Волкова Светлана

Проклятье Лазурного Дракона

Глава 1

— Ох, Лариска-Лариска! — причитала бабушка. — Да Сашку умная баба с руками оторвала бы! Какой дурехой надо быть, чтоб такого парня упустить!

— Не упустить, а отпустить, — буркнула я. — Не люблю я его, бабуль. Он хороший. Но не люблю. Ничего не чувствую.

Бабушка всплеснула руками.

— А тебе кого надо — принца? Не пьет, не гуляет, руки не распускает. А любовь — да шут бы с ней, если человек хороший! Раньше люди женились, детей растили да хозяйство поднимали — вот и вся любовь! Стерпится-слюбится.

Я стиснула зубы, сдерживая порыв вскочить из-за стола, отодвинув от себя тарелку сочных, поджаренных до хруста драников. Я их обожала, и баба всегда готовила их к моему приходу. Но это «стерпится-слюбится» разом отбило весь аппетит.

Может, бабушка права, и Саша отличный парень, а я дуреха. Ну не цеплял он меня! Его лицо, глаза, губы, голос, запах…

Случается так в жизни. Человек хороший… а тело молчит. Лгать ни себе, ни ему, я не могла. Честно все проговорила и отпустила. И ни разу не пожалела. Разве что о том, что бабуля была в курсе наших недо-отношений и теперь выносила мне мозг.

И никак не могла остановиться, продолжая зудеть над ухом:

— Все это блажь у вас, у молодежи, от безделья! Сидите за своими компьютерами, нет чтоб нормально работать да семьей заниматься. Тебе уж двадцать шесть, а ты от нормального мужика нос воротишь. Зато от компьютера не отлипаешь! Молодость ведь кончится, Ларис. Уже не сможешь носом вертеть, от хороших парней отбрыкиваться. Брала бы что дают, шла за того, кто зовет!

Тут я уже не выдержала. Отодвинула тарелку и встала.

— Бабуль, спасибо, очень вкусно. Пойду я.

Быстро чмокнула бабушку и выскочила из квартиры. Как бы я ни любила ее, но упреки в безделье положили конец моему терпению. Учитывая, что я работала дизайнером в солидной фирме, жила отдельно от родственников и выплачивала ипотеку.

Сбегая по лестнице, я вытащила телефон, запустила любимый плейлист, воткнула наушники. Дышать сразу стало легче. Вышла из подъезда — и увидела на остановке маршрутку. Замахала рукой, кинулась через дорогу.

Дверь пассажирского салона открылась. Я зашла, отдала водителю деньги за проезд и плюхнулась на сиденье. Открыла новостную ленту Инстаграма в надежде отвлечься и успокоиться после бабулиных нотаций.

Уткнувшись в экран, слушала музыку и не замечала необычной тишины в салоне. Лишь через несколько минут, долистав обновления, я отвела глаза от телефона… И обалдела, заметив отделку салона.

Он весь был обит роскошным бордовым бархатом. На потолке вместо дешевых светодиодных фонариков переливались причудливые хрустальные шары, источавшие разноцветное сияние. Сиденье одно-единственное — подо мной. И ни одного пассажира!

Куда я угодила?! Садилась ведь в обыкновенную маршрутку!

— Что это такое и куда вы меня везете? — воскликнула я.

В ответ с водительского места не донеслось ни звука. Странная маршрутка продолжала ехать, да так мягко и гладко, как будто не по нашим дорогам… Я привстала с сиденья и заглянула за шторку, которая отгораживала водительское сиденье от салона. И окаменела.

Сиденье пустовало. Впереди, за рулем, никого не было. А маршрутка продолжала ехать. Я заорала как резаная и со всех сил лягнула каблуком дверь салона.

Дверь не поддалась. Я вцепилась ногтями в бархатную обивку и с силой рванула на себя. Ткань с треском отодралась, открывая резную деревянную панель. Что?.. Как это?.. Должны быть стандартные тонированные стекла — я же видела их снаружи!

Я сдирала и сдирала обивку — всюду сплошные деревянные стены! Ни окон, ни дверей.

