чего поднялся, показывая тем, что разговор окончен.

Глава 9. Контроль над прессой.

Все, что пишут в газетах, абсолютная правда,

за исключением тех редких происшествий,

которые вам довелось наблюдать лично.

Эрвин Ноулл.

Через полчаса после ухода князя ко мне заглянул секретарь и доложил, что пришли солдаты и спрашивают, где им встать на караул.

Я вышел к ним и поинтересовался:

— Кто такие, откуда будите?

— Ваше императорское высочество, откомандированы штабс-капитаном Ивлевым для несения охраны Вашей Светлости. Младший-офицер Побудько.

— Вот что, хлопцы, двое несут караул при входе у секретаря. Один на лестнице рядом с дежурным секретарём, который всех записывает прежде, чем пройти на этаж. Ваша задача проверять всех проходящих взглядом, определяя спрятанное оружие. Саквояжи, сумки просить открыть и проводить визуальный досмотр, на наличие пистолетов и бомб. Строго смотреть, чтобы посетители не оставили ничего в приёмной или под дверью. Могут принести бомбу с часовым механизмом, оставить здесь в приёмной, а сами постараются уйти. Стараться вести себя вежливо, без шума, но настойчиво. В случае необходимости вызывайте подкрепление. Я распорядился, вам сделают рядом верёвку с колокольчиком, расположенном в комнате отдыха, в случае необходимости достаточно дёрнуть, и в комнате раздастся звон, те, кто на отдыхе, должны немедленно с оружием явиться на главный пост.

График охраны распределите сами, но не более трёх часов. Когда я ухожу следуете со мной. Один рядом чуть позади, двое сзади с двух сторон на небольшом удалении.

Да не напрягайтесь вы так. Завтра поедем на полигон и отработаем основные моменты, а там и казаки подойдут, помогут с организацией.

Дав необходимые распоряжения, я отправился спать, завтра планировалась поездка на открытие сухого дока, поэтому нужно было хорошо выспаться. Встав с утра, я сделал разминку и, умывшись, отправился завтракать в гостиную. Меня там уже дожидался Виктор Сергеевич и мой новый секретарь Колышев Иван Дмитриевич, которого мне вчера определили. Поздоровавшись, я уселся за стол и спросил,

— Какие новости, Иван Дмитриевич, корреспонденция есть?

— Вот, Ваше Высочество, газеты и корреспонденция, — сказал он, протягивая поднос со свежими газетами и письмами. Я переложил пачку на угол стола и взял конверт с телеграммами. Одна телеграмма была от Императора, он интересовался слухами о моих обещаниях и высказывал общую обеспокоенность. Вторая была от Мама´, она интересовалась о моём здравии и просила долго не задерживаться на Дальнем Востоке.

Затем я взял газету «Владивосток» с его внеочередным номером, в нём на первой странице было моё выступление на закладке вокзала, и второй шла статья об организации Восточной Торговой Компании. В газете были достаточно точно перечислены все тезисы, озвученные мною и программа развития края. А вот мнение самой редакции на мои заявления меня немного расстроило, и я сделал себе пометку поговорить с владельцем газеты. Когда я пролистал остальные издания, то моё настроение ещё заметно ухудшилось.

— Иван Дмитриевич, пригласите сегодня ко мне вечером на беседу всех владельцев газет и их главных редакторов, — отдал я распоряжения.

— Ещё пошлите телеграммы в Санкт-Петербург:

Для отца. Процесс привлечения крупного капитала в регион в самом разгаре, как будут первые результаты сообщу.

Для Мама. Здоровье в порядке. Очень много дел требующих личного присутствия. Придётся задержаться.

— Виктор Сергеевич, вы на меня так смотрите, может, у вас есть ко мне вопросы? — спросил я у него.

— Да. Ваше Высочество, от меня Государь Император требует отчёта о том, что вы затеяли, а я не в курсе ваших планов и планируемых мероприятий, что мне ему в таком случае отвечать?

— Напишите ему, что планируем привлечь в регион не менее ста миллионов рублей в течении первого года. В планах масштабная программа переселений крестьян и казаков из перенаселённых районов. Расширение Торговли с Китаем и Японией. Разработка новых месторождений. Для начала этого хватит, а позже отчитаетесь о результатах. Вы кстати выполнили мою просьбу по личному оружию?

—К сожалению, удалось достать только два новых револьвера, ещё с десяток обещают доставить в ближайшие дни. Револьверы ждут вас в рабочем кабинете. Ещё подошла усурийская сотня казаков, они будут охранять вас в ближайшие дни.

— Благодарю вас, Виктор Сергеевич, это первая приятная новость с утра. Тогда давайте собираться на открытие сухого дока. Иван Дмитриевич, распорядитесь подготовить дополнительную охрану и карету для неё, — сказал я, вставая из-за стола.

Когда мы выехали со двора, вдоль дорог уже стояли горожане и ровными рядами военные и служащие. Дома были украшены флагами и китайскими гирляндами. Некоторые из горожан кидали под колёса цветы и выкрикивали здравницу цесаревичу.

В порту нас ждала ещё большая толпа встречающих. Весь путь от дороги до перемычки дока, был выложен досками и начисто выметен. Среди присутствующих выделялись не только военные, но и рабочий люд. Подойдя к встречающим, я произнёс небольшую речь.

— Сегодня производится закладка нового большого, сухого дока для нашего флота. Теперь мы сможем ремонтировать корабли в своём порту и не платить деньги иностранцам. Теперь Владивосток становится поистине морским городом.

После произнесённой речи я собственноручно закрепил специальную табличку о закладке дока и залил её приготовленным раствором. Под крики поздравления и игру оркестра я отправился изучать планируемый док и приготовленные для меня чертежи. Главный инженер и строитель Василий Иванов очень переживал за своё детище и всё мне подробно рассказывал. Наименовать док решили именем Цесаревича Николая. Пообщавшись ещё с полчаса, мы отправились на закладку памятника адмиралу Невельскому.

На высоком берегу рядом с портом были построены моряки, когда мы подъехали, то заиграл оркестр. Мы, выйдя из колясок, направились к ожидающим нас людям, до самого берега к павильону была выложена специальная дорога. Над входными воротами красовался выложенный в цвета, вензель Его Императорского Высочества, а весь путь до павильона украшен был гирляндами зелени и флагами, а также китайскими лентами. Для совершения молебна вблизи берега был построен павильон в русском стиле, центральная часть которого значительно возвышалась и была увенчана золотым орлом, служила помещением для Цесаревича во время службы. Ряд колонн отделяли это помещение от остального, где разместились приглашённые лица. Вся прилегающая к павильону местность в несколько дней совершенно преобразилась: там, где недавно стояли громадные дощатые магазины и каменное здание минной мастерской, теперь не осталось ничего. Всё это было разобрано, перенесено, и на месте бывших построек образована обширная, спланированная площадка, усыпанная песком.

Закладка памятника прошла очень быстро. Вывалив готовый раствор в яму и уложив в неё табличку, мы посетили павильон-часовню, расположенную по соседству и там отстояли небольшой молебен, после чего я прошёлся вдоль строя и поздравил моряков, сказав короткую речь о том, что подвиги моряков никогда не будут забыты, а они находятся на страже восточных рубежей нашей родины.

После этого по плану было посещение женского и мужского училищ. Пока они были не многочисленны, но в скором времени ожидалось их расширение. В женском училище я даже провёл пробу блюд, убедившись в её качестве.

Посетили музей Общества изучения Амурского края, где меня сфотографировали, и я пожертвовал на его развитие одну тысячу рублей. От музея в дар было преподнесено чучело местного белокрылого орлана, а от общества охотников — красивая шкура уссурийского тигра.

Всю дорогу меня сопровождали казаки Уссурийской сотни. После посещения музея мы отправились в расположенный неподалёку военный лагерь, где перекусили, сняв пробу с еды для солдат.

Когда мы отъезжали, то офицеры довольные тем, что их удостоил вниманием в такой глуши сам цесаревич, распрягли коляску и на руках прокатили её через весь лагерь, восторженно крича «Ура» и здравницу цесаревичу.

К вечеру мы посетили Морской раут, где собралось около трёхсот человек. Морское собрание завершилось большим фуршетом, после которого мы совершенно измотанные отправились домой, где меня уже дожидались владельцы местных газет и их главные редакторы.

Их собрали в большом зале, где вчера проходило заседание Восточной Торговой Компании.

Всего присутствовало около тридцати человек, и когда все расселись за столом и на соседних стульях, я начал свою речь,

— Господа, я собрал вас здесь для того, чтобы прояснить некоторые моменты. Ваши газеты не совсем правильно освещают события, происходящие в этом регионе. Я не буду говорить вам про необходимость цензуры и о вашей благоразумности. Многие из вас или ваших работников сосланы на Дальний Восток за своё вольнодумство, за критику власти. В чём-то даже и уместную. Но критиковать может любой человек, весь вопрос, чем вы в таком случае отличаетесь от тех, кого критикуете? Вот вы пишите «цесаревич не обращает внимание на положение каторжников и условия их жизни, которые хуже, чем содержат скот». К сожалению, я не могу знать о всех проблемах края и решить их одномоментно, ну а вы что сделали для того, чтобы улучшить их условия содержания кроме того, что пишите об этом в газете и поливаете грязью местных чиновников? Чем вы лично помогли каторжникам? Сколько средств собрали для улучшения их быта? Скольких отправили на лечение? Ну хотя бы скажите, скольких вы накормили? Что? Никто и куска хлеба из вас не дал им? Ругать любую власть легко, а помочь ей в трудных вопросах желающих нет. Почему вы пишите только плохое в своих газетах и совершенно не замечаете то хорошее, что происходит у вас под носом. Почему не пишите о тех чиновниках, которые наоборот заботятся о быте каторжников? А то у вас получается, как не чиновник, так низменная личность. Если вы взялись критиковать власть, то и пишите о тех успехах, которые есть. Даже неугодный чиновник делает и что-то полезное для региона, поэтому вы обязаны освещать не только их промахи, но и успехи. И тогда такие люди будут видеть, к чему стремиться и как надо менять свою работу, чтобы люди были довольны. Хотите улучшить жизнь крестьян или каторжников? Хорошо! Собирайте деньги, помогайте им и уже тогда критикуйте и ругайте власть, а никак иначе. Ваша работа должна сплотить общество для решения их проблем, а не разделить и принести смуту. Ведь в раздоре нет ничего полезного ни для простых граждан, ни для Империи. Внешние враги выделяют огромные средства на подрыв обороноспособности и целостности нашей страны. В некоторых зарубежных кругах есть идеи захватить и разделить нашу страну на колонии, а всех её граждан сделать бесправными рабами. Для этого выделяются колоссальные средства и финансируются всевозможные кружки и литературные общества, где специально нанятые агенты вливают в разум людей идеи вольнодумства, свободы и равенства. Запомните не существует никакой свободы и равенства! Все эти идеи созданы «лукавым» для устранения последнего рубежа обороны Христианского мира. Падёт Царская Россия? Падёт и Православие.

Вы сейчас будете думать про себя, что хорошо мне говорить, будучи цесаревичем и зная, что в скором времени я могу стать Императором. Но вы не представляете, насколько я ограничен в своих поступках. Я — самый не свободный человек в Империи. Я не имею права заниматься, чем захочу. Я обязан заботиться о каждом крестьянине и рабочем в моей державе. Заботиться о быте простых солдат и матросов. Заниматься проблемами голода и нищеты. Карать провинившихся чиновников и казнокрадов. Имея всю полноту информации о проблемах в Империи выбирать тот путь, который приведёт к наименьшим жертвам. А став императором, я буду обязан отправлять солдат на смерть для того, чтобы дать возможность нормально жить народу. Вы же не думаете, что разнорабочий на вашем предприятии может вместо вас стать и управлять газетой. Вы ведь прекрасно понимаете, к чему это приведёт. Или простой матрос, взявшийся управлять кораблём, неминуемо приведёт его к крушению.

Если мать родившегося ребёнка захочет полной свободы и бросит его в лесу, как она будет выглядеть в глазах других людей? Свободной? Или убийцей, требующей высшей меры наказания? Поэтому не становитесь такой матерью, бросившей своего только что рождённого ребёнка, зная, что он не выживет. Оставьте мысли об эфемерной свободе и займитесь делом.

Поэтому, если вас не устраивает та жизнь, которая вас окружает, то пытайтесь сами её улучшить. Если критикуете, то обязательно пишите и о положительных моментах в работе критикуемого. Хотите улучшить жизнь каторжан, тогда принимайте в этом собственноручное участие и освещайте это событие в газете. Поверьте, местная власть не захочет, чтобы кто-то был более известен и популярен, чем они. Это если вас интересует именно желание помочь в строительстве лучшей Империи в мире. Где каждый её гражданин счастлив и не испытывает нужды. Чтобы дать свободу тем же крестьянам, необходимо вначале улучшить их быт и условия жизни. Дать им землю и возможность прокормить себя на ней. Ведь хорошая идея — дать возможность крестьянам выкупить землю у помещиков, но ведь реформа тормозиться и, я уверен, что со временем бремя выкупных платежей будет уменьшено или даже вовсе отменено. Большинство людей видит проблему только в узком ключе и не видит всей картины, поэтому простых решений не будет. И для того, чтобы улучшить жизнь тех же каторжников, необходимо участие всего общества. Вы скажете, что достаточно простого указа и проблема будет решена, но скажите, кто будет непосредственно платить за это? Ввести налог на крестьян, горожан или владельцев газет? Видите, что не все варианты решения этой проблемы вас устроят. Да улучшать их жизнь нужно, но для этого нужно поднять уровень жизни и других слоёв населения, тогда мы сможем позаботиться и о них. И так во всей Империи. Вопросов, требующих срочного решения очень много, но не все эти решения будут устраивать всех. Поэтому вы должны не только критиковать власть, но и подсказывать ей пути решения или своим примером объединять людей для оказания помощи.

Я надеюсь, что вы поняли, что я хочу до вас донести и вы сможете сделать правильные выводы из этого.

Глава 10. Геологоразведка.

Как так — Россия не будет успевать?

Да у них там больше полезных ископаемых,

чем в таблице Менделеева.

Тодор Христов Живков.

Поздно утром я проснулся совершенно не выспавшимся, половину ночи я думал о том, какие реформы провести в первую очередь, а какие отложить на более поздний срок.

Так и не придя ни к какому конкретному варианту, я и заснул под самое утро.

Было желание поваляться и ещё поспать, но долг требовал работать.

На сегодня были планы встретиться с геологами и с представителем от жандармерии. Ещё надо подготовиться к встрече на завтра по Восточной Тихоокеанской Компании.

Сделав разминку и умывшись, я отправился завтракать. В гостиной меня опять ждал Виктор Сергеевич и мой секретарь Иван Дмитриевич. Выпив крепкого чая с подсушенными хлебцами, я начал просматривать корреспонденцию. Было несколько приглашений и прошений, не заслуживающих внимания, меня привлекла только докладная записка о том, что уже более тридцати человек изъявили желание возместить казне недостачи за выполненные работы, а с утра уже стоит очередь из желающих покаяться людей. Половина из вызванных вчера чиновников и купцов написали повинные не только на себя, но и дали показания на своих подельников. Сумма, которую собираются вернуть, уже превышает двести тысяч рублей.

Значит, моя задумка сработала, и многие бросились сдавать друг друга наперегонки, посмотрим, к чему в итоге это приведёт.

— Виктор Сергеевич, что у нас по плану с утра? — спросил я князя.

— Как и планировали, через полчаса можно начинать встречу с геологами и казаками, а после обеда начнётся приём заявок для участия в акционировании Тихоокеанской Торговой Компании.

Кубанские казаки уже прибыли и готовы приступить к работе, но я не совсем понимаю, чем не устраивают солдаты из роты охраны, да и одеты они были получше.

— Не в одежде дело, а в умении. Казак с младенчества с оружием, а солдат, как правило, с призыва и в этом существенная разница. Раз всё готово, тогда давайте начнём с геологов, карту приготовили, как я просил? — спросил я и, получив кивок от князя, встал из-за стола.

В зале для встреч собрались казаки и обычные работяги, одетые хоть и в чистую, но не новую, одежду, у многих носящую следы ремонта. Понятно, что большинство рудознатцев живут не шикуя. Но попадались из них и вполне прилично одетые представители профессии «геолог». Не став долго затягивать, я начал говорить:

— Сейчас в Империи возникла острая потребность в большом количестве новых ресурсов, но везти их с другого конца страны очень накладно и долго. Поэтому я хочу перед вами поставить задачу в поиске ресурсов в Дальневосточном регионе. Вас всех поделят на отдельные группы и в сопровождении охраны из казаков отправят на разведку с целью найти эти ресурсы в близкой доступности от строящейся железной дороге. Для тех отрядов, кто сможет найти большие запасы с возможностью их добычи в ближайшем будущем, будут выделены хорошие премии для всех участников, это я возьму под личный контроль.

По мере своего поиска составляйте карту ресурсов, необходимых для строительства и под прочие нужды. Каждая такая карта после проверки будет хорошо оплачена из бюджета, для каждого участника геологоразведки, осуществившего вклад в оные, будет также выделена финансовая награда. В помощь вам выделят крестьян для копки разведывательных колодцев и поиска ресурсов с неглубоким залеганием.

Сегодня вам выдадут деньги на финансирование экспедиций, а я буду ждать от вас скорейшего результата. Также я попрошу губернатора по мере возможности комплектовать новые геолого-разведывательные отряды для расширения территории поисков.

Всех, кто будет помогать в обнаружении новых залежей ресурсов, будут вносить в специальную книгу с указанием, что и где было обнаружено, для последующего награждения. Каждому отряду выдадут специальное письмо в помощи и оказании поддержки в проведении геологоразведки за моей личной подписью, но прошу этим не злоупотреблять.

У кого есть вопросы, по проведению геолого-разведывательных экспедиций?

В зале вначале была тишина, все пытались осознать услышанное, но вот встал один из бедно одетых рудознатцев и спросил:

— Простите за вопрос, Ваше Высочество, а какая может быть премия за нахождение хорошего месторождения, к примеру, угля?

— От одной до пяти тысяч рублей старшему рудознатцу и от двухсот рублей участникам экспедиции, — ответил я.

— А если я сейчас укажу, где есть залежи угля с залеганием на незначительной глубине всего в двух днях пути от строящейся железной дороги и ещё в двух днях пути залежи железной руды, мне заплатят деньги? — спросил, волнуясь, рудознатец.

— Как только подтвердится, что в указанных вами местах, действительно, есть уголь и руда требуемого объёма, вам выплатят хорошую премию, а если найдёте большие залежи третьего месторождения, то будете пожалованы дворянским титулом. Но месторождения должны быть действительно крупными, рассчитанными как минимум на десять лет добычи.

И это относится ко всем участникам экспедиций. Те, кто смогут внести весомый вклад в развитие региона, будут награждаться согласно их заслугам. Ещё есть вопросы? — спросил я.

Тут встал один из казаков и поклонившись спросил:

— Среди каторжников есть несколько геологов, можно рассчитывать на их освобождение и участие в экспедиции?

— Только в том случае, если это имеет документальное подтверждение или они смогут сдать простой экзамен одному из геологов.

— Ну раз больше вопросов нет, то прошу вас пройти в соседнее помещение, там вам выдадут необходимые документы и деньги на экспедицию, — сказал я, вставая.

Когда все разошлись, я дал задание проследить за геологом, сказавшим, что знает о залежах угля и железной руды, чтобы ему оказали содействие и не вздумали обмануть.

Если подтвердятся его данные, то можно будет привлекать к разработке месторождения японский капитал, как мы и обговаривали.

После беседы с геологами я поднялся в свой кабинет и сказал принести мне чая.

Меня в приёмной уже дожидался Ошевский Юрий Иванович, и я попросил секретаря пригласить его.

Когда он вошёл и уселся за столом напротив меня, я предложил:

— Докладывайте, Юрий Иванович, как обстоят дела с поиском казнокрадов.

— Ваше Высочество, в городе и окрестностях все стоят на ушах. Весть о том, что наследник престола обладает даром распознавать взяточников и воров, уже разошлась по округе. Несколько чиновников были перехвачены на пароходах, в попытке сбежать из Владивостока, а два человека застрелилось, так как им нечем было возместить свои хищения из государственных денег и материалов. Вскрылся огромный ущерб, причинённый множественными хищениями. Отметился даже генерал-губернатор.

— Его пока не трогайте, а все данные на него передавайте лично мне. Людям, узнавшим о его возможном участии в хищениях, выдать подписку о неразглашении. Какие ещё есть новости?

— В народе гуляют разнообразные слухи на ваш счёт, но большинство положительные, недовольны только чиновники, так как резко сократились взятки и желающие залезть в казну.

— Ну это ожидаемо. У меня будет для вас одна просьба, если возможно, создайте отдельный отдел по борьбе с коррупцией. Дополнительное финансирование вам будут выделять с Восточной Торговой Компании, и ваш отдел должен будет в первую очередь заниматься правонарушениями, связанными с ней, а также со шпионажем. Да. Не удивляйтесь. Ловля шпионов будет входить в деятельность этого отдела параллельно с деятельностью контрразведки флота, и вы будете её контролировать. И, вообще, готовьте-ка резерв кадров для расширения территории охвата. Присматривайтесь к перспективным сотрудникам и берите их на заметку. Я планирую существенно развить регион и увеличить товарооборот в разы, а это приведёт к увеличению преступности. На всех, кто будет вам мешать, и в силу их должности и положения кого вы не сможете привлечь к ответственности, собирайте материалы. В следующий мой визит или приезд моего поверенного вы покажете все эти документы. И обязательно храните их копии в секретном месте.

Особо хочу обратить ваше внимание на проявления вольнодумства и призывы к смене власти. Такие случаи должны расследоваться в первую очередь и наказываться наиболее жёстко. Если причина таких выступлений связана с деятельностью чиновников, то их привлекать солидарно с наказаниями для участников митингов и забастовок.

Отчёт о работе будете мне отсылать ежемесячно с доставкой лично в руки.

У вас есть вопросы по вышесказанному? — спросил я.

— Если честно, то я был несколько не готов к такому разговору и не уверен, что смогу справиться с такими обязанностями, но я постараюсь оправдать ваше доверие ко мне, — ответил полковник.

— В таком случае можете быть свободны, как появятся новости, сразу же докладывайте мне, — сказал я и принялся за остывший чай.

Уже подошло время обеда, и я прошёл в гостиную, где уже накрыли стол и присутствовал Виктор Сергеевич.

За обедом я спросил у него:

— Как обстоят дела с подготовкой акционирования новой Компании?

— Ваши заявления были услышаны всеми крупными представителями бизнеса, и многие решили вложиться в открываемую компанию, первичные заявки превысили ожидаемые в десять раз, и это только начало. Телеграф разрывается от международных телеграмм. На предстоящую встречу по акционированию торговой компании уже подали заявку больше участников, чем мы сможем разместить.

— В таком случае перенесите встречу на завтра и подыщите подходящее под это помещение, объяснив это всем существенно увеличившимся спросом и необходимостью подготовить большее помещение для встречи. А на сегодня запланируйте внезапную проверку готовности войск. Дайте команду на перемещение трёх резервных частей для устранения угрозы высадки десанта на юго-восточном побережье крепости Владивосток и при этом проверьте, в каком виде и с каким вооружением они прибудут устранять эту угрозу. А береговые укрепления приведите в боеготовность и как только семьдесят пять процентов личного состава будут на позиции, провести холостые выстрелы из орудий. Только проконтролируйте, чтобы не было приписок и состав присутствовал на местах. По отчёту о готовности провести проверку наличествующего боекомплекта и готовность к обороне крепости и к перекрытию прибрежной территории. Приказ о проверке боеготовности отдать через час, до этого никаких звонков и курьеров не должны покидать это поместье. Подготовьте вместе с курьерами нескольких наблюдающих для фиксирования всех этапов выполнения приказа.

На флот отдать приказ выйти в рейд и после этого распечатать конверты с приказами учений, они у меня лежат на столе.

— Для чего всё это необходимо и именно сейчас, Ваше Высочество? — спросил князь.

— Это болото надо расшевелить, я уверен, на флоте коррупция и воровство тоже охватывает огромные объемы, и это повод провести проверку боеготовности и при необходимости принять меры не во время войны, а пока у нас есть возможность исправить свои ошибки.

Заодно уточните, что там со взрывателями для снарядов, кто занимается этим вопросом, и на какой он стадии решения. А мы после этого отправимся с инспекцией по местам и посмотрим всё своими глазами. О нашем визите никому не говорите. Заодно можно отправить приказ о срочном учебном сборе казаков в порту. Посмотрим, сколько их явится и в каком составе.

Князь отправился выполнять мои распоряжения, а я задумался о будущем. Что и как реформировать?

Глава 11. Учебная тревога.

Снова грязь со всех сторон,

Вонь да мусор под ногами.

Хамы оседлали трон,

Объявив себя царями…

Николай Гольбрай

Проверка боеготовности войск во Владивостоке и его окрестностях вызвала шок у вышестоящего руководства и парализовала войска.

Пока корабли в спешке собирали команду и офицеров по кабакам и квартирам, при этом пытаясь поднять пар в котлах, армейские части, расквартированные в пригороде Владивостока, также оказались без руководящего состава. Более-менее боеспособными оказались береговые батареи, но добиться семидесятипроцентного присутствия в соответствии со списками первые батареи смогли только через два часа после того, как приказ был отдан.

Мы с князем отправились на берег, куда должны были прибыть солдаты для отражения высадки противника.

Первым к береговым укреплениям прибыл взвод уссурийского казачьего войска (УКВ).

Все с оружием, но при себе имели всего по десять патронов. После команды они произвели выстрелы в воздух, по условному противнику.

— Виктор Сергеевич, поставьте отметку удовлетворительно, но с плюсом. За то, что смогли первыми прибыть на место. И отметьте отсутствие старших офицеров. Мне потом служебную записку о причине отсутствия, и кто смог возглавить взвод и привести его на точку сбора.

Следующими прискакали казаки, одетые кто во что горазд, многие без ружей, но с шашками и пиками. Вооружение многих казаков было крайне плачевным.

— Отметьте у себя плохое вооружение казаков, причины и как это можно исправить, — обратился я к князю, который и сам уже был недоволен тем бардаком, который начал твориться вокруг.

Наконец, корабли стали очень медленно отходить от мест стоянки, многие тащили буксиры, и через полчаса они дали холостой залп, ознаменовавший то, что они вышли из бухты.

Почти сразу за ними начали давать залпы береговые батареи, известившие о готовности отразить атаку кораблей противника.

Через три часа прибежал, в буквальном смысле этого слова, взвод третьего Восточно-Сибирского линейного батальона. Практически без офицеров и не в полном обмундировании. После команды провести залп, случилась накладка, и выстрелить смогла только треть бойцов, у большинства солдат ружья были без патронов.

Все эти нарушения тщательно записывали секретари и помощники князя.

К нам в спешном порядке пожаловал сам генерал-губернатор и старшие военные чины. А за ними и морские чины.

— Господа, — обратился к недоумевающим генералам и адмиралам. — Мною был отдан приказ о внезапной проверке боеготовности войск. Для этого были организованы учения.

По сценарию к Владивостоку приблизился флот условного противника с целью высадить десант и захватить береговые батареи. И могу вам с уверенностью сказать, что учения провалились полностью. Береговые батареи были неспособны открыть заградительный огонь, корабли были уничтожены миноносцами прямо в порту. Войска береговой обороны и резервы не смогли вовремя прийти в места проведения атак противника и с достаточным для этого боезапасом. Это полный провал, и я жду от вас завтра перечень мероприятий для предотвращения этого в будущем. По итогу учений порт Владивосток, практически без потерь с нападавшей стороны, захвачен противником вместе с кораблями и береговой артиллерией, складами и вооружением. В результате этого беспрепятственный путь вглубь империи открыт, а Дальневосточный регион потерян, — высказал я всему присутствующему командному составу, после чего, кивнув Князю, отправился в поместье. Пока мы ехали, долго молчавший князь в итоге высказался:

— Для чего в итоге всё это требовалось проводить?

— Дело в том, Виктор Сергеевич, что такие учения должны проходить периодически, а боеготовность восточных границ должна быть выше других, так как удалённость от центра Империи поистине колоссальна, и за неделю сюда корпус или крейсер не перебросишь. Пусть учатся на своих ошибках. Как там Суворов говорил, тяжело в учении, легко в бою. Вот и пусть учатся, пока ничего не поправимого не случилось, зато я прекрасно вижу состояние войск и их боевую ценность. Поэтому готовьтесь, что подобные мероприятия будут проводиться на протяжении всего нашего пути по Сибири.

Когда мы приехали, уже стало темнеть, и я отправился ужинать, а князь — отдавать последние распоряжения по поводу завтрашнего дня.

На следующий день, встав пораньше, я, умывшись и сделав разминку, отправился завтракать. Меня там опять ждал не выспавшийся Виктор Сергеевич. Поздоровавшись, я спросил о последних новостях.

— По результатам вчерашней проверки боеспособности Дальневосточных войск составлен список замечаний, которые должны будут устранить в течение двух дней. Большей части офицеров будет назначен выговор за ненадлежащую готовность подразделений. Комиссия приняла решение проводить подобные срочные проверки неожиданно не реже, чем один раз в три-четыре месяца. На флоте согласованы сигналы оповещения, по которым команда должна в течение получаса явиться на корабль. Учения также решено проводить раз в квартал. Береговые укрепления и батареи держать в повышенной готовности с семидесятипроцентным составом постоянно и внести данные изменения в состав службы. При этом принято решение организовать дальние посты наблюдения и связи, — отчитался о проведённом разборе прошедших учений князь.

— А если ваши посты захватят внезапно, как вы сможете об этом понять? — спросил я, а после неуверенного пожимания князя плечами, добавил, — Установите с ними телефонную связь. И держать её каждые двадцать минут. В случае задержки или отсутствия связи немедленно поднимать крепость под ружьё.

— Вы всё сделали правильно, Виктор Сергеевич, выводы правильные, но меня беспокоит только одно. Когда мы отсюда уедем, то что здесь будет через год? Не положат ли они данные рекомендации, как говорится, «под сукно». Надо поставить этот вопрос на контроль и при этом следить, чтобы не было безрассудного растранжиривания материальных средств. На подобных учениях обязательно должны присутствовать представители Генерального штаба, ведущие контроль за состоянием дел, но этот вопрос необходимо решать уже не здесь, а в Петербурге. Сейчас же нам надо сконцентрироваться на финансовой стороне вопроса.

Как привлечь достаточно крупный капитал, не только на Дальний Восток, но и в центральные регионы. Как обстоит дело с акционерным обществом? Помещение подготовили? — спросил я князя.

— Сегодня в обед, всё будет готово. Сообщение об этом уже размещено в газете, и все желающие смогут совершенно спокойно разместиться на данном мероприятии.

— Раз у меня появилось время, нужно отправиться на стрельбище с новой охраной и казаками, заодно проверим новые револьверы в деле, — сказал я князю и взялся изучать сложенную для меня прессу и письма.

В газетах тон освещения событий уже поменялся, пока неумело, но стала видна попытка освещать события под несколькими ракурсами. Много писалось о развитии региона и о нахождении неподалёку новых крупных месторождений железа и угля. В некоторых газетах заострили вопрос о содержании каторжников и ссыльных с предложением открыть для них фонд помощи. Я подозвал секретаря и сказал:

— Отследите, если этот фонд будет открыт, выделите ему триста рублей пожертвований. Это можно осветить в газете для привлечения спонсоров. Дело хорошее, пусть этим занимаются.

Кстати, Виктор Сергеевич, мне кажется, надо создать отдел статистики, который будет отслеживать всё, начиная от рождаемости и оканчивая таможенными сборами, но это должен быть независимый орган с повышенной секретностью о разглашении данных. Он должен собирать данные не только стандартные, но и по урожайности, каких сортов и сколько собрано, сколько птицы и скота в регионе. Каков прирост или падение поголовья, вылов рыбы, товаров ввезено и вывезено. Это очень важный вопрос, так как мы обязаны подробно знать, что происходит в регионе и вовремя реагировать на острые моменты. Существующего комитета статистики явно недостаточно, и его данные приходят с огромным запозданием.

Когда завтрак закончился, мы после сборов отправились на импровизированное стрельбище.

Здесь я посмотрел, на что способны револьверы Смита и Вессона, которыми вооружалась армия. Массивные, весом в полтора килограмма, без самовзвода и с сильной отдачей.

Проведя учебные стрельбы, я понял, что мне придётся вмешаться, так как стрельбу вели каждый по-разному, и как попало. Поэтому выйдя вперёд, я продемонстрировал несколько основных видов хвата и стоек для револьвера, затем мы занялись обсуждением того, где и как носить пистолет, чтобы было удобно доставать. Попросил князя, который был на полигоне вместе с нами, обеспечить дополнительным оружием всех, кто будет меня охранять. Наличие двух пистолетов и запаса патронов я назвал необходимым условием. Затем провёл с ними небольшую тренировку, на которой разделив на четыре отряда, провёл тренировку, в которой два отряда охраны, ближний радиус и дальний должны были охранять меня или изображавшего меня человек, а два других отряда должны были имитировать нападения. При этой тренировке сразу же вылезло много нюансов и промахов в работе охраны. Я дал задание ежедневно проводить такие тренировки и отрабатывать как защиту, так и нападение на охраняемую персону. Обязательно проводить стрельбы на полигоне и заняться физическими нагрузками, в том числе и для казаков. Инструктаж у меня затянулся до самого обеда и необходимо уже было ехать на собрание будущих акционеров.

По дороге к месту проведения собрания князь обратился ко мне:

— Ваше Высочество, откуда вы всё это знаете? Ведь всё, что вы рассказывали придумать невозможно, в этом чувствуется многолетняя работа по отработке навыков и при этом не одного, а минимум десятка специалистов.

— Виктор Сергеевич, я же уже объяснял вам, что эти знания мне даны свыше и не воспользоваться ими, я не имею права. В скором времени начнутся протестные восстания по всей Руси, и на зарубежные деньги начнётся организация покушений на великих князей и Императора, да и на представителей власти. Поэтому нам необходимо готовится заранее и уже сейчас отрабатывать такие моменты. Да если бы в Японии меня бы охраняли должным образом или со мной были револьверы, подобного инцидента просто не случилось бы, — ответил я ему.

— Вы так уверенно об этом говорите, но ведь это невозможно, кто может додуматься до того, чтобы покушаться на жизнь Императора и Великих князей, а тем более финансировать их?

— В нашем мире сильная Россия никому не нужна, именно поэтому нас будут стараться ослабить любым способом. В том числе и финансируя так называемую революцию. Я не спорю, что первоначальный план и лозунги о свободе и равенстве мне противны, но свобода и равенство — это слишком абстрактные величины. А трактовать их можно по-разному. И борьба с такими подпольными обществами должна быть наиболее безжалостной. Но и не прислушиваться к их требованиям мы не имеем права. Вся система управления в Российской Империи требует капитальной перестройки, а такое в масштабах такой огромной страны провести бескровно не получится. И наша с вами обязанность свести потери при реформировании государства к минимуму, — раскрыл я князю часть планов на будущее.

К тому времени мы подъехали к поместью и, быстро перекусив на скорую руку, отправились в специально подготовленный для проведения встречи зал для собраний.

В большом помещении стояла трибуна со столом, покрытым зелёным сукном, а перед ним стояли в передних рядах стулья для именитых гостей, а позади них скамейки для гостей попроще. Все уже давно собрались и ожидали выхода меня.

Поэтому собравшись с мыслями, я твёрдым шагом отправился на своё место за столом.

Глава 12. Приём заявок.

Бизнес — это искусство извлекать деньги

из чужого кармана, не прибегая к насилию.

Макс Амстердам

Когда я вошёл, все присутствующие встали, и когда я подошёл к своему месту, то подал знак рукой, чтобы все присаживались, а потом поприветствовал всех:

— Господа, рад вас приветствовать на первом, предварительном собрании будущих акционеров Тихоокеанской Торговой Компании. Прежде чем вы начнёте регистрировать свои заявки, я хочу ещё раз подтвердить своё намерение держать данный проект под личным контролем, также я хочу вас порадовать предварительными данными о нахождении рядом с веткой строящейся железной дороги крупных залежей угля и железной руды, более точную информацию можно будет огласить после подробного исследования местности и анализа состава руды. Экспедиция в ту местность уже отправлена, как и ещё ряд экспедиций в перспективные места. Также сообщаю, что ряд очень крупных инвесторов уже приняли решение о приобретении акций данной компании, но это произойдёт, когда я прибуду в Санкт-Петербург и начну регистрацию самой компании.

Пока я прервался и налил в стакан воды, меня прервал князь:

— Извиняюсь, что перебиваю вас, Ваше Высочество, но мне пришла телеграмма от её величества, императрицы Марии Фёдоровны, она рада поддержать начинания своего сына и готова вложить личные средства в размере ста тысяч рублей и будет лично следить за ходом развития торговой компании, — сообщил Виктор Сергеевич.

— Ну, если данный проект будет курировать ещё и сама Мария Фёдоровна, то решение многих вопросов ускорится в разы, да и многие бизнесмены в Санкт-Петербурге, я уверен, будут рады присоединиться. Развиваться будет не только добыча и переработка ресурсов, в достаточной мере будет финансироваться сельское хозяйство и животноводство, что даст толчок в развитии региона. Планов много, и все они будут решаться комплексно с привязкой к особенностям местности и транспортной доступности. А теперь, господа, вы можете начать делать предварительные заявки на участие в акционировании компании, те, кто подадут заявки, должны будут внести в уполномоченный банк сумму деньгами или другими ценными бумагами в течение двух месяцев.

Когда я прибуду в Петербург, то заявки должны быть уже подтверждены, иначе они будут аннулированы, — сказав это, я встал со своего места и вместе с князем отправился в свою временную резиденцию.

Время до ужина я провёл в размышлениях, что же делать дальше и как себя вести, всё ли я сделал во Владивостоке или что-то пропустил. Нет, определённо основная работа предстоит в Санкт-Петербурге, дальше оттягивать отъезд не имеет смысла, это просто мои страхи перед встречей с Императорской семьёй. И сколько я не задерживайся здесь, проблемы России отсюда не решить.

Когда за ужином мы встретились с князем и уже пили чай, я высказал ему своё мнение:

— Виктор Сергеевич, вам не кажется, что все основные вопросы здесь мы уже решили и нам пора отправляться в столицу, да и по матушке я уже соскучился.

— А может, по Матильде или Алекс?

