Медич Майя

Номер для рыжей и фехтовальщика

Номер для рыжей и фехтовальщика

Медич Майя

Глава 1

Рут торопилась на работу. Она позволила себе поваляться в постели подольше, поэтому сейчас изо всех сил ускоряла шаг. К счастью, до отеля было рукой подать. Пройти по улице с чудесной пекарней, откуда не переставал доноситься чудесный аромат наисвежайшей выпечки. Потом свернуть в небольшой переулок и насладиться полным одиночеством, ведь никого больше там никогда не было. Ну а затем выйти на большую оживленную улицу, по которой гуляла масса людей, и где витрины пестрили всеми цветами радуги.

И вот он – отель Аммолит, названный когда-то в честь завезенного в страну драгоценного камня.

Проскочив открытые нараспашку кованые ворота, Рут быстрым шагом пошла по прилегающему к гостинице парку.

– Привет, Рут, – из-за куста почти идеальной круглой формы высунулся садовник и помахал рукой своей юной коллеге. Куст при этом вспыхнул мелкими оранжевыми искорками, но тут же потух, испугавшись, наверное, недовольства повелителя парка.

– Привет, мистер Юнс, – Рут помахала ему в ответ, но не остановилось, чтобы перекинуться с ним парочкой слов. Она, конечно, обожала смотреть, как его длинные густые усы шевелятся, когда садовник с энтузиазмом рассказывает о своих розах, но сейчас рыжей было не до этого. Она все еще опаздывала.

Будучи дочерью управляющей отелем, Рут не хотела пользоваться своим положением. Да и мама ее всегда давала понять, что за все свои шалости и нарушения дисциплины Рут будет отвечать сама. Белинда Мейли вообще старалась воспитать дочь сильной и независимой. Муж бросил ее одну с ребенком на руках, так что женщина не понаслышке знала, что такое сила и независимость.

Рут взбежала по широкой каменной лестнице, ведущей к главному входу. Осталось совсем чуть-чуть. Буквально половина минутки. Платье девушки развевалось на ветру, а пышные кудри так и норовили прилипнуть к лицу. Рут всякий раз откидывала их назад, чтобы они не мешали ей смотреть под ноги. Растянуться прямо на ступеньках было бы неприятно, ведь Рут так нравилось думать, что она элегантна и грациозна.

Двухэтажный отель выглядел солидно и при этом уютно. Его устремленная вверх треугольная башенка говорила о том, что проектировщики этого здания любили не только геометрию, но еще и творческое начало в своих работах. Внешние стены были выкрашены в белый цвет, который прекрасно подчеркивали оконные рамы из темной древесины. Парадный вход был отделан небогато, но со вкусом. Справа и слева от двери в горшках росли декоративные ели, а козырек сверху обвивал плющ.

Как только Рут открыла дверь и вбежала в лобби отеля, часы, расположенные как раз над дверью, пробили девять часов. Именно в это утреннее время обычно начиналась смена Рут.

– Ну надо же! Успела!

На лице ночного администратора, мужчины среднего возраста по имени Мартин, читалась ирония, так и не решившая перейти в сарказм.

Рут подняла голову, посмотрела на часы, а потом улыбнулась и победно вскинула руки.

– Могу, умею, практикую, – бодро сказала она и прислонилась к двери, драматично хватаясь за сердце. – А теперь извини, но мне нужно отдышаться. Года, знаешь ли, уже не те…

– Пожаловалась девушка, еще даже в институт не поступившая, – все с той же иронией заметил Мартин и начал собираться. Он оттянул свой галстук вниз, и теперь этот предмет гардероба болтался неаккуратно и даже дерзко. Вот, что делает с людьми конец рабочего дня. А в данном случае – скорее рабочей ночи.

– А что институт? – Рут прошла к стойке регистрации, подняла со стола заявки на бронирование и принялась их изучать. – Детство кончилось. Теперь придется быть взрослой.

По правде говоря, Рут нравилось взрослеть. Все эти подростково-переходные проблемы остались позади. Рыжая преодолела их почти с легкостью и теперь наслаждалась прелестями жизни взрослого человека. Проблемы ее не пугали. Рут ощущала некий азарт при мысли, что ей придется столкнуться с какими-нибудь недетскими неприятностями.

– Я буду по тебе скучать, когда ты уедешь учиться, – честно признался Мартин. – К тому же снова придется обучать кого-то нового… Долго, сложно, муторно. Я бы предпочел, чтобы работники отеля вообще никогда не менялись.

Взгляд Рут упал на очередную бумажку с данными о новых гостях. Девушка перечитала имя трижды. Никак не могла поверить в то, что видит.

– Винсент Орс? – удивленно спросила она. Недовольство Мартина она проигнорировала. – Тот самый? Двенадцатикратный чемпион по фехтованию? Скажи мне, что я не сплю!

– Ты не спишь, – усмехнулся ее коллега. – Да, тот самый. Приезжает сегодня. А ты что, следишь за фехтованием?

– Не то, чтобы слежу… – Рут задумалась, игриво устремив взгляд куда-то в потолок. – Хотя ладно. Слежу. Обожаю фехтование. И плевать, что все считают, что оно не для девушек.

Все эти размышления о том, что со шпагой обращаться – не женское дело, раздражали Рут с самого детства. Еще в возрасте шести лет она попала на небольшое соревнование локального масштаба и была поражена тем, насколько фехтование элегантно и волшебно. И это при том, что волшебство в этом деле не участвовало совсем. Перед серьезными состязаниями шпаги проверяли на предмет зачарованности. Если обнаруживалось, что спортсмен пытался сжульничать, его немедленно отстраняли, а имя его покрывалось позором.

Винсент Орс был на пике своей популярности уже не первое десятилетие. Равных ему в Мирабилии не было даже близко, хотя поговаривали, что его сын Алан наступает отцу на пятки. Вряд ли Орса-старшего это очень печалило, ведь он сам прилагал все усилия для того, чтобы его наследник пошел по его стопам. Не секрет, что спортивная карьера не может длиться вечно, а в лице молодого и полного сил юноши Винсент должен был видеть полноценную замену самому себе.

– Надо же… – Мартин задумался. – А что об этом думает тот парнишка из бакалеи? Ну тот, который иногда приходит сюда и неуклюже флиртует с тобой?

– Очень неуклюже, – Рут откинула назад волосы. – Поэтому я и порвала с ним.

– Жестоко, – замечание это, впрочем, прозвучало одобрительно.

Сама Рут не считала себя жестокой. Она не представляла себя с кем-то вроде парня, увлеченного декоративной укладкой укропа. Рыжей было приятно его внимание, но не более того.

– Что же… Желаю тебе сегодня храбрости и стойкости, – Мартин вышел из-за стойки регистрации. Он готов был отправиться домой. – Не всякий способен сдержать себя при виде кумира.

– Я справлюсь, – гордо пообещала Рут. – Ты же знаешь, как моя мама относится к чрезмерному проявлению эмоций по отношению к гостям. Со мной она точно не будет церемониться, если я наброшусь на нового постояльца, да еще и знаменитого.

– Это точно. Ладно, я пошел. Удачной тебе смены! – окончательно сняв галстук и сунув его в карман, Мартин направился к выходу. Вскоре дверь за ним закрылась, и смена Рут началась не только официально, но фактически.

На внутренней части стойки стоял максиус – аппарат для передачи запросов о свободных номерах. Как только кто-то находил в себе желание остановиться в Аммолите, он писал письмо администраторам отеля и читал над написанным специальное заклинание с адресом гостиницы. Через несколько мгновений отельный максиус передавал сотруднику за стойкой письмо в точно таком же виде, в каком его написал автор. Удаленность автора значения не имела.

Вот и сейчас внутри максиуса явно происходил процесс написания запроса. Как только аппарат буквально выбросил бумагу из себя, Рут приподняла ее, прочитала и нахмурила носик. Когда ожидаешь появления знаменитости, запросы от неизвестных людей выглядят как-то не так интересно. Тем не менее, рыжая проверила свободность номеров. Парочка свободных присутствовала, только проблема состояла в том, что ответить самостоятельно Рут не могла. Она не пока не умела, да и не имела права колдовать. Этот факт постоянно мешал работе, однако нарушать закон было опасно, как для самой Рут, так и для отеля в целом.

Пришлось убедиться в том, что звонок для посетителей работает. Вдруг Рут сейчас отойдет, и именно в этот момент кому-то что-то понадобится. Все проверив, рыжая пошла в сторону кафе, расположенного прямо в здании отеля. Небольшое, но уютное оно сейчас работало на завтрак.

Рут терпеть не могла отвлекать кого-то еще из персонала от работы. Впрочем, те обычно реагировали вполне позитивно. В этот раз помощник повара, давно окончивший институт, помог Рут ответить на запрос и не предъявил никаких претензий.

– Спасибо, – сказала Рут и забрала обратно запрос. – Как у вас тут дела? Можно мне украсть одну булочку?

– Дела хорошо, – ответил сотоварищ по работе. – Все завтракают, созерцают, планируют свой день. Булочку можешь украсть. Только дождись, пока я отвернусь.

– Будет сделано! – отсалютовала Рут. Она обожала, когда настроение других работников гостиницы было задорным. Так и у постояльцев улучшался настрой, а это было важным в работе любого заведения в сфере туризма и обслуживания.

Рыжая честно дождалась, когда мужчина отвернется, выждала секунд пять, схватила булочку, лежащую на большом подносе, и направилась назад к своему рабочему месту. Булочку она начала есть уже по пути. Внутри оказался джем. Такой приятности Рут не ожидала, но, увидев его, только шире улыбнулась. Какие девушки не любят джем?

За время ее отсутствия никто администратором не интересовался. Рут посмотрела на часы и подумала, что ей предстоит длительное и утомительное ожидание. На всякий случай она посмотрелась в небольшое зеркало. Ей не хотелось выглядеть недостойно во время встречи с кумиром.

Своим видом Рут в целом осталась довольна. Знай она заранее, кто сегодня заселится в отель, она бы выбрала более интересный наряд, но сожаления ситуацию бы не изменили, так что рыжая просто смирилась.

За следующие часы в один из номеров заселилась семейная пара. Когда дверь перед ними открылась, Рут посмотрела в ту сторону с большой надеждой, но знакомого лица не увидела. Тем не менее, свои обязанности она выполнила на отлично – проводила в номер, рассказала о завтраке, предложила путеводители по городу. Постояльцы остались довольны, а Рут сочла это хорошей тренировкой.

Около двух часов дня долгожданный гость прибыл. Рут узнала его сразу же. Она тут же отбросила в сторону книгу, которую читала в свободные минуты, и улыбнулась. Один из величайших фехтовальщиков современности подошел к стойке регистрации. От осознания этого можно было и с ума сойти.

– Добрый день, – сказал мужчина, вежливо снял шляпу и положил ее на стойку.

– Добрый, – голос не дрожал, это Рут уже радовало. – Полагаю, у Вас забронирован номер.

– Да, на имя Винсент Орс, – отозвался мужчина.

– Разумеется.

Рут еще раз сверилась с тем, в какой номер следует проводить гостя, а мимоходом рассмотрела его. На висках мужчины уже проступала седина, но это его совершенно не портило. Атлетическое телосложение с годами не превратилось в недоразумение, а карие глаза так и манили. Одет Орс был с иголочки. Рубашка и пиджак сидели точно по фигуре, а брюки были выглажены до полной идеальности.

– Я провожу Вас, – сообщила Рут и приготовилась идти, но Орс остановил ее.

– Не торопитесь, – попросил он. – Сейчас еще подойдет мой сын. Он встретил приятеля и сейчас разговаривает с ним где-то на улице.

В другой ситуации Рут сразу нашлась бы, чем занять гостя. За словом она в карман не лезла, но опыта общения со знаменитостями ей точно не хватало. Она не хотела показаться безумной фанаткой или наглой болтушкой.

– Вы прибыли в наш город на соревнования? – все-таки спросила Рут. Ей было любопытно. О том, что на носу какие-то состязания, она не слышала, хотя обычно была в курсе всех подобных событий.

– Боюсь, что нет, – без тени недовольства ответил мужчина. – Я планирую купить здесь неподалеку дом, но хочу удостовериться, что это место подходит мне и моей семье целиком и полностью. Дело ответственное.

Винсент Орс будет жить неподалеку. Рут едва не умерла от счастья. Только бы ему понравился дом, мысленно попросила у судьбы она.

– Понимаю, – просто сказала она и поправила свой воротничок.

– А вот и он.

Дверь открылась вновь, и на пороге показался молодой человек лет двадцати пяти. Он был похож на своего отца. Такой же хорошо сложенный и сильный мужчина, только моложе и оживленнее. Его рукава были осторожно закатаны, и крепость рук сразу бросалась в глаза. Такой парень не только со шпагами умело обращается, подумала Рут и отругала саму себя за подобные мысли.

– Что я пропустил? – спросил молодой человек, подходя к отцу и с интересом глядя на Рут.

Рядом с такими высокими мужчинами Рут чувствовала себя очень хрупкой. Казалось, что любой из них мог с легкостью обхватить своими пальцами ее тонкую талию целиком.

– Добрый день, – на всякий случай сказала Рут. Вежливость еще никто не отменял. – Я провожу вас в номер. Прошу следовать за мной.

Сначала ноги ее плохо слушались, так и норовили подкоситься, но потом Рут обрела над ними контроль и начала наслаждаться ситуацией. За ней по пятам следуют два потрясающих человека. Будет чем похвастаться подругам.

Номер для Орсов располагался на втором этаже. Рут открыла дверь ключом и пропустила гостей вперед. Перед ними тут же открылась просторная комната с двумя кроватями и массивным добротным столом, на котором было аккуратно сложено все необходимое для проживания. Шкаф и другие предметы интерьера тоже присутствовали.

Стены украшали картины, а покрывала на кроватях ярко свидетельствовали о том, что отель заботился о своем имидже. Никакой дешевой ткани, только качество и комфорт.

– Надеюсь, вам понравится у нас, – как по шаблону заговорила Рут. – Здесь вы найдете полотенца, халаты, канцелярские принадлежности, принадлежности для ванны, путеводители по городу и прочее, что может вам понадобиться. Ключ я оставлю в двери. Если вы будете нуждаться в чем-то еще, обращайтесь ко мне или другим администратором. Мы всегда готовы вам помочь.

– Спасибо, – сказал Орс-старший и бросил взгляд на улицу. – Какой красивый отсюда вид! Спасибо, что выделили нам такой номер.

Вид из окна открывался на город со всеми его архитектурными особенностями. Здесь и вправду было, на что посмотреть, что оценить и чем полюбоваться. Рут к окну не подходила, но ей это было ни к чему. Отель она знала как свои пять пальцев.

– А как Вас зовут, мисс? – спросил Алан. Его виды из окна, кажется, интересовали мало.

– Рут, просто Рут, – ответила рыжая. – Рада, что вам все нравится. Приятного отдыха. А я оставлю вас.

Она переступила через порог, а Алан словно вызвался проводить ее. Когда Рут уже была в коридоре и собиралась отправиться в сторону лестницы, Алан не поторопился закрыть дверь изнутри.

– Рут, – позвал он девушку. Она тут же обернулась и вопросительно посмотрела на молодого человека. – А у вас все администраторы такие симпатичные?

В этот раз Рут решила не смущаться. Первое волнение уже прошло.

– Все, – кивнула она. – Но рискну предположить, что я самая симпатичная.

Не слишком ли для разговора с постояльцем? Уж не на флирт ли она решилась? Мама Рут тут же прочитала бы дочери целую лекцию о правилах приличия в отеле и важности соблюдения его репутации. Но в коридоре больше никого не было, доложить о случившемся никто бы не смог.

– Алан! – послышался из номера голос старшего из Орсов.

– Я сейчас, отец, – ответил Алан и повернулся обратно к Рут. – Я почти уверен, что вечером у меня появятся вопросы по проживанию. Что скажете?

– Скажу, что задать их нужно будет непременно до девяти, – смена Рут обычно длилась двенадцать часов. – Иначе отвечать на эти вопросы придется какому-то другому администратору.

– На такой риск я пойти не могу, – рассмеялся Алан. – Тогда до вечера!

Глава 2

День проходил самым обычным образом. В лобби отеля то и дело появлялись постояльцы. Они устраивались на диванах, чтобы почитать или поговорить друг с другом, уходили по своим делам и возвращались обратно. Рут неизменно улыбалась всем, даже если некоторые из них ей были совершенно не симпатичны.

А такое бывало. Ну кому, к примеру, могла приглянуться женщина, постоянно критикующая все вокруг? То картины висят неправильно, то путеводители рассказывают со всем не о том, то встреченный ею садовник посмотрел на нее как-то не так. В ее молодости все было иначе.

Рут с такими людьми просто соглашалась. Так они уходили подальше от нее намного быстрее.

Орсы, как и другие постояльцы, уходили куда-то по делам. Наверное, смотрели дом, беседовали с юристами и решали прочие важные вопросы. Покупка дома – дело серьезное, требующее времени и внимания.

Рут бы тоже не отказалась взглянуть на потенциальное пристанище своего кумира. Наверняка это было большое солидное поместье с просторными комнатами и приятным садом, где все деревья высаживались бы строго в ряд.

Сама Рут ютилась в небольшой комнате в доме своей матери, которая все силы бросала на работу и процветание гостиницы, а потому не особо переживала о том, где живет. Разумеется, в доме было уютно, но назвать его семейным гнездом у Рут бы язык не повернулся.

День уже сменялся вечером, солнце клонилось к горизонту, и за окном темнело. Рут взглянула на часы и нахмурилась. Орсы до сих пор не возвратились. Неужели они решили добраться до отеля поздно и не дать возможности бедной девушке за стойкой пообщаться с восходящей звездой спорта? Перспектива не радовала.

Однако переживания оказались напрасными. Орсы вернулись около семи вечера, после чего поднялись к себе в номер, а через некоторое время Орс-младший появился на первом этаже.

Алан улыбался. Его улыбка не отличалась открытостью. В ней было что-то загадочное. Мужчина будто скрывал какой-то секрет, который так и хотелось разгадать.

– Как дела? – спросил он, облокотился о стойку и с интересом посмотрел на Рут.

– Я бы сказала, что лучше не бывает, – ответила Рут, делая вид, что не ждала этой встречи с самого утра. – Но вдруг все-таки бывает… Скажу, что просто хорошо. А у Вас?

– Мои дела будут намного лучше, если ты перестанешь мне выкать, – Алан посмотрел на Рут более выразительным взглядом.

Даже при условии, что Алан был старше Рут не на ужасающее количество лет, обращаться к постояльцам на «ты» работникам отеля запрещалось, поэтому просьба молодого человека звучало немного неподобающе.

– Только после того, как часы пробьют девять, – с хитринкой во взгляде сообщила Рут.

– Какая ты непреклонная!

– Что поделать? – пожала плечами Рут. – Профессия обязывает.

– Ох уж эти обязательства… – фыркнул Алан и разочарованно покачал головой. – А что, если разок нарушить правила?

– Легко Вам говорить, – Рут разложила на стойке программы с интересными событиями, которые должны были произойти в городе, но на стул обратно не села. Ей попросту не сиделось, когда беседа складывалась таким вот образом. – В вашем деле рамок гораздо меньше.

– Ты шутишь? – собеседник возмутился. – Фехтование – это одни сплошные рамки. Сам бой ограничен правилами и нормами. А жизнь вне поединков подчиняется такому количеству условностей, что и сосчитать страшно. То нельзя, это нельзя. Строгие тренировки, которые нельзя забрасывать, постоянная езда по соревнованиям, необходимость придерживаться определенного образа жизни.

– Правда?

– Правда, – мужчина кивнул. Он успел оценить фигуру Рут. Его взгляд остановился на тонкой талии девушки. От Рут такое внимание не укрылось.

– А я думала, что людям, которые много чего добились, можно все, – сказала она и все же присела на край стола, расположенного чуть ниже стойки со стороны администратора.

– Расхожее заблуждение, – вздохнул Алан, отслеживая движения девушки. – Я мог бы многое рассказать, но вряд ли фехтование тебе интересно.

– Я обожаю фехтование! – глаза Рут заблестели. Говорить о чем-то, что очень любишь, с кем-то, кто любит это не меньше… Мечта. – С самого детства. У меня никогда не было шпаги, но я пробовала драться с друзьями на палках!

– Вот как!

– Да! – Рут уже было не остановить. Она говорила с воодушевлением и ноткой грусти. – Я бы пошла куда-нибудь заниматься фехтованием более серьезно, но Вы же знаете… Девушек не воспринимают всерьез. Мужчинам кажется, что слабый пол не способен составить им конкуренцию, а потому никто не хочет тратить время на обучение девушек.

Несколько секунд в лобби царило молчание.

– Дай-ка мне свою руку, – вдруг сказал Алан и протянул Рут ладонь.

– Зачем?

– Давай, – не отступал мужчина. – Проверим, смогла бы ты заниматься фехтованием или нет.

Он не дождался, пока Рут все же протянет ему руку. Алан с легкостью обогнул стойку и подошел ближе к девушке. Та привстала, все еще не зная, как реагировать и что делать. Дожидаться ее решения мужчина не стал. Он обхватил запястья девушки обеими руками, пошевелил им, качнул головой, а потом стал подниматься пальцами выше и выше – к плечу Рут.

По спине Рут пробежали мурашки. Руки Алана были такими сильными, но он хорошо контролировал свою силу. Он знал, где заканчивается нежность и начинается мощь. Рыжая смотрела на него снизу вверх, следила за тем, как меняется его выражение лица по мере приближения к плечу.

– Знаешь, – сказал в конце концов он. – У тебя все задатки хорошего фехтовальщика. Звучит странно, но руки у тебя подходящие. Минутку…

Закончив прощупывать плечо Рут, он опустил руки и взял ладонь девушки. Алан дотронулся до каждого пальца, до каждой фаланги. Его руки были теплыми, крепкими. У Рут перехватило дыхание. Мир вокруг мгновенно превратился во что-то, что толком не существовало. Интересное ощущение, очень волнующее и будоражащее.

Конечно, молодые люди и раньше брали Рут за руку, но их подростковые прикосновения не шли ни в какое сравнение с теми мужественными прикосновениями, которые дарил ей сейчас Алан. Он давно вырос, он знал, что делает.

– И ладони что надо, – сделал окончательный вывод Алан. Руку он при этом не опустил. Просто продолжил говорить. – Даже несмотря на небольшой размер. Пальцы смогут удерживать шпагу. Я бы сказал, что при должной тренировке оружие из твоих рук не смог бы выбить даже профессионал.

– Это самый странный комплимент в моей жизни, – призналась Рут. Вряд ли кто-то, кроме нее, смог бы оценить такие слова. – Но спасибо.

Они стояли и смотрели друг другу в глаза, немного улыбаясь. Рут не хотела опускать руку. Мужчина тоже не торопился это делать. Никто ничего не говорил. Рут не хотела, чтобы этот момент заканчивался, хотя в то же время мечтала узнать, что же за ним последует.

– Рут!

Голос послышался из соседнего помещения, которое вело на кухню, а оттуда в приотельное кафе. Дверь еще не открылась, хотя явно собиралась.

Алан, разумеется, не знал, кто находится за дверью, а вот Рут узнала голос сразу же. Он принадлежал ее матери.

Вообще-то свою маму рыжая очень любила. Да, иногда они могли и поругаться, но Рут понимала, что все, что делает ее мать, она делает для дочери. Рут ценила это, а еще восхищалась тем, что мама не сломалась под ударами судьбы, не забросила дочь, себя, дело своей жизни. Она со всем справилась и показала, что достойна уважения как личность. Мама была для дочери примером для подражания.

Рут мгновенно одернула руку и сделала шаг назад. Ставить себя в неловкое положение перед матерью и начальником в одном лице? Нет, спасибо. Суицидальные мысли Рут всегда обходили стороной.

Белинда появилась в лобби и тут же обратила пристальное внимание на то, что гость отеля стоял не с той стороны стойки, с какой ему положено было стоять. Однако делать замечания ему женщина не собиралась. Он – гость, клиент. Спрашивать нужно не с него.

Рыжие волосы Рут унаследовала от матери. Правда кудрями Белинда похвастаться не могла. Ее волосы были прямыми. Они легко укладывались в прическу и почти никогда не лезли в глаза. Строгое платье женщины подчеркивало правильные красивые формы, которые со временем никуда не исчезли. Белинда все еще привлекала мужчин и могла бы снова выйти замуж, предложения поступали. Однако Белинда не принимала отношения, не хотела кардинально менять свою жизнь. Все силы она отдавала дочери и работе.

– Рут, ты не видела наш запасной плетеный стул? – спросила Белинда, а взгляд ее так и говорил о том, как она удивлена и недовольна происходящим. Рут знала, что этим вечером ей попадет, но пока обе представительницы семьи Мейли вели себя спокойно. – В шестом номере сломался стул, хочу заменить его до того, как въедут следующие постояльцы. Точно помню, что у нас был один, но никак не могу его найти…

Алан не стал ждать требования покинуть зону для работников отеля. Он прошел за обратную сторону стойки и как ни в чем не бывало принялся листать брошюры. Брошюр было достаточно, чтобы укрыться за этим занятием на ближайшие 10-15 минут.

– Последний раз я видела его в подсобке на втором этаже, – чуть подумав, сказала Рут. Если стул мог помочь избежать дальнейшей беседы с мамой, память стоило поднапрячь. – Это было на прошлой неделе.

Белинда тоже задумалась. Если бы не увиденное ею только что, она бы уже отправилась на второй этаж.

– Я могу Вам чем-нибудь помочь, мистер?.. – спросила она у Алана. Этикет и внутренний кодекс требовали от работников отеля доброжелательности и готовности помочь, поэтому Белинда улыбнулась. Вполне дружелюбно.

– Орс, – тут же представился Алан. – Нет, благодарю Вас. Я просто просматривал путеводители. Честно говоря, я и сам не знаю, чего ищу. Думал, что взгляд зацепится за что-нибудь, но пока этого не случилось. Все выглядит очень интересно. Трудно выбрать что-то одно.

– Понимаю Вас, – отозвалась женщина. Рут в это время воспользовалась моментом и принялась собирать бумаги, которые позже, знала она, понадобятся ее матери. В беседе она участия не принимала. – Если хотите осмотреть город, начните с главной площади, а потом ноги сами приведут Вас в те места, которые могут Вам понравиться. Поверьте моему опыту, так случается очень часто.

– С удовольствием поверю, – улыбнулся Алан. – Я и сам большой поклонник такого способа осмотра достопримечательностей. Жду не дождусь того момента, когда завтра закончу тренировку и смогу прогуляться.

При слове «тренировка» Рут встрепенулась, но встрять в разговор она не смогла. Пришлось наслаждать словом молча и так же молча размышлять о том, как эта завтрашняя тренировка Алана может проходить.

– Добро пожаловать в наш город, – сказала Белинда, еще раз выразительно посмотрела на Рут и отправилась к лестнице. Подсобку на втором этаже стоило проверить на наличие запасных стульев.

