Наталья Гимон

Избранный быть

Володя спешил сквозь промозглую мглу вечернего, уже завоёванного осенью города. Облачившись в серые одежды, она победоносно сыпала с неба мелким противным дождевым салютом. И из-за такой мокрой радости набережная, по которой шагал парень, почти опустела и печально вздыхала порывами ветра, жалуясь на своё одиночество.

Володя мечтал побыстрее свернуть в нужную ему подворотню и забежать в подъезд старой пятиэтажки, в которой жила его сестра. Пальцы в который раз нащупали лежащую в кармане куртки небольшую коробочку пластилина – маленький подарок ясноглазому мальчонке, племяннику Володи, обожавшему своего семнадцатилетнего дядю и те яркие фигурки, которые тот с удовольствием лепил для малыша. А в выходные они вместе пойдут в парк аттракционов – кататься на карусели…

Эти нехитрые планы вызывали невольную улыбку и укрывали теплом сердце.

Внезапно яркий столб прицельно ударившего света прервал неспешный поток мыслей парня. И сперва Володя даже не понял, откуда этот свет взялся. Отлепив рассеянный взгляд от мокрой мостовой, он огляделся по сторонам, ожидая увидеть слепящие фары машины, но вокруг было пусто. Но тут окружающий Володю воздух низко загудел, и картина мира потекла вниз серыми струями, будто чья-то невидимая рука щедро плеснула на нарисованную сумеречную панораму знакомой с детства набережной полное ведро воды. И вот уже вокруг кроме света ничего не осталось, а тело – словно сделалось прозрачным и невесомым. Запоздало вверху живота дал о себе знать наконец-то проснувшийся ужас, перекрыв горячей волной доступ воздуха в лёгкие и подкинув к горлу заколотившееся с немыслимой скоростью сердце. Володя вскинул голову, и ему показалось, что на него падает солнце. Он зажмурился, и наступила тьма…

Мягкий свет осторожно щекотал глаза сквозь сомкнутые веки, побуждая их открыться и оглядеться хотя бы из любопытства. Но бок о бок с этим еле сдерживаемым чувством в голове Володи теснился почти запредельный страх. И этот чудо-коктейль готов был в любой момент вскипеть густой пеной паники, потому как события последних пяти минут мелькали в сознании парня, как узоры в калейдоскопе. А финальная картинка его личного фильма-воспоминания вываливалась из нормального восприятия жизни, как опора из-под ног висельника, попросту обрубая его привычность.

Но любопытство всё же оказалось сильнее всех других чувств – Володя открыл глаза и упёрся взглядом в матово поблёскивающий стальным оттенком потолок, плавно переходящий в такие же стены. При этом и то, и другое и излучало тот самый спокойный свет, который помог человеческому сознанию вынырнуть из короткого забытья в сошедшую с ума действительность. У него пересохло во рту, и слегка кружилась голова. Он попробовал пошевелиться, но не смог, хотя никакого ощущения удерживающих его ремней или ещё чего-либо подобного не было.

Внезапно на самой кромке зрения Володя уловил какое-то движение. Он осторожно скосил глаза и чуть было не заорал от изумления и ужаса одновременно.

Рядом с ним, склонившись над небольшим серым столом, стояло некое существо, лишь отдалённо напоминавшее человека. Большую круглую голову обтягивала гладкая серая кожа, напрочь лишённая волосяного покрова. Огромные миндалевидные глаза, взглянувшие на испуганного человека, были равномерно чёрными и влажно поблёскивали. Ниже на гладкой поверхности «лица» виднелись две узкие просечки, видимо, ноздрей и маленький рот. Существо было облачено в костюм, который походил на вторую кожу и отличался от неё только тем, что переливался, отражая худым телом исходившее от стен свечение. Тонкие четырёхпалые конечности – каждый палец длиннее человеческого раза в два минимум – что-то ловко перебирали на поверхности стола.

Существо снова посмотрело на Володю, не спеша кивнуло, и неожиданно помещение наполнили звуки, напоминающие пение китов. Затем к одному голосу присоединился ещё один, и парень понял, что их компания не так мала, как показалась изначально.

Находившийся в поле зрения Володи серокожий приблизилось к человеку. В его пальцах извивалось крошечное создание, нежно-сиреневого цвета, напоминающее морскую медузу. Полупрозрачная кроха попыталась дотянуться до державших её длинных тонких пальцев своими щупальцами, но существо вдруг на секунду быстро прижало её к виску человека. Тот инстинктивно хотел отшатнуться, но его тело по-прежнему предательски не реагировало на команды хозяина. Лёгкий укол, похожий на статический разряд, едва заметно прошил висок Володи, и спустя пару мгновений парень почувствовал абсолютное равнодушие ко всему происходящему.

Следом за «медузой» в четырёхпалой руке появилось нечто отдалённо напоминающее змейку, только с хвостами на обоих концах, а утолщение головы у неё находилось примерно посередине гибкого тела. Серокожий слегка прижал «голову» змейки за ухом человека, и та сразу же плотно обвила его ушную раковину, выпустив один из хвостиков к губам парня, и тут же сделавшись плотной и твёрдой. В ту же секунду песни китов сменились привычной человеческой речью, только с лёгким механическим оттенком в звучании.

– Блокатор активной эмоциональной зоны мозга подключён, – рассматривая что-то на столике, произнесло существо после окончания всех манипуляций.

– Хорошо. – Второй серокожий появился, наконец, в поле зрения человека, замерев на некотором расстоянии. Внешне он ничем не отличался от того, который непрерывно колдовал над столом, но нечто неуловимое подсказывало, что именно он здесь главный. – Что у нас с сознанием?

– Сознание в норме.

– Вы помните, кто Вы? – спросил у Володи «главный», заложив руки за спину. Парень ещё удивился, насколько человеческой выглядит эта поза, и медленно кивнул, радуясь хоть такой возможности пошевелиться. – Помните, что с Вами случилось? – снова задало вопрос существо и, получив утвердительный кивок, сделало несколько шагов из стороны в сторону. Затем обернулось к напарнику: – Он может говорить?

– Да, командор.

«Командор», – отметил про себя свою догадку Володя и произнёс вслух чуть хриплым голосом:

– Где я?

– Вы у нас в гостях.

– А у кого «у нас»?

– Название нашей расы Ваш речевой аппарат всё равно произнести не сможет, – спокойно ответил «командор» и, помолчав, добавил уже мягче: – Как Вы себя чувствуете?