— Нет, с ними придётся расстаться, Матильда может только бросить тень на фамилию, а Алекс, как бы я не любил, мне не подходит. Её подсунули мне с определённой целью, она не может родить нормального наследника. И в Британии об этом очень хорошо знают, а такой стране нужен сильный и здоровый наследник, так как она стоит на краю обрыва: и либо сможет отойти от него, либо рухнет вниз, сметая всё на своём пути.

— Но ведь помолвка уже состоялась, и ты любишь её.

— Что такое любовь по сравнению с миллионами трупов подданных моей Империи? Помолвка будет расторгнута, а невесту будем подбирать из политической выгодности для страны и способную родить здорового ребёнка.

И это уже решённый вопрос, — сказал я и с силой опустил чашку на блюдце, отчего блюдце треснуло и раскололось.

В голове всплыл образ красивой девушки, и сердце предательски сжалось. Что со мной происходит? Неужели чувства Николая перешли и мне? Только этого мне не хватало.

Резко встав из-за стола, я, не прощаясь, отправился в свою комнату. Упав прямо в одежде на кровать, я почувствовал, как меня душат слёзы, а грудь пронзила сильная боль.

Как только я закрыл глаза, на меня градом посыпались воспоминания о юнице в нарядных платьях, в разной обстановке, как она говорит, как смеётся, как грустит. Такие чувства я испытывал только в прошлой жизни со своей первой подростковой любовью. Не выдержав душевных терзаний, я зарычал и сел в кровати, мой взгляд упал на комод, на котором стояла бутылка коньяка и стопка, а рядом целый лимон, и лежал маленький ножик. Налив себе полную стопку, я отрезал толстый кусок лимона и, залпом выпив стопку, закусил им. Не задерживаясь, я повторил снова, а затем и ещё раз. Только ополовинив бутылку, я почувствовал, как жар поднимается из желудка и сжигает терзающую мою душу боль. Я расстегнул и скинул китель на стул, а затем, взяв поднос, переставил его на прикроватную тумбочку. Переведя дух, я налил себе ещё одну стопку и уже медленно выцедил, не закусывая, в первый раз ощутив его вкус.

— Не думал, что это будет такой проблемой, интересно, какие ещё сюрпризы преподнесёт мне новое тело, — подумал я и с сожалением поставил стопку обратно на поднос, а потом просто откинулся на подушку и закрыл глаза. Как заснул я и не заметил.

На следующее утро за завтраком я отправил посыльного к главе жандармерии Ошевскому с инструкциями, чтобы он подготовил встречу всех уличённых в расхищении государственной собственности на благотворительном банкете. Сам банкет взялся организовать Сергей Викторович. Ещё за завтраком было решено проехаться по окрестным сёлам, посмотреть уровень жизни, а заодно и прогуляться немного. Выехали мы небольшим кортежем и с охраной, включая казаков. Ничем примечательным прогулка не запомнилась, чем дальше мы удалялись от города, тем больше выделенной земли встречалось на зажиточных хуторах, да и вокруг сёл земли было в достатке. По дороге заехали в поместье Михаила Ивановича Янковского, там я и познакомился со способами выращивания женьшеня, а также пообщался с его управляющим, который показал небольшие опытные участки по выращиванию различных культур. Основное поместье было расположено дальше в бухте Сидеми, где он и вёл основные исследования, а также там располагалась коннозаводческая ферма. Объехали стороной несколько богатых поместий, расположенных вдоль дорог, а потом уставшие вернулись к обеду в поместье.

После плотного обеда я подтвердил своё желание отправиться с утра в дорогу. Причём, как выяснилось, большая часть пути пролегает по малонаселённым областям империи. Как оказалось, всё уже было давно готово, и все ждут только моей команды. На вечер мы отправились на спешно организованный банкет, который будет проходить в небольшом парке. К моему удивлению, князю удалось организовать всё довольно пышно и красиво.

В парке было огорожено большое место, где стояли столы с закусками и выпивкой, а перед ними была организована небольшая трибуна. Невдалеке стояла приличная толпа, состоящая из двух кучек людей, в первой стояли люди в сопровождении жандармов, у многих из них был напуганный вид, и было ясно, что собирались они в спешке, а рядом стояла небольшая группа из местных чиновников и крупных бизнесменов, среди них, кстати, стоял и нынешний губернатор, своим видом показывая, что он здесь случайно. Репортёры на мероприятие допущены не были и толпились вдалеке, сдерживаемые жандармами и казаками. Ещё чуть в стороне стояло трое человек в кандалах и в сопровождении полицейских.

Когда мы подъехали, вся толпа пришла в движение и выстроилась напротив трибуны. Нам навстречу двинулся губернатор, но я остановил его взмахом руки и указал занять место рядом со всеми. К трибуне я подошёл в сопровождении охраны и с Виктором Сергеевичем.

Когда я поднялся на возвышение и оглядел толпу от одного края до другого, то все резко притихли, ожидая, чем же всё для них закончится, так как слухи и версии о том, как я собираюсь расправиться с казнокрадами, гуляли уже давно, поэтому вся толпа в нервном ожидании переминалась с ног на ногу. Губернатор же старался не смотреть в мою сторону, показывая этим своё недовольство. Оглядев всех ещё раз, я начал свою речь,

— Господа, вас всех здесь собрали потому, что все вы, тем или иным способом, нанесли ущерб Российской Империи. Своим действием или бездействием, хищениями, умалчиванием, взятками и преступной халатностью. Вас всех, конечно же, следовало бы наказать по всей строгости закона, начиная от самых низов и заканчивая губернатором, который не смог с вами справиться и предотвратить ваши противоправные действия. Вот взгляните на троих представителей вашей братии, общий ущерб от их деятельности огромен, и поэтому по решению ускоренного суда их уже приговорили к пожизненному заключению. Их вина доказана и не подлежит сомнению, поэтому прямо сейчас они отправятся на самую сложную и опасную работу, где своим трудом будут приносить пользу государству, хотя по мне так их надо было бы повесить, дабы не тратить на них средства из государственной казны, но не портить же нам сегодняшний праздник казнью. Правда, господа? — прервался я и взглянул на присутствующих. Большинство из них активно закивали головой, а губернатор нервно потёр шею.

— Но мне не хотелось бы уезжать от вас, оставив после себя только впечатление Имперского служаки, который всё делает по букве закона, и поэтому я дам вам шанс реабилитироваться, а для компенсации вашего ущерба нанесённого Российской Империи, причём не только финансового, но и репутационного. Итак, у вас есть одна-единственная возможность загладить свою вину перед государством — это внести самостоятельно посильные пожертвования в счёт фонда развития Дальнего Востока. Как видите, журналисты не допущены на данное мероприятие, дабы у вас имелась возможность реабилитироваться не только перед государством, но и перед обществом. Поэтому, пока проходит данный банкет, вы можете, не спеша, обдумать и, подойдя к писарям, озвучить сумму, которую обязуетесь внести в казну до конца года, дабы покрыть не только финансовый ущерб, нанесённый вашими действиями, но и репутационный. После чего, начальник жандармерии полковник Ошевский Юрий Иванович лично проверит, покрывает ли ваш взнос тот ущерб, который вы нанесли государству и решит, имеет ли смысл уничтожить все те доносы и признательные показания, которые имеются на всех вас без исключения, — говоря это, я внимательно посмотрел на губернатора, от чего тот под моим взглядом нервно закивал головой.

После чего те, кто смогут покрыть ущерб и компенсировать прочие издержки, смогут начать свою деятельность с чистого листа, ну, а прочие… В прочем, вы все здесь взрослые люди и должны понимать, что преступления без наказания не бывает. И запомните, второго шанса у вас уже не будет.

Сказав речь, я попросил пригласить журналистов, где поведал им коротко о том, что все эти уважаемые люди собрались здесь с одной целью, внести свой посильный вклад в развитие всего Дальнего Востока. А собранные средства пойдут на развитие инфраструктуры и для сельскохозяйственного института Дальнего Востока, который я собираюсь открыть во Владивостоке, он будет заниматься обучением агрономов и селекцией высокоурожайных видов сельскохозяйственных растений.

После всего этого я в сопровождении князя и охраны, отправился в поместье.

Глава 13. Из Владивостока в Санкт-Петербург.

«Есть в этом что-то волшебное:

уезжаешь одним человеком,

а возвращаешься совершенно другим.»

Кейт Дуглас Уигген

Вечером я составил перечень мер для развития региона, где подробно прописал основные моменты, на которые следует делать упор, начиная от развития сельского хозяйства и заканчивая привлечением средств зарубежных инвесторов. Сделал два варианта: один для губернатора, второй, покороче, для публикации в газете, чтобы случайно не потеряли и не забыли.

Утро началось с суеты, пока я делал зарядку и умывался, под окнами во всю готовились к отъезду. Помимо охраны и казаков, с нами отправлялись различные помощники и слуги, поэтому с собой бралось большое количество припасов и вещей. За завтраком меня опять встретил Виктор Сергеевич, который сообщил, что как только всё будет готово, надо будет отслужить молебен в новой часовне, после чего можно будет сразу же отправиться в дорогу.

Провожать нас собралось довольно много народу, хотя заранее об отъезде не сообщалось. Горожане вышли с цветами и кидали их под колёса коляске, на которой мы ехали. Молебен прошёл довольно радостно и позитивно. У меня даже создалось впечатление, что многие были рады моему отъезду. За город мы выехали целой процессией вместе с провожающими нас горожанами и местными казаками.

Дальше начиналось довольно унылое и нудное путешествие. Поэтому я заранее запасся бумагой и на привалах записывал свои размышления, пытаясь составить план своих действий, и вот что у меня получалось.

Для начала надо закончить земельную реформу. В первую очередь, необходимо отменить процент за пользованием заёмными средствами в банке, это бремя государство должно взять на себя. Во-вторых, сократить выкупной платёж единовременный с двадцати процентов до пяти, а пятнадцать процентов выплачивать из казны. При этом с дохода от продажи земли помещиком ввести десятипроцентный налог на прибыль. Организовать от Государственного Банка выкуп у помещиков закладных на землю вместе с крестьянами и освобождение их с выделением земли.

Провести реформу, согласно которой минимальный надел земли выдаваемый в пользование, должен быть не менее пяти десятин для чернозёмных районов и не менее восьми десятин, в нечернозёмной полосе. Там, где земли не хватает, организовать переселение крестьян с выделением им земли вдоль Транссибирской магистрали. Вдоль пути переселения сформировать перевалочные пункты, где крестьяне смогут отдохнуть, помыться в бане и где им будет выдаваться недельный запас еды для следующего перехода. Специальной комиссией должны быть подготовлены временные дома для проживания рядом с выделенными наделами. При заселении на новые земли крестьянам должны будут выдаваться все минимально необходимые инструменты за счёт государства. Программа переселения первой волны должна быть рассчитана сроком на шесть лет.

По всем губерниям с сёлами, на каждые двадцать дворов должна быть выбрана одна семья для переселения.

При выплате барщины крестьяне не должны работать более десяти часов и возраст барщины для всех должен быть сокращён на пять лет.

Это то, что касается земельной реформы.

Теперь реформа дворянская. Для дворян, не служивших в армии минимум три года или пяти лет на гражданской службе, дворянство переставало быть наследуемым. Ввести эту систему необходимо, начиная с тех дворян, кому уже есть двадцать пять лет и меньше. Тех, кто старше этого возраста реформа, не затронет.

Во всех губерниях обязать помещиков тех, кто владеет обширными земельными наделами, промышленников, где трудится более пятидесяти человек, проводить обязательное обучение грамоте крестьян и рабочих. В противном случае вводить дополнительный двухпроцентный налог от оборота. Причём в первые два года достаточно будет самого факта обучения, а в последующем, не менее шестидесяти процентов должно уметь читать, писать и считать, при этом уметь выполнять простейшие вычисления. Эта реформа должна будет распространяться и на монастыри.

В воинских подразделениях обучение грамоте, письму и счёту, сделать обязательным. Для лиц, проводивших такие занятия, предусмотреть доплату к жалованию.

Для стимуляции крестьян к обучению ввести через пять лет налог на безграмотность для всех слоёв населения. Для пополнения казны нужно пересмотреть торговые пошлины, в особенности, на ввозимый товар для стимулирования внутреннего производства. Для высокотехнологичных предприятий снизить налоги в казну в два раза. Ввозимое оборудование разделить на два вида, из которых высокотехнологичное не облагать налогом, а низкотехнологичное, которое можно производить в России, облагать по повышенной ставке.

Просчитать и привести внешний торговый баланс в доходный. Ввести монополию государства на торговлю драгоценными металлами, ювелирными камнями и изделиями. Ввести строгий учёт на таможне, периодически проводить изучение спроса и предложения на мировом рынке. Создать Университет внешних экономических связей для завоевания своей ниши в мировой торговле. Ввести налог на роскошь и на бездетность.

Создать в Империи национальную идею и внедрять её, начиная со школы, совместно с обучением крестьян и рабочих. Запретить закрытые кружки, за их организацию отправлять в Сибирь на пятнадцать лет. Все сборища должны проходить открыто, и их должны свободно посещать любые желающие, включая жандармов. За пропаганду смены государственного строя отрезать языки и отправлять в ссылку на десять лет без права дальнейшего проживания в городах с населением более пяти тысяч человек. За совершение покушения или за попытку покушения наказывать ссылкой на строительство дорог или каналов на тридцать лет, с экспроприацией имущества не только виновного, но и всех членов его семьи. Не взирая на чины и должности. А дела родственников, занимающих ответственные посты, отправлять на рассмотрение специальных комиссий, с возможностью досрочных прекращений полномочий. Промышленников и торговый люд, замеченный в финансировании таких закрытых клубов, включая вольнодумчиские, лишать имущества в пользу государства совместно с имуществом семьи.

Газеты, призывающие к насилию, свержению существующего строя, разжигающие национальную рознь, закрывать, а всех участников отправлять в ссылку на пять лет, при повторном нарушении ещё на двадцать без права переписки.

Пересмотреть сделку по продаже Аляски, так как оплата не была произведена в должной мере и потребовать оплату высокотехнологичным товаром или, в крайнем случае, беспроцентным кредитом.

Для решения национального вопроса с евреями нужно выделить им область в центральной Польше, разделив её и создав своеобразный буфер, между Польшей и Россией. За это истребовать с евреев немалую сумму денег. А ещё лучше объявить сбор средств по всему миру. Финляндию заселить казаками, а большую часть жителей постепенно переселить за Байкал, в схожие климатические условия для заселения неплодородных земель. В Империи ввести налог на незнание русского языка.

Для крестьян ввести доплату на семьи с десятью и более детьми, выдаваемую продуктами, и послабление в уплате налогов на определённую сумму в зависимости от губерний.

Провести медицинскую реформу, вместе с обучением грамоте проводить курсы по соблюдению гигиены и первой помощи, от крупных поселений в обязательном порядке отправлять на учёбу за счёт казны и общины для обучения фельдшеров первой помощи при родовспоможении и в быту для снижения смертности населения. Ввести этот показатель в ежемесячный отчёт губернаторов. Создать комиссию для снижения смертности населения и улучшения быта крестьян и рабочих. За смерть при телесных наказаниях наказывать, в том числе и помещиков, в зависимости от дохода каждого, с выплатой компенсации семье или общине.

Ввести особую ответственность за жестокое обращение с крестьянами и рабочими, а также за ненадлежащие условия их жизни.

По губерниям проводить конкурсы для выявления одарённых людей и направлению их в специальные государственные учреждения за счёт казны. Ввести обязательные конкурсы по различным самодельным машинам для выявления склонных в технике людей и направлять их на обучение в профильные учреждения. Выпустить особый манифест по борьбе с безграмотностью.

Ограничить доходы в церкви, а собираемые излишки направить на создание школ и бесплатных больниц.

Начать строительство Беломорканала силами заключённых, желающими уменьшить свой срок. Начать прорабатывать строительство гидроэлектростанций и Волго-донского канала.

Проверить ещё раз поставку железнодорожных рельсов, насколько я помню, там были какие-то махинации и закупались английские вместо отечественных. Надо серьёзно проверить все тендеры и в случае необходимости пересмотреть их. Да и вообще начать проверку всех значимых и крупных тендеров во всех ведомствах — это позволит существенно сократить расходы бюджета.

Требовалась реформа с правами женщин. Запрет на содержание женщин совместно с мужчинами при заключении под стражу. За нанесения увечий женщинам при домашнем насилии наказывать мужей. Уравнять права женщин-врачей и женщин, находящихся на государственной службе. Уровнять зарплату женщин с мужчинами при сдельной оплате труда. Ввести обязательный двухмесячный отпуск на рождение ребёнка, с тридцатипроцентной оплатой. Единовременно выдавать пособие при рождении ребёнка и достижении им возраста трёх лет, чтобы попытаться уменьшить детскую смертность. Разрешить женщинам выдавать паспорта. Разрешить открывать свои общественные организации для помощи нуждающимся и благотворительные фонды.

Создать в Российских регионах свободные экономические зоны с льготным налогообложением для привлечения открытия иностранцами высокотехнологичных производств.

Начать массово переселять казаков с земель, где количество свободных земель на семью сильно сократилось.

Вот примерный перечень необходимых реформ, которые планировалось провести в ближайшее время. Ещё нужно будет пересмотреть реформу, которую предложит Витте, так как приравнивание рубля к золоту, довольно сильно в итоге ударит по бюджету при внешних займах или в крайнем случае, сократить процент содержания золота и серебра в монетах.

Каждая из этих реформ требовала тщательной проработки и, возможно, даже общественных слушаний с привлечением всех участников к обсуждению этих реформ.

Но в первую очередь надо сформировать свою команду и структуру контроля, а лучше всего две структуры, которые будут конкурировать между собой. Этим вопросом надо озаботиться отдельно, так как от этого будет зависеть моя жизнь напрямую.

Ещё вопрос подготовки к войнам, которые непременно произойдут. Надо начинать изучать те новшества, которые можно начинать внедрять уже сейчас. Сделать упор на автоматическое оружие и наличие нормальных боеприпасов, а это опять деньги.

Где взять огромные суммы денег, это, наверное, первостепенный вопрос. Можно попробовать создать финансовую пирамиду, ведь они пока неизвестны в этом мире. Главное, вовремя забрать деньги и не засветиться при этом.

В таких размышлениях я проделал весь путь до Москвы и только там позволил сделать остановку и отдохнуть перед прибытием в Петербург. Надо было подготовиться к встрече с семьёй.

Глава 14. Родственники.

Чем ближе люди по родству,

тем более острое чувство вражды питают друг к другу.

Публий Корнелий Тацит

По прибытии вечером в Москву мы остановились в гостинице, принимать приглашение погостить у родственников я не стал. Виктор Сергеевич расположился со мной в одном номере на шесть комнат. После постоянной гонки было непривычно никуда не бежать с раннего утра, поэтому я дал себе возможность насладиться отдыхом и хорошенько отоспаться. Когда я встал и сделал разминку, ко мне зашёл Виктор Сергеевич и сообщил:

— Мы приглашены сегодня на обед к Великому Князю Сергей Александровичу, недавно назначенному губернатором Москвы.

Увидев моё неудовольствие на лице, он добавил:

— Ваш отказ будет неправильно понят, и нам с вами желательно посетить обед, тем более, там будет его супруга Елизавета Фёдоровна, старшая сестра Алекс. Мне кажется, тебе нужно пообщаться с ней и узнать последние новости, как обстоят дела у твоей возлюбленной.

— Мы уже обсуждали этот вопрос, и я не хочу к нему возвращаться, а по поводу обеда, раз ты говоришь, что надо сходить, то так и поступим.

После завтрака мы, совершив небольшую прогулку по Москве, в сопровождении уже привычных мне казаков и солдат охраны отправились в усадьбу в Ильинском, где и проживал князь с супругой.

Усадьба выглядела презентабельно, огромный двухэтажный дом просто утопал в зелени, строение было просто громадным, нас встречал сам Великий Князь с супругой, и после обоюдных приветствий мы отправились в большую гостиную, где уже был накрыт стол.

Обед проходил в дружелюбной беседе, но серьёзных тем мы не касались, когда же после обеда подали чай, то Елизавета Фёдоровна, не удержавшись, поинтересовалась:

— Николай, могу я поинтересоваться, что же на самом деле произошло с вами в Японии? Слухов ходит столько, что мы не знаем, каким из них верить. Говорят, что вас зарубил японский самурай, а потом вас повезли в Токио, чтобы отпеть в новом Храме, но на третий день, когда вас туда привезли, вы воскресли прямо во время отпевания.

— Половина из того, что говорят, правда. Меня действительно зарубил самурай, не согласный с политикой властей, но Господь не принял мою душу, сказав мне, что ещё рано, и вернул меня в моё тело. Правда, перед этим он показал, что произойдёт с Россией и с Романовыми, если ничего не поменять, — ответил я и сделал большой глоток из кружки с чаем.

— А что произойдёт такого с Россией и Романовыми? — спросила она.

— Царь Соломон сказал одну мудрую фразу «Многия знания — многия печали». Вы, действительно, хотите это знать, ведь пока вы находитесь в неведении, то и никто не спросит с вас за эти знания?

— Вы хотите сказать, что судьба России ужасна? Но тогда вы тем более должны поделиться этими знаниями со всеми.

— Вы знаете про французскую революцию? — спросил я и, дождавшись кивка, продолжил, — Так вот революция в России будет в разы страшнее и в сотни раз кровавее. Около двадцати миллионов человек умрут от голода, нищеты, будут расстреляны, повешены, похоронены живьём. Как вам такие знания? Я видел столько мерзости и крови, что вам даже и не снилось, — ответил я.

— А что же с родом Романовых?

Изведут всех под корень: и взрослых, и детей, большинство умрёт мученической смертью.

Вашего супруга, к примеру, взорвут бомбой, вас через десяток лет живьём сбросят в шахту вместе с некоторыми Князьями и замуруют там. Меня с Алекс и нашими детьми расстреляют в подвале дворца купцов Ипатьевых, а останки сожгут в костре. Как вам такие знания? — сказал я и, встав, подошёл к окну, уставившись на раскинувшийся перед ним парк.

Великий князь и его супруга застыли в молчании, пытаясь осмыслить всё, что я им сказал.

В этот раз не выдержал Великий Князь и надсадно спросил:

— Но как же так? Куда же смотрела армия? Жандармерия? Да, и в конце концов, почему дворяне не заступились?!

— А как вы думаете, кто затеял революцию?.. Интеллигенция, промышленники, Великие Князья, солдаты и матросы, да собственно кто в ней только не участвовал. Все хотели перемен, лучшей жизни для себя… а в итоге к власти пришли те, кто смог утопить страну в крови и, не взирая на мнение большинства, заставить всех выполнять волю кучки людей, которых купили и спонсировали наши бывшие союзники и враги. Сильная Россия, оказалось, никому не нужна. Уже сейчас во многих странах зреет вопрос, как её разделить и сделать из неё колонии западных государств, — ответил я, развернувшись к ним, а потом прошёл и сел на своё место.

— Но ведь что-то надо делать, как-то бороться с этим. Надо всё рассказать царю, — начала перечислять Елизавета Фёдоровна.

— Папа уже серьёзно болен и через несколько лет умрёт. Я не уверен, что смогу ему в этом помочь. То крушение поезда, когда он всех нас спас, не прошло для него бесследно. А бороться, действительно, надо и очень жёстко. Лучше повесить тысячу мерзавцев, чем потом похоронить миллионы глупцов, последовавших за ними. Не могу сказать, что все их лозунги и требования были неверными, но средство достижения цели было неприемлемо. Россия созрела для перемен, и избежать их не удастся, но вот провести эти перемены мирно, практически бескровно… к этому следует стремиться. Я, конечно, всё расскажу отцу, и, возможно, он даже поверит мне, но что он может сделать в одиночку?! Гвардия, опора трона, погрязла в пьянстве и разврате. Рабство в России так и не удалось побороть, сословное расслоение только увеличивается из года в год. Земельная реформа, которая должна была освободить крестьян, постепенно загоняет их в нищету. Дворянство уже давно перестало выполнять свою функцию и не является более опорой трона и России. Крупные промышленники хотят большей власти и не хотят зависеть от чиновников, они хотят равноправия с дворянством. Еврейский вопрос никто не хочет решать, а в обществе нарастают антисемитские настроения.

Вопросов назрело очень много, а решать их никто не спешит. Вы, конечно, можете посчитать меня безумцем, но лучше бы это было так, — высказался я эмоционально и налил себе ещё одну чашку чая.

Мы долго сидели так в тишине, я пил свой чай, а остальные были погружены в собственные мысли. Но, в конце концов, Великий Князь не выдержал и спросил:

— А что в таком случае могу сделать я, чтобы не допустить этих страшных событий? Чем я могу вам помочь, чтобы страна смогла избежать этих страшных событий?

— Один вы ничего не сможете сделать, но вместе мы можем попробовать, если и не спасти Россию, то хотя бы уменьшить потери. Сделать так, чтобы в стране не начался голод. Избежать войны как на западе, так и на востоке. Не допустить прихода к власти фанатиков и предателей. В первую очередь наладьте работу жандармерии, чтобы она пресекала работу различных вольнодумческих собраний и кружков. Займитесь бытом простых рабочих и требуйте от промышленников сокращения рабочего времени, улучшения условий труда. Займитесь лично положением наибеднейших крестьян. Если наделов уже не хватает на общину, помогайте переселять их на Дальний Восток, тем самым высвобождая дополнительные посевные площади для самой общины. Отбирайте молодых кадетов, курсантов и студентов, для которых слово Россия — непустой звук, и формируйте из них патриотически настроенных помощников, которые смогут помочь вам выявлять искоренять заразу вольнодумства и всеобщей свободы. Я вам пришлю в скором времени перечень мер для пресечения революционных движений и вольнодумства. Но бороться с этим надо, не только запрещая, но и устраняя сами причины возникновения недовольства. Я постараюсь разработать национальную идею, которой надо будет увлечь массы и которую надо будет распространять в обществе. Предстоит очень много работы, но, если этого не сделать, то нас просто сметут, толпы необразованных крестьян, которые поверят лозунгам всеобщего равенства и братства, а потом сами же и будут загнаны на свои земли в качестве рабов без права выражать своё мнение и работать за галочку в тетрадке. Но самое главное, что всё, что я вам сказал, должно остаться только между нами. Эту информацию нельзя сообщать вообще никому. Чтобы ей не смогли воспользоваться наши противники. Увеличьте себе охрану, перемещайтесь только в бронированной карете, охрану постоянно тренируйте на отражение нападения людей с пистолетами и с ручными бомбами. Поверьте, что война уже началась, война против Самодержавия. Деньги уже давно выплачиваются для создания в нашей стране различных подпольных кружков и тайных обществ. Сейчас уже становится модным, принадлежать какому-нибудь тайному обществу. Везде начинают проталкивать идеи социализма и коммунизма. В различных литературных кружках уже давно обсуждают, что России нужен другой царь, что крестьяне и дворяне должны быть равны в правах. И поверьте мне, я сам, лично, готов поддержать многие из этих идей, но не методы их достижения. Вот, к примеру, вы, Елизавета Фёдоровна, должны непросто открывать благотворительные общества и монастыри. А ещё и заниматься просветительской работой среди молодёжи. Пытаться в них развить патриотизм и служение родине, в том числе и царю.

Вам, князь, это тоже необходимо сделать. Набирайте беспризорников, малоимущих, безграмотных крестьян из семей, где наблюдается голод. Лично занимайтесь их воспитанием, а как только появятся признаки вольнодумства, гасите их в самом зачатке, перевоспитывайте этих людей всеми правдами и неправдами. Вспомните опыт турок, которые набирали в православных семьях детей и воспитывали из них янычар, ярых противников христианства. Берите этот опыт за основу и распространяйте его по всей губернии. Я знаю, что это непростой путь, но другого шанса у России нет.

— А как же духовенство и верующие допустили это всё? — перебила меня Елизавета Фёдоровна.

— А с верой будет отдельная война. Церковь давно уже нуждается в реформировании. Многие учения её устарели и даже местами ошибочны. Расслоение в среде священства ненамного меньше, чем в гражданском обществе. Придёт время, когда священников будут отправлять в тюрьму, а затем и убивать вместе с семьями. Тёмные времена надвигаются на нашу страну, и мы не имеем права остаться в стороне и пустить всё на самотёк. Весь мир ждут огромные потрясения, — ответил я ей.

— Но вы говорили о войнах, которые будут в скором времени, это… действительно так? — спросил князь.

— Да, вначале война на востоке, которую мы проиграем, но которую, я надеюсь, мы сможем свести хотя бы к ничьей.

Война на западе, унёсшая миллионы жизней и закончившаяся революцией и отступлением, но позволившая нашим союзникам, профинансировавшим эту революцию, победить в этой войне, заплатив за победу жизнями русского солдата.

Мы проговорили до глубокой ночи, при этом Виктор Сергеевич практически не вмешивался в нашу беседу, больше слушая нас. Мы обсуждали разные мелкие детали, и я разъяснял непонятные им моменты. Перечисляя различные факты, которые я помнил из своей жизни. Уже поздно вечером мы расстались, и мы с моим адъютантом отправились в свой гостиничный номер, нас сопровождали мои казаки и охрана. Я наотрез отказался оставаться переночевать у Великого князя.

Глава 15. Дорога в Петербург.

Я люблю белый Петербург, снежную зиму,

лёгкий бег саней по широким проспектам,

огромную, скованную льдом реку и мрачные дворцы.

Г. Леру

Мы ехали молча, но в итоге Виктор Сергеевич не выдержал и завёл разговор:

— Я до сих пор не могу поверить, что всё, что вы говорите, может случиться с Россией. Ведь вот она, вокруг нас, сейчас мирно спит, и никакой войны нет. Никого не убивают, брат не идёт на брата, никто не идёт на нас с войной, не гремят пушки. Мир и покой.

— Вы глубоко ошибаетесь, Князь, — выделил я последнее слово. — Война уже давно идёт. За умы, за мысли, за убеждения. И мы уже проиграли эту войну. Даже если мы сейчас начнём ей противостоять, то будем всегда только догонять и в любом случае проиграем. Как сказал один из великих: «Не можешь победить, возглавь!», вот принцип, которым мы будем руководствоваться. Победить революцию, когда она началась в умах людей, подпитывается деньгами, межклассовым разграничением, насилием, бедностью, безграмотностью — невозможно. Мы должны возглавить эту борьбу. Дать людям то, что им необходимо, чтобы почувствовать себя человеком. Работу и достойную оплату. Свободу и ответственность за других. Равноправные законы и их применение, не взирая на чины. Грамоту и желание учиться. Сделать из стада достойных Граждан Российской Империи. Поменять придётся всё! И лучше это сделать самим, чем обезумевшая толпа вначале всё разрушит, а потом на пепелище будет строить неведомо что, которое в итоге рухнет и погребёт под собой всех.

Пока мы разговаривали, наш путь пролегал мимо дорогого ресторана, тут нам предстала картина, когда какой-то подвыпивший, то ли купец, то ли помещик, охаживал плетью извозчика, а тот не решался ему возразить.

Я махнул рукой, и меня поняли без слов, развернув коляску к месту инцидента. Махнул рукой ещё раз казакам, указав на купца. Те, соскочив с лошадей, быстро скрутили обоих и подвели к нам и заставили их пасть на колени.

— Что здесь происходит? Кто такие?..

Первым ответил купчишка, Иван Васильевич Сидоров.

— Купец — я, вот проучаю лодыря. Везти меня отказывается, вот я его плетьми и взгрел немного, Ваше Сиятельство, — нагловато сказал купец, явно перебравший водки.

— А ты? — спросил я у извозчика.

— Семён — я. Большаков, Ваше Сиятельство, — сказал извозчик и молча уставился в землю, не ожидая ничего хорошего от встречи с нами.

— Сказать что есть, или правду купец говорит? — спросил я.

— Сказать-то есть, да только кто же мне поверит, — ответил он, не поднимая глаз.

— А ты не думай, поверят или нет, ты сказывай, только как есть на самом деле, по что купца вести отказываешься? — спросил я, уже начиная испытывать нетерпение, — или из тебя ответ клещами тянуть надо?

— Правду, говорите, ну так сами просили. Намедни я этого купца два раза возил, и он ни разу не заплатил, сказав, что потом рассчитается, да так и не рассчитался. А сегодня опять мне говорит: Вези меня за так или бить прикажу. Я и отказался, сказав, что за прошлые разы не плачено. Он за плётку и схватился, ток я уже слыхал, что кто перечить ему начинает, потом в холодную сажают. Вот и терпел, всё одно, правды не добиться, — сказал он как-то обречённо.

— Да что с него станется, подумаешь, прокатил с ветерком, перебьётся. Денег ещё ему давать. Бывшему холопу, — пробурчал купец.

— И сколько должен за извоз купчина?

— Рупь и два, того три получается, — очень робко и с надеждой в голосе сказал Семён.

— Игнат, — кликнул я молодого казака. Посмотри там у злодея, чем расплатиться есть?

Игнат, шустро ощупав купца, вытащил кошель и, раскрыв, вытащил пять рублей, мельче денег в кошельке не было. Я кивнул на это, и он передал их Семёну, который полез было искать сдачу, но я сказал:

— А лишка за побои, — сказал я и, посмотрев на купца, который не понимал, что происходит, кивнул Игнату, сказав, — А этому всыпь пяток плетей, чтобы в будущем неповадно было людей обворовывать. Жаль, не по Ярославовой правде живём, отрубить бы ему руку за воровство или по-Петровски — выжечь клеймо на лбу — вор, чтобы все знали, что человечишка с гнильцой.

Купец рухнул перед коляской и запричитал:

— Не губите, Ваше Сиятельство, бес попутал, — пошутил я.

— Ну вот и мы пошутим, — сказал я и кивнул казакам. Они в один миг стянули, верхнюю одежду и прямо на мостовой, отмерили плетью по спине пяток раз.

После чего по кивку все возобновили движение.

— Вот видите, Виктор Сергеевич, закон есть. Но для всех он по-разному звучит, а ведь такие вот извозчики потом этих купцов первыми пойдут жечь и на суку развешивать. И таких извозчиков на Руси немало, и как только полыхнёт, они первыми пойдут искать правду.

— Но ведь так тоже нельзя. А как же суд, как же закон? Ведь так можно и до анархии дойти.

— А то, что вытворял купец, это не анархия? Не беззаконие? Ведь он совершенно уверен, что закон — это он. Суд — это тоже он. Не это ли проявление анархии? А не будь с нами казаков и оденься мы попроще, он бы и нас мог отходить плёткой. А закон — это сила. А сила закона в неотвратимости наказания. А неизбежность наказания в сословном равенстве. Только так и никак иначе. И сей час мы с Вами применили Закон в действии. И когда это будет совершаться повсеместно, тогда в стране будет порядок и справедливость. Иначе прольются реки крови.

Дальше мы ехали молча до самой гостиницы. С раннего утра мы, позавтракав, отправились на вокзал, где нас уже дожидался поезд в Петербург.

Дорога до столицы тянулась медленно, на ней периодически проводились какие-то работы, в итоге к утру второго дня мы стояли в Твери. Когда я завтракал с Виктором Сергеевичем, к нам зашёл секретарь и сообщил.

— Ваше Величество, у паровоза серьёзная поломка, а сменный подадут только к вечеру, — после чего удалился.

Я в это время начал подумывать, чем бы заняться.

— Может, прогуляемся по Твери, посмотрим, чем тут народ живёт? — спросил князь.

Тут мне пришла в голову идея, и я решил уточнить:

— А военные училища в Твери есть?

— Да кавалерийское училище, выпускают юнкеров. О нём неплохо отзываются.

— Ну тогда давайте посетим его, будет интересно пообщаться с юнкерами, заодно посмотрим, может, кого и к себе возьмём. Пора уже создавать кузницу кадров и строить свою канцелярию.

Ещё час ушёл на согласование всех моментов и выгрузку казаков охраны. Так как состав стоял на запасном пути, то пришлось пройтись пешком к месту, где нам подали коляску, на которой мы в сопровождении казаков и отправились знакомиться с училищем.

Мы подъехали к большому двухэтажному зданию, перед которым был плац, и на нём в спешном порядке выстраивались кадеты училища, а рядом стоял преподавательский состав. Когда коляска остановилась, и мы с Виктором Сергеевичем стали выходить, к нам в спешке подошёл полковник и, нервничая, представился:

— Рады приветствовать, Ваше Высочество, в стенах нашего учреждения, я начальник Тверского Кавалерийского Юнкерского Училища, Василевский Николай Александрович.

— Рады встрече с вами, не переживайте, мы не с инспекцией, просто по дороге в Петербург сломался состав, и мы, пока он на ремонте, решили посетить с князем ваше училище. Посмотреть, как проходит учебный процесс, есть ли у вас отличники в обучении. Посмотреть, как живут юнкера, поэтому нарушать учебный процесс не нужно, за огрехи вас никто не накажет. Заодно, может, кого присмотрим себе в канцелярию, из самых успешных.

— Как прикажете, Ваше Высочество. Не хотите поприветствовать юнкеров? — спросил полковник.

— Конечно, — сказал я и вышел вперёд перед строем и громко произнёс, — Здравствуйте, господа юнкера!

— Здравия желаем, Ваше Императорское Высочество! — слаженно и хором ответили юнкера.

— Желаю вам, господа, успеха и счастья в вашей будущей службе. Поздравляю вас как будущих офицеров и желаю, чтобы вы все смогли получить это звание по окончании учёбы, — произнёс я небольшую речь.

— Рады стараться, Ваше Императорское Высочество, — слаженно произнесли юнкера.

После небольшого смотра мы отправились в кабинет начальника училища, пока юнкеров разводили по учебным классам.

В достаточно просторном кабинете мы уселись на диване перед небольшим столиком, на который в спешном порядке поставили чай и печенья с конфетами, а также вазочку варенья и мёда.

— Чем могу помочь Вашему Высочеству? — спросил Николай Александрович.

— Меня интересуют не обычные кадеты, а, скажем так, идейно честные. Необязательно дворяне, можно даже и из мещан. В будущем, когда я возглавлю государство, у меня не будет времени тщательно подбирать персонал, секретарей и личных порученцев. Поэтому пока у меня есть время, я хочу набрать наиболее честных, ответственных и грамотных офицеров молодого возраста. Обучить их некоторым тонкостям работы и заодно присмотреться к ним. По возможности проверить их на честность и преданность. Есть ли у вас такие кандидаты?

Начальник училища ненадолго задумался, а потом отправился к шкафу и покопавшись там, достал несколько папок, после чего вернулся обратно к нам за столик.

