Абсурдин Платон

Аттракцион

1

– Сегодня чудесный день! Когда светит солнце, жить веселее, не так ли?

– Что? Я Вас не слышу!

– Я говорю, что когда светит солнце, то жить веселее!

– Да.

– Да Вы не бойтесь! Вам понравится! Всем нравится! И не сомневайтесь – на всю жизнь запомните! Вы же к нам по рекомендации?

– Да. Друг посоветовал. Остров большой?

– Нет. Можно обойти за полчаса! Но места здесь… сами видите! Красота!

– И людей не видать!

– Да! Здесь тихо! Озёра, да острова! До людей километров двадцать! И мне это нравится!

– Непривычно…

– Чем занимаетесь?

– Пишу!

– Журналист?

– Хуже. Писатель!

– Вот как! Писателей у нас тут ещё не было! Не припомню! Даже миллиардеры были, а писателей не было! Хе-хе! Судя по всему, писатель Вы… именитый.

– Вы хотели сказать «богатый»?

– Ну, зажиточный, наверняка. Как Вас зовут?

– Абсурдин! Платон Абсурдин!

– Не слышал…

– Просто мне повезло – по одной из моих книг сняли фильм, который…

– Смотрите-ка! Мишка! Ого!

– Где? Не вижу!

– Да вон! В чащу побежал! Испугался! Красавец! Давно здесь медведей не видел! Переплыл, видать, с материка!

– А он не…?

– Нет! Медведи обходят людей стороной! Не бойтесь!

– А это кто на лодке? Рыбак?

– Да! Если здесь и есть люди, то называются они «рыбаками».

– Вы знакомы?

– Конечно! Я здесь всех знаю! Смотрите! Видите? Машет нам! Мы уже почти приехали! Сейчас обогнём эту косу и пристанем!

Лодка причалила к небольшому деревянному пирсу, и мы сошли на каменистый берег.

– Зачем вам столько вещей? – спросил мой проводник и показал на сумку.

– Хочу писать, если получится. Там ноутбук и несколько книг.

– Не знаю, до того ли будет… Да, и интернета здесь нет! Вас предупреждали? Связи тоже нет никакой. Поживёте несколько дней без благ цивилизации, пока я Вас не заберу!

– Мне сказали, что электричество есть.

– Да, генератор есть, и аккумулятор. На три дня хватит! Пойдёмте!

Мы пошли по узкой тропинке вглубь острова.

Сосновый лес покрывал остров, по нему гуляли белки и не обращали на нас внимания.

– А вон и дом! Небольшой, но уютный.

Одноэтажный дом стоял между высокими соснами – он был собран из бревен и имел массивную дверь с кованым кольцом.

– Красивый дом, – сказал я. – А что это вырезано на двери? Похоже на какой-то рунический символ.

– Да. Это «шлем ужаса». Древний скандинавский оберег. Защищает от напастей.

– Звучит зловеще – «шлем ужаса».

– Да. Проходите! Чувствуйте себя как дома! – сказал проводник и отворил дверь.

Я переступил порог и оказался в просторной комнате с тремя окнами – в центре неё стоял дубовый стол и пара стульев.

У стены был устроен камин и лежали дрова.

– А вот и свет! Но сейчас светло – я выключу. Электричество лучше экономить. Розетка в спальной. Если аккумулятор сядет, заведёте генератор – он в сарае. Умеете пользоваться?

– Да, – сказал я, но зачем-то соврал.

– На крайний случай есть керосиновая лампа – вон на полке стоит! И свечи! Камин можете разжечь, если захотите. Зажигалка есть?

– Нет. Я не курю…

– Ну и что?! Вот, держите! Там – спальная, а тут кухня. Кидайте сумку и проходите!

Я положил сумку на стол и зашёл на кухню – она была совсем крохотная, и в ней с трудом могли разместиться двое.

– Плита газовая, баллон – на улице. В канистре – питьевая вода. Чай, кофе, сахар – всё в шкафу. Тут же и посуда, и еда. Без деликатесов, в основном – консервы, но голодным не останетесь. Рекомендую этот суп! Сам его с удовольствием употребляю. Я вижу, Вы к консервам…

– Да. Честно говоря, я не привык. У меня есть жена.

– У меня тоже есть, но когда я на рыбалке, то… Или Вы не любитель рыбалки?

– И не любитель охоты тоже. Я очень городской человек. То, что я здесь – это просто чудо.

– Ясно. Жаль – в подсобке хорошая удочка. И коптильня есть. Жаль. Ну, что ж…

– А туалет где?

– На улице, за домом. Там же умывальник. Вам это, наверное, кажется диким.

– Да. Но как-нибудь справлюсь, не переживайте!

– А я и не переживаю! У Вас же нет выбора, не так ли?!

Проводник улыбнулся, а я успел пожалеть, что приехал на этот богом забытый остров.

– А это что? Тут есть чердак? – спросил я и показал на люк в потолке.

– Да. Но туда лучше не лезть – сломаете шею! И вообще, будьте аккуратнее… У Вас есть ещё вопросы?

– Нет, пожалуй! Спасибо!

– Тогда я оставлю Вас, господин писатель! Удачи! Не унывайте! Отдохнёте на совесть! Хе-хе! Через три дня приеду за Вами! Но не раньше! Так что держитесь!

Проводник пожал мне руку, а я пообещал ему держаться.

Через пару минут заревел мотор, шум его начал понемногу стихать, а потом он совсем растворился в тишине.

В тот момент я почувствовал себя самым одиноким человеком во Вселенной.

2

Я решил осмотреть остров.

Как и говорил мой проводник, я обошёл его не более, чем за полчаса, и ничего примечательного, кроме огромных валунов, которые притащил когда-то могучий ледник, на нём не нашёл.

И хоть я всегда мечтал об уединении, о том, чтобы никто не отвлекал писателей от их гениальных мыслей, полное одиночество всё же тяготило меня.

Если бы не добрые птицы, которые, казалось, подбадривали меня своими трелями, то я, наверное, затосковал бы с невероятной силой.

Когда не с кем поделиться впечатлениями, не с кем перекинуться парой-тройкой слов, некому сказать «отвали», то жизнь, мне кажется, теряет смысл. Наверное, человек нуждается в общении как никакое другое существо на свете.

А возможно, на меня давило осознание удалённости от людей, и беспокоила собственная беззащитность перед лицом той неопределённости, которой я сам себя предоставил, причём, за свои же деньги.

Но, вопреки моим ожиданиям, ничего не происходило.

