Ольга Валентеева

Не подарок судьбы

Пролог

Бамс! Дверь в приемную распахнулась с таким грохотом, что дядюшка-император вжал голову в плечи. А ведь трусом не был, и любил меня, как родную. По крайне мере, он так говорил. Но каждый раз при моем появлении картина не менялась: седовласый император, ищущий взглядом, куда бы спрятаться. Десятка два посетителей и приближенных, мечтающих о том же. И я, его дражайшая племянница. А ведь сам приглашал. Прислал утром слугу. Разбудил ни свет, ни заря. А этого я никому не прощу.

– Здравствуй, Оливия, – дядя Себастьян поднялся мне навстречу.

– Здравствуй, дядюшка, – изображать реверанс в брюках и блузке было глупо, поэтому я просто кивнула и позволила старику обнять меня. – Звал?

Толпа посетителей редела на глазах. Знатнейшие люди королевства быстро откланивались и исчезали за дверью, пока мы не остались вдвоем. Правильно боятся. Недаром меня прозвали «головной болью императорского двора».

– Присядь, – дядюшка указал мне на кресло. – Разговор будет длинный.

Только не это. Чуяло мое сердце, что не стоит приходить. Но я присела и сложила руки на коленях, как добропорядочная принцесса.

– Ливи, милая, ты уже не ребенок, – издалека начал император. – Когда мой брат Дерек и его супруга пропали, я взял на себя заботу о тебе.

Врет и не краснеет. Я сама о себе неплохо забочусь.

– Девочка моя, я долго закрывал глаза на твои сумасбродства. И на одежду, которая подобает только мужчине. И на помощь низшим духам, до которой уважающий себя маг никогда не опустится. Но ты выросла. И пора задуматься о замужестве.

О том, что пора замуж, дядя намекает года так четыре – с того дня, как мне исполнилось восемнадцать. Но не тут-то было.

– Дядюшка, я уже говорила тебе, что не собираюсь связывать свою жизнь с каким-нибудь заезжим принцем. Он, как и ты, будет возмущаться моим поведением, одеждой, занятиями. А я могу сама выбирать, как жить. И муж мне для этого не нужен.

– Оливия, ты – лицо империи.

– Я? Свет с тобой! Вот кузен Эдуард – да, он наследный принц. И кузина Маргарет. А я – всего лишь твоя племянница.

– Но ты должна…

– Я никому ничего не должна, – поднялась, давая понять, что разговор окончен. – Прости, мне пора. Заказы ждут.

Чмокнула императора в щеку и пошла к двери. Я действительно планировала встречу, поэтому торопилась. До самого выхода чувствовала, как чужой взгляд сверлит спину. Наверное, дядюшка в сотый раз вопрошал себя, почему редкий дар Хранительницы Порталов достался его непутевой племяннице, которая живет одна в маленькой квартирке, отказывается выходить замуж и все свободное время тратит на низших. Я и сама не знала ответа. Но не собралась меняться. Ни за что.

Часть 1. Её высочество – мое высочество

Глава 1. Головная боль императорского

двора

Терпеть не могу бывать в императорском дворце! И настроение от этого портится, и аппетит пропадает. Особенно, когда заходит разговор о браке. Как объяснить дядюшке, что мне некогда становиться чьей-либо женой? Дни и ночи помогаю низшим духам – водяничкам, полевушкам, летуньям. Девочки меня обожают, ведь обычно никто не заботится об их судьбе. И я отвечаю им взаимностью. Поэтому приходится бывать при дворе и добиваться, чтобы малышек не угнетали, а главное – не продавали в рабство.

Вот чего-чего, а рабства не приемлю ни в каком виде. И это касается не только духов, но и людей. Они, конечно, слабые и совсем не обладают магией, но не заслуживают того, чтобы их ставили на один уровень с животными. Людям помочь не могла – и давно с этим смирилась. Кто я такая, чтобы ломать устои государства? Но зато любым магическим существам никогда не отказывала в заступничестве. Дядя знает об этом, потому и злится. Говорит, что не годится девушке из императорского дома заниматься проблемами низших.

Только кто его слушает? У меня есть собственное мнение, и я не собираюсь его менять – даже ради дяди.

Мои визиты во дворец никогда не длились долго. Вот и на этот раз я спешила домой, потому что там ждала любовь всей моей жизни. Его звали Макки, и год назад он украл мое сердце.

Стоило переступить порог небольшого домишки, как рыжая тень метнулась к ногам. Я провела рукой по пушистой шубке лисенка и сказала:

– Вот я и дома, Макки.

Лис довольно тявкнул и поспешил на кухню. Как догадался, что заглянула к Стексу за рыбкой. Я прошла на кухню следом за лисенком, достала из котомки рыбу и переложила в миску. Макки крутился под ногами, предвкушая пиршество. Пока лис управлялся со своей долей угощения, отломила ломоть хлеба и налила стакан молока – отличный завтрак, пусть и поздний. И по времени больше походивший на обед. Что поделаешь, учитывая ритм моей жизни?

В двери постучали. Я отодвинула стакан. Хорошо, хоть перекусить успела. Распахнула двери – и чуть не ушибла юную летунью. Летуньи принадлежат к низшим духам. Эти малышки – настоящие кудесницы, когда речь идет о кружевах. А еще они влияют на погоду.

– Ой, извини, – пробормотала, окинув взглядом хрупкую фигурку, которая поместилась бы у меня на ладони.

– Госпожа Оливия? – пискнула летунья.

– Она самая. Чем могу помочь?

– У меня есть к вам разговор, – девушка покраснела и смущенно отвела взгляд.

– Проходи. Точнее, пролетай, – подвинулась, освобождая дорогу для гостьи.

Та нырнула в прихожую. Макки высунул из кухни любопытную мордашку, но тут же исчез – мой лис любит только духов воды, потому что от них пахнет рыбешкой.

– Прошу сюда, – распахнула перед летуньей двери кабинета. – Как тебя зовут?

– Люсиль, – ответила та, присаживаясь на краешек массивного стула.

– Значит, Люсиль, – заняла место напротив. – Что ж, рассказывай, что тебя ко мне привело.

Летунья покраснела. Я терпеливо ждала, хотя терпение никогда не являлось моей добродетелью. Но если речь шла о счастье другого существа, я была готова работать над собой.

– Дело в моей подруге, – пролепетала она. – Сама она никогда бы сюда не пришла. Но если вы ей не поможете, она пропадет.

Как много историй начиналось именно так. Кто только ко мне не приходил, кроме самих пострадавших: мамы, сестры, подруги, реже братья и возлюбленные.

– Сделаю все, что в моих силах, – пообещала я.

– Моя подруга учится в МАМИ, – вздохнула Люсиль. – Должна в этом году получить знахарский диплом.

МАМИ – полностью Магическая Академия Мириданской Империи, была самым престижным учебным заведением нашего государства. Значит, подружка – вряд ли летунья. Низших туда не берут, только на вольный курс – он дает знания, но никаких гарантий и дипломов.

– Что случилось с твоей подругой? – подтолкнула я Люсиль в нужном направлении.

– В этом году в Академии появился новый профессор, – ответила она. – Его зовут Френ Тир. Он из подземного народа. И Кати ему не понравилась. Теперь он ставит ей низкие баллы, и декан сказал, что из-за этого может понизить её ранг.

А это уже серьезно… Магический ранг – главный показатель, по которому разделяется наше общество. Если он высокий, для тебя все дороги открыты. Если же нет – будешь всю жизнь прозябать где-нибудь в глубинке.

– И что требуется от меня? – уточнила я.

– Не знаю… – поникла Люсиль. – Вы же все можете. Поговорите с деканом. Он вас послушает. Или с профессором. Да вас послушает кто угодно!

Вот именно… А всё дурная слава – идет впереди меня…

– Ладно, – пообещала я. – Что-нибудь придумаю. Только назови мне полное имя и ранг подруги.

– Кати Шасс, она – магичка из лесного клана, – ответила Люсиль.

На этом мы попрощались с гостьей, и я осталась наедине с Макки. Лесной клан. Дикое племя, гордое. Поэтому неудивительно, что Кати не хочет просить о помощи. Но проблему надо решить – мало кому из лесного клана вообще удается очутиться в Академии, и еще меньше – удержаться там. Академия сурова. Я сама там не училась, но мой приятель – вечный студент, пытался сдать выпускные экзамены уже раз пять. И не сдал. Хотя он – умелый маг, Хранитель Вихрей.

Вот к нему-то мы и наведаемся. Но не сейчас, вечерком, когда Николус будет дома. А пока можно немного отдохнуть и потискать лисенка.

Я переоделась, взяла с полки массивный фолиант о кланах империи и улеглась на кровать. Что поделаешь, обожаю читать лежа. Макки тут же забрался под бок. Я зарылась пальцами в его шерсть – это всегда успокаивало. Вот и сейчас буквы перед глазами слились, веки закрылись, и я уснула…

***

Макки покусывал меня за пальцы. Я перевернулась на другой бок, но лисенок не собирался сдаваться и перебрался ближе к лицу. Его мокрый язычок прошелся по моей щеке.

– Отстань, – проворчала я. – Макки, кому говорят!

И вдруг вспомнила, что мне срочно нужно к Николусу. Резко подскочила, взглянула в окно – и поняла, что безнадежно проспала. Уже почти стемнело. И если опоздаю, то Ник отправится на очередную студенческую пирушку. Поэтому наспех натянула мятые штаны, рубашку и вынеслась из дома. Макки проводил меня недовольным взглядом – конечно, его-то никто не накормил ужином. При такой хозяйке и похудеть недолго.

Я неслась по улицам, словно ураган. Встречные прохожие торопились уступить мне дорогу. Какой-то парень зазевался, и я чуть не сбила его с ног.

– Прошу прощения! – крикнула, не останавливаясь.

– Удачного пути! – пожелали мне в спину.

Обернулась, чтобы взглянуть, кто обладает таким запасом учтивости, но пострадавший уже скрылся из виду. Я внеслась в трехэтажный домик, взлетела по лестнице к коморке под самой крышей и забарабанила в двери.

– Кого там принесли духи? – послышался сонный голос Николуса. Отлично! Значит, приятель дремал и никуда не успел уйти.

– Это Ливи, Ник, – крикнула я, и дверь тут же распахнулась, из неё высунулась мускулистая рука и втащила меня в квартиру. Я привыкла, что Николус часто ведет себя, как медведь. Он прибыл в столицу из горного края, и так и не обрел светский лоск. Но за это я его и любила.

– Ливи, – меня приподняли над землей, прижали к себе и отпустили.

– Ники! – пожала его руку.

Обычно дети гор отличаются высоким ростом, громадными габаритами и невыносимым характером. Но Нику от них досталась только сила – он мог согнуть и разогнуть кочергу, и при этом даже не поморщиться. А в остальном мой приятель полностью отличался от собратьев – ростом был чуть выше среднего, кулаками размахивал только по необходимости, и о том, как он силен, можно было догадаться, только наблюдая за ним в схватке. А ведь к физической силе примешивалась еще и магическая, которая так редко проявляется у горных кланов.

– Какими судьбами, малышка? – усмехнулся Ник, щеголяя выбитым зубом.

– По делу. Где ты оставил свою улыбку? – прищурилась я.

– Поспорили с одним оболтусом. Я лишился зуба, он – пары костей.

– Хорошо, хоть не жизни.

– Проходи, – отступил Ник, пропуская меня в захламленную комнату. На неубранной кровати валялась ученическая мантия. Стол был завален книгами и свитками. По полу рассыпались колбы и бутылочки с зельями. Аромат от них стоял такой, что от него становилось дурно.

Ник смахнул со стула ворох одежды и предложил мне присесть.

– Слушай, Николус, – начала я издалека, – я знакома с тобой так долго, а ты ни разу не показал мне Академию.

– Зачем она тебе, принцесска? – Ник часто так меня называл. – Унылое место, где грызут гранит знаний. Ты и так умнее многих, кто выходит из её стен.

– Надо, – твердо ответила я. – Скажи, что ты знаешь о профессоре Френ Тире?

Николус взлохматил рыжие волосы и стал похож на нахохлившегося птенца.

– Профессор Тир, – нараспев произнес он. – Профессор Тир ходил в трактир, и там пил он мясной бульон. Бульон был крепок, Тир был пьян, ему закуской стал стакан. Опля!

– Исчерпывающая информация, – вздохнула я. – Значит, Тира вы не любите.

– Терпеть не можем. Зануда, у него воды для зелья не выпросишь. Дай угадаю. У очередной твоей знакомой проблемы с гадким профессором.

– Угадал, – кивнула я.

– Гиблое дело. Тир непоколебим, если не сказать больше… – Ник игриво подмигнул.

– Я же вижу, что ты недоговариваешь, – наклонилась я к нему.

– Ты права, принцесска. Тир – зануда, но… у него есть слабость. Он дико боится за свою репутацию в Академии. Поэтому он такой несговорчивый. Вот если бы ты смогла найти что-то такое…

– Найду, не переживай,– перебила я друга. – От тебя требуется одно. Скажи, Тир преподает на вольных курсах?

– Да, дважды в неделю дает уроки защитной магии, включая теорию существ.

– Сможешь меня туда провести?

Ник усмехнулся.

– Почему нет? Любое твое желание. Но не безвозмездно. Я помогаю тебе – ты помогаешь мне.

Кому-кому, а Нику я готова помочь всегда! Поэтому мы с Николусом ударили по рукам, и я с легким сердцем отправилась домой – готовить ловушку для профессора Тира.

Глава 2. Студентка голубых кровей

Образование в Мириданской империи было доступно только избранным. Тем, кто обладал задатками к магии и достаточно высоким титулом, чтобы их реализовать. Пять Академий по количеству наместничеств, подчиненных императору, считались элитными и открывали свои двери только для талантливых отпрысков дворянских родов – высших. А вот вольные курсы при Академиях принимали всех, кто мог оплатить обучение. Некоторые жители империи копили на вольные курсы годами, потому что самых талантливых студентов оттуда зачисляли в Академию, не оглядываясь на происхождение. Впрочем, такое случалось редко – магия чаще всего передавалась по наследству, хоть тип способностей мог отличаться.

Сама я не училась в Академии. Почему? А зачем мне это нужно? Образования я получила дома, а все, что связано с магией, изучила сама. Не люблю учителей. Они всегда пытаются указать, как мне жить. Тянет огрызнуться и доказать свою правоту. В итоге все заканчивается скандалом. Нет, учеба не для меня! Лучший преподаватель – жизненный опыт. Вот уж кто учит доходчиво и только тому, что необходимо.

Но дело есть дело. И ради помощи Кати я готова была проникнуть в Академию. Конечно же, инкогнито – иначе дядюшка точно полысеет от ужаса. Ведь если я возьмусь за Академию всерьез, одним учебным заведением в стране станет меньше.

Николус не подвел. На следующий день мы с ним под ручку входили под своды МАМИ. Я часто видела это здание снаружи – и никогда изнутри. Снаружи Академия сияла всеми цветами радуги – как будто заманивала в сети доверчивых мотыльков. Каждый корпус был выкрашен в оттенки определенного цвета. Соответственно, факультетов тоже было семь. Плюс белый корпус для слушателей курсов и поступающих. Он стоял чуть в стороне и соединялся с основным зданием несколькими переходами. К нему-то мы и свернули, миновав охрану. Я поправила темно-синее платье и кудри, из русых ставшие белокурыми. Мало ли, каких знакомых здесь можно встретить. Доложат дяде, проблем не оберешься.

– Здесь я тебя оставлю, – замер Ник перед дверями белого здания. – Дальше не моя территория. Если понадоблюсь – стихийники в красном корпусе. Удачи, принцесска!

– Она мне пригодится, – улыбнулась, а в душе заворочалось беспокойство. Как же я без Ника? Я-то думала, он мне поможет. Но отступить – значит, признать свое поражение. Поэтому собралась с духом и прикоснулась к двери.

– Здороваться не учили? – гаркнула дверь и из белой стала пунцовой.

– Здрасьте, – ляпнула я. – Ой, то есть, добрый день. Меня зовут Анна, я прибыла…

– Вот есть мне дело до того, зачем тебя принесло! Пропуск гони!

Я прислонила к двери свиток с печатями, заботливо добытый другом.

– Аудитория двести два, – сообщила дверь, приобретая нормальный цвет. – Ряд шесть, место двадцать восемь.

Я про себя повторила данные и шагнула в холл. Меня сразу же оглушил шум. Тут и там сновали студенты. Высших, подобных мне, здесь было немного. В основном – мелкая братия вроде моей вчерашней гостьи. Меня чуть не сбила с ног стайка полевушек. Они пробормотали что-то вроде «извините» и поспешили скрыться за ближайшей дверью. Аудитория двести два… Пораскинув мозгами, я решила, что это на втором этаже. Оставалось найти лестницу.

Около пяти минут побродила по этажу прежде, чем обнаружила конструкцию из ступенек – иначе это назвать было нельзя. Ужасное корявое нечто, по которому с гиком и свистом сновали студенты курсов. Оставалось надеяться, что руки и ноги останутся на месте.

Я вцепилась в перила, которые оказались теплыми на ощупь, и медленно поползла вверх. За моей спиной раздался дружный хохот. Трое высших. Раз здесь – значит, неудачники или полукровки. Неужели…

Я прикоснулась к перилам и прошептала: «Снятие». Лестница тут же приобрела нормальный вид, засверкали широкие ступеньки. Высшие притихли. Видимо, не каждый здесь смог разгадать подвох. А тем более – снять морок.

– В следующий раз разложите на ступеньках змей. Рекомендую, – обернулась я и с гордо поднятой головой зашагала дальше.

Уверена, челюсти у ребят отвалились. В следующий раз не будут связываться с незнакомой девушкой. К счастью, на этом мои поиски закончились, и аудитория двести два обнаружилась рядом с лестницей. Я вошла в огромный зал. До начала занятий оставалось еще пять минут, поэтому здесь все шумели и гудели. Когда я подошла к шестому ряду, место двадцать восемь едва заметно вспыхнуло. Отличный сервис. Не заблудишься.

Одно из мест возле меня оставалось свободным, а другое уже заняла хорошенькая зеленоволосая морена. Жительницы морей обычно удивительно красивы, и от высших отличаются только цветом глаз и волос. Очи моей соседки переливались оттенками морской волны.

– Привет, – доброжелательно улыбнулась она.

– Привет, – я вздрогнула от неожиданности, и морена заливисто рассмеялась.

– Я тебя раньше тут не видела. Ты новенькая? – прожурчал её голосок.

– Да. Меня зовут Анна.

– А я – Мориэлла, – девушка продолжала улыбаться. – Какой у тебя основной курс?

– Перемещения, – ляпнула я – и чуть себя не раскрыла, но Мори не заметила подвоха.

– Перемещения? Как здорово! А у меня – водная магия. Легко догадаться, правда? А ты полукровка?

– Скорее, у меня небольшие способности, – наконец-то мне удалось расслабиться.

– Надо же! Обидно… Ну ничего! Может, курсы тебе помогут. Один мой друг после них смог поступить в Академию.

– Спасибо, – ответила я. – Надеюсь на это! А почему ты не предположила, что я из простолюдинов?

– Смеешься? – удивилась Мори. – Ты на них не похожа! Они такие грубые! Вчера столкнулась с одним из них в библиотеке. Так он обозвал меня рыбиной и толкнул на стеллаж. Фу!

Назвать морену рыбиной – это верх неприличия. Тем более, что правды в таких словах нет. Да, морены могут долгое время проводить под водой. И у них есть жабры. Но больше они ничем от нас не отличаются!

Внезапно звуки в аудитории стихли, как по мановению волшебной палочки. Я поняла, что начались занятия. Дверь распахнулась, пропуская в аудиторию высокого сухопарого мужчину в черном костюме. Яркий представитель подземного народа – бледная кожа, выдающиеся скулы, острый нос, страсть к приглушенным цветам.

– Приветствую вас, – раздался скрипучий, гулкий голос. – Наша сегодняшняя тема – разряды низших, населяющих горы. Открываем конспекты.

Низшие гор… Неприятные существа. Мне приходилось с ними встречаться. Ни разу никто из них не обратился ко мне за помощью – наоборот, на них жаловалось множество моих знакомых. Так что порассказать могу больше любого профессора.

– Первый отряд, – продолжал Тир, – скальники.

Он щелкнул пальцами, и в воздухе возникло изображение толстенького коротышки с серым лицом и пепельными короткими волосами. В руках коротышка держал обломок скалы.

– Типичные признаки: маленький рост, плотное телосложение, серая кожа, серый цвет глаз, серые одежды.

– Короче, все серое, – хихикнул кто-то в зале.

– Мибус! – резко развернулся Тир, и помрачневший студент поднялся на ноги. Я узнала в нем одного из тех, кто заколдовал лестницу. – Выйти из аудитории!

Полукровка смёл записи в сумку и с гордо поднятой головой направился к выходу. Дверь резко распахнулась, чуть не ударив его по лбу, и в аудиторию влетел растрепанный парнишка в мятой одежде.

– Уже выгнали, Ронни? – похлопал он Мибуса по плечу. – Ты сегодня быстро.

Ответ я не расслышала, потому что Тир закричал:

– Бертран Коун! Снова опоздание!

– Прошу простить, – на ходу поклонился Бертран, миновал разъяренного профессора и протиснулся на соседнее место. – Оу, привет, новенькая, – я получила тычок локтем в бок. – Вы уже что-то записали?

Я молча подвинула ему конспект.

– Коун! – продолжал негодовать профессор. – Немедленно покиньте аудиторию!

– Я только пришел, – ответил Бертран, не отрывая глаз от конспекта. – Так что пока не уйду.

Я еле сдержала смех. А что? Редко увидишь красного, как помидор, подземника. Но, видимо, это была не первая стычка между Френ Тиром и Коуном, потому что профессор гордо отвернулся и продолжил лекцию. А Бертран записал тему и делал вид, словно он тут не при чем. Я люблю веселых людей, поэтому сразу прониклась к Коуну симпатией. Вряд ли он бездарь. Значит, полукровка? Интересно, кем был один из его родителей?

Но я пришла в Академию не для того, чтобы наблюдать за сокурсниками. Меня интересовал Френ Тир. Может, вывести профессора из себя? Прямо здесь, прямо сейчас. А потом предложить поговорить с глазу на глаз и поставить свои условия… А что, вариант. Попробуем.

– Третий отряд – камнеломы, – монотонно бубнил Тир. – Рост средний, волосы темные, черты лица грубые. Среди других видов выделяются способностью превращать камни в пыль. Редко общаются с представителями других видов.

– Профессор Тир, – подняла я руку.

– Да? – развернулся ко мне мужчина.

– Боюсь, вы ошиблись, – подготовила я лучшую из моих улыбок.

– В чем же?

– В том, что камнеломы редко общаются с представителями других видов. Они очень дружелюбны, если найти к ним подход.

– С чего вы это взяли, э-м-м…

– Анна, – пришла я на помощь профессору. – Мне доводилось бывать в Приморских горах, где обитает самый многочисленный клан камнеломов. Они приняли меня, позволили побродить по горным лабиринтам, даже накормили своей пищей – кстати, очень вкусно, учитывая, как мало в горах продуктов питания.

– П-п-пустили в лабиринты? – запнулся профессор.

– Да.

– Как вам это удалось? Там не был даже я.

– Секрет, – взмахнула я ресницами.

– Что ж, поговорим об этом позднее, после пар, если вы не против. Вычеркиваем последнюю фразу. Продолжаем. Четвертый вид – скалозубы. Худощавые, высокие, с выдающимися челюстями и пепельной кожей. Один из видов горных существ, который торгует с высшими.

– Рабами, – дополнила я рассказ профессора.

Студенты зашушукались. Френ Тир побагровел.

– И с ними вы тоже общались, милочка?

– Конечно, – кивнула я. А что? Общалась! Еще как общалась! И удирала от них тоже хорошо. Чуть не догнали. Догнали бы – искал бы меня дядюшка на каких-нибудь островах, где варвары не гнушаются держать в рабстве высших. А то и на том свете.

– Тогда, может, закончите лекцию за меня?

– Попробую.

Я осторожно выбралась со своего места и подошла к Френ Тиру.

– Записываем, – скомандовала я. – Пятый вид, самый опасный – глыбари. У них мало человеческого. Язык примитивный. Разум – тоже. Всё, что их интересует – таскать глыбы. Если вы встали у них на пути, можете быть похоронены под глыбами. Они пройдут по вам – и не заметят. При встрече с глыбарями советую спасаться бегством либо слиться с обстановкой. Но лучше бежать. Они неповоротливы. Зато каменюки метают далеко и в цель. Шестой вид, последний – горный карлики. Самый хитрый народец. Роста ниже колена, говорливы, любят яркие одежды. Отправляясь в гости к карликам, захватите с собой подарок. Тогда вы сможет рассчитывать на их помощь. В целом же правила поведения с горными низшими таковы: вежливость, молчание, быстрые ноги. Ставим точку. Хотите что-то добавить, профессор?

Тир схватил меня за руку и потащил прочь. Аудитория загудела, словно улей. Еще бы! Такой позор на голову Тира. Уверена, ему долго будут припоминать сегодняшнюю лекцию.

Меня втолкнули в душную пыльную подсобку. Хлопнула дверь.

– Ты кто такая? – пышущее злобой лицо профессора оказалось прямо передо мной. – Только не говори, что студентка. Кто?

– Я – это всего лишь я, профессор, – еще одна очаровательная улыбка. Как бы не придушил.

– Так вот, «всего лишь я». Сейчас ты выйдешь из этой комнаты, и я никогда – ты слышишь? Никогда больше тебя не увижу! Усекла?

– А вы всегда так разговариваете со своими студентками, господин Тир? – спросила я. – А если узнает декан? Или, не приведи Небесный, сам император? Куда вы пойдете?

– Не твое дело! – профессор не собирался сдаваться и наседал на меня. Что ж, пора менять тактику! Я томно закатила очи и повисла у него на шее. Тир попытался вырваться, но держала я крепко, успевая шептать:

– О, дорогой Френ! Можно я буду так вас называть? Только из-за вас я решила поступить на вольные курсы. Ваше лицо, оно так прекрасно! А ваши глаза! Разве у кого-то из мириданцев есть такие глаза? А эти уши!

– Г-госпожа… – пробормотал Тир, вжимаясь в стену.

– Нет, не госпожа. Называйте меня просто Анна! А я буду называть вас «мой профессор». И звезды позавидуют нашей любви.

Я попыталась поцеловать Тира. Профессор ловко увернулся, но разве это меня остановило? Я скакала за ним по комнате, как горный дух из старинных преданий, надеясь, что на шум кто-нибудь войдет и застанет нас с Тиром в пикантной позе.

Но вдруг Тир обессилено опустился на стул и обхватил голову руками. По-моему, перестаралась. Главное, чтобы у него сердце не прихватило – не хочу быть виноватой в его смерти. Пусть он и плохой учитель.

– Что тебе нужно? – безжизненно спросил он.

Хотелось ответить «только твоя любовь», но я пожалела несчастного и сказала:

– Кати. Кати Шасс. Оставьте её в покое. И вообще, прекратите угнетать студентов.

– Хорошо. Что еще?

– Ничего. Но если обманете меня – пожалеете. У меня не только длинный язык, но и руки. Я ваши уши везде достану. Понятно излагаю?

– Более чем. Я согласен, – выдохну Френ Тир.

– Тогда сейчас я выйду из подсобки, попрощаюсь с однокурсниками и поеду домой. А вы продолжите вбивать знания в их головы. До встречи, Френ Тир.

Я вышла из комнатушки с королевской осанкой и довольным видом. Пристыженный профессор остался сидеть на стуле. Похоже, лекция закончилась, потому что временные сокурсники переговаривались и собирали сумки, чтобы перейти в другую аудиторию.

– Анна! – догнал меня Бертран. – Ну что там? Потащит к декану?

– Нет, – пожала я плечами. – Поговорили по душам. Профессор признал, что был неправ. На этом и разошлись.

– Ты удивительная, – рассмеялся Коун. – Может, прогуляемся как-нибудь? Начался танцевальный сезон в старом парке.

– Может быть, – пообещала я и скрылась в толпе студентов. Пусть надеется. А, может, когда-нибудь он мне понадобится, и мы действительно прогуляемся по парку. Жизнь – сложная штука. Её нельзя предугадать.

«Дело сделано», – написала на клочке бумаги, дунула на него – и он отправился к Люсиль. Не даром я – мастер порталов. Любого достану.

Я в последний раз окинула взглядом здание Академии – и с чувством выполненного долга направилась домой.

Глава 3. Не помогай – не пожалеешь

Я просила Люсиль не благодарить меня, но летуны – народец гордый. И теперь каждое утро перед моими дверями оказывалась корзинка со свежими овощами и фруктами. Я попыталась связаться с летуньей и отказаться от даров, но она и слышать ничего не желала. Корзинки появлялись. Не пропадать же продуктам! Поэтому я смирилась и перестала сопротивляться.

Через неделю после происшествия в Академии меня снова вызвал дядюшка Себастьян. На этот раз я решила, что не стоит обострять отношения – на всякий случай. А вдруг он узнал про Френ Тира? Поэтому достала из шкафа свое лучшее платье и даже пригласила соседку, чтобы она сделала мне прическу. Она умела создать из моих не самых шикарных волос настоящее произведение искусства. То-то дядя обрадуется! Главное, чтобы не начал уговаривать переехать обратно в родительский особняк. Потому что в мои планы не входит слоняться по пустым залам, словно призрак. Мне гораздо уютнее в маленькой квартирке вместе с Макки.

Ровно в полдень наемный экипаж доставил меня к императорскому дворцу. Я ступила на вымощенную мостовую и медленно направилась к воротам.

– Госпожа Оливия, – склонились стражники.

– Здравствуйте, Колин, Бакин, – ответила я. Кто-кто, а местная стража меня любила. Наверное, потому, что вносила разнообразие в их скучную жизнь. Или же это была дань уважения отцу – он всегда защищал стражников от королевского гнева. Он вообще всех всегда защищал.

Колин распахнул передо мной ворота, а Бакин проводил до входной двери, «передав» следующему караулу. Почетный караул менялся еще раз пять прежде, чем я очутилась в кабинете дяди.

– Оливия, дитя мое, – император сиял, как новенькая монетка. Не к добру.

– Здравствуй, дядюшка, – я позволила себя обнять и чмокнуть в лоб.

– Здравствуй, милая. Присаживайся. Поговорим.

Вряд ли это из-за Академии. Уже повод насторожиться.

Я умостилась в огромном кресле и превратилась в воплощение ожидания. Дядя не торопился начинать разговор. И только когда начала выстукивать пальцами походный марш, он сказал:

– Оливия, милая, ты уже взрослая девушка. Вчера к нам приехал принц Эрик Винческий. Он просит твоей руки.

Эрик… Припоминаю. Когда мы были детьми, я как-то расквасила ему нос. Случайно. Почти. Блондин. Не люблю блондинов. Зато наследный принц – их я тоже не люблю.

– Ливи? – дядя испугался воцарившейся тишины.

– Я не хочу замуж, – покачала я головой. – Я его не люблю. Так к чему портить парню будущее?

– Ливи, такой шанс бывает раз в жизни, – наседал дядя. – Хотя бы поговори с ним!

– Не желаю.

– Оливия! Я приказываю тебе! Через неделю состоится большой императорский бал. Принц на него приглашен. Если ты не появишься, прикажу притащить тебя силой. Не притащат – выгоню тебя за пределы империи. И лиса заберу!

– Лиса не отдам, – фыркнула я. – Не ты его подобрал, не тебе им распоряжаться.

– Ты будешь на балу? – дядя хмурился. Надо было соглашаться.

– Буду, – нехотя кивнула я. – Но у меня будет маленькая просьба. Пусть это будет бал-маскарад. Я люблю маскарады.

– Только ради тебя, – вздохнул дядя. – Можешь идти, милая. Я пришлю тебе приглашение и портних.

Я попрощалась с дядюшкой и поехала домой. Что ж, один бал – это еще не катастрофа. Справлюсь. Хоть и ненавижу скопления народу. Какой бы выбрать костюм?

За этими раздумьями я не заметила, как экипаж долетел до дома. Распахнулась дверца, и Николус протянул мне руку.

– Благодарю, – выпорхнула я на мостовую и расплатилась с кучером. – Какими судьбами, Ник?

– По личной просьбе, – подмигнул вечный студент. – Примешь?

– Приму. За мной ведь еще должок, – ответила я. – Проходи.

Я пропустила гостя в свою квартирку. Макки тут же примчался к нам и подставил Нику уши. Тот рассмеялся и погладил лисенка. Макки никого не принимал сразу, но Ник частенько ко мне захаживал, поэтому лис привык и давал себя потискать.

– Что у тебя? – спросила я, усаживаясь напротив Николуса.

– Да вот не знаю, с чего начать, – почесал друг в затылке. – Уверен, идея тебе не понравится, но… Пожалуйста, не отказывайся сразу.

Такое вступление настораживало. Я уже догадалась, что ничего приятного не предстоит, и Ник только подтвердил мою догадку:

– Ко мне обратился старинный приятель. Ну, не то чтобы приятель – знакомый. Мы с ним росли вместе, а потом разошлись пути-дорожки. Так, виделись время от времени. А вчера он неожиданно ко мне приехал. Уж не знаю, откуда ему известно, что мы с тобой дружим… Но он попросил меня об услуге.

– Ты же знаешь, я не особо хорошо схожусь с мужчинами, поэтому стараюсь с ними не работать, – перебила я Ника.

– Знаю, знаю. Только ему очень надо! Он может заплатить любую сумму.

– И что нужно делать? – вздохнула я.

– Ты же работаешь с порталами. А ему надо похитить одного человека. Не делай такое лицо! – сразу перебил меня парень. – Это его возлюбленная. Но родители против их брака. Они заперли дочку в башне и окружили её магическими ловушками. Если кто и может их обойти, так это ты!

– А девушка? – сразу же уточнила я. – Она его любит?

– Джефи говорит, что да.

– Вот у неё и спрошу. Если она подтвердит, что хочет с ним убежать – помогу. Нет – не обижайтесь.

– Ливи, ты золото! – Ник подхватил меня со стула и прижал к себе. – Все, я побежал. Когда нам подойти?

Я прикинула. Завтра придут портнихи. Это надолго. И я буду зла, как тысяча темных тварей. А вот послезавтра можно и совершить вылазку в башню.

– Где находится девушка? – спросила я.

– За городом, недалеко. Виллимиль. Знаешь, где это?

– Конечно, – часто проезжала через этот поселочек и видела местную достопримечательность – старинную башню. – Приходите послезавтра вечером. Тогда и попробуем.

Ник снова начал благодарить, но я прервала этот поток благословений на мою голову. Потому что я бы ему отказала. Не в моих принципах похищать людей. Пусть даже ради их блага. И вообще, уверена, что друг Ника – высший, а, значит, способен решить свои проблемы сам. Но не люблю быть должной. Придется постараться.

Утро добавило новых проблем. Их звали Бэла, Мэлли и Тили. Не знаю, где дядюшка добыл эту гвардию, но все три портнихи принадлежали к виду создателей. Эти существа едва доходили мне до колена, но зато обладали способностью к левитации. Стоило портнихам переступить порог, как меня мгновенно раздели, обмерили и укутали тканями. Я почувствовала себя гусеницей в коконе. Девушки щебетали все разом, голова кружилась, Макки тявкал, часы тикали… К вечеру была способна только на одно – упасть лицом в подушку.

Утром я с трудом помнила не только вчерашний день, но и собственное имя. Поэтому позволила себе до обеда проваляться в кровати. Вроде бы портнихи обещали мне три платья. Зачем три – не знаю. Наверное, для широты выбора. На маскарад я выбрала образ Принцессы Ночи. Люблю темно-синий. Если расшить его золотом и камнями, получится звездное небо. Тем более, что за все платит дядя. О двух других платьях помнила только то, что они будут алого и жемчужно-серого цветов. Все остальное укутывал мрак усталости.

После обеда пришлось встать и привести себя в нормальный вид. Всё-таки жду гостей. Макки вертелся под ногами, пока я готовила все для ритуала. Если провести переход по правилам, на него уходит куда меньше сил. Я расстелила на полу покрывало, расставила кругом семь свечей, и в центре круга поместила зеркало в полный рост. Потом заперла Макки в спальне, чтобы случайно не помешал мне. Я закончила вовремя, потому что спустя несколько мгновений раздался стук в дверь.

Спутник Николуса оказался высоким статным мужчиной с черными усами и бородкой. Он мне с первого взгляда не понравился, но отступать было некуда, поэтому я пригласила гостей внутрь.

– Джефи, это Оливия. Ливи, это Джеф, – Николус представил нас друг другу.

– Благодарю, что согласились принять меня, Оливия, – раздался бархатный голос. – Я наслышан о ваших талантах и доброте.

Точно высший. Точно из придворных. Только они любят плести словесные сети. И делают это так искусно, что многие в них попадаются.

– Мне нужна личная вещь, – прервала я поток красноречия. – Ваша, а лучше – вашей возлюбленной. И её имя.

– Маргрит, – протянул мне Джефи заколку. – Это её. Что я должен делать?

– Не мешать, – ответила я. – Садитесь на софу и не двигайтесь, что бы ни случилось. А главное – когда я уйду, не трогайте зеркало. Или все пропало.

Мужчины заняли свои места. Тогда я стала на колени перед зеркалом, положила заколку на покрывало и зажгла свечи. Их мутное пламя отразилось в зеркальной глади. Я растерла пальцами порошок из медницы. Её острый запах наполнил комнату. Веки стали тяжелыми, глаза закрылись…

Я плыла в густом тумане. Все ближе и ближе к цели. Магических ловушек было много, но они были настолько примитивными, что расправилась с ними, как с детской головоломкой. Раз, два – и готово. Родители девушки либо поскупились, либо наняли шарлатана.

Моя тень миновала коридор, поднялась по лестнице. Сюда! Где-то далеко мое тело шагнуло в зеркало и прошло сквозь стекло.

Самое неприятное ощущение – когда приходится перемещаться в пространстве. Вот и сейчас я на секунду замерла из-за головокружения, но затем мир вновь обрел ясность. Девушка должна была быть где-то рядом. Я чувствовала её. Вплоть до настроения – встревоженного до крайности. Нашла!

Я остановилась перед дверью. К сожалению, чтобы проникнуть туда, портал не поможет. Зато немного ловкости рук – и смогла отпереть замок. Не все в мире решается магией. Иногда набор отмычек стоит дороже любого заклинания.

Дверь открылась, и я увидела Маргрит. Она оказалась хорошенькой светлоглазой блондинкой, больше похожей на куклу. Но девчонке хватило ума не закричать при виде незнакомого человека.

– Я от Джефи, – шагнула я в комнату и прикрыла за собой дверь.

– Джефи? – Маргрит всплеснула руками и кинулась мне на шею. – Как он? Он все еще меня любит? Он вызволит меня отсюда? Не молчите, молю!

– Скажи, – отстранила я девушку, – если я предложу бежать тебе прямо сейчас, ты согласишься?

– Да, да! Только это невозможно. Ловушки…

– Преодолимы, – ответила я. – Просто ответь – ты этого хочешь?

– Хочу! – решительно сказала Маргрит. – Ради моего Джефи я готова на все.

– Тогда давай руку.

Мы тихонько проскользнули обратно к порталу. Девушка не задавала лишних вопросов – просто шла за мной. И не пискнула даже тогда, когда я увлекла её в черную дыру, закрывшуюся за нашими спинами. Ловушки уже не представляли для меня опасности, поэтому мы благополучно вывалились из зеркала в магический круг.

Сразу же раздался возглас:

– Маргрит!

Джефи подхватил возлюбленную на руки и закружил по комнате, а я осталась стоять на коленях. Все, в ближайшие несколько дней – никаких порталов! И, возможно, никаких приемов.

– Ливи?

Николус помог мне подняться, усадил на стул и протянул стакан с водой. Всё-таки он хороший друг!

– Ты в порядке? – спросил Ник.

– Жить буду, – кивнула я. – Проводи наших гостей. Я хочу побыть одна.

Джефи и Маргрит затихли, затем Джеф шагнул ко мне:

– Спасибо!

– Не за что. Береги её, – махнула я рукой в сторону выхода.

– Вот, – на стол опустился увесистый кошелек. – И еще… Я обещал подарок. Мой экипаж здесь неподалеку. Вернусь через несколько минут.

Влюбленные снова рассыпались в благодарностях и, наконец, оставили меня в покое. Сколько их, этих парочек! Жаль только, что чувства быстро гаснут, и тут уже никакая магия помочь не в силах. Все любовные эликсиры – не более чем иллюзия, позволяющая затуманить сознание. Но не более того.

– Устала? – Ник уселся рядом со мной.

– Какая часть фразы «я хочу побыть одна» тебе не понятна? – повернулась я к нему.

– Всё мне ясно. Уйду вместе с Джефи. Спасибо, что согласилась помочь.

– Забудь, мы квиты, – ответила я. – Долг платежом красен.

– Всегда рад сотрудничать с тобой, – улыбнулся Ник.

Двери снова отворились – и я решила, что схожу с ума. Джефи вернулся не один. Он тащил за собой… человека. А в нашей стране человек – значит, раб.

– Вот, – Джефи вытолкнул вперед парнишку лет так двадцати трех-четырех в рваной одежде, – мое недавнее приобретение. Думаю, тебе понравится.

Стопка бумаг на «собственность» легла рядом с кошельком.

– Подожди! Мне не нужен раб! – подскочила я.

– Не скромничай, – засмеялся Джефи. – Возражения не принимаются. До встречи.

И вышел из комнаты. Я осталась стоять столбом. Раб смотрел на меня исподлобья своими черными глазищами, а я не знала, что делать. Ненавижу! Ненавижу этого Джефи! И Ник хорош, угорь…

Я огляделась. Оказалось, Николус исчез вместе со своим другом. Понял, что грозы не миновать, и смылся. Замечательно! Оставить подругу с дикарем! Встречу – закопаю!

– М-м-м… – попыталась подыскать слова. – Привет. Ты меня понимаешь?

Раб кивнул.

– Отлично… Как тебя зовут?

Молчание…

– Откуда ты?

Молчание…

– Ты что, немой?

Презрительный прищуренный взгляд. Да, не такими я себе представляла человеческих мужчин. Нет, я их видела, конечно, но издали – работорговцам чаще попадались женщины.

– Меня зовут Оливия, – продолжила попытки разговорить свой подарок. – Можешь называть меня Ливи. Живу одна, с лисом. В общем…

Я поняла, что несу полную чушь. Для чего – не известно. Впервые в жизни я не могла подобрать слов.

– Знаешь, давай поговорим завтра, – наконец, приняла мудрое решение. – Поздно уже, я устала. Можешь лечь на диване, я дам тебе покрывало. А подушка, извини, в доме только одна.

Я засуетилась, всунула в руки «подарочку» одеяло, оставила его в гостиной, накормила Макки и закрылась в спальне. Никогда в жизни не чувствовала себя большей идиоткой. Подумаешь, человек. Эка невидаль. Отпущу его – и дело с концом. Точка.

Глава 4. Смотреть ли в зубы даренному коню?

После ритуалов я обычно долго не могу прийти в себя. Не могу – или не хочу. Лучший способ отдохнуть – это лежать, уставившись в потолок, и гладить пушистые бока Макки. Лис всегда знает, когда нужен мне, и устраивается рядом.

Вот и это утро я собиралась провести так же. Но не получилось. Во-первых, куда-то запропастился Макки. А во-вторых, не могла не думать о своем временном соседе, которого надо было в кратчайшие сроки куда-нибудь деть. Не жить же мне под одной крышей с незнакомым мужчиной.

Пришлось сократить утренний отдых, тщательно одеться – прости, старенькое домашнее платье! – и выйти в гостиную. Лис нашелся. Он сидел у ног раба и умильно заглядывал тому в глаза. Парень чесал Макки за ушком, и мой лисенок не возражал. А ведь он никогда и никого не подпускал к себе при первой встрече!

– Доброе утро, – не слишком дружелюбно буркнула я. Ревность никого не делает милым.

Парень поднял голову и взглянул на меня так же, как и вчера – презрительно, словно я тут рабыня, а не он. Не знала, что люди такие гордые. Мне говорили, человека очень просто сломать и заставить делать то, что тебе надо. Но, похоже, не в моем случае.

– Видимо, вежливость для тебя – пустой звук, – покажем, что мы тоже не лыком шиты.

Конечно же, никто мне не ответил. Тогда я прошла мимо парня и взяла со стола купчую, оставленную накануне Джефом.

«Сим документом подтверждается право владения… бла-бла-бла… юноша человеческой расы, двадцать четыре года, волосы темные, глаза черные, рост выше среднего. При покупке именовался Крисом Вернером. Номер реестра рабов – 300134».

Одна проблема решена. Я знаю, как его зовут. Крис. Крис Вернер. Уже что-то. По крайне мере, не придется обращаться к нему «эй, ты». Да уж, правильно говорят: не делай другим добра, и от зла не пострадаешь. Не стала бы я помогать Джефи – не пришлось бы теперь морочить голову с рабом.

Я подвинула кресло и села напротив. Макки тут же оставил Криса в покое и перебрался ко мне, но гладить не стала – пусть его помучает лисья совесть. Променял хозяйку на первого встречного.

– Итак, давай начнем сначала, – приняла царственный вид. Не он один умеет изображать воплощенное презрение. – Меня зовут Оливия Анабелроуз. И по воле случая вчера я стала твоей хозяйкой.

Крис усмехнулся. Но хорошо смеется тот, кто смеется последним. А я не люблю оставаться проигравшей.

– Значит, тебя зовут Крис, – сказала, закидывая ногу на ногу. Вульгарно, конечно, но среди нашей знати другого сорта людей нет. – И долго мы собираемся молчать?

Он что, из стали сделан? Я начинала злиться. А когда я злилась, даже дядюшка-император предпочитал спасаться бегством. Потому что это всегда имело последствия.

Я подскочила с кресла. Макки удивленно повел ушами и поспешил успокоить хозяйку, но я так глянула на лиса, что тот забился под стол.

Воздух в комнате потяжелел, стал плотным, как туман. Если бы хотела, уже отправила бы мерзавца за тридевять земель. Но дядюшкина фаворитка, с которой я проделала подобный фокус, так и не вернулась. Меня до сих пор мучила совесть – поэтому Крис все еще сидел на диване и не отводил взгляд.

– Жить надоело? – прошипела я.

– Да, – едва заметно шевельнулись его губы. – Не собираюсь становиться твоим комнатным песиком.

Я рассмеялась. Хохотала так, что заболели ребра, представив, как Крис исполняет мои приказы и приносит комнатные тапочки. Может, его за ушком почесать? Как Макки?

Взгляд парня стал растерянным. Он пытался догадаться, чем вызван мой приступ веселья, и не мог. А я упала обратно в кресло и закрыла лицо руками. Лис выбрался из-под стола и потерся о ноги.

– Все в порядке, малыш, не волнуйся, – погладила я пушистую шерстку. – Что, предпочитаешь быть уличным псом?

Это уже предназначалось Крису. Он не сразу понял суть вопроса, а поняв – покраснел от злости.

– Не пыхти, не чайник, – вздохнула я. – Слушай сюда и запоминай. Мне не нужен раб. И мальчик на побегушках не нужен. Будь моя воля, я бы сию же минуту выставила тебя за дверь. Но у тебя на лбу написано, что ты принадлежишь к человеческой расе. А для людей в нашей стране есть только один вариант – рабство. Поэтому, стоит мне поступить так, как хочется, тебя или в течение часа вернут в мой дом, или ты обретешь нового хозяина. Мое терпение не безгранично. Поэтому советую тебе оставить попытки уколоть меня и принять то, что произошло. Решай сам.

Крис молчал. Я вздохнула. Похоже, разговариваю сама с собой. Что ж, пусть будет так. Значит, надо избавиться от неудобного подарка в ближайшие дни. Правда, я понятия не имею, как.

Еще раз просмотрела бумаги – в них было черным по белому указано мое имя. Может, это подвох какой? Или Крис успел довести Джефи до белого каления, и тот ехал ко мне с твердым намереньем избавиться от раба?

– Сколько ты пробыл у предыдущего хозяина? – спросила, не особо надеясь на ответ, но он последовал:

– Неделю.

Значит, Джефи хватило на семь дней. На сколько же хватит меня. Может, навестить дядюшку и спросить, куда девать такое сокровище? Но дядя – человек старой закалки. И ничего не имеет против рабства.

От обилия мыслей у меня разболелась голова. И проснулось чувство голода. Готовить я не умею, зато нашла подходящий компромисс: установила постоянный небольшой портал на дворцовой кухне. Он поддерживался магическими камнями, которые я время от времени заряжала. Кухарки ставили еду на точку портала, и она оказывалась у меня на кухне. Правда, этих яств хватило бы человека на три, а при желании – и на четыре, поэтому я угощала всех, кого ни лень. Но пищу для Макки всегда покупала сама.

– Ты голоден? – устало спросила у Криса.

Тот молчал. Напомнив себе, что молчание – знак согласия, отправилась на кухню, где уже ожидали пять огромных блюд – мой завтрак. Я решила остановиться на биточках под клюквенным соусом, запеченном с сыром картофеле и пирожных с гранатовым соком. Может, дядюшка и съедает поросенка за присест, а я так не могу.

– Вот, – поставила перед Крисом поднос с едой. – Поешь – отнесешь тарелки на кухню. Макки, пойдем завтракать.

Лисенок радостно побежал за мной, а Крис наградил меня таким взглядом, что я не поняла – то ли он хотел меня поблагодарить, то ли отругать. Странные они, эти люди.

Не успела я доесть пирожное, как Крис появился с пустыми тарелками.

– Ставь туда, – указала я на слегка переливающийся портал.

Парень взглянул на него с подозрением, но послушался. Может, мы и поладим.

– Только руками в портал советую не лезть, – предупредила я. – А то свалишься на императорскую кухню. То-то шуму будет! А если еще по частям… Портал слабенький.

Крис кивнул и ушел. Снова как со стеной поговорила. Ну что ж, хоть какой-то намек на диалог. Я хотела продолжить изучение доставшегося мне субъекта, как в двери постучали. С надеждой, что это не портнихи, пошла открывать.

За дверью стояла хрупкая девушка. Она прикрывала лицо накидкой, и я видела только выбившиеся светлые локоны.

– Госпожа Оливия? – спросила она.

– Да. С кем имею честь? – ответила я.

– Мими, – девушка убрала накидку, и я увидела её бледное, осунувшееся личико. – Меня зовут Мими. Мне сказали, вы можете помочь в очень щекотливом деле, и никто ничего не узнает.

– Вам сказали правильно, – кивнула я. – Проходите.

Мими шагнула за порог. Полукровка. Высшие редко ко мне обращаются, да и от неё не исходило силы. Обычная магичка, довольно слабенькая, где-то восьмого ранга. Мими шагнула в гостиную – и отшатнулась, увидев Криса.

– Не беспокойтесь, это мой слуга, – сделала я парню знак, и он скрылся на кухне. – Он немой, так что ваши тайны, как за каменной стеной.

Мими улыбнулась.

– Вы такая, как мне и описывали, – сказала она.

– Какая же? – спросила я, а в голове уже мелькало: глупая? Жесткая? Говорю, что думаю?

– Добрая, – ответила Мими.

Вот уж чего не ожидала. Только сумасшедший назовет меня доброй. А при дворе меня иначе, как «головной болью», не называют.

– В чем дело, Мими? – усадила девушку на диван.

– Понимаете, я… – девушка покосилась на дверь кухни. – Я жду ребенка.

– Поздравляю, – ляпнула я, а будущая мамаша неожиданно залилась слезами.

– Простите, – вытирала она глаза кружевным платочком, – я поступила необдуманно. Мы с отцом ребенка не заключили брачный союз. Мы познакомились три месяца назад, проводили время вместе, а потом… В общем, когда сказала ему, что у нас будет малыш, он вроде бы обрадовался, а сам исчез. Я пошла к нему домой, и оказалось, что он даже не назвал мне свое настоящее имя. Что мне делать? Что мне делать, госпожа Оливия?

Девушка разрыдалась. Как женщина женщину, я её понимала. Как здравомыслящая женщина – нет.

– И о чем ты хотела меня попросить? – сказала я, когда Мими немного успокоилась.

– Помогите найти его! Я должна с ним поговорить. Может, у него были причины меня обманывать. Я должна хотя бы знать его имя!

– Но как его отыскать? – запустила я пальцы в волосы. Так легче думалось.

– Я видела его дня три назад, совершенно случайно, – прошептала Мими. – Но подходить не стала, решила проследить за ним. Думала, он пойдет домой, но он направился в Академию, в корпус вольных курсов. Он был с тремя друзьями.

Снова Академия… Снова вольные курсы…

– Я слышала, как он называл одного из них Терри. Понимаю, непросто найти иголку в стоге сена, но я знаю, вы все можете! Прошу, госпожа принцесса!

– Не называй меня так, – покачала я головой.

– Простите, Оливия. Молю, помогите мне!

Девушка бухнулась на колени. Я принялась её поднимать. Честное слово, с водяничками и летуньями легче. Они не такие нервные.

– Я попробую, – пообещала несчастной. – Но скорый результат не обещаю. Оставь мне свой адрес. Я сообщу, когда мы встретимся. И опиши внешность твоего друга.

– Он высокий, полукровка, – ответила Мими. – Брюнет, глаза серые, вроде бы… Все!

– Никаких особых примет? – уточнила я.

– Никаких…

– Что ж, попробуем отыскать пропажу. Иди, до скорой встречи.

Мими попыталась меня обнять, снова расплакалась и исчезла за дверью. Да уж, глупости некоторых представительниц прекрасного пола остается только удивляться. Может, я чего-то не понимаю – я ведь никогда не влюблялась. Но вот так терять голову? Разве хоть один мужчина этого стоит? Сомневаюсь.

Я вошла в кухню. Крис сидел за столом. Его лицо было таким бледным, что я испугалась.

– Что стряслось? – кинулась я к нему. – Тебе плохо?

– Все в порядке, – сквозь зубы процедил он.

– Да ты себя в зеркало видел? Нет уж, не смей умирать у меня на кухне! Ты-то умрешь, а мне тут потом жить.

Крис вымученно улыбнулся, но тут же поморщился от нового приступа боли. А я пыталась понять, что мне делать. Я всё-таки не лекарь, а мастер перемещений. Я даже боевой магией плохо владею.

Я заставила парня подняться и потащила его в гостиную, чтобы уложить на диван. На самом деле я испугалась до чертиков, но разве в таком признаются? Поэтому я пыталась шутить. Но получалось неважно.

– Ложись, – опустила я свою ношу на диван. – И говори. Если ты не скажешь, в чем проблема, я не смогу тебе помочь.

– Клеймо, – чуть слышно ответил Крис.

– Клеймо? – задумалась я.

А ведь точно! Рабы получают особый магический знак сродни печати. С его помощью контролируют не только перемещение живого имущества, но даже его волю.

Крис закусил губу. Его лицо потеряло всякие краски. Обычно клеймо ставят на плече, поэтому я стащила с парня рубашку. Видел бы меня дядюшка! Саму бы заклеймил за позор!

Плечо Криса представляло собой печальную картину. Оно распухло так, что даже знак можно было разглядеть с трудом. Я присмотрелась – и чуть не добила страдальца лично.

– Ты с ума сошел? – зашипела я, глядя на три витых незамкнутых круга. – Ты что, уже неделю сопротивляешься печати?

Ответа не последовало. Но все и так было ясно. Пока печать не замыкалась, она причиняла жуткую боль её владельцу. Я читала когда-то, что обычно все заканчивается за несколько минут, потому что клеймо подавляет силу воли раба. А Крис сопротивлялся. Сопротивлялся до сих пор. Как он раньше не свалился?

– Прекрати немедленно, – приказала я.

– Ни за что, – похоже, парень взял себя в руки, потому что он снова испепелял меня взглядом.

– Или ты подчинишься, или сойдешь с ума от боли, – пыталась я его вразумить.

– Лучше смерть.

Это же надо быть таким бараном? Другого слова я подобрать не могла, но попыталась мысленно поставить себя на его место. Допустим, это я бы попала в рабство, и на моем плече горела печать. Сдалась бы я? Нет! Крис прав – лучше смерть, чем такая жизнь. Но это я, а его надо спасать.

– Послушай, – я постаралась говорить ласково, – то, что ты делаешь, бесполезно. Клеймо никуда не денется. Рано или поздно оно замкнется. Зачем себя мучить? Я ведь тебе не враг. Я не буду подчинять тебя своей воле. Поэтому не надо бояться.

– Бояться? – Крис приподнялся и попытался оттолкнуть меня, но попытка вышла вялая.

– Ладно, я не так выразилась. Я просто хочу, чтобы ты понял – рабом тебя делает не клеймо, а то, что внутри, в сердце. Будь умнее, когда надо уступить. Или предпочитаешь потерять остатки разума? Кому от этого будет лучше?

Парень молчал. Я сжала его руку. Не умею я уговаривать. Зря отказалась от курсов дипломатии. Мне оставалось только сидеть рядом с ним и надеяться, что все как-то образуется.

– Хорошо… – прошелестело тихо, как вздох.

Напряженные черты его лица расслабились, и змеи-линии ринулись друг к другу, переплетаясь в мой герб – рог единорога и лилию. Печать завершилась.

– Как ты? – спросила я.

– Жить буду, – ответил Крис.

– Так-то лучше, – поднялась я на ноги и ушла в спальню. Мне самой было больно. Больно, что я лишаю кого-то свободы. Ненавижу! Ненавижу тех, кто распространяет работорговлю! Рано или поздно я всех их истреблю, клянусь!

Я упала на кровать и закрыла глаза. Надо вскользь спросить у дядюшки, можно ли снять клеймо. Должен же быть какой-то способ. А пока надо отдохнуть. Отдохнуть и обдумать, как найти в большой Академии одного лгуна, друга которого зовут Терри.

Глава 5. Иголка в стоге сена

Ясным весенним утром студентка Анна прибыла продолжить занятия на вольных курсах. Я по-прежнему чувствовала себя не в своей тарелке, но, с другой стороны, мне было любопытно снова взглянуть на МАМИ. Я остановилась перед знакомой дверью.

– Доброе утро! – бодро сказала я.

– Кому и доброе, а кому уже и всю ручку стерли в хлам, – проскрипела дверь. – Пропуск!

Свиток лежал наготове.

– Аудитория сто пять, третий ряд, место один, – сообщил грозный страж, и мне позволили войти. – Предупреждение. Больше недели пропусков дает повод для отчисления.

– Спасибо, – ответила я, закрывая за собой дверь.

Академия встретила меня все тем же гулом. Я даже испытала нечто, похожее на ностальгию – мне здесь нравилось. Не будь я Оливией Анабелроуз, возможно, попыталась бы поступить в МАМИ. Но, увы, я здесь просто гость.

За минувшую ночь я так и не составила окончательного плана. Поэтому решила для начала посетить лекцию и поболтать с сокурсниками.

Аудитория сто пять нашлась на удивление легко. Я заняла свое место, и вдруг на меня налетела морена.

– Мориэлла! – вспомнила я её имя.

– Анна! Что-то тебя не видно, – улыбнулась девушка.

– Много дел, – попыталась я уйти от ответа. – Как тут все?

– Отлично! Френ Тира после твоей лекции как подменили! На студентов не бросается, никого не унижает. Мы тебе очень благодарны.

– А сейчас у нас что за предмет? – спросила я.

– Ну ты даешь! – всплеснула руками Мориэлла. – Чары. Сегодня проходим чары обольщения. Может, сварим настоящий любовный эликсир!

– Любовь нельзя получить магическим способом, – напомнила я.

– Так никто и не говорит, что нам нужны настоящие чувства. Может, эликсир поможет кому-то взглянуть на влюбленного в него человека другими глазами.

– Я не задумывалась об этом с такого ракурса, – призналась я.

– Это потому, что ты редко ходишь на пары. Появляйся чаще! Ты узнаешь столько всего интересного. А еще у нас чудесный преподаватель по чарам. Её зовут Наина. Можно так к ней и обращаться – «госпожа Наина».

– Что ж, и правда, занятно, – призналась я. – Слушай, Мори, ты знаешь в Академии кого-нибудь по имени Терри?

– Конечно, – кивнула морена. – Даже двоих. Один из них учится на нашем курсе, другого просто видела краем глаза. Может, есть и еще. Ты бы у декана спросила. А зачем тебе?

– Просили его разыскать, – почти призналась я. – По личному вопросу.

– О, понимаю! Если это наш Терри, то он тот еще ловелас! Вон он, сидит рядом с Бертраном и Ронни. Помнишь их?

– Да, – проследила я за взглядом Мориэллы. – А как зовут их четвертого друга?

– Бенджамин, он – мой собрат, полуморен.

Если это нужная мне четверка, значит, Бенджамин и Терри отпадают сразу. Морен не подходит под описание. А вот Берт и Ронни – вполне. Но Мори права. Мне стоит побеседовать с деканом.

Открылась дверь в аудиторию, и я замерла от удивления. Как можно было называть госпожой Наиной, преподавателем МАМИ, двенадцатилетнюю девчонку? Вряд ли ей больше. Темный волосы были заплетены в две тугие косы и уложены вокруг головы. Строгое фиолетовое платье делало её немного старше, но не настолько, чтобы воспринимать её всерьез.

– Доброе утро, – лучезарно улыбнулась юная чародейка. – Сегодня мы с вами, как я и обещала, будем создавать любовный эликсир. Теоретическая часть пройдет здесь и займет четверть пары, а затем мы переместимся в соседнюю аудиторию и попрактикуемся. Откройте ваши записи. Итак, любовь… Реакция двух людей друг на друга. Притяжение, объяснения которому не нашли лучшие умы империи. Если вы думали, что любовь – не наука, вы ошибались. Наука, о которой исписаны многотомники величайших ученых. Если кого-то интересует список, подойдите после занятия. Скажите, что такое любовь?

Мне стало скучно. Я никогда не считала, что любовь – это нечто серьезное. Ну, нравятся люди друг другу. Иногда женятся, у них рождаются дети. Потом чувства остывают, остается привычка и в лучшем случае – дружба. Вот дружба – это настоящее, а любовь… Случается, бывает, проходит.

Между тем, мои «однокурсники» пытались найти ответ на поставленный вопрос. Каких только предположений я не наслушалась! И о магической природе любви, и о притяжении тел, и о родстве внутренних энергий. Но, как и обещала Наина, за четверть пары управились.

– Теперь о любовном эликсире, – продолжила девочка. – Напоминаю – он не даст вам настоящей любви. Он может только подогреть угасающие чувства. Ну, или подарить вам недолгую вспышку. Но магия любви всегда потребует заплатить по счетам, и никогда не знаешь, что придется отдать.

Я старательно записала рецепт зелья. Ингредиенты оказались простыми – личная вещь или локон волос, лаванда, засушенные лепестки розы и что-нибудь связанное с предметом обожания, что он хотя бы раз держал в руках.

После этого мы перешли в небольшую лабораторию, где Наина предложила нам приготовить легкий эликсир для партнера. Это был мой шанс! Я протиснулась к Ронни, надеясь оказаться с ним в паре. Пусть это зелье будет действовать пару мгновений, я смогу задать свои вопросы.

– Будешь со мной?

Я обернулась. За моей спиной стоял Бертран. Я хотела отказаться, но Ронни уже увлекла другая девушка. И Берт тоже входил в список подозреваемых.

– Хорошо, – обворожительно улыбнулась я. – Приступим?

Мы замерли друг напротив друга. Нам предоставили по небольшому котелку и набору необходимых растений. Берт позволил мне срезать кончики его волос, а я пожертвовала пуговицей, потому что мои волосы и так пропитала магия. Не хотелось бы побочных эффектов.

Я размяла в ступке лепестки розы и лаванду, затем опустила туда же его волосы и еще одну свою пуговичку. Хоть бы не подавился. В котелке уже бурлила вода. Я высыпала смесь в воду и произнесла заклинание слабого притяжения. Если бы я была тут не под делу, я бы использовала среднее – все эти заклинания мне известны, вот только эликсиры бывают разные. Но сейчас не до шуток, надо найти возлюбленного Мими.

Зелье окрасилось в приятный розовый цвет. Я набрала его в стакан и протянула Берту:

– Пей.

В ответ он предложил мне бокал варева, мало похожего на то, что получилось у меня. В любом случае, я не собиралась это пить. Просто ловко переместила его зелье к себе домой в мусорное ведро.

Я ждала. Мысленно досчитала до десяти.

– А у тебя красивые глаза, – неожиданно лицо Берта оказалось так близко, что я отшатнулась и чуть не опрокинула чужой котелок.

– М-м-м, – промычала я, жалея, что ввязалась в эту затею. Что-то тут легким притяжением и не пахнет.

– Знаешь, тебе не подходит имя Анна, – Бертран продолжал свое наступление. – Оно слишком простое для такой красавицы. Тебе бы подошло что-то вроде… Мирабеллы. Или Ариэллы. Или…

– Меня устраивает, – прекратила я поток догадок.

– От тебя так пахнет… Розами…

Или я переборщила с ингредиентами, или пуговица тоже пропиталась моей магией. И то, и другое мне не нравилось. Но ведь я тут с определенной целью!

– Бертран, ты знаешь девушку по имени Мими?

– Допустим, – кивнул он и заключил меня в объятия, – но её красота не идет ни в какое сравнение с твоей.

– Тогда, может, покинем эту обитель скуки и пойдем в другое место? – предложила я, незаметно отправляя к Мими послание с просьбой встретиться. Ответ пришел быстро.

– Куда, например? – промурлыкал Берт.

– Ко мне, – улыбнулась я, увлекая парня к двери и надеясь, что зелье не выветрится, пока я дотащу его до дома Мими.

Глупо было создавать портал в здании МАМИ – дядя точно узнает, но другого выхода не было. Бертран все пытался меня поцеловать, я уворачивалась, стараясь открыть портал, и в итоге втолкнула его в образовавшуюся дыру.

Приземление получилось не очень удачным. Бертран свалился прямо под ноги визжащей Мими, а я «грациозно» приземлилась на него.

– Привет, – помахала я испуганной девушке. – Вот, как и обещала.

Я слезла с Берта и дала ему возможность подняться. Портал «съел» остатки любовного эликсира, и теперь парень в изумлении озирался по сторонам. Интересно, он помнит, что делал в МАМИ?

– Ну что? – поторопила я Мими.

– Это не он, – покачала головой девушка. – Но этот был с ним возле Академии.

– Да что здесь, тьма вас возьми, происходит? – наконец, обрел голос Бертран. – Какое право ты имела меня похищать? Немедленно верни меня обратно!

– Простите, это все из-за меня, – всхлипнула Мими. – Ваш друг… Мы с ним любим друг друга… Но он исчез… А я жду ребенка…

Девушка заревела в голос, а я опасливо взглянула на Берта. Мало ли, что может устроить маг-недоучка.

– И кто это, если не я? – обернулся он ко мне.

– Ронни, – ответила я. – Двое других не подходят.

– Ронни? Но у него есть невеста…

Рыдания Мими стали еще громче.

– Сможешь заставить его прийти сюда? – спросила я. – Я смогу перенести нас обратно в МАМИ, но дальнейшие переходы – это уже слишком.

– У тебя волосы потемнели, – брякнул Берт.

– Еще бы. Только о волосах я во время перехода не думала! Так что, дадим им поговорить по душам?

Парень кивнул. Он пробормотал Мими что-то успокаивающее и, когда я открыла обратный портал, смело шагнул в него. Я поспешила следом.

На этот раз мы спокойно вышли по другую сторону в какую-то пыльную подсобку. Берт открыл дверь, и мы незамеченными выбрались в коридор.

– Слушай, – сказал он. – Я сам отведу Ронни к Мими и прослежу, чтобы он её не обидел. Если ты будешь с нами, он может что-то заподозрить или просто отказаться идти. Ронни не особо доверяет малознакомым магам.

– Как скажешь, – пожала я плечами. Свою миссию я выполнила – Мими встретится с отцом своего ребенка. Что будет дальше – зависит уже не от меня. Можно отыскать пропавшего возлюбленного, но заставить его испытывать чувства, которых нет – увы, мне это не под силу.

– Я бы хотел встретиться с тобой после. Где тебя найти?

– Не думаю, что есть смысл в этой встрече, – покачала я головой. – Как ты понимаешь, я не та, кем ты меня считаешь. Поэтому нам лучше попрощаться. Мими ждет на улице Поворотной, в пятом доме. Надеюсь, ты выполнишь свое обещание и поможешь им поговорить. Только, боюсь, ваша дружба с Ронни из-за этого может расстроиться.

– Если эта дружба настоящая, она выстоит, – улыбнулся Берт. – Кстати, ты чудно варишь зелья. Надеюсь, больше никогда не придется быть твоим подопытным.

Я рассмеялась. Нам оставалось только попрощаться. Слишком много людей видело мой портал. И сейчас мою внешность может лицезреть каждый в стенах МАМИ. Поэтому мне теперь вход сюда воспрещен.

Я зашагала к двери.

– До скорого, – буркнула та, когда я закрыла её за собой.

– Я вряд ли вернусь, – сказала я. – Поэтому прощай. Хотя… Слушай, дверь, а не хочешь переехать в мою квартиру? Мне как раз нужна такая, как ты.

Мне показалось, или дверь поменяла цвет?

– Согласна, – прозвучал неожиданный ответ. – И как ты собираешься меня тащить?

Я протянула ладонь и прошептала заклинание. Маленький сгусток энергии опустился мне в руку. Я сжала его и понесла домой. Вот удивятся студенты, когда дверь перестанет требовать у них пропуски. Создание сущностей, подобных этой – кропотливый процесс. Жаль, я сама на это не способна. Но зато теперь у меня есть свой дух-охранник.

Дома я приложила огонек к двери. Еще одно заклинание – и он растворился в массивном темном дереве.

– Добро пожаловать домой, – донесся до меня знакомый голос.

– Спасибо. С новосельем, – весело ответила я и шагнула за порог.

Глава 6. Подготовка к балу

«Магическая печать, в простонародье называемая клеймо, бывает трех видов, – читала я древний замусоленный трактат, похищенный из императорской библиотеки. – Первый – одинарная печать. Привязывает раба к хозяину, позволяет определить его местонахождение и служит опознавательным знаком. Двойная печать дополнительно позволяет контролировать раба и заставляет его безоговорочно подчиняться приказам. Является наиболее распространенной. Тройная печать, в дополнение к вышесказанному, не только полностью подчиняет волю раба, но и действует таким образом, что раб не может разлучиться с хозяином дольше, чем на три дня, и не позволяет рабу удалиться на расстояние больше, чем пятьдесят рун. Если раб нарушает эти правила, последствия могут оказаться суровы, вплоть до гибели».

