Стоун Милана

Ты не навсегда

Ты не навсегда

Милана Стоун

Пролог

Сажусь на подоконник, перекидывая ноги через него, ощущаю холодный ветер и страх, который тягучей смесью протекает по моим венам, отдаваясь дрожью в руках.

Ступая ногой на карниз, тянусь к своему рюкзаку, как кто-то хватает меня за локоть и со всей силы тянет назад. Я теряю равновесие и падаю спиной прямо на пол.

Черт, а это довольно больно!

Перевожу взгляд на того, кто это сделал и вздрагиваю, встречаясь с озлобленными, налитыми кровью, глазами своего отца.

— И куда же ты собралась, дорогая? — прищуривается, осматривая меня с головы до пят. Голос тихий, но это даже хуже, чем, если бы он кричал.

Молчу, потому что он итак знает, к кому я хочу пойти.

И для него это проблема №1!

— Что же ты молчишь? Раньше ты всегда любила открывать свой грязный рот, когда тебя и не просили. Я ещё раз спрашиваю. Куда ты собралась? — в глазах недобрый огонёк. И только сейчас замечаю, что отец сильно пьян.

— Я иду к нему! — громко. Четко. Набравшись смелости, говорю, ставя перед фактом, медленно поднимаясь с пола, вставая в оборонительную, уверенную позу, руки сжимаю в кулаки, от чего ногти врезаются в кожу, и эта боль приносит успокоение. — Это моя жизнь, и я не позволю никому мной управлять! Ты не имеешь право!

Он даёт мне звонкую пощечину, после которой моя правая щека начинает гореть. Во рту появляется вкус железа, возможно от прокушенной щеки.

Мерзко.

Меня тошнит от моей семьи, раньше не знала, с какими монстрами я живу.

— Какую же дрянь я воспитал! — вот теперь начитает кричать, да так, что его крик звоном отдаётся в моих ушах. — Мы всегда тебе давали все самое лучшее! Ты хотела себе дорогие шмотки и безделушки, мы без проблем тебе все покупали! Одна разбитая тобой машина была заменена другой. Мы закрывали глаза на все твои выходки, вечные вечеринки и алкоголь, да и не только!

Холодок пробегает по моей спине от осознания, что он знает многое.

— Не нужно на меня смотреть таким удивленным взглядом, твои анализы все говорят за тебя. И мы все ЭТО стерпели! И сейчас ты решила этим отплатить нам за нашу заботу о тебе?

— Прошу, отец, отпусти меня... — не выдерживая, подбегаю к нему, хватая за плечи, сильно сжимая, смотрю в глаза, надеясь получить его понимание.

— Мне безразличны твои чувства к этому сосунку. Я разочарован в тебе, дочь, — одергивает мои руки, отворачивается, отходя от меня, и останавливается у входа, тяжело вздыхая. — На следующей неделе приезжают Торресы, и ты, наконец, сможешь познакомиться со своим будущим мужем! И только посмей устроить какую-либо выходку, тебе это дорого обойдётся! Я тебя предупредил.

Нет, Господи, НЕТ. Я не смогу этого сделать.

Крик боли сам вырывается из моего израненного сердца, неужели может быть ещё больнее? Почему? За что?

Падая на колени, захлебываясь в своих слезах, не могу найти выход из этого ада.

Я ненавижу этих людей… этот дом… эту ситуацию! Они забирают у меня самое драгоценное, предлагая мне взамен грязь.

Лежа на полу, смотря в потолок, я думала о том, как бы было здорово, просто проснуться и понять, что встреча с НИМ была просто сном.

Блаженным, волшебным сном, ничего большего. И продолжить жить, как жила до этого. Так легче. Не было бы настолько больно.

Глава 1

Двумя месяцами ранее.

Как я ненавижу эту гадину Мисс Престон. Нашу гувернантку, которая обязательно влезет, куда ей не нужно! С самого детства она для меня была Главной Занозой в Заднице.

— Робертина, это правда? — отворачиваю взгляд от нее, переводя его на свою мать, Адель Пауэлл, которая смотрит недоверчивым взглядом.

Так удивлена, что даже перестала жевать эту траву, которую она называет салатом.

Рядом сидит отец, который даже не вникает в суть разговора, читая в планшете утренние новости… ему как обычно нет до таких мелочей никакого дела.

— Адам, ты знал?! — обращается к нему, отчего он все же отрывает взгляд от планшета, переводя на свою жену. — И ты позволил?! Это же немыслимо! — взвизгивает так, что уши на мгновение закладывает.

Очень громко. Моя голова не может переносить такой громкий звук после вчерашней мега-гулянки.

— Вы правы, Миссис Пауэлл! Молодые девушки не должны себя так вести! — поддержала мать, гребанная гувернантка! Старуха постоянно это делает, возможно, чтобы просто вывести меня из себя, и это ей замечательно удаётся. — Снять клуб и заказать стриптизеров… разве так празднуют своё восемнадцатилетние нормальные девушки? — выдаёт она, нахально смотря мне прямо в глаза, ехидно улыбаясь.

— Мисс Престон, ваше мнение никому здесь не интересно, поэтому прошу вас оставить нас, пойти и заняться своими обязанностями, за которые мы вам платим! — уверенно заявляю, ставя прислугу на свое место.

Знаю, что мне за такое обращение ничего не будет. Да и за что меня ругать, когда полностью права в данной ситуации.

Прислуга должна создавать комфорт дома, а не раскрывать свой рот, когда не просят. Хоть она и работала на нас ещё до моего рождения, но это не даёт ей никакого права вести себя так неуважительно к хозяйке дома!

Она понимает, что все же ляпнула лишнее, быстро ретируется из кухни, кидая последний ухмыляющийся взгляд. Гадюка, ждёт не дождётся, когда съеду из дома, поменяв место жительства.

После её ухода даже дышать стало намного легче.

Сегодня выходной и у меня ещё много дел, и, как уже разболтала наша гувернантка, у меня действительно намечалась грандиозная вечеринка на следующей неделе, и подготовка идёт полным ходом.

Я собираюсь знатно так погулять. Мне можно. И даже нужно!

Месяц назад я окончила школу… с отличием, спасибо папочке! Но самое главное событие произойдёт уже через три месяца.

Я выйду замуж!

Что я чувствовала, когда узнала о приближающемся замужестве?

Была чертовки рада! Ведь мой будущий муж невыносимо богат. О чем же ещё может мечтать девушка моего возраста, как не о перспективном замужестве?

Я его ещё даже не видела, но уже была не против него, хотя меня и не спрашивали, хочу ли этого.

Но конечно приняла такую замечательную новость с радостью.

Почему бы и нет? Не верю в любовь, и бла-бла-бла. Этими соплями заняты только конченные дурачки. На самом деле это просто обычное слово, но люди так назойливо пытаются придать ему важность, обманывая самих себя.

Глупцы.

Глава 2

В нашем мире все строится только на денежной основе. Только они имеют значение. Любовь придумали бедняки, ведь им больше нечем себя потешить, кроме как чувствами.

А я считаю, если у мужчины имеется толстый кошелёк, он уже желанен для любой девушки! Ведь он сможет обеспечить полностью свою женщину и детей, дать им красивую, такую желанную для любого человека жизнь.

Но таких ценных экземпляров слишком мало и мне неимоверно повезло!

Однако пока я не вышла замуж, собиралась хорошо нагуляться. Конечно, я не собираюсь после замужества сидеть дома, а буду так же веселиться, только немного потише, так, чтобы муж не узнал.

Да и сама буду закрывать глаза на его развлечения.

Прекрасно понимала, что такой мужчина не будет мне верен, да меня это и не особо расстраивало, ведь если он занят любовницей, то у меня будет больше свободного времени на саму себя.

Шоппинг, вечеринки и новые знакомства! Мое будущее будет просто идеальным.

— Ты слушаешь меня? — мать хлопает своей рукой по плечу, возвращая обратно на землю из моих мечтаний о прекрасном, светлом будущем.

— У тебя сегодня примерка платья в четыре, надеюсь, ты не забыла? — спрашивает, конечно, я не забыла!

Как можно забыть о примерке платья стоимостью как наш дом.

А мы были далеко небедными, между прочим. Я каждый день засыпаю с мыслями о моем белом, шикарном плате, сделанным под заказ в Париже, расшитым бриллиантами!

Мой любимый жених выполнил мою небольшую прихоть, не скупясь деньгами на такое платье и десятки других дорогих подарков.

— Конечно, я не забыла! Как тебе вообще такое в голову пришло? — фыркаю в её сторону, потому что она действительно сказала неимоверную глупость!

— Жду не дождусь, когда мы его увидим! — мечтательно выдаёт Адель, чем привлекает внимание отца, смотря на неё недобрым взглядом.

Да, мы с матерью одной крови, сильно падкие на дорогие вещи.

Она, как и я, признает только фирменные, дорогостоящие безделушки. И отец, конечно, одаривает её, но это не придел мечтаний.

Моя мать бывшая модель, а отец старше ее на двадцать лет, поэтому сразу понятно, на чем держался их брак.

Любви тут не было.

Уважение и расчёт.

Не знаю, изменяла ли мать, но мы обе знали, что иногда у отца появлялись любовницы, но именно в такие периоды мы получали самые лучшие подарки, он как бы извинялся, что не уделял нам должного времени.

Но быстро нагулявшись, возвращался к жене, и все вставало на свои места.

Для меня это было эталоном отношений.

Именно так все и должно быть. Именно так, я надеюсь, будет у меня!

А главное, мы же все счастливы и живём душа в душу все время и почти не ругаемся, я редко слышала, чтобы они ссорились, даже припомнить не могу, когда такое было.

Глава 3

— Оно просто восхитительное! Повернись. Ты будешь самой красивой невестой! — заявила Лекса, моя давняя подруга.

Пробегает придирчивым взглядом, смотря явно с завистью, нутром чувствую, как она съедает ее, да я сама себе позавидовала!

Я буду самой красивой невестой, это прямо в точку. Когда увидела своё платье, у меня просто перехватило дыхание. Оно было настолько великолепным, что я боялась просто притронуться к нему.

Сделанное из дорогого шёлка, расшитое маленькими блестящими брюликами, сверкало ярче звёзд. Я не видела ничего прекрасней до этого.

Сидело на мне просто идеально, оно создано специально для меня.

Смотря на себя в зеркало, испытывала столько разных чувств, боясь, что могу упасть в обморок! Меня даже подташнивало от волнения.

— Детка, я завидую твоему жениху, ты выглядишь восхитительно! — Том обнимает меня за талию сзади, притягивая к своему стальному прессу.

Проводит губами по моей голой шее, оставляя несколько поцелуев, смотрит мне в глаза через зеркало.

Мой нынешний парень, высокий, темноволосый, у нас осталось так мало времени.

Возможно, мне стоило бросить его, как только узнала о предстоящей свадьбе, так было бы правильнее. Так бы сделала хорошая девушка.

Как хорошо, что я далеко не такая.

— Хочу полакомиться тобой прямо в этом платье, чтобы на свадьбе ты вспоминала обо мне, когда будешь стоять рядом с ним. Пойдём, — толкает меня в сторону раздевалки, но я не поддаюсь ему.

Разворачиваюсь в его сторону, захватывая его мягкие губы в жаркий поцелуй.

Его рот умеет делать восхитительные вещи, именно поэтому я обратила на него внимание.

Отстраняюсь первая, разворачиваясь обратно к зеркалу, рассматриваю себя более тщательно.

— У меня нет настроения. Мне нужно ещё сходить с матерью по делам, поэтому, увы. Увидимся вечером, — говорю удивленному парню, перечить он мне не стал, как обычно, хотя выглядел недовольным.

— Моих родителей сегодня не будет. Я заеду за тобой в десять, и мы поедем ко мне, — целует в щеку, показывая хищную полуулыбку.

Другая бы девчонка упала в обморок от такого красавчика… и такого интересного предложения. Но не я.

— Том, ты же знаешь, что мы не будем спать! А просто так сидеть у тебя дома и смотреть глупые фильмы, я не имею ни малейшего желания. Поэтому пойдем сегодня в бар. Я хочу веселья! — строго, с нотками раздражения.

Пытаясь вернуть его с небес на землю. Он с самого начала знал, что никакого интима у нас не будет, но иногда все же пытался меня к нему склонить.

Я хоть и блондинка, но далеко не дура. Не сплю с парнями.

Я была не святой девушкой, но это было моим главным правилом. Это достанется только моему мужу, эдакая карточка «хорошей девочки».

Я наслышана, что мужчины постарше таких любят, вот я и решила, что, когда на горизонте появится золотая жилка, я кину свою наживку. Это будет очком в мою пользу.

— Как скажешь, — грубо выдаёт мне Том, разворачиваясь, кивает Лексе, и они вместе уходят из салона.

Неотрывно продолжаю смотреть в зеркало, восхищаясь этим творением искусства.

Я уже вижу себя со стороны, как я блистаю в своём шикарном платье, как сходят с ума от зависти мои знакомые, десятки журналистов и фотографов, щебечущие и снимающие меня.

Это будет великолепно.

И это произойдёт уже совсем скоро!

В отражении вижу девушку консультанта, которая несет мне еще одну бутылку шампанского, которую я попросила.

— Ну неужели! Я уже думала, не дождусь. Удивлена, что в лучшем свадебном салоне Портленда такое ужасное обслуживание лучших клиентов, — раздраженно, потому что действительно долго ждала, неужели настолько сложно выполнять свою работу?

— Прошу прощения, мисс Пауэлл, произошло недоразумение...