Я понаблюдал за тем, как островные белки прыгают по деревьям, забрался на один из валунов, покидал камни в озеро, и решил вернуться в дом, потому что начинало темнеть.

Лампочки в доме не были мощными, поэтому хвалёный консервированный суп я съел в полутьме и даже не смог рассмотреть того, что в нём плавало. Проводник не обманул – суп был вкусным.

Птицы замолкли, а в окнах уже нельзя было разглядеть даже ближайших к дому деревьев.

Я заметил, что на окнах не было ручек – их нельзя было открыть, а кто-то позабыл украсить окна занавесками.

Зато засов на дверь повесить не забыли – я заперся, чтобы чувствовать себя увереннее.

Затем я достал ноутбук и продолжил работу над новым рассказом, который начал ещё три месяца назад, но по какой-то причине никак не мог закончить.

Я так увлёкся работой, что забыл обо всём на свете. Но потом меня потянуло в сон.

Часы показывали без четверти двенадцать. В это время я всегда засыпал – мой городской режим не изменился даже на необитаемом острове.

Я закрыл ноутбук и зевнул.

Но мой рот не успел закрыться, когда я… услышал стук в дверь.

Этот, казалось бы, пустяк заставил меня вздрогнуть, а моя сонливость мигом улетучилась.

Я встал, подошёл к двери и прислушался, но слышал я лишь частое биение собственного сердца.

3

Я выключил свет и не знал, что делать дальше.

Стук повторился, а я покрылся каплями пота и ущипнул себя, чтобы убедиться, что не сплю.

– Открой, красавчик! – пропел из-за двери приятный женский голос.

Он был таким сладким, что мои сомнения тотчас начали таять, хотя я и не считал себя «красавчиком».

– Кто там? – спросил я.

По двери стукнули ещё раз.

– Ведьма! – прошипел кто-то.

Послышался громкий смех, а я отпрянул от двери. Страх овладел мною, и мне захотелось спрятаться.

Я начал искать глазами место, где можно было укрыться, но не нашёл.

Тогда я прополз на коленях на кухню – но и там спрятаться было негде, и я пополз в спальную.

Я открыл дверь и увидел, что в тёмной комнате, которая освещалась лишь лунным светом через окно, на кровати сидит женщина в накидке с капюшоном. Она смотрела на луну, а я застыл в нелепой позе и боялся пошевелиться.

Гостья посмотрела на меня.

– Зачем ты прячешься от меня? Посмотри, какая я красивая! – сказала она.

Женщина встала с кровати и скинула с себя накидку – она осталась лишь в длинной сорочке.

– Включи же свет, дурачок!

Я встал с колен, а моя рука сама потянулась к выключателю.

При свете лампы я смог рассмотреть гостью – передо мной стояла красивая женщина лет тридцати с длинными светлыми волосами, которые были собраны в косу. Белая сорочка обтягивала стройную фигуру – она была привлекательной.

Я успокоился, а гостья улыбнулась.

– Кто ты? – спросил я.

– Зови меня Добрым Ангелом. Угостишь меня вином?

– Но у меня нет вина.

– Не обманывай меня, красавчик!

– Я говорю прав…

– Да?! Посмотри в шкафу! На кухне! – крикнула женщина так, что испугала меня.

Я помчался на кухню, открыл шкаф и увидел в нём три бутылки вина, хотя я мог поклясться, что ещё пару часов назад их там не было.

Тем временем женщина прошла в гостиную и села за стол.

Я принёс из кухни штопор и вино, включил свет, убрал со стола свой ноутбук, открыл бутылку, разлил вино по бокалам и сел за стол напротив гостьи.

– Зажги лучше свечи! – сказала она. – Так романтичнее.

Я зажёг свечи, но романтики не почувствовал.

Женщина смотрела на меня – как будто изучала, а я смотрел на неё и ждал, что будет дальше.

Наконец, гостья подняла свой бокал.

Я заметил, что на каждом пальце Доброго Ангела было по кольцу.

– Выпьем за нас! – сказала она.

– За нас?

– Конечно! А за кого?

Мы сделали по глотку.

– Откуда ты? – спросил я.

– А разве это важно?

– Я думал, что один на острове.

– Ты женат? – спросила незнакомка и кивком головы показала на моё обручальное кольцо.

– А разве это важно? Но я женат, да.

Гостья выпила вина, а я последовал её примеру.

– Любишь свою жену?

– Конечно, – сказал я, хотя мой брак был долгим и мучительным для меня.

– Зачем ты врёшь?

– Я не вру.

Лицо женщины исказилось страшной гримасой.

– Не ври мне, скотина! – крикнула она и швырнула свой бокал – он пролетел мимо моего уха и разбился о стену.

Я схватил со стола штопор, чтобы женщина не смогла дотянуться до него.

– Ты с ума сошла! – крикнул я.

Гостья успокоилась и посмотрела в окно.

– Зачем ты меня обманываешь, Платон? – спросила она голосом моей жены.

Я выронил штопор, и он упал на пол.

Но женщина продолжала говорить голосом жены.

– Где ты был в прошлый четверг? И во вторник… У Альфреда?

– Д-да… Но откуда ты…?

– Но ты не был у Альфреда! Ты не был у него уже месяц! Мне Кристина рассказала! Где же ты был? – спросила женщина и посмотрела на меня.

Я не знал, что мне ответить. А если бы и знал, то всё равно бы не смог, потому что от удивления онемел.

Я выпил всё вино из своего бокала – надеялся, что это поможет мне прийти в себя.

И вино, пожалуй, мне помогло.

– Хочешь, я скажу, где ты был?

– Н-но… почему я должен отвечать? Почему я должен оправдываться?! Кто ты такая?

– Платоша, ты перестал меня узнавать? Нужно будет показаться доктору Либерману! Он – хороший специалист! Я – твоя жена Анна.

– Не ври!

Я вскочил со стула, упёрся руками в стол и наклонился к женщине.

– Кто ты? Почему говоришь голосом Анны? И откуда ты знаешь про Альфреда? И про Кристину? И про долбаного Либермана! – крикнул я и ударил рукой по столу.

– Платон, успокойся! Зачем ты так нервничаешь? Либерман, может, и «долбаный», но он ещё в прошлом году прописал тебе успокоительные таблетки… Ты их не принимаешь?

– Какое тебе дело?!

– Но у тебя припадки! Тебе нужно принимать таблетки Либермана!

Я разозлился.

– Заткнись! – крикнул я и заходил по комнате.

– Успокойся, милый! Тебе нельзя нервничать! Хочешь, я тебя поцелую?

