Соломенный Илья

История вора

Глава 1

Этот июнь выдался жарким, но похороны выпали на единственный пасмурный день за весь месяц.

На кладбище собралось немного народу — человек двадцать, или около того. В основном это были друзья погибшего и несколько дальних родственников. Именно последние устраивали похороны — фактически, взамен на доставшуюся им комнату в крошечной коммуналке, которую Кирилл унаследовал от родителей. Они тоже разбились на трассе — год назад.

В тот день судьба-злодейка не захватила с собой молодого человека — он отмечал удачное поступление в университет. Не самый престижный столице, но и не «шарага», как говорили в его школе. Казалось бы — всё ещё впереди, и жизнь вот-вот наладится. Однако…

У провидения были свои взгляды на то, что случится дальше.

После и без того сильного удара по молодому парню произошла ещё одна авария. И теперь Кириллу не удалось избежать смерти. Ну… почти не удалось.

— Он был хорошим другом, — утирая платочком глаза, говорила красивая фигуристая брюнетка, — Всегда готов помочь, всегда выслушает, утешит… Киря знал столько песен!

Не выдержав, она разрыдалась, и её спутник — высокий молодой человек в элегантном костюме от Бриони — взяв девушку за локоть, отвёл её за других людей. Он был единственным человеком, один элемент гардероба которого перебивал цену вещей всех присутствующих.

В этот момент на кладбище воцарилась тишина, и в ней все услышали раскат грома. Вздрогнув, люди посмотрели на небо. Тёмно-серые, почти чёрные, тучи нависли над кладбищем. В их глубине мелькали отсветы молний, и народ, понимая, что сейчас польёт как из ведра, засобирался уходить.

Упитанный священник с неопрятной бородой, стоявший у изголовья могилы, угрюмо обвёл взглядом собравшихся. Его настроение было вполне понятным — мало того, что погода не задалась, так ещё и эта служба была единственным сегодняшним делом, за которое ему не заплатят. Приход требовал, чтобы даже на похоронах таких нищебродов присутствовал представитель церкви, и отвертеться от исполнения своих обязанностей отцу Иннокентию не удалось.

— Кто-нибудь ещё хочет высказаться? — устало уточнил он.

Сразу после этих слов снова загрохотал гром. Буквально через пару секунд низкие небеса пронзила ослепительная вспышка света.

А затем в гроб, уже опущенный в могильную яму, ударила молния.

Собравшиеся отшатнулись. Кто-то закричал от страха и неожиданности, кто-то рухнул на влажную землю. Священник, нелепо взмахнув руками, запутался в своей рясе и тоже упал. Поднявшись, он по привычке осенил себя крёстным знамением (хотя в Бога, если честно, уже давным-давно не верил) и, почувствовав запах обожжённой древесины, осторожно заглянул в яму.

Крышка гроба оказалась расколота. А покойник, ещё недавно мирно лежавший в нём, пытался выбраться наружу…

* * *

— Что последнее вы помните?

Женщина-врач внимательно изучала мои зрачки, попеременно светя в них небольшим фонариком.

— Ничего.

— Вообще?

— Вообще.

Она нахмурилась, и отложила фонарик. Затем надела на мою руку манжет, взяла тонометр и проверила давление. Затем — измерила температуру. После — заставила раздеться до пояса и осмотрела каждый сантиметр верхней части тела на предмет омертвевших тканей. Затем тоже произошло и с ногами.

Всё это повторялось уже в третий раз, с новым врачом. Сначала такой фигнёй меня заставили страдать прямо там, на кладбище, когда провожающие в последний путь товарищи, наконец, убедились, что я не зомби, и помогли выбраться из могилы. Через довольно короткое для столицы время туда же приехала реанимация, полиция, и меня увезли в ближайшую больницу.

— Ничего не понимаю, — честно призналась женщина, — По всем внешним признака вы совершенно здоровы.

— Но? — уточнил я.

— Не стройте из себя идиота, Кирилл, — врач нахмурилась, — Вы лежали в могиле. Ни на какие мысли не наталкивает?

— Видимо, я был мёртв?

— Очень проницательно. Мы кое-как разговорили священника, который… Вёл вашу… церемонию, — она сбилась, по-видимому, не зная — насколько этично рассказывать покойнику о том, как его хоронили.

— Продолжайте.

— Он сказал, что вы насмерть разбились вместе со своим другом. Пять дней назад, — врач выразительно посмотрела на меня, — И у вас были повреждения, совсем не совместимые с жизнью.

Я тоже с интересом разглядывал собственное тело.

Ни одного шрама. Никаких следов переломов, никаких ссадин и кровоподтёков. Вообще ничего — словно я никогда не получал никаких травм, не говоря уже об аварии со смертельным исходом.

— Извините, — я пожал плечами, — Наверное, я ничем не смогу вам помочь.

— Да я уж поняла, — женщина рассеянно изучала на планшете мою историю болезней, — Но то, что произошло — невероятный феномен, вы это понимаете, Кирилл?

— Не особо, если честно. Я уже говорил — ничего…

— Не помните, да. Но это не значит, что не помнит ваше тело.

— В каком смысле?

— Мы оставим вас тут на какое-то время. Возьмём разные анализы, проведём более глубокое обследование. МРТ, КТ, и прочее. Вероятно, где-то в вас есть ответ — почему вы воскресли спустя пять дней после своей смерти?

— А моего мнения вы спросить не хотите?

— А ваше мнение, дорогой Кирилл Андреевич, теперь уже не учитывается, — раздалось от двери.

Там стоял широкоплечий мужчина. Лет тридцати пяти, примерно, коротко стриженный, с тёмными карими глазами, узким подбородком и в форме полиции.

— Меня в чём-то обвиняют?

Он весело хохотнул, и вошёл в палату. Сказав что-то врачу, открыл ей дверь и, выпустив в коридор, уселся рядом с моей койкой.

— Чувство юмора — это хорошо. Нет, Кирилл, тебя, конечно же, ни в чём не обвиняют. Меня зовут Смирнов Дмитрий, и я здесь для того, чтобы… Эмм… Попытаться урегулировать некие правовые вопросы.

— Это какие, например?

— Ты почти целую неделю был мёртв, — без обиняков заявил мужчина, — И твоя смерть была документально зафиксирована во всех соответствующих инстанциях. Паспорт, медицинский и страховой полисы аннулированы, как и права, ИНН, и всё прочее. Комната в доме на улице Текстильщиков, которая досталась тебе после смерти родителей, теперь по закону принадлежит твоим родственникам. Я, кстати, говорил с ними пару часов назад. Если честно, не скажу, что они рады твоему… «возвращению».

— И что мне теперь делать?

— Трудно сказать. Для начала — дождаться пройти обследование и получить результаты анализов. Когда будет подтверждено, что ты действительно… жив, тогда…

— Вы что серьёзно, — удивление даже изображать не пришлось, — Мне придётся доказывать, что я — не мертвец?!

— Слушай, ну подобных прецедентов случалось немного. Я вообще, если честно, не припомню ничего подобного. По «жёлтым» сайтам такие новости, конечно, ходят регулярно, но чтоб всё случилось по-настоящему, да ещё и при таком количестве свидетелей… Да, и кстати — советую не торопиться выходить отсюда — снаружи тебя наверняка уже ждут журналисты. Ты для них — горячий инфоповод, Кирилл.

— Сейчас мне кажется, что это наименьшая из проблем, — проворчал я, — И что будет после того, как врачи признают меня… «живым»?

— Полагаю, восстановят документы. Точнее, выдадут новые — старые уже были уничтожены. Потом, наверное, придётся вернуть право на комнату.

— Всё это какой-то бред.

— Понимаю, — кивнул Смирнов, — Но повторюсь — с таким ещё никто не сталкивался. Если не возражаешь, я задам тебе несколько вопросов для протокола?

— Валяйте.

— Ты — Кирилл Андреевич Снегирёв?

— Не знаю.

— Ты помнишь своих родителей?

— Нет.

— Помнишь аварию, в которой погиб?

— Нет.

— Что ты слышал об Истоке?

— Ничего.

— Посмотри, пожалуйста, сюда.

Я повернул голову, оторвавшись от созерцания мрачного вида за окном. Полицейский держал в руках странное устройство. Какой-то прямоугольный девайс, который он потянул в разные стороны. Разложившись, тот открыл прозрачный экран, по которому бегали разнообразные символы и фигуры.

— Что это?

— Просто лэптоп. Смотри в центр экрана, пожалуйста.

Через несколько секунд экран начал моргать. Раз, другой, третий. Амплитуда моргания ускорилась, и я совершенно перестал реагировать на происходящее вокруг. А ещё через мгновение проекция символов, выстроившись в кольцо, появилась прямо в воздухе, приблизилась ко мне, и…

ПРишла темнота.

* * *

Очнулся, судя по яркому солнцу за окном, только наутро следующего дня.

Голова невыносимо раскалывалась, а вокруг, как назло, никого не было. Правда, моё одиночество длилось недолго — вскоре после пробуждения в палату вошла та самая женщина-врач, обследовавшая меня накануне.

— Доброе утро, Кирилл. Как вы себя чувствуете?

— Голова болит, — честно признался я.

Женщина кивнула, достала из кармана пузырёк с таблетками, налила в стоящий на прикроватном столике стан воды из графина, а затем протянула всё это мне. Я молча выпил таблетку и благодарно кивнул.

— Почему я отключился?

— Переутомление, вероятно. После разговора с офицером Смирновым.

Я попытался вспомнить, что же такое он у меня спрашивал? Но перед глазами всплыло лишь то странное устройство. На портативный компьютер оно совсем не походило… Интересно, что это была за штука?

— А у меня для вас хорошие новости, кстати, — между тем продолжила врач, — Пока вы спали, мы взяли анализ крови и слизистой. Они тоже в пределах нормы — как у обычного, здорового человека.

— Здорово.

— Не очень-то вы и радуетесь, судя по вашему виду.

— Нет, что вы, всё в порядке. Просто усталость, и… я же ничего не помню. Это тоже влияет, честно говоря. Вообще не представляю, кто я такой, и что теперь делать.

— Не расстраивайтесь, — женщина улыбнулась, — Память часто возвращается. Хотя в вашем случае, кхм…Отдыхайте, позже я отправлю за вами санитаров, и продолжим обследование.

Надо ли говорить, что ничего эти обследования не дали? Магнитно резонансная томография, снимки мозга, лёгких, УЗИ, всякие шланги в желудок и… другие места. Почти две недели меня изучали, словно подопытную крысу. И моментами это было совсем неприятно.

Бесконечные процедуры перемежались визитами полиции, юристов, и каких-то представителей городской администрации. Мне задавали кучу вопросов, даже проверяли на детекторе лжи — но всё это было на редкость бестолковым и бессмысленным.

Для всех окружающих я был медицинским феноменом. Человеком, решившим воскреснуть, спустя пять дней после своей смерти. Врачи говорили, что в подобном случае нечего удивляться амнезии — клетки мозга на момент моего воскрешения некоторое количество времени были уже мертвы, так что существовала вероятность, что я могу никогда не вспомнить всё, что произошло за прошедшие восемнадцать лет.

Опять же — почему удар молнии «излечил» всё те травмы, которые я получил во время аварии и из-за которых скончался, никто не знал, и не понимал. Также как и то, почему электрический заряд немалой мощности оживил уже несколько суток как мёртвое тело.

Офицер Смирнов приезжал ещё пару раз, в сопровождении людей, по всей видимости, из других ведомств. Также как и он, эти субъекты использовали какие-то свои устройства — для проверки моей психики, как они говорили. Однако, судя по тому, что за этим ничего не последовало — никаких определённых результатов эти девайсы им не показали.

Впрочем, вряд ли бы эти ребята поделились со мной, даже если бы узнали что-нибудь интересное.

Когда же, наконец, все эти окружающие люди убедились, что я — это просто я, меня… Отпустили. Правда, перед этим повозили по разным учреждениям, чтобы восстановить документы — паспорт, ИНН, страховое свидетельство, банковский счёт (на котором даже остались какие-то деньги) доступ к серверу госуслуг, ещё кое-что по мелочи. Права в ГИБДД выдавать отказались, мотивируя это тем, что я должен снова сдавать экзамен.

Меня это, признаюсь честно, волновало чуть меньше, чем никак.

Больше всего хотелось избавиться от назойливого внимания властей и медиков, хотя было понятно — после случившегося раз и навсегда отделаться от них не получится.

В этом я не ошибся — после того, как все формальности утрясли, в моё владение вернулась комната в коммуналке (чему двоюродная тётка и её великовозрастный сыночек не очень-то и обрадовались), а на руках оказались все документы, меня выпустили из больницы. Вот только назначили персонального куратора и велели созваниваться с ним дважды в неделю, а по воскресеньям — приходить на консультации.

Для чего это было нужно, лично для меня оставалось загадкой, однако я не спорил. Всё лучше, чем постоянно находиться под наблюдением.

* * *

По просьбе полиции, те люди, которые присутствовали на моих похоронах, не спешили трепать о случившемся в СМИ. Хотя, конечно, в самом начале некоторые из них настрочили в сеть несколько сообщений и постов о произошедшем, чем спровоцировали всплеск интереса у представителей «жёлтой» прессы.

Пока меня возили полицейские, никаких проблем не возникало — я просто усаживался на заднее сиденье автомобиля на закрытых парковках, а потом не высовывался, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Но вот когда меня выпустили из больницы, и я оказался предоставлен сам себе, прямо на входе меня сцапали несколько представителей древнейшей профессии.

Журналисты, само собой.

— Кирилл! Кирилл! — на нижних ступеньках учреждения ко мне подлетела вихрастая девчонка в сарафанчике весёлой расцветки. За ней бежал полноватый оператор в жилетке, джинсах и с огромной камерой на плече, — Меня зовут Таисия, я репортёр телеканала ТВ…

— Простите, — я протиснулся мимо неё, — У меня много дел.

— Это правда, что вы воскресли прямо в гробу? — девчонка и не думала отставать, — Правда, что вас на собственных похоронах оживила молния? Что вы об этом думаете? Мы говорили с отцом Иннокентием…

— Думаю, что не понимаю, о чём вы, — я включил режим «дурака» и ускорился, заметив рядом с тротуаром автомобиль с жёлтыми шашечками, — Извините.

— Скажите, а вы…

Дожидаться, пока коллеги Таисии, тоже заметившие моё появление, присоединятся к ней, я не стал. Ускорив шаг, уже почти добежал до такси, распахнул заднюю дверь и ввалился внутрь.

— Едем, шеф, и побыстрее, если можно! Добрый день.

Водитель лениво нажал на кнопку стартера и тронулся вперёд.

— Фанаты? — спросил он спустя пару минут, зыркая на меня в зеркало заднего вида, — Блогер какой-нибудь?

— Какой там, — скривился я, — Журналисты с кем-то перепутали.

— А-а-а. Бывает. Меня один раз за Лепса приняли в ресторане, так там такое было! Короче говоря…

Остаток дороги пришлось провести под запутанную историю таксиста. Хотя, если честно, я его почти не слушал. Лишь изредка кивал и бросал короткие слова, междометия и отдельные звуки типа «А-а», «Ясно», «Да ладно?», «Нифига», «М-м-м», «Бывает».

Оказавшись возле нужного дома, расплатился с водителем наличными, выданными мне в банке ещё пару дней назад (телефона, чтобы привязать к нему карту и забыть об этих бумажках, у меня всё это время не было), поблагодарил его и вышел из машины.

Дом, милый дом. Такой ли он милый, как утверждает поговорка? Высоченная обшарпанная двадцатиэтажка в не самом благополучном районе. Явно не предел мечтаний, но хоть что-то… Направившись к подъезду, я поймал на себе заинтересованные взгляды двух старушек, греющих косточки на лавочке.

Одна из них, разглядев меня, побледнела и перекрестилась.

— Свят, свят, свят! — прошептала она.

— Добрый день, дамы, — улыбнулся я, проходя мимо.

— Кирюша, правда ты?! — распахнула глаза вторая, — А мы… А нам… Сказали, что ты того… Разбился, насмерть! Уже и похороны были!

— Враньё. Авария была, да. В больницу попал, там и лежал. И память, как вы говорите — «того». Пропала, начисто. Полиция мне только рассказала, кто я есть такой. Уж простите, что вас не узнал.

— Ну как, я баба Маша, Мария Олеговна, а это тётя Катя Веснова. Что, правда, память отшибло? Прям всю?

— Прям всю, — подтвердил я, — Хорошо хоть жив остался. А то мне и про родителей рассказали… Судьба, видимо, решила, что слишком уж злая это шутка получится.

Бабки переглянулись.

— Свезло, получается тебе, Кирюша. Ты сходи в церковь, помолись, поблагодари Бога, свечку поставь. Он тебя спас.

— Схожу. Простите, баба Маша, пойду я к себе. Устал, да и надо… Начинать как-то заново всё, получается.

— Иди, с Богом иди! — «отпустила» меня собеседница, — Ты, если вдруг что вспомнить надо будет — заходи ко мне. Под вами прям квартира.

— Хорошо. Доброго вам дня.

Отвязавшись от внимания старушек, я пешком поднялся на шестой этаж (лифт, как оказалось, не работал), отпёр дверь квартиры и, вытерев ноги о потрёпанный половик, вошёл внутрь. В нос сразу ударил запах алкоголя. Длинный и грязный коридор терялся в полутьме. Пол тут явно не мыли уже несколько недель — то тут, то там виднелись пятна и разводы, чьи-то следы.

Из-за ближайшей двери доносились звуки ссоры, на кухне кто-то сидел — там громко работал телевизор. Решив никого не беспокоить я, не рискнув разуваться в этом свинарнике, тихонько прошёл по коридору до своей комнаты и, отперев её ключом, оказался… дома.

Так вот, значит, где жил Кирилл Снегирёв? Да уж, не позавидуешь парню… Метров двадцать квадратных, не больше. Двухъярусная кровать, шкаф и диван. На стене висел небольшой телевизор, у завешенного окна — стол с цветам, стаканом воды, накрытым хлебом, и стареньким ноутбуком. Рядом с ним валялся смартфон.

Убрав всё со стола, я взял в руки сенсорный телефон. Сбоку оказалась кнопка включения. Нажав её, я уставился на экран.

«Введите пароль».

Семь, четыре, семь, один. Отлично!

Так, список сообщений, мессенджеры, социальные сети, почта… Список контактов… Ага, вот, выход в сеть!

Вбив своё имя я, к вящей радости, не обнаружил на новостных порталах кричащих заголовков, и лишь на третьей странице поисковика обнаружил сайт с небольшой заметкой о том, что случилось на кладбище. Интересно, кто же это оказался таким болтливым?

Ладно, это сейчас не самое главное. Гораздо важнее другое — почти никто не будет обращать на меня внимания, если я сам этого не захочу. Конечно, кроме полиции и других ведомств. Но и их, как я уже убедился, обмануть — раз плюнуть.

— Ну что ж, Кальн, поздравляю, — прошептал я сам себе, — Вот ты и в новом мире. Теперь всё только в твоих руках.

Глава 2

Из сна меня выдернул какой-то грохот. Разлепив глаза, я потянулся на кровати и, сев на ней, огляделся.

Кто-то ломился в комнату.

— Скоты, чего не спится в такую рань? — пробормотал я, бросая взгляд на настенные часы. Они показывали семь-тридцать утра.

Натянув джинсы, подошёл к двери.

— Кто?

— Отворяй ворота, Кирюха! — раздался громогласный клич, — Отмечать возвращение будем!

Глубоко вдохнув, я щелкнул двумя замками, снял цепочку, а затем отворил дверь. Внутрь, обдавая всё окружающее спиртовыми парами, попытался ввалиться мужчина в тельняшке, но я предусмотрительно упёр ладонь в его грудь, не давая пройти.

— Куда? — задал риторический вопрос.

«Матрос» на такое действие изумлённо уставился на меня.

— Ты чо, @#$%, Киря, попутал? Отмечать, говорю, возвращение твоё будем!

Вторая попытка протиснуться в комнату — с точно таким результатом.

— Рановато отмечать, — заявил я, не пуская непрошенного гостя, — Я спал.

— На том свете ото… — начал было алкаш, но глянув на меня, проглотил окончание фразы, — Сорян, братка, я чёт не подумал. Не пустишь друга что ль?

— Тебя как зовут, друг? У меня память отшибло. Начисто.

— Да ладно?

— Прохладно. Как зовут, спрашиваю? Какого @#$ ты ломишься ко мне в такую рань? Тебя что, в детстве не учили хорошим манерам?

От такого приветствия у морячка аж челюсть отпала. Он так и стоял с открытым ртом, пока я пристально его разглядывал.

Ненавижу алкашей. За всю мою долгую (очень долгую) жизнь ни в одном из миров я не повстречал ни одного, который был бы хотя бы не… Неприятным. А этот, судя по виду и запаху, уже накрепко застолбил за собой звание «омерзительного».

Рваная и засаленная одежда, грязные обломанные ногти, опухшее и помятое лицо, потная лысина в окружении остатков волос, хамство, наглость — каждый из этих элементов и по отдельности раздражал меня, а уж вместе…

— Я Колян, @#$. Из комнаты напротив, муж Маринки.

— Будем знакомы, Колян, — кивнул я, игнорируя протянутую руку, — Но у меня дел полно, так что сегодня никаких отмечаний. И завтра тоже. И вообще — ещё раз в такую рань попробуешь меня разбудить — я тебе руку сломаю, усёк?

«Морячок» мигом подобрался.

— Слыш, малой, ты хоть и без памяти, а за такой базар я тебе…

Что он там мне сделает, слушать было совершенно неинтересно. Коротко ударив в солнечное сплетение, пришлось выбить весь воздух из незадачливого «друга». Он, как подкошенный, рухнул на пол, мигом свернувшись в позу эмбриона.

— Это предупреждение. В следующий раз реально сломаю руку, — пояснил я, и закрыл дверь.

Спать расхотелось, зато проснулось чувство голода. Пользоваться местной кухней, явно не претендующей на звание самой чистой комнаты района, не хотелось совершенно. Да и продуктов, если подумать, никаких не было. Я оделся, пересчитал наличку Кирилла, доставшуюся мне, и задумался.

Денег было катастрофически мало. Несколько дней протянуть как-нибудь удастся, но вот дальше… Нужно было думать о том, как обустраиваться.

Обведя взглядом стены со старыми обоями, потрескавшийся потолок и истёртый пол, я быстро понял — оставаться здесь нет никакого смысла.

К счастью, после переноса мне досталась память паренька, тело которого удалось занять. Разумеется, чтобы не вызывать лишних вопросов, я просто корчил из себя идиота с амнезией — так проще, да и если у Кирилла оказались какие-то враги, это усыпило бы их бдительность.

Впрочем, уже через несколько дней после пробуждения на кладбище я понял, что этот парнишка никому не нужен. Он не представлял собой совершенно ничего сверхъестественного. Школа со средними оценками, средняя физическая подготовка, средние успехи у девушек. На языке так и крутилось слово «середнячок». Идеальное прикрытие.

Тем не менее, его память была не полной — довольно большой кусок личных воспоминаний Кирилла ушёл вместе с душой, но вот та часть, которая никуда не исчезла, была для меня гораздо полезнее. Устройство мира, технологии, язык, различные науки — всё это осталось в доставшейся мне черепушке. Именно потому я без проблем ориентировался в этом мире и мог спокойно общаться с людьми, не боясь привлечь к себе внимания несуразными вопросами. Ну а придуманная амнезия отлично дополняла общую картину.

Хотя, надо заметить — познания Кирилла о его мире были слишком скудными. Прискорбно скудными. С высоты прожитых столетий было понятно, что за восемнадцать лет невозможно узнать столько, сколько знаю я — однако и то, что имелось, откровенно говоря, не впечатляло.

Судя по тому, что я успел узнать (и осознать) — такое в этом мире было в порядке вещей. Целенаправленное саморазвитие интересовало едва ли пару процентов населения всей планеты, а остальным было нормально «и так». Тёплая постель, каждодневный обед, собственное жильё, семья, стабильная зарплата, автомобиль и пара поездок в год в другие страны — этого хватало основной массе населения. А некоторым нужно было и того меньше — взять хотя бы Коляна, сейчас валяющегося за моей дверью.

Вероятно, всему виной довольно мягкие условия жизни? Климат отличный, гравитация стабильная, никаких регулярных катаклизмов. То, что жители планеты за них считали, вызвало бы у меня один лишь смех, расскажи кто раньше о подобном. Цунами, ну надо же! Никаких длительных войн вот уже долгое время, довольно развитая медицина, на большинстве территорий нет проблем с продовольствием, а в Сети — масса развлечений на самый разный вкус. Что ещё нужно, чтобы жить и особо задумываться о завтрашнем дне?

Я уже видел такие миры. Как ни странно, они слыли самыми стабильными, но интереса ни у кого, как правило, не вызывали. Именно за счёт того, что взять от них было, по большому счёту, и нечего.

А неплохое место я выбрал, чтобы спрятать Сердце, очень неплохое…

Теперь бы только сообразить — как его найти?

Итак, что мы имеем? Немного денег, небольшой актив в виде этой крохотной комнатушки и… Всё. Друзья Кирилла? Часть воспоминаний о них отсутствовала, да и как они могли мне помочь? Никак, сто процентов. Так что и звонить им не было никакого смысла.

Родственники? Хм… Та тётка и её сын, кажется, рассчитывали на эту халупу… Помощи, судя по кислым рожам, от таких не дождёшься, а вот договориться можно попробовать…

Взяв смартфон, я вызвал список контактов и вызвал нужного абонента.

— Да?

— Тетя Люда, доброе утро. Надеюсь, не слишком рано вас побеспокоил?

Обычное, на первый взгляд, приветствие, поставило собеседницу в тупик.

— Алло? — на всякий случай произнёс я.

— Кирилл, это ты?

— Я. Извините, что так рано, но у меня есть к вам предложение. Вы ещё в Москве? Можем встретиться?

По памяти Кирилла я знал, что его тётка живёт за пределами столицы, но где именно — не помнил, так что на всякий случай решил уточнить.

— Предложение?

— Ага. По поводу комнаты.

Женщина фыркнула.

— Насчёт комнаты, ага. Небось спи@#$ли твои алкаши-соседушки чё-нить, а ты на нас решил это повесить?

Я тихо вздохнул. Она что, не знает значения слова «предложение»? Или путает его с «обвинением»?

— Да нет, что вы. Я просто… Так всё вышло странно, вы же понимаете? Я не хочу ссориться, поэтому предлагаю вам купить комнату. Дешевле рыночной стоимости. Гораздо, — я выделил это слово, — дешевле.

— На сколько? — тут же подобралась «тётка».

— Давайте встретимся, я вам всё расскажу. Приезжайте к полудню, ладно?

— Ладно, — озадаченно ответила женщина и, не прощаясь, повесила трубку.

— Старая кошёлка, — улыбнулся я, и открыл ноутбук.

Поиск агентств недвижимости и нескольких сервисов не занял много времени. Переговорив с несколькими людьми и сравнив цены на комнаты в этом районе, я прикинул примерную стоимость имеющейся жилплощади. Судя по местным меркам — стоила она немало, почти два миллиона. И если в провинции за такие деньги можно было купить настоящее, собственное жильё, то тут… А, да что там, мне же всё равно.

Желудок вновь подал сигнал, и я поспешил удовлетворить его запрос. Натянув на себя футболку, взяв телефон, ключи и кошелёк, покинул мрачноватую коммуналку. Колян, лежавший под дверью, видимо, неслышно уполз к себе в нору.

В округе оказалось немало различных заведений, а так как время только-только подобралось к их открытию — внутри почти никого не было. Я наугад выбрал одно из них и заказал себе целую пиццу и огромный стакан кофе. Судя по воспоминаниям Кирилла, это была не слишком полезная еда, но соотношение «цена\насыщение» меня устраивало. А о здоровье буду заботиться после того, как скину комнату «своей» тётке и разживусь деньгами.

Я был во множестве миров, это правда. И пробовал блюда самых разных культур, видов и национальностей, так что местные кулинары удивить меня не смогли. Впрочем, заказанный завтрак вполне устроил — было даже немного вкусно, если бы не такое обилие теста, но тут я сам виноват — надо было выбирать что-нибудь другое. А кофе так вообще оказался весьма и весьма приятным напитком, который стоило взять на заметку. Обжигающе горячий, терпкий, слегка горький, он прекрасно бодрил, так что, выпив один стакан, захотелось тут же взять второй, присоединив к нему ещё и небольшой десерт. Который тоже оказался совсем не плох.

Особенно учитывая, какой дрянью меня кормили в больнице.

Закончив завтракать, я отправился в ближайший магазин одежды. Вещей Кирилла, как ни странно, найти не удалось, а в больницу меня доставили в его похоронном костюме. Он был не слишком удобен, да и носить его каждый день было бы весьма… странно. Шмотки, что удалось найти в квартире, были довольно старыми и затасканными.

Я не стал откладывать это дело в долгий ящик. Выбрал себе удобные брюки, футболку и кроссовки, купил к ним мягкую куртку, а всё, в чём пришёл — выкинул в ближайший мусорный бак.

После этого прогулялся по району, но не потому, что мне было нечем заняться. Нет, отнюдь. Просто хотелось убедиться, что за мной никто не следит. Судя по тому, что «воскрешения» в этом мире не практиковались, я должен был стать объектом самого пристального наблюдения.

В чём и пришлось убедиться спустя какое-то время.

Неприметный мужчина в кепке и солнцезащитных очках появлялся везде, куда бы я ни пошёл. Парк, торговый центр, улицы, скверы. Слежку он вёл достаточно профессионально, но поставить такого профана наблюдать за лучшим вором десяти тысяч миров? Едва ли он смог бы меня «вести», если бы я собрался слинять от него.

Но я не стал этого делать. Незачем показывать, что наблюдение обнаружено, и незачем демонстрировать свои навыки. Всё равно не делаю ничего такого, что могло бы вызвать подозрение, а лишнее внимание только навредит.

Интересно, это полиция, или кто-то другой? Впрочем, опять же — сейчас это не так уж и важно.

Послонявшись по округе ещё какое-то время и поразмышляв о дальнейших планах, я понял, что скоро наступит полдень, так что направился в сторону дома. Подходя к подъезду, поздоровался со вчерашними старушками и поднялся на свой этаж. В квартире напротив снова ругались люди. Видимо этот Колян и его жена. Что ж, это не моё дело, а вскоре, вероятно, я и вовсе о них не вспомню.

«Родственница» прибыла ровно в назначенный час, минута в минуту. Тётя Люда позвонила на телефон, попросив открыть подъезд, и поднялась в квартиру.

— Извините, ничего съестного нет, сам сегодня в забегаловку с утра ходил, — повинился я, предлагая ей сесть за стол.

— Мог бы и купить что-нибудь.

«Стерва».

— Мог конечно, но что-то не подумал даже. Да и сами знаете, после случившегося с головой у меня… не всё в порядке.

Она подозрительно посмотрела на меня, словно опасаясь, что я вот-вот на неё наброшусь.

— Ты хотел поговорить о продаже комнаты.

— Вам она нужна, правда? — в лоб спросил я.

Женщина помялась, но всё же ответила:

— Нужна.

— Отлично. Я сегодня всё утро говорил с риэлторами и изучал цены. Стоит она примерно два миллиона, плюс-минус. Думаю, вы и сами это знаете. Я предлагаю вам забрать её за один.

— За один миллион?

— Ага, — кивнул я, — Жить я тут точно не останусь, так что в любом случае избавился бы от неё. А раз вам она так нужна, я подумал — почему бы не сделать родственникам подарок?

Тётя смерила меня презрительным взглядом.

— Подарок, который и так уже был нашим!

— Тетя Люда, — спокойно сказал я, — Я умер. Умер, понимаете? И вернулся не для того, чтобы обломать все ваши планы. У меня амнезия, это так, но по вашему лицу и словам понятно, как вы ко мне относитесь. Комната мне не нужна. Но и отдавать её за просто так — глупо. А деньги не помешают как можно быстрее. Так что давайте вернёмся к тому, с чего начали, и без всяких фырканий и прочих малоприятных вещей. Один миллион рублей — и комната ваша. Хоть сегодня, хоть прямо сейчас. Будете сдавать — отобьете года за три. А хотите навариться — перепродайте и миллион получите как с куста.

— Что-то всё это подозрительно гладко звучит.

— Надо думать, с такой щедростью вы ни разу не сталкивались? — я усмехнулся, — Но сейчас я с вами предельно честен. Хотите комнату — платите. Можете приводить кого угодно — нотариусов, юристов, риэлторов, оценщиков, полицию — мне всё равно. Я хочу избавиться от этой жилплощади как можно скорее. У вас один день на раздумья, а потом я выставлю её на продажу или аренду.

— Я приеду завтра, с нотариусом и риэлтором. Сегодня проверим, и если ты не успел её заложить — составим контракт.

— Отлично! — я расплылся в улыбке, — В таком случае — не смею больше задерживать. Жду вас завтра в то же время!

* * *

Посреди ночи я проснулся. Сначала подумал, что это кто-то из соседей снова шумит, и первой мыслью было пойти и накостылять уродам как следует. Однако полежав несколько секунд в кровати, понял — очнулся не потому, что что-то услышал. Ощущение было другим — давно забытым чувством опасности, которое не раз спасало мою шкуру.

И это вызывало опасения. Все мои способности и таланты, которые я так долго тренировал в прошлой жизни, в этом мире оказались недоступны. Вместе с прошлым телом пришлось потерять и все накопленные силы, так что подобное ощущение… Настораживало.

Чуть повернув голову на подушке, я попытался осмотреться. Светлело в это время года рано, так что комнату удалось отлично разглядеть. На первый взгляд — всё было в порядке. Но это только на первый взгляд.

На столе сидело… Нечто. Размером с большой компьютерный монитор. Только мониторы, как правило, не имеют перепончатых крыльев, лап с острыми когтями, вытянутой морды с приоткрытой челюстью, усеянной острыми клыками, и кроваво-красных глаз, светящихся в темноте.

Я смотрел на эту тварь, а она смотрела на меня. Не двигаясь, не моргая. Так продолжалось довольно долго. Однако стоило пошевелиться — как всё изменилось.

Распахнув крылья, тварь прыгнула вперёд. Резко перевернувшись на кровати, я перекатился к её другой стороне. Как раз в этот момент длинные когти впились в то место, где мгновение назад покоилось моё тело.

Свалившись на пол, я вскочил с четверенек и рванул вперёд, к выходу из комнаты. Тварь, впрочем, уже сориентировалась. Гибкое, мускулистое тело плавно перескочило меня под самым потолком, преграждая путь к отступлению.

Я запаниковал. Оружия у меня не было. Сил, чтобы справиться с неизвестным ночным гостем — тоже. А существо, между тем, вообще никуда не торопилось. Облизнув морду длинным, раздвоенным языком, вывалившимся из пасти, она переступила с лапы на лапу и выпустила из них длинные когти, больше похожие на кинжалы.

Кажется, меня сейчас на куски порежут…

Маленький шаг влево, взмах руки — и мне навстречу несутся эти чёртовы огненные глаза. Тупая тварь.

Конечно, я не собирался подставляться под её зубы. Качнувшись в одну сторону, в последний момент поменял вектор движения и, чуть ли не порвав жилы давно не тренированного тела, бросился в противоположную, чудом не попав под удар.

Я выскочил в коридор, едва успев распахнуть дверь. Когда сунулся в дверной проем, в паре сантиметров от головы что-то свистнуло, так что пришлось мешком повалиться на пол — совсем также, как рухнул забулдыга Колян, приходивший ко мне утром. Кажется, и второй удар существа ушёл в «молоко». Вот только внутри меня почему-то поселилась уверенность, что в третий раз она не промахнётся… И какого хрена никто не выходит из комнат?!

Снова оказавшись на четвереньках, я нырнул за стену, вскочил, и рванул по коридору к выходу. Не выдержав давно забытого напряжения погони — обернулся. Тварь, работая лапами, выскочила следом. Зашипев, она бросилась вперёд. Уже понимая, что не успеваю добраться до двери, я в очередной раз рухнул на пол, надеясь только на чудо.

В следующий миг что-то оглушительно грохнуло. А затем послышался пронзительный визг, звон стекла — и всё закончилось. Я, не веря, что ещё жив, перевалился на спину.

— Кирилл, с вами все в порядке? — невозмутимо спросил офицер Смирнов, протягивая руку.

Глава 3

— Спасибо, — взявшись за протянутую руку, я поднялся.

— Вижу, выбрал удачный момент, чтобы заглянуть.

— Не то слово.

Я огляделся. В конце коридора, на кухне, окно оказалось разбито. Порванные занавески колыхал лёгкий сквозняк. На стене рядом со входом в мою комнату виднелись следы огромных когтей. Но тела твари, к сожалению, нигде не наблюдалось.

Ушла, сука!

И несмотря на всё случившееся — соседи до сих пор мирно спали!

— Что это было? — наконец спросил я. Молчание затягивалось.

— Нетопырь.

— Что?

Смирнов смерил меня недоверчивым взглядом.

— Судя по тому, что эта тварь пришла к тебе — должен и сам знать.

— Эмм… — мне даже не пришлось изображать удивление, — Понятия не имею, о чём вы.

— Забавно, — Смирнов прищурился, — И сканирование ничего не показало. Неужели ты и правда столько лет умудрялся не знать, что у тебя есть способности?

— Так, — в голове крутилась сотня вопросов, — Я действительно не представляю, о чём вы. Давайте хотя бы в комнату зайдём, пока соседи не проснулись. Хотя, если их вся эта возня не разбудила…

Дмитрий расхохотался, ничуть не опасаясь, что его услышат.

— Ты реально новичок? В таком возрасте? Впервые такое вижу, ха! Никто не проснётся, Кирилл. Эта тварь распылила сонное зелье. Твои соседи проспят до полудня, и ничего не услышат. Хотя ты прав, — он брезгливо огляделся, — оставаться в этом клоповнике нет никакого желания. Идём, прокатимся. Чувствую, нам всё же есть, о чём поговорить.

— Оденусь сначала.

Через несколько минут мы спустились во двор и подошли к машине Смирнова. Это была новенькая «Шкода».

— Куда едем? — спросил я, усаживаясь на пассажирское сиденье.

— К одному человеку, — туманно ответил Смирнов, — А по дороге поболтаем.

Взвизгнув шинами, авто стремительно тронулось с места, выскочило из двора и пулей понеслось по широкой улице.

— Итак, Кирилл Андреевич… Ничего не хотите рассказать?

— Я вообще-то надеялся, что вы мне всё поясните. Что это за тварь? О каких способностях вы говорили? Как вообще оказались в квартире?

— Во-первых — давай на «ты». Во-вторых — ты что, реально ничего не понимаешь? Мы думали, что какой-то самоучка решил поводить нас за нос.

— Мы?

— Блин, ты и правда не в курсе, — вздохнул майор, — Ладно, давай начну издалека. Люди, как ты наверное понимаешь, сами по себе не воскресают?

— Да уж это не тайна.

— Ну в каком-то смысле, да. Но зато некоторые из нас имеют … Некоторые особенности.

— Мутации что-ли?

— Можно сказать и так. Научно это тяжело подтвердить или опровергнуть. Да и без Истока никакие особенности не проявляются, так что…

— Стоп, стоп, — пришлось перебить его, — Я совсем запутался.

— Короче! — отрезал Смирнов, — Есть люди обычные, а есть — со способностями. Простаки их называют магами, колдунами, волшебниками, чародеями. Кто-то умеет управлять огнём, кто-то — копаться в мозгах, да так, что потом не отличишь реальность от вымысла. Телекинетики, ледяные ходоки, морфы. А самом деле, талантов и умений много, я даже и не все знаю, если честно.

— Так, — мне в который раз пришлось удивиться, — Значит, я — один из таких?

— Видимо да. Мы проверили тебя почти сразу, если помнишь, но не обнаружили особого отклика на Исток. Но сейчас, — он отвлёкся от дороги и, прищурившись, посмотрел на меня, — я вижу, что он есть. Видимо, дару потребовалось какое-то время, чтобы проявиться после «воскрешения».

— Ты всё время говоришь «мы». «Мы» — это кто?

Смирнов, снова на несколько секунд отвлёкшись от дороги, внимательно посмотрел на меня.

— А вот это, Кирилл, я тебе пока сказать не могу.

— Почему?

— Потому что ты можешь просто прикидываться дурачком, и на самом деле быть… Не знаю, шпионом.

— Да чьим шпионом?!

— Брось, — Дмитрий засмеялся, — Я работаю в полиции, нежели думаешь, что меня можно так легко обвести вокруг пальца? На подобные уловки я даже в школе не повёлся бы.

— Ладно, — я пожал плечами, — Тогда расскажи о той твари. Кто она? Почему пришла ко мне?

— Тут всё просто. Этот нетопырь — подвид одного из младших фамилиаров.

— Кого?

— Ведьмины прихвостни. Выполняют для них всякую мелкую работу, проворачивают не слишком сложные делишки. Убить кого-нибудь, например, или стащить нечто ценное.

— Но меня-то зачем убивать?!

— Это ещё проще. Ты, как маг, имеешь определённую ценность. Энергетическую, в основном. Те из нас, кто послабее — отличная жертва для ведьм и колдунов-ренегатов. Нетопырь пришёл с сонным зельем, распылила его в квартире и должен был выпить у тебя всю силу, а затем — вернуться к хозяйке и отдать её. Но на тебя, по какой-то причине, зелье не подействовало. Что лишний раз подтверждает, что ты не так прост, как кажется на первый взгляд.

— Бред какой-то! — выпалил я, ничуть не покривив душой.

Произошедшее удивило меня ничуть не меньше, чем если бы это произошло с предыдущим владельцем тела. Кирилл ничего не знал — ни о магах, ни о колдунах, ни о подобных тварях, ни о людях, имеющих какие-либо магические таланты.

Точнее, знал — но лишь из массовой культуры. Всё это для него являлось выдумкой, обычным развлечением на вечер. Но о том, что нечто подобное существует в реальности парень никогда не верил. Да и я, за то время, которое провёл на Земле, успел привыкнуть к тому, что это полностью техногенный мир, без всего того, что местные жители считают магией или колдовством.

— Понимаю твоё настроение, — кивнул Смирнов, выруливая на кольцевую дорогу, — Сам обалдел, когда всё это узнал. Правда, мне тогда всего шесть лет было, но всё равно…

— Значит ты — маг?

— Типа того.

— И служишь в полиции?

— Тебя это удивляет?

— Немного. Зачем… хм… работать, если у тебя есть такие силы?

— Силы разные бывают, ты что, не слышал, что я три минуты назад говорил? Я, например, не могу каждый день колдовать на стол изысканные итальянские блюда, как не могу из воздуха делать деньги. У меня другой талант, и его лучше всего применять, работая в полиции.

— И что т умеешь?

— Узнаешь, если выпадет случай, — отрезал Смирнов.

— Ладно, вопрос, как ты попал ко мне в квартиру, отпадает, — согласился я, — Но куда мы едем? Надеюсь, я не нарушил никаких ваших правил, и на самом деле ты не везёшь меня в лес, чтобы грохнуть?

— Нет конечно, ты чего! — Дмитрий расхохотался, — Мы против того, чтобы раскидываться потенциально ценными кадрами. Да и нарушить ты, по большому счёту, ничего не успел.

— Опять «мы», — вздохнул я.

— Не парься, узнаешь, если всё сложится удачно. Тем более, что мы уже недалеко.

Я не стал спрашивать, недалеко от чего — всё равно не скажет, так проще подождать, и самому увидеть. Тем более, что было над чем поразмыслить. Впрочем, много времени мне на это не дали — свернув с кольцевого шоссе на прилегающую автостраду, мы довольно быстро покинули пределы столицы, а ещё через полчаса Смирнов привёз нас в какой-то загородный посёлок.

Покружив по узким улочкам он, наконец, остановил машину у довольно старого особняка. Путь к нему преграждали массивные кованые ворота и высоченный кирпичный забор. На улице, кроме нас, никого больше не было.

— Приехали, — сообщил майор, — Идём.

Дмитрий подошёл к воротам и нажал кнопку вызова домофона. Я послушно выбрался из машины следом за ним и невзначай заметил:

— Поздновато для визитов.

— Ничего, примут, — откликнулся мой спутник, и нажал кнопку ещё раз.

В колонке раздался треск, а затем — малоприятный скрипучий голос:

— Кого там черти принесли?! Совсем охренели!? Сейчас собак спущу, вы…

— Баба Марфа, это я, Дима, — вклинился майор, — Есть дело. Срочное.

Поток брани, изрыгаемый колонкой, оказался прерван.

— До утра никак не мог подождать? — проскрипели на том конце провода, — Заходи. Ты не один что-ли?

— Потому и приехал.

— Сейчас выйду. Собак не бойтесь, не тронут.

Щелкнул замок, и Смирнов дёрнул на себя дверь небольшой калитки, жестом предлагая проследовать за ним.

Двор оказался большой. Сразу за воротами расположилась вместительная парковка на три автомобиля. Её накрывал навес. Справа — огромная лужайка с высоченной яблоней, растущей прямо посреди газона. Чуть дальше виднелся небольшой домик, а прямо перед нами возвышался особняк.

Трёхэтажный, с двумя террасами на первом и втором этажах, кирпичный дом, судя по внешнему виду, был построен довольно давно. Однако кондиционеры, пластиковые окна, новенькая отмостка и современное освещение намекали, что строение содержат в образцовом порядке.

Справа что-то зашуршало и я, повернув голову, покрылся мурашками. В паре метров стояла огромная собака. Огромная — это как минимум раза в два больше овчарки. Лохматая и мускулистая, она больше напоминала призрачного пса, или щенка Цербера — древнегреческого чудовища. Глядя на меня своими оранжевыми глазами, она не выказывала никаких признаков агрессии, однако я прекрасно понимал — если ей что-то не понравится, можно попрощаться с жизнью.

Охренеть, и куда меня только занесло?!

Из-за внедорожника, стоявшего ближе всего к нам, вышла ещё одна псина — точно такая же. Обнюхав руку Смирнова, она вильнула хвостом, и прошла мимо, улёгшись прямо под яблоней. Товарка через секунду тоже присоединилась к ней. Я шумно выдохнул.

— Ну и чудища.

— При хозяйке такое не скажи.

Через парковку мы прошли до крыльца, где нас уже ждали.

Низкорослая, сгорбленная старушенция, закутанная в юбки и шали, с красным платком на голове и кучей разнообразных монет, которые усеивали её одежду, побрякивая при каждом движении. Сморщенное лицо, покрытое морщинами, одновременно выражало любопытство и раздражение.

Но больше всего меня поразили глаза пожилой женщины — льдисто синие, и такие яркие, что казалось, будто они светятся в темноте.

— Ну и чего ты припёрся на ночь глядя? Да ещё и студентика с собой приволок?

— Помощь нужна, баба Марфа.

— Ну конечно, а как иначе? — заворчала она, приглашая нас в дом следом за собой, — Помощь ему нужна… Как ставку делать — помощь. Наговор снять — помощь. Хоть бы раз приехал просто так, проведать бабку…

— Ну да, — рассмеялся Дмитрий, — А кто тебе навес устанавливал? А газон кто постригать приезжает? Баню ни в жисть бы не построила, без меня.

— Фу ты ну ты! — старушка отмахнулась, — Ещё и попрекать вздумал?! Совсем стыд потерял!

Через широкий коридор мы прошли в светлую гостиную. Жестом предложив сесть, хозяйка дома отошла шкафчикам и достала оттуда три чашки, попутно щёлкнув тумблером чайника.

— Мёд будете?

— Будем, — кивнул Смирнов, — А булочек нет?

— Тебе лишь бы пожрать. Пятый час утра, какие булочки? Завтрака жди! Эй, парень, как там тебя? — крикнула она мне.

— Кирилл.

— Помоги старухе.

Не споря, я перенёс кружки с ароматным чаем на стол, и уселся напротив Смирнова, по-прежнему ничего не понимая. Однако, судя по всему, никто не спешил переходить к делам. Почти в полном молчании мы выпили горячий напиток, и уставились друг на друга.

— Ну? — наконец, спросила Марфа, — Чего ты меня поднял посреди ночи? Долго сидеть будем? Или ты решил дождаться, пока я копыта отброшу, а товарищ тебе нужен, чтобы мой труп спрятать?

— Не, — Смирнов тряхнул головой, — Мы по делу.

— Ну излагай тогда, не тяни!

— Кирилл — маг. Только безо всяких сил. Ещё он… умер в начале месяца. И воскрес спустя пять дней. И ничего не помнит о своём прошлом, вообще ничего. У нас он не был зарегистрирован, да и лет ему уже куда больше, чем когда впервые проявляются способности. После того, как он… вернулся с того света, мы проверили его, но ничего подозрительного не обнаружили. Он — обычный человек. Вот только сегодня ночью к нему наведался чей-то фамильяр. И пока мы ехали, я увидел проявление колебаний энергии в ауре парня. Их не было несколько дней назад.

— Ага, и вместо того, чтобы выполнять свою работу — проследить за тварью, а затем найти её владельца, ты этого молокососа ко мне приволок?..

— Да за крылатым Гриша проследит, — отмахнулся Смирнов, — А вот с Кириллом нужно разобраться. Судя по последним событиям, он — совсем не обычный человек.

— Зачем ты притащил его ко мне? — повторила вопрос Марфа.

— А куда ещё? Сразу после воскрешения его проверяли целители и менталисты клана, ничего не обнаружили. Ждать до утра… Можно, конечно, вот только официально весь процесс затянется, а я прям чувствую, что тут стоит копнуть. Может получится быстро понять, в чём дело. Да и с Виктором Данилычем договориться всегда можно, он поймёт. Ты уже несколько раз мне помогала с такими случаями. Выручи снова, а за мной не заржавеет, ты же знаешь.

— Знаю, знаю, — прокряхтела бабка, вставая со стула и направляясь ко мне.

Приблизившись, она бесцеремонно взялась за подбородок и подняла его указательным пальцем, внимательно глядя прямо в глаза.

— Не соврал, и правда непростой парень, — пробормотала она, — Идём, Кирилл. Тут одним взглядом не обойдёшься.

Я вопросительно посмотрел на Смирнова, но тот и бровью не повёл, так что пришлось последовал за старухой, вышедшей из комнаты. Пока мы поднимались на третий этаж, у меня в голове билась целая вереница мыслей.

Оказавшись в небольшой комнате, заставленной книжными шкафами, я поднял взгляд. Крыши тут не было. Точнее — присутствовал лишь стеклянный купол, через который было прекрасно видно звёзды.

— Ложись, — бабка Марфа указала мне на кушетку возле одного из стеллажей. Откинув плед, я устроился поудобнее.

— Что вы будете делать?

— Посмотрим сначала на твою ауру, а потом попробуем пробраться в светлую головушку, — не отвлекаясь от поисков чего-то на столе, пояснила старуха.

Её ответ мне не понравился. Корчить из себя ничего не помнящего Кирилла в свете последних событий было куда безопаснее, чем открывать своё истинное лицо.

Если Марфа на самом деле знает, что делать — быстро поймёт, что память у меня никуда не делась. Точнее — частично сохранилась. И своя собственная, и Кирилла. И тогда придётся объясняться с товарищем майором и теми, кто за ним стоит. Вряд ли из этого выйдет что-нибудь хорошее…

Я, конечно, мог сейчас попробовать сбежать. Оглушить старушку, незаметно выбраться из дома, но… Что потом? Вечно скрываться? Если тут есть тайное сообщество тех, кто владеет способностями, недоступным большинству людей — они наверняка имеют довольно серьёзную власть в местном социуме, и с лёгкостью найдут меня. По крайней мере — пока я недостаточно освоился в этом мире…

С другой стороны — Владыка оставил мне лишь часть собственных воспоминаний. Он предложил сделку, это так — но убрал самое важное. То, что на первый взгляд, довольно сильно помогло бы найти Сердце Арна… И мне невероятно — невыносимо! — хотелось вернуть то, что составляло часть той личности, которой я был раньше. Не только по моральным, но и вполне меркантильным причинам, разумеется.

Я уже несколько раз думал над этим, и прекрасно понимал — Владыка неспроста поступил так. Он наверняка знал, что удалять, и однозначно не хотел, чтобы в моём сознании остались вещи, касаемые Сердца. И хотя главной моей задачей было найти артефакт и вернуть его, попав в этот мир, я кое-что для себя решил сразу — торопиться с этим делом не стоит. Ведь чтобы получить свободу, всегда можно отыскать ещё один… Вариант.

А эта старушка, при должном везении, поможет мне восстановить недостающие фрагменты памяти. Если осталось, что восстанавливать, конечно.

Понапрасну рисковать не хотелось, но если у меня получилось провести Смирнова и его друзей-магов с самого начала — может, получится сохранить инкогнито и сейчас? Ставить ментальные блоки меня научили ещё в самом начале воровского пути, так что…

— Надеюсь, мне не придётся пить какую-нибудь дрянь?

— Ты смотри, какой привередливый! — фыркнула Марфа, — Вы, молодёжь, все сейчас такие. Жареной картошечки не хочу, дайте салат Цезарь и рави… рави… Тьфу, как там эту дрянь, называют?

— Не знаю, о чём вы, но картошечку жареную я люблю. С молоком особенно.