Суровы, вплоть до гибели… И ни слова о том, как избавиться от печати! Тысяча несчастий! Я захлопнула книгу и отшвырнула её в дальний угол. Это что мне теперь, повсюду таскать за собой человека? Я мало сижу на месте. И если последний месяц пришлось провести в столице, это не значит, что я планирую и дальше задерживаться здесь. Раб привлечет ко мне ненужное внимание. Тем более, человеческий раб. Будь он одним из мириданцев, я могла бы его как-то замаскировать. Но здесь! И какой дурак использовал тройную печать? Я бы его лишила пары конечностей!

Жару в огонь добавлял приближающийся маскарад. Портнихи надоели до оскомины. Приходилось прятать от них Криса, потому что иначе дядюшка не погнушался бы лично наведаться ко мне домой и разъяснить, что молодой незамужней девушке неприлично жить под одной крышей с мужчиной. Пусть рабом, пусть человеком. Вопрос пола никто не отменял.

Радовало одно – платья получались именно такими, как я и хотела. Без излишеств, максимально удобные, чтобы, если принц будет распускать руки, ответить ему достойным образом.

Крис так и не пожелал со мной общаться. И я решила оставить его в покое. Привыкнет, освоится, оттает. Либо я все-таки найду способ от него избавиться. Способ, способ… Точно! Есть у меня один знакомый, знаток законов королевства.

Прихватив в лавчонке с выпечкой корзинку лучших пирожный, я направилась в соседний район, где жил господин Тик-так. Многие считали это прозвищем, но мужчину на самом деле звали Тик-так. Его папаша содержал часовую мастерскую и мечтал сделать сына часовщиком, наследником своего деда. Тик-так по стопам отца не пошел, но имя никуда не делось. Мой знакомец принадлежал к виду речных духов, или, как их называли, рековиков. С виду добродушный, Тик-так на самом деле был тверд, как скала, когда дело касалось закона.

У Тик-така была только одна слабость – сладости.

Я остановилась у маленького серого домика и постучала молоточком по двери. Створки тут же распахнулись, и старый слуга пригласил меня в кабинет хозяина. Тик-так сидел за высоким столом и перебирал бумаги. Он был низенький, толстенький, с голубоватыми волосами и слишком белой кожей. Тик-так почти всегда носил черный костюм – признак законников империи.

– Оливия, красавица! – подскочил хозяин при виде меня. – Неужели? Совсем позабыла друга!

– Привет, – обняла я толстячка. – Как жизнь?

– Небесной милостью, о прекраснейшая.

Нос Тик-така уловил выпечку, и его лицо просияло. Я протянула ему корзинку.

– Не стоило, – затараторил он, забирая пирожные. – Я как раз собираюсь похудеть. Но вокруг столько соблазнов, дражайшая моя! Ты даже не представляешь! С чем пожаловала моя прекрасная принцесса?

Я с укором взглянула на Тик-така. Он единственный, кто никогда не забывал о моем титуле, как бы я его об этом ни просила.

– Мне нужен твой совет, – присела я в уютное кресло, а хозяин снова сел к столу, повернув свет так, чтобы его лицо оставалось в тени – профессиональная привычка.

– Весь превратился в слух, Оливия, – сказал он.

– Моей подруге подарили раба, – вздохнула я. – Необычного. Человека.

– Что же в этом необычного, милая? Люди созданы, чтобы быть рабами. Увы, они гораздо слабее нас, и годятся только для несложной работы по дому и любовных утех. Хотя не стоило говорить об этом невинной деве. Так в чем проблема?

– Он ей как бы не нужен, – попыталась сформулировать я суть вопроса. – Она хотела бы его освободить. Это возможно?

– Гм-гм, – прокашлялся Тик-так. Значит, мне предстоит долгая лекция. – Ты слишком мало знаешь о рабстве, принцесса. Оно имеет исторические корни.

Вот бы можно было сладко зевнуть. Но тогда Тик-так никогда не доберется до сути.

– Когда-то маги жили с людьми в мире, но потом случилась война. Мы победили, а пленники стали первыми рабами. Но люди – существа непокорные. Поэтому и пришлось придумать печати. Чтобы побег стал невозможен. Первая печать самая слабая. Её может снять сам хозяин и выпустить своего питомца на волю. С другой стороны, его тут же подберут, так что миг свободы будет недолгим. Двойную печать уже так просто не снимешь, но расторгнуть этот контракт может император. А вот тройная – наиболее сильная, она вечна. Так наказывают только злейших врагов, потому что она позволяет полностью сломить того, на кого наложена, заставить его испытывать жуткую боль. Варварский метод, я бы сказал. К счастью, редкий.

– А если в случае моей подруги тройная печать? – уже безо всякой надежды спросила я.

– Раба можно перепродать. Или отдать императору – пусть работает на благо стране. Заключается магический контракт, и герб на клейме меняется. Третьего не дано. Хотя, я не пойму, почему твоя подруга не хочет оставить раба себе. Люди дорого стоят. Это королевский подарок.

– Она живет одна. Поползут слухи, – вздохнула я.

– Если на нем тройная печать, не поползут, – покачал головой Тик-так. – Потому что там нет свободы воли. Одно слово – и раб будет валяться у её ног.

Я поблагодарила приятеля и пошла домой. На сердце сделалось совсем скверно. И даже жаль Криса. Кому он так насолил? Может, спросить? Хотя, все равно не ответит.

– Как погуляли, хозяйка? – поинтересовалась дверь.

– С пользой, – ответила я.

– Ну раз все так хорошо, может, прикажете вашему другу начистить мою ручку до блеска? А то я запылилась.

– Я передам ему твою просьбу, – пообещала я и вошла в квартиру. Макки тут же бросился ко мне со всех лап. Приятно, когда кто-то ждет тебя дома.

Криса, как всегда, не было видно. Он предпочитал не попадаться мне на глаза. И чаще всего ему это удавалось. Стоит отдать парню должное – бежать он не пытался. Наоборот, казалось, смирился. Но я подозревала, что это напускное. И Крис только выжидает момент, чтобы нарушить хрупкое равновесие.

День прошел в хлопотах. О своем временном жильце я вспомнила только ближе к ужину. Я прошлась по всей квартирке – его нигде не оказалось.

– Дверь, – прикоснулась я к единственной говорящей свидетельнице, – скажи, как давно ушел Крис?

– Около полудня, – проворчала та. – И даже не попрощался.

Я только печально улыбнулась. Итак, мои подозрения оказались не беспочвенными. Скорее всего, Крис решил сбежать. А ведь я предупреждала его, что это опасно и бессмысленно. Но нет, не послушался. Что ж, даже искать его не буду. Сам придет. Потому что стоит ему выйти за пределы города, как начнет действовать клеймо. Если он сможет выйти. Охрана столицы не пропустит и мышь без пропуска.

Я переоделась и легла спать. После появления Криса пришлось забыть об удобных коротких сорочках и перейти на длинные ночные одеяния, напоминающие балахоны. Мужчина ведь, хоть и человек. Макки устроился в ногах, и я задремала.

Разбудил меня шум у двери. Судя по звукам, кто-то только что ввалился в мою квартирку. Раз дверь его пропустила, значит, это Крис. Раз он передвигается так шумно, значит, сработала печать.

Дверь распахнулась, и тусклый свет ночного светлячка озарил моего слугу. Крис выглядел так, словно только что сбегал на край света. По его лбу катились крупные капли пота. Он был таким бледным, что можно было бы принять его за спирита – неупокоенный дух.

– Что-то ты загулялся, – натянула я одеяло до подбородка. – Как самочувствие?

– Ты! – прошипел парень, кидаясь ко мне, рывком поднимая с кровати и опуская на ноги. – Ты!

– Что? – я старалась сохранять самообладание, хотя сильно хотелось съездить ему в нос.

– Прекрати это!

Видимо, от приближения ко мне боль не прекратилась. Еще одна милая особенность, о которой не упомянул Тик-так. Пришлось действовать наобум. Я прислонилась к его плечу. По расслабившемуся лицу парня я поняла, что боль утихла.

– А теперь объяснись, – вырвалась я из железной хватки. – Что за выходки? Как мне это понимать? И где ты был весь день?

– Я… мне надо было… пройтись, – похоже, Крис по пути не придумал оправдания для бегства.

– Долго ты ходил, – усмехнулась я. – Думала, ты уже не придешь.

– Но ты же не предупредила! – глаза Криса были полны такого негодования, словно это я виновата, что он попытался бежать.

– А я и не знала, – ответила я нахалу. – Вот, теперь выяснили. И кстати, не советую отдаляться от меня. Это клеймо может тебя убить.

– Главное, вовремя! – прошипели мне в лицо.

– По-моему, ты забываешься, – нахмурилась я. Не люблю, когда меня в чем-то обвиняют. Особенно, если я не виновата.

– Да пошла ты во тьму! – «наградил» меня Крис добрым пожеланием.

Я закусила губу. Не знаю, как так вышло, но в следующую секунду он упал на колени. Мою злость как рукой сняло. Я попыталась как-то помочь, вот только Крис от меня отшатнулся, словно от прокаженной. У него был такой взгляд, что помогать перехотелось. Он ненавидел меня. Ненавидел люто, хотя лично я ничего плохого ему не сделала. И я отступила.

– Иди спать, – нырнула я под одеяла и повернулась лицом к стене, чтобы скрыть слезы.

– Благодарю за позволение, – ответил мне сочившийся ядом голос.

– Всегда пожалуйста, – не осталась я в долгу.

Хлопнула дверь. Макки забрался обратно на постель. И только тогда я позволила себе разреветься. Ну за что? За что такое наказание? Почему судьба так на меня ополчилась? И ведь не избавишься от него! Снова продать? И кем я буду после этого? Работорговкой?

Я так и уснула в слезах. Утром из зеркала на меня глядела опухшая физиономия – что, конечно, не прибавило мне настроения. Но злость прошла. И обида прошла. А желание отомстить за унижение осталось.

Я оделась и вошла в гостиную. Крис сидел у окна. От вчерашней боли не осталось и следа.

– Доброе утро, – сказала я.

Мне привычно не ответили, но я не расстроилась. Ведь у меня появилась мысль, как отомстить и дяде за глупого жениха, и этому неблагодарному, которого волей неба занесло в мой дом.

В двери постучали. На этот раз я не стала приказывать Крису оставаться на кухне. Пусть видят. Я поспешила к двери.

– Пускать не велено, – говорила она моим гостьям.

– Открывай, свои, – на ходу сказала я.

В прихожую впорхнули три портнихи, немного ошарашенные приемом. Такой охраны больше ни у кого в империи нет! По крайне мере, ни у кого из моих многочисленных знакомых.

– Магичу, – ответила я на их немой вопрос. – Проходите, девочки. Будем мерить платья. Только сначала нам надо посекретничать. Вы мужские костюмы шьете?

Портнихи слаженно закивали.

– Там у меня в гостиной сидит молодой человек. Измерьте его как-нибудь… незаметно. И подготовьте для него маскарадный костюм. Только пусть это останется тайной для всех, даже для дяди.

– Тайный друг? – раскраснелись личика подружек.

– Вы угадали, – я натянуто улыбнулась. – Помните – это строжайший секрет. Если кто-то узнает, мне будет известно, кто разболтал.

Девушки заверили меня, что моя просьба будет выполнена в кратчайшие сроки и в абсолютной секретности. Только после этого я впустила их в гостиную.

Крис все так же сидел у окна.

– Хорош, – шепнула мне одна из портних, и они принялись за дело. Сначала они обвешали Криса тканями – вроде бы для моих новых платьев. Затем незаметно измерили, делая вид, что работают с отрезами. Потом вытолкали из комнаты, и началась примерка.

– Оливия, – тут же зашептали они, как только за Крисом закрылась дверь кухни, – он же человек!

– И что? – ответила я, давая надеть на себя маскарадное платье. – Он мне нравится.

– Это же запрещено!

– Для меня такого слова нет. Помните о своем обещании.

– Помним, – закивали девушки. – Но будь осторожнее. Люди очень коварны. Ведь их оружие – не магия, а интриги. Правильно, что их не пускают в нашу страну. Ну, не считая рабов. Ливи, а он свободный?

– М-м-м, шнуруйте туже, – я сделала вид, что не услышала вопроса.

Портних повздыхали, но перестали давать наставления. И я смогла насладиться обновками. Насколько это было возможно в тугом корсете и неудобных нижних юбках. Но, стоит признаться, посланницы дядюшки сработали на славу. Я крутилась перед зеркалом и сама себя не узнавала. Словно на меня смотрел кто-то другой, очень красивый, а совсем не я. Конечно, я не считала себя дурнушкой, но и до красотки мне было далеко. Обычная девушка. С необычным характером. И множеством врагов.

– Ах, – восхищенно выдохнули портнихи. – Ты великолепна!

– Спасибо вам, – обняла я каждую по очереди. – И жду вас с тайным заказом.

Девушки заверили меня, что все будет исполнено, и вместе с готовыми платьями они принесут одежду для Криса. И тогда… Я устрою для всех веселье. Будут знать, как обижать магичек.

Между тем, Крис не подозревал о моих коварных планах. Других попыток побега не было, но и теплее наши отношения не стали. Я запретила себе беспокоиться из-за этого – подумаешь, не могу подружиться с каким-то человеком. У меня и так много приятелей. А дружить со всеми – значит, по-настоящему ни с кем.

Поэтому я оставила Криса в покое. Даже начала относиться к нему, как к Макки. Нет, своего лисенка я любила гораздо больше, а вот присутствие постороннего раздражало. Особенно, когда ко мне заглядывали за советом знакомые низшие. Как можно разговаривать об их проблемах, когда вокруг да около бродит незнакомый мужчина? Приходилось каждый раз просить Криса посидеть на кухне. И он награждал меня таким взглядом, словно я была что-то ему должна. К концу недели я почти испытывала к нему ненависть. А ведь со мной такое случается редко.

Зато, когда в следующий раз заглянули портнихи, я была на седьмом небе от счастья. Девочки тайком передали мне мужской маскарадный костюм, и я представляла себе, какое лицо будет у Криса, когда он узнает, как проведет следующий вечер. Заодно я достала еще одно приглашение. Это-то как раз было не трудно. Меня даже не спрашивали, кому оно понадобилось.

Утром я проснулась в наибодрейшем настроении. Быстро позавтракав, я решила, что пора поговорить с Крисом.

– Доброе утро, – распахнула я двери гостиной.

Крис привычно сидел в кресле у окна. И что там можно высматривать целыми днями?

– Отвлекись от наблюдений. Есть разговор, – присела я на диван.

Меня не удостоили и взгляда. Но мне и не нужно было смотреть ему в глаза. Главное, что он меня слышал.

– Вечером состоится имперский бал-маскарад, – продолжила я. – Прислали два приглашения, так что ты идешь со мной.

– С ума сошла? – подскочил Крис.

Наконец хоть какая-то реакция!

– Нет. Просто бал состоится в загородном дворце. Слишком большое расстояние, чтобы оставлять тебя здесь.

– Я могу посидеть в экипаже, – пожал плечами парень.

– Не можешь.

– Почему?

– Потому что я так хочу! – привела я последний аргумент.

– И в чем же ты предлагаешь мне туда идти? – прошипел Крис, мгновенно оказываясь рядом со мной. – Наденешь мне цепь на шею и потащишь на привязи?

– Почему же? Костюм готов, – усмехнулась я. – Хотя, цепь – это тоже неплохая идея. Только, боюсь, дядя не поймет.

– Дядя?

– Император Себастьян. Мой дорогой и любимый дядюшка. А ты разве еще не понял?

– Как я должен был это понять?

Я вздохнула. Да, видимо, наблюдательностью человек не отличался. Во-первых, пища. Откуда она появляется в нашем доме? Разве он не задумывался? Во-вторых, в разговоре приятели нет-нет, да называли меня принцессой. Хотя я просила их никогда так не делать.

– Я не хочу никуда ехать, – сказал Крис, но в его глазах я уже читала покорность.

– Ничего, я не люблю танцев до рассвета, – успокоила я Криса. – Ты танцевать умеешь?

– Не дождешься, – нахмурился он.

– Значит, умеешь. Вот и славно. Можно будет отказать остальным кавалерам. И вообще, твоя главная задача – моя охрана от особо назойливых представителей мужского пола. Надеюсь, это тебе по силам?

– Если не будет применена магия.

– В императорском дворце магия запрещена без особого позволения дядюшки. Так что готовься.

Довольная собой, я отправилась к соседке – она прекрасно управлялась с волосами и могла соорудить такую прическу, что все придворные дамы кусали локти. Представляю, как обрадовался Крис предстоящему балу, но я не оставила ему выбора. Из женской мести. В следующий раз не будет вести себя так, словно я – пустое место. И запомнит, что меня лучше не злить.

Глава 7. Танцуйте, принцесса!

Бал-маскарад – настоящее событие для Мириданской империи, куда всегда собирался цвет государства, а получить пригласительный было непросто и почетно. Каждое из приглашений казалось настоящим произведением искусства. Они создавались в императорской мастерской, расшивались драгоценными камнями и сверкающими нитями. Меня часто просили похлопотать перед императором, чтобы на балу мог присутствовать тот или иной гость, но я всегда отказывалась. Не люблю использовать свое положение для того, чтобы выбивать какие-то блага.

Дядюшка знал, что слуг у меня нет, поэтому очень кстати прислал двух девушек, которые помогли справиться с обилием крючков, тесемок, юбок. Зато результат превзошел самые смелые ожидания. В зеркале отразилась почти незнакомая девушка. Темно-синее платье оттеняло серые глаза, придавало им голубоватый оттенок. Соседка постаралась на славу, собрав волосы в замысловатое переплетение локонов. Я улыбнулась своему отражению. Настоящая принцесса ночи.

Оставалось только набросить на плечи расшитую звездами накидку – и можно было ехать. Я отослала девушек и вошла в спальню, где переодевался Крис. Костюм полностью изменил человека. Он перестал походить на раба – и выглядел как принц из сказки. Наши костюмы были выполнены в одной цветовой гамме – и почему портнихи рассудили, что мы должна казаться парочкой? Парик скрыл его темные волосы, бледно-голубая рубашка с брошью оттеняла белизну лица. Я невольно залюбовалась, но стоило Крису нахмуриться – и очарование исчезло.

– Мы едем, или как? – грубо спросил он.

– Едем, – склонила голову. – Вот, надень. Этот медальон создаст для тебя магическую ауру, чтобы никто не догадался о твоем происхождении.

Я протянула спутнику небольшую сапфировую каплю на серебряной цепочке. Крис послушно надел его на шею. Прощупала его ауру – и осталась довольна. Не придерешься.

Мы вышли из дома и сели в карету, запряженную черными лошадьми. Крис избегал смотреть в мою сторону, я платила ему тем же, предвкушая, как буду водить за нос дядюшку и гостей. Наконец, карета остановилась. Крис вышел первым и подал мне руку, а я запоздало вспомнила, что не проинструктировала его о придворных манерах. Как глупо! Вот только, похоже, мой случайный раб знал, что надо делать. Правда, удивиться я не успела – нас тут же закружил вихрь маскарада.

Весь дворец утопал в огнях. Вдоль дорожки благоухали дивные заморские цветы, взмывали в небо фейерверки, рассыпаясь тысячами разноцветных огней. Нас пригласили в бальный зал, до отказа заполненный гостями. На троне восседал дядюшка. Его маска покоилась на бархатной подушке, которую держал паж. Тетушка, к сожалению, отсутствовала. Наверняка, уехала в очередное паломничество – императрица любила путешествовать, но прикрывала эту любовь богобоязненностью. Храмы Светлого Бога охватывали все уголки империи Миридан – удобно, когда желаешь ускользнуть из-под надзора мужа.

Мы с Крисом поклонились императору и отошли в сторону. Я увлекла юношу в ближайшую нишу.

– Жди здесь! – строго приказала ему, произнесла заклятье, и платье поменяло свой цвет и фасон. Теперь можно и с дядюшкой поздороваться.

Я тихонько подошла к императорскому креслу и присела в реверансе.

– Доброго здоровья, дядюшка, – наградила правителя самой сладкой улыбкой, снимая маску.

– Оливия, дитя мое, ты ли это? – изумленно произнес дядя Себастьян. – Ты прекрасна, милая.

– Благодарю, – ответила я. – Твоими стараниями – спасибо за помощниц.

– Тебе следует иметь хотя бы пару служанок, – вздохнул император.

– Не думаю, я справляюсь и сама, – сразу же пресекла возможность спора. – Как здоровье тетушки?

– Её величество отправилась в святилище Талу, – подтвердил дядя мою догадку. – Ты же знаешь, что императрица не отменит паломничества ради бала.

Я понимающе закивала. Скорее, ради приятного путешествия, но если дяде нравится заблуждаться – пусть так и будет.

– А Эдуард и Марго? – надо соблюсти все приличия.

– Вот-вот будут. Как и принц Эрик.

– Отлично, – кивнула я. – Что ж, пока потанцую, если ты не против.

Конечно, дядюшка не возражал, и я поспешно вернулась к Крису. Оставалось только сменить цвет платья – и дама в бордовом исчезла, а появилась принцесса ночи.

– К чему такие перемены? – тихо спросил Крис.

– Чтобы не узнали, – хихикнула я. – А теперь – танцы!

Ожидала, что спутник начнет возражать, но он молчаливо протянул руку. Заиграли первые аккорды бомбальона, без которого не обходился ни один бал. Дядюшка пригласил нашу дальнюю родственницу и начал первый выход. За ним потянулись другие пары. Мы встали в их стройный ряд. Я никак не ожидала, что Крис знаком с фигурами придворного танца Миридана, но он двигался естественно, словно всю жизнь только этим и занимался. Его холодные пальцы сжимали мою руку, и вдруг показалось, что нет этого зала, заполненного огнями и красками, а есть только мы двое. На сердце стало тепло, и я позволила танцу увлечь меня в свой водоворот. Сердце трепетало, как пойманная пташка. Я тонула в темных глазах своего партнера. Мир кружился под звуки музыки.

Когда мелодия закончилась, я испытала настоящее разочарование. Хотелось продлить волшебное мгновение, но Крис поклонился и отошел в сторону. Меня тут же пригласил другой кавалер, но я отказалась. Место восхищения заняла досада – на себя, на Криса, на маскарад, принца Эрика. Отменив, что Крис вернулся в нишу у окна, я решила немного остыть и пройтись по залу. Но так засмотрелась на человека, что чуть не сбила с ног другого юношу. Он так же, как и я, рассматривал комнату, словно искал кого-то.

– Извините, – пробормотала я.

– Что вы, это я должен просить прощения, – поклонился молодой человек. Его костюм поразил меня буйством красок, словно вобрал все цвета радуги. – Извините, вы нигде не видели дамы в бордовом платье?

Я насторожилась. Эрик? Быть того не может! Я помнила прыщавого долговязого юнца, а передо мной стоял стройный высокий юноша. Его светлые волосы были сплетены в длинную косу. И как я сразу не заметила? Типичная прическа Винченсы!

Надо ускользнуть, пока принц не понял, что отыскал свою пропажу. Эрик снял маску – и оказалось, что он изменился сильнее, чем могла себе представить. Принц был красив, как светлый бог. Особенно привлекали голубые глаза, напоминавшие глубины океана. И лишь нетипичная для Миридана прическа и одежда придавали его облику нечто слегка женственное.

Эрик смотрел на меня. Я вспомнила, что принц ждет ответа.

– Здесь много подобных дам, – сказала чуть запоздало. – Уж извините, не знаю, чем вам помочь. Может, у неё есть особые приметы?

– Не знаю, давно её не видел, – вздохнул Эрик. – Но мне обязательно нужно её найти.

– Ничем не могу помочь, – скороговоркой выпалила я и пошла прочь, но вдруг Эрик схватил меня за локоть:

– Оливия?

И как только узнал? Даже уловка с платьем не помогла! Легче всего было сказать «вы обознались», но в его глазах читалось, что он уверен в своем выборе.

– Ну здравствуй, – сняла я маску. – Как добрался?

Вместо ответа принц упал на колени и прижал мою руку к губам. Щеки залило краской. Я отшатнулась – казалось, что все, кто есть в зале, смотрят только на нас.

– Прекрати немедленно! – прошипела, вырывая ладонь из его хватки. – Мы не наедине. Да и будь мы одни – это не повод вести себя подобным образом!

– Простите… Прости… – Эрик поднялся, не отрывая от меня взгляда, полного немого обожания, и я поняла, что дела плохи. От принца так просто не избавиться. Огляделась по сторонам – Криса рядом не было. А ведь просила отваживать от меня всех представителей мужского пола!

– Ливи, я так рад снова видеть тебя, – Эрик сиял, словно только что подарила ему новенький дворец.

– М-м-м, – словарный запас закончился, и я только хлопала ресницами, надеясь, что выгляжу менее глупо, чем принц.

– Его императорское величество говорил с тобой? О том, зачем я приехал.

– Эрик, давай сразу начистоту. Мое сердце… Оно слегка несвободно…

Что ж, гнусная ложь, зато во благо. Остается надеяться, что после такого отпора принц удалится собирать осколки разбитого сердца и забудет, как зовут негодницу.

– Оливия, я столько лет ждал нашей встречи, – Эрик наступал, а я пятилась к стене, чувствуя, что меня загнали в угол. – Я не прошу у тебя быстрого ответа. Просто подумай. Ты…

Эрик споткнулся и полетел прямо на меня. Не будь я так увлечена попытками выбраться из капкана, успела бы отойти, но сноровка подвела, и я плюхнулась на пол. Эрик совсем не грациозно приземлился сверху, его губы прижались к моим, и тело среагировало раньше, чем голова. Со всей силы ударила Эрика коленом и одновременно влепила звонкую пощечину. Затем поняла, что падать он на меня не хотел, но и сползать с меня ошалелый принц не торопился. Уже примеривалась, куда еще стукнуть для верности, но неожиданно дышать стало легко, а преграда между мной и воздухом исчезла.

– Куда распускаешь руки? – раздался громогласный голос Криса, а я барахталась в юбках, пытаясь обрести точку опоры, пока кто-то из гостей не умудрился помочь мне подняться.

Увиденная картина не порадовала. Эрик и Крис испепеляли друг друга взглядами. В воздухе пахло хорошенькой дракой, а я разрывалась между необходимостью встать между спорщиками и желанием узнать, что будет дальше. Щеки Эрика алели. Крис оставался холоден, как лед.

– По какому праву вы вмешиваетесь? – Эрик и в гневе не изменил правилам этикета.

– По какому праву вы оскорбляете даму? – передразнил его Крис.

Эрик бросился вперед. Крис отступил, и горемычный принц снова распростерся на полу. Зал ответил хохотом. Вокруг нас собралась немаленькая компания гостей, которые пусть и не знали сути конфликта, но жаждали развлечений. А что могло повеселить лучше, чем драка на императорском балу?

– Может, помочь вам подняться? – голос Криса сочился ядом. Даже я не удостаивалась такого тона.

Эрик подскочил и снова бросился на противника. На этот раз парни покатились кубарем, сминая костюмы и разрывая дорогие ткани. Ладно Крис – он человек. Но Эрик-то принц, наследник престола. А дерется, как простолюдин. Я покачала головой и уже собиралась позвать стражу, как толпа расступилась, пропуская нового зрителя.

– Это что такое? – император навис над драчунами, словно меч правосудия. – Кто дал вам право так вести себя в моем дворце? Казню обоих!

Крис выпустил ворот принца и поднялся на ноги. Эрик, растрепанный, как последний раб, раздраженно убрал волосы с лица.

– Ваше высочество? – дядюшка выглядел обескураженным, и мне стало весело. А шутка-то удалась!

– Прошу прощения, – склонил голову принц. – Этот юноша…

– Дядюшка, – настал мой звездный час, – позволь сказать тебе пару слов.

Я выплыла на пространство между императором и Крисом, состроила горестную мордашку и продолжила с чувством:

– Ваше императорское величество, прошу, не наказывайте их. Принц Эрик… уж не знаю, по случайности или по злому умыслу, скомпрометировал меня, а мой друг лишь вступился за честь вашей племянницы, которую так грубо оскорбили…

Эрик из красного стал белым, как мел. Его губы дрожали, и, готова поклясться, в глазах стояли слезы. Уж не знаю, ярости или раскаяния.

– Оскорбил? Его высочество? – дядюшка изумленно переводил взгляд с меня на Эрика.

– Оливия, я не хотел… – пролепетал тот. – Прошу простить меня, я…

– Не желаю слушать, – гордо произнесла я. – Извините, дядюшка, лучше не буду портить вам праздник и пойду домой. Крис, проводите меня.

Крис подал мне руку. Я величественно оперлась на его локоть и прошествовала к выходу. За нашими спинами стояла гробовая тишина, и лишь когда мы переступили порог бального зала, раздались голоса, постепенно объединившиеся в ровный гул.

Мы сели в карету, и я утомленно закрыла глаза. Если после такого позора Эрик посмеет смотреть в мою сторону, то он либо смельчак, либо безумец. Я устала, ужасно устала. И пусть этот вечер сложился по моему сценарию, чувства удовлетворения не было. Наоборот, хотелось сжаться в комок – и пусть мир исчезнет. Думаю, дядя уже пожалел, что пригласил меня на маскарад. Но и я сама была не в восторге от произошедшего. Нет, теперь с меня точно хватит! Никаких платьев! Никаких балов! И свадеб – никаких!

Глава 8. Его высочество и её высочество

Все, что осталось на утро от бала-маскарада – это громаднейшая усталость. Не хотелось вставать с кровати. Не хотелось завтракать. Вообще ничего не хотелось. Я бы, возможно, так и проспала до обеда, если бы Макки не пожелал получить свою порцию немедленно. Он усиленно тянул зубами за край одеяла, и мне пришлось подняться, привести себя в порядок и отправиться на кухню.

Крис, похоже, еще не завтракал, потому что еда лежала на своих местах.

Я заглянула в гостиную – парень спал. Значит, не мне одной вчерашняя прогулка далась с трудом. Будить его не стала, вместо этого накормила лисенка и принялась развешивать в гардеробе оставленное на кресле платье. Мысли плавно перетекли на Эрика. Принц вызывал у меня волну антипатии. Большей частью потому, что признался в любви и поставил в неловкое положение. Наверное, у меня на любовь аллергия.

– Хозяйка, к вам гость, – раздался голос двери.

– Кто там? – спросила я, раздумывая, открывать или нет.

– Какой-то смазливый молодчик.

В дверь настойчиво постучали. Моя стражница разразилась гневной тирадой по поводу отсутствия воспитания у нынешней молодежи, а я растолкала Криса и заставила его скрыться в спальне. Глянула в зеркало – вроде, домашнее платье в порядке, прическа тоже. Можно и гостя принять.

Я открыла дверь – и отступила. На пороге мялся Эрик. Его голубые глазищи словно пытались что-то прочесть на моем окаменевшем лице. В руках принц держал букет фиалок.

– Доброе утро, ваше высочество, – поклонился он.

– Доброе, – вздохнула я. Надо приказать двери, чтобы больше его не пускала.

– Можно войти?

Пришлось пропустить принца в гостиную.

– Вот, – протянул он цветы.

– Благодарю, – приняла фиалки. – Присаживайся. И давай без этих официальных речей – они утомляют.

Похоже, принц смутился. А ведь я его предупреждала!

– Тебе неприятно меня видеть? – Эрик отвел взгляд. Хотелось ответить «да», но это было бы грубо. Поэтому сдержанно покачала головой.

– Оливия, – продолжил гость, пряча глаза, – я хотел попросить прощения. Вчера… понимаю, это было недопустимо, но мы так давно не виделись. Я грезил, что увижу тебя снова, мечтал, и когда увидел… Но если твое сердце занято, только скажи!

На мгновение мелькнула мысль соврать, подтвердить, что влюблена – а ведь я намекала на это на балу. Но Эрик выглядел таким несчастным, что оставалось только сказать ему правду.

– Я ни в кого не влюблена, – ответила холодно. – Но замуж выходить не собираюсь. И дело не в тебе. Я не собираюсь выходить замуж в целом. Слишком много дел, забот.

Теперь Эрик уставился на меня, как на диковинную птичку.

– Да, я помогаю низшим, езжу то туда, то сюда, – продолжала, пытаясь его убедить. – Никогда не сижу на месте. И вообще, у меня скверный характер. Разве тебе нужна такая жена?

– Нужна, – пылко ответил Эрик. – Прошу, Ливи, дай мне шанс. Хотя бы просто возможность видеться. Изредка.

Ой, чувствую, что пожалею о своем ответе!

– Хорошо, – вздохнула я.

– Значит, мы можем отправиться на прогулку? – просияло лицо принца.

– Да, – скрепя сердце, ответила я. – Но не сегодня! Завтра.

– Спасибо, – Эрик прижал к губам мою руку. – Тогда зайду за тобой завтра вечером.

– Нет, лучше встретимся в дворцовом саду, – поторопилась остудить его жар. – В восемь. А теперь иди. Мне надо подумать.

– Да, конечно, – принц заторопился. – Еще раз прошу прощения. А тот парень…

– Мой друг, – нахмурилась я.

– Понимаю, друг. До встречи, Ливи. Я буду ждать!

Рассеянно кивнула. Эрик утомлял. Не могу сказать, что принц по-прежнему вызывал у меня неприязнь, но и добрых чувств не вызывал. Просто не могла его понять. Хотела, но не получалось.

Когда за принцем закрылась дверь, приказала ей строго-настрого не пускать его без моего разрешения и даже не отзываться. Когда я вернулась в гостиную, Крис сидел в кресле. Он, как всегда, выглядел чем-то недовольным. Впрочем, меня мало интересовало, чем.

– Твой поклонник настойчив, – сказал человек.

– Он считает, что имеет на это право, – заняла я соседнее кресло.

Крис пожал плечами. А он стал разговорчивее. Наверное, привыкает ко мне.

– Он тоже принц? – спросил Крис.

– Да. Эрик Винченский.

– Винченса? – удивился мой собеседник. – Но это же так далеко. Неужели он приехал из-за тебя?

– Считаешь, это невозможно?

– Возможно. Но глупо. Миридан – невыгодный союзник для Винченсы. Слишком далеко. Ни войска не пришлет, ни от врагов не защитит.

– Ты слишком много знаешь, – покачала головой. – Откуда? Кто тебя учил?

– Учителя, – отвернулся Крис, и я поняла, что не добьюсь более детального ответа.

– С тобой тяжело разговаривать. Насчет Винченсы – я ведь не наследница императорской короны. Вот если бы Эрик просил руки кузины Маргарет, тогда речь бы шла о политике. А так… Боюсь, он и правда влюбился.

– Тогда я ему сочувствую.

– Крис! – чуть не подскочила я. – Считаешь, что в меня влюбиться нельзя?

– Нормальному человеку? – Крис изогнул бровь. – Нет.

Я нащупала диванную подушечку и запустила в негодяя. Он ловко поймал её и вернул назад.

– Не швыряйся вещами, принцесса, – сказал он. – Подозреваю, что принц не совсем нормален, хоть он тебе и не пара. Так что успокойся, он здесь по любви.

– Ничего себе успокоил, – пробормотала я, почему-то смущаясь.

– Как умею. Кстати, к тебе идут.

И действительно, в тот же миг раздался стук в дверь и голос:

– Нечего тарабанить! Себе бы по лбу постучали, негодники!

Я открыла засов и впустила изумленных гостей. Ронни и Бертран. Очень интересно. Что за день-то такой? Полузнакомые парни толпами ломятся в квартиру.

– Ваше высочество, – склонили они головы.

– В этих стенах – просто Оливия, – жестом пригласила их в гостиную. – Как вы меня нашли?

– Мими рассказала мне, – ответил Ронни.

– Ох, уж эта Мими, – Крис успел испариться из гостиной. Уже даже просить не приходится. – Присаживайтесь, рассказывайте, чем могу вам помочь.

Парни молчали, словно собираясь с мыслями.

– Оливия, – наконец, заговорил Ронни, – я бы никогда не потревожил ваш покой, если бы не случилось нечто, что не в силах побороть без вашей помощи.

Я насторожилась. Судя по всему, дело действительно серьезное, поэтому сразу отставила шутки в сторону.

– Мими, – продолжал Ронни. – Она рассказала, как вы ей помогли. Мы… мы с ней должны были быть далеко от столицы, но её похитили.

– Стоп! – перебила я парня. – Давай сначала и по порядку. Мы расстались на том, что ты бросил Мими и собирался жениться на другой, а несчастная девушка осталась одна чуть ли не с ребенком на руках. Насколько мне известно, ты все время ей лгал и сбежал, как только представилась такая возможность.

– Все верно, – сокрушенно подтвердил Ронни. – Моя семья очень богата. А Мими – из простых. Они бы никогда не согласились, чтобы мы были вместе. Я не знал, что Мими ждет ребенка, и решил покончить с нашими отношениями, пока мы можем жить друг без друга, но…

Парень замолчал. Я ждала, пока он подберет слова.

– Мы с ней поговорили, я сказал ей правду, – наконец, заговорил Ронни. – Я понял, что мне никто не нужен, кроме неё, и мы решили бежать. Но она не пришла на условленное место. Исчезла. Дома её не видели. Одна из соседок тайком шепнула мне, что её увели какие-то мужчины. Я принялся искать её с помощью магии, но след ведет только до ворот столицы. А дальше – пустота.

Я потерла пальцами виски. Интересная картина. Зачем было похищать девушку? Чтобы Ронни её не нашел? Или из-за ребенка? Или просто, чтобы показать незадачливому жениху, что ему следует слушаться родителей? Порталы в данном случае бессильны – я ведь понятия не имею, куда увезли девушку. А помочь ей надо. Тем более, что я сама в это ввязалась, когда помогла ей отыскать возлюбленного.

– Помогите мне, Оливия, – Ронни посмотрел на меня так, что все возражения выветрились из головы. – Я столько слышал о вас. Если вы не сможете этого сделать, то никто не сможет.

– Попытаюсь, – кивнула я. – Думаю, её увезли далеко. Но поиски надо начинать от ворот столицы. И чем раньше, тем лучше. Мне понадобятся её личные вещи. А еще лучше – волосы с расчески. Так что загляните еще раз к ней домой, и пусть соседка попробует описать похитителей. Я дам вам шар памяти, ей нужно будет просто подержать его в руках и представить, что произошло.

– Спасибо, – тихо сказал Ронни. – Как и когда мы встретимся?

– На всякий случай, надо приготовиться к долгой дороге. Поэтому лучше на рассвете у ворот. Вот только у которых?

– Северных, – ответил юноша.

– Хорошо. На рассвете у северных ворот. Возьмите с собой все, что может понадобиться в пути. Предупреждаю, буду не одна, – вспомнила о Крисе.

– Я тоже поеду с вами, – встрял Берт. – Я хорошо владею боевой магией.

– Как хотите. Итак, нас будет четверо. По пути нас будут спрашивать о цели поездки. Скажем, что едем любоваться цветением деревьев на побережье. Ронни, вот шар, – достала из шкафчика прозрачную сферу. – Когда воспоминание запишется, он станет мутным. А теперь идите, мне надо подготовиться.

Я проводила гостей и села к столу. Что ж, впереди неизвестно, насколько долгий путь. С посудой пошлю во дворец записку, что меня какое-то время не будет в городе. За Макки присмотрит еще одна соседка, она – милая старушка, никогда не отказывает. Крис… Что делать с Крисом? Тащить его с собой – однозначно. Но у него даже нормальной одежды нет, кроме той, что раздобыла для него еще в первые дни. Для путешествия этого мало. И еще нужно докупить некоторые магические ингредиенты. Столько дел!

– Крис! – влетела я в спальню. – Собирайся, нам надо пройтись по лавкам. Завтра уезжаем.

– Я слышал. Очередная помощь неведомо кому? – человек и не думал отказываться.

– Допустим. Нет времени на разговоры.

Я выставила его из спальни, натянула любимые брюки и рубашку, приготовила мешок для покупок, написала записку и отнесла её на кухню, затем заглянула к соседке и потащила Криса в ближайшую лавчонку мужской одежды, убедившись, что он не забыл мой подарок – кулон. Не желаю пустых вопросов.

Оказалось, что мужской гардероб не так-то легко пополнить. Пока торговцы предлагали Крису то один вариант, то другой, я сбегала за зельями, надеясь, что человеку не придет в голову показывать кому-то клеймо. Но все прошло нормально. Я расплатилась с торговцами, и мы вышли на улицу.

– Постой, – замер Крис. – Если ты хочешь, чтобы охранял тебя, как и договаривались, мне нужно оружие.

Не помню, чтобы мы о таком договаривались, но ладно. Хорошо, что оружейная лавка располагалась неподалеку. Вот только вышли мы оттуда нескоро. И почему мужчины так любят оружие? Крис перепробовал уйму мечей, кинжалов, даже пару арбалетов. В итоге, выбрал самый дорогой меч, ножны к нему, два кинжала и даже не спросил, хватит ли у меня денег все это оплатить. Я, конечно, принцесса, и деньги у меня есть, но мог хотя бы ради приличия поинтересоваться моим мнением!

Зато я отыгралась на Крисе, заставив его тащить домой весь ворох покупок. Он не возражал. Оказалось, что бродили мы долго и вернулись как раз к ужину. Наскоро перекусив, я заперлась в спальне, чтобы подготовить некоторые зелья. Возникла мысль, что надо найти квартирку попросторнее, а то мы постоянно сталкиваемся лбами с Крисом. Никакой личной жизни. Мысль промелькнула и пропала, а я попыталась сосредоточиться на магии.

В итоге, легла спать далеко за полночь, приказав Крису разбудить меня за час до рассвета. Сны путались, я вертелась с боку на бок, поэтому к рассвету чувствовала себя абсолютно разбитой. Зато Крис разбудил меня в полной боевой готовности. Да уж, такие, как он, не должны быть рабами – от него исходила сила. И гордость. Франт еще нашелся. Я наскоро оделась, позавтракала, чмокнула в нос лисенка, и мы отправились в путь.

Глава 9. В поисках прекрасной дамы

Утренний туман постепенно рассеивался. Столица – тезка Миридана – спала и видела сны. Совсем скоро должны были проснуться маленькие лавчонки, заскрипеть колеса телег, застучать ставни открывающихся окон. Но пока вокруг царил сон.

Мне нравился Миридан. В каждой его улочке проскальзывало неуловимое волшебство. Даже если бы мне предложили на выбор весь мир, я бы вернулась сюда, к этим скромным домикам и роскошным дворцам, широким улицам и узеньким проулкам. Я чувствовала, что мое сердце дышит в такт с этим городом.

Лето стояло на пороге, но утром все еще было прохладно, поэтому я куталась в дорожный плащ и с трудом сдерживала зевоту. Наши спутники уже ожидали у Северных ворот. Оба вооруженные и клинками, и, как я ощущала, магическими наборами.

– Доброе утро, – поклонились нам парни.

– Доброе, – ответила я. – Готовы?

– Конечно, – за обоих ответил Рон.

– Тогда в путь.

Мы зашагали к воротам. Если девушку действительно увезли далеко, придется заглянуть на дядюшкину конюшню. Там меня дожидается еще один любимец – Мрак. Дядин подарок к совершеннолетию. Черногривый красавец с белой звездой на лбу. И для моих спутников найдутся быстрые кони.

Охранники проверили наши пропуска и пожелали доброго пути.

Сразу за городскими стенами тянулись самые бедные районы, которые и к столице-то не все относили – жилища преступников и бывших рабов. Никогда не задумывалась, почему бывших. И только теперь я поняла, что их печати можно было снять. Но значило ли это получить свободу?

Миновав бедный квартал, мы очутились в небольшом искусственном лесочке, который тянулся от Миридана до ближайшего поселка.

– Вы раздобыли волосы? – протянула я руку Ронни.

– Как вы и просили, – получила несколько шелковистых прядей.

– Отлично. Только давайте на «ты», господа. Нам предстоит долгий путь, и мы успеем подружиться. А теперь отойдите и постарайтесь не мешать.

Я побрела вдоль дороги. Парни следовали за мной в некотором отдалении. Прижала к груди локон Мими – думаю, подарок любимому на память – и прошептала заклинание поиска. Как и ожидалось, оно не сработало. Кто-то тщательно заметал следы. Значит, придется пообщаться с духами этих мест.

Стоило мне произнести слова призыва, как лес зашуршал тысячами голосков:

– Мы здесь, наша принцесса. Мы готовы помочь, наша принцесса.

– Мне нужно отыскать похищенную девушку, – прошептала в ответ, зная, что меня и так услышат. – Помогите, лесовички, летуны, травники, духи земли, воздуха и леса.

На мой призыв всегда откликались, как и я всегда отвечала на их зов. Какое-то время я ничего не могла разобрать в шуме леса, а затем до меня долетели голоса:

– На север. Деву везли на север. Двое. Высших.

Не сомневалась. Редкий полукровка сможет так скрыть следы. Здесь действовали куда более опытные маги высокого ранга.

– Где мне искать? – спросила у леса.

– За Ройной. За Ройной, – прошелестели мои друзья. – Дальше мы не видим, о принцесса. Дальше мы не слышим, о принцесса.

– Благодарю вас, – прошептала я, и гул смолк.

Несколько мгновений понадобилось, чтобы вернуться в реальность. Я обнаружила, что вокруг совсем рассвело, а мои спутники напряженно ждут ответа.

– На север, до Ройны, – обернулась я к ним. – А там поглядим.

Ройна несла свои широкие воды в двух днях пути. Значит, нам действительно предстояла долгая дорога. Что ж, я была к этому готова.

Ронни, Берт и Крис нагнали меня, и мы двинулись дальше.

– Возьмем лошадей в Луо, – сказала парням. – Кстати, я так и не представила вас друг другу. Это мой помощник, Крис. А это – господа Бертран Коун и Рон Мибус, которым и понадобилась наша помощь.

Парни переглянулись. Я внимательно наблюдала за ними. Если Берт и Ронни узнают, что Крис – человек, да еще и раб, они откажутся находиться рядом с ним. Хорошо, если не устроят скандал и не потребуют избавить мир от раба, который дерзнул скрыть свое происхождение. И как еще дядюшкиным палачам не пришла идея ставить клеймо на лбу? Плечо ведь можно спрятать. И ауру тоже – доказано мною. Эх, нет на них меня! И не будет, потому что я свои открытия оставлю при себе.

Крис шел рядом, а Берт и Ронни чуть отстали. Разговаривать никому не хотелось. Парни старались соблюдать приличия и не зевать в присутствии дамы. Дама же соблюдать приличия не старалась.

До конюшни надо было идти пару часов. Там я рассчитывала немного подкрепиться. Ведь, если хотим отыскать Мими как можно быстрее, надо сегодня добраться как минимум до границ городка Кавли. Я хорошо знала эти места – если ничего не случится, к вечеру как раз будем там. Можно заночевать в гостинице «У Поросенка». За непритязательным названием скрывалась хорошая еда и чистая постель.

Путешествие протекало тихо и спокойно, как вдруг Крис вцепился в мой локоть.

– Что такое? – тихо спросила я.

– За нами следят, – чуть слышно ответил парень. – Один человек.

– Человек?

– Я не в смысле расы! – разозлился Крис. – Ветровик бы вас побрал!

– Кто? – уцепилась я за незнакомое слово. – Стоп. Слежка?

– Да. За вон той группой деревьев. Думаю, от самой столицы.

Я, не останавливаясь, запустила поисковое заклинание. Оно подтвердило – за нами кто-то следует. Вот только кто? От него исходила магия. Определенно, кто-то из высших, потому что поток был чистым. Я решила подманить его ближе.

– Ой, – схватилась за Криса. – Кажется, я подвернула ногу. Давайте немного отдохнем.

– Да, конечно, – закивали парни и засуетились вокруг меня, кроме человека. Тот отошел чуть в сторону и прислушивался. Похоже, моя затея имела успех, потому что Крис показал жестом, что к нам приближаются. Где тут у меня в кармане склянка с парализующим зельем? Вот она, родная.

Я осторожно достала бутылочку, уловила магический след и щедро плеснула все содержимое за ближайшую елку. Донесся ойк – и все стихло. Я бросилась туда, но Крис оказался на месте еще раньше, и вытащил на поляну… его высочество принца Винченского, чтобы у него рога выросли!

Зелье, к счастью для Эрика, не предполагало длительного действия. Когда он обрел способность двигаться, вокруг него уже стояли четверо раздосадованных путников, желающих высказать в лицо все, что думают о нем.

– И что ты тут забыл? – прошипела я, не давая Эрику опомниться.

– Оливия, дорогая… – начал оправдываться принц, но я резко его прервала:

– Молчать! Это к делу не относится. Кто дал тебе право за мной следить? Ты мне не муж, не отец, не брат.

– Прости, – потупило глаза это ходячее несчастье. – Я виноват. Просто гулял под окнами и увидел, как вы уходили, – Эрик недоброжелательно зыркнул на Криса.

– И решил узнать, куда же я могу идти ранним утром с каким-то мужчиной, – подвела итог.

– Да, – вздохнул принц.

– Значит, так. Сейчас ты разворачиваешься и идешь обратно. И чтобы я тебя больше не видела! Никаких прогулок! Точка!

– Ливи, прошу тебя, – принц не сдавался. – Я не знаю, куда вы идете, но, думаю, смогу вам пригодиться. Ты же знаешь… То есть, не знаешь, но я – сильный маг. У меня второй ранг по вашим меркам. Я смогу тебя защитить.

– Эрик, посмотри вокруг. Кого ты видишь?

– Мужчин, – не почувствовав подвоха, ответил принц.

– По-твоему, трое этих юношей не смогут меня защитить?

– Так, как я – не смогут, – упрямо твердил Эрик.

– Тебя хватятся в столице, – привела я последний аргумент.

– Не хватятся. Я послал магическую птичку с весточкой, что мне надо срочно уехать, но скоро вернусь.

Я махнула рукой. И как с ним спорить, если принц смотрел на меня так, словно я отбираю у ребенка конфету. Оставалось только сдаться.

– Будешь мешать – отправлю домой, приставать – познакомишься с клинком моего друга, – указала я на Криса. – Ясно?

Эрик кивнул. В его глазах заплескалась надежда. Я вздохнула и устало сказала:

– Идем.

Принц сразу повеселел. Всё, что мне оставалось –забыть о его существовании. Какое-то время Эрик плелся молча. Потом начал переговариваться с Бертом и Ронни. Парни ввели его в курс дела. Я старалась не обращать на него внимания, но, учитывая, что за спиной постоянно слышалось его жужжание, с каждой минутой становилось все сложнее делать это. Крис тоже хмурился. Похоже, Эрик вызвал у него мгновенную антипатию. Хотя, в кои-то веки я была с ним согласна. Вообще, я редко путешествовала в компании. Чаще сама. И вот теперь – целых пять человек. Нас любой приметит. Но деваться некуда.

В конюшне мне без лишних вопросов отдали Мрака – привыкли, что я появляюсь, когда захочется, и исчезаю на неопределенный срок. Для парней тоже подобрали хороших лошадей. Не таких красавцев, как мой, но вполне подходящих.

Мрак соскучился. Я чувствовала это. Мы с Мраком понимали друг друга лучше, чем старинные друзья. Только Макки я любила так же сильно, как этого коня.

– Хороший конь, – сказал Крис, помогая мне забраться в седло.

– Да, – улыбнулась я. – Лучший.

До Кавли оставалось еще несколько часов пути. Я прислушивалась к собственным ощущениям. Может, удастся обнаружить следы Мими или её похитителей. Мне хотелось знать, с кем мы имеем дело. Вступать в схватку с неизвестным противником глупо. С другой стороны, у меня всегда оставался запасной вариант – схватить Мими и перетащить через портал на небольшое расстояние, а парни пусть дерутся, это их мужская обязанность.

Я вообще редко вступала в бой. Могу по пальцам пересчитать случаи, когда приходилось кого-то лупить – как кулачками, так и магией. Не потому, что я – трусиха. Но зачем проливать чью-то кровь, когда можно просто выполнить просьбу и сбежать? Пусть потом заочно поливают меня грязью. А я буду сидеть дома с Макки и пить ягодный чай.

Я так задумалась, что чуть не пропустила нужный поворот. Но Мрак свернул сам. Я потрепала его по холке. Жаль, что видимся мы не так часто, как мне бы хотелось. Я бы забрала Мрака в столицу, но там нет роскошных лугов, на которых он любит пастись. И нет простора, где бы он мог скакать. Пришлось смириться с нашими редкими встречами.

Вдруг у моего виска просвистела стрела. Заржали кони. Я не поняла, почему вылетела из седла и больно приземлилась на пятую точку. Откуда стреляли? Кто? На дорогу выбрался десяток мужчин неопределенного возраста, но вполне определенного рода занятий. Они что, ограбить нас решили? Несчастные…

Я уже собиралась подняться, но Крис шикнул на ухо:

– Не вмешивайся.

Парни окружили меня. Я, конечно, могла и сама за себя постоять, но иногда приятно ощущать чью-то заботу, поэтому пришлось позволить спутникам почувствовать себя героями.

Признаюсь – выглядели они грозно. Крис с мечом, Ронни с ледяным клинком, Берт с небольшим вихрем на ладони и Эрик, готовый исцелить любого из товарищей. Его руки окутывало красноватое сияние, отличающее целителей.

– Маги, – отступили разбойники. Запал исчез. Они выглядели разочарованными и немного обиженными на несправедливость судьбы. Конечно, как тут догадаться, не имея магических способностей, что из нас пятерых не является магом только один. Причем двое из нас – высшие.

– Ребята, что-то не так? – все-таки поднялась я и выглянула из-за спины Криса. – Мы можем чем-то вам помочь?

– А мы это… – почесал затылок ближайший к нам разбойник – видимо, главарь, – дорогу спросить хотели. Не подскажете, любезные господа, как нам добраться до столицы?

– Вам туда, – махнула я рукой назад. – Можете сами добраться, а можете еще раз вот так выскочить – и вас проводит имперский конвой. Абсолютно бесплатно.

– Спасибо, госпожа. Не будем задерживать.

Разбойники испарились быстрее, чем успела попрощаться. Трусы. Нападают только на беззащитных. Хорошо, что никто не пострадал. А если бы они задели Мрака, я бы им уши на пятки натянула. Лично.

– Оливия, ты не ранена? – Эрик закружил меня, разглядывая со всех сторон. – Дорогая, тебе следует быть осторожнее! А если бы они были магами? Ты могла пострадать.

– Стоп, – прекратила нравоучительный поток. – Спешу тебе напомнить, что я сама – магичка первого ранга. И любой из них мне не угроза. Я просто слишком отвлеклась поиском следов Мими. Иначе бы давно их заметила.

Принц опустил голову. Наверное, его задело, что уровень моих способностей выше, чем у него. Не объяснять же Эрику, что я почти не владею боевой магией и средне управляюсь со стихиями. Нет, буду молчать. А то возгордится.

Наши лошади испугались, но не покинули своих хозяев. Я забралась обратно в седло, пообещав себе быть внимательнее.

– Крис, это ты меня сдернул? – спросила я, когда мы снова тронулись в путь.

Парень промолчал. Понятно. Лимит слов на сегодня исчерпан.

До Кавли мы добрались без происшествий. Я провела друзей знакомыми улочками до красивого двухэтажного здания. На вывеске гостиницы красовалась упитанная хрюшка. А на пороге скучал хозяин, донельзя похожий на вывеску.

– Процветания вашему дому, господин Кенар, – склонила я голову.

– Госпожа Оливия! – воскликнул хозяин, и его щеки заалели от радости. – Как давно мы не виделись!

– Давненько, – ответила я. – Найдутся ли у вас комнаты для меня и моих друзей?

– Конечно. В любое время суток, – закивал Кенар. – После всего, что вы для меня сделали!

А ведь я не сделала ничего такого. Всего лишь помогла избавиться от местных жуликов, которые требовали с хозяина деньги. Это было даже весело – видеть, как они улепетывают, теряя штаны.

Кенар, не переставая рассыпаться в благодарностях, отвел нас на второй этаж и разместил в комнатах. Моя находилась возле лестницы, соседнюю заняли Берт и Ронни, а следом за ними разместились Эрик и Крис. Оставалось надеяться, что принц и человек не перегрызут друг другу глотки. Я устала от чужого общества, поэтому попросила принести ужин в комнату. Ради меня Кенар расстарался и приказал приготовить мой любимый вишневый пирог. Покончив с ужином, я позволила себе расслабиться и принять ванну, а затем легла спать.

Не помню, что мне снилось – кажется, и во сне рядом со мною были те же лица: Эрик, Крис, Берт. Но проснулась оттого, что хлопнуло окно. Я подскочила, приготовившись угостить обидчика порцией отборной магии, но ночной гость приложил палец к губам.

– Берт? – я действительно была удивлена.

– Извини за вторжение, – тихо засмеялся посетитель, спрыгивая с подоконника на пол. – Но днем с тобой не поговоришь. Твои друзья слишком ревностно тебя стерегут.

Я порадовалась, что в дороге всегда сплю полуодетой – мало ли, что может случиться. А вот Берт мог бы подумать, прежде чем врываться в девичью спальню.

– Присаживайся, – указала на стул. – Ты хотел со мной поговорить?

– Да, – согласился парень. – Но ты неуловима, Анна – Оливия. Я, конечно, сразу понял, что ты не из простых, но чтобы мириданская принцесса? Я даже не поверил Мими. Хотя мы часто слышим в Академии о твоих проделках.

– Даже так? – я улыбнулась. – И что же вам говорят?

– Что не понимают, почему император позволяет тебе такие вольности. Но отмечают твои редкие способности. Впрочем, мы и сами их видели. Например, тот приворот…

Хорошо, что в комнате царил полумрак, потому что мои щеки залила краска. Я как-то предпочитала не вспоминать о том опыте.

– Не знаю, что за зелье ты сварила, но оно оказалось что надо, – Берт говорил так, как будто мы были старинными друзьями. И мне вдруг стало с ним легко и уютно. – Не буду скрывать, я хотел снова увидеться с тобой и понять, кто ты такая. То есть, какая ты.

– Понял? – села я напротив, чтобы в лучах лунного света видеть его лицо.

– Нет. Но попытаюсь. Ты интересная, принцесса. Жаль, что не учишься в МАМИ – мы бы здорово повеселились.

– Жаль, – согласилась я. – Мне у вас понравилось. Может, упрошу дядюшку назначить меня вашей наставницей. А что? Неплохая мысль. Мне есть, что рассказать по любому предмету.

– Не сомневаюсь. Бедный Френ Тир до сих пор в шоке.

Я представила себе озадаченное лицо профессора. А ведь мне и вправду было весело.

– Думаешь, мы найдем Мими? – спросил Берт.

– Надеюсь, что да, – наклонила голову. – Не понимаю, зачем было её похищать. Поговорили бы с Ронни, пришли бы к соглашению. Брак – это старания двоих человек. К чему связывать между собой тех, кто не хочет быть связанным?

– Политика, – Берт пожал плечами. – Ронни хоть и полукровка, но его семья претендует на высокий статус. Ему подыскали высшую. Сама понимаешь, бедняжка Мими им никогда не понравится. Остается побег.

– О котором надо было думать прежде, чем родители узнали об их связи.

– Ронни надеялся, они поймут.

– Поняли? – вздохнула я.

– Нет…

– То-то же. Что самое глупое – их тоже можно понять. Они…

Грохот прервал меня на полуслове. Мы с Бертом выскочили в коридор и поняли, что шум идет из комнаты Эрика и Криса. Мы кинулись туда. Я даже не подумала о том, чтобы захватить какое-то оружие или зелье. К счастью, двери оказались не заперты. Берт попытался оттеснить меня, но я влетела в комнату первой.

Крис и Эрик катались по полу, награждая друг друга десятками ударов. Крис навис над принцем и выхватил кинжал. Его лезвие блеснуло в опасной близости от горла Эрика, а принц никак не мог призвать магию, осыпая противника скудными искрами заклятий.

– Вы с ума сошли? – кинулась я в гущу драки. Берт пытался меня остановить, но я со всего маху ударила его по ноге, и хватка ослабла. Парни не обращали на меня ни малейшего внимания.

– Стоять! – гаркнула я, и Крис взвыл от боли. Похоже, сработала печать. Эрик, почувствовав слабость врага, ринулся вперед и получил тот же прием, что и Берт – мой ботинок по ноге.

Сработало. Искры исчезли, и маг обессилено опустился на пол. Я осмотрела поле боя и вздохнула. Оба противника сидели и смотрели на меня.

– Что за шутки? – я еле удерживалась, чтобы не отправить обоих на край света.

– Это он начал, – заявил Эрик, а Крис молчал.

– Значит, так. Или вы немедленно рассказываете, какого темного катались по комнате, или я вас обоих отправлю в столицу, и делайте, что хотите! – прошипела, чтобы не сорваться на крик.

– Он накинулся на меня, когда я спал, – ответил Эрик, испепеляя взглядом противника.

– Крис? – повернулась я.

– Он из Винченсы, – ответил человек, словно это что-то объясняло. А я слишком поздно заметила, что Эрик умудрился сорвать магический амулет Криса.

За спиной кашлянул Берт. Похоже, мы доигрались. Эрик тоже подозрительно прищурился.

– Ливи, дорогая, ты ничего не хочешь нам сказать? – спросил он.

– М-м-м. Нет, а что? – я пыталась придумать отговорку.

– Твой друг… Он человек?

– Человек, – я инстинктивно придвинулась ближе к Крису. – А это что-то меняет?

– Вообще-то…

Но прежде, чем Эрик закончил фразу, Крис расстегнул рубашку и продемонстрировал парням клеймо на плече. Воцарилось молчание. Я быстренько подобрала каплю, обновила цепочку и вернула Крису, пока никто посторонний не ворвался в комнату.

– Как это понимать? – глаза Эрика превратились в щелочки. – Тебе мужчин в столице для развлечений мало? Решила купить раба?

Прозвенела пощечина. Силы я не рассчитала, и теперь потирала ушибленную руку. Хотелось выцарапать мерзавцу глаза, но это грозило дипломатическим скандалом. Поэтому попыталась сдержаться. Но руки чесались.

– Прости. Я… – пробормотал Эрик.

– Значит, так, – я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Чтобы к утру духу твоего здесь не было. Берт, тебя тоже касается. Если имеешь что-то против – можешь возвращаться в столицу, я справлюсь сама. Точка. Крис, пойдем.

Парень подцепил дорожный мешок и пошел следом. Ни Эрик, ни Берт не проронили ни слова. Я заперла за нами двери комнаты, чтобы больше никто не нарушил мой покой, и хорошенько закрыла окно. Убедившись, что достаточно успокоилась, я повернулась к Крису.

– Извини, что использовала печать, – вздохнула я. – Не хотела.

– Ты не обязана извиняться, – ответил парень. – Сам виноват.

– Так что у вас стряслось?

Крис не хотел отвечать. Но понял, что не отстану.

– Винченцы продали меня в рабство, – сказал он. – Наши страны воюют, хоть официальной войны и нет. Это подлые люди, принцесса. Держись от них подальше.

Я замерла. Тогда понятно, почему… Точнее, не совсем понятно. Если только Крис винит Эрика, как наследного принца Винченсы, что он и его семья допускают такое. Но расспрашивать дальше не стала. И так этот разговор давался тяжело.

– Надо отдохнуть, – вместо этого сказала я. – Комната все равно на двоих. Занимай свободную кровать и ложись спать.

Чтобы показать, что разговор завершен, сама забралась под одеяло и укрылась с головой. Я устала. Очень устала. А завтра мои проблемы вряд ли исчезнут сами по себе. Придется объясняться со спутниками, что-то решать… И Эрик. Он ведь не уедет. Никогда не думала, что он может так меня оскорбить. И о какой любви он говорил? Не прощу, ни за что. Ни за что…

Глава 10. Пути-дороги

– Оливия, пора просыпаться.

И чей это голос с утра пораньше заставляет меня покинуть теплую кроватку? Хочется открутить его владельцу уши. Но даже к ушам тянуться лень.

Я перевернулась на другой бок. Зевнула. И почувствовала, как кто-то тащит одеяло прочь. С такой наглостью мириться нельзя, поэтому пришлось открывать глаза. Надо мной склонился Крис. Я не сразу вспомнила, почему мы с ним в одной комнате, и собиралась возмутиться, но потом в памяти всплыла минувшая ночь, и всё стало на свои места.

– Будешь завтракать здесь или спустимся вниз? – спросил Крис, убедившись, что я окончательно проснулась.

– Внизу. Заодно смогу убедиться, что Эрик уехал, – поморщилась я. – Но если он еще здесь, пообещай, что не будешь его убивать.

– Не могу, – ответил Крис.

– Почему? Из-за его родины? Так свести счеты можно и потом. А меня дядя точно под замок посадит. И потом, зачем лишать Винченсу наследного принца? Пусть мучаются.

Крис улыбнулся. Его улыбка была слишком редким явлением, чтобы я не обратила на неё внимание. Похоже, мой новый друг начинал оттаивать. Но радоваться было некогда. За окном светало, а нам предстоял долгий путь. Чем больше мы медлим, тем меньше шансов догнать похитителей Мими.

Я выставила Криса за дверь, умылась и привела в порядок одежду. В коридоре мы столкнулись с Ронни и Бертом.

– Все с порядке? – спросил Берт, пока мы спускались в общий зал.

– В полном, – заверила я. – Небольшая стычка еще никому не вредила. Вы, случайно, не знаете, уехал ли Эрик?

– Вряд ли, – ответил Бертран. – Его лошадь на месте, я проверял.

Я вздохнула. Значит, расстаться мирно не получится. А о прощении после его слов пусть и не заикается. Да Крис – и тот лучше, чем этот заносчивый принц. Не говоря уже о моих соотечественниках.

Ради дорогих гостей хозяин постарался. Он не только угостил нас вкуснейшими пирожками с капустой, но и приготовил немного еды на дорогу. Мы старались не говорить о вчерашнем. Поначалу я опасалась, что парни выкажут свое недовольство, что Крис осмеливается показаться им на глаза и вообще ест с ними за одним столом, но и Берт, и Ронни промолчали. Даже если они и были против, то никак не демонстрировали этого.

После завтрака мы скоро собрались и вышли во двор. Поникший Эрик стоял возле своей лошади и ждал нас. Я отвернулась и сделала вид, что его не замечаю. Крис последовал моему примеру – хотя это именно он старался лишить Винченсу наследника престола. Ронни и Берт кивнули Эрику, но заговаривать с ним тоже не стали. А все-таки хорошая у нас подобралась компания. Дружная.

Солнце медленно поднималось над горизонтом, когда мы выехали из гостеприимного городка. Я ожидала, что принц начнет извиняться или хотя бы спросит разрешения поехать с нами, но он просто направил лошадь следом, предпочитая держаться в некотором отдалении. Мудрое решение для каждого, кто был хоть немного со мной знаком. Выяснять отношения посреди пути я не собиралась, а там, глядишь, и до Мими доедем. Тогда разбираться с обидчиком будет некогда.

Единственное, чего я опасалась – что Крис не оставит попыток убить Эрика. В его упрямстве я уже успела убедиться, а растаскивать противников по разным углам не хотелось. Но человек делал вид, что Эрика просто не существует. И я была ему благодарна хотя бы за то, что не расходую силы на мелкие дрязги, а могу сосредоточиться. Там и тут я замечала духов, невидимых для парней. Они тоже указывали в направлении Ройны. Река служила границей их владений, и просить о более подробных ответах было бессмысленно.

– Ты сегодня тихая, – Берт подъехал ко мне так бесшумно, что я вздрогнула от неожиданности. – Испугалась?

Парень задорно рассмеялся. Я насупилась больше для вида, чем серьезно. Но мне нравилось находиться рядом с ним даже тогда, когда он пытался меня поддеть. Берт не напоминал о статусе и не пытался командовать мною, как многие знакомые мужчины. Мы бы могли стать друзьями. Очень хорошими друзьями. Чем-то он напоминал мне Николуса – такой же бесшабашный. Думаю, если бы речь не шла о возлюбленной друга, наша дорога стала бы куда веселее.

– Еще чего, – я гордо задрала нос. – Просто неожиданно.

– Смешная ты, Ливи. И не скажешь, что принцесса.

– А что, принцессы не умеют веселиться?

– Я пару раз сталкивался с твоей кузиной Маргарет. Очень мрачная особа. Она точно тебе родня?

– Не боишься, что за такие разговоры снимут голову с плеч? – спросила я.

– Ну, ты же меня защитишь.

Я пожала плечами. Защитила бы, конечно. Но ему об этом знать необязательно. Как и нашим спутникам. Я снова сосредоточилась на разговоре с духами, и вдруг резко натянула поводья. Недовольный Мрак остановился и укоризненно фыркнул.

– Что такое? – встревожено спросил Берт.

– Буря, – ответила я. – Надвигается буря, а вокруг ни одного поселка, где мы могли бы её переждать. Духи говорят, неподалеку есть пещера. Какое-никакое, но укрытие. Идем!

Передо мной мелькала маленькая воздушная рицка. Эти создания больше всего походили на пузырьки воздуха, переливающиеся всеми цветами радуги. Я спрыгнула с Мрака и попыталась провести коня по узенькой тропинке. Он сначала заартачился, но потом все-таки пошел за мной.

Небо, совсем недавно синее, вдруг затянулось и грянуло громом, и на нас обрушились потоки воды. Я вымокла за мгновение. В ботинках начало чавкать. Когда я уже думала, что умру от простуды раньше, чем мы найдем пещеру, рицка исчезла, оставив нас перед входом, заваленным ветками. Видимо, мы были не первыми путниками, которые сюда заглядывали. Парни убрали ветки, и я запустила внутрь магического светлячка.

Пещера походила на большую комнату. В самом – очаг, у стены – сухие дрова. Вряд ли хозяин пещеры захотел бы погулять в такую погоду, поэтому мы, ничего не опасаясь, привязали лошадей у входа, а дорожные мешки занесли в пещеру. Мрак наградил меня недовольным ржанием, но густые ветви и так неплохо защищали их от дождя, так что мой любимец зря жаловался.

Хотелось поскорее снять с себя мокрую одежду. Вот только заменить её было нечем. Все содержимое наших дорожных мешков вымокло. Парни были похожи на нахохлившихся воробьев. Жаль, что я не умею сушить одежду магическим путем. Может, кто-то из ребят умеет?

Я осмотрелась и не увидела Эрика. А между тем вне пещеры завывал настоящий ураган. Куда мог подеваться неугомонный принц? Или он вообще не пошел за нами? Я выругалась, как не подобает приличной девушке, и выбежала из-под спасительного свода. Принц нашелся сразу – он жался у своей лошади, пытаясь укрыться от ливня.

– Ты в своем уме? – схватила его за рукав. – Думаешь, я тебя разыскивать должна? Ану марш за мной!