– Что?!

Женщина встала и протянула ко мне руки. В какой-то момент я почти поверил, что та женщина и была моей женой Анной.

– Иди ко мне, дорогой!

Она сделала шаг и обняла меня сзади, а я тут же успокоился. Полагаю, в объятиях красивой женщины любой сделал бы то же самое.

– Помнишь, как мы познакомились? Ты был тогда спокойным милым юношей… А я только что поступила в университет. Ты часами стоял под моими окнами с огромными букетами цветов. Откуда ты узнал, что я люблю герберы?

– Кто ты?

– Я принесу бокал, и мы выпьем ещё вина.

Она сходила на кухню и принесла бокал, а я налил нам вина.

Мы снова сели за стол и сделали по глотку.

– Я не знаю, откуда тебе всё известно, и почему ты говоришь голосом моей жены, но мне это не нравится.

– Я знаю, дорогой. Но мне тоже не нравится, что ты мне изменяешь…

Я подавился вином.

– Кристина мне рассказала про ту сучку из издательства. Кажется, её зовут Элизабет?

– Это не твоё дело! Слышишь? Не твоё!

– А чьё? Я ведь твоя жена… пока что.

– Ты опять?! Моя жена дома! С детьми!

– Детей я отправила к матери. А от семьи тебя больше никто отвлекать не будет!

– Что ты несёшь? Это такой розыгрыш? Он не смешной! Не смешной!

– Что такое «розыгрыш», дорогой?

– Придуриваешься?

– Почему?

– Ну, что же! Валяй! А я буду делать вид, что мне весело! Ха-ха! Нет! Я лучше буду пить вино!

Я встал и направился на кухню за бутылками.

– Она в кастрюле, в шкафу на нижней полке! – сказала мне вслед гостья голосом Анны.

– Что? Какой-нибудь сюрприз?

– Да, подарок.

– Подарки я люблю!

Я достал из шкафа большую и тяжёлую кастрюлю и поставил её на кухонный столик.

– Надеюсь, он порадует меня больше, чем твой…

Крышка выпала из моей руки, потому что в кастрюле я увидел… голову Элизабет. Она смотрела на меня и улыбалась, но неживой улыбкой.

– Тебе нравится? Тебе весело, дорогой? – услышал я голос Анны.

Я присел.

– Почему ты молчишь? Тебе не понравился мой подарок? Жаль! Я старалась!

Я вскочил, схватил нож и выбежал из кухни в гостиную, но там никого не было, а входная дверь была всё так же заперта на засов.

– Где ты? Эй! Где ты? Выходи, тварь! – крикнул я.

Никто не вышел, но зато я услышал смех моей жены. Он доносился со всех сторон и был таким громким, что оглушил меня – я выронил нож, упал на колени и закрыл уши руками.

Смех стих в одно мгновение.

Я поднял нож, встал на ноги и направился в спальную комнату.

– Ты там? Я иду!

Наверное, я бы без раздумий пустил нож в дело, если бы та женщина оказалась в спальной, но её там не было.

Свет в комнате был выключен.

Я сел на кровать и посмотрел в окно. И я увидел в нём женский силуэт – как будто кто-то стоял и смотрел на меня.

– Ах, вот ты где!

Я встал и подошёл к окну. Луна светила в спину женщины, поэтому её лица было не разглядеть.

Тогда я достал из кармана зажигалку и посветил – за окном стояла моя жена. Анна прислонила свою ладонь к стеклу и улыбнулась мне.

Она что-то говорила, но я не слышал её и прочитал по губам.

– Я – добрый Ангел! Я – добрый Ангел! – повторяла она.

Я уже собирался побежать к двери, чтобы выскочить на улицу, но я услышал громкий звериный рёв.

Анна всё так же стояла и улыбалась мне, а из-за деревьев позади неё появился огромный медведь.

– Беги! Беги, Анна! – кричал я. – Чёрт! Беги же!

Но она как будто не слышала меня.

А медведь подошёл, разинул пасть и схватил её за шею своими клыками.

Зверь лёгким движением свалил Анну с ног и потащил мою жену от дома.

4

Я очнулся на полу в спальной, когда солнце уже взошло.

Входная дверь был закрыта на засов, и никого, кроме меня, в доме не было.

Из кухни исчезла кастрюля с головой моей подруги, и бутылки с вином тоже куда-то делись.

Я было подумал, что мне всё приснилось – и красивая женщина, которая притворялась моей женой, и сама Анна, и жуткий медведь. Но бокалы с вином и сгоревшие свечи были на столе!

Я посмотрел в окна, но ничего подозрительного рядом с домом я не увидел.

На улицу я выходить не стал, потому что, если медведь всё-таки приходил, то он мог всё ещё оставаться на острове. А зачем мне встречаться с медведями?

Я устал предполагать и строить версии, а сварил себе кофе и принялся тешить себя мыслью о том, что через два дня меня заберут с этого острова, и я вернусь в город к семье. Но потом я вспомнил, как медведь утащил мою жену и, вероятно, съел… Эта мысль была невыносимой, и я таки решился на вылазку из дома.

Я отодвинул засов и открыл дверь. Птицы пели свои песни, а ветер доносил тинный запах озера.

Я отошёл от дома на десяток шагов, осмотрелся и прислушался.

Потом я подошёл к окну, у которого стояла Анна, и поискал следы, но их не было.

Тогда я осмелел и обошёл весь остров, но, конечно, никого не встретил.

Меня обрадовало то, что я не увидел медвежьих следов, и я предположил, что моя жена жива и здорова и с нетерпением ждёт меня дома.

Я представил нашу встречу, и то, как я расцелую её и возьму на руки. Да, может, мы и устали друг от друга за пятнадцать лет, но наш брак нельзя было назвать неудачным, пожалуй. А какие у нас замечательные получились дети!

Но загадочная чертовщина, которой встретил меня остров, нервировала меня и пугала своей реальностью. Я готов был руку отдать на отсечение, что всё, что я видел здесь, происходило на самом деле.

А более всего меня пугала неизвестность, ведь мне предстояло провести на острове ещё два дня. Какие сюрпризы ждали меня ещё?

Я вернулся в дом, закрыл дверь на засов и решил ждать.

Потом я вспомнил о чердаке и захотел залезть на него, вопреки совету моего проводника. Мне казалось, что там я могу найти ключ к разгадке странных событий, или, на худой конец, надёжное укрытие, если вдруг кто-то снова захочет проверить меня на прочность.