Старуха снова усмехнулась, продолжая колдовать над столом. Её руки удивительно легко порхали над какими-то баночками, скляночками, ступками, ящичками и тарелочками. Содержимое более десятка бутылочек смешивалось с порошками, травами, вытяжками и неизвестными мне ингридиентами, пока в руках Марфы не оказался стакан с подозрительно мутной зеленоватой жидкостью.

— На, — она сунула гранёную ёмкость мне в руки, — Пей залпом, и смотри, кушетку не заляпай! Помёт гремлина так просто от кожи не ототрёшь.

Я, уже собираясь приложиться к «угощению», но после этих слов едва не выплеснул содержимое.

Марфа залилась кашляющим смехом. Несколько секунд её тело сотрясалось (от веселья, полагаю), а монетки, нашитые на одежду, зазвенели.

— Ох, ну ты валенок сибирский! Шуткую я, не переживай. Нет там ничего такого.

— Точно?

— Точно. Пей, говорю, уже светать начинает, а у меня с утра клиенты.

Вдохнув поглубже, я поднёс стакан к губам и, стараясь не принюхиваться, залил в себя ведьмовской отвар. Удивительно, но никакого вкуса он не имел.

— Так, и что теперь?

Вместо слов изо рта донёсся только хрип. С удивлением осознав это, я попытался поднять руку, но она оказалась удивительно тяжёлой. Перевести на неё взгляд тоже не получилось — зрачки будто залили смолой.

«Чем это она меня опоила?» — мелькнула мысль, и после этого сознание поглотила темнота.

Глава 4

Интерлюдия I

Мальчик, который много крал

Я был самым мелким из всех, кто в ту памятную ночь оказался у Обломанного ногтя. Не помню, сколько тогда мне было — пять, шесть лет? Наверное, сейчас это уже совсем не важно. Самое забавное — я не должен был оказаться там, ни при каких обстоятельствах.

Мой родной город едва пережил эпидемию Тихой смерти. Сам я был слишком мал, чтобы на тот момент осознать все ужасы, которые довелось пережить жителям Полэсто и мои родителям. Они… Им почти удалось сделать всё, чтобы защитить себя. Почти…

Мы запаслись водой, едой, оружием и предметами первой необходимости. Забаррикадировались в нашем особняке, выставили охрану, снабдили её всем необходимым и соблюдали все меры предосторожности.

В тот момент у ребёнка не было понимания того, что люди бывают куда страшнее самых опасных болезней.

Свихнувшиеся от страха и злобы жители города с оружием прошлись по кварталу, где мы жили. Не думаю, что кому-то из наших соседей удалось уцелеть… Охрану перебили, баррикады — снесли. Даже двух щенков породы Луцерия, которых отец подарил мне на день рождения — и тех застрелили. До сих пор не понимаю — их то за что?

Я почти не запомнил, как мы убегали. Весь тот вечер остался в памяти одним смазанным пятном. Кровавым, грязным, и очень страшным. Спустя годы он до сих пор мне снился, но деталей, как и раньше, вспомнить не удалось.

Зато я навсегда запомнил последний взгляд отца, оставшегося в узкой подворотне задержать нескольких преследователей. Как и объятия матери, успевшей после них спрятать меня в вонючем закутке рядом с набережной.

Я не видел, как они умирали. Но когда это происходило — чувствовал. И плакал. Да, теперь признаваться в этом совсем не стыдно. Мало ли надо шестилетнему мальчишке, чтобы разреветься? А тут такое…

Жить на улице было нелегко. Но в отличие от остальных беспризорников, оставшихся без родителей, у меня были хоть какие-то знания о мире, дарованные нанятыми учителями. В отличие от опыта. Поэтому я и прибился к стае малолеток примерно моего возраста. Поначалу, конечно, пришлось постараться, чтобы они меня приняли — лишние рты в то время никому не были нужны. Но когда я показал им, как можно добывать еду — отношение к моей персоне резко изменилось.

Воровать оказалось несложно — особенно в тех местах, где не осталось охраны. Чёрствый хлеб сменялся подгнившими фруктами, затем — какой-то мелочью, выгребаемой моими подельниками из кассы магазина, пока я разыгрывал припадок на глазах его хозяина. Позже те из нас, кто был постарше, тратили её на покупку мяса не самой первой свежести, одежды, которую не получилось украсть, лекарств и прочих, не менее необходимых вещей.

Так прошло несколько месяцев. Тихая смерть покинула наш район, а затем и весь город. Жизнь вошла в прежнее русло, но для меня она уже не могла стать такой, какой была раньше. Больше никаких частных учителей, никаких сладостей на заказ, никаких поездок на океанское побережье. Я был ещё слишком мал, чтобы понимать простую вещь — можно было заявиться в магистрат нашего района и подтвердить свою личность с помощью всего пары капель крови. Тогда мне бы отошёл счёт в банке, а также то, что осталось от особняка родителей и трёх их магазинов.

К сожалению, к тому моменту, как я это узнал, все активы моей семьи уже оказались разорваны теми, у кого хватило на это сил и ума. Даже вздумай я вспомнить о своих правах — было бы поздно.

Да и недолго мне довелось погулять на свободе.

Как только эпидемия сошла на нет, мою маленькую банду заметили более опытные… «коллеги». Оказалось, что красть у кого попало, да ещё и без ведома Обломанного ногтя — занятие не слишком безопасное.

К счастью, у короля воров хватило ума не потрошить малолетних карманников и форточников. Вместо этого его люди привели нас в Катакомбы. Когда-то это был огромный могильник, но со временем места в нём не осталось, да и на другом конце города появилось новое, куда более удобное кладбище. Так что о Катакомбах забыли, и они превратились в жилой муравейник изнутри, сверху укрытый заброшенным парком. Здесь король воров и его свита не опасались излишнего внимания.

Вместе со своими товарищами я попал в это подземное королевство примерно на десятый год его существования. В ту ночь перед моими глазами предстало скопище старых склепов и залов, соединённых между собой разветвлённой сетью тоннелей и галерей. Стены укрепляли изогнутые деревянные опоры, которые на тот момент казались мне рёбрами исполинских чудищ.

Нас привели через небольшой мавзолей, скрытый в окружении старых яблонь. Миновав тоннель, освещённый синеватыми кристаллами, мы спустились глубже, прошли несколько коридоров, и снова спустились… Вскоре воздух стал густым и тяжёлым. В нём витал запах сырой земли и человеческого пота, а из массы углублений вдоль коридоров нас провожали взгляды любопытных глаз.

— Входите, входите! — сказал Обломанный ноготь, когда мы оказались в его жилище. — Добро пожаловать. Вы голодны?

Мы с Астрой, чумазой рыжеволосой девчонкой, прибившейся к нашей банде последней, кивнули.

Король воров улыбнулся, и приглашающим жестом указал на стол, за которым сидел. На нём стояла масса изысканных блюд, которых мы никогда не видели. Взгляды товарищей загорелись, и вскоре мы уже сидели, торопливо запихивая в себя еду.

— Тише, тише, друзья! Не торопитесь, никто у вас эти лакомства не отберёт! — посмеивался Обломанный ноготь, — У всех нас здесь одинаковая судьба — мы сироты. Ни у кого из нас нет ни отцов, ни матерей, зато… Теперь у каждого есть множество братьев и сестер. И надежная крыша над головой. Правда, для кого-то эта крыша — пол, но это нам не мешает.

Посмеиваясь собственной шутке, Обломанный ноготь рассматривал нас. Я, в свою очередь, вперился взглядом в него.

Он был стар. Длинные седые волосы, собранные в жидкий хвост, морщинистое лицо с узким подбородком и мутные светло-серые глаза. Тонкие кисти, длинные пальцы — и отсутствующий мизинец на правой руке.

— Поговорим о деле! — сказал наконец король воров, когда мы набили животы, — Я уже несколько раз слышал о вашей шайке. Честно признаюсь — не ожидал, что вы настолько молоды. Учитывая, какие места умудрились обчищать…

Он задумался на какое-то время, а затем продолжил:

— Видите ли, детишки, тут вот какое дело… Нельзя просто так красть всё, что вздумается, понимаете?

— Почему? — спросил я.

— Потому что, мой маленький друг, всё должно быть упорядоченно. Вот скажем, тот лоточник на Светоярной улице, у которого вы два дня назад срезали кошелёк. Он недосчитался пяти серебряных монет. На его достатке это сказалась не слишком сильно — однако чуть ранее, в начале месяца, он заплатил примерно такую же сумму… мне. В качестве благодарности за то, что мои люди его не трогают. Понимаешь, о чём я?

— Понимаю. Вам платят те, кто не хочет быть обкраденным?

— Схватываешь на лету, — одобрительно кивнул старый вор, — Но это лишь часть общей картины. Я, как ты понимаешь, не самый важный человек в городе. Надо мной тоже стоят те, кому надо платить. Из этих пяти серебрушек три идут дальше. И из таких маленьких ручейков со временем складывается целая река — денежная река, мой маленький друг! Кстати, как тебя зовут?

— Кальн.

— А второе имя?

Я хоть и был маленьким, но даже в тот момент уже понимал простую вещь — нельзя говорить незнакомцам всю правду, если ты хоть каплю сомневаешься в целесообразности этого. А сидя перед Обломанным ногтем, я очень сильно сомневался.

— Не помню.

— Что ж, ничего страшного. Ты кажешься смышлёным малым, Кальн. Если твои друзья не поймут, что мы только что обсуждали — ты сможешь объяснить им это?

Я кивнул.

— Отлично. Тогда продолжим. Оставшись с нами вы, конечно, можете покидать наше убежище в любое время. Наше… дело… всегда нуждается в новых людях. В вас, дорогие мои крохотные воришки. Пригласив вас сюда, я предлагаю искреннюю дружбу. Если решите остаться, и примете меня как своего наставника и покровителя — приобретете множество надежных и любящих друзей. Вы перестанете думать, где взять еду, получите крышу над головой и защиту от любых врагов! А если решите уйти… Что ж, я не стану мешать. Но уверяю — вскоре вас либо найдут в подворотне с дыркой меж рёбер, либо окажетесь в каком-нибудь публичном доме или рабской галере. Потому что никто вас не защитит.

После этих слов никто из нас не пошевелился.

— Ну, малыши, что скажете? Вы согласны стать частью нашей большой и дружной семьи?

В тот момент все смотрели только на меня. И впервые в жизни стало понятно, что от ответа зависит не только моя жизнь.

— Согласны, — кивнул я, и протянул Обломанному ногтю руку.

Посмеиваясь, он пожал её.

— Я знал, что могу рассчитывать на ваше благоразумие! — сказал старый вор, показав гнилые зубы, — Но знайте, что бесплатно тут никто не живёт. Нет-нет, не бойтесь, работать на рудники я вас не отправлю. Вместо этого вы продолжите заниматься тем же, чем и раньше, но… Уже так, как это требуется мне.

* * *

С той памятной ночи прошли месяцы. На смену Сегарвису пришел Аллар, его, в свою очередь, сменил Беларим. Летние грозы ушли куда-то на запад, уступив место проливным дождям, а затем — зимним метелям. Тринадцатый год Веррано превратился в четырнадцатый год Мортабело, Повелителя пламени.

Наша банда поредела. Из семи человек, не слишком преуспевших в заданиях Обломанного ногтя, четверо окончили свои дни на виселице. Это оказалось совершенно обычным делом — в Катакомбах то и дело появлялись новые люди, а старые куда-то исчезали. Кому-то, как моим товарищам, просто не везло. Кто-то решал «завязать» и уходил. Не знаю, что с ними случалось дальше — меня, если честно, всё устраивало.

Вся эта воровская шайка трудилась, не покладая рук — и я вместе с ними. Форточники, медвежатники, «уличные актёры» вместе с карманниками, каталы, аферисты, «рыбаки» — каждый из тех, кто работал на Обломанного ногтя, имел свою собственную роль. А я, незаметно даже для себя, погрузился в изучение всех премудростей воровского искусства. Не тех советов, которые раздавал Обломанный ноготь моим ровесникам — их я сумел понять сам, и довольно давно.

— Помните, малыши, — разглагольствовал старый вор, — вы не должны привлекать к себе никакого внимания. Контакт с клиентом не должен превышать секунды. Всего одной секунды! И даже в таком случае вы можете попасться! Если подумать, ваша драгоценная жизнь зависит всего от трёх правил. Первое — клиент всегда должен быть отвлечён. Вашим товарищем, лаем собаки, проезжающей каретой или, чем Мортабело не шутит — пожаром! Второе — даже если отвлечение есть как фактор, старайтесь вообще не контактировать с объектом вашей охоты! Ну и третье: сделал дело — рви когти!

Когда я впервые услышал эти «премудрости», прошёл уже месяц как нас привели под холм. К тому моменту мне уже удалось украсть больше, чем многим ворам куда старше. Я устраивал на улицах настоящие представления, используя для них не только смекалку, но и разного рода реквизит. Гранатовый сок — в качестве крови, серные шашки — для задымления, обычные деревянные ветки — для имитации переломов под одеждой. Благодаря некоторым хитростям работа уличного воришки быстро надоела, и мне захотелось придумать что-нибудь, что позволит проявить себя перед Обломанным ногтем.

* * *

Это случилось через семь месяцев после моего прибытия в Катакомбы. Две с лишним недели я и мои друзья придумывали план ограбления, которое позволило бы нам… Если честно, то я и не припомню, что именно хотел получить за то дело, кроме признания своих заслуг. Но то, что про последствия никаких мыслей в пустой голове ребёнка не присутствовало — факт.

Своей целью я выбрал трактир «Седьмой сатрап». Старое, мрачное трёхэтажное деревянное здание пристроилось на границе двух районов, и являлось пристанищем не самых бедных жителей города. Из «наших» там обычно никто не бывал, и именно поэтому… Впрочем, обо всём по порядку.

В тот вечер я, жалобно хныча и размазывая по щекам сопли и слёзы, ввалился в зал трактира. Чтобы полностью соответствовать образу, пришлось не пить и не мыться почти два дня, по несколько часов лежать под палящим солнцем на крышах, чтобы губы потрескались а кожа огрубела. В карманах воняли куски мертвечины — собачьей, разумеется, а не человечьей. Ну а грим, которым друзья нарисовали мне язвы, довершал картину.

Любому идиоту, заметившему такие симптомы, было понятно — Тихая смерть вернулась.

— Прошу вас, добрый господин, — еле слышно просипел я, обращаясь к застывшему на входе вышибале и протягивая руку, тоже усеянную нарисованными язвами. Остальные посетители — шлюхи разной «свежести», игроки в карты, пьянчуги, работяги, банкиры, учителя — все они прервали свои занятия и в ужасе уставились на меня.

— Пожалуйста… Добрые господа… Мои родители больны, я не знаю, что с ними. Они лежат… И не двигаются… Как и брат… Я один остался на ногах. Прошу вас, вы должны помочь мне! — я шмыгнул носом, — Пожалуйста…

Мои всхлипывания заглушил вопль вышибалы, чей голос оказался удивительно высоким:

— Смерть! Тихая смерть!

В то время я ещё не знал таких слов как «паника». Но то, что случилось после моего появления в трактире, по-другому назвать было нельзя. Единственное, чего я на тот момент не предусмотрел — в развернувшейся давке меня запросто могли затоптать. Впрочем, вполне возможно, что посетители трактира просто не рисковали оказаться рядом с больным ребёнком, и только поэтому удалось уцелеть.

Карты полетели на пол. Как кружки, стаканы, бутылки, тарелки — и всё их содержимое. Переворачивая столы и стулья, посетители ударились в бегство, не считаясь с сопутствующим уроном. Ушибы, ссадины, занозы, порезанные о разбитые стёкла руки, ноги, лица — ничто, в сравнении с тем, что ждёт человека, заболевшего Тихой смертью.

Таверна опустела в считанные минуты.

И в этот момент в неё пробрались мои сообщники. Десять самых быстрых, самых отчаянных и дерзких ребят, специально отобранных для этой «операции». Часть из них осталась в главном зале — собирали то, что осталось от сбежавших посетителей. Тут — пригоршня монет, там — кинжал с несколькими камушками в основании рукояти, здесь — обронённое украшение.

Но всё это было мелочёвкой. Основной нашей целью была кладовая и личная комната трактирщика.

Пока пятёрка моих друзей потрошила склад, выносила оттуда свиные окорока, закопчённые тушки, бутылки с вином и другие припасы, складывала их в телегу, заботливо подогнанную последним участником нашего налёта к заднему выходу, мне пришлось заняться комнатой трактирщика.

На всю операцию я отвёл две минуты. Может быть, кому-то покажется, что это очень мало. Но поверьте — когда распланирована каждая секунда, такого количества времени должно хватить даже с запасом.

Забежав за стойку, я проник на кухню, а оттуда, через небольшой коридор — в личные комнаты владельца заведения. Дверь, к счастью, оказалась не заперта. Потратив несколько драгоценных секунд на осмотр помещения, я не решился выискивать тайники — в этом и смысла никакого не было. Особенно, если учитывать, что на столе стоял довольно увесистый металлический сундучок. Запертый — но вскрывать его и не требовалось. Я прекрасно знал, что внутри хранится выручка за последние несколько дней.

Закончив обчищать заведение, мы выскочили наружу. Несколько человек с телегой отправились сразу на холм, а я, стерев часть грима, с оставшимися воришками растворились в ночи.

В которой разносились звуки барабанов и горна.

Народ, разбуженный посетителями «Седьмого сатрапа», высыпал на улицы. Паника поднялась даже раньше, чем истекли отведённые мной на ограбление две минуты — но это играло нам на руку. Никто и не подумал, что дети, с трудом продирающиеся через толпу, только что обчистили трактир и загрузили целую телегу ворованными вещами.

Добыча, как я и предполагал, превзошла все ожидания. Никогда еще мы не видели столько денег разом — в силу возраста, разумеется.

А над городом до самого утра разносился тревожный бой барабанов. Оба района, на границе которых стоял трактир, по указу магистрата полностью перекрыли. Люди, несмотря на это, пытались вырваться, однако отряды стражников, усиленные гвардейцами, стояли крепко, и никого не выпускали. Карантинные бригады и медики в сопровождении усиленной охраны колесили по улицам и отлавливали выборочных «пациентов», но… Ни одного заражённого так и не нашли.

* * *

Наутро ко мне пришли личные охранники Обломанного ногтя и безо всяких церемоний приволокли к нему. Старый вор, сидя за своим столом, выглядел очень недовольным.

— Садись, — хмуро бросил он, — Догадываешься, зачем тебя привели?

Я кивнул.

— Помнишь, в первую нашу встречу я рассказывал о том, как у нас в городе делаются дела?

— Да.

— Видимо, ты недостаточно хорошо слушал. Позволь, я объясню ещё раз. Видишь ли, у обнесённого тобой и твоими дружками трактира был владелец. Он работал на очень, очень важного человека. Как и я, он платил этому человеку немалые деньги. Чтобы не иметь никаких неприятностей и проблем, которые ты устроил.

— Я проверял. Это был не один из наших…

— Ох, Кальн, ты же ещё совсем ребёнок! Что ты можешь знать? Бывают разные… люди. Кто-то ведёт незаконную деятельность, и не скрывается — как мы. Кто-то — напротив, делает всё, чтобы о его связи с преступным миром никто не узнал. И владелец трактира был именно таким! Так что же получается? Благодаря тебе человек, который очень помогал нашему делу, получил целый ворох неприятностей. Хотя заплатил денежки, и ничего подобного не ждал! — Обломанный ноготь ударил кулаком по столу, заставив меня вздрогнуть, — Следишь за моей мыслью, малыш? И ладно бы только ограбление! Вернуть вещи и деньги — не проблема, как и принести извинения! Но ты, ты!… — ему, кажется, не хватило воздуха, чтобы закончить фразу, — Эта твоя выходка с Тихой смертью! Красиво, изобретательно — не спорю! Но из-за неё в городе разразилась такая паника, которая не утихнет ещё как минимум неделю! И как ты предлагаешь нам выполнять свою работу, пока все сидят по домам, а?

На сей раз я счел за благо держать рот на замке. Всё равно не знал, что ответить. Между тем, старый вор продолжал:

— Прошлой ночью стража избила, поранила и убила больше пятисот горожан. Нам очень сильно повезло, что в Катакомбы не нагрянули с проверкой! На твоё счастье, этого не случилось. И потому я дам тебе ещё один шанс, хотя любой другой на твоём месте уже плавал бы в канале со вспоротым брюхом! Запомни раз и навсегда — мне не нужна инициативность. Знаешь, что значит это слово? Хорошо. Мне всего лишь нужно, чтобы ты тихо и аккуратно выполнял свою работу. Кошелек, пара зелий, световой кристалл, несколько тряпок, дешёвый браслет. И все! Представь себе, что ты обычный маленький карманник — как твои друзья. Ясно тебе?

Я кивнул с самым серьёзным видом.

Глава 5

Видение закончилось также неожиданно, как и началось. Казалось, ещё секунду назад я отчётливо видел перед собой лицо Обломанного ногтя, улочки родного города, ухмылки товарищей после удачного дела — и вот уже всё это осталось где-то там, в темноте…

— Ну ты силён спать, паря.

Повернув голову, я увидел Марфу. Старуха сидела в кресле неподалёку от кушетки, и грела руки большой кружкой, от которой валил пар. За тяжёлыми занавесками виднелись проблески рассвета, в полной мере вступившего в свои права.

— Долго провалялся?

— Да почти час. Каюсь, кажись, слишком много волчьей ягоды сыпанула в зелье. Как себя чувствуешь?

— Вроде неплохо, — я сел и попытался сосредоточиться. Кажется, ничего не поменялось, — Как результат?

Марфа удивлённо уставилась на меня.

— Ты мне скажи, соколик. Всё, что могла, я сделала. Памятный настой — вещь сугубо личная. Сам должен был увидеть, чего там у тебя в голове осталось.

Ага, вот оно значит как… Что ж, это удобно.

— Ничего не видел, — с совершенно убитым видом прошептал я, — Сначала меня… накрыло эти вашим настоем, всё замедлилось, а потом… Просто темнота.

Марфа внимательно смотрела в мои глаза. Мне не нравился её взгляд — пронзительный и тяжёлый, он будто буравил саму душу. Впрочем, если бабка и поняла, что я вру — виду не подала.

— Странно это, Кирилл, очень странно. Хотя, учитывая твою историю… Может и ничего необычного в том что зелье не помогло…

— Ну что, он просну… О, Кирилл, с добрым утром! — в комнату ввалился Смирнов, — Ну как?

— Никак, — я пожал плечами, — Просто отрубился.

— Блин! — выругался майор, — Ну как так? Я был уверен, что всё получится! Вообще ничего не вспомнил?

— Не-а.

— Ну, тогда придётся всё делать по протоколу, — вздохнул он.

— Ты-то чего расстраиваешься? Он тебе кто, сват, брат? — спросила Марфа.

— Да причём тут это! — отмахнулся майор, — Совет точно решит, что разобраться с этой ситуацией надо! А с такими темпами… Повиснет дело, и не на ком-нибудь, а на мне! Как будто на работе проблем мало, тьфу!

— Ты мне ещё поплюй тут! — возмутилась бабка, — Валите отседова, и так всю ночь с вами провозилась! С тебя причитается за помощь.

— Само собой, — хмуро ответил Смирнов, — Пошли, Кирилл.

Хозяйка дома не стала нас провожать. Мы покинули особняк, вернулись в машину и какое-то время сидели молча.

— И что теперь? — наконец спросил я.

— Теперь? — Дмитрий отвлёкся от собственных мыслей, — Едем обратно в город. У тебя, если правильно помню, утром должна состояться крупная сделка?

— И об этом уже знаете?

— Ну а то. Прослушку сразу поставили. Мне, кстати, показалось подозрительным, что после возвращения домой ты решил продать комнату. Как и то, что пользуешься своим телефоном. Неужели незапаролен был?

— Клоповник, — я сморщился, — Нет желания там оставаться. А телефон по отпечатку пальца разблокировал. Просто повезло.

— Хм… И что теперь будешь делать?

— Сниму квартиру, попробую найти работу… Если «вы» не против.

— В универе восстановиться не хочешь? Первый курс закончил нормально, чего бы не продолжить?

— Да я же не помню нифига! — «взорвался» я, — И универ этот, и то, чему там учили! Ни друзей, ни родни… А тут ещё вы со своей… магией!

— С тёткой, как понимаю, контакт наладить не удалось?

— Её бы больше устроило, останься я лежать в могиле.

— Ясно… — Дмитрий побарабанил пальцами по рулю, — Ну вот что, поступим следующим образом. Я сейчас отвожу тебя домой, ты решаешь свои дела. Запиши мой номер, — он продиктовал цифры. Как же хорошо, что я действительно настроил на нём вход с помощью отпечатка! — Позвонишь, когда всё сделаешь.

— Зачем?

— Ты, Кирилл, как бы мне этого не хотелось, всё-таки стал проблемой. Небольшой, но всё же. Мы не можем допустить, чтобы воскресший человек с явной связью с Истоком и неизвестными способностями исчез из нашего поля зрения.

— Почему?

— Это тебе объяснят другие люди, — отрезал Смирнов, — Имей в виду — мы за тобой приглядываем, так что сбежать не получится. Продашь комнату — позвони мне, и сориентируемся, как действовать дальше. А я пока договорюсь насчёт тебя со своим руководством. Блин, сколько же волокиты предстоит!

Он запустил двигатель, и мы поехали обратно в город. За всю дорогу не обменялись и десятком фраз, но меня это вполне устраивало — было над чем подумать…

* * *

Сделка с «дорогими» родственничками прошла гладко. Юристы проверили статус комнаты, убедились, что всё в порядке, и уже после обеда мы с тёткой оформили договор, подписали все необходимые документы и… Я стал счастливым обладателем миллиона рублей.

Может быть, где-нибудь в провинции я бы с этими деньгами чувствовал вполне уверенно, но в столице подобная сумма мало у кого вызывала трепет. Тем не менее — меня всё устраивало. Поэтому, устроившись в уже знакомой пиццерии я, как и обещал, сразу позвонил Смирнову.

На этот раз он не смог приехать лично, прислав вместо себя двух незнакомых людей. Молодые парень и девушка — высокие, стройные и черноволосые — были похожи друг на друга как две капли воды. Оказалось, что это брат и сестра, Рамиль и Рамиля. Они забрали меня с одной из многочисленных в округе парковок на огромном чёрном джипе.

— Запрыгивай, — велел Рамиль, опуская тонированное окно, — Мы от Смирнова.

— Привет.

— Привет. Так ты и есть тот воскрешённый?

— Уже рассказали?

— Мы же должны знать, с кем имеем дело. В клане по-другому никак, только чистое доверие.

— В клане?

— Дима что, тебе ничего не рассказал?

— Только в общих чертах. О магах и фамилиарах.

— Ну, он в своём репертуаре, — усмехнулась загорелая Рамиля, спокойно проезжая на мигающий сигнал светофора.

— Так что там за клан? У вас своя организация?

— Не только у нас. В каждом крупном городе мира есть община магов.

— И чем вы… Занимаетесь?

— Как это чем? — хохотнул Рамиль, — Живём. Работаем, любим, ненавидим, и всё такое. Иногда — воюем.

— Серьёзно?

— Без шуток. Вот, например, Лёха Песчанников недавно вернулся из Сирии. Говорит, там местные колдуны — совсем безбашенные, магию крови используют, а Исток у них — один на всю страну. Бедняги.

— Из Сирии? — не понял я, — Погоди, ты хочешь сказать, что в военных конфликтах обычных людей вы тоже участвуете?

Рамиль прыснул.

— Ну ты реально Незнайка!

— Да ладно, ты же в курсе, что у парня память отбило! — осадила его сестра, — Кланы — это не просто сторонние организации, существующие сами по себе. Мы… Скажем так — плотно интегрированы во все сферы современного общества. Силовые структуры, шоу-бизнес, медицина, образование, правительство, — она запнулась и стрельнула на меня глазами через зеркало заднего вида, — Это, конечно же, большая тайна.

— Я понял, трепаться не буду. Но ты продолжай, пожалуйста.

— Да нечего продолжать, по идее. Клан — это клан, сам всё поймёшь.

— Получается, если маги так встроены в общество — вы тайно управляете миром?

— Ну-у, — девушка задумалась, — Типа того, наверное. Ты пойми, мы с братом — мелкие сошки, боевики. Нам не всё рассказывают, а слухи, они слухи и есть. Но вообще — да, много кто из наших занимает высокие посты на государственных должностях. И не только в России, но и по всему миру. Правда, не особо это что-то и меняет — интересы у магов достаточно схожи с интересами обычных людей, так что на международном уровне точно такая же ситуация как та, о которой говорят по телеку. Но такого, чтобы держать под контролем президентов, вроде как нет. Многие из них сами рады делать всё, что нам нужно.

— А что такое Исток?

— А вот это тебе рассказывать мы не можем, — мило улыбнувшись, ответила Рамиля, — Но думаю, что скоро всё узнаешь. Тем более, ехать осталось недалеко.

По идее, я и так уже составил примерную картину происходящего. Как впоследствии выяснилось — она оказалась весьма близка к тому, что происходит на самом деле.

Как бы там ни было, вскоре меня привезли к одной из башен Москва-сити. Оставив машину на подземной парковке, сопровождающие привели меня на пятьдесят восьмой этаж. Тут-то меня и накрыло так, что пришлось подбирать челюсть с пола.

На первый взгляд — это было огромное open-space пространство какого-то офиса. Между столами сновали люди, под потолком и на перегородках висели здоровенные плазменные экраны. Компьютеры, телефоны, офисные принадлежности, бумаги — ничего особенного. Однако стоило лишь приглядеться…

Так, к примеру, взявшись за руки, несколько человек за большим круглым столом сидели в трансе. Как я это понял? Да очень просто — их рты были открыты, и оттуда стелился ярко зелёный дым. Он находился в постоянном движении, ежесекундно складываясь в различные образы и фигуры. Рядом с «трансанутыми» стояли ещё двое — и с совершенно невозможной скоростью рисовали в огромных блокнотах то, что успевали разглядеть в зеленоватой дымке.

За парочкой столов я заметил жутких существ с головами каких-то мерзких насекомых. Своими длинными трубчатыми языками они водили по металлическим пластинам, а затем с интересом что-то на них разглядывали, после чего посыпали всё это какие-то порошком.

Были тут и другие необычные создания. Например — несколько привлекательных женщин с огромными крыльями, лохматые коротышки, а в углу, как мне показалось, я заметил оборотня, мирно спящего прямо на полу.

Покрутив головой, у меня появилась уверенность — тут «нормального» вообще не слишком много. Какие-то кристаллы на столах, искрящиеся перстни, самостоятельно летающие записки, проекции (или призраки?!), спокойно проходящие сквозь людей.

— Вы что, вообще не скрываетесь?

Рамиля прыснула.

— Скрываемся, конечно. Представляешь, что начнётся, если жукоголовые эмуры будут гулять по улицам? Все используют морок, чтобы казаться обычными людьми. Только те, у кого есть связь с Истоком могут видеть истинную сущность магов и волшебных существ. Мы, кстати, пришли.

Провожатые остановились перед лестницей, ведущей к стеклянным дверям.

— Тебе наверх.

— Спасибо.

Поднявшись, я увидел внутри полностью стеклянного кабинета человека за высоким столом. Он внимательно изучал какие-то бумаги. Пару раз стукнув костяшками пальцев по прозрачной двери, заглянул внутрь.

— Можно?

— Добрый день, Кирилл, конечно. Проходи, присаживайся.

— Здравствуйте, — ответил я, устраиваясь напротив стола.

Хозяин кабинета кого-то неуловимо напоминал. Какого-то актёра, или человека из моей прошлой жизни? Тяжёлый подбородок, скрытый густой, ровно подстриженной бородой, глубоко посаженные зелёные глаза, чёрные волосы, собранные в хвост, массивный нос. По щеке, наискось, тянулся застарелый шрам.

Мужчина внимательно смотрел на меня.

— Слышал, сегодня ночью на тебя напал фамилиар?

— Да.

— Не переживай, отправившую его ведьму мы найдём.

— Простите, но мы — это кто? Майор Смирнов ничего мне не объяснил.

— Мы, Кирилл — это московский клан магов, Дети Перуна. А я — их представитель. Меня зовут Виктор Вальтер, и я — координатор восточного округа.

— А это что за место?

— Что-то вроде полицейского участка. Второй отдел тайной службы города Москва. ОТС-2, если сокращённо.

— Значит, у меня проблемы?

— Проблемы? — удивился Вальтер, — В целом, я бы на твоём месте рассматривал ситуацию совсем по-другому. Ты умер, но по неизвестной нам причине воскрес. Получил второй шанс, да ещё и связь с Истоком. Раньше её точно не было, мы проверили все данные о тебе, какие только удалось найти. Это не проблемы, Кирилл, это — везение чистой воды. Тебя привезли сюда, чтобы просто ввести в курс дела и объяснить, что будет дальше.

— Ладно, — я кивнул, — получается, я маг? Могу колдовать, или как это у вас называется?

— Магия… Это не что-то сверхъестественное, как считают люди, парень. Если говорить совсем по-простому — это способность определённым образом преобразовывать особую энергию.

— Это как?

— Усиливать звуковые волны, брать под контроль сигналы нейронов, осуществлять химическое преобразование веществ без помощи специального оборудования, — начал загибать пальцы координатор, — Вариантов — огромное количество. Какие-то способности со временем исчезают, и их уже никто не получает, другие — наоборот, появились совсем недавно.

— И где брать эту… «особую» энергию?

— О, это правильный вопрос! Магическая энергия накапливается в специальных артефактах. Их называют по-разному, но мы предпочитаем определение «Исток».

— Он один для всех?

— Для тех, кто принадлежит клану. У каждого клана — свой Исток. Но можно пользоваться и чужими, если получится на них настроиться. Правда, такого лет триста уже не происходило.

— Почему?

— У тебя очень лаконичные вопросы, Кирилл, — усмехнулся Виктор, — Такие, что я даже удивляюсь, почему происходящему не удивляешься ты?

Я едва не прикусил язык. Вошёл во вкус и забыл, что нужно притворяться разбившимся пареньком. Пришлось отвечать.

— Потеря памяти довольно сильно очищает сознание, знаете ли. Да и на самом деле — я просто стараюсь держать себя в руках. Не думаю, что истерика хоть как-то мне поможет.

— Логика? Радует, что ты адекватно относишься ко всему происходящему.

— Давайте вернёмся к упущенной теме, — попросил я, не выходя из образа, — Как это происходит?

— Что именно?

— Взаимодействие с Истоком.

— Ну, те, у кого есть полномочия, могут черпать энергию напрямую. А те, у кого нет — вынуждены её покупать. Или получают бесплатно, для выполнения заданий Совета.

— Ясно, — картинка в голове потихоньку складывалась, — И чем платить? Кровью?

Вальтер расхохотался.

— Да ты что, с ума сошёл? Доллары, евро, биткоины, рубли, юани, золото — любая валюта, соответствующая международному рынку, вполне подойдёт. Амулеты можно купить в любом магазине клана, без проблем — было бы, чем платить.

— Как понимаю, в других городах тоже есть такие ложи?

— Конечно. Только у нас, в России, тринадцать кланов. А по миру, эээ… Не буду врать, точное количество не помню. Но много, очень много.

— И какая между вами… Политическая обстановка?

— Хочешь спросить, не воюем ли мы?

Я кивнул.

— Стычки случаются регулярно. Между кланами внутри страны — чрезвычайно редко, но вот с иностранными — постоянно. Но ты не переживай. Дети Перуна — один из самых сильных кланов на материке. Но, кажется, мы отклонились от темы. В общем так, Кирилл, — координатор откинулся на спинку кресла, — Тебя привезли, чтобы ввёсти в курс дела. Так как ты — человек со способностями, как мы уже убедились, вариантов остаётся всего два. Первый — остаёшься под нашим наблюдением. Пройдёшь парочку тестов, выясним, какие у тебя данные, войдёшь в курс дела.

— А второй?

— Смерть. Бесконтрольно разгуливающий маг, который не знает, что он может — лишняя головная боль для клана. И потенциальная добыча для ренегатов. А это — очередное мёртвое тело в какой-нибудь заброшке, ненужное внимание полиции и прорва бессмысленной работы для наших ребят.

Я сглотнул, и это не укрылось от внимания моего собеседника. Он ободряюще улыбнулся.

— Да не переживай так. Ситуации бывают разные. Ты не единственный, кого сюда привезли в полном замешательстве. Но ещё никто на моей памяти не отказывался от новой жизни. А уж тебе сама судьба велела присоединиться к нам, разве нет? Мало кто получает второй шанс.

— Похоже, что так. Я согласен.

— Ну и отлично! — координатор хлопнул ладонью по столу, — Тогда двигай обратно на парковку. Близнецы Шагивалеевы отвезут тебя куда нужно.

— И что мне там делать?

— Ничего особенного. Один из наших Мастеров проверит наличие связи с Источником и попытается проявить твои умения. Какие-то они должны быть. Я пока оформлю все необходимые бумаги, внесём тебя в реестр, сделаем некоторые документы — а после всех проверок предложим место в клане, исходя их твоих достоинств и недостатков.

— Вот так просто?

— Ну, это займёт какое-то время. Но если ты о том, что я сейчас проявляю дружелюбность — не удивляйся. Пока мы не убедимся, что ты чтишь интересы клана, и подчиняешься нашим правилам — всё время будешь находиться под наблюдением.

— Что за правила?

— Да по большому счёту они все пересекаются с действующим законодательством. Никаких запрещённых опытов, нельзя убивать людей направо и налево, и подчинять их своей воле. Хотя, давненько уже не появлялись маги с сильным внушением… Там ещё много всего — Мастер тебе разъяснит большую часть, не переживай. И не надо бояться — нам всегда нужны новые лица, а своих людей мы бережём. Так что давай, собирайся — и вперёд, дуйте в Измайлово. Там вас встретят. Я свяжусь с тобой, когда Мастер предоставит характеристику.

Он махнул рукой, давая понять, что разговор закончен, и вернулся к бумагам. Пожав плечами и не особо понимая, что происходит, я вышел из кабинета, спустился вниз и направился к выходу.

Там совершенно неожиданно получилось нос к носу столкнуться со Смирновым. Он вёл за собой женщину довольно потасканного вида. Хотя, что это я — натуральную ведьму, как с картинки.

Ворох каких-то рваных юбок, давно немытые волосы, выбивающиеся из под затасканной косынки, длинный, крючковатый нос, несколько довольно крупных бородавок на лице, бешено вращающиеся глаза и гнилые зубы, которые женщина всё время скалила — вид, скажу прямо, далеко не самый приятный.

На шее старой карги висел ошейник с ярко-красным кристаллом. От «украшения» тянулась тонкая серебряная цепочка, другой конец которой был намотан на кулак майора. Увидев меня, ведьма истошно завопила.

— Это он, он!

— Шагай давай! — рыкнул полицейский.

— Это он! — продолжала вопить старуха, — Посланник пришёл, идиоты! Посланник уже здесь, а вы ничего не видите! Ха-ха-ха! Он отберёт у вас всё, отберёт! Вы тупоголовые…

Треск оплеухи услышали, кажется, все присутствующие в огромном помещении. Смирнов, отвесив её, выругался, и достал из кармана маленький пластырь. Но стоило ему поднести этот кусочек к лицу ведьмы, как тот словно ожил. Увеличившись в размерах, он мгновенно залепил нижнюю часть лица старухи и заткнул непрекращающийся фонтан красноречия.

Поравнявшись со мной, Дмитрий хмуро кивнул на ближайший стул.

— Не торопись уходить, Кирилл. Надо серьёзно поговорить.

Глава 6

— Ну и долго мы будем молчать?

Вопрос напрашивался сам собой всю дорогу, пока Смирнов вёз меня в Измайлово. После возвращения майора Рамиля и Рамилю, которые привезли меня в ОТК-2, куда-то отправили, и к неизвестному Мастеру Дмитрий повёз меня самостоятельно.

Ждать его пришлось недолго. Передав приведённую ведьму парочке мужчин богатырского телосложения, он наведался в кабинет Вальтера и вернулся оттуда спустя минут десять, не больше. Хмурый, раздражённый и совершенно недружелюбный. Молча провёл меня на парковку, молча запустил двигатель, и также молча выехал на городские улицы.

— Я думаю.

— Над чем?

— Над тем, что сказала та стрига.

— Стрига?

— Да ты задолбал со своими вопросами! Стрига — это ведьма-упырь! Энергией питается, но и от крови и костного мозга тоже не откажется при желании.

— Ладно-ладно! Просто прояснил. Не понимаю, чем успел тебе насолить? Нормально же общались.

Я действительно не понимал, в чём дело. Ещё утром дружелюбный майор разговаривал со мной совсем не так, как сейчас. Очевидно, что произошло нечто, что заставило его поменять отношение к моей персоне. Вот только что?

Смирнов покосился на меня.

— Ты слышал, что она орала в ОТК? Про посланника, и прочую ересь?

— Конечно.

— Как с цепи, сука, сорвалась, когда тебя увидела, — он снова многозначительно на меня посмотрел, — К чему бы это?

— Давай, пожалуйста, оставим эти игры, — попросил я, — Ты ведь знаешь, что я не смогу тебе объяснить ничего!

— Да вот я уже не особо в этом уверен. Сначала это твоё воскрешение. Потом Марфа не смогла вернуть тебе память. Даже одно единственное воспоминание! Не вспомню, чтобы когда-нибудь у неё что-то не получалось. @#$%, да я сам этот памятный настой пару раз пил, и всё было нормально, а с тобой — мимо! А потом ещё эта стрыга! Всё говорит о том, что ты совсем не так прост, как хочешь казаться, Кирилл.

— Да что эта карга тебе там наговорила?

— Херни всякой. Сказала, что хотела тебя убить, чтобы нас всех спасти, мать её. Что ты — какой-то @#$% посланник из другого мира, и что ты заберёшь у нас Исток. Всё в таком духе.

— Действительно, полная чушь, — рассмеялся я. Вполне искренне, но внутри, признаюсь, слегка похолодел.

Само собой, у меня не было задачи забрать у магов Земли (или хотя бы Москвы) силу. Как не было задачи и спереть у них Исток (ещё бы знать, как он выглядит и охраняется… Так, стоп, сейчас не об этом). Встреча со всем этим теневым миром стала лишь нелепой случайностью, неплохой возможностью, которую можно было использовать, чтобы найти Сердце и добраться до него. Не более того.

Но как стрыга узнала, что я — не Кирилл? Или это тоже обычное совпадение?

— Чушь, не чушь — решать буду я. Слишком много с тобой нестыковок, — отрезал Смирнов.

— То есть, ты поверил в бредни той старухи? А как же все эти ваши проверки, которыми вы меня терзали две недели? Они же ничего не показали?

— Все ошибаются.

— Ладно, — я решил зайти с другой стороны, — Тогда скажи — о скольких пришельцах из других миров ты что-нибудь слышал? При условии, что они действительно есть?

— Всегда найдётся что-нибудь новенькое. Вероятно, и такое возможно.

— Хорошо, — легко согласился я, — Но всё равно я что-то сомневаюсь, что ты просто повёлся на слова полурехнувшийся бабки. Наверняка было нечто, что заставило тебя поверить ей?

На это он ничего не ответил, но в его глазах мелькнуло что-то… Не знаю, мне показалось, что я попал в точку. Смирнов по какой-то неведомой (пока) мне причине задумался над словами стриги. И это было плохо. Это значило, что майор будет копать. А таких людей как он, я успел повидать в избытке — не успокоится, пока не найдёт то, за что можно зацепиться.

На мой вопрос, кстати, Смирнов так и не ответил, так что я зашёл с другой стороны.

— И что ты теперь будешь со мной делать?

— Да хрен его знает, — Дмитрий достал из пачки сигарету, приоткрыл окно и закурил, — Внимательно следить.

— Окей. Надеюсь, не нацепишь на меня такой же ошейник, как на ту стрыгу?

— Надейся.

Остаток пути мы не разговаривали.

* * *

Здание, возвышавшееся на Измайловском проспекте, ничем примечательным не выделялось. Обычная кирпичная восьмиэтажка. Европакеты окон закрыты, на стенах висят кондиционеры. На небольшой парковке перед домом стояло несколько машин, на крыльце курила пара человек.

— Привет, Димон, — поздоровался с моим провожатым коренастый качок с коротким «ёжиком» волос, — Давно тебя тут не видели.

— Привет, Рус. Работы навалилось — мама не горюй, — ответил Смирнов, — Как сам? Что нового?

— Да ничего особенного. Трёх кровососов на той неделе подстрелили.

— Здесь?

— Ага, — лениво отозвался качок, щелчком пальца отправляя окурок в урну, — Работали в парке, твари. Два трупа на них теперь висит. А это кто с тобой?

— Кирилл. Он новенький.

— А, слыхал кажется что-то. Здарова, парень. Это в твой гроб молния шарахнула?

— В мой, — кивнул я.

— Везунчик ты, — усмехнулся Рус, — Ну, добро пожаловать. Вы к Мастеру?

— К нему, — подтвердил Дмитрий, — У себя старый?

— Куда он денется? Поднимайтесь.

Лифта здесь, к сожалению, не оказалось, так что пришлось топать пешком.

Признаюсь честно — я ожидал увидеть всё, что угодно, но чтоб такое…

За неприметной дверью на восьмом этаже оказался целый лес. Я вообще не понял, как это возможно — обычный коридор с покрашенными стенами, линолеумом и подвесным потолком, обычная дверь, а внутри… И это был не декор, как мне показалось изначально — вместо небольшого помещения мы оказались в огромном лесном массиве!

Да-да, тут росла трава, цветы, деревья с кустами. Над головой не оказалось крыши — в ярко-синем небе светило солнце. Мне показалось, что я даже услышал шум ручья откуда-то из чащи. И говоря «чаща» я нисколько не преувеличиваю — даже при беглом осмотре было понятно, что лес тянется не на один десяток метров.

— Это что, иллюзия?! — обалдело спросил я.

— Нет, молодой человек, — голос донёсся с небольшой полянки, к которой мы направлялись по каменной дорожке, заросшей мхом, — Это пространственный карман.

Мы вышли на идеально ровную лужайку. На постриженной траве стояла просторная беседка с крышей. Внутри был установлен массивный стол и пара скамеек, на одной из которых сидел Мастер.

То, что это был он, я почувствовал сразу — от суховатого старика в белоснежных одеждах и такого же цвета бородой явно веяло силой. Даже не так — Силой, с большой буквы. Он неторопливо пил чай из высокой кружки. Вокруг витал аромат разнообразных цветов и сушёных трав.

— Добрый день, Мастер, — поздоровался Смирнов.

— Добрый, Дима. Как твои дела?

— По-разному, — признался майор.

— Неудивительно. А это, я так полагаю — тот самый Кирилл? Поднявшийся из гроба?

— Рад знакомству, — я протянул старику руку, и он пожал её. Довольно сильно, стоит отметить, — Скажите, а этот пространственный карман… Вы сами его создали, или это уже существующее место?

— Задаёшь правильные вопросы, — чуть улыбнулся Мастер, — Это реально существующее место. С помощью несложной привязки карман просто заменяет маленький кабинет, и на это тратится минимум энергии. Если сделать нечто подобное самостоятельно — ежедневно это будет потреблять такую мощь Истока, что… Правлению клана наверняка не понравится такой пустой расход энергии.

— Понимаю.

— Дима, — старик обратился к моему сопровождающему, — У тебя есть какие-то вопросы?

Стрельнув на меня глазами, Смирнов покачал головой.

— Нет, Мастер.

— Тогда не смею тебя больше задерживать. Вальтер предупредил меня о том, что нужно сделать. Как минимум до завтра Кирилл пробудет здесь. Я позвоню, если будет нужно.

— Хорошо, — кивнул майор, и обратился ко мне — Давай только без фокусов.

— Само собой, — согласился я.

Когда Дмитрий ушёл, Мастер пригласил меня за стол.

— Итак, Кирилл… Вижу, тебе интересно, чем мы будем заниматься?

— Так и есть.

— Можешь не переживать, ничего неприятного тебя не ждёт.

— Что это за место?

— Школа, — просто ответил старик, — Здесь обучаются маги клана.

— Расскажите, как обычно это происходит? — попросил я.

Мастер кивнул.

— Обычно у людей способности проявляются в возрасте от четырёх до шести лет. В это же время начинается и обучение. Мастера и учителя проводят всестороннее изучение потенциальных возможностей детей. Они получают первый магический титул — ученики. В зависимости от способностей каждого конкретного ребёнка обучение может длиться от пяти до двенадцати лет. В это время ученики получают фундаментальные знания и навыки, позволяющие им совершенствоваться дальше. В первые несколько лет дети практически не покидают пределов школы и выходят оттуда либо убедившись, что способности не позволят им стать серьёзными колдунами, либо получив следующий магический титул — адепт.

— А как же обычное образование?

— Оно тоже есть. Любой ребёнок со способностями, как правило, прекрасно понимает, что нельзя быть необразованным в простецкой части мира, какими бы силами ты не обладал. Так что параллельно с нашей школой все они ходят и в обычные учебные заведения. Позже поступают в университеты. Клан заинтересован в том, чтобы его члены получили не только магическое образование.

— Понятно, — кивнул я, — И как происходит дальнейшее обучение?

— Быть адептом почётно, интересно, выгодно и весело. Это, фактически, времена магического студенчества. Адепт попадает под начало кого-либо из более опытных колдунов и начинает осваивать волшебное ремесло на практике — в реальном мире. Сколько времени маг пробудет адептом, предсказать сложно, но не менее пяти лет. Когда потенциал и умение мага развиты до предела — он сдаёт выпускной экзамен и избавляется от нашего надзора.

— То есть, обучение занимает почти двадцать лет? — ужаснулся, представив, сколько времени придётся отдать этой «школе».

— Примерно так, — Кивнул Мастер, — Но подозреваю, что для тебя всё будет по-другому.

— Почему?

— Позволь я пока не буду озвучивать свои догадки. Давай для начала, — старик прямо из воздуха достал длинную спицу, — посмотрим, насколько хорошо ты чувствуешь Исток.

— Эээ… А для чего это приспособление? — нахмурился я. Внешний вид принадлежности в руках Мастера мне не очень понравился.

— Сейчас узнаешь, — улыбнулся мой собеседник, поднося спицу к моей груди, — Сиди спокойно и не бойся.

Легко сказать! Я хоть и пережил за свою прошлую жизнь массу неприятных ситуаций, но в это теле оказался совсем недавно. А учитывая, что о большей части своих «подвигов» я ничего не помнил — эмоции, ощущения и опыт, в основном, были новыми. А точнее — коррелируемыми с этим миром. Страх, неуверенность, подозрения, опаска, и ещё много всего. Нет, разумеется, я оставался самим собой — но новое тело, как бы мне это не нравилось, несло в себе отпечаток своего предыдущего владельца.

А он в подобной ситуации чувствовал бы себя совсем неуверенно.

Тем не менее, я сделал, как было велено.

Мастер, удерживая спицу двумя пальцами, аккуратно водил ей вдоль моего тела. Грудь, плечи, руки, а затем — лицо.

Согласитесь — мало приятного, когда на расстоянии пары сантиметров от твоего глаза маячит что-то острое?

Спустя пару минут на кончике спицы появился небольшой шарик света, и Мастер довольно улыбнулся.

— Отлично. Теперь закрой глаза, Кирилл. Попробуй сконцентрироваться.

— На чём?

— На Истоке.

— Я никогда его не видел.

— Тебе и не нужно ничего видеть. Просто представь свою кровеносную систему. Представь, что по ней бежит энергия. А затем попробуй почувствовать направление этой спицы.

Я закрыл глаза, и сделал, как было велено, не особо веря в успех подобной просьбы. Ну в самом деле — я совершенно не представлял, чего от меня требует Мастер.

Тем сильнее было моё удивление, когда в кромешной тьме я словно увидел мерцающий огонёк. Он мягко пульсировал, медленно перемещаясь из стороны в сторону. От удивления я хмыкнул.

— Чувствуешь?

— Да.

— Иди за светом, Кирилл. Он свяжет тебя с Истоком.

Снова пришлось сосредоточиться, и через некоторое время я понял, что огонёк удаляется. Потянувшись за ним, почувствовал порыв тёплого ветра, окутавшего всё тело, а в следующую секунду ощутил рывок — резкий, и совершенно неожиданный. Меня смело с лавки, и я приготовился к удару — но его не последовало.

* * *

Открыв глаза, стало понятно — поляна и окружающий её лес исчезли. Вместо этого меня окутывала густая, почти осязаемая тьма. Кроме неё вокруг меня не было абсолютно ничего — лишь где-то вдали мелькал тот самый огонёк, который привёл меня… Куда бы там ни было.

Я сделал несколько шагов вперёд. Хм… Под ногами, очевидно, лежали каменные плиты — звук, который исходил от них при ходьбе я ни с чем другим не спутаю. Интересно, что это за место?..

Пройдя немного вперёд (точнее — в сторону огонька), я снова остановился. Чёрт, ну вот как так?! Это реальность? Или галлюцинации подсознания, куда меня отправил белобородый старик?

— Эй! — негромко произнёс я, — Мастер, вы здесь?

Никакого ответа. Что ж, этого следовало ожидать.