— Мне глубоко плевать, что у вас там произошло. Клиент не должен так долго ждать! И я все ещё жду свой бокал, — поворачиваясь к этой нахальной шатенке, которая посмела мне возразить, смотрю на неё выжидающе.

Судя по внешности, девушка молодая и, скорей всего, работает здесь не долго, но мне было на это все равно, она должна выполнять свою работу как следует, а не кое-как.

Ей ещё повезло со мной, другая бы пожаловалась её начальнику.

Она неуклюже пытается открыть бутылку шампанского, и я только собралась отойти на безопасное расстояние, как неожиданно вылетает пробка от бутылки и ударяет меня прямо в лицо, от чего я его запрокидываю и отшатываюсь на несколько шагов назад.

Сначала у меня произошёл шок. Непонимание. А после ужасная боль в области носа.

Смотрю на испуганную девушку, а она смотрит на меня, так проходит несколько секунд.

Я прижимаю ладошку к носу и чувствую, как из него струится кровь, она просачивается через мои пальцы, гляжу вниз и вижу, как она заливает мое платье, но боль настолько неприятна, что сейчас мне все равно на него.

— О, Боже! Что ты стоишь, как истукан? Помоги ей снять платье! — перевожу взгляд в сторону звука, замечая свою мать, которая уже подбегает ко мне.

Они обе пытаются снять с меня чертово платье, кружась около меня как надоедливые мухи. Замечаю ещё людей, которые сбежались на их крики.

Шоу продолжается, мать вашу!

Когда им все же удалось снять с меня его, они продолжали кружиться около.

Я смотрю на своё шикарное платье и понимаю, что оно испорчено. Кто-то передаёт мне коробку с салфетками.

Я беру уже открытую бутылку шампанского и сажусь на диванчик, пытаясь остановить поток крови.

— Все вон! Пошли к черту отсюда! — ору нечеловеческим голосом, от чего все рядом стоящие люди сначала замолкают, после ретируются кто куда.

Пытаюсь отхлебнуть из бутылки, морщусь от боли, запрокидывая голову, кладя её на мягкую спинку белого кожаного дивана.

Потолок был зеркальным, и я во всей красе видела своё опухшее, окровавленное лицо. Начинаю истерично смеяться.

Это все какая-то шутка? Что, мать вашу, сейчас произошло?

Со мной никогда не происходило подобного, всегда все шло по плану.

А сейчас я сижу с разбитым носом и испорченным свадебным платьем.

Интересно, что ещё судьба подарит мне в ближайшее время?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 4

— Какого фига? — удивленно восклицаю, роняя стакан с мартини на пол.

Я смотрю на картину перед собой, и осознание происходящего никак не складывается в моей голове.

До этого момента все было просто идеально. Я отмечала свой день рождение в клубе, в кругу своих друзей.

Хотя нет, скорее знакомых. Более сотни людей собралось на моей вечеринке.

Многих я видела впервые, но меня это никак не волновало.

Я же не могла знать всех, а вот меня знали многие и каждый из них хотел быть в моем окружении.

Все шло идеально по плану. Все веселились и поздравляли меня, многие принесли подарки. Я была счастлива, и ничего не предвещало беды.

Например, Том подарил мне шикарное дорогое колье, которое так хорошо смотрелось на моей шее, а теперь в туалете мял мою лучшую подругу Лексу.

Мне и моим подругам, с которыми мы пошли в дамскую комнату, предстала замечательная картина соединения двух тел в порыве страсти.

Лекса стояла полу боком на кожаном чёрном диванчике, Том поставил мою подругу на четвереньки и дико...

И, о боже, они даже не додумались закрыть дверь на замок! Данное представление можно было описать, как волнующее и возбуждающее, если бы оно не было так иронично.

Лучшая подруга и парень.

Все как в моих любимых мелодрамах.

В данной ситуации я просто не знала, что делать и как должна была отреагировать.

Подбежать и втащить Лексе, и представить такое интересное шоу своим знакомым? Или же психануть и убежать в слезах?

Я начинаю отчетливо слышать смех и щелканье смартфонов, понимаю, кто-то начал съемку и ждёт моих дальнейших действий.

Не дождутся.

Разворачиваюсь на своих высоченных каблуках и покидаю этих людей, оставляя все позади.

Во мне даже ничего не вздрогнуло от предательства близких людей. А были ли они близкими? Сейчас я чётко осознаю, что нет.

Мне плевать на них, как и на всех остальных.

Прохожу мимо удивленных от моих действий гостей, они думали, что я буду устраивать скандал, но их надежды не оправдались.

Плевать. Мне было совершенно безразлично, что обо мне могут подумать другие, и о чем они начинают шептаться у меня за спиной.

Крысы. Никто не посмеет сказать мне что-либо в лицо.

А вот я всегда любила ткнуть в грязь любого, кто мне хоть немного не нравился.

Ночь становится все жарче, чувства оголены, я отдаюсь музыке, которая орет в моих ушах, танцуя под дикий ритм.

В голове словно расплавились мозги и тягучей смесью пульсируют, принося чувства дикой радости и эйфории. И главное — гармонии, сейчас все идеально.

Я любила эти ощущения. Впервые попробовав их с год назад, сейчас уже не могла отказаться от него, ведь как только я отдавалась им, все проблемы забывались, и я чувствовала счастье.

Оно просто переполняло меня, лилось по моим венам, попадая прямо в мозг. Хотелось близости. Прикосновений кожа к коже.

И я нашла утешение в руках одного танцующего сегодня в клубе мальчика.

Прижималась к нему настолько тесно, что между нами не оставалось и миллиметра незаполненного пространства.

Он окружил меня, обдавая своим мужским ароматом и жаром. Неприличные движение наших тел под громкую музыку и наши рты, приклеенные друг к другу, пробуя, вкушая, наслаждаясь.

Глава 5

Стакан. И я перестаю понимать происходящее.

Шумно, кто-то кричит, дергает на себя, ведёт куда-то.

Я спотыкаюсь и падаю на колени, но неизвестный резко меня поднимает и вот, в следующее мгновение, ощущаю холодный ночной воздух, от которого я чувствую проходящие по моей коже мурашки, что немного отрезвляет.

Сфокусировав взгляд на моем спутнике, вижу озлобленный взгляд Тома, который, поднимая свою руку, даёт мне жесткую пощечину.

— Знаешь, а я даже рад, что ты, наконец, увидела нас с Лексой. Я уже думал, когда это уже произойдёт. Но ты даже ничего не сделала! Не сказала! Пошла тереться о других мужиков и, если бы я тебя не забрал, ты бы дала ему, ведь так?! — спрашивает настойчиво.

Но его слова почему-то приводят меня в дикий смех.

Неужели он ревнует?

— Ты сейчас это все серьёзно? Ты мне никто, просто развлечение до замужества, и не нужно на меня так смотреть, ты сразу знал, на что шёл. И если будешь хорошим мальчиком, я, возможно, прощу тебе измену.

— А знаешь, что? Я думал, что люблю тебя, но сейчас понял, что нет. Как можно вообще любить такую тварь, как ты? — подходит вплотную, сверля меня злобным взглядом, в котором просвечивается безумие, зрачки расширены.

Возможно, он тоже под наркотой, что не есть хорошо.

— Ты красивая снаружи, но внутри ты вся прогнившая. Обёрнутая в дорогие шмотки, ядовитая гадюка... холодная и склизкая. Ты думаешь, что кому-то нужна? Ты глубоко ошибаешься. Каждый человек, который явился к тебе на день рождение, ненавидит тебя! Все шепчутся у тебя за спиной, и каждый хочет увидеть твоё падение, а ты наивно думаешь, что королева, как бы не так. Ты эгоистичная дура и люди видят это. И знаешь, что? — смотря в глаза с отвращением, плюет прямо у моих ног.

— Мне искренне жаль твоего жениха, что ему достанется такая пустышка, как ты! — отслюнявливает грубо и покидает меня, оставляя одну на парковке.

Оставляя меня в недоумении и растерянности.

Да как он посмел со мной так разговаривать?! Кто он и, кто я! Тупоголовый, стероидный спортсмен, он должен быть благодарен мне, что я вообще обратила на него своё внимание.

И ещё эта дура Лекса! Как она посмела забрать у меня из-под носа моего парня?

Моего! Никто не смеет забирать ничего у Робертины Пауэлл. А кто посмеет перейти мне дорогу, тот дорого заплатит за свои поступки.

Я заставлю страдать обоих!

Найдя глазами свою красную малышку, которая верно дожидается меня, иду к ней, пошатываясь и спотыкаясь на высоченных шпильках.

Сажусь, завожу двигатель моей спортивной машины и трогаюсь с места.

Еду на дикой скорости по ночному Портленду, обдумывая произошедшее, приходя к выводу, что он не прав, да мне вообще плевать.

Мои плохие поступки — это мои поступки! Я проживаю жизнь, как хочу. Как позволяет мне мой статус, деньги моих родителей и совесть. И мне глубоко насрать, что им всем это не нравится.

Крысы всегда завидуют. Они все мечтают оказаться на моем месте, каждый из них.

Включаю музыку на полную, наслаждаюсь тяжелым роком, который всегда любила, подпеваю, пытаясь перекричать. Отрываясь в одиночестве, получаю не меньший кайф.

Они не испортят мне мой день!

Песня переключается, и я слышу звон приходящего уведомления на телефоне.

Тянусь к сумочке, пытаясь его достать, тем временем сворачиваю на выезд из города. Есть у меня полюбившееся место на озере и сейчас я хочу именно туда.

Разблокировка экрана, перехожу по уведомлению в Инстаграмм. Открывается фотография, на которой я отмечена с двумя мужчинами, которые приклеились ко мне как банные листы, подпись Лексы «Наша Королевская Ш…», сотни просмотров и комментариев.

Слезы сами по себе вырываются наружу, застилая мне весь обзор. Выкидываю телефон в окно, набираю скорость и начинаю кричать. Черт.

Теряю управление автомобилем, с огромной скоростью слетаю на обочину, пытаюсь удержать руль, но он буквально выбивает мои руки.

Удар.

Звон в ушах. И приходит дикая боль. Виски пульсируют, а глаза заливает кровью. Открываю дверь и вываливаюсь из машины, пытаясь немного прийти в себя. Мне нужна помощь, но никого нет рядом. Я ищу глазами хоть кого-нибудь, но тщетно. Я одна.

А потом темнота.

Глава 6

Я слышу щебет, тихое, ненавязчивое звучание, которое создаёт эффект некого спокойствия, и я тону в нем, лечу вместе с этими свободными птицами в далекую страну, все же понимая, это всего лишь иллюзия, но какая же она привлекательная.

Так и хочется ухватиться за неё и никогда не отпускать, оставить все и просто уйти.

Но я открываю глаза, возвращаясь.

Думала, что все это было всего лишь страшным, мерзким сном. Но нет. Это все было по-настоящему.

В глазах странно двоится и кружится, не могу сфокусировать нормально взгляд, все вижу словно через запотевшее стекло, только очертания.

Много белого цвета, светит солнце, которое давит на глаза до некой рези, от чего я начинаю щуриться, моргая много раз, пытаюсь привести в порядок зрение.

Постепенно просыпаются другие чувства, и я начинаю ощущать адскую боль по всему телу, словно я вся — один большой синяк!

Нет такого участка тела, которой не пульсировал от боли, казалось, даже мои волосы болели!

Но больше всего трещала голова, и это было не похмелье, а что-то другое, ранее мне не изведанное.

Дотрагиваясь до головы, морщусь и чувствую под своими пальцами некую ткань, осознавая, что она перебинтована.

Воспоминания прошлой ночи постепенно начинают всплывать в моей тяжёлой голове.

Клуб. Том с Лексой, твари!

Тот дурацкий танец с стриптизерами. Ссора с Томом. Машина, скорость.

Фотография в профиле Лексы. Черт. Дальше темнота. И щебет птиц.

Но сейчас понимаю, что до сих пор его слышу, понимая, что этот звук исходит из колонок в больнице, в которой я нахожусь.

Я как-то здесь уже лежала. Медсестры обычно включают звуки природы в палатах больных.

Смешок вырывается из моей груди, принося укол боли. Иллюзии привлекают нас тем, что избавляют от внутренних страхов и в качестве замены приносят удовольствие. Но это все фальшь. Они разбиваются в дребезги, когда возвращается реальность. Когда ты возвращаешься.

— Рад, что ты пришла в себя, — говорит приятный мужской голос, привлекая все мое внимание.

Щурюсь, приглядываясь, кто ко мне пожаловал.

Доктор проходит в мою палату, закрывая за собой дверь, беря рядом стоящий стул, садится рядом с моей кроватью, держа в руках белую папку, осматривая меня с ног до головы.

— Что со мной произошло? — спрашиваю вполне обычный вопрос, который интересует меня больше всего.

— Ты попала к нам в больницу после аварии, сегодня в четыре утра, тебя привезла семья, которая случайно проезжала мимо, — спокойно рассказывает произошедшее сегодня ночью, словно такое случается каждый день.

— У тебя множество ушибов, но переломов нет. Сотрясение мозга. Но я считаю, что тебе ещё повезло. Люди, которые привезли тебя, говорили, что авария была серьёзная, и боялись, что ты умерла, так как лежала без сознания, — спокойно, будто мы обсуждаем погоду за окном, а не мое состояние.

— Итак. Хочу задать тебе стандартные вопросы, чтобы понять тяжесть травмы головы, — он что-то записывает, осматривая меня внимательно, поправляет свои очки. — Ты помнишь своё имя и какое сегодня число?

— Да. Эмм... Робертина Пауэлл. Сегодня четвёртое июля. Вчера мне исполнилось восемнадцать лет, — продолжает записывать и черкать что-то.