Я взял керосиновую лампу, притащил из сарая лестницу и полез по ней наверх. Люк открылся без проблем, и я забрался на чердак – он был небольшим, и передвигаться по нему можно было лишь пригнувшись.

На чердаке была куча разного хлама, который зарос паутиной – какие-то деревянные игрушки, гнилые вёдра, верёвки. Но моё внимание привлекло красное одеяло, которое лежало в углу – оно как будто что-то прикрывало.

Я откинул его и увидел человеческий скелет. Голова скелета лежала на его плече, и шея была вывернута. На груди скелета лежал лист бумаги, на котором каракулями было выведено: «Извините. Я сломал себе шею».

Я выругался, накинул одеяло на скелет и поспешил покинуть чердак.

Но когда я собирался слезать, то увидел, что лестницы, по которой я залез, не было.

– Эй! Что за шутки?! – крикнул я.

Мне никто не ответил.

– Выходи! Покажись! Я не боюсь тебя! – крикнул я, хотя всё же почувствовал страх.

В этот момент я услышал скрежет из того места, где лежал скелет под одеялом – как будто кто-то царапал ногтями дерево. Я поднял лампу и вгляделся в угол чердака – мне показалось, что одеяло шевелится.

Я понял, что пора слезать.

Но, чтобы спуститься, мне нужно было убедиться, что внизу меня не ждёт медведь или Добрый Ангел со штопором в руке.

Я пересилил свой страх и опустил голову в люк.

Но внизу никого не было, и я спрыгнул с чердака с лампой в руке. Прыжок с высоты получился на редкость удачным – ни я, ни лампа не пострадали.

Но люк остался открытым, и какое-то время я сидел и смотрел на него. Мне казалось, что вот-вот из него покажется рука скелета и поманит меня к себе на чердак.

Я понял, что не смогу успокоиться, пока люк остаётся открытым, и решил во что бы то ни стало закрыть его.

Я подвинул под люк стол, встал на него, но высоты стола не хватало, чтобы достать крышку.

Тогда я поставил на стол один из стульев – конструкция получилась не самой надёжной, но я достал до крышки и закрыл ею дыру в потолке.

Но стул качнулся, я не удержал равновесие и свалился на стол, а со стола скатился на пол.

Падение оказалось болезненным – я ударился головой и повредил ногу,

Я лежал на полу, смотрел на закрытый люк и чувствовал радость. И думал, что мне повезло, и я не сломал себе шею.

Когда я устал лежать, часы показывали четыре.

Я обрадовался, что уже прошло полдня, и ничего страшного со мной не приключилось.

Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, я решил поработать над своим рассказом.

Я встал – одна нога болела и мне приходилось хромать, вернул стол на место, достал ноутбук и принялся писать.

Эмоции от пережитого за последние сутки переполняли меня, получался отличный текст. Я то и дело потирал руки от удовольствия и вскрикивал от восхищения своей же собственной работой.

Я увлёкся и не заметил, что стемнело. Чувство голода вернуло меня к реальности.

– Ну, Платон, тарелку чудесного супа ты сегодня заслужил! – сказал я сам себе.

– Ты прав, дружище! Впрочем, как всегда, – ответил я себе же.

Но когда я попытался включить свет, то обнаружил, что электричество подвело меня, и лампы более не работают.

Я подумал, что аккумуляторы разрядились, поэтому мне пришлось собираться в экспедицию до сарая, чтобы завести генератор.

На улице поднялся сильный ветер – деревья гнулись под его напором, дымоход посвистывал нехитрую мелодию, а дом принялся скрипеть своими брёвнами.

Я зажёг керосиновую лампу и вышел на улицу. Ветер был такой силы, что вырывал лампу из моей руки, а мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы доковылять до сарая.

Я нашёл генератор, какое-то время пытался сообразить как его завести, а когда сообразил, то выяснилось, что в нём нет бензина.

Зато я обнаружил, что лестница, которая пропала из дома чудесным образом, стояла в сарае на своём обычном месте.

Я поспешил вернуться домой, закрыл дверь на засов и зажёг свечи – их у меня оставалось не менее дюжины.

Как только я вскрыл банку с супом, то услышал знакомый стук в дверь.

Я подобрался к двери, а стук повторился.

– Кто? – спросил я.

– Дядя, пусти! Здесь холодно! – сказал из-за двери детский голос.

– Ты кто?

– Пусти! Мне холодно и страшно! Здесь медведи!

– Зачем ты стучишься в дверь? Ведь ты же можешь войти и без двери, не так ли?

– Конечно! – сказал тот же голос, но уже за моей спиной.

Я обернулся и увидел, что за столом сидит мальчик лет семи или восьми и смотрит на мой ноутбук.

– Что это? – спросил паренёк и показал на компьютер пальцем.

Я подошёл к столу и разглядел мальчишку. Он был в каких-то лохмотьях, с грязными нечёсаными волосами и испачканным лицом.

– Это ноутбук, – сказал я и закрыл его.

– Игрушка?

– Да. Но для взрослых.

– А мне папа не покупает игрушек!

Я сел за стол.

– Откуда ты? – спросил я парня.

– Я живу у папы, – сказал он, но продолжал смотреть на ноутбук.

– А где живёт папа?

– Дай поиграть! – сказал мальчик и протянул грязную ручонку к ноутбуку.

Я заметил, что у него на руке было всего два пальца.

– Это не для детей, – сказал я и взял ноутбук в руки.

Мальчик посмотрел на меня с ненавистью.

– А что для детей? – сказал он мерзким голосом.

– Я не знаю, – выдавил я, но решил не расставаться с ноутбуком ни в коем случае.

– А кто знает? – спросил мальчик. – Он?

Парень кивнул в сторону окна.

Я посмотрел в окно и увидел в нём медвежью морду.

– Не бойся! Он не войдёт, – сказал мальчик и завопил.

Медвежья морда исчезла.

– Зачем ты так орёшь?– крикнул я.

– Я хочу пить!

– Кто ты?

– Дай мне пить! – сказал мальчик и заплакал.

Он вытирал слёзы своими беспалыми руками, я положил ноутбук на стол и поспешил на кухню, чтобы налить ребёнку воды.

Когда я вернулся со стаканом, то увидел, что мальчик прижимает ноутбук к своей груди, и смотрит на меня как на главного врага, который хочет лишить его любимой игрушки.

– Я принёс тебе воду. На! Возьми! А мне отдай эту… штуку!

– Это моя игрушка!

– Возьми другую игрушку! А эту отдай мне!

Я подходил к парню медленными шагами, а он пятился назад.

– Смотри! Он уже здесь! – крикнул мальчик и показал рукой на что-то за моей спиной.