Ладно, Кальн, давай пораскинем мозгами. Что теперь делать? Тащиться вслед за источником света? По идее, других вариантов не было, но кто знает, чем это обернётся? Сомневаюсь, что огонёк приведёт меня в пасть какой-нибудь древней твари. Хотя такой вариант исключать было нельзя — всё же было бы куда проще закинуть меня непосредственно, хм… «На обед». Но о том, что в этой кромешной темноте могут поджидать другие опасности, забывать не стоило.

Ловушки. Пропасти и провалы в полу. Затаившиеся недоброжелатели. Да мало ли? В своих странствиях (тех, о которых я хоть что-то помнил), встречались вещи куда хуже волчьих ям, комнат-прессов и других малоприятных вещей.

Я прислушался. В ушах отчётливо раздавался стук сердца, но кроме него я больше ничего не слышал.

Решив, что стоять на месте можно бесконечно долго, а выбираться всё же надо, я пошёл вперёд. Сначала медленно, затем — чуть быстрее. Пол был ровный и, судя по всему, никаких сюрпризов не таил.

Огонёк, словно почувствовав мою решимость, тоже поплыл дальше.

Кажется, он и правда куда-то меня ведёт…

Убедиться в этом удалось уже через несколько минут. Неожиданная вспышка света впереди заставила броситься на пол, откатиться и прикрыть руками голову, однако… Дальше ничего не последовало.

Медленно встав, я прикрыл глаза рукой и пошёл дальше. Огонёк куда-то исчез.

Сияние оказалось тёплым — точно таким, как тот порыв ветра, который принёс меня сюда. Подойдя к нему на расстояние нескольких метров, я понял, что интенсивность света уменьшается. Его источник переместился куда-то ввысь, и теперь освещал небольшое пространство вокруг меня.

Передо мной располагался топор. Или секира? Точно — огромная боевая секира, какими сражались ещё во времена Древней Руси. И слово «огромный» я использовал неспроста — настолько внушительным было оружие. Лезвие в высоту превышало целый метр, а шириной было всего раза в полтора меньше. Гигантское древко, обвитое змеиной кожей, утопало в каменном полу. Секира торчала из него, словно легендарный меч короля Артура.

Подойдя ближе, я разглядел гравировку на лезвии — какое-то дерево… Искусство кузнеца, надо сказать, произвело впечатление даже на меня, повидавшего сотни и тысячи самых разных и изысканных изделий. На ветвях могучего дерева можно было разглядеть листву, на стволе — рельеф коры, а корни, извиваясь, тянулись к обуху и оплетали его.

Но всё это — лишь внешние признаки. Оказавшись поблизости от секиры, я сразу же почувствовал исходящую от неё мощь. Куда большую, чем та, что исходила от Мастера. Это была истинная Сила. Первозданная Энергия. Казалось, что даже воздух вокруг оружия пропитан ей. В голове помимо моей воли начали мелькать какие-то обрывки видений.

Сражения, битвы, доспехи, пиры, предательства, поединки, суды….

Я впал в транс. Не осознавая, что делаю, протянул руку, намереваясь взяться за древко, и…

— Стой, где стоишь, вор!

Голос, раздавшийся за спиной, едва не заставил меня подпрыгнуть. Я настолько увлёкся созерцанием оружия, настолько погрузился в исходящую от него мощь, что совершенно выпал из реальности. Это было для меня совсем нехарактерно. Но манившая Сила…

— Два шага назад! Повторять не буду.

Я, окончательно стряхнув оцепенение, медленно сделал, как было велено, поднял руки и повернулся.

Передо мной стоял… Человек?

Нет, это явно был кто-то другой. Мускулистое тело покрывал стальной доспех. От него отражалось слабое сияние, исходящее от секиры. Голову у охранника (в том, что это был именно он, я уже не сомневался) венчал высокий шлем с чем-то, напоминающим перепончатые наросты. Из-под него, начинаясь где-то в районе рта, торчали… щупальца?! С них капала тягучая слизь. Фу, какая мерзость!

В руках охранник держал молнию. Это действительно была молния, будто замороженная в моменте, и превращённая в оружие. Сейчас она была направлена в мою сторону.

Глаза существа на миг вспыхнули синим светом.

— Нижний уровень вызывает проходную, приём. У нас тут несанкционированный доступ к Истоку. Какие будут приказания?

Глава 7

Напряжение висело в воздухе, словно туман. Видимое, осязаемое — и очень неприятное.

— Давай ещё раз, Мастер, — лениво повторил высокий мужчина в черном костюме из странной ткани. Она была матовой и, казалось, поглощала яркий свет люстры, — Ты хочешь сказать, что мальчишка прожил восемнадцать лет безо всяких способностей, затем погиб, воскрес — и вдруг обрёл возможность использовать Силу? Да ещё так, словно десяток лет обучался в твоей школе?

— Да.

— Его привезли к тебе для установки связи с Истоком?

— Да.

— И он безо всяких знаний и умений умудрился… Телепортироваться на самую защищённую территорию клана? За Изнанку?

— Именно так.

— Хм…

Мужчина замолчал. Сцепив руки, он опёрся на них подбородком, и задумчиво посмотрел на невозмутимого Мастера.

— Как это получилось?

— Само по себе.

— То есть, ты не знаешь?

— Ты же в курсе, насколько многогранна та Сила, которую мы все по привычке называем магией? Иногда случается что-то, что мы не можем объяснить. И этот Кирилл — одно из подобных явлений. Мы не можем объяснить, почему он воскрес — это действительно так. Его органы, не работавшие несколько дней, сохранились в прекрасном состоянии — и тоже непонятно, каким именно образом. Память отсутствует напрочь, но при этом парень обладает весьма незаурядными способностями. Прыгунов не встречали, дай Бог памяти, уже пару сотен лет.

— Все эти рассказы оставь своим неофитам, — поморщился магистр, — Меня волнуют два вопроса. Первый — как и почему этот Кирилл переместился к Истоку? Второй — что нам с этим делать?

— Что делать? — переспросил белобородый, — То же, что и всегда. Нужно рекрутировать парня, в этом я даже не сомневаюсь. С такими талантами он нам очень пригодится.

— Прыгуны, — усмехнулся мужчина в костюме, — любят быть независимыми. Их трудно контролировать, ты ведь понимаешь? Это может доставить нам множество проблем.

— Может, — согласился Мастер, — Но это только в том случае, если начнём давить на него. Сейчас парнишка — чистый лист. Я говорил с Марфой Ступиной — она уже пыталась вернуть ему память, но ничего не вышло. Это может сыграть нам на руку — Кирилл ведь полностью отрезан от своей прошлой жизни. Объясним мальчику, что к чему, введём в курс дела, дадим возможность потренироваться и почувствовать себя частью нашего мира. Никто в его положении не откажется от поддержки и дружбы. Да и от Силы тоже. Талант у Кирилла не развит, и использовать его как заблагорассудится он не сможет. А без энергии Истока все его возможности — не более чем отдалённая перспектива. Я рекомендую завербовать его — чтобы прыгун не стал ренегатом, которого тяжело поймать.

— Я уже думал над этим. Но твоих восторженных взглядов кое-кто не разделяет.

— Смирнов, — догадался Мастер, — Я говорил с ним. Он успел рассказать о стрыге, пытавшейся «выпить» мальчишку, и о том, что она ему наговорила.

— И тебе не показалось это странным?

— Ещё как показалось. Если бы дело ограничилось одними разговорами, я бы даже не обратил на них внимания, но те записи, что нашёл майор во время обыска ведьмы…

Собеседники снова замолчали. Упомянутые Мастером записи были действительно интересными. Старуха вела дневник инициации новых магов. Там было указано точное время и место появления новых людей с даром. В основном записи касались детей, которым едва минуло пять лет — обычно Сила проявлялась именно в этом возрасте. Каждый такой случай занимал в старой, потрёпанной бухгалтерской тетради всего одну строчку, и за последний месяц их было совсем немного, но на Кирилла стрыга потратила несколько листов.

Неизвестные Мастеру и Магистру формулы, сложные расчёты, астрономические карты и непонятные заметки приводили к Ваганьковскому кладбищу и времени, когда в гроб молодого человека ударила молния.

По всей вероятности, старая ведьма имела неплохой талант предсказательницы, однако пока что разговорить её не удалось. После того, как Кирилла задержали возле Истока, к ней направили лучших менталистов, но в мешанине образов, крутившихся в голове слетевшей с катушек стрыги, было решительно невозможно разобраться. Пока — невозможно. В том, что служба безопасности клана докопается до истины, Мастер нисколько не сомневался.

Они всегда находили то, что искали.

— И всё равно это не объясняет, как парень умудрился проскочить через все заслоны, закрывающие Исток от вторжения из реальности, — вздохнув, произнёс Магистр.

— Так давай разберёмся в этом? Кто, кроме нас, ещё способен на подобное? Не думаю, что парень настолько глуп, что отправился к Истоку специально — так что и наказывать за такую оплошность его не стоит. Зато представь, какие перспективы у нас откроются, когда он научится пользоваться своими способностями? С его помощью мы могли бы решить давно назревшие вопросы.

— Да, вполне возможно, — задумчиво протянул Магистр, — Но нужно будет предпринять меры предосторожности.

— Безусловно — согласился Мастер, — Я займусь этим.

— Нет. Ты вернёшься к своим занятиям. Мы не можем оставлять десятки учеников без наставлений ради одного прыгуна. Он будет заниматься также, как и прочие — но наблюдать за ним я отправлю кое-кого другого.

— Как скажешь, — легко согласился Мастер, — В таком случае, я согласую график его занятий и пришлю тебе. Думаю, пары дней хватит, чтобы парня ввели в курс дела?

— Скорее всего, хватит и одного.

— В таком случае, не буду тебя задерживать.

* * *

Находиться под пристальным наблюдением двух здоровенных магов было не совсем приятно. После того, как меня задержал Щупальцеротый, эти амбалы в течение пары минут прибыли в тот тёмный зал и довольно вежливо попросили следовать за ними. Где находилось это тёмное место, я так и не понял — мы просто прошли через появившуюся прямо из пола арку, и оказались в помещении, напоминающем ОТК-2.

С той лишь разницей, что здесь было абсолютно пусто.

Меня отвели в небольшую комнату с огромным зеркалом в пол стены, и оставили там. Никаких наручников, никаких предупреждений — но я нисколько не сомневался, что за мной пристально наблюдают, и стоит выкинуть что-нибудь эдакое, как последуют малоприятные действия.

Впрочем, дурить я не собирался — и так было над чем поразмыслить.

Очевидно, что мне каким-то образом удалось переместиться из того пространственного кармана прямо к Истоку. Но как, и почему?

На эти вопросы ответа я не знал, но само по себе действо меня… Заворожило.

Телепортация — это очень хорошо. Наверное, лучшей способности человеку моей профессии и пожелать было нельзя. Хотя, возможно, это «разовая акция» — в таком случае будет весьма обидно… Но пока что сказать наверняка — что именно произошло? — я не мог.

Стоило дождаться объяснений от тех, кто меня задержал.

Проторчать в запертой комнате пришлось довольно долго — пару часов, а то и больше. Телефон у меня отобрали, часов не было, так что сколько я просидел, пялясь в зеркало, было непонятно. Но когда дверной замок щёлкнул, и внутрь вошёл человек, я уже начал уставать от бездействия и неизвестности.

Посетителем оказалась девушка. Довольно приятной внешности — не слишком высокая шатенка, с высокой грудью, пухлыми губами и пронзительными зелёными глазами. На ней была одета лёгкая белая блузка и юбка до середины бедра.

— Здравствуй, Кирилл, — произнесла она. Голос незнакомки мне тоже понравился — глубокий, с лёгкой хрипотцой.

— Добрый день.

— Меня зовут Арина.

— Очень приятно. А вы хороший полицейский, или плохой?

Девушка легко улыбнулась.

— Два в одном. Впрочем, допрос тебе не грозит.

— Серьёзно?

— Мы уже и так знаем всё, что нужно, — Арина уселась напротив меня, — Я здесь для того, чтобы просветить тебя.

— О том, куда прыгать можно, а куда нет?

— В том числе и об этом, — она прищурилась, — Как ты умудрился скакнуть к Истоку?

— Просто пошёл за огоньком, который вызвал Мастер, — я пожал плечами, — Не знал, куда он меня приведёт.

— Неудивительно. Обычно неофиты видят проекцию Истока, не более того. Когда срабатывает контакт — они получают возможность взять под контроль свою способность. Но у тебя, по каким-то причинам, всё случилось наоборот. Да к тому же — ты увидел не проекцию, а умудрился сразу попасть в Изнанку. И едва не коснулся секиры. Хорошо, что этого не произошло.

— А что бы случилось?

— Скорее всего, тебя бы распылило на атомы.

— Ого, — я слегка задумался, — Так значит, это и был ваш Исток? Та секира?

— Да.

— Чья она?

— Перуна.

Я помолчал, шерстя воспоминания Кирилла. Если руководствоваться ими — Перун был богом-громовержцем, которому много сотен лет назад поклонялись древние славяне. Но в современном мире, судя по всему, вера в него была уделом совсем немногих.

— Секира настоящего бога?

— Разумеется.

— Но… Как это возможно? Оружие Бога, серьёзно?

— Что тебя так удивляет? За последние дни ты увидел другую сторону мира. Фамилиары, ведьмы, маги, воскрешение, телепортация, жукоголовые…

— Просто сложно представить, что когда-то на самом деле существовала подобная сущность.

— Ты ещё столького не знаешь. Тор, Зевс, Перун — это разные имена одного создания. Одного из многих, прошу заметить.

— Значит все эти эпосы, легенды и мифы, которые мы читаем в детстве — правда?

— В какой-то степени — да. Там, конечно, всё переврано на много раз, но есть и кое-что правдивое.

Во мне проснулся неподдельный интерес.

— Это были люди?

— Нет, насколько нам известно. Эти создания были чем-то гораздо большим, чем одарённые маги. Правда, их не видели так давно, что утверждать что-то наверняка — очень затруднительно. По сути, всё, что мы на самом деле о них знаем — это то, что они оставили нам Истоки.

— Сколько их?

— Хороший вопрос, — хмыкнула Арина, — Мы бы и сами не отказались знать. Много, куда больше, чем отыскали современные маги. Каждый серьёзный клан имеет свой Исток. И наш — один из мощнейших. Именно поэтому он и хранится в Изнанке.

— Что это значит?

— Изнанка, — девушка неопределённо махнула рукой, — Она Изнанка и есть. Обратная сторона нашей реальности. Второй слой, если тебе так проще. Энергия, которую мы используем для колдовства, зарождается именно там. Её собирают и аккумулируют Истоки, большая часть из которых существует там же.

— То есть, та секира — нереальна?

— Отчего же? Просто у неё нет физического воплощения здесь.

— Почему?

— Потому что ничто не может выдержать той Силы, что содержится в Истоке подобной мощности. Попробуй мы перенести его сюда — и произойдёт катастрофа. Выплеск энергии будет такой, по сравнению с которым атомная бомба покажется детской игрушкой.

— Ого. Наверное, мне стоит извиниться за такое… вторжение на защищённый объект?

— Не переживай, — Арина снова улыбнулась, — Тебя никто не обвиняет. Но определённые правила запомнить всё же нужно — чтобы подобное не повторилось, понимаешь?

— И ты здесь именно за этим? — повторил я свой вопрос, — Объяснить, что делать можно, а что — нельзя?

Встав, девушка подошла ко мне вплотную.

— Именно. Но для начала нужно кое-что сделать. Не дёргайся.

Достав из небольшой сумочки стеклянную пробирку и ножницы, Арина чикнула ими и сострила с моей головы небольшой клок волос.

— Для чего это?

— Мера предосторожности. По таким вещам как волосы, ногти, кожа, кровь, слюна — да и любым другим, содержащим ДНК, можно легко отследить мага. Так что если ты снова решишь залезть туда, куда нельзя — я об этом узнаю. И предупреждаю сразу — в таком случае разговаривать мы будем совсем по-другому.

— Удобный метод контроля, — согласился я, внутренне, впрочем, ругаясь всеми матерными словами, какие только знал.

Удалённый поиск и невидимая цепь — не совсем то, что хотелось бы получить. Но деваться, судя по всему, было некуда.

— И что теперь?

— Теперь, — Арина спрятала пробирку с моими волосами в сумочку и защёлкнула её, — Прокатимся по городу.

— Я оставил в Измайлово свою сумку, там…

— Не переживай, её уже привезли. Заберёшь на выходе, миллионер. Идём, нам нужно многое обсудить.

* * *

Экскурсия, которую мне устроила Арина, вышла долгой.

Оказалось, что структура клана куда мощнее, чем я предполагал. По факту, Москва почти полностью принадлежала магам — но обычные люди об этом и не догадывались. У тех, кто мог использовать энергию Истока, были свои развлекательные заведения, магазины, «полицейские» участки, предприятия по производству эликсиров, артефактов, свои школы, лаборатории, библиотеки и ещё целая куча всего о чём «простаки» не знали.

— Это просто нечто, — заметил я.

— Что именно?

— То, что вам удаётся так успешно скрываться.

— Ты всё время говоришь «вам», — заметила девушка, — Никак не можешь привыкнуть, что перестал быть простаком?

— Есть такое.

— Ничего, пройдёт. Но отвечая на твой вопрос — да, скрываться удаётся довольно успешно. Но так было не всегда. Ты же наверняка слышал об охоте на ведьм в средние века? После тех событий маги… Скажем так — пересмотрели свои законы, возможности, и приняли новую структуру поведения.

— И в чём она заключается?

— Интеграция, — просто ответила Арина, — Нет нужды захватывать власть, если есть возможность получить её законно.

— Логично.

— Конечно, в разных странах до сих пор иной раз возникают проблемы с какими-нибудь идиотами, желающими создать новый мировой порядок. Но, учитывая, что территории каждой страны поделены между кланами — таких имбицилов быстро устраняют.

— Никто не хочет возрождения инквизиции?

— Именно.

— Но что могут простые люди против тех, кто владеет магией?

Арина посмотрела на меня, как на дурачка.

— Убить, например? Почти все маги — обычные люди, просто умеющие манипулировать энергией Истока. У нас нет неуязвимости, а скоростной регенерацией владеют единицы. Да и не поможет она, если в голову попадёт пуля.

— Понятно.

Следующие полчаса я продолжал засыпать девушку вопросами, на которые она весьма охотно отвечала.

Организация клана, как выяснилось, весьма проста. Есть великий Магистр, которому подчиняется Совет. В него входят двадцать самых сильных магов, каждый из которых занимает определённую должность — и в магическом, и в реальном мире. Дальше идут главы отдельных подразделений, вроде ОТК-2, скорой медицинской службы, школ, или карательного подразделения. Всяких разных структур в подчинении клана оказалось великое множество, и сразу вникать в них мне совершенно не хотелось. Так что удалось ограничиться лишь общей информацией.

Как верно заметила Арина — в дальнейшем я узнаю всё, что нужно, а пока достаточно было понимания того, как себя вести, чтобы не нарушить Кодекс.

Так они называли свод правил, регулирующих жизнь магов. Не скажу, что эти постановления показались мне удивительными. Вполне логичные положения о невмешательстве жизнь простаков без особых указаний Совета, убийства, ограбления и прочие подобные вещи осуждались и были запрещены. За такое вполне можно было лишиться доступа к энергии Истока, либо оказаться в специальной тюрьме, а то и вовсе потерять жизнь — в зависимости от тяжести проступка.

С другой стороны — перед любым столичным магом открывалась уйма путей. По понятным причинам клан поощрял стремление занять высокий пост в мире простаков, и всячески помогал своим членам добиться этого. Главное — всё, что делал маг, должно было приносить пользу клану.

Раздумывая над этим, я не заметил, как машина остановилась.

— Мы приехали, — сообщила Арина.

— Куда?

— В твоё временное пристанище.

Выглянув в окно, я уставился на не слишком большую девяти (или десяти? С улицы не было видно)этажку. Красиво подсвеченный бежевый фасад, швейцары в дверях, огромные стеклянные окна первых двух этажей, аккуратные балкончики пентхауса.

— Что это за место?

— Отель «Арарат Парк». Пока поживёшь здесь.

Я присвистнул.

— Это круто, конечно, но подозреваю, что номера тут не из дешёвых. Вообще, я планировал снять небольшую квартирку…

— Не переживай насчёт этого, — девушка вытащила из сумочки чёрную пластиковую карту, и протянула мне, — Клан всё оплатит.

— Ого! — удивился я, разглядывая платиновую кредитку самого известного российского банка, — Не думал, что за несанкционированное проникновение к Истоку меня ждёт такая награда.

— Не обольщайся слишком сильно. Это не поощрение. Просто… Скажем так — инвестиция в будущее.

— Ясно, — я расплылся в улыбке, — Видимо, позже от меня что-то потребуется?

— В клане все делают общее дело, Кирилл. А благодаря твоим умениям мы… Сможем решить многие накопившиеся вопросы. Надеюсь, ты ничего не имеешь против?

— При таком-то отношении к моей персоне? Определёно — нет.

— Отлично. В таком случае — до вечера можешь быть свободен. Располагайся в отеле, прогуляйся по магазинам, займись чем-нибудь. Я заеду за тобой к шести часам.

— И куда отправимся?

— Обратно к Мастеру. Посмотрим, на что ты способен на самом деле.

Глава 8

— Ещё раз.

Я застонал. Признаться, не мог даже и подумать, что обучение у Мастера настолько меня утомит.

С того дня, как я познакомился с Ариной, прошло больше недели. За это время удалось немного освоиться в новом мире и под руководством белобородого я начал изучать свои способности. Точнее — всего одну.

Выяснилось, что я, как и большая часть столичных магов, могу владеть только одной особенностью. Точнее — только одной стороной магии. После двух дней медитаций и путешествий в энергетические проекции мы с Мастером выяснили — кроме телепортации мне рассчитывать не на что. Не то, чтобы я жаловался — просто констатировал факт.

Да и всё оказалось далеко не так радужно, как представлялось с самого начала. Довольно быстро удалось установить, что у «прыгуна», как меня называли, есть очень много ограничений.

Во-первых: любая телепортация жрала просто неимоверное количество энергии. В первый раз я этого не ощутил — потому что мой прыжок питал сам Исток. С первым проявлением способности, как сказал Мастер, так бывает всегда. Но вот дальше…

Короче говоря, я мог прыгать всего пять раз, да ещё и с перезарядкой между ними. Негусто? Мне, как человеку, всегда ищущему положительные стороны в любой ситуации, так не казалось, но Мастер был слегка разочарован, о чём сразу же сообщил.

Второе, о чём пришлось узнать — бесконтрольные прыжки просто невозможны. Нельзя представить себе пик Эвереста и тут же оказаться на нём. Для перемещения требовался прямой зрительный контакт с местом, куда я хотел прыгнуть. Либо, можно было сделать это с помощью фотографии нужной позиции — но в таком случае «настройка» прыжка и энергозатраты были на порядок больше.

Тем не менее, Мастер, как говорили земляне, взял «с места в карьер». Он ежедневно заставлял меня наращивать внутренний резерв, практикуя непрерывные прыжки. Не скажу, что я ощущал особую разницу в своих силах, но белобородый уверял, что она есть.

— Терпение, Кирилл. Терпение, и регулярные тренировки. Тогда, возможно, через годик-другой сможешь совершать на один прыжок больше.

— Всего на один?! — возмутился я, — За пару лет?!

— Ты всё время забываешь, что мы тренируем магов с детства. Энергорезерв у ребёнка более пластичен, чем у взрослого — как психика, или тело. Так что ты — особый случай, и именно поэтому придётся навёрстывать упущенное более интенсивно, чем другим ученикам. А учитывая специфику твоего таланта…

Я хмуро посмотрел на поляну, где десяток детей в возрасте от пяти до десяти лет выполняли индивидуальные задания. Кто-то пытался удержать маленький огненный шарик на ладошках, кто-то был погружён в нирвану, кто-то парил в метре над землёй. Парочка рыжих пацанов перекидывала друг другу шаровую молнию.

Детишки занимались этим уже второй час. В отличие от меня, истратившего всю энергию меньше чем за двадцать минут.

— Тебе нужно научиться контролировать расход Силы, — заметил Мастер, — Уверен, со временем у тебя получится это сделать. Сейчас после каждого твоего прыжка вхолостую выбрасывается около тридцати процентов его энергии! Исключив эту погрешность, ты увеличишь свой запас перемещений.

— Легко сказать, — буркнул я, — Но ваши медитации нифига не помогают.

— Ты прилагаешь недостаточно усилий, — отрезал наставник, — Медитируй дольше и тщательнее, и старайся сохранять спокойствие в момент перед перемещением.

— Интересно, и как мне это делать? — язвительно поинтересовался я, — Те книги, что вы мне дали, вообще не добавляют ясности!

Это было правдой. На второй день наших занятий Мастер явился в пространственный карман с тремя небольшими томиками, в которых были описаны техники «прыгунов» и воспоминания последних из них. К сожалению, все три книги были на разных языках — на английском, французском и испанском. Самая «свежая» из них датировалась тысяча восемьсот третьим годом…

Надо ли говорить, что ни первого, ни второго, ни третьего языка Кирилл не знал? Как и я, разумеется. Поверхностные знания, ставшиеся в голове погибшего парня, ничуть мне не помогали, так что для детального изучения трудов пришлось заручиться поддержкой автопереводчика. Не скажу, что это сильно продвинуло моё обучение, но кое-какую специфичную информацию из предоставленной литературы я всё же почерпнул.

Впрочем, догадаться о том, что было записано на ветхих жёлтых страницах, можно было и самому. Координация, сосредоточенность, визуальный контакт, лей-линии и прочее, прочее, прочее. Всё это больше напоминало пространные мемуары, нежели серьёзное учебное пособие, но деваться всё равно было некуда, так что я ежедневно со скрипом переводил и изучал по несколько страниц.

Помимо специальной литературы Мастер также заставил меня оформить пропуск в российскую государственную библиотеку и велел познакомиться с её смотрителем. Разумеется, он оказался одним из «наших».

Для простаков это учреждение было обычной библиотекой, но там можно было найти не только то, что стояло на полках и располагалось в хранилищах. Клан Детей Перуна долгие годы оформлял собственное собрание книг — само собой, о магии. Они хранились в пространственном кармане, который представлял собой точную копию помещений самой библиотеки.

Страшно представить, какую прорву энергии тратили на её содержание, но оно однозначно стоило того!

История магии от самых древних времён, старые алхимические трактаты, сборники сложнейших трансмутационных формул, труды по перевоплощениям, физика и химия магических процессов, анализы энергии разных Истоков, энергетическая структура боевых заклинаний, бестиарии. Здесь было столько всего, что можно было просто утонуть в таком океане информации — но не скажу, что мне это не нравилось. Поняв, что всё это изрядно облегчит мне жизнь, я сутками торчал в библиотеке и как губка впитывал все познания о мире магии.

— Ещё раз, — повторил Мастер.

Скрипнув зубами, я вызвал уже ставший привычным тёплый вихрь, попытался сосредоточиться, и прыгнул на десять метров вперёд, к заданной точке. Обернувшись, увидел, что на том месте где я только что стоял, воздух задрожал — словно над асфальтом в сильную жару.

— Нет, нет и нет! — Мастер покачал головой, — Ты снова расходуешь слишком много энергии.

— Да я просто не понимаю, как за пару секунд можно поймать состояние полного дзена!

— Нужно стремиться к лучшему результату.

— Спасибо, — скривился я, — Это бесценный совет.

Нахмурившись, Мастер щёлкнул пальцами и мне в затылок прилетел небольшой камешек.

— Ай! — я потёр место удара.

— Перестань ёрничать и сосредоточься. Ты здесь не для лёгкой прогулки. Бери амулет, заряжайся — и начинаем сначала.

* * *

Освободиться удалось только к вечеру. Выжатый, словно лимон я, пропустив через себя, наверное, полтора десятка амулетов-батареек, хотел только одного — поскорее приехать в отель, принять душ и завалиться спать. Однако моим планам не суждено было сбыться.

В кармане завибрировал телефон.

— Да? — спросил я, отвечая на вызов.

— Привет, Кирилл.

— Привет, Арина.

— Вижу, ты закончил с занятиями?

— Видишь? — она меня удивила.

Вместо ответа прямо перед тротуаром, по которому я шёл, остановился тёмно-синий Ягуар. За рулём сидела мой куратор.

— Садись, подвезу, — предложила она, опуская окно.

Отказываться и мысли не было. Бросил рюкзак с вещами на заднее сиденье, сам запрыгнул вперёд — и мы тут же тронулись с места.

— Как дела?

— Спасибо, неплохо, — улыбнулась девушка, — Что насчёт тебя? Как продвигаются тренировки?

— Со скрипом, — признался я, — Мастер требует то, чего я ему дать пока не могу. Только энергию зря пережигаем.

— О, насчёт этого не переживай. Клан ежегодно выделяет бешеную квоту на учеников, так что все эти амулетики, которые вы используете, погоды для нас вообще не сделают. Да и времени с начала занятий прошло всего ничего — так что, думаю, всё ещё впереди.

— Очень на это рассчитываю.

— Слушай, тебе за две недели не надоело быть затворником? — неожиданно спросила девушка, — Тренировки, библиотека, отель — и всё по новой. Ты ведь даже на улицу не выходишь. Учёба, это конечно здорово, но надо и развлекаться. Ты ведь до сих пор почти ни с кем не знаком?

— Есть предложения? — тут же заинтересовался я.

— Едем в «Жасмин»?

— Что это?

— Клуб для своих. Там не бывает простаков, только наши.

— Заманчиво, — согласился я, — Едем.

В принципе, я прекрасно понимал, чем занимается Арина. Как куратор, она должна была не только следить и контролировать меня. Полагаю, у её руководства было вполне чёткое указание — сделать так, чтобы я хотел оставаться частью клана. Косвенно это подтверждали и записки прыгунов, принесённые мне Мастером. Судя по всему, люди с моими способностями появлялись чрезвычайно редко и, владея им, предпочитал оставаться независимым.

Согласитесь — умея телепортироваться, делать это было не так уж и сложно?

Да и фразы, обронённые Ариной, прямо намекали на то, что рано или поздно клан захочет использовать меня по прямому назначению. Да, ребята, знали бы вы, кому досталась способность прыгуна — сами бы прыгали от счастья, не иначе.

На самом деле было сложно представить более удачный талант для вора, чем телепортация. И именно поэтому я ничуть не переживал из-за малого резерва энергии и малого количества прыжков. Мне, просто-напросто, было достаточно и этого.

В «Жасмине» оказалось… Довольно пафосно. Первый этаж был целиком отдан под довольно просторный танцпол с огромным баром посреди него. Здесь, несмотря на ранний для ночного клуба час, грохотала музыка — посетителей, как ни странно, хватало. Часть из них сидела у бара, часть — танцевала под лучами осветительных приборов. На сцене, расположенной чуть поодаль, танцевали привлекательные шатенки.

Второй этаж, куда мы сразу и направились, был куда более спокойным местом. Просторные коридоры, изысканно декорированные кабинеты разной вместительности, дорогие люстры под потолком, ковровые дорожки и снующие туда-сюда официанты производили впечатление места далеко не дешёвого.

Девушка, обмениваясь приветствиями со встреченными знакомыми, провела меня в одно из дальних помещений. Там нас уже ждали.

— Ну наконец-то, Аришка! — навстречу девушке поднялся мой старый знакомый — майор Смирнов. Чмокнув её в щёку, он обратил внимание на меня, — О, ты и прыгуна с собой привела?

— Решила, что ему стоит проветриться. Бедняга целыми днями сидит взаперти.

— Здравия желаю, товарищ майор, — поздоровался я, помня нашу последнюю встречу.

Тем удивительнее было видеть его улыбку. Смирнов протянул мне руку.

— Официоз ни к чему, можно просто Дима.

— Окей, — легко согласился я, прикидывая, что же заставило плечистого мага во второй раз поменять отношение к моей персоне, — Рад встрече.

— Это Маша, — Арина указала на миниатюрную блондинку лет двадцати в обтягивающем и довольно коротком платье, — Одна из лучших студенток МГУ и подающий большие надежды целитель.

— Очень приятно, — улыбнулся я, оценивая прекрасную фигуру. Это не укрылось от девушки, и она, кивая, многозначительно усмехнулась.

— Толик — предсказатель из ОТК-2, - продолжила мой куратор.

Нескладный парнишка чуть старше меня протянул костлявую ладонь. Я легонько пожал её, боясь сломать кисть.

— И Лариса — пиромант третьей категории, боевик клана.

— Привет, — махнула рукой девчушка с короткой стрижкой фиолетовых волос, больше похожая на школьницу.

— Третьей категории — это как? — я не удержался от вопроса.

— Слышал о заклинаниях класса «Инферно»? — вопросом на вопрос ответила она.

— Нет.

— Как-нибудь покажу, поймёшь.

Посчитав, что знакомство окончено, мы с Ариной уселись на свободные места.

— Что будете пить? — поинтересовался Смирнов.

— Что-нибудь лёгкое, — Арина пожала плечами, — Мне позже нужно будет съездить кое-куда.

— А мне ром с колой.

— Лады, — по-простецки ответил майор, беря в руки небольшой блокнот. Записав в него заказ, он ударил ручкой по листу бумаги. Тот вспыхнул зелёным и тут же погас.

— Удобно, — заметил я. Лариса с Машей прыснули.

— Что?

— Просто прикольно видеть, что кто-то среди наших не видел таких простых вещей, — ответила Маша, — Не обижайся.

— Даже не думал.

— А ты правда умер и воскрес?

— Лариса!

— Да что? Интересно же!

— Задавать такие вопросы — бестактно! — отрезала Арина.

— Всё нормально, — успокоил я её, — Уже привык. Да, так всё и было.

— Офигеть! Расскажи…

Следующие полчаса я потратил на то, чтобы объяснить девушкам и Толику то, что Смирнов и Арина уже и так знали. По лицам было видно, что на молодых ребят эта история произвела сильное впечатление.

Впрочем, вскоре принесли напитки, и мы переключились на более интересные для меня темы. Арина была права — я понятия не имел, какую жизнь ведут маги в реальном мире, так что послушать об их повседневной жизни было довольно интересно.

К началу двенадцатого ночи мы общались так, как будто были знакомы всю жизнь. У меня никогда не было проблем с тем, чтобы втереться к человеку в доверие. А уж если за этим желанием нет никаких корыстных мотивов — провернуть подобное не составляло вообще никакого труда.

Я успел узнать о проблемах Толика с представительницами противоположного пола, выслушать рассказ Маши о её бывшем парне, сынке богатых родителей, поспорить с Ларисой на тему этичности опытов над животными, обсудить с Димой последние криминальные новости, а с Ариной — цены на новые партии изменяющих внешность артефактов, которые в этом сезоне пользовались бешеной популярностью.

Эти люди оказались точно такими же, как и в других мирах. Со своими особенностями, достоинствами, недостатками, желаниями и страстями. Но именно это и делало их людьми. И — не буду скрывать — мне это нравилось. Ведь за невероятно долгий срок заточения в Лимбе я успел забыть о том, каково это — просто жить.

Разошлись мы далеко за полночь.

— Спасибо за вечер, ребята, — поблагодарил я новых друзей, — Был рад познакомиться.

— Надеюсь, мы видимся не в последний раз? — уточнила Маша, с которой я успел обменяться номерами, — Заезжай в субботу, здесь будет классное представление.

— С удовольствием, — улыбнулся я, — Но сейчас мне и правда пора. Рано утром нужно быть у Мастера. Что-то мне подсказывает, что он не обрадуется тому, как я провёл вечер. На медитации всё это не слишком похоже, надо хоть немного подготовиться.

— Идём, я подброшу тебя, — предложил Смирнов, выкидывая недокуренную сигарету в урну.

— Спасибо, но я сам. У меня ведь есть великолепный способ передвижения.

Признаюсь, в тот момент мне просто хотелось козырнуть перед новыми друзьями. Что я и сделал, для пущего эффекта щёлкнув напоследок пальцами. Мгновение — и на том месте, где секунду назад стоял человек, лишь слегка задрожал воздух.

* * *

Прыгнув, я некоторое время просто стоял. Не для того, чтобы прийти в себя, совсем нет. Достав из кармана телефон, я внимательно смотрел на экран, ожидая звонка Арины. Минута проходила за минутой, но меня никто не вызвал.

«Так-так. Значит, постоянного надзора нет?» — подумал я, убирая телефон обратно в карман — «Это радует».

Возможно, я ошибался, и завтра меня ждёт неприятный разговор — но сейчас, по крайней мере, всё было в порядке. Поправив сумку, я подошёл к знакомым воротам и нажал на кнопку домофона.

Ждать пришлось недолго.

— Да? — из динамика раздался незнакомый голос, что заставило меня слегка задуматься — а туда ли я попал? Но улица, ворота, да и сам особняк — всё разом перепутать было невозможно.

— Добрый вечер. Простите, что так поздно, но мне нужно поговорить с Марфой.

— Проходите.

Замок на калитке щёлкнул и я, толкнув её, вновь оказался в знакомом дворе. Монструозные собаки уже ждали меня, но на этот раз даже не стали подходить — видимо узнали, поэтому просто проводили задумчивыми взглядами, пока я шёл к крыльцу.

Там меня уже встречали — но не Марфа, которую я рассчитывал увидеть. Ослепительной красоты девица в коротких ночных шортиках и обтягивающей футболке стояла, облокотившись на перила небольшой мансарды.

— Эээ, — протянул я, — Меня зовут Кирилл.

— Я Алёна, — приветливо улыбнулась девушка.

Стараясь смотреть не на её шикарную фигуру, а в глаза, я с трудом уточнил:

— А Марфа дома?

— Сейчас нет, но скоро будет. Подождёшь?

Меня по неведомой причине окатило волной жара. Девушка была очень красива. Очень! И, судя по всему, не имела ничего против скоротать время в моей компании. Что ж…

«Стоп, стоп!» — я остановил свои пошлые мыли, уже пустившиеся в пляс, — «Кальн, о чём ты думаешь?! Ты здесь за другим! А вдруг это её внучка?!»

— Подожду, — справившись с собой, кивнул я. Да что за бред?! Держать себя в руках никогда не было большой проблемой. Но сейчас я только и делал, что представлял…

«Да ты угомонишься, или нет?»

Мы прошли в дом и направились на кухню.

— Ты здесь живёшь?

— Ага, — девчонка, не оборачиваясь, кивнула.

— А Марфа…

— Мы родственницы.

— Ясно.

— Будешь чай?

— Да, с удовольствием.

Никогда бы не подумал, что мне придётся собрать в кулак всю волю, чтобы не наброситься на женщину — но сейчас происходило именно это. От Алёны исходили невидимые волны магнетизма — примитивного и сексуального. Её походка, жесты, внешность, голос — всё так и кричало: «Возьми меня прямо здесь!». Хотя трезвая часть моего сознания всё же понимала — никаких намёков девушка мне не давала. И это было очень странно.

Да что же со мной происходит?!

Чайник оказался горячим. Разлив из заварника ароматный настой, Алёна уселась на небольшой диванчик напротив и обвела меня похотливым взглядом.

— Ты приехал по делу?

— Можно сказать и так. Хотел… проконсультироваться, — ответил я, делая глоток обжигающего чая. В горло словно залили расплавленную магму, но я не обратил на это никакого внимания, продолжая смотреть девушке в глаза. Бездонные, синие и… такие притягательные.

— По какому вопросу?

— Не думаю, что стоит это обсуждать… с кем-то кроме твоей бабушки.

Алёна удивлённо изогнула тонкую бровь.

— А если я очень хорошо попрошу?

До меня не сразу дошёл смысл её слов. А ножка, которая прижалась к моей под столом, и вовсе выбила из колеи. Через несколько секунд я почувствовал, как её пальчики поднимаются выше…

— Эээ…

— Да? Ты что-то хотел сказать?

— Я… Мне кажется…

Алёна звонко рассмеялась. Встав из-за стола, он приблизилась вплотную, забрала из рук кружку и поставила её на стол. А затем села мне на колени. Я, наблюдая за всем этим, оказался словно парализован. Ни мозг, ни тело не желали слушаться, хотя краешком сознания я всё же понимал — надо срочно рвать отсюда когти. Но…

Обняв, девушка прижалась к моей щеке и легонько укусила за мочку уха. Я почувствовал одуряющий запах лесных духов. Руки сами скользнули на её бёдра. Сердце стучало так, словно готовилось пробить грудную клетку.

Я уже был готов на всё, что она мне предложит. Чуть отклонившись, мгновение я любовался точёным лицом красотки, и уже собирался поцеловать её… А затем обратил внимание на глаза. Те самые — бездонные и синие. Что-то в них показалось мне знакомым — и в этот момент наваждение пропало.

Вскрикнув, я стряхнул миниатюрную блондинку с колен и вскочил из кресла. Алёна, едва не оказавшись на полу, расхохоталась.

— Ну что же ты, валенок сибирский? От такой девочки отказываешься? — голосом Марфы сказала она. А затем…

Скажу так — сдержать рвотные позыв, когда с человека слезает кожа, очень непросто. Особенно, если секунду назад ты эту кожу лапал.

Глава 9

— Жестокая шутка.

Марфа, пришедшая в нормальный вид, только посмеивалась. Старую извращенку очень забавляла ситуация, в которую она меня поставила.

— Да ладно тебе, парень. Спасибо, повеселил старуху, я этого не забуду.

— Да, я тоже.

Ведьма снова расхохоталась.

— А ты силён, Кирюша. Обычно люди держатся минуты две, не больше.

— Вы что, такие развлечения регулярно практикуете? — ужаснулся я.

— А что, ты против? Чем я хуже других? Старость, она знаешь ли, только внешняя. В душе я всё ещё девица.

— Ну-ну. А потом свой истинный вид открываете и смеётесь над беднягой?

— Да что я, зверь какой? — бабка всплеснула руками, — Мужику такое раз покажи, так он же потом спать никогда не сможет, и женщину не захочет. Нет, друг мой, тут всё просто. Сделал дело — гуляй смело.

Я снова скривился, представив, что было бы… Нет, нет, нет! Даже думать об этом не хочу!

Марфа, хихикая, спросила:

— А как ты понял, что Алёна — это я?

— По глазам.

— Эх, чёрт, и точно! Забыла их изменить, тьфу! — расстроилась старуха, — Видно, и правда старею.

— Скажите, — я не мог не задать этот вопрос, — А эта личина… Она у вас одна, или?..

— Одна, — вздохнула Марфа, — Молодильные яблоки так действуют — можно внешность вернуть, какой она была раньше. Ненадолго, правда, но и то неплохо, верно? Одно яблочко — один час в молодом теле. Ты под самый конец действия последнего приехал.

— Ого! Да вы, баба Марфа, просто красотка.

— Была.

— Человеком-то тем же остались, — я пожал плечами, слегка отойдя от шока.

— Теперь комплименты вздумал отвешивать? Давай, излагай лучше, зачем опять на ночь глядя заявился?

— Хотел попросить о помощи.

— Ну-ка, что там?

— Тот памятный настой, который вы мне приготовили… Попробуем ещё раз? Может, нужно увеличить пропорцию, или…

— Стой, стой, стой! — старуха подняла руки, затыкая меня, — Ты что, решил, что дело в количестве ингредиентов? Вас что, Мастер теперь совсем ничему не учит?

— До алхимии ещё не добрался, — хмуро ответил я.

— Ну так тогда послушай, друг мой. Если настой не подействовал в первый раз — не подействует и во второй.

— Ну…

— Соврал всё-таки, — прищурилась старуха, — Значит, что-то ты там видел, верно?..

Для пущего эффекта я некоторое время промолчал. На самом деле, раздумывая над повторным визитом к Марфе, я предполагал, что придётся признаться в том, что я её обманул. Вот только весь вопрос был в том — как именно?

— Видел. Но не то, что хотелось бы вспомнить. Момент аварии.

— Так-так-так, — старуха постучала костлявыми пальцами по столу, — И зачем же ты соврал Смирнову, в таком случае?

Я вздохнул.

— Потому что не знал, кому можно доверять. Потому что испугался. Потому что он наверняка заставил бы меня пробуждать память дальше — а я не хотел ещё раз переживать всё это. Смерть родителей, а затем свою. Знаете, каково это — чувствовать, что умираешь?

Старуха не ответила.

— Я хотел признаться через пару дней, когда пришёл в себя. А потом та стрыга наплела ему всякого. Что я какой-то посланник, что заберу у клана Исток, ещё что-то… Я… Подумал, что меня запрут в какой-нибудь камере, или начнут проводить опыты. Не знаю, — я потряс головой, — Для меня было настоящим ударом, вот так воскреснуть. Потом — вся эта магия. Я просто… Запутался. Помогите мне, пожалуйста…

— И ты пришёл ко мне? Понимая, что Смирнова я знаю куда дольше, чем тебя? Понимая, что я могу рассказать ему всё то, что ты сейчас тут наговорил?

— Да. И я буду вам очень благодарен за помощь. А ему всё расскажу сам — независимо от того, вспомню что-нибудь сегодня, или нет.

— Хм… Странный ты парень, Кирилл. Но если честно — ты мне нравишься. Есть в тебе что-то… — она прищёлкнула пальцами, — Что-то такое, что располагает к себе. Пошли наверх.

— В спальню? — не удержался я, за что моментально получил несильную оплеуху.

— Пошути ещё мне! Смотри-ка, как сразу обрадовался!

— Извините. И спасибо.

— Не за что пока благодарить.

Как оказалось — действительно не за что. На этот раз приготовленное Марфой зелье и правда не подействовало. Я даже не отключился — просто выпил стакан залпом и просидел десять минут, ожидая результата.

— Ну, тут уже ничего не поделаешь, — сказала Марфа, — На этот раз и в самом деле ничего. Хм, забавно…

— Что именно?

— Настой возвращает забытые воспоминания. Если они есть — человек грезит, и вспоминает. Если нет — просто спит. А ты… Даже не зевнул. Первый раз такое вижу…

— Может, нужно средство помощнее?

— Помощнее, говоришь? Помощнее памятного настоя, друг мой, ничего почти и нет. Цветок папоротника если только, но его ещё поди отыщи. Да и прошло уже летнее солнцестояние, год целый ждать — не дело. Можно к менталистам обратиться, но это опасно — они же «вручную» в голове копаются. Могут повредить ненароком что-нибудь, до конца жизни дибилом останешься. Да и не тот это случай, чтобы их отвлекать — хорошие менталисты в столице наперечёт, и все заняты работой клана. Не думаю, что ради твоей прихоти магистр выделит парочку таких колдунов. А к тем, кто похуже, и вовсе соваться не стоит.

— Неужели нет ничего, что поможет вернуть память?

Марфа серьёзно посмотрела на меня.

— Есть такая штука — паргонский камень. Редкий, очень редкий минерал. При должном умении из него тоже можно приготовить настой. Но на порядок сильнее. Я с этим элементом работала всего раз, и очень давно, так что думаю, что смогла бы сварить зелье.

— Отлично! Значит, надо его просто найти и…

— Эй, эй, попридержи коней, малец! — Марфа замахала руками, — Просто у него всё! Просто, да не просто! Его, во-первых, ещё попробуй найди!

— А во-вторых?

— А во-вторых, друг мой, это очень опасно. Рассчитать состав опытному колдуну — не проблема. Вот только паргонский камень такая штука… — ведьма замялась, — Нестабильная, если уж совсем откровенно. Всё зависит от индивидуальной переносимости организма. И если он слаб…

— Что тогда?

— Можно навсегда остаться в мире грёз.

* * *

Несмотря на все предостережения Марфы, я всё же решил, что этот чёртов камень мне необходим.

Попрощавшись со старухой уже ближе к утру, прыгнул в номер отеля и завалился спать. К сожалению, проваляться в кровати до полудня не получилось — ощущение было такое, что едва только голова коснуться подушки, как зазвонил будильник. Пришлось вставать, тащиться в душ и собираться на очередные занятия к Мастеру.

Впрочем, все мои мысли были заняты тем, о чём мы с Марфой говорили ночью. Я сдержал своё обещание, и позвонил Смирнову чтобы «признаться» о воспоминании с аварией. Не скажу, что он был сильно рад моему обману но, думаю, сегодняшняя «честность» сыграла свою роль. Поблагодарив меня, Дима пообещал что-нибудь нарыть про паргонский камень, хотя впервые слышал о таком элементе. Полагаю, это было в его интересах — сильно сомневаюсь, что после того как майор узнал о том, что я свободно переместился к Истоку, его подозрения на мой счёт рассеялись. Даже несмотря на то дружелюбие, которое он излучал накануне, я чувствовал — он, до поры, до времени, просто притаился и наблюдает. Ждёт, пока я совершу ошибку.

Как бы там ни было, сейчас этот вопрос меня совсем не волновал. Сегодня после медитаций, теории энергетических линий и практики прыжков я вновь отправился в библиотеку. Но не для того, чтобы изучать историю образования столичного клана. Вместо этого я обложился книгами про структуру памяти, алхимическими справочниками и перечнями артефактов, пытаясь найти хоть что-то, что поможет мне достать эту паргонскую байду.

К сожалению, поиски не увенчались успехом. Информации было не просто, а чудовищно много — но нужную найти в этом ворохе оказалось совсем нереально. Никакого компьютерного поиска в пространственном кармане библиотеки не было — мало того, что здесь не работала электроника, так ещё и маги не желали оцифровывать свои книги, чтобы хранить их копии в другом месте — не бай бог попадут в руки простаков!

Так что, отшвырнув от себя не счесть какой фолиант, я откинулся на спинку кресла и потянулся. Может быть, ищу не так? Или не там? В голову совершенно ничего не шло. Разозлившись, я вернул книги смотрителю, вышел из библиотеки и направился в сторону отеля. Думай, Кальн, думай…

Погода стояла просто превосходная — чуть больше двадцати градусов тепла, лёгкий ветерок и чистое небо должны были радовать любого, кто окажется на улице. Но я, погрузившись в мысли, не обращал совершенно никакого внимания на окружающую реальность.

Чёртов Владыка! Как бы он всё упростил, оставив мне память! Хотя бы то, что касается Сердца! Вот на кой ляд ему потребовалось стирать информацию о том, что нужно найти?!

С момента переноса на Землю этот вопрос волновал меня постоянно. И со временем я пришёл к выводу, что такое знание прячут лишь по одной причине — его опасаются. Неужели это значит, что Владыка страшится того, что я могу сделать с артефактом? Но тогда почему он отправил на его поиски именно меня, вместо сотен и тысяч своих прислужников?

Загадки… загадки в темноте.

Я был зол. С чего Владыка вообще взял, что я буду выполнять его приказ? Что не решу прожить ещё одну жизнь, и не посвящу её поиска средства отделаться от нашего договора? Страх перед возвращением в Лимб притупился ровно в тот момент, когда я очнулся в гробу, и теперь все те мучения казались… Ненастоящими.

Это же касалось и той части воспоминаний, которые остались со мной. Я помнил кое-что — некоторые свои дела, лица друзей, какие-то шутки и истории, города и планеты, на которых бывал, вкусы блюд и их названия, запахи, эмоции, ощущения… Но всё это было разрозненным — словно сотни тысяч мельчайших осколков разбитого зеркала, в которых я не мог разглядеть себя настоящего.

Точнее — того, кем был раньше.

Иногда даже накатывало ощущение, что всё это мне просто приснилось. Или является коматозным бредом, химерой, а на самом деле я — разбившийся в автокатастрофе Кирилл Снегирёв. Просто… Просто сходящий с ума и решивший, что он — пришелец из другого мира, лучший вор десяти тысяч планет.

В такие моменты мне становилось… Неуютно. Не скажу, что это был какой-то страх. Просто размышляя об этом, я силился отделить одну свою жизнь от другой. Но это приводило лишь к адской головной боли. Но после я всегда вспоминал, что видел тогда, выпив памятный настой Марфы.

Своё детство. То, как стал вором. И я знал, чувствовал, что это происходило на самом деле.

Рассуждая над этим, я понимал одну простую вещь. Единственный путь, который спасёт меня от безумия — восстановление памяти. Хотя бы какой-то её части. Это странным образом перекликалось с поисками Сердца, хотя сильно сомневаюсь, что Владыка просчитал всё так далеко. Да и зачем ему устраивать настолько сложные игры?

Впрочем, кто может знать, что твориться в сознании существа, прожившего десятки тысяч лет?

В любом случае, пока что всё упиралось в этот паргонский булыжник…

Стоп!

Внезапная мысль озарила меня, и я остановился прямо посреди тротуара. Шедший позади мужчина едва не столкнулся со мной. Буркнув через плечо что-то нелицеприятное, он ускорил шаг.

Марфа сказала, что с этим камнем работают только на самом высоком уровне. И, в основном — целители. Так не лучше ли вместо того, чтобы рыться в библиотеке, спросить человека, имеющего к этой сфере непосредственное отношение?

Достав телефон, я позвонил Маше.

— Да? — девушка ответила почти сразу.

— Привет. Не отвлекаю тебя?

— Привет. Нет, нисколько.

— Мне показалось, что ты удивлена.

— Есть немного. Не думала, что ты позвонишь на следующий день после знакомства.

— Стыдно признаваться, но мне нужна консультация.

— Даже так? — Маша действительно была удивлена, — Что ж, ладно. Время у меня есть, излагай.

— Ты слышала что-нибудь о паргонском камне?

Секундное молчание.

— Допустим.

— У меня есть вопросы по нему.

— Какие?

— Давай не по телефону? Встретимся где-нибудь?

Девушка снова замолчала, словно обдумывая, как ответить.

