Аристотель

Афинская полития

Государственное устройство афинян

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

Издаваемый трактат Аристотеля «Афинская полития» представляет собой один из важнейших документов из истории античного рабовладельческого общества.

«Афинская полития» — важнейшая сохранившаяся «полития» (из числа 158), оригинал которой, записанный на папирусе, был найден в 1890 г.

«Афинская полития» содержит в себе богатый фактический материал, характеризующий общественное устройство афинского государства до периода его разложения.

Идеолог рабовладельческого класса, — «самая всеобъемлющая голова» среди древнегреческих философов, — Аристотель не только дает описание истории афинской демократии, но одновременно развивает свои взгляды по вопросам теории государства.

Первое издание «Афинской политии» разошлось буквально в несколько дней, что наглядно показывает глубокий интерес советского читателя, овладевающего наукой, к классическому наследию истории человеческой мысли.

Второе издание «Афинской политии» заново просмотрено и дополнено новыми материалами.

В приложении к «Афинской политии» дан ряд отрывков из сочинений древних авторов, содержащих дополнительный материал по вопросам государственного устройства классической Греции.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА АФИНЯН

(Главы 1—41)

I. Килонова смута[1]

(Гл. 1)

1. …<Судили их триста судей> из благородных родов, принеся присягу над жертвенными животными, <причем обвинял> Мирон. Когда осуждено было кощунство, преступники были выброшены из могил, а род их изгнан в вечное изгнание. Критянин Эпименид[2] по этому поводу совершил очищение государства.

II. Древнейший государственный строй

(Гл. 2—3)

2. После этого в течение долгого времени происходили раздоры между знатью и народом. (2) Надо иметь в виду, что вообще государственный строй был олигархический, но главное было то, что бедные находились в порабощении не только сами, но также и дети и жены. Назывались они пелатами[3] и шестидольниками[4], потому что на таких арендных условиях обрабатывали поля богачей. Вся же вообще земля была в руках немногих. При этом, если эти бедняки не отдавали арендной платы, можно было увести в кабалу и их самих и детей. Да и ссуды у всех обеспечивались личной кабалой вплоть до времени Солона. Он первый сделался простатом[5] народа. (3) Конечно, из тогдашних условий государственной жизни самым тяжелым и горьким для народа было рабское положение. Впрочем и всем остальным он был тоже недоволен, потому что ни в чем, можно сказать, не имел своей доли.

3. Порядок древнего государственного устройства, существовавшего до Драконта, был следующий. На высшие должности выбирали по благородству происхождения и по богатству; правили должностные лица сначала пожизненно, а впоследствии в течение десяти лет. (2) Важнейшими и первыми по времени из должностей были басилевс, полемарх и архонт. Из них первою была должность басилевса, она была унаследованной от отцов. Второй присоединилась к ней должность полемарха, ввиду того что некоторые из царей оказались в военных делах слабыми. По этой причине и пригласили Иона[6], когда наступили затруднительные обстоятельства. (3) Последней является должность архонта. Большинство говорит, что она возникла при Медонте, а некоторые, что при Акасте[7]. В доказательство последние ссылаются на то, что девять архонтов клянутся давать присягу таким же порядком, как во времена Акаста, так как при нем, по их мнению, Кодриды отказались от царского достоинства ради привилегий, данных архонту[8]. Как бы ни было дело в действительности, разница во времени в том и другом случае небольшая. А что эта должность установлена последней из высших должностей, доказательством служит и то, что архонт не распоряжается никакими из дел, унаследованных от отцов, как басилевс и полемарх, а все только вновь заведенными[9]. Поэтому лишь недавно эта должность приобрела важное значение, будучи расширена дополнительными обязанностями. (4) Что же касается фесмофетов, то они стали избираться много лет спустя, когда уже выбирали должностных лиц на год. Они должны были записывать правовые положения и хранить их для суда над спорящими сторонами. Вот почему из высших должностей эта одна не была более как годичной. (5) Итак, по времени вот в какой последовательности эти должности идут одна за другой.

Что же касается местопребывания, то девять архонтов находились не все в одном месте, но басилевс заседал в так называемом Буколии близ Пританея[10] (доказательство: еще и теперь там происходит соединение и брак жены басилевса с Дионисом)[11], архонт — в Пританее, полемарх — в Эпиликии. Это место прежде называлось Полемархием, а когда Эпилик[12] после отправления обязанностей полемарха перестроил его и отделал, оно стало называться Эпиликием. Фесмофеты заседали в фесмофетии, но при Солоне все архонты собрались в фесмофетий.

Архонты имели право решать дела окончательно, а не так, как теперь, производить только предварительное расследование. Вот как обстояло дело с должностями архонтов.

(6) Наконец, совет ареопагитов, хотя имел обязанность быть только блюстителем законов, распоряжался большинством важнейших дел в государстве, налагая кары и взыскания безапелляционно на всех нарушителей порядка. Это объясняется тем, что выбор архонтов производился по благородству происхождения и по богатству, а из них-то и избирались ареопагиты. Вот почему это — единственная из должностей, которая остается пожизненной и теперь.

III. Законодательство Драконта

(Гл. 4)

4. Таково было в основных чертах первоначальное государственное устройство.

После этого[13], немного времени спустя, при архонте Аристехме[14], Драконт издал свои законы. Что касается государственного строя, то он имел следующий характер. (2) Гражданские права были предоставлены тем, кто мог приобрести себе тяжелое вооружение[15]. Девятерых архонтов, а также и казначеев выбирали из людей, имевших свободного от долгов состояния не меньше как на десять мин[16], а на остальные, менее важные, должности — из людей, могущих приобрести себе тяжелое вооружение; на должности же стратегов и гиппархов избирали из людей, которые показывали свободного от долгов имущества не меньше как на сто мин[17] и законных детей от законной жены в возрасте свыше десяти лет. За них до сдачи ими отчета должны были представлять поручительство старые пританы, стратеги и гиппархи, причем сами должны были брать четверых поручителей из того же класса, к какому принадлежат эти стратеги и гиппархи.

(3) Совет должен был состоять из 401 члена, выбранных из числа граждан. Избираться же и на эту и на остальные должности полагалось по жребию людям свыше 30 лет от роду, и два раза одному и тому же нельзя было занимать ее, пока не отбудут ее все, а тогда полагалось бросать жребий опять сначала. Если же кто-нибудь из членов Совета пропускал заседание Совета или Народного Собрания, когда оно бывало, тот платил штраф: пентакосиомедимн — три драхмы, всадник — две, зевгит — одну.

(4) Совет Ареопага стоял на страже законов и наблюдал за должностными лицами, чтобы они правили по законам. Всякий человек в случае нанесения ему обиды мог подать о том заявление в совет Ареопага, указывая при этом, какой закон нарушается чинимой ему обидой. (5) Но ссуды, как сказано, обеспечивались личной кабалой, и земля была в руках немногих[18].

IV. Законодательство Солона

(Гл. 5—12)

5. Ввиду того что существовал такой государственный порядок и большинство народа было в порабощении у немногих, народ восстал против знатных. (2) Смута была сильная, и долгое время одни боролись против других; наконец они избрали сообща посредником и архонтом Солона и поручили ему устройство государства, после того как он сочинил элегию[19], начинавшуюся словами:

Да, понимаю, и в сердце глубоко кручина запала:

Вижу, как клонится ниц первая прежде страна

Меж Ионийских земель.

В ней он нападает на обе партии, защищая в то же время одну от другой, разбирает весь спор, а после этого убеждает одинаково тех и других прекратить возникший раздор.

(3) По происхождению и по известности Солон принадлежал к первым людям в государстве, по состоянию же и по складу своей жизни — к средним. Все вообще данные говорят за это, да кроме того и сам он свидетельствует об этом в следующем стихотворении, предупреждая богатых от чрезмерных притязаний:

Вы же в груди у себя успокойте могучее сердце:

Много досталось вам благ, ими пресытились вы.

Знайте же меру надменному духу: не то перестанем

Мы покоряться, и вам будет не по сердцу то.

И вообще виновниками этой смуты он всегда выставляет богатых. Потому и в начале своей элегии он говорит, что боится «как сребролюбья людей, так и надменности их» — значит предполагает, что из-за этого и возникла вражда.

6. Взяв дела в свои руки, Солон освободил народ и в текущий момент и на будущее время, воспретив обеспечивать ссуды личной кабалой. Затем он издал законы[20] и произвел отмену долгов как частных, так и государственных, что называют сисахфией[21], потому что люди как бы стряхнули с себя бремя. (2) Насчет этого некоторые пытаются клеветать на него[22]. Именно, случилось так, что, когда Солон собирался произвести сисахфию, он рассказал об этом некоторым из своих знакомых, и после, как говорят демократы, был обманут друзьями; по словам же тех, которые хотят очернить Солона, он и сам принимал в этом участие. Они будто бы, заняв денег, скупили на них много земли, а когда вскоре после этого состоялась отмена долгов, оказались богачами. Вот из их-то среды и вышли, говорят, те люди, которые впоследствии слыли за «исконных богачей». (3) Однако более правдоподобен рассказ демократов. В самом деле, раз во всех отношениях человек оказался настолько умеренным и беспристрастным, что, имея возможность привлечь к себе одну сторону и таким путем сделаться тираном в государстве, вместо этого вызвал ненависть к себе обеих сторон и благо и спасение государства предпочел личным выгодам, то неправдоподобно, чтобы этот человек стал марать себя в таких мелких и ничтожных[23] делах. (4) А что ему действительно представлялась такая возможность, об этом свидетельствуют и расстроенные дела государства, и сам он в своих стихотворениях упоминает во многих местах; да и все остальные признают это согласно; следовательно, это обвинение надо считать ложным.

7. Государственный строй, который установил Солон, и законы, которые он издал, были новые; законы же Драконта перестали применять, за исключением законов об убийствах. Написав эти законы на кирбах[24], афиняне поставили их в «царском портике»[25], и все поклялись их соблюдать. Девять же архонтов, принося присягу у камня[26], давали обет посвятить золотую статую, если преступят какой-нибудь из законов. Вот почему они и теперь еще дают такую клятву.

(2) Солон установил эти законы на сто лет и дал государству следующее устройство. (3) На основании оценки имущества он ввел разделение на четыре класса, каковое разделение было уже и раньше[27], — на пентакосиомедимнов, всадников, зевгитов и фетов[28]. Притом все вообще должности он предоставил исправлять гражданам из пентакосиомедимнов, всадников и зевгитов — должности девяти архонтов, казначеев[29], полетов[30], одиннадцати[31] и колакретов[32]. Каждому классу он предоставил должность сообразно с величиной имущественной оценки[33], а тем, которые принадлежат к классу фетов, дал участие только в Народном Собрании и судах.

(4) К пентакосиомедимнам должен был принадлежать всякий, кто со своей земли получает 500 мер в совокупности сухих и жидких продуктов[34]; к всадникам — получающие 300 или, по утверждению некоторых, такие люди, которые могли содержать коня. В доказательство они приводят, во-первых, название этого класса, установившееся будто бы от этого факта, а во-вторых, древние посвящения. На Акрополе, например, стоит изображение, на котором написано следующее:

Дифилов[35] Анфемион дар сей богам посвятил,

Как из простых батраков всадником сделался он.

И возле стоит конь, явно свидетельствуя о том, что всаднический ценз имеет в виду этот признак. Впрочем вернее, что этот класс характеризовался по количеству мер дохода, так же как класс пентакосиомедимнов. К классу зевгитов должны были принадлежать те, которые получали 200 мер того и другого вместе, а остальные — к классу фетов, и эти последние не имели доступа ни к какой государственной должности. Поэтому и теперь, когда председательствующий[36] спросит у человека, который хочет избираться по жребию на какую-нибудь должность, к какому классу он принадлежит, никто не скажет, что к фетам.

8. Высшие должности Солон сделал избирательными по жребию из числа предварительно выбранных, которых намечала каждая из фил. Намечала же в коллегию девяти архонтов каждая десятерых, и между ними бросали жребий. Вследствие этого еще и теперь остается за филами такой порядок, что каждая избирает по жребию десятерых, а затем из этого числа баллотируют бобами[37]. Доказательством же, что высшие должности Солон сделал выборными по жребию из людей, обладающих цензом, может служить закон о казначеях, который продолжает оставаться в силе еще и теперь: он повелевает избирать казначеев по жребию из пентакосиомедимнов. (2) Вот какие законы издал Солон относительно высших должностей. (В старину совет Ареопага приглашал к себе кандидата и, обсудив в своей среде его кандидатуру, назначал на каждую из должностей подходящего человека на год, после чего отпускал его).

(3) Что касается фил, то их было четыре, как и раньше[38], и четыре филобасилевса[39]. Каждая фила разделялась на три триттии[40] и каждая еще на 12 навкрарий. Во главе навкрарии стояла должность «навкрара», установленная для приема поступающих взносов и для ведения текущих расходов. Поэтому и в законах Солона, которые теперь уже вышли из употребления, во многих местах значится: «взыскивать предоставляется навкрарам» и «расход производить из навкрарских сумм».

(4) Далее он учредил Совет четырехсот, по сто из каждой филы, а совету ареопагитов назначил охранять законы; как и прежде, он имел надзор за государственным порядком, причем он обязан был не только следить вообще за большинством самых важных государственных дел, но между прочим и привлекать к ответственности виновных, имея власть налагать взыскания и кары, причем штрафы вносил в «город»[41], не указывая, по какому поводу платится штраф. Наконец, он судил тех, кто составлял заговор для низвержения демократии, в силу того, что Солон издал закон о внесении относительно их чрезвычайного заявления[42].

(5) Видя, что в государстве часто происходят смуты, а из граждан некоторые по беспечности мирятся со всем, что бы ни происходило, Солон издал относительно их особый закон: «Кто во время смуты в государстве не станет с оружием в руках ни за тех, ни за других, тот предается бесчестию и лишается гражданских прав».

9. Итак, что касается высших должностей, то дело обстояло таким образом. По-видимому, вот какие три пункта в Солоновом государственном устройстве являются наиболее демократичными: первое и самое важное — отмена личной кабалы в обеспечение ссуд; далее — предоставление всякому желающему возможности выступать истцом за потерпевших обиду; третье, отчего, как утверждают, приобрела особенную силу народная масса, — апелляция к народному суду. И действительно, раз народ владычествует в голосовании, он становится властелином государства.

(2) Вместе с тем, так как законы не были написаны просто и ясно, но так же как закон о наследствах и наследницах[43], то неизбежно возникало много споров, и решать все дела — и общественные и частные — приходилось суду. Некоторые[44] думают, что Солон нарочно сделал законы неясными, чтобы решение дел зависело от народа. Однако это предположение неправдоподобно, а скорее этот факт объясняется тем, что он не умел в общей форме выразить наилучшее. Несправедливо, в самом деле, судить о его намерении с точки зрения теперешних условий, но надо рассматривать его на основании всего вообще введенного им государственного порядка.

10. Итак, вот те пункты в законах Солона, которым он, по-видимому, придал демократический характер. Но раньше законодательства он произвел отмену долгов, а после всего этого увеличение мер, весов и монеты. (2) Именно, при нем и меры были увеличены в сравнении с фидоновскими[45], и мина, имевшая прежде вес в 70 драхм, доведена была до 100[46]. Старинный тип чеканки представлял собой монету двухдрахмового достоинства. Он сделал и вес сообразно с монетой, так что 63 мины равнялись таланту[47], и эти три мины, пропорционально распределенные, прибавились на каждый статер[48] и на другие меры веса.

11. Когда Солон устроил государство таким, как сказано, образом, к нему стали то и дело обращаться с докучливыми разговорами о законах, одни пункты порицая, о других расспрашивая. Ввиду этого он, не желая ни изменять их, ни навлекать на себя вражды, оставаясь в своем отечестве, предпринял путешествие в Египет отчасти по торговым делам, отчасти из любознательности, сказав, что не вернется в течение 10 лет. Он не считал себя вправе, если бы лично присутствовал, истолковывать законы, но думал, что каждый обязан исполнять написанное. (2) А вместе с тем многие из знати сделались его противниками вследствие отмены долгов. И обе партии переменили свое отношение к нему оттого, что установленный им порядок не оправдал их ожиданий. Именно, народ рассчитывал, что он произведет передел всего[49], а знатные — что он вернет опять прежний порядок или только немного его изменит. Но Солон воспротивился тем и другим и, хотя имел возможность, вступив в соглашение с любой партией, достичь тирании, предпочел навлечь на себя ненависть тех и других, но зато спасти отечество и дать наилучшие законы.

12. Что это было именно таким образом, об этом все говорят в один голос, да и сам Солон в своих произведениях упоминает в следующих выражениях:

Да, я народу почет предоставил, какой ему нужен —

Не сократил его прав, не дал и лишних зато.

Также подумал о тех я, кто силу имел и богатством

Славился, — чтоб никаких им не чинилось обид.

Встал я, могучим щитом своим тех и других прикрывая,

И никому побеждать не дал неправо других.

(2) В другом месте, высказываясь относительно народной массы, как надо с ней обходиться, он говорит:

Будет тогда лишь народ всего лучше идти за вождями,

Коль не живет без узды, не угнетен выше сил.

От пресыщенья родится надменность, коль средства большие

Людям приходят таким, меры не знает чей нрав.

(3) И еще где-то в другом месте он говорит относительно тех, которые хотели поделить между собой землю:

Кто пришел затем, чтобы грабить, полон был надежд больших

И рассчитывал богатство тут великое найти,

Ждал, что я, лаская мягко, нрав суровый проявлю.

Но тогда они ошиблись, а теперь, сердясь за то,

На меня косые взгляды мечут все, как на врага.

Нужды нет: что обещал я, сделал с помощью богов

И трудился я не даром. Мне равно не по душе —

Силой править тирании, как и в пажитях родных

Дать худым и благородным долю равную иметь.

(4) Также и об отмене долгов и о людях, порабощенных сначала, а после освобожденных благодаря сисахфии:

Какой же я из тех задач не выполнил,

Во имя коих я тогда сплотил народ?

О том всех лучше перед Времени судом

Сказать могла б из олимпийцев высшая —

Мать черная Земля, с которой снял тогда

Столбов поставленных я много долговых[50],

Рабыня прежде, ныне же свободная.

На родину, в Афины, в богозданный град,

Вернул я многих, в рабство проданных,

Кто кривдой, кто по праву, от нужды иных

Безвыходной бежавших, уж забывших речь

Аттическую — странников таков удел, —

Иных еще, в позорном рабстве бывших здесь

И трепетавших перед прихотью господ,

Всех я освободил. А этого достиг

Закона властью, силу с правом сочетав,

И так исполнил все я, как и обещал.

Законы я простому с знатным наравне,

Для каждого прямую правду указав,

Так написал. А если б кто другой, как я,

Стрекало взял — недобрый, алчный человек, —

Народа б не сдержал он. Если б я хотел

Того, что нравилось тогда противникам,

Потом того, что указали б их враги,

Тогда мужей бы многих наш лишился град.

Затем-то, на борьбу все мужество собрав,

Я, точно волк, вертелся среди стаи псов.

(5) И в другом месте, порицая обе стороны за обращенные к нему впоследствии жалобы их на судьбу, он говорит:

Народ коль нужно прямо порицать, скажу:

Чем ныне обладают, никогда того

Не видели б глазами и во сне…

А кто знатней и с большей силой, должен бы

Меня хвалить и другом сделать бы своим,

потому что, если бы кто-нибудь другой, говорит он, достиг этой почести,

Народа б не сдержал и не отстал бы сам,

Пока не сбил бы масла, снявши молоко[51].

А я меж ними, как на спорном поле столб,

Стал на меже.

V. Смута после Солона

(Гл. 13)

13. Вот по каким причинам Солон предпринял это путешествие. Он уехал, когда в государстве еще шли неурядицы; тем не менее после его отъезда в течение четырех лет жили спокойно. На пятый же год после правления Солона не могли выбрать архонта[52] вследствие смуты, и дальше на пятый год по той же причине было безвластие. (2) А после этого, спустя такой же промежуток времени, Дамасий[53], избранный архонтом, управлял два года и два месяца, пока не был силой устранен с должности. Потом афиняне решили ввиду происходивших смут выбрать в архонты десятерых лиц: пятерых — из эвпатридов, троих — из земледельцев, двоих — из ремесленников, и эти архонты правили в течение года после Дамасия. Это и показывает, что архонт имел весьма большую силу, так как, по-видимому, все время шла борьба из-за этой должности. (3) Вообще же были постоянно нелады во взаимных отношениях, причем одни за начало и повод выставляли отмену долгов (это были как раз люди, разорившиеся от нее), другие были недовольны государственным порядком, так как произведенная в нем перемена оказалась серьезной, а некоторые — из-за взаимного соперничества.

(4) Этих партий было три: одна — паралийцев[54] с Мегаклом, сыном Алкмеона, во главе, которые, по-видимому, преимущественно добивались среднего образа правления; другая — педиаков[55], которые стремились к олигархии, — ими предводительствовал Ликург; третья — диакрийцев[56], во главе которой стоял Писистрат, казавшийся величайшим приверженцем демократии. (5) К этим последним примкнули, с одной стороны, те, которые лишились денег, отданных взаймы, — ввиду стесненного положения; с другой — люди нечистого происхождения — вследствие страха. Это видно из того, что после низвержения тиранов афиняне произвели пересмотр гражданских списков, так как многие пользовались гражданскими правами противозаконно. Все эти партии имели прозвания по тем местам, где они обрабатывали землю.

VI. Правление Писистрата

(Гл. 14—16)

14. Наиболее рьяным приверженцем демократии казался Писистрат, стяжавший большую славу во время войны с мегарцами[57]. Он сам нанес себе раны и под предлогом, будто это было делом его политических противников, убедил народ дать ему телохранителей. Письменное предложение об этом внес Аристион[58]. Получив в свое распоряжение отряд так называемых «дубинщиков», он с помощью их восстал против народа и занял Акрополь на тридцать втором[59] году после законодательства, при архонте Комее. (2) Говорят, когда Писистрат просил об охране, Солон возражал против этого и сказал, что одних он превосходит умом, а других мужеством; умом превосходит тех, кто не знает, что Писистрат стремится к тирании; мужеством тех, которые знают это, да молчат. Но так как словами ему не удавалось убедить, то он выставил оружие перед дверями и говорил, что помог отечеству по мере своих сил (он был уже весьма престарелым) и что ждет того же самого и от остальных[60].

(3) Итак, Солон ничего не достиг тогда[61] своим призывом. Писистрат же, взяв в свои руки власть, управлял общественными делами скорее в духе гражданского равноправия, чем тирании. Но так как власть его еще не укрепилась, то приверженцы Мегакла и Ликурга, придя между собой к соглашению, изгнали его на шестом году после его первого прихода к власти[62], при архонте Гегесии. (4) На двенадцатый же год после этого, наоборот, сам Мегакл, поставленный в безвыходное положение своими противниками, завел переговоры с Писистратом и, условившись, что тот возьмет замуж его дочь, устроил его возвращение на старинный лад и слишком простым способом. Распространив предварительно слух, будто Афина собирается возвратить Писистрата, он разыскал женщину высокого роста и красивую — как утверждает Геродот[63], из дема Пеанийцев или, как некоторые говорят, из Коллита, — продавщицу венков, фракиянку по имени Фию, нарядил ее наподобие этой богини и ввел в город вместе с ним. И Писистрат въезжал на колеснице, на которой рядом с ним стояла эта женщина, а жители города встречали их, преклоняясь ниц в восторге.

15. Вот при каких условиях произошло первое возвращение Писистрата. А после этого он был изгнан вторично, на седьмом приблизительно году после возвращения[64]. Недолго удерживал он власть в своих руках, но вследствие того что не хотел жить с дочерью Мегакла, бежал, побоявшись обеих партий. (2) Сначала Писистрат основал поселение около Фермейского залива[65], в местечке, которое называется Рекел, а оттуда переехал в окрестности Пангея[66]. Запасшись там деньгами и навербовав наемных солдат, он на одиннадцатом году приехал опять[67] в Эретрию и пытался тогда впервые вернуть себе власть силой, причем многие оказывали ему поддержку, в том числе особенно фиванцы и наксосец Лигдамид, а также всадники, в руках которых была тогда государственная власть в Эретрии. (3) Победив в сражении при Паллениде[68], Писистрат занял город и, отобрав у народа оружие, уже прочно утвердил свою тиранию. Затем он взял Наксос[69] и поставил правителем Лигдамида.

(4) Отобрал Писистрат оружие у народа следующим образом. Устроив смотр войска у Фесейона[70], он пробовал обратиться к народу с речью и говорил недолго[71]. Когда же присутствующие стали говорить, что не слышат, он попросил их подойти к преддверью[72] Акрополя, чтобы могли лучше слышать его. А в то время как он произносил свою речь, люди, специально получившие такое распоряжение, подобрав оружие[73], заперли его в близлежащем здании — Фесейоне — и, подойдя, знаком сообщили об этом Писистрату. Окончив говорить о других делах, он сказал и об оружии — что по поводу случившегося не надо ни удивляться, ни беспокоиться, но следует возвратиться по домам и заниматься своими делами, а о всех общественных делах позаботится он сам.

16. Так вот тирания Писистрата с самого начала установилась таким образом и столько имела перемен. (2) А руководил государственными делами Писистрат, как сказано[74], с умеренностью и скорее в духе гражданского равноправия, чем тиранически. Он был вообще гуманным и кротким человеком, снисходительным к провинившимся; бедных он даже снабжал вперед деньгами на сельские работы, чтобы они могли кормиться, занимаясь земледелием. (3) Это он делал по двум соображениям: с одной стороны, для того, чтобы они не находились в городе, но были рассеяны по всей стране, с другой — для того, чтобы, пользуясь средним достатком и занятые своими личными делами, они не имели ни желания, ни досуга заниматься общественными[75]. (4) А вместе с тем и доходов поступало к нему больше при условии, если обрабатывалась земля, так как Писистрат взимал десятину с получавшихся доходов[76].

(5) По этим же соображениям он учредил и «судей по демам»[77], да и сам часто ездил по стране, наблюдая за ходом дел и примиряя тяжущихся, чтобы они не запускали своих работ, отправляясь в город. (6) Во время одного такого путешествия Писистрата случилось, как рассказывают, приключение с земледельцем, обрабатывавшим на Гиметте[78] местечко, получившее впоследствии прозвание «безоброчного». Увидав, что какой-то человек копается и трудится над одними камнями, Писистрат подивился этому и велел рабу спросить у него, сколько дохода получается с этого участка. Тот ответил: «Какие только есть муки и горе; да и от этих мук и горя десятину должен получить Писистрат». Человек этот ответил так, не зная его. Писистрат же в восхищении от его прямоты и трудолюбия сделал его свободным от всех повинностей.

(7) Вообще простой народ он старался ничем не раздражать во время своего правления, но всегда обеспечивал мир и поддерживал спокойствие. Вот почему и говаривали часто, что «тирания Писистрата — это жизнь при Кроне»[79]. Впоследствии же, когда преемниками Писистрата сделались его сыновья, правление стало гораздо более суровым. (8) Но самым важным из всего сказанного было то, что он по своему характеру был демократичным и обходительным человеком. Во всех вообще случаях он хотел руководить всеми делами по законам, не допуская для себя никакого преимущества. Так, например, однажды, вызванный на суд в Ареопаг по обвинению в убийстве, он сам вышел на суд, чтобы оправдаться, но вызвавший его к ответу обвинитель побоялся и оставил дело[80]. (9) Поэтому-то и пробыл он долгое время у власти и, если бывал изгнан, легко возвращал себе эту власть снова. За него стояло большинство как знатных, так и демократов. Одних он привлекал к себе, поддерживая с ними знакомство, других тем, что оказывал им помощь в их личных делах; он отличался таким характером, что умел ладить с теми и с другими. (10) А в ту пору и у афинян законы о тиранах были вообще мягкие, среди них также и тот, который относится как раз к установлению тирании. Именно, закон у них был следующий: «Таковы у афинян установления и обычаи отцов: если кто восстанет, чтобы быть тираном, или будет содействовать установлению тирании, тот да будет лишен гражданской чести[81] и сам и его род».

VII. Правление Писистратидов

(Гл. 17—19)

17. Писистрат состарился, оставаясь у власти, и умер от болезни при архонте Филонее[82]. Он прожил 33 года с тех пор, как впервые сделался тираном, и при этом пробыл у власти 19 лет[83], остальное же время он провел в изгнании. (2) Поэтому очевидно вздором являются рассказы тех, которые утверждают, будто Писистрат был любимцем Солона и предводительствовал в войне с мегарцами из-за Саламина[84]. Это несовместимо с возрастом их обоих, если принять во внимание жизнь того и другого, а также, при каком архонте каждый из них умер[85].

(3) После смерти Писистрата власть удерживали в своих руках его сыновья и руководили делами в том же духе[86]. Было их двое от его законной жены[87] — Гиппий и Гиппарх — и двое от аргивянки — Иофонт[88] и Гегесистрат, по прозвищу Фессал[89]. (4) Именно, Писистрат был женат еще вторично и на дочери одного аргивянина из Аргоса[90], по имени Горгила — Тимонассе, на которой прежде был женат Архин, один ампракиец из рода Кипселидов[91]. Отсюда и возникла у него дружба с аргивянами; оттого и сражались на его стороне в битве при Паллениде тысяча воинов, приведенных Гегесистратом. Женился же он на аргивянке, по словам одних, во время первого изгнания, по словам других — когда стоял у власти.

18. Делами управляли в силу своего достоинства и старшинства Гиппарх и Гиппий; при этом Гиппий как старший и как человек от природы одаренный способностями государственного деятеля и серьезный, стоял во главе правления. Между тем Гиппарх был человек легкомысленный, влюбчивый и поклонник муз: он-то и приглашал к себе разных поэтов вроде Анакреонта, Симонида и других. (2) Фессал же был значительно моложе и в обращении дерзкий и надменный, из-за него-то[92] и начались у них все беды.

Он был влюблен в Гармодия и, не добившись его дружбы, не мог сдерживать своего гнева, но во всем выражал свое раздражение; наконец, когда сестра Гармодия должна была исполнять обязанности канефоры[93] на Панафинеях[94], он не позволил ей, сказав какую-то брань про Гармодия, будто он трус. Это и послужило причиной того, что возмущенные Гармодий и Аристогитон исполняют свое деяние при соучастии многих[95]. (3) Во время Панафиней они уже подстерегали на Акрополе Гиппия — он как раз должен был встречать, а Гиппарх отправлять процессию[96]. Тут они увидали, что один из участников дела любезно беседует с Гиппием, и подумали, что он выдает их; тогда, желая сделать что-нибудь, пока еще не арестованы, они сошли вниз[97] и начали свое дело, не дожидаясь остальных. Таким образом, хотя им и удалось убить Гиппарха, когда он устанавливал порядок процессии около Леокория[98], однако они испортили все дело. (4) Из них Гармодий был убит копьеносцами[99] тут же, а Аристогитон погиб позднее: он был схвачен и подвергался долгое время пыткам. Он оговорил под пыткой многих людей, которые принадлежали к знати и были друзьями тиранов. Дело в том, что в этот момент тираны нигде не могли напасть на настоящие следы по этому делу; но рассказ, обыкновенно повторяемый[100], будто Гиппий велел участникам процессии сложить оружие и таким образом уличил тех, у кого были кинжалы, неверен, так как тогда не было принято ходить в этой процессии с оружием, но это установил позднее народ. (5) Оговаривал же Аристогитон друзей тирана, как утверждают демократы, нарочно, добиваясь, чтобы они совершили нечестие и вместе с тем ослабили свои силы, погубив неповинных и притом своих же друзей; но некоторые говорят, что он ничего не выдумывал, а показывал на своих действительных сообщников. (6) И под конец, когда, несмотря на все свои усилия, Аристогитон не мог добиться себе смерти, он обещал выдать еще многих других и убедил Гиппия дать ему правую руку в знак подтверждения этого; а потом, взяв за руку его, осыпал его бранью за то, что он дал руку убийце своего брата, и этим так раздражил Гиппия, что тот не мог сдержать себя от гнева и, выхвативши меч, убил его.