– Н-нет, – пробормотал принц. – Я н-не могу. Ты сердишься.

– Тогда не стучи зубами от холода. Или ты идешь за мной, или я скажу дяде, что ты ко мне приставал, и вообще из страны с позором вылетишь!

Эрик вздохнул и поплелся следом. В пещере уже полыхал веселый огонек. Я выжала волосы и скинула плащ – все равно от него никакого толку.

– Давай, просушу, – предложил Берт. – Главное, чтобы не сжег.

С благодарностью протянула ему плащ. Он долго водил над ним руками и вернул мне. Я закуталась в теплую материю – блаженство, хоть остальная одежда тоже далеко не сухая.

Оглянулась – Эрик сел почти у самого входа, продолжая изображать воплощенную вину. Простить его? Обойдется. Я взглядом попросила Берта пригласить принца к огню. Тот сначала отказался, но потом все-таки пересел ближе, опасливо косясь на Криса. Но мой раб не обращал на него ни малейшего внимания. Он был занят тем, что присматривал за огнем.

Берт хотел было полностью просушить нашу одежду, но это потребовало бы слишком больших затрат сил. А мы понятия не имели, что ждет впереди. Поэтому пришлось обсыхать природным способом. Мы поужинали, с благодарностью вспоминая хозяина гостиницы, догадавшегося хорошенько завернуть еду, и решили, что пора ложиться спать. Тем более, что дело клонилось к вечеру, и мы жутко устали.

Я закуталась в плащ и прижалась к стене. Тщетная попытка согреться. Берт уснул прямо возле очага – он не боялся искр. Ронни какое-то время расхаживал туда-сюда, но в конце концов тоже попытался уснуть. Было заметно, что он все время переживает за Мими. Но, увы, успокоить его было нечем. И ускорить поиски я не могла.

Эрик сидел у костра и заворожено глядел на огонь. Пламя отражалось в его глазах, придавая принцу вид древнего божества. На фресках в дядином замке светлые боги так и выглядели – бледные, красивые, с пылающим взглядом. Будь Эрик не таким занудой, может, я и согласилась бы на брак… Стоп! Что это за мысли? Я прогнала их вон из головы. Это все холод. Вот и думается, не пойми о чем.

Я находилась на грани между сном и явью. Окончательно заснуть мешали холод и вой бури. Не люблю, когда холодно. Сразу вспоминается детство – однажды папа за какую-то шалость закрыл меня на ночь в чулане. Я ужасно замерзла, и с тех пор люблю тепло.

Я почувствовала, как меня закутывают в еще один плащ, и потянулась в сторону тепла. Щека прижалась к кому-то уютному, и я наконец-то заснула.

Где-то в глубине ночи проснулась оттого, что затекла спина. Огонек костра догорал, мои спутники спали. Я попыталась улечься поудобнее и вдруг поняла, что подушкой мне служат колени Криса. Щеки предательски вспыхнули. Я осторожно села, стараясь не разбудить человека. Так и есть – он закутал меня в свой плащ. Вот почему мне неожиданно стало тепло. Зато у самого губы посинели от холода. Но это не мешало ему спокойно спать.

Я сняла плащ и укрыла им Криса. Парень не проснулся. Я подумала и решила, что сидя все равно не усну, и легла обратно. В конце концов, мы живем под одной крышей и связаны на всю жизнь. Чего уж тут смущаться?

Сон пришел на удивление быстро. Мне снился отец. Вроде бы он никуда не уезжал, а остался в Миридане, и уговаривал меня выйти замуж за Эрика. Я отпиралась, он настаивал, а потом я собирала вещи, чтобы сбежать из дома. Не из своей любимой квартирки, а из нашего родового особняка в центре столицы.

– Просыпайся, – кто-то похлопал меня по плечу. – Буря закончилась.

Я села и протерла глаза. Действительно, ветер стих, и дождь перестал барабанить по листве. Мои спутники, кроме Криса, сидели вокруг костра.

– Иди завтракать, – развернулся ко мне Берт. – А то весь день проспишь.

На завтрак мне достался бутерброд с сыром и вода из фляги. Достаточно, чтобы какое-то время не чувствовать голода. Эрик недружелюбно косился на Криса, но на него никто не обращал внимания. К моему счастью, снаружи было жарко. Наши лошади мирно паслись у входа, и ничто не мешало продолжению поисков. Тем более, что к вечеру должна была показаться Ройна.

Солнечные лучи ласково грели кожу. Волосы развевались от скачки. Я чувствовала себя почти счастливой. По дороге мы заглянули в небольшую деревеньку, пообедали и пополнили наши запасы, чтобы в следующий раз остановиться только на берегу реки.

Ройна была одной из самых широких и бурных рек империи. На её берегах селились лучшие мастера Миридана. Здесь изготовляли цветное стекло, красивейшую посуду, украшения, поэтому круглый год сюда стекались торговцы и покупатели. Количество людей на дороге увеличилось, поэтому нам пришлось двигаться медленнее. Лишь на закате ветви деревьев расступились, открывая нашим взорам зеленоватую гладь реки, бурно струящуюся меж высоких берегов.

– Мост, – указал мне Ронни, и я вздохнула от разочарования. И правда, после вчерашней бури мост зиял дырами и выломанными досками. А ближайшая переправа находилась в двенадцати часах пути.

– С лошадьми не пройдем, – сказала я. – Но и время терять нельзя. Придется оставить лошадей в деревушке и постараться перейти Ройну.

Парни согласно закивали. Деревня располагалась неподалеку. За небольшую плату там согласились приютить наших животных, чтобы мы смогли забрать их на обратном пути. Хозяин конюшни пытался уговорить нас, чтобы мы либо подождали, пока подлатают мост, либо перебрались через реку в другом месте, но мы отказались. Мне не подходило другое место. Мими нужно было искать именно здесь.

На берегу реки я снова прислушалась к себе и окружающему миру. Духи воды не отвечали мне – видимо, были заняты, убирая последствия бури. Я решила их не беспокоить. Мост выглядел устрашающе, но нам непременно надо было перейти на другую сторону.

– Я пойду первым, – сказал Ронни. – Мими ждет меня, я знаю.

Я не собиралась его отговаривать. Какая разница, кто за кем пойдет? Жаль, среди нас не было магов-материалистов, которые могли бы быстренько залатать бреши. Что ж, всего не угадать.

Ронни осторожно перешагивал с одной хлипкой доски на другую. Дерево угрожающе скрипело, и мне казалось, что парень вот-вот сорвется вниз. К счастью, мои опасения были напрасными. Ронни очутился на другом берегу и помахал нам рукой. Берт тут же последовал за другом.

– Ты следующий, – сказала я Крису.

– Нет, я пойду после тебя, – ответил тот.

– Тогда ты, – пришлось мне обратиться к Эрику, хотя я до сих пор на него злилась.

Принц рассеянно кивнул.

– Сосредоточься! – приказала я. – Не собираюсь потом тебя из реки вылавливать.

Эрик еще больше поник. Вот уж за кого я волновалась. Но принц ступал обдуманно. Пару раз чуть не поскользнулся, но выровнял ход и все-таки добрался до противоположной стороны.

– Будь осторожна, – напутствовал меня Крис.

– Буду, – пообещала я и ступила на мост. Между прогалинами было видно бурлящую воду, и от этого сердце колотилось так бешено, что я с трудом могла дышать. Хотелось вопить во все горло. Но разве это помогло бы? Шаг. Еще шаг. Давно не чувствовала себя канатоходцем. Зачем я на это согласилась? Сидела бы себе дома, в тепле, с Макки. Я постаралась не смотреть вниз – и в тот же момент поняла, что падаю. Нога заскользила на влажном дереве, и я полетела к воде. Я зажмурилась и попыталась собрать магию, чтобы замедлить падение, но его не последовало. Кто-то крепко держал меня за руку.

– Брось дорожный мешок и дай мне вторую руку, – требовал мой спаситель, но все, что я могла – цепляться за него еще сильнее. – Бросай, Оливия!

Мои пальцы разжались. Дорожный мешок полетел в воду.

– Умница, – шептал мне знакомый голос. – Не бойся, я тебя не упущу. Давай руку.

Я потянулась вверх и почувствовала, как спаситель уверенно сжимает мое запястье. Рывок – и вот уже меня подхватывают на руки и тащат на берег. Осознав, что все позади, я позволила себе повиснуть на чужих руках и дать доставить в безопасное место. Наверное, на какой-то миг я потеряла сознание, потому что услышала только обрывок разговора:

– … не забывай, кто она и кто ты, – говорил Берт. – Ты – её раб, и не имеешь права прикасаться к ней без позволения.

– Надо было дать ей упасть? – а это уже сочащийся презрением голос Криса.

– Нет! Но ты вел себя непочтительно.

– Какая разница? Её жизнь – вот что важно.

Мне захотелось разреветься. Давно мне никто такого не говорил. Спасибо, друг. А я-то думала, что Крис меня ненавидит. Оказывается, все не так.

– Оливия, ты как? – надо мной склонился расстроенный Эрик.

– Жить буду, – непонятно, почему разозлилась я. – Сейчас встану – и мы двинемся дальше.

Пришлось исполнять обещанное. Голова гудела, ноги не слушались, но я не стала опираться на протянутую Эриком руку, а самостоятельно встала и торжествующе осмотрела спутников.

– Цела, Ливи? – спросил Берт.

– Да, благодаря Крису. Спасибо, – я улыбнулась спасителю.

– Я спасал не только тебя, – отвел он взгляд. Я не сразу поняла смысл его слов. Он что, опасался, что в случае моей гибели клеймо убьет его? Похоже, что так. Благодарность мигом выветрилась, и захотелось расцарапать лицо одному самонадеянному идиоту. Я разве что не шипела от обиды. Но показать свой гнев? Не дождутся! Я распрямила плечи и зашагала обратно к мосту, искать следы Мими.

Опустилась на корточки и попыталась снова призвать духов воды. И на этот раз одна маленькая водяничка откликнулась на мой зов.

– Вашу подругу отвезли в замок Клиор, – ответила она. – Мои сестры видели, как девушку вносили в ворота. Она была без чувств.

– Спасибо, – ответила я и отпустила малышку.

Клиор… Что я о нем знаю? Неприступные стены. Одна из лучших крепостей дядюшки. Он обидится, если мы разнесем её в хлам. Великолепная магическая защита – ломать и ломать. Но кто мог воспользоваться императорским замком? Ронни чего-то не договаривает? Чей он сын?

Расспрашивать парня прямо сейчас я не стала. Все, что мне было нужно – нормальный отдых перед тем, как подписать себе домашний арест, уничтожив защиту замка Клиор. А еще нужно было составить такой план, который бы минимизировал угрозу для нас пятерых. Потому что идти придется всем вместе. Вот только как?

Глава 11. Побег из Клиора

Я выспалась. Не смотря на то, что приютила нас обычная крестьянская семья, и кроватью служило сено. Зато меня никто не будил, никуда не тащил и не пытался выспросить, что же собираюсь делать. Ради этого пришлось вчера перессориться со всем отрядом, зато мне дали отдохнуть. Эгоистично, но необходимо. Мне в любом случае понадобится создавать портал. А для этого мои силы должны быть на максимуме. Зато после десяти часов сна я готова была горы свернуть.

Я вышла из сараюшки, куда нас пустили на ночлег, и огляделась. Парни куда-то разбежались. Зеленая весенняя трава и яркое солнышко полностью соответствовали настроению. Красота, да и только. А главное – отсюда видно Клиор. Сюда я смогу перенести Мими. Можно было бы попробовать дотянуться до конюшни, где мы оставили лошадей, но я только силы потрачу и не смогу в случае чего помочь парням. И Крису нельзя оказываться на таком далеком от меня расстоянии – а брать его с собой в замок опасно. Не хотелось рисковать его жизнью и здоровьем. Поэтому я постаралась как можно лучше запомнить место, где находилась. Чем свежее воспоминания – тем легче создается портал, и тем меньше уходит сил. Окончив любоваться пейзажем, я подумала, что неплохо бы перекусить. Ноги понесли меня в сторону избы.

– Здравствуй, гостьюшка! – с порога помахала рукой хозяйка. – Иди быстрее, обедать будем.

Какое счастье! Даже не придется искать себе пищу. В просторной комнате с большой печкой и столом, застеленным белоснежной скатертью, я обнаружила четверых спутников, которые с довольным видом уписывали за обе щеки похлебку вприкуску с пирожками. Можно подумать, мы голодали. Кроме них, за столом сидели дочери хозяйки, а сыновья с мужем, видимо, работали в поле.

– Мальчики, вы бы ели поскромнее, – шепнула я, присаживаясь к столу, но хозяйка услышала и рассмеялась:

– Кушайте, не стесняйтесь. На всех хватит. Наша деревня процветает, пусть продлит свет дни императора Себастьяна. Вот уж кто заботится о каждом из своих подданных.

Мы закивали, чтобы нас не заподозрили в неуважении к императору. Хотя я считала, что дело не только в дядюшке Себастьяне, но и в его советниках – ему повезло с друзьями, они оказались мудрейшими магами. Он часто рассказывал нам с кузенами, как познакомился с ними во время последней войны.

– Угощайся, дочка, – хозяйка поставила передо мною тарелку похлебки, и я схватила ложку. Варево издавало такой аромат, что тяжело было помнить о манерах.

Еда не предполагала разговоров, поэтому сначала покончила с угощением, а затем потащила парней на совет в примеченную беседку. Мы расселись за небольшим столиком, и я с помощью магии убедилась, что поблизости никого нет.

– Итак, – начала наше собрание, – сегодня, максимум завтра мы с вами должны проникнуть в замок Клиор. Понимаю, что спешка – не лучший союзник, но сейчас нас там не ждут. Они вряд ли готовы к тому, что мы прибыли так быстро, и что нас много. Поэтому время на нашей стороне. Есть другая сторона медали. Замок очень хорошо защищен. Магически и не только. Насколько мне известно, он издавна принадлежит императорской семье, и там содержится гарнизон магов. Поэтому идти напролом не получится. Нужна хитрость. Ваши идеи?

Мои спутники задумались. Я тоже пыталась взвесить в уме все «за» и «против». Ронни и Берт – боевые маги. Эрик – целитель. Я работаю с пространством. Крис… Судя по его сосредоточенному лицу, он вряд ли согласится остаться в стороне. И потом, застал же он Эрика врасплох. Значит, не совсем беспомощен. Как лучше всего использовать те силы, что мы имеем? В голове начал вырисовываться план…

Мы спорили до посинения. Я пыталась убедить Криса, чтобы он не вмешивался, но человек был упрям, как осел. Впрочем, разве я в этом сомневалась? В итоге, план был составлен. И воплотить его нужно было как можно быстрее.

До вечера я бродила из стороны в сторону и спрашивала себя, все ли продумала. Не все. Вот только времени не хватало. Совсем. Я настроилась на чувства Мими – она была совсем рядом, и я ощущала её отчаяние. Единственное, чего хотела – помочь. Хоть чем-нибудь. Хоть как-то.

Ранним утром из деревушки выдвинулись две повозки. Местные ремесленники везли на продажу посуду. В одной из них расположились настоящие торговцы. Во второй – мы с Крисом и Бертом. Чем ближе мы подъезжали, тем больше я осознавала абсурдность своей затеи. Но отступать было некуда. Мы разжились у крестьян одеждой попроще, и теперь меня даже дядя вряд ли узнал бы.

Повозки проезжали мимо замка. Стража застыла у ворот – всего лишь двое мужчин лет сорока, но я изучила поток магии, исходивший от них – и открытие меня не порадовало. Они были сильны. Не сильнее меня, нет. Но я же не боевой маг. Пора!

– Эй, мальчики, – спрыгнула я с повозки, прижимая к груди корзинку со стеклянными украшениями, – не желаете купить что-нибудь в подарок любимым?

Стражники смотрели куда-то поверх моей головы.

– Дорогой, – махнула я Крису, – поди сюда. И Робби ткни локтем, а то разленился. Тащите большой короб с побрякушками. Ребята, гляньте, ручная работа. Муж и брат ночей не досыпали, старались. Неужели в замке никому не нужно? Или там нет кухарок, посудомоек, горничных, наконец?

Мужчины переглянулись. Видимо, мне удалось заронить зерно сомнения в их души.

– Ну, что ты молчишь, остолоп? – отвесила я Крису подзатыльник. – Жена старается, а он застыл истуканом. Можно подумать, одной мне деньги нужны.

– Ребята, пропустите, а? – тихо сказал Крис стражникам. – Совсем вражья баба заела. Управы на неё нет.

На лицах стражников отобразилось понимание. Мужская солидарность – великая вещь. На воротах остался один, а второй отошел чуть вглубь двора и дунул на ладонь. Я догадалась, что он отправил послание кому-то в замке.

– Обождите, – вернулся он к товарищу. – Сейчас придет управляющий, с ним и поговорите.

– Спасибо, ребятки, – заулыбалась я. – Радуйся, муженек, может, не с пустыми руками приедем. Эй, Робби!

Я еще раз проверила, хорошо ли скрыла нашу с Бертом магию. Вроде бы, все в порядке. К тому моменту, когда у ворот показался толстенький румяный управляющий, я успокоилась и готова была довести начатое до конца.

– Что у вас там? – спросил он, указывая на корзину и ящик.

– Украшения, – ответила я. – Ручная работа. Краше только в столице. И то сомневаюсь, что там найдутся мастера лучше моего Клима и братишки Робби. Вот, смотрите.

Я подцепила купленную в деревне брошку, которая внешне ничем не уступала драгоценным каменьям.

Толстячок прищелкнул языком – видимо, остался доволен работой.

– Откройте ворота, – скомандовал он. – Проходите.

Я улыбнулась своим спутникам и первой вошла во двор замка. Как я и ожидала, Клиор ничем не отличался от других дядюшкиных резиденций. Кроме того, что дядя здесь почти никогда не бывал, поэтому отсутствовала суета и спешка. По дороге нам попалось всего четверо караульных, и те не обращали на нас внимания.

– Сюда, – указал управляющий на боковую дверь.

Мы поднялись по лесенке и очутились сразу на кухне. Вот где кипела жизнь. Булькали кастрюли, шипели сковородки, кипели горшки. Есть ли в замке гости или нет, но кормить гарнизон охраны и слуг все равно надо. По кухне сновали женщины разных возрастов и пара парней-подручных.

– Дамы, – гаркнул управляющий, и десяток заинтересованных взглядов обратился в его сторону. – К нам гости. Эти господа продают стеклянные украшения высокого качества. Можете взглянуть. Только не все сразу – надо и за обедом следить. Пройдемте.

Управляющий увлек нас в соседнюю комнатушку. Там стоял широкий деревянный стол со скамейками по бокам, поэтому можно было догадаться, что здесь едят слуги.

– Можете раскладывать свой товар, – указал толстячок на стол. – Надеюсь, сделаете скидку для друга? – подмигнул он мне.

– Конечно, – ответила я с улыбкой. – Выбирайте, о цене договоримся.

Крис и Берт принялись раскладывать на столе броши, серьги, кольца, бусы, пуговицы. Все это мы накануне скупили у настоящих мастеров. Управляющий хищно прищурился и принялся отбирать заинтересовавшие его вещи. Наверняка, его ждут жена и дочери, которые порадуются подаркам. Вскоре к нему присоединились несколько кухарок, и какая-то девчушка побежала за горничными. В столовой образовалась настоящая толпа. Одну брошку я оставила управляющему в подарок. Когда торговля была в самом разгаре, я внезапно охнула и присела на скамью. Крис тут же бросился ко мне:

– Что такое, милая? Тебе плохо?

– Душновато немного, – ответила я.

– Господин управляющий, – протиснулся Крис к толстячку, – можно проводить мою супругу в дамскую комнату? Она в положении…

– О, конечно! – всплеснул руками тот. – Какая радость для вас. Ступайте по коридору прямо, а затем налево. Не ошибетесь.

– Робби, присмотри тут за всем, – сказала я Берту.

– Конечно, сестренка, – заверил он и снова развернулся к девушкам, а Крис подхватил меня под локоть и повел в коридор.

Как только за нами закрылась дверь, я прекратила охать и расправила плечи. Я чувствовала, что Мими рядом, но творить заклинание поиска в замке, напичканном магией, значило выдать себя с головой. Поэтому осталось полагаться на внутреннее чутье.

– Не отходи от меня ни на шаг, – шепнула я Крису и двинулась вдоль коридора. Нет, она находилась не на этом этаже. Выше. Этажа на два. Я отыскала лестницу для слуг и двинулась вверх. Здесь магии было куда меньше, чем раньше – видимо, потому, что слуги постоянно сновали туда-сюда, а высоких магических способностей у них не было.

Миновав два десятка ступенек, я толкнула дверь в очередной коридор. Да, где-то здесь. Вот только мы были не одни.

– Охранник. Слева, – сказала я Крису, тот кивнул.

– Эй, кто здесь? – вышел в коридор стражник.

– Извините, я ищу кухню, – пролепетала я, а Крис уже налетел на него и повалил на землю, точным ударом отправив бедолагу видеть сны.

– Ты хоть уверен, что он очнется? – спросила я.

Крис недовольно глянул на меня, но всё-таки кивнул. Мы двигались дальше. По пути я осторожно распутала пару магических ловушек, надеясь, что верховные маги Клиора не заметят, как кто-то вмешался в общее поле, а Крис расправился с тремя стражниками, не ожидавшими, что кто-то заберется так далеко.

Неожиданно ощущение близости Мими усилилось. Я поманила Криса к двери. Но вдруг почувствовала, что Мими там не одна. Мы вовремя отшатнулись вглубь коридора, потому что дверь распахнулась и пропустила высокую черноволосую красавицу. Женщина прошествовала мимо, не заметив нас, а еще двое магов тщательно заперли дверь и наложили на неё заклинание.

Забрать у них ключи было невозможно – это только привлекло бы лишнее внимание. Я понимала, что у меня не получится и дальше таиться. Придется использовать свой арсенал.

– Отойди немного и следи за коридором, – попросила я Криса и опустилась на колени перед дверью, чтобы мое лицо оказалось на уровне замочной скважины. Итак, что тут у нас? Заклятие молнии. Под ним – болевое проклятье. А на самой скважине – наиболее неприятное. Смертельная некромантия. И долго возиться нельзя.

С молнией все просто – я создала небольшой портал и отправила молнию подальше от замка, на необитаемые просторы. Бороться с болевым проклятьем было куда сложнее. Пока распутывала нити, Крис наблюдал, чтобы никто мне не помешал. Однако я понимала – скорее всего, меня уже заметили. Значит, надо торопиться.

Проклятье пало. Осталась некромантия. Одно неверное движение – и у двери остался бы мой труп. Но я сталкивалась с подобным раньше, когда меня пытались убить какие-то маги-недоучки. Дядя до сих пор не может их найти в диких пустошах, чтобы допросить. Наверное, их уже и в живых-то нет. Так, ниточку – туда, ниточку – сюда. Готово!

– Сможешь вынести дверь? – спросила я Криса.

– Попробую, – кивнул он, поднажал (конечно, я помогла магически), и замок щелкнул.

Бледная заплаканная Мими сидела в кресле у окна. При виде нас она подскочила на ноги и хотела было что-то сказать, но я крикнула «некогда» и принялась открывать портал.

В коридоре послышался топот, и в комнату ворвался десяток магов. Высших. Крис кинулся на них с кинжалом, но одно их движение – и он отлетел к стене. Однако эти секунды нас спасли. Я толкнула Мими в открывшийся переход, затем схватила Криса за руку и дернула на себя. Портал вспыхнул за нами, но слишком поздно – мы уже летели в пустоте прочь от замка Клиор.

Я боялась одного – что на троих не хватит сил. И понимала, что рискую. Своей жизнью и силой. Но миг спустя я приземлилась неподалеку от деревушки, где нас должны были ждать Ронни и Эрик. Я почувствовала, что приземлилась на Криса. Последнее, что я увидела – Мими в объятиях Ронни.

Глава 12. Из огня да в полымя

Просыпаться оказалось сложно. Голова болела так, что хотелось биться ею об стену, вот только никакой стены поблизости не было. Меня немного покачивало, словно… а почему словно? Меня действительно везли в телеге. Под голову подложили чей-то плащ, чтобы было удобнее. Что ж, спасибо.

Постепенно в памяти прояснялись события минувших дней. Кажется, мы спасли Мими. А Берт? Выбрался ли он? Чем все закончилось? Пришлось подниматься.

– Лежи. Тебе нужно отдыхать, – тут же послышался ласковый голос Эрика, и прохладная ладонь опустилась мне на лоб. – Отлично. Жар спал. Скоро твои силы восстановятся.

– Прекрати, – отвернулась я. Ненавижу болеть. Мало плохого самочувствия, так еще и личности вроде принца торопятся выразить сочувствие. Только этого мне не хватало.

– Оставь её в покое, – а это уже вмешался Крис. Значит, не сильно я его ушибла.

– Не указывай мне, раб, – прошипел Эрик, и я всадила ногти ему в руку. Принц вскрикнул и отшатнулся. Раздался смех, а я все-таки села и осмотрелась.

Лошадкой управлял Берт. На сердце стало легче. Крис сидел рядом с ним, а Эрик мешал жить мне.

– А где Ронни и Мими? – спросила я.

– Решили ехать отдельно, – ответил принц. – Ронни создал заклинание защиты, их теперь никто не найдет.

– Даже не попрощались, – сердце кольнула обида.

– Зачем? В столице увидитесь, – сказал парень.

– Как в столице? – не поверила я своим ушам. – Ронни должен увезти Мими подальше!

– Вот именно. Их и будут искать – подальше. А они будут под самым носом, где их точно не ожидают обнаружить.

Пришлось согласиться с этими доводами. Я снова опустила голову на плащ и закрыла глаза.

– Где именно мы находимся? – задала последний из волнующих меня вопросов.

– Подъезжаем к столице, – ответил Эрик. – Не беспокойся, я заплатил конюхам – наших лошадей доставят обратно в ближайшие дни.

– Как? – я еле удержалась, чтобы снова подскочить. – Сколько я спала?

– Трое суток, – обернулся Берт.

– Ничего себе… Голова кружится. Берт, расскажи, как тебе удалось выбраться, – попросила я, укладываясь поудобнее.

– Да что тут рассказывать? Все увлеклись побрякушками. Мне даже не пришлось применять магию. Просто собрал деньги и сказал, что вы уже ждете меня возле повозки. Эти остолопы поверили, управляющий даже до ворот проводил, и я отправился за вами.

Я тихо рассмеялась. Представляю, какой шум и гам поднялся в замке после этого. Бедный управляющий. Надеюсь, у него не будет из-за меня неприятностей.

Оставалось только наслаждаться нежданным отдыхом. Я вдыхала теплый чистый воздух, любовалась на зеленые деревья и яркое солнышко. А главное, что меня радовало – это спасение Мими. Признаться честно, я до последнего сомневалась в успехе нашей затеи. И в том, что выбрала правильных спутников. Но Крис и Берт справились даже лучше, чем я ожидала. Может, предложить им иногда участвовать в моих вылазках? Тем более, Крису так или иначе придется меня сопровождать.

К вечеру этого дня на горизонте показались шпили Миридана. Принцессе негоже въезжать в столицу, лежа на телеге, поэтому я перебралась к сменившему Берта Крису.

Нас без проблем пропустили в стены города. Мы оставили телегу возле одной из гостиниц и решили пройти остаток пути пешком. Когда до моей квартирки осталось рукою подать, я попрощалась со своими помощниками и договорилась, что они навестят меня завтра. Эрик пошел ко дворцу, Берт – к МАМИ, видимо, он жил где-то поблизости, а мы с Крисом побрели домой.

Стоило мне свернуть на нужную улицу, как я побежала вперед, не чувствуя ног. Вместо окон моей квартиры зияли черные дыры. Ничего не осознавая, я преодолела ступеньки и дернула на себя дверь.

– Тише ты, хозяйка, – прохрипела та.

А за дверью… За дверью были только черные обугленные стены. Я сползла на пол и закрыла лицо руками.

– Оливия, ты вернулась, – послышался голос соседки. – Слава свету, тебя не было, когда все это приключилось!

Я обернулась, даже не понимая, что по щекам градом катятся слезы. Крис осторожно помог мне подняться на ноги.

– Макки… – прошептала я.

– О, с ним все в порядке, – заулыбалась соседка. – Он был у меня. Кроме твоей квартиры, ничто не пострадало. Сказали, похоже на заклятие.

– Крис, забери Макки, – попросила я. – Со мной все будет в порядке.

Парень кивнул и пошел за соседкой, продолжавшей посвящать его в подробности пожара. А я брела по руинам последних лет жизни. Ничего не осталось… На месте сожженного шкафа я разгребла пепел и достала несгораемый сундучок, подарок горного народца. Здесь я хранила медальон с портретами родителей, фамильные украшения, и туда же положила купчую на раба. Вот и все, что мне осталось. Но главное – с Макки все в порядке. Остальное можно исправить. Забыть…

– Куда же ты пойдешь, Ливи? Может, поживешь у меня? – спросила вернувшаяся соседка.

– Нет, спасибо, – взяла я медальон из сундучка. – Простите, мне надо побыть одной.

Она понимающе кивнула и вышла, а я прислонила медальон к двери, чтобы забрать духа-охранника. Заклинание сработало. Что ж, теперь пора решить, где же мне жить. Нам жить…

Крис ждал на ступеньках. Макки дремал у него на руках, но, услышав мои шаги, поднял голову и радостно тявкнул.

– Привет, малыш, – потрепала рыжую шерстку. – Я тоже соскучилась.

Крис ни о чем не спрашивал. Просто, когда направилась вниз по лестнице, пошел за мной. Так мы и брели по улицам – я, перепачканная в саже, с сундучком в руках, а следом – парень с лисом. Я шла, не разбирая дороги, пытаясь определиться с целью. И вдруг решилась. Почему бы нет? Свернула на широкую улицу, вымощенную декоративным кирпичом, привезенным из соседней державы. Вдоль улицы размещались особняки богатейших жителей столицы. Я остановилась перед воротами, украшенными фигурками светлых духов, и постучала. Из дверей показался управляющий, увидел меня и кинулся к воротам со всех ног.

– Ваше высочество! – воскликнул он, кланяясь чуть ли не до земли. – Вы дома!

– Пришлось, – вздохнула я. – Прикажи подготовить нам комнаты, Польс.

– Они готовы в любое время, моя принцесса, – расплылся в улыбке мужчина. – Прошу.

Со всеми почестями нас проводили в дом. Я заметила, как внимательно Польс взглянул на Криса, но говорить ничего не стал. Польс служил в нашем доме с самого моего детства, поэтому привык и к моему характеру, и к странным знакомым. Он знал, как меня угнетала жизнь в огромном особняке в одиночестве, но все равно пытался отговорить меня от переезда. Я не послушала. И не жалела. Вот только теперь, когда от моей квартиры остались обгоревшие стены, меня внезапно потянуло домой.

– Куда поместить вашего зверька? – указал Польс на Макки.

– Куда-нибудь рядом с моей комнатой, – пожала плечами. – Он домашний, привык к людям. Может, в желтую гостиную?

– Как скажете, ваше высочество, – ответил слуга. – А ваш друг…

– Его зовут Крис. Крис, это Польс, управляющий. Думаю, для Криса подойдет гостевая комната на втором этаже.

Польс проводил меня до дверей комнаты и отправился раздавать распоряжения. Я внезапно поняла, как сильно устала. Как хочу укрыться от всего мира, чтобы никто меня не трогал. И в то же время знала – стоит дядюшке узнать о пожаре, как здесь будет рота его слуг. Если, конечно, он меня найдет. Хотя, тот же Польс, думаю, сообщит ему, что я вернулась домой.

– Твоя комната через две двери, – обернулась к Крису. – А теперь извини, мне надо отдохнуть.

Я нырнула в свою старую спальню и закрыла двери. Обстановка, знакомая с детства. Широкая кровать, белоснежная мебель – книжный шкаф, туалетный столик, несколько пуфиков и стульев, небольшой диванчик, на котором я любила читать в детстве. На сердце сразу стало спокойнее. Я прошлась вдоль стен, прикоснулась к родным предметам. Время словно повернуло вспять. Сколько я здесь не была? Год? Два? Когда мама с папой исчезли, особняк опустел, и я просто не смогла надолго в нем остаться. А теперь вот снова здесь. И кажется, что ничего не было.

Надо было умыться. Стоило подумать об этом, как в двери постучали.

– Мэлл, – узнала я горничную.

– Добрый день, ваше высочество, – присела девушка в реверансе. – Прикажете нагреть воды?

– Да, пожалуй, – ответила я.

– Какое платье для вас подготовить?

А я и забыла, что дома у меня есть только платья. Надо завтра же вызвать портних и приказать сшить мне удобные костюмы.

– Что-нибудь поскромнее, – приказала я. – И позаботьтесь о моем спутнике. Думаю, он тоже не откажется вымыться с дороги.

Крису больше повезло с одеждой. Он, хотя бы, не уронил свой дорожный мешок в реку, в отличие от меня. И его пожитки сохранились. А мой нехитрый скарб проглотила Ройна.

Через несколько минут горничная пригласила меня в ванную комнату.

– Помочь вам раздеться? – щебетала она.

– Нет, можешь быть свободна. Если что, позову, – намекнула я, что пора бы оставить меня в покое. – Скажи, чтобы начинали готовить ужин. Я голодна. И передай, что мой лис предпочитает свежую рыбешку.

– Слушаюсь, ваше высочество, – присела девушка в реверансе и скрылась за дверью, а я скинула грязную одежду и с удовольствием окунулась в теплую воду. Да, такой ванны в моей квартирке не было. Вода расслабляла. И успокаивала. Я вымыла волосы, наслаждаясь обилием шампуней и травяных бальзамов. Надо же, меня как будто действительно ждали. Даже больше – как будто я никуда не переезжала.

В спальне для меня приготовили легкое белое платье. Одно из моих любимых. Оно не стесняло движений, не требовало корсета и казалось одновременно элегантным и простым. Я расчесалась, переоделась и поняла, как же голодна. Но до того надо было закончить одно дело.

Я достала медальон, потихоньку спустилась к входной двери и переселила на неё духа-защитника.

– Спасибо, что не оставила, хозяйка, – проскрипела дверь.

– Тебя оставишь, – вздохнула я. – Скажи, ты видела, кто это сделал?

– Нет. Наверное, негодник пробрался в окно. Иначе я бы его остановила. Прости.

– В этом нет твоей вины. Все в порядке. Надеюсь, тебе понравится на новом месте.

Дверь довольно скрипнула, а я проследовала в комнату Криса. На мой стук из комнаты высунулась голова мальчишки-слуги.

– Господин Крис умывается, – сообщил он.

– Тогда передай, что жду его в столовой, – ответила я.

Чем ближе подходила к столовой, тем ароматнее становились запахи. Как бы хорошо ни готовили в императорском дворце, а наш повар лучше. Дядя не раз пытался его сманить, но тот был чем-то обязан отцу и отказался. И до сих пор живет в нашем особняке.

Дома я всегда чувствовала себя принцессой. Потому что возле столовой меня уже поджидала шеренга слуг, готовых выполнить любой приказ. Вот только я не люблю раздавать приказы. Вместо этого поздоровалась, поинтересовалась, какие новости, позволила рассмотреть себя с ног до головы, поохать, поахать, и, наконец, проводить меня к столу. После этого меня почтительно оставили в покое.

Не успела я насладиться одиночеством, как в столовую вошел Крис. Его темные волосы были идеально причесаны. Слуги быстро подыскали подходящую случаю одежду, и я в который раз поразилась, как сильно она могла его изменить. Или наоборот, позволяла раскрыть нечто, спрятанное под лохмотьями, в которых я увидела его впервые.

Парень сел напротив меня. Слуги поняли, что можно подавать ужин, и тут же столовая наполнилась такими ароматами, что я забыла о своем угнетенном состоянии, пожаре и долгой дороге. Прозрачный легкий суп, жаркое, вкуснейшие салаты, а затем – несколько видов десертов. Я начинала бояться, что лопну.

Крис, в отличие от меня, ел немного. Он казался излишне задумчивым, но я не стала спрашивать, в чем дело. Поговорить можно и потом.

После ужина попросила Криса подождать меня в гостиной, проверила, накормили ли Макки, и приказала не ограничивать его прогулок по дому. Управляющий сообщил, что приставил к лису личного слугу. Я еле удержалась, чтобы не расхохотаться. Личный слуга! Для лиса! Да уж, вот он, статус.

Крис тем временем сидел в гостиной и листал какой-то древний фолиант. Я удивилась. Неужели он успел заглянуть в библиотеку? Хотя ему, как и Макки, я предоставила полную свободу передвижений.

– Я хотела поговорить с тобой, – присела в кресло напротив. – Уделишь мне пару минут?

– А у меня есть выбор? – его голос сочился горькой иронией.

– Выбор есть всегда, – нахмурилась я. – Тебя что-то беспокоит?

– А тебя – нет? Или это не твою квартиру кто-то превратил в пепел? – что он хотел прочитать на моем лице? Я пыталась понять его взгляд – и не могла.

– Я найду того, кто это сделал. Но не сегодня. Я устала, потратила слишком много сил. И глупо свести их вообще к нулю.

– Тогда почему ты не отдыхаешь, а сидишь здесь со мной? – почувствовала себя на допросе в тайной службе императора. Я там, конечно, не была, но слышать доводилось.

– Крис, давай на чистоту, – попыталась установить хоть какое-то подобие дружбы. – Я понимаю, что тебе не нравлюсь. Возможно, даже раздражаю. Но мы связаны с тобой, и надолго. Поэтому нам нужно научиться доверять друг другу. Что скрывать, я тоже не в восторге. Но смогли же мы работать вместе в Клиоре. У нас получилось. Так почему не постараться наладить отношения? Я не говорю «дружить», но хотя бы не скатиться до ненависти.

Крис молчал. Я ждала и теребила платье. И что ему так неймется? Я пыталась его понять – и не могла.

– Допустим, – голос Криса раздался так внезапно, что я даже вздрогнула. – Допустим, мы сможем верить друг другу. Что дальше? Ты – волшебница. Или как там у вас это называют?

– Магичка, – подсказала я.

– Магичка… Вы, маги, всегда ставили себя выше людей.

– Разве я давала повод так обо мне думать? – начала злиться.

– Какая разница?

– Большая! – я подскочила с кресла, готовая вцепиться в лицо обидчику. – Я, конечно, понимаю, что у тебя проблемы с магами. Если бы меня схватили и продали в рабство, я бы тоже не пылал любовью к моим поработителям. Но это не значит, что все маги одинаковы! Я хочу помочь. И если бы могла снять печать клейма, я бы это сделала. Можешь мне не верить, но меня тоже не прельщает таскать тебя за собой. У меня есть личная жизнь, в конце концов. И мне не нравится перспектива, что до конца моих дней ты будешь тенью следовать за мной. Так что умерь гордыню, Крис!

Крис тихо рассмеялся. Я покраснела и отвернулась.

– Прости, принцесса, – ответил он. – Но чего же ты тогда хочешь?

– Раз уж мы связаны судьбой, то я желаю помощи. Иногда магия бессильна. Мечом ты вроде бы машешь неплохо. Ты что-то говорил о моей охране. Так вот, я согласна. Можешь меня охранять. Будем считать, что нанимаю тебя на работу. И поручаю тебе оберегать мою жизнь от немагических атак. Что думаешь?

– Согласен, – парень поднялся и протянул мне руку. Я пожала его холодные пальцы.

– Так-то лучше… Завтра с утра займемся квартирой. Мне не хочется думать, что кто-то намеренно желал мне навредить, но других версий нет. А пока давай отдохнем.

Крис кивнул. Я покинула гостиную, а он снова расположился в кресле с книгой в руках. Я ведь врала ему. Мне не нужна была защита. Нет. Я просто хотела, чтобы он перестал чувствовать себя моим рабом. Это жестоко и неправильно. Пусть лучше станет помощником. Ведь мы смогли действовать слаженно, чтобы спасти Мими. Почему бы не попытаться сделать это снова?

Легла в кровать, хотя в голове роилось столько мыслей, что не верила, что смогу уснуть. Пожар, Крис, Ронни и Мими, странная женщина из замка. Столько вопросов! И почему ответы должна искать я? Почему все это свалилось на мою несчастную голову?

Стоило моим думам немного отступить, как стук в дверь вырвал меня из объятий полусна.

– Что стряслось? – села, натягивая одеяло до подбородка.

– Ваше высочество, – заглянул в комнату Польс. – К вам посетитель. И это срочно.

Я взглянула на часы. Близилась полночь. Кому же могла понадобиться в такое время – да еще и здесь? Служанки быстро принесли мне платье, и я прошла в кабинет отца, где меня ждал гость. Это оказался мужчина. Он обернулся на стук двери, и я в изумлении отпрянула. Передо мной стоял наследный принц Миридана Эдуард.

Глава 13. Свадьба – не напасть

Сколько помню, мы с Эдуардом никогда не ладили. В отличие от меня, он любил свой титул, гордился им и готов был проглотить любого, кто встанет между ним и мечтой унаследовать трон. Я умела наступать на больную мозоль, поэтому он не называл меня иначе, чем замарашкой, а я его – напыщенным индюком. Потом мы перестали общаться вовсе, потому что я во дворец заглядывала только по приказу дяди.

И вот он замер передо мной, а я не знала, что сказать. Только про себя отмечала произошедшие изменения: возмужал, вырос. Наверняка, пользуется успехом у противоположного пола, потому что в нашем роду мужчины все, как один, красавцы. Вот кузина Маргарет попроще будет. Внешностью Эд пошел в императора – такой же темноволосый, светлоглазый, с чуть пухлыми губами и прямым носом. Истинный принц.

– Оливия, – он первым закончил учет случившихся со мною изменений. – Надо же…

– «Надо же» что? – не до конца уловила я смысл фразы.

– Ты такая… взрослая.

Интересное замечание, если учесть мой возраст.

– Да ты тоже уже не ребенок, – усмехнулась я. – Присаживайся, братишка, и рассказывай, чем обязана, если ты и здесь меня нашел.

Принц присел на диван. Ему явно было неловко, а я понятия не имела, как завязать разговор. И в то же время меня снедало любопытство – как? Почему? В чем дело?

– Я разбудил тебя, – вздохнул Эдуард.

– Ничего страшного, – покачала головой. – Раз пришел – значит, дело серьезное.

– Более чем…

– Что-то с дядей? – забеспокоилась я.

– Нет, нет. Дело не в нем, а во мне.

– Эд, говори уже! Ты здесь, значит…

– Мне нужна твоя помощь, Ливи.

Я застыла. Эдуарду? Моя? Помощь? С каких это пор принцы обращаются ко мне?

– Отец, он… – пробормотал Эд. – Он решил меня женить. Династический брак. Невеста… Да какая, сто тысяч темных тварей, разница, кто невеста!

Принц подскочил с дивана и принялся бегать из угла в угол, пока у меня не зарябило в глазах.

– Ненавижу её, – когда прошел первый ступор, информация полилась потоком. – Сразу мне не понравилась. Дура безмозглая. На уме только платья да украшения. Голос противный, словно мышь пищит. Внешне… Плевать на внешность! Но мне с ней жить. Понимаешь? Всю свою жизнь! Я отцу говорю: «Ладно, допустим, так надо. Но неужели не нашлось кого получше?» А он мне: «Или она, или никто, отправлю на войну». Да я согласен на войну, Ливи! Только он быстро передумал и требует, чтобы я женился на этой… овце.

Овца? Интересное определение в устах моего кузена. Овца… Да уж, его невесте не позавидуешь. Я бы в здравом уме за Эда замуж не вышла. Он слишком любит себя, свой статус. И слишком мало – других. При этом не могу сказать, что он – плохой человек. Хороший. Но как сухарь. Укусишь – останешься без зуба.

– Это все хорошо, – остановила сей поток. – Но при чем здесь я?

– Ливи, милая, – кузен вцепился в мои руки, и я в который раз готова была ущипнуть себя, чтобы проверить, сон это или нет, – убери её куда-нибудь! Заставь отказаться от свадьбы! Все перед отцом ползают на брюхе. Если кто-то и сможет избавить меня от образины, это ты!

– Подожди, – не поверила я своим ушам. – Ты предлагаешь мне довести твою невесту до побега и отказа от свадьбы?

– Именно! – просияло лицо Эда.

– Что-то ты темнишь. Неужели заприметил кого-то другого?

– Я не хочу жениться, – замотал он головой. – Вообще. Рассуди сама. Зачем мне жена? Я целый день помогаю отцу, занимаюсь государственными делами. Изредка устраиваю дружеские попойки. А тут – жена. Где взять на неё время?

Самый смешной аргумент, который я когда-либо слышала! «Я не женюсь, потому что у меня нет на это времени». Братец остроумен, ничего не скажешь.

– А почему ты сам не дашь ей понять, что она тебе не пара? – спросила я.

– Отец шкуру спустит, – ответил кузен. – И сестрица с ней подружилась. Такая же вобла!

– Кто?

– Вобла, такая рыба из человеческих земель. Мне моряки рассказывали.

– А… – надо же, Эд интересуется чем-то кроме титула.

– Ну так что, Оливия? Я могу на тебя надеяться? Проси, что хочешь!

– Можешь, – решилась я. – Но мне понадобится помощь.

– Все, что угодно, – заверил меня принц.

– Тогда дай мне время до послезавтра. И я займусь твоей невестой. Идет?

Вместо ответа меня так крепко обняли, что я чуть не задохнулась.

– И еще – я приказал выяснить, кто поджег твою квартирку, – сказал кузен. – Отец уже знает, скорее всего, позовет тебя к себе. Хорошо, что тебя не было в городе.

– Можно подумать, вы бы расстроились, – рассмеялась я.

– Конечно, – ответил Эдуард – видимо, решил меня доконать. – Мы же тебя любим.

Я не стала отвечать. Не потому, что не любила дядю и кузенов – любила, конечно. Но то ли Эдуард так испугался женитьбы, то ли его подменили, потому что братец никогда бы не сказал, что испытывает ко мне теплые чувства.

Пообещав послезавтра обязательно навестить его во дворце, я проводила Эда до двери, попрощалась с ним и застыла на пороге, задумавшись.

– А он красавчик, – доверительно шепнула мне дверь.

– Мой брат, – ответила я.

– Сочувствую. Вы бы мило смотрелись вместе.

Я хмыкнула и пошла в свою комнату. Спать! Спать и еще раз спать. И пусть все принцы мира подождут. Но не тут-то было. Принцы подождали бы, а вот простолюдины…

Приоткрылась дверь, и на меня уставился хмурый растрепанный Крис.

– Кто это был? – спросил он.

– А есть разница? – удивленно изогнула я бровь.

– Просто ответь.

– Кузен.

Дверь закрылась. Они что, доконать меня решили? Ведут себя, как сумасшедшие. А еще говорят, мужчины более здравомыслящие, чем женщины. Либо это ложь, либо мне не везет на мужчин. Я разделась и снова забралась в кровать. Ноги нащупали что-то пушистое – Макки нашел меня и тут. Успокоенная присутствием лиса, я наконец-то заснула.

Обитатели квартала высших в Миридане редко просыпались раньше полудня. Их больше манила полночь – время балов и приемов. Я же предпочитала вечерами мирно отдыхать, а трудиться днем. Поэтому поднялась с постели ни свет, ни заря, натянула ту одежду, в которой вернулась в Миридан, и выскользнула из дома незамеченной. Точнее, попыталась выскользнуть, потому что через несколько шагов заметила, что за мной следует Крис.

– Ты хоть бы доброго утра пожелал, – обернулась я.

Человек не ответил. Видимо, его словарный запас снова иссяк. Я не стала добиваться большего. Мне нужно было сосредоточиться, чтобы найти хоть какой-нибудь след.

Чем дальше я отходила от особняка, тем более шумными и оживленными становились улицы. Низшие маги работали, пока их более удачливые собратья видели сны.

– Оливия!

Я сделала вид, что не слышу, потому что сразу узнала голос. Эрик, будь он неладен. Написать в Винченсу, что ли? Пусть заберут своего отпрыска, пока он мне плешь не проел.

– Оливия, – принц, даже не подумавший замаскироваться, щеголял золочеными нитями на костюме и драгоценными заколками в волосах. Я снова поразилась Винческой моде – у меня и то меньше украшений, чем у него. Но другая страна есть другая страна.

– Доброе утро, Эрик, – остановилась я и резко развернулась к преследователю. – Тебе никто не говорил, что неприлично кричать на всю улицу?

– Извини, – принц покраснел до корней волос.

– Да ладно, – ответила я. – Что тебе не спится?

– Я был у тебя, а там… – Эрик беспомощно взмахнул руками. – Где ты ночевала?

– В таверне, – усмехнулась я.

– Таверне? Зачем? Ведь можно было во дворце, и… Подожди. Ты что, шутишь?

– Пытаюсь, – ответила я. – Не стой столбом. Раз уж ты здесь, поможешь мне отыскать поджигателя.

– Это был поджог? – глаза принца округлились. Его что, в Винченсе из дома не выпускали? Или это я слишком много повидала за последние два-три года?

– Представь себе, – кивнула я.

– А этот что здесь делает? – шепотом спросил Эрик, указывая на Криса. – Он же не маг.

– И что с того? Он может быть полезен.

– Чем? – не унимался принц.

– Да угомонись ты! – не выдержала я. Эрик и Крис были бы идеальными друзьями – из одного слова не вытянешь, другого не заставишь молчать. Хотелось столкнуть их лбами, да посильнее, чтобы искры посыпались. Боюсь, после общения с ними мое плохое отношение к браку станет только хуже.

Мы остановились перед моим теперь уже бывшим домом. Я приказала спутникам отойти и не мешать, а сама сосредоточилась. Начинать поиски надо не с квартиры. Поджигатель влез в окно. Значит, под окнами мог остаться его след. А, может, он запустил какое-то заклинание прямо с улицы? Я произнесла заклятие поиска. Тут же стих шум. Осталась только я – и размытый образ, явно кем-то подтертый. Этот кто-то был выше меня на голову. Скорее всего, мужчина. И он был силен, потому что почти стер воспоминания пространства. Я медленно поднялась в квартиру и подошла к окну. Нет, он не входил. Стоял под окном, там, где копошились Эрик и Крис. А затем… Это было простое огненное заклинание. Значит, он может оказаться стихийником огня. Или просто иметь расположенность к огненной магии. Из высших. Потому что чувствовалась мощь. И ему нужна была не я. Он просто дал понять, что за мной следят. Или искал что-то.

Все, след оборвался. Я еле сдерживалась, чтобы не опуститься на черный пол, засыпанный сажей и горелыми досками. Кто же это был? Кому я так насолила? Да, у меня много врагов, но им известно, кто я, и они всегда действовали осторожно. А тут – такая явная нападка. От запаха гари разболелась голова. Что же произошло?

– Ливи, взгляни, что я нашел, – возник в квартире радостный Эрик и протянул мне черную пуговицу с вкраплениями серебра. – Это точно принадлежало тому, кто здесь орудовал. Теперь его можно найти.

Я повертела пуговицу в руках. И правда, похожая энергия. Но за неё не зацепишься. Маг обезопасил себя. Остается надеяться, что я когда-нибудь увижу такую же и узнаю, кому она принадлежит.

– Ты недовольна? – расстроено спросил Эрик.

– Довольна, – сменила я гнев на милость. – Ты хорошо поработал. Пойдем отсюда, мне дурно.

Уже на улице мы столкнулись с Бертом. Он стоял рядом с Крисом и ждал нас. Странно, похоже, Крис и Берт поладили.

– Как ты? – спросил Бертран, увидев меня.

– Справлюсь, – я попыталась беззаботно улыбнуться. – Вот что, мальчики. Раз уж вы все здесь, приглашаю вас на завтрак.

– У меня есть предложение лучше, – ответил Берт. – Нас ждут друзья.

И так как возражений не нашлось, мы поспешили к Ронни и Мими. Признаюсь, меня снедало любопытство. Я слишком многого не понимала в истории с похищением, поэтому надеялась, что Мими прольет хоть немного света в эту тьму.

Берт вел нас запутанными улочками в один из беднейших кварталов города. Хорошее место, чтобы спрятаться двум беглецам. Здесь никто не спросит, откуда ты родом и от кого прячешься. Вот только и находиться тут может быть опасно – слишком много подозрительных личностей. По пути я отметила двоих высших, которые бродили по улицам в оборванной одежде. Когда у Мими и Ронни все наладится, надо посоветовать дядюшке провести в этом районе обыск. Глядишь, обнаружим парочку государственных преступников.

Берт указал нам на покосившийся домишко. Он постучал: два длинных удара, три коротких, и дверь распахнулась, пропуская гостей внутрь.

– Оливия! – стоило мне переступить порог, как Мими повисла у меня на шее. – Оливия, милая, ты сумела меня спасти во второй раз! Я не знаю, как тебя благодарить.

– Не заставляй меня спасать тебя в третий, – отшутилась я. – Могу не успеть. Как ты себя чувствуешь?

Девушка радостно улыбнулась.

– Лучше не бывает! – ответила она. – Но что же мы стоим? Проходите. Простите за скудную обстановку, мы еще не обжились.

Ронни ждал нас в гостиной, если можно было так назвать малюсенькую комнатушку с камином, парой продавленных кресел и столом. Единственное, что привлекло мое внимание – знаки света, нарисованные на ставнях. Защитный круг и еще один поменьше внутри него должен был не допустить к хозяевам порождения тьмы и недобрые мысли. Оказывается, Мими суеверна.

Хозяйка усадила нас за стол и принялась хлопотать, накрывая завтрак. Я тем временем придвинулась к Ронни:

– Рассказывай.

– Сложно это… – вздохнул парень. – Но вы помогли нам, и я перед вами в долгу. Похитительница… Она – моя настоящая мать.

– Что ты имеешь в виду?

– Говорю же – так просто не объяснишь, – парень явно не хотел продолжать этот разговор, но я настаивала. – Мне самому мало известно. Как-то отец проговорился, что они с мамой меня усыновили, а моя настоящая мать – очень сильный маг, которой внебрачный ребенок ни к чему. Но, оказывается, она не переставала интересоваться моей жизнью, хоть и предпочитала не попадаться на глаза. И когда она узнала о Мими, поддержала родителей, что Мими мне не пара, и отвезла её в Клиор.

– Она связана с императором? – спросила я.

– Возможно. Я не знаю, – растерянно ответил Ронни.

– А её имя?

– Мирра. Её зовут Мирра.

Я напрягла память, но среди моих знакомых женщины с таким именем не было. Да и не слышала я о сильной магичке по имени Мирра. Возможно, имя ненастоящее.

Вернулась Мими. Она села рядом со мной и защебетала, словно птичка, предлагая нам пироги и травяной чай. Мне было приятно находиться в этом доме, каким бы скромным он не был, видеть взгляды, которыми обмениваются Мими и Ронни. Я тоже чувствовала себя счастливой. Но меня беспокоила та женщина. Кто она? Если такой сильный маг, почему не заперла Мими лучше? Не ждала нас? Зачем ей было похищать невесту сына, с которым она ни разу не говорила?

Сама Мими ничего не могла толком рассказать.

– Она приходила всего один раз, – ответила девушка на мои расспросы. – Сказала, что она – мать Ронни, и что я не должна пытаться снова с ним увидеться, потому что я его не достойна. А потом она сказала, что ей не составит труда стереть меня в порошок. Прости, больше ничего.

На этом мы закрыли грустную тему и принялись обсуждать, как защитить дом влюбленных. После завтрака мы наплели в самом дому и вокруг него множество охранных заклинаний – кто какие умел, попрощались с Мими и Ронни, а затем разошлись по домам. Эрик увязался за нами с Крисом. Я уже и не пыталась от него избавиться – принц, больше походивший на надоедливый репей, никак не желал понять, что мое сердце закрыто на замок. Пришлось терпеть. Но я не собиралась приглашать его домой.

– Увидимся завтра во дворце, – сказала я Эрику, переступая ворота особняка.

Тот хотел было возразить, но не успел, потому что я сделала знак закрыть ворота, и створки лязгнули за нашими спинами. Печальный принц остался снаружи.

– Ты жестока,– шепнул мне Крис. – Но права.

– Я его жалею. Иначе он только больше ко мне привыкнет, – ответила я, заходя в дом.

– Поэтому и говорю, что ты права, принцесса. Не стоит давать Эрику ложных надежд, если не собираешься становиться его женой.

– Ваше высочество, от императора, – встречал нас Польс, протягивая мне письмо.

Как я и думала, дядюшка срочно желал меня видеть и беспокоился о моем здоровье. Что ж, вот он, официальный повод навестить нелюбимый мною дворец. Никогда и в мыслях не было, что буду помогать кузену избежать свадьбы, но… все когда-нибудь бывает впервые.

Глава 14. Интриги Мириданского двора

Стоял ясный солнечный день – самое то для прогулки до императорского дворца. Я надела платье цвета молодой листвы – не потому, что собиралась к дядюшке, а лишь из-за того, что ничего более комфортного в гардеробе так и не появилось. Визит к портнихам либо в лавку откладывался снова и снова. Пришлось остановиться на чем-то удобном и не сильно вычурном. К платью добавилась изумрудная подвеска – подарок отца на двенадцатый день рождения. Служанки собрали мои волосы в пучок и закололи в красивую высокую прическу. Завершили картину темно-зеленые туфельки с изумрудными пряжками. Я повертелась перед зеркалом и осталась довольна увиденным.

Польс предложил запрячь экипаж, но я отказалась. Дворец находился неподалеку, и хотелось просто прогуляться.

Я уже направлялась к выходу, когда за спиной раздался голос Криса:

– Мне пойти с тобой?

– Не стоит, – качнула головой. – Я иду к дяде. Не думаю, что тебе понравится скучать в приемной.

Крис не стал перечить. Я вышла за ворота особняка и подставила лицо солнышку. Если забыть о том, что на днях я потеряла все свое имущество, то жизнь казалась прекрасной. Путь к дворцу не принес неожиданностей – на меня никто не покушался, не пытался задавить колесами экипажа и не бросался с мольбами о помощи. И это тоже радовало, потому что я давно забыла, что такое покой.

Дядюшка занимался рутинной императорской работой – подписывал приказы, кого казнить, кого помиловать. Публичные казни в Миридане были редкостью – чаще всего все происходило за закрытыми дверями тюрьмы, но любой приказ о казни проходил через руки императора.

– Оливия! – обрадовался дядя, сдвигая в сторону кипу бумаг. – Ты сегодня прекрасна, как утренний рассвет!

– Не преувеличивай, дядюшка, – присела в кресло. – Ты хотел меня видеть?

– Да, дорогая. Мне доложили, что у тебя произошло несчастье. Я отправил тайную службу в твою квартиру, но они не нашли никаких следов.

– Я тоже, – ответила, взяв со стола первый попавшийся листок. – Что тут у нас? О, кража табличек для заклинаний. Приговор – три года каторги. Дядюшка, а это не слишком?

– Не забивай свою очаровательную головку и не уходи от темы, – не поддался император на мою уловку. – Речь идет о тебе, и это важно. Ливи, я хотел бы, чтобы ты какое-то время пожила здесь. Во дворце прекрасная охрана, все – проверенные высшие. Они сумеют тебя защитить.

– Я и сама неплохо защищаю себя, дядюшка, – вернула документ на место.

– Ладно, знаю, что тебя не переубедить, – вытер император лоб. – Давай поговорим о другом. Что у вас с Эриком? Он исчезал куда-то одновременно с тобой, а я слишком много видел, чтобы верить в такие совпадения.

– Ну… – попыталась сформулировать мысль. – Мы дружим. Но не более того. Свадьбы не будет, если ты об этом. И вообще, уверена, что по Эрику соскучились в Винченсе. Пора ему намекнуть, как считаешь?

Дядя Себастьян нахмурился. Уверена, он с радостью отдал бы меня Эрику с любым приданым, лишь бы избавиться от такой занозы. Но его удерживала память об отце.

– Пусть гостит, сколько хочет, – вместо уговоров ответил дядюшка. – Нам ни к чему ссоры с Винченсой. Эрик – наследник престола. И стал бы для тебя лучшей партией. Более того, он воспитан, добр, отличается спокойным нравом…

– Болтлив, ревнив, слишком высокого мнения о себе, – закончила эту «лестную» характеристику.

– Ливи!

– Дядя!

– О свет, за что мне это наказание? Надеюсь, Маргарет быстрее определится со своей парой. Кстати, у нас гостит еще одна принцесса со своей свитой, Каламина из Вердора.

– Каламина… – пробормотала я. – Какое дурацкое имя. Это вердорцы прислали тебе на день рождения в подарок пять наложниц?

Дядя помрачнел. Видимо, вспомнил, какой скандал закатила тетушка, увидев рядом с мужем пять полуодетых девиц.

– Каламина очень тонкая натура, – вздохнул он. – Пообщайся с ней, расскажи ей о наших обычаях. Маргарет, между прочим, с ней поладила.

– Маргарет нашла, с кем поделиться сплетнями, – брякнула я, не подумав, и покраснела, заметив грозный взгляд дяди. – Ладно, не злись. Я поговорю с твоей Минакалой, или как её там?

– Каламиной, – гаркнул дядя.

– Пусть так. А можно спросить, с какой целью у нас гостит эта юная особа?

– Она станет супругой Эдуарда и следующей императрицей, так что будь вежлива. Я не вечен, а тебе потом аукнутся прошлые обиды.

– И как на это смотрит Эд?

– Он в восторге, – похоже, я довела дядюшку до последней стадии гнева, поэтому поспешила встать.

– Извини, если была неправа, – улыбнулась я. – Насчет Каламалы – глядишь, подружимся. Но жить пока буду в родительском особняке. Там все без меня заскучали. Эрика лучше отправь домой, нечего ему по дворцу бродить. Тетушке передавай мои наилучшие пожелания.

И уже в дверях меня настиг вопрос дяди:

– Ливи, а что это за мужчина, с которым ты живешь?

– Друг, – на ходу ответила я. – До встречи.

Возможно, у императора были припасены еще вопросы, но у меня не было желания объяснять, откуда взялся Крис и какие между нами отношения. Всему свое время. Да и потом, я пришла во дворец не ради дяди, а ради знакомства с невестой Эда. Поэтому я поправила платье, мимоходом взглянула на себя в зеркало и направилась в правое крыло дворца, где располагались комнаты кузена. Обычно там было шумно, сновала туда-сюда свита наследника престола, но в этот раз коридоры встречали меня тишиной. Молчаливо бродили слуги. Видимо, дурное настроение Эдуарда передалось и его окружению.

– Где его высочество? – остановила я одного из слуг.

– В кабинете, вашество, – поклонился тот.

Я свернула к кабинету и постучала.

– Пошли вон! – заорал братец так, что у меня чуть уши не заложило.

– Это я, Оливия, – крикнула в ответ. Послышался звук отпираемого замка.

– А, Ливи, – хмурый, как зимний день, Эдуард впустил меня внутрь. – Рад тебя видеть.

– Заметно, – оценила я внешний вид кузена.

Покрасневшие глаза говорили о том, что Эд всю ночь не спал. Неужели его так пугала женитьба? А если бы меня заставили выйти замуж за Эрика? Разве я не бродила бы с таким же выражением лица?

Кабинет принца многое говорил о своем владельце. Здесь было меньше бумаг, чем у дядюшки. Стены занимали огромные карты империи и окрестных земель. Эд всегда интересовался культурой и историей других стран. В углу кабинета возвышался огромный книжный шкаф, заставленный трактатами по политологии и философии. Эдуард много читал, и я уважала его за это – у меня самой никогда не хватало времени прочесть даже самую увлекательную книгу. Вот только сегодня Эдуард на фоне всего этого казался удрученным и потерянным.

– К твоим проблемам прибавилось что-то, о чем я не знаю? – спросила, пытаясь разгадать, что так мучает кузена, кроме свадьбы.

– Нет, – покачал он головой, усаживаясь за стол. – Отец говорил со мной утром. Он требует жениться на Каламине до конца следующего месяца. А я видеть её не могу.

– А помолвка?

– В ближайшие две недели. Ливи, прошу, сделай что-нибудь! – во взгляде Эда сквозила такая тоска, что я уверилась в необходимости ему помочь.

– Не беспокойся, у меня есть план, – улыбнулась и поманила кузена ближе. Минут десять я излагала Эду свой коварный план, и чем больше говорила, тем яснее становилось его лицо.

– Ты – гений! – воскликнул он, когда моя пламенная речь иссякла. – Если все получится, проси, о чем хочешь!

– Ловлю на слове, – прищурилась я. – А теперь извини, придется тебя покинуть и навестить её высочество. Его величество настаивал, чтобы мы подружились. Где поселили гостью?

– В красных покоях, рядом с Эриком.

Эрик! И как я могла забыть? Стоит мне очутиться в противоположном крыле, как тут же появится принц – в этом я не сомневалась. Но я обещала кузену помочь, а обещания надо выполнять. Остался только один вопрос. Эд говорил, что Каламина неплохо ладит с Маргарет. Куда бы деть кузину на время исполнения моей затеи?

– Эд, скажи, ты можешь магически подделать почерк крестной Маргарет? – спросила я.

– Да, – принц не понимал, куда я клоню.

– Тогда напиши ей, что крестная больна и жаждет срочно её видеть. Тогда мы избавимся от одной большой проблемы в лице твоей сестры.

– Но крестная скажет, что она ей не писала, – засомневался Эд.

– Братец, госпожа Люция болеет всегда, и постоянно строчит письма всем, кому не лень, даже не помня, что она кому писала.

Эд задумался, но в итоге взялся за перо. Я продиктовала ему текст, подражая истеричным интонациям Люции, он произнес заклинание, и письмо было готово. По дороге в красные покои я отдала письмо слуге и приказала передать Маргарет, а заодно доложить о моем визите.

Спустя несколько минут меня проводили в комнату, которую я всегда терпеть не могла из-за бледно-красных обоев, которые нагоняли на меня тоску и желание подержать кого-нибудь за горло. Навстречу мне поднялись кузина Маргарет, сжимавшая в руках еще не распечатанное письмо, Эрик и девица в ярко-желтом платье. Даже не прибегая к заклятиям, можно было понять, что это и есть Каламина. Выглядела она невзрачно. Курносый носик, небольшие глазки, черные волосы, похожие на грубые пучки веревки. Нельзя сказать, что принцесса была некрасивой – нет. Но и симпатии с первого взгляда она не вызывала.

– Доброе утро, – присела в реверансе. – Я была во дворце и решила зайти поздороваться, а тут узнала, что у нас гостья. Позвольте представиться, Оливия Анабелроуз, племянница его императорского величества Себастьяна, да продлит свет его дни.

Темные глаза кузины Маргарет округлились, Эрик отвел взгляд, сдерживая смех. Да уж, я всегда выглядела нелепо, пытаясь соответствовать придворным приличиям. Но Каламина поднялась мне навстречу, улыбнулась, и её невзрачное лицо неожиданно стало миленьким.

– Желаю вам светлого пути и радостного дня, – ответила она. – Я – Каламина из рода Бифто, правящего Вердором.

– Рада встрече с вами.

– Взаимно. Присаживайтесь, Оливия. Маргарет как раз рассказывала мне о моде Миридана.

– Боюсь, Оливии это будет неинтересно, – перебила девушку Маргарет, и я вспомнила, почему терпеть не могу кузину, везде сующую свой нос.

– Почему же? – плюхнулась я на диван. – Говорят, в этом сезоне в моде оттенки зеленого и кружева. Марго, кто тебе пишет?

– Крестная, – взглянула кузина на конверт. – Простите, я вас ненадолго оставлю. Здоровье тетушки Люции внушает мне опасения.

Она вышла из комнаты, а я подмигнула Каламине. Зря Эд не хочет на ней жениться. Милая девушка, получше его сестрицы.

– Она вас не утомила? – спросила я.

– Что вы, Маргарет очень ко мне дружелюбна, – Каламина теребила кружевной платочек.

– Вы излишне добры к ней. А с какой целью вы совершили такой долгий путь и приехали к нам в гости?

– Каламина – невеста твоего кузена, – вмешался Эрик.

– Еще не официально, – принцесса опустила глаза и покраснела. Да она влюблена! Может, пойти отказаться от затеи, пока не поздно? Не люблю обижать влюбленных. Они этого не заслуживают.

– О! – многозначительно сказала я, и Каламина вздрогнула.

Эрик с укором посмотрел на меня. Надо наведаться к принцессе, когда его и Марго не будет поблизости. Иначе меня быстро удалят из дворца.

– Что ж, на сегодня мне пора, – сказала я. – Но обещаю навестить вас на днях. Извините, что так ненадолго к вам заглянула.

– Буду рада вас видеть, Оливия, – ответила Каламина, и я поверила, что она и правда будет рада встретиться со мной снова. Меня начинала мучить совесть.

Мы тепло попрощались, и я поехала домой. Если мои расчеты окажутся верны, завтра Маргарет уедет к крестной. Эрик… К Эрику можно направить Берта. Пусть срочно позовет куда-нибудь его высочество. А я составлю компанию Каламине, и ей точно не будет со мной скучно.

Глава 15. Попытка – пытка?

Дома меня ждали портнихи. Я быстро объяснила им, какие наряды желаю получить. Они, конечно, возмущались – но разве у них оставался выбор? Пришлось снимать с меня мерки для брючных костюмов. Чтобы совсем не расстраивать добрых женщин, я заказала пару платьев. Надо же в чем-то ко двору ездить. А ближайшую неделю мне придется там бывать. Если придворные поймут, что принцесса Оливия щеголяет в платьях двухлетней давности – засмеют.

После того, как портнихи ушли, я отправилась искать Криса. Впрочем, мои поиски не продлились долго – Крис читал у себя в комнате. Макки умостился у его ног. Если бы не книга – уверена, лис бы устроился на коленях.

– Что ты читаешь? – спросила, присаживаясь напротив.

– Книгу о природе магии, – ответил человек. – Пытаюсь понять, как это работает.

– Работает? – я усмехнулась. – Не совсем. Магия содержится во всем живом. Мы просто умеем этим пользоваться.

– Не понимаю, – Крис отложил книгу, видимо, посчитав, что реальный собеседник может дать куда больше информации.

– Смотри, – я подошла к камину. – Скажи, для чего нужен камин?

– Греть, – ответил парень.

– Правильно. Для этого в нем должен гореть огонь. А для огня нужны дрова – они у нас есть, – я указала на небольшие брусочки несгораемого дерева. – Как все мы знаем, древесина горит.

Я поднесла руку к камину.

– Надо почувствовать жар, скрытый внутри неё, – продолжала небольшую лекцию. – А затем выманить его наружу, потянуть энергию на себя. Вот так.

Я чуть отодвинула ладонь, и вспыхнули веселые язычки пламени.