– Значит, у Вас завтра тренировка? – спросила Рут, как только время, достаточное для подъема по лестнице, подошло к концу. Собранные бумаги Рут сложила в стопочку и положила на край стола.

– Конечно, – Алан проделал те же манипуляции с путеводителями. – Отец настаивает на каждодневных тренировках, хотя сам позволяет себе иногда пропускать их. Такие вот двойные стандарты. Но он звезда, ему можно все.

– А где будете заниматься? – спросила Рут. Любопытство так и просилось наружу.

– Нашел здесь неподалеку хороший зал. Есть все необходимое.

Повисла небольшая пауза. Рут старательно делала вид, что ее вопросы иссякли, а молодой человек разглядывал развешанные на стенах картины.

– Что же… – в конце концов сказала Рут. – Удачной тренировки!

– А как насчет тебя? – спросил Алан. – Не хочешь присоединиться?

Именно этого вопроса Рут и ждала. Долго ждала. Целых несколько минут.

– Ну… – задумалась она, хотя ответ не требовал никаких размышлений. – У меня завтра выходной. Так что могу заниматься всем, чем хочу. А еще это похоже на отличный повод перестать обращаться к Вам официально.

– А разве юной девушке не положено проводить выходные дни со своим ухажером? – Алан умел задавать не только правильные, но еще и вопросы.

– Наверное, положено, – не растерялась Рут. – Но перед тем, как проводить время со своим ухажером, нужно сначала им обзавестись, а потом еще не расхотеть с ним встречаться. А это чертовски сложно.

– Могу себе представить!

По тому, как Алан умел разговаривать с девушками, Рут делала очевидный вывод – наследник чемпионского титула недостатка в женском внимании не испытывает. У него, скорее всего, есть целый клуб поклонников обоих полов. Мужчины восхищаются им как фехтовальщиком, а женщины видят в нем мужское очарование и притягательность. И их трудно было бы осудить.

– Куда и во сколько мне приходить? – спросила Рут, пока Алан сам не вспомнил о своей популярности и не передумал.

– Давай встретимся у входа в отель, – предложил Алан. – Скажем, в десять часов. Подходит?

– Вполне.

– Надень что-нибудь поудобнее, – попросил фехтовальщик и смерил Рут взглядом. – То есть… Не пойми меня неправильно, ты отлично выглядишь, но нам нужно будет много двигаться. Одежду и обувь лучше выбрать поудобнее. Чтобы они не сковывали движения и не создавали помех.

– Я понимаю, – Рут и вправду все понимала. Ей бы никогда не пришло голову учиться фехтовать в обтягивающем платье и босоножках.

Где-то недалеко вновь послышались шаги. Вряд ли они принадлежали Белинде, но все же нарастающий звук говорил о том, что к лобби приближается кто-то посторонний. Кто-то, кому о завтрашних тренировках лучше не знать.

– Что же, – сказал Алан. – Увидимся завтра!

Глава 3

На этот раз Рут не опаздывала. У нее в запасе было еще целых пять минут, а она уже подходила к воротам.

Одежду она подобрала удобную, как о том и просил Алан. Свободная блузка не сковывала движений девушки, а заодно радовала своей свежестью и способностью показать формы, не демонстрируя лишнего. Рут надела широкий пояс, чтобы подчеркнуть свою тонкую талию, а вот брюки на ней были вполне обычные – прямые, в меру свободные и немнущиеся, чтобы и после занятия выглядеть достойно.

От каблуков пришлось на время отказаться, хотя Рут никак не могла выбросить из головы мысль о том, что однажды сможет фехтовать в привычной для себя обуви. Мало заниматься любимым делом, нужно заниматься им красиво. А пока рыжей пришлось ограничиться сапогами со шнуровкой и плоской подошвой. Они отлично фиксировали ногу, что для занятий спортом было просто необходимо.

Чем ближе Рут подходила к воротам, тем больше удивлялась. Почему там толпится столько людей? Кто они? Уж не случилось ли чего? Рут всей душой болела за отель, и сама мысль о том, что с ним могло что-то случится, пугала ее.

Вскоре Рут поняла, что ничего страшного не происходит. Напротив, все довольно забавно. Люди перед воротами толпились не вокруг самих ворот, а вокруг какого-то человека. Еще через пару мгновений Рут поняла, что толпа образовалась вокруг вполне знакомого ей мужчины. Это был Алан, а окружали его, разумеется, поклонники.

Если бы на улицу вышел Орс-старший, людей бы собралось еще больше. Они заполонили бы собой всю улицу, а их радостные возгласы долетели бы и до соседних районов. Неплохая вышла бы реклама отелю.

Рут замедлила шаг. Вряд ли поклонники отпустят Алана в ближайшее время, так что торопиться не стоило. Среди собравшихся были молодые люди и девушки. Молодые люди спешили за автографом, а девушки просто стояли рядом, пытаясь заговорить с фехтовальщиком. Некоторые откровенно флиртовали. Девушка, которой удалось пробраться ближе остальных, накручивала на палец прядь волос и бросала на Алана очень даже понятные взгляды. Рут это не понравилось, но она и раньше понимала, что такой мужчина, как Алан, по жизни окружен избыточным женским вниманием.

Алан заметил Рут и неловко пожал плечами. Вырваться он не мог. Она кивнула в знак понимания. Невежливо отказывать людям во внимании.

Рыжая прислонилась к забору и принялась ждать. Погода радовала, дождь не собирался. Настроение не ухудшалось.

Прошло не больше минуты, когда к Рут подошла еще одна девушка. Тоже рыжая, но выглядела она чуть старше. Незнакомка просто встала рядом.

– Красавчик, скажи! – вздохнула она. Правда во взгляде ее не было ничего мечтательного. Незнакомка сконцентрировала взгляд на Алане.

– Кто? – решила поиграть в дурочку Рут. – Тот, что расписывается направо и налево?

– Ага. Алан Орс. Ты не знала?

– Кажется, что-то слышала, – Рут нравилось лукавить. Ей, конечно, чертовски польстил бы слух о том, что известный фехтовальщик взялся дать ей урок, но все же подставлять Алана она не желала. Ему и без того задавали много вопросов.

– Скажите, а как много времени Вы тратите в день на тренировки?

– Кто делает для Вас шпаги?

– Из чего сделана рукоять вашего нынешнего оружия?

– Когда ждать официального боя между Вами и вашим отцом?

Алан едва успевал отвечать. Некоторые вопросы вызывали у него недовольство, но он справлялся с эмоциями. В целом же он был улыбчив, немногословен и достаточно обаятелен, чтобы круг девушек вокруг него не сужался.

– Так и хочется найти книгу по любовным зельям, подкараулить его в каком-нибудь кафе и подлить зелья в чай, – поделилась своими мыслями случайная собеседница Рут. – Как раз недавно изобрели одно новое зелье...

– Но любовные зелья ведь запрещено использовать, – напомнила Рут. Пристальным взглядом собеседницу она наградила.

– Знаю… – протянула собеседница. – Но ради такого я бы рискнула.

– Чем же он так хорош?

Рут уже не могла остановиться в этой игре.

– Да ты только посмотри на него, – девушка указала в сторону Алана. – Очевидно красив, совсем не глуп, как многие спортсмены, может стать звездой, разбогатеть. А еще он добрый. Ты в курсе, что он пожертвовал весь свой заработок на последнем чемпионате в пользу больницы для бедных?

– Об этом я не слышала… – тут Рут не соврала. Ничего такого она не знала, но в историю поверила легко. Алан походил на того, кто мог бы помочь нуждающимся. – Достойный поступок.

– Ладно, – махнула рукой любительница красивых, умных и добрых мужчин. – Мне на работу пора. Бывай.

Рут попрощалась с этой случайной встреченной девушкой, проводила ее взглядом, но сама с места не двинулась. Люди вокруг Алана все-таки начали расходиться. В конце концов он остался один, огляделся, громко выдохнул и подошел к Рут.

– Как поживает самый симпатичный администратор отеля? – спросил он.

– Самый симпатичный администратор отеля уже теряет надежду стать самым симпатичным фехтовальщиком, – пошутила в ответ Рут. – Сколько поклонников! И это всего в рамках одной улицы! Сколько же их всего!

– Ревнуешь? – спросил Алан.

Они уже шли вдоль улицы. Рут заметила, что Алан старается идти максимально близко к ней. Их руки то и дело касались друг друга. Прикосновения были волнующими, приятными.

– Я пока не решила, – ничего другого Рут в ответ не придумала.

– Но ведь ты помнишь о том, что обещала мне вчера? – постарался напомнить Алан.

– Что?

– Не обращаться ко мне на «Вы».

– Ах это… – Рут хитро улыбнулась. Ей и самой не терпелось перейти на «ты». Официальность мешала многому. – Об этом я помню. Будь уверен.

– Так-то лучше! – радостно воскликнул Алан.

До зала они шли минут пятнадцать. По дороге болтали о том, о сем. Алана продолжали узнавать люди на улице, и Рут было страшно интересно, за кого прохожие принимают ее. Знакомая? Родственница? Девушка? К счастью, с каверзными вопросами никто не подходил.

В правой руке Алан нес кейс со шпагой. Плотный чехол был отделан черной бархатной тканью. Смотрелось красиво и загадочно. Рут не терпелось посмотреть на саму шпагу, ведь шпага для фехтовальщиков являлась не простым предметом, а практически продолжением тела. Рыжая знала, как привязаны спортсмены к своему инвентарю. Успешные фехтовальщики делали шпагу на заказ, изготавливали их прямиком под себя, а потом изучали каждый миллиметр оружия.

– Одна девушка, которая стояла возле меня, – Рут решила поделиться этой историей про очень большую поклонницу. – Сказала, что хочет подлить тебе любовное зелье.

– Илса? – спросил Алан.

– Илса? – переспросила Рут. – Ты ее знаешь?

– Если ты о той девушке, которая стояла возле тебя, то да, – не стал скрывать мужчина. Улыбка с его лица тут же сошла. – Иногда мне кажется, что она постоянно следит за мной. Причем во многих городах, не только здесь. Сначала я думал, что вижу разных девушек с похожими чертами лица, но теперь я склонен думать, что девушка одна.

– И тебя это не пугает?

– Пугает! – кивнул Алан. – Сегодня она была ненастойчива, держалась в стороне, но иногда она позволяет себе такие вольности, что я не знаю, куда себя деть. Я, конечно, могу оттолкнуть ее от себя… физически… Но не могу же я атаковать девушку. Это некрасиво. Нагрубить ей я тоже не имею права. Отец говорит, что в таких случаях нужно четко и уверенно говорить о том, что свои руки лучше оставить при себе, но я еще не до конца научился делать это с достоинством.

– А не легче согласиться с ее… предложениями? – лукаво спросила Рут и вновь почувствовала, как рука Алана коснулась ее руки.

– Она не в моем вкусе…

– Так тебе не нравятся рыжие! – рассмеялась Рут, вспоминая, что та девушка у ворот тоже обладала волосами цвета огня.

– Мне нравятся рыжие, – улыбнулся Алан. – Но не все.

Вскоре дорога к залу подошла к концу. Рут и Алан прошли в просторное помещение с большим количеством окон. Дневной свет был повсюду. У противоположной от двери стены стоял стеллаж с оборудованием. Рядом красовалась подставка со шпагами, а в углу помещения притаились поставленные боком маты.

Видимо, подумала Рут, придется много падать. Ну ничего, раз надо падать, значит, она будет падать. Иллюзий насчет того, что к вечеру у нее не образуется десяток синяков, рыжая не испытывала. Не хочешь синяков – не занимайся фехтованием.

Алан прислонил свой кейс к стене, размял шею и пальцы, а потом посмотрел в сторону местных учебных шпаг.

– Смотри ка! – воскликнул он. – Нам не придется драться на палках!

– Я уже жалею, что рассказала тебе о палках, – угрюмо сказала рыжая. – Теперь у тебя будет вечный повод для шуток надо мной.

– Не обижайся, – сказал Алан. Он наклонился к кейсу, щелкнул замком и открыл саквояж. – Лучше попробуй вот это!

Он вытащил шпагу, достал из кармана специальную тряпочку и принялся протирать лезвие. Рут смотрела на этот ритуал, не скрывая восторга. Шпага. Настоящая. Такая красивая. Лезвие буквально блестело.

Закончив с протиркой, Алан спрятал тряпочку и протянул Рут шпагу рукоятью вперед, чтобы девушка ненароком не поранилась. Рут почти дрожащей рукой взялась за рукоять, и Алан отпустил шпагу.

Шпага оказалась тяжелее, чем думала Рут. Она чуть не уронила орудие, но все же не позволила ни одной части коснуться пола. Все-таки ей доверили очень ценную вещь. Рут оценила это.

– Тяжеловата? – спросил Алан, оценивающе глядя на реакцию девушки.

– Немного… – Рут постеснялась сказать, что считает шпагу не просто тяжеловатой, невероятно тяжелой. – И ты вот так запросто орудуешь ею?

– Я сам вешу намного больше тебя, – пожал плечами Алан. – Ладно, тогда посмотрим, что нам предложит зал.

Он забрал шпагу, положил ее обратно в кейс и отправился к стойке. Рут пошла за ним в голове прокручивая то, что в ее руке только что было настоящее сокровище. Рыжей понравилось держать шпагу, это ощущение она запомнила на всю жизнь.

Алан уже подошел к стойке с местными шпагами.

– Так даже лучше, – сказал он. – Учебные шпаги не такие острые. К тому же на них накладывают заклинания. Если я нечаянно замахнусь слишком сильно и буду близок к тому, чтобы навредить тебе, шпага отшвырнет меня назад. А если ты решишь навредить мне, то назад отбросит тебя.

– Я буду стараться держать себя в руках, – пообещала Рут.

Алан по очереди протянул ей несколько шпаг, а Рут опробовала их по весу и вообще удобству. Она не знала, как понять, насколько удобна шпага, но Алан пообещал, что Рут это поймет, как только возьмет в руки нужную шпагу.

Почти так и случилась. Рут не назвала бы очередную взятую шпагу очень уж удобной, но она превосходила по удобству все остальные. Рут несколько раз замахнулась и сделала выпад вперед.

– Пусть будет эта, – сказала она.

– Тогда эта моя, – Алан тоже взял одну из учебных.

– А почему не взять твою собственную? – удивилась Рут.

– Слишком опасно.

Алан расстелил несколько матов. Рут помогала, чем могла. Ей хотелось поскорее начать.

– А обычно ты тренируешься с отцом? – спросила Рут, когда она и Алан вытаскивали очередной мат ближе к центру зала.

– Очень редко, – сказал Алан.

– Почему? Разве он не лучший тренер?

– Он лучший фехтовальщик.

Это прозвучало немного странно и неоднозначно. Еще вчера Рут казалось, что между Орсами царят прекрасные отношения. Отец и сын делят одно увлечение, вместе путешествуют, вместе занимаются делами. Но сейчас, когда речь зашла об Орсе-старшем, Алан стал мрачнее, а его ответы загадочнее. Кажется, за этим таилась какая-то тайна.

– А если ты и твой отец… – Рут не договорила.

– Начнем, – сказал Алан, положил мат и отошел к полкам. Вернулся он с одной парой налокотников и одной парой наколенников.

– Стоило бы одеть тебя в полноценную защиту, – нахмурился он, смерил Рут взглядом, потом оглядел наколенники. – Но сегодня мы обойдемся простыми упражнениями. К тому же ты так хорошо выглядишь, что я буду просто мечтать о том, чтобы занятие быстро кончилось, и я смог увидеть тебя в твоем обычном облике.

Рут хотела обрадоваться такому комплименту, но ее все еще смущала реакция Алана на вопросы о его отце.

Алан помог ей надеть налокотники и наколенники, он хорошо затянул их, но удостоверился в том, что они не причиняют Рут вреда. Рут почувствовала себя немного нелепо, но в то же время защищенно. Она потопталась на месте, привыкла к новым деталям своего костюма, вытянула шпагу и стала ждать команды. Однако команды не последовало. Алан оглядывал ее внимательно с ног до головы.

– Над стойкой нужно поработать, – сказал он, обошел Рут и оказался позади нее. – Вытяни руку. Вот так… Спину держи ровно… Колени согни…

Он шептал ей почти в самое ухо. Его правая рука управляла кистью Рут, а левая неожиданно для девушки легла на ее талию.

Глава 4

Рут не знала, что ее будоражит больше – то, что в ее руке шпага, или то, что сама она в руках очень горячего мужчины. Как бы то ни было, рыжая постаралась вслушиваться во все, что ей говорят. Она послушно следовала командам, старалась не отвлекаться, хотя то и дело вспоминала о том, что руку Алана все еще лежит на ее талии.

Алан показал ей, как правильно сделать выпад. Он направлял, поддерживал. Упражнение пришлось повторить несколько раз.

– У тебя есть всего секунда, чтобы нанести удар, – сказал он. Его голос звучал прямо над ухом Рут. – Всего секунда на то, чтобы понять, какая часть тела противника незащищена. Всего секунда, чтобы предугадать, какой удар он не ожидает. Всего секунда, чтобы сделать сам выпад. Ты не можешь позволить себе долго готовиться к удару. Противник мгновенно среагирует на малейшее движение руки. Ты должна опередить его. Ты должна обыграть его еще до того, как начнется бой.

У рыжей голова закипала от всего того, что ей нужно было сделать за одно мгновение. Нужно было подумать, проанализировать, полностью скоординироваться и выполнить задуманное. Слишком много, слишком сложно, но в этой сложности была невероятная прелесть.

– С ума можно сойти… – сказала рыжая после того, как в очередной раз выполнила не самый убедительный удар по воздуху.

– Не переживай, – поддержал ее Алан. Он еще ни разу не упрекнул ее ни в чем. – Я же не жду, что ты освоишь все это за пять минут. У людей уходят годы на тренировки.

– А ведь это всего один выпад! – громко воскликнула Рут. – Представляю себе, какая нужна собранность, чтобы находиться непосредственно в процессе боя. Там ведь нужно продумывать тактику, стратегию… Мне кажется, я только что начала восхищаться великими фехтовальщиками еще больше.

– Не смею останавливать этот твой порыв, – рассмеялся Алан, опустил руку, сделал несколько шагов и встал напротив Рут. Рут немного огорчилась тому, что рука Алана больше не касалась ее, но, кажется, Алан задумал что-то интересное. – Нападай.

– Что? – удивилась Рут.

– Нападай, – бодро повторил Алан. – Попробуй оценить мою готовность к отражению удара и нанеси его. Не бойся. Я не буду нападать на тебя.

– Я скорее испугалась за то, что пораню тебя, – призналась Рут, но тут же опомнилась. – Хотя, учитывая мои сомнительные успехи и твой опыт, мои шансы на это близки к нулю. Да и шпага учебная. Она не…

– Меньше слов, больше дела! – строго сказал Алан и улыбнулся. – Мой отец обожает эти слова. Кажется, это его жизненный девиз. Ну же, я готов.

Он поднял шпагу и сам принял стойку. Эти умения у него были явно доведены до автопилота. Это Рут размышляла о том, как сильно нужно согнуть колени, чтобы максимально улучшить позицию и при этом не рухнуть. Алан ни о чем таком не думал, и легкость, с которой он демонстрировал базовые навыки, радовала и вдохновляла.

Рут поймала себя на мысли, что слишком уж откровенно рассматривает Алана. А тот просто стоял и ждал. Судя по улыбке на его лице, взгляды Рут от него не укрылись. Она немного смутилась, подняла шпагу, встала в позицию, как могла, и приготовилась нанести удар.

Она крепче сжала шпагу, оценила ситуацию, собралась с мыслями и постаралась «ранить» Алана в левый бок. Алан с легкостью отразил удар, и Рут вернулась в исходное положение.

– Быстрее, – посоветовал Алан. – Атакуй быстрее. Ты развернула кончик шпаги в нужную сторону до того, как совершила рывок вперед. Я успел разгадать твой замысел.

Никому не нравится, когда он не справляется с задачей. Рут почувствовала раздражение, но сдаваться не собиралась. Она вообще была не из тех, кто сдавался, и она цеплялась за эту свою особенность.

Еще одна попытка. Алан снова отбился так, словно ему еще утром как-то сказал, как будет атаковать его Рут. Третья, четвертая и последующие попытки окончились тем же.

– А со стороны кажется, что это все гораздо проще, – посетовала Рут. Она взяла паузу, встала и уперлась шпагой в пол. – Раз! И готово.

– Ты пару раз была близка к тому, чтобы меня обмануть, – сказал Алан.

– Но ты все равно отбился.

– Это вопрос тренировки реакции, – пожал плечами он.

– Реакция… – усмехнулась Рут. – До нее мы еще даже не дошли.

– Так давай дойдем, – Алан не собирался давать Рут много времени на отдых. – К бою! Я нападаю, ты защищаешь. Постарайся угадать, куда я буду атаковать, и блокировать меня своей шпагой. За свою сохранность не волнуйся. Даже царапины не получишь.

– Лучше бы думать, что возможны травмы, – поделилась своим мнением Рут. – Больше мотивации для сопротивления.

– На тебя не угодишь, – Алан демонстративно закатил глаза. – Готова?

Рут вновь подняла шпагу, убедилась в том, что сделала все, как нужно, и кивнула.

Как и когда Алан успел приблизить к ней свою шпагу, Рут даже не поняла. Она осознала свой проигрыш уже в тот момент, когда шпага остановилась в сантиметре от ее грудной клетки.

– Считай, ты только что умерла, – вполне обыденным тоном сообщил Алан.

– А по ощущениям я еще вполне себе жива, – сказала Рут, глядя на кончик шпаги. Его близость будоражила сознание и разогревала спортивный аппетит. – Давай еще раз.

Он выждал несколько секунд и снова сделал выпад. На этот раз Рут успела отреагировать, но взмах шпагой она сделала вправо, а Алан напал слева.

– Уже лучше, – сказал он. – Следи внимательно за моей рукой.

Он сделал шаг назад, дал Рут время собраться. В реальном бою у нее не было бы никакого времени, но Алан проявлял милосердие. Возможно, он сам когда-то проходил через подобный первый урок.

Тренировка продолжалась. Иногда Рут казалось, что у нее что-то получается, но жизнь все тут же расставляла по своим местам. Рут старалась. Рут следовала всем указаниями. Рут включала мозги, когда это было нужно, и руки, когда Алан давал команду к бою.

– К бою! – в очередной раз сказал Алан.

Рут сделала несколько выпадов. Технически у нее получилось почти правильно, но в тактике превзойти противника шансы рыжей изначально не существовали. Алан отражал удары, причем Рут прекрасно понимала, что он делает это очень мягко, не используя всей своей силы. После выпадов Рут к наступлению перешел Алан. Рут несколько раз взмахнула шпагой. Последний раз, когда шпага Алана уже была рядом с ее плечом и явно свидетельствовала о том, что бой окончен. Но Рут не разобралась в этом до конца, резко взмахнула рукой снова и сама напоролась на шпагу противника.

Ничего страшного не случилось. Шпаги были зачарованы и не могли принести вред тому, кого задели, а вот Алану досталось. Магией его отшвырнуло назад. К счастью, он угодил прямо на мат, который смягчил его падение.

– Вот тебе раз, – сказал он, распластавшись на поверхности мата.

Рут испуганно подбежала к Алану и наклонилась над ним.

– Ты в порядке? – спросила она и оглядела мужчину.

– Я уже много лет вот так вот не летал, – ответил Алан и усмехнулся. – Приятно вспомнить молодость.

– Встать сможешь? – поинтересовалась Рут. Она все еще волновалась.

– Смогу, – кивнул Алан. – Но не буду этого делать. Мы заслужили отдых.

Интересно, что даже в процессе полета он удержал шпагу в руке. Ее словно клеем приклеили прямо к ладони мужчины. Теперь же он положил шпагу неподалеку от себя и закинул руку под голову, чтобы лежать было удобнее. Рут улыбнулась, расслабилась и села рядом с ним. Ее колени коснулись его бедра.

– Что скажешь? – спросила с любопытством Рут. – У меня есть шанс?

– Шанс на что? – не понял Алан.

– На фехтовальные успехи.

Свободной рукой Алан осторожно коснулся волос Рут. Рыжая прядь наклонилась прямо к нем. Алан намотал ее на палец, отпустил и повторил эту процедуру несколько раз. Кажется, ему это нравилось.

– Шансы есть у всех, – неопределенно сказал Алан. – Талант – штука очень субъективная, поэтому большая часть фехтовальщиков рассчитывает на упорство и работоспособность. А они у тебя точно присутствуют.

– Здорово! – обрадовалась Рут. – Лет через десять встретимся в бою, и я у тебя выиграю.

Ей нравилось думать, что такое возможно.

– Ты ведь не хочешь сказать, что в ближайшие десять лет я тебя не увижу? – Алан перестал играть с прядью волос Рут и положил свою ладонь на ее.

Рут не знала, что ей об этом думать. Разумеется, Алан ей нравился. Нравился больше, чем все предыдущие нравящиеся ей молодые люди, вместе взятые. Рут никогда не была влюблена. Она не торопилась с этим, помня о печальной истории своей мамы, да и просто понимая, что не стоит бросаться на всех подряд.

– Что-то не так? – Алан заметил задумавшееся выражение лица Рут.

– Знаешь, я не хочу быть очередной поклонницей, – ответила Рут и убрала свою руку от руки Алана.

– Очередной поклонницей? – переспросил удивленно Алан, приподнялся и уперся локтями в пол.

– Да, – Рут откинула волосы назад. – Ты – звезда, а я – никто. Мы находимся на разных социальных ступенях. Звучит пафосно, но ведь так и есть. Ты поиграешь со мной, а потом забудешь. Мне будет больно. Я не хочу так.

– Ты не никто, – возмутился Алан. – Да и я не звезда. По крайней мере, я себя не чувствую звездой. А еще я никогда не… как бы это помягче выразиться… не пользуюсь тем, что у меня есть поклонницы. Я говорю с ними, отвечаю на вопросы, делаю вид, что не замечаю флирта. Вот и все. Остальное мне не дозволено.

– Кем не дозволено?

– Внутренним кодексом.

Рут все еще сомневалось. Она считала себя симпатичной, остроумной, в меру умной, да и в целом классной, но все же не понимала, чем могла привлечь такого человека, как Алан.

– Дай мне шанс, – попросил Алан и тут же поправил самого себя. – Дай нам шанс.

– Думаешь, что-то получится? – спросила Рут.

– Время покажет, – честно ответил Алан. – Но, если мы не попробуем, мы точно не узнаем.

Честность Алана подкупала. Если бы он все-таки пользовался вниманием поклонниц, то отвечал бы иначе. Рут все-таки улыбнулась.

– Так-то лучше, – обрадовался улыбке Алан. – Я понял. Я не должен торопиться. Значит, вернемся к нашему занятию.

Он быстро встал, протянул Рут руку, чтобы та тоже поднялась на ноги. Вскоре они взялись за шпаги и возобновили свое занятие. Рут вновь и вновь становилась в позицию, делала выпады и оборонялась. Алан вновь и вновь давал ей советы, поправлял ее, корректировал удар и помогал всем, чем мог. Тренер из него получался очень даже неплохой.