Володя прислушался к себе.

– Странно. Можно даже сказать – неахти.

– Неахти, – словно пробуя на вкус слово, повторил серокожий. – Это ничего, – немного приблизившись, успокоил он своего «гостя». – Так бывает после портального перехода.

– После чего?

Глаза парня слегка расширились, и существо взглянуло на подчинённого. Тот в свою очередь торопливо посмотрел на человека и, тут же успокоившись, констатировал:

– Блокатор эмоций в норме. Это обычное любопытство, свойственное их расе.

Командор кивнул и снова повернулся к гостю.

– Так бывает, когда люди впервые попадают на наш корабль, перемещение на который включает в себя нечто похожее на телепортацию на короткое расстояние. Кажется так вы, люди, называете этот процесс в своих фантастических романах.

– Так я на космическом корабле? На летающей тарелке, что ли? – уточнил Володя.

– То, что Вы называете летающей тарелкой, – лишь небольшое по габаритам транспортное судно. Правильнее даже будет классифицировать его как космический катер. А это, – командор повёл вокруг рукой, – уже космический крейсер. И Вы на нём – почётный гость.

– Гость?

– Да, гость.

– И чем же я заслужил такую честь?

– Есть на то причина, – уклончиво ответил серокожий.

– И что же со мной будет? – тут же спросил парень.

– Ничего. Я же сказал: Вы наш гость, – произнесло существо и подумав, добавило: – По крайней мере, препарировать мы Вас точно не будем.

Володя попытался уловить в словах собеседника намёк на шутку или какую-то долю иронии, но внезапно понял, что тот говорит совершенно серьёзно.

– Ну, что ж, отдыхайте. – Маленький рот командора изобразил нечто похожее на улыбку. – Доктор будет приглядывать за Вашим состоянием. Если вдруг Вам что понадобится, можете воспользоваться панелью вызова.

С этими словами он слегка склонил голову, развернулся и, подойдя к стене, вложил «ладонь» в едва заметное углубление. В ту же секунду прямо перед ним, словно в льдинке на солнышке, протаяла «полынья» и быстро затянулась вновь, как только серокожее существо скрылось из поля зрения.

С минуту Володя приводил в порядок кавардак, который царил у него в голове. Наконец, переварив только что увиденное и услышанное, он попробовал расслабиться и закрыл глаза. Тело, словно затёкшее, слегка покалывали невидимые иголочки, и страшно хотелось перевернуться хотя бы на бок. Володя посмотрел на оставшегося с ним инопланетянина и смущённо кашлянул, привлекая к себе его внимание.

– Доктор, можно мне встать? – спросил парень увлечённо рассматривающего поверхность столика серокожего. И тот, не глядя на человека, пожал худыми плечами:

– Попробуйте.

Володя попытался опереться о стол, который, по идее, должен был находиться под ним, и ладони его сорвались в пустоту. Парень заполошно взмахнул руками, качнулся взад-вперёд и растерянно замер. Он осторожно ощупал ладонями воздух под собой и, убедившись, что там на самом деле ничего нет, беспомощно повис в невесомости.

– О, простите, опять увлёкся. – Рядом с лицом Володи неожиданно возникли блестящие чёрные глаза доктора. – Не бойтесь. Это просто локальное управление гравитацией тел… Позвольте, я помогу Вам.

Инопланетянин осторожно взял его за руки и придал телу человека вертикальное положение. Потом коснулся длинным пальцем своей любимой столешницы, и парень наконец-то ощутил твёрдую поверхность под ногами и попутно заметил, что столик доктора тоже подвешен в воздухе.

Серокожий тем временем продолжал, снова вернувшись к работе:

– Сколько лет изучаю людей, столько не перестаю удивляться вашей природе. Я ведь не просто доктор. Я – учёный, специализируюсь в области нейронной психологии. Но… Вам, я вижу, это не интересно.

– Да, простите, – пробормотал Володя, смущенно отводя взгляд от перемигивающейся разноцветными огоньками поверхности стола доктора, которую до этого с интересом рассматривал. Не выдержав, парень показал на неё головой: – А что это?

– Индивидуальный медицинский анализатор… э-э… компьютер – так Вам, наверное, будет понятнее, – доброжелательно «улыбнулся» инопланетянин и уточнил: – Технологии моего мира сильно отличаются от ваших, земных.

Длинные пальцы проделали над висящим в воздухе столом какие-то пассы, словно собрали горстку песка, и тот на глазах у изумлённого человека постепенно уменьшился до размера спичечного коробка, который доктор прикрепил «на воздух» у себя на груди.

– Управлять можно не только гравитацией, – насмешливо пояснил инопланетянин, – но и пространственными размерами вещества.

Володя закрыл глаза и встряхнул головой:

– У меня сейчас башка лопнет… – тихо произнёс он, и тут же услышал заботливый голос доктора:

– Что с Вами? Вам плохо? Подождите секунду, сейчас… – Серокожий снова частично разложил свой компьютер и, как фокусник из шляпы, достал из его плоскости небольшой предмет, похожий на карандаш. – Расслабьтесь, посмотрите сюда и представьте себе место, где Вам было бы сейчас удобно. Ну, где Вы хотели бы оказаться в данную минуту.

Володя подчинился, взглянул на «карандаш», и не успел моргнуть глазом, как очутился в гостиной у себя дома. Правда, вместе с инопланетянином, который с интересом осматривался вокруг. Парень с подозрением уставился на палочку в руках доктора, потом вздохнул и устало пробурчал:

– Даже знать не хочу, как…

А серокожий заметил с одобрением:

– Здесь довольно уютно. Теперь, думаю, Вам будет намного комфортнее. Отдыхайте.

Володя с опаской прикоснулся к краю стоящего рядом раскладного стола и с удивлением почувствовал под пальцами гладкую поверхность дерева.

– Гравитационно-сенсорный модулятор воспоминаний воспроизводит в деталях Ваши ощущения, – всё же пояснил серокожий. – Можете присесть на диван. Он, можно сказать, вполне «настоящий» для использования по назначению. Но только в пределах корабля… Только с модулятором контакт не разрывайте. Он всё время должен касаться Вашего тела, чтобы иметь пси-связь с Вашим подсознанием и воспоминаниями о заданной реальности.

Парень недоверчиво потрогал мягкую спинку дивана и, убедившись в истинности сказанного, с облегчением сел.