— Знаешь паб «Чёрный лебедь»?

— Нет, но сейчас найду.

— Не заморачивайся, я скину тебе геолокацию. Приезжай туда через час, поговорим.

— Окей.

Сбросив вызов, я огляделся. Кругом была куча народу. Прыгнуть в отель прямо отсюда — точно нарвусь на наказание от Арины… А впрочем — вон, недалеко виднеется пустой переулок…

* * *

Сегодня девушка выглядела ещё привлекательнее, чем вчера. Но, помня о том, как я едва не попался на удочку Марфы, в этот раз уделять слишком много внимания разглядыванию Маши я не стал. Плюс — это было бы совсем неприлично, да и встретились мы ради дела.

— Привет, — я сел за небольшой столик напротив блондинки.

— Привет, — улыбнулась она.

— Извини, что так спонтанно позвонил.

— Ничего страшного, сегодня у меня выходной.

— Бывала тут раньше? Что порекомендуешь?

Пока мы делали заказ и ждали его, я решил начать интересующий меня разговор.

— Ты сказала, что слышала о паргонском камне. Можешь рассказать о нём подробнее?

— Хм, — девушка откинулась на спинку резного стула и потянулась, — А с чего у тебя возник такой интерес?

Вкратце обрисовав ситуацию и почти не соврав, пришлось рассказал ей о том, что мне хочется вернуть свои воспоминания, а памятный настой для этого не подходит. Внимательно дослушав, девушка кивнула.

— Понимаю. Но не думаю, что сильно тебя обрадую.

— В каком смысле?

— Паргонский камень — один из самых редких минералов на земле. У него куча полезных свойств, вплоть до восстановления нейронных связей. Маги разных кланов используют паргон в качестве составного ингредиента во многих зельях, но… Делают это нечасто.

— Он настолько редкий?

— Именно. Но дело не только в этом. Видишь ли, в основной части зелий его компоненты можно заменить на аналогичные. Результат будет похожим, но гораздо слабее. А вот что касается памятного настоя… Тут да, столь сильных аналогов просто нет. Разве что…

— Цветок папоротника, но его отыскать ещё сложнее, полагаю, — я перебил Машу, вспомнив слова старой ведьмы, — Да и солнцестояние уже прошло.

— Вижу, ты изучил вопрос.

— Пришлось.

— В общем, да, паргонский камень очень редок. И в твоём случае, судя по всему, поможет только он.

Я покрутил в руках бокал с вином.

— И где его можно отыскать?

— Не думаю, что у тебя получится сделать это в природе. Паргон образуется в совершенно разных местах — рядом с жилами других минералов, но всегда разных. Кристалл формируется сотни лет, и это происходит так редко, что… В общем — не твой вариант.

— А есть и другие?

— Попытаться купить у тех, кто уже владеет им, — Маша пожала плечами, — Но и это вряд ли удастся сделать. Слишком он ценится в магической медицине. Я даже не знаю, есть ли этот камешек в лечебницах Москвы. Но…

— Но что?

— В прошлом году я ездила во Францию, по обмену студентами. И проходила стажировку в одной из парижских клиник. В рамках поездки нам устраивали экскурсии и по другим медицинским учреждениям. Одно из них, в Марселе, принадлежит «нашим», и вот там работает специалист, очень преуспевший в изучении паргонского камня. У него есть несколько публикаций на эту тему, и…

— Маша?

Девушка не закончила свою мысль, бросив взгляд мне за плечо. Я тоже обернулся, чтобы посмотреть, кто перебил блондинку.

В дверях стоял широкоплечий парень. Лет двадцати двух, двадцати пяти, не больше. Короткая стрижка, точёное лицо с резкими скулами и острым носом, тонкие губы. На незнакомце были приталенные брюки светло-синего оттенка и белоснежная рубашка, обтягивающая торс. Через плечо был перекинут такого же цвета, как и брюки, пиджак, удерживаемый одним пальцем.

— Не ожидал тебя здесь встретить, — заметил парень, приближаясь к нам.

— Взаимно, — холодно ответила девушка, — Кирилл, это Андрей.

— Привет, — я встал из-за стола и протянул руку, но тот даже не подумал её пожать.

— Ага, — бросил он, обходя меня и приближаясь к Маше. Положив руку на спинку её стула, наклонился, — Я думал, ты ещё не вернулась в столицу.

— Андрей, мы вообще-то беседовали, — Маша чуть отстранилась.

— Да ничего страшного, — невозмутимо отозвался парень, поднимая на меня глаза, — Думаю, Олег не будет против, если мы перекинемся парой фраз?

— Меня зовут Кирилл. И вообще-то да, я буду против.

На несколько секунд над столиком повисло молчание.

— Слушай, — Андрей подошёл ко мне, — Будь другом, погуляй немного? Ты же видишь, что тут у тебя никаких шансов? Девушка скучает, ты потратишься, а выхлопа — никакого. Я тебе даже дело могу придумать. Там перед входом мой «Мазерати» — приглядишь за ним, пока мы болтаем?

Щёголь достал из брюк кошелёк, выудил оттуда купюру в сто евро, аккуратно сложил её пополам и положил в нагрудный карман моей рубашки. Маша с недовольством наблюдала за происходящим.

Я спокойно дождался, пока это произойдёт, широко улыбнулся и, дождавшись презрительной ухмылки в ответ, прописал прямой удар в челюсть парня. Споткнувшись о мой стул, Андрей чуть не упал, в последний момент умудрившись ухватиться за стол. Дзынькнула посуда, вино выплеснулось из бокалов, несколько приборов упали на пол. Я огляделся — за соседними столиками никого не было, но сидевшая чуть поодаль парочка с удивлением разглядывала нас.

Махнув им рукой, я развернулся, чтобы в последний момент перехватить кулак, спешивший на встречу с моей головой.

— Успокойтесь! — зарычала Маша, но останавливаться на полпути я не привык.

Удерживая запястье здоровяка, сделал шаг в сторону и, крутанувшись через правое плечо, с размаху ударил его по затылку локтем. Повинуясь инерции, Андрей полетел вперёд, и когда его лицо встретилось с мягким ковровым покрытием паба (повезло говнюку, что там был не паркет или плитка) — он уже мало что соображал. Уж я то знаю — сам получал таким образом не раз, и не два.

— Успокоился.

— Не смешно, Кирилл! — прошипела блондинка, впрочем, судя по взгляду, не особо и расстраиваясь, — Он цел?

— Цел, конечно, только синяк на скуле останется. Придёт в себя через минуту. Что это за фрукт?

— Давай потом, — Маша забрала свою сумочку, — Сейчас явится администратор и вызовет полицию, если уже этого не сделал. Лучше уйти.

— Без проблем, — легко согласился я.

Бросив на стол сотенную бумажку, которую мне дал Андрей, вслед за девушкой я направился к выходу. Эх, жаль, такой хороший вечер был… Хотя… Есть ли смысл его заканчивать?

— Извини, что я так… Сорвался. Не люблю наглецов.

— Да всё нормально, он давно напрашивался.

Мы без проблем покинули паб, и пошли вниз по улице. Свернув в ближайший переулок, вышли в небольшой пустой сквер и немного замедлили шаг.

— Ты что-то говорила о Франции, — напомнил я, когда молчание затянулось.

Маша, явно не желавшая обсуждать драку, была только рада вернуться к прежней теме.

— Да, точно. На чём мы остановились?

— На каком-то докторе, использующем парагон. Но знаешь, — я внезапно остановился, осенённый отличной идеей, — У меня есть прекрасная мысль! Раз уж вечер пошёл не по плану — может, поимпровизируем?

— Что ты имеешь ввиду? — заинтересовалась блондинка.

Достать телефон, открыть браузер и вбить поисковый запрос — дело десятка секунд. Полистать страницу, нажать на нужную картинку — ещё пара.

— Доверься мне, — оглянувшись, и убедившись, что кругом никого нет, я протянул девушке руку, — Уверяю — тебе понравится.

Несколько секунд она колебалась, но потом всё же решилась.

Едва её пальцы сомкнулись на моей ладони, как нас окутал вихрь тёплого воздуха. Яркая вспышка — и в ту же секунду в том сквере уже никого не было.

Глава 10

Самоуверенность — это плохая черта. Очень плохая. Местами, конечно, без него никуда, но иногда явно не стоит переоценивать свои силы. Как, например, сделал я, решив прыгнуть с Машей в Марсель.

Нет, сама по себе идея была очень даже ничего. Мало того, что находясь здесь, блондинка наверняка бы рассказала всё, что знала о том докторе и всё, что помнила о своей экскурсии — так ещё и сам по себе этот жест был довольно романтичным.

Ну а как же — только что я отправил её бывшего хахаля (почему-то я подумал, что это именно он) в нокаут, и через несколько минут мы уже во Франции, едим устриц и моллюсков, запивая отличным вином. Классно? Конечно классно!

Поначалу всё так и было. Мы перенеслись в небольшой проулок между трёхэтажными домиками, и сразу же почувствовали солёный запах моря. Пройдя чуть вперёд, вышли на ночной пляж, и восторгу девушки не было предела. Сняв туфельки, она шагала по чистейшему белому песку босиком, и улыбалась. Ей понравилась моя идея.

Прогулявшись, мы заскочили в ближайшее ночное заведение. Знавшая французский язык блондинка без проблем сделала заказ, и какое-то время мы провели там, пробуя рататуй, буйябес, бламанже с ананасом и прекрасное белое полусладкое, после чего снова отправились гулять.

Я намеренно не касался интересных мне тем, предоставив говорить своей спутнице. Как и предполагалось — Машу захлёстывали эмоции, и она щебетала без умолку. Мы обсуждали всё что угодно — кроме драки в пабе и паргонского камня. Я знал — нужно просто подождать, и она сама заговорит об этом. Да и к тому же — куда было торопиться? Мне нравилось происходящее, и всё складывалось очень даже удачно.

Удачно настолько, что мы даже сняли номер (спасибо евро-наличке, которую я заботливо носил в кошельке) и…

* * *

Лёжа на растрёпанных простынях, я разглядывал девушку. Точёная фигурка была великолепной — тонкая талия, высокая грудь, подтянутые бёдра. Она, ничуть не стесняясь своей наготы, в свою очередь также пристально смотрела на меня.

Я прекрасно понимал, о чём думает блондинка. «Как он умудрился уронить Андрея?» — этот вопрос читался в её зелёных глазах очень отчётливо.

Это можно было понять. Тело Кирилла не отличалось рельефной мускулатурой. Оно было сухощавым, выносливым и жилистым, но не производило впечатления опасности, которое так хотят получить многие мужчины. Тем не менее, несмотря на мои первые впечатления, сил в нём хватало. Главное — уметь ими пользоваться. А уж кто-кто, а я за свою долгую жизнь успел убедиться в том не раз и не два.

К тому же, если быть честным совсем до конца — тело Кирилла напоминало моё собственное. По крайней-мере, то, каким я его помнил по обрывкам воспоминаний. Так что пользоваться им в должной мере я мог без проблем.

— Ты необычный парень, Кирилл, — наконец произнесла Маша.

— Забавно, я хотел сказать тоже самое и о тебе.

— Лжец, — блондинка легонько ударила меня в плечо.

— Ничего подобного! Ты самая необычная колдунья из всех, кого я встречал.

Маша засмеялась.

— Говорить о необычности тому, кто месяц назад лежал в гробу — это очень странно.

Она провела рукой по моей груди.

— Ты очень сильный. Если честно, я вообще не успела понять, как ты отправил Андрея в нокаут.

— Дело техники, — я пожал плечами, ничуть не рисуясь.

— А так и не скажешь, что эта техника есть, — пальчики блондинки продолжали скользить по моей коже, — У тебя даже шрама ни одного нет.

— Ага. Хотя в медицинской карте, которую вели до аварии, есть записи о нескольких операциях. Покусала собака, глубокий порез, несколько швов на предплечье — но всё это просто исчезло. Меня… будто обновили.

— Наверное, это можно назвать везением.

— Наверное, — согласился я, — Только вместе с новым телом мне досталась и новая память. Точнее — её отсутствие.

— Тебя это гнетёт?

— Да.

— Паргонский камень… — блондинка, вспомнив, для чего я ей позвонил, легла на спину, — Думаешь, он поможет?

— Тот, кто варил для меня памятный отвар, сказал именно так.

— Поэтому мы прыгнули сюда?

Я приблизился к девушке, нежно поглаживая её бёдра.

— Не только. Ещё мне хотелось сделать тебе приятно.

— Что ж, у тебя получилось, — она прильнула ко мне, и едва зародившийся диалог снова был забыт — до самого утра.

И вот тогда-то и начались проблемы…

* * *

— То есть как это — не можем прыгнуть?!

Блондинка, уже приготовившаяся отправляться домой, стояла передо мной, скрестив руки.

— Ммм… Видимо, я где-то просчитался.

— Кирилл, я всё понимаю, но как можно просчитаться в таком?

— Недостаток опыта, — отрезал я, снова беря девушку за руку, и пытаясь вызвать тёплый вихрь.

Бесполезно. Энергии во мне не осталось ни на грамм. Прыжок вместе с другим человеком, да ещё и по фотографии, на такое расстояние сожрал всё, что во мне оставалось. По логике вещей, у меня в резерве было ещё четыре прыжка — после тренировки я зарядился, как обычно, под завязку, но… Видимо, дополнительный пассажир обходился дороже, чем я. О таких тонкостях перемещений мне Мастер ничего не говорил.

Теперь я не мог телепортироваться даже в одиночку

— Как ты вчера не заметил, что опустел? — Взволнованная Маша продолжала наседать с вопросами.

— Меня захлестнули другие эмоции, — ответил я, ничуть не покривив душой. Время, проведённое с блондинкой и правда пролетело незаметно. Мне даже в голову не пришло проверять резерв, который я, в силу недостатка опыта, не мог ощущать постоянно.

— Почему не взял с собой батарейку?

— Потому что думал только о тебе, и даже не вспомнил о ней.

Маша замолчала. Очевидно, комплимент пришёлся ей по душе, вот только нашу проблему он не решал.

— Ладно, — прямо в одежде я плюхнулся на кровать, — Прекрасный вечер и волшебная ночь закончились совсем не так, как я ожидал. Карета превратилась в тыкву, и мы на неё не успели. Давай подумаем, как нам выбираться отсюда.

— Мне в университет нужно через час!

— А я под надзором Арины! Кто знает, какие на меня повесят ограничения, если узнают, что я по вечерам мотаюсь во Францию? Может, вообще в камеру запихнут.

Девушка снова осеклась, понимая, что я прав.

— Без паспортов и виз нас не пустят через границу, даже если мы забьем на пропущенные занятия и тренировки, — наконец сказала она, — Единственный вариант — обратиться к местным магам.

— Я уже думал над этим. Идея вполне ничего, только вот Исток у них — другой.

— Твоя наивность иногда просто поражает, — вздохнула девушка, — Думаешь, здесь не живут ренегаты из Москвы? Или потомки тех, кто пользовался энергией нашего Истока? Это же генетика — если твоя прабабка заряжалась от секиры — тебе тоже не светит ничего другого. Есть контрабандисты, есть подпольный рынок, нелегальные магазины. Энергией московского Истока торгуют во всех крупнейших городах — как и чужой, в нашей столице.

— В теневом мире теневого мира я ещё не слишком хорошо разбираюсь, — съязвил я, — Но это уже что-то. Видимо, придётся порыскать по городу?

— Деваться уже некуда, — вздохнула блондинка, падая на кровать рядом со мной, — Только я сначала предупрежу преподавателя, что пропущу занятие.

— Слушай, — я рывком сел, — А нам вообще можно находиться на территории другого клана без официального уведомления и разрешения?

* * *

Поиски магазинов, торгующих импортными амулетами, затянулся. Да и чего я ждал? Другая страна, другой клан, другой Исток, другие люди. Мы с Машей вот уже который час нарезали круги по марсельским улицам, умудрившись обойти с десяток магических лавочек. Отличить их от обычных магазинов труда не составляло труда, однако, несмотря на всё наше дружелюбие и осторожные уговоры, никто будто бы не знал, где можно купить энергию московского Истока.

Однако пару вещиц мы всё же приобрели — взяли по недорогому защитному перстню. Это неброское украшение формировало вокруг носителя кокон, состоящий из укреплённых жгутов энергии. Он был способен остановить три-четыре попадания пули, несколько ударов клинком, или поглотить парочку заклинаний первого класса мощности.

Градация была довольно условной, да и первый класс заклятий — слабенькие молнии, к примеру, — не самый хороший показатель, но особого выбора у нас с Машей не было. Какая-никакая, а всё же защита. Более серьёзные вещи нужно было оформлять в специальной структуре клана, отвечающей за регистрацию артефактов. Учитывая, что мы с блондинкой были здесь «нелегалами», излишнее внимание нам было противопоказано.

Я прекрасно понимал, что моё отсутствие на тренировке заметят, поэтому то и дело смотрел на часы. «Свочи» показывали московское время — десять ноль-ноль. Рано или поздно Мастер сообщит о моём исчезновении Арине, весь вопрос только в том — когда?

Если честно, через пару часов наших похождений я предполагал, что лимит времени у меня уже исчерпан, и ждал звонка в любой момент. Смириться с неизбежным несложно, так что я полностью расслабился и сосредоточился на текущей задаче.

К тому же, было кое-что, что меня порадовало. Раскатывая по городу, в один момент мы оказались рядом с клиникой, о которой мне рассказывала Маша.

— Тот доктор, занимающийся паргоном, работает здесь. Его зовут Пьер Бернар, — как бы невзначай заметила она.

— Спасибо, я запомню.

— Планируешь вернуться сюда? — через пару минут блондинка всё же не выдержала.

— От тебя ничего не утаишь, — посмеялся я, — Хочешь, повторим это путешествие?

— Можно, — девушка улыбнулась, — Только в следующий раз обязательно прихватим с собой рюкзак батареек.

Зафиксировав в памяти улочку, на которой располагалась клиника, я пообещал себе, что позже обязательно сюда наведаюсь.

К сожалению, на этом приятные моменты закончились. В той части города, куда мы приехали, нас также не ждал успех. Найти подпольных торговцев так и не удалось, а в лицензированных магазинах нужные нам батарейки по-прежнему не продавались.

Всё изменилось в тот момент, когда мы, изрядно утомившись мотаться по городу, шагали по дальней части набережной. Спустившись к воде, решили пройтись по песку — отсюда можно было удобно обойти квартал и выйти на улицу, где мы планировали перекусить.

Если честно, я уже подумывал позвонить Арине и рассказать ей об этой глупой ситуации.

Людей вокруг практически не было, но когда мы приблизились к пирсам, стоявшим на старых бетонных колоннах, снизу облеплённых сухими водорослями и моллюсками, заметили приближающиеся фигуры трёх человек.

Два мордоворота в шортах и белых футболках бежали за девчонкой лет десяти-двенадцати. Невысокая, смуглая, чумазая и нескладная, с двумя жидкими косичками выгоревших волос, завидев нас, она вскрикнула, и ускорилась. Её преследователи тоже прибавили ходу.

Я выругался.

Что-то крича на французском, девчонка добежала до нас. Заглядывая Маше прямо в глаза и не отпуская её руки, она защебетала с такой скоростью, что я едва различал отдельные буквы.

— Calme, calme! — блондинка попыталась успокоить малышку, когда мордовороты оказались рядом.

— Sortez et n'interférez pas.

— Говорит, чтоб мы проваливали? — догадался я.

Один из преследователей, прищурившись, уставился на меня. Через секунду его глаза распахнулись, а зрачки расширились.

— Afficher les documents!

— Вот чёрт, — Разглядев замерцавшие вокруг запястий собеседника браслеты, я понял — это не полиция.

— Vite!

— Просит поторапливаться, — сообразительная блондинка перевела фразу, не подавая виду, что поняла её.

— Нам хана если они нас повяжут, верно? Будут очень большие проблемы?

— Верно. Очень большие.

Говоривший со мной мужчина поморщился и прикрикнул:

— Speak English? Document’s please!

— Что будем делать? — улыбаясь в лицо магов и продолжая корчить из себя дуру, спросила Маша.

— Твой справа. Доверься мне.

— Что?

На объяснения не было времени. Попади мы в руки парижского клана — и процедура возвращения на родину затянется на неопределённый срок, а какие будут последствия, и думать не хочется. Со свободой, в любом случае, на какое-то время можно будет попрощаться — а это никак не входило в мои планы.

Взяв девчушку на плечо, я преувеличенно грубо дёрнул её на себя и зашагал к мужчинам. Она тут же заголосила и попыталась вырваться.

— Забирайте! — сказал я, толкая её в руки одного из преследователей.

За то краткое мгновение, на которое он отвлёкся, я успел приблизиться на достаточное расстояние. Делая вид, что достаю из кармана пиджака документы, с короткого замаха ударил локтём в челюсть мужчины и, не дожидаясь, пока он придёт в себя, добавил костяшками пальцев по кадыку.

Девчонка снова закричала и отпрянула. Маг захрипел, рухнул на песок, а его товарищ, быстро сориентировавшись, жахнул по мне чем-то тяжёлым.

Удар пришёлся на купленный утром артефакт — колечко разом выработало свой ресурс, раскалившись докрасна и обжигая мне палец до самого мяса. Но свою задачу оно выполнило — остановило заклинание, и дало Маше пару лишних секунд.

К счастью, их ей хватило с лихвой. Лишившись напарника, второй маг не смог одновременно контролировать двух противников. Поэтому пропустил момент, когда блондинка оказалась рядом с ним. Схватив француза за руку, она что-то сделала. Через мгновение тот валялся рядом со своим товарищем.

Я лежал на песке, пытаясь прийти в себя. Перед глазами плясали звёздочки.

— Ты как, цел? — спросила Маша, подбегая ко мне вместе с девочкой. Надо же, вспомнила о ней… Молодец.

— Кажется, — встав на четвереньки, я потряс головой, а затем поднялся на ноги. Меня слегка штормило, да и палец болел просто адски — но это ничего, в остальном всё было в порядке.

— Идиотский был план!

— Зато рабочий.

— Что у тебя с пальцем?! — ужаснулась подруга, поднимая мою кисть, — Давай помогу.

— Потом, — я подошёл к магам, присел и начал исследовать содержимое их карманов, — Надо уходить отсюда как можно скорее.

Выудив из шорт второго француза бумажник, я достал оттуда удостоверение личности. Пригляделся, сфокусировал зрение на энергетике предмета (спасибо занятиям с Мастером) и морок, скрывающий истинную информацию от простаков, спал.

— Пьер Мартен, — прочитал я, — Département de l'application de la loi magique.

— Департамент магического правопорядка, — нахмурилась Маша, — Это местная клановая полиция. Мы сильно вляпались, Кирилл.

— Поэтому и надо уходить.

Ничего полезного у оглушённых мужчин не нашлось. Деньги, документы, пара перстней, настроенных на владельца — почти такие же, как у нас, только чуть дороже. Хорошо, что от телесного контакта они не защищают — иначе ни мои удары, ни заклинание Маши не сработали бы.

«Хорошо быть целителем» — отстранённо подумал я — «Можно остановить сердце одним прикосновением».

— Ты его не убила, надеюсь?

— Нет конечно! — возмутилась блондинка, — За кого ты меня принимаешь?

— В состоянии аффекта всякое случается.

— Я контролировала ситуацию, — фыркнула подруга, — Но, кстати, об этом.

Она повернулась к девочке и некоторое время они о чём-то говорили.

— Её зовут Астра, — пояснила блондинка после того, как девочка замолчала и вопросительно на нас уставилась. Услышав это имя, я вздрогнул, вспомнив маленькую воровку из видения о своём детстве, — Она маг, но не состоит в клане. У неё есть семья, и она просит проводить её к ним.

— Думаешь, это хорошая идея?

— Думаю, это единственная идея, — подруга пожала плечами, — Кто нас спрячет лучше, чем те, кто привык прятаться?

Спорить с этим утверждением я не стал. Маша была права — всё равно деваться некуда. Оставив валяющихся в беспамятстве магов, мы побрели вдоль береговой линии.

Правда, далеко не ушли. Стоило пройти метров двести, как позади раздался окрик. Обернувшись, мы увидели, что за нами бежит мужчина — точно оттуда, откуда пришли мы с Машей. Разглядев его, Астра вскрикнула и бросилась навстречу.

Наш «преследователь» подхватил девочку на руки и обнял, а затем поставил обратно на песок и, решительным шагом направился в нашу сторону.

— Paver! Paver! — крикнула малышка, и мужчина остановился. Я примирительно поднял руки и кивнул на чумазую:

— Мы помогли ей.

— Nous avons aidé la fille, — Маша, во избежание недопонимания, решила продублировать сказанные мной слова.

— C'est vrai?

— Oui.

Дальнейший диалог смуглых французов, взрослого мужчины и маленькой девочки напоминал щебетание птиц. Я совершенно не понимал, о чём они говорят, хотя общий смысл, само собой, был предельно ясен.

Выслушав девчушку, её знакомый подошёл ко мне — но уже куда более расслабленно.

— Его зовут Чик. Он благодарит нас, — после длинной фразы перевела Маша, — Говорит, что не каждый бы решился вступиться за отверженную. Говорит, что чистота крови в нынешнее время решает больше, чем талант.

— Что это значит?

— Да подожди! — блондинка оборвала меня, снова слушая повернувшегося к ней мужчину. Он быстро понял, кто тут знаток языка.

— Что там?

— Он отец девочки. Они ренегаты. Говорит, что его семья должна нас отблагодарить. Спрашивает, могут ли они чем-нибудь нам помочь?

— О! — глубокомысленно изрёк я, — Какое совпадение!

* * *

После полудня мы встретились с Чиком в совсем другой стороне береговой линии, под пирсами южной части набережной. Небольшие волны неторопливо наползали на песок, дул лёгкий западный ветер, разносящий запах моря. Несмотря на это я сидел, как на иголках, постоянно ожидая неприятностей.

Те двое наверняка очнулись, и доложили своему начальству о том, что с ними произошло. Я не думал, что местный клан будет прочёсывать всё побережье, но несмотря на это — слегка переживал. Вряд-ли случившееся оставят без внимания, а значит — расслабляться было нельзя.

Тем не менее — всё прошло как нельзя лучше.

Ренегат пришёл один. Спрыгнув с двухметровой высоты причала, он невозмутимо подошёл ко мне и протянул замотанный в тряпицу стеклянный цилиндр. Внутри плескалась светящаяся и чуть мутноватая синяя жидкость.

— Не первой свежести, — заметила Маша.

— Нам это не помешает?

— Потеря энергии при использовании способности будет больше. Но надеюсь, хватит для одного раза.

— Спасибо, — я протянул французу руку, — За помощь.

— Et merci.

Это было понятно и без перевода. Говорить нам больше было не о чем, поэтому кивнув Маше, Чик развернулся, и зашагал прочь по тонкой полоске песка.

В этот момент я услышал, как в кармане вибрирует телефон. Посмотрев на экран, оставалось только застонать, но трубку взять всё же пришлось.

— Здравствуй, Кирилл.

— Привет, Арина. Как дела?

— Ты мне скажи? — по тону куратора всё было ясно.

— В каком смысле?

— ПОЧЕМУ ТЫ В МАРСЕЛЕ?! Никого не предупредил, не явился на тренировку, в отеле пусто, а мне с утра звонит член Совета и сообщает о том, что ты напал на его сына!

— Арина, пожалуйста, не кричи. Я могу всё объяснить. Так вышло… Случайно. Мы с Машей ужинали и… Встретили её бывшего.

В трубке послышался длинный вздох.

— Так. Постарайся-ка объяснить по порядку, что там произошло?

— Я пытаюсь! Мы просто решили покуражиться вечером, а тот тип, Андрей, вёл себя как урод! Пришлось объяснить ему, что подобное поведение недопустимо. Вечер был испорчен и мне в голову пришла мысль, что можно его продолжить, только… В другом месте. Я не знал, что двойной прыжок сожрёт весь мой ресурс. Батарейки с собой не было, так что… Мы тут вроде как застряли. Без документов, так бы вернулись на самолёте.

— Блеск! Вы хоть понимаете, что «Розы и шипы» даже не подозревают, что на их территории находятся двое наших? Без виз, без паспортов — а это может быть расценено как враждебная операция! Да ещё и с участием прыгуна!

— Арина, не кипятись. Всё нормально, мы тут порыскали с утра, и достали батарейку с энергией нашего Истока. Вот только что получили. Сейчас я её выпью, и мы вернёмся.

Куратор снова застонала.

— Вы ещё и контрабандный товар купили? Господи, ну какой же ты идиот!

— Не идиот, а просто неопытный, — попытался оправдаться я, — И не купили, а… Получили в подарок.

— Какой ещё подарок?! Что вы, @#$%, там натворили?!

— Арина…

— Лучше не зли меня! Пей батарейку и живо прыгай в Измайлово! Будем разбираться здесь!

Куратор сбросила вызов, и я убрал телефон. Маша, слышавшая весь разговор, вздохнула.

— Нас ждут проблемы?

— Судя по тому, что твой бывший пожаловался папе из Совета — очень серьёзные проблемы.

— Урод! — выругалась блондинка, — Ничего, я знаю, как поставить его на место. Насчёт этого не переживай.

— Спасибо, — я поцеловал девушку, — Ну что, домой?

— Домой, — согласилась она, — Жаль, что видимо сюда мы больше не вернёмся.

— Не беда, в мире полно мест.

Сломав печать, удерживающую пробку, я поднёс небольшой цилиндрик ко рту и втянул его содержимое. По телу разлилась энергия, которая и в самом деле на вкус была чуть горьковатой. Ничего, главное — пришло понимание о том, что я снова мог прыгнуть.

Глава 11

Великий магистр постучал пальцами по столешнице, и хмуро посмотрел на Арину.

— Последствия?

— Пока рано говорить об этом. Но в данный момент — никаких.

— Ты уверена?

— Прошло четыре дня, обвинений в нашу сторону так и не последовало. Кажется, в этот раз Кириллу и Маше действительно повезло.

Антон Разумовский раздражённо откинулся на спинку кресла.

— Такое везение не будет продолжаться вечно, тебе не кажется?

— Кажется.

— Этот Кирилл — очень беспокойная личность.

— Я согласна, магистр, но это вполне ожидаемо.

— Я смотрю, кругом меня одни умники! — коротко бросил глава Детей Перуна, — Которые, к тому же, защищают стервеца. Сначала Мастер, теперь ты. Снегирёв вас что, как-то околдовывает?

Арина сдержанно улыбнулась.

— У него совершенно точно есть мощная харизма, магистр. А ещё — талант влипать в неприятности, способность из них выбираться, — Немного подумав, она добавила, — И определённый запас удачи.

— Если бы её можно было измерить, — проворчал магистр, — Ты же понимаешь, что за такое количество косяков любой другой давным-давно загремел на исправительные работы?

— Прекрасно понимаю, — кивнула ведьма.

— Проникновение к Истоку, конфликт с сыном одного из Советников, нарушение Кодекса, несанкционированное проникновение на территорию вражеского клана и стычка с его представителями! На сколько ещё выходок у этого парня хватит удачи?

— Но Кирилл нам нужен, — мягко заметила Арина, — И если рассматривать его действия в разрезе наших будущих планов — он вписывается в них идеально.

— И что ты предлагаешь? Снова ничего не делать? Мягко пожурить и предоставить возможность прыгать по странам и дальше? Чтобы он снова влип в неприятности? Из-за поблажек, которыми мы осыпали парня, в Совете на меня уже косо смотрят! Черемшанцев рвёт и мечет, мечтая отрубить прыгуну пару пальцев за нападение на его сына!

— Думаю, в этот раз можно предпринять кое-какие меры. Не слишком жестокие, но…

— Что значит «но»?

— Я подключу Кирилла на постоянное наблюдение. Скажем, на пару недель. Ежеминутно мы будем знать, где он находится, и самое главное — он тоже будет об этом знать.

— Не слишком суровое наказание. И довольно энергозатратное!

— Это ещё не всё. Я также предлагаю лишить Снегирёва доступа к энергии секиры. Как раз на эти две недели мы можем внести его в чёрный список всех торговцев клана. Он не сможет покупать «батарейки», а значит — никаких прыжков.

— Две недели — не слишком долгий срок.

— Зато вполне достаточный, чтобы парень почувствовал — каково это, жить в столице без поддержки и возможности «подзарядиться». К тому же — скорее всего, за это время он привыкнет находиться под наблюдением. Вероятно, это остудит его голову.

— Ладно, — решил магистр, — В таком случае, велю подготовить соответствующие приказы, и перешлю их тебе.

— А проблема с Черемшанцевым?..

— Я поговорю с ним. Судя по всему, его сынок — не самая приятная личность, и в такой ситуации оказывается не в первый раз.

— Так и есть, — подтвердила ведьма.

— В таком случае — займись Снегирёвым. И донеси до него всю серьёзность нарушений, которые он умудрился совершить!

* * *

К хорошему быстро привыкаешь. Поэтому когда это «хорошее» у тебя забирают — становится очень некомфортно.

Со мной так и случилось. Прыгнув из Марселя в Москву, я попал под конкретную раздачу. Взбешённая выходкой Арина притащила меня к Мастеру, и после того, как мы рассказали обо всём, что произошло во Франции, они на пару прочли длиннющую лекцию о недопустимости совершённых мной действий. После я услышал и обвинения, которые выдвинул Александр Черемшанцев — отец бывшего парня Маши.

Впрочем, с этой частью проблем разобрались довольно быстро. Блондинка не обманула — её, по какой-то причине, отпустили почти сразу после того, как мы рассказали Арине обо всём случившемся. Вернувшись домой, Маша сделала несколько звонков, и о драке в «Черном лебеде» все как будто забыли.

Я подозревал, что подобное поведение Андрея не являлось чем-то необычным, и именно поэтому с этой стороны никаких особых последствий для меня не последовало. А может, дело было в родителях Маши? К своему стыду, я понятия не имел, насколько они влиятельны.

В целом, всё складывалось неплохо, хотя и не без некоторых неприятных моментов.

Помимо того что за мной установили круглосуточный контроль, Арина умудрилась сделать так, что ни один торговец столицы не захотел продавать мне амулеты-батарейки. Соответственно — прыгать я теперь мог только на тренировках, и только под наблюдением Мастера. Признаюсь, это немного раздражало. Я привык телепортироваться прямо из своих апартаментов в школу Мастера, а теперь приходилось ехать туда под пристальными взглядами двух молодых боевиков, каждое утро забиравших меня из отеля на чёрном «Эскалэйде». Это слегка… Нервировало.

С другой стороны, после всего случившегося я нисколько не старался показать свой нрав. Зачем? Конечно, можно было попытаться попросить кого-нибудь купить «батарейку», но гораздо проще и полезнее на текущий момент «покориться», тем более что наказание не выглядело чрезмерно строгим. И это, вкупе со сказанным мне ранее, наводило на определённые мысли.

Я был нужен клану.

А своими нынешними действиями его руководство давало понять, что и они мне нужны. Что ж, учитывая сложившуюся ситуацию, спорить с этим я не собирался. Тем более, что нагрузку на моё «образование» увеличили в разы — оказалось, что долгое время занятый мыслями о возвращении памяти, я упустил из виду изрядный кусок той реальности, в которой оказался.

В следующую пару недель я вёл себя тише воды и ниже травы. Посещал занятия Мастера, ходил на лекции по истории магии и магической безопасности в МГУ, куда меня записала Арина, усиленно медитировал, занимался с колдунами-теоретиками.

Последние довольно быстро разъяснили мне множество важных вещей — о концентрации энергии Истока, о её потерях, структуре и максимально рациональном использовании. К счастью, тело, один раз ощутившее близость секиры Перуна, само знало о многих вещах. Так что теперь, под контролем профессионалов, я стабильно (хоть и очень медленно) развивал свой дар.

С другой стороны — при более глубоком изучении вопроса оказалось, что развивать-то особо и нечего.

На одной из тренировок удивлённый Мастер открыто заявил, что формирование моей связи с Истоком окончательно завершено, и теперь можно оценить потенциал полученных возможностей. Их у меня оказалось прискорбно мало.

Наверное, стоит пояснить. У каждого мага был внутренний резерв, вмещающий определённое количество энергии. Учитывая, что способности у всех колдунов были разные — объём этого «хранилища» для каждого был индивидуальным. Разная мощность одних и тех же заклинаний, разный расход энергии Истока, разная скорость их восстановления, и ещё куча различных параметров — от всего этого зависело, насколько маг будет эффективным.

Так, например, Лариса, при нашем знакомстве, неспроста упомянула про класс «Инферно». Хрупкая девушка обладала невероятной мощью, и без последствий для здоровья за раз могла спалить целую десятиэтажку — её сил вполне хватало на это.

После того, как внутренний резерв мага оказывался исчерпан, наступало «выгорание». По названию понятно, о чём речь, но для таких магов как Лариса подобная штука была довольно опасной. Магия огня жрала прорву энергии, а чем мощнее были заклинания — тем сильнее они вытягивали энергию из резерва колдуна. И если не успеть вовремя остановить этот «насос», когда Сила закончится, можно запросто лишиться жизненных сил — мощный аркан высосет и их.

К счастью, для меня подобной проблемы не существовало — прыжки ели строго отмеренное количество энергии. Чуть ранее опытным путём мы установили, что в одиночку я спокойно могу телепортироваться на любое расстояние — но строго ограниченное количество раз. И в этом заключалась главная проблема.

Мастер уверял, что с помощью медитаций и техник я могу исключить потери энергии при прыжках, таким образом, увеличив их количество. Правда, после всех обследований и замеров стало понятно — мой внутренний резерв просто не позволит прыгать бесконечно. Максимум, на что можно рассчитывать — семь прыжков, и это при условии, что я полностью научусь контролировать поток энергии в своём теле.

Учитывая, что в школу клана детей забирали примерно в пять лет, а выпускали оттуда ближе к двадцати — времени на подобное понадобится немало. Впрочем, лично для меня это не являлось проблемой. Даже пять прыжков — довольно много, и для моих целей этого было вполне достаточно. Так что переживать, как казалось, вовсе не стоило.

Хотя, признаюсь, был один момент, который меня смущал. А именно — цена на энергию Истока. Она оказалась совсем немаленькой. Поначалу я этого даже не заметил — возможно, потому, что карман грел целый миллион, а большую часть батареек я получал у Мастера, и уходил с тренировки «наполненным» под завязку. А иногда и вовсе умудрялся прихватить пару цилиндриков с собой.

Однако после нашего с Машей путешествия в Марсель на подобное установили жёсткие квоты. Я пил батарейки только для того, чтобы тренироваться, и уходил от Мастера пустым. Энергию, как уже говорил, мне не продавали, так что я в полной мере ощутил всю прелесть жизни простаков. А когда, наконец, запрет спал, и я снова получил возможность затариваться в магазинах — попросту обалдел от цен.

Один мой прыжок стоил примерно пятьдесят тысяч рублей, плюс-минус. И это, пожалуй, был единственный недостаток моего таланта.

События во Франции также натолкнули меня на мысль, что неплохо бы получше разобраться в путаном своде магических законов, традиций и рекомендаций, прежде чем снова туда возвращаться.

В том, что рано или поздно я это сделаю — никаких сомнений не было.

Конечно, ещё несколько недель назад можно было просто найти фото той клиники и прыгнуть к ней, но… Я, как и любой уважающий себя вор (а я, напоминаю, был лучшим из лучших), предпочитал импровизации тщательное планирование. А для него всегда лучше видеть цель собственными глазами.

Теперь я знал, что нельзя попадаться клановым структурам французов на глаза. Знал, что могу рассчитывать на помощь марсельских ренегатов, если прижмёт. Знал, где расположено учреждение и запомнил местность вокруг него — даже выбрал подходящую точку для следующего прыжка.

Этого было мало, так что я принялся раскапывать о клинике всё, что только можно. Официальная страница в сети говорила о том, что это одно из лучших медицинских заведений Франции. Были и фотографии, которые с лёгкостью могли бы помочь мне проникнуть внутрь, но… Я решил уточнить кое-какую информацию у Маши, и оказался прав — помимо простецких систем безопасности вроде сигнализаций и камер наблюдения, учреждение охранялось и магически.

Глупо было бы думать иначе. Главный «затык» состоял в том, что я понятия не имел, какая именно защита стояла на здании, и узнать это, не отправляясь туда, было невозможно. Так что, оставаясь под надзором, некоторое время я изучал различные виды магических сигнализаций, ловушек, систем безопасности, и кое-чего ещё.

Ну а что? Это вполне укладывалось в рамки моего обучения.

* * *

Ограничения на продажу энергии сняли через три с лишним недели. Я подозревал, что это значило и то, что постоянное наблюдение за моей персоной тоже свернули. Тем более, что не так давно я выяснил, что для подобного нужны немалые ресурсы, прорва Силы Истока и пристальное внимание сразу нескольких колдунов.

А учитывая, что я вёл себя как пай-мальчик, такие траты были весьма нецелесообразны. Разумеется, Арина не подавала виду, что постоянной слежки больше нет, но мне и не требовалось её подтверждение.

Если честно, я в любом случае совершенно не планировал подставлять клан. Ну… Почти не планировал — всё же за паргонским камнем вернуться было необходимо. Однако я никуда не спешил — не было никакого смысла, а собственное желание поскорее вернуть очередной кусок памяти пришлось посадить на цепь и крепко удерживать. Благо — из-за кучи занятий сделать это оказалось несложно.

Я изначально отмёл вариант с покупкой минерала. Слишком много волокиты предстоит пройти, чтобы сделать этому доктору предложение. И после этого он запросто может отказать, что, скорее всего, и сделает.

Можно было попробовать найти камень и у нас, в России. Я, пораскинув мозгами и поняв, что о моём желании вернуть память уже и так знает изрядное количество людей, спросил об этом Арину. Но она, услышав об этом, лишь покачала головой.

— Я, конечно, узнаю в наших клиниках о возможности выделить паргон под тебя, но… Думаю, это бессмысленно.

— Почему?

— Это нерациональное использование столь дорогого продукта, Кирилл. А член Совета, отвечающий за медицинскую отрасль — Черемшанцев. С его сыном ты тоже знаком.

Мысленно я лишь выругался. Кто знал, что так получится?

Впрочем, если меня и расстроил такой поворот событий — то не сильно, и ненадолго. Я лишь утвердился во мнении, что единственный из доступных вариантов — обчистить доктора Бернара, и попросить Марфу приготовить усиленный памятный настой.

* * *

К своему первому ограблению в этом мире я готовился очень долго и тщательно. Не в последнюю очередь потому, что помнил о слежке, которую запросто могла организовать мой куратор.

Ей было решительно незачем знать, что ночами я мотаюсь во Францию.

Почти месяц после снятия наблюдения мне пришлось усыплять бдительность Арины. Я посещал все тренировки и занятия, вечерами оставался в отеле и почти никуда не ходил — разве что иногда встречался с Машей, Толиком и Ларисой.

Последние, узнав о нашем с блондинкой приключении, отреагировали по разному. Анатолий осуждал нашу бесшабашность, а вот Лариса напротив — очень расстроилась, что ей не удалось поучаствовать в этом приключении.

Однако оба они сошлись во мнении, что нам очень повезло не попасть в руки «забугорного» клана.

Помня об этом, я прекрасно понимал — прежде чем соваться в клинику, нужно хорошенько подготовиться. Поэтому, перед повторным визитом в Марсель пришлось прикупить кое-какие вещицы.

Одежду подобрал наиболее удобную. Не стесняющие движений водолазка и спортивные штаны чёрного цвета, кроссовки, перчатки, небольшая сумка через плечо. В неё я положил сразу три «батарейки» и три артефакта: «Колдовской взор» и два перстня невидимости.

С ними всё было понятно — недорогие побрякушки после активации давали своему владельцу час невидимости, после чего приходили в негодность. Несмотря на простоту исполнения и дешевизну — эта вещь была, наверное, самой важной в грядущем деле.

Впрочем, «Колдовской взор» своей полезностью вполне мог поспорить с колечками. Артефакт, выполненный в виде обычных очков, умел различать энергетические контуры, используемые магами. За него мне пришлось отвалить столько денег, что глядя на свой поскудневший счёт, я не смог сдержать разочарованного вздоха. Миллион, вырученный за комнату, стремительно таял.

Кроме магических приблуд в одном из магазинов простецов я купил несколько необходимых инструментов — просто на всякий случай, не решившись полностью положиться на магию. Набор отмычек, отвёртку с несколькими насадками — подобными вещами я пользовался и раньше, так что вспомнить старые навыки, заботливо оставленные Владыкой, труда не составило. Купив два десятка разного вида замков, я притащил их в отель и поочерёдно вскрывал, каждый раз испытывая приятное ощущение от удачного взлома.

Мда… Выходит, воровскую натуру не спрячешь даже в другом теле…

Ко всему прочему я также прикупил парочку электромагнитов. Из них, при помощи нескольких роликов из сети, удалось собрать вполне жизнеспособный генератор электромагнитного импульса, который при случае мог вывести из строя парочку электронных устройств.

С этим арсеналом я прыгал в Марсель трижды, перед тем, как устроить «контрольный заход». Помните, что говорил раньше? Разведка — вот, что важно. Сразу на рожон лезут только глупцы. Умный сначала узнает всё, что только можно.

Именно потому, что я трижды рисковал и, дождавшись глубокой ночи, совершал прыжок во Францию, мне удалось провернуть всё так, как было задумано. Именно поэтому я узнал, в какой части здания находится лаборатория Бернара, как она охраняется и как лучше всего в неё попасть. И именно поэтому у меня при себе был именно такой набор артефактов и инструментов.

Оказавшись после перемещения в густых зарослях акации, несколько секунд оставался неподвижным, прислушиваясь к окружающим звукам. Где-то за забором слышался шум проезжающих машин, на стенах клиники работали кондиционеры.

Открыв сумку, я достал оттуда очки и водрузил их на нос. Оглядевшись, увидел в нескольких местах уже замеченные мной ранее энергетические контуры, в изобилии установленные вокруг больницы. Они реагировали на тех, кто владел энергией Истоков, но для простаков никакой опасности не представляли.

Для меня подобная система защиты была идеальной. Куда хуже, если бы Розы и Шипы пустили вокруг учреждения сплошную линию, опоясывающую здание по периметру. Но такой подход гарантировал огромные энергозатраты. Я не знал, насколько мощный у французов Исток, однако по косвенным признакам и тому, что видел в клиниках Москвы, предполагал — гораздо выгоднее и дешевле использовать локальные ловушки и сигналки.

Во внутреннем дворе никого не было, но я не стал рисковать. Не хотелось быть замеченным из окон, так что перед тем, как выбираться из кустов, пришлось нацепить на себя кольцо невидимости.

Ну всё, пошёл обратный отсчёт.

Я сразу направился к западной части здания. Обойдя его по аккуратно постриженному газону и стараясь не вляпаться в тонкие энергетические нитки ловушек, вскоре оказался рядом с гаражом.

Эх, было бы гораздо проще, если бы я мог телепортироваться сразу внутрь.

Однако современные маги были отнюдь не идиотами. Во время подготовки ограбления я узнал, что магические сигнализации проектировались таким образом, чтобы иметь возможность сразу же засечь такое вторжение. Это не была специальная мера против прыгунов — она также защищала и от десантирования на объект при помощи парашюта, или путем подкопа. И всё бы ничего, но внутри клиники я был лишь дважды, и оба раза — без «Различителя». Так что точного местоположения ловушек не знал, и рисковать понапрасну не собирался. А прыгнуть в кабинет доктора или его лабораторию не мог по той простой причине, что не видел её.

Впрочем, не то, чтобы это была проблема.

Вход в гараж был открыт — рядом с ним стояли два смуглых француза в медицинской форме и курили. Осмотрев их в «Различитель», я убедился, что это простаки, и спокойно прошёл мимо, стараясь ступать как можно тише. Как и предполагалось — никто меня не увидел.

Путь до лаборатории доктора прошёл без помех. Мимо снующих туда-сюда врачей и медсестёр я поднялся на третий этаж. Несколько раз успевал заметить магов и исчезнуть из поля их зрения, так что без препятствия добрался до западной части здания. То крыло, в которое мне требовалось попасть, на ночь запиралось, но это был сущий пустяк. Вскрыв один из ближайших кабинетов с помощью отмычек, я открыл окно, выбрался на карниз и прыгнул на соседний балкончик. Затем ещё дважды и…

Едва не вляпался в очередную магическую ловушку.

Я успел заметить её в последний момент — тонкая энергетическая плёнка покрывала весь пол балкона. Ухватившись за парапет, я отклонился назад и чудом удержался на карнизе. Некоторое время боролся с гравитацией, находя идеальный центр тяжести и, в конце концов, понял, что не упаду.

Фух, чуть не попался!

Достав отмычки и изогнувшись невероятнейшим образом, пришлось вскрывать дверь из не самой удобной позы, но я с этим справился.

Через окно было видно внутреннее убранство кабинета и, теоретически, туда можно было прыгнуть. Вот только не было в этом никакого смысла. Вскрыть замок не проблема, а наше с Машей путешествие вполне чётко дало мне понять — никогда не стоит тратить энергию понапрасну. Так что, высунув язык, я сосредоточился на взломе.

Оказавшись внутри, снова прислушался. Кажется, всё тихо. Вскрыв дверь, я чуть приоткрыл её, вышел в пустой коридор и направился дальше. Так, кажется, это где-то здесь… Так и есть! «Pierre Bernard — Docteur en sciences médicales». Через секунду надпись изменилась на «Docteur en médecine magique».

Отлично, я на месте.

Саму дверь я вскрыл точно также как и все предыдущие — отмычками. А вот с поисками паргона пришлось повозиться — лаборатория оказалась совсем немаленькой. Несколько длинных столов вдоль стен, масса запертых шкафов и ящичков, склянки, колбы, какое-то медицинское оборудование, компьютеры, мониторы, столики на колёсиках — чего тут только не было! Бросив взгляд на часы, я вздохнул — невидимость продержится максимум минут двадцать, после чего придётся надевать новое кольцо.

Принявшись за дело, я начал от входа. Выпотрошил массу ящиков и шкафов, но так и не обнаружил необходимый минерал. Однако, расстроиться не успел — всё оказалось предельно просто. От массивного запертого шкафа в углу лаборатории, ничем не отличающегося от других, исходил мощный энергетический фон. Судя по тому, что это было единственное место с таким концентратом защиты — там явно хранил что-то важное. И я искренне надеялся, что чёртов булыжник хранится здесь же.

Взломать или снять такую защиту с помощью собственных энергоресурсов — и думать нечего. Тем более, что эффект ловушки мне неизвестен — «Различитель», сколько бы он ни стоил, не мог рассказать мне всё о структуре заклинания. Но на самом деле это было не важно.

Я предполагал что меня может ждать нечто подобное, и не собирался незаметно вскрывать эту защиту.

В небольшом пакете внутри сумки лежал последний из припасённых мной предметов. Впрочем, слово «предмет» не слишком подходит в этой ситуации.

Развернув полиэтилен, я вытащил оттуда тушку курицы. Затем достал запакованный шприц, и перегнал в него содержимое одной из батареек, после чего закачал энергию в бездыханное тело.

Наверное, со стороны это выглядело максимально странно и жутко, но на деле подобные действия были оправданны. Я потратил немало времени, чтобы понять — как можно обойти магические ловушки разного вида? Проштудировав массу книг, убедился, что делать это могут только довольно сильные маги, либо тот, кто ловушку установил. Так что, пораскинув мозгами и проведя пару опытов (потратив при этом прорву энергии и денег), я придумал альтернативный способ — перегрузку.

Принцип работы почти любой ловушки строился на том, что в контакт с ней входит маг, заряженный энергией Истока. Отдельные мои опыты показали, что простец, попавший в такое заклинание, не пострадает (в большей части случаев). А вот энергия, соприкоснувшаяся с ловушкой, вызовет её активацию. Неважно, в чём она будет находиться но, как выяснилось, органические ткани — лучший проводник. Так что мёртвая курица — вполне себе вариант.

Самое уродское, что ловушка может быть закачана энергией на пару-тройку срабатываний, и тогда у меня останется совсем мало времени на взлом обычного замка. Скорее всего, охрана узнает об активации почти мгновенно, и у меня будет всего несколько минут.

Почему таким способом не работают местные воры? Может и работают, не знаю. Знаю только то, что даже одна батарейка, которую я перегнал в несчастную птицу, обошлась недёшево, а если для перегрузки ловушки этой энергии не хватит? Затраты на такие действия получаются совсем немаленькими, и мы сейчас говорим о не самом известном человеке, не самой ценной добычи и не самой мощной защите.

Полагаю, Джоконду охраняли бы куда тщательнее.

Я отошёл за ближайший стол, вдохнул поглубже, и с силой кинул несчастную птицу в сторону шкафа.

ФУХ!

Волна ледяного воздуха пронеслась по помещению, оставив изморозь на моих волосах.

— Нихрена себе! — прошептал я, разглядывая шкаф. Ловушка оказалась одноразовой, но её эффект! Это было очень круто.

В радиусе пары метров вокруг шкафа всё оказалось заморожено толстым слоем льда. Окажись я там — и мигом превратился бы в сосульку. Мда, действенно, ничего не скажешь…

Помня о том, что у меня мало времени, я принялся потрошить замок, оказавшийся неожиданно сложным. Постоянно прислушиваясь, нет ли кого за дверью, я, наконец, открыл чёртов шкаф и тут же принялся изучать его содержимое.