Я, конечно, испугался, что медведь проник в дом, и обернулся, но никого не увидел, а когда повернулся к парню, то его на том месте уже не было.

– Папа! Папа! – услышал я из спальной детский голос.

Я взял свечу и направился в спальную, открыл дверь и сначала не увидел мальчика, но потом понял, что он спрятался под кроватью.

Я опустился на пол.

– Папа! Ты нашёл меня! – сказал мальчик и протянул ко мне свои беспалые ручонки.

– Я не твой папа! Где ноутбук?

Мальчик расплакался, а я вытащил его из-под кровати и хотел найти там свой ноутбук, но не нашёл – это меня разозлило.

– Где ноутбук? Куда ты его дел? Гадкий мальчишка! – кричал я, а мальчик плакал.

Тогда я дал ему подзатыльник.

– Папа, не бей меня! У меня и так нету пальцев! – крикнул мальчик и снова полез под кровать.

И тут я вспомнил своих детей, мне стало жаль того паренька, и стыдно, пожалуй, тоже.

– Не плачь! – сказал я. – Я дам тебе другую игрушку, а ты отдай мне мою!

Мальчик перестал плакать.

– А какую игрушку ты мне дашь?

Я вспомнил, что видел какие-то игрушки на чердаке.

– Деревянную, – сказал я. – Она лучше этой! Намного лучше!

Ребёнок заулыбался, а я смирился с мыслью, что мне снова предстоит побывать на чердаке.

Лезть наверх не хотелось.

– Ты точно вернёшь мне мою игрушку? – спросил я мальчика.

Он закивал своей немытой головой.

– Нужно сходить в сарай за лестницей – со стола я не залезу! Чёрт! Там же медведь!

– Его там нет, – сказал мальчик.

– А где он?

– Он ушёл.

– Ладно. Жди меня здесь!

Я посмотрел во все окна – медведя видно не было, и я решил действовать.

Ветер не утихал. Я открыл дверь и, несмотря на боль в ноге, сгонял за лестницей, притащил её в дом и приставил к потолку.

Мальчик наблюдал за мной.

– А тебе в детстве покупали игрушки? – спросил он.

– Конечно! У меня было много игрушек!

– А почему у меня их нет?

– Я не знаю.

– А тебя били?

– Нет. Меня не били.

– А почему меня бьют?

– Потому, что ты задаёшь много вопросов! Заткнись! Я занят! – закричал я на мальчика. Ребёнок расплакался и снова разжалобил меня.

– Я сейчас достану тебе много игрушек! Слышишь?

Паренёк кивнул и перестал реветь.

Я взял керосиновую лампу и полез наверх. Крышка люка открылась с лёгкостью, и я сначала просунул в лаз лампу, а потом и голову.

Ничего опасного на тёмном чердаке я не заметил и залез.

Я дошел до игрушек и смахнул с них паутину.

– Ты уже нашёл игрушки? – спросил мальчик снизу.

– Нашёл!

Я расслышал, как ребёнок похлопал в ладоши.

Но в тот момент меня больше интересовало одеяло в углу, чем деревянные игрушки.

Моё любопытство победило страх, и я направился к одеялу. Но оно теперь не было красным, а было синего цвета.

Я протянул к одеялу свою руку, но не решался потянуть его.

– Где мои игрушки? – завопил мальчишка внизу.

Я вздрогнул и откинул одеяло. Но под ним ничего и никого не было!

И тут я услышал, что за моей спиной кто-то царапает доску.

Я замер, а сердце моё, казалось, вовсе остановилось.

– Сломаешь шею, друг, – прошептал кто-то позади меня.

Я обернулся и… уткнулся носом в череп.

5

Я проснулся на чердаке – лежал на спине, а на груди я обнаружил мой ноутбук и обрадовался. Рядом со мной стояла керосиновая лампа, но огонь в ней не горел.

Было слышно, как по крыше барабанит дождь.

Я огляделся – на чердаке никого, кроме меня, не было.

На этот раз лестница не исчезла, и мне не пришлось прыгать вниз, как в прошлый раз.

Я прошёл на кухню, чтобы выпить воды, – боль в ноге снова дала о себе знать, и я хромал.

Когда я налил в стакан воду и поднял его, то заметил что рука моя трясётся.

– Нужно сваливать! – сказал я себе, потому что не хотел провести ещё одну беспокойную ночь на острове.

Но как покинуть остров я не знал.

Я накинул дождевик, который положила мне в сумку заботливая жена и отправился на поиски рыбаков. В моей душе теплилась надежда, что кто-нибудь из них находится неподалёку – говорят, что, когда идёт дождь, рыба позволяет ловить себя охотнее.

Я вышел на берег – дул сильный ветер, а дождь, казалось, лишь усиливался.

Конечно, никого на озере не было. Я даже обошёл остров вокруг, но ни одной лодки так и не увидел, и мне пришлось вернуться домой.

С горя я заварил себе кофе и заметил, что в шкафу появилась бутылка рома. Это меня обрадовало, и я выпил пол-стакана крепкого напитка.

Делать было нечего – нужно было ждать завтрашнего дня. Унылый пейзаж за окном не располагал к веселью, и время растягивалось в бесконечность.

Ром скрасил моё одиночество – я даже взял бутылку с собой в гостиную, когда решил убить время за писательской работой.

Но в тот день мне как-то не писалось – хоть убей!

Я пил ром, смотрел в окно и ждал ночи.

Прошло часа два, а может, три – я успел употребить полбутылки.

Вдруг я услышал звук мотора!

Я вскочил, накинул дождевик и помчался на берег – дождь бил в лицо, а ветер мешал двигаться и гнул сосны – казалось, что вот-вот они начнут ломаться и зашибут меня.

Но я не увидел лодки на озере, а звук мотора слышался теперь на другом конце острова, и я, конечно, помчался туда.

Но, когда я прибежал на противоположную сторону, то звук доносился уже со стороны пирса.

Я вернулся и увидел, наконец, лодку, которая стояла на берегу, но людей видно не было.

– Эй! Я здесь! Где вы?

Мне никто не ответил.

Тогда я подумал, что, вероятно, они пошли в дом, и помчался к нему.

Но в доме тоже никого не было.

Я покричал ещё, но никто так и не отозвался.

Тогда я решил бежать с острова на лодке один – собрал сумку и поспешил на пирс.

Я спустил лодку на воду, залез в неё и кое-как завёл двигатель.

Лодка понесла меня по волнам – вода заливалась за борт, но я удалялся от острова!

