Мирон Высота

Мальчик

Мальчик, а судя по одежде, это точно был мальчик – красная куртка с нашивкой какого-то супергероя, грязные штаны и ещё более грязные ботинки, стоял около бутика уже где-то час. Стоял прямо рядом с витриной. Как раз между двумя манекенами. Но никто на него не обращал внимания. Возможно, вовсе не замечал. Никто, кроме Алисы.

На голове у мальчика был бумажный пакет. Простой бумажный пакет из местного фастфуда. В такой обычно укладывают заказ. Пакет полностью скрывал голову мальчика. И никаких прорезей для глаз или дырок. Просто пакет на голове. А под пакетом мальчик. Или может быть девочка. Стоит так уже целый час, и никому до этого нет никакого дела.

Был поздний вечер и торговый центр завершал работу. Анна, хозяйка бутика, сняла кассу и ушла, перевернув табличку у двери на «закрыто». Правда, через минуту пришла и перевернула обратно. Сказала, а вдруг кто зайдет. И вообще, посиди подольше. И все в этом духе. Напоследок тяжело вздохнула и ушла.

Алиса скептически наморщила лоб – перед смертью не надышишься. Но и хозяйку можно понять – выручка падает, дохода кот наплакал. Мальчика с пакетом, Анна так и не заметила. Иначе, наверное, погнала бы подальше – нечего покупателей отпугивать. Которых и так нет. Но Анна мальчика не увидела. Хотя мальчик стоял уже вплотную к их витрине, только что головой об нее не стукался. Головой в бумажном пакете.

Скоро приглушили освещение. Посетителей совсем не было – никто не ходил по коридорам. Слышны только шелестящие звуки падения ролл-ставней – соседи закрывали свои павильоны.

Алиса зашла в подсобку, сменила туфли на кроссовки, накинула пальто, намотала платок-шарф, при этом не забывая посматривать в сторону входа – вдруг на самом деле кто зайдет. Да и мальчик с пакетом немного напрягал. Зайдет и стащит что-нибудь. Или напакостит. От этих детей и подростков, что вечно торчат в торговом центре, одни неприятности. Алиса выключила в подсобке свет и прихватила с тумбочки открытый сверток с баранками – все равно они засохнут, да и завтра не ее смена. Пока возилась, в коридорах стало совсем темно.

Мальчик так и стоял. А может это манекен, подумала Алиса. Пошутил кто-то, вытащил в галерею манекен, надел на голову пакет. Ну, конечно! И неудивительно, что его никто не замечает. Да и кто вообще на эти манекены обращает внимание, если на них, к примеру, не надето красивое нижнее белье. Как раз напротив был такой бутик – пластмассовые ноги в ажурных чулках, трусики и корсеты на неживых телах. И лысые головы с намалеванными красным губами. Мужики обычно встанут перед витриной и стоят, делают вид, что ждут жен, а сами пялятся.

Точно, это кто-то манекен вытащил и поставил у витрины. Алиса даже улыбнулась. Живой мальчик с бумажным пакетом на голове – вот ведь глупость. В этот момент мальчик развернулся в ее сторону.

Это было неожиданно. Алиса отпрянула. Мальчик повернулся к ней и больше не шевелился.

– Ты чей? – спросила Алиса.

Мальчик молчал.

Флэш, вспомнила почему-то Алиса. Красного, мускулистого супергероя на его куртке зовут Флэш.

– Как тебя зовут?

Мальчик все так же молчал.

Сколько ему интересно лет? Судя по росту – восемь. Или десять. А может меньше. Надо его сдать охране, решила Алиса.

– Пойдем-ка, – позвала она мальчика. Хотела было взять его за руку, но не решилась. Сделала пару шагов, но мальчик остался стоять на месте. Оставить его здесь? Или все-таки за руку отвести? Алиса перехватила сверток с баранками, который чуть не выпал. Из него вдруг выскользнула одна баранка, покатилась и стукнулась о грязные ботинки мальчика.

Мальчик нагнулся, подхватил баранку и опять замер.

Ну и черт с тобой, подумала Алиса и быстро пошла к выходу. И почти сразу услышала дробный стук шагов за спиной. Оглянулась – мальчик шел следом. Баранка зажата в кулаке. Пакет немного шуршит, трется о ворот куртки.

В торговом центре было совсем тихо. Подсвеченные молочно-белым витрины, в них, застывшие в нелепых позах манекены, а под потолком тьма, только поблескивают металлические балки. Все павильоны уже закрыты.

Алиса прошла по коридору, повернула, потом снова повернула, запуталась немного, заблудилась – пришлось возвращаться. А все потому, что торопилась. В пустом торговом центре было неуютно. Мальчик послушно семенил следом. Только пакет шуршит. Как он интересно видит куда идти, запоздало подумала Алиса.

Она вышла из торгового центра на лестницу, ведущую на парковку. Странно, но никого из охранников так по пути и не встретила. Ну и торговый центр. Заходи кто хочет, бери что хочешь. Неудивительно, что здесь дети без надзора шляются. С пакетами на голове. На лестнице неприятно мерцал свет, всюду валялся мелкий мусор, а по углам все равно черно, сколько эту лестницу не драят уборщицы.