Благодаря Маше я знал, как выглядит паргон, поэтому отыскал его довольно быстро. Пару секунд разглядывал тёмно-жёлтый кристалл размером со смартфон — внутри него словно клубился дым. Пожав плечами, я убрал его в сумку и застегнул молнию.

В этот момент произошло сразу несколько вещей. Кольцо, нагревшись, перестало воспроизводить вуаль невидимости, а позади меня раздался шорох. Резко развернувшись, я с удивлением увидел двух охранников в униформе, появившихся в дверях. Чёрт, как же не вовремя! Один из них уже поднимал электрошокер, наводя его на меня. Второй формировал в руках какое-то заклинание.

— Не двигаться! — крикнул он на французском, но я только усмехнулся.

Как же, нашли дурака.

Глава 12

Интерлюдия II

Начало пути

Сегодняшним вечером в «Картине мёртвого художника» было многолюдно. Аншлаг царил не просто так — владелец заведения умудрился достать настоящего Ярву, так что билеты на представление разлетелись, как горячие пирожки холодным вечером.

Впрочем, для меня, как обычно, было сделано исключение.

С тех пор как я и мои маленькие подельники обнесли таверну «Седьмой сатрап» прошло восемь лет. За это время произошла масса интересного. Множество удачных дел, сотни краж, стычки с заезжими гастролёрами, аресты, освобождения. Разок меня даже отправили на рудники, но Обломанный ноготь не желающий расставаться с, как он говорил, «перспективным кадром», устроил за городскими стенами налёт на конвой, перевозивший юных преступников.

И это несмотря на то, что все эти годы я продолжал доставлять ему некоторые проблемы. Хотя, надо заметить — от моей персоны Ноготь получал куда больше прибыли, чем неудобств.

Тем не менее, после того, как мне исполнилось пятнадцать, на короля воров Полэсто я работать перестал. Нет, не потому, что мне надоело — ничего подобного! Если ты с раннего детства только и делаешь, что крадёшь чужие вещи, да ещё и преуспел в этом, заставить себя сменить род деятельности довольно затруднительно.

Просто-напросто я умудрился осознать одну довольно нехитрую истину — необязательно всю жизнь работать на Обломанного ногтя. Необязательно ночевать в старых склепах и отстёгивать часть добычи хозяевам криминального мира, которых я никогда не видел.

Гораздо приятнее жить исключительно для себя.

Кто-то, возможно, сочтёт это эгоизмом. Но поверьте — вы не находились в моём положении. Не пытались выжить на улицах, будучи ребёнком, не голодали по несколько дней, не дрались со старшими «коллегами» за добычу, которую они пытались отобрать, не убегали от стражи, гвардейцев и огромных псин. Вероятно, вы никого и никогда не убивали.

Несмотря на сладкие речи Ногтя я быстро понял — друзей и братьев в этом преступном мире у меня нет, и не будет. Разве что Астра — последняя из детей, пришедших в Катакомбы вместе со мной. Долгие годы мы с ней работали в паре, всегда делились едой или украденным друг с другом, иногда — соревновались. Мне казалось, что мы с ней по-настоящему близки.

Но год назад она исчезла — окончательно и бесповоротно, даже не оставив записки. Не буду скрывать — это стало для меня довольно сильным ударом. Лишиться единственного друга, да ещё и в таком возрасте, когда мировоззрение, разум и тело стремительно меняются…

Полагаю, это и была последняя капля, лишившая меня всяческой привязанности к миру, построенному Обломанным Ногтем. Именно поэтому я покинул Полэсто, прихватив с собой часть казны короля воров. Полагаю, он весьма огорчился этим обстоятельством, но… Мне было всё равно.

Оставив Полэсто, я отправился в путь. Без цели и понимания того, куда меня приведёт дорога.

Идамэри, Сламор, Мемор, Струл, Хеко, Рейксвэйл, Тейт, Удрафас… Сколько городков довелось проехать, прежде чем оказался в столице, я не считал. Много, куда больше десятка. Но в каждом из них я не задерживался, прекрасно понимая — жизнь здесь не будет отличаться от той, что приходилось вести ранее.

Везде были какие-то «ограничители» — слишком ретивая стража, воровские гильдии, безбашенные преступные кланы, не терпящие чужаков на своей территории. Везде, где я ни оказывался, находилось что-то (или кто-то), что мешало мне почувствовать себя свободным.

Пока дорога не привела меня в Саргоссу.

Столица поразила меня в самое сердце. Впервые в жизни я почувствовал, что такое настоящая жизнь именно здесь. Огромный людской муравейник раскинулся на морском побережье и готов был принять любого, у кого достанет смелости остаться в нём.

У меня этой смелости было в избытке.

Шёл уже шестой месяц, как я освоился, и за всё это время серьёзных проблем у меня не было. Конечно, случалось и так, что приходилось удирать от стражи или застукавших меня хозяев домов, которые я обчищал — но и только. В остальном — всё было превосходно.

Я знал, что в Саргоссе есть своя воровская гильдия. Но столица была столь огромной, что в ней нашлось место и для меня. Главный залог безопасности — не попадаться гильдейским на глаза — я исполнял с маниакальной тщательностью. Не больше пары операций в месяц, продажа краденного в других городах и никаких следов — соблюдая три этих несложных правила, я прожил полгода, и пока не сталкивался с недовольством местного теневого мира.

Снял небольшую квартирку на верхнем этаже здания рядом с маленьким парком, придумал себе новую личность и вполне успешно выдавал себя за юного студента, даже посещая некоторые лекции в одном из местных университетов. Поначалу мне правда было интересно, и я почувствовал вкус жизни, который, лишившись родителей и дома, успел позабыть.

С другой стороны — содержать себя тоже было нужно, и не имея возможности зарабатывать деньги честно, я по-прежнему воровал. Но, как было сказано выше — лишь в необходимом размере.

К сожалению, спокойная жизнь мне довольно быстро наскучила — не прошло и пары месяцев. Будучи талантливым, но не слишком умным, я начал проворачивать дела посложнее. Так, к примеру, жена одного из судей центрального округа столицы лишилась нежно любимого ей набора из подвески и серёжек, а известный на весь город художник — парочки картин. Стража пыталась найти виновного, я слышал, что даже гильдия воров подключилась к этому расследованию — но никаких результатов это не принесло.

Не буду скрывать — это довольно сильно тешило моё самолюбие. Ну а как же?! Провести представителей закона и теневого мира одновременно и выйти сухим из воды не каждому под силу.

— Привет, Кальн!

На соседний стул плюхнулся человек. Невысокого роста, худой, с жидкими волосами мышиного цвета, серыми глазами и невзрачным лицом. Идеальная внешность для того, кто промышляет воровством.

— Привет Стэк.

— Я не опоздал?

Мой собеседник приподнялся на стуле и вытянул шею, пытаясь разглядеть происходящее на сцене. Яему мешала толпа возбуждённых посетителей, полностью сосредоточенных на Ярве.

— Ничего не видно, — досадливо поморщился он.

— Ты что, пришёл сюда поглазеть на представление средней паршивости?

— Но это же Ярва!

Я закатил глаза и повторил вопрос.

— Ты сюда поглазеть пришёл, или дело обсудить?

Стэк с видимой неохотой оторвался от клочка сцены, который мог отсюда увидеть.

— В общем, я поговорил со своим учителем насчёт тебя.

— И?

— И он сказал, что готов встретиться.

Я удовлетворённо хмыкнул.

Стэк был «вольным художником», который покинул Катакомбы пару лет назад и перебрался в другую часть Федерации. Как оказалось — сейчас он обитал в Саргоссе.

За то время, пока мы жили вместе, провернули с ним несколько совместных дел — в частности, он был одним из тех, то вместе со мной участвовал в налёте на «Седьмого сатрапа».

Невзрачный парнишка не был выдающимся вором, но имел неплохой талант взломщика. И именно за счёт этого качества его регулярно приглашали на различные… «мероприятия». Впрочем, как проходила его жизнь за то время, пока мы не виделись, я не знал — кроме одного небольшого момента.

Со Стэком я столкнулся на рынке, как мне сначала показалось, случайно, три дня назад. Жизнь, которую мне приходилось вести, весьма сильно обострила чувство собственной безопасности, так что слежку я почувствовал, едва покинул ряды торгующие овощами. Виду показывать не стал — для начала решил выяснить, кто упал мне на хвост.

Прогулявшись по рынку ещё какое-то время, я покинул его, и через плотную толпу добрался до края площади, на которой и была организована торговля. Свернув в ближайший проулок, я затерялся в переплетении улочек, но не особо усердствовал, чтобы неизвестный преследователь меня не потерял.

Выбрав местечко поукромнее, я забился в узкую щель между двумя домами, для верности прикрывшись широкой доской, валявшейся тут же. Сгорбленные крыши домов портового района нависали надо мной, и свет почти не попадал в паутину переулков, тупиков и закрытых двориков — так что я совершенно не опасался, что меня заметят.

Так оно и вышло.

Через несколько минут после моей маскировки рядом послышалось сопение, и вскоре передо мной появился человек в грязно-сером плаще. Он стоял спиной, так что захватить его и приставить узкий клинок к горлу не составило никакого труда. Каково же было моё удивление, когда я понял, что знаком с этим человеком…

Оказалось, что Стэк тоже живёт в столице, и вполне успешно скрывается от местной гильдии. Правда чуть позже выяснилось, что ему в этом помогает некая таинственная личность. Именно она и заинтересовала меня после нескольких рассказов медвежатника. А после них я понял, что и сам слышал несколько историй о неуловимом воре, проворачивающем невероятные по своей сложности дела.

— Когда он согласен встретиться?

— Всё не так просто, — мой собеседник побарабанил пальцами по столу, — Для начала учитель хочет проверить, насколько ты хорош в деле.

Я презрительно фыркнул.

— Что ж, пусть так. Что нужно сделать?

* * *

Тяжело дыша, я закинул ногу на каменный карниз и резким рывком перекинул себя на него. А затем перевернулся на спину, разглядывая звездное небо.

Фух, первая часть пути позади! Кажется, до рассвета оставалась всего пара часов — звёзды уже поблекли, но ещё были видны на небосводе. Самое идеальное время для таких как я — когда до подъёма обычных людей ещё далеко, а стражники и охрана уже клюют носом, мечтая поскорее закончить ночную смену.

Отлежавшись, я встал и перемахнул на ребристую черепицу крыши, перед этим не забыв захватить с собой «кошку». Смотав верёвку, прикрепил её к ремню и окинул взглядом оставшийся участок, который было нужно преодолеть.

От невесомой башни меня отделял целый квартал, и теперь следовало пересечь его, не привлекая излишнего внимания. Сделать это без тени было довольно проблематично, но радовало одно — в отличие от улиц, на крышах зданий стражников почти не было. А тех, кому всё же не повезло оказаться на дежурстве, я старательно обходил. Да и, если честно, большая часть арбалетчиков сейчас клевали носом, сидя за печными трубами.

В любом случае, самым сложным было — проникнуть во Внутренний квартал. Ночью семь ворот, ведущих в него со всех концов города, запирали, а днём на них дежурили усиленные наряды охраны. Они тщательно проверяли каждого, кто собирался посетить вотчину богачей и самых влиятельных людей столицы, и без специального пропуска нечего было и думать попасть за крепкие и высокие стены.

Конечно, пропуск можно было украсть, но учитель Стэка поставил мне жёсткое условие — выполнить работу сегодня же, так что пришлось рисковать и перебираться через стену. Надеюсь, оглушённого стражника не хватятся ещё долго, а когда найдут, он не вспомнит, как я саданул по его затылку короткой дубинкой.

Дома стояли довольно близко друг к другу, и расстояние между соседними крышами было крошечным — перепрыгнуть с одной на другую мог даже ребёнок. Более того — практически все крыши были плоскими и ровными, что облегчало мне задачу.

Я разбежался и перепрыгнул на соседнее здание. Затем ещё раз, и ещё. Разбег — прыжок, разбег — прыжок. Ничего сложного. Правда, на самой последней крыше плохо закрепленная черепица неожиданно выскользнула из-под ног и разбилась о мостовую. Каким-то невероятным я чудом успел вцепиться в карниз, огибающий крышу, и повиснуть на руках. Ругаясь сквозь зубы, забрался обратно и привалился спиной к потемневшей от времени дымовой трубе. Никогда не думал, что путешествие по крышам Саргоссы может быть таким утомительным…

К счастью, от башни меня отделяла лишь широкая и совершенно пустынная улица, сейчас затянутая туманом. Он поглощал все звуки, поэтому я, совершенно не опасаясь, что меня услышат, перекинул веревку через улицу и зацепился кошкой за небольшой парапет. Затем накинул петлю вокруг печной трубы и затянул её.

Для собственного спокойствия подергал за веревку пару раз, проверяя надежность. Что ж, кажется, держится вполне крепко…

Перебравшись на башенный балкон, я прислушался к звукам за дверью. Кажется, никого. Достав из кармана кусок бесформенной и тягучей субстанции, выданный мне Стэком, как смог залепил дверной замок.

Через секунду раздалось тихое шипение, затем до моего носа донёсся запах протухших яиц. А через секунду я почувствовал сильный жар, исходящий от остатков замка. Субстанция нагрелась настолько, что раскалила механизм докрасна, а через несколько секунд и вовсе его расплавила. Когда вонючая штука потухла, я усмехнулся.

Отличная штука, надо будет узнать, где можно её достать.

Оказавшись внутри, я прекрасно знал, куда нужно идти — учитель Стэка передал мне самые подробные указания. Поэтому я, теряясь в тенях, сразу поднялся по черной каменной лестнице, оборачивающейся вокруг башни вдоль её стен. На них в полумраке виднелись фрески, но я, зная, что скоро здесь появятся чиновники, не рискнул задерживаться и разглядывать их, хотя признаюсь — было очень интересно.

Когда ещё доведётся побывать в подобном месте?

Поднявшись на несколько уровней выше, я попал в длинный и широкий коридор, соединяющий башню с соседней, расположенной на ещё одной закрытой для посещения территории. Сюда пускали только чиновников высшего ранга, да и охрана была куда тщательней подобрана.

Дважды мне приходилось прятаться в стенных нишах за доспехами. Во второй раз я едва не попался, в последний момент успев юркнуть в спасительную тень и скрючившись за невысоким подиумом, на котором и был установлен железный рыцарь.

— Господин капитан, разрешите вопрос?

Отдышавшись и пропустив стражников, я осторожно выбрался в коридор, а затем также неслышно двинулся дальше.

Изящные ковры под ногами, резная мебель, гобелены на стенах — я чуть было не прошёл мимо нужной двери, разглядывая убранство. Да, тут наверняка есть чем поживиться…

Эту дверь пришлось вскрывать вручную. На неё я потратил примерно пять минут — один раз пришлось прерваться из-за приближения очередного патруля. Добравшись до ближайшей винтовой лестницы, я спустился на пару метров ниже и дождался, пока бряцающие шпагами солдафоны пройдут мимо. После чего, наконец, вернулся к замку и попал в довольно просторное помещение.

Ух, неплохо! Огромная библиотека производила на неподготовленного посетителя сильное впечатление. Такого количества книг и древних фолиантов я не видел никогда — хотя по долгу «работы» бывал в самых разных и необычных местах. Полки, стеллажи, сундуки, шкафы, столы — всё было заставлено книгами. Я поднял голову, разглядывая ещё несколько уровней помещения, которые также вмещали массу печатных изданий.

Да уж, тому, кто не знает, что искать, блуждать здесь можно было вечно…

К счастью, я прекрасно представлял, что мне нужно.

Прямо. Налево. За этим стеллажом направо. Прямо. Прямо. Налево. Направо. Налево. Стоп!

Я уставился на изящный столик. На нём стояла одна-единственная шкатулка, украшенная прекрасной резьбой, изображающей сцену какого-то сражения. Перевесив заплечную и пустую доселе сумку на грудь, я спокойно взял шкатулку, внимательно её осмотрел и убрал её.

Поздравляю, Кальн, задание почти выполнено. Теперь пора убираться.

* * *

Меня уже ждали. Загадочный учитель Стэка назначил встречу в трущобах ранним утром, так что почти сразу, как только я выбрался из башни, пришлось сразу направиться туда.

Незнакомец, несмотря на жару, закутанный в длинный серый плащ до самых пят, стоял возле одного из полуразрушенных бараков, прислонившись спиной к трухлявой стене.

— Не видели здесь рыжего кота? — произнёс я кодовую фразу.

— Видел. Убежал в сторону пирсов с рыбой в зубах.

Я кивнул, и приблизился к нему. Оглядевшись и убедившись, что кругом никого нет, достал из сумки шкатулку и протянул её.

— Отлично, — меланхолично отозвался мужчина, и мне, наконец, удалось заглянуть под капюшон.

Лицо незнакомца обрамляли светло-русые, достаточно длинные волосы. Прямой нос, точеные скулы, и глаза интересного орехового оттенка с золотом. Пожалуй, таких я никогда не видел.

— Что насчёт оплаты?

— Стэк сказал, что ты в обмен на шкатулку хочешь поговорить?

— Да, — я выдержал насмешливый взгляд, — Расскажите, как вы обнесли хранилище Королевского дворца? Я слышал, что во время ограбления там видели призраков и иллюзии конца света. Как вы это сделали?

— Магия, — просто ответил незнакомец.

— Ну да, — скривился я, — Мне уже не десять лет, уважаемый. Магии не существует.

— Неужели? — деланно изумился он, протягивая ко мне руку, — Дай-ка ладонь.

Презрительно фыркнув, я всё же протянул вперёд руку, подозревая, что сейчас меня ждёт какой-нибудь фокус. Однако вместо этого произошло совсем иное…

Яркая вспышка света ударила в глаза точно в тот момент, когда пальцы незнакомца вцепились мне в запястье. От неожиданности я вскрикнул и попытался вырваться, но чёртов фокусник держал меня крепко. А через мгновение…

Мы оказались в другом месте.

Оно было невероятным — такого я никогда не видел. Мы стояли посреди широченной каменной дороги, оба конца которой терялись в густом тумане. Вдоль неё возвышались монструозные и весьма потрёпанные колонны, но приглядевшись, я понял — они не стоят на земле, а парят прямо в воздухе! А над головой не было привычного неба — здесь оно было усыпано тысячами, миллионами звёзд самой разной величины! Да и сам цвет небосвода менялся — от светло-жёлтого и охряного к ультрамариновому и фиолетовому.

— Это что, было настоящее колдовство?! — волосы на голове встали дыбом. Я почувствовал это и попытался их пригладить, оборачиваясь к мужчине.

— Ты когда-нибудь слышал о Владыке десяти тысяч миров? — вместо ответа спросил мой новый знакомый.

— Нет.

— Хм… Неудивительно. Ваша планетка довольно отсталая. Удивительно, как Стэк вообще вышел на меня. Что ты, кстати, о нём думаешь?

— Он не слишком умён, — честно признался я, параллельно задумываясь над словом «планетка». Незнакомец тихо рассмеялся.

— Пожалуй, я с тобой соглашусь. Идём.

Он махнул рукой, приглашая прогуляться вдоль парящих колонн. Меня терзали сотни вопросов, но я не представлял — с какого из них начать?

— Вижу, ты хочешь что-то сказать?

— Да. Объясните, каким образом мы оказались здесь и… Для чего? Что это за место?

Если честно, в голове крутились не самые приятные мысли. Я был достаточно взрослым, но всё же вспомнил несколько жутких историй, рассказанных мне ещё в детстве более опытными товарищами. О том, как молодых и сильных людей крадут некроманты, а затем превращают их в своих послушных рабов. О странах Восточного континента, в которых за малейшую оплошность можно было лишиться…кхм…чресел, и остаток жизни провести евнухом. О кровососах, оставляющих после себя высушенные трупы.

— Это что-то вроде перевалочного пункта. Тут неуютно, понимаю, но не переживай — здесь мы надолго не задержимся. Как мы сюда попали?.. — он прищурился, — Я уже говорил — магия. Как видишь, она более чем реальна.

— Значит вы — колдун?

— Что-то вроде того. Я больше привык к слову «мироходец».

— Никогда о таком не слышал.

— Хм, неудивительно… А о богах что-нибудь знаешь?

— То же, что и все, полагаю. То, что в храмах проповедуют священники.

— Ну-у… — Учитель Стэка на миг задумался, — Это всё, конечно, любопытно, но к реальности не имеет почти никакого отношения. Сказки.

— Хотите сказать, что знаете настоящую правду?

— Что такое «правда»? — вопросом на вопрос ответил он, — На мой взгляд, правда и ложь — лишь вопрос восприятия одной стороной слов другой.

— Не понимаю вас.

— Ну разумеется не понимаешь, — снова улыбнулся незнакомец, — Однако со временем я тебе расскажу всё, что знаю сам. Но насчёт Владыки могу уверить уже сейчас — он вполне реален, и существует на самом деле.

— Кто он?

— Бог. Отец. Любящий правитель и тиран. Сущность, когда-то бывшая таким же человеком, как мы, но получившая невероятную силу и знания. Он научился переносить своё сознание, душу, память и способности в новое тело после смерти старого.

— Это действительно возможно? — недоверчиво спросил я

— Учитывая, что Владыка живёт уже десятки тысяч лет, и за это время подчинил себе тысячи планет — вполне возможно.

— Вы уже в который раз говорите «планета» — что это значит?

— Это тоже самое, что и «мир».

— Погодите! — я остановился, только сейчас поняв суть нашего разговора, — Хотите сказать, что таки миров как наш — множество?!

Насмешливый взгляд мужчины говорил сам за себя. Я молчал, а затем, озарённый внезапной догадкой, огляделся.

— Это…

— Всё верно. Это уже не твой мир, Кальн.

— Но…

— Не переживай. Оставаться в Саргоссе для тебя было очень опасно. Наутро после ограбления башни тамошние чиновники обнаружат пропажу документов и найдут Стэка. Он расскажет о тебе, и если бы не я — колдуны добрались бы и до твоей шкуры.

— Значит, вы оставили его в качестве… фальшивки? Приманки?

— Именно так. Он выполнил свою задачу, и теперь не представляет никакой ценности.

— А прежде чем переноситься в другой мир, вы не хотели спросить моего мнения?!

На меня нахлынула масса эмоций. Страх, ярость, неуверенность, злость, непонимание — и всё это одновременно. Я не представлял, что теперь делать, и чего ждать от незнакомого колдуна.

— Не кипятись, Кальн, — мужчина примирительно поднял руки, — Во-первых: обратно вернуться мы уже всё равно не сможем. По крайней мере — не сейчас. Во-вторых: послушай хорошенько, что я тебе предлагаю.

— И что же?

— Жизнь, — просто ответил колдун, — Долгую, насыщенную и интересную. Жизнь, за которую ты повстречаешь десятки друзей, повидаешь сотни миров, совершишь тысячи краж, получишь такие награды, о которых и мечтать не мог. А ещё я предоставлю тебе возможность бросить самому себе сложнейший вызов, и получить за него то, что и представить нельзя.

— То, что имеет Владыка? — шёпотом уточнил я, заинтригованный его словами.

— Если захочешь, — кивнул мужчина, — У него есть кое-что, что очень сильно интересует меня, Кальн. И чтобы это достать — мне потребуется твоя помощь.

— Почему именно моя?

— Можешь считать это чутьём, — отмахнулся незнакомец, — Но мне почему-то кажется, что ты справишься с этим заданием. Я довольно долго искал талантливого вора в свою команду.

— Неужели?

— Именно так.

— В таком случае… — я задумался, — Для начала неплохо было бы вам представиться. Я до сих пор не знаю вашего имени.

— О, в этом никакого секрета нет. Я, кстати, удивлён, что ты не спросил раньше. Меня зовут Анкх.

— Тогда, может быть, уважаемый Анкх, вы сразу и расскажете, что за работу мне предлагаете?

— Разумеется. Но предупреждаю сразу — дело будет сложным, возможно, даже смертельным, и займёт довольно много времени…

— Ничего, мне не привыкать к планированию долгосрочных операций.

Мужчина снова тихо хохотнул.

— Боюсь, ты плохо представляешь себе, о каких сроках идёт речь, Кальн. Обычный человек за это время умрёт, по меньшей мере, дважды, так что для начала… Придётся украсть кое-что, что поможет тебе прожить долгую и счастливую жизнь. Куда более долгую, чем ты можешь себе представить.

— И что же это? — я облизнул пересохшие от волнения губы.

— Эликсир вечной молодости, разумеется.

Глава 13

Эмильен Моро, уполномоченный посол клана Роз и Шипов, нервно постукивал костяшками пальцев по лакированной столешнице. Францкз был одет в приталенный пиджак светло-коричневого оттенка, точно такого же цвета брюки, светло-синюю рубашку и изящные лакированные туфли. Бросив взгляд на часы, он поморщился. Эти русские что, не знакомы с понятием пунктуальности?

Словно в ответ на его мысли, дверь в кабинет отворилась, и на пороге появился Разумовский.

— Месье Моро, прошу прощения за то, что заставил вас ждать, — сразу извинился он, на чистейшем французском, безо всякого акцента, — Сами понимаете, дела клана.

— Разумеется.

Глава Детей Перуна прошёл мимо гостя и уселся в кресло с высокой спинкой, расстегнув одну из пуговиц своего матового пиджака.

— Мне передали суть вашего визита и те обвинения, которые вы выдвигаете.

— И что вы на это ответите?

— Что наш клан чтит принятые договорённости, и мы не имеем к их нарушению никакого отношения.

— Бросьте, Андрей, — вздохнул Эмильен, — Вы полагаете, будто мы поверим, что в России появился прыгун, а вы о нём ничего не знаете?

— И, тем не менее — это так, — невозмутимо отозвался Разумовский, — Видите ли, я ознакомился с вашими претензиями, и нашёл в них массу похожего с недавними ограблениями на территории Москвы.

— Да неужели?

— Представьте себе. Отличие лишь в том, что ограбив доктора Бернара, этот прыгун допустил ошибку, и открыл вам своё лицо.

— Вы правда думаете, что моё руководство купится на такое?

— Мне не нравится ваш тон, Эмильен, — холодно отчеканил Разумовский, — Вы здесь гость, и пожалуйста — не забывайте об этом.

Француз прикусил язык, заметив недобрый блеск в глазах главы московского клана. О нём ходили разные слухи, и несмотря на свой, не самый последний ранг в иерархии Роз и Шипов, Эмильен понимал — заигрывать со столь серьёзным собеседником не стоит. Даже если ты уверен в его причастности к произошедшему.

Между тем Андрей разблокировал небольшой планшет, лежащий на столе, и протянул его своему собеседнику. Тот, водя пальцами по экрану, некоторое время изучал предоставленные данные.

— Необычный список украденного, — наконец сказал он, отдавая устройство обратно, — Словно этот вор решил заняться коррекцией памяти целой магической роты. И всё же главный вопрос сейчас не в этом.

— Понимаю, о чём вы. Но пока что это вся информация, которой мы располагаем.

— Поправьте меня, если ошибаюсь — на территории вашего клана появился некий неизвестный прыгун, который умудрился обокрасть несколько хорошо защищённых объектов. И вы до сих пор на него не вышли?

— Он не оставлял следов, по которым его можно было вычислить, — Разумовский пожал плечами, — Как вы сами сказали — до сих пор.

— Любопытно, почему он допустил промашку при ограблении нашей клиники? — спросил француз, доставая из кармана небольшую стеклянную ампулу. В ней перекатывалась одинокая ресница.

— Вы же понимаете, что будь это «наш» прыгун — он бы принял все необходимые меры предосторожности и не оставил столь явную улику? — усмехнулся Разумовский.

— Мы рассматривали этот вариант, не буду скрывать. И хотя моё руководство считает его маловероятным… Мы готовы подождать.

— Чего?

— Поимки этого человека. Мы предполагали, что он принадлежит вашей семье, но раз вы это отрицаете…

— Отрицаю.

— В таком случае, мы готовы пойти навстречу, — француз вытащил из кармана ещё одну ампулу с точно такой же ресницей и протянул её Андрею, — Думаю, для поимки этого неуловимого вора вам кое-что пригодится.

Взяв стекляшку и покрутив её, глава московского клана убрал улику в ящик стола.

— Благодарю. И заверяю — мы примем все необходимые меры, для поиска этого человека.

— Наш отдел расследований утверждает, что прыгун всё ещё в Москве — где-то в центральной части города. Точнее мы сказать не можем — ваши защитные заклятия не позволяют нам провести более точный поиск. Но думаю, что для вас это не станет серьёзным препятствием?

— Безусловно.

— В таком случае позвольте откланяться, — Эмильен встал из-за стола, — Все необходимые бумаги мы отправим по почте. Когда ждать результата?

— В течение двух недель мы с вами свяжемся.

Француз кивнул и, не сказав больше ни слова, покинул кабинет Разумовского.

Выйдя из здания, посол небрежно достал из внутреннего кармана пиджака позолоченный портсигар, выудил оттуда сигарету, подкурил её и с наслаждением затянулся. В кармане завибрировал мобильный телефон.

— Да?

— Как всё прошло?

— Глава Детей утверждает, что их клан не имеет отношения к происходящему. Он показал мне отчёты о других схожих ограблениях на территории Москвы.

— И?..

— Полагаю, это ложь. Скорее всего, у них действительно появился прыгун, и они всячески пытаются скрыть его причастность к действиям на нашей территории. Или просто скрыть его существование, что само по себе нелепо.

— Это ожидаемо. Значит, будем придерживаться плана. Встреться с нашим человеком и возвращайся.

— Конечно, монсеньор.

* * *

В последние дни я был довольно сильно рассеян. Тренировки будто замерли, учёба не вызывала былого интереса, а друзья… Наверное, они видели, что со мной что-то не так, и потому, попытавшись вначале взбодрить «несчастного Кирилла», вскоре отстали, давая мне возможность остаться наедине со своими мыслями.

А подумать действительно было над чем.

Когда я вернулся из Марселя, то в первую очередь решил выждать несколько дней, прежде чем отправляться к Марфе. Всё же то, что я сделал, довольно сильно подрывало договорённости между французским кланом и Детьми Перуна. Так что для начала следовало убедиться, что никто не предъявит мне никаких обвинений.

Впрочем, насколько быстро на меня могут выйти, я и понятия не имел. По идее, те охранники видели моё лицо — как и полицейские, которых мы с Машей вырубили. И это было плохо. Учитывая, что они могли понять, что мы говорили на русском языке — шансы на то, что Розы и Шипы свяжут два этих происшествия и выпишут нам вотум недоверия, был довольно высок. Так что некоторое время я не делал ничего подозрительного. Но когда прошла неделя — слегка успокоился, и всё-таки решил отправиться к старой колдунье, на этот раз, предупредив о своём визите заранее.

Марфа не стада спрашивать, откуда у меня паргонский камень. Так же, как и не стала об этом докладывать — по крайней мере, ни Смирнов, ни Арина после моего визита к старухе не уточнили, где я раздобыл столь редкий минерал.

В этот раз зелье получилось куда сильнее, чем в самом начале нашего с колдуньей знакомства. Я отрубился на всю ночь, и увидел гораздо больше сцен из своей прошлой жизни. Правда, имелась одна загвоздка — они были всё также далеки от того, что я искал.

Никакого намёка на Сердце, лишь пара слов о Владыке, и самое главное — чёртова интрига, которая поглотила меня с головой.

Да, в очередной раз пришлось убедиться, что я нахожусь на верном пути — но это ничего мне не давало. Я продвинулся по собственным воспоминаниям чуть дальше, но этого всё равно было мало, очень мало. И я прекрасно понимал — нужно двигаться дальше.

Вот только как?

Камешек, который я приволок старой колдунье, пошёл в расход целиком. От него не осталось ни крошки, а объём вытяжки, которую Марфа готовила два дня, оказался преступно мал. И теперь, вернувшись из очередной серии своей прошлой жизни, я не имел ни малейшего понятия — где раздобыть ещё немного паргона? Эта мысль засела у меня в голове настолько глубоко, что всё остальное на её фоне казалось чем-то незначительным.

Наверное, я испытывал эмоции, похожие на ломку наркомана. Мне невероятно сильно, до безумия, хотелось вернуть то, что Владыка у меня отнял. После нового воспоминания я понял, что не успокоюсь, пока не доберусь до сути. Мне было просто необходимо знать ответы на огромное количество вопросов.

Что Анкх хотел украсть у Владыки? Получилось ли у него? Неужели я и правда выпил эликсир вечной молодости? Почему решил выкрасть Сердце? Не его ли искал мироходец? Как меня поймали? Что происходило между всеми этими событиями? Почему я спрятал Сердце здесь — и что это вообще такое?!

Всё это было лишь малой частью того, что меня интересовало.

Приоткрыв небольшой кусочек тайны, новое воспоминание породило ещё больше вопросов — и это сводило меня с ума. Я вновь обложился учебниками и манускриптами, погрузился в заумные исследования трудов, посвящённых строению человеческого мозга и структуре памяти. В ход шло всё — не только работы магов вплоть до пятнадцатого века, но и исследования простаков за последнее столетие.

Правда, результат по-прежнему был нулевой. Ничего, что могло бы заменить паргонский камень в моих изысканиях, найти не удавалось. А он, как назло, был действительно редок — настолько, что не удавалось найти не только его приблизительных владельцев в настоящее время, но и даже места, где его находили в последние несколько раз!

Наняв переводчика-простака я осилил все труды Пьера Бернара, но не нашёл в них ничего, что могло бы мне помочь. Хотя, надо заметить, сами по себе его статьи были довольно интересными. В них упоминалось, что множество эффектов паргонского камня повторяли… Истоки некоторых кланов.

Конечно, до опытов со столь мощными источниками энергии доктора Бернара никто не допустил, однако его исследования и масса собранного материала косвенно подтверждали эту теорию. Исходя из неё, можно было предположить что при правильном использовании энергопотока вкупе с помощью парочки опытных менталистов, можно получить эффект максимального восстановления памяти — либо полного подчинения, в зависимости от цели.

Но проверить подобное на практике, к сожалению, я не мог. Мало того, что до Истока нашего клана меня никто бы не допустил — так ещё и пользоваться непроверенными данными было довольно опасно. Плюс, привлечение менталистов в качестве корректировщиков — это дополнительный риск.

Нет, это однозначно был не мой вариант. Но другого, как назло, просто не существовало.

Помимо этого вскоре пришлось почувствовать, что за мной снова установили наблюдение — практически сразу после того, как я обратился к Марфе. Не знаю, как объяснить это ощущение, но я буквально кожей чувствовал покалывание, и что забавно — оно повторялось в одни и те же промежутки времени. Это говорило о то, что постоянного надзора нет, но кто-то регулярно (и довольно часто) проверяет, где я нахожусь.

Вероятно, старуха всё же выдала меня? Тогда почему Арина делал вид, что всё в порядке?

Я затаился. Перестал делать всё, что могло бы привлечь ко мне хоть какое-то внимание. Затворничество, которое могло спровоцировать ненужные вопросы, я отмёл сразу, как только понял, что меня «пасут». Снова начал встречаться с друзьями и проводить время с Машей, которая была этому весьма рада.

Не буду скрывать — я тоже получал настоящее удовольствие, проводя время с блондинкой. Речь, разумеется, не только о сексе.

Тенякова была не только красивой, но ещё и умной, и весьма одарённой колдуньей. Она знала массу весёлых историй, всегда была рада показать новые места в столице и обсудить происходящие в ней события.

Меня к ней тянуло — этого было не отнять. И она, судя по всему, также тянулась ко мне. По крайней мере, только рядом с ней я успокаивался и переставал представлять тот момент, когда ко мне придут боевики клана и спросят, зачем я обчистил французскую клинику.

О любви, как бы цинично это не звучало, никакой речи не шло, но… Вероятно это можно было назвать состоянием влюблённости.

К сожалению, расслаблялся я недолго. Как оказалось — дурные предчувствия меня не обманывали…

* * *

Тон, которым мне сообщили о необходимости прибытия в ОТС-1 (не второй, а именно первый, который я даже никогда не видел) мне не понравился. Слова Арины были пронизаны льдом настолько, что даже через телефон у меня едва не замёрзло ухо.

Шучу, конечно. Но это от нервов, скорее всего.

На самом деле причина, по которой я в очередной раз мог вызвать недовольство своего куратора и его начальства, была одна — ограбление лаборатории доктора Пьера Бернара. Об этом я думал уже не раз, и хотя с того момента прошло уже больше трёх недель — не приходилось сомневаться, что дело именно в этом. Потому что других «косяков» после возвращения из Марселя я просто-напросто не допускал.

Звонок Арины разбудил меня ранним утром, за пару часов до того, как за мной приехал чёрный «Эскалэйд» с боевиками-мордоворотами. И вместо того, чтобы в очередной раз отправиться в Измайлово, они отвезли меня совсем в другую часть столицы — на Ленинградский проспект, недалеко от Белой площади.

Оставив машину рядом с тротуаром, маги завели меня в старое, но прекрасно отреставрированное семиэтажное здание песчаного цвета. На входе пришлось пройти несколько проверок: металлодетектором, личный досмотр и, вдобавок ко всему — магический. Хмурые колдуны в форме с нашивками секиры просканировали мою ауру, измерили резерв энергии и велели сложить все личные вещи в лоток, который затем убрали на одну из полок зарешетчатого помещения.

Всё это изрядно меня нервировало, но я старался не подавать виду и сохранять спокойствие.

Закончив с проверками, боевики передали меня двум сотрудникам ОТС. Те, в свою очередь, велели подниматься по лестнице, и под таким пристальным контролем я вскоре оказался на последнем этаже. Здесь меня уже ждали.

Помещение, в которое меня привели, напоминало зал заседаний. Да скорее всего, оно им и было — длинный овальный стол с кучей мест; российский флаг в дальнем конце помещения, который при внимательном взгляде скидывал морок и демонстрировал рисунок белой секиры на тёмно-синем фоне; тяжёлые занавески, сейчас чуть приоткрытые.

И люди. Их здесь собралось немало, причём каждый из присутствующих смотрел на меня.

Некоторых из них я уже знал — майора Смирнова, например, Арину и Мастера. Другие были мне незнакомы.

Во главе стола сидел высокий брюнет в матово-чёрном костюме.

«Интересно, ему не жарко в такой одежде?» — отстранённо подумал я — «На улице почти тридцать градусов».

— Здравствуй, Кирилл, — поздоровался он со мной, — Присаживайся.

Охранники, всё ещё стоявшие позади, мягким толчком в спину заставили меня подойти к столу и сесть. Практически сразу же, как только я положил руки на подлокотники, на них сомкнулись широкие стальные кандалы, появившись словно из воздуха. Чёрт!

— Меня зовут Антон Витальевич Разумовский. Ты знаешь, кто я?

Нервно сглотнув, я кивнул. Разумовский вот уже пятьдесят лет был главой московского клана. Сильнейший маг, и не только столицы, как говорили, но и всей России. Человек, умудрившийся практически полностью искоренить противостояние между общинами магов в разных городах. А ещё он обладал уникальным талантом к регенерации, и в сто четыре года умудрялся выглядеть максимум на сорок с небольшим.

— Хорошо, это избавит нас от лишних представлений. Эти люди, — маг обвёл рукой присутствующих, — члены Совета и те, кто имеет непосредственное отношение к нашему сегодняшнему разбирательству. Полагаю, ты догадываешься, о чём пойдёт речь?

Я отрицательно покачал головой. Разумовский в ответ на это криво усмехнулся.

— Не стоит лгать, Кирилл. Думаю, ты всё прекрасно понимаешь, но если хочешь… Арина, пожалуйста, просвети своего подопечного.

Слегка покрасневшая после этих слов девушка повернулась ко мне.

— Вчера вечером мы принимали посла клана Роз и Шипов. Он предоставил нам весьма интересную информацию о том, что некий прыгун ограбил одну из их клиник.

Я попытался не выдать себя ни жестом, ни взглядом, ни движением мускул лица. Рано, пока признаваться рано… Для начала стоит узнать — что знаю мои… соклановцы.

Поняв, что отвечать я не намерен, Арина продолжила:

— По словам нашего французского гостя, три недели назад неизвестный прыгун обошёл все ловушки и сигнализации клиники, вломился в лабораторию известнейшего целителя, доктора Пьера Бернара, и украл оттуда паргонский камень. Фото прилагаются, — через весь стол она катнула мне планшет с вышеупомянутыми снимками, — Грабителя видели в лицо, и оно показалось французам удивительно похожим на лицо того парня, который напал на их полицейских в начале июля. Думаю, не стоит упоминать, что этим человеком был ты? Твой портрет, кстати, получился очень неплохим — если пролистаешь фотки, увидишь. Будешь запираться дальше?

— Нет, — решил я, подав голос впервые с начала встречи, — Не буду. Это сделал я.

В самом деле — пока доказательства были весьма серьёзными, и отнекиваться я не видел никакого смысла. Только хуже сделаю.

— Прекрасно, — хлопнул в ладоши Разумовский, — Думаю, нет смысла объяснять присутствующим, зачем ты провернул это дело? Мы все прекрасно знаем, что ты лишился памяти, и таким образом решил её восстановить. Я беседовал с Марфой Ступиной, которая приготовила для тебя памятный отвар, и она подтверждает это. Арина и Дмитрий тоже были в курсе и отнеслись к твоей просьбе серьёзно. Они даже пытались узнать — где можно найти этот минерал? Но ждать ты не захотел. Кирилл, пойми — так у нас в клане дела не делаются. Ты подставил всех под удар, и должен понести за это заслуженное наказание.

— Я понимаю. Разрешите вопрос?

Разумовский удивлённо приподнял брови, но всё же кивнул.

— Как Розы и Шипы вышли на меня? Ведь явно не с помощью пары портретов?

Вместо ответа глава клана достал из нагрудного кармана крошечный стеклянный цилиндрик и катнул его по столу. Я остановил его и недоумённо уставился на содержимое. Внутри перекатывалась короткая волосинка.

— Что это?

— Твоя ресница, Кирилл. Ты умудрился оставить её на месте преступления, в лаборатории Бернара. Поверь, не только мы умеем производить магический поиск.

Я изумлённо замолчал. О-фи-геть.

— Кроме того, как уже говорила Арина, после вашего с Теняковой Марией вояжа в Марсель и стычки с местной полицией магов ваши лица описали весьма точно. И описание мужчины полностью совпало с тем человеком, который ограбил лабораторию. Так что обвинения, как ты понимаешь, выдвигают не только за кражу, но и за нападение на сотрудников правоохранительных органов.

Я продолжал молчать. Лучший вор десяти тысяч миров? Планирование важнее всего? Да-а, Кальн, кажется, вместе с памятью и телом ты потерял последние мозги, а также сноровку. Я уже говорил о том, что самоуверенность иногда бывает очень излишней? Говорил? Пожалуй, стоит повторять это почаще, и в первую очередь — себе!

Недалёкий кретин! Ведь знал, что по волоску можно вычислить любого мага — и не озаботился обезопасить себя от подобного! Знал, что меня уже видели марсельские маги — и не стал надевать маску, понадеявшись на кольца невидимости.

Что ж, похоже, в этом теле я потерял сноровку… И теперь за свои ошибки придётся расплачиваться. Вероятно, не только мне…

— Скажите… — я запнулся, — А Маше что-нибудь грозит?

— Ты создал нам кучу проблем, Кирилл, — вместо ответа встрял в разговор Смирнов, — Но на твоё счастье, она в безопасности. Никто из Роз и Шипов не знает, что она член нашего клана.

— Что просят французы?

— Твою голову, — начал загибать пальцы Разумовский, — Репарации в виде нескольких эксклюзивных поставок артефактов, извинений, а также — возвращения паргонского камня.

— С последним могут возникнуть проблемы, — честно признался я, — Камешек был использован почти сразу.

— Это понятно, — спокойно кивнул глава клана, чем вызвал у меня лёгкое недоумение, — Да и остальные условия, скажу прямо, удовлетворять мы не собираемся.

Над столом воцарилась тишина. Спрашивать — почему? — не было никакого смысла. Всё и так предельно ясно.

Выдав меня, Дети Перуна признаются перед французами сразу в нескольких вещах. Во-первых, в том, что один из магов клана действительно совершил ограбление. Это приведёт к нежелательным последствиям, о которых только что говорил Разумовский.

Во-вторых, если признать факт ограбления, придётся признавать и то, что у москвичей есть свой прыгун. А это, как несложно было догадаться, они бы предпочли сохранять в тайне как можно дольше. Гораздо выгоднее заявить, что ограбивший Бернара маг — ренегат. Тогда со столичных магов взятки будут гладки, а я по-прежнему останусь козырем в рукаве Разумовского.

А в том, что я ему нужен, никаких сомнений не возникало. Он был прав — слишком мягко они ко мне относились, намереваясь в дальнейшем использовать в каких-то своих интригах. Вот только не очень-то мне верилось, что такое дело оставят без внимания, ведь в этот раз я весьма серьёзно подставил клан.

— Я понимаю всю серьёзность последствий своих поступков. И прошу за них прощения.

— Это замечательно, — ехидно отозвался глава клана, — Но сейчас твои извинения, как говорят простаки, нам никуда не упёрлись, Кирилл. Ты уже несколько раз нарушал Кодекс. И посмотри, к чему это привело?

Я молчал.

— Мы не можем оставить такое поведение без наказания, ты ведь понимаешь?

— Понимаю.

— Прекрасно. В таком случае, уведомляю тебя о полугодовом заключении под стражу, без права досрочного освобождения. Разумеется — никаких тренировок, занятий, связи с внешним миром и магии. Также тебя проверят наши менталисты. Мне крайне любопытно, ради чего ты так рисковал и подставил всех нас под удар. Это моё окончательное слово.

Он махнул рукой и кандалы спали с моих запястий. Боевики, всё это время стоявшие позади, подхватили меня под локти и поставили на ноги. На выход меня провожала целая куча разочарованных взглядов…

Глава 14

— Великий Магистр, — Смирнов, стукнув пару раз по двери, вошёл в кабинет, — Разрешите?

— Заходи, присаживайся. Чай-кофе не предлагаю, Дима, разговор будет коротким.

— Я вас слушаю.

— Два часа назад мы, наконец, получили расшифровку образов, которые наши менталисты в последний месяц доставали из головы стрыги. Той, что напала на Кирилла.

— Я помню, — Смирнов мигом собрался, — Там было что-нибудь интересное?

— Не то слово, — вздохнул Разумовский, — И именно поэтому ты здесь. Старуха, как выяснилось, работала не одна.

— Неужели? — удивился майор.

Его можно было понять. Ренегаты предпочитали не контактировать с себе подобными. Слишком уж неуживчивыми были эти маги, и максимум, на что они могли рассчитывать — помощь своей семьи, если она не отворачивалась от них. В противном случае изгои старались выживать поодиночке, вполне обоснованно не доверяя себе подобным. Каждый из них с удовольствием бы выпил Силу другого, и даже не поморщился.

И кроме того — отыскать десяток магов-отступников куда проще, чем одного.

— Наши люди нашли у неё в голове массу образов, и когда их удалось расшифровать… В общем, всё куда серьёзнее и запутаннее, чем мы предполагали. Стрыга — лишь рядовой член организации ренегатов, некоторое время существующих на территории нашего клана. И неплохо себя чувствующих, позволь заметить.

— Не думал, что после всех чисток за последние тридцать лет, кто-то из них рискнёт объединяться в группы и вести какую-то организованную деятельность. Удалось узнать что-нибудь о целях этих отступников?

— На заключённой стоял мощный ментальный блок. Он, скорее всего, и породил безумие, сожравшее старуху, и он же защищал её от воздействия менталистов. Нам, в конце концов, всё же удалось его вскрыть и вытащить из сознания стрыги часть того, что там было спрятано, но… Блок поставил кто-то очень одарённый. Прежде чем мы вытянули из отступницы всё, что только можно, в её сознании сработала программа самоуничтожения.

— Такое вообще бывает?

— Как выясняется — да, — Разумовский вздохнул, — Хотя признаюсь, ничего подобного мы раньше не встречали. Тем не менее, кое-что достать всё же удалось. Несколько имён, которые раньше нигде не светились, местоположение парочки тайников и, самое главное — одно из мест их тайны сборищ.

— Вы хотите, чтобы я возглавил группу? — догадался Дмитрий.

— Поэтому и позвал. Так получилось, что ты с самого начала погряз в этом деле, Дима. Так что тебе его и разгребать. Тем более, ты один из наших лучших оперативников.

— Вот уж спасибо за проявленное доверие, — не особо стараясь скрыть иронию, сказал Смирнов. Магистр это заметил.

— Первым Кирилла проверял именно ты. От фамилиара стрыги спас его тоже ты. Повёз к Марфе, попытался пробудить его воспоминания…

— Снова я.

— Верно. И арестовал вампирицу, кстати. Так что не вижу причин для саркастичных шуток. С самого начала было понятно, кто будет вести расследование.

— Прошу прощения, Магистр — Дмитрий мигом подобрался, — Просто я с самого начала чувствовал, что ничем хорошим это дело не обернётся.

— Твой исключительный нюх на неприятности — одна из причин, по которой я тебя вызвал.

* * *

Смирнов сидел в машине уже второй час. Учитывая, что его сменяли всего два человека, один из которых дежурил всю ночь, а второго срочно вызвали в ОТС, нечего и думать о том, что скоро это бдение закончится.

Операция, лично организованная Разумовским, развивалась стремительно. Поговорив с главой клана, майор получил на руки карт-бланш и в течение суток собрал довольно внушительную группу магов.

И хотя на это понадобилось почти полгода — воспоминания стрыги были проанализированы, каждый человек из них найден и взят под контроль. Как и тайники, а также небольшой особняк за чертой города. Судя по добытой информации — это было одно из мест сбора ренегатов.

Зевнув, Смирнов в очередной раз отпил кофе и поправил шапку. На улице холодало. Сегодня шкала термометра показывала двадцать пять градусов ниже нуля. Заводить машину, привлекая тем самым ненужное внимание, он не решился, так что печка, разумеется, не работала.

Было уже довольно поздно. Начиналась метель. Снег падал крупными хлопьями, и ложился на лобовое стекло. Смирнов не переставал разглядывать немногочисленных прохожих. Два студента, несущие на плечах тяжеленные сумки — наверное, с книгами. Пожилая пара, кутающаяся в плащи. Двое ребятишек, кидающихся друг в друга снегом, шли вместе с отцом. И девушка.

Глаза Дмитрия сузились и он, приглядевшись, в мгновение ока прогнал сонливость. Именно из-за этой особы он торчал здесь битый час.

* * *

Ника вышла из авто и зашагала через бульвар. «Чертов снег!» — подумала она, сильнее обматывая шарф вокруг шеи. Девушка не любила морозы. В детском доме, в котором ей довелось вырасти, вечно не хватало тепла, и теперь холод напоминал Нике о тех, не самых приятных временах…

Она пересекла небольшой бульвар, и свернула на узенькую улочку. Тут располагались разные кофейни и ресторанчики, в одном из которых она работала. Не слишком популярные, но в данном случае это было скорее плюсом. Тому, кто просил о встрече, лучше лишний раз не показываться в людных местах. Хоть он и не светился, лишнее внимание ни к чему хорошему не приведёт. Так считал Мирослав и Ника его всецело поддерживала.

Открыв дверцу небольшой кафешки, девушка шагнула внутрь. Теплый воздух окутал её с ног до головы. Отступнице тут же захотелось сесть за столик, и не вставать из-за него до завтрашнего утра.

Однако, дела есть дела. Увидев знакомое лицо, Ника подошла к столику, за которым сидел неприметный молодой парень в чёрной шапке и тяжёлой куртке до середины бедра такого же цвета.

— Что случилось? — резко бросила она. С тех пор, как Дети Перуна поймали Старую Ветошь, прошло почти полгода. Всё это время девушка не участвовала в делах тайного общества. Не светилась, легла на дно — назвать это можно как угодно, суть не меняется. Ника собиралась отсиживаться, по крайней мере, еще столько же, но всё пошло совсем не так, как планировал Мирослав.

— Всё началось заново, — без прелюдий сообщил незнакомец.

— Что!?

— Все началось заново! — повторил парень, — И у меня есть задание.

— Только не говори, что требуется моя помощь… — вздохнула Ника, уже зная ответ.

— Нужна. Я работаю в паре с одним парнем. Нам нужны несколько артефактов с мороком, пара колец невидимости, десяток заряженных «Молний» и столько же батареек. А также пистолеты с глушителями, патроны к ним, два бронежилета, форма уборщиков и документы для того, чтобы пройти в складской комплекс. Вот адрес.

— Когда?

— Через три дня.

— Ладно! — раздраженно бросила Ника, — Я все достану! Где встретимся?

— Скину адрес тебе на телефон, когда всё будет готово.

* * *

Рус затаился в проулке между двумя домами. К ночи похолодало еще сильнее, и теперь боевик переминался с ноги на ногу, ожидая того паренька, с которым встречалась Ника. С другой стороны улицы в точно таком же проулке ждал Кот — он должен был следить за девушкой. Эта парочка уже несколько минут болтала в кафе.

Разговор, к счастью, продолжался недолго. Девушка с фиолетовыми волосами надела свою лёгкую курточку и вышла на улицу. Было уже достаточно темно, так что Ника не заметила тенью скользнувшего следом за ней Кота. Её собеседник тоже не заставил себя ждать — вышел через пару минут, направившись к седану, припаркованному неподалёку.