Черт. Черт, черт! Во что я влипла?! Попала в наглухо забитую клетку, которая неслась по дороге вслепую, без водителя. Сейчас врежется в столб, дом или другую машину — и мне конец!

Тут я почувствовала, как мой немыслимый транспорт делает поворот. Значит, кто-то им управляет. Хорошая новость — мне не грозит врезаться во что-то немедленно. А плохая…

Я не знаю, куда меня везут и зачем. Как я вообще оказалась в этой странной колымаге? Меня усыпили газом, бессознательную, перетащили в какой-то прицеп? И везут какому-нибудь бандиту, который удовлетворяет свои сексуальные пристрастия прямо здесь на полу? Зачем еще обивать его дорогим бархатом и устраивать эту диковинную иллюминацию из светящихся шаров?

Меня чуть не накрыло истеричным смехом. Ага, как же. Больше надо смотреть «Пятьдесят оттенков серого»! Там героине добровольно-принудительно наносили оргазм и причиняли удовольствие… а в реальности скорее окажутся охотники за органами, а не за оргазмами.

Я взяла себя в руки, заставила успокоиться. Паника не поможет, а вот думать и действовать помешает. Села обратно и стала ждать.

Через некоторое время движение замедлилось — и мое причудливое транспортное средство остановилось. Передняя панель, которая находилась на месте лобового стекла, откинулась. И меня ослепило ярким солнечным светом.

Что за чертовщина?! Когда я выходила от бабушки, были сумерки. Или я пробыла под наркозом весь вечер и всю ночь?

Думать было некогда. Я стремглав выскочила из прицепа. Быстро повернула голову вправо, влево — выглядывая, куда можно рвануть спасаться. И от изумления встряла на месте.

Меня высадили на лугу или в поле с густой зеленой травой. А вокруг — пара десятков женщин в длинных легких платьях светло-голубого, лазоревого оттенка. Все как одна уставились на меня с восхищением и восторгом. Как будто я была топ-моделью, суперзвездой или героиней Дом-2.

При этом они сами выглядели как топ-модели. Словно не посреди поля стояли, а на подиуме. И ни на одном лице не видно ни следа косметики… И как это понимать?

Обескураженная, я осталась на месте, никуда не убегая. Да и не удрала бы далеко на каблуках. И бежать некуда — вокруг открытое пространство, чисто-полюшко.

Одна из женщин выступила вперед.

— Добро пожаловать в Илларан, Владычица Иллари. Лазурные Драконы ждали твоего явления.

У меня отвисла челюсть. Лазурные Драконы… Что еще за спектакль такой?!

Я стояла, раскрыв рот и не зная, что сказать. А женщина, которая приветствовала меня, вдруг задрала голову, приложила ладонь ко лбу. Как будто что-то высматривала на горизонте. А затем сердито топнула ногой и выпалила:

— Летит! Как он узнал? Кто посмел донести ему о прибытии Иллари?!

Я не успела удивиться… потому что увидела в небе то, что она высматривала… К нам стремительно летела стая крупных птиц. Слишком стремительно. Слишком крупных. Я не представляла, что за птицы имели такие огромные размеры.

Но когда они закружились прямо над нами, я не поверила глазам! А потом начали снижаться и приземляться на лужайку вокруг нас…

От шока я потеряла равновесие, не устояла и плюхнулась прямиком на пятую точку. Нас окружили огромные крылатые ящеры… яркого лазурного цвета!

И это было лишь начало. Чтобы окончательно добить меня, эти немыслимые галлюцинации один за другим стали превращаться в мужчин. Абсолютно голых.

Глава 2

Я чуть не съежилась в комочек. Но заставила себя подняться на ноги и быть готовой реагировать. Мужчины подступали все ближе. Девушки тоже сбились в кучку, и мы оказались зажаты в тесном кольце обнаженных мускулистых тел.