Зрение постепенно начинает возвращаться, и я уже могу лучше разглядеть своего лечащего врача. Мужчине лет сорок, неприметная внешность и проглядывается явная плешь, которую он пытается скрыть, зачесывая волосы назад.

Лучше бы не видела.

— Как вы себя чувствуете, опишите подробно.

— Черт, так, словно по мне проехал мусоровоз, как же ещё?! Что за глупые вопросы? — прихожу в ярость, прикрикивая на доктора, резко ощущая дикую боль в голове. — И дико болит голова. Неужели нельзя это прекратить? Почему я так мучаюсь?

— Мисс Пауэлл, мы сделали, что смогли, а чувствовать боль — это нормально после такого, — хмурясь, смотрит он, явно недовольный моим обращением.

Ну, пускай привыкает... я всегда такая, милый!

— В вашей крови мы обнаружили большое количество подозрительных веществ, что вы на это скажите? — ошарашивает меня своим грубым вопросом, что за наглость!

— А это, я вам скажу... не ваше дело! — удивленно моргаю, не понимая, с чего он решил влезть в мои дела. — Вы выполняйте лучше свою работу, мистер... а не важно!

— Как скажите, это не мое дело. С этим пусть полиция разбирается, — нервно поправляет очки, явно не ожидал, что я поставлю его на место.

Я не обязана перед ним отчитываться, он всего лишь доктор, тем более, я знаю, в какой клинике нахожусь, уверенна, мои родители уже отвалили неприличную сумму денег.

Это не его чертово дело!

— Я позвоню и сообщу вашему отцу, что вы пришли в себя. А сейчас должен вас оставить, — отчеканил и быстро ретировался из моей палаты, скорей всего не захотел со мной больше находиться в одном помещении.

Не удивительно.

Глава 7

Ужасно хотелось посетить туалет, но судя по той боли, которую я ощущаю во всем теле, это будет суперсложной задачей.

Но терпеть больше не было сил.

С особой осторожностью начинаю поднимать своё туловище, которое, кажется, неимоверно тяжелым, помогая руками, все же принимаю сидячую позу.

Интересно, мне вообще можно покидать больничную постель? Этот доктор — мудак, даже не удосужился меня просветить в этом направлении.

Вспоминаю, что где-то должна быть кнопка вызова медицинского персонала, пытаюсь её отыскать и успех!

Буквально через несколько минут забегает миловидная женщина лет сорока пяти, и помогает мне подняться и посетить заветную комнату.

Помыв руки, я бросила взгляд в зеркало, и увиденное в отражение привело меня буквально в истерику, не стесняясь, кричу от паники.

Мое лицо было настолько опухшим, что родная мать не узнает!

Боюсь представить, что скрывается за пластырем и бинтами.

Нет! Этого не может быть! Не дай бог останутся шрамы, мне же вот-вот замуж выходить!

— Дорогая, что случилось?! Все в порядке? Тебе помочь? — постучалась женщина, интересуясь происходящим, о которой я и вовсе уже позабыла.

Я открыла ей дверь, впуская внутрь.

— Как можно подумать, что я в порядке!? — показываю жестам на своё лицо. — Да мне же замуж выходить вот-вот! Как я жениху покажусь? — поворачиваюсь обратно, пытаюсь разглядеть тщательнее все повреждения.

— Ты должна в первую очередь думать только о себе, милая, — приободряюще гладит меня по плечу, пытаясь утешить, что очень непривычно для меня.

Ну, хотя чему удивляться, это же платная клиника, тут к каждому такое отношение. Не считая, конечно, лечащего врача.

— И не думаю, что твой жених что-либо скажет плохого. Ты же попала в аварию, если он действительно любит тебя, то твои ссадины будут не важны, уж поверь мне! — говорит, а меня от её слов буквально скукоживает.

— Наверное... —  говорю и отворачиваюсь, чтобы дальше не развивать эту тему, она словно понимает, что я не хочу общаться, разворачивается и уходит, тихо прикрыв за собой дверь.

Решив принять душ, снимаю с себя белую больничную сорочку, предварительно осматриваю свою повреждённую кожу. Множество синяков и царапин не пойми откуда.

Видимо, авария была действительно серьезная, хотя практически ничего не помню, все отрывками, которые очень сложно сложить в затуманенной голове.

Тело ужасно ломит, и я ощущаю такую сильную усталость, что хочется буквально заснуть на месте.

Включаю тёплую воду, становясь на холодный, мраморный пол, подстраивая лицо под струю исцеляющей воды.

Настолько хорошо и расслабляюще, что решаю ненадолго присесть, обхватив коленки руками, кладя лицо на ноги, чувствую, что, если сейчас же не встану, то усну.

Но сил подняться просто нет, я истощена, больна... звуки падающих капель, словно колыбельная... успокаиваюсь, чувствую, как становится легче, вода смывает прошлый день.

В голове рой разных мыслей, они проплывают кадрами, словно в фильме, столько проблем еще нужно решить, но ничего не хочется, просто хочу спать, день, два, неделю.

В дрёме улавливаю непонятные звуки за дверью, но не могу даже глаза открыть, наверное, родители уже пришли, и мне предстоит тяжёлый разговор.

Не хочу, пускай катятся! Я хочу побыть одна.

Звуки становятся все громче, врезаясь в мое блуждающее сознание, поднимаю тяжелые веки и именно в этот момент происходит то, что заставляет меня проснуться полностью.

Дверь резко открывается, врезаясь прямо в стенку, отдаваясь тяжелым характерным звуком.

В двери стоит, мать вашу, парень!

Он смотрит на меня ошалевшими глазами, а я смотрю на него.

Я открываю и закрываю рот, словно рыбешка, выброшенная на берег, от нахлынувшего шока. И принимаю вполне логичное решение.

Я начинаю визжать.

Глава 8

Взбодрившись от произошедшей ситуации, выключаю воду, как только непрошеный гость покидает ванную комнату.

Понимаю, что не взяла никакую одежду, чтобы переодеться, смотрю на больничную сорочку, которая валяется на белой плитке, осознаю, что ни буду её надевать ни в коем случае!

Лучше уж голышом выйти, чем в этом позорище.

Обмотавшись полотенцем на голое тело, немного медлю перед тем, как выйти из своего укромного места, прислушиваюсь, что же происходит за дверью, и не улавливаю ни единого звука.

Возможно, этот странный парень уже ушёл.

Или караулит.

Да и что он забыл в МОЕЙ палате?

Я не разглядела его лица, и оно не показалось мне знакомым, а что если это был чокнутый поклонник, который подобно маньяку следит и ходит по пятам за выбранной жертвой?

От данной мысли непрошенные мерзкие мурашки проходят по моему телу. Подловил меня, когда я совсем беззащитна и не охраняема, решил, что это его шанс познакомиться со мной.

Да, бывало и такое в моей жизни.

Год назад за мной следил один парень, он буквально преследовал меня, даже удивлялась и задавалась вопросом: «А спит ли он вообще?».

Где бы я не находилась, что бы я не делала, он был рядом.

Поначалу мне это даже нравилось, это было даже как-то романтично. Не, ну а какой девушке это не понравится?

Но потом стало ужасно пугать, когда он стал предпринимать разного вида действия, которые казались мне не уместными, и отец разобрался с этой ситуацией, а я и забыла о нем.

Но неприятный осадок остался, и прибавился небольшой страх, не понятно, что может прийти в голову таким парням, которым со мной явно ничего не светит.

Не хотелось быть изнасилованной, я читала много разных подобных историй, да и в кино такое постоянно показывают, вот, к примеру, фильм «Маньяк», это же просто ужасно, оказаться в подобной ситуации!

Хотя, какой преследователь вламывается к тебе в уборную?

Или, может, это новая фишка привлечь внимание девушки?

Так вот он выбрал не ту, я быстро поставлю нахала на место, если понадобится, буду орать, как бешеная, кто-нибудь прибежит на мои крики.

С таким жарким настроем я все же решила выйти из своего укрытия, высоко подняв подбородок, чтобы он сразу понял мои твёрдые намерения.

Нахмурила брови и ошалела, когда увидела, что этот парень стоял около моей постели, на которой лежал огромнейший букет черно-белых роз, буквально занимавший половину кровати.

— А не афигел ли ты? Ты кто вообще такой? — скрежещу зубами, перевожу взгляд, шипя на него.

Он стоит с взволнованным видом, пытаясь не смотреть в мою сторону.

Все же совесть имеется, раз не смотрит на полуголую девушку. Но меня это никак не останавливает, я подбегаю и толкаю его в сторону входной двери. Надеясь избавиться от него.

— Я... извини, просто никто не отвечал, и я испугался... эмм... я просто... да послушай же ты!

— Вламываешься к девушкам, когда они принимают душ, скажи, ты гребенный извращенец, да? Мне вызвать охрану, или же ты сам поковыляешь отсюда, пока ещё у тебя есть чем?! — парень пытается что-то мне сказать, но я не слушаю его, потому что хочу, чтобы он ушёл как можно скорее.

Вся эта ситуация просто нелепа!

Я злая и уставшая!

Мне сейчас не до дурацких ухаживаний какого-то мямлящего сопляка, который пытается меня остановить, но все же выходит за дверь палаты, смотря на меня с недоумением.

Я со всей силы, которая во мне ещё осталась, захлопываю дверь прямо перед его носом.

Пытаясь отдышаться, понимаю, что мне становится хуже, и голова начинает немного кружиться, хочется как можно быстрее прилечь, иначе могу свалиться.

Отворачиваюсь, взгляд ухватывает чертов букет.

Красивый, зараза!

Конечно, раньше мне много дарили цветов, но они были более банальны, чем этот, наверное, ахринеть какой дорогой.

Даже жалко как-то... беру его в руки, понимаю, что он невероятно тяжелый.

Вот и не лень ему было сюда его переть?

Иду к окну, открываю его, и именно в этот момент тот странный парень выходит из клиники, и я вышвыриваю свой шикарный букет с третьего этажа.

Жаль, промахиваюсь, и он приземляется рядом с ним.

— И веник свой забирай! — кричу, что есть силы, не дождавшись ответа, закрываю окно, отворачиваясь, иду отдыхать.

Глава 9

Все, чем я занималась прошлый день... собственно, как и сегодняшний — это спала.

Чувствую себя настолько уставшей и больной, что поражаюсь, как ещё не сорвалась на ком-нибудь. Хотя на это и нет времени.

Меня таскают на какие-то обследования, прокалывают, кормят, остальное время провожу в обнимку с подушкой. Кажется, никто не сможет меня с ней разлучить.

Понимаю, что мне ничего не хочется.

Абсолютно. А это очень не похоже на меня.

Обычно я всегда чём-то да занята, шоппинг, походы по ресторанам, фитнес и низкокалорийная еда, которая обязательно должна быть выложена в Инстаграм и другие социальные сети, ни минуты не могу прожить без телефона, в нем вся моя жизнь.

Шумные вечеринки, алкоголь и легкие наркотики всегда в моей крови.

Тысячи подписчиков, следящие за моей красивой, гульной жизнью, которую я и не пытаюсь скрывать, а выставляю на всеобщее обозрение.

Именно та, какую хотят прожить многие из них.

Я даже не помню тот момент, когда она превратилась из вполне обычной в популярную, как и не помню себя другой.

Это шло с самого детства, мать ещё малышкой отдавала на разные конкурсы красоты, первую корону я получила уже в шесть лет, участвовала в разных съемках и так далее.

Такая жизнь оказалась слишком сложной для меня, и я отказалась от данных мероприятий лет в пятнадцать, устроив истерику, надоело... и устала!

Да и родители не были против, сказав, что я вольна заниматься, чем хочу.

Тогда у меня появилось намного больше свободного времени, и я решила посвятить его полностью себе.

И вот то, что вышло, прямо перед вами.

Но именно сейчас не хотела этого всего, догадывалась, что люди пишут обо мне после тех фотографий.

Лекса ещё поплатится за это!

Не дам ей спокойной жизни, превращу её в ад, где я буду в роли её собственного дьявола. На моем вооружении было много способов унижения бывшей подруги, уверенна, она умело манипулировала МОИМ парнем, а он и не прочухал этого.

Тупой качок, что и следовало ожидать от него, не нужно было на него возлагать никаких надежд, жалела, что вообще впустила его в свою жизнь.

Могло показаться, что он ничего не значил для меня, но это совсем не так.

Я доверяла ему свои тайны, иногда мы были близки, не только физически... душевно, он знал, о чем я мечтала, какую жизнь хочу иметь в дальнейшем, многое рассказывала, когда нужно было, то поддерживала его.

Даже показывала ему свой альбом... кроме него никто даже и не знал! Лекса и Том были самыми близкими друзьями долгое время, и думать не могла о предательстве с их стороны.

Но я ошиблась, оступилась... доверилась не тем людям.

Конечно, сама не ангел, но этого никогда и не скрывала!

Они оба знали с самого начала, какая я, никогда не скрывала свою сучью натуру, говорила и делала, что хотелось мне в данный момент.

Никакой фальши... просто я такая!

Оба сами потянулись ко мне ещё в школе, Лекса года четыре назад, а Том примерно год.

Мы сошлись на многих интересах, нам всегда было хорошо вместе, в нашей компании ещё были девушки и парни, но именно мы втроем были неразделимы.

Казалось, понимали друг друга с полуслова, творили различные мерзкие выходки, иногда они выходили за край дозволенности, имели плохие последствия, но мы наслаждались этим вместе.