– Враг огня – вода. Представляем себе воду, и… – я придвинула руку обратно, представляя, как исчезает огонь. Пламя зашипело и погасло. – Ничего сложного, если занимаешься этим с детства. Люди просто не умеют чувствовать скрытые энергии. Те из нас, кто хорошо работает с энергией природы, становятся стихийниками. Кто способен исправить нарушенные потоки в теле – целителями.

– А ты? – спросил Крис.

– А я могу уловить нити пространства, поэтому меня и называют хранительницей порталов. Надо только точно знать, куда ты отправляешься – ну, или сильно хотеть от кого-то избавиться.

– Думаешь, я не смогу этому научиться? – задумался он.

– Как знать, – пожала плечами. – Никогда близко не встречалась с людьми. И мне мало о них известно. Я рассказала тебе о магии – может, ты поведаешь мне что-нибудь о своей родине?

Я снова присела и замерла в предвкушении. Как и все девушки, я была любопытна. Особенно когда дело касалось далеких земель.

– Что ты хочешь знать? – Крис нахмурился, но все-таки ответил.

– Как называется твоя страна, кто ею правит, чем вы занимаетесь. Все, что сможешь рассказать.

Какое-то время парень молчал, словно собираясь с мыслями.

– Моя страна… – наконец, заговорил он. – Она небольшая. Гораздо меньше Миридана. Там обычно прохладно, а зимой – всегда снежно. Люди занимаются ремеслами, охотой. В общем, всем тем, чем и вы, кроме магии. Наши города гораздо меньше, но у нас есть свои достижения – мы создаем стекло не магически, а вручную. Как и остальное. Торгуем с соседними землями. Самый дорогой товар – сплавы. Наш правитель – князь. Это все?

– Скудный рассказ, – заметила я.

– Ты спросила – я ответил.

Я вздохнула. Что разговаривать с человеком, который не желает с тобой делиться хотя бы частичкой своего прошлого? Понимала, что это тяжело – вспоминать о чем-то потерянном, и только поэтому не настаивала. Ведь Крис знал, что никогда больше не увидит свою родину. Никогда. Такое страшное слово. Мне захотелось хоть как-то уменьшить его боль, но я понятия не имела, как. Он отгородился от меня стеной, и я никак не могла пробиться сквозь эту стену.

– Ты взял не ту книгу, – вздохнула я. – Она слишком заумно написана. Пойдем, я дам тебе другую. Кстати, Крис, откуда ты знаешь наш язык? Ты ведь не владеешь магией, чтобы так просто нас понимать.

– Изучал, – ответил он.

– Зачем? – замерла я на пороге.

– Хотел увидеть мир. Увидел. И разочаровался.

Я бы на его месте уже себя похитила и везла домой. Но, возможно, Крис понимал, что не сможет бороться против магички. И покинуть Миридан тоже не сможет. Хотя, даже в этом случае я знаю, как бы поступила.

– Ты обещала книгу, – напомнил Крис, и я вспомнила, что стою в дверях его комнаты, не двигаясь ни вперед, ни назад.

– Да, да, – закивала я. – Идем.

Вручив Крису другой фолиант, заперлась у себя. План по отмене свадьбы Эда был готов, но неплохо было бы продумать некоторые моменты. И прежде всего – написать Берту, чтобы он срочно пригласил принца Эрика осмотреть здание МАМИ. Эрик любопытен, он не откажется. А я смогу действовать более свободно.

К полудню я уже приближалась к дворцу – на этот раз в экипаже, потому что с раннего утра заладил дождь. И искренне надеялась, что Маргарет успела уехать, а Эрик не отказался от прогулки. Потому что иначе мне придется выкручиваться куда изворотливее. А я не хотела отягчать задачу. И доставлять Каламине лишнее беспокойство.

Стражники на воротах доложили, что дядюшка поехал проводить дочь до заставы. Еле удержалась, чтобы не потереть радостно руки. Так и знала, что Маргарет поверит письму и навестит крестную. Моя кузина поклонялась богу по имени «этикет», и главным вопросом её жизни было «а что обо мне скажут».

Принцессу Каламину обнаружила в той же комнате. Она сидела за фортепьяно и наигрывала отрывки из разных пьесок. Жаль, что у меня не было ни малейшего таланта к музыке. Я бы тоже хотела так легко, как она, касаться пальцами клавиш и извлекать чарующие звуки.

– Добрый день, ваше высочество, – окликнула девушку, когда она закончила очередную мелодию.

– Оливия, – радостно поднялась Каламина мне на встречу. – Как хорошо, что вы пришли! Мне сегодня так скучно. Марго покинула меня, а принц…

Каламина вздохнула, и у меня сжалось сердце. А если она и правда его любит? Тогда все наши уловки будут зря.

Мы уселись на диванчике, и я приказала слугам подать нам чай. На Каламине было светло-голубое платье, и оно делало её удивительно милой.

– Как вам нравится в Миридане, принцесса? – спросила я, отламывая кусочек пирожного и отправляя его в рот.

– Это чудесная страна, – улыбнулась девушка. – В Вердоре слишком жаркое лето, и я наслаждаюсь вашей чудной погодой. Хотелось бы мне здесь остаться.

– Дядюшка говорил, вы можете пожениться с кузеном Эдуардом, – натолкнула я Каламину в нужное русло.

– Да, – она покраснела и опустила глаза. – Но принц не хочет меня и видеть. Боюсь, я ему не нравлюсь.

– Лучше бы радовались, – сказала я, сделала большие глаза и прикрыла рот рукой, словно проговорилась.

– Радовалась? – встрепенулась Мина. – Почему?

– Нет, нет, не спрашивайте, – отодвинулась я. – Он – мой кузен, я не могу говорить о нем дурно.

– Оливия, милая, расскажите мне все! – вцепилась принцесса в мои руки. – Поймите, от этого зависит моя судьба.

Я прошлась по комнате, для пущей убедительности пару раз тяжело вздохнула и замерла перед Каламиной.

– Ну, так слушайте, – сказала я. – Эдуард, он… Знаете, почему мой кузен до сих пор не женат?

– Почему? – спросила Мина, широко распахнув глаза, словно под гипнозом.

– Ни одна из предложенных невест не соглашалась на брак, стоило ей узнать кузена хоть немного лучше. Поэтому он и не общается с вами, чтобы вы не сбежали.

– Что? – переспросила принцесса.

– Он – жуткий тип. Грубый, жестокий. Ему ничего не стоит приказать казнить кого-нибудь или ударить женщину.

– Ударить! – эхом отозвалась «невеста».

– Да. Одну из наших гостей он оттаскал за косы на глазах у всего двора.

– Быть того не может!

– Увы, – скорбно подняла я глаза к потолку. – Эдуард – зло во плоти!

– Спасибо, что сказали мне, Ливи, – прошептала Каламина. – Но этот брак… Эдуард такой красивый…

Красивый. Я не отрицаю. Но Мине об этом знать не обязательно.

– Магия, – наклонилась я к ней. – На самом деле у него… прыщи. И какими только эликсирами он их не сводил, все зря. Вот и маскируется.

– Бедный, – прошептала Каламина. Ненормальная она, что ли?

– А еще у него кривые ноги. Совсем кривые. Только никому не говорите, иначе Эдуард меня убьет. Он может. Был у него один слуга, случайно вылил чай ему на брюки, и поплатился головой.

Принцесса ойкнула, я торжествовала.

– Что самое плохое – король и слышать не хочет о похождениях сыночка. И о том, что он связался с падшей женщиной, тоже не знает.

Про женщину, наверное, было зря. Все-таки честь императорского дома. Но меня уже было не остановить.

– Не может быть, – личико Мины становилось все бледнее.

– Да, именно так! Я случайно узнала – встретила их возле её дома. Они меня не заметили, а я расспросила соседей. Так и раскрылась правда.

Мина схватила со столика веер и принялась обмахиваться настолько сильно, что веер затрещал. В двери постучали.

«Вовремя!» – возликовала я, и в комнату вошел Эдуард.

Каламина из бледной стала красной. Она чуть ли не отшатнулась от Эда, а тот сделал вид, что ничего не заметил, и уселся с другой стороны от неё.

– Доброго вам дня, принцесса, – нахально развалился Эд. – Скучаете?

– Оливия была так добра, что разделила со мной одиночество, – Каламина попыталась отодвинуться, но не тут-то было.

– О да, наша Ливи добра! – Эд посмотрел на меня так, что если бы эта игра не была придумана мною же, мне бы стало страшно. – Кузина, неужели вы решили почтить нас своим присутствием?

– Я пришла не к вам, а к принцессе, – отвернулась я и украдкой сделала знак, отпугивающий зло. Настолько украдкой, чтобы было заметно Мине.

– А разве я не предупреждал, что ваше хорошенькое личико портит мне настроение? – Эд смотрел на меня, как удав на кролика.

– Простите, братец. Мне уйти? – засуетилась я.

– Ливи, прошу вас, останьтесь, – Мина пыталась удержать мою руку. Мне пришлось снова сесть на диван, но я вжалась в край, противоположный Эду, и попыталась походить на маленькую запуганную мышку.

– Вы уже освоились в нашем городе, Мина? – Эдуард сделал вид, что больше меня не замечает.

– Я еще ничего не видела за стенами дворца, – призналась девушка.

– Могу устроить для вас экскурсию. Вечерком, – принц недобро усмехнулся, и я готова была аплодировать ему стоя.

– Нет, спасибо, – поспешно отказалась Каламина.

Я поняла, что Эдуард готов играть свою роль до конца, и мне можно уходить.

– Простите, но мне и правда пора, – пробормотала я и кинулась к двери раньше, чем Мина смогла меня остановить.

С чувством выполненного долга поехала домой. Все получилось как нельзя лучше – и Эрика не встретила, и Мина теперь будет бояться Эдуарда, как огня, и вряд ли пожелает стать его женой. Дома меня ждала парочка летуний, которые просили похлопотать, чтобы стража отпустила их возлюбленных, устроивших дебош накануне. Я приказала Польсу отправить кого-нибудь к стражникам, а сама остаток дня наслаждалась отдыхом – погуляла с Макки на лужайке, полистала магический фолиант, а вечером пригласила к себе Берта. Жаль, что Ронни и Мими лучше было не показываться в нашем районе.

Крис не пожелал ужинать с нами. Он заперся в библиотеке, и, как я подозревала, пытался овладеть магией. Вот только люди и магия – понятия несовместимые.

Я рассказывала Берту, каким образом получила раба. Он оказался внимательным слушателем и хорошим другом. С ним и правда было легко, словно мы знали друг друга сотни лет. Берт делился со мною историями из студенческой жизни.

– У нас начинаются экзамены, – напоследок сказал он. – А затем будет выпускной. Ты придешь?

– А меня туда пустят? – спросила я.

– В эту ночь двери Академии будут открыты для каждого, – ответил Берт. – Для высших, для нас, для гостей. Будет весело.

– Тогда, возможно, приду, – пожала плечами. – Не люблю загадывать.

Я проводила гостя до двери и уже возвращалась к себе, как вдруг плечо пронзило резкой болью. Я еле сдержала крик, потому что иначе прибежали бы слуги. Плечо… У Криса там печать. Что он творит?

Каждый шаг отдавался вспышкой боли, но я заставила себя преодолеть ступеньки. Дверь библиотеки отлетела в сторону. Я не сразу поняла, что происходит. На ладони Криса пылал огонь, и парень пытался выжечь им печать.

– Не смей! – закричала я, кидаясь к нему и сбивая пламя. – Не смей тянуть из меня магию, подлец!

Огонек погас. Парень поднял на меня мутный взгляд. Он словно не понимал, где он и что происходит. Я вцепилась в его плечи, не обращая внимания на страшный ожог, и процедила:

– Говорю один раз. Не Смей Использовать Магию В Моем Доме. И красть то, что тебе не принадлежит. Еще раз… Еще хоть раз… И я тебя…

Силы покинули меня, и я присела прямо на ковер. Уверена, выглядела жутко. Вот только Крис тоже был белее мела, зато алое пятно ожога поглощала печать. Он обессилено опустился в кресло и закрыл глаза. Не знаю, сколько времени прошло прежде, чем нашла в себе силы подняться.

– Запрещаю тебе брать книги о магии, – тихо сказала я. – Сегодня же прикажу Польсу следить за этим.

Я добралась до своей комнаты и рухнула на кровать. Что это было? Печать соединила нас настолько, что Крис сумел дотянуться до моей магии? Если так, то дело плохо. Это может быть опасно для него. Что-то тут не так. Не может быть, чтобы простой человек с такой легкостью высосал мои силы. То ли дело в Крисе, то ли в печати. Надо выяснить…

С этими мыслями я провалилась в сон. Глубокой ночью слышала чьи-то шаги у моей постели, но не смогла даже открыть глаза. Проснулась ближе к обеду. Встать с кровати оказалось так тяжело, словно накануне билась с чудовищем. Но я заставила себя сделать это. Пообещав себе небольшой отпуск, приказала горничным нагреть воды для умывания. А за поздним завтраком Польс передал мне записку, которую принес королевский слуга: «Она сказала, ей все равно, какой я, и не собирается уезжать. Что делать?»

Я вздохнула и передала ответ: «Завтра что-нибудь придумаю. Жди».

Глава 16. Кошки-мышки

Меня терзала одна-единственная мысль: я не хочу видеть Криса. Не хочу разговоров о том, что произошло вчера. А с другой стороны, этого не избежать. Надо выяснить раз и навсегда, что случилось и как с этим бороться. Иначе у меня есть все шансы однажды просто не проснуться. Мало ли, какие еще способы избавления от печати придут Крису в голову.

Весь день бродила по дому из угла в угол, избегая своей комнаты, потому что тогда Крис окажется рядом. А мне надо было подумать, собраться с мыслями, понять, что же происходит. А главное – как должна поступить именно я. Крис – человек. Он слабее, чем мы, маги. Значит, только на мне лежит вся ответственность за случившееся. О свет, что же мне делать?

Я постаралась отвлечься. Чтобы избавиться от одной проблемы, надо занять мысли другой. И она у меня была. Принц Эдуард и принцесса Каламина. Две больших беды – и снова на мою голову. Видимо, нам не удалось запугать Мину поведением будущего мужа. Значит, надо найти другой вариант. Есть!

Спешно оделась, порадовавшись, что портнихи попались расторопные. И теперь можно было снова избавиться от вороха юбок, двигаться легко и свободно. Единственный вопрос, который у меня оставался – кто сможет помочь в воплощении моей очередной, почти безумной затеи. Нужна была девушка. Но у меня никогда не было подруг. Я почему-то плохо ладила с представительницами своего пола. А человек необходим надежный. Раз так… Остался только один вариант.

Договориться оказалось непросто. Я применила все запасы своего красноречия, выдержала шквал негодования, но получила то, зачем пришла.

Вечером я надела платье поскромнее и отправилась во дворец, спасать Эдуарда от невесты.

Каламина грустила. Я поняла это, едва переступив порог её комнаты. Девушка сидела у окна и вглядывалась во тьму. Наверное, Эду надоело играть свою роль, и он просто оставил её одну. Где-то поблизости должен был бродить Эрик, но пока его отсутствие играло мне на руку.

– Мина, что с вами? – спросила я после официальных приветствий. – Вы сами на себя не похожи.

– Ничего, Ливи, – Каламина натянуто улыбнулась. – Я просто немного утомилась.

– Мне лучше уйти? – испугалась я, что затея под угрозой.

– Нет, что вы, – удержала меня принцесса. – Вы единственная, с кем я могу поговорить по душам.

– Так в чем же дело? – старалась не перегнуть палку.

– В Эдуарде, – принцесса едва удержала вздох. – Он… видеть меня не хочет. Вчера он впервые разговаривал со мной, пусть и так грубо. А сегодня делает вид, что мы вообще не знакомы.

– Я вас предупреждала, – подлила масла в огонь.

– Предупреждали. Но я люблю его, Ливи! – я заметила, что Каламина едва не плачет, и мне снова стало её жаль. Но я уже выбрала сторону, и отступать было некуда.

– Что ж, есть один человек, который мог бы приоткрыть для вас завесу будущего,– торжественным шепотом сообщила я. – Это старая ворожка из диких земель. Она принимает лишь два раза в году, и сегодня как раз такой день. Поэтому я и пришла. Танилинда видит прошлое и будущее любого человека. К ней за советом обращался даже мой дядюшка император.

– О! – щеки Мины порозовели. – Милая Ливи, отведите меня к ней, иначе я сойду с ума от горя!

– Только ради вас, – я сделала вид, что покоряюсь дружеской просьбе. – Переоденьтесь, ваше платье слишком приметно, а ехать нам не в самый благонадежный квартал. Я буду ждать вас здесь.

Стоит отдать должное Мине, она сменила платье так быстро, что я даже не успела заскучать. Конечно же, она не брала с собой скромные наряды, если они у неё были. Но зато темно-бордовое платье не стесняло её движений, а плащ скрывал дорогую ткань.

Мы вышли из дворца по потайной лестнице. Я спешила, чтобы не встретить Эрика. Иначе он бы увязался за нами. Но в этот вечер судьба мне благоволила. Ни Эрик, ни кто-либо другой не помешал нам усесться в экипаж и выехать из дворца. Мимо поплыли районы столицы. Я специально приказала кучеру возить нас кругами, чтобы Каламина не запомнила дорогу, и у моего сообщника не возникло проблем.

Большую часть пути Мина молчала. Её ручки едва заметно дрожали. Я спрашивала себя, неужели она и правда так любит Эда. Ведь она совсем его не знает. В любовь с первого взгляда я не верила. И склонялась к тому, что Каламина вбила себе в голову и влюбленность, и необходимость выйти замуж именно за этого принца.

Вообще, ситуация казалась типичной донельзя. Я сама в ней побывала. С самого детства мне внушали, что главное предназначение женщины – выйти замуж. Нет, мои родители по этому поводу молчали, а вот многочисленные родственники никогда не упускали случая «повоспитывать детку». Хорошо, что у меня всегда была своя голова на плечах, даже в подростковом возрасте. Иначе у меня давно был бы нелюбимый муж и куча детишек только потому, что так надо и положено. Боюсь, Каламина тоже стала заложницей воспитания принцессы. Будь она чуть глупее или неприятнее, я бы уже пустилась во все тяжкие. Но Мина была доброй и скромной, поэтому-то моя совесть не могла молчать. Я разрывалась между обещанием кузену и желанием подружиться с Каламиной. Пока что родственные чувства взяли верх.

Экипаж остановился.

– Ничего не бойся, – напутствовала я Мину. – Ворожка – тот же маг-прорицатель, только немного другого направления. Поэтому ничего страшного здесь нет.

Но Каламина все равно вцепилась в мой локоть, и мне казалось, что она не отпустит его даже под страхом смерти.

– Называй её всевидящая Танилинда, – на пороге шепнула я и подтолкнула Мину вперед, чтобы она не видела моего лица в процессе «ворожбы».

Мина постучала. Дверь отворилась с противным скрипом, и я еле сдержала хохот: в дверях застыла долговязая фигура «ворожки». Цветные юбки, надетые одна на другую, прятали излишне мускулистую фигуру, а их длина прикрывала внушительный размер ноги и растоптанные башмаки. Бюсту «Танилинды» позавидовала бы любая девица. На лицо щедрым слоем были нанесены белила и румяна, так что только я могла знать, что под всем этим нагромождением вещей и цветов скрывается мой друг Николус.

– Добрый день, госпожа всевидящая Танилинда, – пискнула Каламина.

– Здравствуй, здравствуй, деточка, – голос госпожи напоминал звук, издаваемый несмазанными дверными петлями. – А я тебя жду.

– Меня? – Мина отступила, но за её спиной стояла я, и ей пришлось остановиться.

– Конечно, – подтвердила Танилинда, качнув «вороньим гнездом», которое я соорудила у неё на голове перед уходом. – Я все про всех знаю. Ты приехала издалека, дитя мое. И сердечко твое неспокойно. Не беспокойся, мудрая Танилинда поможет тебе обрести истинный путь.

Волосатая рука высунулась из проема и втащила онемевшую Каламину в комнату. Я испугалась, что девушку удивит такая буйная растительность, которую плохо скрывали слишком короткие рукава, но Мина была так поражена, что даже не обратила на это внимания.

– Садись, – Танилинда нажала на плечи гостьи. – Всю правду тебе расскажу. Почти ничего не возьму. Медяк или пару. Сколько будет не жалко. А теперь молчи, милая. Я ворожить буду.

Лже-ворожка водрузила на стол хрустальный шар из моей детской коллекции – когда-то он был одной из любимых игрушек, и теперь вот снова пригодился. Танилинда закружилась по комнате, сметая юбками пыль – хоть бы прибралась к нашему приходу. Она выделывала пассы руками, громко вскрикивала, водила ладонями над головой притихшей Мины, охала, ахала, а затем плюхнулась за стол и принялась изучать поверхность шара.

– Вижу-у! – взвыла ворожка, и я мысленно зааплодировала. – Вижу, что ты пришла ко мне с тяжелым сердцем, дитятко. Его грызет любовь.

– Да, – вздохнула Мина.

– И его я тоже вижу. Он высокий, красивый, а душа у него гнилая, как яблоко. С виду хороша, а внутри червяк. Он знатного роду. У него много женщин. Так много, что не сосчитать на пальцах рук и ног.

– Я стану его женой? – чуть слышно спросила Каламина.

– Что ты, – гадалка замахала руками. – И думать не смей. Женится он на тебе, через пару месяцев отправит в отдаленный замок, и будешь там детишкам носы вытирать. Мужа пару раз в год видеть по праздникам. Откажись от этой затеи. Твое счастье – другой. Высокий, синеглазый, с родинкой на ухе.

Надо будет спросить у Николуса, почему именно на ухе.

– Будет у вас пятеро детей, – продолжал вещать вечный студент. – Три девочки и два мальчика. И случится это совсем скоро. А о своем нынешнем избраннике и думать забудь.

Мина горестно ахнула, бросила на стол золотой и выбежала из комнаты. Я подмигнула Николусу и помчалась за принцессой. Она забилась в дальний угол экипажа и тихо всхлипывала.

– Говорила я тебе – Эд не тот, с кем ты будешь счастлива, – села рядом, и колеса застучали по мостовой. – Не думай о нем, Мина. Ты такая хорошая, добрая, а он…

– Меня устраивает, – пробормотала Каламина. – И я выйду за него замуж. Точка.

Затея не удалась. А я бы после такого от кого угодно сбежала. Видно, Мина не так слаба, как кажется. Но мне-то что делать?

Когда мы приехали во дворец, принцесса сразу же бросилась в свои комнаты, а я пошла к изнывающему от беспокойства Эду.

– Ну что? – выпалил он, как только появилась на пороге.

– Да ничего, – села я в кресло и устало размыла плечи. – Каламина непробиваема. Готовься к свадьбе.

– Ливи, прошу тебя, не говори так! – принц побелел. – Я на ней не женюсь!

Вот бы Эрик был таким же женоненавистником. Стоп! Эрик! А это мысль! За что я ненавижу принца Винченсы?

– Остался только один способ, – сказала я Эдуарду. – Любовь.

– Что? – изумленно моргнул он.

– Любовь, братишка. Броди за ней, как тень. Томно заглядывай в очи. Болтай без умолку. Не давай и минуты свободно вздохнуть. Если не удастся – женись. Точка.

– Я не смогу, – сокрушенно прошептал Эд.

– Сможешь, – «успокоила» его я и оставила кузена наедине с его мыслями.

После такого утомительного денька я хотела домой. Мне было все равно, что там снова увижу Криса. Тьма с ним. Главное – лечь и выспаться. А Эд пусть поработает сам.

Никогда в жизни меня так не радовал вид родительского особняка. Я поднялась к себе, переоделась и упала на кровать. Заглянул Польс, спросил, спущусь ли к ужину. Конечно же, моим ответом было «нет». Какая может быть еда, когда все мое тело требовало одного – спать?

Вот только кто со мной считался? Стоило Польсу оставить меня в покое, как в двери снова постучали.

– Кого там принесло? – сползла с кровати и приняла сидячее положение.

– Это Крис, – раздался ответ, и я пожалела, что откликнулась.

– Заходи, – а что еще можно было сказать?

Я думала, после вчерашнего Крис будет мяться на пороге или хотя бы отведет взгляд, но не тут-то было. Он выглядел так, словно это я в чем-то перед ним виновата.

– Что тебе нужно? – спросила я, мысленно его испепеляя.

– Поговорить, – не дожидаясь приглашения, он уселся на кровать. Верх наглости! Я, конечно, не идеальная принцесса, но элементарные правила приличия еще никто не отменял.

– Слушаю тебя, – замерла перед ним, скрестив руки на груди. Удобно ли ему будет разговаривать, глядя на собеседника снизу вверх?

– Сначала присядь, – не растерялся мой гость.

– Я постою.

– Садись! – гаркнул Крис, и я против воли плюхнулась рядом с ним. – Так-то лучше. По поводу вчерашнего. Я не хотел причинять тебе боль. Мне просто нужно уничтожить эту печать.

– Это невозможно, – напомнила я.

– Плевать, – упрямо повторил Крис. – Я сделаю это.

– Только не ценой моей магии.

– Ливи, тебе ведь не нужен раб. Тогда помоги мне.

– Если бы я могла, то уже бы давно сделала это, – покачала головой. – Ты прав, раб мне не нужен. Но еще меньше мне нужно, чтобы кто-то паразитировал на моей силе. Я запрещаю тебе пытаться магичить. Ясно?

– Не говори со мной в повелительном тоне, – Крис нахмурился и закусил губу.

– А то что?

– Да ничего! – мне казалось, что он вот-вот встанет и умчится прочь.

– Договаривай.

Парень молчал. Я понимала, что перегибаю палку, но остановиться не могла. Пусть наш тихий разговор не походил на скандал, но по накалу страстей он мог перещеголять любые крики.

– Крис…– как же мне надоело его уговаривать. – Просто пойми, я не желаю тебе зла. Думаешь, мне это нравится? Давай не будем повторять предыдущие беседы. Я объясняла тебе, что клеймо не снять. Тебе надо научиться с ним жить.

– А если меня из-за него тянет… – чуть слышно сказал парень.

– Тянет куда? – переспросила я.

– К тебе.

– Что?

Но вместо ответа на мой вопрос Крис притянул меня к себе и поцеловал. Не знаю, что ощущают другие девушки при первом поцелуе, но меня словно охватил огненный вихрь. Прежде чем я успела вырваться и зарядить негодяю пощечину, он порывисто встал и вышел из комнаты, а я осталась сидеть. Мне понадобилось несколько минут, чтобы осознать произошедшее. Он. Меня. Поцеловал. Да что за наглость-то такая!

Я подскочила и бросилась за ним, но в комнате его не оказалось, а Польс сообщил, что господин Крис отправился на прогулку. Прогулку! Когда я тут в бешенстве готова крушить собственный дом!

Первым желанием было догнать и убить, но оно быстро прошло. Я успокаивала себя, что это и правда действие клейма. Стоп. Его так ко мне тянет, что решил выжечь печать? Значит, я ему настолько противна? Противна сама мысль о том, что я могу нравиться?

Нет, просто убить его будет мало. Надо найти и пытать. Или… Я вернулась в свою комнату. А не проще ли сделать вид, что ничего не случилось? Перестать общаться с надоедливым человеком. Дом большой. Можно переехать в родительскую спальню, она находится на другом этаже. Там мы будем видеться по минимуму.

Решено! Я приказала слугам перенести мои вещи, а затем нагреть воды. Теплая ванна помогла успокоиться и понять: ничего страшного не произошло. Подумаешь, поцеловал. Не ударил ведь. Но при мысли о поцелуе злость закипела с новой силой. Не думать! Точнее, думать о другом: птичках, рыбках, смертельных заклятиях… Заклятия… Нет, нельзя. Рыбки, птички, всякие зверьки. Книжки, платья, Каламина с Эдом. Стало легче. Я выползла из ванны, позволила служанкам помочь мне вытереться, надела сорочку и забралась в кровать. Сон, на удивление, пришел сразу. Вот только и во сне меня преследовал тот поцелуй. И мысль, которую пыталась загнать в самые глубины сердца – мне понравилось. Будь Крис неладен!

Глава 17. Дамки-поддавки

Я проснулась еще до рассвета. В комнате было темно, а сквозь распахнутое окно долетал из сада аромат цветов. Приятно было просто лежать и смотреть в никуда. Не было никаких мыслей, и эта блаженная свобода давала возможность продлить минуты отдыха. Но вскоре снаружи начало сереть, и тьма отступила к углам, а в спальню проникли первые лучи солнца.

Отвернулась от окна и закрыла глаза. Никогда не любила встречать рассветы. Потому что каждый новый день крадет крупицу жизни. Вот и сейчас мне внезапно сделалось тоскливо, и я до конца не понимала, то ли от рассвета, то ли от событий минувшего дня.

В душе роилась зависть: к Каламине, которая влюблена в Эда, несмотря на все наши усилия. К Мими и Ронни, которые нашли в себе силы преодолеть преграды между ними. И почему я так не могу? Не могу кому-нибудь довериться настолько, чтобы раскрыть свое сердце? Меня ведь никогда не обижали, не предавали. Но от одной мысли, что могу в кого-то влюбиться, становилось не по себе.

Поэтому меня так возмутил и взбудоражил поступок Криса. Надо поговорить с дядюшкой о магический печатях. Может, он знает что-то такое, что поможет избавить Криса от навязанных чувств? Не хочу никому быть обузой. Не хочу чувствовать себя воровкой, которой досталось то, что ей не предназначалось.

Я поднялась с кровати и оделась. Лучший способ привести мысли в порядок – прогуляться, поэтому направилась в сад. Меня встречали густые кроны деревьев и аккуратные клумбы. Пусть хозяйка и забыла на время о доме, слуги продолжали заботиться не только об особняке, но и об этом волшебном месте.

Широкая аллея вывела к белоснежной беседке. Душу всколыхнули воспоминания о том, как родители любили сидеть здесь по вечерам. Мама обычно что-то читала, а отец мешал ей, рассказывал какие-то глупости. Они были так счастливы. Даже тогда, когда уезжали в последний раз. Ведь никто не знал, что они не вернутся.

Я ждала их. Слишком долго ждала. А потом получила письмо, что их корабль затонул, и неизвестно, удалось ли кому-нибудь спастись. Неизвестность мучила и давала призрачную надежду. Я продолжала ждать. А потом вдруг перестала. И ушла из дому, потому что каждый угол напоминал мне о них.

Я села на скамейку и прислушалась к птичьим трелям. Редкая минута покоя. Еще немного – и особняк оживет. Слуги хватятся своей принцессы, Крис… Крис, наверное, продолжит искать способ, чтобы от меня избавиться.

Я почувствовала себя ненужной. Даже если я исчезну, не будет никого, кто об этом пожалеет. Разве что Макки. Но его не бросят на произвол судьбы, и вскоре он позабудет о своей хозяйке…

– Не спится?

Я вздрогнула от внезапно раздавшегося голоса. Надо же, даже не заметила, как Крис подошел к беседке.

– Смотрю, тебе тоже, – ответила, стараясь скрыть замешательство.

– Да. Увидел в окно, как ты сюда шла. Теперь будешь меня избегать?

– С чего ты взял? – я старалась прикинуться равнодушной, но выходило средне.

– Ты сменила комнату. Не бойся, не собираюсь пробираться к тебе посреди ночи и смущать твой покой.

Я почувствовала, как вспыхнули щеки. Неужели у него сложилось впечатление, будто я опасаюсь именно его ночных визитов?

– Не в том дело, – пыталась объясниться.

– То есть, приходить можно? – в глазах Криса сверкнули веселые искорки, и я покраснела еще больше, хотя секунду назад думала, что это невозможно.

– Нельзя! – рявкнула я и подскочила, чтобы уйти, но Крис поймал меня за руку и снова усадил на скамейку.

– Оливия, понимаю, тебе не понравилось то, что случилось вчера, – начал он.

– Больше то, что случилось ранее, – брякнула я, и лишь потом задумалась о двусмысленности этого ответа.

– Позволь объяснить, – похоже, Крис ничего не заметил. – Мне очень надо избавиться от клейма, но не потому, что ты мне не нравишься. Мне просто надо вернуться домой. Уверен, там без меня дела плохи. Винченса – суровый враг. Не нам, людям, тягаться с магами. Но и отдавать свою свободу без борьбы нельзя.

Я рассеянно кивнула. А ведь он прав. У Криса где-то есть дом, семья, прошлое. А здесь – враги. Маги, которые разрушили его жизнь. Но я ничего не могу изменить. Мое место – здесь, его место – там. И только по какой-то иронии судьбы наши пути пересеклись.

– Прости, что попытался украсть твою магию, – продолжал Крис. – Сам не думал, что это возможно. И обижать тебя не хотел. И вчера… Все запуталось, Ливи. Слишком запуталось, чтобы я мог в этом разобраться. И ты делаешь все только сложнее. Я ищу выход – и не вижу его.

– Понимаю, – вздохнула я и опустила голову ему на плечо. Не знаю, сколько мы так сидели, погруженные каждый в свои мысли. Я думала, почему все так тяжело. Почему нельзя просто взять и отпустить его. И пусть сам решает, как дальше быть. Ехать домой, или остаться со мной. Остаться…

В саду совсем рассвело. Запах цветов усилился и словно заполнял собою все вокруг. Такое прекрасное утро – и такие мрачные думы…

– Пойдем завтракать, – Крис поднялся со скамейки и протянул мне руку. – Макки не понравится наше опоздание.

– Его тут разбаловали, – усмехнулась я. – Мой лис скоро не сможет проходить в двери.

– Раз уж нельзя баловать хозяйку, балуют лисенка. Здесь тебя любят, Ливи.

Я заметила тень печали на лице Криса и поспешила сменить тему. Рассказала ему о Каламине и Эде. Крис чуть ли не падал со смеху, а затем посоветовал подложить Каламине мышь или гигантского паука. Тогда её точно ветром сдует. Я пообещала передать его идею кузену, и мы отправились завтракать.

День тянулся в безделии. Я не рассчитывала, что у Эда получится избавиться от невесты, поэтому не спешила во дворец. Вместо этого играла с Макки и лакомилась пирожными, а после обеда занялась тем, что давно уже себе не позволяла – переоделась и прошлась по лавкам. Зато стоило переступить порог особняка, как ко мне кинулся Польс с воплем:

– Ваше высочество, вас ожидает его высочество Эдуард!

– И давно ожидает? – спросила, раздумывая, стоит ли сменить одежду прежде, чем показаться на глаза кузену.

– Где-то с час. Но вы не волнуйтесь, они разговаривают с господином Крисом в голубой гостиной…

На этом месте я забыла об одежде и бросилась в гостиную, ожидая увидеть там что угодно вплоть до трупа брата или Криса. Но стоило распахнуть дверь, как глаза расширились от удивления – парни сидели за столом и мирно играли в дамки-поддавки. На доске выстроились круглые фигурки двух цветов, и, видимо, партия шла давно, потому что из тридцати фигурок на поле осталось около половины.

– О, Ливи! – первым заметил меня Эд. – Ты долго гуляешь.

Его лицо светилось от счастья, и я удивилась еще больше.

– Мы тут решили немного сыграть, пока тебя нет, – продолжал кузен, указывая на доску. – Кстати, почему ты ничего не рассказала мне о своем госте?

Знать бы еще, что этот «гость» о себе наплел! Хорошо хоть, что смогла сделать амулет и вручить его Крису. Но ведь он и не пытается изображать из себя нормального мага.

– К слову не пришлось, – пробормотала я, присаживаясь в кресло. – Вы заканчивайте, я подожду.

Парни и не подумали ради меня прервать игру. Победил Крис. Эд взял с него слово, что получит реванш, и снова развернулся ко мне.

– Принцесса уезжает, – с сияющими глазами сообщил он.

– Да? Вот так новость! – можно подумать, я еще не догадалась.

– Отбывает завтра на рассвете. Батюшка в ярости! Кричит, что это твоих рук дело. Я пытался его разубедить, но зря.

– Подействовало? – хитро прищурилась я.

– И довольно быстро, – казалось, Эд забыл о присутствии постороннего. – Что я только не делал! Сначала пригласил её на прогулку, и весь вечер рассказывал, как прекрасно мы будем жить, Мина родит мне десять, а лучше двенадцать детей. Затем пытался накормить её пирожными с ложечки при всем дворе. Каламина сломалась на серенаде под окном. Клянусь, я орал противнее осла посла Шахара.

О, я помнила того посла! И его осла – тоже! Знатный был зверь. А как орал! Осел, конечно, не Шахар.

– И что Каламина? – спросила я.

– Грозилась скинуть мне на голову цветочный горшок, если я не прекращу её позорить. Кстати, просила, чтобы ты пришла с ней попрощаться нынче вечером, потому что она будет безумно по тебе скучать. Ливи, ты бы видела её лицо, когда я преподнес ей кадку с цветущим каркарийским деревом. Она бежала от меня так, что потеряла туфельку.

– Настоящую любовь не всякий выдержит, – довольно прищурилась я. – Что ж, поздравляю тебя с неслучившейся свадьбой. Передай принцессе, что я обязательно буду. И не забудь повздыхать для убедительности – а то вдруг передумает.

– Передам. И за мной должок. А ты приходи. Ты тоже, Крис. Познакомлю тебя с моей несостоявшейся невестой. А затем продолжим игру.

– Постараюсь, – кивнул человек, и я подумала, что кое-кого не мешало бы убить. Что я дяде скажу, если он увидит Криса? Тут никакой амулет не поможет.

– Тогда до вечера, – махнул рукою Эд и, насвистывая, вышел из гостиной.

Я мрачно уставилась на Криса.

– Твой кузен – неплохой человек, – сказал он.

– Он не человек, – ядовито напомнила я.

– А что, вы чем-то отличаетесь от людей, кроме магии? – не остался в долгу Крис. – Даже живете не намного дольше. И вас так же просто убить. Может, магия – это всего лишь сбой в работе ваших тел.

– Что? – теперь я и правда разозлилась.

– Не надо делать из магов высшую расу, Ливи. И среди вас, и среди нас есть хорошие люди и подонки вроде тех, кто продал меня в рабство. Или тех, кто сжег твою квартирку. Пойми это.

– Пойму, – сжала я кулаки. – Так пойму, что мало не покажется! Хватит с меня твоих философских мыслей.

Я развернулась и ушла. Наверное, со стороны это выглядело глупо, но разговаривать на эту тему не желала. Уверена, в своем родном краю Крис был не последним человеком. У него замашки, как у нашей знати. И разговоры такие же: мол, никто не может быть выше меня. Я согласна, что люди и маги мало чем отличаются. Но называть магию сбоем? Скорее, это с ними произошел сбой, что они её потеряли!

Я приказала подать обед в комнату и принялась бродить из угла в угол. Так почему-то лучше работали мысли. Что бы там не думал Крис и что бы не говорил, он – человек. Простой человек без каких-либо способностей. Вот и не надо строить из себя того, кем не являешься!

Наскоро пообедав, решила немного поспать прежде, чем идти во дворец, и поручила Польсу разбудить меня в шесть. Заодно решила, что Криса с собой не возьму. Улизну по-тихому. Будет знать, как портить мне настроение.

Как всегда, когда дело касается Криса, исполнить задуманное не удалось. Стоило мне подойди к экипажу, как он тут же оказался рядом. Мой грозный взгляд его не смутил. Крис вообще делал вид, что ничего не случилось. А я не хотела устраивать скандал на глазах прислуги. Поэтому мы язвительно улыбнулись друг другу и разместились в экипаже. Я украдкой проверила, не забыл ли Крис медальон. И пусть от дяди он не спасет, зато защитит от досужих кривотолков. Уже хорошо.

Весь путь до дворца мы молчали. Не будь мы в ссоре, я бы сейчас наверняка распиналась о том, как следует себя вести и что кому говорить. Так что Крису даже повезло, что я не желала тратить на него словарный запас.

Экипаж остановился. Крис вышел первым и подал мне руку. А я по-прежнему была готова его убить, но руку все-таки подала. Мы молча вошли внутрь. Слуга провел нас в гостиную Каламины – пока здесь гостила принцесса, надо было соблюдать правила приличия и позволить представить нас прежде, чем ввалиться в комнату.

– Как зовут вашего спутника, ваше высочество? – слуга, имени которого я не помнила, обратился ко мне, как более высокопоставленной особе.

– Крис…

– Кристерен Верн, – перебил меня Крис. Слуга возмущенно взглянул на него, но выказывать недовольство не стал, а просто распахнул двери в гостиную и произнес наши имена.

Каламина сидела на диване. Она была грустна, как пасмурный день. Эд, на всякий случай, крутился рядом, чтобы она случайно не передумала. Здесь же был и Эрик – как я могла хоть на миг о нем забыть? Хорошо, хоть Маргарет еще не вернулась. От Люции еще никто так просто не уезжал.

– Добрый вечер, – сказала я, а Крис поклонился.

– Оливия, как хорошо, что вы пришли! – Каламина встала и сжала мои руки. – Мне было бы грустно уехать, не попрощавшись с вами, но дела срочно призывают меня домой.

– Как жаль, – на самом деле я не сожалела, потому что теперь Эд перестанет бродить за мной, как приклеенный, и требовать избавить его от невесты.

– Мне тоже. Присаживайтесь. Смотрю, вы сегодня не одна.

– Да, это мой старинный друг, – сказала я, отмечая, как нахмурился Эрик. Что ж, пусть злится, сколько захочет.

Стоило принцу Винченсы дернуться в сторону дивана, как Крис сел рядом со мной. Эрик покраснел. Секунду мне казалось, что сейчас он вылетит из комнаты, громко хлопнув дверью, но парень сдержался и присел рядом с Миной.

– Мне очень понравилось в Миридане, – тем временем говорила Каламина. – Чудное место. Все такие приветливые. И я с готовностью приму вас в нашем королевстве. Пусть оно и маленькое, но мы всегда рады добрым друзьям.

И все-таки она милая. Кажется мне, Эд упустил свой шанс. Теперь женится на ком-нибудь вроде своей матери и будет всю жизнь с ней ругаться из-за каждого пустяка. Еще пожалеет, что когда-то отверг скромную и тихую Каламину.

– Я отправлюсь в путь завтра рано утром, – сказала принцесса. – Эдуард хотел проводить меня немного, но я отказалась. Не хочу утруждать его высочество.

– Что вы, Мина! – вспомнил Эд, что он «безнадежно влюблен». – Я готов последовать за вами на край света. Ваши глаза пленили мое сердце, а ваши волосы…

– Мне жаль разбивать вам сердце, так что не будем об этом, – Мина поспешила развернуться ко мне и резко сменила тему разговора: – Ливи, мой батюшка очень любит сладости, и повара его императорского величества согласились приготовить для него что-нибудь особенное. Что бы вы мне посоветовали?

Мы принялись обсуждать разнообразные сладости империи Миридан. Я настаивала на засахаренных орешках, Эд предлагал испечь громадный торт, Эрик припомнил, что ему понравились фруктовые пирожные. Мы так разгорячились, что приказали приготовить нам чай и те самые пирожные. В разгар спора Эд увлек Криса к столу и предложил продолжить игру. Слуги тут же принесли доску. Мы еще какое-то время болтали, а затем подошли ближе к игрокам и наблюдали за серьезной схваткой.

Стоило признать, Крис не уступал Эду, хоть дамки-поддавки – это мириданская игра.

– Кто научил тебя играть? – спросила я Криса, пока кузен обдумывал очередной ход.

– Друг, – ответил тот. – Он был из Миридана.

– Да? И из какого поселения? – спросила я, но тут Эд сделал свой ход, и Крис вернулся к доске.

Мина была полностью поглощена игрой. Видимо, ей такое развлечение было в новинку, поэтому я предложила принцессе сыграть со мной. Нам тоже принесли доску, и только Эрик не знал, куда себя деть. В итоге он замер за спиной Каламины, чтобы мне было хорошо его видно, и являл собою статую отчаяния. Но я делала вид, что ничего не замечаю.

Мина играла с азартом. Эрик становился все мрачнее. Когда принесли пирожные, он походил на грозовую тучу и даже не оглянулся, услышав стук двери. Служанка шла к столику, чтобы опустить на него поднос, когда Эрик понял, что больше не выдержит моего наплевательского отношения, и ринулся к двери. Поднос взмыл вверх. Чашки, к счастью, перекинулись на пол, а вот пирожные приземлились на юбку Каламины.

Служанка ахнула и упала на колени.

– Простите, ваше высочество, – засуетился Эрик, пытаясь собрать крем с испорченного платья. – Чего стала, дуреха? Неси полотенца.

И вдруг я заметила, что Каламина на что-то уставилась. Я подошла поближе, вроде как желая помочь, и мысленно пожелала Николусу подавиться, потому что на ухе у Эрика была довольно большая родинка. Каламина, разочаровавшаяся в Эдуарде, присмотрела себе нового супруга. А почему бы нет? По крайне мере, тогда Эрик точно оставит меня в покое.

Служанка увела принцессу, но перед этим я успела прочитать в глазах Каламины приговор. Эрик признается годным на роль мужа и подлежит наказанию в виде срочной помолвки. Меня душил смех. Чтобы не возникло лишних вопросов, я прикрыла лицо кружевным платочком.

– Вы плачете? – Эрик тут же очутился рядом, забыв о Каламине. – Неужели вас так расстроило, что я оказал внимание другой девушке? Молю, простите меня. Просто я был виноват…

– Молчи, – сквозь смех проговорила я, – молчи!

Эрик побледнел. Хоть бы удар не хватил бедолагу. Я выскочила из гостиной и забилась в приступе хохота. Нет, Николус молодец! Он избавил меня от незадачливого жениха, а это куда лучше, чем разлад между Эдом и Миной.

Я вернулась в комнату, вытирая глаза. Следы чая уже убрали, и никто бы не сказал, что тут произошло несколько минут назад. Заметив мои покрасневшие очи, Эрик попытался сказать что-то в утешение, но тут в дверях появилась Каламина в ярко-малиновом платье.

– Принцесса, прошу меня простить, – тут же сменил он объект пламенных речей.

– Все в порядке, – ласково остановила его Каламина. – Господа, у меня есть, что вам сказать. Я тут подумала, пока переодевалась… Миридан – прекрасная страна, и мне жаль, что удалось так мало узнать о нем. Поэтому я решила немного задержаться.

Эд побелел. Надо подсказать братцу, что эта перемена – не в его честь. Эрик, наоборот, обрадовался. Видимо, постарается загладить свою вину. Вот только принц не знает, чем ему это грозит. Ой, боюсь, Винченса все-таки получит в скором времени свою будущую королеву. Но буду ей, к счастью, не я.

Часть 2. Тени власти

Глава 18. Круговерть

Огромный зал старинного замка освещали тысячи свечей. Она ненавидела тьму, хотя и считала себя её порождением. Стоило солнцу скрыться за горизонтом, как начинала метаться из угла в угол в поисках света. Ей все время казалось, что свечей мало. Она требовала принести больше и больше, дополняла их магическими светлячками, но те слишком быстро гасли – их пожирала сама атмосфера, всегда царившая вокруг неё.

– Все готово, госпожа, – голос единственного человека, на которого могла положиться, заставил вздрогнуть и отвлечься от горестных мыслей.

– Отлично, – она легко соскользнула с кресла на возвышении, больше напоминавшего трон, и спустилась на три ступеньки, чтобы оказаться лицом к лицу с другом. Прикоснулась к горячей щеке, заглянула в черные глаза, улыбнулась.

– Что прикажете? – его голос вздрогнул, как и всегда, когда она оказывалась так близко.

– Нет смысла дольше ждать. Моя месть будет сладка. Так пусть же она начнется сегодня. Иди, Андриан. И возвращайся с хорошими вестями.

– Обязательно, – на губах, обычно сомкнутых в тонкую линию, мелькнуло подобие улыбки. Молодой человек развернулся и пошел к двери, а она смотрела ему вслед и думала о том, что до мечты остался всего один шаг. И если ради этого шага придется пожертвовать Андрианом, она сделает это.

***

И как я могла забыть? С этой мыслью носилась туда-сюда по комнате, пытаясь одновременно решить массу проблем: что надеть, какую сделать прическу, тащить за собой Криса – или нет?

А все потому, что после возвращения из дворца меня ожидало письмо от Берта, в котором он напоминал, что на следующий день состоится выпускной в МАМИ. К письму прилагалось приглашение. Я ведь обещала прийти! И забыла. Ну как я могла забыть?

Голова кипела от десятка задач первостепенной важности. Служанки метались следом за мной, предлагая то одно платье, то другое. Но ни одно не казалось подходящим, чтобы посетить Академию. В конце концов, остановила свой выбор на тесном розовом платье с отделанной кружевами юбкой. Оно выглядело достаточно торжественным, и в то же время женственным. И я надеялась, что Берту не будет стыдно за то, что позвал меня на праздник.

С прической все решилось само собой. Горничные усадили меня на стул и захлопотали над волосами, взбивая их в высокую прическу, оставив только пару игривых локонов. Я постепенно переставала узнавать себя в зеркале, а девушки казались довольными делом своих рук.

Вот только насчет Криса меня по-прежнему терзали сомнения. Он так и не извинился. По дороге домой мы играли в молчанку. Это казалось глупым, но я не собиралась сдаваться первой. А, значит, Крис сегодня останется дома. До МАМИ не такое уж огромное расстояние, чтобы он плохо себя чувствовал в мое отсутствие.

Сразу после заката подали экипаж, и я отправилась навстречу развлечениям. Никогда не видела, как происходит выпуск в Академии. Николус как-то рассказывал мне, что организовывается целая процессия, которая проходит по улицам города, прославляя новоиспеченных дипломированных магов. Интересно, мы с Бертом пойдем вместе со всеми? Он ведь еще не выпускник. А я вообще не имею отношения к МАМИ.

Берт ждал меня на условленном месте – у ворот Академии. Он вырядился, как франт – темно-синие брюки, черный жилет, расшитый золотой ниткой, светлая рубашка. На плечах – нашивки. Как мне потом объяснили, они определяли принадлежность студента к тому или иному факультету.

– Оливия, – помахал он мне рукой, шагая навстречу. – Как хорошо, что ты смогла приехать!

– Я всегда держу слово, – улыбнулась, протягивая ему руку. – Ну что, когда начнется то волшебное действо, ради которого ты меня пригласил?

– С минуты на минуту, – Бертран увлек меня к основному корпусу. – Пойдем, покажу тебе наших выпускников.

Стоило нам свернуть к центральным дверям МАМИ, как меня оглушил шум. Странно, почему я не услышала его издали. Наверняка, на территорию Академии было наложено какое-то заклинание. Возможно, только на эту ночь.

Толпа юношей и девушек в разноцветных мантиях перемешивалась с гостями, жаждавшими разделить с друзьями эту ночь. Я заметила среди выпускников Николуса – неужели вечный студент все-таки сдал экзамены? И почему не сказал? Надо будет на него обидеться.

– Цвет мантии и вышивка на ней соответствуют факультету, – рассказывал мне Берт. – Травники – в зеленом, боевые маги – в синем, целители – в желтом, стихийники – в красном. Оранжевый принадлежит магам, которые работают с материей. Голубой – цвет универсалов. Они умеют все понемногу, но в основном специализируются на бытовой магии. В белом – вольные курсы. Фиолетовый – цвет некромантов.

– Их тоже обучают здесь? – я пожалела, что никогда не вникала в то, что творится за стенами МАМИ.

– А где же еще? Некромантия разрешена только на войне, чтобы задержать врага и нанести ему как можно больший урон. Поэтому некромантов с лицензией выпускает только МАМИ. Другие четыре Академии не имеют такого права. Видишь, это самая малочисленная группа. Не все рождаются со способностями к убийству и работе с мертвыми.

– А я? К какой бы группе принадлежала я? – мне стало интересно.

– Это может определить только декан, но, думаю, к материалистам. Или универсалам.

Я хмыкнула. Видимо, для Хранительницы порталов еще не придумали факультета. Может, основать свой? Буду вся такая великая, в мантии…м-м-м… розового цвета, хоть я его и не особо жалую. Зато нежно. И буду учить студентов проходить сквозь стены. А что? Полезное умение.

– Сейчас начнется, – Берт потянул меня за руку, чтобы не отстала.

И действительно, громогласно грянули трубы, и у меня заложило уши. Выпускники мигом разделились на восемь колонн. Гости пристроились каждый за своей колонной. Мы присоединились к вольным курсам, и процессия двинулась по городу. Впереди шел декан МАМИ – худощавый пожилой мужчина в длинном черном плаще с вышивками семи основных факультетов. Я иногда видела его во дворец у дядюшки. Если память не подводила, его звали Моран Ширхор. Дядя говорил, он сильнейший чародей и его близкий друг. Если бы я чаще бывала во дворце, возможно, мы были бы знакомы куда лучше. За ним следовали деканы – восемь, по количеству колонн. Меня удивило, что во главе некромантов шествовала женщина, очень красивая в своем фиолетовом одеянии. А еще говорят, некромантия – не женское дело.

Помощник декана нес длинный свиток и провозглашал так, чтобы его слышали до самого конца колонны – конечно же, с помощью магии:

– Анарон Буран, маг четвертого ранга факультета стихийной магии. Добился успехов в управлении силами огня и воздуха. Сражался в битве у Корота на стороне наших союзников, королевства Валлар. Проходил практику при королевском доме Валлара. Усовершенствовал заклинание воспламенения жидкостей.

Такой, а иногда и более длинный список сопровождал каждого выпускника. Я удивлялась, как у глашатая не болело горло, потому что выпускников набралось около сотни.

Процессию приветствовали радостные крики и аплодисменты. Девушки кидали понравившимся юношам букеты цветов. Взмывали в небо фейерверки, гремели трубы. Ощущение всеобщего восторга захватило и меня тоже. Я смеялась, как ребенок, и ловила разноцветные бумажные ленты. Берт крепко держал меня за руку, веселясь вместе со мной.

У Николуса получился особо длинный список практики, учитывая, сколько лет он посвятил Академии. Но и список достижений внушительный. Я узнала, что он работал над заклинанием замораживания и сумел создать особую форму ледяного заклятия, соеднив его с магией воздуха.

Наконец, хвала выпускникам подошла к концу.

– Славьте лучших магов Миридана! Славьте императора! – провозгласил декан, и улицы взорвались криками:

– Слава императору! Слава свету! Слава его воинам!

– Тебе нравится? – пытался докричаться до меня Берт.

– Очень, – ответила я. – Спасибо тебе.

– Тебе спасибо!

Мы снова вернулись к МАМИ. Всех гостей пригласили пройти сквозь портал между МАМИ и полем, на котором уже все было готово для демонстрации способностей выпускников. Мрак ночи рассеивали сотни тысяч огоньков. Поле было разделено на сектора для каждого факультета. Мне хотелось видеть все и сразу, но невозможно было одновременно уследить за стихийником, создающим огненные розы, травницей, потчующей всех желающих зельем левитации, некромантом, вызывающим тени… Глаза разбегались от такого многообразия.

Затем мы снова миновали портал, и оказались в главном зале МАМИ. Гости заняли места у стен, а декан принялся вызывать выпускников для вручения свитков с императорской печатью. Дядюшка говорил, что часто присутствовал на этой церемонии, но в этот раз, видимо, не получилось. Выпускники снимали мантии, оставляли их в руках следующего курса своих факультетов и поднимались на возвышение к декану, где произносили:

– Клянусь верой и правдой служить Миридану, его императору и жителям империи, и никогда не использовать магию во вред.

После этого выпускники получали свитки, декан еще раз оглашал их ранг, и с гордо поднятыми головами они шествовали в бальный зал.

Чего-чего, а танцевать мне не хотелось. Признаться честно, я устала, хоть меня и поглощал до сих пор дух эйфории торжества. Но Берт не сдавался. Он вытащил меня в центр зала, и мы закружились в танце. Я безжалостно наступала ему на ноги, хохотала, извинялась и продолжала портить его ботинки. Берт прижимал меня к себе, не давая упасть, потому что я была близка к этому. Людей было слишком много. Они радовались, что империя Миридан получила новых защитников.

Одна мелодия сменяла другую. Меня пригласил один из выпускников – кажется, я видела его на поле среди целителей. Затем я танцевала с самим деканом. Он узнал меня, потому что загадочно улыбался и намекал, что не прочь был бы получить такую ученицу, как я.

И вдруг музыка резко оборвалась. Я завертела головой, пытаясь обнаружить причину кощунства. И увидела мужчину в запыленной одежде с серым от горя лицом. Он поднялся на возвышение для оркестра и громко произнес:

– Маги Миридана, на его императорское величество, милостью света императора Миридана Себастьяна из рода Анабелроуз, было совершено покушение. Молитесь за императора.

Я чуть не осела на пол. Меня подхватил декан и тут же потащил к выходу. Мы продирались сквозь стенания и плач. Дамы заламывали руки. Вчерашние студенты с решимостью направлялись за нами. Рядом возник Берт и взял меня под вторую руку.

Я ничего не понимала. В голове внезапно воцарилась пустота. Покушение? Как? На дядю? Кто посмел? Где? Почему? Ком вопросов, в котором нельзя было разобраться. Почему мне нельзя было выть, как этим дамочкам? Чем я хуже? Но глаза оставались сухими, и я шла к воротам, у которых уже ждал экипаж. Конечно, не меня, а декана, но первой сесть в него довелось мне. Берт что-то шепнул Морану, тот кивнул, и друг сел в экипаж вместе с нами.

– Оливия, девочка, – сжал Моран мою ладонь, внезапно ставшую ледяной, – держись.

Я наклонила голову. Берт аккуратно обнял меня за плечи и привлек к себе. Я прижалась щекой к его плечу и закрыла глаза. Может, это сон? Тогда надо проснуться! Но это был не сон…

Я не замечала, какие улицы мы проезжали – понимала только, что приближаемся к императорскому дворцу. Я рвалась туда – и в то же время боялась, что все уже кончено. Дядя… Он сильнее всех, кого я знала. Как же он мог подпустить к себе убийцу? Или он заметил его слишком поздно? Или не заметил вообще? Куда смотрели его телохранители? Мне казалось, что голова вот-вот взорвется от мыслей.

Экипаж вздрогнул и остановился. Берт помог мне выйти. Я чувствовала себя куклой – мне говорили, куда идти, куда сворачивать. Стража у ворот загородила нам путь, но узнала меня и пропустила. Я растерянно смотрела по сторонам. Кто все эти люди, наполнившие дворец? Откуда они очутились здесь раньше нас?

– Оливия.

Я смотрела на человека перед собой – и не узнавала, пока он не подошел и не встряхнул меня за плечи.

– Крис, – я так внезапно пришла в себя, что даже голова закружилась. – Как ты здесь оказался?

– За тобой прислали, и я решил, что могу быть здесь полезен. Идем.

Мы свернули к дверям кабинета Эдуарда. Конечно, надо поговорить с кузеном. Кто еще может объяснить, что случилось, если не он? Я толкнула массивную дверь.

Эд сидел за столом, уронив голову на руки. Вокруг хлопотала взволнованная Каламина. Она предлагала принцу воды, но тот молчал. Эрик бледным изваянием застыл у окна. Четвертым был дядюшкин советник, Делай Лоргис.

– Ваше высочество, – склонился он.

– Здравствуйте, господин Лоргис, – ответила я.

При звуке моего голоса Эд приподнял голову. Он выглядел совсем плохо. Хуже, чем я ожидала.

– Что произошло? – на смену моему волнению внезапно пришла холодность, словно из меня разом выкачали все чувства.

– Позвольте мне? – оглянулся Лоргис на присутствующих. – Его императорское величество Себастьян выехал из дворца, чтобы почтить своим присутствием церемонию вручения дипломов в МАМИ.

– Давайте без официальных фраз, – утомленно попросила я, подвигая стул и присаживаясь рядом с Эдом. Его ледяная ладонь мигом сжала мои пальцы.

– Как прикажете, – вздохнул Делай, прекрасно зная, что спорить со мной бесполезно. – Из стражников императора выжил только один, но и он на грани гибели. Он говорит, что его величество по дороге остановился, чтобы перемолвиться с какой-то женщиной. А затем она вдруг исчезла, оставив после себя заклятие. Охрану оно поразило сразу, император еще сопротивляется. Его осмотрели лекари, состояние крайне тяжелое.

– Я могу его увидеть? – спросила я.

– Да, конечно, пройдемте, ваше высочество.

Я с трудом забрала у Эда руку и направилась следом за Лоргисом. Спальня дяди находилась в соседнем коридоре. У дверей толпились лекари и стражники, а также соратники дяди, которые находились в столице. Я заметила, что за мной шел Моран Ширхор. Остальные остались в кабинете.

Дядя лежал на широкой кровати. Лицо его было настолько бледным, как если бы смерть уже наложила на него свой отпечаток. Он едва дышал, и у меня сжалось сердце от боли. Я готова была рвать на себе волосы, но вместо этого спокойно замерла над ним и вытянула вперед ладони. Надо понять, что именно поражено заклятием. Я всегда хорошо разбиралась в магических потоках. Где же они нарушены? Руки двигались над телом дяди. Голова – холодно, но это отголосок, не причина. Шея, грудная клетка. Сердце? Нет, не там. Печень. Именно печень. Огромный черный паук въелся в неё и высасывал силы. Это проклятие. Проклятие некроманта. И убирать его должен некромант.

– Оно в печени, – обернулась я к Морану. – Нужен некромант уровня не ниже второго. У вас найдется?

– Он перед вами, принцесса, – поклонился мужчина. – Но вам придется оставить меня наедине с Себастьяном, это опасно.

Я кивнула и вышла из спальни. Толпа лекарей тут же хлынула ко мне. Каждый доказывал свою правоту, каждый старался перекричать других. Но лишь трое из них упоминали некромантию. Я увлекла их за собой, приказав остальным покинуть дворец. Они возмущались, но подчинились. Все-таки я императорских кровей.

– Вот уж головная боль, – слышала я в спину.

– Госпожа? – оставшиеся лекари глядели на меня в ожидании.

– Ждите здесь. Скоро появится господин Ширхор и скажет, что вам делать.

Я же побрела в кабинет. Работа некроманта – дело длительное и кропотливое. Стоит ошибиться хотя бы в одном слове, одном жесте – и жертве конец.

Встречали меня гробовым молчанием. Я снова примостилась рядом с Эдом и впервые пожалела, что Маргарет далеко. Она была для него ближе, чем я. А я не знала, что делать, как успокоить.

– И думать не смей, что он может умереть, – мой голос прозвучал слишком безразлично, но иначе было просто нельзя. – Ты – будущий император Миридана, так покажи свою силу. А запереться в четырех стенах и жалеть себя может всякий.

– Как жестоко, – пролепетала Каламина.

– Всех несогласных прошу выйти вон, – глянула на неё так, что девушка подобралась, как струна.

– Ты права, – взгляд Эда немного прояснился. – Я – трус. И не за него я боюсь, а за себя. Что я буду делать, если отца не станет? Смогу ли править Мириданом? Прости, Оливия.

– Все в порядке, – вздохнула я. – А где тетя?

– Гостит у родителей в замке Ольвил. Я послал к ней вестника. Думаю, завтра вечером будет здесь.

– Уже лучше. Я обнаружила у дяди некромантское проклятие. Моран попытается от него избавиться.

– Некромант? В Миридане все некроманты на учете, – сказал Эд. А ведь он был прав! Надо немедленно начать поиски убийцы. Узнать, кто из некромантов сейчас в столице, и вызвать их во дворец. Их ведь немного. Зато у всех будет прекрасная отговорка – МАМИ.

Распахнулась дверь, и все мы уставились на Морана. Мужчина казался белее мела, по его лбу катились капли пота.

– Будет жить, – выдохнул он, падая на стул. – Я уничтожил заклятие Себастьяна, а к стражнику направил лекарей. Императора проклял некромант не ниже третьего ранга. Надо искать.

– Я займусь этим, – сказала кузену. – Прикажи закрыть все выезды из столицы, а потом поговори с подданными. Они толпятся в приемной. И, думаю, лучше никому не сообщать о проклятии и о том, что оно снято. Скажи, что состояние тяжелое. Пусть убийцы думают, что почти достигли цели.

– Хорошо, – кивнул Эд. Его лицо приобрело выражение мрачной решимости. – Ты останешься ночевать здесь?

– Да. Вдруг дядя очнется, – ответила я.

– Тогда распоряжусь приготовить комнаты для всех желающих. Спокойной ночи, господа.

Принц покинул кабинет с гордо поднятой головой. Каламина тут же попрощалась и выскользнула следом, а Моран вернулся к своему венценосному пациенту. Со мной остались только Эрик, Крис и Берт. Похоже, я начинаю привыкать решать проблемы именно этим составом.

– Мне нужна помощь, – сказала, разглядывая свой «отряд». – Берт, я попросила бы тебя завтра наведаться в МАМИ, поговорить с приятелями, узнать, не встречали ли они в последние дни кого-нибудь подозрительного. Особо пообщайся с некромантами. Крис, возвращайся домой. У меня много друзей. Кто-нибудь из них мог что-то видеть. Если они придут, поговори с ними от моего имени. Эрик, помоги Морану, ты же целитель. А завтра будешь со мной принимать некромантов. Ваша с Мораном задача – не только помочь дяде, но и определить, что за проклятие использовалось, и кто мог его создать. А сейчас извините, я слишком устала, мне надо отдохнуть.

Я не дала парням возможности согласиться со мной или отказаться. Мне было все равно, что они об этом думают. Я понимала, что не смогу уснуть, но надо было просто лечь и собраться с мыслями. Кто желает смерти дяде? Кто мог подобраться так близко, чтобы охрана не встревожилась и сама подпустила его? И что за проклятая женщина нас преследует? Найти бы хоть один ответ.

Глава 19. В поисках истины

За окном царила глубокая ночь, а я сидела на краю кровати, обхватив голову руками. Пару раз выскальзывала из комнаты и пробиралась к спальне дяди, чтобы убедиться, что он по-прежнему жив. Моран говорил, магические каналы будут восстанавливаться долго, и дядя придет в себя как минимум через неделю, а то и больше. Но мне просто надо было слышать его дыхание. Затем я возвращалась к себе и продолжала вглядываться в ночную тьму.

Я бы не заметила, что открылась дверь, если бы луч света не скользнул по полу, а затем снова исчез.

– Так и знал, что ты не спишь.

– Крис? – удивленно перевела взгляд на говорившего. – Я же попросила тебя остаться дома.

– Там Берт. В МАМИ нечего делать раньше утра, а к утру уже буду в особняке.

– И почему ты здесь? – я настолько устала, что даже на споры не было сил.

– Потому что знал, что ты не спишь.

Крис сел рядом, и я опустила голову ему на плечо. Не знаю, долго ли мы сидели, пока он снова заговорил:

– Твой дядя выжил. Чего еще желать? Тебе следует быть благодарной, а ты хмуришься.

– Ты прав, – ответила я. – Слишком многого хочу, да?

– Не в том дело. Ты излишне требовательна к себе. Вот тебе и неймется. Я сам такой, поэтому понимаю. На родине у меня было все – и ничего не осталось. Так к чему было рваться вперед, сметая все на своем пути? Мучить себя ответственностью? Разве ты виновата, что на твоего дядю напали? Нет. Никто не виноват, кроме нападавшего. И что-то мне подсказывает, он был не один.

– О твоем доме… – моя апатия постепенно исчезала. – Кем ты был… в той жизни?

Крис какое-то время молчал. Я уже думала, что он не ответит, когда парень заговорил:

– Я родился в княжестве Светен, что к северу от Винченсы. Оно небольшое, но как я тебе рассказывал, у нас в княжестве налажено немагическое производство стекла, а еще сплавов, защищающих от магии. Пусть их действие и не долговременно, но в войне помогло. Винченса хотела поглотить Светен – их интересовал этот сплав, а продавать его мы отказались. Вот только с помощью наших изобретений мы смогли продержаться довольно долго. Мой отец был князем Светена, и в одной из битв он погиб, а я попал в плен. Что стало с моим старшим братом, не знаю. Знаю, он был ранен. Жив, нет – никто не скажет. Но я пытался навести справки, и выяснил, что винченцы отступили. Светен еще не пал, и война пока прекращена. Мне очень надо домой, Ливи. Если бы не эта печать…

Крис сжал кулаки. Я понимала его, но ничем не могла помочь. А может… У меня возникла идея, кто точно знает, как избавиться от клейма, если есть хоть один способ. Но бегать по дворцу ночью в поисках нужного мне мага показалось глупым, и я отложила попытку до утра.

– Ливи, ты не подумай, что я ненавижу тебя, – продолжал Крис. – Хотя, иногда ненавижу, но… я не хочу, чтобы ты плохо думала обо мне.

В груди кольнуло. Мне нравилось слушать его голос. Я поймала себя на мысли, что могла бы так просидеть еще долго. Внезапно Крис порывисто наклонился ко мне, поцеловал и вынесся прочь из комнаты. Опять магия печати? Я постаралась не обращать внимания на вспыхнувшие щеки и учащенный пульс. Это магия, просто магия. Никакой любви. Совсем никакой. Мне показалось, почудилось. Почудилось ли?

Я все-таки забралась под одеяло и постаралась погрузиться в сон. Если утром в голове будет каша, никогда не смогу отыскать некроманта, который покушался на дядю. Маги слишком полагаются на свою магию, поэтому иногда прокалываются в мелочах. А, значит, надо сосредоточиться и заметить эти мелочи.

Но Крис и его поцелуй все никак не выходили из головы. Я вертелась с боку на бок и спрашивала себя, что же чувствую к нему. Любовь? Нет, какая любовь? Скорее, симпатия. Да, не дружеская. И что с того? Я – взрослая девушка, в конце концов. Правда, Крис – человек, к тому же раб. Может, мои чувства – это и правда действие печати? Почему меня к нему тянет? Почему мне становится спокойнее, стоит ему появиться рядом? А ведь он пришел во дворец, чтобы поддержать меня. Хотя мог бы не прийти. Светлое небо, да что же это?

К рассвету я уснула. Конечно, сон был недолгим и тревожным, но, как ни странно, я отдохнула. Пока завтракала, для меня доставили пару платьев из особняка – негоже сейчас расхаживать в розовом наряде, в котором отправилась в МАМИ. Крис уже ушел. Зато Эрик был тут как тут. Он не спрашивал, можно ли составить мне компанию. Просто приказал слугам принести для него еще один прибор.

– Как твое самочувствие? – спросил Эрик, ожидая, пока первая присяду за стол.

– Лучше, чем вчера, – изучала его лицо, в это утро донельзя сосредоточенное. – Есть новости?

– Никаких. Моран просил передать, что некроманты прибудут к полудню. Так что у нас хватит времени подготовиться. Ты придумала, как заставить их говорить?

Я пожала плечами. Действительно не знала, что же мне делать. Но не собиралась так легко сдаваться.