19. После этого тирания стала гораздо более суровой, так как Гиппий, мстя за брата, многих перебил и изгнал и вследствие этого стал всем внушать недоверие и озлобление. (2) А на четвертый приблизительно год после смерти Гиппарха положение его в городе стало настолько ненадежным, что он начал укреплять Мунихию[101], намереваясь туда переселиться. Но, в то время как он был занят этим делом, его изгнал лакедемонский царь Клеомен, так как лаконцам все время давались повеления оракула о низвержении тирании. А это происходило по следующей причине. (3) Как ни пытались изгнанники, среди которых первое место занимали Алкмеониды[102], своими собственными силами добиться возвращения, они не могли этого сделать, и всякий раз терпели неудачу. Все их попытки оставались тщетными. Так, между прочим, они укрепили в самой стране местечко Липсидрий на Парнефе[103], и туда собрались некоторые из жителей города; однако они были выбиты оттуда тиранами. Оттого-то впоследствии, уже после этого несчастия, пели в сколиях[104]:

Ах, Липсидрий, ах, друзей предатель!

Ты каких воителей отважных

Погубил там — знать-то все какую.

Впрямь они там род свой оправдали!

(4) Итак, терпя во всем неудачу, они взяли на откуп постройку храма в Дельфах[105]; отсюда-то и явилось у них достаточно денег, для того чтобы призвать на помощь лаконцев[106]. А пифия постоянно объявляла лакедемонянам, когда они вопрошали оракула, что надо освободить Афины. Кончилось дело тем, что она склонила к этому спартанцев, хотя Писистратиды были с ними в отношениях гостеприимства[107]. Но не в меньшей степени на рвение лаконцев оказала свое влияние дружба, существовавшая у Писистратидов с аргивянами[108]. (5) И вот сначала они послали морем Анхимола[109] с войском. Однако он был побежден и убит, вследствие того что на помощь Писистратидам пришел фессалиец Киней во главе тысячи всадников. Тогда лаконцы, раздраженные происшедшим, послали царя Клеомена[110] с более сильным войском уже сухим путем; тот сначала победил фессалийскую конницу, преграждавшую ему движение в Аттику, потом запер Гиппия в так называемых пеласгических[111] стенах и стал осаждать его совместно с афинянами. (6) Когда он держал Гиппия в осаде, случилось так, что сыновья Писистратидов при попытке незаметно выбраться оттуда попали в плен. После захвата их Писистратиды заключили соглашение, выговорив пощаду для своих сыновей, и в пятидневный срок, отправив свое имущество из Афин, сдали Акрополь афинянам при архонте Гарпактиде. Таким образом они удерживали в своих руках тиранию после смерти отца приблизительно семнадцать лет, а всего, если считать и то время, когда правил отец, это составляет сорок девять лет[112].

VIII. Реформы Клисфена и мероприятия ближайших лет

(Гл. 20—22)

20. После низвержения тирании началась распря между Исагором, сыном Тисандра, другом тиранов, и Клисфеном, происходившим из рода Алкмеонидов. Побеждаемый гетериями[113], Клисфен привлек на свою сторону народ, обещая предоставить народной массе политические права. (2) Тогда Исагор, видя ослабление своих сил, снова пригласил Клеомена, который был с ним в отношениях гостеприимства, и убедил его принять участие в «изгнании скверны» под тем предлогом, что Алкмеониды считались принадлежащими к числу оскверненных[114].

(3) Клисфен ввиду этого тайно удалился, а Клеомен, придя с небольшим отрядом, начал изгонять из города под видом очищения от скверны семьсот афинских семейств. Приведя это в исполнение, он пытался низложить Совет и отдать город под власть Исагора и трехсот его приверженцев. Однако Совет оказал сопротивление, и собрался народ. Тогда сторонники Клеомена и Исагора убежали на Акрополь, а народ, обложив их там, осаждал в течение двух дней; на третий день отпустили Клеомена и всех бывших с ним[115], обеспечив им свободный выход, а Клисфена и остальных изгнанников призвали обратно.

(4) Когда народ взял в свои руки управление, Клисфен стал вождем и простатом народа. Это произошло потому, что чуть ли не главными виновниками изгнания тиранов были Алкмеониды и они же большею частью вели непрестанную политическую борьбу. (5) Но еще раньше Алкмеонидов пытался вести борьбу с тиранами Кедон[116]. Поэтому-то в честь его и пели в сколиях[117]:

И за Кедона налей, виночерпий: всегда его помни,

Если за добрых мужей очередь кубок налить.

21. Так вот по этим-то причинам народ и верил Клисфену.

А тут, находясь во главе народной партии, на четвертом году после низвержения тиранов, при архонте Исагоре[118] (2) он начал с того, что распределил всех граждан между десятью филами вместо четырех. Он хотел смешать их, чтобы большее число людей получило возможность участия в делах государства[119]. Отсюда и пошло выражение: «не считаться филами» — в ответ тем, кто хочет исследовать происхождение. (3) Затем он установил Совет пятисот вместо четырехсот, по пятидесяти из каждой филы, а до тех пор было по сто. Разделил же он не на двенадцать фил из того соображения, чтобы это деление не совпадало с существовавшим ранее делением на триттии: именно, в четырех филах было двенадцать триттий, так что в этом случае не удалось бы смешать народ.

(4) Кроме того Клисфен разделил и страну по демам на тридцать частей: десять взял из демов пригородных, десять — из демов прибрежной полосы, десять — из демов внутренней полосы. Назвав эти части триттиями, в каждую филу он назначил по жребию три триттии, так чтобы в состав каждой филы входили части из всех этих областей[120]. Далее, он заставил считаться демотами жителей каждого из демов, чтобы люди не выделяли новых граждан, называя их по отчеству, но чтобы публично называли по имени демов. Вот отчего афиняне и называют себя по именам демов[121]. (5) Учредил он и должность демархов[122], которые имеют те же обязанности, что прежние навкрары, так как демы он образовал вместо навкрарий. Что касается названий, то некоторым из демов он дал их по местечкам, некоторым — по основателям, так как уже не все демы связаны были с местами[123].

(6) Роды же, фратрии и жречества он предоставил всем иметь по отеческим заветам[124]. Филам он дал в качестве эпонимов[125] из ста предварительно намеченных архегетов[126] десятерых, которых изрекла пифия.

22. В результате этих изменений государственный строй стал гораздо более демократичным, чем солоновский. Это и понятно: законы Солона упразднила тирания, оставляя их без применения; между тем, издавая другие, новые законы, Клисфен имел в виду интересы народа. В их числе издан был и закон об остракисме[127].

(2) Впервые на восьмом году[128] после установления этого порядка, при архонте Гермокреонте, установили для Совета пятисот присягу, которую приносят еще и теперь[129]. Затем стали избирать по филам стратегов[130], по одному из каждой, предводителем же всей вообще армии был полемарх. (3) Далее, на двенадцатом году после этого, при архонте Фениппе[131], афиняне одержали победу в битве при Марафоне, а спустя два года после победы, когда народ стал уже чувствовать уверенность в себе, тогда впервые применили закон об остракисме, который был установлен ввиду подозрения к людям, пользующимся влиянием, так как Писистрат из демагога и полководца сделался тираном. (4) И первым подвергся остракисму один из его родственников Гиппарх, сын Харма[132], из Коллита, которого главным образом и имел в виду Клисфен, издавая этот закон, так как хотел его изгнать. Надо сказать, что афиняне со свойственной народу снисходительностью позволяли тем из сторонников тиранов, которые не принимали участия в их преступлениях во время смут, проживать в городе. Вот их-то вождем и простатом был Гиппарх.

(5) Но тотчас же на следующий год, при архонте Телесине[133], избрали по жребию девятерых архонтов по филам из предварительно намеченных демами пятисот кандидатов — тогда впервые после тирании, прежние же все были выборные[134]. Тут подвергся остракисму Мегакл, сын Гиппократа, из Алопеки[135]. (6) Таким образом в течение трех лет[136] изгоняли остракисмом сторонников тиранов, против которых был направлен этот закон; после же этого на четвертый год стали подвергать изгнанию и из остальных граждан всякого, кто только казался слишком влиятельным. И первым подвергся остракисму из людей, посторонних тирании, Ксанфипп, сын Арифрона.

(7) А на третий год после этого, при архонте Никодеме[137], были открыты рудники в Маронии[138], и у города остались сбережения в сто талантов[139] от их разработки. Тогда некоторые советовали поделить эти деньги народу, но Фемистокл не допустил этого. Он не говорил, на что думает употребить эти деньги, но предлагал дать заимообразно ста богатейшим из афинян, каждому по одному таланту, а затем, если их расходование будет одобрено, трату принять в счет государства, в противном же случае взыскать эти деньги с получивших их в заем. Получив деньги на таких условиях, он распорядился построить сто триэр, причем каждый из этих ста человек строил одну. Это и были те триэры, на которых афиняне сражались при Саламине[140] против варваров[141]. В это время подвергся остракисму Аристид, сын Лисимаха[142].

(8) На четвертый год, при архонте Гипсехиде, всех подвергшихся остракисму вернули ввиду похода Ксеркса[143]. При этом на будущее время определили, чтобы люди, подвергающиеся остракисму, проживали вне Гереста и Скиллея[144] под страхом в противном случае лишиться раз навсегда гражданских прав.

IX. Эпоха греко-персидских войн

(Гл. 23—25)

23. Вот какого положения достигло тогда государство, развиваясь постепенно вместе с ростом демократии.

После же мидийских[145] войн снова усилился совет Ареопага и стал управлять государством, взяв на себя руководство делами не в силу какого-нибудь постановления, но вследствие того, что ему были обязаны успехом морской битвы при Саламине. Стратеги совершенно растерялись, не зная, что делать, и объявили через глашатаев, чтобы каждый спасался как может; между тем Ареопаг, достав денег[146], роздал по восьми драхм на человека и посадил всех на корабли. (2) По этой-то причине и стали тогда подчиняться его авторитету, и действительно, управление у афинян было прекрасное в эту пору. Им удалось в это время достигнуть успехов в военном деле, приобрести славу у греков и добиться гегемонии на море вопреки желанию лакедемонян[147].

(3) Простатами народа в эту пору были Аристид, сын Лисимаха, и Фемистокл, сын Неокла. Последний считался искусным в военных делах, первый — в гражданских; притом Аристид, по общему мнению, отличался еще между своими современниками справедливостью. Поэтому и обращались к одному как к полководцу, к другому — как к советнику. (4) Возведением стен[148] они распоряжались совместно, хотя и не ладили между собой; что же касается отпадения ионян от союза с лакедемонянами, то их побудил к этому Аристид, улучив момент, когда лаконцы навлекли на себя ненависть из-за Павсания[149]. (5) Поэтому именно он установил для государств размер первоначальных взносов на третий год после морского сражения при Саламине, при архонте Тимосфене[150], и принес присягу ионянам в том, что у них должны быть общими враги и друзья, и в знак этого бросили в море куски металла[151].

24. Так как после этого государство стало уже чувствовать свою силу и были накоплены большие средства, Аристид советовал добиваться гегемонии, а гражданам переселиться из деревень и жить в городе. Пропитание, говорил он, будет у всех — у одних, если будут участвовать в походах, у других, если будут нести гарнизонную службу, у третьих, если будут исполнять общественные обязанности: тогда-то они и возьмут в свои руки гегемонию. (2) Афиняне послушались этого совета и, взяв в свои руки власть, стали слишком деспотично относиться к союзникам — ко всем, кроме хиосцев, лесбосцев и самосцев[152]; а поименованные были у них в качестве стражей их державы, и им предоставляли политическую самостоятельность и власть над теми, кем они тогда управляли.

(3) Кроме того, и большинству народа афиняне обеспечили возможность легко зарабатывать пропитание тем способом, как предложил Аристид. Дело происходило так, что на деньги от взносов и пошлин[153] содержалось более двадцати тысяч человек. Было шесть тысяч судей[154], тысяча шестьсот стрелков, кроме того, тысяча двести всадников, членов Совета пятьсот, пятьсот стражников на верфях, да кроме них на Акрополе пятьдесят, местных властей до семисот человек, зарубежных до семисот[155]. Когда же впоследствии начали войну[156], помимо этих было еще две тысячи пятьсот гоплитов[157], двадцать сторожевых кораблей, еще корабли для перевозки гарнизонных солдат[158] в числе двух тысяч, избранных по жребию бобами, затем пританей[159], сироты[160] и сторожа при заключенных в тюрьме[161]. Всем этим лицам содержание давалось из казны.

25. Таким вот образом обеспечивалось содержание народу.

В течение по крайней мере семнадцати лет после мидийских войн[162] государство оставалось под главенством совета Ареопага, хотя и клонилось понемногу к упадку. Когда же сила народа стала возрастать, простатом его сделался Эфиальт, сын Софонида, пользовавшийся репутацией человека неподкупного и справедливого в государственных делах; он-то и стал нападать на этот совет. (2) Прежде всего он добился устранения многих из ареопагитов, привлекая их к ответственности за действия, совершенные при отправлении обязанностей. Затем, при архонте Кононе[163], он отнял у этого совета все дополнительно приобретенные им права, в силу которых в его руках сосредоточивалась охрана государственного порядка, и передал их частью Совету пятисот, частью народу[164] и судам.

(3) Он произвел это при содействии Фемистокла[165], который, хотя и принадлежал к числу ареопагитов, должен был судиться за сношения с мидянами[166]. Фемистокл, желая добиться упразднения этого совета, стал говорить Эфиальту, будто совет собирается его арестовать, ареопагитам же, что укажет некоторых лиц, составляющих заговор для ниспровержения государственного строя. Он привел особо избранных для этого членов совета к месту, где жил Эфиальт, чтобы показать собирающихся заговорщиков, и стал оживленно разговаривать с пришедшими. (4) Как только Эфиальт увидал это, он испугался и в одном хитоне сел к алтарю[167]. Все были в недоумении от случившегося, и, когда после этого собрался Совет пятисот, Эфиальт и Фемистокл выступили там с обвинением против ареопагитов, а потом таким же образом в Народном Собрании, пока у ареопагитов не была отнята сила[168]. Тогда…[169] но и Эфиальт спустя немного времени был коварно убит рукой Аристодика из Танагры.

X. Развитие демократии

(Гл. 26—28)

26. Вот каким образом у совета ареопагитов было отнято право надзора. А после этого государственный строй стал все более терять свой строгий порядок по вине людей, задававшихся демагогическими целями. В эту пору как раз произошло такое совпадение, что партия благородных не имела даже вождя (первое место у них занимал Кимон, сын Мильтиада, человек слишком молодой[170] и поздно обратившийся к занятию государственными делами), да кроме того, большинство их погибло на войне. Надо иметь в виду, что в те времена походные армии составлялись по списку[171] и в полководцы назначали людей хотя и неопытных в военном деле, но пользовавшихся почетом только из-за славы их отцов; поэтому постоянно бывало, что из участников похода до двух или трех тысяч оказывалось убито[172]. Таким образом выбывали лучшие люди и из простого народа и из числа состоятельных.

(2) Хотя во всем вообще управлении афиняне не так строго, как прежде, придерживались законов, тем не менее порядка избрания девяти архонтов не меняли; только на шестой год после смерти Эфиальта[173] решили предварительные выборы кандидатов для дальнейшей жеребьевки в комиссию девяти архонтов производить также и из зевгитов[174], и впервые из их числа архонтом был Мнесифид. А до этого времени все были из всадников и пентакосиомедимнов, зевгиты же обычно исполняли рядовые[175] должности, если только не допускалось какого-нибудь отступления от предписаний законов. (3) На пятый год после этого, при архонте Лисикрате[176], были снова учреждены тридцать судей, так называемых «по демам»[177], а на третий год после него, при Антидоте[178], вследствие чрезмерно большого количества граждан, по предложению Перикла, постановили, что не может иметь гражданских прав тот, кто происходит не от обоих граждан.

27. После этого в качестве демагога выступил Перикл. Он впервые получил известность, будучи молодым, когда обвинял Кимона при сдаче им отчета по должности стратега[179]. Тогда государственный строй стал еще более демократичным. Перикл отнял некоторые права у ареопагитов[180] и особенно решительно настаивал на развитии у государства морской силы. Благодаря ей простой народ почувствовал свою мощь и старался уже все политические права сосредоточить в своих руках.

(2) Затем на 49-й год после битвы при Саламине, при архонте Пифодоре[181], началась война с пелопоннесцами, во время которой народ, запертый в городе и привыкший на военной службе получать жалованье, отчасти сознательно, отчасти по необходимости стал проявлять более решительности, чтобы управлять государством самому.

(3) Также и жалованье в судах ввел впервые Перикл, употребляя демагогический прием в противовес богатству Кимона[182]. Дело в том, что Кимон, имея чисто царское состояние, первое время исполнял блестящим образом только общественные литургии[183], затем стал давать содержание многим из своих демотов. Так, всякому желающему из лакиадов[184] можно было каждый день приходить к нему и получать скромное довольствие. Кроме того, его поместья были все неогороженные, чтобы можно было всякому желающему пользоваться плодами. (4) Перикл, не имея такого состояния, чтобы соперничать с ним в щедрости, воспользовался советом Дамонида[185] из Эи (этого Дамонида считали во многих делах советником Перикла, потому и подвергли его впоследствии остракисму). Совет этот состоял в том, что раз Перикл не обладает такими же личными средствами, как Кимон, то надо давать народу его же собственные средства. Из этих соображений Перикл и ввел жалованье для судей[186]. На этом основании некоторые[187] считают его виновником нравственного разложения, так как об избрании всегда хлопочут не столько порядочные люди, сколько случайные. (5) Начался после этого и подкуп, причем первым подал пример этого Анит, после того как был стратегом в походе под Пилос[188]. Будучи привлечен некоторыми к суду за потерю Пилоса, он подкупил суд и добился оправдания.

28. Пока Перикл стоял во главе народа[189], государственные дела шли сравнительно хорошо; когда же он умер, они пошли значительно хуже. Тогда впервые народ взял себе в качестве простата человека, не пользовавшегося уважением среди порядочных людей, между тем как в прежнее время демагогами всегда бывали люди достойные.

(2) В самом начале, и притом первым, простатом народа сделался Солон, вторым — Писистрат, оба из круга благородных и знатных; когда же была низвергнута тирания, выступил Клисфен, происходивший из рода Алкмеонидов. У него не было соперников из противной партии, после того как был изгнан Исагор со своими сторонниками. Потом во главе народа стоял Ксанфипп[190], а во главе знатных — Мильтиад, затем выступали Фемистокл и Аристид[191]. После них во главе народа стоял Эфиальт, а во главе состоятельных — Кимон, сын Мильтиада; далее, Перикл — во главе народа, Фукидид[192] — во главе противной партии (он был зятем Кимона). (3) После смерти Перикла во главе знатных стоял Никий — тот самый, который погиб в Сицилии; во главе народа — Клеон, сын Клеенета, который, как кажется, более всех развратил народ своей горячностью[193]. Он первый стал кричать на трибуне и ругаться и говорить перед народом, подвязав гиматий[194], тогда как остальные говорили благопристойно. После них во главе одной партии стоял Ферамен, сын Гагнона, во главе же народа — Клеофонт, фабрикант лир, который первый ввел и раздачу двух оболов[195]. И в течение некоторого времени он производил такие раздачи, но затем его самого отстранил[196] Калликрат из Пеании; он первый обещал прибавить к этим двум оболам еще один обол. Их обоих присудили впоследствии к смертной казни[197]. Так и бывает обыкновенно, что если народ даже сначала и поддается на обман, впоследствии он ненавидит тех, кто побудил его делать что-нибудь нехорошее. (4) После Клеофонта уже непрерывно сменяли один другого в качестве демагогов люди, которые более всего хотели показывать свою кичливость и угождать вкусам толпы, имея в виду только выгоды данного момента.

(5) Самыми лучшими из политических деятелей в Афинах после деятелей старого времени, по-видимому, являются Никий, Фукидид и Ферамен. При этом относительно Никия и Фукидида почти все согласно признают, что это были не только «прекрасные и добрые»[198], но и опытные в государственных делах, отечески относившиеся ко всему государству; что же касается Ферамена, то вследствие смут, наступивших в его время в государственной жизни, в оценке его существует разногласие. Но все-таки люди, серьезно судящие о деле, находят, что он не только не ниспровергал, как его обвиняют[199], все виды государственного строя, а, наоборот, направлял всякий строй, пока в нем соблюдалась законность. Этим он показывал, что может трудиться на пользу государства при всяком устройстве, как и подобает доброму гражданину, но, если этот строй допускает противозаконие, он не потворствует ему, а готов навлечь на себя ненависть.

XI. Олигархия Четырехсот

(Гл. 29—33)

29. Пока в военных действиях не было перевеса ни на той, ни на другой стороне, афиняне сохраняли свой демократический строй. Но когда после несчастия, случившегося в Сицилии[200], на стороне лакедемонян получилось преимущество благодаря союзу с царем[201], афиняне вынуждены были отменить демократию и установить государственный строй под главенством Четырехсот[202]. Слово перед голосованием произнес при этом Мелобий[203], а письменное предложение внес Пифодор из Анафлиста[204]. Народ согласился главным образом в том расчете, что царь скорее станет в этой войне на сторону афинян, если они отдадут государственное управление в руки немногих[205]. (2) Законопроект Пифодора был приблизительно следующий: «Народу предлагается в дополнение к имеющимся уже налицо десяти пробулам[206] выбрать еще новых двадцать из людей в возрасте свыше сорока лет от роду, всех этих лиц привести к присяге в том, что они действительно будут предлагать меры, какие почтут наилучшими для государства, и вменить им в обязанность составить законопроект о мерах спасения. (3) При этом и из остальных граждан всякому желающему предоставляется право вносить письменные предложения, для того чтобы эти лица из всего этого имели возможность выбирать наилучшее».

Клитофонт[207] со своей стороны заявил, что вполне соглашается с предложением Пифодора, но внес еще дополнительно письменное предложение о том, чтобы избранные лица сверх того рассмотрели отеческие законы, которые издал Клисфен, когда устанавливал демократию, и чтобы, заслушав также и их, приняли наилучшее решение — потому, говорил он, что государственный строй Клисфена был не демократический, а близкий к Солонову[208].

(4) Избранные прежде всего внесли предложение, чтобы пританам[209] вменено было в обязанность ставить на голосование все заявления, имеющие в виду благо государства; затем они приостановили действие жалоб на противозакония[210], заявлений чрезвычайного характера[211], требований явиться к ответу[212], чтобы все желающие из афинян имели возможность подавать советы о поставленных вопросах. К этому присовокупили, что если кто-нибудь за такое предложение станет налагать взыскание, требовать к ответу или привлекать к суду, то его действия подлежат экстренному обжалованию[213], и сам он подвергается аресту и приводу к стратегам, а стратеги в свою очередь обязаны препроводить его к одиннадцати[214] для предания его смертной казни.

(5) После этого комиссия наметила следующий план государственного устройства: деньги, поступающие в казну, воспрещается расходовать на что бы то ни было кроме войны[215], все должностные лица исправляют свои обязанности безвозмездно, пока будет длиться война, за исключением девяти архонтов и пританов, какие только будут на этом посту[216]; они будут получать каждый по три обола в день. Все вообще политическое управление поручается тем из афинян, кто оказывается наиболее способным служить государству как лично, так и материально, в количестве не менее пяти тысяч[217] на все время, пока будет длиться война. Им предоставляется полномочие заключать также и договоры с кем найдут нужным. А в данный момент из каждой филы надлежит выбрать десять лиц, имеющих свыше 40 лет от роду, с тем чтобы они, принеся присягу над взрослыми[218] жертвенными животными, составили список пяти тысяч граждан.

30. Вот какой законопроект составила эта избранная комиссия.

Когда он был утвержден, пять тысяч избрали из своей среды сто человек для составления проекта государственного устройства.

Выборные составили и внесли на рассмотрение следующий проект. (2) Членами Совета состоят в течение года лица в возрасте свыше тридцати лет от роду совершенно безвозмездно. В состав их входят стратеги, девять архонтов, гиеромнемон[219], таксиархи, гиппархи, филархи, коменданты крепостей[220], десять казначеев священной казны богини[221] и прочих богов, казначеи эллинской[222] казны и казны светского назначения в числе двадцати, которые должны распоряжаться денежными суммами, гиеропеи[223] и попечители[224] по десяти тех и других. Выборы всех их производятся из предварительно намеченных кандидатов, причем кандидаты намечаются из действующего в данное время состава Совета в большем чем требуется числе. А на все остальные должности избираются по жребию, но не из состава Совета. Только казначеи эллинской казны, заведующие денежными суммами, не принимают участия в заседаниях Совета[225]. (3) Советов на будущее время образуют четыре[226] из означенного возраста, и каждый из них заседает по очереди в том порядке, как укажет жребий. Также и остальных граждан[227] распределяют на каждую смену. Далее, упомянутые сто лиц распределяют самих себя и всех остальных[228] на четыре части, по мере возможности равномерно, и устанавливают по жребию очередь. Все они в течение года несут обязанности членов Совета. (4) Они имеют суждение о том, как, по их мнению, лучше всего устроить финансы, чтобы они сберегались в сохранности и расходовались на необходимые нужды, а также и об остальных вопросах со всей возможной тщательностью. В тех же случаях, когда найдут нужным обсудить какой-нибудь вопрос в большем составе, каждый имеет право приглашать еще в качестве особо приглашенных кого пожелает из лиц того же возраста[229]. Заседания Совета устраивают каждую пятидневку, если не требуется чаще[230]. (5) Выбирают по жребию ту или иную группу Совета[231] девять архонтов, а подсчет голосов производят пять лиц, избранных по жребию из состава Совета, и из этих пяти выбирается по жребию на каждый день один[232], который должен ставить вопросы на голосование. Эти же пять лиц, избранных по жребию, распределяют по жребию очередь между желающими получить аудиенцию в Совете[233], во-первых, по делам религии, во-вторых, для герольдов, в-третьих, для посольств, в-четвертых, по всем остальным делам. Что же касается военных дел, то в случае надобности стратеги имеют право внести их вне очереди и поставить на обсуждение Совета. (6) Кто из членов Совета не явится в заранее объявленное время в Совет, облагается штрафом в одну драхму[234] за каждый пропущенный день, если только на такое отсутствие не имеет разрешения Совета.

31. Вот какой план государственного устройства составили они на будущее время, а на текущий момент следующий: Совет состоит из четырехсот членов, согласно заветам отцов, по сорока из каждой филы. Их избирают члены фил из предварительно намеченных кандидатов[235] — из лиц, имеющих свыше тридцати лет от роду. Эти члены Совета назначают властей и устанавливают порядок, в котором те должны принести присягу. В вопросах, касающихся законов, принятия отчетов и всего прочего они действуют так, как находят полезным. (2) Что касается законов о государственных порядках, то члены Совета применяют все, какие изданы, и не имеют права изменять их или издавать иные. Что же касается стратегов, то в данный момент следует производить выборы их из всех пяти тысяч, а Совет, когда станет у власти, должен сделать смотр граждан, носящих полное вооружение[236], и выбрать десятерых лиц и секретаря к ним. Эти избранные лица[237] исправляют обязанности в течение наступающего года с неограниченными полномочиями, а в случае надобности обсуждают дела совместно с Советом. (3) Кроме того, выбирают одного гиппарха и десятерых филархов[238]. А впредь избрание должен производить Совет согласно с вышеизложенным[239]. Из всех вообще должностей, кроме членов Совета и стратегов, не разрешается никому — ни этим лицам, ни кому бы то ни было другому — занимать одну и ту же должность более одного раза. А на будущее время, чтобы весь состав Четырехсот был поделен на четыре очереди, комиссия ста должна заняться их распределением, когда явится возможность заседать им в Совете вместе с остальными[240].

32. Вот какой план государственного устройства составила эта комиссия из ста лиц, избранных пятью тысячами. Затем Аристомах[241] поставил этот законопроект на голосование, и он был утвержден народом. Совет, что был при архонте Каллии[242], прежде чем истек срок его полномочий, был распущен в месяце фаргелионе[243] 14-го числа; Четыреста же вступили в исполнение своих обязанностей 22 фаргелиона. А избранному бобами[244] Совету полагалось вступать в исполнение обязанностей 14 скирофориона[245].

(2) Так установилась олигархия при архонте Каллии[246], сто приблизительно лет спустя после изгнания тиранов[247]. Руководящая роль в этом деле принадлежала главным образом Писандру, Антифонту и Ферамену[248], людям, которые не только были благородного происхождения, но еще и пользовались репутацией выдающихся по уму и образу мыслей. (3) Когда был введен этот государственный строй, пять тысяч были избраны только для виду, на самом же деле правили государством, войдя в здание Совета, Четыреста вместе с десятью лицами, облеченными неограниченными полномочиями. Они, между прочим, отправили посольство к лакедемонянам и предлагали прекратить войну на условии сохранения обеими сторонами того, чем они в то время владели. Но так как те не соглашались иначе как при условии, чтобы афиняне отказались от владычества на море, то они так и оставили свое намерение.

33. Государственный строй Четырехсот продержался, может быть, месяца четыре. В течение двух месяцев архонтом был из их среды Мнесилох — в год архонтства Феопомпа[249], который исполнял эти обязанности в течение остальных десяти месяцев. Тут афиняне потерпели поражение в морской битве близ Эретрии[250], а затем отпала вся Эвбея кроме Орея[251]. Афиняне были удручены этим несчастьем более, чем всеми прежними: в это время с Эвбеи они получали больше доходов, чем из Аттики. Поэтому они низвергли правительство Четырехсот и передали правление пяти тысячам из лиц, имеющих тяжелое вооружение; при этом они постановили, чтобы никакая должность не оплачивалась жалованьем. (2) Главная роль в низвержении принадлежала Аристократу[252] и Ферамену, которые были недовольны тем, как шло дело под руководством Четырехсот — именно тем, что это правительство все дела решало самостоятельно, ничего не передавая на рассмотрение пяти тысяч. В эту пору, по-видимому, у афинян было действительно хорошее управление: шла непрерывно война, и руководство государством принадлежало тем, кто обладал тяжелым вооружением.

XII. Конец войны

(Гл. 34)

34. Вскоре[253] у этого правительства народ отнял власть. Затем на шестой год после низвержения Четырехсот, при архонте Каллии из Ангелы[254], произошло морское сражение при Аргинуссах. Тут прежде всего были подвергнуты суду десять стратегов, победивших в сражении, все зараз одним общим голосованием — в том числе даже и такие, которые или вовсе не участвовали в сражении, или же спаслись на чужом корабле. Это произошло вследствие того, что народ был обманут людьми, которые нарочно вызвали его гнев[255]. Когда затем лакедемоняне хотели уйти из Декелеи[256] и предлагали заключить мир на условии сохранения обеими сторонами своих тогдашних владений, некоторые энергично поддерживали это предложение, но народ не послушался, обманутый Клеофонтом[257], который явился в Народное Собрание пьяный и одетый в панцирь и помешал заключению мира, говоря, что не допустит этого иначе как при условии, чтобы лакедемоняне вернули все города[258].

(2) Афиняне тогда не сумели воспользоваться надлежащим образом обстоятельствами, но по прошествии недолгого времени они поняли свою ошибку. Именно, в следующем году, при архонте Алексии[259], они потерпели неудачу в морском сражении при Эгоспотамах, в результате чего Лисандр[260] взял в свои руки всю власть над государством и установил правление Тридцати при следующих обстоятельствах. (3) Мир был заключен у афинян на том условии, чтобы они управлялись по заветам отцов. И вот демократы старались сохранить демократию, а из знатных одна часть — люди, принадлежавшие к гетериям[261], и некоторые из изгнанников, вернувшиеся на родину после заключения мира[262], — желала олигархии. Другая часть — люди, не состоявшие ни в какой гетерии, но вообще по своей репутации не уступавшие никому из граждан, — думала о восстановлении отеческого строя. К числу их принадлежали Архин[263], Анит[264], Клитофонт[265], Формисий и многие другие, а главную роль между ними играл преимущественно Ферамен[266]. Когда же Лисандр принял сторону приверженцев олигархии, народ в страхе был вынужден голосовать за олигархию. В письменном виде внес проект постановления Драконтид из Афидны[267].