В голову пришло одно имя, Молли. Милая девушка на год нас младше, она была влюблена в Тома, даже и не помню, кто нам это рассказал, но после того, как узнали, мы с Лексой решили терроризировать девчонку.

Она была обычным задротом, не привлекающая всеобщее внимание, но мы стали подлавливать и всячески подшучивать над ней, просто ради веселья. Это только по началу.

Она пыталась отвечать нам, что взбесило ещё больше.

Доводили до истерики, издевались, она стала для нас девочкой для битья. Но длилось это недолго, после последнего хорошо удавшегося розыгрыша на вечеринке с участием самого Тома, Молли ушла со школы.

Было ли мне за это стыдно? Ни капли!

Том сказал, что я гнилая внутри... так он далеко не лучше меня!

Будет ли нормальный парень издеваться над девушкой, которая в него влюблена, и позволять это делать другим?!

Вряд ли.

Не то чтобы его слова задели меня, и я поменяла свою жизнь и своё отношение к людям... просто мне это не давало покоя.

А может, потому что сейчас одна?

В этой чертовой больнице и меня даже никто не соизволил навестить, проверить как я... никто не пришёл.

Возможно, кто-то писал мне, но телефон-то я выкинула из окна машины, а новый мне ещё не привезли, но думаю, меня несложно было найти, можно просто позвонить мне на домашний и все дела.

Глава 10

От моих тяжелых раздумий отвлёк звук у входа в палату, дверь была открыта, поэтому я могла лицезреть парня. Того, который ворвался в мою ванную комнату так нагло вчера днём!

Он держал в руках букет таких же цветов, что и раньше, только в другой обертке, смотрел на меня, не решаясь пройти в палату, боясь, что я начну опять кричать на него.

Да это же отличная идея!

— Какого фига? Тебе мало вчерашней взбучки? — вопрос в лоб, но уже не с тяжелым криком, а скорее истеричными нотками. — Решил получить новую порцию, извращенец?! — я действительно была в замешательстве, какого нужно от меня ему?

— Я доставщик! — ответил быстро, опуская глаза в пол, не решаясь поднять их, щеки парня залил румянец, что придало ему больше мальчишеский вид.

— О чем ты? Доставщик чего? — резко встаю с кровати, от чего голова начинает резко кружиться, и я ощущаю, что начинаю терять пол под ногами.

Только собираюсь свалиться на пол, прямо перед этим парнем, как ощущаю тёплые руки у себя на талии, которые прижимают меня к своему телу.

Худощавому телу.

Да, парнишке не помещает набрать несколько килограмм мышц!

Держусь за него руками, чтобы прийти в себя... нехотя начинаю рассматривать вблизи своего спасителя-извращенца. Обычный, неприметный, высокий брюнет с карими глазами, ничего особенного.

Даже какой-то страшный. Никакой, по сравнению с Томом. Морщусь от воспоминаний о бывшем парне, с чего бы это?

Это просто... доставщик. Они несравнимы.

— Что же ты сразу не сказал! — отталкиваю грубо парня, который осмелился ко мне прикоснуться, да и ещё продолжал удерживать в своих объятиях.

— Обязательно нужно было врываться в мою ванну, когда я купалась, да ещё пялиться! Я, знаешь ли, в суд могу подать на тебя! — присаживаясь обратно, прикрываю свои ноги покрывалом, чтобы скрыть их от него. Он и так видел достаточно много!

— Ты не дала мне даже слово вставить! Я же говорю, стучал, мне никто не ответил, и я испугался, решил проверить, что происходит! — он мнётся на месте, продолжая держать в руках букет.

— Проверил? Ни капли тебе не поверю! Ты просто нашёл повод, чтобы попялиться на девушку! — продолжаю гнуть своё, потому что действительно так думаю. — Что ты все мнёшься? От кого букет?

— Я просто доставщик. И тут записка, — он протягивает мне его, придерживая, отдаёт и продолжает стоять на месте, дожидаясь не пойми чего.

— Можешь идти... денег на чаевые у меня нет, как видишь, — изгибаю дугой одну бровь. - Или же ты проверить хочешь, извращенец?

Парень, не отвечая на мои издевки, быстро ретируется из мой палаты, оставляя наедине со своим шикарным букетом от неизвестного.

Хотя странный доставщик говорил о записке. Нахожу её, и от увиденного улыбка появляется на моем лице.

Все же есть человек, которому я ещё нужна!

Вытаскиваю записку, на которой напечатано: «Выздоравливай, моя невеста», прислоняю её к своим губам, нежно прикасаясь, словно она самая дорогая, моя драгоценность.

Сердце наполняется теплом, согревая его, заставляя быстро биться от радости.

Он узнал и не оставил меня без внимания... мой заботливый жених.

Вдыхая аромат самых прекрасных цветов, чёрного и белого цвета, опрокинулась на спину, обнимая букет словно мужчину.

Представляя, что скоро буду обнимать так своего будущего мужа, который беспокоится обо мне!

Глава 11

— Дорогая, сейчас нам ни к чему такие траты, тем более, скоро ты благополучно выйдешь замуж! — трещит мать своим скрипучим голосом, от чего тянусь к вискам, чтобы ослабить приходящую головную боль.

Уже битый час мы с родителями обсуждали произошедшее, и мне совсем не нравилось, как проходил наш разговор.

— Какое это имеет значение? — ставлю вопрос ребром. —  Мне. Нужна. Новая. Машина, — каждое слово отдельно, сквозь зубы, чтобы до них, наконец, дошло, что я настроена как никогда серьёзно.

— До свадьбы ещё куча времени! Или мне что, пешком ходить? И у нас предостаточно денег, ведь так, отец? — переводя на него взгляд, смотрю с ехидным выражением лица, потому что знаю, что наш счёт в банке увеличился раза в два... спасибо моему жениху.

И я хочу свою добрую часть, а лучше все!

— Возьмёшь мою вторую машину до свадьбы, довольна? — отвечает нагло отец, ненадолго отрывая взгляд от телефона.

Вечно занят своими делами, ему глубоко насрать на всех и вся.

— Нет, не довольна! Я загибаюсь в этой больнице целую неделю, мне скучно! Я хочу домой, ко мне даже никто не приходит! Почему не приходит мой жених?! Ему нет до меня никакого дела? Вы соизволили вспомнить обо мне после двух суток! — срываюсь, выговаривая то, что болело у меня все это время.

— И вы не хотите исполнить одну мою просьбу? Я не хочу ездить на твоей машине, я хочу свою! Если ты не купишь мне её, я обещаю, что ты ещё пожалеешь! — начинаю бить кулаками об постель, пытаясь выплеснуть своё недовольство.

Я получу своё, дело принципа.

— Свою ты разбила, будучи в невменяемом состоянии! Но раз ты так действительно недовольна произошедшим, я куплю тебе чёртову машину, будь ты проклята, только не нужно мне устраивать истерик! Пошли, Адель, оставим Робертину в одиночестве, может, она придет, наконец, в себя, — со злобой, сверкая глазами в мою сторону, подталкивает мать к выходу.

Она выполняет его приказ без возражений, как обычно.

Тряпичная кукла, смотрящая в рот своему господину, ей богу.

Бывали моменты, когда она меня действительно выбешивала, как, например, сейчас.

Она могла остаться со своей родной дочерью и поддержать её, успокоить, но видя, что отец недоволен, приняла его сторону, даже не думая... чисто инстинктивно.

Материнский инстинкт — это не про неё.

Это было давно понятно, но раньше меня это никак не задевало.

Но не сейчас. Это был показательный момент, когда ты понимаешь, что близким все равно на тебя.

Ты им нахрен не сдался!

Интересно, существуют ли такие люди, которым по-настоящему не все равно на тебя? Или, может, каждый — это хороший актёр, скрывающий за заботливой маской своё безразличие?!

Как, например, мой жених.

Всю неделю... каждый чертов день... он присылает мне одни и те же цветы, с одной и той же запиской, даже не написанной от его руки.

Понимаю, что это всего лишь показуха, лучше бы он ничего не делал. Только делает вид, что ему есть дело до меня.

Мы живём хоть и в огромном городе, но ему ничего не стоит потратить несколько часов езды от своего особняка до больницы, чтобы проведать меня. Плевать на договоренность не видеться... кому вообще это в голову пришло?

Одно дело я... мне все равно за кого выходить замуж, но у него должно было хоть что-то дрогнуть, ведь это он выбрал меня, я ничего не выбирала, и ни на чем не настаивала.

Не понимала, по каким критериям, почему именно меня выбрал. Мне никто ничего не говорил, просто поставили перед фактом.

Только сейчас начали закрадываться нехорошие мысли, может... он извращенец? Или же гей, и жена ему нужна для отвода глаз... да, такое точно могло быть!

Отец говорит, что он занятой человек и сейчас его семья столкнулась с проблемами в бизнесе, у него сейчас нет времени на знакомства.

Мне это не казалось особо странным, но неизвестность все же пугала.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 12

Хотя, мне просто не нравилось, что никто не приходил! За чёртову неделю!

Ни-ко-го.

Только извращенец парень составлял мне небольшую компанию. Да, мы немного общались, потому что было ужасно скучно, просто невыносимо!

Хотелось лезть на стены, лишь бы чем-то отвлечься. Родители принесли новый телефон, но он так и продолжал лежать в тумбочке запечатанным. Возможно, сегодня я его включу и посмотрю, что происходило все это время.

Пыхтя себе под нос в злобе, отшвырнула простынь, надумывая закурить.

Да, я заставила паренька купить мне сигарет, не, ну а что? Хоть небольшая польза от него.

Присаживаюсь в кресло рядом с окном, шурша по карманам в поиске зажигалки, закуриваю, вдыхаю полной грудью так необходимый никотин... о, мой бог…

Взгляд падает на цветы, стоявшие на небольшом столике рядом с креслом.

Их вид только вызывал во мне большую злобу, сама не понимала, в чем конкретно причина, просто они уже не приносили мне должного настроения, делали только хуже.

Встав, вытаскиваю огромный букет из вазы, держу, не зная, куда их можно убрать с глаз подальше.

Решаю просто положить его в ванной, после прикажу его забрать и выкинуть, как все букеты до этого.

Какого хрена их приносят каждый день?

Куда мне их девать, неужели он не задумался об этом?

Если, конечно, он вообще думал обо мне, возможно, это делает не он... а, к примеру, его секретарша, которая спит с ним, выполняя любую прихоть богатого засранца.

Представляю, как расфуфыренная блондинка делает заказ в цветочный магазин, когда её хозяин... простите, босс, пристает к ней. Ухмыльнулась от пришедших в мою голову мыслей, но так действительно могло быть.

Присаживаюсь обратно в кресло, пододвигая вазу, стряхивая в неё пепел, затягиваюсь глядя в окно, обрушивая на свою голову все более мрачные мысли.

Не замечаю, что в палате нахожусь не одна, неизвестный трогает меня за плечо, от чего дергаюсь, и уголёк приземляется мне на голые ноги.

— Черт! — пытаюсь стряхнуть его, вскакивая. — Снова ты? Как же ты меня уже достал! — ни капли не удивлена, что перед собой вижу доставщика... угадайте, что у него в руках? — Зачем ты припираешься сюда постоянно?

— Это моя работа! — гаркнул впервые на меня, от чего я шарахнулась в сторону, хлопая ресницами от удивления.

— Ты думаешь, мне приятно к тебе постоянно приходить и выслушивать твоё нытьё, исполнять твои прихоти? Ты заносчивая, капризная девица, ничем не значимая для общества. Как вообще тебя терпит твой парень? — говорит с придыханием, сверля глазами, так, что я прямо ощущаю его пронизывающий взгляд, он прожигает не кожу, а что-то внутри, глубоко, но я не понимаю, что именно, не могу понять своих чувств.

Не дождавшись моего ответа, бережно кладёт ненавистный букет на столик, разворачивается на пятках и покидает мою палату.

А я так и продолжаю стоять в недоумении, с ураганом смешанных чувств.

Злость. Разочарование. Стыд.

Глава 13

Палящее солнце беспощадно жарило мою и без того больную и тяжелую голову, капли пота стекали с моих висков, оставляя мокрый, противный след на щеках.

Вытираю пот уже грязным и мокрым платком, печально смотрю на него, выкидываю в ближайшую мусорку.

Невыносимо жарко!

Для меня такая погода не привычна, обычно в такое время суток нахожусь либо дома, либо в кафе, магазинах, где присутствуют кондиционеры!

Да и таксист, который привёз меня на это место, словно почувствовав мое недовольство, не включил его, а всего лишь открыл окно.

Моему возмущению не было придела, но водитель видимо привык к постоянным, истеричным негодованиям и даже не собирался ответить мне ничего вразумительного.

Только бросил, что от кондиционера можно простудиться в такую погоду, и больше не соизволил разговаривать со мной.

Поэтому, разгоряченная и обозлённая, я стояла на оживлённой улочке Портленда, ожидая Рика, моего доставщика.

Наша вчерашняя небольшая ссора не выходила у меня из головы.

Мне тяжело в этом сознаваться, но я чувствовала стыд, возможно, впервые в жизни.

Я хотела сегодня извиниться, ведь и правда доставала парня всю неделю.

У него, походу, сдали нервы, и он не пришёл сегодня, за него был другой, который и сообщил мне, что Рик отказался от этого заказа.

Сначала это сильно взбесило, я прямо пришла в негодование от подобной нахальности.

Посидев, повозмущавшись себе под нос, поняла, что это ничего не даст, и решила выяснить все лично, с глазу на глаз, и, возможно, попросить прощения.

Но мой настрой быстро сходил на нет, стоя на солнце вот уже минут тридцать, ожидая!