Спустя час или чуть больше Алан сказал, что ему необходимо поработать немного над своим фехтованием. Он извинился за это. Рут ни в чем его не винила. Он обязан был тренироваться. Рут понимала это. Она попросила разрешения остаться и посмотреть. Алан ничего не имел против. Он устроил в углу класса удобное местечко из матов. Рут уселась туда и погрузилась в удивительное созерцание.

Алан прекрасно двигался. Его движения были такими четкими, что отследить их было практически невозможно. Сначала Алан практиковался без манекена, а потом все же выкатил его в центр помещения и принялся сражаться с неживым противником. Выглядело это забавно. Манекен по форме походил на человека, но двигался совсем иначе. Конечно, волшебники сделали все возможное, чтобы наложенная на манекен магия делала его грозным соперником. Но все равно он не мог быть умнее своих создателей.

Рут запоминала все, что делал Алан, ловила каждое мгновение. Время пролетело незаметно.

А потом он проводил ее домой. Расстались они на позитивной ноте. На следующий день Рут дежурила в отеле, а значит, они в любом случае увиделись бы вновь.

Вполне счастливая и веселая Рут пришла на следующий день на работу. День проходил как обычно. Постояльцы приходили, уходили, заселялись, выселялись. Рут нравилось с ними работать. Ее общительность шла ей и гостям отеля только на пользу.

– Добрый день, юная леди, – после обеда к стойке подошел Орс-старший. Он выглядел все так же респектабельно.

Рут по-прежнему трепетала перед ним. Не столько потому, что теперь она давала шанс себе и его сыну, сколько потому, что Орс все еще был ее кумиром.

– Доброе утро, мистер Орс, – с милой улыбкой ответила Рут. – Как ваше настроение сегодня?

– Я проснулся с прекрасным настроением, – сообщил Орс. Рут обрадовалась этой новости, но затем Орс добавил. – Но потом я узнал, что мой сын вчера тренировался меньше, чем должен был. И потратил время на обучение некой рыжеволосой девушки, которая всегда хотела заняться фехтованием.

Улыбка с лица Рут мгновенно исчезла. Орс не выглядел озлобленным, но суровость в его взгляде присутствовала. Она не нашлась, что ответить.

– Сыр… – слова не подбирались. – Я…

– Мне очень жаль, что он втянул тебя в это, – прервал ее бормотания фехтовальщик.

– Во что? – не сумела разобраться Рут.

– В наши семейные дела, – ответил Орс. – Видишь ли, мой сын помолвлен. Он не совсем доволен выбором невесты и пытается мне за это отомстить, приударяя за девушками, которые ему точно не подходят.

Рут застыла. Кажется, флиртовать с поклонницами Алану мешал совсем не внутренний кодекс…

– Понимаю, это шокирует, – продолжил говорить Орс. – Я посчитал своим долгом сказать тебе об этом, пока не случилось ничего страшного.

– Понимаю, сэр… – тихо сказала Рут. – Спасибо.

Она потупила взгляд, но нашла в себе силы вновь взглянуть в глаза фехтовальщика. Сочувствия она там не увидела, только сухую констатацию фактов.

– Береги свое сердце, дитя, – посоветовал он, приподнял шляпу и отправился в номер.

Глава 5

Рут не знала, что и думать. Она одновременно ненавидела Алана за его отвратительные намерения и саму себя за то, что повелась на весь этот дурацкий и унизительный розыгрыш. А ведь Рут никогда не считала себя дурой…

– Как дела? – спросила у рыжей ее мама, пришедшая в фойе посмотреть, все ли в порядке, а заодно проведать дочь. Сегодня они виделись только утром за завтраком.

– Все хорошо, – сухо ответила Рут. Она еще полностью не отошла от услышанного, но очень старалась взять себя в руки. Девушка шмыгнула носом, поправила платье и сделала вид, что ей нужно заниматься бумагами.

– Что-то не похоже, – не поверила ей ее мама. Она свою дочь знала как саму себя. – Что-то случилось? Опять какой-нибудь грубиян заселился? Я ведь столько раз говорила тебе, что твоя задача взаимодействовать с ними только с рабочей точки зрения. Не принимай их слова лично. Они уедут, ты останешься. Переживать не из-за чего.

– Все правда хорошо, – заверила Рут. На этот раз убедительнее. – Мне никто не нахамил. Просто настроение так себе. Но я с этим справлюсь. Ты застала меня в одиночестве, поэтому и заметила. А так я буду улыбаться, как только кто-нибудь еще пройдет мимо. Обещаю!

– Верю!

Белинда еще раз оглядела Рут. Та опасалась, что мать узнает о том, как ее дочь вчера проводила время с одним из постояльцев отеля. Это противоречило всем профессиональным правилам и нормам. Пожалуй, впервые в своей жизни Рут начала бояться собственной матери, и эта боязнь ей совершенно не понравилась. Рут дорожила любовью своей мамы и не хотела ее разочаровывать и огорчать.

– А у тебя как дела? – спросила рыжая. Ей хотелось переменить тему. Поговорить о другом человеке – лучший вариант.

– Как обычно, – ее мама пожала плечами. – Время бежит, а я только и делаю, что работаю. Кажется, пора сбавить обороты и заняться собой… Отдохнуть, побаловать себя. И тебя. Как насчет того, чтобы завтра устроить день дочери и матери? Пройдемся по городу, обновим гардероб, съедим чего-нибудь вкусное…

– Звучит отлично! – улыбнулась Рут. Возможно, прогулка с матерью была именно тем, что могло ей помочь. Они будут болтать, что-то делать, шутить и не думать о постороннем. – Я слышала, что на центральной площади открыли музей артефактов, можно заглянуть туда. Мне бы это очень пригодилось перед институтом. Ну… Знаешь… Блеснуть умом, рассказав какую-нибудь необычную историю…

– Ты права, – согласилась Белинда. – Обязательно зайдем туда. Я тоже соскучилась по древним легендам и необычным вещам. Решено! Завтра устраиваем себе тур по городу!

Этот разговор и в самом деле поднял Рут настроение. На какое-то время она умудрилась забыть об Алане и его тайных невестах. А вот сам Алан о себе и Рут забывать не собирался. Вечером, когда Рут уже направлялась домой, он догнал ее в саду.

– Привет будущему фехтовальщику, – поздоровался он, но Рут не сбавила темп. Она шла себе дальше. Алан удивился такому поведению, но все же пошел вслед за ней. – Понимаю, тебе еще нельзя пить алкоголь, поэтому посиделки в пабе не предлагаю, но почему бы нам не найти какое-нибудь уютное кафе?

– Нет, – резко сказала Рут. – Спасибо за предложение.

Она не хотела с ним говорить. Лучше бы вообще не видеть его до самого его отъезда. Так Рут было бы намного легче.

– Тогда, может, завтра повторим наш урок? – выдвинул еще одно предложение Алан. – Чем чаще тренируешься, тем лучше. А ты уже пропустила сегодняшний день. Безобразие!

Он шутил, но Рут не улыбалась. Они вышли за пределы отеля на улицу. Рыжая вела себя холодно и отстраненно. Алан недоумевал.

– Завтра я провожу день с мамой, – вновь отказалась Рут.

– Ах вот оно что, – ответил с облегчением Алан. – Проводить время с родителями очень важно. Я это понимаю.

– Конечно, понимаешь, – иронично заметила рыжая. – Ты ведь проводишь время со своим отцом. И вообще вы очень тесно общаетесь. Он тебе даже невест выбирает.

– Что? – спросил Алан. – О чем ты?

Рут остановилась. Ее сдержанности едва хватало на рабочее время, а во все остальные часы ее горячий темперамент все же давал о себе знать. Внутри Рут буквально горела, и об этом говорил тот взгляд, каким она одарила Алана. Ярости в этом взгляде было больше, чем всего остального.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я! – Рут не хотела играть ни в какие игры. – Твой отец мне все рассказал.

Алан вздохнул, опустил взгляд вниз, но быстро собрался.

– Послушай, – сказал он и положил руку на плечо Рут. Та одернулась. Алан не стал настаивать. – Я понимаю, как это выглядит со стороны, но все совсем не так.

– Правда? – Рут скрестила руки на груди. – А как же?

– Мой отец – очень властный человек, – начал говорить Алан. – Ему хочется держать под контролем абсолютно все, что он видит вокруг себя. Он привык контролировать мою жизнь. Я в детстве даже не был уверен в том, что хочу заниматься фехтованием, но отец и слышать ничего не хотел. Я обязан был продолжить династию. И я продолжил. Теперь отец решил, что он имеет право выбирать мне спутницу жизни. Но на этот раз я не собираюсь подчиняться.

– Почему? – все с той же иронией уточнила Рут. – Невеста не понравилась? Она недостаточно умна или недостаточно красива?

– Да не в этом дело! – Алан тоже вспылил, но лишь на мгновение. Он был взрослее, а потому и вести себя старался серьезнее. – Она может быть умна, красива и все такое, но у меня не лежит к ней сердце. Просто не лежит. Так бывает. Она, кстати, тоже не в особом восторге от меня.

– Может, с ней ты тоже забавлялся самым недостойным образом?

– Я не забавлялся, – сквозь зубы процедил Алан. – Ни с ней, ни с тобой.

– Ну да… – драматично протянула Рут. – Девушка за стойкой регистрации… Молодая, наивная… Да еще и фехтованием увлекается… Какая удобная мишень. Самое оно, чтобы разозлить отца.

– Значит, – перебил ее мужчина. – Такого ты обо мне мнения? По-твоему, я способен на такое?

– Не хочу больше ничего слышать, – отрезала Рут. – Не говори со мной больше.

– Рут…

– Начиная с этого момента!

Рут развернулась и пошла в сторону своего дома. Алан остался стоять на месте.

Девушка прошла несколько десятков метров, а потом почувствовала, что слезы уже на подходе. Она стиснула зубы, чтобы не расплакаться, но пара слезинок все равно предательски выступила на ее лице. Рут тут же смахнула их, набрала побольше воздуха и мысленно напомнила себе о том, что Алан не заслуживает переживаний и тем более слез. Он просто очередная пустышка со звездной болезнью. Таких много, и вестись на них не стоит. Подумать было легче, чем осуществить свой план, но Рут старалась изо всех сил.

Мама действительно помогала Рут отвлечься, хотя сама того не понимала. В такие минуты Белинда казалась Рут идеальной мамой. Они специально не говорили о работе, а обсуждали всякие мелочи. Мама рассказывала дочери об институте, вспоминала свои студенческие годы и чувствовала приятную тоску по молодости. Рут все это слушала с большим удовольствием.

Семейные посиделки в кафе обернулись пробой множества вкусных пирожных. Рут уже начала бояться, что гардероб ей придется менять полностью, но все же платье не стало ей слишком тесным в талии. Рут вела активный образ жизни, и лишний вес ей никак не грозил.

К музею артефактов мать и дочь подошли, смеясь над одним приключением, которое недавно случилось с дальним родственником. Родственник этот возомнил себя лучшим фермером на свете и решил разводить волшебных бегемотов. Однако те сбежали в соседнюю деревню и попытались обустроить свою жизнь среди местных жителей.

– Когда все закончилось, ему все же оставили пару бегемотов, – рассказ Белинды подошел к концу. – Остальных отправили в заповедники. Но Герберт даже рад. Пока бегемоты не сбежали, он успел понять, насколько с ними тяжело. О двух сможет заботиться, но не более того.

– А я бы съездила как-нибудь к дяде Герберту, – подумав, сказала Рут. – Никогда не видела бегемотов. Говорят, они такие лапочки!

В музее людей оказалось немало. Музей только открылся, поэтому интерес к нему проявляли многие. Рут и ее мама не сильно расстроились. Они спокойно изучали экспонаты, никуда не торопились и не обращали внимания на то, сколько вокруг них других посетителей. Никто не толкался, все вели себя вежливо. Уже неплохо.

– Смотри, – сказала Белинда и показала на темно-фиолетовый камень, расположенный под толстым слоем стекла. – Кажется, это осколок того большого камня из северных гор. Тот, который покрываем слоем льда все вокруг себя.

Она остановилась у этого экспоната. Рут, замешкавшаяся у предыдущего, хотела направиться к ней, но остановилась, чтобы пропустить двух маленьких близняшек, которые бежали навстречу своему папе. Эта картина заставила рыжую улыбнуться, но, как только она оторвала взгляд от близняшек, улыбка с лица Рут сошла.

В противоположном конце зала показалась Илса, та самая женщина, которая не так давно стояла у забора рядом с Рут и размышляла о том, насколько Алан замечателен. Вот бы она узнала, как он позволяет себе заигрывания с девушками лишь для того, чтобы позлить своего отца. Рут так и хотелось подойти к поклоннице этого недостойного фехтовальщика и все ей рассказать. Только Илса была занята. Она беседовала с человеком, который, судя по форме, работал в музее.

– Рут! – окликнула рыжую мама. Рут оторвалась от созерцания Илсы и подошла к замораживающему камню. – Посмотри на эти маленькие золотистые зернышки внутри. Говорят, что все дело в них. Но какой же красивый камень… Так и завораживает. Я бы купила себе серьги с таким украшением, но…

– Можно замерзнуть? – с улыбкой спросила Рут.

– Да.

Рут оторвалась от просмотра камня и снова посмотрела в ту сторону, где буквально минуту назад видела Илсу. Теперь ее в поле видимости больше не было. Кажется, она скрылась в следующем зале.

– А что за теми дверями? – Рут кивнула в сторону прохода в следующее помещение.

– Сейчас посмотрим… – Белинда развернула карту, взятую на входе, прикинула расположение и сделала вывод. – Кажется, там зал старинных зелий.

Эта новость сработала на Рут как удар молнией. Едва ли можно было назвать совпадением тот факт, что Илса упоминала о своем желании приворожить Алана зельем, а сейчас исчезла куда-то вместе с работником зала с этими самыми зельями. Наверняка этот работник знал о зельях больше, чем простые горожане.

Рут нахмурилась. Ну и что ей было делать с такой информацией? Разговаривать с Аланом ей не хотелось. С его отцом – тоже. Да и как начать такую беседу? Здравствуйте… Я случайно подслушала, что вашего сына хотят увлечь в свои объятия при помощи запрещенных зелий, а Вы, кажется, не очень хотите разлучать его с невестой… Это прозвучало глупо даже просто в голове в качестве идеи.

– Ты что-то потеряла? – спросила Белинда.

– Нет… – ответила Рут. – Просто показалось, что увидела знакомое лицо. Но я ошиблась.

Они еще некоторое время походили по музею. Коллекция здесь была солидная. Манускрипты с рунами старейших заклинаний, дневники королей, зачарованные шкатулки и медальоны, камни с самыми разными свойствами. Рут решила, что однажды вернется сюда еще раз. Музей требовал более основательного изучения.

На обратном пути после музея и еще одного похода в кафе Рут уже почти забыла думать об Илсе и ее коварных планах.

– Зайдем в отель? – спросила ее мама. – Хочу удостовериться, что день прошел без приключений. Но зайдем всего на несколько минут. Обещаю.

– Хорошо, – согласилась Рут, и обе они направились в гостиницу.

Белинда отправилась проверять, привезли ли в здание новое постельное белье, которое она ждала с большим нетерпением. Старое уже начинало ее раздражать. Узнав, что новые комплекты приехали и лежат теперь в подсобном помещении, Белинда отправилась проверить их качество, а Рут осталась болтать со своей сменщицей – женщиной среднего возраста, которая всем своим видом добавляла отелю еще больше уюта.

– Сегодня такой спокойный день, – умиротворенно сказала женщина. – За последние пару часов почти никто и не проходил мимо. Только какая-то гостья пошла в свой номер. Не помню ее. Наверное, она в твою смену заселилась.

– Да? – Рут просто хотела поддержать беседу. – Может, я ее помню?

– Может, – кивнула ее коллега. – Она чем-то на тебя похожа. Тоже рыжеволосая. Но постарше будет.

Рут бросила на нее изумленный взгляд. Эта «гостья» как-то уж слишком сильно напоминала Илсу.

– А у нее что-нибудь было с собой? – спросила она.

– Да сумка какая-то через плечо. Довольно увесистая.

– И куда она пошла?

– То есть как это – куда? – на этот раз удивилась женщина за стойкой. – Очевидно, к себе в номер. А почему ты спрашиваешь?

Рут ничего не ответила. Она рванула к лестнице, взбежала по ней наверх и в три прыжка очутилась возле номера Орсов. Постучать она не решилась. Все еще не знала, что сказать. Рут прислонила ухо к двери. За ней было тихо. Похоже, в номере никого не было.

Еще немного послушав тишину, Рут подняла руку, чтобы постучать.

– Привет, – раздался над ухом Рут голос Алана. Рут вздрогнула и обернулась. Алан смотрел на нее с любопытством и беспокойством. Видимо, не знал, что думать. – Что-то случилось?

Рыжая еще хорошо помнила о том, как он обошелся с ней, но скрывать правду об Илсе она не хотела. Рут была честной девушкой. Она бы не простила себе столь гнусного замалчивания правды.

– Я хочу тебе кое-что сказать, – не особенно дружелюбно начала она. – Но это не значит, что я на тебя больше не злюсь… В общем… Я видела Илсу. Она крутилась возле человека, который может иметь отношение к самым серьезным зельям. А потом ее видели здесь, в отеле. С большой сумкой…

Алан не стал дожидаться окончания истории. Он открыл дверь и прошел в номер. Рут прошла вслед за ним. Во всех номерах на столах стоял графин с водой. Рыжая тут же подошла к нему, подняла сосуд и уставилась в содержимое.

– По виду обычная вода… – доложила она и принюхалась. Запах не чувствовался. – Но это еще ничего не значит…

– Проклятье…

Алан громко вздохнул и сел на кровать.

– Что такое? – спросила Рут.

– А я-то думал, почему у воды был такой странный вкус…

– Ты что, уже пил из этого графина?! – рыжая всполошилась не на шутку. Ситуация становилась все более дурацкой.

– Да… Где-то час назад.

– Тогда почему у тебя нет никаких проявлений симпатии к Илсе? – задумалась Рут, а потом ее посетила внезапная мысль. – Или есть?

Алан взял паузу, посидел неподвижно, глядя в стену, и отрицательно покачал головой.

– Нет, – уверенно сказал он. – Она мне все еще не нравится. Но некоторые любовные зелья начинают работать только после того, как выпивший видит человека, подлившего ему это зелье.

– Только этого еще не хватало… – Рут поставила графин обратно на стол и уселась на другую кровать. – Почему тебя постоянно окружают какие-то проблемы с женщинами?

– Сам задаюсь этим вопросом… – пробормотал Алан.

– И что нам теперь делать? – спросила Рут.

Ответить Алан не успел, потому что в дверь постучали. Алан и Рут переглянулись.

– Кто там? – спросил Алан.

– Консьерж, – ответил женский голос, но Рут точно знала, что голос консьержу не принадлежит.

Глава 6

– Это не консьерж, – шепотом сказала Рут. Частицу «не» ей удалось произнести особенно выразительно.

– Конечно, нет, – тем же шепотом ответил ей Алан. – Это Илса. Ладно… Спокойно… Прячься!

Рут от удивления открыла рот и непонимающе уставилась на мужчину.

– Ты собираешься открыть дверь? – спросила она. – Зачем? Скажи, что ты занят.

– Это не решит проблему, – устало вздохнул Алан. – Если я не открою дверь, Илса подкараулит меня где-нибудь в другом месте. Возможно, на глазах у множества людей. А тут у меня будет поддержка в твоем лице и никаких лишних свидетелей.

– То есть ты еще и считаешь, что я буду тебе помогать?! – Рут почувствовала нарастающее возмущение.

– Определенно.

Стук повторился. На этот раз он прозвучал более настойчиво и нетерпеливо. Алан и Рут снова переглянулись. Алан вскочил на ноги, подошел к шкафу, открыл дверцу и сдвинул висящую в нем одежду.

– Сюда!

Рут тоже встала, наградила Алана ироничным взглядом, но к шкафу все-таки проследовала.

– И как же я смогу тебе помочь из шкафа? – уточнила она, оценивая габариты места, где ей предстояло прятаться.

– Пока не знаю, – признался Алан, подумал пару секунд и добавил. – Если зелье не сработает, то и беспокоиться не о чем. Я просто выставлю Илсу, и дело с концом. А если сработает… используем эффект неожиданности. Очень полезный эффект, запомни его. В фехтовании тоже пригодится. Я слышал, что бурная реакция на что-то стороннее помогает избавиться от наваждения.

– Что-то я не… – Рут не смогла понять, к чему клонит Алан.

– Если все будет совсем плохо, начинай меня бить, – на полном серьезе сказала Алан. – Мне поможешь, и сама получишь удовольствие. Разве не здорово?

Он подтолкнул Рут внутрь шкафа, убедился в том, что она поместил там полностью, и закрыл дверцу. Рут уткнулась лицом в какой-то пиджак, поймала себя на мысли, что от пиджака пахнет ненавязчивым мужским одеколоном, и отодвинула этот предмет одежды в сторону. Он ей мешал.

Сквозь щель между дверцами шкафа Рут видела совсем немного. Зато слышала она все без проблем. Она легко уловила то, как Алан подошел к двери и открыл ее.

– Добрый вечер, – сказал он вроде бы обыденно.

– Добрый, – вкрадчиво ответил голос Илсы. – Прошу прощения за беспокойство. Плановая проверка того, все ли хорошо у постояльцев отеля.

– У меня все хорошо, – отметил Алан. – Но будет еще лучше, если Вы зайдете ко мне.

Рут чуть не издала разочарованный вздох, но все же передумала создавать лишние звуки. Она просто закатила глаза. Ей хотелось верить в то, что Алан будет сопротивляться действию зелья, но он, кажется, решил сдаться. А еще боец… Впрочем, надежда по-прежнему сохранялась, потому что признаки адекватности Алан пока сохранял.

– Ты ведь подбросила мне любовное зелье? – спросил Алан, когда Илса уже прошла в комнату. Он закрыл дверь и повернулся лицом к шкафу. Рут сумела мельком рассмотреть его. На лбу мужчины проступил пот, глаза Алана бегали, никак не могли сфокусироваться. Видимо, процесс работы зелья уже был запущен, и Алан старался затормозить его.

– Какой ты умный, – сказала Илса.

– Спасибо, дорогая, – сразу после того, как Алан сказал это, он громко топнул ногой и почти что зарычал. Эффект зелья все больше опутывал его.

– Не сопротивляйся, – Илса позволяла себе давать мужчине советы. – Тебе не победить. Зелье очень сильное… Ты будешь моим… И тебе это понравится…

Рут увидела, как Илса дотронулась пальцами до лица Алана. У того дрожали руки, пот продолжал выступать на лбу. Алана будто знобило. Он явно не знал, что ему делать. Рут испытывала смешанные эмоции. С одной стороны, ее забавляло то, что неаккуратное обращение Алана с девушками довело его до такой дурацкой ситуации. С другой, бросить человека в беде Рут все-таки не могла. И, пока рыжая размышляла о том, стоит ей вмешаться или нет, события в основной части комнаты стали развиваться быстрее.

Алан грубым движением положил руку на талию Илсы и притянул ее к себе. Илса с удовольствием подчинилась его движениям.

– Странное дело… – металлическим голосом произнес Алан. – Мне хочется скрутить тебя и оттащить в полицейский участок, но при этом мне хочется еще и стащить с тебя одежду, потому что она здесь определенно лишняя.

– Давай начнем со второго варианта, – предложила Илса и словно змея обвилась руками вокруг шеи мужчины. – А дальше видно будет.

Алан тряхнул головой, крепко зажмурился. Остатки здравого смысла требовали от него немедленно прекратить весь этот бред, но зелье брало свое. В силе этого зелья сомневаться не приходилось. Алан потянулся рукой к пуговицам на платье Илсы, расстегнут верхнюю и провел пальцами по оголенной коже.

– Ты прекрасна, – сказал он, а глаза его становились все более пустыми.

Илса хищно улыбнулась и ладонями притянула его лице к себе. От созерцания того, как эти двое слились в странном и совершенно противоестественном поцелуе, у Рут окончательно кончилось терпение. Только любовных сцен ей еще не хватало!

Рыжая резко, но бесшумно открыла дверцу шкафа. Слишком занятая губами Алана Илса ничего не заметила. Она была занята тем, что запускала свои руки под рубашку мужчины, а тот и не думал ее останавливать.

Рут подкралась к женщине сзади, схватила за плечи и оттолкнула в сторону окна. Илса такого не ожидала, поэтому сопротивление оказать не успела. Она с тихим криком вписалась в стену и упала на пол. Сознание не потеряла, но подняться быстро не сумела.

– Что все это значит? – спросила она, потирая голову.

– Эффект неожиданности! – саркастично сообщила Рут и повернулась к Алану. Тот смотрел на нее так злобно, что на мгновение девушка испугалась, что сама отправится в стену вслед за Илсой. Нужно было действовать немедленно. – Не смотри на меня так! Ты сам сказал мне, что делать!

Воспользовавшись массовым замешательством, Рут хорошенько размахнулась и отвесила Алану хлесткую пощечину.

– Прочь от меня! – громко и властно вскрикнул мужчина, поймал руку Рут, замахнувшуюся во второй раз, и крепко сжал ее. – Не смей прикасаться ко мне и моей любимой!

– Очнись! – призвала его Рут. – Зелье! Она использует зелье!

В глазах Алана промелькнул огонек. Рут поняла, что он еще не до конца утратил собственную волю. Она одернула руку, замахнулась снова и выдала фехтовальщику вторую пощечину. Тот отступил назад и схватился за голову, а Рут неожиданно почувствовала, как сзади на нее наваливается пришедшая в себя Илса.

Илса повалила Рут на кровать. В этой отчаянной и отчаявшейся женщине было столько злости, что она могла бы смело убить любого, кто встал бы между ней и ее кумиром. Такой вариант развития событий Рут совершенно не нравился. Она принялась сопротивляться, жалея о том, что вместо урока фехтования не сходила на урок рукопашного боя. Такой урок пригодился бы ей сейчас намного больше.

Илса старалась обездвижить Рут, а Рут изо всех сил вырывалась. В конце концов ей удалось толкнуть Илсу и повалить ее на пол.

– Алан, очнись! – закричала Рут. Она не была уверена в том, что сможет долго удерживать соперницу.

Призыв не подействовал. Зелье напоминало о себе. Алан схватил Рут за плечи и оттащил назад. Его руки больно сжали девушку, она едва не взвыла от боли.

– Отпусти меня! – засопротивлялась она. – Мы должны обезвредить ее и вернуть тебя к нормальной жизни!

Алан прижал ее к стене своим телом. В его глазах была ярость.

– Флакон, – прошипел он.

– Флакон? – переспросила Рут.

– Флакон на ее шее, – кажется, Алан окончательно утратил контроль над своим телом. Зелье подчинило его, но говорил Алан по-прежнему здравые вещи. Наверное, из последних сил и с огромной болью для самого себя. – Его нужно разбить.