– Наша раса несколько старше вашей, и развивались мы немного иначе, – вдруг негромко произнёс доктор. – Поэтому наши знания и технологии по уровню развития превышают земные. И с некоторыми из них Вы уже познакомились… Но на какой-то ступени эволюции мой народ потерял нечто важное – умение чувствовать и переживать… Мы изучали людей не одно столетие. Пытались найти, что отвечает в организме человека за эмоциональный фон психики. Хотели модифицировать часть вашего мозга, чтобы иметь возможность вживить её в сознание нашей расы. Но всё было бесполезно. Тогда мы стали просто учиться у вас этому. Заново учиться. Благо, ваш мир ярок и располагает к этому.

Взглянув на серокожего, Володя неожиданно понял, что «высшая форма жизни», которая сейчас тихо «изливала ему душу», нервничает как ребёнок.

– Так вот зачем я здесь! – осенило парня, но доктор снова удивил его:

– Да. Но не только за этим.

– А расскажите мне о своём мире? – вдруг попросил Володя, и инопланетянин с сожалением покачал головой.

– Не сейчас. Может быть, позже… Скажу лишь, что мой мир совсем не похож на Землю. Но для меня он – самый лучший.

– «… Нет места красивей, чем дом, где мы однажды родились», – негромко произнёс Володя, и серокожий согласно кивнул.

– Хотите есть? – вдруг поинтересовался он, и парень в ответ мечтательно улыбнулся:

– Да, пожалуй… Котлетку бы сейчас с картошечкой.

– Подождите немного. Я постараюсь принести. Кухонный блок здесь недалеко…

– А можно мне с Вами? – подскочил Володя, и доктор чуть растянул губы в улыбке:

– А, любопытство. Одна из самых необычных тайн вашего сознания. Именно благодаря этому чувству люди вопреки здравому смыслу и рациональной оценке ситуации постоянно совершают глупости… Нет. Простите, но с собой я Вас взять не могу. У меня пока дела.

– Тогда я сам прогуляюсь, осмотрюсь, – предложил парень.

– Не обижайтесь, но… Скажите, а у Вас на Земле детей отпускают одних на прогулку в незнакомое место? Без сопровождения взрослых? – хитро склонил на бок большую голову доктор и направился к двери. Когда её вход уже «протаял», он вдруг обернулся. – Да! Ваши вещи! – и извлёк прямо из стены куртку Володи, положив её на стул около двери.

– Подождите! – вдруг окликнул его парень. – Я смотрю на Вас, и вижу: Ваши эмоции – они ведь в порядке, верно?

Серокожий поколебался секунду и, понизив голос, доверительно сообщил:

– Я провожу эксперимент сам на себе. Неофициально. Предыдущие результаты были несколько… эээ… трагичны для подопытных. И, признаться, наше исследование почти закрыли. Как говорят у вас на земле, выживаем как можем. Просто не в силах остановиться.

– В таком случае, вы на правильном пути, – одобрил землянин, улыбнувшись. – У нас так почти все открытия делались. На голом энтузиазме… Постойте-ка! Но это значит, что я вам как таковой больше не нужен!

– Нужны, – уклончиво ответили ему, – в любом случае нужны. Но об этом потом. Отдыхайте.

Оставшись один, Володя прошёлся по знакомой с детства комнате, заглянул в книжный шкаф, зачем-то накинул на плечи куртку и, подойдя к окну, глянул на улицу, где в ярких лучах полуденного солнца жил небольшой дворик его родного дома. Парень хотел высунуться наружу, чтобы получше рассмотреть, насколько этот мираж соответствует действительности, и неожиданно больно ударился лбом о невидимую преграду. Стены помещения, в котором на самом деле находился Володя, никакая сенсорная гравитация отменить не могла. И тогда ему стало ужасно обидно. Ведь вокруг него сейчас был целый космический корабль! А он сидел в своей иллюзорной гостиной, как попугай в клетке, и не имел возможности его осмотреть.

Размышляя о несправедливости судьбы, Володя засунул руки в карманы куртки и вдруг нащупал коробочку с пластилином. Спустя мгновенье, он уже задумчиво крутил в пальцах синий брусочек, поглядывая на панель вызова, на которой красовался оттиск инопланетной конечности.

– А! Чем чёрт не шутит? – пробормотал парень, и его ладони начали сноровисто разминать пластилиновую массу. Занятия с племяшем не прошли даром, и вскоре в распоряжении Володи имелась многоцветная красно-сине-зелёно-жёлтая кисть руки инопланетянина. Взволнованно выдохнув, стараясь унять дрожь в пальцах, парень аккуратно приложил пластилиновую конечность к «замку». С первого раза все «пальцы» неплотно легли в пазы оттиска, и ничего не произошло. Дверь не открылась. Сочно матюгнувшись, землянин подогнал пластилиновую заготовку под след инопланетной руки, про себя отметив, что калеченный пришелец по кораблю перемещаться не сможет, и снова попробовал открыть проход.

Через секунду, растянувшуюся на годы, стена перед ним протаяла, и он, с трудом сдерживая победный клик, оказался в длинном серо-стальном коридоре, кое-где ответвлявшемся в стороны неширокими переходами.

Внезапно обоняния его коснулся и почти физически потащил за собой дразнящий запах жареных котлет. Вытянув шею, Володя, спрятав в кармане пластилиновую «отмычку», последовал за мечтой голодного желудка и вскоре наткнулся на открытый проём в помещение. В нём возле стены с какими-то панельками висела в воздухе простенькая керамическая тарелочка, белую горку картофельного пюре на которой венчала большая, исходящая паром котлета.

Сказать по чести, Володя даже не помнил, как вся эта красота оказалась у него в желудке, но точно знал, что ничего вкуснее раньше ему пробовать не доводилось. Облизывая пальцы, – мама бы, наверное, чувств лишилась, если б увидела такое – парень с любопытством рассматривал странные символы на настенных панельках. А когда он случайно прикоснулся к одной из них, панелька с символом вдруг исчезла и в руки человека медленно выплыла небольшая коробочка.

Володя приоткрыл крышку, заглянул внутрь, и сразу же отшвырнул находку в сторону, с трудом пытаясь оставить только что съеденную котлету с картошкой в пределах своего желудка. Потому что синюшная масса шевелящихся пучеглазых то ли слизней, то ли личинок, оказавшихся содержимым треклятой коробки, совершенно не способствовала нормальному пищеварению привычной человеческой пищи. Увиденное произвело на бедолагу такое сильное впечатление, что он, попеременно то зажимая рот ладонями, то брезгливо вытирая их же об штаны, даже не сразу сообразил, что попавшая в стену коробочка наделала немало шума.