XIII. Правление Тридцати

(Гл. 35—37)

35. Вот каким образом Тридцать[268] стали у власти, при архонте Пифодоре[269]. Взяв в свои руки управление государством, они не стали считаться ни с какими постановлениями, касающимися государственного устройства. Они назначили пятьсот членов Совета и прочих должностных лиц из предварительно намеченной тысячи кандидатов и, избрав сверх того в помощники себе десятерых правителей Пирея[270], одиннадцать стражей тюрьмы[271] и триста биченосцев в качестве служителей[272], распоряжались государством по своему усмотрению.

(2) Первое время они проявляли умеренность по отношению к гражданам и делали вид, что стремятся к восстановлению отеческого строя. Они велели убрать из Ареопага законы Эфиальта и Архестрата[273] относительно ареопагитов и из законов Солона те, которые возбуждали спорные толкования, а также отменили предоставленное судьям право окончательного разрешения спорных вопросов[274]. Этим самым они как будто восстановляли государственный строй и делали его свободным от всяких споров. Например, закон о праве каждого отдать свое имущество кому он пожелает они утвердили безусловно, а осложняющие дело оговорки к нему — «буде он не лишился рассудка, не выжил из ума от старости или не подпал под влияние женщины»[275] — отменили, чтобы не было повода для придирок со стороны сикофантов[276]. Одинаково делали это и в остальных случаях.

(3) Так вот с самого начала они держались такого образа действий, устраняли сикофантов и людей, подлаживавшихся в речах своих к народу вопреки его настоящим интересам, аферистов и негодяев, и государство радовалось этому, думая, что они делают это во имя высших интересов. (4) Но, когда они укрепили власть свою в государстве, они не стали щадить никого из граждан, но убивали всех, кто только выдавался по состоянию или по происхождению или пользовался уважением. Так делали они, стараясь незаметно устранять опасные элементы и желая грабить их имущество. Так за короткое время они погубили не менее полуторы тысячи человек.

36. Когда таким образом в государстве дела стали идти все хуже и хуже, Ферамен, возмущенный происходившим, стал уговаривать[277] своих сотоварищей прекратить такой необузданный образ действий и допустить к участию в делах правления лучших людей. Они сначала воспротивились этому, но потом, когда распространились в народе слухи о речах Ферамена и к нему стало сочувственно относиться большинство населения, они испугались, чтобы он не сделался простатом народа и не низверг их господства. Поэтому они составляют список, включая в него три тысячи граждан, под видом того, что хотят допустить их к участию в государственном управлении.

(2) Но Ферамен опять-таки возражал и против этого — во-первых, с той точки зрения, что они, желая дать место благородным людям, дают его только трем тысячам, как будто именно в этом числе сосредоточено все благородство, затем он указывал на то, что они совершают две прямо противоположные вещи — основывают власть на насилии и в то же время делают ее слабее подчиненных. Тридцать не придали значения его словам, а обнародование списка трех тысяч долгое время откладывали и хранили у себя имена намеченных, а если иногда и приходили к решению опубликовать его, то некоторых из занесенных в него начинали вычеркивать и вписывать вместо них кого-нибудь нового.

37. Наступила уже зима, когда Фрасибул с изгнанниками занял Филу[278]. Тридцать вывели было против них свою армию, но вернулись, потерпев неудачу. После этого они решили всех вообще граждан обезоружить, а Ферамена погубить[279] следующим образом. Они внесли в Совет два законопроекта и предложили их голосовать. Из этих законопроектов один давал полномочия Тридцати казнить любого из граждан, не принадлежащих к списку трех тысяч, а другой лишал политических прав при настоящем государственном строе тех лиц, которые или участвовали в срытии стены в Этионее[280] или оказали в чем-нибудь сопротивление Четыремстам[281], установившим первую олигархию. В том и другом как раз принимал участие Ферамен. Таким образом, в случае утверждения этих законопроектов он оказывался исключенным из гражданского состава и Тридцать получали право казнить его. (2) После казни Ферамена они отобрали оружие у всех, кроме трех тысяч, и вообще во всех отношениях стали проявлять еще в большей степени жестокость и злодейские наклонности[282]. Отправив послов в Лакедемон, они обвиняли Ферамена[283] и просили себе помощи. Выслушав этих послов, лакедемоняне послали гармостом[284] Каллибия с отрядом приблизительно в семьсот воинов. Они пришли и стали гарнизоном на Акрополе.

XIV. Восстановление демократии

(Гл. 38—40)

38. После этого, когда граждане, наступавшие из-под Филы, заняли Мунихию[285] и победили в сражении Тридцать[286] вместе с их сторонниками, пришедшими им на подмогу, городское население, возвратившись по миновании опасности, собралось на следующий день на площадь и низложило власть Тридцати; тут оно избрало десятерых[287] из граждан и дало им неограниченные полномочия для прекращения войны. Однако, взяв в свои руки власть, эти лица не принимали никаких мер к осуществлению того, для чего были избраны; наоборот, они посылали в Лакедемон с просьбой оказать им помощь и ссудить деньгами. (2) Но так как это возбудило негодование тех, кто имел гражданские права, то они, боясь лишиться власти и желая навести на всех страх (что и случилось), схватили Демарета, человека далеко не заурядного среди граждан, и казнили. После этого они крепко держали в своих руках управление благодаря содействию Каллибия и бывших там пелопоннесцев, а кроме того и некоторых лиц, принадлежавших к сословию всадников. Дело в том, что некоторые из всадников более других граждан старались помешать возвращению эмигрантов из Филы.

(3) Когда же на сторону граждан, занявших Пирей и Мунихию, перешел весь народ и эта партия стала одолевать в войне, тогда в городе низложили коллегию десятерых этого первого избрания и избрали новых десятерых — таких, которые пользовались репутацией наилучших людей[288]. При них-то и при их энергичном содействии состоялось примирение между сторонами и возвратилась демократическая партия. Руководящую роль среди них играли преимущественно Ринон из Пеании[289] и Фаилл из Ахердунта[290]. Они еще до прихода Павсания[291] стали вести переговоры с находившимися в Пирее, а после его прихода общими стараниями добились возвращения изгнанников. (4) Окончательно водворил мир и уладил заключение договора лакедемонский царь Павсаний совместно с десятью[292] посредниками, прибывшими позднее из Лакедемона по его настоянию. Комиссия Ринона заслужила одобрение[293] за сочувственное отношение к народу. Хотя члены ее взяли дела в свои руки при олигархии, им удалось благополучно сдать отчет при демократии, и никто не выставил против них никакого обвинения, ни из тех, которые оставались в городе, ни из тех, которые вернулись из Пирея. Наоборот, за свои заслуги в этом деле Ринон был даже выбран сейчас же в стратеги.

39. Примирение состоялось, при архонте Эвклиде[294], на следующих условиях: из афинян, остававшихся в городе, всем, желающим выселиться, предоставляется право жить в Элевсине[295] с сохранением всех гражданских прав, полной свободы, самоуправления и правом пользоваться доходами от своего имущества[296]. (2) Что касается храма[297], то доступ к нему должен быть предоставлен одинаково тем и другим, а попечение о нем должно лежать на обязанности Кериков и Эвмолпидов[298] по отеческим заветам. Далее, ни жителям Элевсина не дозволяется приходить в город, ни жителям города в Элевсин[299]; разрешается это тем и другим только во время мистерий. Вносить подати с доходов в союзную казну[300] элевсинцы должны наравне с остальными афинянами. (3) А буде кто-нибудь из лиц, собирающихся переселиться, пожелает занять дом в Элевсине, он должен получить на это согласие от владельца; в случае же невозможности достигнуть соглашения каждая сторона должна выбрать троих оценщиков, и какую цену назначат эти последние, такую и следует брать. Из элевсинцев предоставляется жить с ними тем, кого они сами пожелают к себе пустить. (4) Запись желающих выселиться должна быть произведена для тех, кто находится в наличности, в течение десяти дней, после того как принесут присягу[301], а выезд должен последовать в течение двадцати дней; для тех же, которые находятся в отъезде, остаются те же условия, считая с момента их возвращения. (5) Человек, проживающий в Элевсине, не имеет права занимать никакой должности в Афинах, пока не запишется снова на жительство в городе. Дела об убийстве должны вестись по отеческим заветам — в случае, если кто-нибудь собственноручно убил или ранил человека[302]. (6) За прошлое никто не имеет права искать возмездия ни с кого, кроме как с членов коллегий Тридцати, Десяти, Одиннадцати и правителей Пирея, да и с них нельзя искать, если они представят отчет. А представить отчет правившие в Пирее должны перед гражданами в Пирее, правившие в Афинах — перед собранием из лиц, могущих показать имущественный ценз[303]. После этого желающим предоставляется право выезда. Что касается денег, которые занимали на войну, то каждая сторона должна выплатить их самостоятельно.

40. Когда состоялось такое соглашение, люди, воевавшие на стороне Тридцати, находились в страхе. Многие думали выселяться, но откладывали запись на последние дни, как это обыкновенно все делают; тогда Архин[304], увидав их многочисленность и желая удержать их, закрыл запись в остававшиеся дни, так что многие поневоле вынуждены были оставаться, пока понемногу не успокоились.

(2) И по-видимому Архин правильно поступил как в этом отношении, так и в том, что после этого он обжаловал как противозаконный проект Фрасибула, в котором тот предлагал дать гражданские права всем участникам возвращения из Пирея (в числе их некоторые были заведомо рабы); наконец, еще в том, что, когда кто-то из возвратившихся начал искать возмездия за прошлое, он велел арестовать его и, приведя в Совет, убедил казнить без суда[305]. Он объяснял, что теперь членам Совета предстоит показать, хотят ли они спасать демократию и соблюдать присягу: если отпустят этого человека, то это будет поощрением и для остальных, если же казнят, это будет примером для всех. Так и случилось. После его казни уже никто никогда потом не искал возмездия за прошлое. Наоборот, афиняне, кажется, превосходно и в высшей степени дальновидно с политической точки зрения воспользовались и в частных и в общественных отношениях пережитыми несчастьями. (3) Они не только пресекли обвинения по делам о прошлом, но и возвратили из общих средств лакедемонянам те деньги, которые Тридцать[306] заняли для войны, хотя договор[307] предлагал обеим партиям отдавать порознь — партии города и партии Пирея. Они видели в этом первое, что должно служить началом для взаимного согласия. Между тем в остальных государствах демократия в случае своей победы не только не добавляет своих денег на общие расходы, но еще и производит раздел земли[308]. (4) Примирились они и с теми, которые поселились в Элевсине, на третий год после выселения, при архонте Ксененете[309].

XV. Обзор политических преобразований

(Гл. 41)

41. Это произошло позднее, а в тот момент народ, сделавшись владыкой государства, установил существующий поныне[310] государственный строй, при архонте Пифодоре[311]. Было очевидно, что народ имел полное право взять в свои руки государственную власть, так как он собственными силами добился своего возвращения.

(2) Это было по счету одиннадцатое преобразование. Первым с самого начала было преобразование, когда переселился Ион[312] со своими сподвижниками. Тогда впервые жители были распределены по четырем филам и учредили должность филобасилевсов[313]. Вторым преобразованием, первым после этого, имевшим вид правильного государственного строя, было преобразование, сделанное при Фесее[314]. Оно немного отклонялось от самодержавного[315] строя. После него было преобразование при Драконте — то самое, при котором впервые опубликовали законы[316]. Третьим было преобразование при Солоне после смуты, то самое, с которого началась демократия. Четвертым — тирания при Писистрате. Пятым было после низвержения тиранов преобразование при Клисфене, более демократичное, чем Солоново. Шестым было преобразование после мидийских войн, когда главенство принадлежало совету Ареопага. Седьмым было следующее за ним преобразование, которое наметил Аристид, а осуществил Эфиальт, когда низверг[317] совет Ареопага. При этом устройстве государству пришлось совершать весьма часто ошибки под влиянием демагогов ради поддержания владычества на море. Восьмым преобразованием было установление власти Четырехсот, и после этого девятым — восстановление демократии. Десятым — тирания Тридцати и Десяти. Одиннадцатым — преобразование после возвращения из-под Филы и из Пирея. Со времени возвращения этот порядок сохраняется и до сих пор, причем постоянно дает развиваться власти народных масс. Действительно, народ сам сделал себя владыкой всего, и все управляется его постановлениями и судами, в которых он является властелином[318]. Надо иметь в виду, что судопроизводство Совета перешло к народу. И в этом отношении афиняне, кажется, поступают правильно, потому что немногие скорее поддаются соблазну корысти и личных симпатий, чем большое количество[319].

(3) Плату за посещение народных собраний первоначально[320] решили не вводить, но, когда на собрания не стал собираться народ и пританы[321], должны были придумывать разные ухищрения, чтобы являлось число, достаточное для действительности голосования, сперва Агиррий[322] изыскал средства для платы по одному оболу, а после него Гераклид Клазоменский, по прозвищу Царь[323], — по два обола; потом снова Агиррий — по три обола.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

СОВРЕМЕННЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ АФИНЯН

(Главы 42—69)

I. Гражданские списки и воспитание эфебов

(Гл. 42)

42. Теперешнее[324] государственное устройство имеет следующий характер.

Гражданскими правами пользуются люди, которых родители оба — граждане[325]. Они вносятся в списки демотов[326] по достижении восемнадцатилетнего возраста. Всякий раз, когда производится их запись, демоты решают голосованием под присягой относительно их: во-первых, находят ли, что они достигли положенного законом возраста (в случае отрицательного решения молодые люди опять поступают в разряд несовершеннолетних); во-вторых, свободный ли каждый из них в отдельности и законно ли рожденный. Затем, если его отвергнут, признав несвободным, он имеет право апеллировать в суд. Демоты выбирают в качестве обвинителей пятерых из своей среды, и, если будет признано, что он не имеет права быть записанным, государство продает его в рабство; если же он выиграет дело, демоты обязаны его вписать. (2) После этого вписанных подвергает докимасии[327] Совет и, если окажется, что данное лицо моложе 18 лет, налагает взыскание на демотов, внесших его в список.

После того как эфебы[328] подвергнутся докимасии, отцы их собираются по филам и, принеся присягу, выбирают троих из членов фил в возрасте свыше 40 лет от роду — таких, которые, по их мнению, будут наилучшими и наиболее пригодными, чтобы иметь попечение об эфебах, а из них народ выбирает поднятием рук по одному от каждой филы в качестве софрониста[329] и из всех вообще афинян — космета[330] над всеми. (3) Эти лица, собрав эфебов, прежде всего обходят храмы богов, затем отправляются с ними в Пирей и несут гарнизонную службу — одни в Мунихии[331], другие в Акте.

Далее, народ выбирает для них поднятием рук и двух педотрибов[332] и учителей, которые должны обучать их фехтованию, стрельбе из лука, метанию дротика и спусканию катапальта[333].

На содержание народ выдает софронистам по 1 драхме[334] каждому, а эфебам — по 4 обола каждому. Каждый софронист получает деньги эфебов своей филы, закупает припасы для всех в общее хозяйство (они обедают вместе по филам) и заботится обо всем остальном.

(4) Таким образом они проводят первый год. На следующий же год, после народного собрания в театре, эфебы показывают народу строевые приемы и получают от государства щит и копье. После этого они охраняют границы страны, дежуря все время на сторожевых постах. (5) Гарнизонную службу они исполняют в течение двух лет, нося хламиды[335], и на это время освобождаются от всех повинностей[336]. Перед судом они не выступают ни в качестве ответчиков, ни в качестве истцов, чтобы не было повода отлучаться — разве только возникнет дело о наследстве или наследнице[337], или если кому-нибудь придется в его роде выполнять жреческие обязанности. По истечении этих двух лет они становятся уже на один уровень с остальными гражданами.

II. Порядок избрания должностных лиц. Совет Пятисот и Народное Собрание

(Гл. 43—46)

43. Вот как обстоит дело с внесением граждан в списки и с положением эфебов.

На все вообще должности, входящие в круг обычного управления, афиняне выбирают кандидатов по жребию, за исключением казначея воинских сумм[338], заведующего зрелищным фондом[339] и попечителя водопроводов. На эти должности избирают поднятием рук, и избранные таким порядком исполняют обязанности от Панафиней до Панафиней[340]. Кроме того, поднятием рук избирают и на все военные должности[341].

(2) Совет состоит из пятисот членов, избираемых по жребию, по 50 от каждой филы. Обязанности пританов исполняет каждая из фил[342] по очереди, как выпадет жребий, первые четыре — по 36 дней каждая, а следующие шесть — по 35 дней каждая (как известно, афиняне считают год по луне)[343]. (3) Те из состава Совета, которые несут обязанности пританов, имеют общий стол в фоле[344], получая на это деньги от государства[345]. Затем, они собирают и Совет и народ — Совет ежедневно, кроме неприсутственных дней[346], а народ — четыре раза в каждую пританию. При этом они составляют программу, сколько дел и что именно предстоит обсуждать Совету в каждый день и где должно происходить заседание[347]. (4) Кроме того, они назначают и Народные Собрания[348]. Одно — главное, в котором полагается производить проверку избрания властей — находит ли народ их распоряжения правильными, затем обсуждать вопросы относительно продовольствия и защиты страны; далее, в этот день могут делать чрезвычайные заявления[349] все желающие; наконец, полагается читать описи конфискуемых имуществ и заявления об утверждении в правах наследства и о наследницах, чтобы все были осведомлены о каждом открывшемся наследстве. (5) В шестую пританию[350] кроме означенного пританы ставят на голосование поднятием рук еще вопрос относительно остракисма — находят ли нужным производить его или нет, затем предложения предварительных приговоров[351] против сикофантов от афинян и от метеков, не более трех от тех и других; наконец, такие дела, когда кто-нибудь, дав то или иное обещание народу, не выполнит его.

(6) Другое Народное Собрание назначают для рассмотрения ходатайств; тут всякий желающий, возложив молитвенную ветвь[352], может рассказать народу о каких пожелает личных или общественных делах. Остальные два Народных Собрания отводятся для всех прочих дел. На них законы повелевают обсуждать три дела по вопросам религии, три дела по докладам герольдов и посольств, три — по вопросам светского характера. Обсуждают иногда и без предварительного голосования[353]. Обращаются же и герольды и послы прежде всего к пританам; точно так же и лица, приносящие письма, передают их им.

44. Председателем[354] пританов бывает одно лицо, избранное по жребию. Оно состоит председателем в течение ночи и дня, и нельзя ни пробыть в этой должности дольше, ни дважды занимать ее одному и тому же человеку. Председатель хранит ключи от храмов[355], в которых находятся казна и документы государства и государственная печать. Он обязан все время оставаться в фоле, равно как и третья часть пританов, которой он прикажет. (2) И когда пританы соберут Совет или народ, он избирает жребием девять проэдров[356], по одному из каждой филы, за исключением той, которая несет обязанности пританов, и из их среды, в свою очередь, одного председателя[357] и передает им повестку. (3) Последние, получив ее, следят за порядком и объявляют вопросы, подлежащие обсуждению, ведут подсчет голосов и распоряжаются вообще всеми делами; они имеют право и распустить собрание. Быть председателем[358] нельзя более одного раза в год, а проэдром можно быть однажды в каждую пританию.

(4) Кроме того, пританы производят в народном собрании выборы стратегов, гиппархов и прочих властей, имеющих отношение к войне[359], сообразно с тем, как решит народ. Эти выборы производят пританы, исполняющие обязанности после шестой притании, — те, в чье дежурство будет благоприятное знамение[360]. Но и об этом должно состояться предварительное постановление Совета.

45. В прежнее время Совет имел право подвергать денежному взысканию[361], заключать в тюрьму и казнить…[362] И вот он препроводил к государственному палачу Лисимаха[363], и, когда этот последний сидел уже в ожидании казни, его освободил Эвмелид[364] из Алопеки, заявив, что ни одного гражданина нельзя казнить без приговора суда. Когда состоялось разбирательство дела в суде, Лисимах был оправдан — он получил прозвание «из-под дубины»[365], а народ отнял у Совета право предавать смертной казни, заключать в оковы и налагать денежные взыскания[366]. Он установил закон, что если Совет признает кого-нибудь виновным или наложит взыскание, то эти обвинительные приговоры и взыскания фесмофеты[367] должны представлять на рассмотрение суда, и то, что постановят судьи, должно иметь законную силу.

(2) Далее, Совет судит большинство должностных лиц и особенно тех, которые распоряжаются денежными суммами. Но его приговор не имеет окончательной силы и может быть обжалован в суде. Также и частным лицам предоставляется право подавать заявления относительно любого из должностных лиц, обвиняя его в том, что оно поступает противозаконно. Но и этим должностным лицам, в случае если Совет призна́ет их виновными, возможна апелляция в суд.

(3) Помимо всего этого Совет производит докимасию[368] кандидатов в члены Совета на следующий год и девяти архонтов. Притом прежде он имел право окончательного отвода кандидатов, теперь же им предоставляется право апеллировать в суд[369].

(4) Вот те случаи, в которых решение Совета не имеет окончательной силы. Он составляет предварительные заключения для внесения в народное собрание, и народ ни по какому вопросу не может вынести постановления, если об этом не состоялось предварительного заключения Совета или если этого не поставили на повестку пританы. В силу этого всякий, кто проведет какой-нибудь законопроект без соблюдения этих условий, подлежит обвинению в противозаконии[370].

46. Далее, Совет следит и за построенными триэрами[371], за оснасткой их и за корабельными парками[372], строит новые триэры или тетреры[373], в зависимости от того, какой из этих двух видов решит построить народ, дает им оснастку и строит парки. А строителей для кораблей выбирает народ поднятием рук. Если Совет не передаст этого в готовом виде новому составу Совета, он не может получить полагающуюся награду[374], так как ее получают при следующем составе Совета. Для постройки триеры он избирает из своей среды десять человек в качестве строителей триэр.

(2) Наконец, Совет наблюдает и за всеми общественными зданиями и, если найдет тут проступок с чьей-нибудь стороны, о виновном докладывает народу и, дав заключение о его виновности, передает дело в суд.

III. Совет и администрация

(Гл. 47—54)

47. Далее, Совет распоряжается большинством дел совместно с остальными властями.

Прежде всего есть десять казначеев Афины[375]. Избираются они жребием по одному из каждой филы — из класса пентакосиомедимнов, согласно закону Солона (этот закон все еще сохраняет силу), но в действительности исправлять должность может всякий, кому выпадет жребий, хотя бы он был очень беден. Они принимают статую Афины[376] и изображения Ник[377], все вообще убранство[378] и казну в присутствии Совета.

(2) Далее, есть десять полетов[379]. Избираются они жребием по одному из каждой филы. Они заключают все арендные контракты[380], устраивают торги на разработку рудников[381] и на сбор податей совместно с казначеем воинской казны[382] и лицами, избранными для заведования зрелищным фондом[383], в заседании Совета, а потом утверждают за теми, кому Совет определит поднятием рук, отданные с торгов рудники как приносящие доход — их сдают на три года, так и условно[384] предоставленные — их сдают в аренду на десять[385] лет. Кроме того, они продают с торгов в заседании Совета также имущество преступников, осужденных судом Ареопага[386], и прочих, а утверждают это девять архонтов. Равным образом, они передают Совету сведения и о податях, отданных на откуп[387] на один год, причем записывают на выбеленных табличках[388] имя откупщика и цену, за какую он взял откуп. (3) Записывают они отдельно в десяти списках, кому надо вносить каждую пританию, отдельно тех, которые должны платить трижды в год, причем для каждого взноса составляют особый список, отдельно тех, которым приходится вносить в девятую пританию[389]. Кроме того, они публикуют списки земельных участков и домов, конфискованных и отданных в аренду через суд[390]. Дело в том, что и на это устраивают торги они же. За дома надо вернуть стоимость в течение пяти лет, а за земельные участки — в течение десяти лет. Вносят эти деньги в девятую пританию.

(4) Докладывает Совету также и басилевс о сдаче в аренду священных участков[391], причем заносит их на выбеленные таблички. Равным образом, и они сдаются в аренду на десять лет, а взносы делаются в девятую пританию; потому-то в эту пританию собирается наибольшее количество денег.

(5) Итак, в Совет вносятся списки, распределенные по срокам платежей, а хранит их государственный секретарь[392]. Всякий раз, как наступает срок платежа денег, он достает с полок те списки, по которым в этот день должны быть внесены и вычеркнуты деньги, и передает их аподектам[393]. А остальные лежат отдельно, чтобы не были вычеркнуты преждевременно.

48. Затем есть десять аподектов[394], избираемых жребием по филам. Получив списки, они отмечают вносимые деньги в присутствии Совета в булевтерии[395] и возвращают списки обратно государственному секретарю. Таким образом, если кто-нибудь пропустит срок платежа, его имя там записано, и он должен вносить сумму долга в двойном размере или, в противном случае, подвергнуться заключению. Взыскивать это, равно как и заключить неисправного в тюрьму, Совет имеет по законам безапелляционное право[396]. (2) Один день аподекты принимают все взносы и распределяют их между должностными лицами, а на следующий день докладывают об этом распределении, записав его на доску; потом они читают по порядку в здании Совета и предлагают в заседании Совета высказаться, если кто знает, что тот или другой человек — должностное или частное лицо — повинен в неправильном распределении, и, если кого-нибудь находят виновным в каком-либо проступке, ставят вопрос о нем на голосование.

(3) Еще избирают члены Совета из своей среды десять логистов[397], которые обязаны проверять отчетность у должностных лиц в каждую пританию. Далее, они избирают жребием эвфинов[398] по одному из каждой филы и по два товарища при каждом из эвфинов, которые должны в дни собраний[399] заседать возле эпонима[400] каждой филы. И если у одного из сдавших отчет перед судом кто-нибудь пожелает в течение трех дней после сдачи потребовать нового отчета по частному или государственному делу, он пишет на выбеленной дощечке имя свое, имя обвиняемого и проступок, в котором его обвиняет; обозначает также наказание, которое находит для него нужным, и подает эвфину. (5) Последний, приняв это заявление, рассматривает его и, в случае если признает обвинение основательным, передает частные дела на разбирательство судьям по демам[401], которые разбирают тяжбы этой филы, а дела государственного значения препровождает со своим заключением фесмофетам[402]. Фесмофеты, в свою очередь, если примут такое заявление, вторично вносят эту отчетность на рассмотрение в суд, и что призна́ют судьи, то имеет окончательную силу.

49. Кроме того, Совет подвергает докимасии и лошадей и, если найдет, что человек, имеющий хорошую лошадь, плохо ее содержит, штрафует его в размере содержания. А тем лошадям, которые не могут идти за хозяином или настолько не приучены[403], что не хотят стоять смирно, накладывают на челюсть клеймо в виде круга, и лошадь, у которой сделана такая пометка, считается негодной. Совет подвергает докимасии и конных разведчиков, выбирая подходящих, по его мнению, для этой службы людей, и, если кого забракует поднятием рук, тот сходит с коня[404]. Подвергает докимасии и пехотинцев-кавалеристов[405], и, если кого отвергнет поднятием рук, тот лишается жалованья.

(2) Всадников заносит в списки учетная комиссия[406] — десять человек, избираемых народом поднятием рук. Перечень записанных они передают гиппархам[407] и филархам, а эти, в свою очередь, получив список, докладывают его Совету. Там они вскрывают таблицу, в которой запечатан список имен всадников[408]. Если при этом кто-нибудь из числа записанных уже прежде будет под присягой заявлять, что по состоянию здоровья не может быть всадником, того вычеркивают. Затем вызывают вновь зачисленных и, если кто заявит под присягой, что или здоровье или средства не позволяют ему быть всадником, того отпускают. Относительно же того, кто не приносит такой клятвы, члены Совета решают поднятием рук, пригоден он быть всадником или нет, и, если признают годным, записывают в таблицу, если же нет, то отпускают и его.

(3) Прежде Совет обсуждал также проекты построек и облаченье для статуи Афины[409], а теперь это обсуждает судебная комиссия, взятая по жребию, так как стали находить, что Совет бывал пристрастен в своем суждении. Равным образом, и о сооружении статуй Ники[410] и о наградах на состязаниях на Панафинеях[411] Совет заботится совместно с казначеем воинской казны.

(4) Кроме того, Совет подвергает докимасии инвалидов. Существует закон, который повелевает Совету производить докимасию людей, владеющих имуществом не свыше трех мин[412] и имеющих настолько серьезные телесные недостатки, что не могут заниматься никаким ремеслом. Закон повелевает выдавать этим людям из казны на содержание каждому по два обола[413] в день. И есть у них казначей, избираемый по жребию.

Точно так же и с остальными должностными лицами Совет разделяет, можно сказать, большинство обязанностей.

50. Итак, вот что находится в ведении Совета.

Кроме того, по жребию избираются в качестве заведующих ремонтом храмов десять человек, которые, получая тридцать мин от аподектов[414], ремонтируют наиболее нуждающиеся в этом храмы. (2) Далее, избираются десять астиномов[415]. Из них пять несут обязанности в Пирее, пять — в городе. Они следят за флейтистками[416], арфистками и кифаристками, чтобы нанимались не дороже двух драхм[417], и, если одной и той же станут добиваться несколько человек сразу, они кидают между ними жребий и отдают ее внаймы тому, кому выпадет жребий. Заботятся также и о том, чтобы никто из уборщиков нечистот не сваливал их ближе десяти стадиев[418] от городской стены. Далее, они не позволяют застраивать улицы, перекидывать над улицами балконы, делать висячие желоба, имеющие сток на улицу, и окна, открывающиеся на улицу[419]. Они же хоронят людей, умерших на улице, и имеют для этой цели в своем распоряжении казенных служителей.

51. Избираются по жребию также десять рыночных надзирателей[420] — пять для Пирея, пять для города. На них возлагается законами обязанность наблюдать за всеми товарами, чтобы их продавали без примеси и без подделки.

(2) Еще избираются по жребию десять надзирателей за мерами[421] — пять для города и пять для Пирея. Они наблюдают за всеми мерами и весами, чтобы торговцы употребляли правильные.

(3) Далее, хлебных надзирателей, избирающихся по жребию, раньше было десять — пять для Пирея и пять для города[422], — теперь же их двадцать для города и пятнадцать для Пирея. Они наблюдают прежде всего за тем, чтобы на рынке зерновой хлеб продавался добросовестно; далее, чтобы мельники продавали ячменную муку в соответствии со стоимостью ячменя, а булочники — пшеничный хлеб в соответствии с ценой пшеницы, и притом чтобы булки имели такой вес, какой они им укажут. Закон велит надзирателям устанавливать это.

(4) Далее, избирают по жребию десять портовых попечителей[423]. Им вменяется в обязанность наблюдать за торговыми пристанями, и из приходящего в хлебную пристань хлеба они должны заставлять торговцев две трети доставлять в город.

52. Еще назначают по жребию коллегию одиннадцати. Эти лица должны иметь под своим ведением содержащихся в тюрьме узников и подвергать смертной казни взятых под арест[424] воров, охотников за рабами[425] и грабителей в случае их собственного сознания, а в случае запирательства приводить на суд и, если будут оправданы, отпускать, в случае же осуждения — предавать смерти. Они должны еще представлять в суд описи конфискуемых земельных владений и домов, и те, которые будут признаны казенной собственностью, передавать полетам[426]. Наконец, должны представлять на разбирательство донесения[427] о проступках (этим донесениям дают ход Одиннадцать). Но некоторые из таких донесений вносят и фесмофеты[428].

(2) Затем избирают по жребию и пятерых докладчиков[429], которые дают ход месячным[430] тяжбам, каждый для двух фил. Месячными процессами являются, во-первых, дела о приданом[431], когда кто-нибудь, обязанный вернуть его, не отдает; во-вторых, когда человек, заняв деньги под процент в одну драхму[432], не платит долга; в-третьих, когда кто-нибудь, желая открыть мастерскую на площади, займет у другого средства на обзаведение. Далее, дела об оскорблении, об обществах и товариществах, о рабах и вьючных животных[433], о триэрархиях[434] и денежных операциях. (3) Вот какие дела разбирают эти должностные лица, давая им ход в месячный срок. Аподекты же разбирают дела, возбуждаемые откупщиками[435] и против откупщиков, причем в делах на сумму не свыше десяти драхм их решение имеет окончательную силу, а остальные они вносят в суд для рассмотрения в месячный срок.