– Ты сегодня другой, – заметила я.

– Из твоей спальни ночью выходил человек, – нахмурился Эрик.

– А ты что, под дверью дежурил? – вскинула брови.

– Нет, мимо проходил.

– Да что ты говоришь?

Насупленный Эрик мне нравился куда больше. Исчезла его неуверенность, и передо мной был вполне здравомыслящий маг. Может, когда его влюбленность пройдет, мы сможем подружиться?

– Кто он тебе? – похоже, от Эрика так просто не избавиться.

– Друг, – ответила я.

– Люди не дружат с магами. Они убивают друг друга. Вспомни, что случилось с твоим отцом, когда он отплыл в человеческие земли?

– Он исчез, – ответила я. – Вот только с чего ты взял, что мои родители плыли к людям?

– Потому что ты вся в них, – Эрик скривился, как будто проглотил что-то кислое, и моя тяга к дружбе подугасла. – Они тоже считали, что люди и маги равны, что нам есть, чему поучиться друг у друга. Поэтому и решили взглянуть, как живется на той стороне.

Я хмыкнула. Да, мама и папа были такими. Не помню, чтобы говорила с ними о людях, но они точно ко всем относились удивительно ровно. И к людям, и к магам различных рангов, и к низшим. Низшие… А ведь они тоже могли что-то видеть. Надо точно узнать, где произошло нападение.

– За мной! – внезапно рявкнула на Эрика и подскочила из-за стола.

Принц послушался. В коридоре я налетела на Делая Лоргиса и на ходу спросила:

– Где напали на дядю?

– На площади Огненной девы, – ответил тот, – а…

Однако я его уже не слушала, несясь вниз по лестнице. Слуги шарахались от меня в разные стороны, но разве мне было до кого-то дело? Чей-то экипаж только прибыл ко дворцу. Его хозяева как раз поднимались по лестнице. Я пробежала мимо них, запрыгнула в экипаж и скомандовала кучеру:

– Именем империи, гони!

Эрик едва успел забраться за мной, потому что кучер так стегнул лошадей, что они понесли по улицам, словно ветер.

– Куда гнать-то? – спросил он.

– На площадь Огненной девы.

И почему я не открыла портал? Почему? Это было бы куда быстрее. Но силы мне могут еще понадобиться. А вдруг я их найду? Отыщу мерзких преступников? Нет, если бы женщина действовала одна, будь она хоть трижды некромантом, у неё ничего бы не получилось. Их было как минимум двое. И пока одна отвлекала дядю, второй или вторая плели заклинание. Некромантия не терпит спешки.

Эрик смотрел на меня, как на безумную. Думаю, в тот момент принц радовался, что не успел связать со мной жизнь. Мало кто видел меня в таком смятении чувств. Что ж, будет знать, что надо иногда прислушиваться к сплетням и не свататься к первым попавшимся.

Экипаж остановился. Я выпрыгнула на мостовую и махнула кучеру: «езжай». Эрик замер рядом, опасаясь единым жестом мне помешать.

– Что мы ищем? – шепотом спросил он.

– Улики, – ответила я. – А теперь молчи.

Я внимательно осмотрела площадь. Ничего особо выдающегося, кроме громадного фонтана огненной девы, местной легенды. Когда-то давно она якобы защитила жителей прилегающих улиц от грандиозного пожара. А затем на месте этого подвига стал бить родник, и был построен фонтан в форме женской статуи, окутанной языками пламени. А раз здесь есть вода – значит, есть и водянички. Их народец мне до сих пор благодарен, что не дала высушить один из водоемов вблизи столицы.

– Девочки! – позвала я, присаживаясь на бортик фонтана и опуская ладонь в воду. – Вы мне нужны.

Веселый рой откликнулся на призыв, осыпав меня брызгами. Малютки-водянички в голубых платьицах взлетели ввысь на небольших пузырьках. Они обрадовано защебетали.

– Тише, – приложила палец к губам, заметив заинтересованные лица горожан в окошках домов. – Есть разговор.

– Конечно, Оливия, – нежной музыкой пролились их голоса.

– Вчера на этой площади напали на моего дядю, – сказала я. – Может, кто-нибудь из вас что-то видел?

– Какой ужас… Какой кошмар… – полетели возгласы. – Жаль, что мы ничего не видели. В ночное время мы спим.

– Я видела, – пискнула самая маленькая водяничка. – Карету и женщину. Женщина долго ждала на площади, ходила туда-сюда, а потом приехала карета, запахло некромантией, и я нырнула в фонтан.

– Как она выглядела? – я еле удержалась, чтобы не схватить водяничку ладонями и не сжать со всей силы.

– Красивая, как ты. Темноволосая, в черном платье с белой брошкой. Она была не одна. С ней был юноша. Но он прятался вон там, – водяничка указала на одну из улочек. – И я его не разглядела, только почувствовала.

– А её лицо? Хоть какую-то примету? – продолжала настаивать я.

– Лицо скрывала шляпка. Видела только пухлые губки и небольшой тонкий шрам на шее слева.

– Спасибо, – вздохнула я и отпустила водяничек.

Итак, я была права. Снова дама, и не одна, а в компании молодого человека. Скорее всего, некроманта. Специально поджидала дядю – значит, знала, что он поедет этой дорогой. Возможно, даже назначила ему встречу. Что-то слишком много женщин суется в дела моей семьи в последнее время. А, может, всего одна? Шрам… Мелькнула догадка, но она показалась мне слишком невероятной. Может ли быть…

Экипаж все еще ждал. Эрик пошел за мной, не задавая лишних вопросов. Был бы таким тихим всегда – ему бы цены не было.

– Куда теперь? – флегматично спросил кучер.

– В предместья. Остановишь у западной заставы.

Снова заскрипели колеса экипажа, но теперь я была куда спокойнее. Чтобы отыскать убийц, нужна хитрость. Так будем же хитрее и не позволим водить себя за нос. Преступники – не духи, а живая плоть и кровь. Значит, их можно найти.

– Оливия, уже почти полдень, – подал голос Эрик.

– Это не займет много времени, – отмахнулась я. – Вернемся через портал.

Принц вздохнул, но перечить не стал. Мудро. Взрослеет.

– Ливи…

– Ну что еще? – взвилась я.

– Ты, случайно, не знаешь, что с Каламиной? – Эрик вжался в подушки сидения, но его вопрос больше позабавил меня, чем разозлил.

– А что такое? – спросила я.

– Она как-то странно себя ведет. Передумала уезжать, бродит за мной, словно тень. Покоя нет ни днем, ни ночью, – смущенно поведал парень.

– Поздравляю, это любовь, – сиди он ближе, я бы похлопала его по плечу.

– Но она же любит Эда! – не унимался принц.

– Уже не любит, – пожала я плечами. – Любовь – вещь непостоянная. А к Каламине присмотрись. У неё добрая душа.

Взгляд Эрика стал затравленным. Ему не позавидуешь. Если сам Эдуард спасался от Каламины бегством к сумасбродной кузине, то как же поступит Эрик? Если бы не болезнь дядюшки, я бы вдоволь посмеялась над этой историей.

– Ливи, её чувства ко мне еще не означают, что я о тебе позабыл, – отвел взгляд Эрик.

– Лучше бы забыл, – сказала я, замечая, что мы почти на месте. – Поверь, рядом со мной тебе счастливым не стать, как и мне рядом с тобой.

– Ты… любишь его, да?

Этот вопрос застал меня врасплох.

– Кого – его? – переспросила я.

– Криса, чтоб его тьма взяла, – Эрик стиснул кулаки. – Думаешь, я не замечаю, как он на тебя смотрит? Только помни – он поиграет твоими чувствами, и забудет. Людям верить нельзя. А ему – тем более.

– И чем он так выделяется на общем фоне? – экипаж остановился, но мы не торопились выходить.

– Он темнит! – нахмурился принц. – Что ты о нем знаешь? Откуда он родом? Как попал в рабство? Или это было специально? Тебе никогда не приходило в голову, что его к тебе подослали?

– Придержи язык! – гаркнула я. – Крис из Светена. Знаешь, где это?

– Мы воевали с ними, – ответил Эрик.

– Вот именно. Воевали, и в бою его схватили, а затем продали в рабство.

– Мы не поступаем так с пленными воинами, – принц покачал головой. – Даже с людьми. Он лжет тебе, Ливи. Помни, ты – не просто рядовой Мириданский маг, а принцесса и хранительница порталов, уникальная в своем роде. И вдруг рядом с тобой появляется… этот.

– Тогда зачем Этому тройная печать, если из неё не выбраться? – не сдавалась я.

– Тройная? – Эрик удивленно моргнул. – И правда, зачем? Глупо… Хотя, может, она поддельная?

– Нет. Я проверяла, – распахнула дверь экипажа и спустилась на землю. – Идем.

Я отпустила кучера, и мы с Эриком двинулись вдоль покосившихся домишек.

– Мы приехали к Ронни? – спросил тот.

– Да, есть разговор.

– Думаешь на его мать? Но зачем ей это? Связи никакой.

– Женская интуиция, – ответила я. – Связи-то нет, но проверить надо. А вдруг она взъелась на меня, что помогла Ронни и Мими? Приехала в столицу, сожгла мою квартирку, напала на дядюшку. Только вот покушение в эту картину плохо вписывается. Пытаться убить императора, чтобы отомстить глупой девчонке? Нет, конечно. Но все равно поговорим с Мими.

Я обычно хорошо запоминаю дорогу. Вот и в этот раз без труда отыскала домик Ронни и Мими. Эрик постучал в двери, послышались быстрые шаги и раздался женский голос:

– Кто там?

– Эрик и Оливия, – ответил принц, и засов тут же отворился.

Мы вошли в тесную прихожую. Радостная Мими бросилась мне на шею. Она светилась от счастья, и я впервые улыбнулась с того момента, как узнала, что дядю Себастьяна пытались убить.

– Как хорошо, что вы пришли, – защебетала она. – Проходите. Я как раз испекла пирог.

– Прости, мы не надолго, – остановила её.

– Ах, да, – лицо девушки помрачнело. – Слышала о покушении на императора. Сочувствую. С ним ведь все будет хорошо, правда?

– Надеюсь на это, – ответила я. – Мы ищем тех, кто в этом виноват.

– Может, пройдете в дом? – спросила девушка.

– Нет, извини, дела во дворце ждут. Я хотела задать тебе всего один вопрос – скажи, у матери Ронни случайно не было никаких особых примет?

– А что, она нас ищет? – вздрогнула Мими.

– Не в этом дело. Просто ответь.

– Ну, она такая высокая, темноволосая. Худощавая. У неё было кольцо с черным камнем вроде агата. А, еще пару родинок, одна у правого уголка глаза, а вторая на щеке, и небольшой шрам на шее.

– Слева? – вздрогнула я.

– Вроде бы да.

– Мими, вспомни точно, это важно, – еле удержалась, чтобы не встряхнуть её несколько раз.

– Слева, – кивнула девушка.

– Спасибо. Мы пойдем, но постараюсь заглянуть в ближайшие дни, – пообещала я. – А теперь можно мне отсюда открыть портал?

– Если тебе удобно, – ответила Мими.

Я сосредоточилась, представила свою комнату во дворце и раздвинула рамки пространства. Эрик первым шагнул в образовавшуюся дыру, я попрощалась с Мими и последовала за ним. Мигом закололо в висках. Все-таки слишком много переживаний принесла минувшая ночь. Зато мы успели вовремя – часы показывали без пяти минут полдень. Я на ходу глянула в зеркало, поправила платье и вылетела в коридор, чуть не сбив с ног Каламину.

– Оливия, тебя просили подойти в малый тронный зал, – прощебетала она и вдруг побелела. Рядом со мной появился Эрик. Вынесла же его нелегкая! Не мог подождать!

– Прошу меня извинить, – пролепетала принцесса и бросилась прочь.

– Иди и успокой её, – обернулась я.

– Чтобы она себе что-то напридумывала? – Эрик казался таким невозмутимым, что мне захотелось его ударить – из женской солидарности. – Нет, Оливия. Мое сердце принадлежит тебе. И это неизменно.

Вот мало я его в детстве обижала! Надо было так стукнуть, чтобы его от одного моего имени в дрожь бросало. Хотя, за последние дни Эрик вырос в моих глазах. Но так и не дорос до статуса возможного супруга.

Я возмущенно фыркнула и направилась вдоль коридора в малый тронный зал. Вообще в дядюшкином дворце было просто заблудиться. Он любил запутанные коридоры, тайные комнаты и скрытые лестницы. Но в детстве я часто здесь бывала, поэтому помнила расположение комнат, как свои пять пальцев.

Эрик, наоборот, в устройстве дворца не понимал ничего, хотя и гостил тут почти месяц. Поэтому он просто брел за мной, делая вид, что отлично добрался бы и сам. Мы спустились по лестнице и очутились у малого тронного зала. Стражники склонили головы и распахнули перед нами двери.

– Её высочество, принцесса Оливия Анабелроуз. Его высочество, принц Эрик Винченский, – раздался голос герольда. Надо же, Эдуард обставил эту встречу с такой серьезностью.

Мы вошли в светлый зал, который только назывался малым, а на самом деле был огромным. Стены украшали полотна лучших мастеров Миридана, а дополнял обстановку зеркальный потолок. Мне всегда здесь нравилось. На возвышении стоял императорский трон – пустой из-за болезни дяди. Чуть ниже расположился Эдуард, как наследный принц. Затем – кресла для нас с Эриком, и у возвышения безо всяких кресел стояли Делай Лоргис и Моран Ширхор. Вдоль стен выстроились около двадцати человек. Надо же, как мало в столице некромантов. Что ж, это сужает поиски. Я прошествовала мимо них с гордо поднятой головой. Эрик шел на шаг позади, так как не принадлежал к императорскому дому Миридана.

– Добрый день, ваше высочество, – склонилась я в реверансе перед Эдом. – Здравствуйте, господа.

Некроманты ответили поклоном, и я заняла свое место.

– Можем начинать, – сказал Эдуард Лоргису.

– Господа, – заговорил советник, – все вы слышали прискорбное известие. Наш глава, избранный светом император Себастьян из рода Анабелроуз тяжело болен. Вчера на него было совершено магическое покушение. После расследования удалось определить, что это была некромантия.

Пока Лоргис говорил, я наблюдала за некромантами. К моему удивлению, большинство из них были достаточно молоды. Трое – вчерашние выпускники МАМИ, которые только получили право именоваться магами короны. Лишь пятеро были примерно возраста дядюшки, один – сед, как снег. Когда Лоргис заговорил о покушении, маги напряглись. Упомянул некромантию – и напряжение в зале стало ощутимо физически. Я пыталась выяснить, кто из них нервничает больше других. Может, вон тот парнишка в фиолетовом плаще? Или мужчина в сером со странной, наигранной ухмылкой? Или дама, глава факультета некромантии?

– Мы переговорим с каждым из вас, – продолжал Лоргис. – Зададим вопросы по поводу вчерашнего вечера. Будьте предельно откровенны. От этого зависит, будет ли наказан виновный. Разговор пройдет в соседнем кабинете. Ваши высочества, господин декан…

Эдуард поднялся первым и вышел из зала через боковую дверь. Мы последовали за ним, оставив Лоргиса приглядывать за некромантами, чтобы кто-нибудь ненароком не проклял своих соратников по типу магии. Ни для кого не секрет, что маги смерти – одиночки, и терпеть друг друга не могут.

В подготовленном для нас кабинете полукругом стояли кресла, а стол с письменными принадлежностями притаился в самом углу.

– Я туда, – шепнула кузену и заняла место писаря.

Ширхор попытался возразить, но разве возможно меня переубедить? Мне нужно было наблюдать со стороны, тихо и безмолвно. Преступник не может сохранять спокойствие. Он чем-то себя да выдаст.

Первой вошла магичка из МАМИ. Она была такой красивой, что слепило глаза. Вот бы мне хоть немного её красоты!

– Авера Ноулан, – представилась она, и я записала её имя.

Вопросы были стандартными. Тем более, все мы прекрасно знали, где вчера была красавица Авера. Я скучала и почти не слушала до того момента, как Ширхор спросил о новичках в городе.

Оказалось, их было трое. Приехали с разных концов империи. А вот все остальные были прекрасно знакомы как Авере, так и, как оказалось, Ширхору. Но он все равно вызывал каждого, оставив новичков на потом. Я вглядывалась в суровые лица – почему-то некроманты никогда не бывали милыми людьми. Наоборот, смерть словно уже отложила на них свой отпечаток. Каждый отвечал кратко, четко и по сути. Никаких попыток увильнуть от ответа. Лишь трое выпускников МАМИ немного выделялись. Они казались слегка испуганными, хоть мы и понимали – им нечего скрывать. Я пока не заметила ничего странного, и вся надежда оставалась на новичков. А если его просто здесь нет? Если убийца старался не попадаться никому на глаза? Тогда вообще все впустую.

Сложнее всего было не поддаваться панике и сохранять сосредоточенность. Тем более, что вошел первый из троих новичков. Этот на некроманта не походил. Рыжая шевелюра, курносый нос, улыбка от уха до уха. Но если он не похож на своих сородичей по магии, это не делает его менее опасным.

– Дан Барран, – записала я. Барран – баран. Наверняка, мальчишку дразнили в детстве. Интересно, если это так, его обидчики живы?

– Добры день, господин Барран, – начал Моран Ширхор.

– Здрасьте, господин декан, – парнишка взъерошил и без того лохматую шевелюру.

– Расскажите, как вы провели вчерашний вечер.

Дан покраснел. Видно, вечер был веселый.

– Мы это… обмывали выпуск в МАМИ, – забормотал он. – У меня друг там учился, а меня выгнали с последнего курса за то, что бабушку профессора с того света призвал. Профессор радости не оценил, диплом не дали. Но способности-то никуда не делись. Вот мы и решили посидеть по старой памяти, а потом… Потом не помню. Пили мы много, господин декан и господа высочества. Сначала что послабее, потом покрепче. В общем и целом, домой меня друзья оттащили, мамке сдали. Ох, она ругалась! У неё спросите.

– Спросим, – вздохнул декан и махнул рукой. – Иди.

– Я это… чего думаю… – внезапно Дан шагнул прямо к Эду. – Может нам сеанс спиритизма провести? Вызовем дух вашей бабушки и… она нам все и выложит.

Я задумалась. А ведь правда. Некроманты контактируют с мертвыми. Мертвые знают все. Почему бы не рискнуть?

– Подождите в коридоре, – отозвалась я из угла.

Дан вздрогнул, только заметив меня, но быстро пришел в себя, заулыбался и кивнул.

Следующие двое ничем не выделялись из остальных. Обычные маги. Мрачные. Злобные. Даже внешне похожие. Как потом оказалось – кузены. Я разочаровалась в наших методах допроса и решила, что лучше уж спиритизм.

– Оливия, девочка, – подошел ко мне Ширхор, когда за последним из некромантов закрылась дверь, – ты же не собираешься…

– Собираюсь, – кивнула я. – Дух есть дух, ему все ведомо.

– Ливи, Барран – тот еще баран. Он тебе такого усопшего вызовет, что потом всем магическим советом назад не отправим.

– Я попробую, – ответила Ширхору и вышла. Барран стоял у двери, насвистывая веселую мелодию.

– Ну что, вашество? – подмигнул мне он.

– Сколько тебе надо на подготовку? – спросила я.

– Пару часиков – домой сгонять за свечками, – обрадовался рыжий.

– Тогда беги, – ответила я. – Только…

– Одна нога – здесь, другая – там, – ответил горе-некромант и исчез раньше, чем смогла закончить фразу.

Глава 20. Спиритизм и иже с ним

Дан вернулся гораздо раньше, чем обещал. Он тащил с собой набор свечей – штук двадцать, громадное зеркало, которое так и норовило выскользнуть из рук, а на спине приспособил сумку, от которой тянуло травами. Увидав подобную картину, начала сомневаться в успехе нашей затеи. Тем более что Эрик настаивал на своем присутствии, а два несчастья на мою голову – это уже слишком.

– Сейчас будет готово, – радостно сообщил Барран. – Только мне понадобится зал побольше. Призраки любят простор.

Я прикинула, каким залом пожертвовать. Может, для личных приемов? Был у дядюшки такой. Небольшой, без лишней мебели, достаточно скромный, чтобы казна могла покрыть его ремонт. На нем и остановился мой выбор.

При виде помещения Дан пришел в бурный восторг. Он раз пять обошел его по кругу, изучил каждый угол, каждую щель. Мы с Эриком переглянулись – а вдруг у парня проблемы с головой? Но отступать было поздно. Дан выставил нас за дверь, а когда позволил вернуться, двадцать свечей расположились огромным кругом, в центре круга замерло зеркало, а в воздухе стояло столько травяного дыма, что я чуть сама призраком не стала.

– Вашество, сядьте там, – указал Дан Эрику на дальний угол, – и не вмешивайтесь. Госпожа, станьте перед зеркалом и не двигайтесь, что бы в нем не увидели. Готовы?

Мы заняли свои места и кивнули. Взмахом руки Дан опустил тяжелые шторы, и комната погрузилась в полумрак. Свечи отражались в зеркале, образуя неясный коридор. Признаюсь, мне стало жутко. Мало ли, кто оттуда выберется. Зато некромант вдруг преобразился. Улыбка исчезла, глаза прищурились. Даже волосы, кажется, потемнели. Он воздел руки к потолку и завыл нечто невразумительное. Захотелось потихонечку сбежать, но и выйти из круга было страшно.

– Кого звать будем? – на какое-то мгновение я упустила Дана из виду, и вот он уже застыл у меня за спиной.

– Б-бабушку, – пробормотала я.

– Представьте её образ и громко зовите по имени.

Бабушку я помнила только по фамильным портретам. Она погибла от рук чародея, когда меня еще и на свете не было. Но я понадеялась на родственные чувства и громко позвала:

– Амалия.

– Еще! – скомандовал Дан.

– Амалия. Амалия!

– Да слышу я, не глухая, – из зеркала показалась точеная белая ручка, затем плечо, а затем и вся полупрозрачная женская фигура в старинном платье. – Кому тут делать нечего? Это же надо – только легла вздремнуть, а уже над ухом орут. Ни века покоя!

– Это я, твоя внучка, – опустила глаза.

– Внучка, – Амалия подошла ближе, и я отпрянула. – Не бойся, детка. Не кусаюсь. А что, хороша. Я красивее, конечно, но ты тоже ничего.

Сама знаю! Бабушка была красавицей, умницей, за неё три короля сражались. А я…

– Зачем звала, внучка? – ласково потрепала она меня по щеке, и я ощутила замогильный холод.

– Дядю Себастьяна пытались убить, ищу его убийцу, – ответила я.

– Опять Себас куда-то влез! – воздела Амина руки к небу. – Говорила мужу – давай отдадим его на воспитание и скажем, что Мирабэль родилась одна, а я тебе потом другого сына рожу. Так нет, уперся. Наследник, будь он неладен. А я гляжу на него: маленький, страшненький, уши торчат. Какой из него император?

– Мирабэль? Кто такая Мирабэль? – спросила я.

– Как кто? Тетка твоя. Забыла?

– У меня нет тети, только дядя, – я перестала вообще что-либо понимать.

– Дядя! Конечно, они мою любимицу из столицы выслали, стоило мне отправиться на тот свет. Побоялись, что девица за пояс заткнет обоих. Нет, Дерек – тот еще не дурак, с сестрой ссориться не стал бы, а Себастьян – остолоп, и жену себе выбрал такую же.

– Вы поможете найти убийцу? – напомнила я, подозревая, что у призрака плохо с памятью.

– Еще чего! – фыркнула бабуля. – Сама ищи. Себас это заслужил.

– Тогда прощай, – отвернулась я. – Дан, заканчивай.

– Что за грубость? – взвилась Амалия. – Сначала разбудили, вопросы свои задали, а теперь «прощай, бабуля»? Да и какая я бабуля… Нет, уходить не собираюсь. На том свете скучно. Даже азартных игр нет.

Дан поднял руки и пошел к Амалии, но она только рассмеялась и взлетела под потолок.

– Подсади, вашество! – крикнул некромант Эрику. Принц бросился на помощь, но стоило ему пересечь границы круга, как призрак подлетел к нему.

– Ой, а кто это у нас такой хорошенький? – хищно улыбнулась Амалия, поправляя прическу. – Жених?

– Нет.

– Да.

Наши с Эриком ответы прозвучали одновременно. Но Амалию больше порадовал мой.

– Значит, мальчик свободен, – хихикнула она, чуть опуская лиф платья. – Слушай, милый, не желаешь стать моим мужем? Я – дама свободная, муж давно на тот свет отправился.

– Так вы, как бы, тоже… – пробормотал Эрик, отступая.

– Наглец! – завопила Амалия так, что у меня заложило уши. – Да разве приличный юноша напомнит даме, что она умерла?

– Приличные юноши с призраками не разговаривают, бабуля, – вмешалась я. – А тебе и правда пора. Рада была повидаться.

Амалия только открыла рот, чтобы мне ответить, как Дан прыгнул на неё и втолкнул в зеркало. Раздался скрежет, и свечи разом погасли. Некромант, тяжело дыша, опустился на колени, а Эрик поторопился открыть шторы.

– Ты в порядке? – склонилась я над Даном.

Тот поднял на меня сияющие глаза:

– Получилось!

– А что, раньше не получалось? – запоздало поинтересовалась я.

– Раньше они приходили, но не уходили. А эта – ушла! – восхищенно прошептал юный некромант. – Принцесса, возьмите меня к себе на службу!

– Э, нет, – покачала я головой. – Мне личный некромант не положен. Вон, к Эдуарду сходи. Стоп!

Что-то в облике Дана привлекло мое внимание. Некромант замер передо мной, а я все пыталась понять, что именно. Рыжие волосы, голубые глаза, фиолетовый жилет, пуговицы… Пуговицы! На жилете Баррана были точно такие же пуговицы, как та, что я нашла у своей сгоревшей квартирки – черные с серебром. Я схватила некроманта за ворот. Тот изумленно моргнул, не понимая, что мне от него нужно.

– Где ты взял этот жилет? – со змеиным шипением спросила я.

– З-заказал у портного, – пролепетал тот.

– А пуговицы?

– Т-тоже у портного. У него все свое.

– Значит, так, – отпустила я притихшего некроманта, и не думавшего защищаться. – Сейчас отведешь меня к этому портному.

– Что, пуговички приглянулись? Я могу отпороть и подарить… – промямлил Дан.

Вот остолоп! Хотелось стукнуть его чем-нибудь тяжелым, но сначала надо было добраться до портного. А для этого Барран нужен мне живым и невредимым.

– Веди! – повторила я.

– Конечно, – закивал тот. – Тут недалеко, даже экипаж не понадобится.

Эрик пошел за нами, но я не собиралась его останавливать. Думаю, в случае с портным присутствие мужчины не помешает. Я, конечно, сама могу за себя постоять, но иногда это приходилось доказывать. Одно мне не нравилось – Эрик слишком приметен. И в глубине души я предпочла бы, чтобы на его месте был Крис.

Мы вышли из дворца через черный ход и направились вдоль по улице, которая так и называлась – Дворцовая. Затем свернули в маленький тихий переулок, пересекли улицу Первого мага и очутились в тупике.

– Сюда, – указал Дан на скромную дверь невысокого домишки.

Я постучала – никто не ответил. Стук повторился. Дверь скрипнула, и в проеме появился толстячок лет сорока, по росту едва доходивший мне до плеча. Полукровка, судя по сероватым волосам. Наверняка, родители из скальников.

– Кто такая? – голос казался больше своего обладателя.

– Оливия Анабелроуз, принцесса Миридана, – расправила я плечи.

– Да хоть сам император Себастьян, без записи не принимаю, – фыркнул портной и собирался закрыть дверь, но Эрик успел шагнуть на порог и оттеснил толстячка вглубь прихожей.

– Дядя Кот, она и правда принцесса, а он – принц, – выглянул Дан из-за плеча Эрика.

– Вот баран, не мог сразу сказать! – возмутился Кот – интересно, это имя или прозвище? – А я тебя не приметил. Заходите, господа. Моя скромная мастерская к вашим услугам!

Нас пропустили в узкий коридор, из которого мы попали в комнатушку, которая могла бы казаться большой, если бы не была завалена тканями всех цветов и оттенков. Среди этого бедлама Кот нащупал два стула и подвинул нам с Эриком, а Дан смел с подоконника лоскутки и уселся прямо на него.

– Какое хотите платье? – Кот нацепил на нос совиные очки. – Девушкам с небольшой грудью советую украсить лиф мармарийским кружевом. Оно пышное и не выглядит вызывающе. Или лучше сделать пояс с бантом на спине? Он выгодно подчеркнет вашу… гм… в общем, место ниже талии.

Я пыталась вклиниться в этот речевой поток, но не могла, потому что меня вдруг подняли на ноги и принялись обмерять со всех сторон. Я даже не успела обидеться на замечание о груди.

– Дядя, она не за платьем, – вмешался Дан.

– За юбкой? – обернулся Кот.

– За информацией!

– А! – Кот мигом утратил ко мне интерес. – Что надо?

– Меня интересуют пуговицы – такие, как на жилете вашего…

– Племянника, – подсказал Дан.

– Это мужской вариант, – выпятил губу портной.

– Мне нужно знать, где вы их купили, – настаивала я.

– Я их сам делаю, – ответил Кот. – Точнее, сделал всего партию, на пробу, а потом у меня кончились материалы. А что?

– Вы помните, куда делась эта партия? – пыталась я подтолкнуть его в нужном русле.

– Конечно, – с видом оскорбленного достоинства произнес Кот. – Я их все потратил на некромантов. Помнишь, Дан, у вас была какая-то пирушка, и вы решили принарядиться? Еще когда ты учился в МАМИ? Вот, всем четверым я такие пуговички и пришил. Кому на рубашку, кому на жилет.

– И больше таких пуговиц нигде нет? – уточнила я.

– Да нет же! И вообще, ко мне вот-вот придет клиентка – настоящая, не чета вам. Потрудитесь покинуть мастерскую.

Мне хотелось хоть как-нибудь напакостить грубияну, но я сдержалась и вышла из мастерской с гордо поднятой головой. Эрик и Дан последовали за мной.

– Вы извините его, – принялся тараторить Барран, стоило нам оказаться на улице. – Дядя считает себя великим портным, вот и задирает нос. А на самом деле он неплохой – и как портной, и как дядя.

– Меня больше интересуют твои друзья, – прервала я поток извинений.

– А что в них интересного? – пожал плечами Дан. – Всех троих вы видели – они вчера получили дипломы МАМИ.

Вот и приехали. Пропустила! Даже не подумала! Точнее – и подумать не могла. Глупая, глупая девчонка! Повелась на их возраст и растерянность. А ведь они – дипломированные некроманты. Все трое. Все-таки пожар и покушение на дядю связаны – уверена, за ними стоит один человек. И я его пропустила!

Я мчалась по улице так, что Эрик и Дан отстали. Либо они сделали это намеренно, давая мне время прийти в себя. Возможно, я бы ничего не заметила, пробежала бы мимо, если бы не услышала знакомый голос:

– Сейчас нет времени, потом.

На другой стороне улицы стоял Крис и разговаривал с какой-то девицей. Я не слышала, что ответила девушка, но выглядела она расстроенной. Интересно, когда он успел обзавестись приятельницами? И что он делает здесь, когда должен сидеть дома и ждать, не будет ли известий от моих друзей? Я уже готова была перейти через дорогу и задать все накопившиеся вопросы, когда девушка приподнялась на цыпочки, Крис нежно обнял её и поцеловал. Теперь меньше всего на свете я хотела бы, чтобы меня заметили. Наоборот, предпочла бы превратиться в тень, чтобы исчезнуть незаметно. Я быстро пошла дальше, пытаясь понять, что же только что видела. Хотя, чего тут непонятного? У Криса появилась некая зазноба, с которой он и встретился подальше от моих глаз. Он ведь думал, что Оливия сидит у дядюшкиной постели, а не бродит по городу. Вот только зачем тогда он целовал меня?

Сердце заныло. Что ж, этот день был предназначен, чтобы указать мне на собственную глупость. Конечно! Крис втайне надеется, что я найду способ его освободить. А чтобы это случилось поскорее, надо влюбить в себя дурочку-принцесску. Она ведь такая наивная. Поверит.

Поверила! Дала себя провести, как какая-то простушка. Позволила себе… влюбиться. Слезы злости застилали глаза. Ничего, я справлюсь. Не с таким справлялась. Есть дела куда важнее, чем зарвавшийся раб. Теперь понимаю, почему маги так ненавидят людей. Люди лживы! Там, где мы применяем магию, они действуют с помощью сладких речей и влюбленных глаз. О свет, да за что же мне это?

Я ворвалась во дворец, словно вихрь. Взмыла вверх по парадной лестнице, и вдруг столкнулась нос к носу с императрицей Тианой. Признаюсь честно, мы не ладили. Видимо, потому, что были слишком похожи.

– Оливия, – впервые в жизни Тиана, казалось, была рада меня видеть. – Дитя мое, какое счастье, что ты здесь! Ширхор сказал, ты помогла найти, где притаилось проклятье.

Тетя так обняла меня, что захрустели кости. Я выбралась из её хватки, опасаясь, что после объятий придется вызывать целителя.

– Когда вы приехали? – спросила я, на мгновение оставляя в стороне обиду и злость.

– Да только что, – ответила она. – Получила послание от бедняжки Марго, она так переживает! И тоже прибудет со дня на день. Я и подумать не могла, что кто-то решит убить Себастьяна.

– Я тоже, – из моей груди вырвался вздох. Я думала поделиться с императрицей результатами расследования, но вдруг она заметила слуг с сундуками.

– Остолопы! – завопила она. – Уроните – шкуры с вас спущу! Лично!

Тиана бросилась за нерадивыми слугами, а я снова тяжело вздохнула – похоже, это входит у меня в привычку. Пойду к Эдуарду. Пусть вызовет некромантов снова.

– Оливия!

А это по мою душу. Я обернулась и увидела Берта, спешившего ко мне по ступенькам.

– Здравствуй, – догнал он меня. – Ну что, как его величество?

– Еще не знаю, вроде без изменений, – покачала головой. – Кстати, ты ведь из МАМИ?

– Ну да, – кивнул друг. – Поговорил со студентами – все в смятении, но никто не знает ничего определенного.

– Ошибаешься, – сказала я. – Наш убийца из МАМИ.

– Быть того не может! – казалось, Берт не верил своим ушам.

– Может, не может, но это так. Побудь здесь немного, и увидишь сам. А сейчас прости, спешу. Нельзя терять ни минуты.

Но дойти до кабинета Эдуарда не успела, потому что навстречу шел Моран Ширхор.

– Господин Ширхор! – бросилась я к нему. – Есть новости. Мы можем поговорить наедине?

– Конечно, ваше высочество, – ответил некромант.

Я толкнула первую попавшуюся дверь и пригласила Ширхора в один из многочисленных кабинетов.

– Нет времени на долгие объяснения, – сказала я. – Прикажите немедленно найти ваших вчерашних выпускников с факультета некромантии и доставить сюда, а я пока расскажу, в чем дело. И еще – мне срочно нужно средство для снятия тройного рабского клейма.

Глава 21. Игра на выживание

В кабинете Эда стояла полная тишина. Принц сидел за столом, бездумно перебирая бумаги. Я заняла кресло и тоже не торопилась вступать в разговоры. Делай Лоргис угрюмо смотрел то на меня, то на Эдуарда. Похоже, он до сих пор не мог поверить, что кто-то из выпускников МАМИ мог быть причастен к покушению на императора.

А я думала не о дяде. Его охраняют, как зеницу ока, и Ширхор говорил, что опасность позади. Больше меня интересовал Крис. Перед глазами так и стояла увиденная утром картина. Я для себя решила: как только разберусь с некромантами – отправлюсь домой и поговорю с ним начистоту. Тем более что теперь мне известно, как снять тройную печать. Оказалось, что тайный, никому не ведомый способ до безумия прост.

Вот только я начала сомневаться, что отпущу Криса. Глупо, самонадеянно – да. Но я понимала: отпущу его – и он уйдет навсегда. Мне все равно, кто эта девка, с которой он целовался в центре столицы. Но мне нужна правда – что привело его в мой дом? И зачем делал вид, что не безразлична?

Я собиралась получить свои ответы. И не важно, как буду это делать. Понадобится – применю силу клейма. И пусть потом буду сама себя ненавидеть, зато раскроется истина.

В двери постучали, и Моран Ширхор вошел в кабинет в сопровождении троих некромантов и Аверы Ноулан. Магичка выглядела встревоженной. Удивительно, что это ничуть не портило её красоты, даже в какой-то степени оттеняло её. Парни-некроманты казались один бледнее другого. Я еще раз вгляделась в лицо каждого из них. Кайн Борин, Риан Фонтер, Лиар Берн. Кто же из них?

– Желаю здравия вашему высочеству, – склонилась в реверансе Авера. – Вы приказали нам явиться…

– Да, госпожа Ноулан, – Эд вертел в пальцах магическое перо для письма. – В ходе проведенного расследования мы выяснили, что один из ваших подопечных и был тем некромантом, который наложил проклятие на его величество Себастьяна.

Авера вздрогнула. Юноши испуганно переглянулись. А я снова спросила себя: кто? Высокий черноволосый Кайн? Бледный черноглазый Риан? Или этот, с орлиным носом – Лиар? Кто же?

– Нет! – Авера кинулась к Эду. – Они не могли. Они же были со мной на церемонии. Это невозможно!

– Увы…

Я тоже много об этом думала. Действительно, каждый из магов был на выпускной церемонии. Главный вопрос в том, как одному из них удалось исчезнуть, а затем вовремя вернуться, чтобы получить диплом. Мне кажется, разгадка проста. Во время демонстрации способностей некроманты, как самый малочисленный факультет, справились очень быстро. Тем более что некромантия – не то искусство, которое следует демонстрировать привселюдно. Пока другие факультеты продолжали представление, некроманты могли отдохнуть. А могли и ненадолго исчезнуть. И никто их не хватился. Даже строгая наставница. От площади Огненной девы до МАМИ можно добраться минут за десять, а если поспешить – и того меньше. Значит, один из этих парней, застывших перед Эдом с непроницаемыми лицами, за полчаса мог совершить преступление и вернуться назад как раз вовремя, чтобы получить диплом. О великий свет, как такое возможно? Они ведь только пару дней назад принесли клятву верности Миридану.

– Я предлагаю вам признаться, господа, – холодно сказал Эд – план этой беседы мы продумали заранее, и теперь нам с Лоргисом оставалось только наблюдать за её развязкой. – Если виновный сознается в преступлении, приговор будет смягчен. Если нет – все трое будут казнены завтра же.

Я внимательно наблюдала за лицами некромантов в этот момент. На них отразилось непонимание, затем смятение.

– Ваше высочество! – вскрикнул Кайн Борин. – Но ведь я ни в чем не виноват!

– Ваше высочество, смилуйтесь! – упал на колени Лиар Берн.

И только Риан Фонтер потупил глаза и глубоко вдохнул. Пытается успокоиться, но не просит о милости. Потому что признает свою вину. Его в любом случае казнят – не важно, признается он или нет. Вот Риан и не пытается оправдаться. Жаль. Он ведь младше меня. И обречен. Несмотря на то, что из-за него дядя мог погибнуть, мне действительно было его жаль.

Я кивнула Эду, и он понял, что убийца найден.

– Госпожа Авера, – сказал он, – на самом деле мне известно имя некроманта, покушавшегося на отца. Даю вашим воспитанникам последний шанс сознаться.

– Мальчики, – Авера в ужасе бросилась к юным магам, – скажите мне, что это неправда!

Я только убедилась в своих подозрениях. Борин и Берн кинулись к наставнице и принялись убеждать её в своей невиновности, а Риан Фонтер отвел взгляд. Ему стыдно перед ней. Ведь она столько лет потратила на его обучение. Мы с Эдом переглянулись. Я взглядом указала ему на Риана, и он кивнул, соглашаясь.

– Ваше высочество, прошу вас о милости! – Авера отстранила парней и с мольбой обратилась к Эдуарду. – Не дайте погибнуть невиновным. Их оговорили, оболгали.

– Есть доказательства, – Эд покачал головой. – Не беспокойтесь, ответит лишь тот, кто совершил это мерзкое преступление против Миридана. Стража!

В кабинет вошел конвой из четверых сильнейших магов.

– Приказываю вам арестовать Риана Фонтера, – величественно проговорил Эдуард, и я, кажется, впервые в жизни поняла, что передо мной – будущий император Миридана.

Некроманты переглянулись. Авера, казалось, не понимала, что происходит, и не могла до конца поверить. И только Риан с улыбкой шагнул к стражникам и протянул руки, позволяя застегнуть браслеты, ограничивающие магию.

– Ваше высочество, этого не может быть! – Авера обрела умение говорить. – Риан – мой лучший ученик за последние десять лет. Он – хороший юноша. Всего в своей жизни добился сам. Попал в мою группу с вольных курсов. Сами понимаете, что это значит. Он не убийца! Он верен Миридану.

– Не унижайтесь, господа Авера, – обернулся Риан. – Это я пытался убить императора. Только он это заслужил. И я не отрицаю свою вину. Простите, мне жаль, что подвел вас и не оправдал ваших надежд.

– Риан, – прошептала Авера и опустила голову.

Юношу вывели из кабинета. Его товарищи казались счастливыми и расстроенными одновременно. Они окружили Аверу и старались её утешить. Эд тяжело поднялся из-за стола и подошел ко мне.

– Без тебя я бы не справился, – тихо сказал он.

– Справился бы, – уверенно ответила ему.

– Ты слишком много помогала мне в последнее время… сестренка.

Уверена, если бы здесь не было посторонних глаз, он бы меня обнял. И у меня глаза были на мокром месте. Я выскочила из кабинета и помчалась в отведенную мне комнату. Не люблю, чтобы кто-то видел, как я плачу, кроме Макки. Дико захотелось домой. Я уже собиралась уходить, когда в двери постучали и появился Моран Ширхор.

– Ваше высочество, – поклонился он, – я зашел спросить, будете ли вы присутствовать на допросе Фонтера.

Я задумалась. С одной стороны, не хотелось становиться свидетелем чужих страданий. С другой – кто та женщина, которая руководила Рианом? Это ведь её замысел воплощал глупый парнишка. И именно она должна ответить по всей строгости. Дом отодвинулся на второй план. Главное – это безопасность моих близких, а она невозможна, пока неведомая угроза будет висеть над их головами.

– Но почему вы решили позвать меня? – спросила я Ширхора.

– Приказ принца. Он и сам бы пошел, но его высочество нужнее здесь. Империя нуждается в своем правителе. Пока его императорское величество болен, вся ответственность лежит на плечах принца Эдуарда.

Я даже не задумывалась, кто сейчас занимается государственными делами. Меня заботило другое. А ведь проблемы империи Миридан никуда не делись. И они не умели ждать.

– Я пойду с вами, – сказала Ширхору. – Только загляну к дядюшке.

В спальне дяди Себастьяна дежурила императрица Тиана. Пусть их брак никогда не был безмятежным, но они действительно любили друг друга. Любили… Я лишь на минутку задержалась у постели дядюшки, чтобы после проехать с Ширхором в Мириданскую тюрьму.

Путь предстоял неблизкий. Тюрьма находилась за пределами города и была окружена таким защитным полем, что только самоубийца полез бы туда без спроса. Меня пару раз просили вытащить оттуда друзей и возлюбленных, но я отказывалась. Почему? Да потому, что туда не пробиться. Дядя заставил меня лично провести испытания, и я дошла только до первого внутреннего двора. А их было три. Особо провинившихся узников содержали в подвальных помещениях. Тех, чья вина была не так велика – наверху. Семь этажей тюрьмы находилось над землей, и еще столько же уходили вглубь.

Стоило воротам первого круга, как называли внутренние дворы, с грохотом закрыться за спиной, как мне стало не по себе. Не хотела бы я стать узницей Мириданской тюрьмы. Ой, не хотела бы.

Мне говорили, что каждый круг охраняют жуткие существа, которых не видывал свет. И пока мы шли к дверям тюрьмы, я слышала визг и чувствовала исходящее от них зловоние. Даже сердце, казалось, стало биться медленнее, чтобы не привлекать к себе внимание.

– Прошу, господа, – конвой из четырех стражников распахнул перед нами двери первого этажа.

В помещении было спокойнее. Возможно, потому, что не слышала этих звуков. Но все равно обстановка была гнетущей. Думаю, даже если сегодня Риан не признается, кто его нанял, то через пару недель в тюрьме сам будет проситься на допрос.

– На каком этаже поместили узника? – спросил Ширхор. Видимо, частенько навещал это здание.

– На минус пятом, – ответил начальник конвоя. – Я вас провожу.

Мы свернули на узкую темную лестницу. Все, о чем я могла думать – как не свернуть себе шею.

– Господин Ширхор, а отсюда хоть кто-нибудь когда-нибудь сбегал? – тихо спросила я.

– Нет, ваше высочество. Кстати, можете называть меня по имени.

– Хорошо, Моран. Тогда вы тоже можете звать меня просто Оливия. А почему на самих этажах так мало охраны?

– Если вы её не видите, это не значит, что её нет. Вообще, время в стенах тюрьмы течет иначе. Узники не знают, сколько они здесь пробыли – час, день, год. Думаю, хоть наш пленник очутился здесь недавно, он уже успел по достоинству оценить тюремное гостеприимство.

Мы спустились до минус третьего этажа, когда послышались душераздирающие крики. Я вздрогнула и вцепилась в руку Морана.

– Не бойтесь, Оливия, – сказал он. – Здесь каждый сам себе палач.

Наконец, конвойный остановился перед решеткой, над которой было написано красной краской «-5». Он прислонил ладонь к замку, и решетка с лязгом отъехала в сторону. Мы миновали длинный темный коридор с десятками наглухо закрытых дверей. Из-за одних слышались стоны, из-за других – плач. Страшное место. Я мечтала об одном – поскорее оказаться подальше отсюда.

– Вам сюда, – охранник указал нам на камеру под номером минус пятьсот двадцать три. – Я буду снаружи. Зовите, когда решите выйти.

Заскрипел замок, и Моран первым шагнул в камеру. Я последовала за ним. Глаза не сразу привыкли к полутьме. Оказалось, камера достаточно большая, но почти пустая. Только у стены стояла железная кровать, на которой сидел Риан Фонтер. Всего пару часов назад его привезли сюда, но даже за это время юноша изменился. Под глазами у него залегли тени, лицо казалось таким бледным, словно перед нами не живое существо из плоти и крови, а призрак.

Он смотрел на нас, словно не понимал, реальны мы или только ему чудимся.

– Доброго вам времени суток, Риан, – первым заговорил Моран Ширхор. А ведь он тоже прекрасно знал этого юношу. И, наверняка, спрашивал себя, как мог не угадать змею в его обличии.

– Здравствуйте, господин Ширхор, – голос Риана звучал абсолютно спокойно, словно все происходящее нисколько его не занимало.

– Вы понимаете, зачем мы здесь?

– Не совсем. Я ведь признался. Так казните меня, наконец. Сколько я уже тут?

– Разве это важно? – Моран застыл перед Рианом, словно отделяя меня от него.

– Важно. Я должен знать, скоро ли умру.

– Почему вы так уверенны, что вас казнят? – Ширхор улыбнулся так жутко, что у меня кровь застыла от его улыбки. – В тюрьме полно свободных мест. У вас есть все шансы остаться здесь навечно.

Юноша вздрогнул. На мгновение в его темных глазах мелькнул испуг, но исчез так же быстро, как появился.

– Вы можете смягчить свою участь – и сроки пребывания здесь, если ответите на вопросы её высочества Оливии. Уверен, вам не хочется провести в тюремных стенах лет так семьдесят. Вы молоды. И проживете долго.

Риан опустил голову. Мне снова стало его жаль. Если бы его действия не угрожали жизни дяди, я бы, возможно, попросила смягчить наказание.

– Спрашивайте, Оливия, – обернулся ко мне Ширхор.

Я вышла вперед, чтобы лучше видеть собеседника. Он не смотрел на меня, словно находился в камере один.

– Риан, вы признаете, что применили некромантское проклятие против его императорского величества Себастьяна? – спросила я.

– Признаю, – его голос звучал четко и ясно.

– Расскажите, как это произошло.

– Я знал, что император поедет на церемонию в МАМИ. Оставалось только подстеречь его карету и применить заклятие. Все.

– Да неужели? – подошла чуть ближе. – Откуда вы знали, что карета остановится на площади Огненной девы?

– Я следил за ним, – юноша, наконец, решился взглянуть на меня, и в его взгляде была холодная решимость.

– Вы действовали в одиночку?

– Да.

– Ложь!

Риан усмехнулся, и гибель словно уже наложила отпечаток на его лицо.

– Кто была та женщина, которая назначила встречу императору?

– Почем мне знать?

– Снова врете.

– Докажите!

– Оставлю вас тут лет на десять – сами признаетесь.

– К тому времени вы уже будете мертвы.

Я заметила, как Ширхор стиснул кулаки. Что ж, Риан считает, что ему нечего терять. Вот и храбрится. А, может, надеется, что его спасут? Или решил умереть ради неё?

– Вы её любите? – мелькнула догадка.

Ответа не последовало.

– Значит, любите, – подвела я итог. – Но она, похоже, к вам равнодушна, раз с такой легкостью отправила вас на смерть.

Риан нахмурился. Похоже, я попала в точку.

– Вот только ваша жертва напрасна, – продолжила я словесную игру. – Дядя жив. Ваше проклятие снято. Через неделю он придет в себя, и сам скажет, кто остановил карету. А вы останетесь здесь. Ни человеческого лица, ни звука голоса. Вечность в одиночестве. Думаете, ваша возлюбленная вас вспомнит? Нет, не вспомнит. А вы даже не будете знать, жива она или мертва.

– Если я признаюсь, её постигнет та же участь, – голос Риана звучал едва слышно.

– Мы все равно её найдем. Но если вы нам поможете, то хотя бы сможете умереть вместе – и вы, и она.

Некромант горько рассмеялся.

– Уходите, принцесса, – сказал он. – И приходите, если отыщете её. Если при этом останетесь живы. Тогда я расскажу вам все.

Я поняла, что больше Риан не скажет ни слова. Что ж, это его право и его выбор.

– Пойдемте, Моран, – обернулась к Ширхору. – До встречи, Риан.

– До встречи, ваше высочество. Берегите себя.

Я не помнила, как вышла из тюрьмы. Внутри все переворачивалось. Я пыталась разложить все по полочкам – и не могла. Поняла только, что какая-то женщина хочет уничтожить мою семью. Зачем? Почему? Неясно. Риан стал её пешкой – я была уверена в этом. Он просто влюбленный дурак, который решил пожертвовать жизнью ради возлюбленной. Вряд ли Морану удастся вытащить из него признание. А вот она… Скорее бы дядя пришел в себя. Возможно, тогда нам удастся отыскать настоящую убийцу.

Сил на разговор с Крисом не было, поэтому я решила заночевать в замке, предоставив Ширхору доложить Эду о результатах разговора с Рианом. Я даже не ужинала. Хотя за окном только начинало смеркаться, прошла в свою комнату и, не раздеваясь, упала на кровать. Сон пришел мгновенно, но и во сне меня мучили странные видения, в которых перемешались Крис, Риан, бабуля, Дан Барран, дядя.

Когда я проснулась, за окном было темно. Судя по тому, что замок затих, стояла глубокая ночь. Реальность мало отличалась ото сна, потому что снова в голове были те же имена и лица. Только в сновидениях главной была незнакомая жуткая женщина, которая жаждала смерти всего, что мне дорого, а в реальности – Крис. Сейчас, когда впечатления от посещения тюрьмы улеглись, я снова вспомнила утреннюю сцену. И сердце пронзила боль. Когда я успела привязаться к нему? И что еще хуже – когда я успела его полюбить? Мне говорили, что любовь – это больно, а я не верила. Теперь есть все шансы проверить. Пусть я не до конца разобралась в собственных чувствах, но Крис неожиданно отвоевал львиную долю моего сердца – и не собирался возвращать обратно.

От этих мыслей не было спасения. Чтобы хоть немного успокоиться, я решила навестить дядю. Глупо, конечно, направляться в его спальню посреди ночи, но лежать и думать казалось выше моих сил.

Я встала с постели, отругала себя за то, что не переоделась, но, с другой стороны, не было нужды тратить время на завязки и тесемочки. Наскоро привела в порядок волосы и выскользнула в коридор. Я уже почти дошла до спальни, когда услышала странный шорох, и показалось, что на лестнице промелькнула тень. Еще одно покушение?

Я осторожно направилась следом. Нет, незнакомец направлялся не к дядюшке. Он поднялся этажом выше – туда, где находилась королевская сокровищница. Вот только хранилось в ней не золото, а магические артефакты. Вор? Только сумасшедший решит проникнуть в комнату, напичканную далеко не безобидной магией. Либо он настолько сильный маг, что не боится. Я пожалела, что под рукой нет никакого оружия. Зато в самой сокровищнице есть парочка очень милых кинжальчиков. Но как он туда попадет?

Вся стража словно куда-то испарилась. Хотя, в этом дворце всегда полагались на магическую защиту, а не на оружие. Сокровищницу охраняла древняя магия. Какая – не знала даже я.

Тень свернула в коридор. Теперь я могла видеть, что человек был закутан в плащ. Судя по росту и телосложению, это, скорее всего, мужчина. Он замер у двери сокровищницы, достал из кармана нечто круглое, прижал к двери и… вошел внутрь.

Я от изумления забыла, как дышать. Может, магия дала сбой? Надо поймать злодея на месте преступления! И, желательно, узнать, что ему нужно в сокровищнице.

Подобралась к двери и заглянула внутрь. Вор осторожно пробирался между кип барахла, направляясь к неведомой цели. Наконец, он замер и потянулся к старинному перстню. Насколько я помнила легенды, которыми нас с кузенами пичкали няньки, этот перстень давал своему обладателю огромную магическую силу. На руках у вора были странные тонкие металлические пластины. Возможно ли, что именно они помогли ему открыть дверь? Я осторожно скользнула в комнату, подобрала кинжал с изумрудной рукояткой и готовилась устроить вору неприятный сюрприз, как вдруг капюшон упал с его головы, и я вскрикнула – передо мною стоял Крис.

Глава 22. Точки над «

і»

Мы смотрели друг на друга так, словно виделись впервые. Этот человек, предавший мое доверие, пробравшийся под видом друга в дом и сердце, не мог быть тем, кого я любила. Но это был Крис, вне всякого сомнения.

– Положи перстень на место, – холодно сказала я, готовая подкрепить любое из своих слов действием.

– Не могу. Он мне нужен.

Нужен. Конечно. Иначе бы Криса здесь не было. Но разве это оправдание?

– Не заставляй меня применять силу, – как же я устала…

– Твоя магия не подействует, – Крис указал на пластины на ладонях. – Этот сплав не пропустит ни одно заклинание.

Сплав-то не пропустит, но есть еще печать. И это – не заклинание, а вживленная в его тело магия. Но не буду пока о ней напоминать.

– Повторяю в последний раз: опусти перстень на место, и мы с тобой поговорим в моей комнате. Возможно, я даже не позову стражу и дам тебе спокойно уйти.

– Прости. Не могу.

Крис опустил перстень в карман. Конечно, человек никогда не сможет им воспользоваться. Значит, кража нужна магу. И я своими собственными руками задушу Криса, если узнаю, что тут замечена та же женщина, что и в покушении на дядю.

Я решила, как поступить, и принялась осторожно открывать портал за спиной Криса. Если и устраивать потасовку, то не здесь. Нечего всему дворцу знать, что принцессу Оливию обвели вокруг пальца. Да и рушить дворец себе дороже, дядя расстроится.

– Почему ты молчишь? – Крис казался спокойным, но понимала, что это не так.

– Дома поговорим, – ответила я и со всей силы толкнула его в портал.

Парень не ожидал такого рывка, поэтому не устоял на ногах и полетел прямиком в гостиную моего особняка. Я бросилась за ним. Мы кубарем покатились по полу. Кинжал выпал из моих пальцев. Крис тут же попытался до него дотянуться, но я была быстрее и схватилась за рукоятку первой. Рывок – и вот уже я лежала на полу. Пальцы Криса до боли сжали мое запястье. Пластины впились в кожу, но я не позволяла себе кричать, иначе прибегут слуги, и может кто-то пострадать.

– Предатель, – прошипела я.

– Прекрати!

Я с силой ударила его коленом в живот. Проклятое платье! Как же оно мешало! Хватка на миг ослабла, я вырвалась и отскочила, чуть не запутавшись в собственных юбках. Кинжал остался слишком далеко! Не дотянуться!

Крис заметил мой взгляд и схватил оружие. Дольше медлить было нельзя. Или он, или я.

– Стой! Я приказываю тебе! – мысленно представила себе клеймо на его плече, и парень взвыл от боли.

– Пусти! – выпалил он.

– Стой на месте. Отдай кинжал.

Он сопротивлялся. Со всей силой, какой только мог. Лицо покраснело, на лбу выступил пот. Но я не могла сдаться. Он – вор. Он предал меня. Предал!

Крис упал на колени и выронил кинжал. Я быстро подобрала оружие и спрятала в складках юбки.

– А теперь говори, – холодно приказала я. – Кто приказал тебе похитить перстень?

Впервые в жизни на меня смотрели с такой ненавистью. А я готова была рыдать от горя. Но отступить? Слишком поздно. Я слишком далеко зашла.

– Говори! – крикнула я, и Крис сжал голову руками. Никакие сплавы не смогут побороть силу тройной печати. Её могу разрушить только я – та, на чьей магии она держится.

– Он нужен моей стране, – голос Криса был таким тихим, что я едва его слышала. Во мне поднималась ненависть к самой себе. Ненависть за то, что заставляла его страдать. Если бы речь не шла о безопасности моей семьи! Я бы сама отдала ему проклятый перстень и выгнала вон. Но я не могу! Если он замешан в покушении на дядю, я не могу его отпустить…

– Зачем? – я немного ослабила хватку – и зря, потому что Крис чуть снова не набросился на меня. Он словно пытался дотянуться до моей магии, как тогда, около недели назад. Но в этот раз у него не выйдет.

– Зачем! – я мысленно сжала обруч силы вокруг его головы.

– Для защиты… От Винченсы…

Он едва дышал. Я понимала, что могу убить его, могу свести с ума, превратить в безвольную куклу.

– Кто та девушка, с которой ты встречался?

Крис молчал.

– Кто она? – я надавила сильнее, ощущая, как меня начинают покидать силы. Надо спешить.

– Моя… невеста…

Я разом отпустила вымышленный обруч и чуть не упала. Думаю, в тот момент выглядела еще хуже, чем тот, против кого была направлена моя магия. Сначала стало жутко больно, так, что захотелось кричать. А затем в душе поселилась пустота. Возможно, и простила бы кражу артефакта – но до последнего мгновения я верила в его чувства. И краха этой веры простить не могла.

Подошла к столу, удивляясь, куда вдруг девалась вся злость, и спокойно налила себе воды. Опустошила стакан, обернулась к Крису. Он стоял, опираясь на спинку кресла, и смотрел на меня все так же – словно видел перед собой нечто ужасное.

– Убирайся, – холодно сказала я. – Куда хочешь. Тебе не обязательно дышать со мной одним воздухом. Перстень можешь оставить себе – все равно человеку им не воспользоваться. Он будет действовать только на руке мага. И потрудись, чтобы я больше тебя не видела.

– Оливия, позволь мне объяснить, – его голос был слабым, но ясным.

– Объяснять надо было до того, как пытался меня убить, – махнула я рукой. – Иди. Я не хочу больше тебя видеть. И если тебя заботит печать…

– Да плевать мне на печать!

Его крик вывел меня из состояния душевного ступора. Я не понимала, что еще нужно этому человеку. Устала. Хотела побыть одна. А он никак не мог оставить меня в покое. Да за что же мне это, силы света?

– Оливия, – он шагнул ко мне, я предупреждающе подняла руку. Вряд ли смогу снова надавить на печать – сил осталось слишком мало, но Крис-то об этом не знает.

– Я скоро вернусь, – сказал он и пошел к двери, стараясь ступать уверенно. Но через открытый портал печати я ощущала, сколько усилий это ему стоило. Крис по-прежнему бессовестно крал мою магию, мою жизнь. А мне одновременно хотелось плакать и смеяться. Плакать от боли и смеяться над собственной глупостью. Хотелось сказать ему: «Не смей возвращаться»! Но вместо этого я упала на диван и закрыла глаза. Мысли наконец-то покинули многострадальную голову. В душе воцарилась пустота, такая приятная, что в неё хотелось погрузиться с головой. Мне было все равно. Ничего не осталось.

Не знаю, сколько я так сидела. В комнату заглянул Польс, что-то спросил, но я приказала оставить меня в покое. На колени забрался Макки и ткнулся мордочкой в холодные пальцы. Я потрепала его за ушком – и снова погрузилась в бездну пустоты. Долго ли это продолжалось? Сколько минут или часов? Может, заключенные в Мириданской тюрьме чувствуют себя так же?

Открылась дверь. Я уже собиралась высказать слугам все, что о них думаю, но вошли не они. Крис казался еще бледнее, чем тогда, когда отсюда вышел. Он сел на диван рядом со мной и закрыл глаза. Сначала хотелось послать его к темным тварям, потом желание исчезло. Придушу завтра. А сегодня и руку поднять не могу.

– Угомонилась?

Это мне? Я лениво повернула голову:

– И не подумаю.

– Тогда поговорим, когда угомонишься. Может, пойдешь спать? На тебе лица нет.

– На себя посмотри, – повела я плечами. – Не боишься, что утром решу тебя отдать страже?

– Твое право, – надо же, какие мы спокойные. – Просто дай все объяснить.

– Угу, – кивнула я и попыталась подняться с дивана, но не получилось. – Я буду спать здесь.

– Позови слуг, если не в состоянии держаться на ногах.

Он еще будет меня жизни учить? Я все-таки стащила свое тело с дивана и приказал ему направляться в спальню. Тело нехотя повиновалось. Я ощущала, как взгляд Криса буравит спину. Вот уж наказание. Макки побежал за мной. Хоть кто-то меня любит. Всегда знала, что нельзя верить никому, кроме лисенка.

До кровати добиралась почти на ощупь. Задела что-то ногой. Прибежали служанки. Заохали, заахали, помогли раздеться. Я даже не сопротивлялась. Стоило голове коснуться подушки, как спасительный сон окутал меня своей пеленой.

Разбудили меня не лучи солнца, а мокрый язык Макки. Я отвернулась, но лисенок не собирался оставлять меня в покое. Соскучился, наверное. Не открывая глаз, дотянулась до его ушек. Лис притих, вот только сон не захотел возвращаться. Пришлось подниматься.

Тело ломило так, словно всю предыдущую ночь дралась на мечах. Желание придушить виновника боли усилилось, но мимолетный взгляд в зеркало напомнил, что стоит привести себя в нормальный вид. Из зеркала на меня взглянуло растрепанное существо с красными глазами и бескровными губами. Право слово, призраки и то румянее. А еще кое-кто продолжал потягивать мою магию. Бессовестно, даже не скрываясь. Значит, не сбежал. На большом расстоянии ему было бы трудно проделать такой фокус.

Кликнула служанок. Они без лишних вопросов помогли мне умыться, одеться в удобный домашний костюм и причесали волосы. Вот когда порадуешься, что родилась принцессой и находишься дома. Если бы я жила на старой квартирке, пришлось бы бродить страшной, как демон, потому что до сих пор была неспособна на самостоятельные действия.

Когда с одеванием было покончено, спросила, проснулся ли уже Крис. Девушки его не видели. Значит, из своей комнаты не выходил. Это сужает круг поисков. Отпустив служанок, пошла к спальне Криса. Наш разговор надо было закончить. И чем скорее, тем лучше.

На стук никто не ответил. Неужели все-таки сбежал? Или еще спит? Я постучала снова – тот же эффект. Помялась немного, но затем приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

Крис лежал на кровати, закрыв глаза. Судя по тому, что не переодевался и даже кровать не расстилал, добрался сюда так же, как я в свою комнату. Подошла поближе. Вот сейчас мы точно составили бы отличную пару под названием «краше в гроб кладут». Если мои силы на исходе, то что тогда говорить о его? Осторожно прикоснулась ко лбу – кожа пылала. У него жар. Попыталась вызвать магию, чтобы понять, насколько все серьезно, но магия отказалась мне подчиняться. Чтоб она провалилась!

– Крис, – осторожно потрясла его за плечо. – Крис.

Ответа не было, и я испугалась. Действительно испугалась, впервые с того момента, как застала его в сокровищнице. Слишком поздно пришло осознание, что я могла его убить. И почти это сделала. Сколько сил ему понадобилось, чтобы сопротивляться? А чтобы бродить после этого по улицам столицы? Я потратила куда меньше. Кончики пальцев защипало – это возвращалась магия. Осторожно провела ладонью над его телом – и ужаснулась. Неужели это я натворила такое? Разрушила все потоки энергии? Это не была болезнь в прямом смысле слова, это было сродни проклятию.

– Польс! – вынеслась я в коридор.

– Да, ваше высочество, – как из-под земли вырос слуга.

– Немедленно пошли за королевским лекарем. Нет, не за ним. Лучше дай мне бумагу и перо, я напишу записку принцу Эрику Винческому.

Не знаю, почему не захотела обращаться к одному из дядюшкиных целителей. Хотя, знаю. Не желала, чтобы кто-то прознал о печати. И о том, с кем я живу. А Эрик был единственным целителем, которому и так известна правда. «Эрик, мне нужна твоя помощь. Приходи», – наскоро вывела я и протянула записку Польсу. Тот поспешил исполнить приказ, а я вернулась к постели Криса.

То опустошение, которое царило в моей душе со вчерашнего вечера, отступало. Ему на смену пришла тревога, которой было все равно, предал меня Крис или нет. Я боялась за него. Никогда не думала, что могу так за кого-то бояться. Вокруг сердца словно обвилась змея – и жалила, жалила. Чувство вины подавало голос. Я старалась заглушить его, но не могла. А еще проснулась совесть. Кто дал мне право распоряжаться его жизнью? Или что? Рисунок на его предплечье? Почему я не дала ему и слова сказать? Раз он вернулся – значит, было что объяснять.

Ревность напомнила про неизвестную невесту, но я приказала ей заткнуться. Права на ревность мне тоже никто не давал. А у Криса была своя жизнь до того, как он попал в Миридан. Кто сказал, что в той, другой жизни его сердце было свободно? Что его никто не ждет? Великий свет, какая же я эгоистка!

Я присела на край кровати и опустила ладонь ему на лоб. Крис словно силился проснуться, но ничего не получалось. Он ведь всего лишь человек. А люди – существа куда более хрупкие, чем мы. Чтобы хоть чем-то ему помочь, я перестала сопротивляться и позволила забирать у меня магию. Она постепенно исправит все, что я разрушила. Если успеет.

– Ваше высочество, вас ожидает его высочество Эрик, – заглянул в комнату Польс.

Я спустилась в гостиную. Эрик расхаживал из угла в угол. Он казался взволнованным – еще бы, после такой записки! Если разобраться, я не должна была втягивать его во все это. Теперь мое сердце тоже билось только для одного человека, и я его понимала чуть лучше.

– Оливия! – Эрик бросился ко мне, с тревогой всматриваясь в глаза. – Что случилось? Ты в порядке?

– Я – да, – рассеянно кивнула. – Помощь нужна Крису.

Лицо Эрика тут же стало суровым. Мне даже показалось, что он вот-вот развернется и уйдет. Но маг взял себя в руки и остался.

– И что случилось с этим… рабом? – выдавил он.

– Он болен, – отвела взгляд. – Серьезно. И мне с этим не справиться. Прошу, Эрик. Всего один раз!

– Ты его любишь? – снова сначала…

– Люблю, – решила, что лучше ответить правду. Так честнее.

Эрик опустил голову. Я ждала, что он скажет.

– Мы можем дружить? – этот вопрос поставил меня в тупик. Ожидала чего угодно, только не такого.

– Конечно.

– Тогда веди. Но только один раз. Больше я этой светенской мрази помогать не буду.

Я пошла к лестнице. Пока ступеньки мелькали под ногами, в голове крутились разные мысли. Что делать, если магия Эрика не сработает? Стоило ли вообще обращаться к нему? Как объяснить то, что я натворила?

Я отворила перед принцем двери комнаты. Крис все еще не пришел в себя.

– Отойди и не мешай, – скомандовал Эрик.

Притаилась у окна, стараясь слиться с обстановкой. В голове окончательно воцарился хаос. Словно во сне, наблюдала, как Эрик остановился перед кроватью и занес ладони над Крисом. Сканировали наши народы, похоже, одинаково. Парень закусил губу. Я напряглась и подалась вперед, но Эрик молчал. И только когда я уже была готова кинуться к нему с расспросами, обернулся.

– И кто его так? – спросил он.

– Я, – отвела взгляд, изучая рисунок на обоях.

– За что?

Хотелось ответить «заслужил», но Эрик бы такого не понял.

– Из ревности, – как часто я говорю полуправду.

– Твоя ревность когда-нибудь будет стоить ему жизни, – усмехнулся принц. – Не хочешь найти более стойкий объект для экспериментов?

Я отрицательно покачала головой.

– Поможешь? – взглянула на него с надеждой.

– Попытаюсь, но не обещаю. Повреждения серьезные, – ответил маг. – Ты тяжела на руку, принцесса.

В его голосе сквозил смех. Значит, не все так страшно.

– Давай так: я остаюсь здесь, ты идешь завтракать. Потому что у тебя тоже вид не лучший. Уж извини, раз мы – друзья, имею право говорить правду.

Я покраснела. Может, лицо ему расцарапать? Чтобы вписался в компанию.

– Не злись, – улыбнулся Эрик. – Чужое присутствие будет мне мешать. Прикажи прислуге принести траву мяты. И ближайший час тебе тут делать нечего.

Ну и ладно! Я развернулась и вышла. Польс дежурил под дверью. Распорядилась насчет мяты и направилась в столовую. Слуги засуетились, накрывая на стол.

Время тянулось ужасно долго. Я нарочито медленно ковырялась ложкой в супе, затем еще медленнее ела овощной салат, по глотку в минуту пила травяной чай. Эрика все не было. Конечно, восстановление изодранных в клочья энергетических каналов – дело нелегкое, но волнение от этого не уменьшилось, а только возросло. Поэтому, когда Эрик появился в дверях, я сама была готова его убить.

Принц выглядел усталым. Я приказала принести ему чай и пирожное. Не лучший выбор для здорового парня, но по себе знаю – после большого расхода сил ничего более существенного в глотку не полезет, а поесть надо.

– Ну что? – спросила я, наблюдая, как Эрик поглощает пирожное.