— Есть у меня такие идейные. Вот эти трое с последнего курса, как раз только что вернулись из летнего лагеря и через две недели должны будут отправиться к месту службы, откуда они и прибыли на учёбу. Вот первый кандидат, — сказал он и положил передо мной папку с делом юнкера.

— Петренко Семён Игнатьевич, предельно честный, иногда даже до крайности. Готов отстаивать правду до последнего, за что часто бывал бит, правда, сам не признавался, всегда говорил, что упал и ушибся. Отлично учится, знает два языка, французский и польский. Из дворянских детей, не богат, имеет задолженность по оплате «реверса» за предоставленного коня и амуницию. Характеристики от всех преподавателей отличные, только по богословию низкая, любит спорить по чтению Святого писания. Целеустремлён, имеет лидерские качества, готов учиться по ночам, если не может сдать на отлично. Характеристика с места службы тоже хорошая, — сказал полковник и положил передо мной следующую папку,

— Бирин Олег Петрович. Отличник, правдолюбец, в науках имеет средние знания, но трудолюбив, предан государеву делу, идейный. Из купеческой семьи, не очень богатой, но идти по стопам отца не захотел. По дисциплине нареканий не имеет, но с лошадями он не очень, поэтому другой работе, я думаю, будет рад.

После этого он положил ещё одно дело передо мной и произнёс:

— Засецкий Игорь Степанович из обнищавших дворян, тянется к наукам, честен со всеми, любит справедливость. Готов защищать невиновных, с остальными не очень дружен, но все его оценивают положительно. Не конфликтен и готов идти на компромисс, если это не затрагивает честь. Характеристика с места службы хорошая, — сказал Николай Александрович и, дождавшись, когда я бегло просмотрю их дела, продолжил:

— Вот собственно и все, кого я могу порекомендовать из последнего выпускного курса. Остальные только отучились год, а новый призыв, совсем зелёные, надо смотреть.

— Ну и это уже неплохо, надо, конечно, глянуть на них попозже. А теперь покажите, как проходят занятия и чему у вас тут учат, — сказал я, вставая.

— Прошу за мной, — сказал полковник.

Мы вышли из кабинета и направились по коридору к большому залу с невысокими колоннами и дощатым полом, где порядка двадцати юнкеров проходили занятия по фехтованию. Затем заглянули в учебный класс, где стоял скелет лошади в натуральную величину, просмотрев ещё несколько классов, мы осмотрели казарму, где жили юнкера.

В довольно длинном помещении в два ряда стояли пружинные кровати, а у их изголовий стояли электрические светильники. Кровати были аккуратно застелены, а в изголовьях лежали по две подушки. Что удивительно, но запах, который обычно сопровождает все казармы, практически не ощущался. Дальше мы отправились на улицу осматривать конюшни и здание для конных занятий в непогоду. Все помещения были чистыми, убранными. Стены были хоть и не новые, но со свежими следами недавней покраски. В училище был образцовый порядок и это, не взирая на наш внезапный визит.

За осмотром училища приблизилось время обеда, нам предложили пройти отобедать, и мы все вместе отправились в столовую. В довольно просторном и светлом помещении стояли в несколько рядов столы, и юнкера уже усаживались есть, а когда мы вошли, то по команде все дружно вскочили.

— Сидите, обедайте и не обращайте на нас внимание, — сказал я и прошёл за один из столов, присев рядом с юнкерами, проигнорировав, празднично украшенный стол для преподавателей училища, к которому нас и вели.

— Ну и чем нас сегодня будут кормить, — спросил я у юнкеров, притихших за столом и не знающими, как себя вести. — Миска с ложкой найдётся?

Мне быстро подали обычную солдатскую ложку с миской. А Виктор Сергеевич присел рядом со мной.

— Ну кто тут за старшего на раздаче? — спросил я.

Один из юнкеров поднялся с места и, взяв половник трясущимися руками, открыл крышку с кастрюли, стоящей на столе, но его опередил начальник училища, присевший рядом на стул и взявший черпак из рук молодого юнкера.

— Позвольте мне сегодня побыть старшим за столом, Ваше Высочество, — сказал он.

— Хорошо, но давайте без высочеств: в походе и на войне на это нет времени, а перед богом мы все равны, а пуля для простого солдата и для дворянина отлита на одном станке, — сказал я, протягивая миску полковнику.

В кастрюле оказались щи, довольно вкусные, и я с удовольствием их съел, а затем мне наложили кашу с подливой, которой я тоже не стал брезговать, хоть и не очень-то её любил.

Начальник училища обедал вместе с нами, как и князь.

Запив это дело чаем, я поблагодарил:

— Спасибо за обед, Николай Александрович, вы неплохо заботитесь о своих юнкерах, да и само училище выглядит очень ухоженным, так и дальше продолжайте в том же духе. Нам, к сожалению, уже пора, не могли бы вы устроить мне возможность переговорить с выбранными юнкерами перед отъездом? — спросил я, вставая из-за стола.

—Конечно. Пройдёмте в мой кабинет, там будет удобнее всего, а их сейчас туда вызовут, — сказал он и пошёл впереди нас, показывая дорогу.

Глава 16. Санкт-Петербург.

У Петербурга есть одна связь с Россией — неграмотность.

У малограмотной страны — неграмотная столица.

Это естественно, логично и даже отрадно.

Всё-таки, значит, не совсем ещё потеряла связь с родиной!

Влас Дорошевич

Когда через десять минут выбранные полковником кандидаты собрались перед дверями кабинета начальника, я попросил их зайти всех вместе. Со мной остался только князь, а полковника я попросил выйти и оставить на время нас одних.

В кабинет зашли три молодых человека, два высоких и спортивной выправки, а один низкорослый и несколько худощавый. Я долго их рассматривал, сидя за столом начальника, а потом спросил:

— Господа. Я хочу вам задать один вопрос. Что для вас важнее: служение Родине или служение государю императору?

От моего вопроса они растерялись, и на лицах их отразилось недоумение. Тогда я добавил:

— Просьба ответить не стесняясь, как вы любите, только правду.

Ещё через несколько секунд размышлений, самый низкорослый из них (Бирин Олег Петрович) сделал полшага вперёд и произнёс:

— Для нас служение государю императору и Родине нераздельно.

Увидев в моём взгляде немой вопрос, он добавил:

— Нельзя служить Императору и не служить Родине. И наоборот, служа Родине, нельзя не служить императору.

— Вы все так считаете? — спросил я.

Два оставшихся юнкера сделали полшага вперёд и одновременно произнесли:

— Так точно, ваше Императорское Высочество.

— Раз вы не разделяете служение Родине и Императору то, что вы скажите про революционные идеи, которые очень успешно распространяют в нашем обществе, что без царя будет лучше, что надо сменить строй и устроить революцию как во Французской республике? — спросил я.

Своим вопросом я опять ввёл в ступор молодых юнкеров, не знающих, как правильно ответить.

— Можете ответить своими словами, как вы это понимаете, — подбодрил их я.

В этот раз ответил самый старший из них (Семён Игнатьевич Петренко):

— Результаты французской революции видны невооружённым глазом, к власти пришли малообразованные люди, не умеющие управлять страной, и из великой Франции страна превратилась просто в Республику.

Сразу за ним добавил, его сосед (Засецкий Игорь Степанович):

— Без единого управления, даже армия превращается в толпу, а в государстве всё намного сложнее. Никак нельзя без царя батюшки.

— Смотрите, какие у нас здесь собрались идейные юнкера, — сказал я, повернувшись к Виктору Сергеевичу. — Их стремления, да при должной огранке, сделают из них истинных патриотов, которых не купишь за тридцать сребреников.

— Слушайте меня внимательно, господа юнкера. Я вам сделаю сейчас одно предложение, от которого вы можете отказаться, но в последующем оно, возможно, изменит всю вашу жизнь. Я хочу попросить у вас положить ваши жизни на алтарь служения Родине и Государю Императору.

Я предлагаю вам стать моими личными порученцами с неограниченными правами, но при этом за предательство и измену, вы будете рисковать не только своей жизнью, но и жизнью своих близких. Вам придётся забыть, кто вы и что вы, с момента своего согласия ваша жизнь будет принадлежать мне и Империи. Вы будете выявлять предателей, революционеров, взяточников, коррупционеров, провокаторов, шпионов и всех, кто несёт вред Российской Империи и существующему строю. Вам придётся стать ещё и карающей рукой правосудия. У вас будет огромная власть, но и такая же огромная ответственность. Поэтому мне сейчас нужен от вас чёткий ответ, готовы ли вы присягнуть будущему Императору в верности и служить своей стране, поставив на кон собственные жизни? — спросил я их.

— Готовы! — хором и почти одновременно произнесли все трое.

— В таком случае у вас час на сборы. Где вы будете проходить свою будущую службу и то, о чём мы сейчас говорили, должно остаться тайной и вообще запомните, что всё, что вы услышите, увидите или узнаете на службе у меня, должно оставаться государственной тайной, — сказал я им, а затем повернулся к князю и добавил. — Виктор Сергеевич, оформите данных юнкеров ко мне на должность писаря и порученца, пока я не согласую с отцом новую службу.

После этого разговора на сборы и оформление бумаг ушло ещё полтора часа. Когда все бюрократические препоны были разрешены, мы отправились к нашему поезду, который должны были уже подать.

По дороге князь обратился ко мне:

— Для чего вам эти молодые юнкера, ведь они ещё неопытны и не имеют связей в столице. Чем они смогут вам помочь?

— Именно потому, что они не имеют связей в столице, ещё не научены давать взятки и врать ради своих интересов. Потому что они юны и готовы свернуть горы ради своих идеалов. Они, как свежая глина, из которой можно вылепить любую фигуру и, если её ещё правильно обжечь, то эту фигуру невозможно будет сокрушить. Пока они молоды, в них можно заложить настоящие идеалы и сделать из них верных соратников. А чтобы провернуть заржавевший механизм правосудия, нам потребуются сотни таких юнкеров, молодых, с горящим взором, — ответил я на вопрос князя.

Когда мы прибыли к нашему поезду, то паровоз уже починили, и мы, погрузившись в вагоны, отправились в Санкт-Петербург.

Дальнейшую дорогу я не запомнил, так как проспал всю ночь, а утром мы уже прибыли в Петербург. Прямо с вокзала мы отправились в Гатчину, где сейчас находились отец с матерью. Столица встретила нас бабьим летом, и погода была чудо как хороша, поэтому путешествие в открытом экипаже в сопровождении моих казаков и охраны было лёгким и радостным.

На въезде к гатчинскому дворцу нас встретил патруль лейб-гвардии Кирасирского полка и пропустил нас, а вот с нашим сопровождением возникли проблемы. Пропускать их на территорию дворца они отказались, пока не оформят пропуска. Оставив решение этих вопросов Виктор Сергеевичу, я отправился прямиком во дворец, желая поскорее поприветствовать родителей.

Первой меня встретила Мария Фёдоровна, когда я только вошёл в парадный вход, подойдя ко мне и обняв меня, затем отстранилась и тщательно осмотрела меня и мои шрамы, которые виднелись из-под моей чёлки.

— Ники, как ты повзрослел. А этот взгляд!.. Он пугает меня. Как твоё здоровье? Как самочувствие? До нас доходили противоречивые известия, по тебе уже отслужили панихиду, так как пришла телеграмма о твоей смерти, а потом телеграмма о твоём чудесном воскресении. Мы не знали, чему и верить, — скороговоркой выдала мне Мария Фёдоровна.

— Мама, — сказал я, — Всё перечисленное тобой действительно правда, но я сейчас стою живой и совершенно здоровый, но, может быть, мы поговорим в другой обстановке. Мне есть, что рассказать вам с отцом.

— Как же у тебя изменился голос и речь. Надо обязательно показать тебя доктору, чтобы они назначили лечение. Иди сейчас переоденься и приходи завтракать. Отец опять до трёх ночи работал, поэтому у нас, как обычно, поздний завтрак, — сказала Мария Фёдоровна и сделала знак слуге, который проводил меня в мою комнату. Быстро умывшись и переодевшись, я отправился на поздний завтрак.

В небольшой гостиной меня уже все ждали, не приступая к трапезе, поздоровавшись со всеми, я уселся за стол, и мы, помолившись, приступили к завтраку. За едой серьёзных тем не касались, говоря больше о погоде и о поездке из Москвы в Санкт-Петербург. Когда с завтраком было покончено, отец пригласил меня в свой кабинет. Вместе с нами туда отправилась и Мария Фёдоровна. Мой отец вначале посмотрел на неё, но та показательно прошла и присела в кресло в стороне от нас.

— Рассказывай, сын, как прошло путешествие и что произошло в Японии, — сказал мне отец.

— До посещения Японии никаких знаменательных событий не происходило. Стандартное плавание, стоянки в портах, приёмы, балы и путешествие на корабле. В Японии у нас было запланировано посещение Храма Вознесения Господня в Токио, и мы направлялись туда. По дороге было решено осмотреть красоты озера в округе Оцу, затем мы все после небольшой прогулки отправились дальше. Мы ехали на местных колясках маленького размера, которыми управляют люди, один спереди вместо лошади, а второй толкает сзади. Когда мы проезжали по городку, нас встречали и приветствовали японцы, а через каждые пятнадцать метров вдоль дороги с двух сторон стояли полицейские следящие за порядком. Вот один из таких полицейских и подбежал ко мне сзади и трижды нанёс мне удары саблей по голове, тут я потерял сознание и в скором времени очутился в необычайном месте, где не хочется ни есть, ни пить, а только радоваться. Тут же, я как бы вернулся в своё тело и, поднявшись после ранения, отправился дальше. Затем я прожил свою жизнь, видя всё со стороны. Видел, как через три с половиной года ты умираешь от болезни почек, вызванной травмой при крушении поезда. Как перед этим срочно венчаешь меня с Алекс. Как у нас с ней рождаются четыре дочери: Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, а затем долгожданный наследник — цесаревич Алексей. Перед этим случается война с Японией, которая на Британские займы покупает у них современный флот и обучает свою армию, наняв инструкторов из Великобритании. Войну мы проиграли по многим причинам, и нас вынудили подписать невыгодный нам мир. С начала века начинается череда восстаний, охватившая всю Россию. В народе постепенно зреет недовольство. Земельная реформа только усугубила положение крестьян, начался голод. Революционные настроения множились. Постепенно среди крупного капитала стала бродить идея, что без царя намного лучше, и постепенно стало формироваться мнение о создании конституционной монархии с ограниченной властью короля. Протестные настроения активно финансировали Германия и Великобритания.

Тут выясняется, что наследник болен болезнью голубой крови, как потом я выяснил, об этом знала королева Великобритании и специально подсунула мне Алекс, чтобы лишить нашу империю здорового наследника. Покушения на Великих князей и императора стали частым явлением, а тут ещё началась новая война, которую потом назовут Мировой войной, присвоив ей цифру Первой. Миллионные жертвы, разруха, голод и Революция. Вначале меня арестуют и создадут Государственную думу, а потом вторая Революция, когда к власти придут безграмотные мужики, разрушив всё, что строилось веками. Всех дворян и князей перевешают и убьют, в стране начнётся Гражданская война. Новая власть подпишет мирный договор, отдав Польшу, Финляндию и другие мелкие княжества. В стране будет разруха, голод и беззаконие. Храмы снесут, заводы закроют, крестьян снова закабалят и отнимут то, что ещё осталось, а в тысяча девятьсот семнадцатом году… меня… в Екатеринбурге… в доме купца Игнатьева… в подвале… вместе с детьми… расстреляют. Как потом и всех великих князей, а некоторых и живьём закопают. Вот такая участь уготована вашему сыну и вашим внукам. И все эти революции и войны финансируют наши «заклятые» союзники.

Глава 17. Новое назначение.

Вам должно быть известно —

политики и журналисты не продаются!

Впрочем, вы не назвали цену.

Колюш

После моих слов в кабинете наступила тишина, мои биологические родители были шокированы услышанным и долго пытались осознать то, что я им сказал.

Первой не выдержала моя мать и произнесла:

— Но неужели ничего нельзя сделать? Раз известно, что произойдёт, то можно ведь всё исправить, тем более, впереди ещё почти тридцать лет.

— Процессы, которые к этому приведут, уже давно запущены. Первой мировой войны уже не избежать. Германия совместно с Австро-Венгрией в любом случае нападёт на Францию и попытается её захватить. За них вступится Великобритания, дабы ограничить расширение Германского союза. Нас уже принуждают заключить невыгодный нам союз. Нам под это выделят кредит, который Витте планирует пустить на строительство Транссибирской магистрали. А война с Японией послужит сигналом для вовлечения нас в раздел сфер влияния, а по итогам её покажет нашу слабость. Война будет идти на совершенно другом уровне. Насыщение войск артиллерией, пулемётами. Использование новых достижений науки и техники, таких как бронированные автомобили, аэропланы с бомбами и стрелами, отравляющие газы, радиоэлектронные средства связи и многие другие новинки. Россию в любом случае втянут в войну, когда Австро-Венгрия начнёт мобилизацию, нам придётся ответить тем же, а на это действие Германия тоже объявит о мобилизации. При этом Великобритания предложит Германии не вступать в войну, если она не нападёт на Францию. То есть наши «союзники» готовы будут нарушить все договорённости с нами и бросить нас на растерзание. Только упрямство Бисмарка не дало возможности этому случиться. Если мы даже откажемся от союза, есть шанс, что нас отдадут на растерзание, а когда все противоборствующие стороны будут ослаблены войной, просто заберут себе все лавры победы. Да и революцию уже практически не остановить, земельная реформа уже провалена. Призванная улучшить положение крестьян, по факту она его только ухудшила. По её итогам крестьянским общинам досталось меньше земли, чем планировалось, а выкупные платежи в итоге вообще придётся отменить, так как у большинства крестьян никогда не было денег. Они всегда живут тем, что выращивают или обменом. В центральных губерниях уже сейчас перенаселение крестьян, и на одного человека с каждым годом приходиться всё меньше земли, что ведёт к общему обнищанию. Попытка привязать рубль к золоту на фоне взятия огромных кредитов приведёт к краху финансовой системы. Всё добываемое золото будет уходить на погашение кредитов, что вынудит брать новые ссуды, опять же под золото. Повальная безграмотность позволит манипулировать сознанием простых людей и вовлекать их в революционное движение, давая пустые обещания, которые никто не собирается выполнять. Проблем настолько много, что их можно перечислять бесконечно. По итогам Первой мировой войны общие потери всех воюющих сторон превысят двадцать миллионов человек, включая мирных жителей. А в Гражданской войне умрут ещё около двадцати миллионов человек, только уже подданных нашей страны. Прибавьте к этому полную разруху, анархию, голод и ненависть друг к другу. И всё это ждёт наше государство, если ничего не начать менять, причём в срочном порядке, — окончил я свой эмоциональный рассказ.

— И что ты предлагаешь делать? У тебя есть план, как этого избежать? — спросил отец у меня.

— Я пока ехал сюда с Японии, только этим и занимался, что пытался решить эту задачу, но по всему выходит, что ни войны, ни революции нам не избежать, поэтому я предлагаю не пускать дело на самотёк, а возглавить оба этих явления.

— Это как? — с удивлением спросил отец.

— Самим провести все реформы, пусть они будут и непопулярны и у дворянства, и промышленников. А в войну вступить на своих условиях и тогда, когда это будет выгодно нашей стране, а не западным партнёрам. Провести реформы образования, религиозную, научную, военную. Допустить в управление государством представителей всех сословий. Сделать дворянство не наследуемым, а заслуженным. Да тут простым рассказом не обойтись, надо всё проверять и перепроверять, самое главное, чтобы на это хватило времени и средств, — ответил я отцу.

— А что ты затеял на Дальнем Востоке? Что за торговую компанию ты собрался учредить?

— Нашему государству на реформы нужны деньги, и непросто деньги, а огромные суммы. Для этого я и хочу привлечь иностранный капитал, только не в качестве займов, а в качестве инвестиций в нашу промышленность. А с Японией мне пришлось взять с них право на беспошлинную торговлю, только продавать мы будем им товар, привезённый из Америки и собирающийся у нас или даже просто меняющий упаковку с маркировкой на произведено в России. Тем самым, мы получим не только инвестиции в Дальний Восток, но и неплохие комиссионные. Так как товары из Америки облагаются дополнительной пошлинной, а английские товары торгуются без пошлины. Одновременно с этим мы урежем прибыль Великобритании и увеличим свою. Тем более я договорился с Японским Императором, на строительство двухпутной дороги до месторождения угля и доступ к разработке угольного месторождения с отчислением нам части добываемого угля. Это позволит построить пятьсот километров дороги за их счёт и получить бесплатный уголь для нашего флота, не вкладывая в это ни одного рубля. При этом дорога по договору должна быть двухпутная. А так как уголь в том месторождении особенный, то и котлы для него будут делать специальные, а в случае войны, это послужит дополнительным инструментом воздействия. Также открытие своей фактории в Токио позволит нам совершенно спокойно вести шпионаж за всем руководством Японии. Также я планирую привлечь средства на организацию производств с иностранным участием. Первоначальные инвестиции планировались в районе ста миллионов на первые пять лет, но уже сейчас предварительных заявок на двенадцать миллионов рублей, а здесь в Петербурге планируется привлечь ещё как минимум пятнадцать миллионов, и я думаю, что сто миллионов мы наберём в течение года, а за пять лет инвестиции могут составить в районе полумиллиарда рублей. Для решения вопроса с перенаселением предлагаю переселять семьи на Дальний Восток, выдавать им подъёмные и освобождение от налогов на пять лет. И не только крестьянам, но и казакам, чтобы заодно и укреплять границу вдоль Транссибирской магистрали. Финансирование будет вестись через Восточную Торговую Компанию, которая будет являться владельцем всех земель на протяжённости железной дороги и будет давать разрешение на участие в тендерах по строительству и аренде земель, только акционерам Торговой Компании, как и вести торговлю с Японией, через наше представительство.

— Ты так об этом уверенно говоришь? И вообще ты очень сильно изменился, твоя манера говорить, новые слова, да и держишься ты совершенно по-другому. Если бы я не знал тебя с детства, то подумал, что тебя подменили в Японии. Куда делся мой застенчивый, никогда не спорящий сын? — спросил отец.

— Те, кто побывал на краю жизни и смерти, заглянув ей в глаза, уже никогда не останутся прежними, — ответил я отцу сухо, стараясь не выдать ему своего волнения, охватившего меня в этот момент.

— Да. На войне очень часто слабый с виду человек проявляет невероятное мужество, а с виду сильный может и повести себя трусом, — добавил отец, закуривая и протягивая мне шкатулку с сигарами.

— Спасибо, но я решил больше не курить, и вам, отец, советую тоже бросить, или хотя бы уменьшить количество сигар в день. Наше здоровье не принадлежит нам, а принадлежит Империи, поэтому мы не можем распоряжаться им по своему усмотрению. Тем более, в преддверии возможной болезни и осложнения от последствий травмы. Я хочу, чтобы вы ещё пожили, и я не рвусь заполучить Империю в свои руки. У вас, отец, неплохо получается управлять страной, но все ваши начинания, как всегда, разбиваются об исполнителей на местах. Поэтому я по возможности попробую передать те немногочисленные знания, которые смогут спасти не только вас, но и множество людских жизней.

Отец посмотрел на сигару в своих руках и с сожалением отложил её обратно сказав,

— Хорошо, я попробую.

Затем он встал и, подойдя к окну, долго смотрел в него, а затем, не поворачиваясь, произнёс:

— Значит, они хотят уничтожить весь дом Романовых. Мало я их казнил после гибели твоего деда, раз они так быстро подняли головы. Значит, надо ещё жёстче, взяться за этих вольнодумцев и на корню их искоренить, — процедил отец сквозь зубы.

— Полностью согласен, но только не надо торопиться с этим. Одним кнутом многого не добиться, надо при этом дать народу пряник или поманить морковкой, чтобы он пошёл в нужном направлении. Нужен комплексный подход, чтобы сами недовольные сдавали нам агитаторов и подстрекателей. Нужен целый комплекс мер для решения этого вопроса, если мы не хотим вводить опричников, как при Иване Грозном. Я уже составил первоначальный план действий, и, если вы позволите мне, то я готов завтра предоставить его вам с пояснениями. И ещё у меня будет несколько просьб, — сказал я. И дождавшись, когда отец усядется на своё место, продолжил:

— Во-первых, мне нужно окончательное решение о создании Восточной Торговой Компании. Во-вторых, я бы хотел учредить училище для обучения государственной службе, а точнее, службе внешней и внутренней разведки, которая будет выявлять шпионов, коррупционеров, революционеров, агитаторов, подстрекателей и других вредных для общества элементов.

В-третьих, я хочу усилить свою и вашу, отец, охрану. Заказать бронированные кареты и научить охрану, как правильно охранять первых лиц государства.

В-четвёртых, по возможности, я хочу чаще присутствовать на совещаниях, дабы потом с вами обсуждать, что и почему вы делаете именно так, а не иначе. Так сказать, перенять опыт управления государством на случай, если нам не удастся избавить вас от смертельного недуга.

Ещё одна просьба будет касаться финансирования нового, научно-технического института, куда я хочу пригласить будущих специалистов и создать им условия для наиболее быстрого внедрения новинок в производство.

Так же, я бы хотел, чтобы о моём знании будущего никто не знал, это очень опасные сведенья, и у многих может возникнуть желание лишить нашу страну такого козыря, — озвучил я перечень своих пожеланий.

Отец просидел в задумчивости несколько минут, а затем, устало кивнув, сказал:

— Хорошо. Я готов удовлетворить твои просьбы, но что ты решил по поводу Алекс?

— В лучшем варианте, нам нужно искать другую невесту, но здесь есть два нюанса. Во-первых, я её всё-таки люблю, а во-вторых, неизвестно чем обернётся попытка найти другую невесту. Насколько в этом случае изменится ход истории трудно предугадать, и я бы предпочёл оставить всё как есть, а наследника можно и на стороне сделать или взять приёмного. Для решения этого вопроса будет ещё много времени. Я не хочу, чтобы Россия стала воевать с Германией и Австро-Венгрией один на один, — ответил я.

— Хорошо, мы подумаем, — сказал отец, при этом взглянув на свою жену. — Можешь идти отдыхать, нам надо многое обсудить с твоей матерью.

Глава 18. Организационные вопросы.

Великий человек держится существенного

и оставляет ничтожное.

Он всё делает по правде,

но никогда не будет опираться на законы.

Лао-Цзы

Когда наследник престола вышел из комнаты, Александр Третий спросил у жены:

— Что ты обо всём этом думаешь?

— Если бы я не знала его с младенчества, то подумала, что это не мой сын. Но как же он сильно изменился, и если всё, что он говорит правда, то это просто катастрофа. Он говорил, что ты болен, значит, у тебя должно что-то болеть, но ведь ты ни на что не жалуешься? — с надеждой в голосе спросила Мария Фёдоровна.

Император посмотрел на неё, а затем, приняв решение, произнёс:

— Если честно, то у меня часто начала болеть спина, и я стал плохо спать. Поэтому я работаю допоздна, иначе мне не заснуть. Да моё самочувствие постепенно становится хуже, но я думал, что это пройдёт со временем. Наверное, Ники действительно прав, и я действительно надорвался в том крушении. Боли постепенно становятся сильнее, видать, пришло моё время передать престол другому, тем более, что с такими знаниями будущего у него будет реальный шанс избежать всего того ужаса, который он нам рассказал. Да и про земельную реформу, действительно, приходит много жалоб, но я думал, что это были всё частные случаи. Получается, что мы хотели помочь крестьянам, а вышло вон как.

— Неужели ты думаешь, что у кого-то поднимется рука на царя и всю его семью? Убить всех князей, но это же просто бесчеловечно, — проговорила Мария Фёдоровна, сама не веря в такую возможность.

— А ты вспомни, как убили моего отца! А попытки убить меня с семьёй? Только счастливый случай, помог избежать тогда трагедии, — сказал государь и, нервно встав, стал расхаживать по комнате. — Тогда тоже никто не верил, что на императора может поднять руку простой народ, и я теперь уверен, что они не остановятся. Надо выжечь эту заразу калёным железом. Хотя сын тоже прав, одними репрессиями ситуацию не изменить. Как он сказал? Раз не можем победить, то должны возглавить. Я сегодня же подпишу приказ о передачи ему части моих полномочий. Пусть берёт в свои руки сыск и жандармерию, и все его предложения я удовлетворю, а мы с тобой посмотрим, как у него будет получаться, и если нужно, то подскажем и поможем. Действительно, пора уже показать наследнику то, как я управляю империей, тем более, что он может и подсказать ошибки, которые обнаружатся в будущем.

* * *

Выйдя из кабинета отца, я отправился искать Виктора Сергеевича, надо было проверить, как разместили мою охрану и казаков. Юнкеров должны были поселить рядом в казармах охраны. Ещё необходимо согласовать порядок охраны и выезда, заодно можно провести тренировку с охраной и казаками. Своего адъютанта я нашёл у себя в комнате, где он раздавал распоряжения по обустройству приехавших с нами людей.

Когда я вошёл, он отвлёкся от разговора с секретарём и спросил:

— Как прошла ваша встреча с императором и Марией Фёдоровной?

— Хорошо, отец обещал удовлетворить мои просьбы и дал добро на все мои начинания. Надо будет связаться с банкирами и выяснить, кто и на каких условиях возьмётся за выпуск и размещение акций Восточной Торговой Компании. Заодно можно организовать встречу заинтересованных в покупке акций бизнесменов. У меня есть ещё одна идея, но надо её обсудить наедине, — сказал я, усаживаясь в кресло рядом со столом, за которым сидел Виктор Сергеевич.

Князь отослал секретаря и посмотрел на меня.

— Я вспомнил о ещё одном проекте, который может привлечь огромные инвестиции. В Оренбургской губернии, её южной части, есть залежи железной руды, но истинные её запасы до сих пор неизвестны. На самом деле залежи составляют сотни миллионов тонн руды с очень высоким содержанием железа в ней. В настоящий момент там добываются сущие крохи от возможной добычи. Можно привлечь на этот проект крупные инвестиции, выставив на продажу процент от добываемой руды, а ещё лучше от выплавляемого металла. В будущей гонке вооружений потребуется огромное количество металла, и мы сможем его предоставить. Нужно подготовить законодательные акты, для передачи всей добычи крупному инвестору и разместить тендер на разработку месторождения сроком на двадцать лет с ориентировочной выплавкой от десяти тысяч пудов стали и чугуна в год. Ещё нужно ввести дополнительные пошлины на вывоз нефти и нефтепродуктов за пределы страны, это сможет дать дополнительные инвестиции, которые мы начнём собирать в специальный фонд, средства которого будут расходоваться на научные разработки в сельском хозяйстве и промышленности. Надо срочно исправлять ситуацию с низкой урожайностью и вводить селекционный отбор посевного материала, а также выведением высокоурожайных сортов. И вообще, нужно срочно создавать научный институт закрытого типа и начинать выводить Россию в лидеры по научным открытиям, — высказал я накипевшие у меня идеи.

— Это, конечно, хорошие идеи, но долгосрочные, мне бы хотелось знать, какие у вас планы на ближайшее будущее, чем вы планируете заниматься? — спросил князь.

— Для начала надо проверить, как разместилась охрана с казаками и сходить на тренировку, заодно и провести стрельбы, а то всё бегом да бегом. Надо наладить нормальную охрану дворца, а заодно проверить её уровень. Я уже сейчас вижу множество возможностей проникнуть на территорию дворца, хотя надо отдать должное, организована она не так уж и плохо. Надо продумать движение и правила поведения о время нештатных ситуаций. Обязательно ввести правило путешествия в двух одинаковых каретах. И обе кареты должны быть обшиты тонкими листами железа, а окна состоять из многослойного стекла повышенной прочности. Предстоит много поработать над этим.

— А не рано ли вы озаботились своей охраной? Вы ведь ещё не император? — спросил Виктор Сергеевич.

— Мы сейчас затеваем очень большие изменения в нашей стране, и большинству власть имущих это не понравится, и не только нашим, но и тем, кто привык командовать из-за границы. Поэтому готовиться надо уже сейчас, заодно улучшим охрану Государя Императора. Когда наёмник или фанатик бросит бомбу под колёса кареты, будет уже поздно что-либо исправлять, ведь нам ещё бороться с революционерами и шпионами, а они в средствах для достижения цели не остановятся ни перед чем, — ответил я князю.

— Здесь неподалёку есть небольшой овраг, где офицеры развлекаются стрельбой, можно отправиться туда и провести тренировку там, а заодно и пригласим начальника охраны, чтобы можно было договориться с ним о проверке качества охраны Императора.

Пока улаживали организационные дела, прошёл ещё час и пришлось отправляться на обед с родителями.

Обед проходил в той же гостиной, что и завтрак, после начала обеда Мария Фёдоровна не выдержала и всё же поинтересовалась:

— Расскажи, пожалуйста, Никки, какие реформы ты видишь необходимость провести в нашей стране, можно коротко, чтобы могла понять, чем тебе смогу помочь я. Отец хочет, для начала, передать тебе в управление жандармерию и сыск, чтобы ты смог начать выкорчёвывать эту заразу вольнодумства из умов наших подданных.

— Это хорошее решение, я постараюсь оправдать то доверие, которое вы с отцом выказываете мне. Реформы нужны глобальные. В первую очередь, необходимо отменить выкупные платежи за землю, затем нужно тем семьям, которые в результате реформы получили меньше земли или надел существенно худшего качества, выдать дополнительную землю или поменять её. Вы, наверное, не в курсе, но по результатам реформы, многие крестьянские семьи вместо пахотной земли получают овраги, болота, пустоши, на которых ничего не растёт. В результате, чтобы прокормить семью и просто выжить, глава семьи обязан наниматься за пайку еды как каторжник. Этой ли свободой мы хотели наделить наших подданных?

Вторым, и не менее важным делом, которое нужно начать делать уже сейчас, это переселение из густонаселённых районов крестьянских семей на восток, там, где есть земля, которую надо обрабатывать. Выдавать землю с запасом и учётом роста семьи, при этом давать подъёмные на утварь и орудия труда, ссуду выдавать беспроцентную и с рассрочкой на пять лет. Обязательно выдавать посевной материал нескольких видов, чтобы в случае неурожая, ни случился голод. Переселять в готовое жильё, как минимум пятистенок с хлевом. Выдавать живность: корову, козу, кур с заготовленным кормом. За пять лет такие крестьянские хозяйства смогут очень серьёзно развиться, и уж они точно не будут недовольны проводимыми реформам, и совершенно спокойно смогут выплатить все средства, выданные и потраченные государством. Убытки по процентам компенсировать за счёт пошлин на продовольствие, вывозимое за границу. При этом должна быть минимальная пошлина, назначаемая ежегодно в зависимости от положения цен на мировых рынках.

Вторым этапом нужно добиться улучшения условий труда рабочих. Для начала сократить рабочий день до девяти часов и сделать обязательным один выходной день. Для рабочих должны быть бесплатная или льготная медицинская помощь, условия труда должны включать соблюдения техники безопасности. За каждый несчастный случай, в виде смерти или увечья, предприятие должно наказываться большим штрафом, часть которого пойдёт пострадавшему работнику или его семье. За исключением случаев специального травмирования. Обязать предприятия оплачивать отпуск работнику раз в год, не менее пятнадцати дней. Обязать обучать работников грамоте.

Провести реформу обязательного образования для всех граждан империи. Для безграмотных, младше двадцати лет, на момент издания указа, ввести налог, постепенно повышая его каждый год.

Обязательно провести церковную реформу, обязать монастыри заниматься нестяжательством, а помогать государству. Открывать и содержать школы, больницы. Монахов и монахинь обязать обучиться медицинской помощи и открывать при монастырях лечебницы. Да и вообще, там много что надо исправлять, убирать подмены в мощах и приводить всё в соответствие с требованиями научного прогресса, не отвергая его, а дополняя.

Медицинская реформа должна идти совместно с образовательной. Обязательно необходимо преподавание основ медицинской помощи и гигиены.

Нужно ввести орган пропаганды монархического устройства государства, как единственно правильного, но должного модернизироваться вместе с развитием общества и ростом самосознания его граждан. С передачей части законодательных прав в предложение новых законов.

Дворянство сделать не наследуемым. Только тем, кто приносит пользу государству, давать возможность передавать статус дворянина своим детям. Для этого необходимо будет расширить права женщин и дать им возможность реализовать себя. Позволить участвовать в голосовании женщинам старше тридцати лет и имеющих минимум трёх детей. Защищать их права в судах и расширить список профессий, включая государственные, где они могут работать.

Законодательная реформа должна быть более жёсткой по отношению к всевозможным вольнодумцам и революционерам. Родителей и родственников, чьи дети будут замечены в революционной деятельности, должны лишать государственных постов. Родственников террористов лишать наследства, а в случае аристократического происхождения, то и дворянства. Дома, где они проживали, должны быть переданы для больниц, школ, или других нужд, в противном случае, они должны быть сожжены. И вообще, если будет доказано, что родственники знали о роде деятельности своих близких и не донесли на них, то их наказывать по всей строгости, включая ссылку в Сибирь, — сказал я свою речь, и пока мои родители переваривали полученную от меня информацию, я принялся доедать уже остывший суп.

Глава 19. Планы и перспективы.

Более велик тот человек,

который делает что-либо из любви,

а не из-за страха.

Элеазар бен-Симон

— Да. Планы очень амбициозны. Боюсь, как бы нас за такие реформы, как нашего предка Павла Первого табакеркой по голове не приласкали. А что ты говорил про картечницы и аэропланы? Говоришь, что их будут использовать в будущей войне? — спросил император.

— Да, только не картечницы, а именно пулемёты, их будет использовать пехота, а впоследствии сделают ручными. Они изменят ход ведения войны, кавалерия перестанет главенствовать на поле боя, а пехоте придётся зарываться в землю. Атаки в открытом строю будут губительны уже для нападающих. Два пулемёта на позиции, и эскадрон нападавших перестанет существовать через одну-две минуты, и можно ждать подхода следующего. А это значит, что шесть человек из двух пулемётных расчётов смогут остановить кавалерийский полк. А теперь представьте, сколько стоит содержать, к примеру, пять лет кавалерийский полк, и сколько содержать два пулемётных расчёта. Что в итоге в сражении победит не численность, а технический прогресс. А ведь помимо экономической составляющей есть ещё и успехи в войне, что имеет политический вес, который не всегда можно переложить на экономику. Иметь непобедимую армию может быть более значимо, чем большую армию.