53. Избирают по жребию еще и комиссию сорока — по четыре из каждой филы. В этой комиссии возбуждают все остальные иски. Она прежде состояла из тридцати лиц, которые судили, обходя по демам[436], а после олигархии Тридцати их число доведено было до сорока. Дела на сумму не свыше десяти драхм они имеют право решать окончательно, а свыше этой суммы передают диэтетам[437]. (2) Последние принимают дело и, если не в состоянии будут примирить стороны, выносят свое решение. Если обе стороны останутся довольны приговором и согласятся с ним, тяжба прекращается. Если же один из тяжущихся подаст апелляцию в суд, тогда они кладут показания свидетелей, запросы[438] и тексты законов[439] в ящики — отдельно со стороны истца и отдельно со стороны ответчика, запечатывают их и, приложив решение диэтета, написанное на особом листе, передают четырем судьям, разбирающим дела филы ответчика[440]. (3) Последние, приняв этот материал, направляют его в суд: дела на сумму не свыше тысячи драхм — в комиссию двухсот одного, дела свыше тысячи драхм — в комиссию четырехсот одного. Там уже нельзя пользоваться ни законами, ни запросами, ни свидетельскими показаниями помимо тех, которые были представлены у диэтета и положены в ящики.

(4) Диэтетами могут быть люди, которым идет шестидесятый год. Это определяется по архонтам и эпонимам. Дело вот в чем: есть десять эпонимов фил[441] и 42 эпонима возрастов[442]. Прежде, когда производилась запись в эфебы, их имена заносили на выбеленные таблички, причем обозначался архонт, при котором они были записаны, и эпоним диэтетов предыдущего года, а теперь эфебов записывают на бронзовую плиту, и эта плита ставится перед зданием Совета возле эпонимов[443]. (5) Сорок берут последнего из эпонимов[444], распределяют между людьми, записанными под его именем, обязанности судей и определяют по жребию, какие каждый из них должен исполнять. И каждый должен выполнить до конца судейские обязанности, которые ему достанутся. Закон повелевает, чтобы тот, кто не будет диэтетом в соответствующем возрасте, был лишен гражданской чести. Исключение допускается только для тех, кто в этот год исправлял какую-нибудь должность или находился в отъезде. Только такие лица освобождаются от этой повинности.

(6) Можно вносить и чрезвычайные заявления в коллегию диэтетов в случае несправедливости со стороны одного из них. При этом законы повелевают, чтобы тот диэтет, кого они признают виновным, подвергался лишению гражданской чести[445]. Но и такие люди имеют право апелляции. (7) Эпонимами пользуются и для военных походов, и, когда собираются послать известный возраст, вывешивают объявление, с какого архонта и эпонима до какого должны идти в поход.

54. Еще избирают по жребию следующих должностных лиц: пять строителей дорог, которым вменяется в обязанность исправлять пути; для этого они имеют в своем распоряжении казенных рабочих. (2) Далее, десять логистов[446] и при них десять синегоров[447]. Перед ними должны сдать отчет все, кто исправлял какую-либо должность. Это — единственный орган, который контролирует сдающих отчеты и вносит дела об отчетности в суд. И если логисты уличат кого-нибудь в хищении, то судьи признают его виновным в воровстве, и сумма обнаруженного хищения уплачивается в десятикратном размере. Если логисты установят, что кто-нибудь принял подарки, и судьи призна́ют его виновным, то определяют его проступок как взяточничество; уплачивается и за это в десятикратном размере. Если логисты призна́ют кого-нибудь виновным в неправильных действиях, судьи определяют его преступление как злоупотребление, и причиненный ущерб возмещается в настоящей своей стоимости, если виновный выплатит эту сумму до девятой притании[448]; в противном случае она удваивается. Однако десятикратный штраф не удваивается.

(3) Еще избирают по жребию секретаря — так называемого по притании. Он заведует документами и хранит издаваемые постановления, все вообще документы скрепляет своей подписью и находится при Совете во время заседания. Прежде на эту должность выборы производились поднятием рук, и тогда избирали наиболее известных и пользующихся доверием людей. Как известно, на плитах[449] при публикации договоров о союзах, даровании звания проксена[450] и даровании прав гражданства обозначается его имя. А теперь на эту должность стали избирать по жребию[451]. (4) Еще одного секретаря избирают по жребию, чтобы ведать законами. Он состоит при Совете во время заседаний и тоже скрепляет своей подписью все законы. (5) Кроме того, и народ избирает поднятием рук секретаря, который должен читать документы народу и Совету. Этот секретарь не имеет других полномочий кроме обязанности читать.

(6) По жребию избирает народ еще десять гиеропеев[452], так называемых «для искупительных жертвоприношений». Они приносят жертвы как самостоятельно, по назначению оракула, так и совместно с гадателями, когда нужно бывает получить благоприятное знамение. (7) Кроме того, народ избирает по жребию еще других десять, так называемых «годичных». Они совершают некоторые жертвоприношения и заведуют всеми пятилетними празднествами[453], кроме Панафиней[454]. А к числу пятилетних празднеств относятся: во-первых, паломничество на Делос (есть также и семилетнее паломничество туда); во-вторых, Бравронии[455]; в-третьих, Гераклии; в-четвертых, Элевсинии[456]; в-пятых, Панафинеи. Из всех этих празднеств ни одно не совпадает с другим. Теперь прибавились со времени архонта Кефисофонта[457] еще Гефестии.

(8) Наконец, избирают по жребию и архонта на Саламин[458] и демарха в Пирей[459], которые устраивают в том и другом месте Дионисии[460] и назначают хорегов[461]. На Саламине имя этого архонта обозначается и на официальных документах[462].

IV. Архонты

(Гл. 55—59)

55. Итак, означенные должности замещаются по жребию. Выше перечислены также и полномочия, которыми они обладают.

Что же касается так называемых девяти архонтов, то выше было уже сказано, каким образом с самого начала производилось их назначение[463]. В настоящее время[464] избирают по жребию шестерых фесмофетов и секретаря к ним, кроме того, архонта, басилевса и полемарха — одного из каждой филы по очереди. (2) Они подвергаются докимасии[465] прежде всего в Совете пятисот — все, кроме секретаря, а этот последний — только в суде, как и прочие должностные лица (все, избранные и жребием и поднятием рук, вступают в должность лишь после докимасии), девять же архонтов — и в Совете и вторично в суде. При этом в прежнее время тот, кого отвергал на докимасии Совет, уже не мог вступать в должность, теперь же допускается апелляция в суд, и этому последнему принадлежит решающий голос в докимасии.

(3) Когда производят докимасию, прежде всего предлагают вопрос: «Кто у тебя отец и из какого он дема, кто отец отца, кто мать, кто отец матери и из какого он дема?» Затем спрашивают о том, есть ли у него Аполлон Отчий и Зевс Оградный[466] и где находятся эти святыни; далее, есть ли усыпальницы[467] и где они находятся; наконец, исполняет ли он свой долг по отношению к родителям, платит ли подати и отбывал ли военные походы. Допросив об этом, председатель говорит: «Пригласи свидетелей в подтверждение этого». (4) Когда он представит свидетелей, председатель ставит вопрос: «Угодно ли кому-нибудь выступить с обвинением против него?» И, если выступит кто-нибудь обвинителем, он предоставляет слово и для обвинения и для защиты и после того ставит вопрос на голосование — в Совете поднятием рук, а в суде — подачей камешков. Если же никто не пожелает выступить с обвинением, он тотчас же производит голосование. В прежнее время кто-нибудь один опускал в урну камешек[468], а теперь полагается всем подавать голоса о кандидатах, и таким образом, если какой-нибудь кандидат, не имея твердых нравственных устоев, сумеет заставить обвинителей молчать, у судей будет возможность отвергнуть его на докимасии.

(5) Подвергшись докимасии таким образом, избранные идут к камню, на котором положены внутренности закланных жертв (это тот самый камень, с которого приносят присягу и диэтеты[469], когда объявляют свои решения, и свидетели, когда утверждают, что не знают ничего по делу). Взойдя на него, избранные клянутся исполнять обязанности добросовестно и согласно с законами, не принимать подарков за исполнение обязанностей, а если возьмут взятку, посвятить золотую статую[470]. Принеся присягу, они идут оттуда на Акрополь и там снова приносят такую же присягу и только после этого приступают к исполнению обязанностей.

56. Архонт, басилевс и полемарх берут себе каждый двух товарищей по собственному выбору, и эти последние только тогда могут приступить к исполнению обязанностей товарищей, когда пройдут докимасию в суде, а по окончании своей службы они сдают отчет.

(2) Архонт сейчас же по вступлении в должность первым делом объявляет через глашатая, что всем предоставляется владеть имуществом, какое каждый имел до вступления его в должность, и сохранять его до конца его управления[471]. (3) Затем он назначает хорегами для представления трагедий троих наиболее богатых[472] из всех афинян. Прежде же он назначал и на представление комедий пятерых[473], но теперь их избирают филы. Далее, он принимает хорегов, избранных филами на Дионисии[474] для хоров взрослых и мальчиков и для комедий и на Фаргелии[475] для взрослых и мальчиков (на Дионисии они избираются по одному на каждую филу, на Фаргелии же — по одному для двух фил; каждая из двух фил представляет их по очереди); он устраивает между ними обмен имущества[476] и дает ход заявлениям об отказе, который мотивируется или тем, что данное лицо ранее исполняло уже эту литургию, или что оно не подлежит этой литургии, так как только что исполняло другую и еще не истекло время свободы его от повинностей[477], или что не достигло надлежащего возраста: например, лицо, исполняющее обязанности хорега при хоре мальчиков, должно иметь свыше 40 лет от роду. Архонт же назначает и на Делос[478] хорегов и архифеора[479] для тридцативесельного корабля, везущего юношей. (4) Под его ведением находятся процессии: во-первых, та, которая устраивается в честь Асклепия, когда мисты «домовничают»[480], и, во-вторых, на великих Дионисиях[481], когда ему помогают попечители, которых прежде избирал народ поднятием рук в количестве десяти (они должны были покрывать из собственных средств издержки на эту процессию), а теперь избирает жребием по одному из каждой филы, причем дает на оборудование сто мин. (5) Архонт заведует и процессиями в Фаргелии и в честь Зевса-Спасителя[482]. Он же устраивает и состязания на Дионисиях и Фаргелиях. Вот празднества, о которых он имеет попечение.

(6) Кроме того, ему подаются жалобы по государственным и частным делам. Он рассматривает их и направляет в суд. Сюда относятся дела о дурном обхождении с родителями (эти процессы не сопряжены ни с каким взысканием[483] для того, кто хочет выступать обвинителем), о дурном обращении с сиротами (эти направляются против опекунов), о дурном обращении с наследницей (эти направляются против опекунов и мужей), о нанесении ущерба сиротскому имуществу (эти тоже направляются против опекунов), об умопомешательстве, когда кто-нибудь обвиняет другого в том, что он, выживши из ума, расточает свое состояние; дела по избранию ликвидационной комиссии, когда кто-нибудь не желает производить раздел общего имущества; дела об учреждении опеки, по поводу разрешения споров об опекунстве, по поводу предъявления документов, касающихся записи себя опекуном, тяжбы о наследствах и наследницах. (7) Архонт имеет попечение также и о сиротах, о наследницах и о женщинах, которые заявляют, что по смерти мужа остались беременными. При этом он имеет право на виновных налагать дисциплинарные взыскания или привлекать к суду. Далее, он сдает в аренду имущество[484] сирот и наследниц до того срока, пока женщине не исполнится 14 лет, и берет от арендаторов обеспечение. Наконец, он же взыскивает с опекунов содержание, если они не выдают его детям.

57. Вот каковы обязанности архонта.

Басилевс же ведает прежде всего мистериями совместно с попечителями, из которых двоих народ выбирает поднятием рук из всех афинян — одного из Эвмолпидов и одного из Кериков[485]; затем Дионисиями, что на Ленее[486]. Этот праздник состоит из процессии и состязания. Процессию отправляют сообща басилевс и попечители, а состязания устраивает царь единолично. Он устраивает и все состязания с факелами[487]; также и отчими жертвоприношениями он заведует, можно сказать, всеми.

(2) Ему подаются письменные жалобы по делам о нечестии, а также и в тех случаях, когда кто-нибудь оспаривает у другого право на жречество. Затем, он разбирает все споры между родами и жрецами по вопросам богослужения. Наконец, у него возбуждаются все процессы об убийстве, и в его обязанность входит объявлять преступника лишенным покровительства законов.

(3) Процессы об убийстве и нанесении ран, если кто предумышленно убьет или поранит другого, разбираются в Ареопаге[488]; также и дела об отравлении, если кто причинит смерть, давши яду, и дела о поджоге. Это составляет исключительно круг дел, по которым судит совет Ареопага. Дела же о непредумышленных убийствах и об умышлении убийства, а также если кто убьет раба, метека или иностранца, решают судьи, заседающие при Палладии[489]. В тех же случаях, когда человек сам сознается в убийстве, но утверждает, что имел на это право по законам, например потому, что захватил прелюбодея или что убил на войне по ошибке, или во время состязания в борьбе, того судят при Дельфинии[490]; если же кто-нибудь, находясь в изгнании за деяние, по которому возможно примирение[491], обвиняется в том, что убил или ранил еще кого-нибудь, того судят при святилище Фреата[492], а защищается он, подъехав к берегу на лодке[493]. (4) По всем этим делам, за исключением случаев, подлежащих ведению Ареопага, судят эфеты[494], избранные по жребию; руководит такими делами басилевс. Судьи заседают в священном месте под открытым небом, и басилевс во время суда снимает с себя венок[495]. Человек, на ком тяготеет такое обвинение, все это время не допускается к священным местам, и даже на площадь не полагается ему заходить; но в этот момент он вступает в священное место и там говорит в свое оправдание. В тех случаях, когда истец не знает преступника, он начинает дело вообще против причинившего смерть. Тогда судебное разбирательство производит басилевс вместе с филобасилевсами[496] — будут ли тут виновными неодушевленные предметы или живые существа[497].

58. Полемарх совершает жертвоприношение Артемиде-Охотнице[498] и Эниалию[499]; устраивает надгробные состязания в честь павших на войне и совершает поминки в честь Гармодия и Аристогитона[500]. (2) У него же возбуждаются частные судебные процессы, касающиеся метеков, равнообязанных[501] и проксенов[502]. При этом он должен, приняв эти дела, распределить их на десять частей и передать каждой филе указанную жребием часть, а судьи, разбирающие дела данной филы, должны передать их диэтетам[503]. (3) Он самолично ведет в суде тяжбы о нарушении обязанностей по отношению к бывшему хозяину и о неимении простата[504], о наследствах и наследницах у метеков, и вообще полемарх ведает всеми теми делами у метеков, которые у граждан разбирает архонт.

59. Фесмофеты имеют полномочия, прежде всего, назначать, какие судебные комиссии и в какие дни должны творить суд, затем передавать руководство этими комиссиями должностным лицам; эти последние действуют сообразно тому, как укажут фесмофеты. (2) Затем, они докладывают народу о поступивших чрезвычайных заявлениях[505], ставят на рассмотрение дела о смещении должностных лиц путем проверочного голосования[506], всякого рода предложения предварительных приговоров[507], жалобы на противозакония[508] и заявления о том, что предложенный закон непригоден, также и о действиях проэдров и эпистатов[509] и об отчетности стратегов[510]. (3) К ним же поступают жалобы, при которых полагается залог, на незаконное присвоение гражданских прав и на освобождение от такого обвинения путем подкупа, — если кто-нибудь, дав взятку, оправдается по делу о присвоении гражданских прав. Затем, о преступлениях сикофантов, взяточничестве, облыжном внесении в список государственных должников, ложном выступлении на суде в качестве понятого[511], об умышленном неснятии из списка государственных должников, равно как и о невнесении в этот список, о прелюбодеянии. (4) Затем, они ставят на рассмотрение докимасии[512] для всех должностных лиц, дела о лицах, не принятых в дем демотами[513], и обвинительные приговоры Совета[514]. (5) Кроме того, они назначают к рассмотрению и частные иски, касающиеся крупной торговли и рудников, а также относительно рабов, в случае если раб наносит словесное оскорбление свободному человеку. При этом они же распределяют по жребию между должностными лицами судебные комиссии по частным и общественным делам. (6) Они же утверждают соглашения с другими государствами[515] и руководят процессами, проистекающими на основании этих соглашений, и делами о лжесвидетельстве перед Ареопагом[516].

(7) Избрание судей жребием производят все девять архонтов и десятый — секретарь фесмофетов — каждый в своей филе.

V. Афлофеты[517]

(Гл. 60)

60. Такой характер имеет деятельность девяти архонтов.

Наконец, народ избирает по жребию еще десять афлофетов по одному от каждой филы. Они подвергаются докимасии и после этого остаются в должности в течение четырех лет. На их обязанности лежит устраивать процессию на Панафинеях[518], музыкальное состязание[519], гимнастическое состязание, конское ристание, заказывать облачение[520], совместно с Советом заказывать амфоры[521] и давать борцам оливковое масло. (2) Это масло собирается со священных маслин[522]. Его взимает архонт с владельцев земельных участков, на которых растут такие маслины, по полторы котилы[523] с каждого дерева. В прежнее время[524] государство продавало урожай с торгов. А если кто-нибудь выкапывал или срубал священную маслину, его судил совет Ареопага[525], и в случае обвинительного приговора его предавали смертной казни[526]. Но с тех пор как владелец участка платит оливковым маслом, суд уже не применяется, хотя закон остается. Что же касается масла, то оно взимается в пользу государства пропорционально владению, а не по количеству деревьев. (3) Так вот архонт, собрав масло от урожая своего года, передает его казначеям на Акрополь, и он не может вступить в Ареопаг[527], пока не сдаст всего сбора казначеям. Казначеи со своей стороны хранят его до определенного времени на Акрополе, а во время Панафиней выдают его в известном количестве афлофетам, а эти последние — борцам, оказавшимся победителями на состязаниях. Надо иметь в виду, что в качестве наград победителям в музыкальных состязаниях назначаются денежное вознаграждение[528] и золотые вещи, победителям в военных упражнениях — щиты, победителям в гимнастических состязаниях и конских ристаниях — оливковое масло.

VI. Должности, избираемые поднятием рук

(Гл. 61)

61. …[529] Избирают поднятием рук также и на все военные должности, в том числе десятерых стратегов — прежде по одному от каждой филы, а теперь[530] из всего состава граждан. При этом поднятием рук дают им определенное назначение: одному — для гоплитов, и он командует ими, когда они выступают в поход; одному — для своей страны, и он охраняет ее, а если военные действия начинаются в ее пределах, ведет там войну. Двоих назначают для Пирея, в том числе одного — в Мунихию, другого — в Акту[531]. На них возлагается забота об охране всего находящегося в Пирее. Далее, одного назначают для симморий[532]: он составляет списки триерархов[533], устраивает между ними обмен имущества[534] и руководит разбирательством споров между ними. Остальным дают назначения сообразно с текущими обстоятельствами.

(2) В каждую пританию производится проверка избрания стратегов для выяснения того, находит ли народ, что они правильно исполняют обязанности[535]. И если кого отвергнут голосованием, его предают суду и в случае признания виновным определяют наказание, которому он должен подвергнуться, или штраф, который он должен выплатить; если же его оправдают, он продолжает нести свои обязанности. Когда стратеги исполняют обязанности командиров, они имеют право заключить в тюрьму нарушающего дисциплину, изгнать путем объявления через глашатая и наложить дисциплинарное взыскание. Впрочем, обыкновенно они не налагают взысканий.

(3) Поднятием рук избирают еще десятерых таксиархов[536] — по одному из каждой филы. Каждый из них командует гражданами своей филы и назначает лохагов[537].

(4) Поднятием рук избирают и двух гиппархов[538] из всего состава граждан. Они командуют всадниками, причем каждый берет себе по пяти фил. Они имеют ту же власть, как стратеги над гоплитами. Они также подвергаются проверочному голосованию.

(5) Далее, поднятием рук избирают десятерых филархов[539] — по одному от филы; они должны командовать всадниками, как таксиархи гоплитами.

(6) Поднятием рук избирают еще гиппарха на Лемнос[540]; он ведает делами всадников на Лемносе.

(7) Наконец, поднятием рук избирают и казначея «Парала» и отдельно еще для корабля Аммона[541].

VII. Выборы по жребию. Жалованье. Повторность занятия должностей

(Гл. 62)

62. В числе назначаемых по жребию должностных лиц в прежнее время одни избирались из целой филы вместе с девятью архонтами[542], другие, избиравшиеся в храме Фесея, распределялись по демам. Но так как в демах началась торговля местами, то и на эти должности теперь избирают из целой филы, за исключением членов Совета и стражей[543]. Выборы этих последних передают в демы.

(2) Жалованье получает, во-первых, народ за рядовые народные собрания по драхме[544], а за главные — по девяти оболов[545]. Затем, в судах получают по три обола[546]; далее, члены Совета — по пяти оболов, а тем из них, которые несут обязанности пританов, прибавляется на продовольствие один обол. Кроме того, девять архонтов получают на продовольствие по четыре обола каждый, причем они содержат глашатая и флейтиста[547]; затем, архонт, назначаемый на Саламин[548], получает по одной драхме в день. Афлофеты[549] обедают в Пританее в течение месяца гекатомбеона[550], когда справляются Панафинеи, начиная с четвертого числа. Амфиктионы[551], назначаемые на Делос, получают по драхме ежедневно с Делоса. Наконец, и все должностные лица, которые посылаются на Самос, Скирос, Лемнос или Имброс[552], тоже получают деньги на продовольствие.

(3) Военные должности можно занимать по нескольку раз[553], а из остальных ни одной нельзя занимать вторично; только членом Совета можно быть дважды.

VIII. Организация судов

(Гл. 63—69)

63. В состав судебных отделений выборы производят по жребию девять архонтов, каждый в одной филе, а секретарь фесмофетов в десятой филе[554]. (2) В судебные помещения ведут десять входов, один для каждой филы. В них есть двадцать баллотировочных помещений, по два для каждой филы, и сто ящичков[555], по десяти на каждую филу, и еще другие ящички, в которые кладут таблички[556] с именами избранных жребием судей, и две урны. Кроме того, у каждого входа кладутся трости[557] в количестве, соответствующем числу судей. В урну кладутся желуди[558] в одинаковом количестве с тростями. На желудях обозначены буквы, начиная с одиннадцатой, с «Λ» — сообразно с тем, сколько судебных комиссий предполагается составить.

(3) Судьями могут быть люди, имеющие свыше тридцати лет от роду, при условии если они не состоят государственными должниками или не лишены гражданской чести. Если же в состав суда попадет кто-нибудь из таких людей, которые не имеют на это права, о нем вносят заявление[559] и его привлекают к суду. В случае доказанности обвинения судьи присуждают его еще к новому наказанию или к уплате штрафа, смотря по тому, чего, по их мнению, он заслуживает. Если он будет присужден к денежному штрафу, то должен содержаться в заключении, пока не выплатит прежнего долга, который послужил основанием поданного на него заявления, а также и той суммы, которую сверх того определит ему суд.

(4) Каждый судья имеет на руках табличку самшитового дерева[560] с написанными на ней его именем, отчеством и демом, а также с обозначением одной из букв до «Κ», так как судьи распределяются в каждой филе на десять групп, приблизительно поровну под каждой буквой[561]. (5) Фесмофет[562] бросает жребий, чтобы распределить буквы, которыми следует обозначить судебные места; после этого служитель разносит и выставляет у каждого места выпавшую ему по жребию букву.

64. Упомянутые десять ящичков поставлены перед входом у каждой филы. На них написаны буквы до «Κ». Судьи бросают свои таблички в ящичек, на котором обозначена та же буква, что и на табличке у него; потом служитель перетряхивает их, и фесмофет вынимает из каждого ящичка одну табличку. (2) Лицо, обозначенное в ней, называется раскладчиком; он прибивает таблички, доставаемые из ящичка, к полочке[563], на которой стоит та же буква, что и на ящичке. Это лицо избирается по жребию, чтобы не могло быть с его стороны злоупотреблений, если бы раскладкой занимался всегда один и тот же человек. Этих полочек в каждом из баллотировочных помещений имеется пять. (3) Архонт[564] бросает кубики в ящички[565] и затем по жребию избирает филу в каждом баллотировочном помещении. Кубики эти бронзовые, частью черные, частью белые. Смотря по тому, сколько нужно избрать судей, столько и кладут белых кубиков — по одному на пять табличек[566], и таким же точно образом черные. По мере того как архонт вынимает кубики, глашатай выкликает избранных. В их число входит и раскладчик. (4) Всякий, кто вызван, откликается и вынимает желудь из урны; затем подает его и, держа его буквой кверху, показывает прежде всего председательствующему архонту. Архонт, посмотрев желудь, кладет табличку этого лица в ящичек, на котором значится та же буква, что и на желуде, чтобы всякий входил в то помещение, куда назначено ему жребием, а не в то, в которое он сам пожелает, и чтобы никто не мог подобрать в судебном отделении состав по собственному желанию. (5) Возле архонта ставится столько ящичков[567], сколько нужно будет составить отделений суда, и каждый ящичек имеет ту букву, которая досталась по жребию каждому отделению суда.

65. После этого судья показывает желудь еще раз служителю и тогда уже проходит внутрь загородки. Служитель дает ему трость той же окраски, как и судебное отделение, которое должно иметь ту же букву, какая обозначена на желуде, чтобы он обязательно вошел в то именно отделение суда, которое было ему указано жребием; если он войдет в другое, его выдает цвет его трости. (2) Дело в том, что в каждом судебном отделении притолока у входа окрашена в особый цвет. Судья, получив трость, идет в отделение суда того цвета, что и его трость, и с той же буквой, какая на желуде. Войдя внутрь, он получает государственную марку от лица, выбранного для этой цели по жребию[568]. (3) Затем эти судьи, войдя таким образом в судебное помещение, садятся там[569], имея в руках желудь и трость. Тем же, которые по жребию не попали в это число, раскладчики возвращают их таблички. (4) Между тем государственные рабы передают от каждой филы в каждое судебное отделение один из тех ящичков, в которых находятся имена граждан филы, зачисленных в данное отделение суда. Они передают их судьям, числом пяти[570], избираемым по жребию для этой цели в каждом отделении суда и обязанным возвращать по счету эти таблички владельцам; вызывая по ним, они должны выплачивать жалованье.

66. Когда во всех отделениях суда наберется полный состав, в первом из отделений ставят две баллотировочные урны и кладут бронзовые кубики, окрашенные в цвета судебных отделений, и еще другие кубики, на которых написаны имена должностных лиц. Двое из фесмофетов, избранные по жребию, кладут отдельно кубики того и другого рода, один — цветные — в одну урну, другой — с именами должностных лиц — в другую. Кто из должностных лиц будет первым избран по жребию, того и объявляют через глашатая председателем в первом же, какое будет избрано по жребию, отделении суда; кто — вторым, того — председателем во втором, и так же делается и для остальных. Этим предусматривается, чтобы никто не знал наперед, в каком отделении он будет, но чтобы каждый председательствовал в том, которое будет определено ему по жребию.

(2) Когда судьи явятся и будут распределены по всем судебным отделениям, в каждом из них должностное лицо, исполняющее обязанности председателя, вынимает из каждого ящичка одну табличку, чтобы составилось десять — по одному лицу из каждой филы, — и кладет эти таблички в другой, пустой ящичек. Затем из этих лиц распределяет пятерых, на которых прежде всего падет жребий, — одного к воде[571], а остальных четверых к баллотировочным камешкам[572], чтобы никто не мог вступить в сделку ни с заведующим водой, ни с заведующим баллотировочными камешками и чтобы в этом отношении не было никакого злоупотребления. (3) Пятеро не попавших по жребию в это число получают от председателей предписание относительно того, по какому расчету и в каком месте в самом суде должна будет получать жалованье каждая из фил, когда окончит суд. Это делается для того, чтобы судьи получали деньги в разное время и небольшими группами во избежание взаимных неудовольствий, случающихся при скоплении большой толпы в одном месте.

67. По окончании этого председательствующие объявляют об открытии судопроизводства — частного, когда разбирают частные дела (обыкновенно берут счетом четыре[573] дела из всех исков, полагающихся по закону; при этом стороны приносят присягу говорить по существу дела); когда же предстоит разбирать дела государственного характера, объявляют о государственных процессах и разбирают из них всего один.

(2) Там стоят клепсидры[574], снабженные трубками и сточными отверстиями. В эти клепсидры наливают воду, по которой должно размерять длительность произносимых на суде речей. Клепсидра дается вместимостью в десять хоев[575] для процессов на сумму свыше пяти тысяч драхм[576] и в три хоя для второй речи[577]; в семь хоев и в два хоя для процессов на сумму не свыше пяти тысяч драхм; в пять хоев и в два хоя — для процессов на сумму не свыше тысячи драхм; в шесть хоев для споров о правоспособности, при которых второй речи уже не полагается вовсе. (3) Лицо, приставленное по жребию к воде[578], закрывает трубку[579], когда секретарю предстоит читать закон или свидетельское показание, или контракт[580]. Когда же для процесса отводится точно распределенный день[581], тогда заведующий не закрывает ее, но равное количество воды дается и истцу и ответчику. (4) Это распределение устанавливается применительно к продолжительности дня в месяце посейдеоне[582]. Это — время, когда дни бывают короче…[583] чтобы всегда получали одинаковое количество воды, имеются два сосуда — один для обвинителей, другой для подсудимых. (5) В процессах без предусмотренного законом наказания… вторичном голосовании. День бывает строго распределен при разбирательстве особо важных процессов, которые влекут за собой заключение в тюрьму, смертную казнь, изгнание, лишение гражданской чести или конфискацию имущества. Сюда относятся и такие случаи, когда в законах не обозначено, какому наказанию или штрафу должен подвергнуться виновный[584].

68. Большинство судебных отделений состоит из пятисот одного члена, <им предоставляется судить по общественным делам>. Когда требуется поставить особенно серьезное дело на обсуждение тысячного состава, в гелиею собирается двойной состав суда. Дела исключительной важности передаются на рассмотрение тысячи пятисот судей, т. е. тройного состава суда.

(2) Баллотировочные «камешки» — медные с трубочкой посередине[585]; половина их — просверленные, другие — цельные. Когда прения сторон закончены, те лица, которым выпало по жребию состоять при баллотировочных камешках, вручают каждому из судей по два камешка — просверленный и цельный, и обе спорящие стороны должны видеть это, чтобы никто не мог получить ни оба цельных, ни оба просверленных. Другое лицо, избранное по жребию, отбирает трости[586], вместо которых каждый подающий голос получает бронзовую марку с проставленной на ней цифрой «3» (возвращая ее, он получает три обола), для того чтобы все подавали голоса, так как никто не может получить марку, если он не будет участвовать в голосовании.

(3) В суде стоят две амфоры — одна бронзовая, другая деревянная. Они поставлены порознь одна от другой, чтобы нельзя было подкинуть незаметно лишних камешков. В эти амфоры опускают свои камешки судьи. Бронзовая имеет решающее значение, деревянная не берется в расчет. Бронзовая покрыта крышкой с просверленным отверстием, через которое может пройти только один баллотировочный камешек, чтобы одно лицо не могло опустить двух.

(4) Перед тем как судьи должны будут приступить к голосованию, глашатай объявляет сначала, не предполагают ли противники оспаривать свидетельских показаний. Дело в том, что обжалование не допускается, когда судьи начнут подавать голоса. Затем он снова объявляет: «просверленный камешек — за первого говорившего, цельный — за говорившего последним»[587]. После этого судья берет камешек с подставки светильника и, стараясь просунуть трубку камешка так, чтобы при этом не показывать тяжущимся ни просверленного, ни цельного, опускает камешек, выражающий его приговор, в бронзовую амфору, камешек, не имеющий такого значения, — в деревянную.

69. Когда все подадут голоса, служители берут амфору с решающим значением и высыпают на счетную доску, снабженную дырками, все какие есть камешки, чтобы они лежали на виду и их легко было подсчитывать и чтобы просверленные и цельные были видны тяжущимся. Лица, приставленные по жребию к баллотировочным камешкам, подсчитывают их на счетной доске, отдельно цельные, отдельно просверленные. Затем глашатай объявляет число голосов, причем просверленные идут за истца, цельные — за ответчика. За кого окажется больше, тот выигрывает дело, а если голосов окажется поровну, выигрывает подсудимый.