Вывалившись обратно в коридор, Володя вдруг услышал в его ближайшем ответвлении голоса. Недолго думая, он поспешил в противоположном от них направлении, к несчастью, удаляясь от своих апартаментов. Очередной открытый проём, в который нырнул парень, прячась от вот-вот покажущихся из-за поворота инопланетян, оказался входом в маленькую нишу. Володя растерянно застыл на месте, а когда уже хотел выскочить обратно, пол под его ногами неожиданно плавно поехал вверх, увозя с собой и «почётного гостя» инопланетной цивилизации.

Поймав чуть пошатнувшееся равновесие, Володя с трудом дождался остановки внеземного лифта, осторожно выглянул в широкий проход и, никого не увидев, быстрым шагом устремился по нему. Затем свернул в ближайший коридор и… замер на месте, поражённый увиденным.

Перед ним, ужасающий и величественный в своей бесконечности, простирался космос. Он был непроглядно чёрен и одновременно ослепительно ярок, сияя неисчислимыми миллиардами далёких звёзд. И обычному земному пареньку казалось невозможным даже дышать, глядя в его глубину.

– Впечатляет, правда?

Володя вздрогнул от неожиданности и оглянулся.

Заложив руки за спину, «командор» стоял позади него у стены и также не отрывал взгляда от сверкающего великолепия вселенной.

– Идёмте, я покажу Вам ещё кое-что, – сказал инопланетянин и пошёл по узкой галерее, опоясывающей космический корабль. Володя послушно двинулся следом. По самому краю космоса.

Постепенно из-за очертаний корабельного корпуса выплыл округлый край огромной тени, непроглядной к центру и светлеющей по краям. Опоясывающий её тонкий диск, местами плотный, местами прозрачный, почти призрачный, делал тень похожей на огромную погремушку какого-то малыша-великана.

– Узнаёте? – спросил «командор» и, не дождавшись ответа от заворожено застывшего на месте человека, произнёс: – Эту планету вы, люди, называете Сатурн. А вон там, – тонкий палец указал на яркое, но размытое пятно, видимое из-за плеча гиганта, в диаметре не превышающего трёх миллиметров, – это Солнце. Там же находится и Ваша родная планета… – Внезапно он резко обернулся и посмотрел на землянина. – Вам страшно? – Но Володя в ответ лишь покачал головой, стараясь навсегда запечатлеть в памяти то, что видели сейчас его глаза. Даже если это было всего лишь сном, что казалось ему в данный момент наиболее вероятным. «Командор» удовлетворённо кивнул и не спеша заговорил вновь: – Теперь я скажу Вам, наконец, зачем Вы здесь. Мы давно наблюдаем за вашей планетой. И не только за вашей. Когда-то нас называли богами, и мы помогали людям. Мы смотрели, как вы развиваетесь, меняетесь и становитесь сильнее. Теперь пришло время запустить новый маховик времени в новом мире. В мире, совсем не похожем на Ваш, но всё же не менее прекрасном. Я предлагаю Вам стать одним из первых, кто начнёт творить его историю. Вы будете тем, кто станет познавать его законы и подчинять их себе. Мы не оставим Вас и тех, кто окажется рядом. Потом придут другие, и вы будете обучать их всему, что успеете узнать сами. Но я уверен, что Мудрым они назовут именно Вас, Володя… Вы согласны?

Человек молчал. Он смотрел на далёкое Солнце и представлял себе, какой может быть та, другая звезда, которая станет освещать и согревать его новый дом. Ослепительно белой? Голубой? Или такой же ярко-жёлтой?.. Новый дом… Мир, не похожий на Землю, но не менее прекрасный…

– «…Нет места красивей, чем дом, где мы однажды родились», – тихо повторил человек слова, которые совсем недавно говорил доктору. И «командор» понял ответ.

– Дом… – Голова инопланетянина склонилась в раздумьях. Затем чужие непроницаемые глаза, поблёскивающие чёрной антрацитовой поверхностью в слабом свете такого далёкого светила, снова заглянули в лицо Володи. Но что-то в них изменилось. Казалось, будто их взгляд утратил благожелательность и стал жёстче. – Дом можно построить и новый… Вы только подумайте: Вы будете первым, семенем целой планеты. Мы дадим всё, что будет нужно для жизни и будем помогать Вам, пока ваша раса не сможет жить и развиваться самостоятельно. И Вам будут поклоняться как богу, потому что Вы будете нести знания…

– А как же моя семья? Как же мои друзья? – перебил серокожего человек. Но тот, чуть помедлив, равнодушно ответил, лишь слегка поведя плечами:

– М-м-м… При желании семью и друзей можно было бы отправить вместе с вами. Другое дело, что не все из них смогут выжить в тех условиях физически или же остаться умственно полноценными от подобных… перемен. – «Командор» помолчал. – В конце концов, Вы станете Адамом нового мира и у Вас будет столько женщин, сколько захотите. Только укажите необходимые параметры отбора, какие бы Вас устроили.

– Вы что, из меня быка племенного сделать собираетесь?! – возмущённо отшатнулся парень.

– Ну, зачем же так грубо. Вовсе не быка. Мы сделаем из Вас Великого отца рода человеческого.

– А Земля? А моя жизнь? – не сдавался Володя.

– Ваша жизнь… – Инопланетянин покачал головой, не понимая, почему этот представитель низшей расы никак не может постичь всю важность и щедрость возлагаемой на него миссии. – У Вас впереди великая цель! Вам доверяют такую задачу! А вы о таких мелочах думаете…

– Мелочах?! – тихо, с внезапно засвистевшей в голосе яростью повторил землянин. – Чужая жизнь для Вас – мелочь? Вот так перекроил, сломал, бросил, и пусть как хочет, так карабкается на вершину ваших планов?

– Вы справитесь, – чуть высокомерно и напыщенно ответил серокожий. – Есть в Вас задатки, чтобы вести людей за собой.

Человек стоял, пристально глядя в лицо «высшего разума», пытаясь постичь его мысли, его ценности. В конце концов, понял, что это гиблое дело и негромко, но твёрдо сказал:

– Нет.

– Нет, – поймал его ответ «командор». – В таком случае, у Вас выбора нет. Идёмте. Я провожу Вас в Вашу каюту. Там Вас подготовят к транспортировке на новое место… обитания.