Если к этому добавить массовое использование шрапнели, то взять приступом укреплённые позиции такого состава не сможет и стократный перевес в количестве нападавших. Кавалерия уже устарела как боевая единица, — ответил я.

— Ты хочешь сказать, что нам надо полностью отказаться от кавалерии? А как же массированные удары, быстрое наступление, ведь без кавалерии это невозможно? — спросил у меня Император, выказывая своё недовольство.

— Полностью отказываться, конечно же, не стоит, но сократить её в несколько раз, необходимо. Оставить функции, дозоров, снабжения, патрулей, небольшие эскадроны для манёвренной войны на небольших участках фронта. А по поводу наступления, вы глубоко заблуждаетесь, отец. В среднем скорость пехотного полка равна кавалерийскому, так как общая скорость движения подразделения зависит от самого медленного его участника. А скорость движения обоза у кавалерии и пехоты равна. Если же брать многодневный переход, то пехота будет двигаться быстрее, так как лошади устают и быстрее выходят из строя, чем пехотинец. Да, на коротких маршах кавалерия неоценима, но при правильной организации разница незначительная, а стоимость содержания в разы меньше. Для более быстрого перемещения войск необходимо ввести обязательное применение полевых кухонь на марше, это позволит готовить еду прямо во время движения и сократить время отдыха. Что для лошадей уже критично, а солдаты при должном обучении смогут совершать не менее длительные переходы, чем кавалерия, а как правило, и большие. Поэтому я бы рекомендовал, постепенное сокращение кавалерии и переоснащение пехоты. Также с питанием единого образца для всех солдат. Массовое насыщение пехоты пулемётами не просто уравняет шансы, но и поставит пехоту во главе армии, как основную ударную и оборонную силу.

— А что ты можешь сказать про артиллерию, в таком случае? — спросил император.

— Если говорить про полевую артиллерию, то ещё лет двадцать-тридцать будет в приоритете лёгкая артиллерия, но, когда военные действия перейдут к созданию сплошной линии обороны в виде окопов и долговременных огневых точек, широкое применение получат шрапнельные снаряды с регулируемым запалом, позволяющим срабатывание на нужной дистанции. Если брать корабельную артиллерию, то здесь будет преимущество в калибре и длине ствола, а также угле его возвышения, что позволит увеличить дальнобойность стрельбы. Специальные дальномеры и машины для вычисления упреждения с поправками на ветер и дальность. А вообще, флот-это особая тема для разговора. На флоте будут главенствовать калибр, броня, водоизмещение и скорость. Эти параметры будут постоянно увеличиваться и потребуют изменения калибра орудий. Широкое использование получат самодвижущиеся мины, параметры скорости и дальности которых будут также увеличиваться. Особое применение получат аэропланы. У нас начнут строить летающие машины, способные доставлять бомбы на большие расстояния. Но сначала получит широкое распространение воздушные шары, с помощью которых будут корректировать артиллерию и наблюдать за перемещением противника на больших расстояниях.

Тут нашу беседу прервал вопрос Марии Фёдоровны,

— Ты сказал, что скоро твой отец умрёт, а что ты знаешь про будущее твоих братьев и моё?

— Вы, матушка, переживёте всех и уедете в Великобританию, и там спокойно закончите свои дни, постоянно прося помощи у англичан в восстановлении монархии в России, но как таковой помощи никто оказывать не будет. Средний брат, Георгий, умрёт от туберкулёза, не дожив немного до нового столетия. Михаил совершит маргинальный брак с женой своего подчинённого, не взирая на наше мнение, у них даже будет совместный ребёнок, — сказал я, видя, как помрачнела императрица.

— Боже мой, бедный Георгий, неужели ему нельзя помочь?

— Можно попробовать отправить его на Кавказ на постоянное жительство, но боюсь, это мало поможет. К сожалению, полноценного лечения обеспечить ему не получится, и это практически не повлияет на результат.

— За что нам это всё? Что же это за напасть такая? — с трудом сдерживая слёзы, проговорила Мария Фёдоровна.

— В любом случае дороги назад у нас нет, а знания грядущих событий помогут нам подготовиться к ним своевременно, — сказал я.

— О каких ближайших событиях ты можешь рассказать, — спросил отец, обращаясь ко мне.

Я закрыл глаза и попытался погрузиться в память своего предшественника, прожившего всю свою жизнь до семнадцатого года. От этого у меня сильно заболела голова в месте удара саблей, а из носа потекло что-то тёплое, но я терпел до конца, пытаясь найти требуемую для меня информацию, и мне это удалось. Когда я открыл глаза, то увидел рядом с собой взволнованную Марию Фёдоровну, которая вытирала своим платком кровь, тонкой струйкой бегущую из моего носа.

— Надо срочно позвать лекаря, — взволнованно произнесла она.

— Никого не надо звать, всё сейчас пройдёт. Очень трудно вспоминать прошедшие события, которые ещё не произошли, — сказал я. — Мама’, присядьте, дальше я сам.

— В начале следующего года многие Российские губернии поразит голод, по данным историков погибнут от трёхсот пятидесяти до шестисот тысяч человек от голода и последующих болезней, при этом Россия продолжит экспорт зерна. Неурожай будет вызван очень холодной зимой и последующей сильнейшей засухой. Я бы предложил немедленно запретить вывоз продовольствия за рубеж и заняться подготовкой продовольственных запасов. Заодно на этом фоне можно будет сократить пополнение и формирование кавалерии, перенаправив, лошадей в голодные районы, что, судя по истории, и случится. Ввести специальные санитарные меры по предотвращению распространения болезней, а в пострадавших регионах отменить выплату всех сборов на период голода, — сказал я, глядя на Александра третьего.

— Это серьёзное заявление, но если это действительно так, то надо немедленно принимать меры, чтобы не допустить катастрофы, — произнёс император и на время задумался, анализируя всё услышанное.

В это время зашли слуги и, убрав со стола, поставили самовар и чашки. Заодно принесли разные сладости.

Когда они ушли, отец сказал:

— Я сегодня подпишу приказ о назначении тебя руководителем жандармерии, тайного сыска и разведки Генеральных штабов флота и армии. Бери управление этими учреждениями на себя, ты ведь хотел повлиять на будущее, вот тебе и рычаги управления. Постарайся только не рубить сплеча. Не побоишься столь непопулярного назначения сын?

— Нет, отец. Не побоюсь. После того, как меня и мою семью расстреляли, я уже практически ничего не боюсь. Я постараюсь изменить будущее так, чтобы не случилось этой катастрофы с нашей страной, — ответил я.

Дальше мы не поднимали серьёзных тем, продолжая обед, в задумчивом молчании, а напившись чаю, отец отправился по делам, после чего и я смог пойти к себе, где меня уже дожидался переживающий Виктор Сергеевич.

— Как прошёл обед, он затянулся и меня не позвали, что-то случилось? — спросил он, как только я вошёл в свою комнату.

— Всё нормально, я рассказывал своим родителям о будущем. Их очень заинтересовал рассказ об этом. Мне отец обещал передать в управление жандармерию, сыск и разведку обоих штабов, армейскую и флотскую, — ответил я. — Как подготовка к тренировке? Всё готово?

— Да, с нами поедет генерал-майор Геркет Константин Карлович. Он очень заинтересовался посмотреть, чем мы будем заниматься, заодно там обговорим условия проверки. Часть казаков уже отправилась осмотреть всё вокруг и подготовить всё необходимое, — рассказал князь.

На сборы у нас ушло почти час, после чего я верхом на лошади, в сопровождении членов моей охраны, отправились на своеобразный полигон, где проведём тренировку. На предполагаемый полигон мы взяли с собой и наших юнкеров.

Недалеко от дворца располагался неглубокий овраг, в котором и планировалось проводить стрельбы. Я уже переодетый в простой мундир без знаков отличия и князь, одетый в военный мундир попроще, подъехали к стрельбищу.

Для начала я решил проверить уровень стрельбы, хотя в дороге мы периодически тренировались, но полноценных тренировок провести не удалось.

На полигоне нас уже дожидались казаки и остальная часть охраны, которая должна была отдыхать от дежурства. В стороне от них стоял генерал майор в сопровождении нескольких офицеров. Когда мы подъехали к ним и спешились, то князь представил нас и попросил переговорить с комендантом Гатчинского Дворца, отдельно.

— Константин Карлович, у меня будет к вам небольшая просьба, я посмотрел на уровень охраны дворца и как организована служба допуска и работа постов. Мне очень понравилось, включая нововведения с фотокарточками для пропуска. Но всё же я переживаю за безопасность своей семьи и хотел бы проверить, насколько хорошо охрана знает свою службу. Не могли бы мы провести небольшую негласную проверку, но так, чтобы это было известно только нам троим, ну и, конечно же, Его Величество нужно будет поставить в известность, — предложил я.

— Я не буду против, если вы, ваше высочество, сможете выявить слабые места в охране, — сказал он.

— Ещё у меня будет просьба разрешить нам каждодневные стрельбы на этом полигоне для отработки навыков охраны и противодействия террористам.

— Вы так опасаетесь террористов? — с удивлением спросил комендант.

— Да, и поверьте мне, мои опасения имеют все основания. Есть данные, что зарубежные разведки выделили деньги на эту деятельность в нашей стране, поэтому нам придётся усилить охрану и обучить её дополнительным навыкам, в том числе и навыками владения оружия, — ответил я ему.

— А смогу я поприсутствовать при ваших тренировках?

— Да, но только если информация о том, чем мы здесь занимаемся не получит распространения. Кстати, вот, познакомьтесь, — сказал я, подозвав юнкеров к нам. — Это будущие специалисты по противодействию террористам и шпионам. Именно они будут выполнять задачу по проникновению на территорию дворца. Ведь прежде, чем научиться защищать, нужно научиться думать и действовать как террорист. Это будет их первое задание, — сказал я, а затем обратился непосредственно к ним.

— Господа юнкера, вам даётся три дня для разработки метода проникновения на территорию дворца постороннему лицу и попытку пронести на его территорию четырёх кирпичей, имитирующих взрывное устройство. Если за пять дней вы не достигнете результата, вам придётся вернуться в училище. А пока, давайте проверим ваш уровень подготовки, — сказал я, направляясь к условному стрельбищу с расставленными поленьями в качестве мишеней.

Глава 20. Гатчинские будни.

Империя — очень дорогая государственная модель,

требующая огромных средств на вооружённые силы,

на бюрократию, на оплату казённых военных заказов,

на содержание пышного двора,

сакрального атрибута высшей власти.

Борис Акунин

Мы с юнкерами подошли к импровизированному тиру, где я дал указание выделить каждому по револьверу, после чего рассказал о задании:

— Вам требуется с расстояния в двадцать метров за шесть секунд произвести шесть выстрелов и постараться поразить выставленные мишени — поленья прямо в центр. У вас будет две попытки, стрелять будете по очереди. Затем мы посмотрим, как стреляют мои казаки и охрана.

Юнкера стали по очереди подходить к выложенному на земле из поленьев барьеру и по команде одного из казаков стреляли в мишень, скорость стрельбы у них была низкая, и, торопясь, они ни разу не попали, хотя, судя по фонтанчикам пыли, били они рядом и будь на месте мишени человеческая фигура, то ранить бы они противника смогли. Низкая скорость стрельбы была обусловлена неудобством взведения курка после каждого выстрела, да и отдача была внушительной, всё-таки калибр почти в одиннадцать миллиметров. Когда юнкера отстрелялись по мишеням и расстроенные своим результатом отошли в сторону, к стрельбе приступили казаки. Почти четыре месяца тренировок для них не прошли даром. Скорость стрельбы у них была на высоте, практически все попадали по мишеням, но были и огрехи, что говорило о необходимости продолжать тренировки. Затем они показали стрельбу из двух револьверов, поочерёдно взводя курок второй рукой с зажатым в ней пистолетом. Скорость стрельбы при этом возрастала, и, когда сразу пятеро казаков, одновременно паля с двух рук, с дистанции в двадцать метров за десять секунд изрешетили сразу пятьдесят поленьев, на всех присутствующих это произвело впечатление. Да не все пули попали в цель, но их хватило с избытком на такой дистанции.

Ко мне подошёл комендант и сказал:

— Я впечатлён, за десять секунд с двадцати метров ваши казаки смогут положить полроты солдат.

— Да, использование револьверов недооценено в нашей армии. К сожалению, подобная стрельба на ходу и с седла уже менее результативна, но сорок мишеней они смогут поразить, — сказал я. — А теперь давайте проверим умения моей личной охраны, я надеюсь, результат будет не хуже.

Моя личная охрана справилась с заданием не хуже меня, и я остался доволен результатом.

После стрельб, пока готовили инвентарь для следующей тренировки, я пообщался с юнкерами, отведя их в сторону.

— Господа, ваша задача по проверке качества охраны Императора будет несколько расширена.

Во-первых, пытаться проникнуть с оружием я вам запрещаю, можете использовать деревянный аналог, который его будет имитировать, во-вторых, я выдам вам бумагу на имя коменданта, чтобы исключить различные неприятности. Если прямых путей проникновения найти не удастся, разрешаю использовать для этого других людей. Важно доказать, что на территорию дворца можно пронести взрывное устройство в виде нескольких кирпичей. Если возникнут финансовые расходы, то я их вам компенсирую. От успеха будет зависеть ваша дальнейшая служба. Опускается совместное решение поставленной задачи. По итогам её вам придётся написать рапорт и подробно рассказать, как удалось проникнуть на территорию дворца. Ну, а пока можете понаблюдать за нашей тренировкой, и вам нужно будет в обязательном порядке научиться также стрелять, — сказал я им и отправился проводить тренировку.

Суть тренировки сводилась к тому, что охраняющая меня пятёрка перемещалась вместе со мной по полигону, вокруг стояли порядка пятидесяти человек из казаков и моей охраны, пятеро из них были условными террористами. Задача террористов была попасть в меня шишкой, а задача охраны прикрыть меня от неё и успеть попасть шишкой первыми, при этом нельзя было ошибиться, так как сорок пять человек были условными гражданскими лицами. Кто есть кто, охрана не знала, а шишки все участники прятали в кобуре или за пазухой.

После удачного или неудачного покушения роли менялись по жребию. Игра проходила довольно весело, и после каждой смены ролей мы подробно обсуждали все ошибки, включая и террористов, пытаясь выработать нужный план действий. После первых попыток охрана часто стала действовать на опережение, заранее заслоняя меня от возможных противников.

Я пояснял многие моменты, как правильно себя вести и минимизировать возможные угрозы.

Такие тренировки было решено проводить каждый день для отработки навыков до автоматизма. Наигравшись в охрану, я вместе с князем занялся отработкой своих навыков стрельбы, когда мы закончили, к нам подошёл комендант и попросил пояснить суть тренировок, а я охотно с ним поделился, после чего он попросил разрешения присутствовать на других наших тренировках, в чём я не смог ему отказать. К вечеру, закончив все тренировки, мы отправились обратно во дворец, так как на ужин меня опять ждали, только теперь уже вместе с Виктором Сергеевичем.

Когда мы вернулись в свои комнаты, то я помылся и переоделся, после чего пришёл слуга и пригласил меня отправится на ужин, так как все уже собрались.

Стол уже был накрыт, и как только я уселся, отец отослал слуг, чтобы они не мешали нашему разговору. Рядом со мной сидела Мария Фёдоровна, а напротив меня отец и Виктор Сергеевич. На столе стояла каша и рыба, а также некоторые закуски, отец начал разговор,

— Как я уже понял, Виктор Сергеевич уже знает о твоих пророчествах, поэтому я счёл возможным пригласить его на наш ужин, — сказал отец, беря графин и наливая себе рюмку водки. Его примеру последовал князь, я же демонстративно отставил стопку и помотал головой, отказываясь от горячительного напитка. — Завтра с утра прибудет глава министерства внутренних дел Шебеко Николай Игнатьевич со своим помощником, с которым ты начнёшь работу. Он также курирует жандармерию, розыск, статистику, и я планировал передать ему в веденье конвоирование и содержание преступников. Поэтому я хотел бы сейчас обсудил с тобой те вопросы, которые ты планируешь с ним обсудить и новшества, которые ты планируешь привнести в это ведомство, — добавил отец после того, как принял сто грамм водки, закусив солёным рыжиком.

— Это очень хорошо, так как некоторые решения всё равно потребуют согласования с вами, отец. В первую очередь я хочу, чтобы под эгидой борьбы с терроризмом и покушением на меня были приняты новые законы, ужесточающие наказание за террор, а также ввести ответственность родственников тех лиц, которые были пойманы или замешены в этих актах. Во-первых, лица, напрямую участвовавшие в этом, должны наказываться только высшей мерой наказания, вне зависимости от сословия и положения в обществе, включая сообщников. Ближайшие родственники должны лишаться всех наград, дворянских званий и имущества. Лица, знавшие о планируемом теракте и не предотвратившие его или не сообщившие о нём, должны получить минимум десять лет каторги и лишение всех званий и имущества. Должностные лица, допустившие по халатности проведение террористического акта, должны лишаться всех званий, наград, имущества и ссылаться в Сибирь. Газеты и их владельцы, призывающие к свержению существующего строя, разжигающие национальные конфликты, поддерживающие вольнодумство, негативно отзывающиеся о царствующей династии, должны лишаться всего имущества и отправляться на исправительные работы. Лица, финансирующие террористов и подобные газеты, должны рассматриваться как соучастники и на них должен распространяться закон в полной мере. К примеру, если какой-либо промышленник выделил деньги на тайное общество, а его члены устроили или пытались совершить террористический акт, то его и его семью необходимо лишить всего имущества и всех званий, после чего отправить в Сибирь, даже если он до конца не знал, на что пошли эти деньги. При этом ввести ответственность за ложные доносы в зависимости от их последствий. К лицам, неоднократно замеченным в вольнодумных организациях и состоящим на учёте в жандармерии, разрешить применять силовые методы допроса, но преимущественно использовать психологические ломки. Организовать отдельный отдел для внедрения в такие организации своих людей, увеличить финансирование, и в случае особо важных достижений возможность получения дворянства такими лицами или их детьми. Лиц, предоставивших помещения под сборы вольнодумных кружков и не сообщивших об этом, лишать имущества и отправлять на исправительные работы на десять лет. В первую очередь, пересмотреть все подобные дела за последние десять лет и привести новые приговоры в исполнение, включая смертную казнь и лишение имущества и дворянских званий, — пространно высказался я и, прервавшись, выпил стакан морса.

— Но это же приведёт к возмущению в дворянской среде и, возможно, к бунту, — сказал Виктор Сергеевич, поражённый моими предложениями.

— Да. Именно на это я и рассчитываю, у нас сразу же появится повод показательно наказать наиболее крикливых личностей. Сейчас они ещё не сплочены и не имеют конкретных целей, поэтому необходимо пресечь всё вольнодумство на корню. Лучше казнить сотню дворян и тысячу вольнодумцев, чем заплатить за революцию миллионными жизнями. Провести это всё, как защиту будущего наследника от покушений на его жизнь, как это произошло с моим дедом. И не переживайте, Виктор Сергеевич, я же не зря обучаю свою охрану хорошо стрелять, — сказал я князю, а потом обратился к императору. — Отец, я бы хотел заполучить те три экземпляра пулемётов «Максима» или как вы их назвали, картечницы, которые уже закупили в армию. Нам они могут скоро понравиться, во всяком случае, иметь такую огневую мощь нам не помешает. В качестве снижения волнений среди крестьян провести отмену выкупных платежей, а те, кто их уже внёс, смогут в течении пяти лет приобрести сельскохозяйственный инвентарь или зерно со скидкой в пятьдесят процентов. На фоне предстоящего голода мы сможем выдавать хлеб не бесплатно, а в счёт уплаченных платежей. Я вообще против бесплатной раздачи чего бы то ни было. В голод необходимо раздавать, но с отработкой на общественных работах: строить дороги, мосты, дома для переселенцев, собирать ягоды, ловить рыбу, не в ущерб основной деятельности. Это поможет дисциплинировать людей и приучить их к труду. Надо давать им не рыбу, а удочку и научить их пользоваться ей. На работах необходимо будет их кормить, но вложенные средства в инфраструктуру окупятся в будущем. Это необходимо ввести во всех регионах, тогда у крестьян будет альтернатива — идти работать на барина или на государство. Только барин положит прибыль себе в карман, а государство сделает это для всех жителей империи и в том числе для этих же крестьян. Необходимо создать список необходимых инфраструктурных объектов в каждом регионе, требующих строительства или улучшений. Промышленников, нарушающих права рабочих и условия их содержания, наказывать выделением на эти работы необходимых средств. Это то, что необходимо было провести уже вчера, а предложения по реформированию самой службы, давайте обсудим после ужина, а то всё остынет, — сказал я.

— Да, давайте отложим разговор до чая, но всё же ответь на один вопрос, Никки, — сказала Мария Фёдоровна. — Ты не боишься, что тебя, как Павла Первого, по голове табакеркой?

— Не боюсь, — сказал я. — Я к этому готов.

И вынул, положив на стол два заряженных и укороченных револьвера, которые скрывались у меня под мундиром.

Все с недоумением уставились на меня, а моя мать с ужасом глянула мне в глаза.

Глава 21. Министр внутренних дел.

Каждый полицейский знает,

что правительства приходят и уходят,

а полиция остаётся.

Лев Троцкий

— Никки! Как ты мог принести эти страшные вещи на ужин с нами? — спросила меня Мария Фёдоровна.

— А что в этом такого? После того случая в Оцу я не хочу быть беспомощной и испуганной белкой. Теперь у меня есть зубы, и я готов пустить их в ход. А вы что скажете, Сергей Викторович? Неужели вы думаете, что с момента того покушения на меня, я не заметил у вас в потайном кармане подобной игрушки? Покажите нам, что вы там прячете? — сказал я.

Князь, смутившись, встал и выложил на стол двухзарядный пистолет небольших размеров, но с внушительным калибром и сказал:

— Я не мог себе простить, что подвёл вас в ту минуту и дал себе зарок, всегда носить с собой оружие.

— Вот видите! Четырнадцать патронов на нас двоих, значит, если сейчас сюда ворвутся с десяток вооружённых людей с попыткой нас убить, то они здесь все и лягут. А если больше, то тут уже есть варианты, как выбраться из этой западни. Но пулемёт в соседней комнате помог бы решить эту проблему, — сказал я.

— Но это же ужасно, как можно жить в постоянном страхе, что тебя могут убить в любой момент. Даже в собственном доме? — спросила она.

— Также, как и вы живёте все эти годы, как в тюрьме. Окружённые охранниками каждый день.

Не переживайте, Мама’. Теперь дополнительной охраной займусь я сам. У меня достаточно знаний, как улучшить её, и те реформы, которые я предлагаю, должны в будущем обезопасить нас оттого, что случилось с моим дедом, Александром Вторым. Давайте всё-таки займёмся ужином, а то мы с Виктором Сергеевичем проголодались, да и за время путешествия отвыкли от нормальной пищи, — сказал я, приступая к трапезе. Мария Фёдоровна позвонила в колокольчик, и слуги зашли, чтобы поменять остывшие блюда.

Все ели молча, погружённые в невесёлые мысли, по виду отца было видно, как он размышляет, не поторопился ли он с моим назначением, и не обернутся ли будущие реформы бунтом знати, поэтому я не удержался и произнёс вслух.

— Нет, отец, ты не пожалеешь о моём назначении, хоть в народе тебя и называют «миротворец», я уверен у тебя хватит силы воли принять правильное решение, ведь от этого зависит не только наша с тобой судьба или судьба нашего рода. На кону судьба России, которую Романовы поклялись защищать до последней капли крови. Вот и будем её защищать от врагов внешних и внутренних.

От моих неожиданных слов император вздрогнул, отчего у него из рук выпала вилка и, звякнув, звонко ударилась о фарфоровую тарелку.

— Но ты слишком многих предлагаешь казнить, меня проклянут за это. Это будет та же опричнина, что была при Иване Грозном, — проговорил он, пытаясь собраться с мыслями.

— А что такого плохого было при Иване Грозном? Да, многих бояр покарали, но в большинстве своём они этого заслужили. Да были перегибы, но мы торопится не будем. Отсрочка наказания будет минимум год, а если человек пойдёт на сотрудничество, то мы гарантируем ему жизнь, пусть и в закрытом монастыре, но для остального мира он умрёт, а так сможет попытаться вымолить прощение у Господа. И это только, если данный человек действительно пойдёт на сотрудничество со следствием. Но для всех наказание должно стать неминуемым следствием их поступков, — сказал я, не отрываясь от расправы над куриной ножкой.

Когда мы закончили ужин и нам подали чай, отец достал сигару и, предложив такую же князю, они закурили вдвоём, после чего мы продолжили наш разговор.

— Что ты хотел предложить по реформированию министерства внутренних дел? — спросил отец у меня.

— В первую очередь, создать две новых службы, которые будут заниматься внутренними и внешними врагами на базе полицейского управления и войсковой разведки Генерального штаба. В первую очередь необходимо отследить движение денежных средств не только в нашей Империи, но и за её пределами. Нам придётся серьёзно потрясти банкиров и заставить их нарушить банковскую тайну. Все государственные чиновники, промышленники, ведущие государственные контракты, все купцы, ведущие торговлю товарами, произведёнными в Российской Империи или ввозящие в неё, обязаны будут раскрывать свои счета и наличие на них денежных средств, а в случае поступления крупных сумм на свои счета, уведомлять об этом финансовое управление новой службы. Назовём эти службы имперская служба безопасности и центральное разведывательное управление. В случае не уведомления о поступлении денежных средств и не указания их происхождения на счетах, эти средства арестовывать, — сказал я, но меня прервал отец.

— Да банки просто не станут открывать нам данные своих клиентов, как ты собираешься заставить их делиться с нами этой информацией? — спросил он.

— Это будет непросто, но им придётся пойти на сотрудничество с нами. Помимо закрытия филиалов этих банков в нашей стране и запрет на обращение их бумаг и долговых расписок, которые будут при обнаружении просто изыматься, мы будем официально объявлять награду за грабёж этих банков. К примеру, за сокрытие вклада чиновника на десять тысяч рублей мы будем штрафовать банк минимум на сто тысяч рублей. Пусть не сразу, но такие данные у нас будут появляться, и постепенно банкам будет выгоднее сотрудничать с нами, чем терпеть убытки. Тем более, нам придётся финансировать свои революционные организации за рубежом в тех странах, которые осуществляют финансирование подобных организаций у нас. Поэтому банальный грабёж, который будет ослаблять банковскую систему противника и финансирование на них протестных настроений в странах агрессорах. Мы дадим чёткий сигнал, что готовы играть по их правилам, их же краплёными картами. Да, это будет опасная игра, но если мы дадим им возможность безнаказанно вытворять у нас всё, что им вздумается, то мы проиграем, Россия проиграет, — сказал я и, прервавшись, глотнул чая, закусив вкусной сдобой, после чего продолжил посвящать всех в свои планы.

— Во-первых, это поможет выявить чиновников, берущих взятки и изъять их, для этого необходимо ввести закон о коррупции, по которому ужесточить наказание и ввести изъятие всей собственности в пользу государства при крупных взятках. Или возмещения ущерба в двадцатикратном размере. Но и за дачу взятки ввести такую же ответственность. Периодически публиковать крупные дела в газетах. И показательно направлять изъятые излишки на строительство школ, больниц, дорог. Чтобы граждане империи видели пользу от таких наказаний.

Вот, по мнению историков, стоимость при строительстве Транссиба, была завышена почти в пять раз, а если эти деньги вернуть в бюджет, то сколько на них можно построить и какие реформы можно провести? Даже представить себе такую огромную сумму денег просто нереально.

Начать я, кстати, предлагаю с Великих Князей, — произнёс я и заметил, как все присутствующие в гостиной вздрогнули от этих слов.

— Да, именно с Великих Князей. Дать им время вернуть то, что они награбили в свои карманы из бюджета нашего государства. Я думаю, там как раз должно хватить на половину Транссибирской железной дороги.

Видя недоумение на лицах отца и Марии Фёдоровны, я добавил:

— А вы думали, что, изменив закон и шесть лет назад урезав содержание Великих Князей, они смирятся со своей участью? Они что стали проводить меньше баллов или выездов в высший свет, а может быть, сократили прислугу и свои расходы? Нет, они просто использовали своё положение, теперь то, что они, как сами считают, не дополучают из бюджета, берут на взятках. По сути, теперь они грабят вас и Россию. Для них собственные нужды, к сожалению, выше государственных. Именно поэтому на флоте тормозятся реформы, в армии принимается совершенно неуместное вооружение, а контракты заключаются с теми, кто побольше занесёт в конверте. Да! Не удивляйтесь. А вы думали, что они будут довольствоваться своим положением? Это при том, что с каждым годом количество членов царской семьи, находящихся на государственном содержании, только увеличивается.

Когда я прервался, Император внимательно посмотрел на Виктора Сергеевича, отчего он смутился и отвёл взгляд.

— Никки говорит правду? — спросил он, внимательно глядя на него.

Чуть смутившись и на время задумавшись, он посмотрел прямо на императора и произнёс не очень уверенным голосом:

— До меня доходят слухи, что такие факты имеют место быть. Поэтому нижние чины тоже берут, чтобы заслать наверх и выбить себе повышение.

— А вы лично занимаетесь подобным? — спросил император, сдерживая внезапно вспыхнувший гнев.

— Несколько раз меня благодарили за то, чтобы устроить знакомого родственника на определённую должность, но я никогда не делал этого во вред государству, а если такой факт всплывёт, то я готов компенсировать весь ущерб, — ответил он, не опуская взгляда.

Император встал со своего места и нервно заходил по гостиной.

— Ваше Величество, поверьте, Виктор Сергеевич действительно раскаивается и возместит все полученные благодарности в казну и больше не будет стремиться к личному обогащению, нарушая законы Российской империи, а я за этим прослежу. Есть куда более вопиющие факты хищений, но этим делом надо заниматься отдельно и не спеша. Всё-таки Великие Князья, а не рядовые чиновники.

— Никки, ты хочешь рассорить нас со всеми родственниками? — спросила Мария Фёдоровна.

— Почему именно расстроить? Вот возьмём Великого князя Николай Михайловича, он в открытую поддержал революцию и всячески поддерживал такие настроения в своём окружении, не удивлюсь, если даже и финансировал его в будущем. Вы Мама’ его имели в виду? Ведь он, как и некоторые из Великих Князей, предпочитает общество молодых мужчин, а не женщин. Если не навести порядок в собственной семье, то браться наводить порядок в Великой державе не стоит. Возможно, необходимо создать семейный совет, который будет отслеживать поведение Великих Князей и других родственников, находящихся на обеспечении и выносить по всем фактам неподобающего поведения, соответствующее решение. Ну и ведь не зря же я попросил три пулемёта привезти сюда. Два будут постоянно сопровождать нас с отцом во всех поездках, а один мы расположим где-нибудь неподалёку. Так, чтобы в случае необходимости его не пришлось долго искать, а можно было сразу пустить в дело. Вот в принципе и все планируемые реформы министерства внутренних дел, жандармерии и сыска. Единственное, что могу добавить, это надо пересмотреть наказания за несущественные нарушения, возможность заменить срок на исправительные работы по строительству социально значимых объектов. Ну и по мелочам… а вообще, необходимо вводить паспорта с фотографией, во всяком случае при посещении государственных объектов. Ещё создать отдел пропаганды при министерстве внутренних дел, который будет заниматься пропагандой монархии и следить за газетами. Освещать все мероприятия и реформы, проводимые государем-императором в нужном нам ключе не только в нашей стране, но и за рубежом. Почаще устраивать пресс-конференции, где объяснять те или иные реформы. Можно будет озвучить о предстоящем неурожае и объявить о подготовке к голоду, а это сразу же поднимет популярность императорской семьи среди народа. Объявить и подробно рассказать обо всех предстоящих реформах и нововведениях, при этом отбирать тех представителей средств массовой информации, которые согласятся писать в нужном нам ключе, — сказал я, заканчивая ужин, и собираясь его покинуть. — А сейчас прошу меня простить, но давайте этот разговор продолжим завтра в присутствии министра, чтобы не повторяться по два раза.

Глава 22. Реформы министерства.

«Без огня не будет дыма,

И без тучи нет дождя…

Всё зависит от режима,

А режимы — от вождя»

Дон-Аминадо

На следующий день рано утром, умывшись и слегка перекусив, я с Виктором Сергеевичем отправился на стрельбище в сопровождении охраны. На дворе уже был конец сентября, и поутру уже было заметно прохладно. Каждый из нас по несколько раз опустошил магазины своих револьверов, после чего я выдал новые задания по тренировкам и отправился обратно во дворец. Так как Александр Третий вставал поздно, то завтрак начинался практически в полдень, и до этого времени приём посетителей не вёлся, поэтому и министра ждать раньше обеда не стоило, поэтому я занялся решением текущих вопросов с Виктором Сергеевичем.

Переодевшись после тренировки, я отправился к нему и застал его в малом кабинете, решающим вопросы со своим секретарём.

— Виктор Сергеевич, уделите мне немного своего времени. Меня интересует, как продвигается дело с акционированием нашей Восточной Торговой Компании? — спросил я, усаживаясь рядом в кресле.

— Мной разосланы предложения об участии в акционировании всем крупным игрокам и представителям крупных держав. Главе нашего государственного банка направлена бумага за подписью Императора о необходимости проведения первичного размещения акций и сбора подписок, примерно через два дня они должны организовать презентацию, куда уже приглашаются все крупные бизнесмены, изъявившие принять участие в этом проекте. Всё это начало готовиться, ещё когда мы выехали из Владивостока, поэтому практически всё уже готово, — ответил он мне, перед этим отослав своего секретаря.

— Очень хорошо. Тогда надо начать подготовку к реализации следующего проекта. Разработку горы Магнитная, точнее, не одной горы, а целого рудоносного бассейна. Надо предусмотреть переплавку руды на месте и организацию доставки необходимого сырья, необходимого для выплавки металла. Нужно разместить предложение на поиск инвестора и организации, которая сможет построить завод, мощностью сто тысяч пудов стали в год. Следующим этапом мы займёмся добычей и продажей нефти. Поэтому необходимо подготовить материалы по реальному положению дел в этой отрасли. Я предлагаю продавать право добычи и разработки нефти на аукционах. Тем более, что примерные места её залегания я знаю. Необходимо проведение реформы в этой отрасли и чёткое налоговое, и таможенное регулирование. Пока цены на зерно не пошли в рост на мировом рынке, необходимо закупить в Европе большое количество зерна, только не напрямую, а через доверенных купцов. Можете им обещать преференции при получении государственного заказа. Скоро отец объявит о запрете на экспорт зерна, поэтому постарайтесь успеть сделать это очень оперативно и подготовьте список тех, кто будет в этом участвовать, а мы позже отдельно займёмся этим вопросом.

Мне необходима команда из двадцати секретарей, очень смышлёных, которые будут заниматься отдельными направлениями нашей деятельности. Ещё я бы хотел провести отбор молодых выпускников для создания собственной службы Имперской Безопасности, которая будет заниматься не только политическими и экономическими вопросами, но и научными и техническими. Необходимо создать свой научно-технический завод, который будет вводить новые технологии в производство и заниматься патентами и регистрацией наших прав на новые виды продукции и технологии. Необходимо создать закрытый город от посещения посторонних людей. К примеру, Кронштадт. Где будет введён строгий пропускной режим, — сказал я.

А в это время князь, подробно записывал все мои предложения в специальную тетрадь. Видя это, я продолжил.

— Мне необходим список всех последних перспективных учёных и новых технологических проектов. Необходимо на поиск таких людей выделить отдельный отдел, который будет по моим заявкам пытаться привлечь их на работу у нас в Империи. Надо будет часть полученных средств от акционирования пустить на эти разработки. Можно будет выпустить для этой цели внутренние векселя, по которым будет выдаваться заём, чтобы впоследствии можно было вернуть вложенные рубли. А также необходим список перспективных промышленников, которые смогут по нашим патентам производить небольшие объёмы товаров для реализации их не только в нашей империи, но и за рубежом. Я планирую в ближайшее время наладить патенты на большое количество новинок, но, желательно, чтобы это исходило не от меня, а от закрытого, секретного завода. Эти вопросы нужно решать в спешном порядке, поэтому готовьте команду управленцев уже сейчас, а их отбор мы проведём уже с участием жандармерии. Всех, кто будет работать с нами мы будем проверять и перепроверять. Ещё бы я хотел, чтобы вы подобрали проверенные и лояльные трону газетные издания, которые будут печатать необходимую нам информацию. На это дело мы даже будем выделять небольшие гранты. Нам нужно создавать образ будущего императора в нужном ключе. Я думаю, пока этого хватит, позже мы вернёмся к этому списку и расширим его. А сейчас надо подготовиться к встрече с министром внутренних дел и его помощником, — сказал я и отправился в свои комнаты.

К полудню меня пригласили на завтрак, где мы не касались дел управления государством, но мне пришлось рассказать о своём путешествии, уделив внимание Японии и Владивостоку. Я рассказал всё, что успел там увидеть, довольно ёмко, но сжато, после чего на меня посыпались уточняющие вопросы.

— Ты хочешь сказать, что Япония — уже не отсталая страна, а успешно развивающаяся и стремящаяся подражать Европе?

— Да, отец. Там сейчас вовсю идёт большая стройка, железные дороги, военные корабли закупаются в Европе, повсеместная электрификация и другие достижения прогресса. Армия обучается и снаряжается по европейскому образцу. Инструкторы из Великобритании, обучение офицеров в европейских военных школах. Самое современное вооружение. Да, оно, конечно, будет несколько уступать нашему, но многократный перевес сразу же ставит их на первое место лидерства в регионе. В скором времени они объявят войну Китаю и отделят от него всю Корею, Тайвань и несколько других территорий, а также получат крупную контрибуцию.

— А мы не сможем им в этом помешать, ведь Китай — наш хороший торговый партнёр и через него можно выйти в английские колонии?

— А нам просто нечего им противопоставить. Туда надо отправить как минимум весь балтийский флот и двухсоттысячную армию со снаряжением и снабжать её, не имея нормальной дороги. Это заведомо поражение, да и действия японцев будут достаточно умелыми. После этой войны Япония станет лидером в своём регионе, с которым придётся считаться всем. Поэтому следующая война, почти через десяток лет будет неизбежной. Пока мы не построим нормальную железную дорогу и не разовьём дальневосточный регион, нам нужно вести себя там очень осторожно. Поэтому необходимо форсировать переселение в тот регион людей. Там просто бескрайние и неосвоенные просторы. Именно поэтому я так настаивал на строительстве двухпутной железной дороги и привлечении в регион больших капиталов. Пока мы там смотримся крайне жалко, и нам нужно в срочном порядке заселять регион русскими людьми.