(2) После этого еще производят оценку[588], если требуется ее сделать, причем подают голоса таким же образом: возвращают марку и получают обратно трость[589]. На эту оценку отводится каждой стороне время, измеряемое полхоем воды.

Когда судьями выполнены все возлагаемые на них по законам судейские обязанности, они получают жалованье по очереди в том месте, где каждому назначено жребием[590].

ОТРЫВКИ ИЗ НЕ ДОШЕДШЕЙ ДО НАС НАЧАЛЬНОЙ ЧАСТИ «АФИНСКОЙ ПОЛИТИИ»[591]

1

Афиняне первоначально имели у себя царскую власть. Когда же у них поселился Ион, тогда впервые они стали называться ионянами (Гераклид, эпитома 1). Аполлона афиняне чтут в государстве, как «отчего» от Иона, потому что, когда он заселил Аттику, как говорит Аристотель, афиняне были прозваны ионянами и Аполлон был назван у них «отчим» (Гарпократион, «Аполлон отчий»). Аполлона афиняне чтут как «отчего», так как полемарх афинян Ион был сыном Аполлона и Креусы, супруги Ксуфа (Схолии к Аристофану, «Птицы» 1527).

2

Пандион, вступивший на престол после Эрехфея, разделил власть между своими сыновьями (эпитома 1): Эгею он дал область вокруг города, Лику — горную, Палланту — прибрежную область, Нису — Мегариду. Они постоянно враждовали друг с другом (эпитома 2).

3

Но Фесей кликнул клич и собрал их на равных и справедливых условиях (эпитома 2).

4

Желая еще более увеличить город, Фесей приглашал всех на равных правах, и возглас: «Сюда идите, все народы», стал, как говорят, кличем Фесея, когда он устанавливал какое-нибудь всенародное собрание. Впрочем, он не оставил без внимания того обстоятельства, что демократия стала неблагоустроенной и смешанной вследствие нахлынувшего не разделенного множества народа, но первый выделил особо эвпатридов, геоморов и демиургов и предоставил эвпатридам решать божественные дела, поставлять должностных лиц и быть изъяснителями законов и истолкователями светских и религиозных дел. Этим он поставил их как бы наравне с остальными гражданами, причем эвпатриды, как казалось, превышали остальных славой, геоморы — приносимой пользой, а демиурги — численностью. Что он первый сделал уклон в интересах толпы, как говорит Аристотель, и отказался от монархического образа правления, об этом свидетельствует, кажется, и Гомер в «Перечне кораблей» (Ил., II, 547), назвав одних только афинян «народом» (демос) (Плутарх, Фесей, 25).

5

Геннеты. В древности афинский народ, прежде чем Клисфен устроил разделение на филы, был разделен на земледельцев и ремесленников. И они составляли четыре филы. Каждая из фил имела три части, которые назывались фатриями[592] и триттиями. Из них каждая состояла из 30 родов, и каждый род имел 30 мужчин, причисленных к родам и называвшихся геннетами. Из их числа избирались по жребию на жреческие должности, у каждого свои особенные, например Эвмолпиды, Керики и Этеобутады, по словам Аристотеля, который говорит в «Афинской политии» следующее: «Они были разделены на четыре филы наподобие времен года; каждая из фил была разделена на три части так, чтобы в общем составилось двенадцать частей, — столько, сколько месяцев в году. Они назывались триттиями и фатриями. Фатрия была составлена из тридцати родов, как месяц из дней, а род состоял из тридцати мужчин» (Lexicon Dem. Patm., p. 152).

Аристотель говорит, что весь народ в Афинах был разделен на земледельцев и ремесленников и составлял четыре филы, а в каждой филе было три части, которые называются триттиями и фатриями. В каждой из последних было по тридцати родов, а каждый род состоял из тридцати мужчин. Эти последние, причисленные к родам, называются геннетами (Схолии к Платону, Аксиох 371 Д.).

Триттия. Триттия есть третья часть филы; фила разделяется на три части: триттии, племена и фатрии, как говорит Аристотель в «Афинской политии» (Гарпократион, τριττύς ср. в Moeris γεννηταί, Harb. γενν. Suidas γενν. 1).

6

Он (Фесей), придя на Скирос, погиб, сброшенный со скал Ликомедом, так как тот боялся, чтобы он не завладел островом. Афиняне впоследствии, после мидийских войн, перенесли к себе его останки (эпитома 2).

Аристотель рассказывает, что Фесей, придя на Скирос, естественно, вследствие родства с Эгеем, чтобы посмотреть страну, погиб, сброшенный со скал, так как бывший тогда царем Ликомед побоялся его. Афиняне же после мидийских войн, согласно прорицанию, взяли его останки к себе и предали погребению (Ватиканские схолии к Эврипиду, Ипполит, 11).

ЭПИТОМА[593] ГЕРАКЛИДА

1. Афиняне первоначально имели у себя царскую власть. Когда же Ион поселился с ними, тогда впервые они стали называться ионянами. Пандион, вступивший на престол после Эрехфея, разделил власть между сыновьями. 2. Эти последние постоянно враждовали между собой. Но Фесей кликнул клич и собрал их[594] на справедливых и равных началах. Придя на Скирос, он там погиб, сброшенный со скал Ликомедом, так как тот боялся, чтобы он не завладел островом. Афиняне впоследствии, после мидийских войн, перенесли к себе его останки. 3. Со времени же Кодридов царей более не избирали, так как казалось, что они предаются роскоши и сделались слабыми. Гиппомен, один из Кодридов, желая избавить себя от нареканий и застав любовника у своей дочери Леймоны, погубил его, запрягши в колесницу, а ее привязал к лошади, так что она погибла. 4. Сторонников Килона, бежавших к алтарю богини вследствие обвинения в захвате тирании, убили сторонники Мегакла. И совершивших это изгнали как нечестивцев. 5. Солон, составляя законы для афинян, произвел также и отмену долгов, так называемую сисахфию. Но так как некоторые досаждали ему относительно законов, он уехал в Египет. 6. Писистрат, пробыв тираном 33 года, умер стариком. Гиппарх, сын Писистрата, был легкомысленный, склонный к любовным похождениям и любитель муз, младший же, Фессал, кроме того и дерзкий. Несмотря на то, что он[595] был тираном, убить его не удалось, а убили его брата Гиппарха. А Гиппий стал править как тиран самым жестоким образом. 7. И он[596] предложил закон об остракисме, который был направлен против людей, стремящихся к тирании. В числе изгнанных остракисмом были Ксанфипп и Аристид. 8. Эфиальт…

<Кимон> предоставлял со своих полей собирать урожай желающим, из которых многих угощал обедами. 9. Клеон, взяв власть в свои руки, расшатал политический строй.

А еще более это сделали после него те[597], которые все переполнили беззаконием и погубили не менее 1500 человек. После того как они были низвергнуты, во главе государства стояли Фрасибул и Ринон, человек прекрасный и честный. 10. Фемистокл и Аристид… Совет Ареопага имел большую силу.

11. Они[598] заботятся также и об улицах, чтобы кто-нибудь не застраивал их или не возводил над ними балконов. Равным образом назначают[599] и одиннадцать, на обязанности которых должно быть попечение об узниках в тюрьме. Есть еще и 9 архонтов… 6 фесмофетов, которые после докимасии дают присягу править по справедливости и не брать взяток, в противном случае обязуются поставить золотую статую. Басилевс заведует жертвоприношениями и <полемарх> военными делами.

АРИСТОТЕЛЬ И «АФИНСКАЯ ПОЛИТИЯ»

1

Сочинение Аристотеля «Государственное устройство афинян», или, короче, «Афинская полития», принадлежит к числу 158 «политий», т. е. сочинений о государственном устройстве стольких же государств греческих и некоторых других народов (например карфагенского), легших в основу его большого обобщающего сочинения «Политика». «Почти всех государств не только Греции, но и варварских стран, нравы, учреждения и порядки знаем мы от Аристотеля», — так характеризовал эти сочинения Аристотеля Цицерон («О границах добра и зла», V, 4, 11). Отсюда видно богатое и разнообразное содержание этих сочинений. При этом он рассматривал существующий в данное время порядок как результат исторического развития, и соответственно с этим каждая из этих «политий» состояла из двух частей — исторического обзора и систематического изложения государственного устройства в момент написания сочинения, причем автор широко пользовался не только чисто историческими данными, но и материалом легенд, пословиц, анекдотов и т. п., характеризующих историческую жизнь. Естественно, что «политии» Аристотеля, представлявшие такой богатый материал, высоко ценились в последующие времена и легли в основу многих исторических работ позднейших ученых, что и видно по многочисленным цитатам из них. Особое значение придавалось среди этих «политий» афинской. Однако из всех них сохранилась до нас лишь последняя, да и то она стала достоянием науки только с конца прошлого века, и, конечно, открытие ее сделалось весьма важным событием научной жизни.

Трактат Аристотеля «Афинская полития» найден был в 1890 г. среди папирусов, привезенных в Британский музей из Египта. Впервые он был опубликован 30 января 1891 г. английским ученым Кенионом[600]. Трактат сохранился на четырех листах папируса. Текст сочинения написан не на лицевой, а на оборотной стороне папируса; это показывает, что он вышел не из специальной книжной мастерской, а предназначался для частного пользования. На лицевой стороне содержатся счета, написанные неким Дидимом, домоправителем Эпимаха, в виде отчета хозяину. В них содержатся датировка — 10-й, 11-й год правления императора Веспасиана, т. е. 78 и 79 гг. н. э., счета 10-го года на четвертом листе, счета 11-го года на первых трех. Из этого можно заключить, что рукопись сочинения Аристотеля относится к ближайшему времени после этой даты, т. е. к концу I или началу II в. н. э. С этим согласуется и характер письма: в орфографии нет характерного для позднейшего времени смешения ΑΙ и Ε. Первая страница не имеет заголовка и текст начинается не с верхней части листа, а несколько отступя, вверху же оставлен пробел, а самый текст начинается с середины фразы. Это показывает, что оригинал, с которого сделан этот список, уже был дефектный, с оборванным началом. По характеру письма различают три или четыре руки переписчиков. Одним из этих переписчиков был, по-видимому, сам владелец книги.

Некоторые отрывки из «Афинской политии» стали известны уже ранее, но по другому папирусу, привезенному из Египта в Берлин в 1880 г. В этих обрывках тогда еще ученые угадали части из сочинения Аристотеля. А позднее, через несколько лет после открытия лондонского папируса, были привезены в Англию еще 10 незначительных фрагментов, из которых один помог разобрать начало главы 64.

Тотчас же после открытия нашего трактата началась длительная работа ученых над прочтением текста и над его изучением. Первый издатель его, английский ученый Кенион, с большим мастерством проделал основную работу и выпустил сам несколько изданий. Но все-таки во многих местах папирус сильно пострадал, в нем оказались пробелы вследствие разрушения самого папируса или от того, что буквы стерлись, или от неразборчивости почерка и т. д. Особенно пострадал последний лист папируса — главы 64—69. Но соединенными усилиями многих ученых удалось в настоящее время установить текст с большой определенностью. Даже последние главы, которые в первых изданиях оставались совершенно бессвязными, теперь настолько разобраны, что в них за исключением конца 67 и начала 68 глав получился вполне связный четкий текст.

Так как в лондонском папирусе нет начальной части сочинения и нет ни названия сочинения, ни имени автора, то при изучении возникал чрезвычайно важный вопрос об установлении того и другого. Выяснению этого помогло сличение цитат, сохраненных у разных позднейших авторов, с текстом нашего трактата. Эти цитаты (всего 91), сопровождаемые именем Аристотеля (84) или названием сочинения (54), или как свидетельства авторитетного источника, дали возможность отожествить новооткрытый текст со знаменитым сочинением Аристотеля.

Первый вопрос, который имеет важное значение при пользовании «Афинской политией», — это время ее написания. Оно определяется следующими данными: 1) самая ранняя возможная дата — terminus, post quem — изменение порядка избрания стратегов: в V в. и в начале IV в. избирали по одному от каждой из 10 фил, с 352 г. избирают всех сразу из общей массы (гл. 61, 1); 2) самая поздняя дата, точно обозначенная, — год архонтства Кефисофонта, 329/328 г. до н. э. (гл. 54, 7); 3) говоря о функциях Совета пятисот в деле организации флота, Аристотель называет основные виды военных кораблей — триэры и тетреры, но не упоминает о самых крупных, именно о пентерах (пятиярусных кораблях), которые впервые заведены были с 325/324 г. до н. э.; это является таким образом последним возможным сроком. Все эти данные приводят к заключению, что наш трактат мог быть написан только в промежутке между 328 и 325 гг. до н. э.

2

Открытие трактата Аристотеля составляет целую эпоху в изучении греческой, особенно афинской, истории. Это — единственное сочинение, дающее цельную картину политической истории Афин, начиная от времени, непосредственно предшествовавшего законодательству Солона, — поскольку начальная часть сочинения, посвященная более ранней эпохе, в рукописи не сохранилась, — до конца V в. и полную систему афинского строя во времена самого Аристотеля (IV в. до н. э.). Даже у Фукидида при всей глубине его научного мировоззрения и при захватывающем интересе его исторических картин внимание сосредоточено главным образом на событиях очень небольшого промежутка времени (20 лет) и по преимуществу на военных событиях. Вполне понятно поэтому, что «Государственное устройство афинян» вызвало величайший интерес ученого мира и породило громадную литературу, в которой значительное место принадлежит трудам русских ученых.

Сочинение представляет — по-видимому одинаково, как и другие, не сохранившиеся до нас, «политии» Аристотеля, — две части: 1) исторический очерк развития государственного строя и 2) систематический обзор этого строя в эпоху написания трактата. Одиннадцать отдельных политических перемен насчитывает Аристотель в истории Афин с древнейших времен, от мифических Иона и Фесея, до порядка, установившегося в конце V в. и сохранявшегося до времени написания сочинения (гл. 41, 2). Изучение этих перемен и составляет основное содержание исторической части. Так называемая «конституция» Драконта, положение перед реформой Солона, законодательство Солона — этот рассказ обильно подтверждается цитатами из стихотворений самого Солона — смуты после него, тирания Писистрата, низвержение Писистратидов, политическая борьба после этого, реформы Клисфена, которые прежде очень смутно представлялись на основании слишком отрывочного рассказа Геродота, внутреннее состояние Афин в эпоху греко-персидских войн, период главенства Ареопага как результат успехов во время этих войн, рост афинского государства в эпоху так называемого «пятидесятилетия», неудачная политика аристократии, приводившая к тяжелым потерям на войне и дискредитировавшая правивший класс, политическая деятельность Кимона, Фукидида, Эфиальта и Перикла, рост демократии и целая система «кормления» народа, приписываемая (неправильно) Аристиду, далее перипетии классовой борьбы в эпоху Пелопоннесской войны, причем значительное место отводится перевороту 411 г., который характеризуется не только фактически установившимся порядком, но и различными программами и проектами, и наконец олигархия Тридцати и восстановление демократии после примирения борющихся партий и вместе с тем утверждение того политического строя, который сохранялся до конца жизни Аристотеля и который характеризуется тем, что «народ сам сделал себя владыкой всего и все управляется его постановлениями и судами» (гл. 41, 2) — вот главные темы, которыми занимается историческая часть трактата. Эта часть представляет еще и то значение, что содержит в себе много фактов, бывших ранее или совершенно неизвестными или недостаточно ясными, и в этом ее бесспорная ценность.

Не меньшее значение имеет и вторая часть, содержащая систематическое изложение государственного порядка в Афинах IV в.: вопрос о гражданских правах, о работе Народного Собрания и Совета, о коллегии архонтов и круге их деятельности, о должностях, замещаемых по жребию и по выборам, об оплате должностей и, наконец, о порядке судопроизводства. Все это представляет в готовом виде целую систему; а прежде ученым приходилось восстанавливать ее по отрывочным сведениям из разных писателей. В этом опять-таки значение нашего трактата.

Все это ясно показывает нам высокую важность открытого сочинения. Но в связи с этим возникает и дальнейший вопрос об исторической ценности отдельных исторических показаний, содержащихся в нем, о критической проверке их, так как во многих случаях мы имеем параллельные свидетельства других историков — Геродота, Фукидида, Ксенофонта, Плутарха, Диодора и др., а кроме того и некоторые документальные материалы в виде подлинных надписей. При первых указаниях на авторство Аристотеля многие ученые готовы были слепо принять все показания его сочинения; другие, наоборот, видя разногласие с некоторыми авторитетными источниками, отказывались признать принадлежность сочинения Аристотелю. Но в сущности это только лишний раз подтверждает, что, как ни ценен материал, представляемый «Афинской политией», все-таки и к нему необходимо относиться критически. А для этого нужно прежде всего выяснить, какими источниками пользовался Аристотель и каков его исторический метод.

3

Среди источников Аристотеля на первое место мы поставим документальные материалы. Так, говоря о получении исключительных прав Писистратом, Аристотель ссылается на предложение, внесенное по этому поводу Аристионом (гл. 14, 1); говоря о распределении средств, полученных от эксплуатации рудников в Маронее, он упоминает предложение Фемистокла (гл. 22, 7); характеризуя законодательство Солона, он прямо цитирует один из его законов: «Кто во время смуты в государстве не станет с оружием в руках ни за тех, ни за других, тот предается бесчестию и лишается гражданских прав» (гл. 8, 5). В другом месте, рассказав о Писистрате, он цитирует старый закон о тирании (гл. 16, 10); упоминая закон об условиях получения гражданских прав только теми, у которых оба родителя имеют эти права, он отмечает, что закон этот был предложен самим Периклом (гл. 26, 4); рассказывая об установлении власти Тридцати, он отмечает, что проект постановления был внесен Драконтидом из Афидны (гл. 34, 3); сообщив о проекте Фрасибула даровать гражданские права всем людям пирейской партии, принимавшим участие в восстановлении демократии в 403 г., Аристотель со всей точностью приводит и имя Архина, обжаловавшего этот проект (гл. 40, 2). Конечно, тут остается открытым вопрос о том, пользовался ли он этими документами непосредственно или из вторых рук. Есть много вероятия, что он почерпал эти данные из так называемых «Атфид», сочинений по истории Аттики. Но вторая часть вся основана на непосредственных наблюдениях над современным строем. Так, он упоминает сохранявшийся в его время закон Солона об избрании казначеев из класса пентакосиомедимнов, прибавляя, что фактически все-таки он не соблюдается (гл. 47, 1). Со всей точностью описывает он порядок проверки (докимасии) архонтов (гл. 55, 3), дает формулу объявления при вступлении архонта в должность: «Всем предоставляется владеть имуществом, какое каждый имел до вступлении его в должность, и сохранять его до конца его управления» (гл. 56, 2) — любопытный манифест неприкосновенности собственности.

Помимо упоминания отдельных документов, в некоторых случаях Аристотель цитирует их в сокращенном виде. Таково постановление 411 г. об избрании комиссии Тридцати для написания олигархической конституции. Автор приводит точно с соблюдением тех формул, которые обычно наблюдаются в подлинных надписях этого времени, содержание основного предложения, внесенного Пифодором, и дополнения к нему, сделанного Клитофонтом (гл. 29).

Подобным же образом приводится в кратком изложении содержание проектов олигархической конституции как для постоянного действия на будущее время (гл. 30), так и предварительного, временного (гл. 31). Наконец, большой интерес представляет изложение договора, заключенного между враждующими партиями после низвержения власти Тридцати в 403 г. (гл. 39). Прибавим к этому, что Аристотель любит хронологическую точность и очень часто (не менее 25 раз) датирует события именами архонтов.

Подобное же значение имеет у Аристотеля пользование вещественными памятниками. Он упоминает, например, поставленные в так называемом «царском портике» «кирбы» с текстом Солоновых законов (гл. 7, 1), цитирует надпись на памятнике, находившемся на Акрополе (гл. 7, 4), упоминает и монеты досолоновского времени (гл. 10, 2). Наряду с этим он цитирует и литературные памятники, как например так называемые «сколии» — в честь Кедона (гл. 19) и в память борцов против тирании, погибших при Липсидрии (гл. 20). Но особенную ценность в трактате имеют приводимые автором цитаты из стихотворений Солона (гл. 5 и 12). Эти цитаты дают основание предполагать, что и в других местах рассказа автор пользуется этим материалом, если даже прямо его и не называет.

Для характеристики методов Аристотеля любопытно обратить внимание на приемы реконструкции исторического прошлого, особенно ранней поры. Он пользуется этимологическим истолкованием терминов, например «пелаты» и «гектеморы» (шестидольники) (гл. 2). Таковы же его рассуждения о порядке возникновения отдельных должностей архонтов и о их размещении по учреждениям (гл. 3). Сюда же надо отнести и обратные заключения от существующих бытовых пережитков: «Басилевс заседал в так называемом Буколии близ Пританея (доказательство: еще и теперь там происходит соединение и брак жены царя с Дионисом)» (гл. 3, 5). Текст присяги архонтов с упоминанием имени Акаста дает основание заключать, что при Акасте и установлен этот порядок (гл. 3, 3) и т. д. Что должность первого архонта установлена последнею, это доказывается тем, что она не имеет никаких основных, «отчих» обязанностей (гл. 3, 3). О том, что класс фетов не имел доступа ни к каким должностям, Аристотель подтверждает наблюдениями из своего времени: «Поэтому и теперь, когда председательствующий спросит у человека, который хочет избираться по жребию на какую-нибудь должность, к какому классу он принадлежит, никто не скажет, что к фетам» (гл. 7, 4). Из того, что после изгнания тиранов был произведен пересмотр гражданских списков, следует заключить, что за время их правления многие незаконным образом проникли в среду граждан (гл. 13, 5). Закон об избрании казначеев только из класса пентакосиомедимнов, который существует при Аристотеле, дает ему основание заключать, что это был общий принцип избрания по цензу при Солоне (гл. 8, 1, ср. 47, 1). Определяя ценз всадников, как класса граждан, которые имеют средства, чтобы содержать лошадь, Аристотель ссылается и на самое название класса и на памятник Анфемиона, достигшего звания всадника, в знак чего там изображена лошадь (гл. 7, 4).

Наконец, для установления некоторых фактов Аристотель пользуется распространенными поговорками. Например, поговорка «не считаться филами» свидетельствует о прежнем порядке, в котором все основано было на происхождении (гл. 21, 2). Выражение «безоброчное местечко» (гл. 16, 6) подтверждает правильность распространенного рассказа о путешествиях Писистрата по стране.

Естественно, что в своем изложении Аристотель много пользовался трудами своих предшественников, среди которых особенно важное значение имеют Геродот и Фукидид. Часто он отмечает эти источники общими выражениями: «некоторые», «большинство» и т. п. Имя Геродота Аристотель упоминает в гл. 14, 4, когда говорит о хитрости, с помощью которой устроено возвращение Писистрата (см. Геродот 1, 60), но следует его рассказу (1, 59 и 61 и др.) и в других местах сочинения, не называя своего источника, — именно в истории Писистрата (гл. 14 и 15) и в рассказе о борьбе Клисфена с Исагором (гл. 20). Имени Фукидида Аристотель вовсе не называет. Заимствования из Фукидида (VIII, 54—97) видны в рассказе о перевороте 411 г. (гл. 29 и 33). Однако подход к вопросу существенно отличается: в то время как Фукидид представляет переворот в связи со всеми обстоятельствами того времени, Аристотель ограничивает свой кругозор лишь политическими проектами; есть, кроме того, и другие отличия, указывающие на пользование еще другими источниками. В полемику с Фукидидом вступает Аристотель по поводу его рассказа о способе обнаружения заговорщиков, соучастников Гармодия (гл. 18, 3—4, ср. Фукидид VI, 57, 1). Сходство с Фукидидом видно в одинаковом сочувствии к правлению Пяти тысяч (Аристотель 33, 2 и Фукидид VIII, 97, 2).

Отношения к Ксенофонту менее ясны и представляются спорными. Из Ксенофонта (Hell. II, 3, 17—19), возможно, заимствованы сведения о Ферамене и его характеристика. Однако остается возможность, что оба они заимствовали свои сведения из общего источника, например, из сочинения самого Ферамена[601].

Но помимо этих историков, известных нам по сохранившимся их произведениям, Аристотель имел в своем распоряжении труды и других историков, например Эфора (IV в.), сочинение которого не сохранилось, но известно нам, поскольку им пользовался Диодор (I в. до н. э.). Некоторые совпадения с ним есть в рассказе о правлении Тридцати (Диодор XIII, 38, 69, 95; XIV, 3—5, 33).

Можно предполагать, что Аристотель пользовался так называемыми «Атфидами», т. е. сочинениями из IV в. по истории Аттики. Древнейшая из них принадлежала Клидему. Из нее, по-видимому, заимствован один вариант рассказа («некоторые говорят») о возвращении Писистрата с помощью разыгранной инсценировки явления Афины; взята была женщина, «как Геродот утверждает, из дема Пеанийцев или, как некоторые говорят, из Коллита» (гл. 14, 4). Из «Атфиды» Фанодема, может быть, взяты сведения об Ареопаге (гл. 3, 6). Из «Атфиды» Андротиона, по-видимому, заимствованы данные о сражении при Паллене (гл. 15, 3) и об остракисме Гиппарха, сына Харма (гл. 22, 3). С Андротионом полемизирует Аристотель в вопросе об отмене долгов Солоном: Андротион говорил о снижении процентов (Plut., Sol. 15), Аристотель говорит о полной отмене долгов (гл. 6, 1 и 10, 1). Кроме того, есть основание предполагать, что из «Атфид» взяты некоторые данные, которыми дополнены сведения Геродота, Фукидида и др., особенно, например, датировка событий в гл. 22. Из какой-то «Атфиды» взят анекдот о Писистрате и крестьянине (гл. 16, 6).

Наконец, можно думать, что Аристотель пользовался и сочинениями современных ему ораторов — Демосфена и особенно Исократа (ср. Приложение XV). Вообще, надо сказать, что если Аристотель пользовался трудами предшественников, то никогда не повторял их рабски, но, как видно из сличения с сохранившимися сочинениями, выбирал из них то, что находил подходящим, и дополнял материалами из других источников.

Пользуясь разнообразными, иногда противоречивыми материалами, выражающими различные общественные направления, Аристотель в некоторых случаях прямо отмечает эти разногласия, различные версии, которые тоже свидетельствуют о пользовании источниками, и надо признать, что, разбираясь в них, он обнаруживает большой исторический такт. Так, в истории Солона он ссылается на существующие рассказы демократического и олигархического направления: проводя «сисахфию», он, по демократической версии, был обманут друзьями, которые скупили земли в долг, а потом ввиду отмены долгов разбогатели; по олигархической версии, он и сам принял участие в этом деле. Однако Аристотель высказывается определенно в пользу демократической версии (гл. 6, 2—4). Если некоторые объясняют неясности в формулировке законов у Солона скрытой целью предоставить как можно больше сомнительных случаев на разрешение народного суда, то Аристотель видит в этом только естественное неумение в условиях его времени дать вопросу точную, всеобъемлющую формулировку (гл. 9, 2). Подобным образом в рассказе о казни Аристогитона он приводит две версии: по одной, Аристогитон на допросе назвал в качестве соучастников друзей тирана с целью поселить раздор между ними и толкнуть их на нечестие, но некоторые — и тут можно видеть олигархическую версию — говорят, что он выдал действительных сообщников (гл. 18, 5). Наконец, Аристотель отмечает различные взгляды на Ферамена: одни говорили, что он разрушал все виды государственного строя, другие, наоборот, — и к ним примыкает Аристотель, — утверждали, что он «направлял всякий строй, пока в нем соблюдалась законность (гл. 28, 5).

Прибавим ко всему этому, что Аристотель пользовался обильной литературой политических памфлетов времени Пелопоннесской войны, когда велись оживленные споры о политическом устройстве. Среди представителей этой литературы, нашедшей отражение и в художественном творчестве (например, у Эврипида), особенно известны Критий и Ферамен. Поскольку первому принадлежало целое сочинение об афинском государственном устройстве, возникает предположение, что в тех случаях, где у Аристотеля приводится олигархическая точка зрения, он передает именно его взгляды. Такова, например, олигархическая версия о Солоне (гл. 6, 2). Особенную симпатию обнаруживает Аристотель к Ферамену. Так как олигархи времен Пелопоннесской войны занимались изысканием «отеческих законов» (ср. гл. 29, 3)[602], то весьма вероятным оказывается предположение, что описание «конституции» Драконта, противоречащее утверждению Аристотеля в «Политике» (см. ниже), имеет источник в подобных памфлетах. Тем большую ценность для нас представляет единственное из сохранившихся сочинений подобного рода — так называемая «Афинская полития» псевдо-Ксенофонта (см. Приложение XXII).

К недостаткам сочинения надо отнести преувеличенную оценку сил личности и слабую связь личности с интересами той или другой социальной группы. Так, по его изложению, привлечение жителей из деревень в город и создание демократии являются делом одного Аристида, обещавшего будто бы дать всем заработок в городе (гл. 24). Борьба против Ареопага представляется в виде личной интриги Фемистокла (гл. 25), между тем пребывание последнего в Афинах в 462 г. оказывается хронологически совершенно невозможным (изгнан в 471 г.). Введение Периклом платы судьям объясняется личным соперничеством его с Кимоном (гл. 27). Встречаются иногда и анекдоты, как, например, о хитрости Фемистокла для низвержения Ареопага (гл. 25), о хитрости Писистрата для возвращения в Афины (гл. 14) и об отнятии им оружия у населения (гл. 15), о встрече его с крестьянином (гл. 16) и т. д.

Далее, в нем видна иногда неравномерность изложения. Автор подробно останавливается на некоторых частностях и обходит молчанием существенные вопросы; например, подробно описывает деятельность Солона, но очень коротко законодательство Клисфена, подробно говорит о заговоре Гармодия и Аристогитона, но лишь бегло характеризует время «пятидесятилетия», совершенно обходит вопрос о том, когда при избрании архонтов стала применяться жеребьевка (гл. 22, 5, ср. 8, 1) и когда к архонтству получили доступ всадники (гл. 26, 2); очень коротко говорит об Аристиде, Кимоне и Перикле, едва намечает сущность реформы Эфиальта (гл. 25), зато с большой обстоятельностью излагает подробности конституционных проектов 411 г., хотя некоторые из них практически и не нашли осуществления. Наряду с этим встречаются неточности, неясности и прямо недоразумения. Такова, например, «конституция» Драконта (гл. 4), которая прямо противоречит показанию «Политики» (II, 9, 9, p. 1274 a, 15), что Драконт написал только уголовные законы, а государственный порядок оставил прежний. Так как она содержит некоторые черты, совершенно не соответствующие условиям жизни VII в. — как применение жребия при выборах, чередование на должностях между всеми гражданами, штраф за неявку на собрание, совет из 401 члена, денежный ценз, коллегию 10 стратегов (учрежденную в действительности около 501 г.) и т. п., — мы должны отдать предпочтение тому, что сказано в «Политике», а вследствие сходства этих черт с проектами некоторых олигархов времени второй половины Пелопоннесской войны является мысль, что эта глава есть позднейшая вставка, сделанная кем-нибудь из учеников Аристотеля. Далее в определении хронологии правления Писистрата (гл. 17, 1) есть расхождение с «Политикой» (V, 9, 23, p. 1315 b, 31): здесь оно исчисляется в 19 лет, там в 17. В сообщении об аргинусском процессе говорится, будто все 10 стратегов были преданы суду (гл. 34, 1); на самом деле, как видно из Ксенофонта (I, 7, 34), только восемь из них принимали участие в битве, а в Афины вернулись и были казнены шесть. Неясно датируется время правления архонта Дамасия II (гл. 13, 1). К числу недоразумений надо отнести и путаницу в изложении «увеличения» мер, весов и монет Солоном (гл. 10, 2).

Равным образом и вторая часть отличается некоторой субъективностью построения и подбора материала. Подробное изложение системы воспитания эфебов (гл. 42—43) вызвано, по-видимому, недавней реформой этого дела, сделавшей это учреждение подготовительной ступенью к исполнению гражданских обязанностей. Удивительным представляется то, что в ней не уделено места вопросу законодательства. В описании судов (гл. 63—69) внимание сосредоточено на внешней стороне, а юридическая сторона не освещена. Может быть, это объясняется тем, что эти вопросы одновременно обрабатывались учеником Аристотеля Феофрастом в труде, озаглавленном «Законы».