Рут посмотрела через его плечо. На шее Илсы действительно висела цепочка с флаконом. Внутри флакона что-то переливалось. Что же… Если для окончания всего этого фарса требовалось просто что-то разбить, то это не так уж и страшно.

Но как вырваться из рук Алана? Побороть его физически у Рут не было ни единого шанса. Он был сильнее, мощнее и к тому же не на шутку разъярен. Значит, нужно было схитрить.

– Смотри! – сказала Рут и кивнула в сторону Илсы. – Ей плохо! Ей нужен врач.

Алан обеспокоенно обернулся и ослабил хватку. Рут тут же вывернулась и первой рванула к Илсе.

– Останови ее! Она блефует! – только и успела сказать Илса прежде, чем Рут вновь настигла ее, схватила флакон и резким движением сорвала его с шеи женщины. Цепочка порвалась. Илса вскрикнула.

Недолго думая, Рут бросила флакон на пол, но он не разбился. Крепкий попался… Наверное, его придумали специально для покупательниц с любовными зельями… Однако Рут не растерялась и наступила на проклятый пузырек ногой. Он хрустнул. Жидкость странного зеленого цвета вытекла на пол. Ноги Алана подкосились. Он повалился на колени и вновь схватился за голову.

– Ах ты дрянь! – разъяренная Илса кинулась прямо на девушку. Она ударила Рут в живот, Рут отскочила назад и согнулась. Удар оказался болезненным. В глазах потемнело, но все же это не помешало увидеть то, как Алан выпрямился и остановил Илсу от следующего удара. Одной рукой он схватил ее, а второй дернул шнур, украшавший шторы.

– Теперь пощады не будет… – сказал Алан, уверенными движениями связывая руки Илсы. Ее сопротивления не помогали. Алан пришел в себя, а в нормальном состоянии он способен был скрутить противника и посерьезнее. Вскоре Илса лежала связанная на полу и бросала на Рут недружеские взгляды. Алан подошел к рыжей девушке и обеспокоенно посмотрел на нее. – Ты как?

Живот Рут все еще болел, а сама Рут чувствовала слабость.

– Жить буду… – буркнула она. – Поверить не могу, что все это случилось со мной из-за тебя.

– Сам с трудом верю, – виновато согласился Алан.

– Ты больше не под зельем? – решила удостовериться рыжая. С нее было достаточно драк на сегодня.

– Не под зельем, – Алан отрицательно помотал головой. – И очень надеюсь, что больше никогда под ним не буду. Очень странные ощущения… Никогда ничего такого не испытывал. Но не об этом сейчас… Давай я отведу тебя к лекарю. Вдруг у тебя серьезные травмы.

– Я в порядке, – Рут смогла выпрямиться. Не без помощи Алана. Рыжая посмотрела на Илсу, все еще лежавшую на полу. – Что будем с ней делать?

– Боюсь, нам придется сдать ее полиции, – ответил Алан и тоже посмотрел на Илсу и обратился к ней. – Знаешь, я не хотел доводить до этого, но ты не оставляешь мне выбора.

– А мог бы жить со мной долго и счастливо, – прошипела Илса.

– Нет, не мог бы.

Полиция не заставила себя долго ждать. Ее приход всполошил работников отеля, по постояльцев удалось оставить в неведении относительно случившегося. Алан рассказал полицейским, что случилось, упомянул о том, что Илса и раньше преследовала его. Сомнений в вине Илсы не было ни у кого. Вскоре ее арестовали и увели.

– Что теперь с ней будет? – спросила Рут, когда полицейские и арестантка покинули отель.

– Я думаю, что ее заключат под стражу на несколько месяцев, – задумчиво ответил Алан. – Возможно, назначат несколько сеансов гипноза, чтобы в будущем ей не пришло в голову вновь охотиться на меня.

– Да уж… – Рут погрузилась в молчаливые размышления.

– Спасибо тебе, – искренне сказал Алан. В его взгляде все еще отображалось чувство вины. – Тебе так досталось из-за меня… Я…

– Разреши напомнить тебе, – Рут резко выпрямилась и не дала Алану договорить. – То, что я помогла тебе с Илсой, не значит, что я перестала на тебя злиться. Я просто не могла поступить иначе. Не более того.

– Рут… – вздохнул Алан. – Да послушай же ты меня…

– Не хочу! – Рут сделала шаг назад. – Мне искренне жаль, что эта сумасшедшая совершила свое нападение на тебя в нашем отеле, но больше говорить нам не о чем.

Она не желала ничего слушать, поэтому развернулась и быстрым шагом направилась в фойе. Поводов для переживаний у нее хватало. Больше всего Рут боялась за репутацию гостиницы, а еще за то, что ей предстоит видеть Алана еще некоторое время, поскольку дела Орса-старшего с новым домом никак не хотели завершаться.

В фойе Рут встретила маму. Разумеется, вся эта история не прошла мимо управляющей гостиницы. Она тоже говорила с полицейскими и пыталась разобраться в случившемся.

– Ты в порядке? – сразу же спросила у дочери Белинда. – Слышала, что тебе досталось… Может, стоит обратиться за медицинской помощью?

– Не стоит, – махнула рукой Рут. – Думаю, я обзавелась парочкой синяков, но они быстро пройдут.

– Это замечательно, – Белинда резко переменилась в лице. – В таком случае, Рут, я хотела бы услышать твои объяснения по поводу того, что ты находилась в номере Орсов. И очень надеюсь, что объяснения эти будут самыми невинными и неимеющими никакого отношения к нарушению правил отеля. Особенно к той части правил, которая касается личных взаимоотношений с постояльцами…

Глава 7

Рут никогда не считала себя трусливой, но все же некоторые моменты и явления заставляли ее испытывать самый настоящий страх. Например, сейчас она боялась разочаровать свою маму и испортить репутацию отеля. И все это одновременно. Вот ведь влипла.

Соображать ей пришлось быстро и на ходу. Спланировать что-то заранее в текущих обстоятельствах не смог бы никто.

– Это совсем не то, что ты думаешь, – как-то слишком уж банально начала Рут. Мать с недоверием посмотрела на нее, но Рут не дала ей вставить слово. Он заговорила дальше. Быстро и немного сумбурно. – Я как-то однажды пересеклась с мистером Орсом-младшим на улице, прямо у нашего парка, где за ним следила та женщина, которую сейчас поймали и увели в участок. Я запомнила ее в лицо. А когда мы с тобой сегодня гуляли, я увидела ее в музее и поняла, что она затевает неладное. Мне не хотелось, чтобы она навредила нашим постояльцам, но я не была уверена в своих подозрениях, поэтому тебе я ничего не сказала. Не хотела беспокоить. Когда мы пришли в отель, я постучалась в номер Орсов и все объяснила одному из них. А потом появилась та женщина… И дальше все произошло как в тумане.

Едва заставив себя поднять взгляд, Рут всмотрелась в лицо матери. Не так уж сильно она соврала, но во взгляде Белинды все еще скользили сомнения, а вот намеки на смягчение не просматривались.

– Все это ведь никак не связано с твоей любовью к фехтованию? – чуть помедлив, спросила Белинда.

– Конечно, нет! – у Рут чуть ноги не подкосились. Она бы и сама себе не поверила. Фехтование выдавало ее с потрохами.

– И с тем, что у нас поселились одни из самых известных фехтовальщиков в мире? – не прекращала вопросы женщина. Она смотрела на Рут внимательно, отслеживала каждое движение, каждое изменение в лице. – И с тем, что один из них молод и хорош собой?

– О чем ты?! – Рут продолжала свой спектакль. Она-то знала, что мама задает ей правильные вопросы, но этот факт скорее угнетал. Рут так хотелось бы скрыть весь этот свой новый жизненный опыт. – По-твоему, я способна на такое?!

– Очень надеюсь, что нет, – строго и даже грозно ответила Белинда. – И не надо мне здесь устраивать истерику. Ты же в курсе того, как строго в отеле с дисциплиной. Знаешь, что…

– Что?

– Посиди-ка ты дома день-другой.

Повисла пауза, которую вскоре прервала Рут.

– Ты собираешься посадить меня под домашний арест за то, что я помогла постояльцу отеля избежать неприятной ситуации? – рыжая закипала. Сидеть дома ей точно не хотелось. Тем более, из-за Алана и его сумасшедших поклонниц.

– Я собираюсь посадить тебя под домашний арест за то, что ты оказалась в шкафу в одном из отельных номеров, – Белинда говорила так, что спорить с ней было просто невозможно. От той веселости, которую демонстрировала женщина во время прогулки с дочерью, не осталось и следа. Рут пришлось смириться.

Свое слово Белинда сдержала. Рут она заперла в ее комнате, а ключ оставила при себе. Рыжая сквозь замочную скважину увидела, как мама положила ключ в карман и похлопала по нему. Выглядело это слегка издевательски, но Белинда вряд ли знала, что дочь следит за ней.

Разумеется, голодной она дочь не оставила, это было бы слишком жестоко. Однако одно только ограничение свободы выводило Рут из себя.

На следующее утро девушка могла занять себя только одним-единственным занятием. Она бродила по комнате и злилась. На маму, на себя, на Алана, на Илсу, на строгий порядок в отеле, и на всякий случай на весь мир. Нельзя же запирать невиновного! Это нечестно. В голове Рут рождалась масса причин для того, чтобы считать решение матери несправедливым.

Совершив очередной нервный круг по комнате, Рут забралась на кровать, в отчаяние распласталась на ней и уставилась в потолок. Ей хотелось выйти на улицу и просто пойти, куда глаза глядят. Вроде бы такое обыденное желание, но только не для сегодняшнего дня.

И тут Рут вспомнила.

Окно!

Почему она сразу не догадалась? Комната Рут располагалась на втором этаже дома, но разве небольшое расстояние до земли могло на полном серьезе остановить девушку от побега? Конечно, нет!

Рут встала, быстрым шагом дошла до окна и открыла створки.

– Ага! – радостно воскликнула она и уже собралась перекинуть ногу через подоконник, как вдруг какая-то неведомая и невидимая сила преградила ей путь.

Что это было? Рут попыталась высунуть наружу руку, но ничего не вышло. В том месте, где заканчивался дом и начиналась улица, Рут снова натыкалась на стену. Только стена это была словно прозрачная. Некоторое время рыжая смотрела на вид за окном, а потом все поняла. Ее мама поступила умно. Она заколдовала окно. Видимо, подозревала, что дочь захочет выбраться. И не ошиблась.

Колдовать Рут не могла. Да она и при всем желании не смогла бы снять такие чары, ведь магии рыжая еще не начала обучаться.

– Ну вот… – протянула Рут. Ее не смущало то, что она говорила сама с собой. – А какой чудесный и дерзкий был план…

Она вернулась на кровать, улеглась на нее и попыталась придумать себе занятие. Ей не нравилось это постоянное чувство злости, нараставшее с каждой минутой. Рут больше нравилась себе задорной, веселой и жизнерадостной, но в такой ситуации этими качествами и не пахло.

Заснуть у девушки бы тоже не получилось. Рут взяла с тумбочку книгу, прочитала две страницы и поняла, что не воспринимает написанное. Книга отправилась обратно на полку, а Рут снова уставилась в потолок.

– Эй! – неожиданно послышалось за окном. – Здесь есть какие-нибудь пленники?

Голос был явно изменен. Ради шутки или конспирации, Рут не понимала, но у окна она оказалась в два счета. А под окном стоял Алан. Он прислонился плечом к фонарному столбу и скрестил руки на груди.

– Ты все еще на меня злишься? – хитро спросил он. – Или уже готова простить и получить помощь?

Умел он задавать вопросы так, что Рут с трудом находила, что ответить.

– А ты что, можешь мне помочь? – вопросом на вопрос ответила она.

– Это как посмотреть, – неоднозначно отозвался Алан. – Глобально освободить тебя я не могу. Увы. Я, конечно, сделал все возможное, чтобы убедить твою маму в благородности твоих намерений по отношению к вчерашней ситуации, но она все равно настояла на том, что тебе лучше посидеть под замком. Строгая она у тебя… Почти как мой отец.

– Так ты пришел позлорадствовать? – разозлилась Рут.

– Нет, – Алан помотал головой и отошел от фонаря. – Я могу снять с окна чары и помочь тебе выбраться. Это спасет тебя от заточения на время, а вечером мы вернем тебя обратно, и я вновь заколдую окно, чтобы твоя мама ни о чем не догадалась.

– Хм…

Рут задумалась. Перспектива пойти поперек наказанию ей безумно нравилась, но просить помощи у Алана ей не хотелось. Это шло вразрез с ее гордостью.

– Я все еще злюсь на тебя, – констатировала очевидный факт рыжая.

– Что же… – Алан пожал плечами. – Твое право. Пойду тогда. Хорошего заточения!

Он сделал шаг в сторону и собрался идти.

– Подожди!

Алан остановился, повернулся к окну и улыбнулся.

– Теперь я злюсь на тебя еще больше, – призналась Рут. – Но мне чертовски хочется на свободу…

– Решайся!

Рут оглядела комнату. В ней не было ничего, что обещало ей приятное времяпровождение. Рут вообще не любила сидеть дома. Ее душа всегда требовала большого пространства и возможности в любой момент сорваться с места. Юность Рут и не думала о том, что сидение дома – лучший досуг.

– Снимай чары! – без лишних слов сказала Рут. Пусть Алан наслаждается своей маленькой победой. В конце концов он был обязан ей избавлением от Илсы. Пусть отрабатывает долг.

– Как скажешь, красотка! – Алан размял пальцы рук. – Тебе лучше отойти от окна. Необязательно далеко, но хотя бы на полметра.

Тут Рут спорить не собиралась. Оказавшись под воздействием магии, человек мог поймать неожиданный эффект. Лучше обезопасить себя. Девушка отошла назад, но отворачиваться не стала. Ей было любопытно, что она увидит в момент, когда чары спадут.

Что делал Алан, Рут не видела. Он остался вне зоны досягаемости ее взора. А вот последствия его колдовства она наблюдала воочию. Сначала она увидела, как проявляется в пустой оконной раме еще одно стекло. Рут уставилась на него и подумала, что оно так и манит к себе, так и говорит: дотронься до меня, узнай, насколько я настоящее. Однако рыжая свой порыв сдержала. И не зря. Прошло секунд двадцать, и несуществующее стекло пошло трещинами. Это Алан избавлялся от чар.

Вскоре стекло полностью покрылось мелкими царапинами, задрожало и буквально лопнуло. Совершенно беззвучно. И без каких-либо осколков. Удивительно. Стекло казалось таким реалистичным, но, по сути, было обычной магической иллюзией. Лопнув, стекло растворилось в воздухе.

– Готово! – крикнул Алан.

Рут вернулась к окну и высунула наружу руку. На этот раз у нее все получилось. Рука без проблем оказалась на улице. Ничто ей не мешало. Рут обрадовалась, села на подоконник, перекинула через него ноги, посмотрела вниз и оценила свои перспективы.

– Могу спустить тебя вниз при помощи левитации, – сообщил Алан. – Это несложно и безболезненно.

– Ну уж нет! – Рут не желала настолько сильно доверяться Алану. О левитации она слышала, но при таком развитии событий она полностью вверяла себя фехтовальщику, а такую честь девушка не собиралась ему оказывать. – Сама справлюсь.

Рядом с окном проходила водосточная труба. Не лучший вариант для спуска вниз, но Рут действительно собиралась справиться сама. Она подвинулась к краю подоконника, схватилась за трубу одной рукой, а потом резко переместилась к ней всем телом. Пришлось проявить солидную ловкость, чтобы схватиться за трубу обеими руками и ногами, но у Рут получилось. Она удержалась и не полетела вниз. Рыжая издала радостное «ура».

– Только не спускайся быстро! – взволнованно попросил Алан. Он подошел ближе и вытянул вперед в руки, чтобы в любой момент подстраховать бесстрашную девушку. – Будь осторожна.

Рут уперлась ногами в стену и начала медленно спускаться вниз, крепко держась за трубу. Хорошо, что та была прочной и выдерживала вес девушки. Миновав переход между вторым и первым этажом, Рут начала задумываться о том, чтобы просто спрыгнуть вниз. Такая высота позволяла это сделать.

Она оторвала ноги от стены и опустила их вниз. Нужно было только набраться смелости и отпустить еще и руки.

Раз, два, три… Скомандовала сама себе Рут, отцепилась от трубы, но, к собственному удивлению, не полетела вниз. Что-то обхватило ее талию и осторожно опустило вниз.

– Давай только без переломов рук и ног, – попросил Алан. Рут оказалась в его сильных руках. Он держал ее крепко, не позволял упасть.

Когда ноги Рут коснулись земли, она тут же освободилась от незапланированных объятий и настороженно отступила от Алана. Если бы не радость от того, что она, Рут, больше не в плену, на Алана посыпались бы очередные обвинения. Но сейчас Рут просто вдохнула побольше воздуха и огляделась вокруг.

– Никогда в жизни так не радовалась тому, что оказалась на улице, – заметила рыжая, бросила на Алана пристальный взгляд и все же выдавила из себя одно столь обычное, но очень важное слово. – Спасибо.

Алан оказал ей большую услугу, с этим поспорить Рут не могла. Благодарность прозвучала мрачно, но заслуженно.

– Не за что, – с легкостью ответил Алан. – Ну… Чем планируешь заняться?

– Понятия не имею! – Рут даже рассмеялась. Ей так хотелось выбраться из дома, но дальше никакого внятного плана у нее не было. Ясно было только одно. – Главное – не попадаться на глаза маме.

– И моему отцу, – добавил Алан и усмехнулся. – Он тоже догадывается о том, что ты в шкафу оказалась не только потому, что хотела защитить постояльца отеля…

– Только этого не хватало…

Меньше всего Рут мечтала о том, чтобы вступить в молчаливый конфликт со своим фехтовальным кумиром. Она предпочла бы оставить у него приятное впечатление о себе, но обстоятельства имели собственное мнение на этот счет.

– Может, рванем за город? – неожиданно предложил Алан.

– За город? – переспросила Рут.

– Да, – кивнул мужчина. – Там нас точно никто не увидит. Возьмем шпаги, какой-нибудь еды, перекусим на природе, прогуляемся и займемся фехтованием.

Предложение звучало очень привлекательно, если бы не тот факт, что звучало оно из уст Алана. Рут хмурилась.

– Послушай, – Алан подошел ближе. – Я хочу загладить вину. Я знаю, что мое поведение со стороны выглядит ужасно. И, не буду скрывать, изначально я действительно заигрывал с тобой для того, чтобы позлить отца и показать ему, что я не собираюсь плясать под его дудку… Но потом все изменилось. Я быстро понял, что ты мне и правда нравишься…

Рут пристально смотрела на него, но не слышала в его словах фальши. Да и что там скрывать… Ей хотелось в них верить…

– Ценю твою честность… – вздохнула она.

– Так что скажешь? – спросил Алан. – Едем на природу?

Рут немного подумала и поняла одну простую вещь – сопротивляться она не может.

Глава 8

Запастись всем необходимым было несложно, и уже всего через час, а то и меньше, Рут и Алан подходили к одной из городских конюшен, где можно было взять на время пару лошадок и совершить на них приятное путешествие по разным уголкам мира.

– А ты раньше ездила верхом? – спросил Алан, когда он и Рут проходили сквозь большие деревянные двери.

– Конечно! – Рут даже немного обиделась на такую постановку вопроса. Кем Алан ее считает? Никчемной девчонкой, в жизни которой до встречи с ним не происходило ничего интересного? Как некрасиво с его стороны… – Я очень люблю ездить верхом. Жаль, что такая возможность выпадает нечасто.

Мирно пасующиеся в загоне кони выглядели ухоженными и здоровыми. Один только взгляд на них приносил удовольствие, а уж мысль о том, что через несколько минут можно будет взобраться на одного из коней и помчаться навстречу ветру, и вовсе приводила Рут в полнейший восторг. После временного заточения прогулка верхом казалась великолепной идеей. Рут не терпелось найти лошадку и отправиться в путь.

Рыжая выбрала гнедого коня по имени Гарольд. У нее случилась симпатия с первого взгляда. Девушке понравились глаза Гарольда, его мягкая грива и длинный гладкий хвост. Алану досталась светло-коричневая лошадка, которую местные конюхи ласково называли Малышка Люси, хотя размером она ничем не уступала своим сородичам.

Рут ловко вскочила в седло до того, как Алан успел предложить ей помощь. Он удивился, игриво посмотрел на нее снизу вверх и оценил открывшийся ему вид. Красивая девушка на красивом коне… Вместе они смотрелись органично, интригующе.

– Твоей матери предстоят нелегкие времена… – неожиданно сказал Алан.

Рут, которая в этот момент гладила шею Гарольда, остановилась и с недоумением посмотрела на Алана. Может, ей послышалось?

– Это почему же? – спросила она.

– Она наверняка надеется на то, что ты пойдешь по ее стопам, посвятишь себя гостиничному делу и все такое прочее. Родители любят, когда дети следуют их примеру. Но ты создана для чего-то другого… Не для отельных фойе…

– Скажешь мне тоже… – слова Алана польстили Рут, но она не собиралась давать ему повод считать, будто лестью и комплиментами он заставит ее забыть обо всем случившимся. – Ну так что? Едем?

– Едем, – Алан быстро запрыгнул на свою лошадь и взял курс на западную границу города.

До последнего момента, когда город остался, наконец, позади, Рут опасалась того, что попадется на глаза своей матери. Мало ли, куда ту завели рабочие дела. Она могла оказаться где угодно в черте города. А вот вне города Белинду встретить было попросту невозможно. Она редко выбиралась на природу, предпочитала городскую среду со всеми ее благами. В этом мать и дочь отличались друг от друга. Рут в городе иногда было слишком тесно, а вне его она наслаждалась настоящим простором.

Всадники не стали останавливаться на первой попавшейся поляне. Зачем? Мирабилия отличалась бесконечной красотой и способностью удивить своими яркими красками. Рут вдыхала свежий воздух, осматривала окружающий ее мир и улыбалась этому самому миру.

Алан вряд ли в полной мере разделял ее вдохновленный настрой. Некоторые люди, которые много путешествуют и постоянно находятся в разъездах, однажды утрачивают способность удивляться новому дню. Поездки для них становятся обыденностью, а порой даже утомительной обязанностью. Однако Алан не казался по-настоящему утомленным. Некоторое время он наблюдал за тем, как счастлива Рут, а потом подъехал к ней поближе. Гарольд и Люси поравнялись и зашагали в едином ритме.

– Я сделал потрясающее открытие, – поделился своими мыслями Алан.

– Какое? – Рут оторвалась от рассматривания горы, расположенной где-то вдалеке.

– Впечатления от поездки во многом зависят не только от того, куда ты едешь, но и от того, с кем ты едешь.

– Боюсь, тебе придется пояснить эту мысль для меня, – рыжая не совсем поняла то, что Алан пытался до нее донести.

– Мой отец не любит езду верхом, предпочитает комфортный экипаж и редко выглядывает в окно, – грустно рассказал Алан, а затем взбодрился. – Не знаю как, но этот факт сказывается и на мне. Я уже давно не чувствовал той самой свободы, которую испытываю сейчас от нашей с тобой прогулки. Ты открыта миру, ты хочешь увидеть мир, почувствовать его. Меня это тоже делает более… живым.

– В твою защиту скажу, что ты и раньше не выглядел неживым.

Они еще немного поговорили, посмеялись, а потом увидели неподалеку лужайку на берегу реки и свернули туда. Слишком уж живописным казалось это место. Нельзя было просто взять и проехать мимо.

Вода в реке радовала своей прозрачностью, а непротоптанная трава свидетельствовала о том, что по ней давно никто не ходил.

Лошади с удовольствием принялись утолять жажду и пощипывать травку в то время, как Алан и Рут достали заготовленную еду. Еда на природе всегда казалась Рут вкуснее. Вот и сейчас самые обычные сэндвичи на вкус стали какими-то особенными. Рут наслаждалась таким обедом, как вдруг подумала о том, что для Алана этот обед может стать неполноценным.

– Если у тебя где-то припрятана бутылочка чего-то алкогольного, то не стоит ее скрывать ее только из-за меня, – поспешила сказать рыжая. – Пей на здоровье. Я не буду требовать поделиться со мной или возмущаться.

Сама она не имела права употреблять алкоголь из-за того, что еще не достигла совершеннолетия.Впрочем, это не значило, что девушка обреченно ждала заветного возраста. Она тайно пробовала разные напитки и несколько раз испытывала на себе алкогольное опьянение. Но сейчас ей не хотелось повторять этот опыт.

– Я не употребляю алкоголь, если мне предстоит фехтование, – незамедлительно отрезал Алан и кивнул в сторону уложенных на землю вещей. – Мы же не зря взяли с собой шпаги.

– Очень на это надеюсь, – Рут дожевала сэндвич и бросила пристальный и нетерпеливый взгляд на кейс со шпагами.

– К сожалению, – грустно заметил Алан. – Эти шпаги не учебные. Они могут поранить. Так что будем очень осторожными.

Несоблюдение элементарной техники безопасности для новичков придавало ситуации еще большей остроты. Рут знала, что ее шансы нанести Алану физический вред ничтожно малы. По сути, они вообще не существовали. Однако мог ли Алан уверить ее в том, что не поранит ее? Он привык к сильным соперникам, которые способны обороняться. Конечно, он сделает все возможное, но сумеет ли он полностью сдержать себя?

Только все эти размышления и следующие из них выводы не смогли бы остановить Рут. Закончив с трапезой и погладив коней, которые наслаждались моментом не меньше, чем соседствующие с ними люди, Алан и Рут приступили к занятию. Сначала они повторили пройденные моменты из первого урока в зале. На этот раз выпады и защитная реакция выходили у девушки лучше. Не идеально, далеко не идеально, но все же определенный прогресс присутствовал. Это воодушевляло.

Рут спокойно выдерживала критику. К счастью, та была лишь конструктивной. Советы рыжая мимо ушей не пропускала. Она старалась, как могла, а в награду получала заметный успех и комплименты от Алана. Во время занятия он не разбрасывался ими направо и налево, а потому каждый был на вес золота.

– Ну же… – попросила в конце концов Рут. Она успела хорошенько разогреться. – Я уже заслужила бой. Хотя бы маленький… Пожалуйста…

Она знала, что умеет смотреть на людей невинным умоляющим взглядом. Она с легкостью применила этот прием по отношению к Алану. Пара взмахов ресницами, и мужчине пришлось сдаться.

– И как тут сказать нет… – Алан рукой указал на центр лужайки, откуда было бы правильнее начать бой. – Только, пожалуйста, предельно сконцентрируйся… Я себе никогда не прощу, если с тобой что-то случится.

– Я буду образцом осторожности и концентрации, – торжественно пообещала Рут.

– Хорошо… – Алан все еще сомневался, но боевую позицию все же принял. – Ты атакуешь первой. Если вдруг почувствуешь себя неуверенно, сразу говори, и мы прекратим бой. Помни, что сейчас для тебя важна не победа, а необходимость получить опыт и отточить навыки.