Устав стоять, присела на тротуар, обняв коленки руками... да, сидеть намного легче!

Интересно, сколько мне ещё тут предстоит торчать?

Второй доставщик сказал, что он точно будет на месте и в скором времени поедет развозить заказы.

Просидев ещё, как показалось целую вечность, только собравшись с мыслями и надумав зайти в сам цветочный магазин, как из него выполз мой ненаглядный, держа в руках по две корзинки милых разноцветных цветочков.

Рик чему-то улыбался, поэтому я могла созерцать его удивительно симпатичную улыбку... но это единственное, что могло зацепить взгляд, потому что в остальном парень не отличался красотой.

Обычное лицо, простые карие глаза, болезненный цвет кожи, крупные синяки под глазами, возможно, от тяжелой работы, исхудавшее тело, которое он пытался спрятать за вещами, которые ему явно на пару размеров велики.

Но что-то притягивало меня словно магнитом к нему, я хотела смотреть на него и понять, в чем же именно его изюминка.

Может, это внутреннее очарование?

В груди почувствовала легкое покалывание, в животе странно завибрировало, удивляя меня, это было не возбуждение, точно нет.

Скорее от волнения предстоящей встречи.

Руки взмокли, тело пульсировало, и хотелось убежать.

Собственно, а что я тут делала?

Быстро поднявшись с места, огляделась по сторонам в поиске, куда бы можно было спрятаться до того, как он исчезнет, в глаза бросился старый как мамонт пикап, за дверью которого я и решила глупо скрыться, словно трусиха.

От парня!

Какой позор, узнают знакомые, осмеют, но деваться уже было некуда.

Присев пониже, спряталась за большим колесом, пытаясь выглянуть, чтобы проверить обстановку.

Встав на коленки и вытянув шею, поняла, что он куда-то исчез в неизвестном мне направлении, только вдохнув с облегчением, как слышу открывающийся багажник машины, за которой я прячусь, смотрю в эту сторону.

Мгновение. Глаза в глаза.

Столько эмоций пробегают на его лице, удивление, шок, снова удивление, он продолжает на меня смотреть словно во мне что-то не так, или же у меня вместо лица кусок дерьма, ей богу!

— Так и будешь пялиться? — выдаю то, что первое приходит в голову.

— Чего?

— Я спросила, на что смотришь? Девушку не видел до этого? — боже, какую чушь я несу.

—Ээм... видел. Это просто неожиданно!

— Что же именно? — продолжая этот странный диалог, мы смотрим друг на друга, не шевелясь.

— Ты! Я не ожидал встретить тебя тут, — он начинает переминаться с ноги на ногу, после, ухмыльнувшись своим мыслям, стрельнул в меня пронзительным взглядом карих глаз.

Эта ухмылка, правда, принадлежит этому милому парню?

— Или ты следишь за мной? — от его предположения меня бросает в жар, чувствую, как мои щёки начинают гореть и, уверена, краснеть!

—Чего? Мне что, делать больше нечего? Кем ты себя возомнил? Я тут совершенно случайно! И ты здесь не при чем! — поднимаясь, визжу от возмущения. Как он посмел выставлять меня в таком свете?

Наигранно отворачиваюсь от него, отходя немного подальше, сгорая от стыда.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍О чем ты думала, Тина? Зачем приперлась сюда, к нему? Чего ты ожидала?

Ну, повздорили малёк, с кем не бывает, в моей жизни скандалы были и пограндиозней!

И я никогда до этого, ни перед кем не чувствовала вины и тем более не извинялась!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 14

Впервые была в такой растерянности, не понимала своих действий, не могла удержать странных порывов, что-то было надломлено во мне, хотелось это как можно быстрее починить!

К этому подтолкнули последние события моей жизни, дали толчок, меняя мои решения, приведя к необдуманным поступкам, которые раньше я не совершила бы.

Никогда.

На телефон пришло уведомление, и я, не задумываясь, достала его, чтобы хоть чём-то себя занять, пока Рик не оставит меня, наконец, одну.

Открываю, являя своему взору селфи моих бывших друзей, страстно целующихся.

Но это меня никак не тронуло.

Меня задело то, что фото было сделано на моей чертовой кухне, а значит оно старое, не меньше месяца, прикидывая в голове, прихожу к выводу.

Горькие слезы обиды хлынули ручьём по моим щекам, застилая мне весь обзор на экран телефона.

Мои всхлипы и шмыганье носом привлекли внимание Рика, и уже в следующее мгновение ощутила его руки у себя на талии, прижимающие нежно к себе, не навязчиво, а приятно.

Даря мне необходимую в данный момент поддержку.

— Твой парень? — спрашивает вполне логичный вопрос, дыша мне в волосы, поглаживая их одной рукой.

— Ага, — хлюпая носом, разворачиваюсь в его руках, обнимая за талию, начинаю просто истерично рыдать на его груди.

Он позволяет это мне, что удивительно и странно, вот так без стеснений показывать кому-либо свои эмоции, не держать их в себе, а именно выхлёстывать их человеку, ища его поддержку.

Никогда раньше себе этого не позволяла, но никто же не узнает, он всего лишь доставщик, который даже не знал обо мне раньше, так как тусуемся мы явно в разных компаниях.

Он продолжал поглаживать по голове, успокаивая.

— Какой ужас! Ты намочила всю мою рубашку, как теперь я работать буду?! — восклицает он, от чего я резко поднимаю на него взгляд и вижу его легкую улыбку. — Шучу я! Боже, видела бы ты своё лицо, такая пандочка-милашка.

— Ты совсем головой свихнутый? — злобно сверкая глазами, бью его кулаками по груди, от чего он начинает посмеиваться.

— Такая маленькая, а такая злюка! — щёлкает мне по носу, разрывая наши медвежьи объятия, лишая меня подушки для слез.

Отходит к своему пикапу, открывая пассажирскую дверь, указыват в неё жестом.

— Прошу, Леди, вижу, тебе делать нечего, раз ты за парнями следишь, поэтому можешь поехать со мной по доставкам.

— Я? По доставкам? На этом корыте? Да упаси. Меня. Господь! — вскидываю удивленно бровь, смотрю на этого сумасшедшего.

Потому что это даже смешно!

Мои кроссовки, которые сейчас на мне, стоят дороже, чем это ведро.

— Это, конечно, не лимузин, как ты привыкла, но моя малышка в отличном состоянии, — словно доказывая свои слова, хлопает ладошкой по крыше, призывно зазывая меня сесть в эту машину.

— Да брось, не будь такой заносчивой! —подходя ко мне, берёт за руку и заталкивает меня в салон, не сопротивляюсь ему, и сама сажусь.

Парень закрывает с громким хлопком дверь и вприпрыжку добирается до своей двери, садясь внутрь.

С глуповатой улыбкой пытается завести, но с первого раза у него не получается, от чего он кидает на меня виноватый взгляд и заводит по новой.

У меня в голове крутился только один вопрос.

Что я тут делаю?

Он трогается и сворачивает на главную дорогу, при этом подбирая нужную радио волну.

Мы будем слушать радио? Какой кошмар!

В каком веке живет этот человек?

Немного смущённая данной ситуацией достаю злосчастный телефон, снова разблокирую его на той фотографии, но Рик, быстро среагировав, отбирает у меня его из рук, закидывая в бардачок.

— Сегодня предлагаю повеселиться без телефона.

— То есть развозить цветы - ты называешь это весельем? Если так, то мне жаль тебя, — он, не смущаясь моим словам, продолжает дергано ехать, лихо виляя в разные стороны.

—Нет, это будет весело, если ты будешь рядом, — поворачивается Рик, тепло улыбаясь, от чего мои внутренности начинают переворачиваться, устраивая сальто внутри.

— Я обещаю, тебе понравится! И тут не работает ремень безопасности, поэтому вся надежда только на меня! — выдаёт этот придурок, приметив, что я собиралась пристегнуться, но у меня не вышло.

Страх и адреналин смешались густой обжигающей смесью, протекая по моим венам, улыбка распространяется по моему лицу.

Я и доставщик развозим цветочки. Что может быть веселее в пятницу вечером?

Начинаю в голос смеяться, смотря на этого странного парня, которого подкинула мне судьба. Он не теряется и улыбается в ответ, подмигивая.

Ну что... поехали!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 15

Месяц спустя.

— Ты серьёзно собираешься это сделать? — смотрю с удивлением на Рика, держащего кухонный нож.

— Конечно! Почему бы и нет! — выдаёт со счастливой улыбкой, приступая к своему придуманному делу. Смотрю на своего странного парня и поражаюсь, как вообще ему это могло прийти в голову.

— Как минимум потому что это глупо... тебе не кажется? — говорю именно то, что думаю.

— Почему же? Разве ты не хочешь запечатлеть наши имена навечно? — смотрю на него скептически.

— Я не уверена, что этот клён будет стоять тут вечно, — отмахиваюсь от него, продолжая поедать клубнику, загорая на солнышке.

— Брось, Тин, я знаю, что ты романтичная особа, просто позволь мне это сделать, — говорит, даже не смотря в мою сторону.

Мы сидели во дворе его крохотного, но уютного одноэтажного дома, расположенного на окраинах Портленда.

Раньше я даже на машине боялась бы тут проехаться, район был так себе... казалось, что повсюду преступники, наркоманы и их дилеры.

Это была не развитая инфраструктурой территория города.

По мне, так это было самое мрачное место, которое я вообще встречала.

Полуразрушенные, пошарканные дома тут стояли через один.

Никаких архитектурных изысков, к которым привыкли мои глаза, шикарных дворов с безупречно подстриженными газонами и улыбчивыми соседями.

Бедность.

Никогда раньше не задумывалась о ней, пока не столкнулась с Риком, не знала, что люди могут жить в таких ужасающих условиях, на этих серых, грязных улицах, казалось, даже воздух здесь был с примесью дерьма.

Вечером выходят веселиться полуголые девицы, и торчки, о... и ещё справляющие нужду пьяные мужчины, что привело меня в шок, такого увидеть я не ожидала, никто из моего окружения себя так не вёл.

Слава небесам, Рик так не делал, придушила бы!

Сам он говорит, что это нормально для этого района и удивляться нечему.

Хотя, были и свои плюсы.

Мне нравились здешние бары, в которые мы иногда ходили с ним.

Тут была своя обстановка, отличающая от всех других мест, в которых я побывала, почему-то мне нравилось.

Я даже видела пару драк напившихся мужчин в зюзю... да-да, интересное зрелище!

Рик водил меня в разные места, ловя любые мои эмоции, которые я и не стеснялась показывать... это же он!

Мы все время проводили вместе, после того, как меня выписали из больницы, три недели назад.

Узнала, что он работает не только в цветочном, но и так же берет ночные смены в баре, который находится неподалёку.

Но сколько бы не было у него работы, он всегда уделял мне время, мы вместе ездили по заказам на его основной работе в городе, а после я уже приходила в бар, где он работал, и веселились там, народу было в нем немного, поэтому у нас было куча времени побыть вдвоём.

Иногда оставалась у него с ночевкой... почти всегда.

Родители, наверное, думали, что я так и продолжаю гулять, особо не задавали вопросов, да и я не особо рассказывала, где бываю.

Всех все устраивало.

Рик все продолжал выскабливать что-то на дереве, с таким серьёзным видом, что меня это даже позабавило.

Ощутила внезапный порыв запечатлеть этот момент, но не фотографией.

Порывшись в рюкзаке, достала свой альбом и карандаш.

Рику нравились мои рисунки, поэтому я стала носить с собой эти принадлежности, никто раньше не говорил мне, что у меня талант.

Нет, конечно, мои учителя делали мне комплименты по этому поводу, но как им можно было верить, если родители отдают кучу денег за данные занятия!?

А он меня восхвалял, прося что-нибудь начёркать и отдавать ему.

Развешивал их по своём дому, дурачок мой.

Сначала меня это дико смущало, но он был непреклонен и запрещал их трогать.

А когда приходили его друзья, он гордо всем их показывал.

Именно в такие моменты я ощущала себя особенной, нужной, любимой.

Сердце начинало биться чаще и громче, в животе плясали бабочки, а голова шла кругом. Наверное, это и есть любовь.

Вот так просто сошлись два разных человека, неподходящих друг другу, но разве мы могли сопротивляться чувствам?

Время шло быстро, когда я погружалась в работу, один листок сменялся другим. Рик все же закончил издеваться над бедным деревом, и моему взору предстала простая надпись:

«Навечно твой, Тина» Рик.

И сегодняшняя дата.

После он разлёгся рядом на нашем покрывале и положил свою голову мне на ноги, засыпая. А я продолжала рисовать этого простого, но такого удивительного человека.

Сейчас он уже не казался мне страшненьким, словно я надела волшебные очки и смогла разглядеть его по-настоящему, каждую впадинку, милую родинку, невероятную улыбку.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Могла нарисовать его по памяти, без каких-либо проблем, что, собственно, и делала постоянно. Он так мило сопел и дергался, что невольно улыбалась, любуясь им.

Я бы продлила этот момент... включила бы его... навечно.

Но это жизнь и ничего нет вечного.

Зазвонил мой телефон, громкой песней Леди Гаги, от чего Рик дернулся и резко поднялся в испуге. На экране светилась фотография отца, но разговаривать с ним совсем не хотелось... он не звонил просто так.

— Ты не ответишь? — потянувшись, сонно спросил.

— Нет, не хочу. И домой сегодня не явлюсь, чувствую, ждёт меня разговор, который не принесёт ничего радостного.

— Как скажешь, — говорит, оставляя поцелуй на моей щеке. — Пойдём в дом.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 16

Собираем все в кучу и несём в дом. Рик идёт раскладывать вещи по своим местам, а я направляюсь на кухню, желая чем-нибудь перекусить.