Я отметила невольно, что телосложению этих «птичек» мог позавидовать любой спортсмен или фитнес-модель. При этом я старательно избегала смотреть им ниже пояса, но краем глаза все равно успела углядеть, что и порнозвезды тоже умерли бы от зависти…

Они ведь… они не для того явились и обступили нас, чтобы изнасиловать?! То, на что я боялась опустить взгляд, было подозрительно на взводе. На лицах мужчин, в их позах и движениях читалась агрессия и воинственность. Зачем они здесь, что сделают с группой соблазнительных красоток, среди которых затесалась я?!

Может, я все же сплю или галлюцинирую, и это просто моя эротическая фантазия? Вот только никогда меня не посещали желания стать жертвой группового изнасилования. На всякий случай ущипнула себя за локоть — бесполезно. Голые накачанные глюки не собирались растворяться в воздухе.

Девушка, которая говорила со мной, обратилась к одному из мужчин:

— Государь Рендор. Мы не ожидали вашего прибытия. Кому обязаны этой внезапной честью?

— Вопросы буду задавать я, Тайлири, — ответил тот.

У него был звучный низкий голос, вот только резкий, надменный тон портил приятное впечатление, которое могло бы возникнуть от такого сочного мужского тембра.

— Кого ты притащила в наш мир? Зачем тебе эта чужачка?

Он бросил на меня такой презрительно-уничижительный взгляд, что я окончательно прониклась к нему неприязнью. Даже самый приятный голос не красит мужчину с такими отвратительными манерами.

— Я никого не притаскивала, государь. Владычица Иллари вновь соизволила одарить нас милостью, снизойти в Илларан.

Лицо мужчины исказила ярость. Он резко шагнул к Тайлири и ухватил ее за подбородок — так грубо, будто желал свернуть ей челюсть.

— Лживая шлюха! Твоя Иллари ушла раз и навсегда и не собирается возвращаться — хвала Негасимому Пламени! Это ты нашла какую-то иномирянку и собираешься использовать ее в своих подковерных играх! Ты и твой любовничек, прожженный интриган!

В глазах Тайлири мелькнул нескрываемый страх. Но она все же скинула руку этого «государя» Рендора.

— Ваше величество, в вашей воле оскорблять меня или первожреца Глориса. Мы всего лишь фейри. Но воздержитесь от оскорблений Владычицы. Вы же не хотите повторить ошибку вашего предка… и его судьбу? Не унижайте Иллари, славьте и почитайте так, как того требует ее божественное достоинство.

Взгляд мужчины полыхнул яростью. Кулаки сжались. Я испугалась, что сейчас он ударит или придушит Тайлири. Но он взял себя в руки. Отступил на шаг от женщины и бросил сквозь зубы:

— Ошибка, говоришь? Это точно. Только другого предка. Того, что навязал вашу проклятую богиню Лазурным Драконам!

Мужчина по имени Рендор резко повернулся ко мне, смерил пренебрежительным взглядом.

— Ну а эта убогая человечка… Кто или что вынудит меня славить и почитать ее? Ты? Она? Что она сделает, чтобы я признал ее фальшивое божественное достоинство?

Он вдруг шагнул в мою сторону, оттолкнув с пути Тайлири, как комнатную собачонку. Мне стало так жутко, что захотелось зажмуриться, съежиться, отползти в сторонку, чтобы эти недобрые разборки обошлись как-нибудь без меня.

Как бы не так. В два шага эта разъяренная, воинственная груда мышц оказалась подле меня. Его лицо — с резкими, точно высеченными из мрамора чертами, глазами, черными как непроглядная бездна, плотно сжатыми губами и волевым подбородком — нависло надо мной. Будто его обладатель собрался раздавить жалкую букашку.

— Ну что, божественная Иллари? Давай, покажи свое божественное достоинство! Прояви божественную силу! Вызови гром, град, порази меня молнией — я ведь безбожно попираю это твое достоинство! Накажи дерзкого ослушника, продемонстрируй всем, что с тобой шутки плохи!