Это Рут понимала целиком и полностью. Она не надеялась на победу, хотя находила забавным тот факт, что может одержать верх над человеком, который не привык к проигрышам. Разве что к проигрышам от своего отца.

Рут сделала выпад и нанесла первый удар. Алан с легкостью отбил его. Он не совершил ни единого лишнего движения. После того, как оборона далась мужчине так просто, девушка почувствовала прилив желания переиграть соперника в тактике, найти его слабое место и продемонстрировать свою силу. Бой быстро захватывал Рут. На ее щеках уже полыхал румянец.

Она и Алан не оставались на месте. Взмах шпагой, второй, третий… Они сдвинулись на несколько метров, поборолись немного у самой реки, а потом сместились к самому краю лужайки. Дальше начинался не слишком густой, но все же лес.

– Не позволяй куражу овладеть твоим мозгом, – говорил Алан, в очередной раз отбивая удар Рут без каких-либо усилий. – Думай головой, анализируй ситуацию, не расслабляйся…

Легко сказать «не расслабляйся». Рут не успевала радоваться тому, что у нее получалось, как следующая атака Алана уже настигала ее, и только его трепетное и аккуратное отношение к девушке не позволяло ему как следует атаковать ее.

– Ах так! – крикнула Рут, когда Алан в очередной раз провел свою шпагу мимо нее, чтобы показать, как она прозевала нападение, но при этом не ранить ее. В глазах Рут горел огонь, потушить который не смог бы ни один пожарный.

Она атаковала Алана с большим усилием, вложила в процесс всю себя. У нее получилось сделать очередной выпад быстрее и неожиданнее, но Алан все равно справился с нападением. Рут наносила один удар за другим. Мужчине приходилось постепенно отступать назад.

– Надо же сколько страсти, – улыбнулся Алан, следя за тем, как шпага Рут взмывает то с одной стороны, то с другой.

– Подожди, – ответила Рут. – Я только начала. Я могу больше.

– Правда?

Улыбка на лице мужчины приобрела ироничный налет. Ситуация определенно интриговала и его тоже.

– Правда!

Рут замахнулась так сильно, что без должной обороны могла серьезно покалечь Алана. Она даже сама испугалась собственных действий, но уже после того, как взмахнула шпагой.

Все это пришлось Алану не по душе. Резкий движением он ответил Рут на новый выпад, скрестил свою шпагу с ее, сделал хитрый оборот кистью и вырвал шпагу из руки Рут, даже не касаясь ее. Шпага девушки отлетела в сторону и воткнулась в землю. Рыжая заметила искру гнева в глазах мужчины, а он с присущей ему силой воспользовался мгновенным замешательством, прижал Рут к ближайшему дереву и поднес свою шпагу к ее шее. Рут не посмела двинуться с места.

– Нам нужно сделать паузу, – сказал Алан, продолжая держать оружие рядом с девушкой. – Этот бой становится слишком опасным.

– Извини, – Рут не могла не думать о том, что одно движение Алана, и она простится с жизнью. Вероятность смерти стала какой-то слишком реальной. – Я не думала, что так сильно замахнусь. Хорошо, что ты успел отреагировать.

– Дело не в том, как ты замахиваешься, – прошипел Алан. Он не моргал. – А в том, что ты провоцируешь меня. В следующий раз я могу не сдержаться.

– Ты и сейчас не очень-то сдерживаешься, – Рут невзначай напомнила о том, что острый предмет уже почти вонзился в ее горло.

Алан посмотрел на свою руку, сжимающую рукоять шпаги, бросил хищный взгляд на Рут, а потом отбросил шпагу в сторону. С места он при этом не двинулся.

– Спасибо, – сказала рыжая. Ей стало поспокойнее, но лишь на несколько секунд. Спокойствие сменялось другим чувством. Волнением, но тем, какое испытывает человек, когда нервничает, а другим, совершенно другим. И Рут не имела понятия, что вызывает у нее такое волнение – урок фехтования или близость Алана.

А Алан не отпускал ее. Он все еще прижимал ее к дереву одной рукой, а вторая его рука поднялась от талии Рут к ее щеке. Это прикосновение было сильным, властным. Девушка попыталась вырваться, но у нее не вышло ровным счетом ничего. Она почувствовала себя очень хрупкой.

– Моя оборона еще не сломлена, – она постаралась сказать это уверенно.

– Сломлена, – ответил Алан. – Просто ты еще не знаешь об этом.

– Ты не посмеешь… – Рут говорила громким шепотом.

– А если посмею? – спросил Алан, прижимая Рут еще сильнее. – Продолжишь сопротивляться?

– Не знаю, – честно призналась Рут. Она глубоко дышала, возбуждение все сильнее накатывало на нее.

– Значит, нужно проверить.

Алан больше ничего не сказал. Его губы коснулись губ Рут. Он не заходил издалека. В его поцелуе сразу же появилась страсть. Его поцелуй обжигал и будоражил. Рут провела руками по торсу Алана и положила руки ему на плечи, ее пальцы сжали его рубашку. А Алан не собирался останавливаться. Он скользнул губами по щеке девушки вниз к ее шее.

Глава 9

Рут задрожала, когда пальцы Алана поднялись чуть выше ее талии. Это было так непривычно, так волнительно, но в то же время пугающе. Рут попыталась, но не смогла сдержать дрожь. От Алана это не укрылось.

– Почему ты дрожишь? – спросил он и замер на несколько мгновений.

В этом вопросе было слишком много подвохов.

– Я… – слова не подбирались. Рут толком и не знала, что хочет сказать. – Ты… Сложно объяснить… Просто это все очень по-взрослому…

Алан зажмурился и открыл глаза. В них мелькнула догадка.

– Значит, ты еще совсем юная? – спросил мужчина.

Рут затаила дыхание. Делать такие признания было сложно. О личном всегда говорить непросто, а тут речь шла о предельно личном.

– А что, если да? – спросила Рут. Ее взгляд выдавал напряжение и дискомфорт. Именно их девушка сейчас ощущала в полной мере.

– Это немного меняет дело…

Алан, наконец, пошевелился. Он опустил обе руки и сделал полшага назад. Дальше отходить не стал. Рут заметила, что его лицо стало задумчивым. Ее это почему-то рассмешило, хотя смеяться в полный голос рыжая не рискнула.

– Кажется, я понимаю, – она скрестила руки на груди. Вряд ли она понимала, что таким образом пытается спрятаться от собеседника. – Все-таки твоим намерением была простая забава со мной. А тут, оказывается, что забава с осложнениями и некоторой ответственностью… Соболезную. Не повезло. Ты зря потратил время.

– Не говори ерунды, – строго отрезал Алан. Тон Рут не пришелся ему по душе. – Если бы я хотел воспользоваться ситуацией только ради забавы, я бы воспользовался ею в любом случае. Будь я тем подонком, каким ты меня порой считаешь, меня бы не смутила ответственность.

Рут не стала спорить. Разговор становился все более острым, и Алан, похоже, собирался его закончить.

Он отошел от дерева и машинально проследовал к берегу. Там, наклонившись к плавному течению реки, он зачерпнул рукой воду и умыл лицо, после чего глубоко вздохнул и повторил процедуру еще несколько раз. Наверное, вода помогала ему остыть.

Закончив с отрезвляющей терапией, мужчина сел у кромки воды и уставился в горизонт. Рут, стоявшая все это время у дерева, удивилась такому поведению. Немного подумав, она проследовала к Алану. Не бросать же его наедине с рекой. Рут села рядом с мужчиной и попыталась проследить за тем, куда тот все-таки смотрит, но, судя по всему, Алан не смотрел на что-то конкретное. Возможно, он вообще ничего перед собой не видел.

– И что все это значит? – Рут надоела эта молчаливая пауза. – Ты решил со мной больше никогда не разговаривать?

– Я думаю… – сообщил Алан.

– В этом я, знаешь ли, не сомневалась, – усмехнулась рыжая. – Но о чем? О том, как правильно выбирать девушек при знакомстве?

– Почему ты мне не веришь? – спросил Алан. Вопрос Рут он полностью проигнорировал.

Рут не сразу нашлась, что сказать. По правде говоря, ей всей душой хотелось верить Алану. Она чувствовала, что между ними есть связь намного более прочная, чем банальное влечение и желание весело провести время. Эта связь началась еще в первый день их знакомства и со временем только крепла. Однако рыжая не могла не думать о том, что Алан – это не неопытный мальчишка из соседнего двора. Это известная личность со своим особенным стилем жизни, с большим давлением из-за предстоящего развития карьеры, со своим характером и целеустремленностью. Алана нельзя было приравнивать к обычным людям, к нему не применялась обычная психология.

Только вопрос о том, почему Рут не доверяла Алану, требовал ответа.

– Потому что ты можешь причинить мне боль, – обдумав все, сказала девушка, а потом пояснила свои слова. – Не физическую, конечно, дело совсем не в этом. Ты можешь причинить мне моральную боль.

Этот ответ заставил Алана оторваться от созерцания горизонта и посмотреть на сидящую рядом Рут. Та поджала губы. Она уже почти не злилась.

– Но ведь и ты можешь причинить мне боль, – справедливо заметил Алан. – В той же степени, в какой я могу причинить эту боль тебе. Сердце есть у нас обоих. Мы в равном положении, Рут. Но я же не осыпаю тебя недоверием и упреками.

И снова Рут потребовалось время на ответ. Конечно, обвинять во всем Алана было легко, но обвинения не исправляли ситуацию, не подсказывали, что делать, да и в целом портили настроение и прятали последние надежды на счастливое будущее. Так что на этот раз в горизонт уставилась Рут. Мысли приходили ей в голову одна за другой, но ни одна из них не помогала. Она давно не считала себя ребенком и хорошо и по-взрослому справлялась с рабочими проблемами, но проблемы в личной жизни не поддавались ее уму.

– Кажется, мы зашли в тупик, – после ряда непродуктивный размышлений сказала Рут. Она ненавидела тупики. Как уличные, так и метафорические.

– Да уж… – протянул Алан, помолчал немного и добавил. – Но я все равно считаю, что должен попросить у тебя прощения. Сдается мне, я повел себя как животное. Извини меня, пожалуйста. Я должен быть более сдержанным.

– Мы оба мало походили на людей, – без тени обиды махнула рукой Рут. Она знала, что сама была небезгрешной. – Хочется верить, что это природа на нас так подействовала. Естественная среда обитания, возвращение к первобытному образу жизни, все такое…

– А ты умеешь находить оправдания, – улыбнулся Алан.

– Толку от этого… Лучше бы я выход из ситуации умела находить…

Ветерок играл с ее волосами, и девушке приходилось постоянно приглаживать свои непослушные локоны, чтобы те не лезли в глаза.

– Есть у меня одна идея… – через некоторое время сказал Алан.

– Какая? – Рут тут же вернула ему все свое внимание, но тот не спешил отвечать.

– Пока не могу сказать, – задумчиво ответил он и почесал затылок. – Мне нужно все обдумать. Но, если получится, то у тебя будет больше поводов доверять мне.

– Звучит интригующе…

Алан больше ничего не говорил о своих идеях и планах на возвращение доверия. Он перевел тему на более обыденные и нейтральные вещи, вновь заставил Рут улыбаться, а вскоре они оба снова оседлали лошадей и уехали кататься по окрестностям. Получить удовольствие от поездки верхом им ничто не мешало. Да и кони застоялись на одном месте, а им не терпелось устремиться куда-нибудь вперед.

Природа показывала свое полное великолепие. Это было очень мило с ее стороны…

Рут любовалась зеленью и голубым небом, не упускала случая оглядеть расположенную вдалеке гору и оценить ее величие. Было бы здорово доехать до этой горы, но путь казался не близким, а рыжая помнила о том, что ей лучше вернуться домой раньше матери, иначе скандала ей было не избежать. Сложно было прощаться с такими впечатлениями, но хороший день и приятные ощущения не могут длиться вечно. Закон жизни. Дурацкий, но все же работающий.

Вернувшись обратно в город, Рут опять поймала это чувство тревоги, что она может попасться на глаза матери. Алан сказал, что сначала проводит Рут, а потом отведет лошадей обратно в конюшню, так что курс на дом девушки был взят сразу же, и кони добрались до пункта назначения очень быстро.

По тому, как обыденно выглядел дом, рыжая могла предположить, что мать о ее проделках не узнала. Это не могло не радовать.

Рут с минуту постояла у Гарольда. Ей не хотелось его отпускать. Конь тоже казался опечаленным. Грусть выдавали его большие выразительные глаза.

– Я сейчас начну ревновать, – пошутил Алан, ставший невольным свидетелем этой сцены. – Со мной ты наверняка будешь прощаться не так трогательно.

Он предложил Рут поднять ее на второй этаж при помощи левитации. Рыжая еще сомневалась, но, оценив потенциальный подъем по водосточной трубе и свои силы, согласилась. Пожалуй, физических нагрузок на сегодня было уже достаточно.

– К сожалению, завтра я не смогу тебя вызволить, – мрачно сообщил Алан. – Отец требует моего присутствия при очередном осмотре дома, а потом его пригласили почетным гостем на одно юниорское соревнование. И он решил, что меня лучше взять с собой.

– Он все правильно решил, – Вита уловила железную логику Орса-старшего. – Не только он является воодушевляющим примером для молодежи, но и ты тоже. Ты же сам не так давно был юниором.

– Нет, я сразу родился взрослым, – вновь пошутил Алан. – Ладно… Не будем тебя задерживать. Я уже и сам волнуюсь, что твоя мама нас увидит.

– А моя мама страшна в гневе! – подмигнула ему Рут. – Даже ты не сможешь с ней справиться. Каким бы потрясающим фехтовальщиком ты ни был.

– Очень страшно!

Алан с любопытством посмотрел на девушку. Он себе лишнего больше позволить не мог, но не отпускать же ее просто так. Рыжая бросила на мужчину ответный взгляд и прищурилась. Эта хитринка в ее глазах постоянно напоминала о себе. Многие находили эту особенность интригующей, а Рут считала ее своей изюминкой.

– До скорого! – просто сказала Рут, встала на цыпочки и чмокнула Алана в щеку.

– Ну… – усмехнулся он. – Хоть что-то.

Он отошел на метр в сторону, а Рут подошла ближе к дому. Она еще никогда не испытывала на себе силу левитации, поэтому не совсем понимала, как себя вести. Размахивать руками, словно птица крыльями, она точно не собиралась. Это было бы слишком нелепо.

– Пожалуйста, постарайся не шевелиться, – попросил ее Алан и поднял руки. – Я усажу тебя на подоконник. Не двигайся, пока не почувствуешь его под собой.

– Звучит увлекательно, – Рут кивнула, подтверждая то, что последует совету. Не шевелиться… Такие задачи рыжей не очень-то нравились. Она предпочитала быть активной, но раз надо, то надо.

Алан поднял ладони на один сантиметр, и Рут вдруг почувствовала что-то такое, чего раньше не чувствовала. Словно неведомые силы окутали все ее тело, кроме головы. Силы эти были невидимыми. Они походили на дуновение ветерка, решившего покружить вокруг девушки. Ветерок щекотал, но Рут не боялась щекотки.

А потом ее ноги плавно оторвались от земли. Путь наверх начался. Рут не шевелилась, хотя ей очень хотелось попробовать, может ли она управлять сейчас собственным телом. Рыжая посмотрела на Алана. Тот был предельно сосредоточен. Его пальцы шевелились, а взгляд был обращен в сторону живота девушки. Наверное, Алан принимал его за условный центр тяжести. Ему было виднее.

Непривычное ощущение свободного пространства под собой заставляло Рут улыбаться. Ей нравился этот полуполет. В скором времени преодолела промежуток между первым и вторым этажом, и Алан направил девушку ближе к дому. Подоконник приближался. Рут наблюдала за тем, как осторожно разворачивает ее магия, вырывающаяся из пальцев Алана. Подоконник под собой она почувствовала быстро. Алан буквально усадил ее туда.

Рыжая позволила себе пошевелить рукой. Рука послушалась, а окутывающая ее энергия как по щелчку сошла на нет. Рут подумалось, что она будет скучать по такому необычному опыту.

– Порядок? – спросил Алан. Он опустил руки. Его миссия по левитации была успешно завершена.

– Порядок! – подтвердила Рут. – Спасибо!

– Отойди, пожалуйста, от окна, – попросил мужчина. – Я наложу защитные чары обратно.

Об этом Рут успела позабыть. Конечно, чары стоило вернуть, иначе у матери девушки могло появиться много вопросов относительно того, куда делась магия, которую она наложила. Рыжая прошла в середину комнаты. Секунд через десять перед ее глазами прямо между оконной рамой мелькнуло нечто, похожее на стекло. Мелькнуло и тут же исчезло. Если бы Рут не знала, что происходит, она приняла бы происходящее за галлюцинацию.

– Готово! – послышалось с улицы.

Девушка вернулась к окну и попыталась высунуть руку на улицу. У нее не получилось. Как и утром, рука наткнулась на незримое препятствие и остановилась. Рут попыталась еще раз, на этот раз настойчивее, но итог был тем же.

– Сработало, – констатировала очевидный факт девушка.

– Тогда приятного заточения! – иронично ответил Алан. – Я бы на твоем месте сделал все, чтобы твоя мама выпустила тебя на свободу как можно быстрее.

– Я бы на своем месте поступила бы также, – Рут знала, что Алан чертовски прав. А еще она знала, что Белинда не сможет держать дочь под замком слишком долго. Какое-то время смены Рут подстрахуют другие работники отеля, но это не может продолжаться вечно. Рут нужна была матери не только, как дочь, но и как незаменимая часть коллектива. Это работало на руку рыжеволосой девушке.

Алан огляделся по сторонам, прищурился, вглядываясь куда-то вдаль, но, видимо, ничего примечательного не углядел.

– Отлично! – пожал плечами он. – Тогда я пошел. Навещу тебя, как только отец перестанет таскать меня повсюду с собой.

Он уже тронулся с места, но Рут остановила его.

– Постой! – крикнула она. Алан остановился и посмотрел наверх – туда, где за окошком пряталась девушка. Почти как принцесса из сказки. Только принцесса бойкая и своенравная.

Алан вопросительно посмотрел на Рут.

– Ты ведь обдумаешь то, что собирался обдумать у реки? – спросила рыжая. – Ты сказал, что у тебя есть какая-то идея.

– Ах это… – вспомнил Алан и задумался. – Да, я поработаю над этой идеей. Обещаю.

– И так и не скажешь мне, в чем эта идея заключается?

Алан выдержал паузу.

– Нет, пока не скажу, – отрицательно покачал головой он. – Я должен все обдумать.

– Какой ты загадочный…

Алан обратил взгляд куда-то в сторону, а потом резко рванул за угол дома. Вскоре он исчез из поля зрения Рут. Та осталась в недоумении, но звук открывающейся входной двери объяснил все непонятности. Домой вернулась ее мама. Через пару мгновений дверь за ней захлопнулась, оповещая о том, что путь для Алана свободен.

Рыжая проследила за тем, как Алан осторожно выбрался из укрытия, кивнул ей и отправился прочь от дома. Кажется, он остался незамеченным.

Рут отошла от окна и уселась на кровать. Она слышала шаги, и эти шаги явственно свидетельствовали о том, что в комнате скоро появится Белинда.

Глава 10

Похоже, мама Рут ничего страшного не заподозрила. Она принесла дочери ужин и спросила, как прошел ее день.

– Замечательный вопрос человеку, которого заперли в четырех стенах, – язвительно пошутила рыжая. Тарелку с едой она проигнорировала, хотя пахла та очень приятно. – Как, по-твоему, он мог пройти? Не могла же я выбраться из твоего магического плена и ускакать на славном коне далеко-далеко…

По правде говоря, она не хотела перегибать палку, но посаженный под замок свободолюбивый человек не способен контролировать себя до конца. Какая-нибудь эмоция обязательно вырвется на простор. В глубине души Рут страстно желала рассказать матери о том, как она выбралась из заточения и провела хоть и странный, но все же увлекательный день совсем не там, где должна была.

– Ты с самого детства умела выдумывать небылицы, – спокойным тоном сказала Белинда, поставила тарелку на тумбочку возле кровати дочери, а затем тихим и уверенным шагом прошла к окну.

По тому, что как она сосредоточилась, Рут догадалась, что мама проверяет, на месте ли заклинание. Это было даже забавно. Белинда вроде бы и верила дочери, но все равно проверяла и контролировала все, что было ей подвластно. Интересно, вдруг пришло в голову девушке, не станет ли она в будущем такой же, как мама. Ведь она уже во многом на нее походила. Об этом стоило задуматься на досуге.

А тем временем Рут могла с уверенностью констатировать тот факт, что Алан справился со своей миссией на высшую оценку. Он вернул все на свои места в полной мере и правдоподобно. Белинда не почувствовала никакого подвоха. Чары опутывали окно, окно не выпускало на улицу, улица казалась недосягаемой. Рут посмотрела на мать победным взглядом, даже не подумав двинуться с места. Она сидела на кровати и иронично улыбалась. До сарказма она по-прежнему не скатывалась.

– Зная тебя, – Белинда не без удовлетворения во взгляде отошла от окна. – Я была на сто процентов уверена, что ты что-нибудь да придумаешь. Понятия не имею что, но что-то обязательно. Теперь у меня настоящая дилемма: обрадоваться тому, что ты с честью приняла свое наказание, или расстроиться тем, что у тебя не получилось выбраться из ситуации.

– Не угодишь на тебя, – пожала плечами Рут. В душе она ликовала.

А затем рыжей объявили, что ее наказание продлится еще один день. По какому принципу мама выбирала этот срок, Рут так и не поняла. Судебная система в ее семье была только в начальной стадии своего развития.

Конечно, Рут не хотелось сидеть в комнате еще целые сутки, но все же это было лучше, чем вставать на путь человека, который постоянно убегает из собственного дома и пускается во все тяжкие. В будущем дочь собиралась рассказать матери о том, что она на самом деле пошла против ее правил, но в будущем более далеком, когда обе уже смогут по-настоящему посмеяться над этим жизненным периодом.

Ночью Рут спала, как говорится, без задних ног. День выдался насыщенным и полным эмоций. Причем настолько разных и ранее неизведанных, что Рут могла с легкостью заблудиться в них. К счастью, усталость взяла свое. Для размышлений о случившемся у рыжей был целый следующий день, а ночь подарила ей крепкий сон без мучительных снов.

День следующий, к слову, прошел серо и непримечательно. Рут наворачивала круги по комнате, осмысливала то, как поступал Алан, придумывала, что ей делать дальше, и просто смотрела в окно, надеясь на то, что кто-нибудь все-таки придет навестить ее. К вечеру девушке так надоел мыслительный процесс, что она решила самостоятельно и в одиночку заняться фехтованием. Вместо шпаги у нее была самая обычная вилка, а вместо соперника – шкаф с одеждой. Рут тренировала выпад с вилкой, а шкаф никакого сопротивления не оказывал, поэтому Рут выиграла у него все воображаемые поединки. На какое-то время это заставило ее отвлечься и развеяться. Фехтование вновь не подвело.

А утром Рут, освобожденная наконец из-под магической стражи, отправилась на работу. Она и не помнила, когда последний раз так радовалась смене в отеле. Она шла буквально вприпрыжку.

Да и отельный персонал ответил ей взаимностью. Рут умудрялась быть тем самым человеком, которого обожали все, и ее отсутствие расстраивало многих. Коллегам не хватало ее жизнелюбия, ее смеха и ее оптимизма. Садовник даже украсил стойку регистрации небольшим букетом из кустовых роз. Букет он оформил от души, руки у мужчины были золотыми.

Рыжая сочла этот поступок очень милым. Еще бы, ведь не существует таких девушек, которые не любят цветы.

День складывался хорошо. Отдохнувшая и соскучившаяся по работе девушка делала все в несколько раз быстрее и с еще большим количеством энтузиазма. Никто не верил, что такое вообще возможно, но энтузиазмом Рут практически светилась. Она справлялась со всем и то и дело предлагала помощь кому-нибудь еще. За сутки одиночества и невозможности куда-нибудь пойти в ней скопилось слишком много энергии, и эту энергию следовало немедленно куда-нибудь направить.

– Тебя освободили? – послышался голос позади Рут. Она заняла себя увлекательным делом – вытиранием пыли на рамах картин, украшавших холл. В другое время Рут бы ни за что на свете не обратила внимание на пыль.

Девушка повернулась как раз в тот момент, когда Алан остановился возле нее.

– Сама до сих пор не верю в свое счастье, – сказала рыжая, отошла от картины и оглядела ее на предмет оставшихся пылинок. – Не представляю, что чувствуют преступники в настоящих тюрьмах и с настоящим сроком. Это же ад!

– А некоторые из них после освобождения вновь берутся за старое, – справедливо заметил фехтовальщик. – Очень своеобразные ребята, раз решаются еще раз нарушить закон после того, как на собственной шкуре испытают последствия.

– Это точно… – Рут не хотела продолжать беседу о преступниках. О таких явлениях как суд и тюрьма она предпочитала не размышлять. Слишком неприятна была эта тема. – Как прошли осмотр дома и соревнования?

Эта тема была ей куда ближе. Да и интереснее.

– Все как обычно… – вздохнул Алан. Он выглядел каким-то уставшим. – Отец все никак не решит мучающий вопрос с планировкой дома. Он почти согласился на покупку, но некоторые аспекты продолжают его не устраивать. Он консультируется с архитекторами, строителями, декораторами, задает множество вопросов… Он очень требовательный. Не понимаю, как люди выдерживают его натиск. А соревнования длились целый вечер. Я думал, что все пройдет быстрее, но участников оказалось очень много. Половина из них не смогла показать своего максимума именно из-за присутствия моего отца. Они так волновались из-за встречи с кумиром, что у них даже руки порой дрожали. Лучше бы отец пришел только на награждение и не будоражил неокрепшие умы юниоров…

– А я их прекрасно понимаю, – чуть подумав, сказала девушка. – Я бы тоже волновалась, если бы за моим поединком следил кто-то, кто для меня едва ли не верховное божество.

– Божество… – мрачно повторил Алан.

Рут пришлось отвлечься на появившихся в холле постояльцев. Она ответила на их вопросы, пожелала хорошего дня и вернулась за стойку. Пыль больше не требовала ее внимания. Вряд ли в холле вообще оставалась хоть одна пылинка.

Все то время, что Рут потратила на постояльцев, Алан делал вид, что рассматривает картину, а потом тоже пришел к стойке.

– Я все обдумал, – сообщил он приглушенным тоном. – У меня есть план.

– Какой? – уцепилась на новость девушка.

– Завтра у моего отца встреча с отцом той девушки, на которой он хочет меня женить, – сказал Алан и выразительно посмотрел на Рут.

– И? – не уловила хода его мыслей рыжая.

– И, по моим ощущениям, эта встреча может пролить для тебя свет на многое.

– Звучит вполне обоснованно, – согласилась Рут. – Только ты что, думаешь, что я смогу на этой встрече присутствовать?