— Майор, приём! — прошипел в передатчик Рус, — Парень выезжает. Ты на месте?

— На месте. Вижу его, давай быстрее.

Рус дождался, пока его «подопечный» завернет за угол, и вышел следом за ним. На проспекте он прыгнул в машину к Смирнову.

Дорога была не слишком долгой — из-за снегопада и холода на улицах было мало машин, и до небольшого дома на окраине столицы боевики клана добрались быстро.

— Магистр? — достал рацию Смирнов, — Мы довели второго объекта до их тайной явки. Дальнейшие действия?

— Ждите, — раздался голос Разумовского, — Кот и Лариса всё ещё ведут девчонку. Вам сообщат, если случится что нибудь непредвиденное! Чувствую, что сегодня все может решиться…

— Вас понял.

* * *

Кот потер замерзшие пальцы, и свернул вслед за Никой. С другой стороны улицы сидел бомж, который на самом деле бездомным не являлся. Это тоже был агент клана.

Пройдя по улице почти километр и свернув во дворы, Ника подошла к одной из пятиэтажек и постучала в дверь технического помещения. Через пару минут оттуда вышел мужчина. Кот остался в темном переулке. Его подопечные перекинулись парой фраз, и тут же разошлись. Ника покинула двор и пошла дальше по улице, а мужчина на некоторое время исчез в за дверью, но вскоре вышел и направился в противоположную сторону. Кот вновь пошел за девушкой, его напарник — за мужчиной.

«Похоже, ночь будет долгой…»- подумал оперативник, плотнее запахивая куртку.

* * *

Лариса нырнула в проулок и, сбросив с себя лохмотья, вытащила из мусорного бака длинный плащ и шарф. Накинув их на себя, преобразившаяся девушка вышла на улицу и продолжила слежку за мужчиной. Тот постоянно оглядывался, и вообще вел себя довольно подозрительно. «Неудивительно» — усмехнулась рыжеволосая колдунья.

Ей не особо нравилась такая работа — та, в которой практически нельзя применять магию. Ренегаты были отнюдь не дураками, и давно научились вычислять методы, с помощь которых их отслеживают и «ведут». Именно поэтому в данной ситуации Разумовский настрого запретил во время слежки использовать магию. Более того — он лично экранировал каждого, кто был в ней задействован.

— Лара, где ты? — в ухе послышался голос Смирнова.

— Веду третий объект. Пешком.

— Понял, действуй по обстоятельствам.

Мужчина долго петлял по улицам, сворачивал туда-сюда, возвращался… Сколько времени прошло Лариса не засекала. Да теперь это было совсем не важно — мужчина, закончив блуждания, пришёл к внушительной многоэтажке, и скрылся в подъезде.

— Чёрт! — выругалась девушка, — Майор, приём! Нужны два человека. Третий объект находится… — она бросила взгляд на табличку, прикреплённую к углу дома, и продиктовала адрес, — Любит погулять, чтоб его. Дом большой, но боюсь, что внутри без морока меня засекут. Остаюсь ждать снаружи.

— Я приедет сам.

— Окей.

Смирнов не заставил себя ждать — он появился вместе с Русом через пятнадцать минут. И очень вовремя — мужчина, за которым следила Лариса, вышел из подъезда в компании девушки, которую раньше никто из магов не видел. Пройдясь немного и что-то обсудив, они снова разошлись.

— Черт бы их побрал! — зарычал Смирнов, — Да сколько ещё они будут гулять по городу?!

Однако его злость была напрасной — в этот раз удача улыбнулась боевикам. Девушка села в спортивное купе и выехала на север. Мужчина пошёл пешком обратно. Отчаянно матерясь себе под нос, Рус вылез на улицу и пошёл за ним. Смирнов с Ларисой направились за девушкой.

Они ехали довольно долго, и через какое-то время покинули пределы города. Девушка свернула на грунтовую дорогу и подъехала к веренице старых, заметенных снегом складских помещений. Однако заброшенными они не выглядели — огороженная высоким забором территория, хорошее освещение, пластиковые окна офисов на верхних этажах, кондиционеры, антенны и спутниковые тарелки. Площадка перед одним из складов была расчищена… Смирнов, дождавшись, пока за спортивным купе закроются автоматические ворота, выключил фары и подъехал чуть ближе.

Девушка вышла из авто и исчезла в помещении.

— Я на улицу. Послушаю, о чем там будут говорить, — сказала Лариса, беря с собой лазер для считывания аудиоколебаний через вибрации стекла. Из-за запрета использовать магические «игрушки», боевики клана получили в своё распоряжение самые современные технологические примочки простаков.

— Хорошо, — кивнул майор, — Я чуть отъеду, на всякий случай. Буду на связи.

Лариса ничего не сказала, вылезая из авто. Однако запланированной прослушке не суждено было состояться. Майор не успел даже развернуться, как рация тут же взорвалась голосом встревоженного аналитика Разумовского:

— Смирнов! Смирнов, приём!

— Слушаю, приём.

— Внутри помещений рядом с вами зарегистрирован мощный энергетический всплеск! Кажется, там только что был активирован аркан пятого уровня. Мы считываем сигнатуры семнадцати магов, и каждый из них залит энергией под завязку. Это их место сбора!

— Указания?

— Начинайте штурм.

* * *

Смирнов проверил оружие. Фургон с боевиками уже подъезжал к ним. Рус, Кот и ещё семь человек были лучшими боевыми магами клана, но так как дело было довольно серьёзным, их страховали еще шестнадцать колдунов рангом пониже. По расчёту Разумовского этих сил должно было хватить для нейтрализации вдвое большего количества ренегатов.

— Так, ребята, имейте ввиду — другого шанса у нас не будет. Нужно сделать это сейчас! По возможности, берем всех живыми.

— Разумеется, шеф, — ухмыльнулся Кот, передергивая затвор автомата. Помимо собственных боевых навыков, предусмотрительные маги не стали пренебрегать оружием простаков.

Не доезжая до склада, пассажиры фургона выскочили на морозный воздух и рассыпались вокруг ограждённой территории. Помимо спортивного купе, за складом обнаружились еще три машины, а с задней стороны здания расположились несколько широких ворот и небольшой вход. Через него в место сборища ренегатов него должны были попасть пятеро магов. Еще шестеро — через главный вход, а остальные шестнадцать оцепили территорию плотным кольцом. Они играли роль второго рубежа, в случае, если кому-то из ренегатов посчастливится вырваться наружу.

* * *

По складской территории ходили пять охранников, еще парочку Смирнов заметил через стёкла второго этажа. Аналитики уверяли, что каждый из семнадцати присутствующих — неплохой маг.

Впрочем, вскоре оказалось, что их возможности изрядно преувеличены. Парень, которому не посчастливилось первому попасть под раздачу, ничего не понял.

Из сугроба, в котором лежал майор, в него прилетело несколько пуль, а затем, совершенно неожиданно и с другой стороны ударил мощный энергетический заряд плазмы, сформированный одним из подопечных Смирнова.

Защита ренегата, если она даже и была, не особо помогла ему. Пробив несчастного навылет, заряд полетел дальше, а колдун-отступник рухнул в снег с огромной дырой в районе груди. Оттуда хлестала кровь.

— Я приказал по возможности оставлять их в живых! — рыкнул Дима, поднимаясь из сугроба.

А тем временем, внутри склада уже вовсю звучали звуки боя…

* * *

Позже Смирнов вспоминал, что впервые оказался в такой серьёзной заварушке.

Схватка с ренегатами началась стремительно, и вскоре от изрядной части складских помещений остались одни ошмётки. Огненные шары взрывались прямо в воздухе, не достигнув своих целей, швыряемые телекинезом куски бетона и металлических конструкций проламывали стены и выбивали окна, кругом мелькали молнии и сверкали ледяные копья, летающие из стороны в сторону.

А уж когда вместе с такими опасными вещами одновременно использую орудия смертоубийства, изобретённые простаками — вроде гранат или скорострельного оружия — всё вокруг превращается в настоящий ад.

Попав внутрь, Смирнов и Лариса почти сразу столкнулись с двумя мордоворотами. Они, кажется, совсем не ожидали вторжения, и тут же поплатились за это. Дмитрий в упор выстрелил одному из них в голову, а второму не повезло поймать пулю рыжей. Защиты на ренегатах не было…

Из ближайшего помещения выскочили ещё двое, но Лариса успела ударить первой. Хрупкая девушка мгновенно вызвала огненный аркан, закрутив его в кольцо. За секунду оно испепелило попытавшихся отступить магов, и захватило с собой немалых размеров участок стены, превратив металл в расплавленную лужу.

Через мгновение всё потонуло в грохоте боя. Перебегая от укрытия к укрытию, Смирнов и его люди с двух сторон прижали отступников и начали теснить их. Теперь никто не скрывался за экранирующими артефактами — маги использовали Силу на полную катушку.

К сожалению, лишь четверо из ренегатов оказались не готовы к нападению — видимо, будучи новичками. Остальные мигом организовали серьёзную оборону, и принялись сражаться с боевиками клана практически наравне. Конечно, на их стороне было численное преимущество, но долго продержаться против обученных убийц они не смогли. Отступая по веренице помещений, вскоре оставшиеся в живых отступники оказались окружены…

* * *

Майа ничего не успела сообразить — окна взорвались градом осколков, обе двери вылетели, и в огромное помещение разом ворвались больше десятка вооруженных боевиков.

— Всем оставаться на своих местах! Не двигаться!

Кто-то из своих выстрелил первым. Двое охранников, стоявших ближе всего к нападавшим, даже не успели сообразить, что происходит — сразу схлопотали пули в ноги, а ассистент Майи попытался удрать. У него не получилось — один из боевиков, появившись из-за ближайшего контейнера, ударил его прикладом по голове, и молодой ренегат рухнул на пол. Раздались крики и те, кто находился рядом, одновременно ударили по незваным гостям.

В воздухе загудели заклинания, послышался стрёкот оружия, вокруг колдунов один за другим начали вспыхивать щиты.

Майа уже давно решила для себя, что если на них выйдут — живой она клану не достанется. Поэтому молодая девушка выхватила пистолет, выстрелила в одного из боевиков — безуспешно. Пуля сгорела в контуре энергетического щита.

Стоящий рядом с ней парень поднял автомат.

— Беги, Майа! Спасай записи!

Подхватив свою сумку, девушка развернулась и последовала совету товарища. Пули свистели вокруг — несколько из них даже попали в её щит, но Мирослав знал, что делал, когда настраивал его — Майа осталась целой. Толкнув ближайшую дверь плечом, она буквально вывалилась наружу — и в тот же миг угодила в объятья одного из клановых бойцов.

Ударить заклятием отступница не успела — едва вдохнув морозного воздуха, она внезапно почувствовала, как оцепенела. Тело перестало её слушаться, и через мгновение девушка неподвижно лежала на снегу, бешено вращая глазами. Упавшую сумку поднял невысокий боец и, осторожно заглянув за дверь, несколько раз выстрелил внутрь. После этого наступила тишина.

* * *

Выстрелы стихли. В воздухе повисла пыль, больше не было слышно гудения боевых заклинаний. Смирнов стрельнув глазами по сторонам, убедился, что противников не осталось. Кругом лежали трупы, но его команда последовала приказу, и всё же оставила несколько ренегатов в живых. Сейчас их связали магическими кандалами, заткнули рты и усадили возле одной из стен.

— Доложите о потерях, — потребовал он.

— Трое раненных, один убит, — тут же в наушнике раздался голос Руса.

— Кто?

— Аркаша Летов. В него сразу десяток молний третьего класса попало… Беднягу, кажется, придётся собирать в спичечный коробок…

Смирнов выругался и, не опуская оружия, направился вглубь склада. Туда, где аналитики засекли наибольший энергетический всплеск, из-за которого они и полезли внутрь.

Ренегаты умудрились оборудовать себе очень неплохую базу. Помимо удобного и не вызывающего вопроса прикрытия транспортной компанией, здесь обнаружился целый склад ворованных артефактов, масса батареек, оружия и одежды. Судя по всему, этим местом пользовались весьма активно, и тем удивительнее было, что клан во главе с Разумовским профукал появление целой ячейки отступников, да ещё и в такой близости от столицы.

— Группа два, что у вас?

— Мы в серверной, — отозвался один из бойцов, — Тут… шеф, тут охренеть сколько данных. И целая библиотека. Оцифрованная, — добавил он, — Макс сейчас проглядывает её.

— Опечатайте всё до появления наших людей.

— Так точно.

Пока Смирнов шёл к центру складского комплекса, он связался с «чистильщиками». Специальное ведомство в структуре клана отвечало за ликвидацию последствий деятельности магов, так что требовалось как можно быстрее ответить на все вопросы простаков о том, что тут случилось. Если такие возникнут, разумеется, но лучше было сразу перестраховаться.

Закончив разговор, майор прошёл в просторное помещение, где уже находились его люди. Посреди практически пустого зала возвышалась конструкция странного вида.

— Это ещё что за хрень? — прошептал Дмитрий, приближаясь к «инсталляции».

Человек. Распятый, на кресте висел человек. Измазанный несколькими видами красок, нагой и… ещё живой. Он не проявлял никаких признаков сознания, однако мерно вздымающаяся грудь явно говорила о том, что на тот свет бедолага ещё не собирается. Весь пол вокруг несчастного был изрисован магическими символами.

К майору подошла Василиса — технический специалист, сопровождающий группу.

— Что это? — повторил он свой вопрос.

Девушка приблизилась к бедняге и замерла в двух шагах от него, протянув вперёд руки. Она настраивалась на структуру защищавших бедолагу заклинаний.

— Это хранилище.

— В каком смысле?

— Точно не скажу, но предварительно… С помощью запрещённого ритуала тело мага превратили в огромный резервуар с энергией нашего Истока. Обрати внимание, на коже прожилки светло-синего цвета — такие появляются, когда в теле довольно долгое время находятся чрезмерные излишки Силы.

— @#$%, - выругался Смирнов, — Значит, эти мрази использовали беднягу как батарейку? Подзаряжались от него?

— Не совсем.

Девушка осторожно обошла распятого, пробормотала несколько заклятий и, дождавшись отклика, щёлкнула пальцами. В руке у неё появилось нечто, напоминающее толстый светящийся жгут. «Кабель» тянулся от мужчины и уходил сквозь стену куда-то за пределы здания.

— Васён, объясняй, — нахмурился Смирнов.

— Это канал.

Майор быстро смекнул, что это значит.

— Они закачивали энергию в этого беднягу, а потом… Отправляли куда-то?

— Именно. «Резервуар», — девушка покосилась на распятого, — успели опустошить как раз к нашему приходу, но след ещё есть. Возможно, исследовав его, я даже могу сказать, куда он ведёт. Но предупреждаю сразу — вам это очень не понравится…

— Почему?

— Это всё, — девушка указала на символы, — Ритуал призыва.

— Призыва кого? — не понял Смирнов.

— Этого я пока не знаю.

Майор быстро сообразил, куда клонит Василиса.

— Но призыв прошёл успешно, или как?

— Судя по выплеску энергии — более чем…

Друзья, мне очень нужны ваши лайки. Кальну нужны ваши лайки!) Он щас в тюряге сидит, ему там очень одиноко. Я знаю, вам не сложно сделать клик мышкой) Ткните сердечко рядом с книгой, а за каждую сотню дополнительных я буду публиковать внеочередную главу!

Глава 15

БЗЗЗЗЗЗ!

Противный звук, с которым отпиралась камера, выдернул меня из собственных мыслей. Сразу после него со стен спали охранные заклятия. Золотистое сияние расползлось по бетону будто истлевший кусок материи, после чего щёлкнули замки, и дверь распахнулась.

— На выход, Снегирёв.

Упрашивать меня не требовалось. Встав с узкой полки, заменявшей кровать я, впервые за последние полгода, вышел из камеры.

Немногословный охранник провёл меня по узким коридорам специальной магической тюрьмы — Пекла. Странное название, согласен. Особенно, если учитывать что здесь было далеко не жарко. Скорее, наоборот. За время заключения я не раз сетовал на слишком уж низкую температуру, очевидно, призванную доставлять запертым в камеры преступникам дополнительный дискомфорт.

Не скажу, что полугодовое заключение стало каким-то серьёзным ударом. После того, как меня поместили в камеру в раздробленной памяти то и дело всплывали куски образов, в которых я видел собственное заключение. И не одно, стоит заметить. Никаких деталей, но мне, очевидно, было не привыкать оказываться взаперти. Так что я просто смирился с неизбежным и ждал.

Но всё же было приятно вновь оказаться на свободе. Теперь, получая обратно вещи, в которых меня привезли в тюрьму на окраине Москвы, я чувствовал приятный душевный подъём.

— Распишись здесь.

На выходе мне дали бланк и, пробежав по нему глазами, я черканул в нужном месте схематичное изображение птички. Маг, принимавший документ, хмыкнул, но ничего не сказал, и протянул пакет с вещами.

Часы, телефон, документы и кошелёк — всё было на месте, и даже количество налички не изменилось.

Открыв массивные стальные двери, меня выпустили во внутренний двор тюрьмы. Оказавшись там, я тут же выругался. За то время, пока пришлось торчать взаперти, погода резко изменилась. Теперь вместо жаркого лета в столице властвовала жестокая зима, и выйдя на улицу в одной лёгкой куртке, я моментально почувствовал неприятный холод.

Чёрт, надо такси вызвать!

Впрочем, как выяснилось через пару минут, этого не требовалось. Провожаемый взглядами охранников на вышках по периметру двора, я прошёл через ворота тюрьмы и оказался на небольшой парковке.

Машин тут почти не было, и в глаза сразу бросился «Ягуар» Арины. Через секунду машина подмигнула мне фарами. Отлично!

— Привет, — я с наслаждением уселся на кожаное кресло с подогревом.

— Привет.

Тон куратора был под стать погоде — холодный и резкий, словно порыв ледяного ветра.

— Арина, я…

— Заткнись, Кирилл, — девушка пожевала губу, — Твои извинения уже ничего не поменяют.

— И всё же я бы хотел сказать «прости». Извини, что подставил тебя. И весь клан.

— Как это мило с твоей стороны, — раздражённо бросила брюнетка, — Пока ты тут торчал, хотя бы представлял, сколько проблем нам создал?

— На разбирательстве до меня это донесли более чем ясно.

Арина фыркнула, и достала из сумочки чёрный браслет.

— Одевай.

Я с сомнением покрутил украшение в руках. Холодный металл не вызывал приятных ощущений, а форма длиннющей пиявки, в которой было исполнено ювелирное изделие, и вовсе наталкивала на не самые радужные мысли.

— Что это?

— Одевай, — повторила куратор, — Или я сама нацеплю на тебя эту штуку.

Спорить было глупо, да мне и не хотелось выводить из себя Арину, так что я последовал её рекомендации. Едва браслет оказался на запястье, как тут же изменился в размерах. Пиявка будто ожила и стянулась вокруг моей руки.

Ну блеск, теперь эту дрянь просто так не снимешь!

— Для чего он нужен? — я повторил свой вопрос.

— Мы долго думали, как можно тебя контролировать. Несколько лучших артефакторов клана работали два месяца, и смогли создать… это.

— Устройство для слежения?

— Именно. Самостоятельно снять пиявку ты не сможешь, даже не пытайся. Даже если захочешь отрубить руку, браслет не даст этого сделать. А энергии в нём столько, что можно без проблем отслеживать тебя несколько лет.

— А потом? Снимете?

— Посмотрим на твоё поведение.

Мы выехали с парковки и направились в сторону столицы.

— Арина, — я не мог не задать этот вопрос, — Скажи, с меня сняты все обвинения? Или я всё ещё наказан, просто… чуть в более свободной форме?

Брюнетка на секунду отвлекаясь от дороги и смерила меня пронзительным взглядом. Потом вздохнула, и ответила:

— Обвинения сняты. Разумовский очень надеется, что ты осознал свои ошибки.

— Можешь в этом не сомневаться.

— Надеюсь, ты понимаешь, что полагаться только на твоё слово мы не будем?

— Эта штука говорит сама за себя, — я потряс браслетом, — Но уверяю — верные выводы были сделаны.

— Хорошо, если так. Потому что в случае подобной марсельской выходки ты отправишься в камеру не на полгода, а лет на десять. И лучше бы тебе помнить об этом, если соберёшься провернуть что-нибудь… Эдакое.

Продолжать обсуждение этой темы мы не стали — всё было понятно и так. Не сомневаюсь — Арина «нагрелась» неспроста. Наверняка её, как моего куратора, ждала масса неприятных последствий после ограбления марсельской клиники и визита представителей Роз и Шипов. Кстати о них…

— Что насчёт французов? Они наверняка задолбали Совет просьбами найти меня. Надеюсь, я не стал причиной вооружённого конфликта?

— На твоё счастье, дело удалось уладить.

— Интересно, каким образом?

— Мы использовали одного из ренегатов, взятого в плен. Выдали его за тебя, и…

— Подозреваю, он мёртв?

— Какая проницательность. Да, пришлось его убить, чтобы избежать ненужных вопросов. Вылепить твоё лицо, надеть на него и разыграть спектакль. Конечно же, "труп" остался у нас, французы получили лишь фото и видео.

— А как же поиск по ДНК?

— В Пекле стоит очень мощное экранирование. Территорию тюрьмы нельзя просканировать магическим поиском. Так что пока ты был там, вопросов ни у кого не возникало. А сейчас, — девушка кивнула на браслет, — этого и не требуется. Разумовский лично разработал и установил в эту штук мощнейший аркан. Цени, такой защиты больше ни у кого нет.

Что ж, это избавляет меня от массы неприятностей. По-крайней мере можно не переживать, что французы предъявят Детям Перуна обвинения и уличат во лжи.

После всего произошедшего я прекрасно понимал — на какое-то время нужно завязать с необдуманными и рисковыми выходками. Да и полугодовое заключение, скажу честно, заставило меня переосмыслить происходящее.

Пробуждение собственной памяти — дело хорошее, конечно, но если я продолжу в том же духе — меня, скорее всего, просто грохнут. Или запрут в лаборатории и начнут изучать способности прыгуна не самым приятным образом. Ни тот, ни другой вариант меня не устраивал, так что некоторое время я решил придерживаться «спокойной» линии поведения.

Буду развивать свои способности, изучать обстановку в мире, делать то, что говорит Арина и Великий Магистр. Нужно сгладить первое впечатление о себе и втереться в доверие клана как можно лучше. И, возможно, тогда мне снова улыбнётся удача. Может быть, таким образом даже удастся получить в распоряжение немного паргона, кто знает?

— Куда мы едем? — уточнил я, когда Арина проскочила по кольцевому движению все повороты в сторону центра и поехала дальше, в сторону Химок.

— В твоё новое жилище.

— Хм. Видимо, платиновая кредитка и апартаменты в «Арарате» больше неактуальны?

— Ты что, серьёзно рассчитывал, что прежнее отношение к тебе сохранится?

— Нет, но ведь надежда умирает последней?

Арина усмехнулась, её взгляд чуть потеплел.

— Разумовский решил, что излишняя забота о тебе сыграла свою роль во всех тех событиях, из-за которых ты оказался в Пекле. Поэтому было решено слегка снизить… Градус комфорта.

— Надеюсь, это не какая-нибудь коммуналка?

Оказалось, что в своей догадке я был недалёк от истины. Меня привезли в не самый пафосный (это уж точно) район столицы. Арина остановила своё авто во дворе одного из многочисленных десятиэтажных домов.

Вместо шикарного фасада — начинающая ржаветь и заклеенная сотней объявлений подъездная дверь. Вместо предупредительных швейцаров — молодые мамочки, прогуливающиеся с колясками. Вместо шикарных и просторных апартаментов — крохотная студия на пятом этаже.

Впрочем, жаловаться я и не думал. После полугодового заключения в бетонном мешке с одним унитазом, раковиной и узкими нарами даже небольшая квартирка в двадцать пять квадратов казалась королевскими хоромами. Да и клан в очередной раз позаботился обо мне, предоставив жильё совершенно бесплатно, что не могло не радовать, ведь довольно большую часть денег я потратил на подготовку к ограблению клиники.

Кстати, деньги, которые я продолжал хранить в виде наличных, были уже здесь — лежали в чёрной спортивной сумке в шкафу. Кто-то заботливый озадачился тем, чтобы привезти сюда и остальные мои вещи. Их было немного но, по крайней мере, не придётся покупать новую одежду и прочие мелочи.

Пройдя по квартире, я удовлетворённо хмыкнул. В принципе, это место мне нравилось даже больше, чем пафосный отель «Арарат». Небольшая ванная комната, короткий коридор, плавно перетекающий в гостиную зону, отделённая от неё тяжёлыми шторами кровать в нише, крохотная кухонька и удивительно просторный для такой планировки балкон. От всего этого веяло каким-то домашним уютом, поэтому я остался более чем доволен своим новым жильём.

— Осваивайся, — напоследок сказала Арина, передавая мне ключи, — Сегодня и в следующие два дня от тебя ничего не потребуется, так что ты будешь предоставлен сам себе.

— Ого, неожиданно, — искренне удивился я, — Но мне бы хотелось сразу вернуться к тренировкам и занятиям. Надеюсь, мой пропуск в библиотеку ещё не аннулировали?

— Какие занятия, Кирилл? — Арина выглядела ещё более удивлённой, чем я, — Завтра тридцать первое декабря. Новый год. Все будут праздновать.

Не прощаясь, она покинула квартиру, оставив меня в полном смятении чувств. Новый год, ну надо же! Мне, как человеку из другого мира, было простительно забыть о таком важном для землян празднике. Особенно, если учитывать что календаря в камере не было. Считать дни я перестал почти в самом начале, и довольно быстро перестал понимать, сколько времени прошло от начала моего ареста.

Не знаю, как другим, но мне таким образом было гораздо проще выдержать своё заключение.

Я улёгся на кровать, достал из кармана джинс телефон и набрал номер Маши. Думаю, ей первой стоит знать, что меня выпустили.

Интересно, какие у неё планы на завтрашний день?

* * *

Планы, как оказалось, у моей привлекательной блондинки были, и весьма приятные. Услышав мой голос, она неподдельно обрадовалась и тут же заявила, что приедет. Я не стал спорить, тем более, что за полгода успел истосковаться по разговорам с ней, прекрасному голосу и фигуре.

Впрочем, поговорить с Машей удалось далеко не сразу — едва переступив порог, она набросилась на меня, да так, что дотащить её до кровати удалось с трудом. Некоторое время мы… кхм… были заняты, и лишь через пару часов, уставшие, потные и разгорячённые одновременно, абсолютно голые сидели за небольшим столиком и пили ароматный чай.

— Ты козёл, Снегирёв, — заявила Маша, — Так пропасть! Я чуть с ума не сошла!

— Извини, — повинился я, — Меня вызвали на разбирательство к Разумовскому, а оттуда сразу отправили в Пекло. Я даже тебе написать не успел.

— Только это тебя и извиняет.

— Ты знаешь, из-за чего так произошло? — осторожно спросил я. Маша фыркнула.

— Смирнов рассказал. Я обещала, что дальше меня эта информация не уйдёт.

— Хмм…

— Ой, да брось! Я с самого начала знала, что ты что-то задумал. И предполагала, что с такими способностями это будет явно не официальное предложение о покупке паргонского камня.

— И всё равно рассказала мне всё, что знаешь?

— Что тут скажешь? Ты милый.

— Ну спасибо.

— Я так полагаю, что на завтра у тебя никаких особых планов нет?

— Почему же? Я рассчитывал провести этот день с тобой наедине.

— Ну уж нет! — рассмеялась Маша, — Завтра же Новый год, ты чего! У меня все каникулы расписаны чуть ли не по часам. А завтра клан устраивает шикарный приём. Я не могу его пропустить, там будут все!

— Жаль, — совершенно искренне расстроился я.

— О чём жалеешь? — не поняла Тенякова, — Ты вообще-то тоже приглашён.

* * *

Как оказалось, блондинка и не думала шутить. На следующий день она заехала ко мне чуть позже трёх часов с несколькими пакетами из ЦУМа. Внутри оказалась одежда — дорогая, и очень стильная.

Мне достался светло-серый костюм с жилеткой и чёрным галстуком, а сама Маша предпочла нарядиться в длинное, до самого пола, облегающее чёрное платье с соблазнительным вырезом на спине. Свои прекрасные золотистые волосы она уложила в высокую причёску, а на шее девушки поблескивало не слишком броское, но очень дорогое колье.

Уж я-то мог определить это запросто.

Водитель, нанятый моей подругой, привёз нас к роскошному замку. Да-да, это был именно замок. Он располагался за пределами столицы, в посёлке Жаворонки.

Полностью закрытая территория напоминала настоящую зимнюю сказку. Древние, но сохранившиеся (или стилизованные?) строения, огромный парк, внутренний двор с фонтанами, которые сейчас, разумеется, не работали, и ледяными фигурами, специально заказанные кланом к этому празднику — всё выглядело… волшебно.

Народу здесь оказалось тоже немало — все парковки вокруг настоящей крепостной стены и ворот, ведущих внутрь, оказались заставлены автомобилями. Дешёвых среди них не было — Ламборгини, Бэнтли, Роллс-Ройсы, последние модели БМВ и Мерседес, Феррари, Бугатти, Астон-Мартин и даже парочка Pagani и Koenigsegg, название которого я так и не научился выговаривать правильно.

Люди внутри собрались под стать своим железным коням — дорогие костюмы и платья именитых дизайнеров, эксклюзивные украшения, инкрустированные драгоценными камнями телефоны. Кажется, сегодня в этом месте собрался весь цвет магической тусовки столицы, и я искренне не понимал, что здесь делаю.

Впрочем, довольно быстро выяснилось, что здесь находились не только супер-богачи — просто в первые моменты за всем этим пафосом я не заметил знакомых лиц.

Первым на нас вышел Смирнов. Майор был одет в строгий чёрный костюм с галстуком-бабочкой, и вёл под руку

по огромному залу с зеркальным полом… Приглядевшись, я чуть было не поперхнулся поданным официантом-жукоголовым шампанским. Как ни в чём не бывало, рядом с Димой вышагивала ослепительной красоты блондинка, с которой я уже встречался раньше.

Алёна. А точнее — Марфа, снова отведавшая своих молодильных яблок.

— Здравствуй, Маша. Кирилл, — поздоровался майор, — Вижу, тебя выпустили?

— Уверен, ты прекрасно знал, в какой день это произойдёт.

Смирнов усмехнулся. В его взгляде не было неприязни, однако обольщаться на этот счёт явно не стоило.

— Как тебе на свободе?

— Лучше, чем в камере, безусловно, — дипломатично ответил я. Марфа, услышав это, прыснула.

— Маша, ты, кажется, незнакома с Алёной? — Дима представил свою спутницу.

— Нет, очень приятно, — моя подруга ослепительно улыбнулась, и блондинки тут же, как говорят в народе, «зацепились языками». Пользуясь моментом, я взял Смирнова под локоть и отвёл на пару шагов.

— Эээ, слушай, я знаю, что вообще не имею права лезть во что бы там ни было между вами, да и не хочу, но… Не могу не спросить — ты давно знаком со своей спутницей?

Майор хохотнул, спрятав смешок под видом кашля.

— Конечно, Кирилл.

— Я просто…

— Да успокойся, — полицейский хлопнул меня по плечу, — Я прекрасно знаю, что это Марфа, не считай меня дураком.

— Ладно.

— Она почти не выходит из дому, но к Новому году припасла несколько своих яблок. Я просто сопровождаю её. Старушке надо развеяться.

— Очень благородно с твоей стороны, но чувствую, обратно она поедет в другой компании, — заметил я.

Как бы ни было горько этого говорить, но на фоне «Алёны» даже моя подруга выглядела слегка… Блекло. Спутница Смирнова притягивала взгляды всех окружающих мужчин, и прекрасно это видела. Полагаю, едва переступив порог, она уже наметила список потенциальных «жертв», и сейчас просто выбирала наиболее… перспективную.

Перекинувшись с Димой ещё парой фраз и подмигнув Марфе, я взял Машу под руку. Мы решили прогуляться и осмотреть помещения замка. Он оказался совсем немаленьким, и в каждом зале, в каждой комнате обнаруживалось что-нибудь интересное.

Иллюзии, ведущие спор призраки, музыканты, артисты, ведущие с какими-то конкурсами (серьёзно?!). В нескольких помещениях оборудовали танцевальные зоны, в других устроили настоящее пиршество с самыми изысканными блюдами, какие только мне доводилось видеть в этом мире.

Часть первого этажа была отведена под сауны и бассейны, а на втором имелось большое количество приватных комнат и кабинетов, которые мог занять любой желающий. Что находилось на третьем и четвёртых этажах, мы даже не знали — дойти туда просто не получилось, ибо практически в каждом помещении приходилось останавливаться и перекидываться хотя бы парой фраз со знакомыми Маши.

К счастью, всё это было не так уж и скучно, как я предполагал. Мне удалось познакомиться с родителями девушки, и хотя они были не очень-то и рады встрече с только что «откинувшимся» преступником — особого вида этому не подали. Оказалось, что отец блондинки — один из лучших целителей России, а мать — известный вирусолог. Это было необычно — маг, посвятивший себя простецкой профессии.

Пока мы прогуливались я встречал и других знакомых. Арина в ослепительно-белоснежном платье, подчёркивающим её фигуру, легко погрозила мне пальцем, когда заметила. Рус — боевик, которого мы со Смирновым встретили в Измайлово — приветливо поздоровался и поинтересовался моими делами.

Лариса в коротенькой юбочке и рубашке с галстуком весёлой расцветки, похожая в этом наряде на школьницу больше, чем обычно, утащила нас с Машей на одну из мансард, где пару десятков минут они что-то оживлённо обсуждали. Мы с Толиком (оказывается, они с рыжей встречались уже пару месяцев) поговорили о последних столичных новостях, и от предсказателя я узнал куда больше, чем можно было выудить из официальных источников.

В одном из помещений царило небывалое оживление — даже куда большее, чем в танцевальных залах. Здесь было установлено несколько разнообразных столов, а по центру установили круглый бар, где невероятно быстрые официанты умудрялись разом обслуживать по два-три человека.

— Мария! — сидящий за ближайшим покерным столом высокий брюнет окликнул мою спутницу, — Познакомь нас со своим другом!

Мужчина выглядел… странно. Чуть свёрнутый и приплюснутый нос, глубокие серые глаза, лёгкая щетина, растрёпанные кудри, тонкие губы, слегка помятая рубашка и сигарета, заткнутая за ухо. Этот человек совершенно точно не хотел выглядел столь прилизанно, как того требовали приличия, и на фоне прочих гостей замка смотрелся довольно чужеродно. Однако окружающие словно бы этого не замечали.

— Привет, Илья, — блондинка улыбнулась мужчине как старому другу, и кивнула его соседу, — Артур, рада тебя видеть.

— А уж как мы рады! Кто твой спутник?

— Кирилл, познакомься — это Илья Горелый и Артур Татаров, мои старые друзья.

— Очень приятно, — я по очереди пожал им руки.

Артур, в отличие от своего товарища, выглядел на все сто. Аккуратно постриженная бородка, орлиный профиль, безупречная причёска и резко очерченные скулы. Несмотря на говорящую фамилию, он скорее напоминал грека, а не татарина.

— Мы будем болтать, или продолжим игру? — недовольно осведомился ещё один человек, сидящий за столом.

— Какой же ты душный, — Илья картинно закатил глаза и обратился ко мне, — Кирилл, вы играете?

— Иногда, — признался я, вспоминая, что парень, чьё тело я занял, действительно умел играть в покер, — И можно на «ты», если не против.

— Разумеется, — Горелый движением ноги отодвинул свободный стул, — Присоединишься?

— Почему бы и нет? — я вопросительно посмотрел на Машу, — Мы уже слегка утомились тут гулять.

Судя по всему, блондинка не имела ничего против того, чтобы здесь задержаться. Она тут же кликнула официанта и заказала себе коктейль, найдя какую-то общую тему с подругой Артура.

Вместе с нами за столом сидели ещё двое. Первый — тот самый недовольный мужичок невысокого роста в бархатном костюме красного цвета. Он регулярно промокал свою лысину платочком.

Второй — молчаливый бородач, у которого при внимательном взгляде я заметил вертикальные зрачки. Оборотень.

— Это мастер Василь, — познакомил нас Илья, — И Григорий Печорский. Он из Челябинска.

Бородач молча кивнул.

Не успели мы сыграть и пары раздач, как позади меня раздался голос:

— Вижу, у вас есть свободное место. Пожалуй, я присоединюсь.

К столу подошёл накачанный парень, и я с удивлением понял, что это Андрей — бывший Маши. Тот самый, которого я вырубил в пабе «Черный лебедь». Задавая вопрос, он смотрел прямо на меня, и в его взгляде не читалось ничего приятного…

Забавно, но я отметил одну интересную деталь. Никто не сказал и слова против того, чтобы к нам присоединился новый игрок, однако… Никто и не обрадовался. Более того — с Черемшанцевым поздоровался лишь мастер Василь — остальные промолчали.

Кажется, этому мажору тут совсем не рады…

* * *

— Добавляю двадцать, — Артур двинул вперед фишки.

— Поддерживаю, — тихо ответил Андрей, — И поднимаю еще на двадцать тысяч.

Над столом пролетел вздох. Спустя час игры, вокруг нас образовалась небольшая армия зрителей, и теперь все с интересом ждали развязки.

Взгляды переместились на Василя — следующее слово было за ним.

Учитывая, что раньше я в покер не играл, старт получился довольно неплохим. Четыре первых банка остались за мной, но затем Илья и Артур перехватили инициативу, и двадцать минут обыгрывали нас. По мелочи, но обыгрывали. Григорию и Василю карта упорно не шла, и они постоянно скидывали, не решаясь вытянуть путное на блефе. Андрей по возможности играл только против меня, и если честно, такое поведение достаточно взрослого человека лишь забавляло.

Очень скоро я понял, что в такой компании игроков стать победителем практически невозможно.

Каждый играл сам за себя, но я отчётливо видел, что Илья и Артур работают в паре. Один поднимал ставки, разгоняя банк. Когда приходило время — он сбрасывал, а второй забирал фишки. Удивительно, но кажется, никто из игроков и зрителей не видел, как эти ребята взаимодействуют.

Дилетанты.

Правая рука — картинки и десятки. Туз — большой палец, дальше король, дама, валет и мизинец — десять.

Левая — цифры, от девяти до пяти. На меньших картах мои новые знакомые не играли.

Постукивание определённым пальцем по столу — подача сигнала напарнику о своих картах. Так просто, что даже смешно — особенно в такой, на первый взгляд, серьёзной компании.

На текущем круге торгов банк вырос до четырёхсот тысяч, и зрители радостно загомонили. Артур проиграл на «стрите», отдав его под «флэш» оборотня, после чего гость из Челябинска взял ещё два банка — а затем спустил его в один заход, попавшись на «перестукивания» Горелого и Татарова. Он покинул стол, присоединившись к зрителям, и начался новый круг торгов, который предприимчивая парочка тут же разогнала до предыдущего максимума.

— Я пас, — Карты Василя лежали на столе. Он просто толкнул их вперед, взяв бокал с вином.

— Поддерживаю, — легко согласился я, отсчитывая нужное количество фишек, — И поднимаю ещё на сто сорок тысяч.

Удивлённый Илья явно не ожидал от меня такого, поэтому покачал головой, и скинул карты. Артур сделал ровно тоже самое.

Я остался наедине с Черемшанцевым. За всю игру мы не перекинулись с ним и парой фраз, но постоянные взгляды, которые он поочерёдно бросал то на меня, то на Машу, говорили сами за себя. Блондинка, стоявшая рядом со мной на протяжении всей игры, просто игнорировала своего бывшего, то и дело наклоняясь ко мне чтобы перекинуться парой фраз.

Парфюм девушки и её собственный запах сводили меня с ума, и я уже настроился как можно скорее завершить эту игру. Вечер был прекрасным, это бесспорно — однако его остаток и ночь мне хотелось провести наедине с подругой, но просто так бросить начатое я не мог. Не в последнюю очередь именно поэтому я «летел» вперёд.

Андрей нервно облизнул губы, и его глаза в очередной раз обежали меня.

— Поддерживаю.

— Господа, прошу открыть карты, — попросил крупье, собрав все фишки на середине стола.

Зрители заволновались. Все замерли, мне показалось, что даже в соседних залах музыка стала играть тише (хотя, разумеется, это было не так). На столе лежали два туза, червовый и бубновый, король и десятка червей, а также ни на что не влияющая тройка пик — она вышла из колоды последней.

Андрей медленно открыл свои карты — пара тузов.

— Господин Черемшанцев собрал карэ на тузах.

Народ вокруг стола ахнул. Сильная комбинация, очень сильная. Все понимали, что шансов у меня почти нет — поэтому карты я открывал ещё медленнее, чем мой соперник.

Дама червей.

Валет червей.

— Господин Снегирёв собрал флэш-рояль.

— Кирилл! — Маша обхватила меня за шею и запечатлела на губах долгий поцелуй.

У Черемшанцева заходили желваки, и он сжал кулаки так, что у него побелели костяшки пальцев. Зрители вокруг нас взорвались криками одобрения и разочарования, а другие игроки заулыбались. Даже молчаливый оборотень.

— Интересно, как ты это сделал? — вставший со своего места Илья подошёл ко мне, пожал руку, и сказал это так, чтобы никто не услышал, — Учитывая, что червовый валет был у меня?

— Пусть это останется моей маленькой тайной, — улыбнулся я, — Также, как и ваше с Артуром перестукивание. Не рассказывай об этом никому, ладно?

— Ты что, шутишь? За то, чтобы увидеть выражение лица этого папенькиного сынка, я был готов заплатить в два раза больше! — Горелый хлопнул меня по спине, — Заезжай как-нибудь в мой офис, поболтаем.

За шумом, гомоном, радостными и не очень выкриками, а также толпой людей, собравшейся вокруг стола, я не заметил, как подошла Лариса.

— Вижу, вечер удался?

Задав вопрос, девушка приблизилась ко мне и шепнула:

— Не хочу портить столь приятный момент, но нам нужно идти.

— Куда? — не понял я, провожая взглядом разозлённого Черемшанцева. Он покидал покерный стол не в самом лучшем расположении духа.

— К Великому Магистру. Идём, Кирилл, тебя ждёт серьёзный разговор.

Глава 16

Разумовский ждал на четвёртом этаже замка. Два здоровенных мага-боевика не пускали сюда посторонних. Впрочем, в пустынном коридоре, куда мы с Ларисой пришли, и без того никого не было. Она оставила меня перед дверью и ободряюще улыбнулась, похлопав по руке.

Апартаменты, в которые я пришёл минуя шикарно отделанную тёмным деревом прихожую, были весьма… Весьма, в общем. Огромное, в пол-стены, окно выходило на парк, и отсюда открывался великолепный вид прочих крыльев заснеженного замка, располагавшегося дальше посёлка, и окружающей природы. Рядом со стеклом возвышалась пара кресел, установленных перед небольшим столиком. Возле стен — книжные стеллажи. Справа имелась неприметная дверь, ведущая в какие-то другие помещения. Под потолком висела пара люстр — старых и, судя по всему, очень дорогих.

Всё это я отмечал машинально.

— Здравствуй, Кирилл.

— Великий Магистр, — я чуть склонил голову в приветственном полупоклоне.

Разумовский ждал меня, стоя возле окна и заложив руки за спину. Кивком он предложил сесть, и я не стал спорить.

— Рад, что ты присоединился к нам сегодня. Полагаю, радуешься своему освобождению?

— Благодарю за беспокойство, всё в порядке. Я не мог пропустить празднование Нового года. Тем более, что вы так великодушно выпустили меня в его канун.

— Нового года? — Разумовский слабо улыбнулся, — Это праздник простецов, если позволишь так выразиться. И молодых магов, не особо интересующихся историей.

— Простите, Великий Магистр но, по всей видимости, я отношусь как раз к этим людям. Что вы имеете ввиду?

— Сегодня мы празднуем не начало нового календарного года, Кирилл. Мы празднуем победу Света над Тьмой. Ты знаком с историей Перуна?

— К своему стыду — не так хорошо, как хотелось бы, — признался я. И, в общем, не соврал — все мои знания о Перуне вращались вокруг плоскости его секиры, как Истока. О том, кем был древний бог, и чем он занимался, поинтересоваться мне как-то не приходило в голову.

Разумовский сел напротив меня, щёлкнул пальцами. На столе появились две чашки, от которых исходил изумительный аромат и поднимались завихрения пара. Я сумел различить гвоздику, кардамон, имбирь, корицу и анис.

Глинтвейн.

Взяв свою чашку, Магистр продолжил.

— Тогда позволь устроить тебе краткий экскурс в прошлое. Творца нашей Вселенной звали Сварог. В небесной Кузне он выковал весь мир и сотворил трёх первых созданий — огненных богов, своих сыновей. Их звали Дажьбог, Перун и Семаргл. Позже появились и другие, но сейчас речь не о них.

Перун следит за порядком на границе Яви и Нави, а также вращает звёздное Колесо Сварога. Явь — это наш мир. Мир, в котором существует жизнь и происходит движение. Навь, или, как сейчас принято говорить — Изнанка — мир, существующий за гранью Яви. Он стремится к статичности и пассивности. Есть ещё и Правь — это высший Вселенский закон, закон гармонии и миропорядка во Вселенной. Благодаря ему происходит постоянная смена Яви и Нави согласно поворотам звёздного колеса Сварога.

Так происходит миллионы лет. Явь и Навь существуют в равновесии, а боги Перун и Велес, стоящие на страже границ этих двух миров, контролируют, чтобы гармония во Вселенной не была нарушена. Но так было не всегда. В далёкие, прежние времена, когда на Земле ещё не было людей, Перун и Велес вели непримиримую, жестокую и кровопролитную борьбу. Велес хотел подчинить Явь, а наш покровитель не позволил ему этого сделать. Именно после этого Сварог сотворил звёздное колесо. Тогда же орудия богов, что мы называем Истоками, были использованы как печати и оказались заперты в Нави. И именно эту победу света мы сегодня празднуем.

— Великий Магистр, — я отставил кружку, — Скажите… После того, как я оказался рядом с секирой, Арина сказала, что эти боги… Не были богами.

— Это понятие придумали простаки. Но Перун, Велес, Дажьбог и Семаргл не боги, ты прав. По-крайней мере, не в том смысле, который зачастую вкладывают в это слово люди. Они не могут сотворять планеты, или из ничего создавать жизнь, насколько нам известно. Однако их силы настолько превосходят наши, что при сравнении всё равно кажется, что это — божественные сущности.

Я слушал, и запоминал. Всё это очень напоминало воспоминания о том, кого я знал как Владыку…

— Почему вы мне рассказываете об этом?

— Потому что, Кирилл, стоит знать историю клана, к которому ты принадлежишь. Мы ведём свой род от детей Перуна — и именно поэтому так называемся. В каждом из нас есть частичка его пламени, и об этом нужно помнить.

— Я понимаю, о чём вы.

— Очень на это надеюсь. Но на самом деле эта история — не более чем прелюдия.

Что ж, стоило догадаться, что главе клана не просто так захотелось просветить меня в области истории. Я был к этому готов.

— Как я понимаю, Арина рассказала тебе, чем закончилось дело с французами после твоей выходки?

— Да.

— К сожалению, пока что это меньшая из наших проблем, — вздохнул Разумовский, — Ты помнишь ту стрыгу, которая летом пыталась тебя выпить?

— Конечно.

— Незадолго до твоего освобождения нам удалось узнать от неё кое-что интересное. Видишь ли, такого не случалось очень давно, но… У нас на территории клана образовалась ячейка ренегатов. И эта стрыга работала на них. Доставала энергию на протяжении нескольких месяцев и передавала посредникам, а они её копили. Несколько дней назад прошла операция по устранению отступников, и когда это произошло, мы узнали немало нового. В частности, что организовали этих магов наши противники.

— Что вы имеете в виду?

— Враждебно настроенный клан, разумеется. Финансирование, прикрытие, приказы — всё поступало к ним через третьи руки. То, что нам удалось найти… Скажу так — след очень явный. Но и это не самое плохое. Куда хуже, что с помощью собранной ренегатами энергии и помощи их покровителей был проведён ритуал. Довольно старый — но очень мощный. Благодаря ему в столице появилось… Нечто.

— Нечто?

— Именно. Мы знаем лишь то, что это некая сущность из Нави, которая напитана энергиями двух Истоков. Плохо, что мои люди понятия не имеют, какие у неё цели. Мы даже не знаем, где она прячется, и что умеет. Сегодняшний праздник, по большей части — лишь видимость радости. Те, кто в курсе происходящего, рыщут по городу, строят сложнейшие арканы и пытаются найти тварь, которую забросили к нам в столицу. А присутствующие здесь боевики не то, чтобы отдыхают — они несут боевое дежурство и охраняют остальных.

— Я могу как-то помочь?

Вопрос напрашивался сам собой. Было очевидно, что после столь «плавного» перехода Разумовский позвал меня не просто для того, чтобы рассказать последние новости. Тем сильнее я удивился, когда он отрицательно покачал головой.

— В этом деле — нет, Кирилл, не можешь. Ты не обучен нужным вещам, и лишиться прыгуна, отправив его искать то, о чём не имеешь никакого представления — очень плохая идея. Я вызвал тебя для других целей, хотя они напрямую связаны друг с другом. Я ведь неспроста упомянул след, который нашим оперативникам удалось обнаружить в месте призыва. Он ведёт на территорию одного зарубежного клана.

— Неужели его представители настолько глупы и беспечны, что оставили столь явное указание на своё причастие к происходящему? — удивился я.

Разумовский скупо улыбнулся, глядя на падающий за окном снег.

— Нет, не думаю. Возможно, руководство того клана даже не знает о происходящем. Возможно, там существует точно такая же ячейка отступников. Нам просто повезло отследить вибрации чужого Истока. Это получилось сделать едва ли не в последний момент, и о точном местоположении речи не идёт. Особенно учитывая, как тщательно каждый клан скрывает проход к своей главной ценности. Но вот примерную область поиска установить удалось.

— И где же она находится?

— На территории Северной Америки. Штат и город — Нью-Йорк. Это всё, что нам удалось узнать.

На некоторое время в кабинете повисло молчание.

— Что требуется от меня?

— Примерно то, что ты провернул в Марселе. Именно эта выходка натолкнула меня на мысль, как правильно применить твои таланты. Подготовка к той операции была довольно показательной, — пояснил он, видя, что я не совсем понимаю, о чём идёт речь, — После твоего допроса, на первой неделе заключения, мои аналитики выстроили всю схему, и признали её весьма удачной.

— Хотите, чтобы я что-то отыскал? Или украл?

— Всё не так просто, Кирилл, — улыбнулся глава клана, — Розы и Шипы — сущие дети по сравнению теми, кто правит Нью-Йорком. Французы, даже если на горизонте маячит конфликт, предпочитают договариваться. Что и произошло, когда они тебя выследили. Их клан далеко не самый сильный в Европе, а уж о мире и говорить не приходится. Учитывая, что вы с Машей — пара студентов, умудрились нейтрализовать двух опытных магов…В общем, в последний раз французы попытались захватить контроль над нашими территориями во времена наполеоновских войн, и потерпели сокрушительное поражение. Множество их реликвий и артефактов были перевезены в Москву, а на международную активность проигравших установлен ряд ограничений. Однако, — он сделал короткую паузу, — Свободные Каменщики совсем другие. Они постоянно расширяют свои сферы влияния, ведут непрерывные войны с ближневосточными кланами, да и с магами других штатов (в отличие от нас) предпочитают говорить с позиции силы. Отправлять тебя к ним без поддержки, чётких данных и конкретного плана — значит лишиться единственного прыгуна за последние три сотни лет. А это, как ты понимаешь, никак не входит в мои планы.

— Ценю вашу честность.

Разумовский кивнул, принимая это.

— Мы не можем заявиться туда официально — в таком случае каждый из наших магов окажется «под колпаком», и провести расследование не удастся. Да и кто знает — вдруг ритуал спровоцировал один из высокопоставленных Каменщиков, или это полномасштабная операция, направленная против нас? Такой вероятности исключать тоже нельзя. Однако… — глава клана внимательно посмотрел на меня, — С твоей помощью можно незаметно перенести в Нью-Йорк нужное количество людей, артефактов и оборудования. И именно для этого ты мне и нужен.

— В качестве мула?

Я даже не думал оскорбляться, и очень хорошо, что Разумовский это понял.

— В том числе. Но ты же понимаешь, что когда мы соберём нужную информацию и разработаем план, твои таланты, скорее всего, пригодятся в слегка другой плоскости. Например, как ты правильно заметил — что-нибудь украсть. Да и держать связь между группой и координаторами операции благодаря тебе можно будет, не опасаясь перехвата данных. Но сначала — простая транспортировка.

В целом, всё звучало разумно. И, честно говоря, я прекрасно понимал, что это не предложение, а приказ. Великий Магистр правильно расценил моё молчание.

— Ты умудрился доставить нам определённое количество проблем, Кирилл. И сейчас я предлагаю тебе шанс вернуть долг клану. Сделаешь это — и станешь полноценной его частью. Докажешь свою преданность, в которой до сих пор многие сомневаются. Разумеется, в случае успеха тебя будет ждать достойное вознаграждение.