Алиса чуть не упала на повороте, вляпавшись в лужу. Тут же валялся пластиковый стаканчик из-под колы. Алиса пошла дальше. Мальчик старательно лужу обошел. Как он ориентируется, опять подумала Алиса. Теперь подошвы ее кроссовок прилипали к полу. Несильно прилипали, но это было неприятно.

На парковке, как всегда, царил желтый полумрак. Было сыро и холодно. На бетонной стяжке лужи – Алиса даже специально прошлепала по одной, чтобы очистились подошвы от остатков липкой колы. Все машины разъехались, осталось лишь несколько – вечно забытых. Удивительно, какая она огромная, эта парковка – когда нет машин. Просто нескончаемая. Колонны, колонны, лужи, лампы – все это уходило куда-то далеко, терялось в черноте.

Услышав в стороне чей-то разговор, Алиса приободрилась. Рядом проехала машина. Знакомый продавец помахала Алисе в окно. Алиса помахала в ответ. Оглянулась. Мальчик послушно, как-то даже буднично, шел за ней. В руках баранка, на голове пакет. Флэш на груди.

Алиса подошла к своей машине. И что теперь? Довезти мальчика до выезда с парковки. Там-то точно охранник сидит в будке. Оставить ему мальчика и поехать домой. Полчаса за рулем и уже можно набрать ванну. Или чай с баранками.

– Залезай, – она открыла заднюю дверь. Мальчик послушно забрался на сидение.

Алиса обогнула машину и села за руль. Полчаса и дома. Сумку и баранки бросила на соседнее сидение. Посмотрело в зеркало. Дурацкий пакет торчал и загораживал ей обзор.

– Может, снимешь все-таки? – спросила она. Мальчик молчал. Неожиданно Алису охватила злость.

– Снимай быстро, – развернулась она к мальчику. Тот не шевелился.

Алиса наклонилась к заднему сидению и попробовала сама снять пакет. Мальчик завизжал. Пронзительно. Как будто вспорол тишину и тягучий воздух парковки. Алиса не отпрянула, а наоборот, словно желая заглушить этот мерзкий крик, еще сильнее навалилась на мальчика, пытаясь сорвать идиотский пакет.

Пакет хрустел под ее пальцами, визг перешел в ультразвук. Мальчик извивался, а Алиса пыталась придавить его плечом, уже не осознавая, что делает. В голове пульсировало. Только бы вырвать этот мерзкий крик из его горла.

Она почувствовала резкую боль в пальцах. Потом в руке, на щеках. Что-то горячее потекло по лицу. Алиса увидела красные брызги на стекле и маленький кулачок, который бил ее по лицу, рукам, шее. А в кулачке тонкая полоска. Ножичек. Маленький перочинный ножичек.

– Остановись, – закричала Алиса и попробовала оттолкнуть мальчика, но теснота салона мешала. Шарф мешал. Тяжело висел на шее, душил. Перед глазами плыло. Пахло сыростью и металлом. Так пахнет кровь, подумала Алиса.

– Остановись, – попросила Алиса, но услышала только булькающие звуки. На пакете дрожали красные капли…

…Анна перевернула табличку.

– Посидишь еще, – сказала Анна и ушла, не дожидаясь ответа.

– Посижу, – кивнула в ответ Алиса. В подсобке булькнул кулер. Бахнула ролл-ставня по соседству.

Мальчик стоял вплотную к витрине. Красная куртка. Флэш. Пакет.

Алиса нырнула в подсобку, набросила пальто, схватила сумочку и шарф. Выскочила быстро обратно и замерла.

Посередине бутика стоял мальчик. Маленький мальчик с бумажным пакетом на голове.

Мальчик поднял руку и протянул Алисе баранку, зажатую в кулачке…

… – Стойте! – Алиса закричала.

Анна недоуменно уставилась на нее, так и зависнув с табличкой «закрыто» в руках.

– Я не могу! – Алиса разглядывала знакомый силуэт между двух манекенов. – Мне нужно домой.

– Не надо так орать, – Анна выглядела раздраженной, – Не хочешь работать, можешь вообще не выходить.

Она еще что-то говорила, пока Алиса быстро переодевалась в подсобке. Пальто. Шарф в сумочку. Баранки полетели на пол.

– Что с тобой? – спросила Анна, когда Алиса выскочила из подсобки.

– Вы его видите? – Алиса ткнула пальцем в мальчика.

– Ну, вижу. – Анна пожала плечами, – тебя ждет?

Алиса неожиданно для самой себя взвизгнула и, оттолкнув Анну, выбежала из бутика. Нырнула за угол, на следующей развилке повернула, еще повернула. Наконец остановилась. Сердце, казалось, выскакивает из груди. Дыхание с сипением вырывалось из горла, как будто там в этом горле были дырки. Алиса даже потрогала горло рукой.