– Конечно, нет, – тут же ответил Алан. – Мой отец – тот еще параноик. Он не позволит посторонним ушам вникать в его дела. Но мы все равно узнаем содержание его встречи при помощи этого…

Он сунул руку в карман, достал оттуда карандаш и показал его девушке. Самый обычный, хорошо заточенный карандаш. Рут непонимающе уставилась сначала на канцелярский предмет, а потом на Алана.

– Знаешь, что это? – спросил мужчина.

– Очень надеюсь, что не доказательство того, что ты не в себе, – медленно ответила Рут и нахмурилась.

– Это – зачарованный карандаш, – сообщил Алан и уперся локтями о стойку. – Штука редкая, но очень полезная. Мне удалось достать карандаш сегодня утром. Я подброшу его отцу, когда он пойдет на встречу. Карандаш запомнит весь разговор, а потом мы сделаем так, чтобы он записал этот разговор для нас на бумаге.

– Ого…

Рут взяла небольшую паузу и попыталась понять, как она относится к такому плану. Больших недостатков она в плане не увидела. Разве что Орс-старший мог ненароком понять, что за ним устроили самую настоящую магическую слежку. В таком случае Орсу-младшему точно было несдобровать.

– Ты рискуешь… – поделилась своими опасениями девушка.

– Знаю, – сказал Алан. Восторга по этому поводу он точно не испытывал.

На мгновение Рут почувствовала себя виноватой. На потенциально гигантскую ссору Алан с отцом шел из-за нее и ее недоверия. Меньше всего рыжей хотелось становиться причиной серьезного семейного раздора.

– Я могу тебе чем-нибудь помочь? – спросила Рут. Ей действительно хотелось быть хоть в чем-то полезной.

– Сможешь найти место, где мы пустим карандаш в дело? – поинтересовался Алан. – И бумагу? Подойдет абсолютно любая.

– Найду и место, и бумагу, – это задание было простым.

– Тогда встретимся завтра вечером.

На самом деле встретились Рут и Алан чуть раньше. У Рут выдалось две смены подряд, поэтому на следующий день около полудня она стала свидетелем того, как Орс-старший, одетый как всегда с иголочки, отправился куда-то за пределы отеля с самым гордым видом. Увидев Рут, он едва заметно кивнул. Вряд ли он был рад ее видеть.

Вслед за ним в холле появился Алан. Он шел так, чтобы отец не увидел его. Проходя мимо стойки, он остановился, бросил на Рут короткий взгляд и заговорил шепотом.

– Мне удалось подбросить ему карандаш, – сообщил мужчина. Рут обрадовалась, но слишком рано. Алан продолжил. – Но он не сказал мне, где пройдет встреча. Наверное, специально. Мне придется проследить за ним. Чем быстрее я заберу у него после встречи карандаш, тем лучше. Нельзя допустить, чтобы отец попытался использовать карандаш как самый обычный. Это сразу выдаст чары.

Он собрался идти.

– Удачи, – шепнула Рут ему вслед.

Когда ее смена подошла к концу, а никто из Орсов так и вернулся в гостиницу, Рут начала нервничать. Встреча длилась слишком долго. А может, Орс-старший все-таки прознал о том, какую игру затеял его сын? И где тогда они оба?

Сменщик Рут уже пришел и готов был приступить к своим обязанностям, но рыжая не хотела уходить из отеля. Так она могла пропустить нечто важное. Рут тянула время, как только могла. Затевала необязательные разговоры, делала вид, что занимается чем-то важным, копалась в бумагах.

– Все, Рут, пора домой! – напомнил ей сменщик. – Нечего молодым девушкам тратить лишнее время на работу. Так что вперед! К отдыху!

Он сказал это шутливо, но рыжая поняла, что дольше она не продержится. Ее поведение уже становилось подозрительным. Рут собралась так медленно, как могла, и задумчиво отправилась к выходу. Она до последнего надеялась, что сейчас наткнется на кого-нибудь из Орсов, но, открыв дверь и выглянув на улицу, она поняла, что фехтовальщиков в обозримом пространстве попросту не было.

По парку они тоже не шли. Рут готова была поддаться панике. Перспектива караулить двух мужчин у ворот тоже имела ряд недостатков. Однако караулить ей все же не пришлось…

Орсы шли по улице по направлению к воротам. Оба. Рут уже готова была с облегчением выдохнуть, как вдруг заметила, что смотрит на фехтовальщиков не в одиночку. О том, что в отеле поселились выдающиеся личности, успели прознать многие. Как Орсы вообще умудрялись спокойно перемещаться по городу, Рут не понимала.

Поклонники с трепетом ждали своих кумиров. Она не казались агрессивными или настроенными на какую-нибудь подлость, но все же в глазах их горел некий нездоровый блеск. Они хотели автографов и общения и не собирались отказывать себе в этой возможности. Теперь Рут знала, что больше никогда не будет ни к кому относиться с фанатизмом. Она поняла, как это ненормально, и как тяжело с этим живется кумирам.

А пока Рут незаметно затесалась в ряды поклонников Орсов, проверила, нет ли поблизости Илсы и, к своей радости, обнаружила, что эта сумасшедшая на этот раз находилась где-то в другом месте. А Орсы подходили все ближе и ближе. Орс-старший улыбнулся, заметив поклонников. Улыбка, наверное, была дежурной.

Алан же выглядел немного встревоженным. Рут еще не знала, попался ли он на своих проделках, но, судя по выражению лица мужчины, все гладко по плану не шло.

– Мистер Орс! Мистер Орс! Распишитесь, пожалуйста!

– Мы так соскучились по вашим поединкам!

– Не проходите мимо!

Орс-старший исполнил просьбу поклонников – не прошел мимо. Он остановился у ворот и принялся отвечать на посыпавшиеся на него вопросы. На Рут он внимания не обращал, просто улыбался окружающим и говорил коротко и вежливо. Неужели он не обнаружил подвоха?

– Распишитесь, пожалуйста! – еще раз попросил какой-то молодой человек и протянул Орсу блокнот.

– С удовольствием, – откликнулся непобедимый фехтовальщик и потянулся к внутреннему карману пиджака. – Сейчас посмотрим… Кажется, у меня должна быть ручка…

Рут с ужасом посмотрела на Алана. Тот заметно побледнел. Не нужно было быть гением дедукции, чтобы понять, что именно в тот карман Алан и подбросил отцу карандаш. И тот факт, что отец должен был вот-вот его найти и попробовать в деле, явно не сулил ничего хорошего. Сердце Рут забилось быстрее.

Глава 11

Куда пропало хваленое умение Алана выстраиваться тактику, оставалось только догадываться. Видимо, оно распространялось только на поединки. Очень жаль, что фехтовальщик не расширил свои навыки до их применения в повседневной жизни. Сейчас они пришлись бы очень кстати, а пока происходящее приходилось расхлебывать Рут. Она старалась изо всех сил. Оглядывалась в надежде на то, что встретит взглядом что-то, что поможет избежать катастрофы.

Неожиданно в голове рыжеволосой девушки мелькнула хорошая мысль, а взгляд мгновенно упал на стоящего перед ней молодого человека. В его руке была ручка. Обычная, стилизованная под перо, но внешний вид волновал Рут в последнюю очередь.

– Ручки у меня нет… – удивился Орс-старший. Он уставился на карандаш, который вытащил из кармана. Мужчина явно не понимал, откуда у него эта штука. Наверняка он был из тех, кто заказывал письменные принадлежности с инициалами и только лучшего качества. Карандаш во все это никак не вписывался, но Орс смирился. – Ладно… Пусть будет карандаш.

Он взял протянутый ему лист бумаги и занес над ним карандаш. Кончик почти коснулся пергамента. Алан схватился за голову и сделал нервный шаг в сторону дороги. Критический момент настал.

– Подождите, мистер Орс! – вскрикнула Рут. Орс с недоумением посмотрел на нее. Рут кивнула в сторону парня с ручкой. – Вот ручка. У молодого человека. Возьмите ее. Карандаши так легко стираются. Было бы неприятно получить автограф, а потом увидеть, что он выцвел. Правда?

Вопрос был адресован поклонникам фехтовальщика. Те закивали. Рут была этому рада.

Орс посмотрел на нее своим пронзительным взглядом. В горле рыжая почувствовала комок, который никак не хотел исчезать. По спине пробежали мурашки.

– Мисс права, – поддержал человек с ручкой и протянул ее мужчине. Рут была ему бесконечно благодарна. – Ручкой лучше. Пожалуйста, возьмите мою.

Орс-старший принял ручку с неохотой, а карандаш на автопилоте протянул Алану. Тот, отошедший от первого приступа испуга, быстро взял его и сунул во внутренний карман пиджака. Теперь он не отдал бы его ни за что на свете. Рут вздохнула с облегчением. Возможно, отец Алана подразумевал то, что при помощи карандаша автографы должен был раздавать Алан, ведь его подпись еще не настолько весома, но это уже не имело никакого значения. Важнее было то, что зачарованный предмет оказался в безопасности, а план Алана вышел в финальную стадию.

Поклонники подходили один за одним к обоим Орсам. К счастью, на смену карандаша Алану тоже нашли ручку. Тот взял ее без всяких промедлений и сделал все, чтобы история с карандашом осталась в прошлом.

Мужчины с удовольствием отписывали приятные пожелания и отвечали на вопросы. Алан пришел в себя, успокоился и стал более адекватным.

Через пару минут Рут удалось незаметно подобраться к нему. Орс-старший был слишком занят, чтобы заметить, что рыжая девушка что-то говорит его сыну.

– Буду ждать тебя у черного входа в отель, – осторожно прошептала Рут. – Просто обойди здание с правой стороны.

Алан понимающе кивнул, и Рут поспешила к месту, которая сама и обозначила. Зачем зря раздражать звезду фехтования своим присутствием?

Черным входом в гостиницу пользовались только в те моменты, когда на кухню доставляли продукты. Случалось это, как правило, по утрам, поэтому поздним вечером встретить кого-то из работников отеля в этом укромном уголке шансов почти не было. Алана пришлось ждать долго. Наверное, поклонники не хотели отпускать его и его отца. Рут присела на траву и облокотилась спиной о стену. Свежий воздух приносил успокоение.

Сверху на девушку свисал плющ. Одна из его веточек так и норовила запутаться в волосах Рут. Рыжая улыбнулась этому и подвинула плющ в сторону. Пусть себе дальше растет по стене.

Всего пару недель назад Рут и не приходило в голову, что судьба вот так повернется. Чем кончится эта история, Рут не имела ни малейшего понятия, но была благодарна уже за то, что это приключение с ней случилось. Оно открыло для девушки глаза на многое – на мужчин, на фехтование, на себя, на мир в целом. Рут не любила жить скучно, такова уж была ее натура, и теперь жизнь восполняла те времена, когда рыжей приходилось частенько скучать.

– А вот и я, – Алан появился из-за угла, чем вывел девушку из интересных размышлений. Алан выглядел уставшим. Кажется, отец и поклонники утомляли его намного больше, чем сам процесс борьбы на шпагах. – Извини, что так долго…

Он попытался объяснить всю сложность выхода из ситуации при помощи пальцев рук. Выглядело это забавно. Слов Алану не хватало.

– Да не оправдывайся, – Рут поднялась на ноги. Алан помог ей. – Странно все вышло… Твой отец ничего не заподозрил?

– Что-то заподозрил, – чуть подумав, ответил Алан. – Но вряд ли докопался до истины. Когда на него посыпались неуместные вопросы, он переключил свою подозрительность на поклонников и благополучно забыл обо мне. Здорово ты придумала с ручкой… Я бы не додумался. И погорел бы.

– Ладно… Давай оставим это позади, – предложила Рут. – Пойдем, мне не терпится узнать, что там произошло на встрече твоего отца и отца твоей невесты.

– Она мне не невеста, – напомнил Алан. Прозвучало строго.

– Не придирайся к словам.

Она быстро открыла дверь маленьким ключом и повела Алана к одному из пустующих гостиничных номеров. Этот номер почти ничем не отличался от номера Орсов. Кроме, пожалуй, того, что вместо двух односпальных кроватей здесь была одна двуспальная. Но на кровать сейчас Рут не обращала внимания. Бумага лежала на столе. Рут послушно исполнили просьбу Алана.

Алан взял стопку и принялся за дело. Он разложил бумагу на полу. Рут ему не препятствовала. Просто стояла рядом. Ей так и хотелось поскорее разобраться во всем. Раз и навсегда.

Когда бумага была готова, Алан вытащил из кармана карандаш и оглядел его. Видимо, магия все же нарушена не была. Карандаш не успел коснуться бумаги. Алан уже собирался сделать все, чтобы карандаш приступил к своим обязанностям, но помедлил. На его лице проскользнула неуверенность.

– Что-то не так? – нетерпеливо спросила Рут.

– Забавно… – Алан уселся на пол. Так просто, словно он был каким-то обычным человеком, а не восходящей звездой мирового масштаба. – Я ведь и сам не знаю, о чем был разговор. А вдруг он не в мою пользу?

– А вдруг в твою? – подразнила его Рут.

– Хоть монетку бросай…

– Ну же! Где твоя храбрость?

Алан вздохнул, но все же решил закончить начатое. Вскоре карандаш уже скользил по бумаге. Без помощи человека. К радости Рут, карандаш даже выделял окончание речи одного и начала речи другого участника разговора. Карандаш передавал это при помощи разного почерка. Рут следила за каждым движением предмета, за каждой новой буквой.

Обменявшись приветствиями и любезностями, джентльмены сразу перешли к делу. Отца потенциальной невесты Алана звали Марвин Шергис. Это имя Рут уже слышала.

– Думаю, что при удачном раскладе мы сможем сыграть свадьбу уже через три месяца, – начал говорить Орс. Карандаш писал крупными угловатыми буквами. Каждая линия этого почерка напоминала шпагу. – Можно, конечно, и раньше, но я считаю, что свадьба должна пройти по всем традициям и с настоящей торжественностью. И обязательно в хорошем месте с украшениями и прочим. Потребуется время на подготовку.

– Полностью согласен, – откликнулся Шергис. Его слова карандаш обозначал более мелким шрифтом и не забывал добавлять завитушек. Иногда они отвлекали. – Я тоже хотел бы устроить торжество так, чтобы о нем еще долго писали в газетах. Вы и Алан – известные фехтовальщики, а мое имя ассоциируется со спортивной журналистикой. Нам не стоит мелочиться, нужно все продумать.

Теперь Рут четко понимала, о какой семье шла речь. Ей нравились статьи и обзоры Марвина Шергиса. Он писал консервативно, скромно и без восторгов отзывался о юных дарованиях, предпочитал отдавать должное маститым спортсменам, но все же он писал хорошо, и все основные события из мира соревнований освещались именно им. Неудивительно, что Орс-старший выбрал такую семью в качестве достойного варианта для своего сына. Союз и правда обещал множество выгод обеим сторонам.

– Значит, в этом мы согласны, – обрадовался Винсент Орс.

– Более чем, – собеседник тоже не испытывал огорчения. – У моей дочери есть ряд пожеланий относительно декораций и некоторых деталей… Сами знаете… Девушки мечтают о свадьбе с самого детства, и мне хотелось бы осуществить некоторые ее мечты. Но смею заметить, что ее пожелания не идут вразрез с вашими планами.

– Ни секунды в этом не сомневаюсь, – кажется, фехтовальщик сделал паузу на то, чтобы сделать глоток чего-то, что распивал со своим другом. – Я не желаю становиться между мечтами вашей дочери и их воплощением. Буду рад, если она примет активное участие в организации свадьбы, привнесет в мероприятие свои идеи и заодно порадует себя. Уверен, что у нее прекрасный вкус. Все те разы, что я имел честь видеть ее, она выглядела потрясающе. Удивительно элегантная и утонченная девушка.

– Главное – не запрещайте ей надевать пышное платье, – пошутил Шергис.

Рут в красках представляла себе, как какая-то девушка идет к алтарю в огромном платье с длинным шлейфом и количеством оборок, выходящем за все разумные грани. Богатые леди любили такие наряды. Им казалось, что так они показывают свою состоятельность и женственность. У Рут на этот счет были свои идеи. Она хотела бы облегающее платье с разрезом, чтобы наряд не стеснял ее движения.

Однако размышления о свадебном платье не продлились долго. Рут даже удивилась тому, что вообще начала размышлять о подобном. Она с детства не мечтала о свадьбе, как многие другие девушки. Ее всегда интересовало что-то другое. Рут бросила взгляд на Алана. Тот был погружен в содержание беседы. Вряд ли он подозревал, о чем вдруг начала подумывать Рут. А Рут и сама не подозревала, что способна на такие мысли. Чудеса, да и только. Вот, что происходило с ней.

– Для девушек платье – это святое, – со знанием дела заметил Орс. – Пусть Мадлен выбирает такое, какое захочет. Мечты должны сбываться.

А как же мечты Алана? Рут хотелось задать этот вопрос, но вряд ли карандаш дал бы на него ответ.

Мужчины поговорили о том, где лучше провести церемонию бракосочетания. Читая это, Алан бледнел. Рут смотрела на него с беспокойством и сочувствием. За него решали буквально все, а он словно не имел никакого права голоса. Рыжая не хотела бы оказаться на его месте.

В какой-то момент Рут заметила, что ноздри Алана вздымаются. Казалось, он вот-вот сорвется и направится к отцу выяснять отношения. Возможно, выяснять физически. Этого нельзя было допустить. Рут положила свою руку на руку Алана. Ей хотелось поддержать его, дать понять, что он сам хозяин своей судьбы. Алан оценил этот жест. Он кивнул в знак благодарности и немного расслабился.

– Подробный список приданого я направлю Вам письменно, – сказал Шергис. – Не вижу смысла обсуждать его сейчас.

– Поддерживаю, – согласился Орс. – Мы с Вами люди состоятельные, да и Алан успел нажить немало. В этом вопросе мы непременно сойдемся без лишних споров. Как насчет еще одной порции шерри?

– С превеликим удовольствием.

У мужчин явно царила настоящая идиллия. Рут с легкостью представляла себе, как они обмениваются дружескими взглядами и пьют за здоровье будущих супругов.

– Мне все больше нравится эта идея, – карандаш писал от лица Орса. – Нас ждет великолепная свадьба, о которой напишут все газеты. Наши дети станут прекрасным примером идеального союза. Мадлен все еще сопротивляется?

– Практически смирилась, – ответил Шергис. – Поначалу ей не нравился ваш сын, по правде говоря, но потом она убедилась в том, что ее мягкий, но твердый характер сможет обуздать его своевольный нрав.

– Совершенно верно, – поспешил подтвердить Орс. – Своевольность ему свойственна. Алан считает, что ему все дозволено, но это только пока. Как только он погрузится в семейную жизнь, он изменится. У него не будет другого выбора. Признаться, я и сам был таким, но, как Вы можете заметить, из меня получился замечательный муж и отец.

Алан не выдержал. Он вскочил на ноги. Рут не успела его остановить. Возможно, и не стала бы. Если бы кто-то так спокойно говорил, с чем ей придется смириться в будущем, она бы тоже вспылила. А пока Алан ходил по комнате туда-сюда, иногда бросая взгляд на бумагу. Карандаш не останавливался. Мужчины продолжали говорить, обозначали все больше деталей, составляли списки гостей.

– Кстати… – говорил Шергис. – Дорогой Орс, не поймите меня неправильно, но я – журналист, я знаю многое. Есть некий слушок о том, что ваш сын увлекся какой-то сомнительной девушкой…

– Из отеля? – перебил его фехтовальщик. Рут замерла.

– Да…

– Ох уж эти сомнительные девушки… – сказал Орс. – Вечно влезаю туда, куда влезать им не положено. Мне бы хотелось, чтобы эта рыжая простолюдинка знала свое место, но она то и дело крутится рядом с Аланом. Я постараюсь решить вопрос с домом как можно быстрее, чтобы изолировать Алана от нее. Это должно сработать. К тому же скоро мы уедем на соревнования. Там-то он о ней окончательно забудет. Не переживайте на этот счет. Мальчик просто никак не может нагуляться.

Алан, прочитавший это, окончательно вышел из себя и ударил кулаком в стену. Рут, возмущенная не меньше, призвала его вести себя потише, хотя сама была бы не прочь, стукнуть что-нибудь со всей силы. Обожание Орса-старшего как фехтовальщика меркло на фоне того, что девушка теперь думала об Орсе, как о человеке.

– Хорошо… – карандаш писал за Шергиса. – Уверен, что Вы решите проблему с девушкой. Но давайте обсудим еще один слух…

Карандаш сделал паузу.

– Какую? – все-таки продолжил он за Орса.

– Тот слух, что Алан давно превосходит Вас в фехтовании.

Рут оторвалась от созерцания букв на бумаге и посмотрела на Алана. Тот не проронил ни слова.

Глава 12

– О чем Вы? – уточнил Винсент Орс. – Алан никогда не побеждал меня в поединках. Номер один в мире фехтования все еще я…

– Официально – да, – ответил собеседник. Карандаш продолжал писать, Рут пристально следила за ним. – Но…

– Никаких «но»! – возмущение Орса чувствовалось даже через пергамент. Еще немного, и бумага могла бы загореться. Рут мысленно порадовалась тому, что не подслушивала этот разговор в непосредственной близости. Ей было бы очень неловко и безумно хотелось бы спрятаться где-нибудь.

– Не обижайтесь на меня, – попросил Шергис. – Понимаю, что тема для Вас неприятная и щекотливая, но хочу повторить… Я – журналист… Мне по профессии положено знать многое…

– Некоторые вещи Вам знать необязательно, – Орс настаивал. Рут читала много его интервью и никогда не замечала, чтобы он был груб с журналистами. Но этот журналист оказался особенным и зашедшим слишком далеко. Орс хотел покончить с этом. – Мои отношения с моим сыном касаются только нас. Никого больше. Я не лезу в ваши дела, а Вы не лезете в мои. По-моему, это честное сделка, раз уж наши семьи скоро породнятся.

Карандаш сделал небольшую паузу. Наверное, эта пауза повисла и на встрече тоже. Рут опасалась спрашивать что-то у Алана. Его лице все больше и больше выдавало нарастающую злость. Если бы журналист говорил неправду, размышляла Рут, Алан вряд ли пришел бы в ярость. Значит, Шергис был прав, и Алан превосходил своего отца как фехтовальщик. Такого Рут точно не планировала сегодня узнать. Видимо, Алан не зря волновался относительно того, что девушка может узнать что-то лишнее.

– Но однажды Вам все равно придется закончить карьеру, – после паузы первым заговорил Шергис. Он был настойчив, как и любой другой представитель из мира прессы. – И, когда Вы закончите карьеру, Алан займет свое место на вершине.

– Разумеется, однажды это случится, – ответил Орс-старший.

– И когда же?

– Когда я сочту нужным.

Орс умел держать удар, и в итоге журналист сдался. После этого к теме карьеры фехтовальщиков уже не возвращались. Обсуждение свадьбы снова стало эпицентром разговора. Тематики, цветы, потенциальные гости, скатерти, посуда… Любой бы зачитался такими подробностями, но только не Рут. Рут все это не интересовало. Она уселась на полу, скрестив ноги, и без особого внимания следила за продолжением беседы, а Алан отошел к окну и повернулся спиной к комнате. Девушка хотела дать ему время остыть и прийти в себя. К тому же ей не хотелось попасть под его горячую руку. То, как Алан сжимал и разжимал кулаки, она прекрасно видела.

Иногда Рут кратко комментировала, что происходит в разговоре, но ничего важного ни она, ни Алан уже не узнавали. В вопросах мероприятий два отца приходили к удивительному согласию. Они больше не спорили. Когда карандаш перестал писать и просто опустился на исписанную им же самим бумагу, Рут посидела на полу еще немного, пытаясь переварить прочитанное, а потом встала с пола и осторожно подошла к Алану.

– Ты как? – спросила она и положила руку ему на плечо. Рут искренне сочувствовала мужчине.

Ярость с лица Алана пропала. Ее сменил некий оттенок обреченности. Алан барабанил пальцами по оконной раме. Он явно что-то обдумывал и был не очень рад своим собственным мыслям.

– Алан? – Рут настаивала на ответе.

– Всем этим трюком с карандашом я хотел пролить свет на мои отношения с отцом… – усмехнулся в конце концов он. – Но, кажется, перестарался с яркостью света…

– Так это правда? – спросила Рут. – Ты превзошел своего отца в фехтовании? Когда?

– Около пяти лет назад…

Рут уставилась на Алана. Ей казалось, что речь идет о неделях, максимум – месяцах, но никак не годах.

– Погоди… – сказала она, отказываясь верить в услышанное. – Ты хочешь сказать, что уже пять лет целенаправленно делаешь вид, что твой отец по-прежнему лучший?

– Да, – Алан ответил спокойно. Эмоции на его лице попросту закончились.

А у Рут недостатка в эмоциях не было.

– Зачем?!

– Сложно объяснить, – Алан тяжело вздохнул. Он не поворачивался к Рут. Так и стоял боком, глядя куда-то на улицу. – Дело не только в том, кто больший мастер, кто сильнее и прочее… Мой отец – не просто чемпион. Он – лицо фехтования и абсолютно по праву был им на протяжении очень долгих лет. Нельзя просто разрушить его заслуги, задвинуть на второй план.

– Но он же нагло пользуется твоей преданностью! – громко возмущалась Рут. На ее щеках проступил румянец. – Он…

– Каким бы своеобразным человеком он ни был, – решительно перебил ее Алан. – Его заслуги перекрывают все остальное. Он активно участвует в благотворительности, строит больницы, школы. Это уже не только о спорте, это вообще о жизни. Он готовит свой большой уход из мира соревнований, но на это требуется время. Он хочет запомниться миру с лучшей стороны. И я его в этом поддерживаю.

– Жертвуя собой… – напомнила Рут.

– А ты бы поступила иначе, если бы речь шла о тебе и твоей маме? – спросил Алан, и в его тоне послышалась ирония.

Рут не сразу нашлась, что ответить. Она никогда не представляла себя в ситуации, подобной этой. Девушка любила маму всем сердцем, хотя иногда и шла наперекор ей. Однако Алан был прав. Рут не смогла бы сделать что-то, что навредило бы ее матери. Даже в те моменты, когда рыжая едва не ставила репутацию отеля под сомнение, она в первую очередь думала о репутации мамы. Так что аргумент Алана сработал. На его вопрос Рут мысленно ответила «я бы поступила так же».

– Вот именно, – уловил мысли Рут Алан.

– Но все равно, – Рут взбодрилась. Она покачала головой. – Репутация твоего отца не означает, что ты обязан подчиняться ему во всем. Профессиональная деятельность – это одно. А личное – другое.

Она повернула Алана к себе. Ей надоело смотреть в его плечо. Ей нужны были его глаза. Алан развернулся и грустно посмотрел на Рут.