Володя ещё раз оглянулся на чернеющий вокруг него словно высасывающий душу космос, бросил взгляд на пылающее в миллионах километрах отсюда такое родное жёлтое солнце. А потов вдруг спросил:

– А Вы сами? Ваш дом далеко отсюда?

– Очень, – спокойно ответил инопланетянин.

– Но сколько я здесь был, я мало кого видел из ваших… – парень выразительно указал подбородком на фигуру собеседника. – Где же вся команда корабля?

– Это исследовательский корабль, – ответил «командор» и приглашающе взмахнул рукой. – Идёмте, прошу Вас.

Молодой человек нехотя и нарочито неторопливо направился следом и снова задал вопрос:

– Угу, исследовательский… Но ведь кто-то же должен управлять кораблём, охранять, следить за порядком, в конце концов?

– Нам это ни к чему, – равнодушно объяснил серокожий. – Корабль управляется навигационной сферой. При необходимости она получает точные координаты точки прибытия, сама прокладывает оптимальный курс следования. Сейчас она находится в спящем режиме в ожидании дальнейших указаний.

– Как автопилот, что ль?

– Нет. Искусственный интеллект с функцией безукоризненного подчинения и идеального маневрирования. – Почему-то командиру внеземного крейсера было очень легко рассказывать этому человеку об их технологиях. Возможно, потому что ранее такой надобности никогда не возникало. Её просто не было, этой надобности, доказывать кому-то своё превосходство, чтобы вызвать одну из свойственных людям эмоций – страх или восторг. Следствием их и должно было стать смирение и полное повиновение сильнейшему. Об этом говорили результаты исследований психологии разумных существ данной планеты и не только. – Так что пилотов у нас нет. Я являюсь главой экспедиции и капитаном корабля. Я принимаю все решения вместе с Советом Высших. Соответственно, я отдаю приказы сфере и, если нужно, корректирую её решения. Таким образом наши исследования абсолютно защищены от того, что вы, люди, называете человеческим фактором.

– И что же получается: Вы – капитан звездолёта, но даже у штурвала постоять не можете?

– Я – учёный, – поправил землянина серокожий. – В первую очередь – учёный. Но Вы правы, возможность ручного управления предусмотрена. На случай, если меня не окажется на борту. Хотя на мой взгляд, это совершенно излишне.

– Угу, – рассеянно кивнул Володя. – А если что-то всё же случится?

– У нас не может ничего случится, – был уверенный ответ.

– Ну, а если вдруг?

«Командор» обернулся и внимательно посмотрел ему в лицо. Молодой человек слегка поёжился под пристальным взглядом нечеловеческих глаз и перевёл тему от греха подальше:

– Эта ваша сфера наверняка находится в головном отсеке корабля, – попытался блеснуть знанием фантастики Володя и смутился, снова поймав задумчивый взгляд собеседника. – Ну, что бы было видно… – А потом и вовсе стушевавшись, пробормотал: – Просто у нас так в кино показывают, вот я и подумал…

– Не верно подумали. – Инопланетянин, наконец, отвернулся и невозмутимо продолжил неторопливо вышагивать по коридору. – Сфера управления – это сердце корабля. И потому оно должно располагаться как можно глубже и дальше от внешнего пространства. В центре. И потом, зачем нам смотреть куда летим, если за сам полёт отвечает сфера. А для того, чтобы почувствовать себя частью космоса, есть те самые круговые галереи, на одной из которых мы с Вами только что стояли.

– Но уж катера-то точно где-то ближе к космосу должны быть. Иначе не логично, – попытался неуклюже реабилитировать свою недогадливость молодой человек. И «командор» едва заметно кивнул:

– Это – верно. Катера находятся во внешних шлюзах по периметру крейсера.

– Понятно, – кивнул Володя.

В этот момент они как раз проходили мимо уже знакомой ему ниши лифта. Парень чуть притормозил, коснулся ладонью стенки лифтовой «шахты», затем нащупал в кармане свой заветный волшебный «карандаш», потом украдкой достал его и, взглянув на чёрную отполированную палочку, представил густой утренний ельник. Тот самый, с необъятными старыми елями, сквозь тёмные лапы которых солнечные лучи добирались до земли только в виде редких сияющих небесным светом копий. В осыпавшейся рыжей хвое золотистыми монетками поблёскивали шляпки маслят. И от одуряющего запаха еловой смолы, смешанного с тягучим грибным ароматом, казалось, за спиной вырастали крылья. Этот сказочный исполин рос рядом с их деревней, бок о бок со светлым берёзовым лесом, буквально на соседнем холме. И его чёрно-зелёная маковка в любое время года была видна за много километров. Потеряться в этом поскрипывающем на ветру храме тишины было плёвым делом. Да хоть просто в прятки играть, уже целую вечность водить будешь! И это было сейчас на руку Володе.

Когда вокруг инопланетянина вдруг непонятно откуда возникли странные, пахучие и колючие земные наросты, огромные, широкие, разлапистые, называемые деревьями, он на какое-то мгновение замер, не понимая, что происходит и где он оказался. «Командор» начал оглядываться по сторонам, и неожиданно до него дошло, что он стал жертвой недоброго розыгрыша. Серокожий резко оглянулся, но сопровождаемого им человека он не увидел. Послышался лёгкий шорох, и всё стихло. Инопланетянин, который с рождения не ощущал никаких эмоций, внезапно почувствовал слабую, но оттого не менее странную для него необходимость что-нибудь сломать, желательно в теле своего гостя. И это несколько обескуражило и одновременно обрадовало его. Он почувствовал горячую волну, зародившуюся где-то внутри, заставляющую дыхание на секунду сбиться и быстро накрывшую всё его тело, словно боевой скафандр. И это было так необычно. Но, с другой стороны, этот маленький человек, уникальный в своём роде, первый из всех виденных им людей так виртуозно обманувший холодный разум высшей цивилизации, вызывал у него желание склонить перед ним голову, признавая равного себе. И всё же…

Подключившись к телепатической связи корабля, «командор» отдал приказ: «Очистить восьмой сектор от пси-воздействия!» И тут же земной лес покрылся рябью и исчез. На секунду замерев, анализируя произошедшее и принимая решение, инопланетянин двинулся по коридорам, единомоментно переходя на внутреннюю связь. Нужно было перехватить человека до того, как он что-нибудь натворит. И пусть для управления кораблём его разум слишком примитивен, но, если он доберётся до катеров, может наделать дел (кстати, ту жуткую многоцветную конечность у него так и не забрали). Потеря же столь идеального образца для заселения будет крайне нерациональной в случае необходимости его нейтрализации. Или же если он сам вдруг ненароком убьётся…