В таком ключе прошёл наш завтрак, а как только мы закончили, зашёл секретарь и доложил, что нас уже ожидает министр внутренних дел с помощником.

Мы из гостиной перешли в рабочий кабинет отца, где он уселся за свой рабочий стол, а я — в соседнее кресло.

В кабинет вошли двое, одетые в похожие мундиры.

— Министр внутренних дел — Дурново Иван Николаевич и начальник охранной службы Санкт-Петербургского отделения, полковник Секеринский Пётр Васильевич, — сообщил камердинер и удалился.

— Присаживайтесь, — сказал Александр Третий, указывая на кресла, после чего попросил меня передать вошедшим новый указ о моём назначении.

Видя, как поменялись в лице оба вошедших после прочтения приказа, император добавил:

— Это не отставка, Иван Николаевич, просто теперь непосредственно руководить всеми реформами будет мой наследник — Николай Александрович, он, конечно же, будет во многом советоваться со мной, но я считаю, что в Империи давно назревает революция и мы должны этому противостоять. Николай предложил глобальную реформу всего ведомства с передачей ему расширенных полномочий, чтобы сделать его более свободным в достижении поставленной задачи, но, я думаю, он сможет лучше меня всё вам объяснить.

— Иван Николаевич, я не собираюсь снимать вас с поста руководителя министерства, но я хочу провести серьёзные реформы в вашем ведомстве. Для начала необходимо будет расширить штат сотрудников и взять под непосредственный контроль все тайные общества и общественные организации. Сейчас мы готовим закон об ограничении их действий и повышении ответственности всех лиц, вовлечённых в этот процесс. Начиная от руководства и заканчивая теми, кто финансирует и предоставляет помещения для этих встреч. Ещё планируется указ об ужесточении ответственности за совершение террористических актов и участия в них. Мы пойдём на беспрецедентные меры и пересмотрим все приговоры за последние десять лет. Тех, кто участвовал в этих актах, предадут смертной казни. Тех, кто помогал, знал и не сообщил, не предотвратил, а также их ближайших родственников, ждут суровые наказания. Лишение всего имущества, дворянства, всех наград и государственной службы. Этот закон потребует жёсткого применения, поэтому всё должно проводиться в условиях строжайшей секретности. В очень короткий срок необходимо провести аресты всех перечисленных лиц. Судьбу каждого из дворян будем рассматривать отдельно, но если они смогут сообщить важные для нас сведения: о друзьях, местах собраний и участниках подпольных организаций и кружков, то приговор может быть существенно смягчён. Я знаю о том, что среди персон, попадающих под это определение, много государственных чиновников, занимающих очень высокое положение в обществе, но это необходимо сделать, иначе мы выпустим ситуацию из-под контроля. В новом законе будет прописана ответственность ближайших родственников о сокрытии фактов участия ближайших представителей семей в тайных обществах и запрещённых организациях. Это даст нам серьёзные рычаги влияния на все тайные общества и организации. Также планируется глобальная реформа и необходимо внедрение паспортов с фотографиями для всех иностранцев и путешествующих за границу. Для них должен быть особый паспорт, красного цвета с фотографией и отпечатками пальцев, с занесением этих данных в единый архив, который должен обязательно дублироваться. В обязательном порядке необходимо внедрять паспорта с фотокарточкой для всех государственных служащих, офицеров и сотрудников других значимых организаций, список которых мы согласуем отдельно. Мне необходимо, чтобы вы в ближайшее время выделили дополнительно людей, для создания внутренней службы безопасности, которая будет вести мониторинг работы внутри вашей организации. Вас попросили прийти с помощником, который сможет возглавить новую структуру, названную Имперской Службой Безопасности, как я понимаю, этим человеком будет полковник Секеринский Пётр Васильевич, в таком случае я попросил бы его подождать снаружи, пока мы закончим с вами разговор, — сказал я и, дождавшись, когда он выйдет, я продолжил.

— Иван Николаевич, прошу не воспринимать это близко к сердцу, но работа нового управления будет засекречена, и вы получите все необходимые сведения о её работе, соответствующие вашему уровню допуска. Это правило теперь будет распространяться повсеместно, и обижаться, что вам не доверяют, не нужно. Хочу добавить, что те первоочерёдные вопросы, которые я сейчас озвучил, нужно решить в срочном порядке. Подготовьте к выходу нового указа список подлежащих аресту и допросу лиц, а также команды, которые будут производить арест, и большая просьба — сохранить это втайне. Наймите фотографов для полномасштабного внедрения паспортов двух видов. Также будет введён закон о декларировании ввозимых и вывозимых денежных средств и ценностей, те, кто не укажут их в декларации, лишатся этих средств в пользу государства, и ещё я планирую провести реформу статистики и передать вашему ведомству службу конвоирования и исполнения наказания. По новым дополнениям в уголовный кодекс часть наказаний будет заменена на исправительные работы. Но об этом мы поговорим позже. У меня пока всё. Остальные нововведения мы рассмотрим с вами в следующий раз, — сказал я, передавая разговор отцу.

Глава 23. Особый отдел.

Более слабые всегда стремятся к равенству и справедливости,

а сильные нисколько об этом не заботятся.

Аристотель.

Тут в разговор вступил император:

— Иван Николаевич, это действительно не отставка, в последнее время моё здоровье стало меня подводить, поэтому пора наследнику постепенно принимать бразды правления Государством Российским в свои руки, и начать он должен именно с вашего министерства.

Я понимаю, что слишком много функций передано в ваше ведомство, возможно, наследник захочет убрать из вашего подчинения несвойственные вам. К тому же я полностью поддерживаю Никки в его желании ужесточить ответственность за террористические акты и тайные организации, призывающие к свержению царской власти. Поэтому я прошу вас, чтобы вы помогли ему в этом непростом деле и подобрали ему толковых помощников. Я знаю, вы держите на примете людей, готовых верой и правдой служить Отечеству. У вас есть по этому поводу какие-либо вопросы?

— Да у меня есть вопросы к наследнику. Когда вам будут нужны помощники и в каком количестве? — спросил министр, обращаясь уже ко мне.

— Людей потребуется много и при этом с разными знаниями и умениями. Во-первых, я хочу создать особый отдел, который будет заниматься новыми разработками, опережающими наше время. Этот отдел будет заниматься привлечением специалистов со всего мира и организовывать новые производства, а также оформлять необходимые патенты. Я уже озадачил этим вопросом своего адъютанта, Кочубея Виктора Сергеевича, но боюсь, что он будет долго с этим вопросом разбираться, а у вас должна быть картотека по всем значимым личностям, да и вам это будет намного проще осуществить. В ближайшие дни нужно около тридцати человек порученцев и секретарей, а также помещение на пятьсот человек для организации новой службы.

Во-вторых, я хочу у вас забрать отдел статистики, как несвойственный вашему профилю. В-третьих, мне необходимо, чтобы вы создали дополнительный архив, который будет постоянно у меня под рукой. В нём по возможности должны быть также фото всех значимых личностей, начиная от воров и революционеров и заканчивая дворянами и губернаторами.

В-третьих, я хочу, чтобы вы создали отдел по контролю за Службой безопасности, которую я буду создавать. Его задачами будут контроль за руководящим звеном и негласная слежка. Отчёты о деятельности руководства, я хочу получать минимум раз в неделю.

Вот собственно пока и всё, на днях я вас навещу, и мы обсудим остальные нюансы нашей работы. Да ещё вот какой момент, начните подготовку железнодорожного ведомства, находящегося в вашем распоряжении, для передачи его под контроль военным. Я считаю, что так будет более правильно, и это снимет ненужную нагрузку с вас, но мы оставим надзорную функцию по профилю вашего ведомства. Телеграф также нужно выделить в отдельное ведомство, оставив только надзор. Какие у вас ещё есть ко мне вопросы? — спросил я.

— Какие сроки на исполнение по пересмотру всех старых дел? — спросил он, обращаясь больше к императору, чем ко мне.

— Желательно, уложиться в неделю, — ответил за меня император, а я добавил.

— Если не будете успевать, сосредоточьтесь на тех фигурах, результат от ареста которых может быть наиболее результативен и причастность кого не удалось доказать, но имелись серьёзные опасения в этом. И не бойтесь заниматься чиновниками, имеющими высокое положение, чем шире будет общественный резонанс, тем сильнее будет эффект от этого. И усильте контроль на границе, возможно, многие захотят покинуть нашу страну, а этого нам не надо.

— В таком случае у меня вопросов больше нет. Я могу идти исполнять ваши поручения? — спросил Иван Николаевич.

— Да можете быть свободны, жду вас с докладом послезавтра, и пригласите к нам Секеринского Пётра Васильевича, — сказал император.

В кабинет вошёл пожилой мужчина в гражданском костюме с пышной бородой, ему предложили присесть, после чего я начал посвящать его в свои планы по созданию Имперской Службы Безопасности.

— В обязанности вашей новой службы будет входить контроль за всеми чиновниками, включая членов императорской семьи, как на территории нашего государства, так и за рубежом. Выявление в нашем обществе агентов влияния других государств, борьба со шпионажем, внедрение агентов в различные общества и вербовка осведомителей. Вам придётся вести вербовать специалистов, прибегая к шантажу, подстраивая уголовные дела, внедряя любовниц и используя другие, не совсем честные методы. Нам остро необходим результат, а времени на раскачку у нас практически нет. За полгода необходимо набрать сотрудников, внедрить агентов и завербовать осведомителей. Нам с императором нужна полная картина революционных настроений, кто финансирует эти общества, кто поддерживает их из дворянства, промышленников, чиновников и представителей иностранных государств. Так же в вашу задачу будет входить организация подобных тайных обществ, направленных на подрыв государственного строя в других государствах, как ответная мера на их попытки ослабить наше государство. Под это дело вам будут выданы отдельные инструкции и финансирование. Также вам придётся заниматься промышленным шпионажем и переманиванием ведущих специалистов, учёных, инженеров для работы на наше государство. Вашему ведомству необходимо будет создать несколько пророссийских террористических организаций, которые будут проводить акты устрашения в интересах нашего государства. Ваше ведомство будет заниматься сбором информации о нелегальных доходах, вывезенных с территории нашей империи, и находящихся на счетах в других банках, а также сбором информации, о счетах всех чиновников и промышленников, работающих с государственными заказами или связанными с такими организациями. В качестве влияния на банки, вам придётся устраивать ограбления, тех из них, которые откажутся идти на сотрудничество. Нужно принудить все банковские структуры к сотрудничеству с нами, это, конечно, будет непросто, но мы будем бить по самому больному для них — финансам. Также ваша служба будет вести контроль и охрану всех секретных заводов и лабораторий. Нужно пресечь утечку наших технологий за рубеж. Ещё одной новой функцией вашей организации будет выявление недовольства в обществе, в особенности крестьян и рабочих, а также поиском причин этого. К примеру, это может быть произвол чиновников, плохие условия работы, закабаление крестьян, неправильное применение законов. Закон должен быть равен для всех, не взирая на сословную принадлежность. Это должно касаться всех, включая императорскую семью. Неподсудным у нас остаётся только император, да и он отвечает за свои действия перед Господом, — сказал я, после чего обратился к императору.

— Ваше Величество, новой организации потребуется отдельное здание, желательно, в пригороде или в Кронштадте, но так, чтобы было удобно до него добираться.

— У меня есть на примете несколько зданий, и я даже смогу выделить: и в Кронштадте, и в пригороде Санкт-Петербурга. Сегодня я дам необходимые указания и подпишу приказ, а также обговорю с министром финансов о выделении необходимых средств. Ещё у меня есть к тебе вопрос. Ты не боишься рассорить нас другими державами, если мы будем нападать на их банки и заниматься грабежом? — спросил он у меня.

— А мы не будем этим заниматься. Будем печатать объявления в газете, что такой-то банк проявил недружественные действия по отношению к Российской Империи и мы будем рады, если патриотически настроенные люди помогут свершиться законному правосудию, лишив эти банки определённой суммы средств, в разы превосходящей те суммы, которые будут затребованы к выплате. Тем более, мы предоставим десятипроцентную скидку на выводимый в пользу нашего государства капитал. Банкам будет выгоднее сотрудничать с нами, чем идти на обострение. После проведения подобных акций, мы всегда будем выступать с упрёком к самому акту грабежа, но при этом обставлять это всё как свершившуюся справедливость. Да, это даст на первом этапе негативные последствия, но достаточно быстро к этому привыкнут и будут воспринимать как досадное неудобство, с которым им приходится мириться. Отдельно придётся заниматься представителями руководителей тайных обществ и революционных организаций. Нам придётся применить запрещённые методы борьбы с ними, такие как шантаж и похищение родственников. Нам необходимо начинать играть такими же краплёными картами, как и у наших соперников. Для всего мирового сообщества должно быть понятно, что любое действие, направленное против нашего государства, не останется безнаказанным. Особое внимание необходимо уделить безопасности внутри самого ведомства. Сотрудники должны знать лишь малую толику всей информации так, чтобы в случае предательства, они не смогли ничего рассказать противнику. Каждый сотрудник, обладатель государственной тайны, должен иметь при себе вшитую ампулу с ядом, которую он будет обязан использовать в случае своего пленения. Её можно вшивать в воротник формы или другие места, которые удобно достать, находясь в связанном состоянии. Ознакомление с соответствующим приказом они должны подписать при устройстве на работу, и это не будет трактоваться церковью как самоубийство, а как выполнение приказа. Ещё необходимо начать отбор тех учащихся, которые заканчивают учебные учреждения с отличием и привлекать их на службу в новой организации. Вот в принципе и все те основные вопросы, которыми придётся заниматься вашей службе. Поэтому просьба в кратчайшие сроки передать свои дела заместителю и начать формировать свою команду, а также список всего необходимого. Хочу сразу предупредить, что предательство в этой организации будет караться смертью и лишением всего имущества, включая имущества ближайших родственников. У вас остались ещё вопросы? — спросил я.

— Никак нет, Ваше Высочество. Разрешите идти и исполнять ваши указания? — спросил полковник, вскочив и встав по стойке смирно.

Посмотрев на императора и дождавшись кивка, я ответил,

— Идите и постарайтесь не подвести нас, — ответил я.

Когда за полковником закрылась дверь, я обратился к императору,

— Я не очень резво взялся за управление Министерством внутренних дел и его реформированием?

Отец открыл на столе шкатулку и, взяв от уда сигару, зажёг её, долго раскуривая, после чего откинулся в своём кресле и, посмотрев на меня, через пару минут сказал:

— Очень резво и во многом ново и необычно, но я думаю в нашей ситуации действительно необходимо действовать более грубо и прямолинейно, а то окружающие нас государства совсем обнаглели, вмешиваясь в дела Российской Империи. Пора дать им укорот и показать, что отныне так поступать нельзя. Я подпишу указ, что все изъятые средства будут перечисляться на нужды твоего ведомства, ещё я постараюсь выделить на него отдельное финансирование, хотя это будет и непросто, но думаю, что в ближайшем будущем это всё окупит себя многократно. А ты не боишься, что знать может восстать против наших реформ и попытается скинуть нас с престола, поставив свою марионетку?

— Нет. Я не боюсь, я этого жду и уже начал к этому готовиться. Я думаю, что в ближайшее время против нас восстанут пара полков, которые выступят с целью отмены несправедливых приказов, как они это сами понимают. Поэтому нам придётся подавить их с особой жестокостью, а потом выступить с разоблачением бунта и показать ситуацию в выгодном для нас свете. Через газеты донести цель восстания, как возвращение крепостного права и закабаления рабочего класса, всех участников и их родственников лишить всего имущества, семьи отправить на общественные работы, а всех участников придать смертной казни. Но проще расстрелять несколько сотен бунтовщиков, чем получить Гражданскую войну, — сказал я.

— Хорошо. Иди, мне нужно всё обдумать, и будь осторожнее, я уверен, что о новых реформах, скоро станет всем известно, — сказал отец и погрузился в раздумья, а я отправился искать своего адъютанта, Князя Виктора Сергеевича Кочубея.

Глава 24. Подготовка.

Между человеком образованным

и необразованным такая же разница,

как между живым и мёртвым.

Аристотель

Выйдя от императора, я встретился с Виктором Сергеевичем, который дожидался меня в приёмной.

— Ваше Высочество, я спешу доложить вам, что ваши юнкера выполнили ваше задание. Они пронесли на территорию дворца каждый по одному кирпичу, завёрнутому в газету. Они сейчас задержаны, и вместе сегодняшним караулом получают разнос от коменданта, — сказал он.

— Рассказывайте подробности и давайте пойдём, послушаем выводы коменданта, — сказал я и проследовал за князем.

— Один из юнкеров переоделся под молодого деревенского парня, сбрив с себя усы и бороду, познакомился с одной из служанок ещё вчера вечером, а сегодня с утра она провела его к замку показать императора воочию, дурёха не понимала, чем это может грозить. Охране она сказала, что это помощник по кухне, а документы у него оформляются, а он срочно нужен прочистить дымоход. Им удалось дойти до окон императора, у которых их в итоге и задержал патруль, но я считаю, что он своё задание выполнил. Двое других юнкеров также переоделись и сбрили усы, после чего купили телегу с дровами и отправились в наглую к замку через ворота, в которые провозят продукты. Без документов их отказались пропускать, тогда они начали выгружать дрова прямо перед шлагбаумом. Охрана опешила от такой наглости, а они заявили, что им заплачено за доставку дров и они их доставили, а где выгружать их им без разницы, могут у замка, а могут и у шлагбаума, вот один из солдат и отправился их сопровождать, по дороге они его втихую скрутили и отправились к замку, вот перед самым замком их и задержали, да они особо и не скрывались, потребовав сразу коменданта и показав вашу бумагу.

Во внутреннем дворе крепости стояло полсотни солдат, дежуривших сегодня, а в стороне стояли трое юнкеров, ряженые в старые одежды обычных мужиков. Перед строем солдат расхаживал генерал и на повышенных тонах высказывал, солдатам, всё, что о них думает, и расписывал те кары, которые их ожидают в ближайшем будущем. Увидев меня, один из офицеров отдал команду, и строй стал ещё стройнее, а комендант замка развернулся ко мне и поспешил с докладом.

— Ваше Высочество, ваши юнкера выполнили ваше задание и смогли беспрепятственно проникнуть на территорию замка, из этого будут сделаны выводы, а все виновные будут жестоко наказаны и переведены в другие подразделения с понижением в должности, — отрапортовал он мне.

— Не нужно торопиться с выводами, наказать необходимо, тут я согласен, но вот чтобы выгонять их, я пока смысла не вижу. Другие придут и могут проколоться точно также, а эти уже учёные, как говорится в одной пословице, «за одного битого, двух небитых дают», — сказал я и пошёл вдоль строя, всматриваясь в лица солдат, после чего обратился к коменданту.

— В качестве наказания я предлагаю им повысить свои стрелковые навыки и навыки обращения с холодным оружием, будь то нож, шашка или топор. Всё это они должны освоить в совершенстве в течение месяца в свободное от службы время, а уже кто не окажется способным, того можете и перевести с понижением в другую часть, как вам моё предложение? И накажем, и боевой дух повысим, и новыми умениями, столь полезными в охране его Императорского величества, обучим, — сказал, я.

— Как скажете, Ваше Высочество, но я бы лучше высек всех и в самую дальнюю часть их отправил. Но раз вы считаете, что из них ещё выйдет толк, то дадим им последний шанс, а через месяц я лично приму у всех их навык обращения с перечисленным вами оружием, — отрапортовал генерал.

Развернувшись, я отправился к своим юнкерам. Они стояли с довольными выражениями лиц.

— Молодцы. Объявляю вам благодарность за находчивость и выполнение задания. А теперь просьба переодеться и жду вас у себя через полчаса. Нам есть, о чём поговорить, — сказал я и отправился в свою комнату, а мой адъютант отправился следом за мной.

Примерно через полчаса все трое вошли в небольшую гостиную, в которой я решил провести беседу с ними. Одеты они были в мундиры кавалерийского училища. Чтобы создать непринуждённую обстановку, я усадил их рядом с собой в креслах, стоящих вокруг газетного столика.

— Господа юнкера, вы успешно выполнили моё поручение и достаточно быстро, я думал, что у вас на это уйдёт намного больше времени и не все смогут добиться успеха, и я рад, что вы меня не разочаровали. А сейчас я хочу, чтобы вы честно отвечали на мои вопросы, какими бы они неудобными не были для вас. Для начала я хочу спросить, что вы знаете про различные запрещённые в Российской империи тайные общества и организации? — спросил я их.

Первым ответил юнкер Засецкий Игорь Степанович, который в одиночку проник на территорию замка,

— В России много кружков, поддерживающих стремление интеллигенции и дворян к свободе и равенству. Часть из них выбрали пути достижения целей в виде террора и убийств. Одной из таких организаций и была проведена удавшаяся попытка покушения на императора Александра Второго. Множество других кружков занимается больше агитацией и привлечением в свои ряды новых членов, — ответил он.

— И как вы относитесь к их идеям всемирного равенства? — спросил я у него, видя, что и других юнкеров, наш разговор заинтересовал.

— Ну, я считаю, что определённое равенство между людьми должно быть, не взирая на сословия, и в чём-то идеи свободы мне симпатизируют, но я пока не определился, в чём конкретно. И то, что наш государь император Александр Третий, решил дать воли и свободу крестьянам, я полностью поддерживаю, — ответил он.

— Ну что же, давайте тогда вместе попробуем определить, что такое свобода, и существует ли она в этом мире. Вот скажите мне, юнкера Бирин и Петренко. Как вы понимаете свободу и в чём она, по вашему мнению, выражается? — спросил я их.

При этом я заметил, как князь, сидящий рядом со мной, выказал признаки недовольства, но пытался их всячески сдерживать.

Первым вызвался отвечать юнкер, Бирин Олег Петрович, из купеческой семьи.

— Я считаю, что свобода выражается в возможности говорить то, что думаешь, и в возможности перемещений без территориальных ограничений, — сказал он.

За ним сразу ответил юнкер, Петренко Семён Игнатьевич,

— Я считаю, что свобода заключается в полной свободе от обязательств и в добровольном желании делать. То, что заблагорассудится, без оглядки на окружающих, — ответил он.

— Для начала этого достаточно, а теперь давайте разберём. В чём же заключается ошибка в понимании свободы большинством из людей, хотя ответ на него лежит на поверхности.

Вот, к примеру, такой вопрос… Свободна ли женщина, только что родившая ребёнка, бросить его на произвол судьбы, так как он очень сильно ограничивает её свободу? Ведь исходя из вашего понимания, чтобы ей стать полностью свободной, ей необходимо это сделать, — спросил я и, видя, как мои собеседники с недовольством на лице хотели мне возразить, продолжил.

— Вот скажите, Олег Петрович, если к вам подойдёт мужик и скажет про вас что-нибудь омерзительное и начнёт вас оскорблять, вы промолчите и дадите ему возможность свободно выражать свои мысли или попробуете ограничить его в этом праве, дав в морду, — спросил я у него, отчего он потупил глаза и склонил голову, начиная понимать, ту мысль которую я пытался ему донести. Ну а вы, Игорь Степанович, ответьте на вопрос, как может быть равна женщина и мужчина? Или, к примеру, отец и сын? Может ли ребёнок трёх лет, научившийся ходить, делать, что он захочет, и может ли отец ему в этом дать полную свободу? Или он постарается ограничить её в определённых условиях, к примеру, когда ребёнок подойдёт к речке или к дороге, где галопом скачет кавалерийский полк? — спросил я и, выждав время, продолжил.

— Вот вы видите, что ваше понимание свободы наивно и ваша свобода в тех или иных случаях не вызывает у вас недовольство, когда её в определённых условиях ограничивают.

Поэтому запомните один раз и навсегда. Свободы, как таковой, в обществе не существует. Даже Государь Император не является свободным в большинстве своих решений и поступков. Он может лишь выбирать из тех или иных вариантов. Свободным может себя почувствовать человек, только находясь вне человеческого общества, но и то, только до того момента, как ему не потребуется какая-либо помощь. К примеру, у него заболит зуб и ему потребуется врач, чтобы избавить его от боли. Тогда встаёт вопрос, а в чём же тогда развитие человеческого общества, если человек не может быть свободен априори? Только в стремлении саморазвития, улучшения условий жизни себя и окружающих людей, для чего необходимо много учиться и работать на благо общества. А для чего тогда нужна единая власть, спросите вы? А именно для этого и нужна! Для улучшения положения каждого члена общества, для защиты его интересов, не только в собственной стране, но и отстаивая интересы этого общества перед другими сообществами, стремящимися улучшить своё положение за счёт других сообществ людей. Власть может быть как эффективной, так и наносящей вред своему сообществу, которое выбрало его управлять им. Вот наша с вами цель и будет заключаться в улучшении жизни каждого члена нашего сообщества, или если называть вещи своими именами, то Государства Российского. Нам с вами предстоит нелёгкий путь улучшить наше общество и заставить его не загнить от заблуждений эфемерной свободы, равенства и всеобщего братства, так как для достижения этой цели нужно перебить всех остальных людей и когда останется только один, он в какой-то мере сможет считать себя свободным. Поэтому все идеи свержения существующего строя и всеобщего равенства являются непросто заблуждением, но и великой ошибкой всего человечества. Вот скажите мне, кто по Библии первым захотел свободы и что из этого получилось? — спросил я, внимательно осматривая юнкеров. — Вижу, что вам такое понимание свободы не нравится, а ведь призывы ко всеобщей свободе и равенству — это призывы к анархии, хаосу и к пришествию антихриста. Такое сравнение вам не по душе. Поэтому оставьте слово свобода навсегда и начните заниматься единственно правильным делом. Улучшать жизнь окружающих вас людей, стремясь сделать её лучше и комфортнее. Бороться с голодом и нищетой. Бороться с несправедливым судом и социальным неравенством. Добиваться того, чтобы у людей были равные условия в получении образования и медицинского обслуживания. Вот если вы готовы к такой службе, тогда прошу вас встать на колено и произнести клятву, повторяя за мной, — сказал я, вставая с кресла.

Сразу же после этого юнкера встали на колени и стали повторять за мной слова клятвы:

* * *

Я, юнкер ___, клянусь:

соблюдать все правила, законы, решения и устав Российской Империи.

Подчиняться всем требованиям или обязанностям нашего Особого Отдела.

Буду помогать своим сотрудникам, защищать их и не предприму ничего такого, что может нанести им вред.

По своей собственной воле испытываю желание вступить в ряды Особого Отдела.

Приношу эту клятву, чтобы продолжить воплощение благородных идеалов честности и равенства и справедливости. Для защиты территориальной целостности Государства Российского. Бороться с его врагами, как внешними, так и внутренними.

Клянусь в большей степени стремиться к служению, но не к славе, к чести, но не к почестям.

Приношу эту клятву по своей воле и без колебаний с полным сознанием, что её нарушение повлечёт за собой мою смерть

Клянусь служить Особому Отделу и Государству Российскому по мере своих сил и способностей, с Божьей помощью и с уважением к нашему императору.

Да будет мне Господь судьёй в моих поступках.

После принесения клятвы я отправил первых сотрудников Особого Отдела отдыхать и привести свои мысли в порядок.

Глава 25. Планируемые реформы.

Корни образования горьки,

но плоды сладки.

Аристотель

После того как юнкера ушли, я решил обсудить со своим адъютантом, планируемые преобразования.

— Виктор Сергеевич, как вы смотрите на то, чтобы отобрать лучших выпускников учебных заведений Санкт-Петербурга и создать из них отдельный кадровый резерв? — спросил я.

— Идея, конечно, хорошая, но кто будет заниматься их воспитанием и не даст бюрократической машине их испортить, — спросил он у меня.

— В первую очередь, я попрошу вас подобрать несколько человек порученцев, особо пронырливых и нестандартно мыслящих. Такие всегда есть при штабах, могущие выполнить практически любое задание в кратчайшие сроки. Только, желательно, молодых, но возраст неглавный критерий. Их нужно сформировать в отдельное подразделение личных порученцев. Со временем часть из них придётся заменить, но на первое время будем использовать тех, кто есть под рукой. Далее, их нужно будет отправить по губерниям с заданием выявить слишком ревностных блюстителей закона неугодных начальству, не идущих на компромисс с совестью. Таких людей обычно стараются задвинуть подальше, чтобы они не мешали, а то и сфабриковать против них какое-либо правонарушение и уволить под надуманным предлогом. По сути своей, они — сумасшедшие, вздумавшие пойти против системы, своеобразные Дон Кихоты, борющиеся с ветряными мельницами. Вот их энергию и следует направить в нужное русло. Я уверен, что от них с удовольствием избавится начальство, тем более, если оформить это как перевод на самую тяжёлую и низкооплачиваемую работу по переписи архива. Так и назовём это подразделение — Главное архивное управление. Оно займётся поиском и выявлением коррупционных схем, работающих в нашем государстве. То представление, которое устроили чиновники и предприниматели во Владивостоке, я не воспринял серьёзно, ведь уровень хищений, на самом деле, намного выше. Вся система государственного заказа построена на взятках и откатах, поэтому нам придётся с этой системой бороться. Я прошу вас лично заняться руководством этого управления до того момента, как вы сможете подготовить достойную себе замену. А теперь расскажите подробно, как обстоят дела с будущим акционированием Восточной Торговой Компании?

— Я выполню все ваши указания в кратчайшие сроки, Ваше Высочество. Дела по первичному выпуску и размещению акций пока идут с небольшой задержкой. На западе начинается активная компания по дискредитации создаваемого общества, и многие инвесторы находятся в раздумьях, не решаясь вкладываться в данное рисковое предприятие.

— В таком случае нужно разместить ряд статей в западных газетах и журналах, в которых будет описываться не столько перспективы будущего общества, сколько возможность быстрого заработка на будущем росте акций. Нужно в этих статьях приводить примеры подобных успешных акций, на которых можно было заработать в десятки раз больше, чем вложено на первом этапе, тем более, что так оно и будет. Оплатите нужные статьи от ведущих аналитиков и экспертов. Продвигайте идею альтернативы Суэцкому каналу, новому пути из Индии и Китая в Европу. Рассказывайте о залежах золота и алмазах со статьями высоких прибылей в ближайшие пять лет. Используйте только зарубежные издания, при этом делайте ссылку на достоверную информацию от экспедиции наследника престола, тщательно скрываемую правящим домом. Сделайте предварительную заявку от государственного банка на взятие зарубежного кредита для выкупа всех акций нового общества. Надо поднять ажиотаж вокруг этого, — дал я указания князю.

— Но ведь если обман раскроется, то это нанесёт вред не только имиджу царской семьи, но и государственного банка, — произнёс Виктор Сергеевич, явно недовольный, планируемыми махинациями.

— Не переживайте, когда начнётся война с Японией, я планирую выкупить большую часть акций практически за бесценок, а после восстановления спроса постепенно продать, получив колоссальную прибыль. Часть денег, полученных от первичного размещения, будут для этого зарезервированы. После объявления войны и первых успехов Японии, акции подешевеют минимум в десять, а то и сто раз, поэтому больших средств для их выкупа не потребуется. Тем более, если мы приложим к этому негативные статьи на эту тему. Когда ситуация стабилизируется, то мы сможем постепенно продать часть акций, получив от этого огромную прибыль. А как дела обстоят с закупкой зерна за рубежом? — спросил я.

— Первые договоры уже заключены, и через пару дней значительные объёмы уже будут выкуплены, как вы планируете распорядиться этим зерном? — спросил князь, записывая всё в свой ежедневник, который я попросил его носить с собой.

— Его придётся придержать до весны, и просьба застраховать все сделки. Нам не нужны неожиданности в этом плане. Ещё подберите для меня список промышленников, готовых вложиться в новые предприятия на условиях долевого участия с моей стороны. У меня есть несколько идей, которые хотелось бы реализовать в ближайшем будущем. Ещё поторопите с доставкой купленных пулемётов и покупкой лицензии, на их изготовление. Надо налаживать их производство на Императорском Тульском оружейном заводе под руководством Мосина. А также патронного завода под эти нужды. Пока начните согласования, а я постараюсь согласовать эти вопросы с Императором.

— Это потребует значительных денежных расходов, а бюджет уже согласован на несколько лет вперёд. Тем более, что сейчас идёт перестройка производства на новые винтовки системы Мосина и вмешиваться в это процесс нежелательно.

— Пока начните подготовку и согласования. По новым пулемётам нам потребуется, чтобы их доработали под наш патрон и максимально его облегчили, только на таких условиях нужно приобретать лицензию. Сейчас в них используется излишне большой калибр, а реальная дальность эффективного применения всё равно остаётся в районе от шестисот до тысячи метров. Ещё я хотел бы ознакомиться с опытной подводной лодкой, которую несколько лет назад испытывали здесь в Гатчине. Мне видится очень перспективным этот вид военной техники, но он потребует существенных доработок.

— Я приглашу к вам его создателя, а также отправлю запрос на приобретение лицензии для производства пулемётов. Меня беспокоит возможное недовольство в обществе по поводу планируемых арестов и суровых приговоров. В окружении императора поползли слухи, что он не спит ночами после вашего приезда и очень озабочен. Также, поговаривают, что ваша матушка, Мария Фёдоровна, начала переписку по дипломатической почте. Весь двор и ближайшее окружение очень взволнованы. Уже появились слухи о новых реформах в Министерстве внутренних дел и планируемых ужесточениях в политике по отношению к вольнодумству. Все эти изменения связывают с вами, поэтому нужно быть осторожнее в поездках, чтобы не повторить судьбу вашего деда, Александра Второго, — сказал князь, просматривая свои записи.

В этот момент к нам зашёл слуга и попросил меня явиться в кабинет к его Императорскому Величеству, Александру Третьему.

В кабинете отец был один и, дождавшись, когда слуга, провожавший меня, закроет дверь, он показал мне на кресло рядом со столом и предложил мне присесть за него. После этого отец долго смотрел перед собой, что-то обдумывая, а затем произнёс:

— Я всё не могу привыкнуть к тому хаосу, что ты принёс в наш дом со своим появлением после поездки через полмира. До этого момента моя размеренная жизнь казалась мне правильной и не подвергающейся сомнениям, а сейчас я не сплю ночами, анализируя все те ошибки, которые я совершил за время своего правления, которые привели к будущим трагичный последствиям, и понимаю, что многого уже не изменить. Слишком я спокойно отреагировал на покушение, совершённое на моего отца. Надо было тогда действовать намного жёстче и прямолинейнее. Теперь семена бунта, посеянные ранее, начинают давать первые всходы. Видимое спокойствие в империи скрывается за серыми отчётами, в которых не видно реального положения дел. Земельная реформа, призванная поднять Российскую Империю из нищеты, только усугубила её положение. Борьба с коррупцией и засильем чиновников, только усугубило расслоение общества. Может, мне действительно подать в отставку и возложить корону Российской империи на твою голову? — спросил отец, пристально глядя на меня.

Встретив его пристальный взгляд и не отвозя своих глаз, я произнёс:

— К сожалению, я ещё не готов, и ещё пройдёт очень много времени, прежде чем я научусь управлять государством, хотя бы не хуже, чем вы, отец. Опыт, в независимости от того какой он, нельзя получить на ровном месте, его необходимо нарабатывать, а меня вообще изначально не готовили к управлению государством. Наследником до недавнего времени был мой старший брат, а мне пророчили военную службу. Поэтому без вашей помощи я наделаю очень много ошибок, которые вы не совершите, имея уже не малый опыт управления государством. Поэтому я прошу вас не спешить, я не стремлюсь занять ваше место, ведь в итоге я могу только ускорить падение империи, а так есть шанс, что мы сможем этого избежать.

Отведя взгляд, отец встал из-за стола и, взяв сигару, подошёл к окну, после чего долго смотрел в него.

— Я не знаю уже, кому верить и что мне делать. Описанное тобой будущее просто ужасно, и мой разум всячески противится принимать его. Мне порой хочется, чтобы ты не приносил этих известий в наш дом. Мысли о скорой моей кончине слишком сильно будоражат мой мозг, и иногда я неспособен ни о чём думать, кроме этого, а судьба всего нашего рода кажется невозможной, что в это не хочется верить. Твоя мать также не находит себе места и не спит ночами, переживая обо всём, что ты нам рассказал. Я даже подумал, что ты придумал это всё, чтобы поскорее занять моё место, но теперь я вижу, что мои подозрения необоснованные. Я подписал указ о назначении тебя руководителем главного разведывательного управления при Генеральном штабе с передачей тебе функций контроля всей хозяйственной и финансовой деятельности. С правом снятия с должности и реформирования деятельности и структуры всего штаба. Только попрошу советоваться по значимым изменениям со мной, пока ты не обретёшь свой опыт и вес в обществе. Помимо сухопутных войск ты сможешь проводить проверки и реформы в морском ведомстве, но также будешь согласовывать все реформы со мной. Чем могут помочь твои знания будущего, чтобы продлить мою жизнь? — спросил в итоге отец, повернувшись ко мне.

— Можно попробовать создать антибиотик и научится переливать кровь от человека к человеку в зависимости от его группы крови, но для этого необходимо создать отдельные направления в медицине и, желательно, засекретить эти разработки, так как данные знания смогут принести немалый доход для нашего государства. Можно постараться уложиться в два года, но насколько это поможет при лечении будущей болезни, мне сложно сказать. Главное — постараться избежать переохлаждений и серьёзных физических нагрузок, а также соблюдать режим сна и, хотя бы, простую диету. Все доступные мне знания я готов передать нашим учёным и врачам, только, желательно, делать это в тайне, чтобы не привлекать ко мне излишнего внимания раньше времени. Как я уже говорил, желательно, создать особую секретную зону, к примеру, в Кронштадте, ограничив туда доступ и обеспечив необходимый уровень безопасности, — сказал я отцу, встав перед ним навытяжку.

— Хорошо. Я отдам необходимые указания и выделю финансирование, — сказал отец, усаживаясь за стол и с видимым сожалением убирая так и не зажжённую сигару обратно в шкатулку.

Глава 26. Подготовка к воскресной службе.

Все, кто размышлял об искусстве управления людьми,

убеждены,

что судьбы империй зависят от воспитания молодежи.