Прибавим к этому, что и стиль бывает то ровный и гладкий, то отрывистый, как конспект, например в главе 22. Все это показывает некоторую поспешность в обработке сочинения.

4

В отличие от сочинений других греческих историков мы должны отметить у Аристотеля большой интерес к внутренней истории. Политические симпатии и антипатии Аристотеля выступают достаточно четко и определенно. Он сторонник умеренной республики — «политии» по его терминологии.

В эпоху Пелопоннесской войны он видел в политической жизни Афин уже извращение этого идеала — господство «корабельной черни» и преобладание беспринципных демагогов. По своей терминологии он называл этот строй «демократией», имея в виду то, что позднее стали называть (Полибий) «охлократией» (господство черни). Под соответствующим углом зрения ведется и все изложение. Больше всех симпатии Аристотеля возбуждает Солон, близкий к идеалу государственного деятеля «середины», среднезажиточных классов, отчасти к Писистрату (гл. 14 и 16), а особенно к таким деятелям, как Фукидид, сын Мелесия, Никий и Ферамен. Наилучшее управление в Афинах он признает в короткий промежуток после низвержения олигархии Четырехсот в 411 г., когда делами руководило собрание Пяти тысяч (гл. 33, 2).

Антидемократическая тенденция Аристотеля совершенно очевидна в этом подборе анекдотов и фактов и в их интерпретации. Об этом же говорит и самое распределение материала в рассматриваемой части «Политии». Аристотель сосредоточивает внимание на таких периодах этой истории, когда сказывалось еще преобладание или сильное влияние старинной родовой знати: Солон, эпоха господства Ареопага; в эпоху господства демократии непропорционально большое внимание посвящается такому сравнительно незначительному эпизоду, как олигархический переворот 411 г., довольно подробно описывается время «Тридцати» в Афинах.

К Периклу он не питает симпатии, как к одному из демагогов (27, 1). Личность Фемистокла, организатора флота, совершенно оттесняется на второй план. По Аристотелю, Перикл проводит свою политику государственных раздач из личного честолюбия, подражая аристократу Кимону и борясь с ним его же оружием; при этом Аристотель подчеркивает, что Кимон это делал на свои средства, а Перикл — на государственные и что Перикл действовал по наущению некоего Дамонида (гл. 27, 3—4). Однако, это не мешает ему признать, что при нем все же дела шли хорошо (гл. 28, 1). Также и Эфиальта, главного борца против Ареопага, он характеризует слишком бегло, хотя и считает его неподкупным и честным (гл. 25, 1), а вождей аристократии называет неспособными (гл. 26, 1). Определенно отрицательное отношение высказывает он к демагогам и особенно к Клеону и Клеофонту (гл. 28, 3—4). Но эти личные симпатии не мешают и в демократии признавать справедливое отношение к своим противникам, например к друзьям тиранов, упомянуть даже об «обычной гуманности народа» (гл. 22, 4), о мягкости законов против тирании (гл. 16, 10) и особенно он подчеркивает высокий политический такт афинских демократов после примирения партий в 403 г., когда задолженность Спарте, сделанная Тридцатью для борьбы с противниками, была принята на общий счет и выплачена всеми вместе (гл. 40, 3). Интересна его характеристика того строя, который установился в это время. «Народ, сделавшись владыкой государства, — говорит он, — установил существующий поныне государственный строй при архонте Пифодоре (404—403 г. до н. э.). Было очевидно, что народ имел полное право взять в свои руки государственную власть, так как он собственными силами добился своего возвращения» (гл. 41, 1).

В итоге всего этого скажем, что «Афинская полития», как исторический документ, при всей ее неполноте, а иногда и ошибках, представляет большую ценность, как систематическое изложение афинской истории, богатое разнообразным материалом и притом нередко мастерски подобранным. Благодаря «Афинской политии» расширились наши представления о многих вопросах афинской истории — о Солоне, Клисфене, о конституционных проектах олигархов конца Пелопоннесской войны. Словом, Аристотель дал — и это самое важное — единственную связную историю Афин, которой мы теперь располагаем, не говоря уже о «систематической» части, которая представляет собой тоже единственную в своем роде картину политического строя Афин, подлинный трактат по государственному праву важнейшего государства античного мира.

В заключение надо сказать о языке. В противоположность трудному, сложно построенному изложению «Политики» здесь мы встречаем простоту и ясность. Это объясняется тем, что «Афинская полития» предназначалась не для ученого круга специалистов в пределах самой школы (так называемые «эсотерические» сочинения), а для широких кругов и принадлежала к числу популярных (так называемых «эксотерических») сочинений.

Тут оправдывается определение Цицерона, Дионисия Галикарнасского и Квинтилиана «о золотом потоке речи», об «изяществе» (suavitas) речи, о «ясности» и т. п. Гладкость речи позволяет сближать этот трактат с техническими приемами прозаических произведений школы Исократа (ум. в 338 г. до н. э). Замечается наклонность к ритмическому построению речи, к избежанию так называемого «зияния» (стечение гласных в окончании одного слова и начале следующего). Однако ни то, ни другое не проводится так строго, как в школе Исократа. В настоящем переводе мы старались передать все эти особенности речи Аристотеля. Текст разделен на главы и параграфы, как это принято в современных изданиях. Для удобства обозрения содержания мы ввели еще разделение сочинения на две части и дали заголовки входящим в них разделам. Для наглядного представления о плане всего сочинения мы прилагаем еще перевод «эпитомы» (т. е. конспекта) Гераклида, а также сохранившиеся цитаты у разных древних писателей из не дошедшей до нас начальной части трактата.

В основу настоящего перевода положен текст последнего издания трактата Aristoteles Ἀθηναίων Πολιτεία post Blass et. Thalheim ed. Oppermann, Lipsiae 1928, а также издание Кениона Aristotelis respublica Atheniensium consilio et auctoritate Academiae Borussicae ed. Kenyon, Berolini 1903 (Supplementum Aristotelicum).

При работе над настоящим переводом переводчик постоянно пользовался следующими изданиями: английское издание «Aristotle’s Constitution of Athens» by Sandys, 2 ed., London 1912; «Aristoteles der Staat der Athener», eklärt von Hude, 2. Aufl., Leipzig — Berlin 1916; Aristote, Constitution d’Athènes, texte établi et traduit par Mathieu et Haussoullier, Paris 1922.

Из иностранных переводов переводчик пользовался переводами Kaibel und Kiessling (Schrift vom Staatswesen der Athener, Strassburg 1891); Wentzel (Verfassung von Athen, Leipzig 1892); Reinach (La république Athénienne, Paris 1891); Haussoullier (Constitution d’ Athènes, Paris 1891). Из важнейших специальных работ об «Афинской политии» Аристотеля следует указать особенно: Бузескул, Афинская полития Аристотеля, как источник для истории государственного строя Афин до конца V века. Харьков 1895; Wilamowitz-Möllendorff, Aristoteles und Athen, 2 Bände, Berlin, 1892.

Прежние русские переводы; 1) Н. Я. Шубина — «Афинское государственное устройство» Аристотеля в «ЖМНПр», 1891 г., № 5—8 и отдельно. СПБ 1891; 2) А. М. Ловягина — Аристотель. История и обзор афинского государственного устройства. СПБ 1895.

С. И. Радциг

Примечания

1

[1] Имеются в виду события около 649 г. до н. э. Начальная часть трактата, в которой, как видно из краткого резюме всей исторической части главы 41, излагался первоначальный строй царской эпохи — синекисм Иона и «полития» Фесея, — не сохранилась; от нее имеются только отдельные отрывки, сохраненные в цитатах поздних писателей (см. стр. 94 и сл.). Из главы о Килоновой смуте до нас дошла только заключительная часть. Подробности этого события у Геродота, Фукидида и Плутарха — см. Приложение I.

2

[2] Полулегендарная личность. Одни (Плутарх, Диоген Лаэртский, Свида) считают его современником Солона, другие (Платон, Leges, 642 D) относят приблизительно к 500 г.

3

[1] «Ближние», от слова πέλας — «близко», положение, по-видимому, близкое к римским клиентам.

4

[2] Сами древние различно объясняли этот термин: люди, которые платили шестую долю урожая владельцу земли (Плутарх, Солон, 13; Гесихий, s. v. ἐπίμορτος) или от урожая удерживали только шестую часть (Фотий, s. v. πελάται, Гесихий, s. v. ἑκτήμοροι, схолиаст к Plato, Euthyphron, 4, C, Eust., ad Od.; XIX, 28). Второе является более правдоподобным. См. Бузескул, Афинская полития, стр. 303 и сл.

5

[3] Простат — «патрон», «заступник». Это — политический и юридический термин, обозначающий человека, который берет кого-нибудь под свое покровительство и отстаивает чьи-нибудь интересы. Часто так называются вожди народной партии. Некоторые переводят это слово: «предстатели» или «предстоятели». Ввиду своеобразия этого термина мы сохраняем греческую форму.

6

[4] Ион — мифический царь, сын Аполлона и Креусы, дочери царя Эрехфея. Аристотель видел в нем историческую личность и приписывал ему первоначальное объединение Аттики в одно государство (см. гл. 41). По преданию, он был призван в качестве военачальника (полемарха) во время войны Афин с Элевсином при мифическом царе Эрехфее (см. в отделе «Отрывки», 1, стр. 94).

7

[5] Медонт — сын последнего афинского царя Кодра, а Акаст — преемник Медонта.

8

[6] Место не вполне ясное. Другие объясняют и переводят так: «в его царствование Кодриды отказались от привилегий данных архонту».

9

[7] Имеются ввиду, очевидно, культы — см. ниже, гл. 56.

10

[8] Буколий — храм Диониса, пастыря быков βουκόλος Дионис сам иногда представлялся в виде быка. Пританей — одно из высших государственных учреждений, функции которого нам неизвестны; помещался он к северо-востоку от Акрополя.

11

[9] Мистический обряд на празднике Анфестерий (в феврале) или Великих Дионисий (в марте).

12

[10] По-видимому, эта личность является плодом домысла. Вернее всего, что название образовалось по месту нахождения, ἐπὶ Λυκείῳ — близ святилища Аполлона Ликейского.

13

[1] Автор отсчитывает здесь время, по-видимому, от момента покушения Килона. Изложение, таким образом, не считается с тем, что рассказ о Килоне отделен двумя главами (2-й и 3-й).

14

[2] Т. е. в 621/620 г. до н. э.

15

[3] Т. е. шлем, панцирь, большой круглый щит, копье и меч. Иметь полное вооружение могли только люди зажиточные, так что это было признаком имущественного достатка.

16

[4] Около 400 руб. Замечательно, что расчет состояния ведется на деньги, тогда как у Солона доходы граждан исчисляются натурой.

17

[5] Около 4000 рублей.

18

[6] Описание драконтовского строя вызывает целый ряд недоумений. В «Политике» (II, 12, p. 1274 b, 15) Аристотель говорит, что Драконту принадлежат уголовные законы, а конституции он не создал. Ниже, в главе 41, резюмируя политические перемены в Афинах, Аристотель не включает законодательство Драконта в их число. С другой стороны, есть целый ряд пунктов, не соответствующих по своему характеру ранней эпохе политической жизни: имущественные классы, определяемые по доходу (пентакосиомедимны, всадники, зевгиты) и по денежному состоянию (условия для избрания на высшие должности), а также по обладанию тяжелым вооружением, Совет из 401 члена (ср. ниже, гл. 8, 4, согласно которой впервые Солон учреждает Совет четырехсот), обязанность всех граждан, удовлетворяющих известным условиям, исполнять высшие должности по очереди, штрафы за непосещение заседаний, упоминание должности стратегов, которая обычно считается учрежденной в эпоху Клисфена (см. ниже, гл. 22, 2). Эти данные близко напоминают проекты некоторых олигархов периода конца Пелопоннесской войны. Особой комиссии было поручено выяснить сущность драконто-солоновского устройства (см. ниже, гл. 29, 3). Одна надпись, от 409 г., сохранившаяся в подлиннике на камне (см. Приложение III); содержит решение по этому вопросу, а также и новую публикацию этих законов. Этот вопрос, по-видимому, часто обсуждался в олигархических кругах, и так как в афинском обществе было очень смутное представление об этих законах, то в политических памфлетах авторы пытались представить это законодательство в духе своих партий. По-видимому, Аристотель заимствовал из какого-нибудь памфлета такого рода содержание данной главы. См. Бузескул, Афинская полития, стр. 309 и сл.

19

[1] В древности так называлось стихотворение, написанное двустишиями из гексаметра и пентаметра (элегическое двустишие), независимо от содержания. По-видимому, приводимые стихи являются началом поэмы, из которой отрывок сохранен у Демосфена (De falsa legatione, 255). См. Приложение V.

20

[2] Слова «издал законы», — может быть, поздняя вставка, ср. 7, 1.

21

[3] Σεισάχθεια — буквально «стряхивание бремени». Уже сами древние по-разному объясняли эту меру: одни (в том числе Филохор и Аристотель) видели в этом полную отмену долгов, другие (в том числе Андротион) — лишь частичное облегчение путем сложения процентов или изменения монетной системы. См. ниже, гл. 10.

22

[4] Две версии в источниках Аристотеля. Мы не знаем имен авторов. Эти версии характеризуются только по общему направлению: демократическая и олигархическая.

23

[5] Αναξίοις. Текст папируса неразборчив; другие читают φανεροῖς — «явных».

24

[6] Деревянные выбеленные доски высотой приблизительно в рост человека, составленные в виде призмы, которая вращалась на оси для удобства чтения. Как видно из Плутарха, их было не менее 16 (Солон, 19, 23, 24).

25

[7] В царском портике Στοὰ βασίλειος, где заседал басилевс; местоположение неизвестно.

26

[8] См. ниже, гл. 55, 5. Думают, что эта статуя в рост человека должна была изображать самого виновного. Однако сомнительно, чтобы виновный увековечивался таким образом. Скорее, дело идет о статуе кого-нибудь из богов.

27

[9] Слова «каковое разделение было уже и раньше» некоторые считают позднейшей вставкой.

28

[10] Фет — буквально «батрак», что и показывает социальное значение этой части граждан.

29

[11] См. ниже, гл. 8, 1, и 47, 1.

30

[12] См. ниже, гл. 47, 2.

31

[13] См. ниже, гл. 52.

32

[14] Колакреты — первоначально прислужники при общественных жертвоприношениях и обедах, потом — финансовая должность; казначеи навкрарий при Перикле заведовали раздачей жалованья судьям. После 403 г. об этой должности нет никаких упоминаний.

33

[15] Таким образом, на должность архонтов избираются только пентакосиомедимны; зевгиты первоначально допускались только на низшие должности, к высшим допущены только позднее (см. гл. 26, 2).

34

[16] Мерой сыпучих тел является медимн (51,84 литра), мерой жидких тел — метрет (около 39 литров).

35

[17] Т. е. сын Дифила.

36

[18] Обычно один из фесмофетов. Теоретически, феты никогда не имели права на занятие этой должности, но со второй половины V в. на это стали смотреть сквозь пальцы и таким образом фактически получили доступ и феты.

37

[19] Бобы служили в качестве баллотировочных шаров.

38

[20] Исконное деление Аттики на четыре филы: гелеонтов, гоплетов, эгикореев и аргадеев.

39

[21] Филобасилевс — т. е. «царь филы».

40

[22] Триттия — треть. Навкрарии — округа, на которые разделялась Аттика в целях постройки кораблей.

41

[23] Πόλις в древнем значении, в смысле «акрополь».

42

[24] О так называемой «исангелии» см. ниже, гл. 43, 4.

43

[25] Ср. ниже, гл. 35, 2, и самый закон у Плутарха, Solon, 20.

44

[26] Можно видеть тут олигархическую версию рассказа, ср. гл. 35, 2.

45

[27] Фидон — тиран г. Аргоса VIII или VII в. до н. э. Установленные им меры вошли в употребление в Пелопоннесе, через о. Эгину перешли и в Афины, где нередко называются «эгинскими». Начало чеканки монет в Греции относится приблизительно к 700 г. до н. э.

46

[28] Эгинская серебряная мина = 630 граммов, эвбейская = 436,7 грамма, следовательно эгинская драхма = 6,3 грамма. Таким образом, 100 эвбейских драхм = 437,7 : 6,3 = 69^30∕63 эгинских драхм, т. е. приблизительно 70. Атфидограф Андротион (Plut. Sol., 15. См. Приложение IV) высказывал мнение, что 73 эгинских драхмы по весу равнялись 100 аттическим (эвбейским). Разница с Аристотелем, вероятно, основывается на колебании в весе: Андротион берет максимальный, Аристотель — средний вес.

47

[29] Обычный талант = 60 минам.

48

[30] Статер = 1∕50 мины, т. е. 2 драхмы, 8,73 грамма. Другими словами, весовая единица увеличилась на 5 %.

49

[31] Дело идет по-видимому о переделе земли, ср. 12, 3.

50

[32] Так называемые ὅροι — пограничные столбы, на которых обозначалось, кому и в какой сумме заложено данное владение. Таких столбов немало сохранилось от времени конца IV в. См. Dittenberger, Sylloge inscriptionum Graecarum, 3 ed., № 1193—1197, Dareste, Haussoullier, Reinach, Recueil des inscriptions juridiques grecques, fasc. I, p. 1891, p. 107—142.

51

[33] Текст этого стиха испорчен. Перевод дан только по общему смыслу.

52

[1] Имеется в виду первый архонт (архонт-эпоним).

53

[2] Хронологический расчет этих событий остается спорным. Наиболее правдоподобным представляется нам расчет Кениона: 594 г. — архонтство Солона; 594—591 или 593—590 — первое четырехлетие; 590 — первая анархия; 590—587 или 589—586 — второе четырехлетие; 586 — вторая анархия; 586—583 или 585—582 — третье четырехлетие; 582 — первый год архонтства Дамасия.

54

[3] Т. е. береговых жителей.

55

[4] Педиаки — жители равнины.

56

[5] Диакрийцы — горные жители.

57

[1] Плутарх (Солон, 8) представляет дело так, что это была та самая война из-за Саламина, которая началась по инициативе Солона. Однако эта война должна относиться приблизительно к 600 г., а Писистрат, который умер в 527 г., очевидно, не мог еще принимать активного участия в ней (см. ниже, гл. 17). Надо предполагать поэтому, что тут имеется в виду другая война с мегарцами, которая велась около 570 г. и во время которой Писистрат взял Нисею, гавань Мегар (ср. Геродот, I, 59; см. ниже, гл. 22, 3).

58

[2] По Плутарху (Солон, 30, 2), Аристон. Подробнее рассказывает об этом событии Геродот, I, 59 (см. Приложение VI).

59

[3] В рукописи читается: «тридцать втором», но так как Комей был архонтом в 560 г., а Солон в 594 г., то приходится предполагать в рукописи ошибку. Вероятно, надо читать: «на тридцать четвертом».

60

[4] Этот анекдот рассказывают Плутарх (Солон, 30, и Moralia, p. 794 E) и Диодор (IX, 29).

61

[5] Т. е. в 555 г.

62

[6] Т. е. после его первой тирании. Другие, ведя счет со времени изгнания, предполагают здесь описку и читают: «на четвертый год».

63

[7] Геродот, I, 60. Это единственный случай, где Аристотель называет свой источник, кроме Солона.

64

[8] Если причиной разрыва с Мегаклом было нежелание Писистрата жить с его дочерью, то странно, что Мегакл так долго терпел это пренебрежение. Поэтому некоторые предполагают здесь в тексте описку. Однако дело объясняется, может быть, тем, что дочь его была сосватана еще малолетней. Геродот (I, 61) одной из причин называет принадлежность девушки к роду Алкмеонидов, запятнанному «Килоновым грехом» (ср. выше, гл. 1).

65

[9] Залив, образуемый Халкедонским полуостровом.

66

[10] Гора во Фракии вблизи устья реки Стримона, известная своими золотыми россыпями.

67

[11] По словам Геродота (I, 61), Писистрат после своего изгнания прежде всего обратился в Эретрию.

68

[12] Местечко по дороге из Марафона в Афины с храмом Афины Палленской.

69

[13] Самый крупный из Кикладских островов. Лигдамид из знати стал во главе недовольного народа (Политика V, 5, 1, p. 1305, 40).

70

[14] Храм Фесея, который, судя по описанию Павсания (1, 17, 2 и 18, 1—2), находился поблизости от площади у подножия святилища Аглавры (северный склон Акрополя). Не надо смешивать этот храм с сохранившимся до сих пор так называемым «храмом Фесея» на холме Колона (на самом деле, по-видимому, храм Гефеста). По другому источнику (Полиен — II в. н. э.), дело происходило у Анакия, храма Диоскуров (Кастора и Полидевка).

71

[15] В рукописи здесь пробел. Может быть, следует читать: «говорил тихо».

72

[16] Не надо смешивать с позднейшими Пропилеями.

73

[17] Во время остановок воины, чтобы не держать на себе тяжелого щита, клали его на землю, а копье втыкали в землю. Таким образом, естественно, что воины, подходя ближе к Писистрату, оставили оружие на прежнем месте.

74

[18] См. выше, гл. 14, 3.

75

[19] Здесь выражается точка зрения консервативных кругов, что крестьянину, занятому сельским хозяйством, нет времени заниматься политикой, ср. Политика IV, 5, 3, V, 9, 4, VI, 2, 1, 7.

76

[20] Фукидид (VI, 54, 5) говорит, что при тиранах взимался налог в размере одной двадцатой части, но это снижение налога, вероятно, было сделано только при сыновьях Писистрата.

77

[21] Этих судей при Перикле было 30 (см. гл. 26, 5), позже — 40 (см. гл. 53, 1). Они имели право самостоятельного решения гражданских дел, оцениваемых не свыше 10 драхм (около 4 руб.).

78

[22] Гиметт — гора в Аттике к юго-востоку от Афин (теперь Трело-Вуни и Мавро-Вуни).

79

[23] Крон — отец Зевса, царь глубокой древности, его время — «золотой век».

80

[24] Об этом случае упоминает Аристотель и в «Политике» (V, 9, 21, p. 1315 b, 21; ср. Плутарх, Солон, 31).

81

[25] Лишение гражданской чести (ἀτιμία), в древнейшие времена равносильно объявлению вне закона.

82

[1] Архонт 528/527 г. Смерть Писистрата относится к весне 527 г.

83

[2] В «Политике» (V, 9, 23, p. 1315 b, 30) Аристотель определяет продолжительность его власти в 17 лет.

84

[3] Писистрат был предводителем в войне с мегарцами, но не в той, которая велась из-за Саламина, а в более поздней (ср. выше — гл. 14, 1, и ниже — 22, 3).

85

[4] Солон умер вскоре после 560 г.

86

[5] Ср. такой же отзыв о начальном периоде их правления у Фукидида, VI, 54, 5 и сл.

87

[6] Имя ее неизвестно.

88

[7] Иофонт больше нигде не называется сыном Писистрата. Фукидид (VI, 55) называет только троих: Гиппия, Гиппарха и Фессала.

89

[8] Геродот (V, 94) называет этих двух сыновей незаконными с точки зрения понятий V в., так как они происходили от матери-иностранки (см. ниже, гл. 42, 1). Фукидид (VI, 55, и 1, 20, 2) считает Фессала законным сыном. Его прозвище свидетельствует о связях с фессалийцами (ср. ниже, гл. 19, 5).

90

[9] Подчеркивается, что отец ее был из Аргоса, так как она была замужем за ампракийцем (Ампракия — город в Эпире у так называемого Ампракийского залива).

91

[10] Кипсел — тиран города Коринфа с 658 или 655 г., около 30 лет правивший городом и основавший целую династию в Коринфе и в Ампракии.

92

[11] Фукидид (VI, 54) главным виновником считает Гиппарха.

93

[12] Девушки, несущие на головах корзины со священными предметами, необходимыми при совершении жертвоприношения. Такие канефоры изображены на южном портике Эрехфейона, где эти статуи заменяют собой колонны, на которых держится крыша, так называемые кариатиды.

94

[13] Панафинеи — главный афинский праздник в честь богини Афины, справлявшийся в августе. Особую пышность ему придавала торжественная процессия. Писистрат придал этому празднику большой блеск. Фукидид (VI, 56) приурочивает событие к другому празднику.

95

[14] Фукидид (VI, 56, 3), наоборот, говорит, что в заговор из предосторожности посвящены были немногие.

96

[15] По Фукидиду (VI, 57, 1), Гиппий находился во Внешнем Керамике и оттуда руководил процессией; там наблюдали за ним Гармодий с Аристогитоном, и оттуда, вообразив предательство, они поспешили к Леокорию, где и убили Гиппарха.

97

[16] Т. е. с высоты Акрополя.

98

[17] Памятник дочерей мифического царя Леоса, которые будто бы добровольно согласились быть принесенными в жертву за спасение родины. Он находился в так называемом Внутреннем Керамике, около площади. Тут впоследствии был поставлен памятник «тираноубийцам» после возвращения его из Персии, куда он был увезен Ксерксом.

99

[18] Обычный конвой тиранов.

100

[19] Очевидная полемика с Фукидидом (VI, 58, 2). По словам позднейшей песни, так наз. «сколия» (см. Приложение VIII), они скрывали мечи под ветками мирта; этим подтверждается объяснение Аристотеля, что народ не имел при себе оружия.

101

[20] Мунихия — афинская гавань к востоку от Пирея, чрезвычайно важная в стратегическом отношении.

102

[21] После разрыва Писистрата с Мегаклом (см. выше, гл. 15, 1) и утверждения тирании в Афинах всему роду Алкмеонидов пришлось уйти в изгнание.

103

[22] Парнеф — лесистый горный кряж на севере от Афин, на границе между Аттикой и Беотией, являющийся продолжением Киферона.

104

[23] Сколий — застольная песнь, строфы которой исполнялись отдельными пирующими по очереди.

105

[24] Старый храм в Дельфах сгорел в 548/547 г. Договор о постройке нового на средства в 300 талантов (ок. 720 тыс. руб.) относят к 535 г.

106

[25] Геродот (V, 62, VI, 125) говорит о больших богатствах Алкмеонидов, что и позволило им взять на себя подряд.

107

[26] Так наз. ξενία — фамильная дружба между гражданами разных государств, требовавшая взаимной поддержки как в личных, так и в политических делах. Ср. на Кавказе «кунак». Образцом этого у Гомера представлены отношения между Диомедом и Главком (Илиада, VI, 215).

108

[27] Ср. о женитьбе Писистрата на аргивянке Тимонассе (выше, гл. 17, 4).

109

[28] Ср. Геродот, V, 63. См. Приложение VII.

110

[29] Ср. Геродот, V, 64.

111

[30] Так назывались остатки древнейших укреплений вокруг Акрополя, сооружение которых приписывалось преданием первоначальному населению Аттики — пеласгам.

112

[31] Выше (гл. 17, 1) было упомянуто, что со времени первой тирании Писистрат прожил 33 года. Таким образом, весь период правления Писистратидов должен составить 50 лет (17+33) или, если тут были неполные годы, 49. В «Политике» (V, 9, 23, p. 1315 b, 32) правление сыновей Аристотель исчисляет в 18 лет. По Геродоту (V, 65), фактическое правление Писистрата и Писистратидов длилось 36 лет, т. е. 19+17, что соответствует показаниям данного сочинения. Расхождение с «Политикой» объясняется, по-видимому, счетом неполных лет за целые годы.

113

[1] Аристотель выражается языком более позднего времени: гетерии ἑταιρεῖαι — олигархические клубы, игравшие важную роль в политических переворотах конца V в.

114

[2] Имеется в виду участие Алкмеонидов в так называемом «Килоновом грехе», см. прим. к гл. I и Приложение I.

115

[3] Геродот (V, 72) говорит, что афиняне отпустили только Клеомена с его спартанцами, а захваченных там афинян перебили, причем однако некоторым и в том числе Исагору удалось ускользнуть.

116

[4] Личность нам неизвестная. Некоторые иначе толкуют эту фразу: «но еще раньше пытался вести борьбу с тиранами Кедон из рода Алкмеонидов». Но тогда пропадает противопоставление с предыдущей фразой, а грамматические основания для этого слабы.

117

[5] Сколий — см. объяснение к гл. 19, 3.

118

[6] В 508/507 г. Хотя Исагор был изгнан и первым архонтом на его место был избран кто-то другой, по-видимому, сам Клисфен, но обозначение года остается по имени того, кто был в этой должности вначале.

119

[7] Эти слова указывают на увеличение состава граждан. В «Политике» (III, 2, 10 p. 1275 b, 36 и VI, 4, 11 p. 1319 b, 6) Аристотель определенно говорит о принятии в число граждан иностранцев (метеков) и рабов.

120

[8] Смысл этой реформы становится ясным после рассмотрения роли крупных аристократических родов. Эти роды естественно группировались каждый в определенном месте; поэтому в некоторых районах, особенно с наиболее плодородной почвой, как в так называемой «равнине», во внутренней полосе Аттики, аристократическое население было особенно сосредоточено и располагало большим политическим влиянием. Даже те отрывочные и далеко не полные документальные данные, которые сохранились в надписях, дают наглядное представление о силе и значении этих родов. Когда проведено было разделение на демы, оказалось, что, например, род Аминандридов размещался в 26 демах, род Кериков — в 19, род Эвмолпидов — в 10 и т. д. В действительности, конечно, это распространение было еще большее, и есть основание думать, что род Аминандридов располагался по крайней мере в 40 демах (см. Schöffer, Demoi, Pauly-Wissowa, Real-Encyclopädie).

121

[9] Позднее при официальном именовании граждан обычно соединялись оба способа обозначения — по отчеству и по дему, например Перикл, сын Ксанфиппа, холаргиец; Демосфен, сын Демосфена, пеаниец, и т. д.

122

[10] Демарх — старшина дема.

123

[11] Некоторые названия местечек были вытеснены фамильными названиями, в других случаях при учреждении дема его нельзя было приурочить ни к какому из ранее существовавших местечек. Во всяком случае, многие из названий демов имеют характер фамильных обозначений, как Лакиады, Бутады, Скамбониды и т. п.

124

[12] В «Политике» (VI, 4, II, p. 1319 b, 23) глухо сказано об увеличении числа фратрий, но очевидно, это не касается Афин, а только города Кирены.

125

[13] Эпонимы — герои, по именам которых названы отдельные филы, например Эрехфей, Эгей, Пандион и т. д., по именам которых названы филы Эрехфеида, Эгеида, Пандионида и т. д. (ср. ниже — гл. 43, 4).

126

[14] Архегеты — герои-родоначальники.

127

[15] Остракисм (от слова ὄστρακον — черепок) — специальное голосование путем подачи черепков, посредством которого можно было удалить в десятилетнее изгнание казавшегося опасным политического деятеля (см. Приложение X).

128

[16] В рукописи: «на пятом году», что не вяжется с дальнейшим расчетом (время Марафонской битвы) и другими хронологическими данными. Восьмой год после реформы (508/507) — 501/500 г.

129

[17] Во время написания сочинения, около 325 г. Эта присяга известна нам только в общих чертах по отрывочным цитатам, например у Демосфена, XXIV, 144.

130

[18] О стратегах в IV в. — см. ниже, гл. 61 и Приложение XI.

131

[19] 490/489 г.

132

[20] Харм был тестем Гиппия.

133

[21] В 487/486 г.

134

[22] Имеется в виду только период со времени низвержения тирании. Солоновский же порядок избрания был такой же двухстепенный (см. гл. 8, 1).

135

[23] Сохранился относящийся к этому случаю черепок с надписью: «Мегакл, сын Гиппократа, из Алопеки». Подобных черепков найдено при раскопках на Акрополе свыше 50 с именами Ксанфиппа, Фемистокла, Фукидида и др. (ср. ниже, гл. 28, 2).

136

[24] 487—485 гг.

137

[25] 483/482 г.

138

[26] Местечко на юге Аттики, в 5 милях к северу от мыса Суния, поблизости от Лаврийских рудников.

139

[27] Около 240 тыс. руб.

140

[28] Подробности см. у Геродота (VIII, 40 и слл.) и Плутарха (Фемистокл, 10).