Володя, бесшумно спустившийся на этаж ниже, осторожно двинулся по коридорам. Они были, как в земных фильмах про космос, словно сделанные под копирку – серые, из похожего на металл материала, матово отливающего мягким свечением. Ориентироваться в них было тяжеловато. Кое-где попадались небольшие ниши дверей с ключ-панелями рядом. Но что за этими дверями, проверять было опасно. И вдруг человеку пришла в голову удивительно простая мысль. Шанс добраться до цели был мизерным, но и просто стоять и ждать своей участи он не хотел. Поэтому, когда за одним из ответвлений он услышал мягкий топот нескольких пар ног, парень вжался спиной в так вовремя оказавшуюся рядом дверную нишу и, скосив глаза вниз, замирая от волнения, взглянул на напряжённо зажатый в ладони модулятор. В тот же миг коридор едва заметно моргнул, и окружающая человека картинка чуть сместилась. Ниша, в которой он прятался, скрылась за иллюзорной стеной, а рядом возникла другая, ненастоящая, зато пустая и не привлекающая внимания. Сам же землянин оказался в полной темноте, замурованный в иллюзорном коридоре. Но он был готов потерпеть это неудобство. Шаги серокожих миновали беглеца, с трудом сдерживающего рвущееся наружу дыхание, и зазвучали дальше. Сняв Морок и осторожно посмотрев им в след, Володя отметил, что, в отличие от учёных, «вторая кожа» их комбинезона закрывает всё их тело, включая голову. На запястьях у каждого были надеты тонкие чёрные браслеты, издававшие низкий вибрирующий гул. Парню даже показалось, что воздух вокруг этих незаметных «украшений» подрагивал и искажался, будто нагретый. «Наверняка, какое-нибудь оружие», – подумал он и двинулся дальше.

Очень скоро молодой человек встретил ещё одну группу «бойцов», как он их окрестил. И на этот раз ему тоже повезло. И хотя никаких дверей рядом не было, но зато в двух шагах оказалась переборка корабля, стенка которой по воле беглеца стала немного толще, ровно на прижавшееся к ней человеческое тело.

Снова оставшись незамеченным, Володя поднёс к лицу палочку модулятора и улыбнулся.

– Ты ж моя умница, – благодарно прошептал он, проведя пальцами по гладкой поверхности.

Продвигаясь всё глубже внутрь звездолёта, человек достиг, наконец, места, где коридор упирался в ничем не отличающуюся от других стену и перпендикулярно разбегался в обе стороны, загибаясь, точно кольцом опоясывал широченную колонну в несколько десятков метров диаметром. То и дело оглядываясь, землянин свернул в левое ответвление и, касаясь одной рукой внутренней стены, сделал несколько шагов.

Неожиданно пальцы его наткнулись на неровность. Парень повернул голову и увидел оттиск четырёхпалой вытянутой руки.

– Ура! – почти шёпотом воскликнул Володя. Быстро спрятав в куртку маскировавший его прибор, он тут же достал из другого кармана помятый пластилиновый уродливый «ключ» и, опасливо прислушиваясь и поглядывая по сторонам, стал восстанавливать его форму. Когда всё было готово, парень приложил внеземную «руку» к панели, стараясь прижать все её «пальцы» в одном касании. И почти сразу в стене протаяла широкая, шире, чем в его каюте, дверь. Ещё раз напоследок глянув по сторонам, молодой человек вдруг столкнулся взглядом с чёрными ничего не выражающими глазами «командора». В том, что это был именно он, землянин, почему-то нисколько не сомневался. Никто другой просто по закону подлости не мог здесь оказаться в тот момент.

Инопланетянин застыл довольно далеко от Володи и не сводил с него глаз. Парень зубасто улыбнулся и, помахав ему рукой, шагнул в открывшийся тёмный проход, напоследок сильно проведя пластилином по оттиску одного из «пальцев» и размазывая липкую массу по поверхности панели.

Как только молодой человек оказался внутри, вспыхнувший неяркий свет высвободил из темноты большой округлый зал, совершенно пустой, если не считать небольшого возвышения в центре и застывшей над ним прямо в воздухе дымчато-серой сферы. Она походила бы на магический, наполненный дымом шар земных гадалок или на чёрную жемчужину, если бы в поперечнике не достигала приблизительно метра. А так получалось, что либо гадалка была эпохи мифических титанов, либо несчастный моллюск жил где-нибудь под Хиросимой.

Землянин взглянул на затянувшуюся дверь и подумал, что времени у него совсем немного. Он подбежал к сфере и замер, лихорадочно соображая, что же делать дальше. Володя понимал, что угон инопланетного крейсера – невариант, потому как ни посадить эту махину он не сможет, ни полетать на ней ему особо не дадут. Но сдаваться тоже категорически не хотелось. А уж тем более жить невесть где невесть к кем невесть как, всю оставшуюся жизнь вспоминая о своей семье, о родителях, неизвестно, переживущих ли его исчезновение, о ясноглазом мальчугане, для которого дядька был и старшим братом, и лучшим другом. Получается, что выбора у него действительно не было.

На «авось» парень осторожно прикоснулся ладонями к сфере, но ничего не произошло. Тогда он вспомнил о здешних «замка́х» и торопливо вынул «недолапу». Наскоро поправив своё пластилиновое творение, землянин положил ее сверху на сферу. Корабль чуть заметно тряхнуло, освещение в комнате стало значительно слабее, а человек неожиданно оказался внутри чего-то невероятного.

Вокруг него застыла вселенная, и он ощущал себя в ней богом, который в состоянии заключить в своих объятьях солнце, одним усилием сдуть, словно крошки со стола, пояс астероидов или покачать на ладони Уран. У самого края комнаты, точно за стеклом, переливались нежными оттенками причудливые спирали галактик или сияли яркими разноцветными пятнами газовые облака. Что ещё предстало его взгляду, сверкало и перемигивалось там, за пределами солнечной системы, Володя определить просто не мог. Не хватало знаний в астрономии. Но рядом с ним висел светло-полосатый шар, полосы которого почти незаметно двигались, перевиваясь будто от дующего в разные стороны ветра, а вершину шара, там, где они сходились кругами, венчал тёмно-алый, точно открытая рваная рана, вихрь. Вокруг шара, как на погремушке, были нанизаны пояса-диски разной ширины, среди которых медленно двигались десятки разнокалиберных спутников. Это был Сатурн.