– Жить будет, – ответил он. – Но с такой… гхм… подругой, как ты – недолго. Я погрузил его в сон. К вечеру придет в себя. Желательно, в ближайшее время больше так не кипятись, а то каналы едва срослись, им еще крепнуть и крепнуть.

Я отвела взгляд. А Эрика, похоже, эта ситуация только веселила.

– Что там во дворце? – решила сменить тему.

– Спокойно. Хотел спросить, что будет с тем некромантом, которого вы заключили в тюрьму?

– Это Эду решать, – вздохнула я.

– Тебе дай волю, ты бы его отпустила.

– Пока его дама сердца на свободе – нет. Тем более, он обещал рассказать больше, когда мы её схватим.

– Что ж, если что – можешь на меня рассчитывать, – Эрик сжал мою руку, и я вздрогнула.

– Не делай так больше, – высвободилась из его хватки.

– Не беспокойся, Ливи. Я умею ждать. Думаешь, ты сможешь быть с этим… человеком? – Эрик явно старался подбирать выражения. – Не сможешь. Он не стоит твоей любви. Люди – предатели по натуре. Они завидуют нам, магам. Завидуют каждому, у кого есть что-то лучше, чем у них. Не думаю, что твой Крис лучше. Ты просто привязалась к нему, потому что он нуждается в тебе, а тебе нужно о ком-то заботиться. Тебе не нужна моя любовь, Ливи. И чья-то еще не нужна. Ты просто хочешь кого-то любить. Это твоя потребность, и ты заботишься обо всех этих летуньях, лепунах, водяничках. Одним словом, низших. Потому что они тоже нуждаются в тебе. А ты хочешь чувствовать себя кому-то нужной. Так вот, Ливи. Когда окажется, что твой возлюбленный не оправдал надежд, вспомни, что мне ты тоже нужна.

Эрик поднялся и вышел из комнаты. Я не стала его догонять. Просто сидела и пыталась понять, сколько правды было в его словах. Страшно было признаться самой себе, что он недалеко ушел от истины. Не по поводу Криса, нет. Крис был куда сильнее, чем казалось Эрику. Я-то это знала. А вот насчет моей помощи низшим… Мне действительно было одиноко. Когда исчезли родители, оказалось, что я никому не нужна. У дяди была своя семья, свои заботы. Он вспомнил обо мне только тогда, когда у меня обнаружили редкий дар. А до этого… Я бродила по пустым комнатам особняка из угла в угол и пыталась понять, кто же я. Как мне теперь жить. Что будет со мной дальше. И никто не мог мне ответить. Никто не протянул руку помощи. Дядюшка приставил какую-то гувернантку, от которой я сбежала при первом удобном случае и решила, что лучше жить совсем одной и ни от кого не зависеть. Я боролась не с другими магами, как мне казалось. Я боролась с собой.

Да, я тянулась за тем теплом, которое мог дать мне Крис. Но для него нет необходимости в моей защите. Наоборот. Это я нуждалась в нем. В том, кто внезапно заполонил пустоту в моей жизни, заполнил её красками, эмоциями. Пусть не всегда приятными. И я не могла его отпустить. Что может быть проще, чем снять печать прямо сейчас? Вот только тогда он уйдет. Вернется в Светен. А я? Что будет со мной? Как мне дальше жить?

Я прошла в спальню Криса. Теперь он просто мирно спал. Я села на кровать и притронулась к его лицу. Что мне делать без него? Кто будет отчитывать меня, как глупую девчонку? Выказывать свое недовольство? Следить, чтобы я не попала в неприятности? Защищать, хоть иногда мне и не нужна защита?

– Прости, – наклонилась и прикоснулась к его щеке губами, – но я не сниму печать. Не сейчас.

Глава 23. Не все так просто

Я до самого вечера сидела у постели Криса и думала. Снова и снова прокручивала в голове события минувшей ночи. А если бы я не вышла из комнаты? Если бы не узнала? Что бы тогда было? Сколько бы он еще водил меня за нос? Конечно, есть вещи, которых лучше не знать, но не тогда, когда тебя предают и обманывают. Только болезнь спасла Криса от моего гнева.

Удивлялась, как меня еще не хватились в замке. Наверное, Эрик придумал что-то для них, потому что меня внезапно оставили в покое. А ведь я ни на шаг не приблизилась к таинственной убийце. Знаю только, что, скорее всего, это – мать Ронни Мирра. Мирра… Мирабэль? Или это совпадение? Я подскочила, чтобы немедленно броситься во дворец, но снова села в кресло. Нет, сначала дождусь, пока Крис придет в себя. Надо решить хотя бы одну проблему. И эта проблема спала передо мной.

Я снова поднялась и прошлась из угла в угол. Если Мирабэль – это мать Ронни, то мы с ним что, кузены? И откуда у меня могла взяться тетя? Почему я никогда о ней не слышала? Может ли об этом знать императрица Тиана? Или Моран Ширхор? Ширхор точно знает. Он ведь с дядей очень, очень давно. Допросить. Каждого.

– Сколько я спал?

Вздрогнула от неожиданности и обернулась. Крис смотрел на меня – хотя бы без вчерашнего презрения.

– Почти сутки, – села возле кровати. – Уже стемнело.

– Плохо, – он отвернулся, а я гадала, о чем же он думает. Первым порывом было извиниться, но я его заглушила. Виноват, прежде всего, он. Это ведь Крис вчера пробрался в сокровищницу, воспользовавшись нашими близкими отношениями, и похитил ценный артефакт. А все, что случилось потом – только следствие. По крайне мере, так проще думать.

– Что ты решила насчет стражи? – разговор клеился с трудом, но разве могло быть иначе?

– Пока ничего, – рассеянно повела плечами. – Зато готова тебя выслушать.

– А я передумал объясняться.

Желание придушить одного самоуверенного наглого типа вернулось с новой силой. А почему бы и нет? Жаль только, работа Эрика пропадет.

– Заставишь?

Его вопрос застал меня врасплох. Крис прищурился и смотрел на меня так, словно пытался заглянуть под кожу, в глубины души.

– Нет, – я первой отвела глаза. – Но лучше тебе все-таки рассказать правду. Или тебе придется уйти.

– Сама знаешь, что не могу.

Не такого ответа я ожидала. Значит, он вернулся только из-за печати. Ничего другого. Поздравляю, Ливи, ты снова стала на те же грабли и придумала себя какую-то сказочную причину. А все просто и ясно. Вдали от меня Крис умрет. Выходит, лучше держаться поближе к источнику возможных неприятностей.

Захотелось избавиться от печати немедленно – в который раз за день, но я снова отказалась от этой мысли. Не дождется! Пусть мучается – не одной же мне страдать. Я – не Эрик, великодушием не наделена. Наоборот, отличаюсь здоровым эгоизмом. Пока мы не решим все вопросы, никто никуда не денется.

– И кто же тебя надоумил обокрасть императора? – решила зайти с другой стороны, отставив в сторону боль в груди.

– Какая разница? Ты уже решила, что я виновен. К чему оправдания?

Это уже была уязвленная мужская гордость. Все дело в том, что у меня тоже была своя гордость, и идти на попятную я не собиралась.

– Помнится, вчера ты хотел поговорить, – я начинала потихоньку выходить из себя. Нам только еще одного скандала не хватало. Особенно, когда один из нас болен.

– А сегодня – не хочу.

Я подскочила с кресла и в последний момент сдержалась, чтобы не отвесить ему пощечину. Вместо этого резко развернулась, чуть не упала, споткнувшись через ковер, и пошла к двери. Вот и пусть валяется в одиночестве. Пусть! А я-то страдала, мучилась. Думала, как перед ним виновата. А этот … гм… представитель рода мужского язвит, как ни в чем не бывало. Зря я его вчера не добила! Сегодня уже жалко…

Решила пойти в библиотеку. Чтение, как известно, успокаивает, а мои нервы нуждались в отдыхе. Забралась в огромное уютное кресло, укуталась в плед и взяла тяжеленную историю земель, составленную моим пра-прадедом и дополненную одним из его многочисленных потомков. Сначала просто перелистывала страницы, затем увидела знакомое название – Светен.

«Княжество Светен находится к северу от Мириданской империи и отделено от неё водами Русалочьего моря. Простирается от Острых гор на западе до реки Арра на востоке. Граничит как с магическими, так и с немагическими землями: Винченсой, Маррамом, княжествами Ласс и Тем. Основное население – люди. Особых способностей не замечено. Коренные светенцы отличаются высоким ростом, чаще светлыми глазами, белой кожей, развитой мускулатурой. Светен знаменит секретным сплавом, ограничивающим магию. Его состав передается из поколения в поколение в роду Аран – известных светенских мастеров. Правитель – князь. Титул наследуемый. Династия Верн, или Верран, что на языке светенцев означает «северный бог», сменила свергнутую династию Керран, что значит «темный бог». Светенцы поклоняются богу северного ветра и его сыновьям, которые ассоциируются с четырьмя временами года. Климат…»

– Почитать решила?

Я захлопнула книгу, а то возомнит себе невесть что.

– Решила. Тебе-то что с того? – уставилась на Криса, который с равнодушным видом уселся напротив.

– И о чем читаем?

– О дальних странах, – показала я переплет книги. – А ты? Тоже решил почитать, на ночь глядя?

– Допустим, – ответил Крис, но даже не взял в руки книгу. – Ливи, я… виноват перед тобой.

Это уже лучше. Отложила том в сторону и приготовилась внимательно слушать.

– Мне сложно подобрать слова… Я сам бы такое не простил. Хотя, ты тоже хороша!

Снова заговорила гордость. Правильно, великий княжич Светена не может быть виноват перед женщиной. Если нет – повтори еще раз.

– Надо, наверное, начать издали. Насчет того, как я сюда попал… Я тебе соврал.

Почти в этом не сомневалась после того, как Эрик сказал, что воинов не продают в рабство. У меня нет причин не верить Эрику – зато есть сотня, почему не стоит доверять Крису.

– Мы воюем с Винченсой долгое время, – продолжал Крис. – Война то затухает, то снова разгорается. Естественно, мы и винченцы ненавидим друг друга. Однажды, когда мне было лет восемнадцать, я спас от преследователей одну девушку. Мы начали встречаться, а потом я узнал, что она из Винченсы. Отец бы никогда не позволил, чтобы она стала моей женой. Поэтому мы встречались тайно. Когда началась последняя война, отец выбрал для меня невесту – у нас так принято, но я рассказал ему о Камилле и отказался жениться. Мы поссорились, и я ушел из дома. Мы должны были встретиться с Камиллой и навсегда покинуть Светен, но вместо неё меня ждали её родственники. Они были магами, с легкостью схватили меня и продали в рабство. От них я узнал о том, что отец мертв, а брат при смерти. Так я очутился здесь.

Отлично. Девиц еще и двое. Интересно, которая из них почтила нас своим присутствием?

– Теперь понимаешь, почему я не могу вернуться в Светен? Даже если когда-нибудь ты найдешь способ снять печать. Я предал семью, свой народ – и получил по заслугам.

Крис избегал смотреть мне в глаза, а я пыталась представить себя на его месте. Допустим, Миридан воевал бы с… той же Винченсой, и мне пришло в голову выйти замуж за Эрика. Смогла бы я убежать с ним? Если бы не было войны – смогла. А вот во время военных действий, когда моей стране и семье нужна защита… Что ж, на месте Криса я бы тоже не стремилась вернуться домой. Но это не объясняет кражу перстня.

– Продолжай, – сказала я, когда молчание затянулось.

– А что тут продолжать? – плечи Криса поникли еще больше. – Когда напали на твоего дядю, я шел во дворец и встретил Камиллу. Она рассказала, что сейчас живет в Светене. И что Винченса снова собирает войска, а противостоять ей некому. Она просила меня поехать домой, но я отказался. Тогда она рассказала мне о перстне, который хранится в королевской сокровищнице. Светен – земля, где нет магии. Но это не значит, что у нас нет магов. Понимаешь?

– То есть, перстень нужен, чтобы увеличить силы какого-то светенского мага? – догадалась я.

– Именно. Я согласился, потому что понимал – это единственное, что могу сделать для своей родины. Мне жаль, что ты об этом узнала.

– Ах, тебе жаль! – я не выдержала и подскочила с кресла. – Ты водил меня за нос, как девчонку! А я тебе поверила!

– Я тебе не врал, – нахмурился Крис.

– Только что мы выяснили другое. И потом, я, может, и глупая, но не слепая. Раз так хотел сохранить тайну своей невесты, нечего было с ней целоваться в центре города!

Я хлопнула дверью библиотеки так, что картина, висевшая рядом с нею, грохнулась на пол. Но мне было плевать. Я ворвалась в свою комнату и с силой швырнула в стену первое, что попалось под руку. Это оказалась ваза с цветами. Ваза разлетелась на осколки, цветы под ногами превратились в кашу.

Крис ворвался следом за мной и сгреб в охапку.

– Пусти, – прорычала я.

– Ты дослушаешь до конца!

– Уже дослушала.

– Нет! – Крис с такой силой меня толкнул, что я с размаху села на кровать и замерла. – К чему ты ревнуешь? К прошлому? Его больше нет. Как нет и Кристерена Верна, княжича Светена. Камилла – это просто воспоминание. Тень. Она уехала или уедет с минуты на минуту. Между нами все кончено.

– Потому, что ты – раб?

Крис на секунду замер, и его лицо исказилось от боли. Но я не собиралась церемониться. Хватит! Надоело быть доброй и хорошей! Я, может, вообще не такая! И у меня есть сердце, которое я не позволю топтать какому-то человеку!

– Ты сама сказала, – парень отвернулся и прошелся по комнате. – Пока это клеймо на моем плече, я не могу… Не могу быть с тобой.

– А если бы мы поменялись местами, смог бы? – я смотрела на него с вызовом.

Крис замер. Видимо, задумался, а затем кивнул.

– В это весь ты, Кристерен, – мне нравилось называть его полным именем, оно подходило ему куда больше краткого «Крис». – Не будь я принцессой Миридана, ты бы даже в нынешнем положении не взглянул в мою сторону. Но тебя бы устроило, если бы я потеряла свой титул и оказалась полностью в твоей власти. Эта твоя гордость рано или поздно выйдет тебе боком. Я понимаю, что ни один мужчина не желает зависеть от женщины. Это ведь так… не по-мужски. Но есть те, кто ради близкого человека способен меняться. Знаешь, кто тебя исцелил? Не я, а Эрик. Который любит меня и уверен, что рядом с тобой я буду несчастна, но все-таки выполнил мою просьбу и помог заклятому врагу. А ты? Разве ты хоть на шаг отошел от своей гордости? Нет. Прости, Крис. Я сниму эту проклятую печать. Где ты будешь и с кем – меня не волнует. Но точно не здесь, не со мной.

Крис молча сел рядом. Не знаю, о чем он думал. Но уходить не спешил. А для меня наш разговор был закончен. Навсегда.

В двери тихонько постучали.

– Ваше высочество, – заглянул в комнату Польс. – К вам посетитель. Говорит, что это вопрос жизни и смерти.

Что ж, вот и хорошо. Отправлюсь в очередное приключение, сломив голову. И забуду…

Я прошла в гостиную. На диване сидела девушка, и я сразу её узнала. Прежде, чем она меня заметила, я вернулась обратно. Крис все так же сидел на кровати, уставившись в одну точку.

– Ваше княжеское высочество, или как там к вам положено обращаться, – усмехнулась я, – там пожаловала ваша тень. Изволите принять?

Крис вздрогнул. Видимо, не ожидал. Но что с того? Он поднялся и пошел за мной. А меня снова начинала поглощать пучина пустоты. И я не собиралась сопротивляться.

– Добрый вечер, – сказала я, переступая порог гостиной во второй раз. – Чем обязана столь позднему визиту, госпожа Камилла?

Девушка резко обернулась. Ну что, симпатичная. Светловолосая, ясноглазая, худенькая. Милая. Увидев маячившего за моей спиной Криса, Камилла растерялась. Наверняка, хотела поговорить с глазу на глаз, чтобы попросить вернуть ей жениха. Не удалось.

– Я вас оставлю, – наверняка, моя улыбка казалась страшнее оскала. – Извините, день был утомительный. Пойду спать.

– Ваше высочество, – девушка кинулась ко мне и схватила за руку, – мне надо с вами поговорить.

– Со мной? Вы не ошиблись? – я продолжала издеваться – над ними, над собой.

– С вами. Крис… все мне рассказал. Я знаю, что вы его спасли и вчера с этим перстнем… Я виновата. И не хочу, чтобы вы винили его. Он вчера был в таком состоянии, что я испугалась, поэтому пришла.

Представляю, как перекосило лицо Криса за моей спиной. Очередной удар по его гордости. Бывшая невеста пришла к хозяйке просить о милости. Нарочно не придумаешь. Хотелось смеяться до упаду, но гостья не поняла бы причины. Поэтому пришлось сохранять спокойное лицо.

– Что ж, побеседуем, – дернула я за шнурок звонка, вызывая слуг. – Чай травяной или цитрусовый?

– Травяной, – Камилла смотрела на меня, как на сумасшедшую. А что, я всегда славилась эксцентричностью. Могу хоть раз за последнее время дать ей волю.

– Амели, пусть подадут чай и пирожные, – приказала я служанке. – А вы присаживайтесь, Камилла. Разговор будет долгим, не так ли?

Камилла выглядела так, словно предпочла бы провалиться сквозь землю. Но никто не заставлял её приходить. Это её выбор. И её жених, пусть и бывший.

Амели вернулась быстро, расставив на столе угощение. Гостья сидела, уставившись на сложенные на коленях руки. Я же наслаждалась чаем.

– Слушаю вас, – напомнила я Камилле, отмечая, что Крис сел отдельно от нас обеих. Правильно, нечего стравливать двух дам. А то еще подерутся. Но и уходить не стал – а то кто будет нас разнимать?

Какой бы спектакль не заготовила для меня Камилла, при Крисе она не решалась его сыграть. Не будь его здесь, могу поставить на кон императорскую корону, что Камилла упала бы на колени, хватала меня за подол и умоляла вернуть ей возлюбленного. Но в чужом присутствии такой способ терял свою прелесть. А я наслаждалась ситуацией. Интересно, как долго она может молчать?

– Мила, зачем ты пришла? – первым заговорил Крис.

– Из-за тебя, – похоже, первое онемение миновало. – Госпожа Оливия, ваше высочество, я пришла просить вас о милости.

– Какой именно? – меланхолично отхлебнула чай.

– Не наказывать Криса за кражу перстня и… отпустить его домой.

– Кристерен, дорогой, что ты думаешь по этому поводу? – с ехидной улыбочкой спросила я у красного, как мак, парня.

– Не нуждаюсь ни в чьих поблажках! – выпалил он.

– Вот видите. Зря приходили. Крис – человек самостоятельный, в моих поблажках не нуждается, готов ответить по всей строгости. Но есть одно «но». С Крисом я не первый день знакома. Жаль будет причинить ему вред. Зато можно арестовать вас, как соучастницу преступления. Уверена, ваша романтическая история растрогает мириданцев.

Лицо Камиллы побелело. Крис, наоборот, выглядел так, словно он сейчас меня убьет. А мне было все равно. В самые отчаянные минуты жизни на меня всегда накатывало безразличие – видимо, так я защищалась от боли. Интересно, чего ожидала эта девица? Что мы вместе всплакнем, и я верну ей жениха? Не на ту напала!

– Ваше высочество, – пролепетала гостья.

Она что, других слов не знает? «Высочество, высочество». Мое высочество желало выцарапать кому-то глаза, и лучший объект для этого сидел передо мной.

– Давайте закончим этот бессмысленный разговор, – предложила я. – Пирожных вы не хотите, в просьбах путаетесь. Крис, ты готов уехать в Светен со своей невестой?

– Нет, – ответ последовал быстро. Впрочем, на это я и надеялась.

– Думаю, вопрос исчерпан.

– Тогда не откажите в последней милости, – по щекам девушки скатились две слезинки. Это выглядело бы трогательно, если бы я не была так зла. – Я навсегда покину Миридан, только позвольте Крису проводить меня до корабля.

– Я не ограничиваю его в передвижениях, – просьба показалась неожиданной.

– Но, если я правильно его поняла, он не может удаляться от вас на такое расстояние. До порта всего три часа пути. Прошу вас, ваше высочество!

Где-то спрятался подвох, но я никак не могла понять, где. Допустим, поеду с Крисом и позволю проводить Камиллу. И что с того? Она уедет? Зачем тогда поездка? Но чем дольше я думала, тем более безобидной казалась просьба.

– Ладно, – рискнула я. – Выезжаем завтра на рассвете. Будьте к этому времени у моих ворот. Предпочитаете экипаж или верхом?

– Экипаж, – Мила опустила глаза.

– Отлично. Значит, я жду вас – и экипаж. До завтра.

Я лично сопроводила гостью до двери. Она рассыпалась в благодарностях, но я её не слушала. В голове возникла очередная безумная идея. Вместо того чтобы вернуться в гостиную к Крису, я пошла в свою комнату. Что ж, проблема легко решаема.

Купчая на раба лежала в секретном отделении стола – я достала её и свернула в маленькую трубочку. Было у меня одно хитрое украшение – кулон из прекрасного хрусталя. Только снаружи казалось, что он прозрачный. А на самом деле внутри был небольшой тайничок, в который при помощи магии вполне можно спрятать нечто важное. Например, купчую.

Я надела кулон на шею. Завтра, когда мы прибудем в порт, сниму печать, и пусть Крис сам решает, ехать ему в Светен или остаться в Миридане. Так будет правильно и честно по отношению к нему. И мне станет легче.

Я ожидала, что Крис придет. Но он не пришел. Видимо, решил, что мы сказали друг другу все, что нужно. Я разделась и забралась в постель. События минувшего дня так вымотали меня, что заснула очень быстро. Но и во сне видела Криса. Да что же это за наваждение такое?

Проснулась еще до рассвета, надела удобный брючный костюм и пошла в столовую. Кусок в горло не лез, зато можно было выпить чаю – путь предстоял неблизкий. Крис завтракать не стал. Он ждал меня у дверей и казался мрачнее, чем накануне. Что ж, не мне одной страдать.

Камилла не опоздала. Когда мы вышли из особняка, экипаж уже стоял у ворот. Мне было интересно, с кем рядом сядет Крис, поэтому я заняла место напротив Милы. Не знаю, заметила ли девушка легкую заминку, но Крис закрыл за нами дверцу и забрался на козлы рядом с кучером. Я уловила разочарованный вздох Камиллы. Что ж, эксперимент не удался. Заскрипели колеса. За окнами поплыли знакомые улочки. Город уже не спал, а гудел, словно улей. Интересно, столица Светена живет так же? И как она называется? Будь тут Крис, я бы спросила, но разговаривать с Камиллой не хотелось.

Но девушка сама решила завязать разговор.

– Ваше высочество, скажите, вы любите Криса? – как гром среди ясного неба, спросила она. Интересно, это что, любимый вопрос винченцев?

– Нет, – ответила я, не собираясь посвящать посторонних в сердечные тайны.

– Тогда зачем он вам?

– Так случилось, – пожала я плечами. – Меня никто не спрашивал.

– Но почему он не хочет ехать домой?

– Не может. Вы же слышали. Тройная печать вечна, – продолжала я играть роль злобной принцессы. – Мы привязаны друг к другу, если можно так сказать.

Мила вздохнула. Но мне не было её жаль. Я позволяла ей увести дядюшкин перстень. И, возможно, она лишит меня единственного человека, которого я смогла полюбить.

– Оливия, простите, что называю вас по имени, – продолжила она после паузы. – Но есть то, что мне нужно вам сказать, и что я не могла говорить при Крисе. Он нужен Светену. Я не говорю ему, что там происходит, но после войны с Винченсой… Многие погибли. Его брат еще жив, но доживает последние дни. Ливи, если есть способ отправить его домой, прошу, помогите мне! Его там не считают ни предателем, ни отступником. Его там ждут.

Я отвернулась. Мое решение принято. Печать будет уничтожена. А дальше пусть решает сам.

Камилла поняла, что ответа ждать не приходится, и замолчала. Так мы и ехали до самого места назначения.

Около полудня мы подъезжали к Камису, крупнейшему порту Миридана, где вечно кипит торговля… и работорговля. Природа неуловимо менялась, появилось больше зелени. Влажный воздух был пропитан запахом моря. Я обожала этот край куда больше, чем суровые горные вершины. И когда бывала возможность, приезжала в небольшую деревушку близ Камиса, плавала, наслаждалась жизнью. Жаль, что такие минуты выпадали редко.

Камилла становилась все грустнее, и я её понимала. Наверняка, в Светене ждали от неё добрых вестей. Может, и дождутся. Она хотя бы привезет им перстень. А меня раздирали два совершенно противоположные желания: чтобы Крис уехал, и чтобы он остался. Я ерзала на сидении, стараясь сосредоточиться на живописных поселках и цветущих кустарниках, но мысли улетали к тому, кто обо мне не думал. Вчерашние страсти остыли, и я просто боялась его потерять. Разве возможно любить человека – и тут же ненавидеть? Как оказалось, вполне. Я готова была убить Криса своими руками, но не представляла жизни без него.

Наконец, экипаж остановился. Я спрыгнула на мостовую – и меня оглушил шум торгового города. Здесь толпились представители всевозможных народов и видов. Некоторых я и не знала.

– Нам сюда, – указала Мила на большую гостиницу. – Я оставила здесь вещи. Заберем – и можно садиться на корабль.

Крис молчал, и меня удивляло его молчание. Он шел за Камиллой, а я плелась позади. Номер Милы – лучшее место, чтобы уничтожить печать. Кто знает, как Крис будет чувствовать себя после этого. И не стоит ворожить на шумной площади. Чем ближе подходил решающий миг, тем больше у меня немели руки и ноги. Камилла говорила что-то, но я не обращала внимания, что.

Мы вошли в скромную комнатку на одного. У окна стоял огромный сундук – Камилла что, решила привезти в Миридан весь свой гардероб?

– Это не займет много времени, – натянуто улыбнулась девушка и принялась хлопотать вокруг сундука.

Сейчас! Я сжала рукой кулон. Всего-то и надо – вытряхнуть купчую на ладонь и… Все будет кончено. Я собралась с духом. Пора!

Мои пальцы сжали кулон, теплый от соприкосновения с телом. И вдруг Камилла резко развернулась и осыпала нас с ног до головы каким-то резко пахнущим порошком.

– Простите, так надо, – услышала я прежде, чем вокруг воцарилась тьма.

Глава 24. Морская прогулка

Просыпаться не хотелось. Кровать почему-то качало из стороны в сторону, но это скорее убаюкивало, тем более что лежать было тепло и комфортно. Не жарко, как в последние дни, и не холодно, а именно тепло. Вот только подушка показалась жестковатой. Попыталась её подправить, но подушка проворчала что-то невразумительное и подвигаться отказалась. Стоп! Проворчала?

Я открыла глаза. Помещение оказалось абсолютно незнакомым. Судя по тому, что качало немилосердно, это была каюта корабля. Вот только каким ветром меня занесло на корабль? Повернулась – и только заметила, что лежу на плече Криса. Еще лучше. Осторожно отодвинулась, чтобы не разбудить. А то еще подумает невесть что.

Что же случилось? Мы приехали в Камис, зашли за вещами Камиллы, и… Неужели сонный порошок? Я подошла к иллюминатору – вокруг, куда ни глянь, плескалась вода. Попыталась открыть портал домой – не смогла. Мелькнула догадка, что где-то здесь припрятан тот самый сплав, который защищал Криса от действия артефактов. Либо он был использован при строительстве корабля. Уж не знаю, как именно – в чем-чем, а в мореходстве я не разбираюсь. Да и плавать куда-то мне приходилось редко. Зачем, если можно открыть портал? А на дальние расстояния предпочитала добираться по суше.

Подошла к двери, подергала за ручку – закрыто. Даже не удивилась. В голове копошился такой рой мыслей, что нереально было разложить их по полочкам. Присела обратно на койку рядом с Крисом. Он все так же спал. Что ж, видимо, человеческий организм более восприимчив к сонному порошку. Сколько мы уже в пути? Я могла проспать и сутки, и двое – зависит от ингредиентов.

Второй вопрос – зачем нас похитили? Вот тут могло быть множество ответов. Что я знала о Камилле? Первое – она из Винченсы. Второе – она была невестой Криса до того, как он попал в рабство. Третье – Крис утверждает, что Камиллу приняли в Светене и поручили ей раздобыть перстень, а, возможно, и вернуть пропавшего княжича.

Что это может означать? Если Камиллу действительно отправил нынешний князь Светена, который, по её словам, тяжело болен – тогда понятно. Возможно, её целью изначально был не перстень, а Крис. К Крису прилагаюсь я. Вот нас и везут в Светен. Если бы это было так, я бы не возражала – в Светене сниму печать и вернусь домой. Но есть еще один вариант. Например, что Камилла по-прежнему служит Винченсе. Возможно, для шантажа им понадобился Крис. А дальше – все то же самое. Без меня он умрет, везти надо только вместе. И последний вариант – есть какая-то третья сторона, которая охотится за кем-то из нас. Но однозначного ответа не было.

Я даже позавидовала Крису. Он так спокойно спал. И ведать не ведал, что покинул Миридан. А вот мне что делать? Магия бессильна, выбраться нельзя. Да и толку выбираться, если воды русалочьего моря мало того, что обширны, так еще и опасны. Русалки – странные существа, и даже я не всегда с ними ладила.

Что же делать? Этот вопрос так давил и мучил, что хотелось лезть на стенку. Лучше бы я проснулась куда позднее! Что делать? Еще раз осмотрелась по сторонам, подумала – и легла обратно. Может, удастся продолжить прерванный сон. А главное – что, одной мне тут краснеть? Пусть Крис тоже смущается.

Улеглась поудобнее, опустила голову ему на плечо и закрыла глаза. Как назло, спать не хотелось. Еще бы, после такого «сонного часа»! Наоборот, проснулась жажда действий. Но я уговаривала себя лежать и не дергаться. Хотя бы ради того, чтобы понаблюдать за действиями Криса.

К счастью, ждать пришлось недолго. Не прошло и получаса, как парень заворочался. Я придвинулась поближе и засопела с удвоенной силой. Парень замер. Если бы не моя игра, то захихикала бы – вот бы увидеть его лицо! Но нельзя, разрушу интригу. Что же он будет делать? Как я, бродить из угла в угол? Или…

Додумать мне не дали.

– Ливи! – Крис с силой встряхнул меня за плечи. – Просыпайся! У нас проблемы!

От неожиданности я чуть не вцепилась ему в лицо. Ну, кто так будит девушку? Я же его не трясла, а дала спокойно спать дальше!

– Что за проблемы такие позволили тебе трясти меня, как грушу? – прошипела я.

– Извини, – Крис отпустил мои плечи, я грохнулась на спину и больно ударилась головой. Романтический настрой улетучился. Впрочем, какой там настрой, если в последние дни мы грызлись, как кошка с собакой? И выяснили много чего неприятного. Я снова сглупила. Пора исправлять ситуацию.

Я поднялась, подошла к висевшему на стене мутному зеркалу и поправила волосы. Эта легкая передышка дала мне время собраться с мыслями.

– Твоя подружка втянула нас в большие неприятности, – обернулась к Крису. – Как думаешь, куда мы направляемся?

– В Светен, – не задумываясь, ответил Крис. – Она с самого начала настаивала, чтобы вернулся вместе с ней, но я не стал её слушать.

– А если в Винченсу? – поинтересовалась я.

– Нет, не может быть. Винченса для Камиллы закрыта.

– Это ты так думаешь. А на самом деле много воды утекло. Эта девица могла пообещать Винченсе тебя в обмен на прощение.

– К чему им я? – нахмурился Крис. – Я уже бывал в их руках, и они предпочли унизить давнего врага.

– Чтобы надавить на твоего брата? – предположила я.

– Сандер не дурак. Даже если бы они попытались, он пожертвовал бы мной ради Светена. Тем более, Камилла утверждает, что Сандер при смерти. Значит, как-то повлиять на него нельзя.

– Но ты единственный, кто может по праву занять его место, – напомнила я.

Крис отвернулся. Он не торопился делиться своими соображениями. А я снова начинала злиться. Не знаю, к чему бы это привело, но дверь в каюту распахнулась, и на пороге появилась Камилла с подносом, заставленным едой.

– Доброе утро, – улыбнулась она, на всякий случай, обходя меня стороной и опуская поднос на столик. – Как спалось?

Вот только Камилла опасалась не того. Крис метнулся к ней, словно молния, и прижал к стене.

– Ты! – его пальцы впились в её шею, и девушка тщетно пыталась вырваться. – Змея! Говори, куда мы плывем!

– В Светен, – прохрипела Камилла.

Пальцы Криса разжались, и она сползла на пол. Я уже собиралась вмешаться, но Крис, похоже, взял себя в руки. Он смотрел на Камиллу с таким презрением, какого не удостаивалась даже я в дни самых сильных наших ссор. Если у меня и оставалась ревность, она мигом иссякла. Он точно ничего к ней не испытывал. И, похоже, винил в своих бедах. Конечно, отчасти справедливо, но нечего было ухлестывать за первой попавшейся юбкой.

– Сандер? – Крис не спрашивал. Скорее, утверждал.

– Ему недолго осталось. Пожалей брата, – Камилла неуверенно поднялась на ноги. – Он держится из последних сил, ждет тебя.

– Зачем?

– Чтобы ты занял Светенский престол.

– Я же сказал – не могу!

– Разве это помеха? – Камилла взглянула в мою сторону. – Уверена, Сандер что-нибудь придумает. И потом, не обязательно посвящать светенцев в суть твоих проблем.

– Я не позволю решать за меня! – не отступал Крис.

– Разбирайся с братом. Я уже пожалела, что в это впуталась. Берег Светена на горизонте, мы почти на месте.

И вдруг корабль сотрясло с такой силой, что я чуть не упала.

– Русалки! – послышались крики снаружи.

Я выскочила на палубу и бросилась к борту. Матросы были правы – с десяток русалок расшатывали корабль из стороны в сторону. Какими бы хрупкими не казались эти создания, они обладали недюжинной силой. Вот только что им сделали светенцы?

Крис очутился позади меня и попытался оттащить обратно, но я вырвалась. Моя магия по-прежнему не действовала. Значит, дело было в корабле, а не в каюте. И это плохо – я ничем не могла помочь против русалок. Но надо было что-то решать!

– Эй, девочки, – перегнулась я через борт. – В чем проблема?

«Девочки» явно меня услышали, потому что на мгновение оставили корабль в покое, но затем начали бить по нему хвостами с удвоенной силой. Неразговорчивые попались. Плохо дело.

– Может, решим все полюбовно? – старалась я перекричать шум и треск. – Кто у вас главная?

«Я», – долетел до меня ментальный ответ. Конечно, русалки хоть и понимают все языки мира, но только потому, что читают мысли. И между собой они тоже общаются с помощью телепатии.

– Прекратить трогать русалок! – скомандовала я, и команда, на удивление, повиновалась. Как и русалки, замершие в ожидании.

«Что произошло?» – мысленно спросила я.

«На корабле есть то, что принадлежит нам», – ответила главная, зеленоволосая русалка с голубоватым хвостом.

«Что именно?»

«Гребень. Гребень владычицы вод, которым сотни веков владеет мой народ. Мы много слышали о тебе, принцесса Миридана, хранительница порталов. Верните нам гребень – и мы пропустим корабль».

«Как вы его потеряли?» – уточнила я.

«Этот корабль заходил на наш остров, Этен. Мы не стали его трогать, а затем нас коварно усыпили. Когда мы проснулись, гребень исчез».

«Я все выясню. Подождите немного», – пообещала я. Итак, русалок усыпили. А кто у нас на корабле владеет запасами сонного порошка, который действует и на русалок в том числе? Правильно, Камилла.

– Отдай гребень,– развернулась я к ней.

– Не понимаю, о чем ты, – поджала губы наглая девица.

– О том гребне, который ты украла на острове Этен. Верни его, или мы все пойдем ко дну!

– Проще убить русалок, – похоже, я ошиблась в Камилле. Мне она казалась опытной интриганкой – а на самом деле просто дура.

– Убить? И как же? – наседала я на неё.

– Оружием! – она не собиралась так просто сдаваться.

– Каким? Антимагическим? Они потопят нас раньше, чем ты успеешь перебить хотя бы половину из них. Отдай гребень, Камилла! Зачем тебе любовные чары?

Девушка покраснела. Хотела приворожить кого-то? Криса? Или есть еще кандидаты?

– Гребень мой! – выпалила она. – Это мой последний шанс!

Я уже подумывала о том, чтобы выцарапать сопернице глаза, как между нами замер Крис.

– Камилла, отдай гребень, – приказал он.

– Ни за что! – выпалила она. Нет, не по его душу гребешок! Я чувствовала.

– Или ты выполнишь мой приказ, или я брошу за борт тебя.

Я боялась, что вмешается команда, но матросы благоразумно держались поодаль, наблюдая за русалками. Камилла и Крис смотрели друг на друга. Мне надоело гадать, кто из них выиграет в «гляделки», и я подошла к борту.

«Девочки, поймаете?» – спросила я русалок.

«Да», – получила ответ, собралась с духом и… прыгнуть мне не удалось. Крис схватил меня за талию и оттащил прочь.

– Я знаю, как ты любишь геройствовать, – прошептал он на ухо. – Но еще одна попытка – сам утоплю!

– Ой-ой, как страшно, – усмехнулась я. – Камилла, твое последнее слово?

Девушка всхлипнула. Её лицо вдруг стало некрасивым, искаженным гримасой. Она достала из потайного кармана гребень и бросила за борт.

– Он? – крикнула я русалкам.

«Да. Благодарим тебя, принцесса Миридана», – прошелестели в голове их голоса.

«И вам не хворать, девочки. Берег близко?»

«Близко. Мы вас незаметно проводим, не беспокойся».

Русалки помахали на прощание хвостами и исчезли, а я утомленно поплелась в каюту. Общение с низшими никогда не проходит бесследно.

– Ваша светлость! – услышала я и обернулась. Обращались не ко мне, а к Крису. Матросы опустились на одно колено и склонили головы. Сам Крис выглядел растерянным. Что ж, мы приближаемся к его стране, и там он – княжич, а я – просто магичка. Ничего удивительного. Я не стала наблюдать за дальнейшим ходом дела. Что может быть интересного в приветственных речах? А вот привести себя в порядок и, наконец, позавтракать не помешает. Но в каюте меня ожидал неприятный сюрприз – еда, принесенная Камиллой, соскользнула на пол во время нападения русалок. Осталась только закупоренная бутылка с водой, которая каталась туда-сюда по полу. Ладно, завтрак отменяется. А вот умывание…

Мимо каюты проходил какой-то парнишка. Наверняка, юнга.

– Эй, ты, – окликнула я его.

– Слушаю, госпожа, – остановился матрос.

– Можешь принести мне теплой воды для умывания и полотенце?

– Сейчас попрошу одну из служанок госпожи Камиллы, – пообещал мой собеседник и скрылся. Видимо, по поводу меня были даны распоряжения, потому что несколько минут спустя в комнате появилась высокая стройная девушка с тазом, кувшином и полотенцем на плече. Без лишних слов она оставила это в каюте и убрала погром. Я скинула помятый костюм и с наслаждением подставила тело под струи воды. Думать ни о чем не хотелось. На это еще будет время. Что-то мне подсказывало, что в Светене придется задержаться. Вот только…

И о чем я думаю? У меня там дядя болен и какая-то неведомая убийца бродит по столице! От пришедшей мысли чуть не выронила кувшин, внутри что-то оборвалось. Нет, надо выбираться! Отпустить Криса на все четыре стороны – и возвращаться домой! На корабле полно сплава, но в Светене я не буду так ограничена и смогу перенестись хоть куда-нибудь, а оттуда уже в Миридан.

Я потянулась за полотенцем в тот момент, когда хлопнула дверь. Обернулась – и завизжала. Полотенце полетело в Криса. Глупый жест, потому что мокрой влезть в брюки проблематично, но ничего лучшего не пришло в голову.

– Предупреждать надо! – настиг меня гневный окрик, полотенце полетело обратно, и дверь с грохотом закрылась.

Я наскоро вытерлась и оделась. Когда прошло смущение, начал душить смех. Уж больно живописно выглядело лицо Криса. Вот теперь я точно его смутила! Так смутила, что век не забудет. Надо пойти найти несчастного, а то еще не вернется.

Мои опасения не оправдались. Крис ждал за дверью – и выглядел скорее раздраженным, чем смущенным. Мое смешливое настроение мигом выветрилось.

– Заходи, поболтаем, – сказала я, возвращаясь в каюту.

Крис последовал за мной. Он словно с каждой минутой раздражался все больше. То ли на него подействовал мой вид, то ли близость родной страны.

– Что не так? – села я рядом с ним на койку.

– А что так? – взвился парень. – Мы плывем в Светен!

– Ну и? Это – твоя родина, там тебя ждет семья…

– Заткнись!

Ого! А светенский княжич изъясняется, как последний мужлан. Это его рабство так изменило? Или мое присутствие? Не даром дядя говорил, что я кого хочешь с ума сведу. Похоже, так и случилось. Надо быть терпеливее.

– Просто объясни мне, почему близость Светена вызывает у тебя такую бурю эмоций, – как можно мягче попросила я.

– Почему? – Крис вздохнул так тяжело, словно тащил на плечах камень. – Разве ты не понимаешь? Я говорил тебе – путь в Светен для меня заказан. Там мой брат. Как я смогу посмотреть ему в глаза? Как я смогу посмотреть в глаза матери? Я предал их тогда, когда они больше всего во мне нуждались! Более того, мое имя опозорено, и…

– Хватит, – я опустила руку ему на плечо, и он вздрогнул от прикосновения, как от удара молнии. – Послушай меня. В чем-то эта Камилла права. Твоему брату нужна помощь. Иначе бы он не искал тебя так неистово. Он болен. Что будет с вашей страной, если его не станет? Думаю, твоим близким все равно, что ты натворил. Они послали за тобой Камиллу – значит, простили. В любом случае, сейчас у тебя есть шанс попросить прощения. Потом его может просто не быть.

Крис понемногу успокаивался. Я сидела рядом и прислушивалась к его дыханию – оно становилось все ровнее. Вот и хорошо. Значит, приходит в себя. Я бы на его месте, конечно, сделала все, чтобы сбежать, но ему об этом знать необязательно.

– Когда мы будем в Светене? – спросила я.

– Через пару часов. Береговая линия уже хорошо видна, – ответил Крис.

– Мы прибудем в вашу столицу?

– Думаю, да. Дракон – крупнейший порт Светена.

– Дракон? Какое интересное название, – вспомнила я единственного виденного мною дракона. Он курил мерзкий табак и читал фривольные книжки. В целом, неприятная вышла встреча.

– Есть легенда, что когда-то на берегу один из светенских князей сразил злобного дракона, – пояснил Крис. – На месте битвы возникла бухта, которую назвали Драконьей. Позднее на берегу бухты выросла наша столица. Поговаривают, она построена на костях того самого дракона.

– Милая легенда, – поежилась я. – А как у вас относятся к магам? Ты говорил, в Светене они есть.

– Есть, – кивнул Крис. – Но мало. Я лично знаю одного. Но он не наш, а приезжий. Правда, светенская земля выпивает магию, поэтому, когда я покинул дом, его силы почти иссякли. Думаю, что перстень для него.

«Или для меня», – добавила я мысленно. А что? Камилла могла все продумать. Я – сильный маг. Почему бы не сделать меня оружием против Винченсы? Но есть одна загвоздка – моя магия постепенно иссякнет. И вот тогда пригодится перстенек. Она не учла одного – я никогда не играю по чужим правилам.

– Рада, что меня не сожгут на костре, как в некоторых дремучих человеческих землях, – усмехнулась я. – Знаешь, что? Давай попросим все-таки накормить нас завтраком. Не хочу знакомиться с чужой страной на голодный желудок.

– Мне кусок в горло не полезет, – покачал головой Крис.

– А ты постарайся, – улыбнулась я.

Два часа спустя мы стояли на палубе и наблюдали, как корабль приближается к суше. Признаюсь, от красоты Светена у меня захватило дух. Первое, что бросалось в глаза – широкая горная гряда, почти белоснежная. На пиках гор клубился туман. Уверена, даже летом там не таял снег. У подножия раскинулся город. Из сизоватой дымки, словно миражи, выплывали здания. Некоторые из них стояли у самого моря и напоминали сказочные дворцы. Другие, наоборот, имели суровый облик, словно вырубленные в скале.

Нас ждали. Как только корабль приблизился к порту, раздались три залпа пушки.

– Встречают, – подтвердил мою догадку Крис, и наш корабль ответил такими же залпами.

Суетились матросы, раздавались команды, а я все никак не могла отвести глаз от красоты этого сурового края. Здесь было мало зелени и красок, зато так много – скрытого величия. Что же, у меня появился шанс увидеть, как живут люди.

Наконец, корабль вздрогнул – и стал на якорь. С берега за нами уже шла большая лодка. Нас встречали четверо – все, как один, походившие на великанов. Высокие, со строгими лицами и густыми бровями, глазами цвета зимнего неба, они казались нереальными.

– Ваша светлость, – склонились они перед Крисом.

Я опасалась, что Крис снова что-нибудь учудит, но он молча наклонил голову в знак приветствия и протянул мне руку, помогая перейти на лодку. Там меня устроили на жестком сидении. За нами последовали Камилла и капитан корабля. Я инстинктивно прижалась к Крису – мало ли, чего ожидать от людей. Лодка, мерно качаясь, направилась к берегу. Спустя несколько мгновений уже можно было увидеть целую процессию, высыпавшую на берег. Там собралось не менее тридцати человек. Они радостно шумели и вытягивали шеи, стараясь разглядеть своего потерянного княжича. Крис помахал им рукой, и до нас долетели радостные крики.

Наконец, лодка причалила к берегу. Крис спрыгнул на берег, не страшась узенькой кромки воды, отделяющей нас от песчаной линии. Затем моряки помогли нам с Камиллой перебраться за ним, не замочив одежды. Толпа хлынула к нам, закружила, завертела. Вряд ли все происходило по правилам этикета, но эти люди были слишком счастливы видеть Криса, чтобы думать о правилах. Я старалась держаться в стороне. Их язык казался грубым, таким же тяжеловесным, как скалы. Пришлось наложить заклятие, чтобы понимать их. Но я все равно могла выхватить только отдельные слова вроде «господин», «светлость» и «княжич».

Внезапно послышался гулкий мужской голос:

– Эй, вы, расступитесь! Мы все ждали его светлость Кристерена, но это не значит, что надо вести себя, как неотесанные мужики.

Толпа рассыпалась, по-видимому, подчиняясь авторитету говорившего. Криса заключил в объятия высокий черноволосый мужчина. Кто-то из родственников? Но вот он обернулся, и с моих губ сорвался крик:

– Папа!

– Оливия? – растерянно улыбнулся он. – Какими судьбами?

Но я его уже не слушала, потому что сползла на песок и обхватила голову руками. Нет. Этого не может быть. Этого просто не может быть. Но… и сомнений тоже нет. Передо мной стоял мой отец, Дерек Анабелроуз.

Глава 25. Родственные связи

Вокруг меня суетились люди, что-то говорили, но я не понимала, что. Не способна была понимать. В голове все перепуталось. Отец жив. Он здесь. Он бросил меня, не подавал вестей. Зачем ему дались человеческие земли? Почему Светен? В Миридане никогда не сотрудничали с людьми, в них видели лишь рабов. Эрик говорил что-то о том, что папа имел другое мнение на этот счет. Но иметь другое мнение – и уехать в Светен, бросив единственную дочь, это разные вещи. А мама? Что стало с нею? Крис упоминал об одном знакомом маге, а мама обладала более сильной магией, чем отец. Правда, не боевой, а лечебной. Значит, её нет. Либо здесь нет. Как все запутано.

Меня осторожно подняли на ноги, и я уткнулась носом в рубашку Криса. Во всей этой толпе он казался единственным близким человеком, к которому можно прижаться и попросить защиты. Я не задумывалась над тем, что ему и самому несладко. Он – дома. Я – нет. Он знает большинство этих людей, я – впервые вижу.

– Все в порядке? – тихо спросил он.

– Нет, – ответила я.

– Поедем в замок. Там отдохнешь.

Крис почти потащил меня к приготовленным для нас лошадям. Когда мы двинулись по улицам Светена, я поняла, что экипажем тут не проедешь – слишком неровная поверхность. А вот лошади отличались от мириданских. Они были массивнее, обладали мохнатой шерстью и, казалось, могли скакать по горам без устали. Я старалась не смотреть в сторону отца. Он тоже где-то отстал, отложив объяснения до лучших времен. Зато Крис держался рядом, и это придавало уверенности. Как бы я на него не злилась, но сейчас искренне была ему благодарна.

Улицы Светена были достаточно узкими и вились, словно змеи. Дома казались непохожими друг на друга. Их отличал цвет стен, размер, форма и высота окон. Я начинала догадываться, что в Драконе живет не только коренное население Светена, но и масса приезжих. А ведь в Миридане рассказывали, что у людей и городов-то нет. Точнее, они именуют городами крохотные деревушки на сто жителей. Мириданцы ошибались. Столица Светена поражала даже самое взыскательное воображение. Хотелось исследовать в ней каждый уголок, каждую улочку.

Мы проезжали мимо жилых домов, лавок, складов, мастерских. Всюду бурлила жизнь. Люди выбегали нам навстречу и приветствовали Криса. Он кивал им и продолжал путь, нигде не задерживаясь.

Наконец, впереди замаячили высокие конусообразные крыши, украшенные знаменами с изображением солнца, восходящего из-за гор. Мы приближались к замку. Он ни капли не походил на дядюшкин дворец. Замок окружали высокие стены. Он был построен из белоснежного камня – настолько белого, что казался покрытым снегом. Окон было много, но маленьких, тогда как в Миридане любили окна в полстены.

Мы миновали подъемный мост. Стража приветствовала своего князя троекратным криком «Вернан», и я впервые с того момента, как мы ступили на землю Светена, увидела улыбку Криса. Наверное, в глубине души он был рад оказаться дома.

Крис спешился первым. Ко мне кинулся слуга, помогая спрыгнуть наземь. Хорошо, хоть похитили меня в дорожном костюме – в юбке так просто не поездишь.

– Ваше высочество, – Крис протянул мне руку.

– Ваша светлость, – не осталась я в долгу, прекрасно понимая, что он дал спутникам понять – перед ними непростая гостья.

Княжеский замок встречал нас тишиной. Если город казался огромным котлом, то здесь время словно замерло. В коридорах царил полумрак, едва разгоняемый уличным светом. Слуг на пути попадалось мало. Они торопились раскланяться и исчезнуть в тени.

– У вас всегда так мрачно? – шепнула я Крису.

– Нет, – ответил тот. – Но у нас траур.

Точно, ведь отец Криса погиб недавно, и полугода не прошло. Хотя, неизвестно, сколько длится траур в Светене.

– Вас ожидает вдовствующая княгиня, – сообщил мой батюшка, неожиданно возникая рядом с Крисом. – Думаю, она в своих покоях.

Крис закусил губу. Интересно, с кем ему страшнее встретиться – с матерью или братом? А ведь я даже имен их от него не слышала, пока мы были в Миридане. Крис направился к лестнице. Мне же показалось, что лучше будет отстать и дать ему спокойно побеседовать с княгиней.

– Оливия, ты идешь? – обернулся он у ступенек. – Поторопись.

Пришлось догонять. Крис снова сжал мою руку и повел вверх по лестнице. Решил прикрываться мною, если родственники по головке не погладят? Мол, «это все она виновата, коварная рабовладелица, так что я домой никак». А что, все может быть. Крис – человек непредсказуемый.

Ступеньки закончились, и слуги распахнули перед нами высокие кованные двери. Я замешкалась, но Крис так дернул меня за руку, что я почти влетела внутрь. У окна стояла еще молодая женщина, но лицо её носило отпечаток пережитого горя, а в черных волосах блестела светлая прядь. Белое платье подчеркивало прозрачную белизну кожи: как я потом узнала, в Светене цвет траура – белый. Она обернулась на шум, увидела Криса и прижала ладони к груди.

– Кристерен, – полувздох-полушепот слетел с её губ.

– Матушка, – Крис опустил голову и наконец-то выпустил мою ладонь. Я поспешила сделать шаг назад.

– Ты вернулся, – княгиня подошла к сыну и провела по его щеке. – Повзрослел. Я думала, мы никогда больше не свидимся. Но Сандер верил до последнего, что ты возвратишься к нам.

При имени брата лицо Криса помрачнело еще больше. Понятно. Значит, матушка – еще полбеды.

– Прости, я долго отсутствовал, – было заметно, что Крису тяжело говорить. – Но теперь я здесь, и все будет в порядке.

– Да, да, – глаза княгини светились счастьем, но долг заставил обратить внимание на других. – Вижу, у нас гости. Представишь?

Мне стало немного не по себе. Уж не знаю, почему.

– Матушка, позволь тебя познакомить с её высочеством Оливией Анабелроуз, принцессой империи Миридан. Оливия, это – моя мать, княгиня Марианна.

– Рада встрече, госпожа княгиня, – присела я в реверансе.

– Не стоит церемоний, дитя мое, – ласково улыбнулась княгиня. – Вы проделали такой долгий путь. Мой дом – ваш дом.

– Благодарю, госпожа, – ответила я, не зная, как в Светене обращаются к княгиням.

– Миридан, – покачала головой Марианна – видимо, знала, как у нас относятся к людям. – Как поживает достопочтенный император Себастьян?

Надо же, княгиня знала имя правителя моей родины. Жаль, я не могла похвастаться тем же.

– Увы, не так хорошо, – сказала я. – Немного нездоров, но, уверена, скоро поправится.

– Желаю ему скорейшего выздоровления. Если не ошибаюсь, он приходится вам дядей?

– Именно, – пыталась я скрыть удивление.

– Что ж, мы всегда рады гостям. Жаль, что вы посетили Светен в столь печальную для нас пору. Но вы принесли нам счастье своим присутствием. Надеюсь, наша земля будет к вам добра.

Мне понравилась Марианна. Очевидно, Крис не пошел в мать ни внешностью, ни характером. Единственное, чем они были похожи – цветом волос и разрезом глаз.

– Но что же мы стоим? – всплеснула руками Марианна. – Прикажу накрывать на стол. Уверена, вы проголодались с дороги. Господа, – обратилась она к нашему сопровождению, – прошу вас присоединиться.

Однако мы не успели пройти в столовую. Дверь напротив распахнулась, и в комнату вошли еще несколько человек. Но не они привлекли мое внимание. Один из них толкал кресло, к ножкам которого были приделаны колесики. В кресле, укутавшись в плед, сидел юноша, и я сразу поняла, что это и есть брат Криса Сандер. Я почувствовала, как вздрогнул замерший рядом Крис. И понимала, почему.

Камилла не преувеличивала, когда говорила, что князь Сандер стоит одной ногой в могиле. Молодой человек был до невозможного худ. Это не мог скрыть даже толстый плед. Его иссиня-бледное лицо чудилось маской мертвеца. Живыми казались только огромные серые глаза – такие же лучистые, как у матери. Массивный княжеский венец выглядел таким же чужеродным, как и это кресло, приковавшее к себе молодого мужчину. Будь я чуть ближе, попыталась бы определить источник болезни. Но пока могла только наблюдать.

– Пусть будут добрыми ваши дни, господа, – приветствовал князь своих подданных.

Мой отец тут же вырвался вперед и подошел к креслу.

– Я же просил вас оставаться в постели, светлейший, – сурово сказал он.

– Не надо меня отчитывать, Дерек. Я говорил, что вам не удастся запереть меня в четырех стенах. Я желаю лично поприветствовать моего брата, а не ждать, когда он почтит меня своим присутствием.

Мои губы дрогнули в улыбке. Если княгиня Марианна меня немного смущала, то с Сандером мы бы поладили. Я была в этом уверена.

– Светлейший князь, – Крис склонил голову.

На мгновение в глазах Сандера мелькнуло выражение «убью мерзавца», но быстро исчезло, и князь взял себя в руки.

– Что ж, рад видеть вас в родных стенах, дражайший братец, – с толикой яда ответил он. – Уж не чаял, что вернетесь.

На губах Криса мелькнула усмешка. Видимо, такое общение было для него привычнее. Думаю, раньше братья были дружны, хотя, возможно, и ссорились тоже часто. Слишком уж разными людьми казались.

– Матушка, пригласите наших гостей к столу, – обернулся Сандер к матери. – А я хочу перекинуться с Крисом парой слов.

– Конечно, дорогой, – княгиня смотрела на Сандера с горькой печалью. – Не задерживайтесь.

– Ливи, останься, – шепнул мне Крис. И за что мне такое наказание? Думает, что при мне брат не будет его отчитывать?

Гости с шумом удалились следом за княгиней. Из них остался только отец. Он с тревогой наблюдал за Сандером. Значит, дела еще хуже, чем кажутся. Насколько я помню, очень мало вещей на свете могли заставить моего отца тревожиться.

Дверь закрылась, отсекая нас от толпы приглашенных, и Сандер тут же отбросил маску учтивого князя.

– А теперь давай по существу, – нахмурился он. – Где тебя ветры носили? Камилла прислала весточку, что ты наотрез отказываешься ехать домой!

– Тому были причины, – холодно ответил Крис, и мне захотелось треснуть его чем-нибудь тяжелым.

– Причины? – приподнялся Сандер. – Какие такие причины? Почему я должен искать тебя за морями? Ты мог проявить хоть немного ответственности? Не ребенок уже!

Сомневаюсь, что Сандер был намного старше – максимум года на два, но старший брат есть старший брат.

– Повторяю, – казалось, Крис сейчас развернется и уйдет. – У меня. Были. Причины.

И он указал в мою сторону. Правильно, предоставим отдуваться мне. Иностранную принцессу обижать не станут.

– Снова женщина, – фыркнул князь. – И почему я не удивлен? Кристерен, вот объясни мне, как можно сбежать из дому с первой попавшейся, когда у ворот стоит враг?

– Я сожалею.

– Сожалеет он! Извините, – обернулся Сандер ко мне, – но у меня не так много времени, чтобы высказать все, что я о нем думаю. Сандер, князь Светена.

– Оливия, принцесса Миридана, – ответила я.

– Вот и познакомились. Раз уж Крис сегодня не красноречив, скажите, милая Оливия, почему мой братец бросил родной край и предпочел родине вашу, без сомнения, приятную компанию?

Крис начинал злиться. Я ощущала, как от него исходят волны гнева. Ну что ж, он это заслужил.

– Понимаете, дражайший князь, – ответила я в том же тоне, – ваш братец свалился на мою несчастную голову случайно. Мне его… гм… подарили.

Лицо Криса напоминало по цвету переспевший помидор. Сандер рассмеялся, но его смех быстро перешел в кашель. Дерек кинулся к нему, но юноша отмахнулся.

– Простите, – нотки язвительности испарились из его голоса. – Я немного забылся. Привык, что тут никто ничего мне не скажет. Одно из немногочисленных преимуществ жизни умирающего.

– По-моему, вы рано себя хороните, – хмыкнула я.

– Не рано, поверьте. Так что же случилось? И как вас угораздило… То есть, каким образом вы получили столь странный подарок?

– Да вот… – пожала я плечами. – Это долгий рассказ. Может, сначала пообедаем?

Есть хотелось немилосердно, а вот разговаривать – не очень. Тем более что разговор в любом случае затянется, и будет невежливо заставлять княгиню с гостями ждать.

– Что ж, тогда продолжим наш разговор после обеда. Простите, что не даю времени отдохнуть. У меня его просто нет.

– Не пройдет и часа, как мы будем у вас, – пообещала я и направилась за Крисом в столовую.

Ожидала, что Кристерен выскажет все, что думает о моей выходке, но он молчал. Я тоже не стала затевать беседу. Зато, увидев пиршественный стол, засомневалась, что исполню свое обещание.

Крис и его матушка сели во главе стола. Мне отвели место по правую руку от Криса. Мой отец оказался напротив. Даже встречаться с ним взглядом казалось немыслимым, поэтому я уставилась на еду. Как назло, аппетит пропал, и кусок в горло не лез. Зато у меня было время собраться с мыслями. Не прошло и часа, как я попросила прощения и выскользнула из-за стола. Уверена, светенцы сочли это верхом неприличия, но я решила – разговаривать с Сандером лучше без Криса.

Найти дорогу назад оказалось просто. В большом зале ожидал слуга, который тут же провел меня анфиладой комнат. Видимо, Сандер тоже решил, что я приду одна. Кажется мне, что мы мыслим похоже.

Сопровождающий распахнул передо мной двери, и я очутилась в спальне князя. Кресло стояло у окна. Сандер обернулся на звук шагов, и мне показалось, что выглядел он еще хуже, чем час назад.

– Присаживайтесь, – указал он на стул. – Хорошо, что мы можем поговорить без брата. Надеюсь, гости нескоро его отпустят.

– Я постаралась сдержать обещание.

– И я вам за это благодарен, – князь снова закашлялся. В комнату заглянул слуга, но Сандер жестом выгнал его прочь. – Ни минуты покоя. Хоть на том свете отдохну. Вернемся к нашему разговору. Расскажите, как вы познакомились с Крисом и почему рискнули совершить дальнее плаванье.

– Мы с Крисом связаны, – я старалась тщательно подбирать слова. – Пару месяцев назад я помогла одному юноше воссоединиться с его возлюбленной. И юноша решил расплатиться очень оригинальным способом. Он подарил мне раба. Так мы познакомились с Крисом.

Сандер вопросительно изогнул бровь. Похоже, Камилла ничего толком ему не написала.

– Как выяснилось гораздо позднее, винченцы решили унизить человека, который собирался похитить у них сестру, и продали его в рабство. Но с Крисом тяжело справиться, поэтому его передарили мне. Во всей этой истории есть главная проблема. Мы с Крисом не можем отдаляться друг от друга на большие расстояния. Иначе его ждет мучительная смерть. Так действует рабское клеймо, которое на самом деле – магическая печать третьего уровня, что вряд ли вам о чем-то говорит.

– То есть, вас нельзя разлучать – я правильно понял? – уточнил Сандер.

– Правильно. Не поймите, я не претендую на вашего брата, но все говорили, что печать нерушима, и…

– Не стоит объяснений, – прервал меня Сандер. – Я ни в чем вас не виню. Наоборот, благодарен, что вы позаботились о Крисе и поехали сюда.

– У меня не было выбора – Камилла нас не спрашивала, – покачала я головой.

– Камилла… – лицо Сандера помрачнело. – Вечно она перегибает палку. Не злитесь на неё. Она – неплохая девушка, но винченцы слишком заносчивы из-за магии. Не принимайте на свой счет.

Двери распахнулись, пропуская Криса и отца.

– Сандер, тебе надо отдохнуть, – сразу накинулся на князя папа.

– Некогда, – вздохнул парень. – Крис, с тобой мы поговорим отдельно. Прошу, оставьте нас ненадолго.

– Конечно, – поспешила я попрощаться и поторопилась к двери. Отец задержался, но вскоре вышел за мной. Я не знала, где находятся отведенные мне покои, поэтому замерла посреди приемной.

– Я провожу тебя, – сказал папа.

Значит, не только Крису предстоит серьезный разговор. Мне тоже. Я поплелась за отцом, отмечая, что он изменился. В его волосах засеребрились седые нити, добавилось морщин. Он как-то похудел. Впрочем, так много лет прошло. Чего я ожидала?

Отец остановил одного из слуг и спросил, какие комнаты для меня подготовили. Тот ответил: «В северной башне», и мы продолжили путь. Миновав две лестницы и бесчисленное множество коридоров, я, наконец, очутилась в небольшом будуаре. Отец отослал прислугу – значит, отдохнуть мне не дадут. Вот только он не торопился начинать разговор, а я… я и не хотела разговаривать, хотя вопросов накопилось превеликое множество.

– Как ты сюда попала? – первые же слова повергли меня в бездну изумления. Ни «как у тебя дела», ни «извини, что пропал на семь лет». Хорош папочка.

– Приплыла, – я не собиралась оставаться в долгу. – А ты?

– Точно так же, – отец присел в кресло и уставился на меня, словно ожидая продолжения рассказа.

Вот только я жаждала от него того же. Правды.

– Злишься?

Я равнодушно хмыкнула и отвернулась.

– Ливи, я же писал тебе – в Миридане мне не место.

– Писал? – я все-таки взглянула ему в лицо. – Не знаю, не видела.

– Как это? – теперь он действительно казался удивленным.

– Ни единого письмеца, – подчеркнула я.

– Но Себастьян всегда отвечал мне. Я думал…

– Плохо думал! – подскочила я с кресла. – Исчез на семь лет. Я уже и похоронить, и оплакать тебя успела. Теперь вдруг ожил. Еще и какие-то претензии! Может, тебе еще напомнить, кто я? Твоя дочь!

– Ливи…

– Хорошо, хоть имя помнишь. А где матушка, позволь спросить?

– Я не знаю, – вздохнул отец. – Корабль потерпел крушение неподалеку от берегов Светена. Меня вынесло на сушу. Что случилось с ней – до сих пор не знаю. Не хочу верить, что её нет в живых. Но… если бы она спаслась, я бы её нашел.

– Так позволь узнать, почему ты, вместо того, чтобы вернуться в Миридан и воспитывать дочь, вдруг обжился в Светене?

– Мне здесь нравится, – Дерек пожал плечами. – Я писал Себастьяну, чтобы ты приехала ко мне, но он ответил, что ты и слышать об этом не хочешь. Я не стал настаивать.

В эту минуту я готова была завершить то, что не доделало море – утопить собственными руками. Злость переполняла меня, и я не знала, куда деваться. Будь я в Миридане, уже выбежала бы из комнаты и затерялась на его улочках. Но я не знаю Светена. И не желаю, чтобы меня искали всем княжеством.

– Ливи, мне жаль…

– А мне-то как жаль! – всплеснула я руками. – Но не беспокойся. Я скоро избавлю тебя от моего присутствия.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался Крис. Лишь мельком взглянув на него, я поняла, что он зол, как тысяча темных тварей. В его глазах пылала плохо сдерживаемая ярость. Похоже, разговор с братом не задался.

– Что стряслось? – развернулась я к нему.

Крис замер, словно собираясь с мыслями, а затем выпалил:

– Оливия Анабелроуз, прошу, стань моей женой.

Глава 26. Спасение утопающих

Бывает ли у вас ощущение, что на голову надели медную кастрюлю и бьют по ней черпаком? У меня возникло как раз такое. Я стояла и смотрела на Криса, словно видела его первый раз в жизни, и уверяла себя, что ослышалась. Какой брак? Да мы всего два раза целовались! И то под влиянием момента.

При этом часть моего сердца требовала воскликнуть «да» и упасть в его объятия, а вторая твердила, что где-то кроется подвох.

– Что молчишь? Ты станешь моей женой или нет? – Крису надоело ждать, и он, как всегда, пошел напролом.

– Зачем? – задала я первый пришедший в голову вопрос.

– Затем! Зачем люди женятся? Живут вместе, детей воспитывают. В нашем случае – правят страной, – похоже, Крис не понимал, почему я не дам однозначный ответ и не прекращу бессмысленные пререкания.

– Еще сегодня утром ты не помышлял о свадьбе, – старалась сдержать его напор. – И вдруг врываешься ко мне в комнату и предлагаешь руку и сердце. Как, по-твоему, я должна реагировать?

– Сказать «да», и мы назначим дату свадьбы. Желательно, поскорее.

– К чему спешка? – он не давал мне времени опомниться и поразмыслить, но и я не была легковерной дурочкой.

– Из-за Сандера. Он – князь и может сократить срок траура по отцу, пусть это и не всем понравится. А вот когда умрет он, придется ждать положенные полгода, и лишь потом…

Меня покоробило это «когда умрет он». Крис так просто смирился с тем, что близкого ему человека скоро не станет… Я бы на его месте била себя в грудь, собрала лучших лекарей, послала бы за магами хоть из самой Винченсы. А он думает о свадьбе.

– Это идея Сандера? – отец так неожиданно появился из-за моей спины, что я сама вздрогнула, а Крис, казалось, только заметил его присутствие.

И как я сразу не поняла? Ведь сама сказала князю, что нас нельзя разлучать. А Крис – последний мужчина рода. Ему надо жениться и воспитывать детей, как он сам выразился. Какая женщина согласится, что с её мужчиной будет постоянно крутиться какая-то пигалица? Ни одна. Отсюда вывод – мы должны пожениться и забыть о существовании клейма. Никого не удивит, что муж всюду таскает за собой горячо любимую супругу. Вот только я не собиралась выходить замуж таким образом!

– Мое слово «нет», – сказала я прежде, чем Крис ответил отцу.

– Что?

Крис явно этого не ожидал. Ну и самоуверенный тип! С чего он взял, что я упаду к его ногам и буду счастлива привязать себя к нему? У меня есть дом. И тысяча проблем, которые требуют моего присутствия. Задерживаться в Светене я не собиралась. Тем более – выходить здесь замуж.

– Это последняя воля моего брата, – привел Крис самый весомый, по его мнению, довод.

– Брат – твой. А судьба – моя, – гордо расправила я плечи. – Не позволю решать за меня. И не собираюсь выходить замуж за человека, который не испытывает ко мне никаких чувств.

Если бы Крис в этот момент признался, что любит меня, и воля Сандера – это лишь предлог, я бы, возможно, позволила себя уговорить. Тем более, что в глубине души я была согласна. Но он не стал отрицать, что, не будь желания брата, не попросил бы моей руки. А таким образом привязывать его к себе я не собиралась.

– Не беспокойся, Сандеру я сообщу сама, – продолжала, наблюдая, как Крис меняется в лице. – Но лучше вечером или завтра – думаю, он и так слишком устал за сегодня. А теперь позволь мне прилечь. День выдался утомительным, хочу отдохнуть. Папа, тебя это тоже касается.

– Постойте, – замер Крис. – Дерек, как получилось, что Оливия – твоя дочь? Она ведь принцесса Миридана.

– А я – брат императора Себастьяна, – вздохнул папенька. – Кстати, что с ним? Ливи, ты сказала, брат болен?

– Что из моих слов вам не понятно? – контроль летел к темным тварям, и я из последних сил держала себя в руках. – Я устала! Вон отсюда! Оба!

Дверь с грохотом захлопнулась за двумя донельзя удивленными мужчинами. Думаю, они продолжили разговор в мое отсутствие, а вот я хотела одного – покоя. Служанок звать не стала, сама разослала кровать, разделась и легла. И пусть только кто-нибудь попробует мне помешать!