141

[29] Об этой хитрости Фемистокла рассказывается еще у Полиэна (II в. н. э.). Геродот (VII, 144) говорит просто о постройке кораблей для войны с островом Эгиной.

142

[30] В 484/483 г.

143

[31] Весной 480 г.

144

[32] Герест — юго-восточная оконечность острова Эвбеи. Скиллей — восточная оконечность Арголиды (около города Трезена). Этими пунктами намечается линия, которую было воспрещено переступать изгнанным. Впрочем, чтение этого места не надежно. Некоторые читают: «проживали в пределах Гереста и Скиллея».

145

[1] Так обычно назывались персидские войны.

146

[2] Может быть, из священной казны на Акрополе.

147

[3] Только у Плутарха (Аристид, 23) приводится сведение, будто это делалось с согласия спартанцев (см. Приложение XIV).

148

[4] Имеются в виду стены вокруг Афин и так называемые «Длинные стены», соединявшие Афины с их гаванью Пиреем (см. Фукидид, I, 89 и сл.).

149

[5] Грубое и бестактное поведение главного командира всех греческих сил, спартанского царя Павсания, оттолкнуло от него союзников; наоборот, общие симпатии были привлечены афинским полководцем Аристидом, которому и поручили организацию морского союза под главенством Афин и определение членских взносов. См. Приложение XIV.

150

[6] В 478/477 г. Размер первоначальных взносов со всех членов союза историки Фукидид (I, 96), Плутарх (Аристид, 24) и Корнелий Непот (Аристид, 3) исчисляют в 460 талантов (около 1100 тыс. руб.). Позднее эта сумма была повышена.

151

[7] Это же рассказывается у Плутарха (Аристид, 25): «Аристид привел к присяге греков и сам присягнул от имени афинян, причем, произнося клятву, бросил в море куски металла». Смысл этого акта тот, что договор остается нерушимым, пока эти куски не всплывут на поверхность воды, т. е. вечно (ср. Геродот, I, 165).

152

[8] Остров Самос лишился своего исключительного положения после восстания 440 г., остров Лесбос — в 428 г., а Хиос сначала — в 425 г. и окончательно — в 412 г.

153

[9] Пропускаем слова: «и от союзников» как вставку, содержащую только объяснение предыдущих слов. Взносы и пошлины получались именно от союзников.

154

[10] Имеется в виду суд присяжных — «гелиея», однако оплата судьям стала даваться лишь позднее (см. гл. 27, 3).

155

[11] Цифра сомнительная.

156

[12] Так называемая Пелопоннесская война, 431—404 гг.

157

[13] Расчет ведется по мирному времени — число воинов, бывших в боевой готовности перед началом войны.

158

[14] Гарнизонных солдат (φρουρούς). Папирус дает здесь чтение «подати» (φόρος). Если принять это чтение, надо предположить дальше перед словами «в числе двух тысяч» пробел, в котором обозначалась какая-то категория людей.

159

[15] Люди, которые за разные заслуги (государственную деятельность, победу на общегреческих состязаниях и т. п.) или за заслуги предков (например, потомки Гармодия и Аристогитона) получали содержание в Пританее (см. гл. 3, 5).

160

[16] Дети воинов, павших на войне. Их воспитывали на казенный счет, а по достижении совершеннолетия они получали казенное вооружение.

161

[17] Имеются в виду так называемые «одиннадцать», заведовавшие тюрьмой и исполнением приговоров (см. ниже, гл. 52, 1).

162

[18] С 478/477 г. (образование Делосского союза) до 462/461 г. (архонтство Конона).

163

[19] В 462/461. Историк Диодор (XI, 77) относит это событие к 460—458 г.

164

[20] Народному Собранию.

165

[21] В «Политике» (II, 9, 3, p. 1274 a, 8) Аристотель приписывает это дело Периклу. Весь этот рассказ о Фемистокле носит характер анекдота и хронологически несовместим с его деятельностью, так как в это время (около 462 г.) его в Афинах не было (подвергнут остракисму в 471 г.).

166

[22] Т. е. с персами. Ср. выше, прим. к гл. 23, 1, стр. 49, 2.

167

[23] Садясь у домашнего алтаря, он ставил себя под защиту святыни.

168

[24] За Ареопагом сохранилась судебная компетенция в делах религиозного характера.

169

[25] Пропуск в тексте. По-видимому речь шла о судьбе Фемистокла.

170

[1] Кимон родился вероятно ранее 504 г., так как в 476 г. был стратегом в битве при Эионе (Фукидид, I, 98) и следовательно имел уже около 30 лет от роду. Но деятели этой эпохи вообще поздно начинали свои политические выступления. Впрочем, может быть, здесь ошибка в тексте и надо читать: «слишком нерешительный».

171

[2] Разумеется список «гоплитов», т. е. граждан трех высших классов, в который не входили феты, служившие во флоте.

172

[3] Сохранившиеся документальные данные от 459/458 г. показывают, что убитых из одной филы Эрехфеиды было 177. Таким образом, по всем 10 филам число может быть действительно приближалось к 2 тыс. Однако, вернее всего, такое число было исключительным.

173

[4] Т. е. в 457/456 г.

174

[5] По законам Солона (см. выше, гл. 8, 1) должность архонта предоставлялась только гражданам 1-го класса. Когда открыт был доступ гражданам 2-го класса, так называемым «всадникам», сведений у нас нет. Для 4-го класса (фетов) формально доступ оставался всегда закрытым (см. выше, гл. 7, 4).

175

[6] Ἐγκύκλιοι ἀρχαί — низшие должности, противополагаемые высшим должностям архонтов, стратегов, казначеев и т. д.

176

[7] 453/452 г.

177

[8] См. выше, гл. 16, 5, и ниже, гл. 53, 1.

178

[9] 451/450 г.

179

[10] После экспедиции на остров Фасос в 465—463 или 459—457 гг. Кимона обвиняли в том, что он не использовал результатов своей победы и не вторгся в Македонию, подкупленный будто бы македонским царем Александром. Дело кончилось оправданием Кимона.

180

[11] Ср. гл. 25, 3 об Эфиальте.

181

[12] 432/431 г. Война началась весной, следовательно в мае — июне 431 г.

182

[13] В противоположность Фукидиду (II, 65, 5), идеализировавшему образ Перикла (см. Приложение XVI), Аристотель представляет его умеренным демагогом (Политика, II, 12, 3, p. 1274 a, 8).

183

[14] Литургии — крупные денежные повинности, которые возлагались на богатейших граждан; сюда принадлежат, например, триэрархия — постройка военного корабля, хорегия — постановка лирических или драматических произведений.

184

[15] Лакиады — родной дем Кимона.

185

[16] Рассказ о советах Дамонида или Дамона встречается и у других писателей, но он более похож на анекдот, чем на подлинный исторический факт.

186

[17] Сначала, по-видимому, было вознаграждение по 1 оболу (около 6 коп.) в день, позднее, около 428 г., плата повышена до 3 об. (см. гл. 62, 2).

187

[18] Аристотель, вероятно, имеет в виду Платона, ср. Горгий, стр. 515 e.

188

[19] Пилос — гавань в западной части Пелопоннеса (современный Наварин), занятая в 425 г. афинянами, в 409 г. была взята спартанцами; тогда на выручку был послан Анит (впоследствии — обвинитель Сократа), но он не оправдал доверия и был привлечен к суду за неудачные действия.

189

[20] Приблизительно с 450 по 429 г.

190

[21] Ксанфипп — отец Перикла (см. выше, гл. 22, 6).

191

[22] Оба изображаются Аристотелем, как представители народной партии, ср. 23, 3 и 24, 3.

192

[23] Фукидид, сын Мелесия, — государственный деятель (не историк: Фукидид-историк — сын Олора), подвергся остракисму в 443 г. Сохранилось 16 черепков, относящихся к этому остракисму (см. выше, гл. 22, 4).

193

[24] Ὁρμαῖς — своими порывистыми движениями, может быть вместо этого правильнее читать: διανομαῖς — «своими раздачами». Это как раз подходило бы к введенному по его предложению повышению платы судьям до 3 оболов, о чем говорит, например, Аристофан («Осы», 609).

194

[25] Т. е. подвязав плащ (гиматий), как ремесленник, фартуком. До сих пор ораторы в Народном Собрании считали неприличным делать резкие движения или слишком повышать голос. Перикл, например, говорил всегда спокойно и «держал руку под плащом».

195

[26] Раздача, начиная с 410 г., так называемых «зрелищных денег», которые раздавались беднейшим для посещения театра.

196

[27] Текст в этом месте, по-видимому, испорчен.

197

[28] Относительно Калликрата у нас нет сведений. Клеофонт же был осужден в 404 г. под тем предлогом, что не явился на военный пост. Это была месть олигархической партии за его протест против требования спартанцев о срытии так называемых «Длинных» стен после победы спартанцев.

198

[29] Καλοὶ κἀγαθοὶ — идеал физической и нравственной красоты — термин, которым пользовалась аристократия, выражая свой политический идеал.

199

[30] Симпатии Аристотеля к Ферамену находятся в резком противоречии с показаниями историков Фукидида и Ксенофонта, а особенно оратора Лисия, которые согласно клеймят его политическую беспринципность (он был прозван «котурном» — обувь, которая надевается одинаково на обе ноги).

200

[1] Полный разгром афинской армии, которым закончился поход в Сицилию 415—412 гг.

201

[2] Персидским. В 412 г. спартанцы заключили договор с персами, признав за ними власть над малоазиатскими греками, и получили за это обещание помощи против Афин.

202

[3] Подробное изложение событий дает Фукидид (VIII, 54—97).

203

[4] Позднее — участник «тирании тридцати» в 404 г.

204

[5] По-видимому, тот самый, который был архонтом в 404/403 г.

205

[6] Такие соображения выставил Алкивиад (Фукидид, VIII, 48) и др.

206

[7] По-видимому, та самая комиссия, которая была избрана после сицилийской катастрофы (Фукидид, VIII, 67) и имела целью ограничить демократию.

207

[8] О нем см. ниже, гл. 34, 3.

208

[9] Эта смутность представлений о прежнем государственном устройстве дает возможность каждой партии представлять его по-своему, а идеализация «строя отцов» становится лозунгом олигархических кружков.

209

[10] Дежурная часть Совета — см. ниже, гл. 43, 2.

210

[11] Γραφὴ παρανόμων — обвинение лица, внесшего неправильный законопроект. Это средство считалось оплотом существующего строя против попыток его изменения, так как всякий автор законопроекта подлежал личной ответственности за то, что ввел в заблуждение народ, если обнаруживалось какое-нибудь несогласие его с существующим законодательством (см. Приложение XXI).

211

[12] Εἰσαγγελία — заявление пританам (совету) о каком-нибудь чрезвычайном преступлении государственного или общественного характера.

212

[13] Πρόσκλησις — требование явиться на суд или к должностному лицу для ответа.

213

[14] Ἔνδειξις — заявление должностному лицу о важном преступлении и требование немедленного ареста.

214

[15] Об этой коллегии см. гл. 7, 3, и ниже, гл. 52, 1.

215

[16] Ср. Фукидид VIII, 65, 3. Оплата должностных лиц, дающая возможность даже бедному занимать высшие должности без ущерба для своего бюджета, рассматривалась как демократическая мера; поэтому в периоды реакции, желая ограничить доступ к этим должностям людям из низшего круга, начинают с отмены их оплаты.

216

[17] Так как дежурство членов Совета в течение года распределяется между группами представителей отдельных фил и каждая такая группа несет дежурство в течение 1∕10 года, то и оплату пританы должны получать только за этот срок.

217

[18] При общем составе афинских граждан, способных носить оружие, в 20—30 тыс., ограничение полноправных граждан числом в 5 тыс. является весьма реакционной мерой.

218

[19] При жертвоприношениях обращалось много внимания на качества животного и соблюдались в разных случаях разные требования. При принесении присяги полагалось в жертву приносить взрослых животных.

219

[20] Гиеромнемон — должность вроде нотариуса, к которому поступали записи о частных сделках, судебные решения и т. п. Таксиархи, числом 10, — помощники стратегов, командовавшие пешими отрядами отдельных фил (см. ниже, гл. 61, 3). Гиппархи, числом 2, — начальники конницы (см. ниже, гл. 61, 4). Филархи, числом 10, — начальники фил (см. ниже, гл. 61, 5).

220

[21] Эти крепости следующие: Элевсин, Анафлист, Суний, Форик, Панакт, Эноя, Фила, Афидна и Рамнунт.

221

[22] Т. е. Афины — см. ниже, гл. 47, 1.

222

[23] В Афинах различались казначеи священной казны богини Афины от эллинотамиев — казначеев союзной казны (ср. выше, гл. 23, 5); последние существовали до конца Пелопоннесской войны, когда кончил свое существование и морской союз.

223

[24] Гиеропеи — священнослужители — см. ниже, гл. 54, 6.

224

[25] Разумеются попечители, наблюдавшие за сохранностью и ремонтом храмовых зданий.

225

[26] Коллегия казначеев союзной казны (эллинотамии) разделялась, по-видимому, на две группы, из которых одна несла активную финансовую работу, другая занималась теоретическими вопросами. Только последняя могла принимать участие в заседаниях Совета.

226

[27] Т. е. четыре смены.

227

[28] Т. е. пять тысяч. Так как в члены Совета допускались люди не моложе 30 лет, то их могло быть около 3 тысяч и таким образом на каждую из 4 смен приходилось около 750 человек.

228

[29] Т. е. пять тысяч.

229

[30] Т. е. свыше 30 лет — ср. выше, § 2.

230

[31] При прежнем демократическом порядке ежедневно, кроме праздничных или нерабочих дней (см. ниже, гл. 43, 3).

231

[32] Текст этого места не вполне ясен. Возможно и другое понимание: «Совет выбирает по жребию девятерых архонтов».

232

[33] Он является таким образом председателем собрания (ср. ниже, гл. 44, 2).

233

[34] О порядке рассмотрения дел при демократическом строе — см. гл. 43, 6.

234

[35] Около 40 коп. Штраф за неявку на заседание — характерная черта олигархического строя, при котором должности доступны только богатым.

235

[36] Фукидид (VIII, 67, 3) описывает дело иначе: в Народном Собрании избрано 5 лиц, которые затем избирают 100 членов, а эти последние кооптируют каждый троих.

236

[37] Полное вооружение имеют только граждане первых трех классов по Солоновой системе (ὁπλῖται), т. е. зажиточные землевладельцы, в противоположность фетам, людям 4-го класса.

237

[38] Некоторые исследователи в этих «десятерых избранных лицах» видят стратегов. Но правильнее будет отличать их от стратегов и видеть в них только что упомянутую коллегию десятерых лиц.

238

[39] См. выше, прим. к гл. 30, 2, и ниже, гл. 61, 4—5.

239

[40] См. выше, гл. 30, 2.

240

[41] Смысл этого неясного места, по-видимому, тот, что, как выше (гл. 30, 3) было указано, в дальнейшем образуются 4 смены Совета и все 5 тысяч граждан должны поочередно заседать в этих сменах, а настоящий Совет четырехсот тоже делится на 4 смены, из которых каждая войдет как основное ядро в будущий состав Совета. Таким образом, под словом «остальные» разумеются 5 тысяч граждан. Впрочем, возможно, что эта неясность текста объясняется его порчей.

241

[42] Личность нам неизвестная.

242

[43] Т. е. 412/411 г.

243

[44] Месяц фаргелион соответствует маю — июню; 14 фаргелиона приходится на конец мая, 29 фаргелиона — приблизительно 8 июня. Это уже конец аттического года и следовательно 411 год.

244

[45] Бобы вместо баллотировочных шаров — обычный способ избрания, и таким образом Совет, избранный этим обычным способом, противополагается новому.

245

[46] Скирофорион — июнь — июль и 14 скирофориона — конец июня.

246

[47] Т. е. в 411 г.

247

[48] В 510 г. — см. выше, гл. 19, 6.

248

[49] Позднее Писандр бежал к спартанцам, Антифонт был казнен, Ферамен играл роль и в дальнейших событиях — см. ниже, гл. 33—37; ср. выше, гл. 28, 5.

249

[50] Т. е. 411/410 г. Переворот начался приблизительно в конце апреля, причем старый Совет некоторое время исполнял свои обязанности; низвергнут Совет четырехсот в августе.

250

[51] Город в средней части острова Эвбеи со стороны пролива.

251

[52] Город в северной части Эвбеи.

252

[53] Впоследствии один из полководцев-победителей при Аргинусских островах в 406 г.

253

[1] Вероятно, после победы при Кизике в 410 г.

254

[2] В 406/405 г. Этого Каллия не надо смешивать с одноименным архонтом 412/411 г. (ср. выше, гл. 32, 1).

255

[3] Об этом подробно рассказывает Ксенофонт (Hell., I, 5, 7).

256

[4] Крепость в северо-восточной части Аттики, которую заняли спартанцы в 413 г. и удерживали до конца войны.

257

[5] Некоторыми писателями Клеофонт изображается как крайний демагог и даже как сумасшедший (Эсхин, II, 76, III, 151); оратор Лисий (XIII, 7 слл., XXX, 10 слл.), наоборот, представляет его энергичным защитником свободы.

258

[6] Разумеются города афинских союзников, перешедших на сторону Спарты.

259

[7] 405/404 г.

260

[8] Спартанский полководец, одержавший победу при Эгоспотамах в 404 г. и проводивший олигархическую политику Спарты. Пал в битве при Галиарте в 395 г.

261

[9] Гетерия (Ἑταιρεῖα) — политический клуб. См. прим. к гл. 20, 1.

262

[10] Обращает на себя внимание тот факт, что Алкивиад, ушедший вторично в изгнание в 407 г., не возвратился в это время.

263

[11] Об Архине — см. еще ниже, гл. 40.

264

[12] Об Аните — см. выше, гл. 27, 5.

265

[13] О Клитофонте — см. выше, гл. 29, 3.

266

[14] Впоследствии член правительства Тридцати. См. ниже, гл. 36 и 37; ср. выше, гл. 28, 5; 32, 2; 33, 2.

267

[15] В дальнейшем, по-видимому, член правительства Тридцати (Xenophon, Hell., II, 3, 2).

268

[1] Числовое обозначение — обычная форма названия коллегиальных должностей. Название «тиранов» утвердилось за этим правительством только много позднее (впервые встречается в литературе у Диодора, XIX, 32). Имена их приводит Ксенофонт (Hell., II, 3, 2).

269

[2] 404/403 г. Обычно этот год не называется по имени архонта, а обозначается как «год анархии» (Xenophon, Hell., II, 3, 1).

270

[3] Они были назначены Лисандром и позднее, по восстановлении демократии, вместе с другими членами правительства Тридцати изъяты из общей амнистии (см. ниже, гл. 39, 6).

271

[4] Об этой коллегии — см. ниже, гл. 52, 1. Члены ее также были изъяты из амнистии (см. ниже, гл. 39, 6).

272

[5] Ксенофонт не упоминает об этих биченосцах, но говорит только о молодых людях, исполнявших распоряжения Тридцати, числа же их не обозначает (Hell., II, 3, 23).

273

[6] По-видимому, он был сотрудником Эфиальта (см. выше, гл. 25).

274

[7] Выше (гл. 9) Аристотель указывал, что демократичность законодательства Солона состояла именно в том, что он дал широкие полномочия суду (гелиее), предоставляя ему истолкование законов, а кроме того суду подлежало рассмотрение таких важных в политическом отношении вопросов, как отчетность должностных лиц, проверка прав кандидатов на должности (докимасия) и т. д.

275

[8] Древнейшее право признавало только родовую собственность. Впервые Солон допустил право свободного распоряжения имуществом и передачу его по завещанию посторонним лицам (см. выше, гл. 9, 2).

276

[9] Сикофанты — мошенники, занимавшиеся вымогательством и шантажировавшие людей путем доносов и кляузничества (ср. ниже, гл. 43, 5).

277

[10] Подробно об этом рассказывает Ксенофонт (Hell., II, 3, 15—17).

278

[11] Фила — местечко у прохода в горах Парнефа на пути из Аттики в Беотию. Здесь под начальством Фрасибула сосредоточилась небольшая группа эмигрантов и недовольных, не насчитывавшая первоначально и ста человек; но по мере продвижения она постепенно возрастала, пополняясь беглецами из Афин, так что наконец составилась внушительная армия, способная противостоять армии правителей. Судя по рассказу Аристотеля, занятие Филы произошло вскоре после утверждения власти Тридцати, т. е. приблизительно в мае 404 г. (взятие Афин произошло 16 мунихиона — конец апреля). Правление Тридцати продолжалось около 8 месяцев, следовательно, приблизительно до конца декабря. Остатки укреплений, сделанных Фрасибулом в Филе, сохранились там до сих пор.

279

[12] По рассказу Ксенофонта (Hell., II, 3, 23—56), оппозиция и смерть Ферамена предшествовали разоружению граждан и занятию Филы Фрасибулом.

280

[13] Эта стена — вроде мола — служила прикрытием с северной стороны входа в Пирей. Она была возведена во время правления Четырехсот. После низвержения этого правительства демократы разрушили ее из боязни, что это место может послужить опорным пунктом для действий олигархов с помощью спартанского флота.

281

[14] См. выше, гл. 29 и сл.

282

[15] Об этом подробно рассказывает Лисий (XII, 17 слл.).

283

[16] Автор, по-видимому, хочет сказать, что Тридцать сваливали вину за свои неудачи на Ферамена. Правда, несколько странно это обвинение Ферамена после его смерти. Может быть, правильно мнение, что вся эта часть от слов «Отправив послов» до конца главы должна быть отнесена к концу гл. 36.

284

[17] Гармост — командир спартанского гарнизона и наместник в подчиненном им городе.

285

[1] Гавань Афин восточнее Пирея. О событиях подробнее рассказывают Ксенофонт (Hell., II, 4, 11—19) и Андокид (I, 80).

286

[2] По рассказу Ксенофонта (Hell., II, 4, 10 sqq.), сражение произошло в самом Пирее; тут были убиты самый жестокий из Тридцати — Критий — и с ним еще много олигархов.

287

[3] Об их действиях рассказывает подробнее Лисий (XII, 53—60).

288

[4] Об этих десятерых не упоминают ни Ксенофонт, ни Лисий.

289

[5] Оратор Исократ (XVIII, 17, 49; ср. XVIII, 6, 5) причисляет его к первой коллегии десяти.

290

[6] Фаилл — личность нам неизвестная.

291

[7] Спартанский царь Павсаний из соперничества с Лисандром явился с войском в Афины, вступил в переговоры с обеими партиями и добился заключения общего мира.

292

[8] Ксенофонт (Hell., II, 4, 38) называет их 15 — может быть, здесь в тексте простая описка и следует принять соответствующую поправку.

293

[9] Аристотель, вероятно, имеет в виду какое-нибудь постановление такого содержания.

294

[10] В 403/402 г. События относятся к концу лета 403 г.

295

[11] Элевсин — одно из крупнейших местечек Аттики, на северо-запад от Афин, знаменитое своими мистериями Деметры и Коры. Расположенный в наиболее плодородной части «равнины», Элевсин с древнейших времен был главным средоточием землевладельческой аристократии. Здесь пытались укрепиться после поражения в Пирее уцелевшие члены правительства Тридцати.

296

[12] Тут, очевидно, разумеются доходы от недвижимой собственности — дома или мастерской — оставшейся у них в Афинах.

297

[13] Храм Деметры и Коры (Персефоны).

298

[14] Керики и Эвмолпиды — два древних знатных рода, представители которых несли главные жреческие обязанности в культе великих элевсинских мистерий (см. ниже, гл. 57, 1).

299

[15] Таким образом, временно в Аттике образовалось как бы два самостоятельных государства. Однако вскоре — в 401/400 г. — единение было восстановлено (см. ниже, гл. 40, 4).

300

[16] После победы спартанцев Афины были вынуждены вступить в союз под главенством Спарты и соответственно этому вносить членские взносы в союзную казну.

301

[17] Присяга на соблюдение условий мирного договора.

302

[18] Это замечание показывает, что в правление Тридцати сделаны были какие-то изменения в порядке судопроизводства Ареопага. О восстановлении прежнего порядка после низвержения Тридцати см. Лисий, I, 30.

303

[19] Τιμήματα παρεχόμενοι — граждане, обладающие имущественным цензом.

304

[20] Архин — представитель умеренной демократии. По его предложению в 403 г. в Афинах введен ионийский алфавит.

305

[21] Афинский закон предоставлял право каждому гражданину, заставшему преступника на месте преступления или уличившему в очевидном преступлении, схватить его и привести (ἀπάγειν, ἀπαγωγή) в Совет к пританам. По важнейшим политическим и уголовным делам в этом случае назначалось разбирательство в экстренном порядке (см. ниже, гл. 45, 1).

306

[22] Аристотель раньше нигде не упоминал об этом займе Тридцати, зато говорил о займе, заключенном коллегией десяти (гл. 38, 1). Скорее всего, здесь надо видеть простое смешение этих двух моментов.

307

[23] См. выше, гл. 39, 6.

308

[24] Аристотель, вероятно, имеет в виду события на острове Самосе в 412 г. (см. Фукидид, VIII, 21).

309

[25] В 401/400 г. Ксенофонт говорит о том, что перед этим примирением едва не произошло серьезного столкновения (Hell., II, 4, 43).

310

[1] Трактат Аристотеля написан около 325 г. (см. статью: Аристотель и «Афинская полития»).

311

[2] В 404/403 г. Возвращение демократов произошло приблизительно в январе 403 г., окончательный же договор был заключен при архонте Эвклиде (403/402 г.).

312

[3] Этот мифический период афинской истории, так называемый «синойкизм» Иона (объединение в едином государстве разрозненных первоначально общин), был изложен Аристотелем в начальной, не дошедшей до нас, части трактата (см. фрагмент 1).

313

[4] Φυλοβασιλεῖς — «цари фил» — должность, остававшаяся и в позднейшие времена (см. выше, гл. 8, 3, и ниже, гл. 57, 4), но уже почти исключительно с религиозным значением, в противоположность филархам (старшинам фил). См. ниже, гл. 61, 5.

314

[5] Эпизод из мифического прошлого, рассказанный Аристотелем в не дошедшей начальной части трактата (см. фрагм. 3—6).

315

[6] По-гречески βασιλικῆς.

316

[7] См. выше, гл. 4. Характерно, что здесь это «преобразование» не берется в счет по порядку. Это дает основание предполагать, что как рассказ об этом преобразовании в гл. 4, так и вся фраза здесь, относящаяся к Драконту, являются позднейшим добавлением к тексту Аристотеля (см. прим. к гл. 4).

317

[8] Автор употребляет слишком резкое выражение: Ареопаг не уничтожен, а у него отнято значение руководящего политического органа (см. выше, гл. 25, 2).

318

[9] Аристотель резко противополагает постановления Народного Собрания, зависящие от временного настроения народа, особенно под влиянием агитации демагогов, незыблемой силе законов, ср. «Политика» IV, 4, 3, p. 1292 a, 4: «Еще другой вид демократии — такой, при котором все вообще остается то же самое (т. е. как и в ранее охарактеризованных видах), но главная сила принадлежит народу, а не закону. Это бывает тогда, когда все зависит от народных постановлений, а не от закона. Это осуществляется через демагога». В другом месте (там же, 37) он говорит, что такая форма не есть даже демократия в собственном смысле.

319

[10] Эта мысль встречается и в «Политике» (III, 15 p. 1286 a, 30); ср. также у псевдо-Ксенофонта III, 7 (Приложение XXII).

320

[11] Т. е. после восстановления демократии.

321

[12] Дежурная часть Совета, которая должна созывать Народное Собрание и руководить им (см. ниже, гл. 43, 2 и сл.).

322

[13] Агиррий — государственный деятель, игравший видную роль как финансист в начале IV в.

323

[14] Иностранец по происхождению (из малоазиатского города Клазомен), он получил права гражданства в Афинах и занимал даже ответственные должности (по-видимому, был стратегом).

324

[1] С точки зрении Аристотеля, около 325 г., когда писался трактат.

325

[2] Закон, внесенный Периклом (см. выше, гл. 26, 3).

326

[3] Демоты — члены дема. Из этого места видно, что гражданские права получаются в силу принадлежности человека к дему: раз члены дема признают данное лицо своим сочленом, этим признаются его гражданские права.

327

[4] Докимасия — проверка.

328

[5] Эфебы — молодые люди в возрасте 18—20 лет. Признанные официально гражданами государства, они еще не могли фактически осуществлять своих прав, а только подготовлялись к этому и особенно к несению военной службы.

329

[6] Нечто вроде общего руководителя или директора.

330

[7] Нечто вроде попечителя.

331

[8] Мунихия — гавань к востоку от Пирея; Акта — южный мыс Пирея, самая возвышенная часть его. Сохранившиеся надписи показывают, что в некоторых случаях служба эфебов не ограничивалась этими местами.

332

[9] Педотрибы — специалисты в деле физического воспитания, преподававшие гимнастику в особых школах, так называемых палестрах, нередко и сами заведовавшие такими школами.

333

[10] Καταπαλτης (у римлян — catapulta) — машина, с помощью которой метали стрелы и дротики.

334

[11] Оплата исчисляется по дням.

335

[12] Как бы форма эфебов, верхняя накидка, состоящая из продолговатого четырехугольного куска материи.

336

[13] За исключением триэрархии для богатых, от которой освобождаются только сироты, но и то лишь в первый год.

337

[14] В 18 лет гражданин мог уже оказаться попечителем (κύριος) девушки — наследницы в семье, не имевшей мужского представителя (см. выше, гл. 9, 2; 43, 6 и 46, 6 сл.).

338

[1] Эта должность была учреждена, по-видимому, в 338 г., выделенная из круга ведения государственных казначеев (т. наз. «казначеев Сигнии Афины»), когда зрелищный фонд пришлось обратить на военные нужды.

339

[2] Должность заведующего зрелищным фондом была установлена в 354 г. и сыграла важную роль, служа средством для демагогических целей.

340

[3] Праздник великих Панафиней (в честь богини Афины) справлялся один раз в 4 года в месяце гекатомбеоне (ок. середины августа), и следовательно эти должностные лица избирались на четырехлетие.

341

[4] Т. е. стратеги и их подчиненные: гиппархи, филархи и таксиархи (см. ниже, гл. 61, 1). Должности финансовые и военные, для которых требовалась известная квалификация — имущественная или техническая, заполнялись выборами через поднятие рук, тогда как на остальные должности назначали по жребию, считая всякого гражданина способным к их занятию.

342

[5] Дежурная часть Совета составлялась из членов одной филы.

343

[6] Нормальный аттический год равен 354 дням. Он распределяется на 10 пританий по количеству дежурящих фил. Приведенное распределение по количеству дней принадлежит, по-видимому, времени Аристотеля.

344

[7] Фол — круглое здание поблизости от здания Совета (булевтерий), на северо-восток от холма Ареопага.

345

[8] См. ниже, гл. 62, 2.

346

[9] Неприсутственных дней было у афинян очень много; это были всевозможные праздники, а также разные «несчастливые» дни (ἀποφράδες), например, все седьмые дни месяцев, когда поминали умерших, и особенно канун праздника Анфестерий (начало марта) и др.

О праздниках — см. псевдо-Ксенофонт, Афинская полития, III, 8 (Приложение XXII).

347

[10] Обычным местом заседаний Совета было специальное здание, так называемый булевтерий, но в некоторых случаях заседания происходили и в других местах, каковы: афинский Элевсиний, храм Фесея, Панафинейский стадий, Акрополь, Пирей и т. д.

348

[11] Оповещение о предстоящем народном собрании обычно делалось пританами за 4 дня.

349

[12] Так называемые Εἰσαγγελίαι — заявления о преступлениях государственной важности, как измена, заговор против демократии, подкуп оратора и т. п., а также о притеснении сирот, наследниц и вдов. Процедура эта регулирована законом в середине IV в., но применялась нередко и раньше в важных политических делах (против Фемистокла, Перикла, по делу 10 стратегов и т. д.), но особенно когда преступление не было предусмотрено законом. Обычно эти заявления направлялись через Совет (через пританов) и только последнего рода дела (о сиротах, наследницах и вдовах) — через первого архонта. См. также выше, гл. 8, 4.