Человек протянул руку, желая прикоснуться к невероятному, недосягаемому для людей гиганту, но та прошла насквозь. Голограмма. И тут парень заметил маленькую пульсирующую точку. Она пряталась от солнца за плечом громадной планеты, зависнув над его кольцами чуть дальше орбиты спутников Сатурна, и находилась точно над сферой управления.

– Ага, – сам себе сказал Володя и ухмыльнулся. – Похоже, это мы. А ну-ка…

Он передвинул свой универсальный «ключ ко всему» по поверхности сферы и чуть не улетел на пол. Корабль накренился, его метка на звёздной карте качнулась в сторону планеты. Человеку в попытке удержаться на ногах пришлось на автомате хвататься за гладкую поверхность шара, который, к его удивлению, даже не сдвинулся с места, словно был вплавлен в невидимые опоры.

Стерев со лба проступивший холодный пот, Володя ошалело оглянулся по сторонам и неожиданно громко запел:

Врагу не сдаё-отся наш гордый Варяг!

Пощады никто-о не желаа-ет!

Встав поудобнее, парень ещё раз попробовал заставить звездолёт двигаться, но только улетел животом на сферу, чуть не нырнув рыбкой с другой стороны. Хорошо хоть самоделку пластилиновую случайно придавил к гладкой макушке шара, и она, прилипнув, не сдвинулась более с места.

После этого землянин неспеша выпрямился, огляделся вокруг и вдруг обречённо подумал, что, если он хочет по-крупному насолить серокожим ублюдкам, единственное, что ему под силу, это постараться протаранить их кораблём песочно-бежевый бок Сатурна. Но, с другой стороны, никто не знает, станет ли известно о случившемся на их планете, и если да, то как её жители отреагируют на подобный «теракт». Вдруг из-за него погибнут миллионы людей. А вдруг – вся Земля. Да и, если честно, почему-то Володе вспомнился серокожий доктор. Этого тестирующего самого себя учёного ему тоже было искренне жаль…

Человек стоял в центре управления корабля пришельцев, смотрел на четырёхпалую имитацию ладони инопланетян и думал. Когда в стене протаял, наконец, вход, и внутрь серыми тенями скользнули четверо «бойцов», а следом стремительно вошли «командор» и доктор, на лице которого хорошо было заметно волнение, парень вскинул руки и воскликнул:

– Стоп! Я уже ничего не трогаю! – Однако разноцветная «конечность» осталась лежать на сфере. – Секунду, сэр! – Он поднял вверх указательный палец, чтобы привлечь внимание к своим словам. – Если сейчас случайно кто-либо из этих больших, страшных и суровых парней (кивок в сторону замершей четвёрки) стрельнёт в меня чем-нибудь болезненным, я, падая, могу так же совершенно случайно задеть вот эту вот штуковину (кивок на псевдоруку), а если она сдвинется в сторону… (выразительное разведение уже своими собственными руками) Ну, вы понимаете… Помните, как тряхнуло корабль? Неизвестно, куда мы тогда улетим и когда Вы успеете поймать управление. И что успеет поймать Ваш корабль за это время, находясь рядом с Сатурном (кивок в сторону «космической погремушки») – спутник, пояс или то, из чего состоит сама планета, тоже неизвестно. Я не знаю, как это отразится на Вашем крейсере, но, уверен, Вам бы очень хотелось бы избежать любой из этих встреч.

Инопланетянин помолчал, обдумывая услышанное, а потом спокойно спросил:

– Чего Вы хотите?

– Того же, что и все нормальные люди, – ответил Володя. – Я хочу домой. Мне не нужна ваша новая Земля. Ищите того, кто согласится. Подчас и среди людей встречаются обиженные жизнью или повёрнутые на своей значимости фанатики. А я… я не готов. Не хочу. Мне страшно. Страшно оставлять тех, кто мне дорог и вдвойне страшно, как Вы предлагали, тащить их с собой. Вам, я так понимаю, чувство страха неведомо, как и любое другое. Но тот, кто не знает страха, недооценивает противника. – И человек чуть развернул поднятые ладони, превращая жест поражения в молчаливую фразу: «Это ведь так просто!»

– Я могу стереть вашу память и сделать её чистой как… лист бумаги, – выслушав собеседника, холодно, но от того не менее угрожающе произнёс «командор». – Вы не будете помнить свою Землю, свою семью. Вы просто будете жить там, где Вам укажут. И для Вас это будет совершенно естественно…

Но вдруг совершенно неожиданно в разговор вступил доктор:

– Командор, я прошу слова!

Голова главы экспедиции чуть повернулась назад, и спустя минуту Володя понял, что серокожие учёные разговаривают между собой телепатически, и, судя по возбуждённому лицу доктора и изредка бросаемым им на землянина взглядам, сейчас решалась его судьба. Когда же «разговор» закончился, «командор» внимательно посмотрел на молодого человека и сказал всего несколько слов:

– Доктор, проводите нашего… гостя в каюту.

А после развернулся и покинул центр управления крейсером.

– Володя, – негромко, но обеспокоенно произнёс учёный, не обращая внимания на всё ещё стоящих здесь же «бойцов». – Уберите, пожалуйста, со сферы Ваше жуткое творение.

Человек опустил глаза на то, что назвали «жутким творением», и спросил:

– И что дальше?

– Командор принял решение отправить Вас домой. Только сначала, прошу Вас, уберите эту гадость от беды подальше.

– Это правда? – прищурился парень, и доктор шагнул ему навстречу:

– Даю Вам слово.

Землянин аккуратно снял с чувствительной поверхности сферы пластилиновую фигуру и отошёл на несколько шагов. Корабль чуть качнуло, а инопланетный учёный благодарно кивнул головой.

– Идёмте, я провожу Вас.

Пока они шли по коридору в не спускающем с них глаз сопровождении, Володя тихо поинтересовался:

– Вы убедили его?

– Да, – просто ответил доктор.

– А как? – помолчав, снова спросил землянин.