— Какого рода?

— Квартира, машина, разрешение на приобретение мощных артефактов, помощь в дальнейшем обустройстве жизни. Ты мне — я тебе. Полагаю, Арина уже упоминала об этом нашем принципе?

— Упоминала, — кивнул я, мигом соображая, как вывернуть ситуацию себе на пользу. Необязательно быть честным с главой клана на все сто процентов, но если попробовать сыграть… — Если позволите, я бы сразу обговорил потенциальную награду.

Разумовский усмехнулся, но благосклонно кивнул.

— Излагай.

— Мне не нужно положение в обществе. Дорогие игрушки вроде тех авто, что стоят на парковке — тоже. Свобода — вот то, что действительно важно. И я благодарен за то, что вы её мне сначала предоставили, а затем — вернули. Но есть кое-что, что не позволяет мне чувствовать себя свободным по-настоящему.

— Я понимаю, о чём ты. Память. Надо полагать, в Марсель ты сунулся именно за этим?

— Верно, — я кивнул, — Мне нужен Паргонский камень. Я хочу получить свои воспоминания обратно, а других способов, судя по всему, просто нет.

Я нисколько не лгал, и говорил абсолютно искренне. Мне, Кальну, было крайне необходимо вернуть память, а то, что Великий Магистр принимал меня за Кирилла… Что ж, это его проблемы.

Разумовский помолчал несколько секунд.

— Это действительно так. Наши менталисты, которые тебя проверяли, утверждают, что ты получил совершенно чистое сознание, и им просто нечего восстанавливать. Если хочешь, мы можем попробовать ещё раз, после твоего возвращения, но… Думаю, что паргон — единственный твой вариант. В этом вопросе Марфе я доверяю как самому себе. А она утверждает, что твой случай 0 особенный.

— Так вы согласны?

Глава клана рассмеялся. На этот раз — совершенно искренне, и не сдерживаясь.

— Каким образом получилось так, что предложение делаю я, а согласие получаешь ты?

Я прикусил язык, понимая, что вошёл в кураж, но Разумовский не имел ничего против того, как обернулся наш разговор.

— Прошу прощения, Магистр.

— Не извиняйся, Кирилл. Мне даже в чём-то нравится твоя напористость. Что ж, если это действительно то, чего ты хочешь — я согласен.

Совершенно неожиданно для меня он протянул руку, и я пожал её. Однако как только мои пальцы сомкнулись на его запястье, вокруг них полыхнуло золотистое пламя — тёплое, но совершенно не обжигающее кожу, которое практически сразу исчезло.

— Это печать Договора Огня, — пояснил Разумовский, — которая подтверждает наши намерения помочь друг другу. Не переживай, это нечто вроде бумажного контракта, который в случае умышленного нарушения сделки будет использован на суде.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — пробормотал я, — Теперь, когда все формальности улажены, вы расскажете, в чём заключается ваш план?

— В общих чертах — конечно, — мой собеседник откинулся на спинку кресла и ненадолго замолчал. Допив свой глинтвейн, он продолжил, — Самая большая проблема состоит в том, что мы не знаем — кто именно стоял за ячейкой ренегатов? Так что ваша первостепенная задача — установить именно это. Всё дальнейшее будет зависеть от этой глобальной детали.

— Каким именно образом мы должны выйти на организатора группы?

— Отряд, который отправится на территорию Каменщиков, будет состоять из десяти человек. Кроме тебя в него войдут два техника, предсказатель, а также шестеро боевиков. Это оптимальный состав группы, способной как можно дольше оставаться незамеченной. Разумеется, каждый из магов обладает не только своим профильным, но и другими умениями, полезными в таком деле. Все — кроме тебя. Так что будешь делать то, что умеешь — прыгать, держать связь с нашим штабом здесь, в Москве, заниматься транспортировкой людей и снаряжения. Ну а дальше… Будет видно.

— Очевидно, какое-то время придётся потратить на разведку и сбор данных?

— Безусловно. Но это, повторюсь — не твоя задача. Ты примешь активное участие в операции только в том случае, если того потребуют обстоятельства, понятно?

— Да.

— Хорошо. На территории Каменщиков у нас есть несколько человек, спящих агентов. С их помощью вы и должны будете добыть нужную информацию. Но как это произойдёт, решать, опять же, будет лидер группы. Также для вас подготовят несколько конспиративных «берлог». Все детали узнаешь на брифинге перед отправкой.

— Я понял.

— Что ж, полагаю, на этом можно закончить сегодняшнее обсуждение, — Разумовский бросил взгляд на дорогой «Брегет», закреплённый на его запястье, — До полуночи осталось всего десять минут. Предлагаю тебе вернуться к друзьям на нижние этажи, и встретить очередной поворот звёздного колеса с ними. Завтра можешь быть свободен, но второго числа я жду с самого утра. Арина заберёт тебя из квартиры. И, Кирилл, — он пристально посмотрел на меня, — Думаю, не стоит напоминать, что наш разговор должен остаться в тайне? О том, что я тебе рассказал, пока что знает всего пара человек. Я бы хотел, чтобы так оставалось и впредь. Это не просьба, если ты не понял.

— Хорошо, — я кивнул главе клана и встал из-за стола, — Спасибо за доверие, Магистр. И… Поздравляю вас с новым годом.

Он не ответил, отвернувшись к окну, так что я счёл за лучшее молча удалиться. Пока спускался, в голове крутился целый рой мыслей.

Что-то мне подсказывало, что Разумовский вызвал меня не просто для того, чтобы получить формальное согласие на участие в операции. Для чего бы ему тратить своё время накануне главного праздника страны? Почему бы просто не вызвать меня к себе вчера, или завтра, и поставить перед фактом? Всё равно деваться некуда. На руке трекер, так что даже с целым мешком батареек я уже никуда не сбегу. Да ещё и этот договор… Странно это всё…Надо бы узнать, для чего его на самом деле заключают.

Машу удалось найти довольно быстро — она вместе с Ларисой, Толиком и большинством остальных гостей собралась в огромном зале со стеклянной стеной. За ней виднелась высоченная ель, украшенная игрушками и сверкающая новогодней иллюминацией. Во дворе мелькали силуэты суетящихся людей.

— Я уж думала, ты нас оставил, — заявила блондинка, когда я подошёл к ней и взял за руку.

— Не дождёшься.

В этот момент со сцены, на которой играли музыканты, раздался громогласный крик, и музыка стихла.

— ОБРАТНЫЙ ОТСЧЁТ ПОШЁЛ!

В воздухе над нашими головами появилась иллюзия, имитирующая огромный циферблат. Секундная стрелка отсчитывала последнюю минуту.

— Десять! Девять! Восемь! Семь! Шесть! Пять! Четыре! ТРИ! ДВА! ОДИН!

— С новым годом, — сказав это, я поцеловал Машу в последний удар часов.

— С новым счастьем, — улыбнулась она в ответ, — Загадал желание?

— А что, надо было? — искренне удивился я.

— Ну конечно! Я вот загадала, чтобы ты рассказал, зачем тебя вызывал Разумовский.

Вокруг все шумели, радовались и праздновали, не обращая на нас совершенно никакого внимания. Музыканты вновь завели весёлую мелодию, и часть гостей пустилась в пляс. Я потянул подругу за собой, надеясь выбраться из этой толчеи.

— Прости, дорогая, но он строго-настрого запретил мне трепаться о нашем разговоре. Могу сказать лишь то, что мне предложили работу.

— Как интересно, — прищурилась блондинка, — А что будет, если ты нарушишь слово, и всё-таки мне расскажешь?

— Мы заключили Договор Огня, так что это ты мне скажи?

Глаза девушки распахнулись.

— Ты что, шутишь?

— Никаких шуток, — серьёзно ответил я, — Пламя на руках, и всё такое. Разумовский сказал, что это обычная практика.

— Кирилл, — Маша наклонилась ко мне и во всеобщем гомоне прошептала на ухо, — Нарушение этого договора карается смертью. Куда ты снова вляпался?

Она чуть отстранилась, и я увидел в глазах подруги неподдельный страх.

— Не переживай, — я постарался улыбнуться, хотя внутри, признаюсь, похолодел, — Всё в порядке. Я знаю, на что иду.

«Если бы это было правдой…»

В этот момент снаружи раздался грохот, и народ, стоявший в зале, ахнул. Со всех крепостных стен, башен, крыш и двора в небо отправили сотни фейерверков. Небо над Жаворонками расцвело всеми цветами радуги, и наступил новый год.

* * *

— Думаете, он верит нам?

Гости разъехались. Ночь закончилась, и под утро из-за низких туч пробилось тусклое зимнее солнце. Оно осветило кабинет Магистра и две фигуры, сидящие на фоне прекрасного снежного пейзажа.

Праздник закончился едва-ли полчаса назад, и теперь Разумовский наслаждался тишиной, нарушаемой лишь шумом ветра и дыханием его собеседницы.

— У парня нет никакой информации, кроме той, что предоставляем мы. Уверен, он сделает всё как надо.

— Отпускать его так далеко…

— Успокойся, Арина. Браслет не даст ему спрятаться. Энергию, кроме как у нас, взять Кириллу негде. Да и ты постоянно будешь рядом.

— И всё равно мне не нравится этот план. Прыгун связан с Навью, как и тварь, отправленная с территории Каменщиков. Если они почувствуют его…

Великий Магистр не раз и сам об этом думал. После ритуала на складском комплексе ренегатов связь Кирилла с Изнанкой проявилась очень ярко. Настолько, что глава клана почувствовал её посреди ночи. А то, как парень переместился к Истоку в начале лета лишь подтверждало эту теорию.

И это была проблема.

Если бы не талант прыгуна… По всем правилам клана Кирилл уже заслужил пулю в голову, но Разумовский решил повременить. Иной раз Великий Магистр мог позволить себе пойти наперекор правилам, и сейчас был как раз подобный случай.

Не так часто выпадает шанс отыскать то, что ещё никто не находил… А прыгун подходил для этой цели идеально.

И всё же… Помимо связи с Навью было в Кирилле и ещё что-то очень странное.

— Иногда мне кажется, что он водит нас за нос. У него амнезия, в этом нет никаких сомнений, — наконец произнёс Андрей, — Но парень явно скрывает какую-о тайну. Что-то… Что старается утаить от всех окружающих. Что-то очень личное.

— Может быть, именно поэтому ему нужен паргон? Как думаете, что он пытается вспомнить?

— Хотел бы я знать… Надеюсь, скоро мы получим ответы на эти вопросы. Ну а если паренёк решится на какой-нибудь фокус… Договор Огня быстро приструнит его.

Глава 17

Как и обещал Разумовский, первого января меня никто не трогал. Покинув замок, мы с Машей отправились ко мне в студию и провели великолепную ночь. Проснувшись утром, долго лежали в кровати, не желая даже встать и сделать себе кофе.

Я видел, что девушку что-то гнетёт, но спрашивать, в чём дело, не стал. Сама скажет, если потребуется.

— Кирилл, — блондинка, наконец, не выдержала, — Можно я кое о чём спрошу?

— Конечно.

— Ты уверен, что знаешь, на что идёшь? Я имею ввиду сделку с Разумовским.

— Знаю.

— Он не просто маг, Кирилл, — девушка села на кровати и подтянула колени к подбородку, — А Глава клана. Всё что он делает — делает в интересах Детей Перуна, но при этом даже не сомневайся — Андрей не будет считаться с сопутствующими потерями. Он пожертвует даже самой крупной фигурой с доски, если потребуется.

— Мной он жертвовать не станет.

— Уверен?

— Уверен. Тебя этот так волнует?

— Я за тебя переживаю, идиот! — блондинка нахмурилась и ткнула меня своим кулачком под рёбра. От неожиданности я хрюкнул, и она, улыбнувшись, слегка расслабилась.

— Всё будет хорошо, Маша. Он попросил меня об одолжении и пообещал кое-что взамен. Я согласился. Это в наших обоюдных интересах.

— При обоюдных интересах одна из сторон не предлагает заключить Договор Огня, Кирилл! Я же поняла, что Магистр не объяснил тебе, как он работает!

Это да. И не просто не объяснил — даже не предупредил, что сделка будет закреплена магически. А я… Да что я? Когда глава клана протягивает тебе руку — нельзя её не пожать, это не культурно, в конце концов. И не безопасно, что гораздо важнее.

— Не объяснил, — я не стал отпираться, — И когда-нибудь это ему аукнется. Но поверь, дорогая — сейчас всё в моих руках. И если постараться — всё сложится удачно. Кстати — ты знаешь, как работает этот Договор?

— В общих чертах. Тот, кто его инициирует, сам определяет правила его нарушения. И в случае, если это происходит, он может разрушить аркан.

— И тогда второй его участник погибает?

— Да.

— Какой-то односторонний контракт.

— Вторая сторона тоже может отказаться от сделки.

— Правда? — обрадовался я, — И как это сделать?

— Я не знаю, Кирилл, — блондинка покачала головой, — И сомневаюсь, что кто-нибудь тебе об этом расскажет. Заклинание старое, и я вообще не слышала, чтобы им пользовались в последние несколько сотен лет.

Ай да Разумовский, ай да сукин сын! Мало ему было этой чёртовой пиявки, так он еще и перестраховался! Ну ничего, мы ещё посмотрим, кто кого переиграет!

Некоторое время Маша внимательно смотрела на меня.

— Пообещай, что останешься целым.

— Маша, ну что за…

— Пообещай!

— Ладно, ладно, обещаю! — я притянул блондинку к себе, — Если запахнет жареным — я сразу свалю. Ты знаешь, мне это сделать несложно.

Мы так и не вышли из квартиры. Заказали доставку еды и провели весь день, валяясь в кровати, смотря фильмы и разглядывая заснеженную столицу через окно. Не знаю, как Маше, но мне совсем не хотелось, чтобы наступало завтра. Однако…

Оно, разумеется, всё же наступило.

* * *

Нас собрали в уже знакомом помещении. Том, откуда меня отправили прямиком в Пекло.

Только на этот раз здесь присутствовало всего одиннадцать человек. Кроме Разумовского, который всех собрал, тут находились Арина, Рус, его напарник Кот, Лариса, и ещё пятеро незнакомых мне магов, часть из которых я видел на праздновании Нового года.

— Спасибо, что приехали так рано, — глава клана поприветствовал нас и разу перешёл к делу, — Вы все прекрасно знаете, о чём пойдёт речь, так что на предысторию тратить время мы не будем. Тем более, что оно сейчас играет против нас. Ваша задача — незаметно проникнуть на территорию клана Свободных Каменщиков и выйти на след того, кто организовал в нашем городе ячейку ренегатов. В следующие пару дней Кирилл, — Разумовский указал на меня, — перенесёт вас в подготовленное нашими шпионами место.

— Каким именно образом мы должны отыскать след организатора диверсии? — поинтересовался Кот.

— У нас есть примерное расположение места, откуда к складу ренегатов отправляли энергию Истока Каменщиков. Там уже работают наши агенты, так что первые подробности узнаете у них.

— Не слишком детальный план.

— Другого у нас всё равно нет, — отрезал Разумовский, — К тому же вы и будете теми, кто должен добыть интересующую меня информацию. Для этого вам предоставят всё необходимое — документы, деньги, артефакты, оборудование, прикрытие. Настя и Василий — наши лучшие аналитики с даром Ищеек. Уверен, оказавшись на месте, они что-нибудь да разнюхают, особенно с помощью собранной нашими агентами информацией.

— Кто будет руководить операцией?

— Арина, — глава клана посмотрел на брюнетку, — Связь будем держать постоянно, опять же — с помощь Кирилла. Это исключит фактор перехвата наших разговоров, поэтому — никаких телефонов, раций и звонильников.

Звонильниками в обиходе называли магические телефоны, собранные на основе старых трубок простецов. В каждый такой телефон вставляли по маленькому приёмнику сигнала Истока и настраивали их на определённую волну колебаний. Таким образом, теоретически можно было создать «сотовую» сеть абсолютно любого размера.

Недостаток у звонильника был один — перехватить его сигнал ничего не стоило даже магу, работающему со старым радио в своём гараже, так что для серьёзных переговоров их не использовали. Любая попытка установить экранирование превращала магический телефон в бесполезный кусок пластика, ведь сам принцип работы устройства был основан на передаче волн энергии.

— И самое главное, — Разумовский встал из-за стола, — Вы должны как можно дольше оставаться незамеченными. Не принимайте поспешных решений, не лезьте на рожон, если этого не требует ситуация. Не нужно напрасного геройства. Ваша первостепенная задача — отыскать след того, кто отправил к нам тварь из Нави.

— А после — захватить его?

— В идеале — да. Но пока об этом говорить рано. Ещё вопросы?

* * *

Вопросы появились у меня. Но не на брифинге, а сразу после начала операции.

Совершенно неожиданно перемещение большого объёма грузов и такого количества людей сказалось на моём здоровье не совсем благотворно. Пара десяток сумок с оборудованием — ноутбуками, какими-то неизвестными устройствами, магическими кристаллами, артефактами, оружием и одеждой — всё это не просто сожрало огромный запас энергии, выданный мне Ариной под эти цели.

Произошло и ещё кое-что, гораздо хуже.

Где-то после десятого прыжка подряд мне стало очень плохо. Настолько, что я не то что прыгать — даже пару шагов самостоятельно сделать не мог! Накатила невероятная усталость, какой не доводилось чувствовать за всё время пребывания на Земле. И хорошо, что это произошло в Москве, а не пригороде Нью-Йорка — иначе я бы отбросил копыта прямо там.

Меня попытались привести в чувство, но через пару минут стало понятно — это не просто истощение.

Я начал блевать, всё тело колотила крупная дрожь, голова раскалывалась, кости ломило, а температура подскочила до сорока двух градусов. В экстренном порядке меня отправили в больницу, и по пути туда я трижды терял сознание и снова приходил в себя. Тело изнутри словно разрывало какое-то мерзкое чудовище.

Через пару часов выяснилось, что у меня передозировка энергией. Точнее, нет, не так — интоксикация.

— Это очень редкое явление, — объяснил целитель, к которому меня привезли, — По всей видимости, дело в вашей… Эмм… Простите за это слово — недоразвитости. Вы уделяли совершенствованию своего энергетического тела слишком мало времени, и не умеете в достаточной степени контролировать расход Силы.

— Это как?

— Вам ведь объясняли, что при использовании заклинаний в окружающий мир в любом случае происходит выброс энергии? И чем менее опытный маг — тем этот выброс сильнее.

— Да, я это знаю.

— Так вот, молодой человек, в вашем случае этот выброс происходит не только наружу, но и… внутрь, если позволите. Уже переработанная энергия остаётся в организме и забивает каналы. По ним не может пройти новая порция Силы, и со временем они закупориваются, вызывая тот эффект, который вы испытали. Это происходит, как я уже говорил, от неопытности и невозможности полностью контролировать расход энергии при сотворении заклинания.

— Ясно. И сколько мне отходить от этого состояния?

— Сейчас мы вас очистили, но колдовать я бы не рекомендовал как минимум пару дней. А лучше — неделю, чтобы все энергопроцессы вошли в норму.

— Спасибо, постараюсь последовать вашему совету.

— Это в ваших интересах, — веско заметил целитель, и покинул палату, оставив меня в одиночестве.

Разумеется, никто не дал мне проваляться на больничной койке эту неделю. Через три дня приехала Арина, меня выписали, и пришлось возвращаться к работе вьючным ишаком.

* * *

С тех пор, как я перетащил всю группу в пригород Нью-Йорка, прошла уже неделя. Мы засели в небольшом складском помещении, арендованном на имя нанятого простеца-бизнесмена. Для него один из наших агентов, снимавший недвижимость на два месяца, был никем, так что лишних вопросов никто не задавал. Арендодатель лишь убедился, что документы подставного в порядке и склад загружен холодильным оборудованием (спасибо мощному генератору морока), получил первый взнос, после чего спокойно удалился.

Но вот в остальном с самого начала всё пошло совсем не так гладко, как мы рассчитывали.

План Разумовского, рассказанный в Москве, являлся простым только на словах. На деле же выяснилось, что всё куда сложнее.

Хотя, стоит заметить — шпионы, о которых шла речь, и в самом деле прояснили нам некоторые моменты. В частности, они составили список всех мест, откуда, теоретически, на склад ренегатов в Москве могла закачиваться энергия. Список этот получился немаленьким, особенно, если учитывать, что площадь, о которой шла речь, захватывала изрядный кусок пригорода с весьма плотной застройкой. Довольно скоро нам удалось отсечь следы, ведущие в никуда — но на этом дело застопорилось, и жизнь тайного агента, которую я себе представлял, резко потеряла львиную долю привлекательности.

Одним из шпионов был невзрачный маг с плешивой щетиной и морщинистым лицом. Он не очень хорошо говорил по-русски, но так как вся группа (кроме меня, владеющего лишь самыми общими фразами) знала английский — никаких проблем это не доставило.

Мужчину звали Виктор, и он жил в Америке уже много лет. Мигрировал сюда из какой-то восточноевропейской страны больше десяти лет назад, получил гражданство и ассимилировался — но всё это время работал на Детей Перуна. Он не был активным агентом, скорее, наоборот. Получил должность продавца в крохотном магазине местного клана и все эти годы ждал, что понадобятся его услуги.

Ну и дождался — надо было видеть его шок, когда мужчина понял, что на территории его города в один момент образовалась боевая группа из десяти магов.

Тем не менее, когда в указанной области начали работать Ищейки, выяснилось, что след уже остыл. Причём, остыл настолько, что отыскать по нему конкретного человека, или даже группу, просто невозможно. Однако благодаря спискам шпионов и их наблюдательности мы взяли под контроль несколько объектов Каменщиков, в которых зарегистрировали наибольшую энергетическую активность.

— Скорее всего, ваша цель находится где-то в одном из этих предприятий, — объяснял Виктор, склонившись над картой, — Здесь у Каменщиков расположен домен.

— Что это? — уточнила Арина, внимательно рассматривая первую указанную агентом точку.

— Что-то вроде форта. Арсенал, бараки, лаборатории, хранилища — и всё это под прикрытием завода по переработке пластмассы. Очень мощная охрана, больше двух сотен сотрудников, из которых абсолютно все — маги.

— Серьёзно.

— Это, — Виктор ткнул в другую точку, — больница. Тут охрана не настолько опасная, но и вероятность того, что там вы найдёте то, что ищете — меньше. Никаких дополнительных всплесков энергии за последние месяцы здесь зарегистрировано не было.

— Скорее всего, это не наш вариант.

— Не факт, — агент покачал головой, — Несмотря на всё вышесказанное, у них имеется собственный резервуар с энергией. Очень большой, — добавил он, — а практику в госпитале ведут прекрасные и одарённые целители. Теоретически, один из них может быть вашим клиентом.

— Резервуар могли экранировать, это бы наверняка потушило всплеск, — Настя, внимательно слушавшая разговор, вставила свою ремарку, — Так что с ходу отметать эту позицию не будем, хорошо?

— Согласна, — кивнула Арина, и вновь повернулась к Виктору, — А что третье?

— Особняк за чертой города. Он находится чуть-чуть за пределами заданной вами территории, но…

— Но?

— Там живёт один из представителей Совета Каменщиков. Весьма влиятельная фигура. На территории его поместья происходят регулярные энергетические всплески, и туда постоянно приезжают самые разные люди — от сенаторов и владельцев корпораций до вампиров и двеллеров.

— Кого?

— Это… — Виктор задумался, — лесные жители. Духи леса. Он их постоянно приманивает, уж не знаю, зачем. А всплески, как я могу судить, обусловлены постоянными экспериментами, которые он ведёт. Если хотите знать моё мнение — он именно тот, кто вам нужен.

— Итак, у нас три цели — и не малейшего представлении, с чего начать, — резюмировала Арина, — Предлагаю в первую очередь заняться тем, что охраняется хуже всего.

— Больница, — догадалась Настя.

— Именно.

После этого разговора прошло, как я уже говорил, семь дней. Однако за это время мы ничуть не приблизились к нашей цели.

Организовать наблюдение было не слишком тяжело — особенно, если учитывать, что каждого члена отряда Разумовский снарядил браслетом, очень похожим на мой. Правда, в них было одно существенное отличие — эти украшения были предназначены не столько для слежки за магами, сколько для их защиты. А если точнее — надевая их, маги нашего клана полностью блокировали свою ауру. Увидеть их магическим зрением становилось невозможно, однако у браслетов имелся и обратный эффект — пользоваться энергией Истока становилось невозможно.

Кстати, моя пиявка тоже получила такую же возможность. Это мне объяснил лично глава клана перед тем, как я прыгнул в Нью-Йорк в первый раз. Внимательно, словно боясь, что я тут же исчезну, он аккуратно снял браслет. Почувствовав прикосновение хозяина, он тут же увеличился в размерах и без труда соскользнул с моего запястья. Пока я потирал то место, где он висел, Разумовский проделал над украшением какие-то сложные пассы руками и вернул его.

После этого у меня появилась возможность сдвигать один из сегментов на теле пиявки, и таким образом блокировать свою ауру. Впрочем, это мало на что влияло, и было мне нужно как телеге — пятое колесо (ну вот, заговорил земными идиомами, отлично…). Всё равно Арина не выпускала меня из нашего «штаба» и не позволяла участвовать в разведке.

Если честно, мне очень не нравилось, что операция затягивается. Даже несмотря на то, что активного участия в ней, как и настаивал Разумовский, я не принимал. Вся моя деятельность после переброски отряда и снаряжения ограничивалась тем, что трижды в день я мотался из Москвы в Нью-Йорк, и обратно.

Полагаю, любой другой на моём месте был бы польщён, однако мне было откровенно плевать на то, что я теперь без приглашения могу завалиться к Великому Магистру. Пожалуй, на этом плюсы моего положения заканчивались, ведь мне было нельзя контактировать вообще ни с кем, кроме американской группы и главы детей Перуна…

День проходил за днём, но выйти на след загадочного заклинателя никак не получалось. Несмотря на уверенность Виктора, соваться к поместью мы не спешили — слишком много открытого пространства вокруг, которое требовалось незаметно преодолеть Ищейкам, слишком много охраны. Это стало камнем преткновения, перебраться через который мы пока не могли.

Зато по больнице удалось прошвырнуться не раз, и не два. Василий и Настя отмели этот вариант после пары визитов, буквально излазив многоэтажное здание сверху до низу и не найдя ничего похожего на след заклинания, переправлявшего энергию в Москву.

Сейчас мы всей группой обсуждали возможность ночного проникновения в домен. Василий утверждал, что структура колебаний энергопотоков вокруг него максимально приближена к тем, которые привели нас в Америку, но сказать наверняка было сложно — к предприятию было просто невозможно подобраться близко, не вляпавшись в одну из магических ловушек. Не страшных простакам, но столь опасным для нас. Даже при условии, что каждый член отряда изолировал свою ауру, ловушки бы всё равно сработали — экранирование никак не влияло на их работоспособность.

Я в этом ничего не понимал, так что сосредоточился на планах и схемах, которые нам удалось достать. Сидя прямо на столе, изучал их уже второй час, и за это время умудрился найти две уязвимости, через которые мог бы пробраться внутрь. Другой вопрос, что сделать этого мне бы точно никто не разрешил, а без таланта прыгуна кому-то другому и думать было нечего реализовать намётки моего плана.

С другой стороны, не будучи Ищейкой и мне там было делать нечего. Мда, дилемма…

— Тебе не кажется, что мы зашли в тупик? Две недели тут маринуемся, а результата как не было, так и нет, — резонно заметил Рус, обращаясь к Арине, — Ты же знаешь, что происходит в столице. Та тварь из Нави напала на нескольких наших в Химках. От них даже кусочка не осталось! А мы тут просиживаем…

— Слышала, Рус, — вздохнула мой куратор, — Но у нас есть чёткий приказ, и мы должны его выполнить. И ты не прав, говоря…

— Тихо! — внезапно прервала её Настя, замерев на полушаге посреди комнаты с кружкой отвратительного растворимого кофе.

В помещении мгновенно повисла тишина. А через секунду на мониторах техников появились сигналы тревоги. Установленные по углам помещения кристаллы запульсировали тревожно-красным светом.

— Датчики движения сработали! — Один из техников тут же оказался за ноутбуком, вызвав план прилегающий к нашему убежищу территории, — Зона номер три.

Его пальцы порхали над клавиатурой с невероятной скоростью, и через пару секунд на экране появилось изображение с камер наблюдения, установленных по периметру.

Маги уже вооружались. Они вели себя абсолютно хладнокровно. Надевали бронежилеты, проверяли оружие и выпивали «батарейки», снимали блокирующие способности браслеты. Я тоже вернул сегмент пиявки на место. Чувствую, скрываться сейчас ни к чему…

— Сколько их? — спросила Арина.

— Пока вижу десятерых. Очень низкая температура тел.

— Что?

— Кажется, это вампиры.

Твою мать! Только кровососов нам не хватало!

— Надо валить отсюда. С десятком вампиров мы справимся, но скорее всего — это просто авангард. За ними могут прийти маги, — заметил Кот.

— Согласна, — Арина передёрнула затвор своего MP-5, - Собираемся и уходим. Бросайте вещи, уничтожайте записи, разбивайте жёсткие диски. Рус, — она повернулась к руководителю отряда бойцов, — Вы должны их задержать хотя бы на пару минут.

— Сделаем.

— Кирилл, думаю ты должен…

— Не думай, — я перебил куратора, — Офигеете своим ходом убегать. Со мной у вас больше шансов.

— Тогда прыгай с ребятами по готовности. Вот, — она достала из ближайшего шкафчика сумку-патронташ с парой десятков «батареек», — Тебе это пригодится.

Я кивнул, и окинул взглядом помещение.

— Куда переносить людей?

Вместо ответа брюнетка вытащила из кармана распечатанное фото и протянула его мне. На карточке был запечатлён небольшой домик у озера.

Первой освободилась вихрастая Настя. Подскочив к девушке, я схватил её за руку, и мы совершили парный прыжок, вывалившись из разрыва реальности прямо в сугроб на занесённом снегом берегу.

— Иди в дом, — скомандовал я, откупоривая первую из батареек, а затем влил её содержимое в рот.

Энергия заструилась по телу, и я тут же прыгнул обратно.

За пределами склада вовсю раздавались звуки перестрелки. Кто-то кричал, слышался жуткий рык, но обращать на него внимания я не стал — времени было в обрез.

Ещё один прыжок. Затем ещё. В третий раз мне пришлось выпить сразу две «батарейки» — частые парные прыжки увеличивали потери энергии и я почувствовал, что опустел почти до нуля. Перед тем, как прыгнуть обратно на склад, прислушался к своим ощущениям — вроде организм не бунтовал, никакого помутнения, а значит — интоксикации пока можно не опасаться…

Теперь на очереди была Арина.

Вернувшись на склад, я не успел схватить её за руку — разбив одно из верхних окон, в помещение ворвались сразу двое противников. Изодранные плащи, поцарапанные лица, длинные, давно не стриженные волосы, клыки. Налитые кровью глаза с антрацитово чёрными глазами говорили о том, что эти ребята давненько не пили хорошей крови. Высота, с которой они спрыгнули, приземлившись между нами, их нисколько не смущала.

— В сторону!

Загрохотали звуки выстрелов, эхом отражаясь от стен. Несколько пуль прошили одного из вампиров навылет, но тот лишь покачнулся, и стремительным прыжком бросился на моего куратора.

Арина среагировала мгновенно — бросив пушку на пол, она сплела руки в сложном жесте. Через секунду прямо перед ней образовалась тугая воронка вихря, в которую и угодил кровосос. Пронзительно вскрикнув, он попытался выбраться, но заклинание засосало его в себя, словно чёрная дыра. Во все стороны брызнули кровавые ошмётки, а брюнетка взмахом руки отправила вихрь на второго упыря.

Тот смекнул, что столкнулся с сильным соперником и попытался ускориться, бросаясь из стороны в сторону, однако такой фокус с опытной колдуньей не прошёл. Она развела руки и словно выбила пальцами какую-то мелодию на фортепиано. Меньше чем за секунду вихрь разделился на шесть размером поменьше, и они с невероятной скоростью закружились внутри помещения, постоянно меняя траекторию. Один пролетел в опасной близости от меня, но никакого притяжения я не почувствовал — просто лёгкий (удивительно лёгкий для такого мощного завихрения) ветерок.

Вампир ускорился ещё сильнее и превратился в размытый силуэт. Он умудрился проскочить между тремя смерчами, пытаясь добраться до Арины — но четвёртый его всё же задел, сбивая скорость, а через мгновение все остальные оказались рядом, не оставив врагу ни секунды, чтобы прийти в себя.

Во все стороны снова брызнула кровавая пыль. Несколько капель даже попали на меня.

— Ты как? — брюнетка, под глазами которой образовались огромные синяки, подошла ближе, — Цел?

— Всё в порядке, — я протянул ей руку, — Идём скорее.

Прыжок. Сугроб. Батарейка. Прыжок. Склад.

В этот раз нам повезло. Рус и его ребята оказались настоящими профессионалами. Мало того, что они были подготовлены и имели при себе серебряные пули, так ещё и магами оказались не самыми последними. Впрочем, чего ещё можно было ожидать от тех, кого Разумовский отправил на такое деликатное задание?

Парни и Лариса (единственная девушка-боевик среди них, кстати) не просто задержали кровососов снаружи — они беспощадно их уничтожили, не подпустив к складу. Те двое, с которыми столкнулись мы с Ариной, поступили хитро и, дождавшись момента, проскочили через оцепление наших ребят. Остальных расстреляли или просто сожгли — несмотря на совершенно дикую реакцию и регенерацию, гемоглобиновые наркоманы не могли посоревноваться с профессиональными убийцами в опыте.

Рисковать и оставлять в живых одно из таких созданий никто не стал — стоило на секунду ослабить внимание, и кровосос вопьётся тебе в шею, все это понимали. А жаль, «язык» бы нам ой как не помешал… Ну, по-крайней мере, следом за вампирами никто не пришёл — и это слегка радовало.

Хотя сама по себе ситуация наталкивала на мысли, что нам пора сворачиваться.

Маги уже собрались в помещении, так что прыжки прошли довольно быстро. Первой к домику у озера я перекинул рыжую, последним — Руса. Вернувшись на склад за коренастым бойцом, нашёл его на улице, за разглядыванием одного из трупов.

— Карательный отряд Каменщиков. Гелиотропы, мы их видели у особняка, о котором упоминал Виктор, — подал голос боевик, оборачиваясь ко мне и указывая на нашивку в виде сжатой когтистой лапы на красном фоне, — Кажется, нашу миссию рассекретили…

Глава 18

Рус швырнул труп одного из вампиров на деревянный стол, и буквально через секунду я рухнул на пол. Меня снова колотила крупная дрожь.

Последний тройной прыжок (учитывая тело кровососа) был очень тяжёлым. Настолько, что в какой-то момент я подумал, что переместиться не получится. Но нет, сил хватило, однако теперь я ощущал себя выжатым лимоном.

— Кирилл, ты как?

Надо мной появилось лицо Арины.

— Хреново.

Кап, кап, кап… Кровь упыря капала на холодный каменный пол, и почему-то я сосредоточился именно на этом.

— У тебя снова интоксикация, — куратор, сев рядом со мной на колени, подтянула к себе сумку, которую так и не бросила, и достала оттуда огромный шприц.

Закатав мне рукав, она нашла вену и ввела туда серебристый раствор.

— Что…

— Постарайся не разговаривать. Это детокс. Расслабься, сейчас станет легче.

Что ж, не соврала. Через пару секунд судороги отступили, всё тело объяла небывалая лёгкость, а мысли ушли куда-то очень далеко. Ещё пару минут я пялился в грубый деревянный потолок, а затем отключился.

Проснулся только на следующий день. Пошевелился вод ворохом одеял, ощущая лёгкую ломоту в костях, попробовал встать. Куратор, заметив это, велела оставаться на диване и вогнала в меня ещё одну инъекцию.

— Как себя чувствуешь?

— Лучше, — признался я, разглядывая окружающую обстановку.

Старый деревянный дом на берегу озера можно было даже назвать уютным, если бы не обстоятельства, при которых мы тут оказались. Большая люстра под потолком, головы оленей, лосей, вепрей и волков на стенах, замёрзшие окна, огромный камин, в котором сейчас весело потрескивало пламя — всю эту идиллию нарушал, разве что, кровосос, до сих пор валяющийся на столе.

Вокруг него колдовали Настя и Василий.

— Кажется, весь наш план пошёл под откос? — поинтересовался я у Арины.

— Вроде того, — нахмурилась она, — Нас вычислили.

— Рус сказал, что эти вампиры — Гелиотропы. Кто это?

— Карательный отряд на службе Каменщиков. Мерзкие безжалостные ублюдки. Настя и Вася обследовали труп и… Вы молодцы, что притащили его. Многое прояснилось.

— Например?

— Этот вампир — один из слуг Кларка Смита. Владельца того поместья, о котором рассказывал Виктор. Пока ты валялся в отключке, наши Ищейки обнаружили в остатках ауры упыря следы знакомых энергетических колебаний.

— Что это значит?

— Что этот кровосос бывал рядом с местом, откуда в Москву направляли энергию для ритуала призыва.

* * *

Несмотря на то, что нас раскрыли, Арина не спешила сворачивать миссию. В очередной раз заставив меня смотаться в Москву, она получила от Разумовского чёткое указание — перегруппироваться и продолжать собирать информацию.

Старый козёл! Если ему так хочется выйти на след этого чёртового колдуна, почему бы самому не приехать сюда? Не предъявить Каменщикам официальные обвинения, или скооперироваться с ними? Нет, я понимал, конечно, что руководство Нью-Йоркского клана с высокой долей вероятности было замешано в произошедшем. Но, на мой взгляд, это не являлось причиной пожертвовать всеми нами.

На некоторое время мы затаились и предпочли не высовываться. Затем, потихоньку, поодиночке, я переносил Ищеек и боевиков обратно в пригород и оставлял там.

Отряд рассеялся, и теперь каждый из его членов, оказавшихся «в поле», действовал самостоятельно. До определённого момента это не приносило совершенно никаких результатов, однако в последний день января всё изменилось.

Забавно, что по итогу ключевую роль в последующих событиях сыграл я…

Погода стояла на редкость мерзкая. Снег с дождём, сильный ветер, низкая температура — всё это мне совсем не нравилось, однако я стоически терпел и ждал Кота, который отправился на вылазку к поместью Кларка Смита. Боевик был прирождённым разведчиком, и сегодня снова ушёл в прилегающий к территории Смита лес.

Эта местность была напичкана ловушками, но благодаря умениям Кота мы составили довольно детальную карту, и сегодня планировали закончить — в прошлый раз он едва не добрался до высокого забора, и если бы не патруль, нам наверняка удалось бы собрать недостающие данные.

Сам особняк располагался в нескольких километрах от оживлённой трассы и соседствовал с довольно большим лесным массивом. Довольно далеко от ближайшего жилья, но колдун, облюбовавший это место, очевидно, совершенно не опасался за свою жизнь.

Я ждал боевика под одним из деревьев, примерно в километре от особняка. Спрятав руки в карманы, привалился к высоченному клёну и оглядывал местность. В какой-то момент за одним из соседних деревьев почудилось движение и я, нервно сглотнув, приготовился снимать блокировку с браслета и прыгать — однако этого не потребовалось.

Оттуда вышло странное создание. Мне таких видеть ещё не доводилось. Низенький, не выше моих колен, очень худой и лохматый человечек медленно приближался, с трудом преодолевая не такой уж и глубокий слой снега. Его движения были какими-то ломанными и дёрганными. Складывалось ощущение, что существо просто не умеет двигаться плавно.

Остановившись за пару шагов, оно вперилось в меня внимательным взглядом двух огромных хрустальных глаз.

— Hello, — поздоровался я.

— Здравствуй, пришелец.

Я обалдело уставился на существо.

— Говоришь по-русски?

— Все языки гладкокожих одинаковы. Я слушаю не ушами, и говорю не ртом — мыслью. А слова просто произношу.

Что ж, ладно, это всё объясняет. Кажется у моего нового знакомого имеются телепатические способности… И довольно странная манера речи.

— Как тебя зовут?

— Хакси. Ты — Кальн.

Я вздрогнул.

— Откуда ты знаешь?

— Гладкокожий не слишком умён. Ты только что подумал о телепатии. Я вижу, как ты себя величаешь.

На какое-то время я замолчал.

— Кто ты, Хакси?

— Один из рави. Мы — духи леса. Слышал о нас?

Я кивнул. Лесовики, или, как сказал Виктор — двеллеры. Кажется, мне повстречался один из них.

— Что ты тут делаешь, гладкокожий?

— Жду друга.

— Друга? Того, кто умеет сливаться с землёй? Следопыта?

— Ты что, уже видел его?

— Я смотрел за вами несколько дней. Наблюдал. Вы что-то ищете, — это не был вопрос, скорее, утверждение.

— Почему ты об этом говоришь? — осторожно спросил я.

— Я тоже что-то ищу. Там же, где и вы.

— Правда? — в голове мгновенно вспыхнула лампочка, и я махнул рукой в сторону поместья, — В том большом доме?

— Да, — Хакси кивнул, — Там мои братья.

Я вспомнил то, о чём упоминал наш шпион. Смит для чего-то приглашал в свой дом разных созданий. В том числе, и лесовиков.

— Они гости?

Мой новый знакомый медленно покачал головой.

— Пленники. Я тоже был одним из них. Мне, и ещё нескольким братьям удалось сбежать. Но мы оставили там своих братьев. И теперь не можем вернуться к Хозяйке мшистого пня без них.

Кто такая эта Хозяйка, я спрашивать не стал — можно и позже узнать. Гораздо важнее сейчас было другое.

— Давно это было?

— Давно. Луна становилась полной дважды.

Два полнолуния, хм…

— И ты… Знаешь, как можно оттуда выбраться? Или как туда попасть?

— Нет, слишком опасно, — Хакси снова покачал головой, — Много ловушек, много магов. Нас всего пятеро, сил не хватит, чтобы спасти братьев.

— Пятеро?

— Да. Мы ждём.

— Чего?

— Момента, — хрустальные глаза лесовика блеснули, — Когда вы нападёте.

* * *

— Нет, я не согласна. Это очень опасно.

Мы с Ариной спорили уже больше часа, и сейчас она повторяла слова моего нового знакомого из леса. За это время мнение группы по поводу внесённого предложения разделились. Пятеро были за, пятеро — против.

— У нас не будет другого шанса!

Причины, по которым я предложил этот план и настаивал на нём были… Вполне резонными. Во-первых, мне осточертело торчать в Америке и прыгать в Москву только для того, чтобы лицезреть Разумовского. Во-вторых, в столице до сих пор бродила тварь из Нави. Мы о ней практически ничего не знали, и это слегка меня настораживало. Не буду врать — не в последнюю очередь из-за Маши. Я переживал за блондинку, и (разумеется) осуждал себя за это.

Настоящему мне такие привязанности были совсем ни к чему.

В-третьих, личная выгода. Паргон был нужен мне чуть для большего, кроме как разогнать скуку. Всё-таки желание вернуть себя прежнего было моей главной движущей силой. По-крайней мере то, что я помнил, транслировало именно такое желание. Я словно знал — получив свои воспоминания обратно, точно буду знать, что мне делать

Во время нашего с Хакси разговора в заснеженном лесу, я тщательно расспросил лесовика, и выяснил кое-что интересное. Оказалось, что мистер Смит, владеющий поместьем, имел в своём распоряжении огромные запасы самых разнообразных ингридиентов, которые регулярно использовал в опытах. В частности — над лесовиками, и другими «низшими» (как считали многие цивилизованные маги) сущностями, которых заманивал в особняк для этих целей. Хранилище и лаборатория находились в одном помещении.

Скрипучим голосом Хакси поведал, что он находился в числе тех, кто попал в ловушки Смита. Ими был усеян весь лес, и в один из дней двеллер и несколько его братьев оказались пойманы и заперты в подвале особняка.

Нескольким из них посчастливилось сбежать оттуда, использовав свой талант к маскировке, но таких было всего пятеро, а остальные были слишком молоды и неопытны — и остались в темнице.

Несколько высокопарным слогом лесовик рассказал мне об этом, и поведал о множестве других интересных вещей. Об алтаре, который, если судить по описанию, очень походил на найденный в Подмосковье. О библиотеке с десятками старинных книг в кожаных переплётах. О коллекции оружия на первом этаже, и нескольких алхимических шкафах.

Это меня заинтересовало. В ответ на мой вопрос о паргонском камне, Хакси утвердительно кивнул.

— Я видел такой, Кальн. В числе прочих. Золотое стекло, наполненное дымом. Ан-раван-да-ла. Знаю, что это.

Обладая навыками телепатии, лесовик передал образ того, что видел, прямо в мои мысли — и я поначалу просто обалдел от увиденного. Картинка отличалась от той, которую могли транслировать наши маги, настолько…. Сильно, в общем.

Я не сразу сообразил, что вижу не просто минерал. Мне показали всю лабораторию! Точнее, её образ, но… Я её видел. Видел! И ходил по ней! Мог потрогать столы, ингредиенты, о которых говорил Хакси, обойти тот самый алтарь. Почувствовать и увидеть то, что видел лесовик. Невероятная и детализация заворожили меня. Я запечатлел этот образ в своей памяти так чётко, как только мог.

Правда, такой экзотикой заниматься до этого момента не приходилось, но я был уверен, что у меня получится. При условии, что Хакси передал всё правильно, и из-за ошибок в деталях восприятия я не окажусь разорванным на части где-нибудь над Эверестом. Кто знает эту местную магию? Мне довелось изучать её несколько месяцев, и я практически ничего не понимал, действуя, скорее, по наитию.

Факт «настоящности» образа я уточнил у двеллера несколько раз. Лесовик обладал каменным спокойствием. Он раз за разом отвечал на мои вопросы и говорил, что это — точное изображение того, что он помнил.

И теперь я предлагал Арине достаточно рисковый план — прыгнуть с Настей или Васей и кем-нибудь из боевиков в лабораторию, добраться оттуда до господина Смита, захватить его и перенести в Москву. А остальные в это время должны отвлечь его охраны вместе с Хакси и его друзьями двеллерами.

Нашу группу уже рассекретили, так что вариантов было всего два. Либо убираться в Москву, либо — имея на руках неплохой козырь — пойти ва-банк. И шансы на успех, как я считал, были довольно высоки. Главное — оттянуть основную массу охраны с территории поместья.

— Ты понимаешь, что совершишь два двойных прыжка? Потом ещё три таких же, при условии, что всё пройдёт так, как надо? Плюс ещё три одинарных, чтобы всех оттуда вытащить. Если у тебя снова забьются каналы…

— Я всё рассчитал, ничего не забьется. Сюда сумел перенести десять человек и девять раз прыгал в одиночестве. И только после этого меня скрутило.

— Но после этого тебя не обследовали целители! Откуда ты знаешь…

— Я проверю это. Отправлюсь в Москву. Расскажу Разумовскому о своём плане, его перспективах и заскочу в госпиталь. Если всё нормально, и он даст согласие — мы начнём операцию.

— Кирилл!

— Арина, я уже говорил — торчать тут бесполезно, с каждой минутой — всё опаснее и опаснее. Пусть не сегодня, а через неделю — но на нас выйдут. Какой смысл тянуть? Что за это время изменится? То, что предлагаю я — реальный вариант, хороший шанс!

— Прыгать через ментальный образ?! Ты же понятия не имеешь, как это делать!

— Имею. И сделаю, если Великий Магистр даст добро. Пойми, пожалуйста — у нас сейчас есть такие данные, которые ни один шпион не достанет. Улики почти стопроцентные!

— Улики — это воспоминания… лесовика?!

— Никогда бы не подумал, что ты расистка, — притворно удивился я, — Но да — не зря же Настя их проверяла?

Ищейка действительно просмотрела тоже самое, что и я. Пришлось убедить лесовика пойти со мной, но он не особо-то и спорил, если честно. Я вернулся с ним и попросил показать Анастасии эти образы. Верить Хакси на слово было бы глупо, но услышав мнение вихрастой о правдивости воспоминаний, я кивнул. И хотя двеллер действительно мог обмануть меня о наличии в лаборатории паргона — в остальном всё выглядело так, как есть.

Единственной проблемой было то, что если мы туда не сунемся — не узнаем, правда это, или нет. Но, повторюсь — по моему мнению, рискнуть стоило.

На моё замечание куратор не ответила ничего. Она покачала головой, и сдалась.

— Я всё равно не смогу запретить тебе предложить этот план Разумовскому. Но донеси до него пожалуйста мысль, что я против.

— Разумеется.

Прыгая в Москву, я нисколько не сомневался, что ушлый глава клана согласится на моё предложение.

Так оно и вышло.

Великий Магистр без проволочек дал добро на рискованный план, и велел сразу же отправляться в госпиталь. Там меня обследовали после первого «приступа», и в этот раз тот же самый целитель снова просканировал мою ауру, прочистил забившиеся каналы и отпустил на все четыре стороны. Вернувшись к Разумовскому, я отчитался о том, что всё в порядке. Затем вернулся в домик у озера, передав Арине очередной пакет с приказами.

Не скажу, что мой куратор была сильно довольна таким самоуправством, но деваться ей было некуда — приказ главы клана оспаривать она не решилась. Обговорив детали, мы принялись готовиться к нападению…

* * *

Лариса свернула с шоссе и, проехав пару километров по узкой дороге, остановила машину метрах в пятиста от ворот, ведущих на территорию поместья. Они с Катей, ещё одним магом нашей группы, покинули авто и отошли на пару метров.

Катя сделала несколько пассов руками, а Лариса в этот момент приложила ладони к её спине, делясь энергией — и небольшой фургон рванул с места, устремившись к воротам. Крики охраны, наблюдающих за этим зрелищем, потонули в грохоте, с которым стальное заграждение оказалось снесено. Одновременно с этим с северной части грады взорвались несколько гранат, послышалась стрельба.

Через десяток секунд с востока полыхнуло несколько вспышек и взметнулось пламя, затем тоже донеслись звуки оружия.

Неожиданно открывшие себя маги вступили в бой.

Через пару минут и ещё несколько взрывов схватка переместилась в небольшой парк на территории поместья, но довольно быстро нападавших выбили обратно за высокий забор, и заставили отступить.

Ждать, пока большая часть охраны поместья последует за нашей приманкой, пришлось недолго. От ворот и одного из проломов в стене подтянулся десяток магов практически в одинаковой одежде. Мы с Ариной и Настей наблюдали за происходящим в бинокль.

Охрана Смита рассыпались по прилегающему лесу. Через пару минут несколько из них заметили одну из наших ловушек, и принялись её сканировать. В этот момент в игру снова вступили лесовики, организовав на магов слабую, но неожиданную атаку небольшими деревяшками. Не знаю, откуда они их брали, но полешки и сучья летели в охрану Смита только так.

Буквально через несколько секунд поле этого вновь спрятавшие свои ауры боевики обстреляли замешкавшихся магов и снова отошли. Одному из американцев не повезло. Может, не сработал защитный артефакт, или он поймал слишком много пуль? Чёрт его знает, но факт — молодой парень остался лежать в снегу между клёнами. Ещё двое корчились от ранений, пытаясь отползти за деревья.

Охрана, преследуя наших, отдалилась ещё на пару сотен метров, и вот теперь был тот самый момент, когда на сцену должен был выйти я.

Отдав бинокль Арине, я взял Настю за руку и закрыл глаза, чтобы было проще вызвать картинку.

На этот раз тёплого ветра не было — я будто нырнул в ледяную воду. В моменте едва не выпустил запястье девушки, но тут же вцепился в неё ещё сильнее. Секунда — и, не удержавшись на ногах (такого я за собой не припомню уже давно), рухнул на каменный пол, утягивая за собой Ищейку.

Получилось!

— Охренеть! — прошептала Настя, поднимаясь и осматриваясь вокруг. Пальцы правой руки девушки шевелились, словно она пыталась развязать какой-то сложный узел.

Подвал, который мне показал Хакси, был куда больше, чем представлялось изначально. Высокие потолки, каменная кладка, масса оборудования и разнообразных шкафов возле стен, яркое освещение. На столах и в самом деле лежала масса книг, валялись сотни различных ингредиентов для зелий, и десятки комплектующих для сборки артефактов.

Алтарь находился прямо по центру помещения. Две скрещенные балки, и прикованный к ним человек, от которого несло таким количеством энергии, что почувствовал даже я.

— Никуда не уходи, и не шуми, — попросил Настю, — Я за Ариной и обратно. Ты пока проверь всё вокруг.

Прыжок. Батарейка. Прыжок.

Вернувшись в подземелье, я отпустил руку Арины, и хотел было начать обыскивать шкафчики на предмет паргона, однако куратор позвала меня к двери. Ищейка уже стояла там. Настя довольно быстро и аккуратно умудрилась снять защиту с дверей подвала, и теперь, нервно разгуливая из стороны в сторону, ожидала нас.

— Я чувствую мощные колебания. Точно такие же, какие мы нашли на том складе, Арина. Тот же алтарь, те же символы, — она указала на пол под распятым беднягой, — Это то самое место. Энергию переправляли отсюда. В доме четверо. Трое наверху, и один на первом этаже.

Брюнетка кивнула.

— Идём, пока нас не обнаружили.

— Погодите, — я огляделся и шёпотом сказал, — Тут должен быть ещё один нижний уровень. Найдите спуск — там заперты лесовики. Мы обещали их освободить.