— Я приготовлю ужин, садись отдыхай, — кричит мне с другой комнаты.

— Как скажешь! — отвечаю, немного обидевшись.

Я не умею готовить, и Рик это прекрасно знает... нам хватило одной пригорелой яичницы с недопеченным яблочным пирогом.

Не так давно решила попробовать себя в качестве хорошей домохозяйки и провалилась, поэтому он решил взять эту должность на себя и больше не подпускал меня к плите, но я не особо расстраивалась, он справлялся намного лучше.

Завибрировал телефон от пришедшего сообщения.

Снова отец и спрашивает, где я и когда приеду домой, решаю ответить ему, чтобы ни волновался, сообщая, что не приеду домой.

От чего телефон снова начинает звонить, и я, не дождавшись окончания звонка, просто выключаю его.

Рик начинает нарезать овощи, а я начинаю засматриваться, его движения меня завораживают, он это делает так, словно всегда готовил сам. Хотя, возможно, так оно и было.

— Может, ты все же перезвонишь отцу, он будет беспокоиться, — подаёт он голос, полностью погружён в работу.

— Я оставила ему сообщение, — не выдерживая, поднимаюсь с места и подхожу к нему, обнимая за талию, вдыхаю его невероятный запах, укладывая своё лицо между его лопаток. — Просто не думай об этом, сейчас это все не важно.

— А как же твой... жених? — тяжело выдыхает он, спотыкаясь об это слово, знаю, как тяжело говорить ему о нем... не ему одному.

— Перестань! Я же просила не говорить о нем! — бью не сильно кулачком по его спине, немного злясь.

— Вдруг, что-то важное... может, он приехал к тебе... ты должна ответить! — его утверждение приводит меня в недоумение, и я разворачиваю его к себе, чтобы видеть его глаза. Он побледнел и выглядел нездоровым, но я пыталась не заострять на этом внимание.

— Должна ответить? Ты сейчас шутишь? И да, он мог приехать! Мне что, бежать к нему? Ты этого хочешь? Зачем ты сейчас заставляешь меня испытывать это чувство? — повышаю голос, чувствую комок в горле, отодвигаясь от него, отхожу на пару метров.

— Милая, я просто не хочу, чтобы ты приняла неправильное решение, — его слова ржавым гвоздем по моему сердцу.

— Какое решение? Я не понимаю, к чему ты клонишь?! Зачем ты говоришь подобное? — переходя в истеричный смех, начинаю кричать все громче, захлебываясь в слезах, не слышу даже его ответов.

— Ты меня прогоняешь, да? Подсовываешь к нему? Как ты можешь так со мной поступать? Разрушать наши отношения! И зачем ты тогда вообще пудришь мне мозги? Зачем ты сделал эту чёртову надпись на дереве, а? Ответь мне, Рик! — не дождавшись его ответа, выбегаю из кухни, направляясь в ванную комнату, закрываясь на щеколду.

Рик продолжает стучать по двери и просит выйти, но я не хочу его сейчас видеть!

Включаю воду и умываю лицо, пытаясь восстановить дыхание, и успокоить бешено колотящее сердце. Ничего не выходит, все бесполезно.

Его слова так ранят, как ничьи, никогда.

Он знает, что у меня есть жених, и что я должна вот-вот выйти замуж за него. Но ничего не говорит против, хотя я вижу, насколько ему не приятна данная ситуация.

Он мог хотя бы попросить меня отказать ему, возможно, я бы так и сделала ради наших отношений.

Ещё не была уверена в своих чувствах, но понимала, что они были, просто ещё нужно немного времени. Но Рик, похоже, смирился.

Он не собирается бороться, вот чего я боялась.

Неужели он хочет быть в роли любовника? Сможет отдать меня другому?

Успокоившись, решила выйти из ванны, забрать рюкзак и поехать домой, подумать.

Остановилась перед дверью, собираясь покинуть дом, но что-то остановило меня, напугала тишина.

Внутренний инстинкт подсказывал, что что-то неправильно.

Зная его, он бы меня остановил, не позволил одной куда-либо уехать, всегда довозил меня до дома и убеждался, что я в порядке.

А сейчас была гробовая тишина.

Меня парализовал испуг, в ушах начало звенеть, тяжело было даже сглотнуть.

Набравшись смелости, направилась на кухню и застыла...

Рик, мой дорогой, лежал на полу в странной позе, бледный словно смерть.

Я подбежала к нему в ужасе, пытаясь отыскать пульс, в кармане ищу телефон и пытаюсь вызвать 911. Руки ужасно трясутся, не давая мне правильно набрать номер, один... второй раз.

Следом зазвонит отец.

— Боже, я же сказала отвалить от меня! — заорала нечеловеческим голосом, принимая вызов, отец что-то начинает орать в трубку, но я следом скидываю, делаю ещё одну попытку позвонить.

Сообщили, что машина прибудет через десять минут, ожидайте.

Это были самые долгие десять минут в моей жизни, я все же смогла отыскать пульс, но не знала, что с ним произошло.

Зато на полу нашла баночку с непонятным лекарством, положила его в карман... на всякий случай.

Странно, все это ужасно странно... от чего он потерял сознание?

Я боялась даже предполагать, запретила себе думать о плохом!

Все будет в порядке!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 17

Меня никогда, ничего не пугало настолько сильно, так, что сковывает тело и скручивает пальцы рук, от напряжения... до этого момента.

Страх за другого человека я ощущала сильнее, чем за себя когда-либо.

Уже два часа назад нас забрала скорая и привезла в больницу.

Я сидела рядом с Риком и не могла поверить своим глазам, мой мозг отказывался воспринять адекватно сложившуюся картину.

Он был бледный, синюшный и холодный, но был жив, хоть был без сознания.

Осматривающая его женщина среднего возраста сказала, что у него, возможно, был эпилептический припадок.

Я улавливала слова, но не могла сложить их в единую картину, они задавали вопросы, но я ничего не знала.

После он пришёл в себя.

По прибытию в больницу нас встретил дежурный доктор и Рика отвезли на осмотр.

Вот и вся информация, которую я смогла обработать.

Я сидела и ждала... гуляла, не знала, чем себя можно занять, ожидание тянулось.

Это было очень страшно. Нащупала баночку с лекарствами, которые я нашла и решила узнать от чего они, телефон я оставила у него, поэтому решила узнать у какого-нибудь из медицинского персонала.

Приметив молодую девушку в белом халате, подбежала к ней.

— Прощу прощения, не могли вы бы мне помочь? — девушка развернулась ко мне, одарив легкой улыбкой.

— Конечно, слушаю.

— У меня странная просьба, но не могли бы вы мне сказать, что это за препарат? — передаю ей найденную баночку, девушка читает название и смотрит на меня.

—Простым словом это наркотический анальгетик, он применяется в основном для купирования больного синдрома. Это ваше? — передаёт мне обратно.

— Ээм... нет, друга. Подождите, я не понимаю... при каких заболеваниях их принимают? — задаю самый интересующий меня вопрос, боясь услышать ответ.

— Девушка, я не хочу вас расстраивать или же напугать, поэтому советую вернуть вашему другу его таблетки и спросить лично у него. А сейчас мне пора, прошу меня извинить, — девушка быстро удаляется от меня, оставляя с нехорошими мыслями, которые пугают до дрожи в теле.

Мне порядком надоела эта неопределённость, я хочу узнать ответы и как можно быстрей.

Если Рик болеет, то почему не рассказал мне, не предупредил, что ему может стать плохо?

А если бы он умер от этой эпилепсии у меня на руках?

Он ответит на каждый мой вопрос!

Но внутри шевелился маленький червячок сомнения, может, мне не стоит вникать в это? Захочу ли я знать ответ?

Если он сам мне не рассказал, то, возможно, хотел сделать лучше мне.

Познакомившись с ним ближе, узнав его, уверена, он не хотел меня расстраивать, попытался скрыть.

Спустя ещё немного времени мне разрешили проведать его.

Набравшись смелости, тихо постучала в дверь и медленно вошла в палату, в которую его положили.

Да, она отличалась от палаты, в которой я лежала... и выглядела отстойно!

И в ней он лежал не один, судя по ещё одной разобранной койке.

Но была благодарна, что нас оставили наедине.

Рик стоял около окна, ко мне спиной, смотря на улицу, не шевелился и ничего не говорил. Возможно, его захватили собственные мысли, и он не слышал, как я зашла.

Я не знала, что сказать, язык прилип к небу, а рот не открывался, сейчас я почувствовала себя здесь лишней, будто меня тут не должно быть, я не должна была это видеть.

И я испугалась. Струсила.

Развернулась и только собралась покинуть палату, как услышала, что он подходит ко мне сзади.

Держа руку на дверной ручке, я считала его шаги до меня, они барабанили и стучали по ушам так же громко, как и мое испуганное сердце.

Он встал позади меня, дуновение его дыхания шевелило мне волосы на затылке, он был слишком близко.

— Уходишь? —хриплым, скрипучим голосом по моим оголенным нервам.

Глава 18

— Я... я... — вдыхаю глубже, пытаясь собраться и ответить. — Нет... то есть, да. Черт, не совсем! Я не оставляю тебя! — на повышенном тоне, доказывая ему и себе правоту этих слов, дрожа всем телом от напряжения.

Я не была глупой, то, что сегодня произошло... это изменит нашу жизнь.

Это не могло быть гребаным недомоганием!

Медленно поворачиваюсь к нему, боясь поднять глаза и посмотреть в его.

Обращаю внимание на его напряженное тело и на сжимающиеся руки, улавливаю его нервное дыхание.

Беру его руки в свои, разжимая каменные кулаки, потираю в своих, отогреваю, успокаиваю его и себя в том числе.

Поднимаю встревоженный взгляд и все понимаю. Все написано на его страдальческом, взволнованном лице.

Он расстроен, что я узнала, думала, он злится, но это не так.

Я вижу только страдание и боль.

Четко приходит понимание, что бы это ни было, я не оставлю его.

Просто не смогу, он мой, и я его не брошу, что бы ни было!

Веду его к больничной койке, присаживаюсь и похлопываю по месту рядом с собой, он понимает меня и садится рядом.

Не нахожу ничего более разумного и тяну его голову к себе для поцелуя, не пошлого, а чувственного, волнующего, без применения языка.

Трогая его по гладким щекам, ощупывая пальцами каждый участок.

Чувствуя внутри вихрь из чувств... мне страшно, я в растерянности, не знаю, что мне дальше делать и как реагировать.

Не хочу разрывать наш поцелуй, потому что боюсь предстоящего разговора.

Рик отвечает мне с куда большей страстью, упивается, начинает вгрызаться в мои губы, обнимая и вдавливая меня в себя, лишая меня воздуха, но я позволяю это ему делать.

Если ему так легче, то я не собираюсь противиться.

Он запускает свои холодные руки ко мне под футболку и начинает несдержанно трогать мое тело. Я же начинаю ощущать возбуждение, легкое покалывание в низу живота.

Но внезапно нашу идиллию разрушает громкий звук захлопывающейся двери. Мы отстраняемся друг от друга, смотрим в сторону звука, но никого там не видим, видимо, кто-то решил не мешать нам.

— Прости, не понимаю, что на меня нашло, — откашливается Рик, привлекая мое внимание.

— Ты не должен извиняться, — вскидываю удивленно бровь. — Только не говори мне, что ты девственник! — подшучивая, говорю ему.

— Конечно, нет, ты же шутишь? Мне двадцать два и, конечно, у меня уже были девушки. Я просто не хотел давить на тебя! — оправдывается он, нервно переминаясь на месте.

— Ты сейчас такой смешной, — придвигаясь к нему ближе, обнимаю его за талию и тянусь к его губам, оставляя легкий быстрый поцелуй. — Нам нужно поговорить, — набравшись смелости, говорю ему, от чего мышцы его тела снова напрягаются и взгляд от игривого возвращается к печальному.

— Я знаю, что ты хочешь знать... — тяжело вздыхает. — И я ничего не хочу от тебя скрывать, ты должна знать.

— Знать... что? — подталкивая его, так как парень явно не знал, как начать разговор. Вижу, насколько ему нелегко даётся. — Ты можешь доверять мне.

— Это не так просто сказать, Тина! Пойми, я и сам об этом просто думать не люблю, а тут рассказать тебе... — он сглатывает, отводя от меня взгляд, дышит не ровно. — Более года назад я начал чувствовать недомогание, сначала это были просто постоянные головные боли, на них я особо не обращал внимание. Потом началась постоянная рвота и по итогу потеря сознания. Я решил пройти обследование, врачи поставили диагноз... опухоль головного мозга.

Его слова, как гром среди ясного неба, молниями в самое сердце, сокрушительный ураган для моих чувств.

— Но есть же хирургическое лечение, я слышала о таком! — хриплым голосом, боясь даже посмотреть в его сторону, если я это сделаю, то просто разревусь, не дослушав до конца.

— Не в моём случаи, это невозможно из-за локализации опухоли в жизненно важном участке, врачи за такое не возьмутся, — голос неживой, впервые за все время нашего знакомства.

Долгое молчание.

— А как же другое лечение? Ну там, химиотерапия! Разве это нельзя вылечить? — срываюсь и, начиная плакать, закрываю ладошками лицо.

Как же больно! Рик обнимает меня и притягивает в себе, начиная укачивать в своих руках.

— Я прохожу лучевую терапию вместе с химиотерапией, — говорит, целуя меня в макушку. — И нет, это не вылечить... мне так жаль, Тина!