Впереди светились зеленым неоном два человечка – один в юбке, другой в штанах. Надо бы умыться.

Алиса осторожно оглянулась. Огромная тетка с ворохом бумажных пакетов поправляет толстому мужику ворот куртки. Густобровый охранник в дешевом черном костюме. Мамаша с младенцем в слинге. Алиса пошла туда – к человечкам, светящимся умиротворяющим зеленым. Подошвы кроссовок только прилипали к гладким плиткам пола. Несильно, но было неприятно. Вляпалась где-то, пока бежала.

В туалете было светло. Девушки-подростки о чем-то переговаривались напротив длинного, горизонтального зеркала. Увидев Алису, засмеялись. Алиса посмотрела на свое отражение. Все нормально у нее, только немного раскраснелась – на щеках и на лбу выступили пятна. Она помыла руки в ледяной воде, подержала холодные пальцы на висках, потом пошла в кабинку. Девочки-подростки все так же тихо переговаривались между собой. Что им всем надо в торговом центре, все дни здесь проводят, раздраженно подумала Алиса.

В кабинке было грязно. Маркером расписанные стены, бумага валяется, гигиенические упаковки, обертки, в унитазе не смыто. Старая иллюзия, что загажено всегда в только мужских туалетах, а женские общественные – это пещера розового единорога. Ну-ну, Алиса подобрала длинное пальто.

На ручку в кабинке нажали с той стороны. А потом в узкую прорезь под дверью маленькие, грязные пальчики просунули баранку. Алиса закричала…

…Густобровый охранник в дешевом черном костюме строго на нее посмотрел – нечего тут бегать. Тетка с ворохом бумажных пакетов поправила толстому мужику ворот куртки. Мамаша с младенцем в слинге зависла у автомата с кофе.

Сердце, казалось, выскакивает из груди. Дыхание с сипением вырывалось из горла, как будто в горле кто-то наставил дырок. Алиса даже потрогала горло рукой. Впереди светились зеленым неоном два человечка – один в юбке, другой в штанах. Туалет. Из двери выпорхнула стайка девочек-подростков. Занятые беседой, на Алису они не обратили никакого внимания.

Она прошла мимо фигурок человечков, светящихся умиротворяющим зеленым. Повернула за угол, где-то здесь был лифт. На лифте можно спуститься на парковку. На парковке – машина. В машину и домой. Горячий чай и спать. Или сразу спать.

Алиса зашла в лифт и нажала кнопку минус первого этажа. Наверное, я заболела. Лифт стоял. Она снова нажала на кнопку. Двери лифта не закрывались. Алиса ударила по кнопке кулаком – ободрала костяшку. И ничего. Перед лифтом мерцал белыми стенами коридор. Алиса услышала скрежет – это одна за другой закрывались ролл-ставни павильонов. Чьи-то голоса. Ну, попросила мысленно Алиса, кто-то же из вас поедет на лифте.

Она подождала минуту, пять, десять. Специально следила по телефону. С телефоном в руке к тому же было не так страшно, хотя толку от него не было – толстые стены торгового центра глушили сигнал. Да и кому звонить? Анне? В Полицию?

Лифт не реагировал. Разбитая костяшка на руке кровила. Алиса присосалась к ушибленному месту губами. Во рту стало сладко.

Прошло двадцать минут. Потом еще пять.

Алиса сделала шаг по белому коридору, еще один. Сейчас по закону подлости лифт закроет двери и уедет, подумала она. И тут выключили свет…

…Подошвы кроссовок прилипали к полу. Сильно, так сильно, что приходилось прилагать усилие, чтобы оторвать ногу. Алиса чуть не падала. Во что это она так вляпалась? И где? Выпал зажатый подмышкой шарф, Алиса даже не оглянулась его поднять.

Мимо нее проехала машина. Алиса услышала приглушенный смех.

– Идиоты! – закричала на них Алиса.

Она увидела свою машину за колонной и побежала что было сил. Упала, сильно ударилась коленом. Было больно, но она вскочила и побежала дальше. Она сильно кричала, хотела, чтобы все вокруг знали, что она кричит, но вместо крика из горла вырывался сиплый хрип.

Алиса перестала сипеть, только оказавшись в салоне своей машины. Руки дрожали. Она где-то сильно разбила костяшки пальцев, кровь набухала черными каплями – Алиса уже измазала все пальто.

Наконец, дыхание пришло в норму. Алиса сбросила противные, липкие кроссовки, ступней в колготках почувствовала рифленую поверхность педали. Достала из бардачка салфетки, промокнула кровавые капли. Сильно ныло колено, саднила рана на руке. Черт-те что, повторяла про себя Алиса, черт-те что происходит.

С заднего сидения раздался еле слышный бумажный шелест. Алиса обернулась.

Мальчик, или все-таки девочка, в красной куртке с супергеройским Флэшем протягивал Алисе баранку. У него были грязные пальцы – неприятные, измазанные чем-то бурым. А на голове – бумажный пакет.

Content

Мирон Высота
Мальчик