Но заглох мотор. Такого разочарования я не испытывал уже давно. И сколько я не пытался завести чёртов двигатель – у меня ничего не получалось. И вёсел в лодке тоже не оказалось.

Волны болтали меня, как хотели. Я заметил, что меня относит обратно к острову, и пытался грести руками, но, конечно, не мог противостоять стихии.

Тогда я принялся вычерпывать руками воду, чтобы не пойти ко дну.

Через какое-то время лодку прибило к берегу.

Я затащил её на землю, а потом вернулся в дом и разжёг камин, чтобы просушить вещи.

До вечера так никто и не появился, хотя я выходил из дома и звал людей – как будто тот или те, кто приплыл на лодке, провалились в землю.

Стемнело, и я зажёг свечи.

Я пил ром и слушал дождь.

И я уже начал засыпать за столом, как… в дверь постучали.

– Кто? – крикнул я. – Добрый Ангел?

– Открывай! – из-за двери послышался грубый мужской голос.

В дверь ещё раз постучали, но уже настойчивее.

– Вы и так заходите! Зачем мне отпирать?! Хватит колотить, слышишь! – крикнул я.

– Открой! Или я высажу окно!

Я открыл дверь, и в дом влетел крупный мужчина в рыбацком плаще. Он скинул капюшон, и я увидел большое лицо с бородой и шрамом на всю левую щёку, и татуировкой на лбу в виде якоря.

– Чего сразу не открыл? Не видишь, что там творится? Штормит сегодня!

– Я думал, что…

– Думал он… Иногда думать не нужно! Нужно просто делать! Услышал команду – иди делай! А-а-а… камин – это хорошо!

Незнакомец снял свой плащ и повесил его рядом с камином. На вид ему было лет пятьдесят, но он был в отличной форме.

– Сапоги я тоже сниму! Воздуха они не освежают, но неженок среди нас нет, не так ли?!

– Так.

– О! Да у тебя тут ром! А чего так мало осталось? Не скучно пить ром в одиночестве? Ну, ничего! Теперь будет веселее, тем более, что у Боцмана ром есть всегда! Тащи стакан!

– А кто такой Боцман? – спросил я.

– Как кто? Нас тут двое! Из тебя боцман – как из меня апостол! Улавливаешь?

– Я понял.

– То-та! Когда-то я покорял целые океаны, а теперь вот ловлю рыбку в этой глуши! Хе-хе!

Незнакомец достал из кармана плаща бутылку рома – такую же, как я нашёл в шкафу.

Я принёс ещё один стакан.

– Хороший ром! Где взяли?

– Как где? А где берут ром, по-твоему? Вероятно, там же, где и ты – в магазине! Тут все такой пьют! Ладно! Садись! Чего стоишь?

Мы сели за стол, и Боцман разлил ром по стаканам.

– За встречу! – сказал он и осушил свой стакан одним глотком.

Я тоже сделал глоток.

Незнакомец достал трубку и принялся набивать её табаком.

– А как Вы попали на остров? – спросил я.

– По воде пришёл, как тот Пётр! Хе-хе!

– Я видел лодку у пирса!

– Это моя лодка! – сказал Боцман и закурил.

– Но она там уже давно стоит.

– Да. Я увидел медведя – хотел шкуру с него снять. Но медведи почему-то бегают быстрее меня!

– Странно…

– Ничего странного! Медведь может лошадь обогнать, если ему нужно будет! А я не могу! Ну, а ты кто? Что здесь делаешь?

– Я здесь… отдыхаю. Меня зовут Платон.

– Платон? А почему не Аристотель? Ха-ха! Надо же! Повезло же мне попить рома с Платоном! Ха-ха! Но странное место ты выбрал для отдыха, Платон. Странное и опасное. Говорят, здесь «нечистая» поселилась.

– И Вы верите?

– Я? Я столько всего повидал, что меня ничем не испугаешь! – сказал смелый мужчина и затянулся трубкой. – Я даже не удивлюсь, если ты окажешься тем медведем! Давай-ка ещё выпьем!

Он разлил ром по стаканам, хотя мой и так не был пустым.

– За медведей!

– Почему за медведей?

– А бегают быстро! Они тебе не нравятся?

– Нет, я просто…

– Ну, если нет, то пей!

Мы выпили, и мне стало веселее. У меня даже появилась уверенность, что в компании моего нового знакомого я переживу ночь без ненужных потрясений.

– Чем занимаешься, Платон? В свободное от отдыха время, конечно.

– Я – писатель.

– Писатель? И что же ты пишешь? Романы? Или эссе? Хе-хе!

– Всего понемногу.

– Свечи догорают! Ещё есть?

Я ответил, что есть, и зажёг ещё пару-тройку.

– Я тоже пробовал писать. А уж мне есть, что рассказать, поверь! Но бог не дал мне таланта! Надеюсь, тебя он не обделил?

– У меня много читателей.

– Это хорошо. Может, запишешь одну историю, которая случилась со мной? Поверь, она того стоит! До сих пор вздрагиваю, когда он… когда вспоминаю!

– С удовольствием! Расскажите!

Боцман задумался и затянулся трубкой. Едкий и вонючий дым от боцманского табака уже заполнил комнату – он разъедал глаза, я с трудом дышал, но терпел.

– Случилось так, что наше судно потонуло – разбилось о риф. Такое бывает! Мы выжили вдвоём – я и один матрос. Славный парень – любил книжки читать.

Боцман снова затянулся и выпустил дым из своих мощных ноздрей.

– В общем, очнулись мы с ним на маленьком острове. И никого вокруг! Только океан! Да. Он начал паниковать и нервировать меня! Понимаешь? Несколько дней я терпел его нытьё, пока строил себе шалаш. Но потом… А что бы ты сделал с таким компаньоном, Платон?

– Я не знаю. Попытался бы его успокоить…

– Успокоить? Как?! Поверь, это у него в крови! И ожидать от него можно было чего угодно! Он был опасен!

– Что же Вы сделали?

– Я его убил! – сказал мужчина и посмотрел мне в глаза. – Вот этими самыми руками свернул шею, как медведю.

Он показал мне свои огромные волосатые ручища.

– Сначала хотел съесть, собаку, но вовремя научился ловить рыбу и не голодал, а есть человека… сам понимаешь. Хотя, в некоторых случаях… Да. А ты-то, Платон, не из пугливых?

– Нннет…

– Это хорошо. Значит, мне не нужно будет тебя убивать. Давай-ка выпьем! Мне нравится пить ром с тем, кого не нужно убивать!