Сон не шел – еще бы, на дворе даже солнце не село. Зато можно было расслабиться и подумать. Итак, что мы имеем. Отец оказался в Светене, живой и здоровый. Он искренне надеялся, что письма заменят мне родительскую любовь, но писем я не получала – дядя постарался, больше некому. Почему? У меня была версия. Чтобы не сбежала из Миридана. Кто тогда будет порталы открывать? Не особо замысловатый вопрос. Я почти не злилась, потому что если выбирать между прекрасным мертвым или бросившим меня, но живым отцом – предпочитала второй вариант.

Остальные проблемы казались куда сложнее. Беспокоило, что в Миридане остался больной дядя. У него, конечно, отличная охрана и множество соратников, но они не уберегли его от проклятия. Надо как можно скорее освободить Криса и плыть домой. Перевалочным пунктом мог стать русалочий остров. Я видела его издалека однажды. Расстояние было доступным для портала. А дальше… Небольшой отдых – и здравствуй, Миридан. Либо, если удастся, проникнуть на корабль, добраться до широт Этена и переправиться домой прямо с корабля. Тоже вариант. Займусь этим в ближайшие дни.

И самая большая проблема – Кристерен. Который готов жениться на мне, чтобы порадовать умирающего брата. Вот только мне такая свадьба не нужна, хоть я и люблю Криса. Голова шла кругом. Что же делать? Соглашаться однозначно нельзя. Крис не отступит – он упертый, как баран. Придется идти к Сандеру и приводить свои доводы. Подозревала, он тоже не пойдет на попятную. Но хотя бы выслушать должен! Будь он хоть трижды при смерти.

И так как заснуть не удалось, я выбралась из постели, оделась и направилась к князю. Похоже, Сандер, почувствовав приближение смерти, вертит всеми, как только хочет. Но со мной так не выйдет.

Дорогу, на удивление, отыскала легко. В приемной никого не было. Я уже собиралась постучать, как вдруг услышала голос отца:

– Она не согласится, Сандер. Ты только зря тратишь силы. Побереги их для себя.

– Согласится, – ответ утонул в сильном приступе кашля.

– Потерпи, – говорил отец.

– Сколько мне осталось?

– Сандер…

– Дерек, я тебя спрашиваю – сколько еще?

– Не больше недели, – вздохнул папа.

Неделя? Да что же с ним такое, если маг не может его исцелить? Хотя, Крис говорил что-то о том, что приезжий маг потерял силу из-за залежей некой руды. Но ведь я привезла перстень! Почему никто не торопится его использовать?

– Скорее бы, – тихо ответил ему Сандер. Терпеть не могу такого наплевательского отношения к жизни, поэтому громко постучала и, не дожидаясь разрешения, вошла в спальню.

Сандер лежал на кровати. Его бледное лицо контрастировало с темными волосами, и дыхание заметно давалось с трудом. Сердце уколола жалость, но я вспомнила Криса с его нелепым предложением – и решимость вернулась.

Отец сидел у изголовья юноши. Он сурово взглянул на меня, но когда меня пугали такие взгляды? В глубоком детстве?

– Добрый вечер, – кивнула я Сандеру. – Есть разговор. Насчет моего брака с Крисом.

– Хорошо, что вы зашли, Оливия, – улыбнулся князь. – Я сам собирался вас разыскать, когда вы достаточно отдохнете. Дерек, оставь нас.

– Но…

– Пока еще я тут князь!

Отец тихо выругался и вышел, а я заняла его место.

– Что с вами? – спросила я совсем не о том, о чем хотела.

– Проклятие, – в голосе Сандера слышались хрипы. – Во время последней битвы с Винченсой некромант швырнул им в меня, но немного… не попал. Ваш отец говорит, что оно должно было вонзиться точно в сердце и убить меня на месте. А попало в легкое, поэтому моя агония длится куда дольше мига. Я просил Дерека ускорить его ход, но он и слышать не хочет. Маги щепетильны, не мне вам говорить. Так что там с Крисом?

– Подождите, – перебила Сандера. – Я думала, тот перстень, что мы привезли, поможет отцу вас вылечить.

– Нет. Перстень – на случай нападения Винченсы. Крис мог и не вернуться. Тогда, согласно моему завещанию, престол занял бы ваш отец.

– А другие наследники?

– Их нет. Род Вернан угасает. Поэтому я так счастлив, что брат нашелся.

– Но не проще ли попробовать…

– Ливи, – теперь уже князь меня перебил, – ваш отец – не лекарь. И не некромант. Он работает со стихиями. Вы же магичка, и должны знать, что стихийники не справятся с некромантией. Это две взаимоисключающие силы.

И снова Сандер пытался меня отчитать, как девчонку! В груди закипела злость.

– Хватит изображать жертву! – прошипела я. – У меня дома дядя поражен точно таким же проклятием – и ничего, борется!

Я умолчала о том, что Ширхор его снял. Ни к чему это. Сандер смотрел на меня с глубоким изумлением. В его глазах появилась… надежда, и мне стало стыдно. Я ведь тоже не некромант, и никогда не пыталась снимать такие проклятия, хоть и читала теорию.

– Позволите взглянуть, светлейший? – улыбнулась я, стараясь скрыть неуверенность.

– Пожалуйста, – Сандер отвел взгляд. Он хотел бы мне поверить, но не мог. Да я и сама себе не верила.

Сначала диагностика. Вытянула руки вперед – и поняла, что, хоть моя магия еще действует, её стало куда меньше. Быстро. Хорошо, хоть во дворце комнаты не защищены антимагическим сплавом. Что мы имеем? Легкие. Ладони кольнуло таким холодом, что я чуть не отшатнулась. Проклятие? Да тут целая черная пропасть. Упадешь в неё – и вечно будешь блуждать в темноте. Предупредил ли отец Сандера, что и после смерти ему не будет покоя, или пожалел?

Громадный пласт тьмы накрывал живот и ребра, протягивая щупальца к сердцу. Близко! Как же близко! Я попыталась потянуть тьму на себя, но та клацнула зубами у пальцев, и я отдернула руки. Неделя? Да какая неделя? Парень мертв. А то, что он еще дышит – заслуга его силы воли.

Но разве я когда-то сдавалась?

– Сейчас эта тьма мною поужинает, – вытерла я вспотевший лоб. – Мне надо выспаться, желательно часов двенадцать. Вечером приготовлю отвар, если найду все необходимое. Потерпишь?

И сама не заметила, как отбросила официальный тон. Да и Сандер, похоже, не обратил на это внимания.

– Постараюсь, – ответил он. – Думаешь, ты сможешь это остановить?

– Не обещаю, – чего-чего, а врать не собиралась. – Но попробую.

– Давай так, – князь нашел в себе силы улыбнуться. – Выживу – разрешу брату вернуться с тобой в Миридан, и разбирайтесь в своих отношениях. Конечно, если ты захочешь уехать. Умру – станешь женой Криса. Идет?

Соглашаться не хотелось. Более того, я чуяла ловушку. Шанс того, что Сандер выживет, был ничтожно мал. Но иначе этот упрямец откажется от помощи и станет умертвием. Будет вечно бродить по коридорам этого замка или отправится на службу некроманту, убившему его.

– Хорошо, – ответила я.

– Значит, можно готовиться к свадьбе.

– Прекрати! – подскочила я с кресла. – Пойду искать травы для зелья, а тебе советую лечь спать. Я тоже не некромант, поэтому будет долго и больно.

Я развернулась и выбежала из комнаты. Куда я ввязалась? Зачем? Чтобы всю жизнь винить себя в его смерти? Но иначе буду себя винить в том, что не попыталась помочь попавшему в беду. Прав был Эрик. Мне нужно помогать другим, иначе я потеряю себя. Перестану уважать.

Отец ждал в приемной. Он схватил меня за локоть, иначе я пронеслась бы мимо.

– Я подслушивал, – сразу сообщил он.

– Некрасиво, – хмыкнула я.

– Знаю. Ливи, ему не помочь. Побереги силы, их и так надолго не хватит. Ты сама можешь погибнуть.

– Лучше расскажи мне все о проклятиях, – потащила я папашу в свою комнату. – А там разберусь.

До самой ночи он рисовал для меня формулы и рассказывал основы. Даже нашел где-то древнюю магическую книгу, отобранную у винченцев. Я прочитала обширную статью, выслушала папу и поняла, что не смогу. Чтоб помочь Сандеру, надо было погрузиться в его состояние, отыскать проклятие и заставить его победить. А Сандер слаб. Он измотан до края. Не получится – некроманту достанутся два умертвия вместо одного.

– План таков, – говорила я отцу. – Ты с самого утра берешь на себя Кристерена. Он попытается вмешаться, готова поручиться. Уведи его куда-нибудь. Или вот! Пусть княгиня пригласит его осмотреть изменившуюся столицу. Переговори с ней. Ты останешься помогать мне. Где перстень?

– Уже у меня, – ответил отец. – Но Сандер…

– Знаю. Бережет его против Винченсы. Винченсу можно победить и без него. Тем более, наследный принц – мой друг. И метит в мужья. Ты приносишь перстень – Сандеру об этом лучше не говорить. Если я с треском провалюсь и не выберусь, отвечаешь за то, чтобы некромант нас не прибрал. Дай нам покоиться с миром. Договорились?

– И в кого ты такая? – прошептал папа.

– Не в тебя. Думаю, в мать. На чем я остановилась? На сонном отваре! Приготовишь?

– Да, не волнуйся, через час закончу.

– Отлично. Что ж, на этом все. Жду свой отвар.

– Доченька, – неожиданно обнял меня отец, – прости за все.

Глаза защипало, и я уткнулась носом в его рубашку. Становлюсь сентиментальной.

– Не переживай, справлюсь, – успокоила больше себя, чем его.

Папа пошел готовить зелье, а я села на диван, еще раз прокручивая в голове ход событий. Хорошо, допустим, отцеплю проклятие от тела Сандера. Куда потом его девать? Выкинуть в окошко, кому-нибудь на голову? Как же быть?

К счастью, отец управился быстрее, чем обещал. Он с тревогой наблюдал, как я залпом пью горьковатое зелье.

– Спокойной ночи, дочка, – тихо сказал он.

– И тебе того же, – зевнула я, забираясь под одеяло.

Зелье действовало отменно. Я проспала до самого обеда, а когда проснулась, голова была ясной, а магией могла бы свернуть горы. Конечно, понимала, что впечатление обманчиво. Но можно было хотя бы потешить себя иллюзией. Поэтому сладко потянулась и выбралась из теплого кокона. Дернула за шнурок звонка, и тут же появились миловидные служанки. Они принесли для меня светенское платье, которое отличалось от Мириданской моды отсутствием корсета и одной прямой юбкой. Удобно, красиво. Почему бы и нет? Особенно понравилась вышивка – в Миридане это редкость. А здесь замечала на многих нарядах.

Девушки помогли мне умыться, одеться и привести в порядок волосы. Затем подали легкий завтрак – я сама распорядилась накануне, что нужно ограничиться соком и фруктами. Служанки с любопытством наблюдали за мной. Еще бы, не каждый день доводится прислуживать иностранной принцессе.

– Вы что-то хотели спросить? – устала я от их взглядов.

– Светлейшая принцесса, – сделала шаг вперед самая бойкая, – а у вас в стране все девушки носят брюки?

Я рассмеялась. Конечно, вопрос первостепенной важности.

– Нет, только те, кому все равно, что о них скажут.

Девушки сначала удивились, а затем понятливо закивали. Я отослала их прочь и постаралась сосредоточиться. Когда в душе воцарилось хрупкое подобие покоя, вышла из комнаты и направилась к спальне князя. По пути меня догнал отец.

– Не передумала? – хмуро спросил он.

– Нет, – уверенно ответила я, хотя на самом деле уверенности не хватало. – Если Сандеру можно помочь, я это сделаю. Где Крис?

– Уехал с матерью приветствовать горожан. Вернется нескоро.

– Отлично, – улыбнулась я, протягивая руку. – Перстень.

Дядюшкин артефакт оказался тяжелым. Надела его на палец и залюбовалась играми света в гранях камня. Красиво. Сила плавной волной растекалась по телу. Чужеродная сила, не моя. Но я нуждалась в ней, и перстень откликался, даря ощущение небывалого могущества. По пути в спальню Сандера я думала о дяде, Макки, Эрике, Берте. Что все они скажут, если узнают о моей смерти? Вряд ли порадуются. И почему у меня так поздно появились друзья? Ронни, Мими. И этот маг, Риан, которого я оставила в тюрьме ожидать казни. Столько незавершенных дел. Мирра. Которая может оказаться Мирабэль. Выживу- спрошу папу о ней. Нет, надо предупредить раньше.

– Мне надо написать записку, – сказала я, задерживаясь в приемной князя.

Слуги тотчас принесли мне желтоватый свиток. Не лучший вариант для письма, но все же. А вот гусиное перо и чернильница казались чем-то нереальным. В Миридане палочки для письма давно были магическими.

«Дорогой Крис, – нацарапала я, стараясь ставить поменьше клякс, – если ты читаешь это письмо, значит, я не смогла спасти твоего брата, и мы оба мертвы. Надеюсь, ты с этим справишься. Хотя не думаю, что моя кончина тебя расстроит. Если умру, скажи моему отцу, что ему надо немедленно ехать в Миридан. Некая Мирра – или, как я подозреваю, его сестра Мирабэль пыталась убить дядю. Ронни – её сын. Объяснишь, кто это. Поручи папе позаботиться о Макки. Главное – пусть его не перекармливает. Можешь забрать лисенка себе, если захочешь. Я разрешаю. Сообщи о том, что случилось, Эрику, иначе он, чего доброго, решит отомстить. Крис, я… люблю тебя, хоть ты и … Нет, просто люблю. Береги себя и будь толковым князем. И поменьше заглядывайся на винченских девушек. Целую, Ливи».

Письмо получилось путанным и корявым, но я не знала, как высказаться яснее за такой короткий срок. Крис поймет. Он привык к моим выходкам.

Захотелось разреветься, но я выпрямила спину и шагнула в спальню Сандера, предусмотрительно повернув перстень камнем внутрь – чтобы не заметил.

Лицо князя из синеватого стало серым. Он задыхался, но сумел одарить меня улыбкой. Защемило сердце, ноги подкосились. Я осторожно присела на краешек кровати и сжала его руку, больше похожую на кости, обтянутые кожей.

– Все будет хорошо, – сказала я.

– Даже если нет – не вини себя, – ответил Сандер и зашелся в кашле. Тварь чуяла, что я близко, и торопилась.

– Сейчас начну проникать в твое сознание, – объясняла я. – Будет неприятно. Говори со мной, о чем хочешь, чтобы слышала твой голос. Когда слияние закончится, ты уснешь. К сожалению, это не значит, что ты не будешь ничего чувствовать, но так твое тело не будет сопротивляться моему вмешательству. Ничего не бойся. Я, конечно, не некромант, но сожрать тебя не дам.

– Если станет опасно – уходи, – прошептал Сандер, но его пальцы дрогнули.

– Да, обязательно, – усмехнулась я. – А теперь дай мне пару минут.

Отец зажег ароматические свечи в четырех углах комнаты. Мы закрыли шторы, и воцарился полумрак. Затем папа вышел и прикрыл двери. Мы договорились, что у меня будет полчаса. Оставаться в комнате было опасно. Пусть уж лучше лично позаботится, чтобы никто не вошел.

– Готов? – спросила я Сандера.

Тот кивнул.

– Тогда начинай говорить.

– О чем? – растерялся юноша.

– О вашей последней битве с Винченсой. О бегстве Криса. О чем-нибудь, что помнишь четко.

– Хорошо… – князь закрыл глаза.

Я сжала его ладони и попыталась пробраться через выстроенную защиту. Голос Сандера слышался, словно издалека:

– Мы знали, что Крис встречается с Камиллой, но не собирались мешать. Мы не думали, что он решит уйти. Отец был готов дать разрешение на брак, если девушка покинет свой род. Но Крис сбежал, и у нас не было времени его искать. Винченса напала на рассвете. Отец возглавлял армию, я командовал одним из полков. Нас было мало. Дерек не мог использовать магию, но хотел сражаться. Мы заставили его остаться с лекарями – он хорошо разбирается в травах. Затем начался бой…

Его голос прервался.

– Продолжай, – приказала я, приближаясь к темному провалу. Сандер сопротивлялся, пусть и неосознанно.

– Мы… мы бились долго… – почти шепотом говорил он. – Отец упал. Я был рядом в тот миг и наклонился, чтобы помочь. Тут меня и поразило проклятие. Меня кто-то толкнул – я не видел, кто, только почувствовал острую боль и потерял сознание. Очнулся уже в замке. Винченса сказала, что подождет, пока я умру…

Готово. Я стояла в темном коридоре в кромешной тишине. Здесь пахло смертью. Она была близко. Надо только отыскать. Шаг, еще шаг. Эхо отражалось от стен, окутывало, давило на плечи. Где же оно? Где то, что мучает этого человека?

Внезапно послышался детский плач. Я побежала на звук и увидела маленького мальчика. Он поднял глаза, и я узнала Сандера.

– Кто ты? – прошептал ребенок.

– Оливия, твой друг.

– Где я?

– Не бойся, мы скоро выберемся, – пообещала я, протягивая ему руку.

Он потянулся ко мне, но вместо детской ручонки в запястье впились костлявые черные пальцы. Ребенок исчез. Громадное нечто надвигалось на меня, грозясь проглотить и сверкая алыми глазищами.

– Пошел прочь, – выставила я вперед ладони, призывая магию, но силы покинули меня. Перстень словно растворился. Неужели я выпила его до дна?

– Вкус-с-сная, – прошипело нечто. – Жив-в-вая.

– Я – да, а вот ты – дохлое, – храбрилась я из последних сил. – Оставь его, образина. Тебе здесь не место.

– Он мой, – захихикало существо. Неужели Ширхор сражался с таким же в Миридане?

– Нет. Мой. И ты мне его отдашь, – замерла, потому что надоело отступать. Да я с такими монстрами встречалась – куда там этой милашке? Не позволю себя слопать!

Монстр не ожидал сопротивления. Он отполз назад, но я не отставала. Проклятие маленькое. Надо его уменьшить и отодрать от груди Сандера. Внезапно черная масса зашипела и ринулась вперед. Я еле успела отскочить. Такого в книге не было! Она схватила меня за ногу, и я почувствовала, как меня засасывает внутрь. Нет, не сдамся! Развернулась и врезала по комку тьмы свободной ногой. Оказалось, что он желеобразный. Меня резко дернуло. Я вдохнула воздух и зажмурилась, оказываясь с головой внутри проклятия. Здесь было нечем дышать, счет шел на секунды. Пошарила руками вокруг себя и обнаружила что-то твердое. Вцепилась в него, дернулась всем телом. Откуда-то издалека донесся крик Сандера. Он же должен спать! Сил неожиданно прибавилось, я рванулась сильнее – и вылетела в коридор, сжимая в руках металлическую печать. Жижа растеклась по полу и испарилась, словно её и не было. Остался один вопрос – что делать с печатью? Уничтожить её я не могла – не умела. Зато умела кое-что другое. Я создала самый простой портал до моря и швырнула туда кусок металла. Услышала характерный плеск – посылка достигла цели. Проклятия больше нет. Теперь выбраться бы самой.

Неожиданно закружилась голова.

– Ливи! – это уже не Сандер, это Крис. – Оливия, очнись, умоляю!

– Тише, – прошептала я, открывая глаза. – Уже все…

И, кажется, потеряла сознание.

Глава 27. Планы планам рознь

Тело немилосердно болело. Каждая косточка ныла так, что хотелось лезть на стенку, а я не могла даже пошевелиться. Зато все мысли улетели прочь, и в голове царила блаженная пустота.

Вокруг меня ходили какие-то люди. Меня дергали, пытались влить в рот какой-то противный отвар, а я даже глаз не могла открыть. Может, сочтут меня мертвой и отстанут? Но куда там.

Временами узнавала голоса – отца, Криса, княгини. Они бывали в комнате чаще всего. Слов было не разобрать, но звучали они встревожено. А если чудовище мне что-то оттяпало? Хотя, это было не чудовище, а проклятие в виде монстра. И оттуда я ушла с руками и ногами. Сандер хоть выжил после моего вмешательства? Сколько я уже лежу? Миридан, дядя…

Мысли вернулись, и я поняла, что пора просыпаться. В комнате снова находились отец и Крис, только теперь я понимала их слова.

– Когда она придет в себя? – говорил Крис раздраженно. – Сколько можно ждать?

– Не знаю, Кристерен, – оправдывался отец. – Пойми, стихийники – не лекари. Да, я разбираюсь в травах, но без магии даже просто обследовать её не могу.

– К темным богам твою магию! – голос Криса звенел от ярости. – Если она умрет, лично повешу тебя на городской площади!

– Какие мы злые, – прошептала я.

В комнате мгновенно воцарилась тишина, а затем меня схватили за плечи и приподняли.

– Оливия, ты жива?

– Странный вопрос, – с трудом открыла глаза. Крис выглядел неважно. Он явно не высыпался, и даже, кажется, похудел. – Сколько времени прошло?

– Неделя, – ответил он.

Ничего себе. Вот это я поспала. С непривычки, наверное – вон, Ширхор в спячку не впадал. Зато обеспокоенный вид Криса тешил сердце. Значит, переживал. Значит, не безразлична.

– Я скоро сам тебя убью, глупая девчонка, – прошипел он мне на ухо, прижимая к себе.

– Не убьешь, – хихикнула я. – Зачем тогда спасали?

– Из чувства долга.

Впервые за долгое время мне было хорошо. Я прижалась к Крису и забыла обо всех невзгодах. И почему у нас все так запутанно? Нет, чтобы как нормальные… люди? Маги? Встретились, влюбились, поженились. Все у нас по-другому. Остается надеяться, что рано или поздно это решится. И мы сможем просто жить. Только для этого…

Проверила – кулон с тайником по-прежнему висел на груди. Вот и хорошо. Стоп! Дура я, дура! И почему это слово становится для меня привычным? А если бы умерла? Как я могла забыть о клейме? Я же чуть его не убила!

– Крис? – ласково потянулась я.

– Что?

– Как ты себя чувствуешь?

– Раньше надо было спрашивать, – отстранился парень, и я разочарованно вздохнула. – До того, как полезла тьме в пасть. Я еле до замка добрался – и то для того, чтобы вступить в бой с твоим отцом.

Папа делал вид, что его здесь нет. И ему это успешно удавалось.

– Я просила никого не пускать, – попыталась обелить репутацию родителя.

– Значит, мне надо было испустить дух под дверью?

– Не подумала, извини.

Крис пробурчал что-то по поводу извинений, но я решила не обижаться. Он беспокоился обо мне, сидел у постели, а я о нем не позаботилась. Нет сначала снять печать, а затем нырять в омут головой. Куда там! Забыла обо всем на свете и бросилась в очередную авантюру. Не выбралась бы – получились бы тройные похороны. И где была моя голова?

– Как Сандер? – спросила я.

– Спит, – ответил отец, подходя к кровати. – Проспит еще недели две. Он слишком измотан болезнью, но выживет, так что не беспокойся.

Жаль, мне некогда сидеть в Светене и ждать, когда Сандер очнется. Придется увидеться как-нибудь в другой раз. Меня ждал Миридан. Сердце грызло дурное предчувствие. Записка! Не забыть бы забрать её у отца. А то еще отдаст Крису, и придется объясняться.

Хорошо все то, что хорошо заканчивается. Сандер будет жить, Крис почти не злится, я победила проклятие. Живи да радуйся! Ради такого случая я даже позволила себе пару дней проваляться в кровати. С удивлением заметила, что моя магия восстановилась. Пусть и лишь наполовину. Зато к вечеру второго дня я была готова снова искать приключения на свою голову.

За то время, что провела в постели, самым запоминающимся событием стал визит Камиллы. Девушка долго мялась на пороге, а затем кинулась ко мне на шею.

– Спасибо, – сквозь слезы бормотала она. – Я знала! Знала, что ты спасешь Сандера! Прости, что увезла тебя из Миридана. Но ты была так нужна здесь! Я могла только наблюдать, как он умирает. Прости меня, Оливия.

Так вот для кого предназначался гребешок. Камилла сменила любовь к одному брату на другого. Впрочем, я не особо удивилась.

– Ты останешься у нас? – справившись со слезами, спросила девушка.

– Не думаю, – ответила я. – Сама понимаешь, у меня в Миридане слишком много проблем. Пора возвращаться.

– Жаль. Кристерен поедет с тобой? – умостилась Камилла на край кровати.

– Возможно. Я не спрашивала.

– Как это? А печать?

– Ах, да, печать, – улыбнулась я. – Тогда мы уедем вместе. А между вами с Сандером…

– Ничего нет, – девушка не дала мне закончить мысль. – Он был болен. Какая уж тут любовь? Но я была уверена, что ты победишь проклятие. Поэтому и украла гребень. Понимаешь, Сандер не такой, как Крис. Его симпатию тяжело завоевать. И у него есть невеста.

– Точно! А как же вторая невеста Криса?

– Замужем за другим, – Камилла поспешила меня успокоить. – Крис ведь исчез. Мы долго искали его следы. Даже магическим способом. Я ездила в Винченсу к тете, она – хороший поисковик и не отвернулась от меня за союз с врагом. Она и отправила меня в Миридан. Слушай, давно хотела спросить, – Камилла придвинулась ближе, – что у тебя с Эриком?

– Эриком? – удивленно переспросила я.

– Ну да, принцем Эриком, моим троюродным братом. Он ведь метил к тебе в женихи.

– Было дело, – усмехнулась я. – Но мы решили остаться друзьями.

– Понимаю! Эрик такой зануда,– рассмеялась Камилла. – Ливи, оставайся в Светене. У меня здесь нет подруг, мы могли бы общаться. Выйдешь замуж за Криса. Сандер тебе обеспечит приключения – у вас с ним много общего. Зачем тебе в Миридан? Тем более, твой отец здесь.

– Моей семье в Миридане угрожает опасность, – вздохнула я. – Когда разберусь с нею – возможно, вернусь. Но здесь моя магия исчезнет, а я не хочу её терять.

– Можно жить на границе с Винченсой. Там бывает шумно, конечно, но зато магию ничто не ограничивает, – настаивала Камилла.

– Разберусь с делами – тогда подумаю, – пообещала я.

Что таить? Мне нравился Светен. Пусть я совсем не была снаружи замка, но здесь царила особая атмосфера, какая для меня существовала только в сказках. И я погружалась в эту атмосферу, старалась испить её до дна. Я словно очутилась дома. И если бы не Мирабэль, осталась бы. Хоть ненадолго. Мирабэль!

Я едва дождалась, пока уйдет Камилла. Время было еще не позднее, поэтому решила немедленно навестить отца и выяснить, кто же это такая. К счастью, для меня приготовили ворох светенских платьев, поэтому я быстро оделась и выскользнула в коридор. Комната отца располагалась на два этажа ниже, поэтому свернула на лестницу и быстро сбежала по ступенькам. Голова все еще кружилась, но в целом я ожидала, что буду себя чувствовать гораздо хуже.

– Оливия!

Я вздрогнула, потому что человек, которому принадлежал окликнувший меня голос, находился далеко, в Миридане.

– Эрик? – медленно обернулась, ожидая увидеть кого угодно, хоть призрак, но не принца Винченсы.

Но это был он. В черном плаще и широкополой шляпе Эрик походил на разбойника, тайно проникшего в замок, чтобы похитить нечто ценное. Но ведь Светен – вражеская земля!

Я схватила парня за руку и потащила вверх по лестнице в свою комнату, толкнула его внутрь, заперла дверь на засов и только тогда отдышалась.

– Ты с ума сошел? – бросилась к принцу. – Ты как в замок проник? Кто тебя вообще отпустил в Светен?

– Тише, тише, – улыбнулся он, обнимая меня. – Какое счастье, что ты жива! Я с ног сбился. Ширхор нашел какую-то ворожку (это у них что, национальное?). Она и сказала, что ты в Светене. Я не поверил, но приплыл сюда. Ливи, что произошло? Это из-за княжича, да? Это он тебя сюда притащил?

– Крис не при чем, – попыталась я вклиниться в поток слов. – Меня похитила его бывшая невеста, потому что твои соотечественники наслали проклятие некроманта на князя Сандера.

– Знаю. Заслужил. Подлая человеческая душонка. Столько наших положил! – нахмурился Эрик.

– Поэтому ты пробрался в его замок. Умно! Ты переплюнул даже Криса с его выходками. Да что там – ты меня саму переплюнул!

– Ливи, Светен оставит тебя без магии. Нужно немедленно возвращаться в Миридан. Армия Винченсы ждет одного моего слова, чтобы атаковать, если они тебя не отпустят. Пойми, Светен – не место для магички вроде тебя. Люди коварны. Ты себе представить не можешь, на что они способны.

– Вы не лучше, – фыркнула я. – Атаковали магией тех, кто ею не обладает. Но не об этом речь! Еще раз спрашиваю – как ты очутился в замке врага?

– Ну… – Эрик прошелся по комнате. – Взял корабль и приплыл. По пути заглянул домой, так что насчет армии я не врал. Как попал в замок?..

– Камилла, – догадалась я. – То-то она о тебе расспрашивала.

– Камилла, – кивнул Эрик. – Только она забыла упомянуть, что сама же тебя похитила. Я поклялся, что поговорю с тобой – и все. Ливи, милая, корабль отплывает на рассвете. Ширхор сказал, ты знаешь, как снять печать и оставить Криса здесь. Так сделай это! Или, на худой конец, пусть плывет с нами. Прошу…

Я смотрела на Эрика и думала о том, почему так и не смогла его полюбить. Вот ведь он, идеал мужчины, который готов рискнуть жизнью только для того, чтобы вызволить меня из рук врага. Бедный Эрик. Мне не нужны были его жертвы. Да, он стал для меня близким другом, но полюбить… Правду говорят – сердцу не прикажешь. Иначе я бы давно стала его женой.

– Я поговорю с Крисом, – ответила замершему в ожидании принцу. – Либо мы до рассвета придем вместе, либо я одна.

– Хорошо, – сказал Эрик, нервно теребя полу плаща. – Буду ждать вас до рассвета.

– И никаких армий! Светен не сделал ничего дурного. Я – не пленница. Скорее, почетная гостья.

– Которая чуть не погибла, спасая чужака, – нахмурился принц.

– Да. Потому что ты был прав – я не могу иначе. Спасибо тебе, – подошла к Эрику и поцеловала его в щеку. Эрик вздрогнул от неожиданности и печально улыбнулся. Ну почему, почему все так?

– А теперь пойдем, провожу тебя до ворот, чтобы никто не узнал, – потянула его к двери.

Мы спустились на первый этаж, вышли во двор. Стражники не задавали лишних вопросов. Мириданская принцесса вольна была делать, что угодно. И провожать, кого угодно. Я еще раз шепнула Эрику, что до рассвета буду, и лично проследила, чтобы он направился в сторону порта. Оставалось только вернуться в замок, поговорить с Крисом и задать главный вопрос – уедет ли он со мной. И я боялась узнать ответ.

Чтобы оттянуть момент разговора, для начала все-таки пошла к отцу. Дверь была чуть приоткрыта. Я подошла ближе и уже собиралась постучать, когда услышала обрывок разговора.

– Просто объясни, что происходит между тобой и моей дочерью, – говорил отец. – Я вижу, что вы небезразличны друг другу, и в то же время…

– Небезразличны – и что? – голос Криса звучал отстраненно, словно они говорили о чем-то будничном и повседневном. Сердце затрепетало в груди. Я понимала, что надо дать знать о своем присутствии, но безумно жаждала услышать ответ. Ведь от него зависела моя жизнь.

– Вас то водой не разольешь, то, наоборот, боишься, что поубиваете друг друга. В чем причина?

– Да много есть причин, Дерек. Первая – клеймо. Не могу быть с ней, пока оно существует. Вторая – мы сами. Твоя дочь из Миридана, я из Светена. Здесь её магия иссякнет, там во мне все будут видеть ничтожество человеческой расы. И есть еще одна… Я не могу до конца понять, люблю ли её. Мне иногда кажется, что во всем виновата печать. Что мы просто привязаны друг к другу насильно. Какая тут любовь? И потом, разве ей кто-то нужен? Оливия из тех, кто привык жить, как вздумается, не обращая внимания на других. Она всякому готова помочь только для того, чтобы почувствовать себя значимой. Как бы мы не любили друг друга, вместе быть не сможем. Мне нужна другая. Спокойнее, наверное. За которой я не буду гоняться по всему свету. Да и потом, кто сказал, что она меня любит?

Я замерла. Сердце пропустило удар. Вот как. Значит, ему другую подавай. Что ж, дражайший княжич. Будет тебе другая. Любая, какую только захочешь. А я умываю руки.

– Тебе стоит поговорить с ней, – сказал отец. – Ты просто не до конца её понимаешь. Ливи совсем не такая. Она – моя дочь, и я знаю…

– Ты не видел её в Миридане, – вздохнул Крис. – Это словно два разных человека. И я понятия не имею, которая из них – настоящая.

Я больше не могла слушать, поэтому отошла подальше, а затем направилась к двери, громко топая. Нацепила на лицо улыбку и постучала.

– Ливи, доченька, – отец поднялся мне навстречу, а Крис отвернулся. – Мы как раз о тебе вспоминали.

Знаю я, как вы обо мне вспоминали. Особенно один из вас.

– Я по делу, – присела в свободное кресло. – Давно хотела узнать, но не было случая. Подозреваю, что покушение на дядю подготовила некая Мирабэль. Призрак бабушки сказал, это ваша сестра. Так ли это?

Папа нахмурился, словно воспоминания причиняли ему боль. Мне казалось, что вообще промолчит, но он заговорил:

– Да, Мирабэль – наша сестра, мамина любимица. Признаю, мы с Себастьяном не очень хорошо с ней обошлись, но не могли иначе. Она мечтала об одном – занять престол Миридана. Поэтому постоянно устраивала заговоры чужими руками. Мы долго ловили и казнили исполнителей, пока один из них случайно не узнал Мирру, пришедшую на казнь, и не попытался ринуться к ней. Мирабэль была арестована, мы отправили её в далекий замок, где Себастьян… где мы подослали к ней наемного убийцу. Так что Мирра мертва.

– Уверен?

– Да, – кивнул отец.

– А у неё были дети?

– Был сын. Его усыновили хорошие люди. Он не знает, кто его мать.

– Его зовут Рон?

– Откуда тебе это известно?

– Встречались. Вот только Мирабэль жива. И, похоже, добивается престола для сына. А для этого надо уничтожить дядю, Эдуарда, Маргарет и… меня. Ей это почти удалось. Надеюсь, в Миридане все спокойно – ей нужно отыскать нового подручного или решиться действовать самой.

Отец задумался. Крис отвернулся и делал вид, что наш разговор его не касается. Хотя, так оно и было. Я взглянула на него, понимая, что вижу в последний раз. На рассвете я уплыву из Светена. Жаль, не попрощаюсь с Сандером. Хотя, прав был Эрик: люди – подлые создания. И верить им нельзя.

– Как думаешь, где её искать? – спросила напоследок.

– Она сама вас найдет, поверь, – сказал папа. – Главное – быть к этому готовыми. Мирабэль – маг иллюзий. Она может быть кем угодно. Поэтому напиши дяде, чтобы сохранял осторожность. Утром в Миридан уйдет торговый корабль. Они перешлют весточку за небольшую плату.

– Что ж, спасибо за разъяснения, – поднялась я. – Похоже, все стало на свои места. Спокойной ночи, папа, Кристерен.

Я развернулась и вышла из комнаты. По щекам катились слезы. Мне было больно. Впервые в жизни так больно, словно мир свернулся в маленькую точку – и исчез. Голова предательски кружилась, ноги подкашивались. Но мне надо было домой. Никогда в жизни я так не желала увидеть родной Миридан. А по пути у меня будет время подумать, что делать с Мирабэль. План оставался прежним – до русалочьего острова, а там – в портал. И мы с Эриком окажемся на берегу.

Оставалось дождаться, когда потушат огни. Я сидела на кровати, поджав ноги, и вглядывалась в наползающую тьму. В душе была такая же темнота, и она повторяла слова Криса. Мы не можем быть вместе. И тому есть бездна причин. Я придумала себе любовь – и поверила в неё. А она вдруг лопнула, как мыльный пузырь. Огромный, переливающийся, и вдруг распавшийся на горькие мыльные капли. Я не плакала, хотя хотелось. Наоборот, на губах блуждала странная улыбка.

Когда часы пробили полночь, пробралась в гардеробную, достала свой дорожный костюм, переоделась и накинула на плечи плащ. Пора! Шагнула за порог комнаты, плотно закрывая за собой дверь.

– Уезжаешь? – вынырнула из-за угла Камилла. – Эрик сказал, вы уплывете на рассвете.

– Да, мне пора, – улыбнулась я. – Прости, нет времени на долгие прощания. Думаю, меня будут искать. Скажи отцу, что я вернулась в Миридан, хорошо?

– Но они начнут спрашивать, – опустила глаза девушка.

– Околдовала, заставила, исчезла, проклятая магичка. Мне ли тебя учить?

Камилла улыбнулась.

– А Кристерен? – спросила она.

– Остается. Я сниму печать. Когда Сандер придет в себя, передавай ему мои наилучшие пожелания. И скажи, что в Миридане он – желанный гость. Как и ты.

– Ливи! – Камилла бросилась ко мне и обняла. – Мне будет тебя не хватать. Прости, если что не так!

– И ты, – отстранилась я, не желая терять время. – До встречи.

– Позволь хоть тебя проводить. Могу показать черный ход. Стража о нем не знает. Мне Крис рассказал, еще когда мы встречались.

Я согласилась. Нам действительно удалось покинуть замок незамеченными, через старую кладовую. Оказалось, что одна из её стенок – на самом деле дверь. Снаружи было свежо. В Светене летние ночи были куда холоднее, чем в Миридане. Людей было мало. Они торопились поскорее добраться домой, потому что столица просыпалась рано. Камилла болтала о чем-то, но я едва её слушала. Наконец, мы очутились на пристани. И я порадовалась, что Камилла взялась меня проводить – в улочках Светена легко было заблудиться.

– Оливия! – из темноты шагнул к нам Эрик. – Ты одна?

– Как видишь, – улыбнулась я, стараясь спрятать горечь. – Камилла помогла мне отыскать пристань.

– Благодарю, сестренка, – сказал ей принц.

– Ну что ты, – зарделись щеки девушки. – Я рада, что хоть ты не считаешь меня предательницей. Вы скоро отчалите?

– Раз Ливи здесь, нет толку тянуть.

Камилла снова зашмыгала носом. Мы обнялись, и я поднялась на борт корабля. Пока Эрик разговаривал с капитаном, я сняла с шеи кулон и достала купчую.

Что ж, прощай, Кристерен Верн. Ты стал одной из лучших страниц моей жизни, но любую страницу рано или поздно предстоит перевернуть. Надеюсь, ты найдешь свое счастье, и без этого клейма тебе станет легче.

Пусть я и не стихийница, но могу вызвать язычок пламени. Небольшое усилие воли – и на пальцах заплясал высокий огонек. Я поднесла к нему купчую, и та вспыхнула ярким светом. Способ снять клеймо прост. Надо всего лишь сжечь документ на право собственности. И вот он пылал в моих руках. Я не чувствовала жара, защитив руки заклинанием, и лишь когда от листка остался пепел, подошла к борту и развеяла его над водой.

Раздавались команды капитана. Они доставляли мне странную радость. Хотя, почему странную? Я возвращалась домой, и больше никто на свете не заставит меня посетить княжество людей. Потому что люди слишком много лгут, скрывая свои слабости. А я так не могу и не хочу.

Корабль вздрогнул всем своим массивным телом – и двинулся прочь от берега. Я стояла и смотрела, как Светен становится вчерашним днем. На берегу заметались какие-то огни, но мне было все равно. Меня ждал мой лисенок. Меня ждала семья. И ждал Миридан.

Глава 28. Дома – не дома

Наш путь проходил достаточно спокойно. Погода стояла чудная. Пару раз замечала русалок, сопровождавших корабль. Но они вели себя смирно и не создавали проблем. Когда мы миновали остров Этен, настало время открыть портал. Чем больше удалялись от Светена, тем сильнее становилась моя магия, поэтому я с легкостью представила себе побережье Миридана. Ритуал проводить не стала – дома будет время восстановиться, пока доберемся до столицы.

– Готов? – обернулась к Эрику, когда передо мною возникла темная дыра.

– Вполне, – поправил парень дорожный мешок.

– Тогда вперед.

Я пропустила его первым, а сама шагнула следом. Недолгий перелет – и в легких закончился воздух. Я не сразу поняла, что случилось, потому что кругом была вода, и я шла ко дну. Свет виднелся далеко надо мной. Рывок, еще рывок. Наконец-то, глоток воздуха. Зашлась в кашле, пытаясь удержаться на воде, и одновременно протирая глаза, чтобы отыскать Эрика.

– Я здесь, – схватил он меня за запястье. – Мы почти на берегу, потерпи.

Я сама неплохо плавала. Все дело было в неожиданности. По моим расчетам, мы должны были приземлиться на пляж неподалеку от порта, но вместо этого оказались в море. Хорошо хоть, недалеко от береговой линии.

Мы выбрались на сушу и упали на песок. Мое сердце трепетало, как сумасшедшее. Казалось, еще чуть-чуть – и выскочит из груди. Но что случилось с порталом? Неужели не дотянула? Или это Светен все еще влияет на меня?

– Не переживай, мы же выжили, – рассмеялся Эрик, выжимая вымокшую косу. – А до города и пешком дойдем.

Он протянул мне руку, помогая подняться на ноги. И наша одежда, и вещи в дорожном мешке промокли насквозь – как Эрик вообще не потерял их? Да и погода в Миридане не радовала. Казалось, вот-вот пойдет дождь. Хмурые серые тучи нависли над головой и словно давили на плечи.

– Пойдем скорее, – поежилась я. – А то еще неделю будем пить отвары от простуды.

Город, как я и рассчитывала, находился рядом. Шагать по песку было неприятно, но грела мысль о горячем обеде и сухой одежде. Наконец, мы добрались до окраин Камиса. Я сразу почувствовала, что здесь что-то не так. Вот только что? Никак не могла понять. А потом вдруг осознала, что на улицах нет людей. Мы миновали окраины и приблизились к центру, но картина не менялась. Только на пристани стояло настоящее столпотворение. Обезумевшая толпа толкалась, шумела, горланила в сто глоток, пытаясь пробиться на корабль.

– Что происходит? – прошептал Эрик. – Они бегут из города, словно полчища крыс.

– Не знаю, в чем причина, но мне это не нравится, – раздумывала я, как лучше поступить, а затем направилась к толпе. Из неё как раз вытеснили растрепанного парнишку, в котором я с удивлением узнала Дана Баррана.

– Господин Барран, – кивнула я ему.

– Ваше высочество! – всплеснул руками некромант-недоучка. – Ой, простите, Оливия. Здесь не место, да?

Но на его возглас никто не обратил внимания. Люди продолжали наседать друг на друга. То и дело слышались крики боли и ругань.

– Я только что вернулась в Миридан. Не потрудитесь объяснить, что здесь происходит? – спросила я.

– Хорошо, только в двух словах – опаздываю, – пробормотал некромант. – Мертвецы поднялись из могил и заполонили города. Мы думаем, это какое-то проклятие. Но найти причину не можем. Поэтому люди и пытаются как можно скорее покинуть Миридан – дальше наших границ эта падаль не распространяется. А теперь простите, тороплюсь.

И Барран снова ввинтился в беснующуюся толпу. Мы с Эриком стояли и смотрели друг на друга, не находя нужных слов. Мертвецы? Встали из могил? Ни одному некроманту Миридана не под силу выполнить такое. Даже если собрать их всех вместе, то поднимутся сто, или максимум двести умертвий. А тут – полчища. Я не сомневалась в одном – кто за этим стоит. Мирабэль.

– Немедленно отправляемся в столицу! – сказала Эрику.

– Конечно, – ответил он. – Я оставил лошадей на постоялом дворе. Надеюсь, они до сих пор там.

Мы снова углубились в город. По-видимому, корабль отчалил, потому что разочарованные беженцы потянулись следом за нами. На улицах стало чуть многолюднее, но гнетущая атмосфера сохранилась. Никто громко не разговаривал. Люди все время смотрели по сторонам, словно ожидая нападения. Но ведь умертвия выходят только ночью. Или это не они?

Окна постоялого двора были наглухо заколочены. Эрик зря тарабанил в дверь – никто не открыл. Мы переглянулись и направились к конюшне. К счастью, местные умертвия, видимо, не любили конину, потому что оставленные принцем лошади ждали в своих стойлах. Только кормушки перед ними были пустые. Похоже, хозяин решил, что своя жизнь дороже, чем чьи-то животные. Мы обнаружили в стойлах еще троих коней, подумали и решили их выпустить. А то могут и умереть с голоду. Пока принц седлал лошадок, я еще раз прошлась до постоялого двора. Интересно, там вообще есть кто живой? А если есть – почему не отозваться? Но некогда было выяснять.

Путь в столицу занял пару часов, и повсюду мы видели одно и то же – брошенные поселки, заколоченные окна, охранные знаки. Но, кроме того, нам начали попадаться странные следы, вывороченные комья земли, царапины на деревьях, словно кто-то точил о них когти. Мне стало жутко, хоть я и повидала многое во время путешествий. Страшно было оттого, что никак не могла понять, с кем или чем мы имеем дело. Умертвия, как сказал Барран? Он – некромант, должен знать в них толк. Но почему же тогда бежит вместе со всеми? Или нечто иное, только замаскированное под толпу мертвецов? Замаскированное… Иллюзия? Не зная точно вида существа, с ним тяжело бороться. Однозначно Мирабэль. Не ожидала, что она разовьет такую бурную деятельность – меня не было всего пару недель.

Эрик молчал. Видеть его таким суровым и сосредоточенным было непривычно. Тот неуверенный юноша, который приехал в Миридан просить руки давней возлюбленной, куда-то исчез, и его место занял наследный принц Винченсы. Он ехал чуть впереди меня, готовый в любой момент защитить и прикрыть собой. С одной стороны, это жутко раздражало. С другой, нравилось. Обычно мне приходилось кого-то защищать, а не наоборот.

Когда вдали показались стены Миридана, солнце уже садилось за горизонт, окрашивая мир в багрово-алые тона. Я понимала, что надо торопиться. Умертвия нас поджидали или кто-то другой, а с наступлением темноты станет только опаснее. Эрик тоже пришпоривал лошадь. Он с тревогой вглядывался вдаль. А мне впервые пришел в голову вопрос – кто отпустил его одного в Светен? У него ведь было сопровождение. Сбежал? Ответ напрашивался сам собой.

Вдруг лошадь дернулась в сторону, и я еле удержалась в седле. Кто-то больно потянул меня за волосы. Развернулась, чтобы увидеть наглеца – и завизжала. Нет, это было не умертвие. Такого создания я никогда раньше не встречала. Тело, без сомнения, когда-то принадлежало человеку. Но плоть висела на нем клочьями, издавая жуткое зловоние, а во рту было всего четыре зуба, которые могли бы потягаться в остроте с лезвиями.

Прежде, чем пришла в себя от ужаса, голова чудища покатилась по дорожной пыли, а Эрик осторожно снял меня с лошади и спрашивал о чем-то. От шока я никак не могла понять, о чем.

– Что это было? – наконец, перед глазами прояснилось, и я еще раз изучила жуткое нечто. Из его шеи капала густая слизь, а голова продолжала пялиться на меня глазищами без зрачков.

– Не знаю, но надо убираться отсюда, – пробормотал принц. – Ты как, сама ехать сможешь, или пересядешь ко мне?

– Все в порядке,– вытерла я вспотевший лоб. – Никогда не видела такую образину. Надеюсь, что больше и не увижу.

– Это вряд ли. Давай поспешим.

К стенам Миридана мы добрались засветло. Ворота города были наглухо закрыты, но вокруг не было ни стражников, ни солдат. Я знала, какие заклинания наложены на замки. Снять их оказалось делом десяти минут. Еще столько же понадобилось, чтобы запереть их обратно за нашими спинами.

Столица встречала нас пустотой и тишиной. Если в Камисе еще можно было смириться с тем, что вокруг нет ни души, то во всегда шумном Миридане стало действительно страшно. Куда ехать? К дому или сразу во дворец? Я замерла в раздумьях. Дома меня ждет Макки и слуги. Во дворце – вся семья. Значит, сначала во дворец.

Я свернула на знакомые с детства улочки. Теперь уже Эрик следовал за мной – он все еще плохо ориентировался в городе. Зато я заметила, как его окутывает магическая аура. Принц готовился к бою, хоть и знал, что от целителя не так много толку, если нет боевого мага. Жаль, что не могла открыть еще один портал – силы восстановятся только после сна. Иначе я предпочла бы сразу переместиться во дворец.

Сбоку послышался шорох. Эрик создал маленькую силовую сферу, но спустить её не успел – я узнала мага, который выкатился под копыта лошади.

– Профессор Тир! – спрыгнула я на мостовую. – Сколько лет, сколько зим!

Растрепанный профессор МАМИ отшатнулся, словно увидел призрак, но затем понял, что я живая, и поправил одежду. Впрочем, было бы, что поправлять. От его плаща остался кусок ткани. Рубашка сияла прорехами, словно решето, а на штанине остались следы слизи, как те, что вытекали из шеи убитого монстра.

– Доброго вечера, госпожа, – тем не менее, профессор сохранил гордый вид. – Мы разве знакомы?

– Было дело. Я – та студентка, что читала вместо вас лекцию о народах гор.

– Анна, – поморщился Френ Тир. – Постойте, вы сменили цвет волос?

– Скорее, вернулась к настоящему виду. Только меня зовут не Анна, а Оливия. Эрик, это преподаватель МАМИ, профессор Френ Тир, – обернулась я к спутнику. – А это – Эрик Винченский.

– Винченса… Конечно… – пробормотал профессор, видимо, не понимая, что перед ним – принц. – Только там мужчины рядятся, как попугаи, и носят волосы до пояса. Дикие нравы.

Щеки Эрика вспыхнули. Я уже испугалась, что сейчас профессору придется несладко, но мой спутник только презрительно выпятил губу и сказал:

– Не забывайтесь, уважаемый. Вы говорите с наследным принцем Винченсы, так что оставьте свои замечания при себе. Глядишь, дольше проживете.

Тир вздрогнул и согнулся в поклоне.

– Прошу простить, – пролепетал он. – Не узнал вас сразу, ваше высочество.

– Отставим церемонии. Докладывайте, что вы делаете на улице в столь неподобающем виде?

– О! – Френ Тир возвел глаза к небу. – Вижу, вы только что прибыли в столицу, раз не знаете…

– Да, мы отсутствовали какое-то время, – прервала я представление. – Давайте вернемся к сути.

– Тогда нам лучше поторопиться, чтобы скрыться с улицы до наступления темноты, – прошептал Тир. – А то не поздоровится.

Я начала опасаться, что профессор повредился рассудком, но все-таки пошла за ним. Каково было мое удивление, когда Тир свернул в кварталы бедняков и вывел нас к дому Ронни и Мими. Он постучал четыре раза – два быстрых стука, два медленных, и дверь распахнулась, пропуская нас внутрь.

Глаза еще не успели привыкнуть к полумраку прихожей, как мне на шею кинулась Мими:

– Оливия, дорогая! Ты жива! Какое счастье! Проходите, проходите же.

Мы с Эриком удивленно переглянулись и прошли за девушкой в комнату. Вокруг накрытого к ужину стола расположились человек семь. Из них я знала только Рона и Берта. Остальных видела впервые, но по магической ауре подозревала, что все они – слушатели вольных курсов.

– Оливия! – Берт вскочил из-за стола и бросился ко мне. – Неужели ты? Мне говорили, ты исчезла.

– Было дело, – улыбнулась я. – Но теперь вернулась и не могу понять, что происходит.

Лица присутствующих помрачнели.

– Сначала ужин! – встряла между нами Мими. – Затем – разговоры. Уверена, Оливия и Эрик голодны.

Мими была права. Судя по тому, как Эрик накинулся на предложенную скромную трапезу, не только насчет меня. Мы ужинали в молчании, но было приятно оттого, что друзья счастливы меня видеть. Значит, ждали. И я впервые чистосердечно улыбнулась с того дня, как покинула Светен.

Наконец, с ужином было покончено. Мими бойко убирала со стола, прислушиваясь к нашему разговору, а Ронни рассказывал, что произошло с тех пор, как я покинула Миридан.

– Все началось около недели назад, – говорил он, вертя в ладонях чашку с травяным чаем. – Мы были дома, когда на улице послышался шум. Хотел было посмотреть, но Мими плохо себя чувствовала, и я остался. Только подошел к окну. Вовремя, чтобы увидеть чудовищ. Те, кто говорит, что это умертвия, не правы. Не все из них похожи на людей. Есть и животные, и нечто совсем невообразимое. Словно безумный маг вдруг напустил на нас монстров, созданных его больным воображением. Жуткое зрелище. Я заколотил окна, наложил заклинание на двери, но они почему-то сюда не ломились.

«Конечно, если их создала твоя матушка, то уж сыночка обезопасила», – подумала я.

– А мы возвращались из Академии, – перебил его Берт. – И немного задержались, потому что не сошлись во мнениях с профессором Тиром.

Судя по гримасе, исказившей лицо профессора, дело дошло до драки.

– И вдруг со всех щелей хлынули эти твари, – продолжал Берт. – Половина из нас – боевые маги, но мы с трудом отбросили их и скрылись в каком-то доме до утра. А когда рассвело, рискнули выйти на улицу, потому что думали, это умертвия. Но монстры никуда не делись. Они осадили МАМИ и дворец, туда не подобраться. Но и внутрь пробраться не могут, потому что сильнейшие маги держат оборону. Только чудовищ слишком много. Рано или поздно у защитников закончатся силы, и тогда…

– А как вы сюда-то попали? – спросила я, не желая думать о плохом.

– Случайно. Искали источник заразы и столкнулись с Ронни, когда он отправился на вылазку за едой, и на нас снова напали. Его дом был неподалеку, вот мы и забаррикадировались здесь. Домик небольшой, его проще защитить.

– Слышно что-нибудь о тех, кто остался в замке? – с замирание сердца спросила я.

– Нет, – покачал головой Берт. – На момент атаки император только-только пришел в себя, как сообщили народу. МАМИ проще, там гораздо больше защитников.

Я представила себе дядюшкин дворец. Насколько мне было известно, его окружали мощнейшие заклинания защиты. Но это не значит, что он был неприступен. В охрану императорского дворца входило около десятка боевых магов. Учитывая болезнь дяди, охрана должна была быть усилена. И там точно есть лекари. Значит, продержатся. Попытаться туда прорваться? Но зачем, если надо искать источник заразы? И я знаю, кто мог в этом помочь.

– А слышно что-нибудь насчет тюрьмы? – спросила я.

– Тюрьмы? – удивились маги. – Нет.

Что ж, оно и к лучшему. На мгновение мелькнула мысль, что Мирабэль могла попытаться спасти своего подручного Риана, но потом вспомнились слова отца, что они казнили помощников сестры одного за другим, и лишь однажды она пришла взглянуть на казнь. Не помочь, не спасти – взглянуть. Но любые вылазки стоило отложить до утра. Заботливая Мими уже постелила мне на своей кровати, но я решительно отказалась и перебралась на пол к магам. Профессор Тир и один из студентов остались в гостиной, дежурить.

Берт лег справа от меня, словно отгораживая от окна, а Эрик – слева. Молчаливость принца меня беспокоила. Вряд ли в Винченсе он сталкивался с таким. Но и испугался вряд ли. Главное – чтобы не наделал глупостей.

– Эрик, – шепотом позвала я, когда все улеглись.

– Что? – придвинулся он ближе.

– Пообещай мне, что ни на шаг не отойдешь, – попросила я.

– Конечно, – Эрик сжал мою руку. Похоже, решил, что мне страшно. – Не беспокойся, Ливи. Я не позволю причинить тебе вред.

Не от него я хотела бы услышать эти слова. Но втайне радовалась, что Крис далеко. Он человек. А, значит, беззащитен. И я, как бы странно это не звучало, могла быть спокойна за него. Главное – проследить, чтобы никто из магов, притаившихся под этой крышей, не пострадал. Мне же предстоит отыскать Мирабэль. Что буду делать, когда найду её, я не знала. Но ничего, разберусь. Не будь я принцессой Миридана.

Спалось плохо. Я то и дело подскакивала от кошмаров, в которых чудища пожирали Криса, Эрика, дядю, Мими. Жутко болела голова. Я чувствовала себя разбитой и усталой. Поэтому, не успело рассвести, как отправила спать Тира и заняла его место. Мой напарник, худосочный рыжеволосый парнишка, клевал носом, но от него исходил мощный поток энергии. И я знала, что он готов в любую минуту отразить нападение.

Сидя почему-то думалось легче. Итак, мне надо открыть портал и пробраться в тюрьму, чтобы поговорить с Рианом. Тюремную защиту моей магии не пробить. Значит, придется пройти по порталу к воротам. Но вдруг там кишат твари? Нет, игры с пространством – не выход. Лучше действовать наверняка.

От дома Ронни до тюрьмы путь неблизкий. Займет как минимум полчаса. Зато неподалеку находится моя старая сгоревшая квартирка, в которой должны были делать ремонт. Вот туда можно перенестись. Квартирка сгорела, защита осталась. Пусть она не защитила мое имущество от огня, зато могла отпугнуть тварей. Если перенесусь туда, пройти останется пару кварталов. Это куда лучше, чем пробираться через весь город. Брать ли кого-нибудь с собой? Если да, портал займет слишком много сил. Если нет… Что ж, максимум, что может произойти – мною позавтракают. Значит, пойду одна. Тогда надо выдвигаться немедленно, чтобы некий принц не решил составить мне компанию.

– Послушай, – подошла я к напарнику, – уже совсем светло. Посторожи один. А я скоро вернусь.

– Хорошо, – заговорщицки подмигнул тот. – Прогуляться решили, принцесса?

– Нет, нужно решить одно дело, – улыбнулась я и открыла портал. Глаза парнишки стали огромными от удивления – конечно, немногим приходилось видеть дыры в пространстве. Но мне было некогда наслаждаться его замешательством. Я шагнула в открывшийся проход и закрыла его за собой.

Глава 29. Враги и союзники

Я вышла из портала в своей бывшей спальне. Обугленные стены исчезли. Похоже, дядюшка дал приказ все перестроить заново. Впрочем, до окончания работ было еще далеко. Пахло краской и лаком. Обычный запах ремонта.

Прислушалась. Никакого шороха. Значит, путь свободен. Но стоило выйти из спальни, как от стены отделилось нечто, напоминающее гриб на ножке.

– Бру-вру? – прошамкал гриб, хоть у него и не было рта.

– Бру, – ответила я, пытаясь осторожно пробраться к двери. Гриб медленно поворачивался за мной, хотя ни глаз, ни ушей у него не было. Как же он меня находит? Мысленно досчитала до трех – и бросилась вперед со всех ног. К моему счастью, дверь стояла нараспашку. Я вылетела на лестницу, почти кубарем скатилась вниз, но скорости не уменьшила, и выбежала на улицу. Неподалеку бродило еще одно существо, только я не стала ждать, пока оно решит попробовать меня на зуб, и прибавила ходу.

То ли мне повезло, то ли днем их и правда было меньше, но по дороге к тюрьме я встретила только двух испуганных горожанок, которые шарахнулись от меня, как от призрака. Неужели приняли за монстра? Вроде еще не так ужасно выгляжу.

Вокруг тюрьмы не было заметно ни одной твари. Как и думала, Мирабэль не торопилась спасать мальчишку, который пожертвовал ради неё жизнью. Либо уже вытащила его, что вряд ли, потому что ворота были наглухо заперты. Я постучала. Никто не ответил. Неудивительно, но попасть внутрь надо.

– Господин комендант, – крикнула, поздно подумав, что на мой вопль сбежится десяток гадких существ. – Это я, принцесса Оливия!

Уверена, кто-то должен дежурить во дворе. Защита тюрьмы позволяла оборонить стражников от монстров, а, значит, внутри должны придерживаться режима.

– Господин комендант! – еще громче крикнула я и для уверенности ударила ногой по воротам.

– Тише, тише, – открылась маленькая, неприметная калитка в стене. – Идите сюда.

Я нырнула внутрь, и калитка захлопнулась. Меня встретил не отряд стражи, а сухонький старичок. И как это понимать?

– Ваше высочество? – переспросил он.

– Да, – подтвердила я. – А вы…

– Дедушка коменданта. Меня кличут просто «старик», а вообще зовут Бором.

– Очень приятно, господин Бор, – склонила голову. – А где же достопочтенный комендант?

– А тьма его знает. Ушел во дворец с докладом – и ищи-свищи. Наверное, тама с ними оборону держит. А мы тута с ребятами. Так зачем пожаловали, вашество?

– Мне нужно срочно поговорить с одним из узников, – ответила я.

– Разрешение? – протянул старик сухонькую ручонку.

– Было у вашего внука, – соврала, надеясь, что щеки не покраснеют от стыда.

– Ну, было так было. Чегой-то мне принцессе не верить? Кто нужон?

– Риан Фонтер. Минус пятый уровень.

– Идем, посмотрим по книгам.

Я больше всего боялась услышать, что парня в мое отсутствие казнили. Во-первых, мне было его жаль. Во-вторых, только он знал, где находится Мирабэль. Или, хотя бы, мог знать. Но старик провел меня в тюрьму мимо молчаливых охранников, проверил учетные записи и кивнул:

– Есть такой. И приметка есть, что вам к нему можно. Идемте, провожу.

Мы прошли по уже знакомому пути – крутые ступеньки лестницы, узкий полутемный коридор, железная решетка, камера под защитой заклинания.

– С вами пойтить или снаружи обождать? – спросил старик, словно мог меня защитить, если бы вдруг Риан сумел сломать магическую защиту тюрьмы и разрушить оковы.

– Подождите здесь, пожалуйста, – попросила я и шагнула в камеру.

Узник лежал на койке, закрыв глаза. Я не видела его две недели, но Риан изменился до неузнаваемости. Его щеки и подбородок покрывала щетина, лицо осунулось, а тени под глазами стали только глубже. Юноша не пошевелился, даже услышав лязг двери. Я подошла ближе и прикоснулась к его плечу. Черные глаза уставились на меня из-под густых ресниц.

– Вы? – хмыкнул Риан. Его голос тоже изменился, стал слегка хриплым, словно осип от крика. – Чем обязан, принцесса?

– Все тем же, – села я на край койки. После летнего тепла холод в камере пробирал до костей.

– Мирабэль? – грустно улыбнулся некромант.

– Мирабэль, – я старалась подобрать слова, но теперь понимала, что такое – говорить с влюбленным. И сомневалась, что мне удастся до него достучаться.

– Что на этот раз? – Риан сел рядом, и спутанные волосы почти скрыли от меня его лицо.

– Наслала на город жутких тварей. Они осадили дворец и Академию, и неизвестно, сколько погубили мирных жителей.

– Это в духе госпожи, – улыбка стала чуть насмешливой. – И чего вы от меня хотите? Чтобы я вышел на главную площадь и позвал её? Авось придет?

– Нет, – покачала я головой. – Помогите её найти. Если вы не сумеете мне помочь, то никто не сможет.

– Понятия не имею, где она сейчас, – ответил маг. – Да и знал бы – не сказал. Пусть Мирабэль и оставила меня гнить здесь, это не значит, что я такой же. Я люблю её, Оливия. Вы знаете, что такое любовь?

– Увы, – вздохнула я.

– Вам разбили сердце? Тот человек, который таскался за вами?

Следил за мной. Хотя, чему тут удивляться? Я кивнула.

– Что ж, этого и следовало ожидать. Люди непостоянны в своих привязанностях. Впрочем, оказалось, и маги тоже. Простите, что краду ваше время. Просто я давно ни с кем не говорил, кроме тех видений, что возникают время от времени. Сколько месяцев прошло снаружи?

– Две недели, – ответила я.

– Всего две недели, – Риан горько рассмеялся, и мое сердце снова кольнула жалость. – Не обращайте внимания. Рано или поздно эти стены сведут меня с ума. Зато станет безразлично, казнят меня или будут держать здесь до самой смерти. Тогда сама смерть покажется избавлением.

– Риан, – прикоснулась я к его холодным пальцам, – помогите мне, и я вытащу вас отсюда. Прямо сегодня. Прямо сейчас. Браслетов не сниму, пока все не закончится, чтобы вы не перешли на её сторону, но верну вам свободу.

Некромант долго смотрел на меня, и я подумала, что он согласится.

– Нет, – его ответ прозвучал, словно приговор. – Я клялся Мирабэль в верности, и сдержу слово. А теперь уходите, принцесса. Не стоит тратить свое время на живого мертвеца.

Я не стала его уговаривать. Потому что сама поступила бы так же. Пусть я злилась на Криса, пусть ненавидела его, старалась забыть, но ни за что бы не предала.

– Прощайте, Риан, – сказала я.

– Прощайте, принцесса. Увидите Мирабэль – скажите ей, что я не злюсь на неё и никогда не забуду.

Я отвернулась, чтобы скрыть внезапно выступившие слезы. В коридоре меня ждал Бор. Он провел меня к выходу и выпустил через ту же калитку.

– Удачи, вашество. И будьте осторожны, – пробормотал он, запирая за мной засов.

Что-что, а удача мне бы точно пригодилась. Ведь путь к тюрьме я продумала, а обратно? Еще один портал выжмет меня, как лимон. Нет, магия нужна мне в полной мере. Придется идти пешком.

Я медленно двинулась в сторону бедняцких кварталов. Медленно потому, что внимательно следила за тем, что происходит вокруг. Шаг, еще шаг. Пока никаких иллюзорных умертвий. Свернула за угол – и мое везение кончилось. Прямо на меня надвигалось с десяток чудищ. Попыталась отступить, но за моей спиной тоже выросло несколько существ. Закралась мысль, что меня здесь ждали. Но я не собиралась так легко становиться чьим-то завтраком, пусть у меня и не было оружия. Надо только отбросить их подальше и открыть портал. И пусть потом до завтра проваляюсь в постели.

– Кис-кис, – подмигнула я ближайшим умертвиям – для удобства мысленно продолжала именовать их так. – Кто тут у нас голодный, девочки? Или вы мальчики?

– Бру? – уставились на меня полулюди и полузвери, это уж как применить фантазию.

– «Бру» – ваше любимое слово? – поинтересовалась я. – Что ж, запомню. А теперь извините, мне пора. Приятно было поговорить.

Я рванула назад. Умертвий там было поменьше, и шевелились они заметно медленнее. Мои враги не успели понять, что случилось, и я не собиралась оглядываться, чтобы узнать, как быстро до них дошло, что обед ушел. Но позади слышалось мерзкое чавканье. Мало с меня было некромантского монстра! Теперь еще и эти!

Возможно, я бы сбежала, но удача окончательно повернулась ко мне спиной, и я растянулась на мостовой. Умертвия радостно прибавили ходу. Я попыталась подняться, но нога нещадно болела. Значит, не судьба.

– Оливия! – прямо на меня из переулка выскочил Эрик, подхватил меня на руки и помчался прочь.

Я вцепилась в него, опасаясь, что уронит, но принц держал крепко. Мимо неслись улицы и дома. Но вместо того, чтобы приближаться к дому Ронни, мы отдалялись от него.

– Ты не туда свернул! – воскликнула я.

– Знаю. Короткий путь перекрыт, я еле тебя отыскал, – запыхавшись, ответил Эрик. Он поставил меня на землю и пытался отдышаться. Вроде бы оторвались. – Ты же обещала никуда без меня не ходить!

– Наоборот, это ты обещал мне, – огляделась я по сторонам. – Как ты меня нашел?

– Случайно. Я шел к дворцу. Думал, ты направилась туда. Что с ногой?

– Болит, – вздохнула, попытавшись стать на ногу.

– Ничего, я тебя донесу.

– Не стоит, сейчас открою портал. А ты прикрывай.

Но бывают такие дни, когда все валится из рук. Я не успела даже вскрикнуть, когда на меня обрушилась зловонная масса. Откуда? Показалось, что с неба. Попытки вырваться оказались бесполезными. Я дергалась, пиналась, кусалась, но монстр точно не чувствовал боли. Зато обнаружила, что могу дышать. Значит, это ловушка, а не попытка убийства. Желеобразная жижа колыхалась вокруг меня – существо передвигалось. Когда прошел первый шок, сердце кольнула тревога за Эрика. Если я нужна хозяйке умертвий живой, это еще не значит, что и принца не тронут. Вот только любое действие было бессмысленным, пока моя передвигающаяся тюрьма не выплюнула меня по собственной воле.

Я ударилась о холодный серый пол и закашлялась. Существо исчезло, словно его и не было, оставив лишь мерзкую вонь и пятна на моем костюме и волосах. В носу щипало, в глотке словно застыл ком. Неожиданно меня осторожно подняли на ноги, и я увидела двух девушек. Вполне обычных девушек, если бы только не зеленый цвет кожи и отсутствие ртов. Они жестами позвали меня за собой, а у меня не хватало сил удивляться. В соседней комнате обнаружилась огромная ванна и чистая одежда. Девушки помогли мне раздеться. Их кожа оказалась теплой на ощупь и совсем не противной. Я даже к ним прониклась – с таким уважением они помогали мне хорошенько вымыться и переодеться. Зато еще раз убедилась в том, что меня ждали и точно знали, каким способом прибуду.

После банных процедур меня провели обратно в комнату, оказавшуюся спальней. Теперь, когда со лба не капала вонючая жижа, я заметила кровать и небольшой столик, на котором в корзинке лежали фрукты. Какая забота!

– Передайте вашей госпоже, что я её жду! – уселась на кровать, запоздало удивляясь, что для меня приготовили черные брюки и голубую блузу вместо платья. Предусмотрительно, что тут скажешь.

Девушки вышли, плотно закрыв за собой дверь. Но щелчка ключа не было, из чего я сделала вывод, что дверь не заперта. Скорее, просто наложено заклятие. Пользуясь передышкой, ощупала пострадавшую ногу. Лодыжка распухла и ощутимо ныла. Похоже, в ближайшие дни мне не бегать. Но это не значит, что кто-то заставит меня сидеть, сложа руки. Попробовала открыть портал – бесполезно. Неужели и Мирабэль ценит светенские сплавы? Ощущения были, как на корабле Камиллы – когда магия есть, но использовать её не можешь. Печально…

Долго ждать не пришлось. Несколько минут спустя дверь отворилась, пропуская высокую темноволосую женщину. Она шла степенно, словно на голове покоилась корона. Серые глаза смотрели внимательно, изучали меня с ног до головы. Я поежилась – неприятный взгляд. От него чувствуешь себя кроликом перед удавом или зверьком в клетке. Эта женщина была красива, но иной, темной красотой. Она не походила на отца или дядю. Скорее, напоминала призрак бабушки. На Мирабэль – а я не сомневалась, кто передо мной – было надето черное платье с белым кружевным воротничком, украшенное черными и белыми камнями. Мне даже стало неловко за позаимствованный костюм. Вот как должна выглядеть настоящая принцесса.