Аристотель

Александр третий опять задумался на несколько минут, а потом посмотрев на меня, произнёс:

— Я читал письмо, отправленное из Японии митрополитом Николаем. Он рассказывает о чуде воскрешения и исцеления, а также о небывалом эффекте, произведённом на простых японцев. Он пишет, что пришлось заложить ещё три деревянных храма в Токио и один в префектуре Оцу на месте покушения по причине огромного наплыва верующих. В последнем письме он пишет, что число крещённых за последние месяцы перевалило за пятьдесят тысяч человек, и это вызвало нешуточное беспокойство у правящего императора. Его даже вызывали на доклад к местному чиновнику и намекнули на желание уменьшить количество крещений, и ему пришлось пойти на дополнительное усложнение в подготовке к крещению, включающую в себя длительную катехизацию, но от этого наплыв желающих креститься только вырос. Поэтому я прошу тебя принять участие в завтрашнем Крёстном ходе, который совершается ежегодно. Для этого специально привезут Филермскую икону Божьей Матери из Санкт-Петербурга в Павловский Собор Гатчины.

— Конечно, отец. Я с удовольствием буду на службе, но позволь мне после крёстного хода обратиться к народу и сообщить о скорой отмене выкупных платежей. Это будет хороший повод объявить об этом, что укрепит влияние нашей семьи и снизит недовольство знати, так как будет выглядеть проявлением божьей воли. После молебна перед иконой я обращусь к вам с просьбой об отмене выкупных платежей, и вы сможете проявить свою милость к народу, — предложил я.

Император опять задумался, а через минуту произнёс:

— Да. Это будет хорошее решение. И никто не сможет из знати даже помыслить о возражении. Это будет выглядеть как божий промысел.

— Это и есть божий промысел, отец. Ведь вся череда свершившихся событий и последующих за ними решений, ничем иным, как божьим промыслом, являться не может, — сказал я отцу.

— Хорошо. Какие у тебя ещё есть просьбы? Чем я могу тебе ещё помочь? — спросил он.

— Мне нужны надёжные и верные престолу порученцы. Готовые отправиться в любой уголок мира и выполнить определённые задания. Мне неважно их сословная принадлежность, но очень важно их умение соблюдать интересы Российской Империи.

— Я дам указание подобрать тебе список таких людей, а ты выбери, кого посчитаешь нужным. Ещё я дам указание выделить тебе сто тысяч рублей на твои нужды, если ты их потратишь, то обратись ко мне, я выделю ещё. Надеюсь, ты распорядишься ими правильно. Завтра должны доставить заказанные тобой пулемёты. Надеюсь, на этом пока всё, мне нужно отдохнуть и ещё раз всё обдумать, последние дни я почти не спал, а здоровье, как ты знаешь, у меня уже не то, что было раньше, — сказал отец, намекая, что разговор окончен.

Выйдя из кабинета, я отправился к себе обдумать предстоящие события. Сегодня на дворе одиннадцатое октября, вторник, значит, через два дня Покров, и в скором времени ударят морозы, а это означает, что пора готовиться к зиме и нужно продумать заново все тренировки с охраной, включая неудобные револьверы и их быстрое использование при необходимости, а также продумать, что делать с охлаждением прибывающих пулемётов Максим, ведь, насколько я помню, у них водяное охлаждение, а это добавляет сложности при их использовании.

У себя в комнате я поднял свои заметки и попытался понять, что мне необходимо делать дальше. Приняв руководство новыми ведомствами, я решил для себя часть вопросов по возможности влиять на вольнодумство в России и выявлять зарубежных шпионов. Но для проведения реформ этого мало. Создание в Кронштадте секретной, промышленной зоны даст возможность начать подготовку к технологическому рывку отечественной промышленности. Остаётся ещё не маловажный вопрос с национальным многообразием и присоединёнными территориями, такими как Польша и Финляндия. Если последнюю ещё можно попытаться ассимилировать, то Польша на такой шаг не пойдёт. Единственный вариант, который я вижу, это создание еврейского государства на территории Польши, с одной стороны, среди поляков очень большое количество людей еврейской национальности, а с другой стороны, нельзя допустить полной свободы как Польши, так и новообразованного государства, чтобы их не взяли под свой контроль Австро-Венгрия или Германия. Этот момент нужно очень хорошо продумать, дабы не усугубить ситуацию перед Первой мировой войной. Можно попробовать предложить выкупить часть земель для создания Еврейской Автономии с последующим статусом независимого государства. С этим вопросом можно к Ротшильдам и Гицбургам, а там и другие подтянутся. Заодно нужно будет проверить деятельность всех крупных банкиров и промышленников из евреев, среди них, наверняка, найдутся пособники террористов и те, кто их финансировал. Это будет хорошим поводом для показательной порки. Среди них есть и крупные владельцы железных дорог, с ними нужно будет провести беседу о помощи в строительстве Транссибирской магистрали и их возможного участия в Восточной Торговой Компании. Да и вообще создание Еврейского государства на границе с Германией сможет снять антисемитский накал в обществе и ограничить свободы Речи Посполитой, как отдельного государства. Можно предоставить им Варшавскую губернию, усечённую с запада на одну треть, чтобы не давать доступ к границе с Германией.

Это можно будет мотивировать попыткой обезопасить новое государство от претензий со стороны других государств.

С Великим Княжеством Финляндским придётся поступить по-другому, его придётся упразднить и создать на его основе несколько губерний, после чего необходимо будет провести переселение части деревень на Дальний Восток, заменив часть из них казаками и белорусами, создав культурные центры по всему княжеству. Да и вообще, нужно ввести в империи налог на безграмотность, обязав все народности Российской империи изучать язык и культуру государства Российского. Показать многонациональность и веротерпимость нашего государства. Ещё необходимо заняться воспитанием молодёжи, привив им стремление к поддержанию существующего строя, как единственно правильного.

Все эти идеи я заносил в свой дневник, пытаясь не упустить основные идеи дальнейшего развития. За моими размышлениями, уже настал вечер и ко мне опять явился слуга, пригласив меня на ужин с Марией Фёдоровной.

В этот раз ужин прошёл без отца, так как никто не рискнул его разбудить. Как сказала моя матушка, он заснул прямо в кресле за рабочим столом, а так как он последние ночи практически не спал, его решили не беспокоить.

За ужином мы говорили о разных ничего незначащих вещах, но к его концу Мария Фёдоровна завела разговор о предстоящей службе в Павловском Соборе.

— Сегодня привезли Филермскую икону Божьей Матери, и завтра должна состояться праздничная литургия, и сразу после неё состоится Крёстный ход. Я буду рада, если ты с нами посетишь эту службу, — сказала она.

— Я уже имел разговор об этом с отцом и дал своё согласие. Заодно мы объявим там об отмене выкупных платежей, это должно положительно повлиять на настроение народных масс в преддверии ожидающихся репрессий в отношении террористов и их семей. Ещё я бы добавил о даровании больших прав женщинам, но об этом можно будет объявить на следующий день, как раз крупный церковный праздник, Покров Пресвятой Богородицы. У нас как раз будет время согласовать эти моменты с отцом, — сказал я, заканчивая ужин и переходя к чаепитию.

— А ты не боишься, что это наоборот вызовет недовольство в обществе? — спросила у меня Мария Фёдоровна, отставляя кружку с чаем в сторону и внимательно глядя на меня.

— Недовольные, конечно же, будут, но этот закон давно напрашивается. Ведь права женщин в любом случае будут приравнены с мужчинами, так почему же нам не выступить первыми с этим предложением. Пусть не сразу и не все, а постепенно наделять женщин равными правами с мужчинами, ведь сколько пользы этот шаг может принести государству. Тем более, всеобщая реформа образования, которую я планирую запустить в будущем, будет уравнивать права на это между всеми слоями населения. Нужно, чтобы в нашем государстве образование не уступало европейскому и охватывало не менее девяноста процентов населения страны.

— Но где ты возьмёшь такие колоссальные средства ведь для этого потребуется открыть тысячи школ?

— В первую очередь я планирую привлечь к обучению религиозные организации: церкви, монастыри, приходы. Борьба с безграмотностью должна быть объявлена повсеместно. Для этого будут повышены налоги в течение нескольких лет, что побудит людей самих стремиться к знаниям. Будет принят ряд законов стимулирующих предпринимателей проводить обучение своих работников и разработан единый стандарт образования. Промышленники с низким процентом грамотных рабочих не смогут получить государственные заказы и субсидии. Помещики, у которых работают необразованные люди, будут платить больше налогов, ну и другие стимулирующие меры. Образованными людьми намного сложнее манипулировать, и они смогут поднять общее качество производства по всей Российской Империи. При этом я хочу запретить разделение на мужские и женские классы. Образование должно быть смешанным, пусть некоторые из предметов и будут вестись раздельно, — высказал я свои идеи.

— Может, ты и женщин начнёшь принимать в армию? — спросила меня Мария Фёдоровна.

— Да, такая возможность у них будет. Пусть не в передовых частях, но в тыл, да и некоторые профессии они смогут освоить, — ответил я.

— Но ведь женщинам не место на войне?

— А что тогда женщины делают в качестве санитарок в госпиталях рядом с линией фронта? Да это будет не так просто, как я говорю, но в итоге мы сможем дать возможность реализовать себя всем слоям нашего общества. В той войне, тоже создавались женские батальоны, и они шли на фронт воевать там, где мужики не хотели сражаться за свою родину. И это имело положительный эффект, но, к сожалению, в то время уже само общество было перебродившим, и революции было не избежать.

От моих слов Мария Фёдоровна на время опешила и не знала, что мне ответить, а после этого надолго задумалась над моими словами.

— Я попробую убедить отца в необходимости этих реформ, хотя это будет очень непросто. Ведь женщина в нашем обществе практически бесправное существо, но твоя идея мне очень нравится, — ответила она мне.

— Ты не совсем права. Женщина императрица имеет не меньше прав, чем мужчина император, если управляют государством единолично. И тому множество примеров в нашей истории. Просто женщина должна заниматься теми возможностями, к которым она предрасположена от рождения. Но ведь есть женщины, не уступающие по силе и выносливости мужчине. Не зря есть поговорка, про то, что и в горящую избу войдёт и коня на скаку остановит. Да это вызовет бурную реакцию в обществе, но пусть оно лучше обсуждает эти проблемы, чем обсуждает свержение самодержавия и всеобщую революцию. Я хочу лишить революционеров основных рычагов влияния на общество и дать нашему обществу самому решать, что им нужно также части законодательных и исполнительных функций передать регионам, оставив глобальные вопросы и право вето на усмотрение государя Императора.

Это снимет часть ответственности с Императорской семьи и возложит её на выборных представителей с регионов. Заодно можно будет выявить всех шпионов и бунтовщиков. Но это ещё требует большой проработки и рассчитано не на один год, поэтому слона надо есть не сразу целиком, а по кусочку и начинать лучше с хобота, — поделился я своими планами, чем опять озадачил императрицу.

Глава 27. Крёстный ход.

Все признают себя верующими,

но не имеющие добрых дел

извергаются вон

прп. авва Исаия

После ужина я отправился готовиться ко сну, так как утренняя служба должна была начаться рано. Просмотрев ещё раз записи перед сном, я попробовал вспомнить всех значимых учёных конца девятнадцатого века и записать их в свой дневник с целью просмотреть их в будущем.

Встав рано утром и умывшись, я переоделся в новый, парадный костюм, приготовленный для меня, после чего отправился в Храм Святой Живоначальной Троицы, императорской домовой церкви, расположенная в башне кухонного каре Гатчинского дворца. Там уже собрались все члены царской семьи и многочисленные приглашённые офицеры и чиновники.

В храме должна была отслужиться Литургия, после чего с крёстным ходом Филермская икона Божьей Матери, часть древа Животворящего Креста Господня и десницей руки святого Иоанна Крестителя, привезённые вчера вечером из Санкт-Петербурга, должны быть перенесены в Павловский Собор и выставлены там для всеобщего обозрения на три дня.

Когда я зашёл в Храм, то чтец уже заканчивал читать часы и скоро должна была начаться Литургия. Пройдя в центр храма, я, перекрестившись, преклонил колени, после чего приложился ко всем трём святыням, выставленным на аналое и украшенным огромным количеством цветов, после чего отошёл в сторону и встал рядом с отцом, немного позади него.

Служба в храме для меня прошла на удивление легко, я исповедовался у местного священника, отца Николая, являвшегося духовником императорской семьи, а затем стоя в стороне, вспоминал свою прошлую жизнь, кем я был и чего успел добиться в жизни. В прошлой своей жизни я всегда был верующим человеком и несколько раз в месяц посещал храм, но моя вера имела какой-то поверхностный характер и не имела в себе чётких основ. Но теперь, после всего случившегося моя вера окрепла и получила то основание, которого ей не хватало в той жизни. Я теперь мог переосмыслить не только свою прошлую жизнь, но и те ценности, которые раньше для меня имели огромное значение. Сейчас я мог влиять не просто на судьбы людей, я мог спасти очень много народа от смерти, увечий и страданий. Я далеко не святой человек и совершил много грехов в своей жизни, поэтому понять причину, по которой я оказался в теле будущего последнего Императора, которого впоследствии причислят к лику святых вместе с его семьёй, я не мог. Неужели не нашлось более достойной кандидатуры для этого. А может, вообще всё это сон, и я сейчас лежу в больнице в коме, а всё окружающее мне просто снится? Но как же хочется верить, что я по-настоящему жив и могу изменить будущее нашей страны. Помочь избежать множества ошибок, совершённых оболваненным пустыми обещаниями народом. Да не только народом, но и чиновниками, дворянами, которые всегда ставили себя выше других.

Я не успел даже заметить, как подошло время причастия, приняв святые дары, сразу после императора, я отошёл в сторону и наблюдал, как все участвующие в Литургии постепенно проходят к чаше. Сразу после причастия был отслужен благодарственный молебен, за моё чудотворное исцеление и за успешное завершение моей поездки, после чего начался крёстный ход от дворца к Павловскому Собору, расположенному в центре Гатчины. Весь путь, примерно около двух километров, занял около получаса, при выходе с территории дворца нас встречала огромная толпа людей, желавших принять участие в крёстном ходе. Вдоль дороги стояли солдаты охранения и полицейские, не препятствующие людям присоединиться к шествию. Среди толпы людей было очень много детей и женщин, одетых довольно тепло, так как с утра был лёгкий морозец. Идя среди толпы сопровождающих нас людей, я чувствовал их искреннюю радость, происходящим событиям. Именно здесь я почувствовал себя частью этого народа, частью этого мира, а значит, мне нужно меньше оглядываться назад и постараться улучшить жизнь СВОЕГО народа, который мне вручил Господь, дав возможность исправить будущие ошибки.

Перед Собором Петра и Павла нас встречала толпа верующих, расположившаяся по обе стороны от входа. Среди встречающих выделялись группы солдат, курсантов и гимназистов, стоящих стройными рядами.

Когда святыни занесли в Храм, вслед за ними вошла моя семья и приближённые чиновники, постепенно храм наполнялся народом, и на входе образовалась небольшая давка из желающих присутствовать на молебне.

Молебен прошёл довольно быстро, и после него слово взял исполняющий обязанности митрополита, взамен недавно умершего, епископ Выборгский Антоний. Он сказал небольшую речь о столь знаменательном событии для нас всех и о возможности поклониться к чудотворным святыням, после чего предоставил слово Императору, Александру Третьему.

— Православные. Я рад приветствовать вас в этот праздничный день в соборе Петра и Павла, в этот радостный для всех верующих день в преддверии большого церковного праздника Покрова Пресвятой Богородицы, я хочу сообщить вам радостную новость. По просьбе моего сына и наследника престола Николая, рассмотрев его доводы и радения о судьбе простого народа, своим высочайшим указом я объявляю об отмене выкупных платежей для крепостных крестьян. Земля будет дарована им на безденежной основе с отработкой на общественных работах по восемь часов в течение тридцати дней в году на протяжении десяти лет. Работы будут выполняться по строительству дорог и других инфраструктурных проектов, в свободное от посева и жатвы время. Также своим высочайшим указом я наделяю своего наследника правами руководить реформами в министерстве внутренних дел с целью предотвращения совершения террористических актов и усиления безопасности страны от врагов внешних и внутренних, — произнёс император, после чего, поцеловав святыни, направился на выход из собора.

Вслед за императором направились и мы с Марией Фёдоровной.

По окружавшим нас людям прошлась волна шёпота. Все передавали новость, спеша поделиться ею друг с другом. Если в самом соборе на новость прореагировали сдержанно, то на улице, простые крестьяне стали падать на колени, воздавая здравницу императору и наследнику. Мне было непривычно чувствовать себя под таким пристальным вниманием, и это меня сильно смутило. Вслед за крестьянами, на колени стал опускаться вначале простой люд, а затем и все встречающие нас. Император направился к стоявшим рядом коляскам с охраной и, усевшись в них, мы отправились обратно в Гатчинский дворец. По дороге все молчали, каждый по-своему переживая последние события. Когда мы подъехали, Мария Фёдоровна произнесла:

— Никки, я жду тебя на завтрак через полчаса, нам всем нужно обсудить в узком кругу вчерашнее твоё предложение, — после чего вышла и направилась к центральному входу.

Я же направился в свои комнаты, где, умывшись и переодевшись, отправился на завтрак.

В уже знакомой мне гостиной был накрыт небольшой стол, за которым сидели мои родители, дожидаясь моего прихода, ведя неспешный разговор, который при моём появлении прекратился. Отец был одет в простой мундир, а на матери было простое платье, подчёркивающее её фигуру. Сидя рядом, разница в их росте не так бросалась в глаза, но крупная фигура отца всё равно выделялась на её фоне.

Когда я уселся за стол и слуги, разложив по тарелкам кашу, удалились, оставив нас наедине, моя мать начала разговор.

— Александр, твой сын предложил интересный вариант реформы, с которым ты, скорее всего, не согласишься, но я попрошу тебя вначале выслушать нас прежде, чем начать критиковать.

Вчера вечером за ужином он предложил совместно с реформой образования постепенно уравнять права мужчин и женщин, насколько это вообще возможно в нашем обществе и даже допустить некоторых из них к службе в армии, — сказала она, и увидев, что отец захотел ей возразить, остановила его взмахом руки и продолжила, — Я понимаю, что сейчас это выглядит совершенно, невероятно и в чём-то даже вызывает отвращение. Но подумай сам, что может лучше воодушевить солдат, чем хрупкая женщина, находящаяся рядом с ними. Да в первое время будут перегибы, но если к этому подойти с умом, то мы сможем получить не малую выгоду от этого. Поэтому я предлагаю создать гвардейский батальон её Императорского Величества Марии Фёдоровны. Мне никто не посмеет возразить или отказать в этом. На примере этого батальона можно будет отработать весь процесс формирования женских подразделений и адаптации женщин в армейском сообществе. Это поможет в будущем уровнять выборные права женщин и право на образование, — сказала моя мать, беря небольшую паузу.

После её речи отец встал из-за стола и нервно заходил по комнате, явно не зная, что ответить на это, боясь начать спор, который он в итоге проиграет, поэтому я решил прийти ему на помощь.

— Отец, на самом деле не всё так категорично, как ты себе представляешь. Во-первых, для начала надо объявить, к примеру, завтрашний день, Покрова Пресвятой Богородицы — женским днём. Объяснив это, тем, что женщина, это будущая мать, и её ценность не только для семьи, но и для всего нашего общества очень важна. В связи с этим дать чуть больше прав для женщин в получении образования, равноценной оплаты труда на сдельной работе, совместно с мужчинами. Оплачиваемый отпуск по беременности для начала на восьмом месяце беременности и два месяца после родов. В последующем эти сроки можно будет отрегулировать, создав комиссию, которая выработает наиболее опасные для здоровья матери и ребёнка месяцы, чтобы уменьшить смертность при родах. Поощрять многодетных матерей ежегодными выплатами в самый голодный период года, когда многодетная семья может голодать. Поощрять необязательно деньгами, а можно зерном и другими продуктами. Это повысит выживаемость детей и повлияет на будущее их здоровье. Улучшить систему акушерства и её доступности для всех слоёв населения. Проводя реформу системы образования, начать совмещать обучение мальчиков и девочек по совместным предметам. Эти первоначальные реформы, смогут на первых порах переключить внимание недовольной части общества, на совершенно другие проблемы, и выбьет почву из-под ног различных революционных движений. Необязательно завтра объявлять сразу все предложенные изменения, но хотя бы обозначить эти цели и занять умы вольнодумцев, сместив акцент их внимания. Также можно объявить и День защитника Отечества, в день святого благоверного князя Александра Невского, как самого почитаемого защитника Государства Российского.

На первое время этого будет достаточно, но в последствии мы будем подкидывать новые реформы, влияющие на очень большую часть общества, — сказал я.

После моих слов отец немного успокоился и присел обратно за стол и произнёс:

— Ну вы и учудили, да меня после этого дня всё мужское сообщество засмеёт, сказав, что я стал подкаблучником. Это же надо до такого додуматься, ведь ни в одной стране мира такого никто не делал. Создать женский батальон и отправить его воевать вместо мужиков.

— Это в любом случае произойдет, не в ближайший год, так через десяток-другой. Общество сейчас стоит как котёл на огне, и скоро он закипит, и если не дать выходу пара, то в итоге он взорвётся. Да и проведя эти реформы первыми, мы сможем влиять на другие государства, мешающие нам во внешней политике, указывая им на нарушение прав человека и финансируя протестные настроения в них. Вот представьте, что будет, если в Великобритании все женщины объявят забастовку, хотя бы на один день? Да вся промышленность этого островного государства встанет парализованная, ведь женский труд там занимает шестьдесят процентов всех рабочих. А если это произойдёт во время войны или перед самым её началом? Женщины — это очень большой рычаг влияния на нынешнее общество, поэтому он должен находиться в наших руках, — сказал я, приступая к остывшему завтраку. Заметив это, Мария Фёдоровна позвонила в колокольчик и попросила поменять нам пищу.

Глава 28. Пулемёт «Максим».

На все вопросы ваши, такой дадим ответ:

У нас "максимов" много,

- у вас "максимов" нет.

Хилэр Беллок

Когда нам заменили завтрак на разогретый, отец задал мне вопрос:

— Как ты планируешь проводить образовательную реформу? И почему ты настаиваешь на объединении классов? Ведь это вызовет множество протестов.

— Нужно обязать все приходы, храмы, монастыри проводить обязательное обучение безграмотных крестьян, при этом закон божий и другие религиозные предметы не должны занимать более одной пятой части образования. Для стимулирования этого процесса, те приходы, которые не будут этого делать, должны будут платить налог в виде десятины, на все пожертвования и сборы, поступающие к ним, а те приходы, кто будут скрывать доходы, закрывать или менять священников на лояльных, способных выполнить поручение государя.

Издать манифест об обязательном образовании и год на его исполнение. Помимо религиозных учреждений обязать все крупные предприятия открывать школы и проводить обучение рабочих. В манифесте указать, что через пять лет все безграмотные будут платить десятину с дохода, это будет стимулировать тех, кто не хочет учиться. Для этого придётся разработать единый учебный стандарт с минимальными знаниями по истории, математике, биологии, правописанию и другим предметам. Необходимо в срочном порядке поднимать уровень образования. Разрешение на совместное обучение позволит снизить затраты на это. Государству придётся увеличить количество школ и других учебных заведений, возложив часть нагрузки на уже существующие. Нужно рассмотреть возможность введения вечернего обучения для уже существующих учебных заведений. Если проводить три часа учёбы вечером и, хотя бы три-четыре дня в неделю, это не сильно ударит по бюджету, но сможет в разы поднять грамотность населения, — ответил я отцу.

— Но это же колоссальные суммы и нагрузка на бюджет. Мы не можем себе позволить таких расходов, — сказал отец, продолжая под строгим взглядом Марии Фёдоровны, есть кашу.

— Вот в разработку золотоносной жилы государство готово вкладывать деньги? — спросил я, и дождавшись кивка отца, продолжил излагать свою идею. — Ну так хороший учёный стоит намного больше своего веса в золоте, а таких учёных самородков по России великое множество. Будем объявлять конкурсы, выявлять самых успешных и направлять их на бесплатное обучение. Это окупится не за один год, но через десять-пятнадцать лет появится множество талантливых людей, которые смогут вывести нашу страну на передовое место в науке, промышленности и медицине. Сейчас мир стоит на пороге огромного технологического рывка, и отставание нашего государства в образовании от ведущих стран мира сильно ударит по бюджету нашей страны. Нам необходимо сделать так, чтобы в нашей стране вообще не осталось безграмотных. Ещё нам необходимо существенно повысить доступность медицины для всех слоёв населения. У нас незаселёнными остаются гигантские просторы, которые необходимо осваивать, иначе их освоят другие, — закончил я делиться своими планами на развитие государства.

— Задумки хорошие, я не спорю, но вот как их все реализовать, я себе представляю с трудом. Реформа, затеянная мной, и так сильно взбудоражила всё общество, но ты предлагаешь пойти ещё дальше. Но как бы трудно ни было, я готов рискнуть и попробовать провести эти реформы. Как я понимаю, выбора у нас особого нет. Или мы проведём эти реформы, или их проведут другие, сместив нас с наших должностей. Кстати, спешу тебя обрадовать, мне сообщили с утра, что все заказанные тобой картечницы «Максим» привезли во дворец. Сможешь их опробовать после завтрака, заодно я посмотрю, как тренируется твоя охрана, уж очень много слухов про это стало ходить, а я и не в курсе, что отвечать, — сказал император, отставив тарелку с кашей и приступая к чаепитию.

— Может, уже хватит о делах и поговорим на другие темы? Вот, к примеру, сегодня можно будет послушать оперу из Мариинского театра по телефону. Я договорилась, и нам подключат вещание сегодня вечером, около семи часов. Кстати, сын. Что ты решил по поводу своей будущей жены? Раз ты скоро займёшь место отца, то уже сейчас надо заниматься этим вопросом, а не откладывать его на потом, — спросила меня Мария Фёдоровна, также переходя к чаепитию.

— Если честно, то не знаю. Умом я понимаю, что Аликс для меня не пара, но вот мои чувства, категорически с этим не соглашаются. Я люблю её и другой женщины возле себя не представляю, как и то каким образом решить эту проблему.

— Так может всё же остановиться на ней? Её кандидатура не так и плоха, а с рождением наследника всегда можно что-нибудь придумать. История царствующих домов знает и более страшные тайны, однако это не мешает им править много столетий подряд, — сказала Мама’, посмотрев при этом на Александра Третьего.

Тот ненадолго задумался, а потом, посмотрев мне в глаза, произнёс,

— Решай сам, сын. Тебе с ней жить и строить отношения.

После этой темы, мы обсудили погоду и предстоящие морозы, после чего я отправился к себе, чтобы переодеться и отправится на полигон.

В моей гостиной меня ждал мой адъютант, Князь Виктор Сергеевич Кочубей.

— Как прошёл завтрак с родителями? — спросил он, скрывая своё недовольство тем, что его не пригласили на него.

— Довольно плодотворно. Мы обсуждали предстоящую реформу образования и расширения прав женщин в обществе. А ещё мне сообщили, что приехали заказанные мной пулемёты, поэтому я хочу отправиться на полигон, чтобы испытать их. Заодно посмотреть на это придёт мой отец, и нам надо к этому подготовиться, он также изъявил желание посмотреть на наши тренировки с охраной, — сказал я, направляясь в комнату, чтобы переодеться.

— Я тогда отдам необходимые распоряжения, — сказал он и вышел из комнаты.

Через двадцать минут мы уже скакали на лошадях вместе с князем в сопровождении нашей охраны. Со мной рядом скакали и юнкера, которые будут также тренироваться совместно с нами. Пулемёты подвезут чуть позже вместе с пулемётными расчётами, которые должны будут показать, как с ними обращаться.

На полигоне в первую очередь мы провели стрельбы из револьверов по специально выставленным мишеням. Затем отстрелялись на скорострельную стрельбу из заказанных мною новых моделей винчестера. Два карабина были модели 1892 года, только начавшие производиться и десять карабинов модели 1886 года. Высокая скорострельность и большая дальность стрельбы позволяли вести непрерывную стрельбу, способную остановить практически любого противника. К моменту как мы настрелялись, приехали заказанные мной пулемёты.

В первый момент они меня крайне разочаровали, они были больше похожи на маленькие пушки на огромных колёсах. Теперь мне стало понятно, почему их называли картечницы. Когда мы стали разбираться с устройством этих пулемётов, то я понял, что они ещё очень сырые и не сильно похожи на виденные мною в фильмах. Сам корпус пулемёта намного массивнее, а конструкция перезаряжающего механизма отличалась в каждом пулемёте, что делало их не взаимозаменяемыми. Пулемёт был намного массивнее и имел высокий передний лобовой щиток. Говорить о том, чтобы переносить его усилиями двух человек, не представлялось никакой возможности. Но за первым разочарованием я всё же нашёл и плюсы. Высокая скорострельность, дальность и точность стрельбы делали его лидером в будущих сражениях. Так как нормальной альтернативы этим пулемётам на данный момент не было, то нам придётся учиться использовать то, что имеется под рукой. Минусом было использование дымного пороха и тряпочной ленты, которая тянулась и могла подклинивать подающее устройство.

Кстати, вспомнив про бездымный порох, я понял, что необходимо срочно получить на него и его производство патент, пока его не украли американцы. Заодно нужно проверить все публикации в научных журналах, по которым разведки других стран узнавали все наши секреты. Я даже отвлёкся от этого и стал записывать свои мысли по этому поводу в небольшой блокнот, который я постоянно носил с собой. За этим занятием меня и застал император.

— Что ты опять пишешь, Никки? — произнёс он, подойдя ко мне.

— Вспомнил, что американцы украли у нас секрет бездымного пороха и надо этому воспрепятствовать, — сказал я, так что нас никто не услышал.

— Но ведь на заводе предпринимаются все необходимые меры, как они смогли выяснить секрет производства? — спросил он нахмурившись.

— Так господин Менделеев подробно описал процесс производства в научном журнале, а заполучить его большого труда не составит. К сожалению, сохранению секретов государственной важности наши учёные не приучены, и это наносит существенный вред нашему государству. И нужно ускорять работы по повсеместному внедрению бездымного пороха не только в артиллерии, но и в лёгком вооружении.

— Да, это серьёзный промах с его стороны, и ведь не накажешь его, он вносит большой вклад в развитие современной науки. Надеюсь, тех функций по контролю за безопасностью нашей страны, переданных тебе, будет достаточно, чтобы предотвратить это в будущем. Ведь на сохранение секретности тратятся огромные средства, а такие утечки наносят существенный вред нашему государству.

— Да, я сразу же, как освобожусь, займусь этим вопросом и лично переговорю с господином Менделеевым по поводу секретности и публикации его трудов. Заодно подкину ему несколько новых идей. Надо будет ввести уголовную ответственность за разглашение государственных секретов специально для научных работников и сотрудников, да и некоторые разработки в медицине следует на время засекретить, — сказал я и повёл показывать государю, как обучается моя охрана.

В этот раз я решил продемонстрировать, как ведут стрельбу сразу десять моих охранников, пятеро из которых казаки.

Стрельбы прошли успешно и с большим эффектом. Единственным минусом было как раз большое количество дыма, но моя охрана научилась уже стрелять на память, и результаты были потрясающими. Все сто мишеней, выставленные на разном удалении и широким фронтом, были уничтожены слаженным залпом десяти человек из револьверов с двух рук.

Император впечатлился и скорострельной стрельбой из винчестеров, после чего изъявил желание лично пострелять и из револьверов, и из винчестера. После этого пока меняли мишени для демонстративной стрельбы из пулемёта, мы провели тренировку с игрой в охрану и террористов. В этот раз по импровизированному полигону между деревьев передвигались мы с отцом, а окружающие нас охранники пытались нас защитить.

На это у нас ушло ещё полчаса, при этом несколько попаданий шишками мы всё-таки получили. Чем, как я видел, был очень недоволен мой отец, посетовавший, что мои охранники не очень расторопные. Поэтому я предложил, заменить мою охрану на его и проверить её в действии. Император загорелся идеей, и через полчаса мы провели несколько тренировок, по итогам которых он признал полную несостоятельность своей охраны, так как попаданий шишками мы получали очень много, а действия охраны часто задевали невинных прохожих, которые должны были создать вид толпы.

По итогу своеобразных соревнований он отдал приказ начальнику своей охраны, подробным образом изучить наши тренировки и проводить их до тех пор, пока их результаты будут не хуже результатов моей охраны.

Дальше мы провели испытания стрельбы из пулемёта, при которой я сразу же записывал выявленные мною недостатки и методы их устранения.

Стрельбу проводили с разной дистанции, и каждый раз тщательно фиксировали процент попаданий. Все моменты заедания при стрельбе тщательно фиксировали, записывая в специальный журнал. Затем я провёл опрос среди присутствующих по применению пулемётов и отметил, что большинство не понимает всех преимуществ данного устройства.

Настрелявшись и проведя множество тренировок, мы отправились обратно во дворец. По моему приказу пулемёт тщательно укрыли от посторонних взглядов, а я поручил организовать рядом круглосуточную охрану, а также провести обучение всей охраны умению управляться с ними. Виктор Сергеевич всё время на полигоне, старался не привлекать к себе внимание, поэтому нормально поговорить нам не удалось, а сразу по возвращению во дворец меня позвали на обед в узком семейном кругу.

Глава 29. Борьба за права женщин.

После Бога мы в первую очередь в долгу перед женщиной:

сперва она дарует нам жизнь,

а потом придает этой жизни смысл."

Кристиан Нестел Боуви

Обед опять проходил без посторонних, слишком личные темы мы обсуждали, и родители решили пока никого не посвящать в наши планы. Вначале мы ели молча, каждый думая о своём и не решаясь перейти к серьёзному разговору, опасаясь опять отвлечься от обеда, но когда все насытились и перешли к чаю, император произнёс:

— Я сегодня много думал по вопросу расширения прав женщин и боюсь, что общество ещё не готово к таким переменам. Права женщин традиционно ограничиваются не только в нашей стране, но и во всём остальном мире. Поэтому я думаю, что с этим вопросом нужно повременить.

— А я предлагаю поступить иначе. Что если завтра, в такой значимый, для православных христиан, праздник, устроить большой крёстный ход, в котором будут участвовать одни только женщины. С иконой Покрова Пресвятой Богородицы и портретом Государя императора, женщины из учебных заведений, благотворительных организаций и крупных предприятий устроят шествие по Невскому проспекту в знак выражения благодарности за защиту их прав. И такое шествие можно будет проводить ежегодно, как дань женскому вкладу в развитие нашего государства и общества. Если этим вопросом займётся Мария Фёдоровна, то я уверен, что это всё можно успеть организовать вовремя. Нужно использовать телефон, как средство связи и обзвонить необходимые учебные заведения, а также переговорить с крупными промышленниками о предоставлении внеочередного выходного дня женскому персоналу. Пусть это будет и не очень большое количество народа, но этого хватит показать всему обществу сплочённость самих женщин и готовность общими усилиями отстаивать свои права. Это поднимет авторитет не только императора, но и всей императорской семьи, — сказал я, наливая себе новую порцию чая.

Мои родители надолго задумались над моим предложением, ведь подобного ещё никто не проводил, и для нынешнего общества это было очень необычно. Первой, конечно же, не выдержала Мария Фёдоровна, она отставила в сторону свою кружку с недопитым чаем и посмотрев на мужа, произнесла:

— Я полностью поддерживаю предложение моего сына и готова также возглавить шествие по невскому проспекту. Предлагаю провести шествие сразу же после литургии в Александро-Невской Лавре и пройти по Невскому проспекту до Зимнего дворца. Необходимо срочно отдать необходимые распоряжения и начать подготовку к празднику. Я уверена, что сумею всё организовать вовремя и больших недочётов не будет.

После своих слов она положила свою ладонь на руку Александра Третьего и посмотрела ему в глаза. Император уже готовый дать отрицательный ответ по моему предложению, взглянув на супругу, неожиданно смутился, после чего, слегка поникнув головой, произнёс:

— Конечно, дорогая, я полностью поддерживаю предложение своего сына и отдам все необходимые распоряжения.

От его слов моя мать расцвела на глазах и, быстро попрощавшись, вышла из гостиной, а отец, взглянув на меня, недовольно пробурчал что-то себе под нос и стал пить чай, глядя в свою чашку. Я не стал ему мешать и также занялся чаепитием, стараясь в уме спрогнозировать последствия от таких перемен в обществе. Не слишком ли я рьяно взялся менять устои этого общества и не обернутся ли мои благие намерения ещё большим кровопролитием, чем было в моей реальности. Мы так просидели около двадцати минут в полной тишине, пока не зашёл слуга и не сообщил, что меня уже дожидается начальник охранной службы Санкт-Петербургского отделения, полковник Секеринский Пётр Васильевич, поэтому, простившись с отцом, я отправился в свои комнаты, планируя по дороге предстоящий разговор.

Пётр Васильевич дожидался меня в гостиной вместе со своим секретарём, поэтому усевшись за небольшой стол, мы сразу же перешли к насущным вопросам.

— Ваше Высочество, я уже приступил к формированию новых отделов в Службе безопасности, и мне бы хотелось получить более конкретные задачи, на которых требуется сфокусировать наше внимание. Это мой личный помощник, поручик Родионов Виктор Павлович, состоит в филерском охранном отделении, ему во всём можно доверять, он будет постоянно находится при вас и сможет выполнять любые ваши распоряжения, — произнёс он, присаживаясь за стол.

— В первое время я постараюсь не вмешиваться в вашу работу, полагаясь на ваш опыт управленца и руководителя, но хочу предупредить сразу, что график работы у вашей организации должен быть круглосуточный. Сформируйте специальные отряды быстрого реагирования из офицеров и солдат, имеющих опыт в разведке, наблюдении и силовом захвате. Я составлю необходимые инструкции по обучению и подготовке групп быстрого реагирования. Служба должна иметь постоянную телефонную связь со мной и вами для возможности оперативного реагирования на возникающие угрозы. В первую очередь необходимо найти и изъять все научные журналы, в которых описывается метод производство бездымного пороха, разработанного Менделеевым, а с него взять подписку о неразглашении в будущем секретных данных, могущих нанести вред нашему государству. Если не удастся найти все номера данного журнала, необходимо заняться регистрацией патентного права на его изготовление и вообще серьёзно заняться вопросом получения патентов на разработки наших учёных, я постараюсь представить список наиболее значимых изобретений. Начинайте вербовку сотрудников крупных промышленников и купцов для отслеживания их деятельности как внутри страны, так и за рубежом. Необходимо сформировать целую сеть подразделений по всей стране, способную выполнять, очень большой перечень поручений. Для этого вам необходимо отбирать самых способных сотрудников существующих служб. Также одним из первых поручений, которые я вам выдам, будет полная зачистка воровских притонов, шаек и банд. Разрешаю принимать самые грубые меры в допросах и методах воздействия на матёрых преступников. Все крупные города, такие как Санкт-Петербург, Москва, Киев, Ростов-на-Дону, Одесса, должны быть полностью зачищены от преступности. Матёрых воров и бандитов необходимо содержать отдельно от обычных преступников и существенно ограничить их права. Организованная преступность должна быть искоренена в Российской Империи. Внедряйте своих сотрудников, вербуйте членов банд, при оказании сопротивления в живых можно никого не брать. Я прослежу, чтобы провели ужесточение законов в отношении организованной преступности. Всех осуждённых по этой статье будут отправлять в специальные лагеря строгого режима.