– Послушай… – продолжила рыжая. Ее ладонь коснулась щеки Алана. – Прости, что не доверяла тебе все это время... Мне постоянно казалось, что ты что-то не договариваешь. Теперь понятно, что тебя тяготило слишком многое… И ты скрывал это не из-за своих тайн, а из-за тайн своего отца… Но, пожалуйста, не позволяй ему манипулировать собой. Не женись на этой девушке. Отмени свадьбу. И не ради меня. Я здесь вообще не причем. Ради себя. Ты – хозяин своей судьбы.

– Да уж… – Алан, наконец, смягчился. – На этот раз отец зашел слишком далеко. И не только он. Не понимаю, но очень хочу понять, как журналисты пронюхали о том, что я не показываю всю свою силу, чтобы сохранить чемпионство за отцом.

– Кто их знает, – поджала губы Рут. – Они вездесущие. Может, у них тоже есть такие карандаши. Для них – это настоящая находка… Кстати… Не забудь свой. Он, наверное, очень дорогой, не стоит его терять.

– Оставь его себе, – на напоминание Алан отреагировал равнодушно.

– Зачем? – удивилась Рут.

– Не знаю… Вдруг пригодится.

– Спасибо.

Рут никогда не была обладателем зачарованных вещей, поэтому отказываться от подарка не стала. Да Алан и не позволил бы ей отказаться. А пока он переключил взгляд на то, что лежало на полу за спиной девушки. Это была исписанная бумага.

– А вот записи могут мне пригодиться… – задумчиво сказал он и прищурился.

– Как? – спросила Рут.

– Мне так не хотелось опускаться до шантажа, – грустно заметил мужчина и нахмурился. Он продолжал сомневаться. – Но он не оставляет мне выбора.

– Ты хочешь показать все это отцу? – рыжая начинала понимать.

– Да… Имея на руках доказательства, мне будет легче объяснить ему, почему я не собираюсь жениться на Мадлен. И чем грозит отцу его настойчивость в организации этого брака.

– А что насчет твоего права на звание первого? – Рут не забывала и об этом. Ее душа требовала справедливости.

Алан улыбнулся. Впервые за долгое время. Это разрядило обстановку.

– Прозвучит забавно, – сказал он. – Но мое первенство для меня сейчас на втором месте.

– А что на первом?

– Одна недогадливая рыжая девушка…

Он прижал Рут к себе. Она слегка смутилась, но не растерялась. Ее руки скользнули вверх от пояса Алана к его плечам и шее. Теперь она доверяла Алану. Да, он был неидеален, но кто идеален? Алан вел себя честно и сделал все, чтобы убедить в своей честности Рут. Такого для девушки еще никто не делал.

Алан склонился к ней и поцеловал ее в висок. Это было так нежно и трогательно, что девушка тут же улыбнулась.

– Пойдешь к отцу прямо сейчас? – спросила Рут и коснулась своей щекой щеки Алана. Ей казалось, что ее кожа буквально горит, но огонь, который обжигал кожу, был невероятно приятен.

– Только если ты прогонишь меня к нему силой…

Его руки охватывали талию Рут. Она понимала, что он сдерживает себя. Наверное, помнит, что случилось на поляне за городом. Но и оторваться от девушки он не мог. Алан будто застрял посередине между «нет» и «да». Незавидная позиция. Рут попыталась представить, насколько Алану нелегко. Да и ей было непросто.

Она поцеловала Алана в щеку. Совсем не по-детски, иногда и в щеку поцелуи могут быть страстными, а потом губы Рут спустились к его шее. Алан вздрогнул, обхватил ладонью щеку и подбородок Рут и посмотрел ей в глаза.

– Что ты делаешь? – шепотом спросил он. Его дыхание участилось.

– Пытаюсь быть взрослой… – шепнула Рут. Она уже не могла остановиться.

– Ты уверена? – спросил Алан.

– Да…

Теперь уже Алан губами касался шеи Рут. Он покрывал поцелуями каждый сантиметр ее кожи. Рут скользнула пальцами по его волосам и откинула голову назад, а Алан добрался до ее плеча. Блузка Рут определенно мешала ему. Он подвинул ткань. Рукав спал на предплечье.

Рут знала, что она не будет для Алана первой. Возможно, далеко не первой. Но ее это не волновало. Какая разница, кто был до. Важнее, кто после. Когда Алан подхватил ее на руки, она и не подумала сопротивляться. Алан положил ее на кровать. Его пальцы справлялись с пуговицами на блузке очень уверенно. Одна за одной пуговицы сдались, блузка распахнулась. Не желая оставаться в долгу, Рут избавилась от рубашки Алана. Ее пальцы немного подрагивали, пока она расстегивала ее, но все же Рут справилась. Под рубашкой Алана прятался накаченный пресс, которым хотелось любоваться, но Рут было не до этого. Алан склонился над грудью Рут.

Он лифчика девушки он избавился не сразу. Одежда с Алана и Рут снималась постепенно. Они никуда не торопились. Им хотелось насладиться друг другом, растянуть этот момент. Когда одежды больше не осталось, Алан провел рукой вдоль тела Рут.

– Какая же ты красивая… – сказал он.

Он был нежен и страстен, он прислушивался к каждому отклику тела Рут, а она едва помнила себя от волнения и удовольствия. Она не хотела, чтобы этот вечер заканчивался, но все же окончание наступило. Оно было ярким, захватывающим дух и незабываемым.

– Интересно… – протянула Рут, когда спустя некоторое время она уже лежала на мускулистом плече Алана, а он гладил ее волосы. – Что бы я сейчас делала, если бы вы с отцом остановились в другом отеле?

– Как что… – удивился Алан. – Сидела бы дома и думала о том, получится ли из тебя когда-нибудь фехтовальщик.

– А ты бы что делал? – спросила Рут.

– Рвал бы на себе волосы, не решаясь на серьезный разговор с отцом, – быстро и четко ответил мужчина. – И в некоторой степени я сейчас этим и занят. Только у меня есть поддержка и невероятная мотивация прямо здесь… под боком.

Мотивация улыбнулась и потерлась носом о кожу Алана.

– А твоя мама не будет удивлена тем, что тебя так долго нет дома? – вдруг забеспокоился Алан. То, как он при этом приобнял Рут, свидетельствовало о том, что отпускать ее от себя он совсем не хочет.

– Вообще-то будет… – печально сказала Рут. – Я уверена, что она уже задается целым рядом вопросов. Да и твой отец, наверное, не понимает, куда это ты делся.

– Надо бы нам обоим отделываться от такого влияния родителей, – усмехнулся Алан и нежно отвел волосы Рут с ее лица в сторону. – И ладно еще ты. Ты еще даже институт не окончила. Но я… взрослый мужчина. Стыд какой.

– Поговоришь с отцом прямо сегодня? – спросила Рут.

– Утро вечера мудренее, – чуть подумав, ответил Алан. – Хочу быть уверен в том, что у меня найдется аргумент на любые его слова. Отец хорошо умеет убеждать, но у меня в рукаве целых два козыря – бумага и неожиданность.

– Все-таки умение мыслить стратегически присуще тебе не только во время поединков, – Рут даже рассмеялась. Алан не только занимался фехтованием, он еще и мыслил фехтованием.

– Так мне и предстоит поединок, – резонно заметил Алан. – Только не на шпагах, а на словах. И ставка гораздо больше, чем просто приз.

– А когда у вас состоится реальный поединок?

– Через два месяца… – Алан вздохнул. – Мы будем принимать участие в Лиге королевских чемпионов и, скорее всего, выйдем друг на друга в финале. Отец, как мог, открещивался от этого события, но организаторы настаивают. А организаторы эти – люди слишком влиятельные. Им отказывать нельзя.

– Жаль, что для меня уже нет интриги, кто из вас сильнее, – сказала Рут.

– Жаль? – переспросил Алан.

– Совсем немного, – Рут приподняла голову и огляделась. – Давай собираться. Чем дольше мы тут находимся, тем меньше у меня уверенности в том, что я вообще заставлю себя выбраться из кровати. Слишком уж здесь хорошо…

Глава 13

Домой Рут пришла очень поздно. Алан проводил ее до самого порога, опасаясь, что в темноте с девушкой может что-то случиться. Рут пыталась пошутить на тему того, что после нескольких уроков фехтования она может дать отпор, но Алан на эти слова не реагировал. В конце концов рыжая бросила спорить с ним и просто насладилась тем, с каким вниманием относился к ней этот мужчина.

Открывая дверь, Рут думала лишь о том, не сидит ли ее мама на стуле прямо перед входом в ожидании непутевой дочери. Это было вполне в характере Белинды. После таких поздних возвращений Рут посадили бы под домашний арест на целую вечность. К счастью, Белинды в поле зрения не оказалось. Прихожая была пуста.

Рут вздохнула с облегчением, попрощалась с Аланом, тихонько закрыла за собой дверь и на цыпочках пошла к себе в комнату. Пройдя мимо комнаты матери, она отметила, что за дверью темно и тихо. Наверное, Белинда спала. Рыжая поспешила последовать этому примеру. Она переоделась, легла в кровать и немного погодя уснула.

Утром Рут встретилась с мамой на кухне. Девушка спускалась вниз с осторожностью. Мало ли что он сейчас услышит.

– Доброе утро, – самым обычным тоном поприветствовала ее Белинда. Начало выглядело ободряющим.

– Доброе, – все же с опаской откликнулась Рут. Может, обвинения посыплются на нее чуть позже? Рут хотела быть полностью готовой к ним.

– Слышала, что вчера случилось в отеле? – спросила мать.

Рут, потянувшаяся было к чайнику, остановилась на полпути. Она с ужасом посмотрела на чайник, надеясь, видимо, на то, что тот ее поддержит в случае непредвиденного развития событий, но чайник остался предательски равнодушен. Проблемы живых созданий его никак не волновали.

– В угловой номер заехали новые гости, – продолжила говорить Белинда. Молчание и замешательство Рут ее не сбили и не смутили. Она вела себя спокойно. – Интересные люди, очень милые. С ними приехал их кот. Красивый такой… Породистый… Очень пушистый. Не кот, а сосредоточение уюта. И все бы ничего, но кот оказался любителем приключений. Представляешь, он сбежал из номера, побродил по отелю, а потом не поленился добраться до наших кухонных кладовых.

Рут понятия не имела, к чему все идет и чем закончится история, но девушке на глазах становилось легче. Пусть героем рассказа матери будет кот. Хоть десять котов, только не сама Рут!

– И что он там натворил? – с едва прикрытой радостью спросила рыжая и все-таки дотянулась до чайника. Он оказался горячим. – Тебе налить чаю?

Белинда кивнула. Рут с удовольствием достала две чашки и принялась заваривать чай. Она насыпала чай и заливала его кипятком машинально. На кухне Рут могла ориентироваться с закрытыми глазами.

– Ничего совсем уж плохо… – пожала плечами Белинда и продолжила рассказ. – Но бардак он навел знатный. И немного сократил число наших мясных запасов. Что-то съел целиком, что-то просто надкусил. Повара были в ужасе, когда увидели это. Буквально за сердце схватились. А кот с самым довольным видом улегся на пол и решил подремать. Если бы он не принадлежал постояльцам, ему бы изрядно досталось.

Рут улыбнулась. Кота она лично не видела, но могла с легкостью представить себе такую сцену. Работавшие в отеле повара к запасам относились серьезно. Многие из них находили вид заполненных полок самым привлекательным видом на свете. А тут какой-то пушистый негодяй ворвался в их святыню и учинил беспорядок, да еще и слопал что-то, что лопать ему не полагалось. Рут знала, что выслушает много историй и посочувствует многим переживаниям на этот счет. Повара будут обсуждать кота еще долго, а потом кот войдет в полноценную историю как отеля. Но в этом ничего плохого Рут не видела.

– А я и не знала, что это случилось, – девушка поставила на стол две чашки чая, достала из ящичков любимое печенье и села на стул напротив мамы. Утро складывало хорошо, даже как-то подозрительно хорошо. Впрочем, что-то внутри Рут никак не хотело давать ей покоя. Было ли это простым волнением или предчувствием, она не бралась судить.

– Я вчера весь вечер договаривалась с поставщиками о новом большом заказе, – вздохнула Белинда. – Они над историей, конечно, посмеялись, но не сразу вошли в наше положение. Иногда они ведут себя не как бизнесмены, честное слово… В общем я так устала, что даже не заметила, как ты домой вернулась.

Это окончательно подняло Рут настроение. Не то, что ее мама безумно устала, разумеется, а то, что позднее возвращение дочери осталось без внимания. Рут и подумать не могла, что отсутствию скандала она будет обязана неизвестному коту.

– Сегодня много дел, – продолжила говорить женщина. Кажется, за ночь она толком не отдохнула. Рут заметила мешки под глазами матери.

– Я могу помочь, – тут же встрепенулась Рут.

– Но у тебя сегодня выходной, – Белинда удивилась.

– Ну и что? – Рут поняла, что может убить сразу двух зайцев – помочь матери и покрутиться в отеле, чтобы быть в курсе того, что происходит у Орсов. План казался ей идеальным. – Я же не на смену иду. Помогу на кухне и все, буду свободна, как ветер.

– Это может затянуться.

– Ничего страшного, – Рут сочувственно посмотрела на маму. Ей и в самом деле было жаль, что очередной рабочий дел забрал у женщины столько сил. – Мам, ну вот опять ты за свое… Вечно работаешь за десятерых. Береги себя, ладно?

– Ладно, – согласилась Белинда. – Сама себя ругаю. Буду сбавлять обороты постепенно.

– Правильно, – поддержала ее дочь.

Оставшееся время завтрака прошло в самых обычных милых беседах.

Оказавшись в гостинице, Рут попыталась мимоходом узнать что-то об Орсах, но вывести беседу с дежурным у стойки в нужное русло у нее не вышло. Вместо этого она прослушала краткую сводку о погоде. День намечался облачным, а ветер обещал дуть с запада.

Что же Рут было делать? Пойти и просто постучать в номер она никак не могла. Рут погрузилась в дела кухни, стараясь прислушиваться ко всему, что происходило за ее пределами. Рут не терпелось узнать все новости от Алана. Она волновалась за него, но пыталась не поддаваться панике.

– Кот сбежал снова! – вдруг послышалось в коридоре. – Быстрее! Он не мог уйти далеко!

Рут в этот момент залезала по стремянке наверх. Ей необходимо было дотянуться до верхней полки и поставить туда коробку. От новости о новом побеге кота она чуть не потеряла равновесие, но все-таки вниз не полетела. Коробка оказалась на нужном месте, и Рут начала спускаться вниз. В этот момент в кладовую вбежала Белинда.

– Оставь пока коробки, – сказала она, запыхавшись. Совет беречь себя, данный ей утром, вновь не сработал. – Нужно найти кота.

Рут не стала продолжать свой медленный спуск. Она спрыгнула на пол и рванула за матерью. Работники отеля рассредоточились по территории, а хозяева кота остались в фойе. На их лицах отображалось чрезмерное волнение, которое могло помешать поимке животного. Кажется, это было первое путешествие для их питомца, и кто же мог подумать, что он окажется таким любителем приключений.

– Не бойтесь, мы его найдем! – пообещала постояльцам Рут, убедилась в том, что сама в это верит, и резво выбежала на улицу.

Куда бы я пошла, если бы была котом? Именно такая мысль засела в голове рыжей.

Она на мгновение остановилась и подумала, собрала воедино все, что знала о беглеце. Кажется, кот отличался здоровым аппетитом. В зоне хранения еды его больше не было… Значит, он где-то еще… Коты очень любят охоту… Коты очень любят рыбу… Озарение пришло быстро. Рут побежала по парку к небольшому пруду с золотыми рыбками. Она достигла этого места меньше, чем за минуту, и остановилась за кустом метрах в десяти от водоема.

Кот действительно был там. Наверное, он наткнулся на пруд случайно, но не смог заставить себя пойти дальше. Он сидел на импровизированном каменном берегу и смотрел на то, как плавали в воде рыбки. Для него они определенно представляли интерес. Кот следил внимательно. Возможно, обдумывал коварный план нападения.

– Кис-кис-кис, – мягко позвала его Рут. Кот выглядел роскошно. Рыжей нравились такие пушистики. Она бы и дома такого с удовольствием завела.

Кот отвлекся от пруда и недовольным взглядом уставился на девушку. Как она посмела вторгнуться в его охоту? Или, скорее, рыбалку?

– Кис-кис-кис, – более настойчиво повторила рыжая, но кот не собирался трогаться с места.

Рут нахмурилась. Подойти и взять кота на руки она не могла. Он бы смылся в одну секунду. Коты быстрее, ловчее, да еще и на дерево могут вскарабкаться в любой момент. А с деревьями в парке все было в полном порядке. В теории Рут тоже могла вскарабкаться, но с куда меньшей скоростью и на гораздо меньшую высоту.

Нужна стратегия.

Эта мысль в голове Рут прозвучала голосом Алана. Это заставило Рут сначала улыбнуться, а потом испугаться. Ведь вся эта возня с котом не позволяла ей следить за происходящим у Алана и его отца. А происходить там могло все, что угодно.

Да, стратегия нужна, причем поскорее. Девушка огляделась по сторонам, а потом сорвала с куста веточку, на конце которой был сухой листик. Хорошо, что садовник еще не успел его срезать. Веточка идеально подходила к ситуации. Рут села на корточки и, держась за край палочки, принялась шуршать сухим листом по траве.

Кота это заинтересовало. Почти мгновенно. Он хищно уставился на лист. Рут принялась шуршать усерднее. Кот последил за листом еще немного, а затем склонился к земле, сгруппировался и приготовился к нападению.

Рыбки могли вздохнуть с облегчением. Их жизни больше ничего не угрожало. Впрочем, они вряд ли догадывались о нависшей угрозе. Будучи жителями искусственного водоема, они никогда раньше не встречались с рыбаками и не попадали на крючок.

До листика кот добрался с быстротой молнии. Он напал на ветку так, словно она была врагом всей его жизни. Однако Рут успела сообразить. Тренировки на реакцию не прошли мимо. Резким движением она схватила кота, оставила ему ветку для того, чтобы отвлечь, и быстро зашагала назад в отель. Когда кот понял, что его обманули, он начал вырываться всем телом, но девушка держала его крепко.

– Ты проиграл, пушистый, – на полном серьезе сказала она коту. – Прими поражение с честью и смирись.

Кот ее либо не понял, либо не хотел мириться с проигрышем. Он болтал лапками в воздухе до самого фойе.

– Поймали? – радостно воскликнула хозяйка кота, когда рыжая подошла к ней.

– А то как же! – Рут передала питомца в руки его законных владельцев. Там он стал вести себя более смирно.

– Теперь мы будем закрывать окна, – сказала хозяйка беглеца, а ее муж грозно погрозил коту пальцем. – Дома он себя так никогда не вел. Мы очень надеялись, что и в отеле он будет вести себя как образцово-показательный кот. Меньше всего мы ждали, что он устроит персоналу столько проблем.

– Не переживайте, – отмахнулась Рут. – Всякое бывает.

Она и постояльцы стояли чуть поодаль от стойки регистрации, но Рут краем глаза увидела, что в фойе спустился тот, кто не на шутку интересовал ее. А именно Орс-старший. Он вступил в диалог с дежурным администратором. Такое Рут пропустить не могла. Она сделала вид, что играет с котом, пока его хозяева продолжали рассказывать что-то из своей жизни. На самом же деле девушка слушала совсем не их, а Орса.

– Мы с сыном планируем уехать сегодня вечером, – сказал он самым нейтральным тоном. – Дела зовут нас в другой город.

– Мы очень рады, что вы остановились у нас, мистер Орс, – вежливо ответил молодой человек за стойкой. – Надеемся, вам было комфортно.

Рут точно знала, что Орс мог бы выдать целую тираду о том, как он ненавидит тот день, когда выбрал именно этот отель, но все же фехтовальщик держался гордо и не собирался рассыпаться в претензиях направо и налево. Свое нынешнее впечатление об Орсе-старшем Рут еще до конца не сформировала. Слишком много всего случилось за последнее время, и не все случившееся можно было охарактеризовать однозначно.

– Более чем, – спокойно ответил мужчина. – У вас замечательный отель с прекрасными видами и вкусными завтраками. Я чувствовал себя как дома. Уверен, что мой сын придерживается того же мнения.

Он обсудил еще некоторые организационные моменты, после чего проследовал к выходу и скрылся где-то на улице. Это был шанс. Возможно, единственный. Рут спешно попрощалась с хозяевами кота и самим котом и побежала на второй этаж. Алан с отцом не пошел. Очевидно, он остался в номере.

На стук в дверь никто не ответил, хотя Рут отчетливо видела, что в номере Орсов горит свет. Рут определенно не нравилось, что ее стук остался без ответа. Она прислонила ухо к двери и услышала шум воды. Странно.

Пришлось постучать еще раз. Громче. Рут опасалась только того, что ее услышит кто-нибудь посторонний. И ладно, если просто какой-нибудь другой постоялец. А если кто-то из работников отеля? Не дождавшись реакции и на второй стук, рыжая спустилась вниз, уличила минутку, чтобы взять со стойки запасной ключ и вернуться с ним к номеру.

– Кота нашли? – спросила неожиданно появившаяся из-за угла Белинда.

Рут едва успела спрятать ключ. Улыбка на ее лице выдавала волнение. У нее на счету была каждая минута, а мама не собиралась отпускать дочь просто так. Она ждала ответа.

– Да, – кивнула Рут. – Я нашла его возле пруда с рыбками, поймала и вернула законным владельцам.

– Умница, – похвалила ее мама. – Значит, его привлек наш пруд?

Как же невовремя она сейчас задавала вопросы.

– Думаю, ему понравились рыбки, – поделилась своей догадкой Рут. Она старалась свести беседу на нет как можно быстрее, но Белинда определенно не собиралась помогать ей в этом. Она продолжала говорить.

– Ты не заметила, как настроены хозяева? – спросила женщина. Ее должность обязывала ее знать все детали и следить не только за техническим порядком, но и за порядком моральным. – У них хорошее настроение? Они не винят нас в побегах кота?

– Не винят, – быстро ответила Рут и на всякий случай добавила. – Они считают, что это их вина. Сами не досмотрели за своим питомцем. Когда я возвращала им кота, настроение у них было хорошее. Они были очень рады тому, что он нашелся.

Белинду этот ответ устроил. Она улыбнулась, положила руку на плечо Рут и посмотрела на нее с благодарностью. Кажется, в ее глазах даже промелькнуло сожаление о том, что еще совсем недавно она заперла свою дочь в комнате.

– Пойду поговорю с ними, – сказала, подумав, Белинда. – Ты – большая молодец. Я горжусь тобой. Спасибо, что помогла.

– Не за что.

Рут дождалась того момента, когда мама скроется из вида, и рванула по лестнице наверх. И вот она снова стояла у номера. На очередную попытку достучаться никто не ответил.

Странное дело. Рут еще никогда не вламывалась к постояльцам и никогда не планировала заниматься чем-то подобным, но ситуация ничего другого не оставляла. Рут вставила ключ в замочную скважину, сделала два оборота, открыла дверь и осторожно вошла в номер.

Звуки льющейся воды раздавались из ванной комнаты, а на присутствие в комнате постороннего никакой реакции так и не последовало. Рут заметно побледнела. Дверь в ванную была закрыта. Рут еще ни разу не испытывала такого страха перед дверью. Ее бурное воображение рисовало ей слишком страшные картины, но перебороть себя девушка была просто обязана. Она сделала глубокий вдох, подошла к ванне, положила ладонь на ручку, резко нажала на нее и шагнула внутрь.

То, что увидела перед собой Рут, повергло ее в шок и заставило остановиться. Раковина и плитка вокруг нее были покрыты красными каплями. Зеркало тоже окрасилось в алый цвет, а посреди помещения стоял Алан, сжимая в руке некогда белое полотенце. Из его носа сочилась кровь. Он пытался остановить ее, но безуспешно. Кровь не останавливалась.

– Что здесь произошло?! – с ужасом спросила Рут.

Глава 14

– Все нормально, – ответил Алан и вновь зажал нос, чтобы остановить кровь.

– Оно и видно! – возмущенно сказала, потянулась к ящику и достала оттуда еще одно полотенце. То, которое Алан держал в руке, она забрала, а новое выдала ему на замену. – Нормальнее некуда! Возьми вот это…

– Спасибо, – сказал мужчина.

– Я найду тебе доктора, – Рут не могла смотреть на то, как дорогой ей человек истекает кровью. Она уже собралась идти, но Алан остановил ее, поймав ладонью ее локоть. Вырваться у нее не получилось, пришлось снова заговорить. – Возражения не принимаются! Это твой отец тебя так?

– Да, – мужчина не отпустил девушку. – Но доктора не надо. Я справлюсь сам. Спасибо за то, что хочешь помочь, но поверь мне… без доктора будет лучше.

Рут не одобряла такого положения вещей, но согласиться ей все же пришлось. Алан бы просто не выпустил ее из номера. Этот упрямец всегда требовал играть по своим правилам.

Рыжая помогала, чем могла. В отеле иногда проводили мастер-классы на тему того, как оказывать первую медицинскую помощь, поэтому определенные навыки у девушки были, и сейчас она их активно применяла. Крови она не боялась, хотя в ее виде ничего хорошего она не находила. Изнутри Рут раздирало самое настоящее негодование. Семья Орсов не просто удивляла ее, она шокировала девушку.

Когда кровь, наконец, перестала течь, Рут оглядела ванную комнату и с ужасом отметила, что теперь это помещение походило на комнату ужаса. Такого в отеле она еще никогда не видела.

– Я схожу за шваброй, – Рут снова собралась идти. Не показывать же такие ужасы другим работникам отеля.

– Нет времени, – ответил ей Алан. Удостоверившись, что нос пришел в норму, он вышел в спальню, а девушка, закатив было глаза, скользнула за ним. – Вот…

Алан собрал с пола разбросанные листы бумаги и протянул их Рут. Это был тот самый пергамент, на котором карандаш выписывал все слова Орса-старшего и его собеседника. Рыжая не понимала, зачем ей все это, и почему это у нее нет времени сходить за шваброй. Она вопросительно посмотрела на Алана.

– Послушай меня внимательно, – серьезно сказал он. Ей голос звучал как никогда настойчиво и убедительно.

– Но…

– Послушай! – он настаивал. Рут пришлось повиноваться и замолчать на какое-то время. – Отец может вернуться в любую минуту. И будет лучше, если он не узнает, что ты была здесь, и что я отдал тебе бумаги. Это должно стать нашей тайной. После возвращения отца мы сразу же уедем.

Рут ничего не сказала, но в глазах ее проступило удивление и некий испуг. Алан уедет? Куда? Надолго? Увидит ли она его снова? Конечно, Рут знала, что Алан не сможет вечно находиться в отеле, но к моменту расставания она все равно не смогла подготовиться.

– Я понимаю… – продолжил мужчина. Он увидел реакцию девушки и сам изменился в лице. Стал более печальным. – Но таково соглашение. Мне тоже грустно, однако есть и хорошая сторона медали. Свадьбы не будет. Ее отменят. Мы уедем подальше от семьи, чьей частью я чуть было не стал, чтобы шумиха вокруг отмененного торжества закончилась, так и не начавшись. И чтобы претензии в адрес моего отца сыпались как можно меньше. Я поставил ему жесткий ультиматум, но все же сам вынужден был пойти на кое-какие уступки.