— Ты не виноват! — поднимаю голову, которая кажется неимоверно тяжелой. — Сколько... сколько нам осталось? — сглатывая подступивший комок в горле, пытаясь сморгнуть слезы, застеклившие мой обзор.

— Врачи не дают каких-либо точных прогнозов... говорят, в наилучшем случае ещё год.

Дальше все словно в тумане, его слова, утешения. Наверное, это я должна была его успокаивать, а не он меня. Но он держался намного лучше, возможно, уже свыкся.

Дальше мы просто лежали и разговаривали о всякой чепухе, рассказывали разные шуточные истории из наших жизней, но не затрагивали эту тему больше.

Рик видимо устал и достаточно быстро заснул, но я не могла сомкнуть глаз, просто смотрела на то, как он спит, и думала... думала.

Когда находиться с ним рядом стало просто невыносимо больно, я ушла.

Было уже за полночь, когда я гуляла по ночному Портленду, загруженная печальными мыслями.

Год.

Нам остался всего один жалкий год. Дерьмо! Что же делать? Как нам с этим справиться?

Сидя ночью в парке, я продолжала лить слезы, которые были бесполезны, но ничего не могла с собой поделать, мне было больно!

Тогда я поняла, что моей безоблачной жизни пришёл конец...

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 19

Продолжая держаться за дверную ручку, пыталась найти в себе внутренние силы, чтобы открыть дверь и спуститься к торжеству.

День, когда я должна познакомиться со своим женихом.

На данный момент самый ненавистный день в моей жизни.

Я не хотела выходить, думала, что смогу проигнорировать всех, но идти против отца оказалось куда сложнее, чем я предполагала.

Всю неделю находилась взаперти в ожидании свободы, но её мне так и не предоставили.

Он лишил меня всего, машины, кредитных карточек, и даже телефона!

Сказал, что отдаст его обратно, если я выйду на знакомство и произведу должное впечатление.

Я была в растерянности.

Уже прошёл месяц после того, как я узнала о болезни Рика, после того раза мы больше не затрагивали эту тему.

Верней, я пыталась завести разговор, чтобы поддержать его, но он быстро сворачивал его, говорил, что не хочет очернять наши отношения.

Хотя мне бы хотелось обсудить наши дальнейшие действия, что мне сказать отцу насчёт свадьбы, решить проблему с его лечением, где мы могли бы взять деньги.

Было множество не решённых проблем, которые требовали внимания.

Они накапливались, как снежный ком, грозясь свалиться на нас в самый неожиданный момент.

Один вопрос я решила сама.

Я останусь с ним до самого конца, это наверняка.

И я сделаю все возможное, чтобы мы как можно дольше пробыли вместе.

Деньги, они могли многое решить, возможно, даже если предложить хорошую сумму докторам, то они возьмутся за операцию или предложат альтернативу.

Я знала, что все всегда утыкалось именно в них, деньги могли решить почти любую проблему, главное знать, кому платить и сколько.

С замиранием сердца давлю на ручку, приоткрывая дверь, глубоко вдыхаю и выхожу из своей комнаты в предстоящий ад.

Прохожусь острыми шпильками по красному ковру, отсчитываю свои шаги, к лестнице.

По ходу смотрю на развешанные по стенам картины художников, которые были куплены не для души, а для интерьера.

Как глупо.

Медленно спускаясь по лестнице, улавливаю спокойную, мелодичную музыку оркестра.

Захожу в зал, переполненный людьми.

Приехали многие родственники, друзья нашей семьи и просто хорошие знакомые. А знакомых у отца просто море, народу так много, что в этой толпе не могу найти свою семью.

Приемный зал оформлен в светлых тонах, небольшие столики, за которыми сидят по несколько гостей, удобные бежево-золотистые диванчики, расставлены ближе к стенке, давая пространство для танцев.

В углу играет оркестр, по залу официанты разносят и предлагают напитки.

Вот от чего бы я точно не отказалась!

Ко мне направляется девушка в форме, чтобы предложить мне игристое, но я отсылаю её, пробегаюсь взглядом, подхожу к парню, который разносит напитки погорячее, забираю себе стакан, отворачиваюсь от любопытных глаз и опрокидываю жгучую жидкость.

Оценивая, ухмыляюсь, довольно-таки неплохой, я бы даже сказала один из лучших, которые я пробовала!

Видимо не просто покупное, а из нашего драгоценного подвала, где можно найти напиток на любой вкус и градус.

Отец не пожалел хорошего алкоголя на данном мероприятии.

Единственная приятная новость на сегодняшний вечер!

Хватаю следующий стакан, подношу его к губам... как кто-то резко вырывает его из моих рук и забирает себе.

Этим кто-то оказался рассерженный отец, хватает меня за локоть и немного встряхивает.

— Если ты испортишь знакомство... я тебя выпорю! — приближая своё лицо ближе, с шипением говорит, сжирая меня злобным оценивающим моё состояние взглядом, принюхивается и морщится. —  Что бы я не видел сегодня алкоголя в твоих руках! — угрожающе выплевывает, но я не собираюсь делать то, что он приказывает.

Мне нужно расслабить свои нервы, иначе грядет скандал!

— А вот и наша невестка! Я так рад нашей долгожданной встречи! —  гремит тяжелый, жёсткий мужской бас, от которого интуитивно сжимаюсь, пытаясь спрятаться за отцом.

— Да! Я рад познакомить, Оливер, со своей дочерью! — сжимая до боли мое предплечье, выпихивает вперёд, представляя этому мужчине.

Отрываю взгляд от своих блестящих туфлей, перевожу его на мужчину, стоявшего рядом с нами.

Холодок проходится по моей спине, когда я встречаю его чёрный, пугающий до костей взгляд, оценивающий с головы до пят, ухмыляющийся своим мыслям.

Слегка вздрагиваю, от чего отец усиливает хватку, причиняя нестерпимую боль, пытаюсь отстраниться.

Он улавливает мое намерение и отпускает, сверля меня предостерегающим взглядом.

Сейчас ощущаю себя беленьким загнанным мышонком в окружении двух хищников.

Только Оливер кажется куда намного опасным... у него странная тягучая энергетика, которую я улавливаю на интуитивном уровне. Понимаю, что с этим человеком связываться ни в коем случаи нельзя.

В голову врезается красная табличка, гласившая «ОПАСНО»!

Тогда какого фига папа отдал меня его семье на растерзание?

Уверена, его сыночек не отличается от своего отца и выглядит так же, как этот чертов уголовник!

— Рада знакомству, — пытаясь быть вежливой, улыбаюсь через силу, опуская взгляд на чёрную бабочку на шее мужчины... в его глаза невозможно смотреть долго, становится не по себе.

— А она красивая. Даже лучше, чем на фотографиях. Моему сыну неимоверно повезло, — говорит, обращаясь только к отцу, видимо, совсем не стесняясь, что я стою прямо на этом месте.

— Ещё бы... она ещё и талантливая у нас, но об этом вам известно. И не вижу главного виновника торжества! — смотрю по сторонам, пытаясь выследить своего жениха, хотя и не знаю, как он выглядит.

Но взгляд упирается на тощий зад официанта, стоящего в другой стороне зала. Рик, мать вашу! Какого хрена он тут делает?

— Только сегодня сын вернулся с Германии с очень важной для нас сделки, поэтому он только подъезжает, вы же не против его опоздания?

Да плевать я на него хотела!

Нервно оглядываюсь по сторонам, пытаясь снова найти Рика, но он словно в землю провалился, стоило мне отвлечься на секунду.

Так, о чем там разговор шёл?

— Конечно, мы не против! — вежливо отвечаю, одаривая двух мужчин лучшей улыбкой. — Я отойду ненадолго, чтобы привести себя в порядок перед встречей? — невинно хлопаю ресницами, уже поворачиваюсь, чтобы как можно скорее смыться!

— Конечно, дорогая. Только ненадолго, мой сын не любит ждать, — беря мою руку, целует мои костяшки пальцев, от чего становится не очень приятно.

Отбегая от них подальше, поглядываю на них и понимаю, что они увлечены разговором и не смотрят, куда я пошла.

Чьи-то руки хватают меня за талию и притягивают к себе.

Поворачиваюсь возмущённая, ударяя нахала по груди.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 20

— Ты что здесь делаешь?! Ты смерти своей захотел? А если бы тебя увидел отец? — перехожу на шипящий шепот, подталкивая его в менее безлюдный угол зала, прячась за большой белой колонной.

— Брось, Тин! Ничего страшного не произошло! —  хитро улыбаясь, наклоняется и целует в щеку. — Ты прекрасно выглядишь!

— Спасибо, ты тоже, — вру нагло, и он понимает это.

Продолжаем стоять и разглядывать друг друга, только сейчас понимаю, как сильно я скучала по своему доставщику, неделя разлуки — это было слишком долго!

— Потанцуем... — вырывается у меня, от предложения удивляется не только он, но и я сама.

Рик меняется в лице, становясь более серьезным и притягивает меня к себе, обхватывая мою талию рукой, другую же подносит к моему лицу и начинает нежно поглаживать.

Слегка ведёт телом, создавая еле уловимый танец, хотя это больше похоже на объятия влюблённых.

Обнимаю его в ответ, кладя свою голову ему на грудь, двигаясь медленно под его такт.

В его объятиях настолько комфортно, что я не хочу их покидать... никогда.

Грусть сжимает моё сердце, когда я снова начинаю думать о наших проблемах.

В глазах начинает жечь, в грудине завывает сердце.

Прижимаюсь к любимому плотнее, уже не танцуя, а просто держась за него, словно он главное, что есть в моей жизни.

— Я так скучала... — все же всхлипывая, вжимаюсь лицом в жакет, размазывая дурацкий макияж, плевать! — Рик, а давай сбежим... прошу тебя... пожалуйста... мне так плохо! — начинаю выть, приходя даже в шок от своих эмоций.

Громкое, неконтролируемое рыдание вырывается из моих легких.

Рик начинает меня куда-то вести, и я без страха отдаю ему весь контроль над ситуацией, шум людей стихает, и я понимаю, что мы уже не в зале.

— Ты будешь брать какие-либо вещи? — спрашивает, немного встряхивая меня, помогая прийти немного в себя.

— Нет, я просто... хочу уйти! Прошу, увези меня! — сама заворачиваю к выходу из дома.

Рик понимает меня и идёт за мной. Но уйти нам так и не удается, потому что у двери выхаживает Мисс Престон, моя заноза в заднице!

— И куда ты собралась? Твой жених уже на месте, поэтому советую развернуться и идти обратно в зал! - выдаёт она нагло, приводя меня в недоумение... не при нем же! — А тебе, парень, не стыдно влезать в чужую семью?! Кто ты вообще такой, чтобы разрушать чужой брак!? — начинает кричать и трястись в злобе, от чего Рик немного отступает. Ну уж нет!

— Отвали от моего парня! Никакого мужа у меня нет, поэтому встречаюсь с кем хочу! Уйди в сторону, пока я не расцарапала тебе все лицо! — беру руку парня и веду его к выходу, обходя эту суку, сверля её ненавидящим взглядом.

Мы выходим и бежим к его припаркованному пикапу, быстро садимся в него и смываемся подальше от моего дома.

Мы проезжаем полгорода по направлению к дому Рика.

Сейчас мне уже негрустно, именно в этот момент я ощущаю себя счастливой.

Не скрывая своих эмоций, улыбаюсь, а после и вовсе начинаю смеяться, парень начинает заметно нервничать и поглядывать на меня.

— Останови машину.

— Эмм... зачем, тебе плохо? — обеспокоенно спрашивает.

— Нет, мне хорошо! - в подтверждение своих слов, кладу свою руку ему на бедро, начиная слегка поглаживать, медленно подбираясь к просыпающемуся дружку Рика.

— Ты уверена? — смотрит на меня хмурым, оценивающим взглядом голубых глаз. — Может до дома доберёмся?

Смотрю на его волнующееся лицо, на то, как он напрягся, как сжимает челюсть, пытаясь держать себя в узде.

Да он обеспокоен и хочет того же не меньше чем я сама!

Что же может быть милее?

Уверена ли я отдать свою девственность человеку, которого люблю?

Наплевав на все правила, отдаваясь вихрю разрушающих мою душу чувств.

Разрываясь надвое от счастья и безысходности нашей ситуации.

— Я уверена!

Ныряя в омут с головой.

Глава 21

Сейчас моя жизнь была похожа на низкопробный сериал в жанре мелодрамы.

Мне в нем предоставили роль главной героини, которая страдает от несчастной любви и, конечно, рядом присутствуют люди, которые только и делают, что подкидывают вам всякое разное дерьмо, чтобы добить наверняка!

Заглянув в конец сценария, ты узнаешь, что ХЭ вам и не светит.

Большой любви, шикарной свадьбы, милого домика у озера и кучи мелких детишек не будет.

Но до окончания ещё следует дойти, выстрадать его, что я и делала.

Я пыталась быть хорошей девушкой для Рика, пыталась сохранять внешнее спокойствие, когда внутри меня бушевал ураган. Заглушала его всеми своими силами, молила в темноту всевышнему помочь мне, дать хоть маленький кусочек надежды.

Но с каждым днём становилось все хуже и мне, и ему.

Только если я страдала лишь душевно, Рик мучился ещё и физически.

Ему становилось хуже... его изматывали головные боли и не проходящая рвота, чертовы препараты совсем не помогали!

И я не знала, что мне делать, как могла помочь, иногда казалось, делала только хуже.

Я стесняла его своим присутствием, он прогонял меня, срывался, орал, швырял в меня вещи, вытаскивал за шкирку из дома и не пускал к себе.