– Ну… – Инопланетянин замялся. – Я сказал ему, что по своей воле Вы всё равно не полетите. Мы можем стереть Вам память, и Вы действительно забудете Землю и всех, кого на ней знали. Но тогда Вы не будете помнить и того, к чему нужно стремиться, и тем самым потеряете свою ценность для этой миссии. Вы очень умный, находчивый человек. Такой бы нам был и нужен, но при условии, что он сам захотел бы начать новую жизнь под новым небом. А существо без цели, воспоминаний и смекалки здесь совершенно не подходит. Это было бы то же самое, как заселить планету животными… Да! Забирать вас на анатомические исследования, как сначала хотел поступить командор, я решил, будет, во-первых, неэтичным, потому что вы всё же заслуживаете уважения, а во-вторых, подобные Вам экземпляры эволюции следует беречь. И он согласился с моими доводами.

Парень помолчал, потом улыбнулся и вдруг хлопнул по узкому затянутому в мягкий зеркальный материал плечу.

– Спасибо, друг.

Инопланетянин воззрился на него с удивлением и спросил:

– Это благодарность? – Володя кивнул, и тот тоже растянул маленький рот в подобии улыбки. – Тогда пожалуйста.

– Куда мы идём?

– В Вашу каюту. Я должен снять с Вас всё наше оборудование и проверить Ваше состояние, чтобы подготовить к возвращению. Мне придётся погрузить Вас в сон.

– Зачем? – нахмурился землянин.

– Таковы правила. И потом, Вам будет комфортнее, если Вы уснёте здесь и проснётесь только на Земле.

– А по-другому нельзя? – искренне загрустил парень.

– Нет, – качнул в ответ головой доктор.

– Жаль…

– Мне тоже. Но знаете, я буду часто вспоминать о Вас, человек с Земли. Наверное, я плохо понимаю, что это такое, но сейчас я бы с удовольствием тоже назвал Вас другом.

Володя снова улыбнулся и пошёл следом за учёным.

Когда со всеми обследованиями и исследованиями было покончено, инопланетянин подошёл к землянину и с затаённой грустью сказал:

– Ну, вот и всё, Володя, прощайте. Всё, что здесь произошло, будет казаться Вам лишь сном. А с необычными снами вы, люди, свыкаетесь намного легче, чем с необычной реальностью. – На сером лице промелькнула улыбка. – Мне было очень приятно узнать Вас.

– Мне тоже, доктор. Жаль, что не могу произнести Вашего имени, – ответил тот, ни на гран не покривив при этом душой.

В этот момент дверь неожиданно открылась, и в комнату шагнул «командор». Он был собранным и спокойным, как скала. А у Володи, если честно, никак не укладывалось в голове, что после всего, что он натворил, это всемогущее существо позволит ему вот так просто вернуться домой. Какой-нибудь земной генерал на его месте обязательно хоть мелкую пакость, но придумал бы. А этот…

– Подождите, доктор, – произнёс «командор». – Я хочу поговорить с гостем.

Учёный молча склонил голову и отошёл к своему анализатору.

– Что ж, – инопланетянин спокойно и уверенно сплёл перед грудью пальцы, – я обдумал случившееся… Жаль, что с Вами ничего не получилось… Но Вы мне нравитесь, Володя. – Парень озадаченно нахмурился такому признанию, помня о безэмоциональности расы серокожих. И увидев замешательство человека, инопланетянин пояснил: – Я чувствую в Вас равного. И не только я. – Он помолчал. – Потому хочу сделать Вам подарок.

– Какой же?

– О, не переживайте, мне не хотелось бы дарить Вам на память какую-либо вещь, потому что рано или поздно ваши учёные всё равно заберут её у Вас… За прошедшие земные века к нам попадало огромное множество людей. Но некоторые из них были особенными. Такими, как Вы. В них было нечто такое, что вызывало уважение. Жажда. Сила. Стремление… Помню один из них попросил подарить ему знания о мироустройстве. Его, кстати, звали Леонардо. – Услыхав это имя, Володя удивлённо поднял брови, а инопланетянин – одобрительно покачал головой. – Да-да, именно тот Леонардо. Всё верно… Некто Джордано возжелал знаний об устройстве вселенной. И для него это, кстати, очень плохо кончилось. Увы… Между прочим, Ваш соотечественник Дмитрий получил в дар знания об устройстве невидимого мира материи… Единственный раз мы ошиблись с выбором «гостя», и эта ошибка очень дорого стоила жителям Вашей планеты. Это был человек по имени Адольф. В нём была некая сила, но мы слишком поздно поняли её природу. Он оказался не посланником созидания. К тому же, попав к нам, его сознание подверглось психической деформации и зациклилось на том, что он – избранный. Почти бог, которому всё дозволено. И мы виноваты, что этот человек получил от нас в дар власть над умами людей. Пусть и ненадолго. – «Командор» смолк, а потом положил руку на плечо Володи и спросил: – А чего бы хотели Вы? Только не загадывайте смелость – у Вас её и так с избытком…

В каюте повисла тишина. Молодой землянин молча перебирал в кармане палочку модулятора и думал, что бы ему хотелось получить в дар от цивилизации, обладающей почти божественными возможностями. Богатство? Власть? Или всё-таки Силу? Человек повернулся к инопланетянину, и ответ прозвучал. «Командор» согласно кивнул…

– Скорая! Расступитесь! Скорая приехала! – надрывно прокричал испуганный женский голос, вырывая Володю из глубокого забытья. Чьи-то чуткие опытные пальцы осторожно обследовали едва зашевелившееся тело.

– Живой! Ого! Да вы гляньте! Живой ведь! В рубашке родился, не иначе! – многоголосо зашумело вокруг, и от этого шума парень едва не нырнул обратно в черноту бессознательного.

Сильные руки аккуратно положили его на носилки и загрузили в карету скорой помощи.

– Что случилось? Что со мной? – не открывая глаз, прошептал Володя. И незнакомый мужской голос сразу отозвался:

– Машина тебя сбила. На мокром асфальте водитель с управлением не справилась и вылетел на тротуар. Но тебе повезло – так, лёгкими ушибами отделался…

Человек ещё о чём-то говорил, но Володя его больше не слушал.

«Неужели мне всё только приснилось?» – встревожено подумал он и украдкой сунул руку в карман куртки, туда, где лежал подарок племяннику. Но пластилина на месте не оказалось. Зато пальца нащупали небольшой предмет, похожий на карандаш. Не приснилось.

Володя глубоко вздохнул, слабо улыбнулся и сразу же уснул сном младенца. Волноваться больше было не о чем…

Content

Наталья Гимон
Избранный быть