— Может, они уже мертвы?

— Всё равно проверьте, пока я вожусь с замком. Вы же не собираетесь выбивать его и сообщать всем, что мы проникли внутрь? Заходим тихо, как мышки.

Девушки кивнули и пошли вдоль стен, внимательно рассматривая пол.

Дорогой замок массивной стальной двери я вскрыл за четыре минуты. Приоткрыл её, выглянул наружу — никого! Арина и Настя вскоре вернулись — за ними, едва переставляя крохотные и тоненькие ножки, шагали трое двеллеров. Вид у них был измученным — волосяной покров зиял проплешинами, под которыми виднелась грубая кожа (или древесина?), а при движении ребята издавали неслабый треск.

— Они сидели в маленьких клетках, — сказала Настя, — Это все кто там был.

Я присел возле лесовиков.

— Мы пойдём наверх. Вы ждите тут, мы за вами вернёмся. А если нет — пытайтесь убежать, но подождите хотя бы десять минут, ладно? Знаете, сколько?

Дождавшись скрипучих кивков, я оставил их приходить в себя. Мы же осторожно поднялись по лестнице, ведущей на первый этаж. Постоянно прислушиваясь и держа наготове заклинания, первой шла Арина. За ней — Ищейка, а меня поставили последним.

Появившегося в коридоре мага Арина сняла быстро, сотворив что-то воздушного лезвия. Оно просто отсекло несчастному голову. Тело, исторгая из себя кровь, осело на пол, и мы, надеясь, что никто этого не услышал, направились к центральной лестнице.

Настя оказалась права — внутри дома нет оказалось ни единой души. Охрана, и так нёсшая службу снаружи, купилась на наш трюк и отправилась в погоню за остальными членами группы. Полагаю, мистер Смит и не подозревал, что проникновение можно осуществить таким образом, и именно поэтому внутри самого особняка ловушки не были активированы. Не уверен, что их вообще устанавливали в шикарных апартаментах и изысканно отделанных коридорах. Какой дурак при наличии такой защиты снаружи будет устанавливать смертоубийственный примочки внутри?

Хотя то, что такой продвинутый колдун не чувствует наше присутствие, выглядело странным. Я очень надеялся, что это из за общего магического возмущения вокруг.

— Ты знаешь, где он? — прошептал я, спрашивая Ищейку.

Она утвердительно кивнула, указав на лестницу.

Хозяина дома мы обнаружили на третьем этаже, в роскошном зале с окнами, выходящими во внутренний двор. Его охраняли двое боевиков, но они оказались не готовы к такому неожиданному нападению. Распахнув дверь, Арина сходу воспользовалась своей магией воздуха и расшвыряла их, как котят. Убивать в этот раз не стала — просто хорошенько приложила о стены и, убедившись, что они отключились, решительным шагом направилась к Кларку.

Тот, судя по всему, совершенно не понимал, что происходит. Тоненько взвизгнув, направил на моего куратора сжатый кулак и скороговоркой пробормотал какое-то заклинание. Из перстня с рубиновым камнем вылетела небольшая искра, но её прямо в воздухе перехватила Настя и заковала в непроницаемую сферу, отправив в сторону.

Какая же это была ошибка…

Долбаный американец просто отлично сыграл панику и беспомощность. Даже я ему поверил. Через мгновение после действий Ищейки её сфера, только что исчезнувшая, вновь появилась — только гораздо ближе к девушке. Она не успела среагировать — её просто смело взрывной волной, припечатав к стене. Разглядев то, что осталось от головы вихрастой девушки, я понял — она больше никогда не поднимется.

Мы с Ариной стояли чуть дальше, и основной удар заклинания пришёлся не по нам. Но, даже, несмотря на это, я почувствовал, как нас отбрасывает в сторону.

Через секунду всё вокруг потонуло во вспышках магического поединка. Бритвенно острые потоки воздуха рассекали какие-то сгустки плазмы, паркет лопался, в стены влетали предметы, а вокруг нас с Ариной замерцал лиловый щит, который колдунья, судя по всему, приберегала для подобного случая.

Я, стоя за спиной куратора, видел, как ей тяжело. Девушка скрипела зубами, под глазами у неё появились огромные синяки, и с каждой атакой Смита она делала шаг назад, приближаясь к выходу из комнаты. Ей было всё труднее отражать его заклинания.

Решение пришло в голову само собой. Планирование — это отлично, но когда оно летит ко всем чертям, приходит время для импровизации.

Рассчитав момент, я подхватил с пола гипсовый бюст, вызвал тёплы вихрь и прыгнул — всего на несколько метров вперёд, оказавшись за спиной американца. Крутанувшись на месте, с размаху приложил статуэтку к его голове. Не ожидавший такого подвоха Смит мешком рухнул на пол.

Арина, застонав, покачнулась и оперлась на ближайшую стену. Её взгляд упал на Настю.

— @#$%! — выругалась она и опустилась на колени рядом с девушкой.

— Её уже не поможешь, — сказал я и, пробежавшись по своему резерву энергии, вцепился в руку Смита, — Жди, скоро вернусь.

Снеся пару стульев, мы с американцем вывалились из пространства посреди кабинета, в котором проходил брифинг. Ошалевшие операторы, следящие за ходом операции на мониторах, повернулись в наши стороны с удивлёнными и испуганными лицами. Разумовский, в отличие от них, выглядел абсолютно довольным.

— Мои поздравления…

— Позже, — отрезал я и выпил батарейку.

Надеюсь, они свяжут его без моей помощи?

Хлоп — и снова поместье Смита. Арина всё также сидела возле трупа Ищейки.

— Идём, — я взял её за руку, почувствовав, что кожа куратора холоднее льда.

— Ты заберёшь её? После?

Секунду я колебался.

— Да. Но сначала надо доставить тебя в Москву.

Сейчас на счету была каждая секунда. И терять их на дополнительные прыжки я не собирался, боясь получить передоз энергии.

Сто процентов, что кто-нибудь из охраны остался поблизости и заметил магический поединок. Те наши, кому выпала доля сымитировать нападение на поместье, должны были увести людей Смита как можно дальше и рассеяться, затеряться. У нас было обговорено расположение нескольких «точек эвакуации», так что ими, по плану, я должен был заняться позже. Однако для начала я планировал вернуться в лабораторию, и забрать оттуда то, ради чего и затеял этот опасный налёт.

— Идём в подвал.

Поддерживая Арину, я помог ей спуститься по лестнице. Она не задавала лишних вопросов — оказалась слишком вымотана схваткой, и едва держалась на ногах.

Лесовиков в подвале не оказалось. Оказавшись там, я прислонил Арину к одному из столов и принялся потрошить все шкафчики, сундучки и ящички в поисках необходимого минерала. Как же здорово, что господин Смит не стал устанавливать защиту на каждый предмет интерьера, ограничившись одной лишь дверью!

«Ну где же ты, где?!»

Хакси сказал, что золотой камень где-то здесь, в этих шкафах… Ага!

Я победоносно хмыкнул, открыв очередную дверцу. За ней, в одном из отсеков, лежал необходимый мне булыжник. Здоровенный — куда больше того, который я умыкнул у доктора Бернара. Отлично!

Возможно, с его помощью удастся открыть не одно, а даже парочку воспоминаний…

Я вернулся к потерявшей сознание Арине и взял её за руку как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и оттуда прилетела белоснежная молния. Она с шипением рассекла воздух и попала точно в паргонский камень. За секунду до этого вызвав в памяти образ кабинета Разумовского, я рефлекторно вскинул руку — и заклинание угодило в мою добычу.

Пальцы и ладонь обожгло огнём, а камень, расщеплённый сильнейшим заклинанием, в мгновение ока превратился в облако пыли. Она окутала меня с ног до головы, попала в нос, глаза и рот. Я непроизвольно вдохнул настолько адский концентрат минерала, что глотка мгновенно превратилась в раскалённое жерло вулкана. Сразу после этого отключились зрение, слух, осязание и обоняние. Буквально за секунду, словно по щелчку пальца, я превратился в ничего не чувствующий пластиковый манекен.

«Зараза» — промелькнула мысль, а после…

Меня поглотила тьма.

Глава 19

Интерлюдия III

Фиалка

— Дай ему по роже. Сколько можно сидеть в отключке?

Это были первые слова, которые я услышал за очень долгое время. Почти сразу после них темноту пронзила вспышка боли в области носа. Раздался хруст. Я вскрикнул, а через мгновение с головы стащили мешок.

Моргнув несколько раз, с трудом удалось сфокусировать зрение. Меня усадили на массивное деревянное кресло, приковав к нему по рукам и ногам тяжеленными стальными кандалами. Абсолютно голого. На шее — какой-то ошейник. От него по телу расходилось неприятное жжение. А из носа после чувствительного удара текла кровь.

Просто блеск! Именно так я и планировал очнуться после того, как украду самое ценное, что только держал в руках!

Кража эликсира прошла совсем не так, как мы рассчитывали. Задание, на подготовку которого нам пришлось потратить почти четыре местных месяца, обернулось головокружительной погоней, едва не лишившей меня жизни. И это сразу после того, как едва ли не чудом удалось выбраться из напичканной ловушками сокровищницы местного антиквара. Именно там несколько десятков лет валялся злосчастный пузырёк с мутной розоватой жидкостью — но сразу после того, как я взял его в руки, начались большие проблемы.

Баклан напарник, нанятый в этом мире, облажался. Стражники обнаружили проникновение и быстро оцепили поместье в лагуне. Переместиться прямо оттуда было невозможно — камни телепортации, которыми нас снабдил Анкх, имели один существенный недостаток. Они испепеляли любые вещи, которые человек пытался взять с собой. И так глупо лишаться того, из-за чего мы и заварили всю эту кашу, я не собирался.

Короче говоря — пришлось удирать на своих двоих. Мне удалось выбраться в городе и затеряться там. Спрятав пузырёк с эликсиром, я уже активировал камень — в тот момент, когда меня почти настигли преследователи. Но… что-то пошло не так, и я оказался совсем не там, где должен был.

Демонова отрыжка!

Неужели Анкх подсунул порченный артефакт?!

Передо мной стояли двое — низкорослый и абсолютно лысый пожилой мужчина в чёрном кожаном одеянии, и ещё один — гораздо выше, в точно такой же одежде.

На полу неподалёку от них виднелись несколько небольших лужиц застывшей крови. Я снова поморгал. Низкие потолки, закопчённые факелами каменные стены — и никакого намёка на окна.

— Что все это значит? Кто вы? Где я?

Пожилой мужчина фыркнул:

— Посмотри, Коста, какой прыткий. Только очнулся, а уже спрашивает, ха! — он приблизился ко мне, — Вопросы здесь задаём мы.

Я нервно сглотнул. Окружающая обстановка явно намекала, что вопросы эти будут не о достоинствах местной кухни.

Посмотрев по сторонам, я догадался, что это пыточная. Ну в самом деле — много ума на это не требовалось. Недалеко от того места, где меня приковали, стоял приземистый металлический столик. На нём во всём своём многообразии были разложены хирургические инструменты. Ближе всего лежал небольшой, даже крохотный, топорик. В отполированном металле его лезвия отражались всполохи факелов, висевших на стенах.

Однако я даже не успел подумать о том, что можно сделать с этим инструментом, как лысый снова заговорил:

— Красивая вещь, не так ли? Уверен, тебе хотелось бы подержать его в руках. Наверное, ты бы с радостью напал на беззащитного старика?

Я ничего не ответил.

— Молчишь? Что ж, долго это продолжаться не будет, — усмехнулся лысый.

Он, прихрамывая, сделал несколько шагов к столику, выдвинул из-под него небольшой табурет и уселся напротив меня.

— Как тебя зовут?

— Я не помню.

— Вот как?

Старик усмехнулся, продемонстрировав гнилые пеньки немногочисленных зубов. Мерзость. Затем кивнул своему товарищу. В следующий миг долговязый взял со стола молоток и долото, приставив его к фаланге моего мизинца.

Я непроизвольно сжал ладонь в кулак, однако лысый тут же распрямил его своими, неожиданно сильными пальцами и, участливо заглядывая в мои глаза, повторил вопрос:

— Как тебя зовут?

— Ладно, ладно, я понял! — кажется, шутки кончились, — Меня зовут…

Боль пришла через мгновение после гулкого удара стального инструмента о дерево. Разрезав кожу, мясо, мышцы и перерубив кость, долото крепко засело в подлокотнике, а я, разрывая горло, забился на кресле.

Кусочек мизинца упал на каменный пол.

Этот урод даже не дал мне ответить!

Не дожидаясь, пока я заткнусь, долговязый отошёл к большой жаровне и вернулся с раскалённым прутом.

— Нет, нет, нет! — кричал я, извиваясь в кресле, но снова ничего не смог противопоставить своим мучителям. Ещё миг — и раскалённый прут прижигает обрубок пальца.

Снова невероятная боль. Снова крик, который я сам почти не слышал, утонув во вспышке, пронзившей руку. Из глаз градом катились слёзы, ладонь пульсировала, а в нос пробивался вонючий запах палёной плоти.

— Как видишь, опыта у нас достаточно, — вновь заговорил лысый, поднявшись с табурета и доковыляв до дальней стены помещения, — И мы достанем из тебя правду, даже если придётся потратить целую неделю. Правда, за последние годы никто не выдерживал так долго, но…

Он отворил двери шкафа и указал мне на разнообразие своего арсенала. Сквозь мокрую пелену, застилавшую глаза, мне удалось разглядеть подборку самых разных колюще-режущих предметов и несколько стеклянных коробов. Кажется, внутри них что-то шевелилось…

— Меня зовут Кальн, — прохрипел я, — Кальн, слышишь, урод! Почему я здесь?!

Лысый фыркнул и вновь вернулся к столу.

—Значит, будем ломать комедию и дальше? Что ж, твоё право. Конечно, забавно, что ты просишь зачитать обвинения, но в этом, кстати, прав. Всё должно быть по протоколу.

Он выбрал из нескольких свёрнутых листов бумаги, валяющихся на краю стола, один, развернул его, отбросил прямо на пол, потянулся за вторым.

— О, вот оно! Знаешь, что здесь? — он потряс нужным листком перед моим лицом, — Записанные показания тринадцати очевидцев. Тринадцати! Вероятно, зачитывать слова каждого из этих деревенщин нет смысла? Я процитирую выдержку.

Усевшись на табурет, лысый коротышка прочистил горло:

— Сегодня утром в квартале Синих стёкол произошло… Происшествие. Неподалёку от конюшни на Фиолетовой улице появился огромный пылающий шар света, как его описали свидетели. Он провисел в воздухе на уровне крыш первого этажа несколько десятков секунд, а после этого взорвался, раскидав вокруг себя пламя. Три человека погибли на месте, ещё семь получили довольно серьёзные травмы. Загорелась конюшня и три примыкающих к ней сарая. Но больше всего людей поразило, что из этого огненного шара, когда он взорвался, выпал человек. Совершенно невредимый и, к счастью для нас — без чувств. Ну что, припоминаешь? Есть догадки о том, кто этот счастливчик?

Лысый явно забавлялся.

Тупой баклан! Он даже понятия не имел, кто я, и кого обокрал!

— Полагаю, ты уже догадался, к чему я клоню, — продолжил он, — Знаешь, мы здесь не испытываем восторга, когда колдуны начинают развлекаться подобным образом.

— Я не колдун!

— Да ну? — усмехнулся лысый, — Тогда почему кровавый ошейник работает как надо? Да и как иначе можно объяснить произошедшее?

Я молчал. Действительно, не расскажешь ведь ему, кто я на самом деле, и как тут оказался? Такой бред точно примут за подтверждение всех этих показаний и выводов дознавателей. Да ещё и этот @#$% ошейник…

— Что и требовалось доказать. Знаешь, на самом деле это даже удивительно — последний колдун появлялся в наших краях лет… Сколько, семь, восемь назад? — спросил он у своего долговязого напарника.

— Около того, — коротко подтвердил тот.

— Давно, в общем. А тут ты, да ещё и с такой помпой… Я уже начал забывать, каково это — выбивать из подобных тебе информацию. Кажется, когда мы пригласили сюда последнего колдуна, от него отрубали по кусочку в день. Он был крепкий, очень крепкий человек. Куда сильнее тебя. Мы начали с мизинца, как и сейчас, — он провёл топориком по тыльной стороне моей ладони, — А затем начали подниматься всё выше, и выше. Добрались почти до самого плеча к тому времени, как он умер, — Лысый снова поднял топорик, — Так что советую тебе начинать говорить. Зачем ты объявился в наших краях?

Мне катастрофически было нужно протянуть время. И самое паршивое — я понятия не имел, сколько этого самого времени потребуется. А дознаватели ждать явно не собирались. Даже до того момента, пока я завершу эту мысль в своей голове.

Долговязый притащил толстую проволоку и, продев её через специальные отверстия в подлокотнике, жёстко прикрутил к нему мои пальцы.

Лысый коротышка снова взмахнул топориком. Бам! Тот резко опустился, отхватив самый кончик среднего пальца — примерно, треть фаланги. На дерево хлынула кровь. Я опять закричал от боли, а глаза долговязого, смотревшего на это, улыбались в свете факелов.

— Говори! — проревел лысый, — Зачем ты пришёл?!

Бам! Ещё удар.

Теперь топорик отсек кончик безымянного пальца. Он прокатился по подлокотнику и упал на пол.

— Говори!

Бам! Кончик указательного пальца присоединился к своим соседям. Я кричал и бился, не переставая. Боль была просто адской, и она очень мешала думать над тем, как выбраться из этой идиотской ситуации. Ну почему, почему перенос прошёл так неудачно?!

Средний палец уже укоротился до первого сустава. Лысый помедлил, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, и решил немного притормозить. Моя кровь капала на плитку под ногами мерным «кап-кап-кап». После того, как новые раны снова прижгли и я, наконец, перестал орать, удалось разглядеть свои укороченные пальцы.

Охренеть…

— Прекрасная работа, мастер! — долговязый нарушил молчание и пнул один из отрубленных кружков плоти, — Такая точность…

— Большой опыт.

Тот, кого навали мастером, снова занес топорик.

— Я расскажу! — крикнул я, — Расскажу!

— Что ж, прекрасно, — спокойно произнес мой мучитель, останавливая руку от нового удара и откладывая инструмент, — Я весь во внимании.

Я несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями, однако в голову ничего путного не шло. Нужно было срочно изворачиваться, но… Как это сделать?

К счастью, провидение, кажется, услышало меня, и дальше этих мыслей дело не пошло. За массивной дверью послышалась какая-то возня, а затем раздались три гулких удара по металлической поверхности.

— Кого там демоны принесли? — разочарованно протянул лысый, — Коста, проверь.

Едва тот коснулся ручки, как дверь распахнулась, сильно ударив долговязого и заставив отшатнуться. Нелепо взмахнув руками, он едва удержал равновесие, а в следующий миг вскрикнул и осел на пол. Появившаяся в каземате, словно призрак, девушка всадила ему в грудь длинный кинжал. По самую рукоять.

— Какого…

Лысый мастер не успел закончить фразу. Отбросив от себя первый труп, хрупкая дамочка одним прыжком преодолела расстояние до моего мучителя и, схватив его за грудки, безо всяких усилий подняла над полом. Вокруг её рук мгновенно вспыхнуло золотистое сияние.

— Как ты… Тебя…

И вновь ему не удалось договорить. Не слушая угроз, девушка перехватила коротышку и сунула его головой в жаровню.

Почти сразу мне в ноздри снова ударил отвратительный запах горелого мяса. Каменный мешок заполнил дикий крик боли. Куда страшнее, чем тот, который несколько минут назад издавал я.

Лысый бился в конвульсиях, но девушка, несмотря на явный жар, опаляющий руки, не отпускала его. Благодаря магии она была сильна. Очень сильна.

Я безмолвно наблюдал за этой жуткой сценой до тех пор, пока мастер пыток не перестал дёргаться и обмяк. Убедившись, что он мёртв, моя спасительница бросила тело с обгорелым до состояния головёшки черепом на пол, повернулась и приблизилась. Под капюшоном, скрывающим её лицо, блестели фиолетовые глаза.

— Почти цел, — заключила она, осмотрев меня. Нагота нисколько её не смущала, — Считай, что тебе повезло.

— Охрененное везение! — огрызнулся я, кивнув на левую руку, — Вместо назначенной точки меня выкинуло не пойми где! Да ещё и прямо в руки тех, кто на дух не переносит такие фокусы! Где тебя носило?

Девушка не ответила. Достав из-за пояса второй кинжал, она вставила его в щель между двумя пластинами кандалов и безо всякого видимого усилия сломала их. Затем, взявшись несколькими пальцами за ошейник, также легко развела его в разные стороны. Где-то позади шеи послышался щелчок, и на пол упало нечто металлическое. Жжение мгновенно исчезло.

Наконец-то.

— Где эликсир?

— Успел спрятать в городе, прежде чем меня догнали.

— Хорошо. Идём, — выслушав меня, коротко бросила фиалка, — Лучше бы нам убраться подальше, пока сюда не прибыли незваные гости. Забираем эликсир, едем за камнем и сваливаем из этой дыры.

— Ну веди, надзиратель, — легко согласился я, поднимаясь из кресла.

Девушка, уже направляющаяся ко входу, резко повернулась, нахмурилась и сграбастала меня своей изящной ладонью за шею, заставив чуть согнуться. Я почувствовал, что в месте, где она меня держит, кожа будто оледенела.

— У меня есть имя. И лучше бы тебе его запомнить, вор.

— Ладно, ладно, — криво ухмыльнулся я, — Как скажешь… Сандра.

Каземат, из которого меня вытащили, оказался частью небольшого подземелья. Оно представляло собой узкий коридор, освещённый факелами. Шесть помещений расположились по его бокам. Две допросные с массивными дверями, и четыре камеры за толстенными решётками. Все они оказались пустыми.

Поднявшись по заплесневелым ступеням, Сандра толкнула порядком поражённую ржавчиной входную дверь, и мы оказались в пыльном, полутёмном помещении, заваленном какими-то ящиками, досками и старыми инструментами.

— Что это за место? — спросил я.

— Мастерская пыток при старой оружейной. Тут базировался орден Очищения.

Что ж, вопросов больше не имею, догадки подтвердились. Меня сцапали представители самой фанатичной структуры королевства Оргейл, но плюсом было то, что они не утащили моё тело в королевские темницы, пока я валялся в отключке.

Вот оттуда Сандра бы меня точно не смогла вытащить.

Мы покинули мрачное подземелье, и вышли на улицу. Двор, обнесённый небольшой стеной, оказался завален трупами — я насчитал больше двадцати человек. Часть из них была одета в лёгкие кожаные доспехи, но некоторые явно не успели даже собраться — были убиты чуть ли не в исподнем.

— Охренеть, — пробормотал я, подходя к одному из тел с пробитыми глазницами.

Это был мужчина. Уже в возрасте, но почти моего телосложения. Поэтому, недолго думая, я принялся стаскивать с него сапоги, рубаху и штаны. К счастью, одежда почти не была испачкана в крови, да и я никогда не отличался излишней брезгливостью — так что, потратив пару минут, без сомнения натянул на себя чужие вещи. Так стало гораздо комфортнее.

Сандра, молча наблюдающая за моими действиями, не торопила. Она понимала, что голый человек на городских улицах привлечёт ненужное внимание. Девушка подождала, пока я закончу, и махнула рукой:

— Идём скорее.

Мы направились к конюшне.

— Где все? — спросил я, пока мы седлали двух животин, — Неужели те трупы — все, кто тут был?

— Конечно нет. Нам просто повезло, что часть солдат рыскает по городу в поисках вора, обокравшего Бакинстейла. Они вбили себе в голову, что твоё появление — спланированное нападение вражеской политической партии. Это отделение — дерьмо собачье, никому не нужное и забытое. Здесь осталась только прислуга и стража. Всего человек двадцать, да и те не успели отправить сообщение о нападении.

— Откуда…

— Прежде чем соваться в казематы, я… поговорила с несколькими людьми. Они были очень откровенны и выложили всё, лишь бы я отстала от них.

Я скептически посмотрел на валяющийся неподалёку труп усатого мужчины.

— Вижу, свои обещания ты выполняешь.

— Я ничего им не обещала! — огрызнулась Сандра, — А тебе бы лучше заткнуться, вор! Пошевеливайся! Нам надо убраться подальше, и желательно — поскорее. Если по нашему следу…

— Никто нас не найдёт, угомонись. Те двое в подземелье сказали, что тут не любят колдунов. Так что сильно сомневаюсь, что они быстро найдут того, кто умеет связывать Потоки.

— Зато у них могут оказаться собаки! И лучше бы нам сделать так, чтобы они не могли взять след.

Мда, об этом я как-то не подумал… В целом, фиалка права — двух непонятных субъектов, поубивавших кучу людей да ещё и появившихся при столь странных обстоятельствах, наверняка будут искать, и искать очень тщательно. Так что чем дальше мы окажемся от этого места, когда приедет его хозяин — тем лучше.

— А что насчёт магии? Вижу, Силой ты не обделена, — я вспомнил, с какой лёгкостью девушка раскидал дознавателей.

Сандра скрипнула зубами.

— А я вижу, ты очень любишь поболтать, поэтому предупреждаю сразу — мне это совсем не нравится. Обсуждать будем только то, что важно в данный момент. Сейчас наша задача — убраться отсюда как можно дальше, забрать эликсир и понять, в каком направлении двигаться дальше. Ближайший камень перемещения, оставленный Анкхом, очень далеко, ясно?

— Куда уж яснее? — отозвался я, тоже забираясь на коня, — Веди…

Смерив меня тяжёлым взглядом, девушка причмокнула губами, ударила пятками в бока лошади и направила её к выезду со двора. Вздохнув, я направился следом за ней.

Чёрт, спутница в этом деле мне досталась не из весёлых…

Сандра была магом — опытным, и довольно сильным, как я успел убедиться. Тем удивительнее было узнать, что девчонка старше меня всего на пару лет.

Анкх нашёл её в одном из своих странствий незадолго до меня. Он познакомил нас здесь, и всё то время, пока шла подготовка к ограблению фиалка, как я про себя называл её, неслабо нам помогала. Допросы, проникновения в тщательно охраняемые помещения, прикрытие от некоторых… недоброжелателей. Девушка являлась довольно страшным противником для любого головореза — она не знала страха и жалости, и собеседницей, как нетрудно догадаться, была не самой лучшей.

Я не знал о ней практически ничего — кроме имени и того, что она старается не контактировать с людьми. Откуда взялась блондинка, что ей пообещал Анкх, почему у неё такой скверный характер — все эти вопросы оставались для меня загадкой.

Разочарованно вздохнув, я огляделся — и с удивлением заметил на стене одинокого лучника, решившего попытать счастья с уезжающими убийцами своих друзей. Заметил я его в тот момент, когда он собирался спускать тетиву. И целился молодой парень не в меня — в Сандру.

Я не особо соображал, что делаю. В голове мелькнули обрывки разрозненных мыслей. О том, что только колдунья знает, где лежит последний камень перемещения. О том, что несколько минут назад именно она спасла меня от неминуемой (и очень мучительной) смерти. Ещё какие-то образы.

Всё это было неважно. Инстинкт сработал быстрее мозга. Я успел ударить лошадь пятками, рвануть вперёд, предупреждающе вскрикнуть — и закрыть собой хрупкую девушку.

В следующую секунду тело пронзила вспышка боли, в глазах вспыхнули кровавые звёзды, и я с трудом удержался на лошади.

Обернувшаяся Сандра молча ударила каким-то заклинанием по невысокой крепостной стене. Грохнул взрыв. Каменная крошка брызнула во все стороны, в небо полетели камни, и поднялся столб дыма. Участок вековой кладки шириной в несколько метров в одно мгновение перестал существовать.

Впрочем, мне не было до этого никакого дела — я с удивлением и отчаянием разглядывал наконечник стрелы, пробивший меня насквозь. А затем наступила темнота…

* * *

Пощёчина. Вспышка света.

— Очнись, вор!

— Ммм…

— Где ты его спрятал?

Вместо ответа у меня изо рта снова вылетело неразборчивое мычание.

— Говори, сучий потрох! — ещё один удар по лицу, — ГОВОРИ!

— На берег-гу… Канала.

— Точнее!

— Ш-шестой дом… От проулка Морокай… На юг… Напрот…тив него… Гнилая лодка. Коп…пай… Под ней…

Снова темнота.

* * *

Звук тележных колёс, стучащих по брусчатке. Жара. Онемевший бок. Пот, струящийся по лбу.

* * *

Тень. Скрип двери. Солнечные лучи, бьющие по глазам сквозь закрытые веки. Звук вынимаемой из стеклянного горлышка пробки.

* * *

Я сидел, привалившись к деревянной стене какого-то сарая, и жадно глотал воду из грубого глиняного кувшина. Она чуть отдавала горькими водорослями, но меня устраивало и это.

— Повезло, что камень перемещения откинул тебя недалеко от места, где ты спрятал пузырёк.

— Повезло, что ты привела меня в чувство и заставила рассказать, где я его оставил.

Девушка внимательно посмотрела на меня. Она была красива — очень красива. Полные губы, длинные золотистые волосы, сейчас собранные на затылке, резко очерченные скулы, прямой нос. И глаза, на которые я смотрел чаще всего — ярко-фиолетовые, цвета индиго.

— Без тебя я бы не смогла его найти.

— Понимаю, — усмехнулся я, переводя взгляд на отросшие заново пальцы, — Но всё равно — спасибо, что вытащила меня с того света.

Она немного помолчала, а затем кивнула.

— Пожалуйста. Впрочем, не особо радуйся — объясняться с Анкхом будешь сам. Он планировал создать на основе эликсира несколько копий — для всех нас. А теперь…

— А теперь я стал единственным, кто получил вечную молодость. Что ж, такова жизнь.

Мы снова замолчали, но я не выдержал, и всё-таки спросил:

— Зачем ты меня спасла? Воров в разных мирах — пруд пруди. Вы с Анкхом могли найти нового.

— Ты спас меня, я — тебя. Теперь мы в расчёте. И если снова начинаешь меня бесить, — фыркнула моя спутница, — смотри, как бы я об этом не пожалела.

— Очень надеюсь, что этого не случился, — широко улыбнулся я, — Слушай, а у нас нет ничего пожевать? Я жутко голоден.

Глава 20

Я очнулся в крохотной камере. Бетонный мешок без окон и дверей, в котором не было и намёка хоть на что-нибудь, кроме длинной лампы белого света под низким потолком. Какое-то время я тупо пялился в пространство, а потом снова закрыл глаза.

Надоело.

Как же, сука, мне всё это надоело!

Кланы, операции, задания, ультиматумы, условия, ограничения, наказания. Прошло меньше года, как я оказался в этом мире, но если быть честным с самим собой — мне уже хотелось свалить отсюда как можно скорее.

Жизнь под колпаком магического клана — совсем не то, ради чего я соглашался на сделку с Владыкой. Совсем не то…

Провалявшись на холодном полу ещё какое-то время, я припомнил последние события и всё же поднялся. Самочувствие было нормальным, но энергии в организме не оказалось.

Плохо.

Это явно не Москва. Вряд ли Разумовский стал бы запирать меня в таком месте. По-крайней мере, причин для этого я не видел. Напротив, за «доставку» мистера Смита меня должны были поблагодарить.

Может, это не реальность? Я просто не проснулся, и всё это — до сих пор мои грёзы? Вроде бы нет — на руке, в отличие от воспоминания, всё ещё висела пиявка. Сегмент, блокирующий способности и ауру, был сдвинут.

Ободрав руку о шершавую поверхность стены, я зашипел от боли. Нет, кажется, реальность. Хотя кто знает, насколько детализированный мир может смоделировать такая доза паргона? Марфа предупреждала, что после него можно вообще не проснуться, а я разом занюхнул столько…

М-да, любопытно получается.

Сделав несколько кругов по своей темнице, я сел и принялся анализировать ситуацию. Информации для построения каких-либо выводов было удручающе мало, но что-то мне подсказывало, что я не смог перенестись в Москву, и нас с Ариной взяли в плен.

Впрочем, я бы соврал, если бы сказал, что её судьба сильно меня волнует. Гораздо важнее то, что я смог восстановить ещё одно воспоминание! Правда, ясности оно совсем не добавляло… Очевидно, что я выпил эликсир вечной молодости. Точнее — его мне споила та фиалкоглазая волшебница, Сандра, чтобы вытащить с того света.

Хм… Интересно, кто она?

Меня очень сильно беспокоил и другой вопрос — почему я увидел именно это воспоминание? Если первое позволило мне более глубоко вспомнить о том, кто я такой, а второе показало, как удалось узнать о Владыке, то третье… Оно, по сути, просто продолжало «сюжетную» линию знакомства с Анкхом и того, о чём он мне рассказывал. Да, это был небольшой шажок вперёд, но… что в нём такого важного? Неужели эта колдунья?

Образ девушки вызывал во мне смешанные ощущения. Она мне нравилась — тогда, в воспоминании я чётко это осознавал. Нравилась, даже несмотря на то, что умела и как использовала свой талант. Но при этом теперь, вернувшись в реальность, я будто ощущал на языке привкус горечи, а в груди поселилась тупая и ноющая боль.

Я не думал, что это последствия неудачного прыжка, интоксикации или приёма слишком большой дозы паргона. Нет, физически я ощущал себя превосходно, как ни странно. Но вот душевное равновесие покачнулось, и в чём была причина, пока понять не удавалось.

Пожалуй, следовало сосредоточиться на текущих проблемах, но решить их без посторонней помощи я при всём желании не мог — так что принялся просто ждать.

К счастью, этот процесс затянулся ненадолго.

За мной пришли четверо. В какой-то момент стена напротив меня попросту растаяла, обнаружив за собой конвоиров. Здоровенные детины, одетые в невзрачные чёрные комбинезоны без нашивок. Матовые костюмы поглощали лучи света, и во мраке слабо освещённого коридора эти ребята выглядели массивными тенями.

Они тихо шагнули внутрь, рывком подняли меня на ноги и, нацепив наручники и ошейник, очень похожий на тот, что я видел в своём воспоминании, жестом велели выходить. Я не стал дурить и сделал, что требовалось. В коридоре ждал ещё один человек — высокий и очень худой. Он был одет в бесформенный балахон и странную маску, напоминающую морду жукоголового эмура. А может, это была его собственная голова?

Сотня фасеточных глаз разглядывала мое лицо не меньше минуты. Затем существо кивнуло конвоирам, и один из них пошёл вперёд. Второй подхватил меня под локоть и потащил следом. Я не сопротивлялся — сам мечтал поскорее выбраться из этой дыры. Двое других охранников держались по бокам.

Пройдя через длинный коридор и миновав несколько переборок, мы оказались в другом помещении. Прошли через длинный темный зал с большим количеством запертых камер по периметру. Из-за некоторых дверей доносилось бормотание, всхлипывания, иногда — крики. Это была тюрьма, и она оказалась до одури большой. Прошло немало времени, прежде чем меня выволокли из этого мрачного здания.

Тяжелая дверь со скрипом отворилась, и в глаза ударил яркий солнечный свет, а тело почувствовало ледяные порывы ветра. Я зажмурился, поёжился, и лишь спустя несколько секунд, проморгавшись, увидел, где нахожусь.

Широкий прямоугольник мощеного черным камнем и чуть запорошённого снегом двора был огорожен немалой высоты стеной — метров двадцать, навскидку. По углам возвышались вышки охраны, а в самом центре стоял небольшой вертолёт. Больше рассмотреть ничего не удалось — на голову практически сразу напялили мешок.

Спустя какое-то время, уже после того, как меня усадили в летательный аппарат и пристегнули, я почувствовал, что мы взлетаем. Задавать вопросы не стал — было очевидно, что скоро придётся оказаться там, где многое прояснится само собой.

Полёт был коротким — по моим прикидкам, не прошло и десяти минут. Как только мы сели, конвоиры вытащили меня из вертолёта и вновь куда-то повели. Резко потеплело. Я почувствовал запах цветов и хвои, также краем уха уловив множество возбужденных голосов где-то вдалеке. Впрочем, они быстро исчезли — сопровождающие завели меня в какое-то помещение, усадили на стул, пристегнули к подлокотникам и ножкам. Затем содрали с головы мешок, после чего удалились, оставив в полной тишине.

Параллель с воспоминанием напрашивалась сама собой. Интересно, к чему бы это?

Я огляделся, но сразу понял, что в комнате кроме двух стульев, и стоящего между ними стола нет абсолютно ничего. По периметру помещения были расположены точно такие же, как в камере, светильники мягкого белого света, но и только. Я попытался расслабиться и успокоиться, решив, что прежде чем паниковать и строить предположения, стоит дождаться дальнейших действий своих пленителей.

Просидеть в одиночестве пришлось недолго. Практически сразу после ухода охраны дверь за спиной снова открылась, и меня по плавной дуге обошел пожилой мужчина. Его длинное трехцветное одеяние было очень… выразительным. Фиолетовый, охряный и ярко-жёлтый цвета били по глазам после серости обстановки ничуть не хуже яркого света. Несуразный, жёсткий воротник прикрывал половину лица, а голову венчал высокий цилиндр.

«Ну отлично, — кисло подумал я, — Безумное королевство весёлого шляпника?»

Лицо посетителя выражало удовлетворение. Серые глаза слегка блестели, губы чуть искривлены в лёгкой усмешке. Сев напротив, человек внимательно посмотрел на меня, затем отстегнул свой огромный воротник, снял цилиндр, достал из внутреннего кармана широких одежд планшет и положил его на стол. У него оказалось самое заурядное лицо из всех, что я видел — обычный подбородок, слегка заострённый, лёгкая щетина. Чуть кривоватый нос с горбинкой, и (это надо признать) шикарная грива седых волос, рассыпавшихся по плечам.

— Полагаю, мне стоит представиться? — достаточно добродушно спросил он на чистейшем русском языке.

— Буду вам признателен, — решил столь же любезно ответить я.

Он усмехнулся.

— Джонатан Нобл, начальник секретной службы Свободных Каменщиков.

Меня будто окатили ледяной водой, когда я услышал должность старика. Предположение оправдалось — меня всё-таки сцапали американцы. Об этом человеке я слышал ещё на брифинге Разумовского. Глава секретной службы был кем-то вроде серого кардинала Каменщиков. Номинально он подчинялся лишь главе клана, и имел ничуть не меньшую власть.

Видимо, что-то такое проявилось на моем лице, потому что Джонатан слегка усмехнулся. Он положил на стол портсигар с зажигалкой, и щёлкнул пальцами. Удерживающие мои руки крепления отомкнулись сами собой. Очевидно, старик ничуть не опасался, что я наброшусь на него.

— Угощайтесь, Кирилл, — он кивнул на стол, — Нам предстоит долгий разговор.

Вообще, я не курил, и начинать не собирался. Но сейчас обстановка располагала тому, чтобы беседа сохраняла столь плавное течение беседы как можно дольше. Так что я достал из серебряной коробочки сигарету, подпалил её лежавшей там же зажигалкой и глубоко затянулся. Пальцы, выплясывающие словно перепивший водки паук, перестали дрожать. Мой собеседник тоже взял эту шикарную отраву и несколько минут мы молча курили, наслаждаясь дорогим табаком. Наконец, я не выдержал.

— О чем бы вы хотели поговорить, господин Нобл?

Он выдохнул в потолок тонкую струю дыма.

— Не надо прикидываться дураком, Кирилл. Расскажите мне о том, зачем вам понадобился мистер Смит, и где он сейчас находится?

Интересно он и правда не знает, для чего нам понадобился колдун, или это просто проверка?

— Это всё, что вас интересует?

— Нет, но начнём мы именно с этого вопроса. Итак?

— Я понятия не имею. Всего лишь выполнял приказ.

Джонатан грустно покачал головой и во второй раз щёлкнул пальцами. Моё горло мгновенно оказалось перекрыто, а ноздри будто закупорили. Не ожидав такого, я дёрнулся, выронив сигарету. Вдохнуть не получилось, и очень скоро я забился на стуле. Перед глазами заплясали звёздочки, а через десяток секунд всё вокруг потемнело.

Воздух попал в лёгкие также быстро, как оттуда исчез.

— Предлагаю оставить эти детские игры, — предложил Нобл, — Я, вопреки всем рассказам, не испытываю удовольствия от пыток. Вы же понимаете, что мы уже навели о вас справки, господин Снегирёв. Вы — прыгун, член клана Детей Перуна. В составе отряда из одиннадцати человек совершили налёт на поместье Кларка Смита и похитили его. Были задержаны со своей напарницей, Ариной Родионовой.

— Где она?

— Вопросы здесь задаю я, мистер Снегирёв.

— Ну тогда и отвечай на них сам, — я пожал плечами. Как уже говорил — судьба Арины волновала меня куда меньше собственной, но проверить, насколько я смогу вывести из себя этого человека, было нужно.

Снова удушье. Только на этот раз — куда дольше. На некоторое время я даже потерял сознание, но довольно быстро оклемался, получив по щекам несколько чувствительных ударов ладонью.

— Продолжим?

— Да, пожалуйста, — прохрипел я, прочистив горло, — Только вот что-то мне подсказывает, что вам очень нужен результат — и как можно скорее. Часики тикают, и кто знает, что за это время случится с господином Смитом? А я ничего не скажу, пока не буду уверен, что с Ариной всё в порядке.

Нобл сцепил пальцы, и внимательно посмотрел на меня.

— Вы, должно быть, плохо осознаёте ситуацию, Кирилл. Полагаете, наши менталисты не смогут покопаться в вашей голове? Мы выудим оттуда всё…

— Полагаю, что вы лжёте. Уверен, пока я валялся в отключке, вы не раз меня проверяли, но ничего найти не смогли. Знаете, я уже не впервые сталкиваюсь с таким вниманием к своей персоне, так что привык.

В яблочко! В глазах Джонатана промелькнуло удовлетворение. Сукин сын, неужели он ждал от меня чего-то подобного.

— Вы очень проницательны.

— Не так хорошо, как хотелось бы.

Нобл отправил с планшета сообщение, и через несколько минут те же самые ребята (или очень похожие на них) что притащили меня, ввели в комнату Арину. Она выглядела довольно неплохо — ни синяков, ни следов пыток, одежда целая.

— Как видите, с ней всё в порядке. А теперь… Я вас слушаю.

— Кирилл, ничего не говори!

— Помолчите, пожалуйста, иначе я буду вынужден заткнуть вам рот, — попросил её глава тайной службы. Девушка, дёрнувшись, словно от удара, всё же последовала его совету и замолчала, но её взгляд метал молнии.

— Что будет, когда я всё расскажу?

— Вернётесь в камеры. Мы продолжим разбирательство. Предъявим Детям Перуна обвинения и, вероятно, обменяем вас на господина Смита. Если ваш рассказ будет стоить того, конечно же.

Я сильно сомневался, что меня, первого за несколько сотен лет прыгуна, просто так отдадут обратно, но озвучивать эти мысли не стал. По идее, я нужен Разумовскому, и если Арину удастся вернуть в Москву…

Быть может, глава клана попытается меня вытащить? Не стоило делать на это слишком уж большую ставку, конечно, однако других вариантов пока не было, а торговаться нужно начинать прямо сейчас.

— Мне нужны гарантии, что нас оставят в живых.

— Вы не в том положении, чтобы что-то требовать. Сейчас вы можете либо рассказать мне то, что я и так узнаю через некоторое время, либо… — он многозначительно провёл пальцем по горлу, — Выбирайте.

Я молчал и, судя по всему, это нисколько не устраивало Нобла.

— Давайте я упрощу вам задачу?

Джонатан встал из-за стола, подошёл к Арине и нежно провёл рукой по её щеке. Девушка одёрнула голову, но старик неожиданно резво и сильно схватил её за челюсть, а затем повернулся ко мне.

— У вас будет всего одна попытка, Кирилл. Расскажите, для каких целей вы выкрали Кларка Смита из его поместья и где он сейчас находится. Если вы не сделаете этого через десять секунд, — он выразительно посмотрел на Арину, — ваша подруга умрёт. Один. Два. Три.

Это было… плохо. Я лихорадочно соображал, что делать. Молчать? Но зачем? Что мне даст эта бесполезная стойкость, кроме того, что Арина умрёт? Я этого совершенно точно не хотел. Подставить клан? Ну, откровенно говоря, мне было плевать и на это, своя шкура куда ценнее, чем мифическое наказание от Разумовского, которое не факт что последует.

Может, меня ещё раньше грохнут?

К тому же, Нобл уже каким-то образом выяснил, кто мы такие, и в самом начале встречи дал мне понять, что знает об этом. Так сыграет ли это роль, если я расскажу американцу о тех причинах, по каким мы здесь оказались? Думаю — нет.

Ладно, это всё патетика, но решать что-то надо, и чем скорее — тем лучше.

— Восемь. Девять.

— Хорошо, хорошо, я скажу!

— Правильное решение, — усмехнулся Джонатан, не отходя от Арины. Девушка вновь зарычала.

— Ничего не говори, Кирилл!

— Я тебе жизнь вообще-то спасаю!

— Он нас всё равно убьёт, ты не понима…

Щёлк! И у брюнетки будто выключили звук. Она продолжала открывать рот, но звуков оттуда не доносилось.

— Итак, теперь, когда нам никто не мешает…

Я скрипнул зубами. Вот сейчас действительно безвыходная ситуация. Точно такая же, как в последнем воспоминании, только на помощь Сандры в этот раз рассчитывать не приходится.

Чёрт!

— Руководство нашего клана выяснило, что мистер Смит финансировал ячейку ренегатов на территории Москвы. Они организовали для него сбор энергии нашего Истока, а также оформили какой-то ритуал призыва. Не спрашивайте, я не силён во всех этих пентаграммах, говорю то, что сказали мне.

— Ритуал призыва?

— Да. Через алтарь в своём поместье он отправил энергию вашего Истока в Москву, смешал её там с нашей, и призвал какую-то тварь из Нави. Теперь она бродит по территории Детей Перуна. Нас отправили, чтобы мы выяснили личность колдуна.

— Хм…

Нобл выглядел озадаченным. По всей видимости, он не знал о том, что я сейчас ему рассказал. На лице Арины же читалось разочарование и злость.

— Что ж, это многое объясняет… — произнёс Джонатан, и одним резким движением свернул брюнетке шею. Её тело мгновенно обмякло.

— Нет! — крикнул я и рванулся вперёд, отбрасывая стул, но воздух тут же снова перекрыли. Я рухнул на пол, почувствовав, словно помимо этого кто-то сдавил мне сердце изнутри.

Сознание захлёстывала ярость. Этот ублюдок обманул меня, и убил Арину! За что?!

К моменту, когда я снова смог дышать, труп девушки уже утащили. Меня снова усадили за стол, а на руки вновь нацепили наручники.

— Зачем вы это сделали?

— Она была бесполезна. Менталисты не смогли пробиться через её защиту, и ваша подруга, как вы сами видели, наотрез отказалась сотрудничать. Вы также правильно заметили — я хочу как можно скорее разобраться с этой ситуацией. Но лишние хлопоты в таких делах совершенно ни к чему.

— Но зачем…

— Чтобы донести всю серьезность моих намерений. Ваш отряд совершил серьёзное преступление, единственным наказанием за которое может быть только смерть. И неважно, что вы выполняли приказ — это вы убили нескольких наших магов, нарушили международный Кодекс, устроили налёт на поместье члена Совета нашего клана и выкрали его. Вам за это и отвечать. Вам, а не Великому Магистру. Страдают всегда рядовые солдаты, вам ли об этом не знать?

— Вы не собираетесь меня отпускать, верно?

— Вернуть в руки наших врагов прыгуна, вы серьёзно? — губы Нобла тронула лёгкая ироничная улыбка, — О нет, дорогой мой, об этом не может быть и речи. Мы тщательно исследуем вас, а потом… Вас будет ждать заслуженное наказание. Никому, — его глаза потемнели в одно мгновение, — Никому не позволено вести себя так по отношению к нашему клану. И поверьте — я постараюсь сделать всё, чтобы другие маги об этом узнали.

* * *

Меня вернули в ту же самую камеру. Ни еды, ни воды, ни энергии, ни внятных перспектив, кроме смерти. И ещё Арина…

Мне было жаль своего куратора. Правда жаль, даже несмотря на все те методы контроля, которые она и Разумовский практиковали по отношению ко мне. Понятно, что они преследовали свои цели, но… Такой участи, какой удостоилась Арина, никто не заслуживает…

Брюнетка была права. Стоило мне открыть рот — как вожжи управления ситуацией попали в руки Нобла. Седой гавнюк!

«Он просто не оставил мне выбора! Он убил бы её в любом случае!»

Я пытался оправдать себя, и знал это. Но это была обычная реакция человека, оказавшегося в подобной ситуации. Скоро это пройдёт, главное — не фиксировать на произошедшем внимание. Так можно развить комплекс вины, а я не был виноват перед Ариной. Не был.

«Но ведь ты предложил этот план с налётом» — раздался мерзкий голос внутри — «А она была против».

«Заткнись!»

«Ты знаешь, что это твоя вина, Кальн. Занял чужое тело, получил чужую жизнь в чужом мире, а теперь пытаешься сделать вид, что так и должно было быть?».

Я закрыл глаза и спрятал лицо в ладонях. Прекрасно, кажется, распад личности спровоцировал шизофрению… Или это изрядная доза паргона подкинула такой сюрприз?

Понятно, что каждый из нас ведёт диалог сам с собой. И обычно это совершенно нормально. Проблемы начинаются в тот момент, когда твой внутренний собеседник начинает подкидывать реплики, о которых ты даже не думал.

Надеюсь, это всего лишь моё воображение…

Я не знаю, сколько пришлось просидеть в этой камере. По внутренним ощущениям и чувству голода казалось, что по меньшей мере — сутки.

За мной никто не приходил. Никто не приносил еду, не уводил меня на допросы, не пытал. Я знал, что это будет продолжаться недолго, но сделать всё равно ничего не мог. Ноль энергии, да и экранирование в этой темнице наверняка не позволило бы мне прыгнуть отсюда.

Оставалась лишь надежда на браслет-пиявку, однако, вспомнив слова Арины о Пекле, я понял — эта надежда весьма эфемерна. Думаю, американские маги подходят к вопросу безопасности своих учреждений ничуть не менее скрупулёзно, чем Дети Перуна.

А значит — хрен кто меня обнаружит…

Через какое-то время я уснул. Забылся тревожным сном, лёжа на холодном полу. В грёзах ко мне приходили разные образы — Арина, Маша, Сандра, Анкх, Обломанный ноготь, Разумовский, Мастер, Марфа, Смирнов, Лариса, Рус, Хакси. Часть «посетителей» оставалась неясной, словно скрытой густым туманом, и несколько раз я просыпался в холодном поту — только для того, чтобы через некоторое время снова провалиться в этот липкий мир образов и воспоминаний.

Несколько раз показалось, что сквозь пелену сна меня кто-то зовёт, и поэтому когда проснулся, я не сразу понял, что слышу голос в реальности.

— Кальн…

— Кто здесь? — я покрутил головой, и увидел, как на противоположной стене появилось небольшое отверстие. За ним висел густой мрак.

Я встал и подошёл к образовавшемуся провалу. Нечего было и думать туда пролезть — я бы с трудом смог просунуть в появившуюся дырку кулак.

— Кальн…

— Кто ты? — прошептал я, понимая — этот человек называет моё настоящее имя.

Имя, которое на Земле никто не знал.

— Это неважно, вор.

— Мне — важно.

— Твои заботы, твои печали, — прошелестел голос. Он был тихим и бесцветным.

— Пришёл поглумиться? У меня, знаешь ли, не то настроение, чтобы шутить. На носу опыты, а после — смертная казнь.

— О нет, вор. Я не дам тебе умереть. Ты нужен Владыке живым.

— Откуда ты знаешь?… — спросил я, снова покрывшись потом.

— Маги не могут забраться в тебе голову. А я могу, и знаю, что ты должен найти. Знаю всё, что ты скрываешь, и помню всё, о чём ты забыл. Я искал тебя, Кальн. Очень долго искал. И, наконец, нашёл.

— Зачем?

— Чтобы убедиться, что ты выполнишь то, зачем тебя освободили из Лимба.

— Сейчас это сделать будет затруднительно, — заметил я, стараясь не сорваться и не засыпать неизвестного собеседника вопросами. И так уже понятно, что он прекрасно осведомлён о моей личности, а время на разговор может быть ограничено, — Сомневаюсь, что меня отсюда выпустят.

— Не выпустят, — согласился невидимый собеседник, — Но я помогу тебе.

— Ты вытащишь меня?

— Не сейчас. Здесь мощная защита, и сломать её я не в силах. Нужно подождать, когда ты окажешься снаружи.

— И когда это случится?..

— Просто будь готов. Ты поймёшь.

Проём исчез также неожиданно, как и появился. Я потрогал стену в том месте, где секунду назад зияла чернота и ничего не почувствовал.

Так-так, интересно получается… Видимо, Владыка подстраховался, и решил отправить за мной надзирателя?

Что ж, очень надеюсь, что он сможет мне помочь…

Конец первой части.

Друзья, если вам понравилась книга, ткните пожалуйста сердечко и напишите комментарий. Вам не сложно, а мне — приятно)

Вторая часть уже доступна по ссылке — https://author.today/work/138596

Content

Соломенный Илья История вора

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20