У вас есть ровно год, чтобы навести порядок в крупных городах Империи, и два года на то, чтобы этот порядок был во всех городах. В средствах я вас не ограничиваю, но в первую очередь займитесь столицей, — выдал я ряд распоряжений.

— Я приложу все усилия, чтобы выполнить ваше поручение, — ответил Пётр Васильевич.

— Следующим не менее важным поручением будет создание средств прослушивания дипломатических представительств и в первую очередь, всех крупнейших держав. Эта служба должна быть наиболее засекречена, а данные по её работе необходимо предоставлять только мне и Его Императорскому Величеству. Соберите необходимых специалистов, а расскажу, как им разработать и создать простейшие средства прослушивания удалённых помещений. Возможно, что подобные устройства будут временно устанавливаться и у определённого ряда чиновников, но все подобные мероприятия проводить только с моего письменного разрешения. Нарушивших данное правило ждёт пожизненная каторга. В отношении преступников занимающихся подделкой документов, фальшивомонетчиков и профессиональных взломщиков необходимо сформировать особые группы, которые будут работать на нас и заниматься изготовлением поддельных денег и документов в интересах нашей страны, а также они будут заниматься обучением наших специалистов. Особое внимание уделите секретности этого проекта в противном случае, если подобная информация всплывёт, то мы объявим это частной инициативой, и сотрудник, допустивший утечку данных, а также его начальник, будут осуждены как обычные преступники.

— Но ведь это не совсем честно по отношению к союзникам и дружественным нам державам, — произнёс Пётр Васильевич.

— Запомните один раз и навсегда, у России есть только два союзника — это армия и флот. Все остальные, так называемые «союзники», готовы воткнуть нам нож в спину при первой возможности. Возьмите последнюю Крымскую войну. Что по её итогам получила Российская Империя? Поэтому для нас важны только интересы нашей страны, а интересы других стран будут учитываться только в том случае, если это будет выгодно нашей стране. Многие протестные настроения, так называемые тайные общества и всевозможные кружки финансируют наши союзники и торговые партнёры, поэтому ослабление национальных валют данных держав сыграет нам на руку. Этими деньгами мы сможем финансировать протестные настроения, диверсии, покупку вооружений, научных разработок и многое другое, в интересах нашей страны. Поэтому необходимо держать это в глубокой тайне и ограничить круг посвящённых в это. Сейчас идёт скрытая, тайная война за влияние в этом мире, и нам нельзя оставаться в этот момент в стороне. А сейчас я хочу поставить вас в известность, что завтра после службы в Александро-Невской Лавре пройдёт крёстных ход, в котором примут участие большое количество женщин, выражающих свою благодарность в связи с расширением их прав в нашем обществе. Поэтому я попрошу вас обеспечить дополнительную безопасность данного мероприятия, тем более, что там возможно участие императрицы Марии Фёдоровны. Проследите, чтобы недовольных новыми изменениями в законе, было не очень много, и своё неудовольствие они не посмели выразить в какой-либо форме. Так как времени на подготовку у вас осталось слишком мало, то прошу вас не задерживаться, а возникшие вопросы мы обсудим с вами завтра вечером, — сказал я, вставая, показывая тем самым, что наша встреча окончена.

Сразу после этого я отправился к отцу для согласования завтрашних мероприятий.

Его я застал в своём кабинете с пером в руках, работающий над каким-то документом. При моём появлении он отложил перо в сторону и, скомкав бумагу, выбросил её в мусорное ведро, уже заваленное подобными клочками исписанных бумаг и произнёс:

— Ну и задачку ты мне задал сын. Как за несколько часов написать манифест о расширении прав женщин?

— А не нужно ничего придумывать. Напиши в общих фразах, а остальное пусть сформулирует созданная тобой комиссия во главе с Марией Фёдоровной. Они создадут основные правила и постановления, а тебе останется лишь разбить их на несколько частей и постепенно внедрять в виде правок к законам. Ведь кому, как не женщинам, знать, где их права наиболее ущемлены. Поэтому главное — создать манифест о равенстве прав мужчин и женщин в Российской Империи. Напечатать это в завтрашней газете. И провести Крёстный ход и шествие женщин, выступающих за равноправие в обществе, всё остальное сделают уже другие люди. Останется только проконтролировать этот процесс, — сказал я, стоя перед отцом.

— Всё у тебя просто на словах, и к чему такая спешка, можно ведь и повременить с этим, — произнёс он, беря новый лист бумаги.

— Нужно заставить всех жить по нашим правилам, и пусть они догоняют нас, чем мы плетёмся в хвосте колонны, уходящей в страну процветания. Наши действия и политика должны быть не предсказуемы, но точно выверены.

— Хорошо. Я напишу в самой простой форме и дам распоряжение о срочной печати, но ты тогда будешь участвовать в этой комиссии, и все решения будешь принимать ты, а я только давать согласие на эти реформы, — произнёс отец и занялся написанием текста, а я отправился искать своего адъютанта.

Глава 30. Подготовка к реформе.

Глава 30. Подготовка к реформе.

Более яркого проявления слабости,

чем террор,

в мире не существует.

Дэн Браун

Виктора Сергеевича я нашёл у себя в гостиной, где он отдавал распоряжения своему секретарю. Дождавшись, когда он освободится, я предложил ему отправиться прогуляться по Гатчине и её окрестностях.

Через двадцать минут, после того как всё было подготовлено, мы вдвоём в открытой коляске и в сопровождении охраны, отправились на прогулку.

— Виктор Сергеевич, как проходят дела с закупкой зерна в Европе? — спросил я, когда мы отъехали от дворца.

— Основные покупки уже завершены, я взял на себя смелость и через доверенных лиц купил на большую сумму фьючерсы на зерно. Но цена уже пошла вверх, откуда-то слухи о возможных проблемах с поставкой зерна из России уже появились в Европе, и многие производители начали поднимать цены.

— Это хорошо, что вы проявили инициативу в нужном направлении, но с фьючерсами будьте аккуратнее. После нового года не позднее конца февраля необходимо их продать, так как по ним может быть неисполнение обязательств. Зерно нужно так же придержать до марта и постепенно малыми партиями продавать. Можно использовать в том числе и аукционы, это позволит получить дополнительную прибыль. Когда ситуация станет более-менее понятна, то излишки зерна мы всё же продадим. К тому же я предвижу повышенный спрос со стороны европейских государств, и они обратятся к нам с просьбой о поставках, а мы сможем выбить под это дело послабления в других областях внешней торговли. Главное не переусердствуйте, нам, конечно, важна прибыль, но и слишком наглеть в этом деле нельзя, иначе нас не поймут. Заодно займитесь скупкой зерна в губерниях, где собрали хороший урожай и озаботьтесь правильным хранением его. Как продвигается акционирование и когда будет объявлено о сборе подписок на акции?

— Примерно через две недели всё будет подготовлено и можно будет объявить о начале процедуры сбора заявок уже официально, — сказал мой адъютант.

— За пять дней до начала подготовьте в Санкт-Петербурге зал, где я проведу встречу с будущими акционерами и обязательно пригласите прессу, лояльную императорскому дому. И вообще возьмите за правило, на все важные встречи приглашать представителей прессы, допуская только тех, кто лоялен нам или кто критикует в рамках приличий, не переходя определённую черту. Завтра планируется объявить Императорский манифест об уравнивании прав женщин, в связи с этим пройдёт крестный ход, который возглавит императрица и воспитанницы женских учреждений, поэтому необходимо, чтобы большинство газет правильно описали произошедшие изменения в политике государства по отношению к женщинам. Вот вам основные тезисы, которые должны звучать в статьях, освещающие эти события. Постарайтесь найти подход к большинству крупных газет, и намекните им, что в случае отказа сотрудничать в определённых вопросах, у газет могут возникнуть определённые трудности в будущем к допуску на освещение мероприятий государственной важности. Их просто не будут пропускать в целях безопасности и им придётся довольствоваться бульварными слухами. Теперь любые события смогут посещать журналисты, но только аккредитованные Службой безопасности. Я отдам такое распоряжение уже сегодня.

— Но ведь журналистская братия смешает нас с грязью и будет выливать помои на действия нашей семьи.

— Пусть попробуют. Я уверен, что ужесточение ответственности и громкие судебные процессы смогут быстро навести порядок в среде свободных журналистов, ну а тех, кто совсем не захочет идти на сотрудничество, ждёт закрытие или неожиданные пожары, устроенные различными проимперскими кружками и организациями, которые появятся в скором времени по всей России.

— Но ведь это будет всё незаконно? — спросил князь, с удивлением глядя на меня.

— Мы будем бороться с террором их методами. А тех, кто будет сильно возмущаться, мы найдём возможность заставить замолчать. Власть должна быть сильной, и только в этом случае она будет приносить пользу обществу. Какие работы ведутся по разработке горы Магнитная? — спросил я, неожиданно поменяв тему разговора, но князь явно был готов к ответу и незамедлительно ответил мне.

— Я дал распоряжение сформировать три независимые экспедиции, которые проведут копку пробных вертикальных штолен, чтобы определить примерный объём залежей. Если данные подтвердятся, то желающие вложиться в промышленную разработку месторождения найдутся без больших проблем, даже у нас в стране.

— Это правильно. Начинать надо с обследования территории, и привлеките к этому независимых зарубежных геологов, их мнение будет учитываться за рубежом. А как обстоят дела на Дальнем Востоке? Есть уже результаты по экспедициям? — спросил я.

— Да, первое месторождение угля и небольшие залежи железной руды уже нашли, произведена первая оценка, которая говорит о хорошей рентабельности при добыче и по составу угля. Японцы уже готовы приступить к разработке и прокладки ветки железной дороги.

— Проследите, чтобы геолога, указавшего на залежи угля и руды, наградили и не забыли про титул. Это очень важный момент, пусть проведут это в торжественной обстановке и обязательно напишут об этом в газетах, — сказал я, на что князь утвердительно кивнул и записал мои распоряжения в свой блокнот.

— Ещё поступили первые данные по удобным для заселения районам с мягким климатом и незначительной удалённостью от планируемой железной дороги. Я привлёк несколько аграриев и людей, хорошо разбирающихся в этих вопросах, по их заверениям уже можно планировать строительство не менее пятидесяти деревень по пятьдесят дворов, а через месяц они подготовят данные ещё о сотне таких мест и более десятка деревень на несколько сотен домов, в будущем они станут областными центрами. По каждому из них составляются рекомендации по ведению сельского хозяйства и животноводства, — сказал Виктор Сергеевич, заглядывая в свой блокнот.

— Этого очень мало, нужно ускорить работы в этом направлении, привлекайте дополнительные поисковые отряды, выделяйте финансирование. Впереди зима, поэтому весной они должны уже будут начать усиленно работать. На строительство деревень выделите средства для найма артелей, пусть это будут дома и из сырого леса, но они должны быть возведены в кратчайшие сроки, а семьи для переселения уже должны быть сформированы. С первыми переселенцами отправьте проверенных людей, которые должны будут указать на все недочёты и трудности для оперативного их устранения. Артели нанимайте через аукцион, составьте подробные списки необходимых построек и запасы пропитания на один год. Предусмотрите резервный фонд, на случай неурожая первого года. Поселенцы не должны голодать. Пока готовятся проекты законов по этому вопросу, к осени уже всё должно быть готово к первым переселенцам. Поставьте жёсткие сроки по строительству и качеству работ, предусмотрите штрафные санкции за их нарушение. Нам нельзя совершать ошибки, особенно на начальном этапе переселения. Проследите, чтобы в число первых переселенцев, вошли здоровые, полноценные семьи, способные справиться с возможными трудностями на месте. Обязательно опишите всё это в газетах, с подробным описанием всех условий переселения. Проведите разъяснительную работу среди казачества, особенно в регионах, где земли уже не хватает, и организуйте их переселение на наиболее беспокойные участки, ближе к границе. Они послужат дополнительной защитой от набегов различных бандитов и контрабандистов. Как идёт работа по поиску личных порученцев?

— Я уже подобрал с десяток кандидатов, можно их будет завтра посмотреть, — ответил князь.

— Хорошо, пригласите их на вторую половину дня и подготовьте по каждому короткую справку. Я хочу лично отобрать нужных кандидатов, — сказал я.

Так незаметно за разговором мы объехали всю Гатчину и ближайшие её окрестности, после чего вернулись во дворец, где я попросил найти оставленного для меня порученца из службы безопасности, поручика Родионова Виктор Павловича.

Когда в кабинет вошёл поручик, я внимательно его рассмотрел. Это был ещё довольно молодой человек, крепкого телосложения, с твёрдым взглядом и молодецкими усами. Одетый в идеально отглаженную форму.

— Присаживайтесь, поручик. Нам предстоит долгий разговор. У вас есть куда записывать свои распоряжения? — спросил я, указывая на соседнее кресло, стоящее у моего стола.

— Так точно, Ваше Высочество, — ответил он, присаживаясь.

— Когда мы наедине можете обращаться ко мне просто, Николай Александрович. Расскажите коротко о себе, чтобы я имел представление, с кем мне предстоит работать, — сказал я.

— Родионов Виктор Павлович, из обедневших дворян. Отец погиб во время последней войны с Турцией, мать погибла от чумы ещё в детстве. Воспитывался в кадетском училище, проходил службу в жандармерии в Царстве Польском. Окончил офицерское училище, имею опыт оперативно-розыскных работ. Отличная память, в том числе и на лица. Хорошо знаю польский и английский языки. Учился у пластунов опыту разведки и снятия часовых. Неплохо стреляю и дерусь на шашках. Не женат. Готов служить верой и правдой Вашему Высочеству, — отрапортавал он явно заученную характеристику.

— Это похвально, что вы готовы служить верой и правдой мне, а как же Родина. Готовы вы положить свою жизнь за неё? — спросил я, явно провоцируя поручика.

От моих слов, он вскочил со своего места и встав по стойке смирно, отрапортовал,

— Так точно. Готов служить, не щадя живота своего!

— Я услышал вас поручик. Присаживайтесь, мы не на плацу. Объясните мне причину, побудившую вас стать не кадровым военным, а жандармом? Ведь служба в жандармерии низко ценится среди военных, — спросил я.

— Первоначально я действительно хотел пойти по стопам отца, но в армии слишком сильна «уставщина», а я люблю свободу в выборе своих действий и возможность применять нестандартные подходы к решению поставленных задач.

— Ну что же… Я думаю, вы мне подходите, но хочу предупредить вас сразу за разглашение любых сведений, которые вы узнаете, работая на меня, и за предательство, вас будет ждать только одно наказание — смертная казнь. Вас обязательно будут подкупать, пытаться надавить на вас и даже угрожать вам или вашим близким. Обо всех фактах вы обязаны будете докладывать мне. При этом довольно часто вам придётся брать взятки и сообщать мне об этом. Все взятые деньги будут расходоваться на нужды государства и на оперативные расходы. Взяточничество пока не искоренить, поэтому мы составим список, за что и какие суммы вы будете получать. Десять процентов с этих средств, вы сможете тратить на своё усмотрение, без отчёта. А теперь доставайте ваш блокнот и готовьтесь записывать.

Я дождался, когда он достанет бумагу и карандаш, и начал отдавать первые распоряжения.

— В первую очередь, составьте мне список всех имеющихся тайных обществ и различных организаций, занимающихся призывами к смене власти и проведению реформ. Разделите из на несколько категорий по опасности, которую они представляют не только государству, но и отдельным её членам. Всех членов таких организаций как Молодая Россия, Народная расправа, Народная Воля, Земля и Воля, Чёрный передел, Свобода или Смерть, а также все подразделения этих организаций. Сейчас некоторые из них уже прекратили своё существование, а многие их участники скрываются за рубежом. Поэтому необходимо будет провести не только их арест, но и членов их семей. Наложить арест на всё их имущество и банковские счета. Аресты необходимо провести согласованно и одновременно по всей Российской империи. Всё это необходимо провести в течении трёх дней, начиная с завтрашнего. Младших членов семьи передать на содержание в детские дома. Тех, кто пойдёт на сотрудничество, разрешается перевести из тюрьмы в специально подготовленные монастыри. В каждом таком случае подготовьте провокационную возможность побега. К участникам этих обществ разрешается применять более жёсткие меры допросов и воздействий. Членов семей, бежавших заграницу участников тайных обществ, содержать под стражей до возвращения беженцев. В последствии по всем этим случаям мы будем оговаривать условия отдельно. Учтите, что общее число членов этих обществ превышает три тысячи человек. Среди их участников, есть очень влиятельные люди, такие как, генерал генерального штаба Никола́й Никола́евич О́бручев, и другие видные деятели, и чиновники. К ним особых мер воздействия не применять до особого распоряжения. Не все из них поддерживают сейчас идеи, которыми их увлекли в прошлом, но если они пойдут на сотрудничество, то мерой пресечения им можно будет избрать домашний арест. В случае их побега, их семьи будут заключены под стражу. На время проведения операции необходимо закрыть все малые пункты пропуска на границе и отложить выход кораблей из порта, в том числе и дипломатических, под предлогом обеспечения их безопасности и провести поиск бомб, якобы заложенных террористами. Усилить наблюдение за дипломатическими ведомствами других государств. Эта операция потребует огромного напряжения всех сил не только жандармерии, но и потребуется привлечь армейские подразделения. Особо хочу отметить арест семьи Ульяновых в полном составе. На этом пока всё, завтра я сообщу вам ещё некоторые подробности, поэтому пока можете отправиться в Санкт-Петербург и передать мои указания Секерскому Петру Васильевичу. И передайте ему мою просьбу не затягивать с этим делом, — дал я указания поручику и отпустил его.

Глава 31. Денежная реформа.

Как из копеек составляются рубли,

так и из крупинок прочитанного составляется знание.

Владимир Иванович Даль

Отпустив прапорщика, я задумался над основным вопросом, столь необходимым сейчас. Где взять деньги? Даже не так… Где взять много денег? Первое, что пришло на ум, это клады, но как я не напрягал свою память, то не мог вспомнить что-нибудь достаточно крупное и доступное в ближайшее время. Следующей мыслью было решение, взятое в советские годы — это Государственная лотерея. Идея довольно проста как в исполнении, так и понятна для окружающих. Сейчас лотереи проводятся, но довольно скромно и без должного размаха, ведомство лотереи, как раз подчиняется министерству внутренних дел, поэтому мне не нужно спрашивать разрешения на проведение реформ. Я записывал всевозможные варианты, приходящие мне на память, пытаясь выбрать наиболее значимые и яркие для нынешнего общества. Через два часа упорного труда я решил отложить это занятие и для начала проконсультироваться со специалистами, но сама идея мне понравилась, единственная трудность состояла в достаточно веской причине выпуска, так как нынешнее общество привыкло, что в основном все лотереи были благотворительными, но я думаю, что и здесь я смогу что-то придумать в ближайшее время. Ещё одной статьёй доходов может стать конфискация имущества осуждённых за пособничество террористам и участников тайных обществ, но и это не решит вопрос со сбором средств на проведение необходимых реформ.

Повышать налоги сейчас практически бессмысленно, и нужно изыскивать способы взять деньги за границей. Можно попробовать организовать финансовую пирамиду где-нибудь в Америке и Европе, но это потребует очень серьёзной проработки и создания специального отдела, который будет заниматься этим вопросом. Но и этот способ, достаточно долгий, а деньги необходимы уже сейчас. Ещё один способ — это выпуск государственных облигаций под три-пять процентов годовых, но это уже требовало согласований с императором.

Тут мне вспомнилась история из моего мира, когда Соединённые Штаты Америки договорились с Саудовской Аравией о продаже нефти за доллары. Это позволило сделать национальную валюту одной страны в качестве мирового платёжного средства. Идея сформировалась в моей голове, и я принялся за расчёты, стараясь привязать текущие цены и товарооборот между странами. Записывая расчёты на бумаге, я невольно поражался цифрам, которые у меня выходили, и от этого моё настроение сразу же пошло вверх. Не откладывая это дело в долгий ящик, я отправился к отцу, чтобы посвятить его в свои планы.

Мне пришлось прождать в приёмной около двадцати минут, пока отец не отпустит министра финансов Витте, который, выходя от императора, с интересом на меня посмотрел. В глубине его взгляда читалось явное недовольство, тщательно скрываемое за внешним видом.

Когда я зашёл в кабинет, то застал уставшего отца, который с ощутимым усилием, натянул на лицо улыбку и предложил мне присесть рядом с его рабочим столом.

— Что тебя опять привело ко мне, сын? — спросил он, беря из шкатулки в руку сигару, но поймав мой заинтересованный взгляд, с явным сожалением понюхав её, отложил в сторону.

— Отец, я решил проблему, где раздобыть достаточное количество денег для наших реформ. Я предлагаю запретить продавать зерно и определённые товары за валюту других стран и продавать только за рубли. При этом провести изменение в золотом стандарте и снизить содержание золота в четыре раза путём выпуска монеты достоинством в пятьдесят рублей с таким же содержанием золота, как и червонец, заменив остальной объём серебром. Это позволит увеличить выпуск монетарных денег в четыре раза. Для пополнения внешнего торгового баланса нам придётся выпустить в обращение не менее одного миллиарда рублей, что в свою очередь позволит нам получить один миллиард в валюте различных государств. Эти деньги можно будет пустить на реформы, которые мы планируем в ближайшем будущем. Кризис неурожая в этом и предыдущем году нам в этом очень сильно поможет. Возникший дефицит зерна приведёт не только к росту цены, но и за возможность получить физический товар покупателям придётся пойти на наши условия. При этом, если всё пойдёт, как задумано, то и на следующий финансовый год можно планировать на потребность в рублях на сумму от двухсот пятидесяти до четырёхсот миллионов рублей. Если и дальше проводить строгую политику в этом направлении, то постоянная потребность в рублях будет поддерживаться на уровне от пятидесяти до ста пятидесяти миллионов рублей в год. И это по моим самым скромным подсчётам. Пока об этом не следует объявлять, и необходимо постараться сохранить всё в тайне, иначе за это нас могут постараться сместить раньше времени. Но когда придёт продуктовый кризис в страны Европы, у них уже не будет ни времени, ни возможности помешать нам проводить самостоятельную валютную политику. И на первых порах ни в коем случае не выдавать кредиты в нашей валюте. А облигации, выпускаемые на внутреннем рынке, должны иметь хождение только внутри страны. Обменный курс для начала привяжем к стоимости товаров в Европе и Америке, а в будущем мы будем регулировать его самостоятельно, — рассказал я свою идею, пришедшую мне в голову.

Вначале император непонимающе смотрел на меня и переспросил:

— А если они откажутся покупать товары у нас за рубли?

— В обычной ситуации это не сработает, но сейчас от моего имени в Европе идёт массовая закупка зерна, продаваться которое будет уже за рубли. Когда там начнётся голод, и потянутся голодные бунты, мы предложим покупать у нас зерно не только дороже, но и за рубли. У них не будет другого выбора, как пойти на наши условия. Так как такого объёма валюты у них нет, то государственные банки обратятся к нашему с желанием приобрести эти рубли в обмен на золото или их национальную валюту, что позволит нам устанавливать довольно высокий уровень стоимости нашего рубля при снижении обеспеченности его золотом. За это время нам необходимо начать продавать новые высокотехнологические товары, которые ещё недоступны для цивилизованного мира. Это позволит в будущем вывести нашу валюту на новый уровень в международной финансовой системе. Главное — не растратить образовавшуюся валютную выручку впустую, — ответил я, с удовольствием наблюдая, как мои слова доходят до Александра Третьего.

Почти десять минут отец производил какие-то расчёты у себя на листке бумаги, после чего произнёс.

— Это самая настоящая авантюра, но если её удастся провернуть, то доходы будут намного больше озвученных тобой. И я согласен, что эта информация смертельно опасна для нас с тобой. Её необходимо держать в тайне. Только как заставить население вернуть уже выпущенные золотые рубли, чтобы не возникло неправильного обменного курса?.. — произнёс он свои мысли вслух.

— Я предлагаю выпустить облигации под высокий процент, к примеру, десять процентов годовых, сроком на один год и в обмен только на золотые рубли. Номинал их должен быть такой же в один, три, пять и десять рублей. Для населения это будет неплохое вложение средств в виде одного рубля на каждые десять вложенных. А нам позволит без проблем провести денежную реформу, одновременно с введением торговых ограничений на экспорт товаров за рубеж. Облигации можно продавать не только у нас, но и за границей, что позволит изъять основную массу денег. Причину для такого займа можно озвучить потребностью в золоте для покрытия внешних долгов. От этой реформы граждане нашей страны только выиграют, а зарубежные инвесторы выиграют за счёт укрепления рубля, — сказал я, пристально наблюдая за отцом.

— Это точно должно сработать, надо только проконтролировать, чтобы все собранные золотые рубли сразу же направлялись на переплавку.

— Ещё я предлагаю ввести водочную монополию на производство и продажу спирта и спиртосодержащих продуктов. Это позволит существенно увеличить поступление денег в казну государства, — высказал я внезапно возникшую идею.

— А господин Витте мне сейчас предлагал сделать то же самое, но я не уверен, что это даст значительный приток денег, и мне кажется, что борьба с контрабандистами и подпольным производством окупят себя, — произнёс отец задумчиво, а затем добавил, — ещё он убеждал меня, что необходимо сократить рабочий день и улучшить условия труда рабочих на заводах. В чём-то ваши идеи очень схожи. Мне кажется, вам нужно познакомиться ближе, возможно, ваши интересы во многом совпадут. Может, у тебя есть ещё какие предложения по улучшению финансового состояния нашей империи?

— Я бы предложил проявить большую активность в государственных лотереях, расширить перечень сборов и вариантов участия в ней. Это поможет привлечь неплохой капитал, — ответил я отцу.

— Ну этот вопрос находится под контролем твоего ведомства, поэтому поступай, как считаешь лучше. Есть ещё вопросы ко мне?

— Да. Я отдал распоряжение об одновременном аресте всех участников запрещённых тайных обществ, кружков и собраний, а также членов их семей. В течении трёх дней операция должна быть завершена. Но, возможно, последует и вторая волна арестов после проведения первых допросов, — ответил я.

— Ну, раз ты так решил, то я не буду выступать против, хотя мне кажется, что ты немного перегибаешь палку. Приказ я уже подготовил, и через два дня он разойдётся по ведомствам, а через три будет опубликован в крупных газетах. Я надеюсь, результат будет ощутимый и превысит негативные высказывания в обществе. Мне уже давно все эти вольнодумческие идеи не дают покоя. Кто-то из высокопоставленных чиновников будет задержан? — спросил он.

— Да. К примеру, я отдал распоряжение на арест начальника Главного штаба, генерала от инфальтилии, Никола́я Никола́евича О́бручева, он входил в первый Исполнительный комитет организации «Земля и Воля», при этом он мог знать о готовящемся восстании в Царстве Польском с целью отделения от Российской империи. В первое время, применять к ним строгие меры допроса не будут, но я хочу, чтобы они пошли на сотрудничество с нами. Если они будут пытаться скрыть истинную роль и участие в тайных обществах, тогда их допросом займутся на общих основаниях. Среди сочувствующих и поддерживающих идеи смены власти, всеобщей свободы и отделения регионов от нашей страны очень много покровителей в верхах, поэтому эта мера вынужденная и необходимая. В первую волну арестов попадут не менее трёх тысяч участников тайных обществ, а также около десяти тысяч членов их семей. Поэтому определённое возмущение в обществе будет, и недавно принятые реформы должны будут существенно снизить накал и их проявление. Конечно, на время придётся усилить охрану всех членов царской семьи и установить дополнительную слежку за подозреваемыми и дипломатическими миссиями. Я уже отдал необходимые распоряжения, — ответил я, видя явное неудовольствие на лице отца, как будто он съел лимон.

— Начальник главного штаба, замешанный в тайных обществах, это будет ударом по нашему имиджу, ведь его назначение утверждал я. Да и высшее командование осудит этот арест, тем более вместе с семьёй, — произнёс император, ломая в руках карандаш и откладывая его в сторону.

— Я считаю наоборот, это остудит очень многие головы и заставит многих остаться в стороне от подобного участия и покинуть ряды подобных организаций. Ещё я приказал арестовать имущество и банковские счета всех арестованных и ближайших членов их семей. А на время проведения операции по аресту закрыть внешнюю границу на два дня, включая торговые суда, — рассказал я о своих планах.

— Серьёзно ты взялся за вольнодумцев, я, пожалуй, так не смог бы. Ты уверен, что мы справимся с протестными настроениями в обществе? — спросил меня отец, пристально глядя на меня. После чего, дождавшись моего кивка, достал всё же сигару и, прикурив, откинулся на спинку кресла и замер там на несколько секунд, наслаждаясь свежей сигарой.

— А теперь, если у тебя всё, позволь мне продолжить приём посетителей, сегодня предстоит решить ещё не мало вопросов, — сказал отец, показывая этим, что разговор окончен, и потушил, только что прикуренную сигару.

Выйдя из кабинета и пройдя через приёмную наполненную чиновниками, я в приподнятом настроение отправился в свои комнаты, чтобы продолжить свои размышления.

Глава 32. Крестный ход.

Мужчина может построить дом,

но ему нужна женщина,

чтобы управлять домом

Амит Калантри

Расположившись в гостиной, являющейся для меня и приёмной, и рабочим кабинетом, я занялся решением проблемы, что же делать с большим количеством заключённых, которые появятся в ближайшие дни. Можно направить их на большую стройку, только какую именно.

Строить Беломорканал, смысла нет, так как по опыту стройки он был мелкий, да и большой потребности в пропуске судов я пока не вижу. Запускать какие-то грандиозные стройки пока рано, так как ещё нет для этого финансирования. Остаётся отправить всех на стройку Транссибирской магистрали, тем более, что опыт использования каторжного труда в том регионе уже есть. Нужно только проследить, чтобы условия труда были достойными и поощрять тех, кто исправно выполняет свою норму. Сделав соответствующие пометки в своём ежедневнике, я занялся планами на ближайшие дни. Следом за чередой арестов вольнодумцев и революционеров, последуют аресты криминальных элементов их нужно будет отправить на строительство Транссибирской магистрали отдельно от политических заключённых, но создать такие условия, что тех, кто будет отказываться работать, не будут кормить. Тех «специалистов», кто готов будет пойти на сотрудничество, нужно содержать в секретных и закрытых учреждениях. Для этих целей придётся выкупить старые и удалённые от населённых пунктов здания, в которых можно будет создать приемлемые условия для их работы. При этом необходимо обеспечить невозможность побегов, иначе мы можем получить серьёзные проблемы на дипломатическом уровне.

Все свои мысли я заносил в ежедневник, а часть дублировал на лист бумаги для передачи к исполнению в ближайшие дни. Предстояло поставить задачи и моим юнкерам, которые сейчас усиленно занимались обучением стрельбе и приёмам кулачного боя, различным захватам и технике пластунов. Не уверен, что все эти приёмы им пригодятся, но лишними они точно не будут.

Ужин в этот раз я провёл в своей гостиной с Виктором Сергеевичем, занятый расчётами, и, записывая мысли, приходящие мне на ум, мы ужинали молча. Пришедший слуга напомнил, что завтра рано утром мы всей семьёй едем в Александро-Невскую Лавру для участия в литургии, а затем и крёстном ходе, где основную роль будут выполнять ученицы различных учреждений и работницы двух крупных швейных фабрик, которых специально для этого отпустят на несколько часов с работы. Мероприятие готовилось в огромной спешке, такой непривычной в эти годы. Вообще, с моим появлением за неделю император издал такое количество судьбоносных для страны указов и манифестов, которые не издавались и за год. Жизнь в Гатчинском дворце забурлила от множества высокопоставленных чиновников, почувствовавших грядущие изменения и вереницей потянувшиеся в Гатчину с надеждой попасть на приём к Императору. С раннего утра вереницы карет стояли у пропускного пункта для проезда на территорию дворца в ожидании монашеской милости попасть на приём к Императору. Наиболее ушлые пытались попасть и ко мне на приём, но я всем без разбора отказывал, ссылаясь на сильную занятость, и это только подстегнуло желание встретиться со мной.

Когда, закончив ужин, мы принялись за чай, и я, отложив карандаш с бумагой, отвлёкся от своих записей, Виктор Сергеевич произнёс:

— Ко мне в последние дни обращается очень много влиятельных людей, как чиновников, так и промышленников с купцами, желающих встретиться с вами лично. Мне даже предлагают большие суммы за возможность организовать встречу с вами.

— Да, долго скрываться от общества у меня не получится, поэтому встречаться всё же придётся. В таком случае берите то, что вам предлагают, но не менее тысячи рублей, а так смотрите по ситуации. Все собранные деньги заносите в отдельную тетрадь, из этой суммы двадцать процентов берите на личные нужды, а остальное складывайте отдельно, это будет наш резервный фонд, на срочные нужды, — сказал я удивлённому от моего предложения князю.

— К вам навстречу просится барон Морис Эфрусси, родственник Ротшильдов и управляющий бакинской нефтедобычей, а также контролирующий зерновой экспорт через Одесский порт. До него дошли слухи о повышении пошлин на нефть и нефтепродукты, и я именно через них произвёл скупку свободного зерна на Европейском рынке, — сказал князь, отслеживая мою реакцию.

Ситуация с домом Ротшильдов всегда вызывала у меня опасения. Слишком влиятельными они были не только во Франции, но и во всём остальном мире. Игнорировать их я не мог, как и не имел существенных рычагов, чтобы надавить на них. Поэтому с ними придётся договариваться, но у меня есть, что им предложить.

— Назначите встречу с ним на ближайшее время, мне есть, что им предложить и что обсудить. И составьте список желающих встретиться, я составлю график приёма. У меня будет к вам просьба, проверьте и подготовьте в наше отсутствие привезённые картечницы «Максим». Нужно одну установить в закрытую коляску с возможностью быстрой готовности к стрельбе, и проверьте, чтобы с ними было два комплекта боеприпасов. Они нам могут пригодиться в ближайшие два дня. Есть у меня такое предчувствие, — сообщил я своему адъютанту.

Виктор Сергеевич, с удивлением посмотрев на меня, записал всё в блокнот, но задавать дополнительных вопросов не стал.

Засиживаться мы не стали, а так как рано утром предстояло отправиться в Санкт-Петербург, я лёг спать намного раньше.

Меня разбудили, когда было ещё темно и первые лучи солнца только собирались появляться из-за горизонта.

Во дворе уже стояло множество карет и большое количество охраны. Моя охрана стояла рядом с охраной императора и выглядела не так красиво, но зато была вооружена намного лучше, что сразу же бросалось в глаза. У каждого из казаков и охранников, сопровождавших меня, были укороченные винтовки и по два револьвера, а у некоторых и новые винчестеры. Помимо этого, каждый нёс по два ножа и шашку, а к седлу был прикреплён топор необычной формы.

Вся процессия растянулась почти на километр, и скорость движения была небольшая. Впереди двигалась охрана императора, затем шли две кареты с чиновниками, а за ними шла карета императора, запряжённая шестью лошадями белоснежной масти. Моя карета и охрана двигались в самом конце процессии. Только казаки из охраны, периодически меняясь, двигались впереди, осматривая не только дорогу, но и ближайшие заросли.

Эту манеру сопровождения я уже давно отработал с охраной, и они выполняли её без напоминания. Хотя вдоль дороги и стояли посты охраны в виде солдат и полицейских, но они были достаточно редкими и стояли в основном в крупных населённых пунктах, которые мы проезжали. Всю дорогу я дремал, и поэтому наше путешествие прошло для меня незаметно. На подъезде к Александро-Невской Лавре уже собралась внушительная толпа встречающих, подавляющим большинством которых были молодые девушки и женщины в нарядных платках.

Новость о новом манифесте царя ещё не разошлась среди народа, но все ожидали, что будет объявлено о новых изменениях в законе. Многие удивлялись большому количеству встречающих женщин и строили версии происходящего. Кто-то выдвигал даже версию, что будут выбирать невесту для наследника из народа. Все эти пересуды я прекрасно слышал, пока шёл к храму, где собралась ещё более внушительная толпа.

Служба прошла совершенно спокойно и без эксцессов. Когда император вышел и встал на ступенях храма, народ замер в ожидании. Приняв от одного из сопровождающих позолоченную папку с царским гербом и открыв её, император зачитал короткий манифест об уравнивании прав женщин наравне с мужчинами вне зависимости от сословного положения, после чего в народе поднялся невнятный шум, выражающий в основном удивление. После этого императрица Мария Фёдоровна вышла немного вперёд и сообщила всем, что в связи со столь значимыми переменами в жизни женщин, она упросила императора назначить этот день праздничным и с сегодняшнего дня отмечать его ежегодно и обязательно Крестным ходом в честь Божьей матери, Пресвятой Богородицы.

Эта новость вызвала ещё большее воодушевление у женской половины собравшихся, на лицах многих из присутствующих женщин засияли радостные улыбки.

Одна из женщин упала перед Марией Фёдоровной на колени, и следом за ней последовали и все остальные, включая мужчин и дворян, которые хоть и с неохотой, но всё же склонились в почтительном поклоне. Сразу после этого с иконой в руках императрица возглавила Крестный ход, за которым потянулся и весь собравшийся народ. Колокола Александро-Невской Лавры поддержали шествие колокольным перезвоном. Мы с императором и мужской частью сопровождающих шли почти в конце колонны, неся так же иконы с образом Пресвятой Богородицы. Что происходило в начале колонны, мы не видели, но удивлённые лица прохожих, говорили нам о том, что многие ещё не поняли о произошедших изменениях в нашей стране. Многие встреченные нами женщины присоединялись к шествию, периодически вознося хвалу Пресвятой Богородице и императрице Марии Фёдоровны. Когда мы уже дошли до Знаменской площади, то появились первые мальчишки продающие газеты с новым манифестом. Многие прохожие покупали их и, с удивлением читая, присоединялись к нашему шествию. Крёстный ход закончился перед Зимним Дворцом, у которого Мария Фёдоровна произнесла небольшую речь, после чего вместе со мной и императором прошла во дворец. Люди на площади перед дворцом не спешили расходиться, обсуждая необычное событие, произошедшее сегодня. Для консервативного общества, живущего столетними традициями, принять такие изменения было непросто, но та манера, с которой всё было проведено, и большое количество счастливых женщин всё же не давали возможность высказываться противникам этих изменений слишком громко, так как пара тумаков от стоящих рядом женщин быстро остудили слишком рьяные головы.