А я была рядом, кричала вместе с ним, плакала, выпрашивала, чтобы одумался, чтобы не совершал эту ошибку.

И он впускал обратно.

Но все начиналось заново, по гребаному кругу нескончаемого ада... день за днём.

Потерялась во времени, сколько мы уже барахтались в этом болоте?

На самом деле в течение нескольких недель, а казалось долгие годы...

Но я не жаловалась и никогда не буду, Рик никогда не узнаёт, насколько мне тяжело.

Я продала обручальное кольцо, которое прислал мне жених ещё несколько месяцев назад, и ни капли не пожалела, у меня ничего не дрогнуло, а даже вздохнула с облегчением, как тяжелый груз с сердца.

В ювелирном магазине у меня его не приняли, сказав, что не возьмут его без должных документов.

Я сразу поняла, что оно очень дорогое, но, чтобы настолько... пришлось его предложить на нелегальном рынке. Там мне, конечно, дали не ту сумму, на которую я рассчитывала... раза в четыре меньше, но деваться было некуда.

Нам были необходимы деньги на лекарства и новое обследование.

У Рика ещё имелись долги, которые мы закрыли, хоть он и противился, и обижался на меня, но я настояла на этом.

Все закрыв и оплатив, деньги растворились, словно их было крошки.

Резко встал вопрос, где их брать дальше.

Рик был не в состоянии работать в том же режиме, что раньше.

Я же сама никогда не работала и образования не имела.

Он как-то сказал, можно попробовать продавать мои рисунки, но я только рассмеялась на его предложение, это глупо, никто не будет их покупать, на что он развел целую дискуссию, насколько я хороша в этом.

Но это было плохой идеей. Нам необходимы деньги конкретно сейчас.

Я знала, где смогу их получить.

Последний вариант, попросить их у отца.

Хоть и Рик был категорически против, я решила не слушать его и сделать, как считаю нужным, только без его ведома.

—Милый, я отойду не на долго? Меня везти никуда не нужно, я сама. Хочу встретиться с давней подругой! — кричу я, стоя у двери, обувая кроссовки.

— Конечно! — отвечает мне из кухни. — Постой!

Появляется в проеме, достаёт из кармана свой телефон и передаёт его мне.

— Возьми, если что, звони на домашний, — беру его из его рук, и он притягивает меня к своему голому торсу, захватывая мои губы в нежном поцелуе. Обнимаю его за шею, прислоняясь вплотную, ощущая просыпающееся возбуждение. — Я люблю тебя, будь осторожна! — последний раз целует в щеку, одаривая нежной улыбкой.

— Я скоро вернусь... приготовь что-нибудь вкусное, чмоки, детка! — посылаю воздушный поцелуй, подмигивая, разворачиваюсь на пятках и выхожу на улицу.

На соседней улице меня уже ожидает такси, я сажусь и называю адрес.

Мы трогаемся, а у меня скручивает живот от волнения и страха.

Когда принимала это решение, я была куда более позитивно настроена, но, когда уже ехала домой к родителям, весь мой настрой куда-то подевался.

В груди что-то сжимало, больно покалывая. У меня было плохое предчувствие, инстинкты оживились и требовали, чтобы я там не появлялась, все не будет так гладко, как я надумала себе.

Отец зол, уверена.

Уехала в тот день, никого не предупредив и даже не взяв телефон, перезвонила только спустя два дня, сказав маме, что со мной все в порядке, и чтобы они не беспокоились, она начала кричать, но я быстро бросила трубку, думая, что разберусь с этим потом, когда... нельзя думать об этом!

Глаза обожгли непрошеные слезы, снова... закрываю рот рукой, чтобы не начать плакать навзрыд. Нужно успокоиться, слезами проблему никак не решить!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍За своими переживаниями и не заметила, что машина такси остановилась около ворот моего дома.

Выхожу из машины, медленно идя в самое пекло, наплевав на гордость, выпрашивать деньги у отца на лечение своего любимого.

Даже не доходя до входной двери, она открывается, представляя мне вид мисс Престон, она словно знала о моем визите и так сдержанно мне кивнула головой, ничего даже не сказав... что очень странно!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 22

— Я хочу увидеть отца, где он?

— Он в своём кабинете, — сухо отзывается она, разворачиваясь и покидая мою персону.

Пытаясь унять дрожь в ногах, ступаю по мраморному полу, отсчитывая шаги по направлению к кабинету отца, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

Доходя до двери, не стучась, вхожу, сразу примечая несвойственный бардак в его логове, где обычно сияет идеальная чистота.

Сам же папа спиной ко мне стоит у окна, всматриваясь вдаль, возможно, он видел, как я приехала и шла до дома.

Напрягается, когда замечает, что я зашла, разворачивается в пол оборота, не двигаясь, сжимает бокал с виски.

Пытаясь не предавать особого значения, прохожу в комнату, сажусь на диванчик стоящий у его стола.

Молчание. Гнетущее. Несколько минут.

Он резко разворачивается и со всего размаху швыряет стакан, тот же с громким звоном ударяется о стену... и я могу наблюдать, как по белоснежным обоям стекает коричневая жидкость.

Страх парализует. Не могу пошевелиться. Трудно вздохнуть.

Поднимаю на него взгляд, содрогаюсь от бушующего гнева в его глазах.

Хочется сбежать. Прямо сейчас!

— Стоять! — орет со всей силы, когда я дернулась, чтобы... струсить и уйти.

— Отец, приди в себя! Ты пугаешь меня! — нервным голосом.

— Я тебя, идиотка, пугаю? Ты это, мать вашу, серьезно?! — начинает нервно посмеиваться, от чего дикие мурашки начинают ползти по моему телу. — Ты наплевала на меня, сбежав с каким-то недоумком в день знакомства со своим женихом! — диким рычанием в мою сторону.

Он выходит из себя, причём впервые за все эти года, которые я жила в этом доме, перестаю узнавать его, словно совсем чужой мне человек.

Монстр! Зверь!

— Я пришла попросить у тебя помощи, ты просто послушай...

— Молчать, дрянь! — громко, ударяя кулаком по стене.

От увиденного я прихожу в шок.

Оцениваю данную ситуацию, понимаю, что все очень плохо.

Тут мне не помогут. Я зря пришла.

Медленно приближается ко мне, садясь на корточки около моих ног, заглядывая в мои глаза.

— Ты знаешь, кому ты отказала, м? У какой семьи мы теперь во врагах?! Нас по щелчку гребаного пальца в порошок могут стереть! Я вот тут сижу и думаю, как изощренно нас будут убивать... изнасилуют ли тебя и мою жену, или просто подожгут заживо ?! А знаешь, этот ублюдок со своим сынком очень любят это дерьмо, наслышан!

Он приподнимает мое лицо, которое пыталась опустить, чтобы не смотреть в его такие презренные глаза, ужасаясь от услышанного, всхлипываю.

— Мне пришлось вымаливать у их ног прощение за твою тупую выходку! Я унижался перед этими засранцами, понимаешь!? — тряся мое лицо, в диком бешенстве говорит он, а меня начинает трясти от нахлынувшего страха и слез. — О, да ничего  ты не понимаешь... куда тебе, тупой курице!?

Отпускает мое лицо, отходя от меня. Не смотрю на него, но слышу, как он откупоривает новую бутылку виски.

—  Но я спас положение! Сказал, что тебе стало плохо... последствия аварии и тебя увезли в больницу. Так что свадьбе все равно быть. Поэтому...

— Пап, послушай же ты уже! — набираясь смелости, вставая с дивана, принимая решительную позу, смотрю прямо в глаза. — Моему... знакомому нужна помощь, он смертельно болен... ему нужны деньги на лечение. Я обещаю...

— Мне глубоко плевать на то, что тебя кто-то разводит на деньги! Я тебе ни цента не дам, не после того, что ты натворила! Мне осточертело твоё похабное поведение! Жду не дождусь, когда ты выйдешь замуж и станешь чужой проблемой, не моей! Я не хочу больше ничего слышать, Эрик, проводи мою дочь в её комнату.

Дергаюсь, ощущая на своём локте руку одного из охранников отца. Нет!

Он не может так поступить со мной!

— Папа, пожалуйста... — вырываясь от хватки охранника, подбегая к нему. Цепляюсь за его рубашку, сжимая ткань до характерного треска. — Помоги! — во все горло, настойчиво, пытаясь достучаться до него, видя в ответ только презрение.

Пытается снять с себя мои руки, но я держусь стальной хваткой. Все не должно быть так. Так неправильно!

— Если ты не поможешь мне, обещаю, ты пожалеешь! Обрушу на тебя весь ад... не прощу тебя никогда... для меня вы с матерью больше не будете существовать! — выкрикиваю все, что приходит в мою голову, ни капли не сомневаясь в своих словах, угрожаю и манипулирую.

Но это, видимо, не дает никаких результатов, потому что он отмахивается от меня, давая немой приказ охране убрать меня с глаз долой.

Начинаю брыкаться как дикая кошка, сопротивляясь уже двум мужчинам, видимо, второй прибежал на мои крики.

Пытаюсь оцарапать или же ударить, но все бесполезно, они все же одерживают вверх и тянут меня из кабинета, направляясь в мою комнату.

Грубо заталкивая меня внутрь, закрывают дверь на щеколду.

Дергаю нервно ручку, ударяя по двери кулаком, кричу все нелестные выражения в их адрес. Но никто не отвечает мне.

Оседая на пол, начинаю плакать, обнимаю коленки руками.

Все не должно быть так! Нет!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я не могу здесь остаться, я должна вернуться! Меня ждёт Рик.

Нужно ему хотя бы позвонить. Но меня накрывает дикая усталость, и я решаю ненадолго закрыть глаза, немного передохнуть.

Обязательно позвоню ему. Когда немного передохну. Должна.

Обещала вернуться...

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 23

Ужасно болит все тело, оно сильно затекло, не могла понять почему.

Открывая глаза, ощущаю головную боль, осматриваюсь, понимаю, что я в своём доме, в своей комнате.

Воспоминания быстро возвращаются в мою больную голову, от чего резко вскакивая, роюсь в кармане, пытаясь отыскать телефон!

Боже, я же не могла заснуть! Как такое могло произойти?

Доставая сотовый Рика, на экране высвечивается время полтретьего ночи!

Два пропущенных. От него.

Нервно пытаюсь набрать его номер, но пальцы совсем не слушаются меня, и получается это сделать только со второй попытки.

Долгие гудки. Абонент не отвечает.

Набираю ещё раз. И ещё. Десятки раз.

Начиная переживать, а может, спит и не слышит?

Такое может быть, обычно его сложно добудиться. Пытаясь взять себя в руки, листаю телефон, замечая голосовое сообщение.

Прослушиваю.

Волнуется, где я и что со мной, говорит, чтобы я не делала глупостей, просит вернуться.

Второе сообщение.

Плохо себя чувствует и собирается лечь отдохнуть, ждёт, любит.

Обычные сообщения, без истерик и выяснений отношений от любящего парня. Больного.

Я должна быть с ним рядом на всякий случай, поддерживая и даря заботу.

Но застряла тут, в доме, который ещё недавно был любимым, теперь же словно чужой, будто и не провела тут все детство и юность.

Все ушло. Сейчас все по-другому, ценности переоценены, новые цели поставлены.

Дом не изменился, я стала другой, новой.

И больше не хотелось тут находиться, не после того, как отец поступил со мной.

Только сейчас начинаю понимать, какой дурой была, из-за моего наплевательского отношения ко всему оказалась в подобной ситуации.

Вот к чему это привело. Мое слово тут ничего не стоило.

Я обычная пешка в руках умелого игрока, который ради своего благополучия разменял меня на выгодных условиях.

А я была настолько поглощена собой любимой, что и не заметила его игру, цена в которой моя судьба. И только пешка собралась выйти из игры, её вернули на место, даже не спросив её мнения.

Не разобравшись.

Указали на мое гребанное место, куда сами же меня и поставили!

Но я испорчу им всю партию. Я бы сама сдалась по-хорошему, помоги мне отец, но он сам все разрушил, даже не осознавая, что я смогу ответить.

Кто сказал, что будет легко?

Но сначала нужно вернуться к нему... только бы он ничего не подумал.

Я все ему объясню, расскажу, как есть, что была дома, и он поверит, несомненно!

Главное, чтобы сильно не волновался, чтобы не думал, что я его бросила... не смогла бы этого сделать.

Утро. Обычно он уже просыпается в это время, но на звонки так и не отвечал, звонила ему каждый последующий час, надеясь услышать его голос, который немного бы меня отругал и попросил приехать. Но ответа не было.

Обед. Он должен был уже давно встать и увидеть, что я звонила, у него график приема лекарств, которого он четко придерживается. Но он так и не ответил, даже смс не написал, хотя я отправила ему их целую кучу.

Вечер. Что-то не так! Случилось что-то ужасное. Чувствовала это всеми фибрами своей души. Додумалась набрать его другу, номер которого нашла в телефоне и попросила его проведать Рика и сообщить мне немедленно, если что-то случилось.

Ночь. Душа рвётся напополам от ожидания, сама не звоню, жду. И с каждой прошедшей минутой становится все тяжелее держать свои эмоции под контролем. Я чувствую...

Долгожданный звонок, дрожащими руками принимаю вызов. Подтверждая все свои ужасные предположения. Только два слова в трубке.

«Мне жаль».

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Конец

Content

Стоун Милана Ты не навсегда

Ты не навсегда Милана Стоун

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 12

Глава 13

Глава 14

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 15

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 16

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 17

Глава 18

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 19

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 20

Глава 21

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 22

Глава 23