Мы выпили рома, а Боцман продолжил свой рассказ.

– Так и жил бы я на том острове, и горя бы не знал, но эта сволочь принялась приходить ко мне по ночам. Мёртвым! Представляешь, каков наглец?!

Я молчал и слушал.

– Представляешь или нет? – крикнул Боцман и стукнул кулаком по столу.

– Представляю! – поспешил ответить я.

– Приходил и доставал меня своими рассказами о нелёгкой жизни мертвецов. Подлец! А днём я раскапывал его могилу – он лежал там как ни в чём не бывало, подгнивал! Тогда я привязал к нему камень и утопил в океане. И что ты думаешь?

– Думаю, что это его не остановило.

– Верно. Сразу видно – писатель! Я перестал высыпаться, у меня пропал аппетит… В общем, я не знал, что с ним делать.

Трубка у доброго Боцмана потухла, и он вытряхнул пепел на стол.

– Я бы убил его ещё раз, но убить мёртвого не так-то просто! Тут нужна сноровка!

Я согласился.

– Пойду-ка я отолью! – сказал Боцман. – Ты тут не скучай!

Он надел сапоги и вышел из дома, а я подкинул дров в камин.

Послышался удар грома и сверкнула молния.

С чердака послышался знакомый скрежет, и я поспешил, на всякий случай, убрать лестницу от люка.

Но когда я повернулся к столу, то увидел, что на месте Боцмана сидит кто-то другой – меньше ростом, худой и в рваной тельняшке. Он не глядел на меня, а я в полутьме не мог его рассмотреть.

– Ты не Боцман, – сказал я.

– Да. Но я ищу его! – сказал незнакомец глухим неприятным голосом. – Он не заходил?

Я сел напротив незнакомца и, наконец, смог рассмотреть его лицо, если, конечно, ту отвратительную харю можно было назвать «лицом». Кожа на том месте, скорее напоминала, рыбью чешую, которая блестела даже при тусклом освещении. К тому же, она была покрыта тёмными пятнами, а местами и вовсе отсутствовала. Глаза существа были круглыми и выпученными, а рот ему заменяла узкая щель. Носа я так и не увидел.

Зато мой нос почувствовал резкий запах гнили.

– Не заходил! – соврал я.

Сверкнула молния, и гром ударил с такой силой, что дом затрясся, а у существа выпал один из его выпученных глаз и угодил в пустой боцманский стакан. Мерзкий гость достал его своей клешнёй и вставил на место.

– Если соврал, пожалеешь!

Он встал на свои тонкие ноги, которые, скорее, были похожими на ходули и были завёрнуты в грязные тряпки, и направился к очагу.

А потом он пригнулся и вошёл в горящий камин – лишь красные искры разлетелись в разные стороны.

– Чёрт! Как?! – вырвалось у меня.

– Что такое? Что случилось? – услышал я голос Боцмана.

Он запер дверь на засов и подошёл к столу.

– Он ушёл в камин! – воскликнул я.

– Кто?

– Тот! В тельняшке!

– Чешуйчатый?

– Да!

– Он нашёл меня и здесь! Дьявол! Дьявол! Думал, в этой глуши смогу от него отдохнуть! Скотина! Гнилая морда!

– Кто это? Тот самый?

– Он! Кто же ещё?! Ну, что ж… Похоже, нас ждёт весёлая ночь, Платон! Сегодня ты сможешь доказать себе, что способен ещё на что-то, кроме как книжки писать, да сиськи мять!

– Чего он хочет?

– Пёс его знает! Но покоя мне нет! Я устал от него! Нам нужно подкрепиться, Платон! – сказал Боцман и бросил на стол две беличьи тушки. – В темноте белок ловить – то ещё удовольствие! Всего двух прихватил! Это ещё хорошо, что молния сверкает!

Боцман сел за стол, достал складной нож, взял одну тушку и ловкими движениями снял со зверя шкуру.

– Тебе почистить?

– Я… я не буду, – сказал я.

– Ты чего? Свежая белка – это вкусно! Это деликатес!

– Я не голоден, спасибо!

Боцман придвинулся ко мне.

– Если я говорю, что нам следует подкрепиться, то так оно и есть! Понимаешь?

– Да. Но там есть консервы! Я сейчас принесу!

– Сидеть! – крикнул Боцман и схватил меня за руку. – Или ты съешь белку, которую я поймал для тебя, или я тебя убью!

Он показал мне свой нож.

– Вы шутите?!

– Я разве похож на шутника? – сказал Боцман, поднёс очищенную тушку ко рту и вцепился в неё зубами.

Он жевал беличье мясо и смотрел на меня, а я боролся с тошнотой.

– Брезгуешь? Иной раз брезгливость может стоить жизни. Я не люблю брезгливых! Жри, долбаный щелкопёр!

Боцман снял со второй белки шкуру и сунул мне тушку в руку.

Я пересилил свою брезгливость и зубами оторвал от неё большой кусок.

– То-та! Молодец, писака!

Боцман доел белку и рыгнул.

– Ну вот! Мало, конечно, но лучше одна белка, чем ничего! – сказал он и швырнул кости в камин.

Сверкнула молния, ударил гром, а из камина послышался мерзкий голос.

– Здесь не помойка! – сказал он.

– Полундра! Началось! – сказал Боцман и схватился за свой нож. – Держись меня Платон! Не бойся и не паникуй! А то… сам знаешь!

Он показал мне большой кулак.

– Ну, выходи уже! Чего ждёшь? Не думал, что ты найдёшь меня здесь!

– Тебя найти не сложно!

Огонь в камине разгорелся.

– Выпьешь с нами рома? – спросил Боцман.

– Я не пью ром! – сказали с противоположной от камина стороны.

Мы обернулись и увидели, что гнилой человек в драной тельняшке стоял у входной двери.

– С некоторых пор предпочитаю кровь! – сказал он.

– От тебя воняет ещё сильнее, Томми! Фу! – сказал Боцман и зажал пальцами свой нос. – Разве можно так вонять?! Тебе нужно пользоваться дезодорантами! Могу посоветовать хороший!

– Ты соврал мне! – сказал Томми и показал на меня своей клешнёй. – Будешь отвечать!

– А как же я? Дался тебе этот писателишка! – сказал Боцман.

– Заткнись, старый мудень! Сначала он ответит! А потом я поговорю с тобой!

Краем глаза я заметил, что из люка чердака что-то показалось, но я боялся повернуть голову, чтобы посмотреть.