Сразу после пришествия во дворец меня и князя позвали на завтрак. На праздничном столе стояло довольно много разнообразных блюд, что было несколько не свойственно нашей семье, а счастливое выражение лица Марии Фёдоровны говорило само за себя. Когда мы немного перекусили, то моя мать, обращаясь ко мне, произнесла.

— Я благодарю тебя, сын, за то, что ты смог добиться от отца принятие этого закона. Теперь все граждане нашего государства стали поистине свободными, освободившись от многовекового рабства. Ведь бесправность женщин в нашем государстве ставила их на самую низшую ступень нашего общества. Ты бы видел слёзы радости на лицах встречающихся нам женщин, когда они узнавали о причине нашего шествия. В их глазах было столько боли и надежды на будущее, что я не могу передать это словами. Теперь осталось не менее важная часть — претворить этот закон в жизнь. Необходимо пересмотреть и откорректировать великое множество законов и подзаконных актов. А часть законов вообще отменить. Я уверена, что наше начинание обязательно поддержат и за границей, нужно только время на это. Надеюсь, ты поможешь мне с формированием комиссии по пересмотру законов и с их корректировкой? — спросила она.

— Конечно, мама`? — сказал я ей. — Самое главное не откладывать принятие этих законов и претворение их в жизнь. Придётся для начала публично наказать лиц, противящихся применению новых законов в жизнь, чтобы общество поняло всю серьёзность наших намерений.

Видя счастливое выражение лица своей супруги, и сам император постепенно перешёл в благодушное настроение. Обсудив погоду и планируемые события на ближайшие дни, император поинтересовался большим количеством сопровождающей меня охраны.

— В ближайшие дни я ожидаю вооружённое нападение на нашу семью, поэтому я предлагаю сегодня к вечеру отправиться обратно в Гатчину, так как там более безопасно, и войска, расположенные рядом, более лояльны. Завтра начнутся аресты, и возможно, они затронут многих влиятельных людей, включая армейских начальников, которые могут использовать своё положение для вооружённого сопротивления или даже восстания, — произнёс я.

Лицо Марии Фёдоровны при этом утратило свою весёлость и стало сосредоточенно напряжённым, после моих слов она спросила:

— Насколько серьёзны твои опасения, сын?

— Вся ситуация находится под контролем, и я очень надеюсь, что у кого-то не выдержат нервы и он рискнёт выдвинуть солдат в сторону Гатчины. Мне нужна показательная демонстрация нашей силы и намерений. К моему сожалению, пострадают практически невиновные солдаты, но без этой демонстрации у нас в будущем могут возникнуть серьёзные проблемы. Поэтому лучше расстрелять один полк солдат, чем потом воевать с целой дивизией.

Дальнейший завтрак продолжился в полной тишине. Все пытались осмыслить то, что я сейчас сказал.

Глава 33. В тягостном ожидании.

Дипломатия — это вопрос выживания в будущем столетии.

Политика — вопрос выживания до следующей пятницы.

Леонид Кондратьев

По дороге в Гатчину я занимался попыткой вспомнить простейшие промышленные достижения начала двадцатого века, получившие широкое применение. Я вспомнил, что в это время сварка и резка была ещё неизвестна, а она могла существенно облегчить производство. С резкой было проще, так как я вспомнил, что раньше резали металл керосиновыми резаками, а для этого нужен чистый керосин и кислород под давлением. С получением кислорода могут возникнуть небольшие затруднения, но нужно эту идею подать Менделееву, он обязательно справится. Сваркой же из наиболее доступных в данный момент является ацетиленовая горелка, так же использующая кислород и ацетилен, им кстати можно и резать. Надо обязательно озадачить этим вопросом Менделеева. В полутьме кареты, с маленьким светильником я усердно записывал в блокнот свои идеи.

Также нужно ускорить переход на бездымный порох, для этого опять нужно просить Менделеева заняться исследованиями в этой области. Значит, нашу встречу с ним не нужно откладывать, а наоборот ускорить. Придётся подготовить ещё несколько проектов усовершенствований, чтобы привлечь его на свою сторону и убедить возглавить секретную лабораторию в Кронштадте. Продувка стали в печах кислородом, электричество и его применение в лампах накаливания, заполненных азотом.

Тут я вспомнил про антибиотики и группы крови, этот вопрос так же не следует откладывать и необходимо заняться им немедленно. Группы крови выявляются путём оседания эритроцитов и свёртываемости крови, а антибиотик производится из пенициллиновых грибов. Получить чистый продукт скорее всего сразу не получится, но и с примесями он сможет спасти миллионы жизней. Ещё на ум пришёл аппарат Елизарова, который можно будет использовать совместно с пенициллином. Знания о вирусной инфекции и гепатите, профилактике туберкулёза, пересадке органов, пластической хирургии, аппарат измерения давления. Рентгеновский аппарат, применение витаминов, разработка вакцин. Пусть мои знания и являются поверхностными, но даже это сможет дать толчок развития медицины в нужном направлении. Необходимо только создать все условия для этого и контролировать ход исследований, возможно, я смогу подсказывать правильные решения в этом направлении.

Переберая воспоминания, доставшиеся мне от предыдущего владельца этого тела, прожившего до расстрела, у меня в голове всплыла фамилия Костовича Огнеслава Степановича. Он разработал первый отечественный бензиновый двигатель с карбюратором и электрическим зажиганием. Нужно обязательно пригласить его, ведь если двигатель доработать, то мы сможем занять лидирующее положение в мире по производству двигателей внутреннего сгорания. Также надо проконтролировать изобретение торпедного оружия и разработать правильную схему его применения. Ещё не забыть про авиастроение, какие-то мысли по этому поводу у меня есть, и их обязательно надо записать.

Записывая свои мысли и воспоминания, я не заметил, как мы добрались до Гатчинского дворца. Уже стемнело, и на улице горели многочисленные фонари, работающие, как я выяснил, на осветительном керосине. Когда я прошёл в свои комнаты, то застал в гостиной поручика, дежурившего у телефона, который успели провести в моё отсутствие. Эта новость меня порадовала, так как упрощала сбор данных по предстоящим событиям. Увидев меня с князем, поручик вскочил со своего места и отрапортовал.

— Ваше Высочество, все выданные вами поручения переданы в работу, и первые задержания начнутся сегодня поздно ночью. Нами так же отслеживается телефонная связь со всеми гарнизонами города и ближайших окрестностей. В готовности выступить находятся два кавалерийских полка, верных Его Императорскому Величеству и два полка казаков, расквартированных неподалёку. Охрана дворца существенно увеличена, и ужесточен контроль для всех посетителей. Посыльные будут вести доклад каждые пол часа. По предварительным данным только в Санкт-Петербурге под арест по черновым спискам попадут более тысячи человек и не менее пяти тысяч членов их семей. К сожалению, содержать всех раздельно не получится, но мы постараемся разделить особо значимые фигуры и поместить их отдельно. По итогам первых допросов планируется увеличение числа арестантов.

— Похвально, что вы в точности стараетесь выполнить моё поручение. В первую очередь постарайтесь надавить на арестантов через членов их семей, это должно сработать. Не забудьте про контроль над дипломатическими представительствами, устройте рядом с ними засады. Тех, кто постарается скрыться в них, обязательно содержать отдельно, и никого к ним не допускать. Надеюсь, к утру ситуация прояснится, и мы сможем выявить всех членов подпольных революционных кружков и ячеек, — сказал я.

— Мы уже всё подготовили, люди и солдаты, участвующие в задержание, специально отоспались днём и готовы работать не только ночью, но и весь завтрашний день. Нами на время арендованы четыре теплохода с каютами, куда так же будут свозить задержанных. Планируется содержать их по два человека. Там дополнительно сформировано восемьсот мест. На выездах из города стоят усиленные патрули, которые с начала операции будут проверять и задерживать всех подозрительных личностей. Все ваши пожелания, переданные мне в записке, были учтены, и по каждому пункту проведена серьёзная работа. Телеграфное сообщение на время будет приостановлено в связи с поломкой, но телеграммы будут приниматься и анализироваться специальными людьми, в особенности срочные. На завтра в случае напряжённой ситуации и протестных выступлений будет объявлен комендантский час, для этого все распоряжения подготовлены. Армейские части, как вы и просили, в известность не ставили, и дополнительных приказов они не получали. Специальные люди будут отслеживать обстановку в них, — отрапортовал прапорщик.

Мне определённо начинал он нравиться, нужно обязательно будет его поощрить.

— Будем надеяться, что всё пройдёт успешно. Я хочу после ареста генерала провести его допрос лично, поэтому можете переслать его под охраной поближе ко дворцу. Заодно и своих юнкеров возьму с собой, пусть набираются опыта. А теперь продолжайте свою работу, в случае поступления важных данных не стесняйтесь меня будить. Сказал я и вместе с Виктор Сергеевичем прошёл в соседнюю комнату, где для нас был накрыт стол и подготовлен чай.

После того, как мы уселись за стол, и я пригубил из стакана с серебренным подстаканником, сбор на основе лесных ягод с небольшим содержимым чёрного чая, князь задал мне вопрос:

— Ваше высочество, вы уверены, что выступление военных частей действительно будет?

Я на некоторое время взял паузу, после чего произнёс:

— Я на это очень надеюсь, — и видя недоумение на лице собеседника, добавил. — Я очень надеюсь, что найдутся глупцы, которые рискнут выступить против моих решений об арестах. Нас сейчас попробуют проверить на прочность, и насколько далеко мы готовы пойти в борьбе за российский престол. Если мы покажем слабину сейчас, то уже завтра протестные настроения захватят всю страну. Если мы сейчас сможет жёстко подавить любые протесты и правильно преподнести ситуацию, то общество пусть и не примет нашу позицию полностью, но будет считаться с ней в будущем. Ведь когда начинает бродить вино, достаточно охладить его, и брожение практически прекратиться, вот этим мы сейчас и занимаемся. Завтра с утра в газетах будет напечатан указ о тайных обществах и запрет всех революционных кружков и собраний, а также пропаганды всех вольнодумческих идей в обществе. Вместе с этим выйдет пояснение о земельной реформе и компенсациях, которые получат крестьяне, если в ходе реформы их наделы существенно уменьшились, или ухудшилось качество земель, которые они получили при выкупе, а также компенсация, которую они получат за выкупные платежи, уже уплаченные. Так же выйдут статьи о приведение условий труда к единому стандарту во всей империи, ограничении рабочего времени, обязательном выходном дне, бесплатном лечении за счёт работодателя, улучшении условий проживания и быта. Ограничение на труд детей и беременных женщин. Обязательное образование для всех граждан Империи. Пояснения к закону о равенстве полов. Это сможет остудить многие головы. Так же я готовлю проект создания молодёжных патриотических организаций, в которых будут готовить подрастающее поколение с целью поддержания царской семьи. Вот завтра и посмотрим, как общество воспримет грядущие перемены. Через два дня по итогам проведённых арестов и допросов, я соберу пресс-конференцию из аккредитованных репортёров и выступлю с заявлением по произошедшим событиям, а также отвечу на вопросы некоторых из них, — выдал я князю часть своих планов.

Мы посидели ещё молча, после чего меня позвали на ужин совместно с князем.

В гостиной был накрыт праздничный ужин, но на лицах моих родителей были следы волнений и переживаний.

Когда мы только приступили к ужину вошёл секретарь и, дождавшись кивка, доложил:

— Вас просит о личной встрече посол Великобритании Роберт Бёрнет Давид Мориер. Он готов немедленно прибыть в Гатчинский дворец для срочных переговоров с вами. По телефону он просит не откладывать встречу на завтра.

— Всё-таки прознали про аресты. А не плохо у них агентура работает, нам есть, чему у них поучиться, — произнёс я, откладывая вилку и отодвигая свою тарелку с едой.

Отец с интересом посмотрел на меня, а затем спросил:

— Что бы ты ответил на моём месте?

— Что император захворал и до завтрашнего дня будить только в случае, если Англия решит нам вернуть проливы Босфор, — ответил я императору.

— Но ведь проливами владеет Османская империя, а не Англия?

— Но только из-за позиции Англии мы до сих пор не можем получить эти проливы. Вот пусть и поразмыслят на досуге, что означают данные слова.

Задумавшись на минуту, император посмотрел на секретаря и кивнул ему, давая тем самым понять, какой ответ должен прозвучать.

Когда секретарь ушёл, Александр Третий посмотрел на меня ещё раз и спросил:

— А ты не боишься поссорить нас с Англией?

— Нет, у нас и так отношения схожие с холодной войной. Они постоянно пытаются, если и не ударить нам в спину, то хотя бы плюнуть в неё. Они никогда не стремились нам помочь, а наоборот повсеместно и везде, стараются навредить нам. То, что шпионы английского государства уже давно имеют доступ к самым секретным нашим проектам, я не удивлён, но всё равно рассчитывал, что о готовящихся арестах они узнают только утром. Посмотрим, что нам скажет наружное наблюдение за их дипломатическими домами. Возможно, нам удастся найти предателя, который работает на них. В любом случае принять его сейчас, это значит, уже пойти на уступки. Я бы рекомендовал и завтрашнюю встречу перенести на сутки, пусть подождут в приёмной, этим мы покажем, что знаем о том, что они участвуют в финансировании революционных кружков в нашей стране. А при встрече, когда посол начнёт напирать на ущемление прав интеллигенции и выражать протесты в связи с арестами, поинтересовался бы у посла, когда они предоставят независимость Ирландии и Шотландии, а заодно прекратят ущемлять права и свободу своих граждан. Я думаю, что такого они от нас не ожидают. Можно даже намекнуть на возможное признание независимости этих государств, в случае обретения ими свободы. Заодно рассказать о моём предложение открыть в этих регионах тайные общества по борьбе с нарушением прав национальных меньшинств. Я думаю, что они должны будут понять довольно прямые намёки, что в случае, если они продолжат свою подрывную деятельность в нашей стране, мы ответим тем же, но уже на их территории, — сказал я.

— Ты точно хочешь нас рассорить, ведь факты финансирования с их стороны не имеют никаких доказательств, — проговорил отец также, как и я, отставляя свою тарелку в сторону.

— Я надеюсь, что такие доказательства обязательно появятся в ближайшие дни, — ответил я.

Ужин мы завершили в полном молчание, и сразу же после него я отправился к себе, чтобы попробовать немного поспать, предполагая, что ночь у меня может быть бессонной.

Глава 34. Массовые аресты.

Из всех видов деспотизма самый страшный

— деспотизм верования и системы.

Большинство людей

- рабы моды и нелепых обычаев.

Георг Кристоф Лихтенберг

Ночь прошла довольно спокойно, и меня никто не беспокоил. Проснувшись раньше обычного, я, умывшись и переодевшись, вышел в гостиную, где за небольшим столом в углу сидел и бодрствовал прапорщик, а рядом с ним на часах дежурил один из солдат охраны.

При моём появлении охранник вытянулся по стойке смирно, а прапорщик, вскочив со своего места, доложил:

— Ваше Высочество, операция по аресту преступников проходит по плану, крупных инцидентов не зафиксировано. В трёх случаях пришлось применить оружие для задержания преступников, в результате перестрелки легко ранено шестеро сотрудников полиции, шесть подозреваемых и один убит при попытке бегства. При попытке проникнуть на территорию посольств Англии, Франции и Германии задержано пять человек. При попытке ночью покинуть город задержано шестьдесят четыре человек, пятеро из них уже арестовано, так как они находятся в розыске, по остальным проводится проверка. На данный момент в городе арестовано около шестисот человек подозреваемых, а также члены их семей. Арест начальника Главного штаба, генерала от инфальтилии, Никола́я Никола́евича О́бручева, произведён четыре часа назад, он уже доставлен в Гатчину, его содержат в летнем доме начальника штаба полка. Как вы и просили всем задержанным, не дают спать и есть, — закончил свой рапорт прапорщик.

— Какая обстановка в частях и были ли попытки поднять солдат? — спросил я.

— Никак нет. Попыток поднять солдат не выявлено, пока всё спокойно. Оппозиционные газеты уже опечатаны, а их работа временно приостановлена. Во время арестов выявлена подпольная типография, следователи уже проводят проверку по данному факту и выявляют всех участников. Владелец здания, а также члены его семьи уже арестованы, — доложил он.

В этот момент в гостиную вошёл невыспавшийся князь и сказал, обращаясь ко мне:

— Обстановка пока спокойная, я не мог уснуть, поэтому мы вместе с прапорщиком дежурили у телефона. Я уже приказал и сейчас подадут чай и лёгкий завтрак. Как я понимаю мы сразу отправимся на допрос Обручева?

— Да, не будем затягивать с этим делом. Он может нам очень помочь в выявлении недовольных в Главном штабе, поэтому нам нужно поспешить. Подготовьте всё нужное для нашей поездки, юнкера поедут с нами, пора им начинать учиться, — сказал я.

После лёгкого завтрака мы с князем и в сопровождении внушительной охраны отправились на допрос генерала.

У небольшого дома стояла внушительная охрана, а в самом доме горел свет, так как на улице ещё было недостаточно светло.

Когда мы с князем в сопровождении юнкеров вошли в дом, то в гостиной нас встретил не выспавшийся и недовольный генерал.

— Что это всё значит и какова причина моего ареста?

Я прошёл в комнату и уселся за стол, после чего пристально посмотрел на генерала и произнёс:

— Во-первых, вас, Николай Николаевич, пока не арестовали, а задержали и дальнейшая ваша судьба будет зависеть от вашего сотрудничества с нами. Вот, ознакомьтесь с новым указом императора, — сказал я, протягивая бумагу с копией приказа.

Генерал с недовольным выражением лица взял лист и углубился в его чтение, после чего положил обратно на стол и сказал, обращаясь к нам:

— Какое отношение этот указ имеет ко мне? Я не состою ни в каких тайных обществах и не поддерживаю революционные настроения.

— Вы, наверное, не внимательно его прочитали. В указе говорится об ответственности всех лиц, ранее участвовавших в подобных организациях. Прошу вас, присаживайтесь, нам предстоит очень долгий разговор, — сказал я и, дождавшись, когда генерал недовольно сядет на свой стул, продолжил, сделав знак князю присаживаться рядом.

— Во-первых, нас интересует период вашей жизни, когда вы выступили основателем, запрещённой в нашей стране организации «Земля и Воля».

— Но я давно отошёл от руководства этой организации и не поддерживаю их взглядов, — ответил он.

— Вы, наверное, не до конца понимаете те перемены, которые сейчас происходят в обществе. Ваше участие в качестве организатора данной организации теперь приравнивается к государственной измене, и ваше дело будет рассматриваться военно-полевым судом. В лучшем случае, вам грозит лишение дворянства, всех званий и наград, а также пожизненная ссылка в Сибирь. Если вы откажетесь сотрудничать со следствием, то вас однозначно ждёт виселица за измену родине. Помимо этого, ваша супруга будет арестована и отправлена на поселение в Сибирь, как и ваш сын, капитан Генерального штаба. Он будет также разжалован и лишён дворянского звания. Поэтому прежде чем принять решение, очень хорошо подумайте над этим. Пока ваша супруга содержится в нормальных условиях, но в случае вашего отказа сотрудничать, она, как собственно и вы, будете отправлены в обычную тюрьму и будет содержаться с обычными уголовниками. С предателями Родины у нас разговор короткий, и никто не будет с вами возиться до военно-полевого суда. А уж состав суда я постараюсь подобрать максимально лояльный трону.

От моих слов генерал аж позеленел от злости и уже готовился высказать мне какую-то гадость, но нас прервали и в комнату привели под конвоем его супругу, Марию Николаевну Милье. При виде мужа она обрадовалась, но, увидев меня и сидящего рядом князя, который встал при её появлении, она сразу приняла строгий вид.

— Ваше Высочество, произошла ужасная ошибка, нас задержали по ложному доносу, я и мой супруг ни в чём не виноваты. Вы должны немедленно отпустить нас, — скороговоркой выдала она.

Я неторопливо встал, после чего указал на стул, стоящий в стороне от её мужа, и сказал:

— Присаживайтесь, Мария Николаевна. В задержании вас и вашего мужа нет никакой ошибки, ознакомьтесь с новым указом нашего императора, после чего я вам объясню всю суть происходящего с вами.

Дождавшись, когда она прочитает копию указа и положит его на стол, я продолжил:

— Сейчас мы с вами ведём обычную беседу хорошо образованных людей, поэтому попрошу вас очень внимательно меня выслушать, я скажу это всего один раз, а весь дальнейший разговор между нами будет проходить под протокол, где любое сказанное вами слово может быть использовано против вас и ваших близких. Ваш супруг около двадцати пяти лет назад участвовал в создании террористической организации «Земля и Воля», в последствии, как он утверждает, он отошёл от неё и не поддерживает её взгляды. Сейчас его и вас задержали по обвинению в участии в тайном обществе, не уведомлении сотрудников правоохранительных органов о своём участии и участии других лиц, знакомых вам. Ваш муж отказывается сотрудничать с органами следствия и подробно описать своё участие в этой организации, а также об участие всех лиц, кого он знает. В связи с этим мне придётся перевести вас и вашего супруга под арест, как государственных изменников. В этом случае вам грозит лишение дворянства, всех наград, всего имущества и ссылка в Сибирь, а вашего супруга ждёт виселица. Вашего сына, к сожалению, ждёт также лишение всех прав и ссылка. Поэтому я не понимаю его упорства в этом. Ведь пока вы просто задержаны для выяснения всех обстоятельств его участия в террористической организации, и если вы оба будете сотрудничать, то ваше задержание мы обернём как защиту свидетелей от возможного покушения землевольцев. При этом я буду лично ходатайствовать перед императором о сохранении вами всех наград и вашей должности. У вас есть всего десять минут, чтобы принять правильное решение. Мы сейчас, с господами офицерами, все выйдем на улицу подышать свежим воздухом, а затем вернёмся сюда, и я готов буду выслушать ваш ответ. Ещё могу добавить, что аресты сейчас проходят по всей стране, только в Санкт-Петербурге уже задержано более шестисот участников тайных обществ, и некоторые из их членов оказали вооружённое сопротивление законным представителям власти. Поэтому мы в любом случае узнаем всех участников, и даже все беседы, которые вы вели с ними, просто зная о ваших заслугах перед государством, я пошёл на небольшое должностное преступление и готов дать вам шанс реабилитироваться, — сказал я, после чего мы вышли на улицу, оставив их вдвоём.

— Не сильно ли вы давите на генерала, ведь он действительно немало сделал для нашего государства? — спросил у меня Виктор Сергеевич, закуривая сигарету.

— Это только начало князь, у меня есть серьёзные подозрения по его участию в коррупционных схемах и работе на французскую разведку. Поэтому давайте не будем торопиться и посмотрим, что будет дальше, — ответил я.

Прождав ровно десять минут, мы вошли в комнату, где стояли, обнявшись, генерал со своей супругой.

Я присел за стол и дождался, когда они сядут на свои места.

Посмотрев на меня около двух минут, генерал в итоге произнёс:

— Я готов сотрудничать со следствием.

Я повернулся к сопровождающим меня юнкерам и отдал распоряжение:

— Прошу найти для генерала бумагу и писчие предметы, а одного из вас с хорошим почерком, попрошу вести запись нашей беседы.

Когда все, что я сказал, выполнили, и перед генералом лежала стопка бумаг и чернильница с ручкой, я сказал:

— Пишите под мою диктовку, Николай Николаевич.

Я, Никола́й Никола́евич О́бручев, генерал-лейтенант Главного Штаба, добровольно и без принуждения готов давать показания по любым вопросам, связанным с угрозой Российской Империи, и обязуюсь впредь без промедления сообщать все факты, способные причинить ей вред. Ниже сегодняшнее число, подпись и расшифровка.

Дождавшись, когда генерал запишет всё сказанное мной, я передал документ князю, а сам продолжил допрос.

— Раз вы вняли голосу разума и согласились на сотрудничество, то вы будете содержаться под охраной в этом доме. Я распоряжусь, чтобы одного из ваших слуг прислали к вам. Выходить из дома вам категорически запрещено, как и вести разговоры с окружающими, включая солдат и офицеров. Никакой переписки, записок и другого общения с внешним миром. В случае нарушения этих условий мне придётся поместить вас под стражу в одну из тюрем. Я надеюсь, что с этим проблем не возникнет. Через три дня, когда череда арестов и первичных допросов завершиться, мы обговорим вашу дальнейшую судьбу.

А теперь возьмите лист бумаги и опишите всё, что вас связывает с тайными обществами, всех знакомых, друзей, друзей знакомых. Все слухи, что вам известны. Мария Николаевна, то же самое проделает в соседней комнате. Когда вы всё закончите, дайте знать одному из юнкеров, они пригласят меня на беседу с вами.

Мы вышли на улицу, и я отдал распоряжения юнкерам,

— Внимательно следите за ними, возможно, они захотят передать весточку на волю, я должен об этом обязательно узнать, разрешаю проявить фантазию в этом вопросе. Следите, чтобы они не общались между собой до того, как напишут свои признания. Все написанные тексты изымайте, включая черновики. Сжигать их запрещаю. В скором времени я навещу вас.

Мы с князем отправились обратно во дворец. Когда мы вошли в мою гостиную, прапорщик доложил последние новости после нашего отсутствия.

— Ваше Высочество, по результату первых перекрёстных допросов, установлено ещё не менее двадцати подпольных организаций и тайных обществ. Список лиц, подлежащих аресту в Санкт-Петербурге, увеличился ещё на шестьсот человек. Выявлена ячейка террористической организации, готовящая террористический акт непосредственно против вас. Точных подробностей пока нет, но заказ поступил от одного из людей, тесно связанных с дипломатами из Англии. Обнаружены ещё две подпольные типографии и компоненты для них. Арестовано три тиража запрещённых изданий. Изъято много запрещённой литературы, обезврежено два склада с оружием. Допросы ведутся непрерывно, сейчас изыскиваем места для дополнительного размещения арестантов. По городу распространяются слухи о попытке нападения на царскую семью. На одном из заводов была попытка провести митинг, но рабочие сами скрутили двоих смутьянов и сдали их полиции. На этом пока всё, — закончил он свой доклад.

В это время нам с князем пришёл слуга с просьбой присоединиться к завтраку.

Глава 35. Попытка покушения.

лава 35. Попытка покушения.

Слишком много было репетиций переворота,

чтобы отказаться от премьеры.

Аркадий Филиппович Давидович

Совместный завтрак происходил в нервной обстановке. Периодически звонил телефон и императору приходилось отвлекаться и общаться по нему. В итоге он дал указание, чтобы его в ближайший час не беспокоили.

Когда все перешли к чаю, Александр Третий произнёс:

— Много звонков поступает от военных из Генерального штаба, все интересуются причиной ареста генерал-лейтенанта, я пока говорю, что не владею всей информацией и скоро выясню всё по данному вопросу.

Так что там с Николай Николаевичем? Всё же он немало сделал для реформирования армии, и его заслуги в этом деле неоспоримы.

— Генерал не арестован и даже не задержан. Официально он попросил защиты, так как опасается за свою жизнь и жизнь своей супруги. Они временно будут недоступны для общения. Генерал уже подписал согласие на сотрудничество, и возможно, в скором времени он вернётся к своим обязанностям.

— Насколько серьёзно было его участие в организации запрещённого общества? — спросил отец.

— Он являлся одним из его основателей. Вообще, к генералу у меня много вопросов, есть обоснованное предположение, что он работает на французскую разведку и лоббирует интересы некоторых французских компаний. Над этим вопросом ещё предстоит поработать. Его сына так и не смогли найти, а сам он не явился на службу в Главный штаб, передав через сослуживца, что болен, — выдал я информацию, которую мне передал в записке от прапорщика слуга.

— Я всё же, надеюсь, что твои подозрения не подтвердятся, иначе это негативно скажется на работе всего Генерального штаба, — сказал отец.

Мария Фёдоровна, повернувшись к мужу, спросила:

— Какая реакция в обществе на вчерашний манифест об уравнивании прав женщин и мужчин?

— В основном довольно позитивная. Идут упорные слухи, что инициатором всех последних нововведений является будущий наследник — Николай. Также обсуждают его назначение и создание нового ведомства. Ещё много обсуждений по последнему указу на запрет тайных обществ и организаций, проповедующих смену режима в нашей стране. Этот закон вызвал очень неоднозначную реакцию в обществе и его в основном критикуют, и это ещё не полная информация, — ответил император.

— Пока рано судить о настроениях и реакции общества, все будут ждать дальнейшего развития событий, поэтому надо подождать пару дней, — добавил я.

В этот момент в кабинет вошёл взволнованный прапорщик и попросил разрешения доложить, получив согласие, он обернулся ко мне и произнёс:

— Ваше Высочество, как вы и предполагали, один полк внезапно покинул своё расположение в Красном Селе и направился в сторону Гатчины, в течение сорока минут они могут появиться здесь. Это двадцать пятый драгунский, Казанский Его Императорского Высочества эрцгерцога Австрийского Леопольда полк. Они были на летних манёврах в Красном селе, из-под Киева. Предположительно его возглавляет пропавший сын генерала Обручева, какие будут распоряжения? — сказал прапорщик, попеременно глядя то на меня, то на императора.

— Я предлагаю встретить их на подступе к дворцу. Мне понадобится пара сотен казаков, мы устроим им засаду на подступах к замку, они не уйдут, — сказал я, обращаясь к императору, при этом встав и вытянувшись перед ним.

— Хорошо, бери под своё руководство оба эскадрона, расквартированные рядом с дворцом.

Дальнейшие события закрутились с невероятной быстротой.

Подняв под ружьё две казачьи сотни, я вместе со всей своей охраной, включая казаков, вместе с двумя пулемётами выдвинулись навстречу противнику. Вперёд выслали несколько разъездов, на случай неожиданной встречи. У небольшого сужения дороги прямо на мосту через реку Тьсна моя охрана успела сделать небольшой завал, подрубив несколько деревьев и притащив их на мост, затем замаскировав пулемёты, мы решили дожидаться противника в этом месте. Казаков оставили в засаде за поворотом на одной из развилок. Охрана, нарубив веток и набрав сена из соседних стогов, замаскировалась на открытом лугу рядом с дорогой.

Один из юнкеров вызвался выйти навстречу движущемуся кавалерийскому полку и попытаться остановить их.

Мы с трудом, но успели разместить и замаскировать солдат. Расчёты пулемётов прятались за символическими щитами имитирующие постройки с двух сторон дороги. Я отдал приказ ни в коем случае не стрелять без моей команды. Когда все замерли по своим местам, то вдали показался столп пыли, это кавалерийский полк шёл быстрым маршем в нашу сторону. Когда до моста оставалась пара сотен метров, вперёд выехала группа офицеров, на фоне которой выделялись двое в форме офицеров другого полка.

Навстречу им вышел юнкер Засецкий и поднял над головой ветку, с привязанным к ней белым носовым платком. Ему была поставлена задача попытаться задержать полк и в случае опасности прыгать прямо с моста, чтобы не попасть под огонь пулемётов.

— Господа, вы куда так торопитесь? Вам не кажется, что вы перепутали направление?

— Мы едем спасать страну от демона, вселившегося в императора, его последние приказы наглядно показывают, что он сошёл с ума. Никогда на Руси баба не правила в доме, а теперь им дали все права, а завтра что? Они ограничат права нас, мужиков? Не бывать этому!

Сказал эмоциональную речь один из офицеров, остановившихся в десятке метров от юнкера.

— Именем Императора приказываю вернуться в свои казармы и ждать дальнейших указаний, — прокричал юнкер.

— Да что его слушать, — произнёс майор и, выхватив пистолет, попытался выстрелить в мешавшего им проехать офицера.

Но юнкер не растерялся и, выхватив оба револьвера, прыгнул прямо с моста, стреляя в стоящих перед мостом офицеров. Он успел свалить троих, стоящих перед ним, прежде чем упал в неглубокую речку.

К этому времени основная масса полка уже скопилась перед мостом, а, услышав выстрелы, двинулась вперёд верхом на лошадях. Когда они приблизились на дистанцию в пятьдесят метров, я отдал команду открыть огонь на поражение. Уронив скрывающие оба пулемёта щиты, те открыли непрерывный огонь в упор по солдатам на лошадях, скопившихся на нём. Избыточный калибр на первых «Максимах» произвёл ужасающий эффект, пули прошивали насквозь сразу несколько человек. Первый же залп за считаные секунды скосил собравшихся перед мостом людей вместе с лошадьми. В ответ прозвучали всего лишь несколько неприцельных выстрела, которые моментально были подавлены непрерывным огнём. Плотная скученность кавалерийского полка общей численностью около тысячи человек мешала развернуться и попытаться скрыться. Некоторые конные всадники попробовали спрятаться в лесу, который был в ста метрах от дороги, спустившись с обочины, но топкое место от постоянно разливающейся речки, которое тянулось с обеих сторон дороги, мешало им это сделать. Ноги лошадей глубоко проваливались в мягкую землю и застревали там. Удачное расположение пулемётов позволяло уничтожать и этого противника, не давая ему возможности скрыться. Отстреляв первую ленту, пулемёты встали на перезарядку, и в этот момент в бой вступили прятавшиеся до этого момента солдаты моей охраны. Своими меткими выстрелами они сдерживали попытку уцелевшим из эскадрона перейти в атаку.

После быстрой перезарядки пулемёты продолжили вести огонь, перенеся его на тыл колонны. Неразбериха, вызванная нашей атакой, серьёзно усилилась за счёт пулемётов, а их снаряды свободно достигали конца колонны и разили всадников наповал. Поднялась паника, все стремились покинуть открытое пространство, но драгуны больше мешали друг другу, после четвёртой смены ленты один из пулемётов на время замолчал, но его опять поддержали лежащие в укрытиях стрелки моей охраны. Никто из них уже не стремился встать в полный рост и вести стрельбу. Мои тренировки дали свой положительный результат. Редкие выстрелы со стороны противника не причиняли никакого вреда. Выбив заклинивший патрон, второй пулемёт продолжил вести стрельбу. Теперь стреляли небольшими очередями, стараясь попасть по скоплению солдат. Я, смотря на эту картину в биноколь, увидел, как вдалеке, приблизительно в одном километре, выехали две упряжки лошадей, которые вывезли на открытый участок две пушки. Их расчёты пытались развернуть их для стрельбы в нашу сторону. Я, указав на это одному из юнкеров, спрятавшихся рядом со мной на обочине, отправил его с приказом перенести стрельбу правого пулемёта по орудийному расчёту. Пулемётчики отреагировали быстро и, не смотря на большую дистанцию, смогли уничтожить оба артиллерийских расчёта, не давая возможности приблизиться к брошенным орудиям другим солдатам. Боезапас обоих пулемётов был равен тысяче двумстам патронам, и они полностью их отстреляли. Над пулемётами поднимался дым, и я серьёзно переживал за целостность стволов, хотя в запасе и были сменные, но быстро достать новые будет проблематично. Когда уцелевшие немногочисленные отряды скрылись в лесу и отступили, я дал команду казакам, прячущимся в укрытии начать преследование выживших, а свою охрану, оставив с собой пятерых охранников, отправил вязать пленных и уцелевших в этой бойне. Через десять минут ко мне привели майора, который являлся сыном генерала Обручева. Он был легко ранен в обе руки и не мог держать оружие, его я приказал отправить в замок и поместить под усиленную охрану. Перевязать и никого к нему не пускать. Теперь у меня появился дополнительный рычаг воздействия на генерала, и я надеялся, теперь он расскажет, на какую разведку он работает, а также сколько и от кого он получал взятки.

Пулемёты вместе с расчётами я отправил ко дворцу, так как они свою работу на сегодня выполнили.

Дальнейшая зачистка мне была неинтересна, тем более, подошла рота солдат из гатчинского гарнизона. Я отдал распоряжения расчистить дорогу и убрать с неё раненых и убитых, включая лошадей, а сам отправился на доклад к императору.

Когда я подъехал к самому крыльцу дворца, государь с Марией Фёдоровной вышли встречать меня лично. Я не стал тянуть время и прямо на месте отрапортовал.

— Вверенными мне силами драгунский полк практически полностью уничтожен, скрывшихся после разгрома противников преследуют казаки, потери противника — не менее восьмисот человек убитыми и ранеными, потерь среди вверенного мне личного состава нет.

Отец с матерью непонимающе уставились на меня.

— Совсем нет? — переспросил отец.

— На момент, когда я выдвигался после сражения к дворцу, самой большой потерей был промокший юнкер, вынужденный сигануть с моста прямо в воду, дабы не быть убитым заговорщиками, — ответил я.

Отец с удивлением обнял меня, а вслед за ним меня обняла и моя мать. Так мы и застыли на ступенях дворца, не решаясь войти внутрь.

Nota bene

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://author.today/work/123689

Content

Найденов Дмитрий Николай Второй. Борьба с красным террором

Глава 1. Япония. Префектура Оцу.

Глава 2. Приём у императора.

Глава 3. Экскурсия.

Глава 4. Молитва в храме.

Глава 5. Торговый союз.

Глава 6. Транссибирский путь.

Глава 7. Восточная Торговая Компания

Глава 8. Акционирование Восточной Торговой Компании.

Глава 9. Контроль над прессой.

Глава 10. Геологоразведка.

Глава 11. Учебная тревога.

Глава 12. Приём заявок.

Глава 13. Из Владивостока в Санкт-Петербург.

Глава 14. Родственники.

Глава 15. Дорога в Петербург.

Глава 16. Санкт-Петербург.

Глава 17. Новое назначение.

Глава 18. Организационные вопросы.

Глава 19. Планы и перспективы.

Глава 20. Гатчинские будни.

Глава 21. Министр внутренних дел.

Глава 22. Реформы министерства.

Глава 23. Особый отдел.

Глава 24. Подготовка.

Глава 25. Планируемые реформы.

Глава 26. Подготовка к воскресной службе.

Глава 27. Крёстный ход.

Глава 28. Пулемёт «Максим».

Глава 29. Борьба за права женщин.

Глава 30. Подготовка к реформе.

Глава 31. Денежная реформа.

Глава 32. Крестный ход.

Глава 33. В тягостном ожидании.

Глава 34. Массовые аресты.

Глава 35. Попытка покушения.

Nota bene