– А что мне делать с бумагой? – спросила Рут, разглядывая исписанные листы. – Уничтожить?

– Ни в коем случае! – тут же отрезал Алан. Он проверил, не потекла ли кровь вновь, но с носом все было в порядке. – Сохрани все это. Спрячь где-нибудь в надежном месте. Этот пергамент – один из немногих способов давления на отца.

– И ты оставляешь его мне? – Рут удивилась. Такое решение Алана означало одно – он точно не собирается расставаться с ней навсегда. Он ей доверяет и надеется на нее. Это было очень мило с его стороны.

– А кому же еще? – Алан тоже удивился. – У меня нет никого ближе тебя.

Рут окончательно смягчилась и растаяла. Такие слова грели ей душу. Она уже знала, где может спрятать пергамент. Место придумалось само собой. И никто не сможет найти все эти листы, кроме самой Рут и Алана.

– Значит, мы увидимся снова? – все же спросила девушка. Она видела, что мужчина торопится. Алан опасался, что Рут попадется на глаза его отцу, а ничего хорошего из этого бы точно не вышло. – И ты меня не забудешь?

– Ну конечно! – Алан обнял ее. Обнял крепко, искренне, так, как умел только он один. – Как ты вообще могла подумать, что я тебя забуду?

– Ты ведь… – она никак не могла подобрать слово.

– Кто? – улыбнулся Алан.

– Звезда… – Рут не придумала ничего умнее, а Алан даже рассмеялся.

– Я – живой человек из плоти и крови, – самым спокойным голосом напомнил он. – У меня есть чувства, как и у всех других людей. И если хочешь знать, я тоже боюсь того, что в мое отсутствие ты встретишь какого-нибудь парня и решишь остаться с ним.

– Нет, спасибо, – улыбнулась Рут. Она не могла себе представить кого-то, кто нравился бы ей хотя бы в половину того, как ей нравился Алан. Начать встречаться с другим, означало резко понизить планку, а заодно навсегда сделать несчастной саму себя. – А когда мы увидимся вновь?

– Очень надеюсь, что в ближайшие пару месяцев.

– Месяцев?!

Рут попятилась назад. Неделя – это долго, это почти невыносимо, а тут речь шла о куда большем временном отрезке. Сложно было смириться с такой реальностью.

– А тебе, между прочим, в недалеком будущем предстоит поехать в институт, – Алан смотрел куда дальше, чем в ближайшую неделю. Еще бы. Он был взрослее. – И мы не сможем видеться довольно долго. Так что считай, что сейчас мы репетируем свои отношения на времена твоей учебы.

Об этом Рут как-то не думала. Не поехать в институт она не могла, но ведь это означало долгую разлуку с Аланом. Даже еще более долгую, нежели сейчас.

– Вот мы попали… – подытожила она собственные мысли. – Ты на соревнованиях, я в учебе… Будет трудно.

– Да… – Алан на время взял из рук девушки бумагу, положил ее на кровать, а ладони Рут оставил в своих. Он смотрел ей прямо в глаза. – Но мы справимся. У нас все получится. Я верю в нас. А ты?

– Я тоже верю…

Она не выдержала, встала на носочки, притянула Алана к себе и поцеловала. Он в долгу не остался. Несмотря на всю его мужественность и физическую силу, он умел быть нежным. Настолько нежным, что Рут буквально растворялась в его объятиях. Теперь, зная, что такие объятия не повторятся еще какое-то время, она наслаждалась ими вдвойне, стараясь не обращать внимания на привкус горечи от предстоящего расставания.

– Я волнуюсь за тебя, – чуть погодя сказала Рут. – Мне и в голову не приходило, что твой отец занимается рукоприкладством. Вдруг он ударит тебя снова?

– Это был первый и, я надеюсь, последний раз, когда отец позволил себе такое, – ответил мужчина. Он выглядел задумчивым, но старался взбодриться. – Он… Он очень разозлился на меня, когда я рассказал ему все… Впервые в жизни кто-то посмел спорить с ним на такие серьезные темы… Кричать отец не мог, так он поднял бы на уши весь отель, поэтому… он решил высказаться при помощи кулака. Но ничего страшного… В случае его попыток повторить подобное, я найду, что ответить.

– Будь осторожен… – попросила Рут. – Я не хочу, чтобы кто-то причинял тебе вред. Мне об этом даже думать страшно…

– Я буду очень осторожен, – успокоил ее мужчина.

– А что по поводу твоего первенства в фехтовании? – не унималась девушка. Алан не женится на другой. Свадьба сорвалась. Это, безусловно, радовало, но некоторые вопросы оставались открытыми.

– Не все сразу, – неопределенно ответил Алан и вздохнул. – Пока что мы разобрались в том, что я волен делать со своей личной жизнью, что хочу. Следующий разговор будет уже о том, что я свободен и в своей спортивной жизни.

– А я узнаю, чем кончится этот ваш разговор?

– Я буду писать тебе, – сказал Алан. – Очень часто. Хоть каждый день. Мне кажется, у меня просто не получится не писать… Я правда не такой уж мастер слова…

– Ты – мастер всего на свете, – улыбнулась Рут и еще раз заключила Алана в крепкие объятия. – Я уже по тебе скучаю…

– Я по тебе тоже… – Алан силой заставил себя отступить, вернул Рут бумагу и пошел к двери. – А теперь беги. Мы и так слишком рискуем. Прежде всего, тобой.

Рут грустно направилась к выходу. Алан открыл дверь и печально посмотрел на девушку, с которой совсем не хотел прощаться.

– Я сделаю все, чтобы вернуться к тебе как можно быстрее, – пообещал он и еще раз напоследок поцеловал Рут.

Никогда в жизни Рут еще не чувствовала себя одновременно так хорошо и так плохо. По дороге домой у нее на глаза то и дело наворачивались слезы. Ей хотелось вернуться обратно, просто убежать вместе с Аланом, следовать за ним везде, заботиться о нем, быть рядом, но у жизни были свои планы. Это было несправедливо, и Рут раздражала такая несправедливость. Она и Алан через многое прошли, но им предстояло пройти еще через многое.

Пожелание Алана Рут выполнила быстро. Бумаги она упаковала в прочную коробку и в ближайший выходной выбралась за пределы города. Найти ту самую симпатичную полянку, где она когда-то фехтовала с Аланом, не составило большого труда. Рут выкопала небольшое углубление в земле, положила в него коробку и засыпала ее землей. Если Орс-старший однажды решит найти доказательства своего неподобающего поведения, его шансы на успех будут равны нулю. Он может даже обыскать дом Рут или перевернуть с ног на голову всю гостиницу. Он ничего не найдет.

А Алан держал свое слово. Письма от него приходили каждый день. Он был прав. В вопросах написания писем он не был мастером, но от этого он не перестал нравиться Рут ни на мгновение. Она сразу же писала ему ответы. Вся переписка была полна нежности и тоски друг по другу. Рут скучала по Алану каждую секунду, он писал, что скучает по ней также сильно. Они еще не признались друг другу в любви, но в глубине души Рут считала, что это лучше сделать не в письмах. Лучше сказать заветные слова, глядя друг другу в глаза.

В одном из писем Алан сообщил, что ему предстоит поединок с отцом. Поединок этот носил исключительно показательный характер, о борьбе за титулы речь не шла, но все же многие люди проявляли к такому событию большой интерес. Рут удалось попасть на прямую магическую трансляцию в одном из пабов неподалеку от отеля. Как жаль, что ей по-прежнему нельзя было пить алкоголь. В такие минуты девушке отчаянно не хватало чего-то горячительного.

Поединок начался строго по расписанию. Рут было так странно видеть Алана не перед собой, а в виде проекции. Это был он, но в тоже время не он. К этому пришлось привыкнуть, и на привыкание у девушки ушло время. К счастью, времени было много.

Все началось вполне обыденно. Фехтовальщики примерялись и разминались. Сразу бросаться в бой с головою никто не собирался.

– Давайте уже! – нетерпеливо крикнул кто-то из посетителей паба. – Давайте настоящий бой! Хватит этой детскости!

Дальше паба этого мужчину никто не слышал, разумеется. Рут оглянулась на кричащего и улыбнулась. Мужчинам вечно хочется перейти сразу к делу. А вот сидящие рядом девушки не спешили требовать боя.

– Какой же красавец… – сказала одна. Вряд ли она говорила об Орсе-старшем. Тот, хоть и не был лишен очарования, все же на внимание со стороны юных женщин рассчитывать не мог.

Рут сразу же вспомнила Илсу и ее непристойное поведение, включающее одурманивание зельем и попытки соблазнить фехтовальщика. От этого Рут стало как-то не по себе.

– Не забывай, что ты замужем, – напомнила ярой поклоннице Алана ее подруга.

– Да помню я… – отмахнулась та. – Но помечтать иногда невредно.

Помечтать действительно невредно. Рут даже забавлял тот факт, что какие-то посторонние женщины мечтают о мужчине, кто был предан ей. Рут верила, что Алан не изменял ей, что он ждал встречи не меньше, чем она. Никакого недоверия между ними больше не было.

А поединок был в самом разгаре. С новым жизненным опытом Рут теперь видела то, чего раньше в трансляциях не замечала. Девушка четко осознавала, что Алан поддавался своему отцу. Это было не просто желание думать, что Алан лучше. Это был факт. Рут помнила все, что Алан показывал и рассказывал ей, помнила, как он умеет атаковать и защищаться. Нет… То, что видела перед собой девушка, было только половиной, если не меньше, от настоящего Алана. Он снова помогал отцу сохранять лидерство, а отец без каких-либо признаков угрызения совести пользовался этим.

– Далеко еще этому пареньку до настоящего мастера… – ехидно сказал кто-то. – Он, конечно, молодец, но… Ему еще учиться и учиться.

Едва не рассмеявшись, Рут сделала глоток морса и отвела взгляд от трансляции. Она не понимала, почему Алан тянет с расстановкой всех точек, но ему было виднее. Возможно, он снова пошел на уступки или следовал какому-то плану.

Поединок кончился победой Орса-старшего, который, давая позднее интервью, сказал, что его сын прогрессирует на глазах.

А потом снова были письма, ответы на них, горечь разлуки и ожидание новой встречи. Прошел месяц, но двое так и не увиделись. Алан никак не мог вырваться из жесткого расписания, в которое сам и угодил. Не за горами была Лига королевских чемпионов. Алан когда-то говорил о ней, и интуиция подсказывала Рут, что после нее Алану удастся выбраться к ней. Только вот понятия о том, чем закончится эта самая Лига, девушка не имела. Алан ничего конкретного не писал. Кажется, он сам не испытывал уверенности в том, что случится на турнире.

«Иногда мне хочется бросить все это, – писал Алан. – Пойти работать в какой-нибудь магазин сладостей или устроиться тренером в школу фехтования… Соревнования утомляют. Не только физически, но и морально. Людям кажется, что карьера – это вершина счастья, но на самом деле это пропасть, из которой очень трудно выбраться. Как бы я хотел сейчас не писать тебе это письмо, а сидеть с тобой рядом, держать тебя за руку и не думать ни о чем. Но мы скоро увидимся. Во что бы то ни стало. Совсем скоро все разрешится. Я обещаю».

Рут верила. Она знала, что все действительно разрешится совсем скоро.

Глава 15

Время шло. Лига приближалась.

Рут, не зная, чем себя занять, фантазировала о том, как сама однажды примет участие в каких-нибудь больших и престижных соревнованиях. Она брала в руки палку, представляла себе, как посмеивается над ее «шпагой» Алан, а потом принималась фехтовать с воображаемым соперником. Разумеется, в своих фантазиях Рут побеждала абсолютно всех.

Алан продолжал присылать письма каждый день. Всякий раз, читая новое письмо, Рут ощущала тревогу, которая нарастала в ее мужчине. Да, она уже называла его своим мужчиной. Он не признавался в том, как сильно волнуется, но по тому, как он описывал все происходящее в его жизни, было ясно, что он нервничает. Мужчинам не положено показывать волнение, но это, знала Рут, не означало то, что представители сильного пола всегда спокойны.

За первыми поединками в Лиге Рут наблюдала без особого интереса. Орсы были не просто сильнее всех своих соперников, они многократно превосходили их по всем пунктам. Они побеждали, подключая в лучшем случае четверть своих навыков и способностей. Однажды Орс-старший даже зевнул во время сражения. Противник был очень возмущен. Он сделал агрессивный выпад, но тут же попал под контратаку и был незамедлительно побежден. Рут настолько прониклась фехтованием, что начала замечать своеобразное чувство юмора фехтовальщиков. Раньше она не думала, что такое в принципе существует.

Ничего удивительного в том, что в итоге в финал вышли оба Орса не было. В этом плане сенсации никакой быть по определению не могло. А вот исход поединка отца и сына для многих был прекрасным поводом к дискуссии.

Даже те люди, которые по жизни не слишком увлекались фехтованием, ждали финального поединка с нетерпением. Об этом писали во всех газетах и судачили на каждом углу. В день этого самого важного поединка споры разгорелись в отеле среди постояльцев. Произошло это прямо за завтраком.

– Я поставлю крупную сумму на Орса-старшего, – сказал пожилой мужчина. Рут как раз зашла в столовую зону, чтобы помочь коллегам. Мужчина говорил с соседом по столику. – И Вам советую сделать тоже самое. У младшего Орса еще кишка тонка для таких серьезных побед.

Рут вздохнула и улыбнулась. Как же сильно заблуждались некоторые люди…

– Не стоит быть таким уверенным, – невозмутимо парировал сосед по столику. – Да, Орс-младший еще не достиг пика своих возможностей, но никто из нас точно не знает, когда этот парень выстрелит. Может, через год, а может – сегодня. Сами знаете, что порой случаются самые настоящие сенсации.

– Не в этот раз, – пожилой мужчина казался недовольным. – Его отец еще полон сил. Нечего спорить с этим. Винсент Орс победит.

Спор продолжился. Рут прошла на кухню, занялась помывкой фруктов, а сама не могла избавиться от мысли, что страстно желает победы Алана. Она хоть и не вслух, но очень громко призывала его совершить сегодня столь необходимую миру сенсацию.

Вечером Рут снова пошла в паб, чтобы увидеть долгожданный поединок. Девушка чувствовала волнение. По спине то и дело пробегали мурашки, сердце стучало быстрее. Если она волнуется от одного только ожидания столкновения двух Орсов, то каково же сейчас им самим? В спорте без крепких нервов просто нельзя.

Заняв местечко и в очередной раз посокрушавшись невозможности пить алкоголь, Рут уставилась на то место, где вскоре должна была начаться трансляция. Пока там было пусто.

– Давай, Винсент, – обратился один из заядлых посетителей к Орсу-старшему, который, разумеется, его не слышал. – Покажи всем, где раки зимуют.

Рут начинало надоедать это беспрекословное поклонению легенде. Она и сама в недалеком прошлом была такой, но, узнав Орса-старшего получше, разочаровалась в нем так, как не разочаровывалась еще ни в ком. Кто бы мог подумать, что последние годы славы фехтовальщика держались лишь на том, что его сын скрывал свои истинные возможности.

Однако больше всего Рут раздражало то, что в случае продолжения отношений с Аланом ей предстояло научиться сохранять нейтралитет с тем, кто за эти отношения не только не болел, но еще и делал все, чтобы им помешать. Орс-старший вряд ли однажды полностью примет Рут в качестве члена своей семьи. Он ведь рассчитывал на то, что сын женится на ком-то из своего круга.

– А если Винсент не победит? – спросила Рут. Молчание давалось ей все тяжелее и тяжелее. А сейчас она просто не выдержала.

– Это как это? – удивился поклонник Орса-старшего и сделал большой глоток бренди. Такими темпами мужчина обещал очень быстро опьянеть.

– Ну вот так… – Рут пожала плечам. – Что, если его сын победит его сегодня?

– Не неси чушь, девочка, – оскалился собеседник. – Не бывать такому.

Таких слепых фанатов переспорить было невозможно. Рут не стала продолжать разговор. Она посматривала на часы, мечтая о том, чтобы этот нервный день просто поскорее закончился.

Перед тем, как Орсы скрестили шпаги, посетители паба и все прочие зрители, которых сейчас были тысячи, посмотрели красивую церемонию. Такие мероприятия Рут обычно нравились. Они играли яркими красками, на них танцевали, им подпевали, они радовали глаз и поднимали настроение, но сегодня от этой мишуры девушке хотелось поскорее перейти к делу.

И вот, обменявшись крепким рукопожатием, Орсы встали на боевые позиции. Оба выглядели решительно, оба вызывали восхищение. От обоих захватывало дух.

Как это часто бывает, первые удары не демонстрировали настоящей формы спортсменов. Они разминались, привыкали к залу и сопернику. Вряд ли отец и сын нуждались в большом количестве времени для того, чтобы привыкнуть друг к другу, но их тактическое начало создавало огромное интригу. В глазах Орса-старшего горел, пожалуй, больший огонек. Ему нравилась публика, нравились крики присутствующих в зале зрителей, нравилось все то внимание, которое он чувствовал на себе.

Рут знала, что Алан не испытывает такой любви к собственной популярности. Он относился к ней с прохладой. Ему больше нравился сам процесс фехтования. Возможно, привычку отца брать от соревнований все Алан унаследует позже.

Выпад, защита, еще выпад, еще защита. Рут едва успевала следить. Мужчины разгорелись, и поединок вступил в свою активную фазу. Орсы перемещались по выделенной им площадке, атакуя друг друга по очереди. То, с каким мастерством действовали оба, не укладывалось у Рут в голове. Она уже знала, как много сил нужно приложить, чтобы остаться в бою, а не проиграть его в первые десять секунд. Требовалась собранность, полнейшая концентрация и абсолютное владение собственным телом. Фехтование было не только спортивной дисциплиной, но еще и искусством.

У всех, кто сидел в пабе, на лице читались восторг и азарт. Кто-то, как Рут, болел молча, другие не стеснялись выкрикивать слова поддержки в адрес своего кумира. В помещение стало шумно, атмосфера соревнования буквально витала в самом воздухе. От волнения Рут теребила пальцами пряди своих волос. Она видела, что Орс-старший старается изо всех сил. Он не собирался сдаваться. Больше того, он был чертовски хорошо готов к поединку, а уж забыть о его колоссальном соревновательном опыте и вовсе было невозможно. Тут весы однозначно склонялись в его сторону, и от этого за Алана становилось только тревожнее.

Орс-старший развернул масштабную атаку. Алан, кажется, не ожидал этого. Он сделал несколько шагов назад. Ему приходилось отступать. Отражение ударов давалось Алану с трудом. Сердце Рут ушло в пятки. Винсент продолжал нападать на сына. Его удары были точны и сильны. Алан справлялся, но уже совсем скоро его спине угрожало столкновение со стеной. Отец зажимал его в угол, а это, как было известно Рут, не обещало ничего хорошего. Оказаться прижатым к стене означало проиграть бой.

– Ну же… – шептала как мантру Рут. – Алан, борись…

Не похоже было на то, что он поддавался. Нет, в этом матче Алан был совершенно честен с собой, с отцом и с публикой. Неужели ему суждено вновь занять лишь второе место?

Винсент Орс в очередной раз взмахнул шпагой. Алан успел выставить свою шпагу против шпаги отца. Потребовалось много силы, чтобы сдержать натиск. Резко, молниеносно и совершенно неожиданно для всех Алан сделал вращательное движение кистью, выбил шпагу из руки отца и поднес свою к его шее. Орс-старший замер.

Повисла гробовая тишина. Везде – в зале, в пабе, наверное, во всей стране. А потом раздались самые бурные аплодисменты.

С опечаленным, но все же гордым видом Винсент Орс кивнул, тем самым признавая свое поражение. Алан опустил шпагу. Рут заметила, с каким облегчением он выдохнул. Она гордилась им. Гордилась так, что не могла сдержать улыбку, хотя ее радость по поводу поражения легендарного фехтовальщика разделяли далеко не все.

Из рук самого короля Алан вскоре получил заветный кубок. Зал аплодировал ему безо всякой остановки. Алан поднял кубок над головой. Это был его триумф. Рут радовалась. Правда ей было несколько обидно, что ее сейчас нет там, неподалеку от новой легенды фехтования. И она даже не может поздравить его. Разве что в письме.

Рут так и поступила. Она написала Алану письмо, полное искренних поздравлений и пожеланий и дальше совершать прорывы и добиваться успехов. Рут не сомневалась, что Алана ждет большое будущее. Правда, к своему удивлению, сама Рут никакого письма на следующий день не получила. Это был первый раз, когда Алан не послал ей весточку.

Такое положение вещей напрягало. Может, Алан купался в лучах славы и забывал о том, что в одном замечательном городе хотя бы пары слов от него ждет некая рыжеволосая девушка? Рут стало обидно. Она провела в мрачном настроении всю свою смену в отеле, а потом с самым грозным видом просидела остаток вечера у себя в комнате. Ночью она почти не спала. Ее терзали страшные мысли, а уверенность в том, что все произошедшее – это не просто мимолетное увлечение, а самое настоящее чувство, улетучивалась с каждой минутой. Алан победил, но не означало ли это то, что проиграла Рут?

Утром Рут вновь не обнаружила письма. Приготовив матери завтрак и пожелав хорошего дня, рыжая осталась дома. Лучше бы у нее был рабочий день, так она могла хотя бы отвлечься на работу, но выходной выпал совершенно невовремя.

Разобравшись с уборкой после завтрака, Рут вернулась в свою комнату, закрыла дверь, повернулась и замерла. На полу перед окном лежал цветок. Это был тюльпан ярко-оранжевого цвета с бордовым основанием и зелеными листьями. Рут ничего не понимала, просто смотрела на тюльпан, и вдруг из окна посыпались и другие цветы. Они влетали в комнату один за другим и мягко падали на пол. Зрелище было удивительно красивым и невероятным. А еще оно означало только одно… Рут подбежала к подоконнику и выглянула на улицу.

Алан стоял на дороге с самым счастливым лицом, какое Рут у него только видела. В его руках было много цветов. Завидев девушку, мужчина широко улыбнулся.

– Мне показалось, что кому-то в жизни очень не достает цветов, – сказал Алан.

Рут ничего не ответила. Она бросилась к двери, быстро спустилась вниз, перескакивая через ступеньки, и выбежала на улицу. Она остановилась в полушаге от Алана. Он уронил все оставшиеся у него цветы к ее ногам, а затем притянул девушку к себе и заключил в крепкие и пылкие объятия.

– Я уже начала думать, что ты забыл меня, – Рут положила голову на плечо Алана. Она и не представляла, насколько сильно соскучилась по нему. – Я думала, т ушел с головой в свою славу и все… Никаких больше неизвестных девушек…

– Я бы не смог тебя забыть, даже если бы попытался, – Алан нежно и аккуратно поднял подбородок Рут. Ему хотелось смотреть в ее прекрасные глаза. – Я думал о тебе каждую минуту. И поединок с отцом я выиграл лишь потому, что чувствовал твою поддержку и вспоминал твою улыбку. Ты придавала мне сил… Я приехал, как только смог. Больше не мог ждать… Я… Я люблю тебя, Рут.

На щеках девушки выступил румянец. Ей еще никогда не признавались в любви. Да и сама она никому не говорила таких слов. Разве что маме, но эта любовь была другой.

– А я тебя… – очень тихо и смущенно ответила рыжая.

Алан улыбнулся, склонился к девушке и коснулся своими губами ее губ. Рут больше не переживала. Она была на седьмом небе от счастья.

Вечером этого дня, проведенного в приятных беседах и прогулках, состоялся очень важный разговор. Алан долго убеждал мать Рут в том, что ее дочь не нарушила никаких отельных правил. Он, разумеется, врал. Рут нарушила много правил, но Алан преподнес все в таком свете, что Белинда в конце концов сдалась и приняла отношения дочери должным образом.

– Не поймите меня неправильно, – сказала Белинда за очередной чашкой чая. – Я очень рада за вас. Вы вместе смотритесь так красиво, что вами хочется любоваться целую вечность. Но… Мне и в голову не приходило, что моя произведет такое впечатление на известную личность. Это же просто невероятно… Все наши друзья и родственники будут в шоке.

– Мам, – тут же перебила ее Рут. – Я пока не хочу ничего говорить друзьям и родственникам.

– Почему? – удивилась Белинда.

– Потому что скоро мне предстоит учеба, – пояснила свою позицию рыжая. – Если мир будет знать о том, что я – девушка Алана Орса, на меня будут сыпаться миллионы вопросов в то время, как для меня важнее будет обучиться магии.

– А ты что об этом думаешь? – спросила Белинда у Алана.

– Хранить все в тайне будет непросто, – честно и с ноткой печали в голосе ответил фехтовальщик. – Но Рут права. Как только мы расскажем обо всем общественности, жизнь вашей дочери сразу же изменится. Думаю, ей нужно время на то, чтобы закончить институт спокойно и без шумихи.

– Тяжело вам будет… – протянула мама Рут.

И она была права. Оставшись позднее наедине, Рут и Алан еще долго обсуждали свои планы. Разлука им предстояла длинная, но Рут была рада тому, что, пока Алан будет в разъездах по делам спортивным и общественным, ей будет, чем себя занять. Она будет учиться, будет осваивать магию. Влюбленные договорились иногда встречаться украдкой неподалеку от института, а каникулы они собирались ждать с особым трепетом и рвением.

– У нас еще столько всего впереди… – задумчиво сказала Рут. Она и Алан сидели на кровати. Алан облокачивался о спинку кровати и крепко обнимал Рут, удобно устроившуюся на его плече. Она приподняла голову и посмотрела на мужчину. – Да и позади немало. Только подумай, сколько всего мы пережили.

– И не говори… – согласился Алан. – Никогда не думал, что со мной случится нечто подобное.

– С тобой? – рассмеялась Рут. – Из нас двоих такие приключения больше подходят тебе. Я-то простая смертная, а ты…

– Ну вот опять ты за свое, – возмутился Алан. Его рука гладила голову Рут. – Мы оба простые смертные. У нас были разные жизненные пути, но пути эти пересеклись. И теперь мы вместе, а все остальное неважно.

– Как это остальное неважно? – хитро улыбнулась Рут. – А фехтование?

– А что фехтование? – не понял ее Алан.

– Ты теперь номер один… – не без удовольствия напомнила рыжая. – А я… А я тоже не хочу забрасывать это дело. Вот подучусь в институте и…

– И что? – Алан тоже улыбнулся.

– И буду проигрывать тебе с меньшим треском.

– Люблю твое чувство юмора, – сказал мужчина.

– И только его? – немедленно уточнила Рут.

– Не только, – Алан не стал мешкать. – Люблю тебя всю.

Он прижал девушку ближе к себе и вновь слился с ней в самом нежном, но при этом горячем поцелуе.

Конец

Content

Медич Майя Номер для рыжей и фехтовальщика

Номер для рыжей и фехтовальщика Медич Майя