– Вот так всегда! Сначала ты кого-нибудь убиваешь и выпиваешь его кровь, а только потом говоришь со мной! Так нечестно! – сказал Боцман.

Под потолком что-то щёлкнуло. Мы с Боцманом повернулись и увидели, что из чердачного люка торчит половина скелета – он свисал вниз головой и протягивал к нам свои костяные руки. Череп ещё раз щёлкнул своими челюстями.

– Разрази меня гром! – воскликнул Боцман.

Ударил гром. Одна рука скелета отцепила другую руку и бросила её на наш стол.

Костяная рука принялась перебирать пальцами и ползти по столу к Боцману, как таракан.

Я не успел опомниться, как она схватила Боцмана за шею – он упал на пол и пытался оторвать прыткую руку от своей шеи.

– А так честно? – спросил гнилой моряк.

– Что тебе нужно? – прохрипел Боцман.

– Чтобы ты извинился за то, что сделал со мной!

– И что тогда? Ты отстанешь от меня навсегда?

– Да!

– Извини, Томми, что я убил тебя! Я был неправ! – прохрипел морской волк.

Томми ухмыльнулся, а костяная рука свернула Боцману голову – послышался громкий хруст, и лежащий мужчина перестал шевелиться.

– Что за чёрт?! Зачем? – крикнул я и вскочил на ноги.

– А разве за убийство достаточно одного извинения? – сказал мёртвый человек в рваной тельняшке. – Зато теперь узнает, каково это – гнить в земле!

Я схватил стул и собирался швырнуть им в окно, чтобы бежать.

– Собираешься уходить? Не торопись! Мы ещё не закончили! Ведь ты соврал мне! —сказал гнилой Томми.

Он отодвинул засов и открыл дверь. В дом вошёл тот самый мальчик, который пытался утащить мой ноутбук, и стул выпал из моих рук.

– Папа! Я так долго искал тебя! – крикнул он и бросился ко мне.

Мальчик повис на моей шее – я пытался сбросить его, но не мог, потому что он вцепился в меня мёртвой хваткой.

Мерзкий дитя прильнул к моему уху и погладил его своими двумя пальцами.

– А ведь ты так и не достал мне игрушку с чердака, – шепнул он и засмеялся.

– Уйди! Слезь!

Я, наконец, оторвал мальчишку от себя и с силой бросил его на пол.

Ребёнок расплакался.

– Ты сломал мне руку! – крикнул мальчик с ненавистью.

Я почувствовал, что кто-то гладит меня по голове.

– Бедный Платон! – услышал я голос своей жены. – Ты уже детям руки ломаешь! Почему ты перестал принимать таблетки Либермана?

Я повернул голову и увидел Доброго Ангела.

– Ты?! Опять?!

Я оттолкнул женщину.

Добрый Ангел отлетела в камин и её сорочка загорелась. Через мгновение она заполыхала ярким факелом.

– За что?! Платон! За что?! Я же любила тебя сильнее, чем Элизабет! – кричала женщина голосом Анны и размахивала руками. – И я подарила тебе её голову!

Она упала на стол, и он загорелся, а пылающая женщина принялась визжать.

– Я не хочу гореть! Папа! Папа! – крикнул мальчик и пополз к двери.

– Все сгорят в аду! – крикнул гнилой Томми.

Я бросился к двери, мертвец встал у меня на пути, и я двинул кулаком в его чешуйчатую морду. Голова Томми отлетела от его тела, как волейбольный мяч.

Я выскочил на улицу и побежал сломя голову к пирсу.

Сверкала молния, бил гром, а сзади был слышен пронзительный женский визг.

– Папа! Папа! – кричал мальчик.

Я остановился, обернулся и увидел, что дом объят жёлтым и плотным пламенем. Если я и колебался, то недолго.

Я сделал ещё один шаг и провалился в землю.

6

Очнулся я на пирсе – светило солнце, а ветра и вовсе не было.

Рядом со мной лежала моя сумка – в ней я нашёл мой ноутбук, а лодка Боцмана с берега исчезла.

Послышался шум мотора, и я увидел лодку моего проводника – она появилась из-за соседнего острова.

Вскоре он причалил к пирсу.

– Давайте сумку! – сказал проводник.

Я бросил сумку в лодку и запрыгнул в неё сам.

– Ну, как Вам наш аттракцион?

Я промолчал.

– Вижу, что понравился! Мы старались!

Его весёлый тон разозлил меня.

– Как вы можете видеть? – спросил я.

Мужчина достал зеркало и протянул его мне.

Я посмотрел на себя и ужаснулся – мои волосы были наполовину седыми.

– А вот подарок от нашей компании! – сказал проводник и протянул мне флакон.

– Что это?

– Чудесное средство от седины! Выравнивает цвет под Ваш натуральный – закрашивает только седые волосы!

– Поехали отсюда! – сказал я и сел.

– Хорошо! Только прежде я попрошу Вас подписать вот это!

Проводник улыбнулся и протянул мне лист бумаги с напечатанным на нём текстом.

– Расписка! Вы обязуетесь три года не распространяться о том, что видели здесь. Подпишите! – сказал он и протянул мне перьевую ручку.

– А если я нарушу обязательство?

– Ничего страшного. Просто в следующий раз в кастрюле Вы найдёте голову своей жены! В общем-то, пустяк! Подписывайте!

– А если я откажусь?

– Тогда останетесь на этом острове ещё на пару дней! И за Вами приедут уже санитары из психбольницы! А там кормят хуже, чем дома, поверьте!

– Ладно! Поехали! Я хочу домой! – сказал я и поставил на листке свою подпись.

Проводник завёл мотор, и мы помчались по озеру по направлению к дому.

На одном из островов я как будто заметил свою жену – она стояла на берегу и одной рукой махала мне, а другой… гладила медведя.

– Кто это? Анна? Там моя жена? – спросил я и показал рукой.

– Я никого не вижу! – ответил проводник и улыбнулся.

С того дня прошло уже три года, а я до сих пор, бывает, просыпаюсь посреди ночи, потому что мне снятся ангелы, мертвецы и двупалые мальчики.

Зато я стал прекрасным семьянином – за последние три года мы с Анной ни разу не поссорились, а на детей я ни разу не повысил своего голоса. Это потому, что мы теперь живём раздельно – Анна вышла замуж за моего приятеля и попросила меня переписать на наших детей моё имущество. Я не мог отказать своим детям!

А ещё я написал два чудесных романа, а сегодня – этот рассказ, который…

Извините, но меня зовут на ужин.

У нас сегодня – овсяная каша на молоке!

Content

Абсурдин Платон Аттракцион