350

[13] В обычный невисокосный год шестая притания приходилась на январь. В это время ставился только принципиальный вопрос, нужно ли производить остракисм; самый же остракисм производился в восьмую пританию, в заранее назначенный день (см. Приложение X).

351

[14] Προβολαί — предложения проекта приговора по делам о преступлениях (например, привлечение к суду обвинителей по делу афинских стратегов, дело Демосфена против Мидия). При этом обвинитель желает получить предварительное суждение народа, чтобы затем дело было передано на рассмотрение суда.

352

[15] Масличная ветвь, повязанная шерстяной лентой, служила признаком мольбы.

353

[16] Предварительным голосованием решался вопрос, нужно ли просто рассмотреть данный вопрос в этом же заседании или следует отложить его обсуждение до другого заседания (см. объяснение у Kalinka, Ps. xenophontische Ἀθηναίων πολιτεία, Leipzig 1913, S. 259).

354

[17] Ἐπιστάτης τῶν πρυτάνεων.

355

[18] Имеется в виду главным образом Парфенон, в задней части (описфодоме) которого хранилась государственная казна. В храме Матери богов (Μητρώον) находился государственный архив. Сохранились многочисленные надписи с описями и протоколами о приеме их казначеями при вступлении в должность.

356

[19] Πρόεδροι — эта комиссия ведет происхождение только с начала IV в.

357

[20] Ἐπιατάτης τῶν προέδρων, который делается председателем Народного Собрания, что ранее (в V в.) лежало на обязанности председателя пританов.

358

[21] Разумеется председателем проэдров.

359

[22] Об этом см. ниже, гл. 61.

360

[23] Имеется в виду прежде всего благоприятная погода.

361

[24] Штраф в размере не свыше 500 драхм (около 120 руб.). Более высокий штраф мог быть наложен только по постановлению суда.

362

[25] По-видимому, здесь в тексте небольшой пропуск.

363

[26] Может быть, это то лицо, которое играло некоторую роль в правлении Тридцати (Xenophon, Hell., II, 4, 8); таким образом, это было бы актом политического преследования.

364

[27] Личность, более ничем не известная.

365

[28] Один из видов смертной казни для убийц и злодеев состоял в том, что осужденного забивали насмерть палками (ἀποτυμπανίζειν).

366

[29] См. выше, гл. 41, 2: «судопроизводство Совета перешло к народу».

367

[30] Т. е. архонты-фесмофеты. О них см. выше, гл. 3, 4, и ниже, гл. 59.

368

[31] Т. е. проверку. См. выше, гл. 42, 2.

369

[32] См. ниже, гл. 55, 2.

370

[33] Т. е. γραφὴ παρανόμων. Всякое постановление Народного Собирания могло быть в течение годичного срока обжаловано как незаконное. В этом случае вносилась жалоба на противозаконие (γραφὴ παρανόμων). Рассмотрение спора передавалось суду присяжных, а действие этого постановления приостанавливалось до разрешения дела судом. В случае признания последним неправильности постановление совершенно отменялось (см. Приложение XXI; ср. гл. 29, 4).

371

[34] Триэра — военный корабль с тройным рядом весел.

372

[35] Νεώσοικοι — собственно сараи, в которых ставились вытащенные из воды корабли.

373

[36] Тетрера — военный корабль с четырьмя рядами весел.

374

[37] Каждый состав Совета обычно сооружал в течение своего управления 20 новых триэр. По окончании служебного года Совету назначался в награду золотой венок, о чем писалось соответствующее постановление.

375

[1] Полное название их «казначеи священной казны Афины».

376

[2] Имеется в виду знаменитая статуя Афины-Девы в Парфеноне работы Фидия.

377

[3] Ника — богиня победы. Инвентари Парфенона, сохранившиеся в надписях, упоминают 10 золотых изображений ее. В случае материальных затруднений они употреблялись в качестве денежного фонда.

378

[4] Всевозможная утварь и приспособления для процессии во время Великих Панафиней.

379

[5] Буквально «продавцы».

380

[6] Имеются в виду контракты на производство различных работ, например, постройки стен, гравирования официальных надписей и т. п.

381

[7] Это, главным образом, рудники Лаврия. Ср. выше о рудниках в Маронее, гл. 22, 7.

382

[8] Ср. выше, гл. 43, 1.

383

[9] Ср. выше, гл. 43, 1.

384

[10] Т. е. на пробу, когда начинают разработку, не зная наверное, получатся ли какие-нибудь результаты.

385

[11] Число в рукописи стерто и восстанавливается по догадке.

386

[12] Ареопаг после реформы Эфиальта (см. выше, гл. 25, 2) сохранил за собой только судебные функции по делам религиозного характера, к которым относится между прочим предумышленное убийство (см. ниже, гл. 57, 3). Осужденного за предумышленное убийство ожидала смертная казнь, которой он мог избежать, уйдя добровольно в изгнание до произнесения приговора, и конфискация имущества (см. Приложение XX).

387

[13] Сбор обычных податей, как налог на капитал, пошлины, таможенные сборы и т. п., государство не производило само, а сдавало на откуп богатым гражданам.

388

[14] Доски, выбеленные гипсом (латинское album).

389

[15] Приблизительно в апреле.

390

[16] Доклад об этом в Народном Собрании делает Совет (см. выше, гл. 43, 4).

391

[17] Храмовые участки, иногда значительного размера, сдавались для эксплуатации в аренду частным лицам.

392

[18] Эту обязанность, по-видимому, исполнял государственный раб.

393

[19] См. гл. 48.

394

[20] Ἀποδέκται — буквально «приемщики».

395

[21] Т. е. в здании Совета.

396

[22] Ср. выше, гл. 45, 1.

397

[23] Нечто вроде контролеров. Эту комиссию, по-видимому, надо отличать от другой одноименной комиссии, о которой см. ниже, гл. 54, 2.

398

[24] Нечто вроде ревизионной комиссии.

399

[25] Каждая фила имела свои общие собрания, которые происходили на какой-нибудь из площадей.

400

[26] Статуя родоначальника филы (см. выше, гл. 21, 6).

401

[27] «Судьи по демам» учреждены Писистратом (см. выше, гл. 16, 5, и ниже, гл. 53, 1 и сл.).

402

[28] Архонты-фесмофеты. О них см. ниже, гл. 59.

403

[29] В рукописи это место испорчено. Перевод дается по догадкам ван-Леувена.

404

[30] Т. е. делается простым пехотинцем.

405

[31] Особый вид войска — легковооруженные пехотинцы, которые садились на лошадей к всадникам и во время сражения, ворвавшись в ряды неприятеля, соскакивали с лошадей и начинали бой как пехотинцы.

406

[32] Καταλογεῖς — каталогизаторы.

407

[33] Гиппархи — начальники конницы, филархи — старшины фил, начальники конницы своей филы (см. ниже, гл. 61, 4 и сл.).

408

[34] Тут различается список вновь включаемых всадников от постоянного списка в запечатанной таблице всего их состава.

409

[35] Это — риза (πέπλος), которая приготовлялась благородными девушками и в праздник Великих Панафиней возлагалась на статую Афины.

410

[36] См. выше, гл. 47, 1.

411

[37] До нас дошло большое количество амфор (сосудов), дававшихся в награду победителям на этих состязаниях. На них имеются надписи: «Я (говорит как бы сама амфора) — одна из наград в Афинах» (ср. ниже, гл. 60, 1).

412

[38] Мина — около 40 руб.

413

[39] Обол — около 6 коп.

414

[40] См. выше, гл. 48, 2.

415

[41] Городские надзиратели, нечто вроде комиссаров милиции.

416

[42] Женщины, занимавшиеся различными видами музыки для увеселения публики и приглашавшиеся для этого на пиршества, обычно занимались в то же время и проституцией.

417

[43] Драхма — около 40 кои.

418

[44] Стадий — 177,4 метра.

419

[45] При тесноте улиц в греческих городах приходилось принимать меры против всякого заграждения их. Окна в домах обычно открывались во внутренний дворик, так называемый перистиль; на улицу выходили окна только в верхних этажах.

420

[46] Ἀγορανόμοι.

421

[47] Μετρονόμοι.

422

[48] Это число существовало еще в начале IV в., как видно из речи Лисия «Против хлебных торговцев» (XXII).

423

[49] Ἐμπορίου ἐπιμεληταί.

424

[50] Под арест брали (специальный термин — ἀπὰγειν) лишь заведомых преступников, преимущественно таких, которых захватывали с поличным.

425

[51] Ἀνδραποδισταί — захватывающие свободного человека и обращающие его в рабство или завладевающие чужими рабами.

426

[52] См. выше, гл. 47, 2 и сл.

427

[53] Ἔνδειξις — особая форма жалобы-доноса на таких лиц, которые, будучи присуждены за свои проступки к лишению гражданских прав (атимия) или к штрафу, начинают осуществлять гражданские права, заняв государственную должность или посещая общественные места, а также на людей, нарушающих запрещения о ввозе и вывозе, на людей, доставляющих продовольствие неприятелю, и, может быть, на виновных в продаже казенного имущества.

428

[54] У нас нет сведений о том, какие именно дела этого рода входят в компетенцию фесмофетов.

429

[55] Εἰσαγωγεῖς.

430

[56] Имеются в виду дела, которые должны быть разобраны обязательно в течение месяца.

431

[57] В случаях развода или смерти мужа женщина имела право через посредство своего попечителя (κύριος) требовать возвращения ей приданого.

432

[58] Счет ведется по месяцам с одной мины (= 100 драхм); таким образом, в год это составляет 12 %.

433

[59] За всякий ущерб, причиненный рабами или животными, ответственным является их хозяин. Может быть, дело идет и об обмане при продаже рабов или животных с телесными недостатками, искусно скрытыми продавцом.

434

[60] Один из видов общественных повинностей (так называемых литургий), возлагавшихся на богатых граждан: постройка военного корабля (триэры).

435

[61] См. выше, гл. 47, 2.

436

[62] Так называемые «судьи по демам», учрежденные Писистратом (см. выше, гл. 16, 5; ср. 26, 3; 48, 5).

437

[63] Διαιτηταί — нечто вроде третейских судей, но с постоянными функциями и не ограничивавшихся разбирательством одного определенного дела.

438

[64] Πρόκλησις — всякого рода предложения с той и другой стороны о мерах для выяснения дела, например, приведение к присяге, предложения пытать рабов, вызвать свидетелей, показать документы и т. п.

439

[65] Т. е. выписки из законов, на которые ссылаются стороны.

440

[66] По-видимому, из числа упомянутых выше сорока.

441

[67] См. выше, гл. 21, 6.

442

[68] Это место у Аристотеля заставляет предполагать в этих эпонимах возрастов не архонтов, при которых граждане были записаны в число эфебов, а аттических героев, именами которых обозначался каждый из 42 призывных годов (военную службу несли с 18 до 60-летнего возраста), причем список этих эпонимов через каждые 42 года начинался снова. Таким образом, каждый новый призыв эфебов обозначался именем того эпонима, под которым числились люди, в предыдущем году вышедшие из военнообязанных, т. е. те, которым тогда шел 60-й год.

443

[69] Здесь имеются в виду эпонимы фил; статуи их находились перед зданием Совета.

444

[70] Список граждан, помеченных именем последнего из эпонимов, именно тех граждан, которым в это время идет 60-й год. Таким образом, фактически этот год жизни посвящался не военной службе, а несению обязанностей диэтетов.

445

[71] О таком случае атимии (лишения гражданской чести) некоего Стратона упоминает Демосфен (XXI, 83 и сл.).

446

[72] Λογισταί — контролеры; ср. одноименную коллегию выше, гл. 48, 3.

447

[73] Συνήγοροι — нечто вроде советников или помощников.

448

[74] Приблизительно в апреле.

449

[75] Документы вырезывались на мраморных или бронзовых плитах (στῆλαι) и выставлялись в публичных местах. Благодаря прочности этих материалов большое количество древних документов сохранилось до нас.

450

[76] Этот титул давался гражданам других государств, которые брали на себя там защиту интересов граждан данного государства, — нечто вроде современных консулов. Позднее этот титул давался и метекам и сопровождался особыми правами (см. гл. 58, 2).

451

[77] Приблизительно с 367—363 гг.

452

[78] Ἰεροποιοί — «священнослужители».

453

[79] Т. е. совершающимися каждые четыре года.

454

[80] Об этом празднике — см. ниже, гл. 60, 1, и выше, гл. 18, 2; 43, 1; 49, 3; 62, 2.

455

[81] Праздник в честь Артемиды Бравронской. Браврон — аттический дем на восточном побережье. Но позднее этот культ был перенесен на Акрополь.

456

[82] Праздник в честь элевсинских богинь Деметры и Коры (Персефоны), — не надо смешивать с малыми элевсинскими мистериями, которые совершались ежегодно.

457

[83] 329/328 г. до н. э.

458

[84] Ср. ниже, гл. 62, 2.

459

[85] Обычно демархи (старшины демов) избирались поднятием рук в самих демах. Обособление Пирея объясняется его исключительным значением.

460

[86] Имеются в виду сельские Дионисии.

461

[87] Хорег — богатый гражданин, на которого возлагается общественная повинность (литургия) на свой счет обучить хор для праздничного представления.

462

[88] Т. е. имеет такое же значение, как имя архонта-эпонима в Афинах.

463

[1] См. выше, гл. 3, 2—4; 8, 1; 22, 5; 26, 2.

464

[2] Т. е. во время написания трактата, около 325 г. до н. э.

465

[3] Докимасия — проверка; ср. выше, гл. 42, 2; 45, 3; 49, 1, 4; ниже, гл. 56, 1; 59, 4; 60, 1.

466

[4] Аполлон — национальный бог всего ионийского племени — бог рода, и потому называется «Отчим» (Πατρῷς). Зевс Оградный (Ζεὺς ἔρκειος) — олицетворение домашней ограды и отсюда вообще домашней жизни.

467

[5] Разумеются родовые усыпальницы, являющиеся центрами родовых культов. В этих вопросах сохраняются пережитки родовых отношений.

468

[6] Следовательно, дело сводилось к простой формальности.

469

[7] См. выше, гл. 53, и ниже, гл. 58, 2. Это место находилось на городской площади.

470

[8] Предполагается статуя размером в рост самого виновного. В случае невыполнения, он как неоплатный должник государства должен идти в изгнание (см. выше, гл. 7, 1).

471

[9] Особая форма провозглашения принципа неприкосновенности имущества.

472

[10] Представления происходили на Дионисиях весной, а эти назначения делались в начале аттического года, т. е. в конце лета. Число хорегов соответствует числу трагических поэтов, допускавшихся к состязанию.

473

[11] Первоначально и комедии ставились по три в каждый праздник — на Дионисиях и Ленеях, и только в IV в. число их увеличено до пяти.

474

[12] Разумеются великие, или городские, Дионисии в конце марта. Помимо трагедий и комедий здесь были еще и лирические состязания при исполнении религиозных песнопений.

475

[13] Аттический праздник в честь Аполлона и Артемиды в конце мая.

476

[14] Если гражданин, на которого возложили ту или иную литургию, был недоволен этим и находил, что есть более богатые люди, он мог предложить кому-нибудь из них взять эту обязанность на себя, в случае же отказа с его стороны — потребовать поменяться с ним имуществом.

477

[15] Обычно такие литургии падали на богатых граждан через два года.

478

[16] См. выше, гл. 54, 7.

479

[17] Так назывался начальник священного паломничества, которое отправлялось на остров Делос в воспоминание о той дани из 7 юношей и 7 девушек, которую, по мифу, афиняне должны были посылать на Крит царю Миносу для чудовища Минотавра и которая была прекращена благодаря Фесею, убившему Минотавра.

480

[18] По-видимому, 18 боэдромиона (начало октября), накануне процессии в Элевсин, мисты проводили ночь в храме Асклепия.

481

[19] Приблизительно 28 марта. В процессии переносили статую Диониса из его храма в Академию и оттуда в театр. Это было предварением театральных представлений.

482

[20] Праздник, справлявшийся 14 скирофориона (конец июня).

483

[21] Т. е. в том случае, если бы обвинение не подтвердилось на суде.

484

[22] Опекуны, чтобы избавиться от хлопот по управлению имуществом малолетних, имели право сдать его целиком в аренду. Но арендатор должен был при этом дать обеспечение сохранности отданного ему имущества. Особая комиссия производила расценку представленного им обеспечения, обычно — земельного участка.

485

[23] Эвмолпиды и Керики — два наиболее древних и знатных элевсинских рода (ср. выше, гл. 39, 2).

486

[24] В квартале Лимны на юго-восток от Акрополя. Обычно этот праздник назывался Ленеи. Он справлялся в конце января. Во время него ставились в театре комедии.

487

[25] Бег с факелами происходил на праздниках Панафиней, Гефестий, Промефий и в честь Пана.

488

[26] См. об этих делах Приложение XX.

489

[27] Храм Паллады-Афины на северо-восток от Акрополя.

490

[28] Храм Аполлона-Дельфиния на северо-восток от Акрополя.

491

[29] Примирение с родственниками убитого — путем ли уплаты им какого-нибудь вознаграждения или другим способом — смягченная форма первоначальной кровавой мести.

492

[30] Имя местного героя. Место, где происходило разбирательство этого рода дел, называется Фреатто́ (ср. φρέαρ — колодезь); оно находилось около гавани Зеи, к востоку от Пирея, у самого моря.

493

[31] Чтобы сами судьи не осквернились вследствие пребывания под одним кровом с убийцей, разбирательство дела велось под открытым небом.

494

[32] Особая комиссия из 51 члена, заседавшая в судилищах при Палладии, Дельфинии, Фреатто и Пританее (см. ниже, Приложение XX).

495

[33] Венок — обычный признак исполнения общественной или религиозной обязанности.

496

[34] Φυλοβασιλεῖς — цари фил (см. выше, гл. 8, 3; 41, 2).

497

[35] Если убийца оставался неразысканным или если смерть произошла от несчастного случая, например от падения камня, удара животного и т. п., требовалась религиозная формальность суда над этими животными или предметами, причинившими смерть. Это судопроизводство велось в Пританее.

498

[36] Установлены после битвы при Марафоне.

499

[37] Одно из прозвищ Ареса, иногда обозначает самостоятельное божество.

500

[38] Дело идет о религиозном культе в память борцов против тирании (см. выше, гл. 18).

501

[39] Под этим названием разумеется особая группа привилегированных метеков, которые за какие-нибудь заслуги перед государством были освобождены от обычной подати метеков и уравнены в этом отношении с гражданами.

502

[40] Почетный титул, который давался проживавшим в Аттике иностранцам-метекам за оказанные ими услуги государству. Этот титул сопровождался особыми правами, каковы: право владения землей и домом, освобождение от податей, почетное место на собраниях, например в театре, и т. д.

503

[41] См. выше, гл. 53.

504

[42] Первое относится к вольноотпущенникам, второе — к метекам. Вольноотпущенники оставались в известных отношениях зависимости перед своими прежними хозяевами, которые оставались их патронами; метеки не имели права выступать с какими-нибудь делами самостоятельно, без патрона. Нарушение этих правил вольноотпущенниками каралось законом.

505

[43] Так называемые εἰσαγγελίαι — см. выше, гл. 4, 4; 8, 4; 29, 4; 43, 4; 45, 2; 53, 6.

506

[44] Об этом проверочном голосовании см. выше, гл. 43, 4; ср. ниже, гл. 61, 2.

507

[45] Особый вид ускоренного судопроизводства в делах, касающихся оскорбления религии, против должностных лиц и против сикофантов, причем обвинитель добивается в этой инстанции только предварительного принципиального суждения (см. выше, гл. 43, 5).

508

[46] Γραφὴ παρανόμων — см. выше, гл. 29, 4; 40, 2; 45, 4, и Приложение XXI.

509

[47] Президиум Совета (см. выше, гл. 44).

510

[48] Отчета можно было потребовать с них даже до окончания срока их службы (ср. выше, гл. 27, 1, и 48, 4 и сл., ниже 61, 2).

511

[49] По афинским законам, обвинитель должен был в присутствии понятых заявить ответчику о вызове его в суд. Таким образом, если бы нашлись лжесвидетели, утверждающие, что такое оповещение сделано, подсудимый мог не явиться на разбирательство дела и быть осужден заочно.

512

[50] См. выше, гл. 55, 2—4.

513

[51] См. выше, гл. 42, 1.

514

[52] См. выше, гл. 45, 1.

515

[53] Разумеются частноправовые договоры (σύμβολα), обеспечивающие юридическую защиту для коммерческих сделок между гражданами различных государств.

516

[54] Обычно дела о лжесвидетельстве подлежали ведению тех лиц, под председательством которых данный случай лжесвидетельства имел место.

517

[1] Т. е. устроители состязаний.

518

[2] См. выше, гл. 18, 2 и сл.; 43, 1; 49, 3; 54, 7, и ниже, гл. 62, 2.

519

[3] Эти состязания ведут начало со времени Перикла.

520

[4] Для статуи богини Афины (см. выше, гл. 49, 3).

521

[5] Наградой на панафинейских состязаниях были оливковая ветвь и сосуд (амфора) с маслом. Такие амфоры сохранились до нашего времени.

522

[6] Так как маслины составляли богатство страны, то за культурой их еще со времен Солона было установлено наблюдение, и самой богине Афине было приписано создание этого дерева. Многие из этих деревьев считались священными и находящимися под покровительством Зевса — Мория.

523

[7] Котила — около 1∕4 литра.

524

[8] Еще в начале IV в., как видно из речи Лисия (VII, 2), относящейся ко времени после 395 г.

525

[9] Образец такого процесса дает седьмая речь Лисия.

526

[10] Судя по речи Лисия (VII, 41), виновному грозило изгнание и конфискация имущества.

527

[11] Лицо, занимавшее должность архонта, на следующий год, в случае благополучной сдачи отчета, делалось членом Ареопага.

528

[12] Эти вознаграждения исчислялись в 300—1000 драхм, т. е. 120—400 руб.

529

[1] Возможно, что в этом месте имеется в нашем тексте пропуск (ср. гл. 43, 1).

530

[2] Первый случай отступления от первоначального порядка известен нам в 440/439 г., когда из 10 стратегов Перикл и Главкон принадлежали к одной филе — Акамантиде. Однако и после этого, приблизительно до середины IV в., по-видимому, соблюдалось правило распределения по филам.

531

[3] Мунихия — укрепленное место в северо-восточной части Пирея (см. выше, гл. 19, 2, и 42, 3). Акта — южный полуостров Пирея (см. выше, гл. 42, 3).

532

[4] Симмории — группы богатых граждан, на которых возлагалась обязанность общими средствами снарядить военный корабль — триэру.

533

[5] Богатые граждане, на которых возлагалось снаряжение триэры, а вместе с этим и командование ею в качестве капитанов. Это — одна из литургий (общественных повинностей), к которым привлекались богатые граждане (ср. выше, гл. 52, 2).

534

[6] Ср. выше, гл. 56, 3.

535

[7] Ср. выше, гл. 43, 4.

536

[8] Таксиарх — начальник пехоты.

537

[9] Лохаг — начальник лоха (отряда).

538

[10] Гиппарх — начальник конницы.

539

[11] Филарх — начальник филы.

540

[12] Лемнос — остров в северной части Эгейского моря. Там была афинская «клерухия».

541

[13] «Парал» и «Аммониада» (корабль Аммона) — два государственных корабля, служивших для особо важных государственных поручений — посольств, священных миссий, перевозки казенных денег и т. п. Второй первоначально назывался Саламиния; в честь египетского бога Амона (на греческий лад — Аммона) он назван в эпоху Александра. Чтение папируса не ясно: некоторые вместо слова «отдельно» читают «теперь», поскольку название это дано только недавно перед написанием трактата.

542

[1] Место их избрания неизвестно (ср. выше, гл. 8, 1).

543

[2] Вероятно, тут разумеются стражи, охранявшие верфи (см. выше, гл. 24, 1).

544

[3] Драхма — около 40 коп. Выше (гл. 41, 3) была названа плата за посещение народного собрания в 3 обола; эта плата упоминается и Аристофаном (Eccl. 185 и сл. и схолии). Очевидно, она была позднее повышена.

545

[4] Обол — около 6 коп.

546

[5] Жалованье судьям в 1 обол установлено Периклом (см. выше, гл. 27, 3) и повышено до 3 оболов Клеоном.

547

[6] Один — в качестве курьера, другой — в качестве сигнальщика.

548

[7] См. выше, гл. 54, 8.

549

[8] См. выше, гл. 60. О Пританее см. гл. 3, 5.

550

[9] Конец июля и начало августа.

551

[10] Афины являлись членом Делосской амфиктионии, т. е. древнего союза религиозного характера. На обязанности амфиктионов было управление храмовой казной, причем города, участвовавшие в амфиктионии, несли эти обязанности поочередно в течение года, посылая представителей.

552

[11] Острова Эгейского моря, находившиеся в зависимости от Афин. Туда посылались военные командиры (ср. 61, 6). Остров Самос освободился от этой зависимости в 322 г.

553

[12] Так, Перикл занимал должность стратега 15 раз, Фокион — 45.

554

[1] Ср. выше, гл. 59, 7. Каждая судебная комиссия составляется из граждан всех десяти фил.

555

[2] См. о них и ниже, гл. 64.

556

[3] Πινάκια — бронзовые, а может быть, и деревянные таблички. Значительное число бронзовых табличек сохранилось до настоящего времени.

557

[4] См. об этом ниже, гл. 65, 1 и сл.; 69, 2.

558

[5] По-видимому, металлические.

559

[6] Особая форма жалобы — ἔνδειξις, о которой см. выше, гл. 29, 4.

560

[7] См. вышеупомянутые таблички (§ 2).

561

[8] Таким образом, в каждую группу входят судьи из всех 10 фил.

562

[9] См. выше, гл. 59, 7.

563

[10] Имеется в виду нечто вроде витрины, деревянной рамы, разделенной на клеточки, в которые вставляются таблички избранных.

564

[11] Один в каждой из девяти фил и секретарь фесмофетов в десятой (см. выше, гл. 63, 1).

565

[12] Бронзовые кубики вроде игральных костей, но без очков.

566

[13] Для сокращения времени баллотировка производится группами: одному кубику соответствуют пять имен.

567

[14] Не надо смешивать эти ящики с теми, которые упоминались в гл. 64, 1; тех — десять, этих — число неопределенное и обозначаются они буквами, начиная с «Α».

568

[15] Вероятно, от государственного раба.

569

[16] Место дополнено по догадке; в папирусе стерлось. Другие читают: «Складывают тут желудь и трость».

570

[17] Число в тексте пропущено.

571

[18] Имеются в виду водяные часы (клепсидра), так как для речей ораторов назначалось определенное время.

572

[19] Для подсчета голосов.

573

[20] Текст очень испорчен.

574

[21] Водяные часы.

575

[22] Хой — мера жидких тел, несколько более 3 литров.

576

[23] Около 2 тыс. руб.

577

[24] Каждой стороне давалось на суде по две речи.

578

[25] См. выше, гл. 66, 2.

579

[26] В текстах греческих ораторов нередко встречается после обращения к секретарю с просьбой прочитать какой-нибудь из приложенных к делу документов такое обращение к заведующему клепсидрой: «Останови пожалуйста воду».

580

[27] Детали текста в этом месте очень ненадежны.

581

[28] В случаях особенной важности процесса на него отводится целый день, причем точно распределяется время для отдельных моментов — для обвинения, защиты, голосования судей и т. д. Примером такого дела является процесс по обвинению Эсхина в преступном использовании посольских обязанностей (Aesch., II, 126).

582

[29] Декабрь — январь. Продолжительность дня в это время исчисляется в 9^1∕2 часов. Эсхин определяет это время счетом в 11 амфор.

583

[30] Текст этой части сохранился очень плохо; 12 строк папируса настолько искрошились, что не дают связного чтения. Конец 67 и гл. 68 § 1 восстанавливаются очень ненадежно.

584

[31] Таким «не оцененным» процессом был процесс Сократа.

585

[32] Образцы таких «камешков» (Ψῆφοι) — медных круглых пластинок — имеются и у нас. Название является пережитком, показывая, что первоначально тут применялись настоящие камешки.

586

[33] Место сохранилось плохо и восстанавливается по догадке; другие читают: «марки».

587

[34] Этот порядок подтверждается и другими авторами: Aesch., 1, 79; Xenophon, Hell., I, 7, 9; Lys. XIII, 37, Aristophanes, Vespae, 987—990.

588

[35] Разумеется процесс, «подлежащий оценке» (ἀγὼν τιμητός), т. е. по такому преступлению, за которое законами не установлено определенного наказания. Суду в этих случаях предоставляется не только установить самый факт виновности, но и определить наказание для преступника.

589

[36] Ср. выше, гл. 68, 2. Потом эти марки снова возвращаются судьям для получения по ним жалованья.

590

[37] См. выше, гл. 66, 3.

591

[1] Ниже приводим важнейшие отрывки, сохранившиеся в цитатах разных писателей, иногда дословных, иногда передающих только общий смысл; курсивом отмечены цитаты, близко передающие текст Аристотеля.

592

[2] Название «фатрия» встречается параллельно со словом «фратрия» и может быть сопоставлено с термином «патра».

593

[1] Эпитома — сокращение. Гераклид Понтийский — крупный философ и естествоиспытатель, ученик Платона и Аристотеля, живший во второй половине IV в. до н. э. Ему приписывается сочинение «О государственных устройствах» (περὶ πολιτειὼν), компиляция из «Политий» Аристотеля. Отрывочно и небрежно составленные кем-то выдержки из этого сочинения приводятся здесь. Ценность их двоякая: 1) как свидетельство о принадлежности нашего трактата Аристотелю, 2) как некоторое восполнение недостающих начальных частей трактата.

594

[2] Т. е. жителей Аттики.

595

[3] Имеется в виду Гиппий (см. гл. 18, 3).

596

[4] Клисфен (см. гл. 22, 1).

597

[5] Олигархия Тридцати (см. гл. 35, 4).

598

[6] Дело идет о должности астиномов (см. гл. 50, 2).

599

[7] Разумеются члены Совета (см. гл. 52, 1).

600

Aristotle, On the Constitution of Athens, edited by Kenyon, London 1891. Факсимиле папируса — London 1891, 2 ed. 1891.

601

Предположение, высказанное Виламовицем (Arist. und Athen., I, 165 и сл.).

602

Ср. также надпись от 409 г. См. Приложение III.

Content

Аристотель
Афинская полития

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ИСТОРИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА АФИНЯН

I. Килонова смута (Гл. 1)

II. Древнейший государственный строй (Гл. 2—3)

III. Законодательство Драконта (Гл. 4)

IV. Законодательство Солона (Гл. 5—12)

V. Смута после Солона (Гл. 13)

VI. Правление Писистрата (Гл. 14—16)

VII. Правление Писистратидов (Гл. 17—19)

VIII. Реформы Клисфена и мероприятия ближайших лет (Гл. 20—22)

IX. Эпоха греко-персидских войн (Гл. 23—25)

X. Развитие демократии (Гл. 26—28)

XI. Олигархия Четырехсот (Гл. 29—33)

XII. Конец войны (Гл. 34)

XIII. Правление Тридцати (Гл. 35—37)

XIV. Восстановление демократии (Гл. 38—40)

XV. Обзор политических преобразований (Гл. 41)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ СОВРЕМЕННЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ АФИНЯН

I. Гражданские списки и воспитание эфебов (Гл. 42)

II. Порядок избрания должностных лиц. Совет Пятисот и Народное Собрание (Гл. 43—46)

III. Совет и администрация (Гл. 47—54)

IV. Архонты (Гл. 55—59)

V. Афлофеты (Гл. 60)

VI. Должности, избираемые поднятием рук (Гл. 61)

VII. Выборы по жребию. Жалованье. Повторность занятия должностей (Гл. 62)

VIII. Организация судов (Гл. 63—69)

ОТРЫВКИ ИЗ НЕ ДОШЕДШЕЙ ДО НАС НАЧАЛЬНОЙ ЧАСТИ «АФИНСКОЙ ПОЛИТИИ»

ЭПИТОМА ГЕРАКЛИДА

АРИСТОТЕЛЬ И «АФИНСКАЯ ПОЛИТИЯ»

1

2

3

4

Примечания