– Добро пожаловать, дитя, – Мирабэль чуть склонила голову. Её теплый обволакивающий голос словно усыплял бдительность, но в комнате заметно похолодало, несмотря на летний зной.

– Здравствуйте, тетушка, – решила я держаться в той же манере.

– Приятно, – на губах Мирры расцвела ледяная улыбка. – Так ты слышала обо мне. От кого же?

– Бабуля рассказала, – пожала я плечами. – Точнее, её призрак.

Смех Мирабэль зазвенел тысячей колокольчиков. Она присела на кровать и расправила складки платья.

– Извини за скудную обстановку, – похлопала она по покрывалу, приглашая присоединиться. – Не было времени подготовиться. Мои питомцы сообщили, ты посещала тюрьму. Как там бедняжка Адриан? Еще в своем уме?

– Адриан… Риан! – поняла я. – Да, просил передать, что останется вам верным до конца и не злится на вас.

– Романтичный мальчик, – вздохнула Мирабэль. – Но пусть лучше не мешается под ногами. Даже покушение не смог провести, как надо. Так что наказание заслужено.

Мне не нравился её тон, но вступать в спор не стала – ведь не о Риане же она хотела поговорить.

– Тебе, наверняка, любопытно, зачем ты здесь, – продолжила Мирабэль, поигрывая ониксовым браслетом.

– Не буду отрицать, – кивнула я, стараясь отодвинуться подальше.

– Что ж, объясню. Твой дядя когда-то сломал мне жизнь. Не без помощи Дерека. Я хочу, чтобы он заплатил за свои поступки. И его дети. Но не ты. Знаешь, почему?

Откуда мне было знать?

– Да потому, – продолжила Мирабэль, – что ты такая же, как и я. Я долго наблюдала за тобой, дитя. Ты все одна да одна. Меня тоже никогда не любили. Пока была жива матушка, она меня защищала, но затем она умерла. Братья меня недолюбливали. А, точнее, боялись. У меня, как и у тебя, редкий дар – иллюзия. Императору Себастьяну нужен был он, а не я. Но нашелся человек, которого я полюбила. Он хотел увезти меня из Миридана. Вот только разве император мог меня отпустить? Моего возлюбленного убили, меня обманули. Но правда выплыла. Со временем. И я начала мстить, на что ко мне подослали наемного убийцу. Взгляни, – отогнула Мирабэль воротничок, и я увидела тонкую полоску шрама. – Этим следом меня наградил несостоявшийся убийца. Я сумела немного отклонить удар. Брат счел меня мертвой, но на самом деле мой труп был иллюзией. Я сбежала, долгое время скиталась по свету, но решила вернуться и довести начатое до конца. Ты всегда помогаешь слабым и угнетенным, милая девочка. Неужели теперь будешь защищать преступников?

Я пораженно молчала. Похоже, папа рассказал не всю правду. В том, что Мирабэль искренна, сомнений не возникало – её взгляд говорил о многом. Но, как бы там ни было, дядя воспитывал меня, а Эд и Марго – мои кузены. Дать их убить? Ни за что!

– Я не убью их, – тетушка словно прочла мои сомнения. – Передумала. Нет, я оставлю их без крова, и пусть идут на все четыре стороны, как когда-то я сама. Прошу, Оливия, подумай…

– Я не предам их! – слова слетели с губ раньше, чем оформилась мысль. – Вы ошибаетесь. Я далеко не так хороша. Мне всегда нравилось вызывать у дяди зубной скрежет. Я не соблюдаю этикет, ношу брюки. Могу уехать на край света, никого не предупредив. Помогла сбежать парочке преступников. Узнала, как освободить от клейма человека, который мне дорог – и не стала сразу этого делать. Морочу голову принцу Эрику, а ведь он меня любит. Поймите, я всегда думаю только о себе. Так зачем мне помогать вам?

– Глупая девочка, – рассмеялась Мирабэль, сжимая мои пальцы. – Ты так привыкла быть палочкой-выручалочкой для каждого, кто попросит, что даже забыла, зачем это делаешь. Как же Себастьян запудрил тебе мозги. Но итог будет один. Стоит тебе нарушить планы дядюшки – и все. Тебя запрут в подземелье, а твоего любимого – его зовут Крис, кажется? – убьют, если попытается вызволить. Как и всех друзей.

– Нет!

Я понимала, что Мирабэль специально давит на меня, и не собиралась поддаваться. Кем бы она ни была и какие бы слова не говорила, я – принцесса Миридана. А Миридан в опасности из-за этих тварей. Значит, я должна думать о людях, а не о себе или дяде.

– Что ж, – Мирра поднялась на ноги, шурша юбками, – я дам тебе время подумать. Только не пытайся бежать, милая. Это может плохо на тебе отразиться.

Тетушка покинула комнату, а я так и осталась сидеть на кровати. Мысли путались. Часть меня осознавала её правоту, кричала о том, что меня предадут при первом же удобном случае. Другая часть говорила о том, что моя семья, друзья, народ могут погибнуть, и нужно немедленно что-то делать. Прямо сейчас. Или будет поздно.

Глава 30. Иллюзии

Мне не сиделось на месте, поэтому я бродила по комнате из угла в угол, не обращая внимания на боль в ноге. И пусть завтра не встану с кровати – да к чему мне это? Дверь закрыта надежным заклятием. Проверила. Оно завязано на некромантии. А, значит, мне не по плечу. По крайне мере, сейчас. Воспоминания о чудище, облик которого приняло проклятие Сандера, заставляли вздрагивать от ужаса. Жуть, да и только.

Служанки не появлялись, но мне почему-то казалось, что стоит их позвать, и они будут тут как тут. Интересно, меня ищут? Ронни, Берт… и Эрик. Жив ли он? Здесь? Или на свободе? А вдруг ранен, и никто ему не поможет, потому что улицы пусты? Чувство вины подняло голову, но я заставила его молчать. Плохо. Как же мне плохо! Хотелось видеть Криса. В голове снова и снова прокручивались его слова. Но раз уж мне суждено умереть или сгнить здесь… в тьму обиды! Я бы все отдала, чтобы сейчас он был рядом.

А главное, что меня пугало, и что никак не могла побороть – сомнения, которые заронила в душу Мирабэль. Да, папа и дядя – не святые. Но могли ли они так поступить? И будь я на месте Мирры, остался бы кто-нибудь из моих обидчиков в живых?

От понимания, что дядя меня использует, сердце будто пронзала ледяная игла. Я и сама об этом думала не раз. Но, с другой стороны, дядя готов отпустить меня в Винченсу, если соглашусь выйти замуж за Эрика. Значит, все не так. Или… Великий свет, да сколько же их, этих «или»! Если план Мирабэль состоял в том, чтобы выбить у меня почву из-под ног и заставить сомневаться, ей это удалось. Почему? Почему все так сложно? И нет никого, кто бы помог разобраться в самой себе. Хотелось домой, зарыться пальцами в шерстку Макки и уснуть. Но ведь я даже не знаю, в порядке ли слуги и лисенок. Почему я не пошла туда сразу? Снова думала только о себе? Тогда поделом мне.

Нет, надо выбираться. Опять подошла к двери и попыталась прощупать заклятие. К счастью, для этого мне не требовалась магия. Но вдруг поняла, что за дверью кто-то есть. Знакомое тепло коснулось руки. Эрик! Это его магия. Заклятие, преграждавшее путь, исчезло, и принц заключил меня в объятия. Я чуть не разрыдалась от облегчения, прижалась к нему и позволила погладить себя по волосам.

– Не бойся, глупышка, – прошептал Эрик, увлекая меня в коридор. – Выберемся.

– Но некромантия… – замялась я на пороге.

– В Винченсе много некромантов, и я умею от них защищаться, – развеял мои сомнения юноша. – Идем!

Он сжал мою руку и повел вглубь коридора. В кои-то веки я доверилась кому-то. И пожалела, что не отдохнула, потому что идти становилось все больнее. Но отвлекать Эрика не стала. Моя магия постепенно проснулась, и я попробовала почувствовать, что там, дальше. Вот только пальцы ощущали пустоту. При такой слабой магии чувствовала себя почти что раздетой. Если открыть портал, в него сможет пройти только один. И то, если доберется, куда следует. А если нет? Рисковать жизнью Эрика не стала.

– Т-ш-ш, – остановился принц. – Там кто-то есть.

Мы выглянули из-за угла. Мои служанки – или просто похожие – шли в противоположном направлении. Мы подождали и продолжили путь.

– Еще немного, я чувствую, мы близко,– улыбнулся Эрик. Я крепче сжала его ладонь. Мы свернули на лестницу, миновали десяток ступенек и оказались снаружи. Дверь даже не заперли. Кольнула мысль о ловушке. Но в лицо пахнул свежий ночной воздух. Значит, и правда выбрались. Теперь определить бы, где находимся.

Я огляделась по сторонам. Быть того не может! Мы стояли на том же месте, где на нас напали умертвия. Обернулась – домик позади меня никак не походил на жилище Мирабэль. Он просто не мог вместить столько коридоров.

– Эрик, что-то тут не так! – обернулась я.

– Все так, – обнял меня принц. – Ливи, послушай меня…

– Нет, не здесь, не сейчас, – замотала я головой. – Умертвия…

– Это всего лишь иллюзии. Разве ты не поняла? Мирабэль не нужна твоя смерть. А вот моя – нужна, ведь я помог тебе бежать, – Эрик увлек меня за угол. – Ливи, скажи одно слово, и мы уедем в Винченсу! Немедленно! Я пришлю отряд лучших магов. Они защитят Миридан.

– Нет, ты что, – я вырвалась из его объятий. – Оставить дядю, кузенов, Миридан? Только у меня сейчас есть возможность хоть что-то изменить! А если умертвия попадут во дворец? Дядя слаб! Ему нужна моя помощь! Даже если он меня использует. Даже если… Я люблю их всех, понимаешь? И не брошу!

Эрик поцеловал меня. Его поцелуй разительно отличался от того, что я чувствовала с Крисом. Меня словно окатило холодом. Я попыталась вырваться, но он держал крепко, не давая даже вдохнуть.

– Теперь рядом нет этого твоего возлюбленного, – хрипло сказал принц. – И тебя никто не спасет, кроме меня. Подумай!

Прозвенела пощечина. Мир вокруг начал меняться. Земля поплыла под ногами, и я упала. А когда открыла глаза, лежала на кровати в доме Мирабэль. Иллюзия! Я застонала. Неужели это была иллюзия. Если Мирабэль умеет создавать такое, как же мне тягаться с ней? Голова кружилась. Губы саднило. Я в бессилии била кулаками по подушке. Нельзя сдаваться. Я должна выбраться. Должна вытащить отсюда Эрика – раз Мирабэль с такой точностью воспроизвела его образ, значит, принц тоже где-то рядом. Я должна… Почему я всю жизнь кому-то что-то должна?

Головная боль усилилась. Я металась по кровати, словно в бреду. Временами мне казалось, что магия вот-вот вырвется, и прорвет все заслоны, но ничего не происходило. Накатывала волна отчаяния и бессилия. Внутри все переворачивалось от боли.

Я даже не заметила, когда в комнату снова вошла Мирабэль. Она какое-то время наблюдала за моим состоянием, и мне показалось, что на её губах мелькнула довольная улыбка. Захотелось вцепиться ей в лицо и заставить отпустить меня и Эрика, но я старалась сдерживаться. Что бы не говорила Мирабэль, я – не она. И не опущусь до подлости. Я выберусь. Обязательно. И она понесет заслуженное наказание!

– Не передумала, малышка? – спросила Мирра прежде, чем покинуть комнату.

– Нет, – прошипела я. – Не дождешься!

Мирабэль рассмеялась. Её лживая натура сквозила в каждом движении, в шорохе платья, в блеске украшений. Я словно бредила, и мне казалось, что за её внешностью скрывается нечто ужасное с жуткой мордой. Похуже, чем умертвия.

– Зайду позднее, – пообещала тетушка, оскалив рот в усмешке.

– Жду – не дождусь, – старалась я сохранить остатки самообладания.

Я металась, словно в жару. Блуза прилипла к телу. Мысли путались. Хотелось сорвать с себя одежду и разодрать тело до крови. Я никогда не знала такой боли. Что же это? Наваждение? Колдовство Мирабэль? Будь она проклята!

Тихонько приоткрылась дверь. Неужели опять? Я рассмеялась, словно безумная. И кто же меня посетит на этот раз? Лицо оказалось неожиданным. В дверях застыл Николус. Видимо, выглядела я жутко, потому что друг не сразу обрел дар речи.

– Ливи! – кинулся он к кровати. – Что с тобой? Она пытала тебя?

– Сгинь, наваждение, – помахала я рукой и отвернулась на другой бок.

– Это не наваждение, принцесска. Это я!

Меня сгребли в охапку и поволокли к двери.

– Стой! – попыталась я вырваться. – Куда?

– Домой, – пробормотал Николус и прибавил шагу.

Мне стало жутко. Куда я попаду на этот раз? Что со мной будет? Как проверить реальность происходящего? Я пнула Николуса опухшей ногой – и чуть не взвизгнула от боли. Николус закусил губу и поставил меня на пол.

– Это я, – повторил он, глядя мне в глаза. – Оливия, поверь мне. Мы же с тобой столько лет знакомы.

– Тогда что ты тут делаешь? – я для верности потыкала в него пальцем.

– Потом объясню. Времени мало.

После чего Николус снова подхватил меня на руки и потащил по уже знакомой лесенке. Вот только оказались мы в другом месте. Я всего пару раз была в этом районе Миридана. Его называли «рабочим». Тут, в основном, жили низшие, обладающие минимальными способностями к магии. Здесь располагались небольшие мастерские, которые продавали недорогие, но добротные изделия тем, для кого услуги магов были слишком дорогими. Я хотела было взглянуть на дом Мирабэль, но Николус шикнул на меня и свернул за угол.

Мне нравился такой способ передвижения, а главное, нас никто не видел. Ведь вокруг не было ни души. Попалось только пару умертвий, но они поделились своим фирменным «бру» и продолжили ползти по своим делам.

– Твой особняк ближе всего, – по пути сообщил Николус. – Отнесу тебя туда.

Я не возражала. И пусть в голове было больше вопросов, чем ответов, но они могли подождать. А сама мысль, что скоро окажусь дома, грела сердце. Раз Николус тащит меня туда, значит, умертвия до особняка не добрались. Осталось дождаться – и смогу задать Нику все вопросы, которые так и кишели в голове.

Наконец, вечный студент… хотя нет, теперь уже выпускник МАМИ подошел к воротам и постучал. Вместо ответа из окна высунулась винтовка. Обычная, человеческая. Я узнала Польса. Откуда она у него? Ведь человеческое оружие не нуждается в магии и бьет слабее.

– Это я, Николус, и госпожа Оливия, – крикнул Ник, и винтовка исчезла. Ворота со скрипом открылись, Ник шагнул во двор. Створки тут же захлопнулись за нашими спинами. Николус поставил меня на ноги, а дверь уже распахнулась, пропуская Польса в сопровождении Макки. Лисенок обнюхал меня, фыркнул и повернулся спиной. Конечно, хозяйка исчезла, а вернулась в чужой одежде на руках постороннего мужчины, пусть и бывавшего в доме.

– Ваше высочество! – Польс был куда более рад. Он еле сдержался, чтобы не обнять меня. – Неужели вы вернулись! Мы так ждали!

– Да, это я, – близость родного дома грела и разгоняла накопившиеся страхи. Мы с Николусом прошли в гостиную, а Польс засуетился, готовя для нас поздний ужин. Я попыталась было отказаться, но слуга заявил, что и так похудела. Пришлось согласиться.

– А теперь рассказывай, – заявила я, разместившись в кресле. Макки тут же забрался на колени и свернулся клубком.

– Да что рассказывать? – Николус взъерошил волосы и стал похож на нахохлившуюся птицу. – Государственная тайна, но тебе можно. Твой дядя приставил меня присматривать за Рианом Фонтером. Вот мне и пришлось задержаться в МАМИ. Я так хаял власть и высказывал недовольство императором, что Риан познакомил меня с Мирабэль. Конечно, это было не так просто сделать, как рассказать, но постепенно я влился в их круг. Вот только о покушении на императора мне, конечно же, не сообщили. И как я тогда упустил Риана! Не думал, что он сбежит с выпускной церемонии. Моя вина…

Николус вздохнул. А я смотрела на него так, будто видела впервые. Мой друг, вечно рассеянный гуляка, который ради меня переодевался гадалкой, вдруг оказался агентом тайной службы императора. Вот тебе и вечный студент… Похоже, я совсем не разбираюсь в людях.

– Когда ты исчезла, мы всех на уши поставили, – помолчав, продолжил Ник. – А когда поняли, что тебя везут в Светен… Ширхор был в ярости. Он – мой непосредственный начальник. А тут еще и принц Эрик сбежал!

– Точно, Эрик! – подскочила я с кресла. – Надо немедленно его вызволить!

– Не сейчас, принцесска. У меня был выбор – или ты, или он. Возвратиться туда – значит, погубить и его, и себя. Поверь. Мы ведь с тобой вместе не один пуд соли съели.

Я села и опустила голову на руки. Ну зачем? Зачем Эрик покинул дом Ронни и Мими? Ведь там он был в безопасности. Это все из-за меня. Это я во всем виновата. Я одна.

– Прекрати, – Николус подошел ко мне и опустил руку на плечо. – Ты тут не при чем. Мы ждали, когда ты вернешься. У меня какое-то время была связь с дворцом, и главная задача, которую мне поручили – твоя защита. Я понял, что Мирабэль ищет тебя. И остался рядом с ней. После того, как арестовали Риана, ей нужен был помощник. А что там с твоим княжичем?

Знал! И об этом он знал! Значит, и дядя тоже. А я даже не догадывалась. Ну, как так можно? Где была моя голова?

– Попрощались, – махнула я рукой. – Сняла печать, все в порядке.

Ник хмыкнул. Видимо, не поверил. Вернулся Польс с ужином, и мы сели к столу. Пока рядом находились другие люди, мои сомнения молчали. Но я боялась, что стоит мне остаться одной – и они вернутся с новой силой. Поэтому я собиралась попросить Николуса остаться ночевать в особняке. Тем более что, похоже, он часто сюда захаживает и принимал участие в плетении охранного заклятия. Чувствовалась его энергия.

– Когда ты в последний раз связывался с дворцом? – спросила я.

– Дня три назад. Они держались. Но там дело плохо. Слишком большой напор. Этих живых иллюзий – тысячи, если не миллионы. МАМИ проще. В Академии маги могут сменять друг друга. Хоть большинство сейчас не там, а разъехалось на каникулы.

Еда казалась пресной, но я заставляла себя глотать кусочек за кусочком, запивая соком. Николус замолчал. Я даже не заметила, когда. Он смотрел на меня встревожено. Я послала ему улыбку, но, боюсь, он не поверил в её искренность.

– Как думаешь, чего хочет Мирабэль? – сосредоточилась я на необходимых вопросах.

– Власти. По нашим данным, она всегда жаждала престола. Тем более что у неё есть сын. Ты с ним знакома.

– И он тоже студент МАМИ, – подвела я итог.

– Именно. Талантливый маг, но в меньшей степени, чем мать.

– Кто его отец? Тот самый погибший возлюбленный?

– Да, некий Рорис Ювеон.

– Но ведь Рон – полукровка, – вспомнила я.

– Рорис был из народа фэйт, который проживает на границах западного леса. Они не относятся к высшим, но внешне сопоставимы с ними.

– Ясно, – допила я сок и поставила стакан на стол. – Есть что-то еще, что бы мне стоило знать?

– Вроде бы, я все тебе рассказал, – пожал плечами Николус. – И насчет Эрика – не волнуйся. Мы вытащим его, но немного позднее. Обещаю.

– Хорошо, спокойной ночи, – слишком поспешно сказала я и встала из-за стола. Хотела как можно скорее дойти до лестницы, но могла только медленно хромать. Однако Ник не стал предлагать мне помощь. Видимо, почувствовал, что откажусь.

В моей комнате словно все ждало возвращения хозяйки. Я не видела служанок, но на кровати лежала белоснежная сорочка. Комнату наполняли ароматом стоявшие в вазе розы из сада. Подушечка для Макки лежала на кресле. Я с удовольствием скинула одежду Мирабэль и забралась под одеяло. Но сна не было. Разве могла я спать, зная, что Эрику из-за меня грозит смертельная опасность? Николус прав – возвращаться в дом Мирабэль сейчас глупо. Для начала надо хотя бы вылечить лодыжку – утром попрошу Польса, он знаком с магией исцеления. Можно было бы сейчас, но не хотелось никого видеть. И Николус намекнул, что осажденный дворец ждет моей помощи. Но какой? Мой портал не пробьет их защиту. А если пробьет, следом хлынут твари. Что же мне делать? Голова снова начинала нещадно болеть.

За окнами что-то чавкало и билось о защиту особняка. Кажется, пошел дождь. Как ни странно, чавканье прекратилось. Я уже начинала дремать, когда в двери постучался Польс.

– Ваше высочество, кто-то пытается пробраться через нашу защиту. Живой, – сообщил он.

Я подскочила с кровати – и тут же согнулась от боли. Польс склонился над моей ногой, и боль отступила, оставив после себя неприятное нытье. Слуга протянул мне домашнее платье. Я быстро оделась и спустилась вниз. Кто мог решиться пробраться ночью мимо умертвий в мой дом? Только тот, кто ожидал увидеть меня здесь. Я выглянула в окно. Сумрачный свет луны освещал худенькую женскую фигурку.

– Кто вы? – крикнула я, распахнув входную дверь.

Девушка подняла голову, и я не поверила своим глазам – передо мной стояла принцесса Каламина.

Глава 31. В бой

Я не ожидала увидеть Мину. Просто стояла и смотрела на неё, а она на меня. И вдруг принцесса всхлипнула и попыталась броситься ко мне, но защита плотной стеной окружала дом.

– Польс, пусти её, – приказала я. Конечно, Мина могла оказаться иллюзией. А еще под её личиной могла спрятаться Мирабэль. Но и я была не так проста.

Стоило девушке очутиться в безопасности от умертвий, как я сказала:

– Стой, где стоишь, пока не ответишь мне на один вопрос. К кому мы с тобой тайком ездили как-то ночью?

– К ворожке, – удивленно ответила Каламина. – Ливи, это же я. Ты что, не веришь?

– Извини, наш враг умеет менять лица, – вздохнула я. – Поэтому приходится осторожничать. Еще один вопрос. По какому признаку ты должна отыскать своего мужа.

– По родинке на ухе, – уверенно ответила принцесса, и я сама кинулась её обнимать. Мы, как маленькие девочки, рыдали под проливным дождем, пока Николус и Польс не затащили нас внутрь. Мужчины тут же засуетились, сбрасывая на диван пледы, сухую одежду, а затем совместно удалились заваривать чай, давая нам время переодеться.

Мои вещи сидели на Каламине слегка мешковато, но в целом размер у нас сходился. Поэтому несколько минут спустя мы уже расположились на диване и медленно пили чай, от которого валил пар. Я понимала, что Мина здесь не просто так. Что она не могла тут очутиться без причины. Но начинать разговор не торопилась. Хотелось насладиться моментом, теплом, ощущением призрачной безопасности.

– Я так надеялась, что ты вернулась, – Каламина заговорила первой. – Надеялась, но не верила. Мне сказали, что здесь можно отыскать господина Николуса, потому что он ждет тебя.

– Николус – это я, – вклинился в наш разговор Ник, умостившийся в кресле.

– Очень приятно, Каламина, – обернулась к нему девушка, и я заметила, как заинтересованно вспыхнул её взгляд. Еще бы. У Николуса всегда не было отбоя от поклонниц. Пару раз мне даже приходилось притворяться его невестой, чтобы отвадить непонятливых дам.

– Так как ты выбралась из дворца? – спросила я, возвращая Каламину к нашей теме.

Принцесса вздохнула и отвела глаза.

– Мой народ умеет становиться невидимым на короткие промежутки времени. Так я сюда и дошла. У меня послание для господина Николуса, – ответила она. – Его императорское величество просили передать вам, что дворец продержится максимум до завтрашней ночи. И если никто не придет на помощь, все погибнут. Маги выдохлись. Его величество слишком слаб, а охранники не спят уже которые сутки. Мы не надеялись, что Оливия вернулась, но очень хотели в это верить.

– Почему я? – слова Каламины внезапно задели меня за живое, и все метания минувшего вечера вернулись с новой силой. – С чего вы взяли, что я вообще вернусь? Может, я решу выйти замуж в Светене?

– Мы… ждали тебя, – Каламина выглядела растерянной. – Его величество сказал, что ты можешь открыть портал и вызволить нас.

– Всех? Или он имел в виду себя и детей? – я говорила резче, чем хотела, но ничего не могла с этим поделать. – Уж кто-кто, а дядя знает, что сила моих порталов не безразмерна.

– Вот, – Мина сняла с пальца перстень, как две капли воды похожий на тот, что я использовала в Светене. – Я должна была отдать это Николусу, но раз ты здесь, отдам тебе.

Я отвернулась, даже не взяв перстень в руки. «Ты должна, Ливи! Кто, как не ты, Ливи!» Почему всегда я? Кто назначил меня всемогущей? Дворец защищен от вторжения. Как можно открыть портал, который выдержал бы такую массу людей? Голова кружилась. Я сжала виски руками.

– Ты нездорова? – ласковый голос Мины раздражал.

– Здорова! – рявкнула я. – Мне надо выспаться и подумать!

Я вскочила и бросилась в спальню. Представляю, что обо мне подумала Каламина, но сдерживаться дальше не было сил. Я уткнулась лицом в подушку и разрыдалась. Слезы катились градом. Мне было, что оплакивать. Сначала меня похитили и увезли в Светен. Затем пришлось вступить в бой с проклятием. Потом предательство Криса. Западня Мирабэль. Толпы иллюзий, слишком живых, чтобы причинить вред. И требования, требования, требования. А кто поможет мне?

Дверь жалобно скрипнула, пропуская незваного гостя. Мина присела на стул у кровати и погладила меня по голове.

– Прости, – прошептала она. – Мне жаль, что расстроила. Понимаю, ты переживаешь за семью…

– Да ни за кого я не переживаю! – воскликнула, швыряя подушку в стену. – Ни за кого, кроме себя! Ненавижу…

Каламина растерялась. Вряд ли ей приходилось видеть такие истерики. Да и мне самой не приходилось. Но остановиться не могла. Не могла взять себя в руки.

– Расскажи мне. Я попробую понять, – принцесса пересела на кровать и протянула мне носовой платок.

И я рассказала. Об исчезновении родителей, проснувшемся даре, подарке в виде человека, своей любви, похищении и тетушке Мирабэль. Каламина слушала, не перебивая. Она не задавала вопросов, не пыталась меня успокоить. Просто слушала. И стало легче. Я перестала всхлипывать и мять ни в чем не повинный платок.

– А теперь я скажу, – тихо произнесла Каламина. – Ты просто устала. Это бывает даже с самыми сильными людьми. Но нельзя останавливаться сейчас, Ливи! Остался один рывок, последний – и победа будет за тобой. Не над Мирабэль, а над твоими страхами и сомнениями. Я тоже боялась ехать в Миридан, но отец настоял. И я пересилила свой страх. Вспомни, разве за эти месяцы не было ничего, о чем бы ты могла сказать с благодарностью?

– Было, – признала я.

– Вот видишь. Надо только взглянуть на ситуацию под другим углом. Ты сильная, Ливи. Поэтому на тебе и ответственность. Только ты можешь придумать, как спасти людей во дворце. Все эти дни мы ждали тебя, потому что верили – ты единственная, кто не сбежит при виде умертвий, а даст им бой. Ливи, дорогая, борись. Не ради нас – ради себя.

Я понимала, что она права. Судьба это, или её очередная насмешка, но все, кто может мне помочь, забаррикадированы во дворце. Или не все? Я вытерла слезы. Каламина права – можно пожалеть себя и потом. А сейчас надо действовать. Иначе я потеряю все, за что боролась столько лет. И тех, кого люблю.

– Так-то лучше, – заметила принцесс перемену в моем настроении. – А теперь спи. Побеждать врагов лучше на свежую голову.

Она тихонько выскользнула из комнаты, а я лежала и думала, что же делать. Постепенно вырисовывался более-менее четкий план. Вот только где взять людей для его исполнения? Допустим, есть маги, которые держат защиту в домике Ронни. Надо открыть портал и перевести их сюда. Есть маги из МАМИ, но как туда подобраться? Слишком сложно. Если бы они могли выбраться сами, уже сделали бы это. Значит, на них надежды нет. Остаются Ронни, Николус, я, Френ Тир, ученики МАМИ – кажется, их семеро. Итого, одиннадцать человек. Каламину подвергать опасности нельзя. Как-никак, иностранная принцесса. Дядя мне этого не простит. А Польс слишком стар, чтобы драться. Пусть лучше присмотрит за особняком, оставляя для нас путь к отступлению. Немного успокоившись, я уснула. А когда проснулась, мир показался не таким уж черным.

К моему удивлению, Николус и Каламина сидели в гостиной и чинно беседовали. Они даже не заметили моего прихода до тех пор, пока не села перед ними.

– Ой, Ливи! – вспыхнули щеки Каламины. – Ты уже проснулась?

– Да и вы, смотрю, не отдыхаете, – усмехнулась я. – Польс!

Слуга тут же появился в гостиной. Так и знала, что он ждет моего пробуждения.

– Приготовь, пожалуйста, чай с мятой, – попросила я.

– Вижу, ты хорошо отдохнула, – улыбнулась Каламина.

– Более чем. И у меня есть план, – придвинулась ближе. – Не знаю, насколько успешно удастся его воплотить, но… В общем, открыть портал во дворец – это глупо. Снять защиту они не смогут – опасно, а если пробивать её, только потрачу силы. И проблема не решится. Умертвия останутся на улицах города, ворвутся во дворец, а, может, очень быстро отыщут нас, и что тогда?

– Есть другой способ? – поинтересовался Николус.

– Думаю, что да, – забрала я у Польса приятно пахнувшую чашку. – А что, если мы вытащим через портал не защитников дворца, а умертвий, которые разгуливают вокруг?

– Как ты себе это представляешь? – никогда в жизни не видела Николуса таким сосредоточенным.

– Не знаю, сработает ли… Но… Я с помощью перстня открываю портал и держу его максимально долго. Один из нас – тех, кто остался в городе – пройдет через портал, выманивая чудовищ за собой. Затем быстро вернется, и я захлопну ловушку. Как вам мысль?

– Допустим, – кивнул Николус. – Только кто сказал, что умертвия пойдут за приманкой?

– Здесь тоже есть вариант, – с наслаждением глотнула мятный настой. – Заклятие очарования.

– Заклятие? У них даже глаза не у всех есть. Какое очарование?

– Я не говорю, что сработает. Но есть шанс. Тем более, для активации заклятия не обязательно видеть объект будущей симпатии. Надо просто находиться рядом с ним. Конечно, умертвия – это иллюзия. Но они реальны. То есть, под иллюзией замаскированы другие существа. Потому что их можно убить, отогнать, они не лишены разума.

– Согласен, – ответил Ник.

– Значит, есть шанс, что заклятие подействует.

– И что дальше?

– Умертвия можно перенести в пустынные земли, в которые раньше отправляли провинившихся магов. Там надежная защита, они не вырвутся. Заложники дворца окажутся на свободе. Конечно, может появиться Мирабэль. Вот только она одна, а нас будет много.

Николус задумался, а Каламина смотрела на меня, как на картину кисти любимого дядюшкиного художника Лорента. Дядюшка точно так же смотрит на его полотна.

– В твоих словах есть смысл, – наконец, сказал Николус. – Но необходимо собрать всех, кто может драться. И нам нужна приманка. Я мог бы…

– Нет, я, – перебила его Каламина и продолжила прежде, чем я успела возразить. – Когда умертвия пойдут за мной, стану невидимой и проберусь обратно к порталу. Они даже не успеют понять, куда я подевалась.

– Ты не пойдешь! – воскликнула я, представляя себе хрупкую беспомощною Каламину в борьбе с умертвиями.

– Пойду, Ливи. Это – наша общая война. И я хочу быть полезной. Там, во дворце, мои спутники и друзья.

– Но ты можешь погибнуть!

– Как и ты. И Ник. И любой другой. Нет, если идти на бой – так всем вместе.

К моему удивлению, Николус не возражал. Он достаточно спокойно воспринял идею принцессы и уже переключился на другую тему:

– Остался вопрос, как собрать боеспособных магов, если они раскиданы по всему городу и защищают свои дома.

Я поднялась и прошлась по комнате. Как всегда, так думалось гораздо легче. Маги-маги-маги… К Ронни можно открыть портал и перетащить всех сюда – если сделать все по правилам, я потрачу не так много сил. Да и поговорить с Роном надо, ведь речь идет о его матери. А остальные? Ведь есть же в городе остальные? Что делать с ними? Использовать заклятие императорского призыва – его перехватит Мирабэль. Нельзя же сказать «Призываю всех магов королевства, кроме Мирабэль Анабелроуз». Даже звучит глупо. Разослать открытки?

Я тихо рассмеялась. Николус изумленно уставился на меня. Мина, наоборот, казалось, ничему не удивлялась, задумавшись о своем.

– Не обращайте внимания, – замахала я руками. – Думаю над заклятием. Если использовать императорский призыв, как исключить из него Мирабэль? Она же маг.

– Я знаю, – глаза Каламины сияли. – Если в Миридане используется такое же заклинание призыва, как у нас, то можно накрыть им только мужчин. Ник, у Мирабэль есть еще помощники?

– Есть, но они не люди, – усмехнулся Николус.

– Вот видите. Значит, она не сможет перехватить послание. Чем не мысль?

Я захлопала в ладоши. Несомненно, пребывание в Миридане пошло Мине на пользу. Сама бы я до такого точно не додумалась.

– Итак, что мы имеем? – прекратила мерить шагами комнату. – Призываем магов, затем ближе к вечеру, но до наступления темноты идем к дворцу. Мина уводит умертвий, я держу портал, открываем ворота, готовимся отбивать атаку Мирабэль.

– Браво, – хохотнул Ник. – Преклоняюсь перед вашими умами, дамы. А наше дело – пульсарами швыряться. Когда разошлем призыв?

– Прямо сейчас, – улыбнулась я, залпом допивая чай.

И закипела работа. Прежде всего, мы сдвинули стол с центра гостиной, убрали пушистый ковер и нарисовали на полу руны призыва. Теперь требовалась всего лишь капля крови представителя имперского дома. То есть, моя. Я приняла из рук Польса иглу и проколола палец. Маленькая алая капелька упала на пол, и руны тут же загорелись ярким светом.

– Верховные и низшие маги мужского пола всех рангов, принесшие клятву имперскому дому Миридана, – произносила я заученные давным-давно слова заклятия. – Именем императора Себастьяна призываю вас немедленно прибыть в мой родовой особняк. Её высочество, милостью света принцесса Миридана Оливия Анабелроуз.

Теперь оставалось ждать. За приятелями я отправилась лично. Они уже были готовы, услышав призыв, и мы немедленно вернулись в особняк. Благодаря перстню я даже не почувствовала привычной тяжести портала и смогла переместить всех девятерых в гостиную. Конечно, Мими осталась дома.

Пока Николус и Каламина помогали Польсу накормить гостей завтраком, я отвела Ронни в соседнюю комнату.

– Надо поговорить, – жестом пригласила его присесть на диван.

– Слушаю тебя, – молодой маг выглядел хмурым, но уверенным в себе.

– Рон, за всем происходящим в городе стоит… – начала я.

– Знаю. Моя мать, – перебил меня юноша. – Она приходила ко мне, когда умертвия только-только появились. Предлагала перейти на её сторону. Но я отказался. Тогда она сказала, чтобы не вмешивался.

– И я прошу тебя о том же. Останься здесь. Она ведь не чужая для тебя…

– Чужая, – проговорил Ронни. – За одно я ей благодарен – что нашла для меня приемную семью, которая стала родной. Я люблю своих родителей и глубоко уважаю их. А Мирра… Меня с ней ничего не связывает.

– Подумай хорошенько.

– Думал. И не раз, – в глазах Рона я прочитала уверенность. – Если даже ты запретишь мне биться с умертвиями, все равно пойду за вами.

– Тогда скажу тебе еще кое-что, – улыбка сама собой возникла на губах. – Мирабэль – моя родная тетя, сестра императора Себастьяна и моего отца.

Рон вздрогнул. Об этом его матушка, видимо, умолчала.

– Не может быть, – прошептал он.

– Может. Так что рада познакомиться, дорогой кузен.

Рон смотрел на меня так, словно видел впервые. Хотя, если разобраться, он и так видел меня впервые в качестве кузины. Не каждый день узнаешь, что ты – императорских кровей.

– Не передумал? – поинтересовалась прежде, чем вернуться в гостиную к остальным.

– Нет, – твердо ответил парень.

– Что ж, тогда давай хорошенько все подготовим, – шагнула к двери, и уже из коридора услышала шум.

– Это чистой воды безумие! – кричал профессор Френ Тир. – Как вы себе это представляете? Ваша затея противоречит всем мыслимым и немыслимым законам! Думаете, умертвия так и кинутся за несчастной девушкой? А если не кинутся? Предлагаете, чтобы нас всех сожрали?

– Вас никто не держит, профессор, – холодно сказала я.

Френ Тир обернулся. Его глаза пылали негодованием. Похоже, из всех нас только Тир ценил собственную жизнь выше, чем возможность спасти заложников дворца. И его можно было понять. Но позволять в моем доме подобные истерики?

– Извините, обратного портала не предоставлю, обождете здесь, – с величественным видом села я в кресло. – Польс!

Слуга тут же появился в дверях.

– Подготовьте комнату для профессора Тира. Он решил остаться в особняке на ночь.

– Я этого не говорил! – подскочил в негодовании Тир.

– Но подумали. Поймите, милейший, я никого не заставляю, – наблюдать за его замешательством было даже забавно. – И на вас не обижусь. Что будет делать МАМИ без одного из лучших своих преподавателей? Лучше выспитесь хорошенько. Или прогуляйтесь. Здесь чудный сад. А мы, с вашего позволения, отправимся варить зелье очарования.

– Ваше высочество, доверьте зелье мне, – с поклоном попросил худощавый парнишка. Уверена, из первокурсников.

– Травник? – спросила больше для того, чтобы подтвердить очевидное. От парня за версту пахло травами.

– Да, ваше высочество. Студент четвертого курса Морис Каннет.

Четверокурсник! Промашка вышла. Либо Морис настолько одарен, что проходит программу Академии экстерном. Мне говорили, такое тоже случается, хоть и редко.

– Тогда пройдите с Польсом. Польс, поможешь господину Каннету.

Польс отлично разбирался в травах и в свое время закончил МАМИ – пусть и не как травник, а как боевой маг, но целитель он превосходный.

А мне оставалось только ждать. Пристыженный Френ Тир забился в угол комнаты. Каламина о чем-то шепталась с Николусом – мне кажется, из этой пары мог бы выйти толк, будь Ник познатнее. Но что мешает мне выпросить у дяди для него титул герцога за помощь? Хотя, откуда мне знать о его настоящем происхождении. Ведь я даже не догадалась, что Николус – сотрудник тайной службы.

Время тянулось. Мне начало казаться, что никто не придет. Заглянул Польс, доложил, что зелье готово. В следующий раз слуга вернулся в сопровождении двоих магов. Обоих я видела впервые. Оказалось, что они братья, и управляют стихией воды. За ними появился толстячок, умеющий устраивать землетрясения. Затем целитель, еще пара стихийников, и даже один некромант, пусть и низкого ранга. Негусто, но лучше, чем ничего.

А за окнами между тем начинало вечереть. Значит, медлить нельзя.

– Господа, – вышла я на центр комнаты, – благодарю, что откликнулись на мой призыв. Не мне вам говорить о том, какой опасности подвергается Миридан. Каждый из вас приносил клятву верности своему народу. Пришло время её исполнить. Нам предстоит сложный бой. Дворец заблокирован, и его защитники не продержатся до рассвета. Вместе с ними мы ударим по орде существ, наводнивших город. И я верю, что выстоим. Господин Николус введет вас в курс дела. Прошу.

Ник остановился рядом со мной и кратко изложил наш план. Маги шумели, переговаривались, но никто не отказался. Добрый знак.

– Пора, господа, – сказала я. – И да пребудет с вами свет!

Глава 32. Последняя битва

Мы передвигались по улицам стерильно-пустого города, словно тени. Я хотела пойти первой, но парни быстро убедили, что это глупо – на мне ведь портал, едва ли не самая важная часть плана. Поэтому нас с Каламиной окружили со всех сторон. От девушки исходил такой одуряющий ореол очарования, что Николусу пришлось окружить её воздушным куполом. Подействовало, и мы смогли спокойно продолжить путь.

Конечно, по пути нам попалось несколько умертвий, но по одиночке разделаться с ними было легко. Маги нападали первыми, и от монстров оставались только лужи мутной вонючей жижи. Каламина прикрыла нос платком – она даже ради битвы отказалась менять платье на брюки, но я уговорила её надеть наиболее удобное из моих платьев, которое не путалось под ногами. Николус все время держался рядом с нами, и под такой защитой я чувствовала себя почти в безопасности.

До дворца осталось миновать пару улиц, когда в нос ударил жуткий запах. Сколько же там умертвий, если мы чуем их издалека?

– Все в порядке, принцесска? – склонился ко мне Николус.

– В полном, – кивнула я, жалея, что не могу последовать примеру Каламины – мой носовой платок остался дома.

Наконец, мы свернули на дворцовую площадь, и у меня пропал дар речи – не предполагала, что умертвий будет столько. Они кишели, словно насекомые. Залазили друг на друга. Бились лбами о защиту дворца, от чего невидимый купол, поддерживаемый магами, вспыхивал тысячами молний.

Я взглянула на Каламину. Ожидала, что она отступит или хотя бы испугается, но её лицо оставалось спокойным, уверенным. Похоже, мы её недооценили.

– Пора? – обернулась ко мне принцесса.

– Пора, – кивнула я и махнула рукой магам: – Разойдитесь!

Наш «эскорт» отступил на соседнюю улочку, чтобы случайно не попасть в портал. Остались только мы с Каламиной. Я внутренне потянулась к силе перстня – и начала плести портал. Мне предстояло преодолеть большее пространство, чем когда-либо. И можно было лишь надеяться, что силы перстня хватит. Лишь раз я видела пустынные земли, и то случайно. Но этого должно хватить, чтобы дотянуться туда порталом.

Возникла небольшая воронка. Постепенно она становилась все больше и больше. Когда я обернулась, Каламина уже шла к умертвиям.

– Эй, вы! – громко крикнула принцесса. – Проголодались?

Иллюзии прекратили атаковать дворец и, как одна, уставились на Мину. Будь я на её месте, у меня уже подогнулись бы колени. Но Каламина держалась. Она медленно двинулась к порталу. Я сделала проход шире, чтобы как можно больше умертвий влезло в него за раз. Мина двигалась уверенно. Стоило ей упасть – и умертвия сожрали бы её за мгновение. Лишь один раз она споткнулась, и у меня замерло сердце. Но принцесса удержалась. Она затаила дыхание и шагнула в портал. Стадо чудовищ с визгом кинулось за ней. Я еле стояла на ногах. Сколько их прошло через портал? Тысяча? Десять тысяч? Миллион? Наконец, последнее хиленькое умертвие исчезло в дыре портала.

Я ждала. По лбу крупными каплями стекал пот, руки дрожали. Еще немного, еще чуть-чуть. Больше всего на свете боялась, что портал захлопнется, и я не смогу снова его открыть. Нет, надо держаться, надо терпеть. Иначе Каламина так и останется в пустынных землях. И неминуемо погибнет раньше, чем соберусь с силами.

Но время шло, а Каламины не было. Неужели? Неужели они её настигли? Никогда себе этого не прощу!

Вдруг я ощутила, что портал снова пришел в движение.

– Давай! – воскликнула Каламина, вываливаясь на мостовую.

Портал захлопнулся со смачным чавканьем. Видимо, десяток умертвий остались внутри воронки. Я подбежала к Каламине и помогла ей подняться.

– Ливи, осторожно! – воскликнула принцесса.

Я обернулась. К нам двигалась огромная черная туча. Было всего лишь два варианта – отступить к дворцу или принять бой. Дворец долго не продержится даже с нашей помощью. А бой… Это смертельный приговор.

Нас окружили спутники. Краем глаза заметила, как распахнулись дворцовые ворота. Его защитники, измотанные длительной осадой, спешили к нам на помощь. Их лица казались смутными пятнами – слишком много сил вытянул из меня портал.

– Мина, беги в особняк, – оттолкнула я принцессу.

– Нет, – упрямо замотала она головой.

– Иди! Профессор Тир!

– Я здесь, ваше высочество, – откликнулся Френ Тир.

– Проводите Каламину в особняк. Отвечаете за неё головой.

Нельзя было и дальше тратить время на споры. Я оставила Мину с Тиром и зашагала к умертвиям. Их было слишком много. Но я чувствовала, что они явились не одни. Где-то тут их предводительница, решившая лично проконтролировать результат атаки.

– Мирабэль! – крикнула я, и эхо разнесло голос по площади. – Выходи!

Умертвия хлынули потоком, и пространство вокруг тут же наполнилось визгом, гомоном и звоном. Вспышки показывали, где в этой толще оказались маги. Но я ждала. И, как оказалось, ждала не зря.

– Дорогая племянница, – в этом голосе теперь не было сладких ноток, только сталь.

– Любезная тетушка, – обернулась я.

Мирабэль замерла у поворота на одну из улочек, разбегавшихся от площади. Вокруг неё не было ни одного умертвия. Лицо магички искажала злобная гримаса, похожая на древнюю карнавальную маску.

– Хотела спросить тебя в последний раз, но не буду, – усмехнулась она. – И так вижу, что на переговоры не согласна. А ведь ты всегда боролась за справедливость, девочка. И вдруг выступаешь на стороне обидчиков.

– Они – моя семья, – выдохнула я. – А ты погубила множество ни в чем не повинных людей. Тебе плевать на тех, кто встал на твою сторону. Сколько твоих подручных погибло из-за тебя?

– Они были всего лишь домашними любимцами, – хохотнула Мирабэль. – Мотыльками-однодневками. Риан задержался – потому, что талантлив. Остальные и в подметки ему не годились. А вот в Нике я ошиблась…

Тетушка вздохнула и закатила глаза. Вокруг кипел бой, а мы стояли и смотрели друг на друга.

– Даю тебе последний шанс, – сказала я. – Верни мне Эрика – и убирайся вместе со своими чудищами. И тогда я, возможно, отпущу тебя на все четыре стороны.

Глухой смех Мирабэль походил на гул падающих камешков. Лишь на магическом уровне почувствовала, когда она начала атаковать. Две огромные змеи обвились вокруг моего тела. Рассудок твердил, что на самом деле их нет, но ощущения убеждали в обратном. Я пыталась освободиться, но змеи сжимали все сильнее. В легких заканчивался воздух. Голова кружилась.

Я закрыла глаза и постаралась успокоиться. Змей нет. Это просто магия. А магию можно высосать. Эй, перстенек! Хочешь кушать?

К моему изумлению, перстень отозвался. Змеи с шипением отпрянули, а затем лопнули на тысячи пузырьков. Камень на перстне вспыхнул алым.

Мирабэль продолжала улыбаться. В её глазах я читала интерес – и только. Как же хотелось стереть с её физиономии это выражение!

Я кинулась вперед. Предыдущая вылазка кое-чем меня научила, и на этот раз из рукава в ладонь соскользнул кинжал. Глаза Мирры округлились, когда лезвие вошло ей в грудь. Я ожидала крика, вопля, но в ответ раздался тот же хриплый смех. Наваждение развеялось. Передо мной стоял Эрик, зажимая рану. Иллюзия! Очередная иллюзия.

И лишь когда юноша сполз на землю, поняла, что нет. То, что происходило дальше, напоминало смутный сон, лишь обрывками задержавшийся в памяти. Я кинулась к Эрику. Он еще дышал, сдерживая приближение смерти целительской магией. Меня кто-то оттащил. Лишь по голосу поняла, что Николус. Он твердил что-то. Что? Никак не могла понять.

Я – не целитель, и не смогу спасти Эрика. Ник обещал, что найдет того, кто поможет, а я рвалась из его хватки. Мирабэль должна быть где-то радом! Ведь она превратила принца в марионетку и говорила за него. Где? Где же ты, проклятая тварь?

– Ливи, дела плохи, – пробрался ко мне Рон. – Придется отступить, умертвий все больше и больше.

Я крепче сжала кинжал и усмехнулась. Наверняка, моя улыбка выглядела безумной, потому что Ронни отпрянул. Слишком поздно. Я прыгнула вперед, как дикий зверь, и прижала кинжал к его горлу.

– Выходи! Выходи, мразь, или я убью его! Кровь за кровь! – завопила я.

Рон не пытался вырваться. То ли от изумления, то ли слишком мне доверял. Из-под лезвия скатилась капля крови.

– Отпусти моего сына, я здесь, – из темноты шагнула ко мне Мирабэль.

– Мне надоели твои маски.

– Это не маска, клянусь. Отпусти!

Кинжал скользнул в рукав, а мы замерли друг напротив друга. Душа кипела от ненависти к ней, к самой себе, к этим темным тварям, заполонившим мой город. Одна из нас должна была умереть.

Я ринулась вперед. Из темноты ко мне устремились умертвия, но неведомо откуда взявшаяся магия разорвала их в клочья. Мирабэль отступила. А в её глазах читался страх, и это опьяняло. Я хотела большего. Хотела мольбы о пощаде. Ужаса. Словно сама превратилась в одно из этих существ.

Меня отбросило волной заклинания. Левая рука хрустнула, но боли не было. Только злость. Дикая ярость. Мы кидались друг на друга раз за разом. В моих ладонях клубился шар смертоносного заклятия, и я не видела, не желала видеть, что приготовила для меня Мирабэль. Тело превратилось в натянутую струну. Бросок, еще бросок. На губах появился соленый привкус крови. Проиграть? Ни за что. Только не этой мрази в черном платье. Я сотру гадину с лица Миридана!

Еще один рывок – и я упала. Надо мной нависла Мирабэль. Она сжимала сумеречный меч – одну из боевых форм магии тьмы.

– Сдохни! – её голос сорвался на визг, и лезвие искрой ринулось ко мне. Но удара не последовало. Лицо Мирабэль исчезло. Вместо него на меня смотрел Крис. Он рывком поднял меня на ноги и закрыл спиной.

– Сгинь! – прошипела я.

– Не дождешься! – рявкнул он, обнажая меч. – Дерек!

Отец сгреб меня в охапку и потащил прочь. Я рычала и вырывалась, словно раненный зверь. Ненавижу! Убью! На части разорву! Между тем, Мирабэль надвигалась на Криса. Она сменила сумеречный меч на сферу огня – пусть и слабее, чем у настоящего стихийника, но смертоносную. Вспышка – и сфера рассыпалась на искры. Оружие Криса отражало любую магию. Я не сразу разглядела руны на клинке – да и некогда мне было их разглядывать. На подсознательном уровне отметила, что к магам присоединились светенцы. Немного, человек десять. Но все вооружены такими же мечами, как у Кристерена.

Мирабэль не собиралась отступать. Теперь она старалась выбить меч из рук Криса, но человек дрался, как бог. Он успевал отразить десяток атак за минуту. Я невольно залюбовалась им – и немного успокоилась, снова получив возможность здраво рассуждать. Убить Мирабэль сложно. А что, если…

– Папа, отпусти, – холодно сказала я, и руки отца мгновенно разжались. Как же дать понять Крису, чтобы повернулся лицом ко мне, а Мирабэль – спиной? Может, у него осталась частичка моей магии?

«Кристерен», – мысленно позвала я.

«Оливия?» – ответ пришел быстрее, чем ожидала.

«Заставь её повернуться ко мне спиной. Осторожно».

«Понял».

Крис сделал резкий выпад мечом. Мирабэль развернулась, а я потянулась к перстню, успевшему напитаться магией. Тьма портала раскрылась, ожидая свою жертву. Крис правильно меня понял, потому что ринулся вперед. Мирабэль отступила, оступилась и полетела в портал. Переход тут же закрылся. Пусть составит компанию своим питомцам в пустынных землях.

Тем временем бой продолжался. Я хотела помочь друзьям, но не могла. Раны и усталость как-то мигом навалились на плечи, и я села на мостовую. Крис бросился ко мне, отец поспешил на помощь сражающимся. С исчезновением Мирабэль умертвия ослабели. Они таяли на глазах, оставляя жалкие следы. А затем к нам на помощь пришли маги, вырвавшиеся из МАМИ, и я поняла, что победа за нами.

Крис осторожно прижал меня к себе.

– Настоящий, – прошептала я, прижимаясь лбом к его груди.

– Более чем. Потерпи.

Я не ответила, проваливаясь в дымку бессознательного. В ней один образ сменял другой. Кажется, Крис нес меня на руках. И это было бы приятно, если бы не боль по всему телу. Судя по тому, что нес недалеко, меня разместили во дворце. Какой-то варвар взялся сращивать мой перелом. Это было дико больно, и я чуть не отправила лекаря к Мирабэль. После чего Крис осторожно забрал у меня перстень. Заходил отец. Кажется, мелькали лица дяди и Эда. Живы… А Мина? Эрик? Я старалась вырваться из окутавшего меня тумана, но не могла. Словно кто-то разом выпил из меня все силы. Хотя, так оно и было. Затем видения прекратились, и пришло блаженное забытье.

***

Я проснулась поздно ночью. Комнату освещал тусклый ночник. Голова покоилась на плече у Криса. Не самое плохое пробуждение, учитывая, что кто-то занялся моими ранами, и они перестали причинять боль. Повернулась на бок и обняла парня, до конца не веря, что он рядом. Обида подала голос, но я приказала ей молчать, и просто наслаждалась ощущением тепла и покоя. До того самого момента, когда вопросов в голове стало больше, чем ответов.

– Крис, – легонько прикоснулась к его щеке. – Ты спишь?

Глупо, но ничего лучше не придумала. Ресницы парня вздрогнули.

– Что случилось? Тебе плохо? – повернулся он ко мне.

– Прости, что разбудила, – придвинулась ближе, чтобы лучше ощущать его тепло.

– Нет, я не спал… почти, – Крис протер глаза. – Что, уже стемнело?

Я тихо рассмеялась. Не спал он, почти.

– Рассказывай, – приподнялась на локте, вглядываясь в родное лицо.

– Сначала ты, – Крис взял со стола сложенный листок. Я сразу же узнала мою записку и густо покраснела. Ну как, как я могла забыть? Дырявая память.

– Все неправда и написано под влиянием момента, – попыталась отвернуться, но Крис крепче обнял меня за плечи.

– А как же «я люблю тебя»? – с веселыми искорками в глазах спросил он.

– Перед неминуемой гибелью… – попыталась оправдаться, но Крис закрыл мне рот поцелуем. На этот раз я не пыталась отстраниться, а обвила руками его шею, стараясь запомнить каждое мгновение, каждую секунду этого блаженства.

– Так вот, Оливия. Мой ответ – я тебя тоже, – прошептал парень мне на ухо.

Я почувствовала, как алеют щеки, и уткнулась лицом в его рубашку.

– Лучше расскажи, что ты делаешь в Миридане, – пробормотала, пытаясь сменить тему.

– Приехал за тобой, – Крис взял меня за подбородок и заставил посмотреть в глаза. – Вот скажи, как тебя еще назвать? Сбежала. Ни слова, ни полслова. Сняла печать. Я чуть с ума не сошел!

– А кто говорил, что мне никто не нужен? Что ему хочется другую, поспокойнее? А? – припомнила я слова, которые тысячу раз прокручивала в памяти.

Теперь настала очередь Криса отводить взгляд.

– Ты слышала, – наконец, сказал он.

Я кивнула.

– Тогда почему не подошла и не спросила прямо? Пойми, я… Это все из-за клейма. Оно не давало мне спокойно дышать.

– Или из-за ущемленной гордости, – усмехнулась я.

– Возможно, – с улыбкой ответил Крис. – Но ради тебя готов меняться.

– А я не готова, – фыркнула, отстраняясь.

– И не надо, – очередной поцелуй прервал все мои возможные возражения.

Глава 33. Хорошо все то, что хорошо заканчивается

Позднее мне рассказали, что умертвия были повержены, и жители Миридана постепенно потянулись на родину. Первым официальный визит мне нанес дядя. Он все еще казался нездоровым, но успел и похвалить меня, и обругать. От него я узнала о наших потерях – гибели Морана Ширхора и еще пятерых магов. А также о том, что Эрик остался жив и постепенно выздоравливает. Я хотела навестить его, но тут же вмешался Крис и заставил меня лечь в постель. Как оказалось, печать освободила Кристерена не только от предрассудков, но и от сдержанности в выражениях чувств. Он посадил меня под замок и почти неустанно находился рядом. И если Каламину он еще пропустил, то все мои приятели мужского пола толклись за дверью.

Кроме дяди, исключением стал отец. Он вошел в спальню на следующее утро после того, как я пришла в себя, и сел на краешек кровати.

– Как ты? – спросил он, вглядываясь в мое осунувшееся лицо.

– Неплохо, – подумала о том, что могла бы выглядеть и лучше. А так зеркало чуть не треснуло – волосы дыбом, глаза воспаленные, лицо белее мела. – Расскажешь, чем обязана вашему визиту в Миридан?

– Это все Крис, – улыбнулся отец. – Погнался за тобой почти сразу, как только снарядили корабль. Но мы же не используем порталов. Вот и прибыли гораздо позднее вас. Он действительно тебя любит.

– Хотелось бы верить, – пожала я плечами. – Кристерен изменчив, словно ветер. Как там князь?

– Сандер еще спал, когда мы уехали. Но вчера получили от него письмо. Пишет, что чувствует себя гораздо лучше, передает тебе привет и желает поблагодарить лично.

– Пока не выйдет, – ответила я. – Надоели путешествия. Хочу побыть в Миридане. Соскучилась. Ну, а ты? Ты же не собирался возвращаться.

– Не собирался, – вздохнул отец, отводя взгляд. – Но ты заставила меня о многом задуматься. Наверное, ты возненавидишь меня за то, что я сейчас скажу… Ливи, у тебя есть младший брат. И я хотел бы его найти.

– Стоп! – я приподнялась в кровати – даже головокружение прошло. – Какой-такой брат?

– Наш брак с твоей мамой не всегда был благополучным. Одно время мы чуть ли не ненавидели друг друга, ссорились каждый день. Вот я и нашел ту, кто бы меня утешил. Она родила ребенка.

Я слушала его – и никак не могла понять. Что за злые шутки? Родители любили друг друга! Как отец мог изменить маме?

– Мама знала? – спросила я, стараясь на него не смотреть.

– Знала, – кивнул отец. – Даже предлагала усыновить, когда его матери не стало. Но я был против. Глупость молодости. Теперь хочу его найти и хоть как-то искупить свою вину. И перед ним, и перед… тобой.

– Мне надо подумать, – я отвернулась.

– Конечно, дорогая, – отец поцеловал меня в лоб и вышел, а я еще долго лежала и смотрела в потолок. Брат… Знал ли дядя? Или папа все сохранил в секрете? Что об этом думала мама? Я бы его придушила, своими собственными руками.

Но постепенно обида прошла. Каждый сам строит свою судьбу. Кто я такая, чтобы кого-то осуждать? Никто не скажет, как сложится моя собственная жизнь. И в следующий визит отца я сделала вид, что нашего разговора не было. Он смотрел на меня с благодарностью. Пусть преждевременной – я до конца не успокоилась – но искренней.

***

Наконец, дни моего затворничества истекли. Я вернулась в особняк и занялась привычными делами. Крис переехал туда со мной, а так долго сдерживаемые волны посетителей потекли рекой.

Николус, Каламина, Ронни и Мими, даже профессор Френ Тир, как оказалось, проявивший себя героем на поле боя, спешили узнать, как мое самочувствие. Они долго не засиживались, потому что рядом со мной постоянно маячил княжич Светена, но казались счастливыми и довольными. Единственным, кто ни разу меня не навестил, и кого я сама так и не решилась проведать, оказался Эрик. Поэтому, когда через три недели Польс доложил, что принц ожидает меня в гостиной, я испытала настоящее замешательство.

К счастью, Крис куда-то ушел с отцом. Я долго выбирала платье, но, в конце концов, натянула первое попасшееся и направилась в гостиную.

Эрик замер у окна, любуясь садом. Он до сих пор выглядел болезненно, и я знала, что принц чудом остался жив.

– Оливия, – обернулся он на звук шагов.

– Здравствуй, – улыбнулась я.

– Здравствуй.

Мы стояли и смотрели друг на друга, а я никак не могла подобрать слов, чтобы выразить, как мне жаль, что так получилось. Что ранила его – и даже не пришла.

– Я завтра возвращаюсь в Винченсу, – первым нарушил молчание Эрик. – Пришел попрощаться.

Сердце кольнуло. Неожиданно по щекам покатились слезы. Он был моим другом. Самым верным и преданным другом. Но держать его рядом было нечестно. У Эрика есть дом и долг перед Винченсой. Он и так слишком рисковал ради меня.

– Не плачь, – Эрик шагнул ко мне, но остановился. – Ничего плохого не случилось. Меня вызывает отец. Он узнал о ранении и жутко недоволен. Боюсь, я не скоро смогу вернуться в Миридан.

– Ты вернешься? – сквозь слезы спросила я.

– Обязательно, – принц все же решился меня обнять. – На твою свадьбу приеду, обещаю.

А я уже не сдерживала рыданий, словно теряя частичку сердца.

– Ну, что ты, глупая, – Эрик провел по моим волосам. – Кстати, я сделал предложение принцессе Каламине.

– И? – от удивления я даже перестала плакать.

– Она ответила отказом, – улыбнулся принц. – Оказалось, у неё роман с твоим другом, Николусом. Она твердила что-то о том, что у него на ухе тоже есть родинка, но сути я не понял.

Я рассмеялась. Ох, и Николус! Времени зря не терял.

– Что ж, мне пора, – вздохнул Эрик, отводя взгляд. – До встречи, Оливия.

– До встречи, – прошептала я.

Юноша развернулся и вышел, а я так и осталась стоять посреди гостиной, не вытирая слез. Мне казалось, что мы больше не встретимся. А я ведь даже не попросила у него прощения.

***

Оставался только один вопрос, который мне надо было решить. И который я откладывала до невозможности, пока Николус не заявился ко мне домой и прямо не спросил, что будет с Рианом. Я и сама не знала, как поступить. Отпустить? Он слишком зол на Миридан, чтобы бездействовать. Оставить гнить в тюрьме? Я не могла. Эдуард, как и обещал, оставил приговор на мне. Вот только любые действия казались неправильными. Я даже решилась посоветоваться с Крисом. Он и посоветовал мне лучшее решение.

Поздно вечером я входила в ворота Мириданской тюрьмы. Комендант встретил меня с распростертыми объятиями и пригласил на чай. Оказалось, его дедушка очень хорошо обо мне отзывался, а старику было трудно угодить. Но я спешила, поэтому лишь протянула коменданту разрешение забрать узника Риана Фонтера. А затем попросила кое в чем мне помочь…

Казалось, что скоро буду знать наизусть, сколько ступенек ведет на минус пятый уровень. Я миновала один ярус за другим, чтобы пройти через решетку и очутиться перед камерой Риана. Вдох – выдох. Надо успокоиться.

Я сама открыла решетчатые двери и шагнула внутрь. Риан сидел на койке, уставившись в одну точку. В душе шевельнулось сострадание. Из-за меня ему пришлось выдержать еще три недели заключения.

– Риан, – тихо позвала я.

Казалось, юноша только заметил, что в камере есть кто-то кроме него. Он поднял на меня воспаленные глаза.

– Ваше высочество, – легкий кивок головы.

– Не время расшаркиваться, – шикнула я. – Идемте.

– Куда?

– В данный момент я организовываю вам побег, поэтому будьте так добры, закройте рот и пошевеливайтесь.

– Мирабэль? – в глазах юноши вспыхнула надежда.

Я кивнула и поманила его за собой. Мы пробирались по тюремным коридорам – комендант убрал стражников с пути, но я делала вид, что постоянно прислушиваюсь и выбираю нужный маршрут. Наконец, мы оказались в приемной. Комендант замер на диване и храпел во всю глотку. То ли в нем пропал актерский талант, то ли он и правда уснул.

Мы вышли из тюрьмы. Я остановилась, давая Риану отдышаться. Похоже, месяц заключения вымотал его до предела. Маг еле перебирал ногами, и у меня возникли сомнения, что он выдержит довольно долгую дорогу.

– Пора, – махнула я в сторону распахнутых ворот. Мы выскользнули на улицу, и я закрыла створки за нашими спинами.

– Чтобы не почуяли неладного, – шепнула я Риану.

– Где Мирабэль? – хмуро спросил тот.

– Будет ждать нас в порту Камис на корабле. Поторопитесь же!

Из-за угла вышел Крис. Он вел на привязи двух лошадей – чего стоило уговорить его остаться в столице! Мы забрались в седла и помчались прочь. Я боялась, что Риан не выдержит скачки, но он собрался с силами и уверенно держался в седле.

Мы ворвались в Камис, словно вихрь. На пристани уже ожидал корабль, готовый отплыть, как только ступим на борт. Мы оставили лошадей на постоялом дворе, снова ожившем после нашествия умертвий, и поспешили к кораблю.

– Почему вы согласились? – спросил Риан, пока мы шли по улочкам портового городка.

– У Мирабэль есть нечто, что мне нужно, – ответила я. – И она обещала больше не беспокоить мою семью.

– Вы лжете,– остановился парень. – Мирабэль не променяла бы месть на мою жизнь.

– Не надо так плохо о ней думать, – я продолжила путь, и Риану пришлось меня догонять. Он не верил мне. Я видела это по его лицу. Но так хотел поверить.

Мы поднялись на корабль – тот самый, на котором прибыли папа и Крис. Капитан тут же отдал приказ сниматься с якоря, а я поманила Риана в каюту. Конечно же, там было пусто. Я отвернулась, чтобы не видеть боль на лице юноши.

– Так и знал, – прошептал он, присаживаясь на койку и обхватывая голову руками. – Знал, что нельзя вам верить. Никому нельзя.

– Это был единственный шанс спасти вас, – села я рядом. – Этот корабль идет в Светен. Я не сниму антимагические браслеты, уж извините. Но в Светене магия покинет вас. Я передала письмо князю Сандеру. Как только вы не будете представлять угрозы, их снимут. Отныне вам запрещено покидать Светен. Это – ваш приговор.

Риан тихо рассмеялся. Мне стало страшно – а вдруг он сошел с ума?

– Хитро, принцесса, – проговорил молодой человек. – Очень хитро. Что ж, благодарен за попытку меня спасти. Что с Мирабэль? Она жива?

Я отрицательно покачала головой. Риан на мгновение закрыл глаза, а затем сказал:

– Тогда и мне нет смысла жить. Вы зря потратили сегодняшний день. Но спасибо. В тюрьме умереть куда сложнее.

Прозвенела пощечина.

– Дурак! – вцепилась я в ворот его рубашки. – Глупый, непробиваемый, жалкий… Риан, послушай меня. Мирабэль водила тебя за нос. Она убила бы тебя, как только ты ей надоел. Знаешь, сколько у неё было таких помощников? И все они кончили свою жизнь на плахе. У тебя есть шанс спастись. Не торопись его тратить. Тем более из-за женщины, которая послала тебя на верную смерть!

– Я люблю её, – упрямо повторил маг.

– Люби. Кто тебе запрещает? Люби, сколько влезет, но живи!

– Я завидую вам, принцесса, – вздохнул Риан. – В вас столько энергии и жизнелюбия. А во мне его не осталось.

– Это пройдет. Все рано или поздно проходит. Пообещай мне. Один год. Ровно один год ты пробудешь в Светене, и не будешь пытаться свести счеты с жизнью. Как плата за мою помощь.

– Год? – Риан задумался. – Обещаю.

– Вот и отлично, – улыбнулась я. – Держи. Вдруг, пригодится.

Я достала из дорожной сумки диплом МАМИ и протянула Риану. Тот, похоже, сомневался, то ли я серьезно, то ли тронулась рассудком.

– И помни – ты обещал, – сказала я напоследок. – Передавай привет Сандеру.

В следующую секунду портал унес меня обратно в Миридан.

Эпилог

Вокруг белоснежной беседки вились алые розы. Их аромат наполнял вечерний воздух, разлетался по всему саду. Нам с Крисом нравилось проводить летние вечера в этом царстве цветов и запахов. Я сидела, опустив голову ему на плечо, и наблюдала, как солнечный диск уверенно клонится к закату, чтобы вскоре спрятаться за крышами домов.

– Оливия, я хотел поговорить с тобой, – ворвался в мои мысли голос Криса.

– Да, конечно, – я выпрямилась и приготовилась слушать. Крис выглядел серьезным, даже напряженным. Неужели решил уехать в Светен?

– Ливи, когда мы с тобой впервые встретились, – начал он, – ты показалась мне заносчивой неуравновешенной чудачкой.

– Что? – я чуть не подскочила со скамейки.

– Выслушай, – Крис сжал мою ладонь и заставил снова сесть. – Но потом я видел, как ты самоотверженно бросаешься на помощь каждому, кто попросит, и не уставал удивляться. Я сам не заметил, как привык к тебе словно к воздуху, которым дышу. Меня это пугало. Мне казалось, что все это печать, что я не могу влюбиться в девушку, которая держит в руках мою жизнь и свободу. Но так уж случилось. Оливия Анабелроуз, ты станешь моей женой?

Я не знала, плакать мне или смеяться. В груди разлилось тепло. Хотелось обнять Криса, ощутить его поцелуй. Но брак…

– Нет, – ответила я, со скрытым удовольствием наблюдая, как темнеют глаза Кристерена.

– И почему на этот раз? – сурово спросил он.

– У тебя срок траура не истек, – хмыкнула я. – Не хочу, чтобы на нас косились в Светене. Но если ты подождешь пару месяцев, могу и передумать…

Крис рассмеялся и прижал меня к себе. А я наконец-то чувствовала себя счастливой в объятиях человека, к которому любовь приковала меня сильнее магической печати.

Content

Ольга Валентеева
Не подарок судьбы