Я отступила на шаг. Коленки подкашивались. Все тело дрожало, язык присох к небу. Но я все же собрала остатки самообладания и заговорила:

— Послушайте… государь Рендор. — Лучше обращаться к нему так, как я слышала, не выпендриваться. — Я не понимаю ничего, что здесь происходит. Не понимаю, как сюда попала. Я обыкновенная девушка — убогая человечка, как вы выразились. Вот только называть меня убогой несправедливо. Я работаю и обеспечиваю себя, не сижу ни на чьей шее, ухаживаю за собой и не сделала никому ничего плохого. Я не называю себя богиней и не претендую на божественное достоинство. Не претендую ни на что, о чем заявила уважаемая Тайлири. В ее словах я хочу присоединиться лишь к одной просьбе. Воздержитесь от оскорблений. Не надо унижать и втаптывать в грязь человека, который не сделал ничего плохого лично вам. Я не хочу зла ни вам, ни этому месту — чем бы оно ни оказалась. Я не хотела здесь оказаться. И, как я уже сказала вам, не понимаю, что происходит. Буду признательна, если кто-то сможет мне объяснить.

Взгляд мужчины из брезгливого стал изумленным. Он явно не ждал такого отпора и полного отказа от претензий на божественность. Во мне вспыхнула надежда, что сейчас он проявит понимание и сочувствие. Захочет помочь и вернет меня обратно домой, в мой город, и я забуду это самое невероятное приключение в моей жизни, как яркий, но неправдоподобный сон.

Не тут-то было. Пара секунд — и он снова смотрел на меня как на убожество. Затем расхохотался и с торжествующей ухмылкой повернулся к Тайлири.

— Слышала? Твоя кукла даже не собирается подыгрывать тебе. Слишком глупа для этого. Ты выбрала не тот инструмент для своих махинаций, дорогая! Весь твой замысел обрушится из-за этой глупой человечки. Ей не хватает хитрости изобразить из себя божество, и она даже не скрывает этого. Мой тебе совет, Тайлири. Избавься от нее, иначе насмешишь все расы. Тебя пока еще уважают как жрицу. Хоть я и делаю все, чтобы исправить это недоразумение. Если объявишь богиней эту, — он ткнул пальцем через плечо в мою сторону, — сама поможешь мне. Выставишь себя на посмешище и обратишь против себя весь Илларан. Так что я даже не стану тебе мешать. Делай свое дело — если не хватит ума остановиться прямо сейчас.

Меня будто окатили ведром холодной воды. Искра надежды потухла так же резко, как загорелась. Помощи от этого мужлана не дождешься. Он ненавидит Тайлири, а меня считает ее сообщницей. Слишком глупой, чтобы умело корчить из себя богиню. Ему плевать, что я здесь нечаянно и не собираюсь никому подыгрывать.

Рендор вновь глянул на меня. Смерил с головы до пят жуткими черными глазищами. Как будто-то чего-то не рассмотрел с первого раза. Ну да, я же в одежде. Это у бесштанного государя все напоказ, и не захочешь — рассмотришь.

Хмыкнул наполовину презрительно, наполовину… с каким-то непонятным выражением. Отвернулся, сделал знак остальным голышам, и они начали отходить от нас. А затем вместо мужчин появились огромные ящеры. И самым громадным был тот, что очутился на месте короля Рендора.

Взревев, грозная драконья стая взмыла в небо. Я зажала уши руками, чтобы не оглохнуть. Ураганным порывом меня швырнуло на землю ничком.

Глава 3

Рендор, король Лазурных Драконов, улетал прочь с Поля Примирения. Того самого, где тысячу лет назад сошлись в последней кровопролитной битве драконы и фейри… И оставшись без лучших воинов, заключили мир. Который стал истинным падением Лазурных Драконов.

Его предки поверили, что война закончилась. Но фейри продолжали ее — и новым оружием стали хитрость и коварство. Как у лживой шлюхи Тайлири.

Рендор презирал верховную жрицу фейри. Она подстелилась под него, когда он был подростком. Очаровала, соблазнила, сосредоточила на себе его мужской интерес. И рассчитывала поиметь с этого выгоду.

Не тут-то было. Принц раскусил ее лукавую натуру. Натешился вдоволь роскошным телом, а потом отослал прочь. Змея надеялась управлять им и влиять на его решения, когда он унаследует трон. Пусть припасет эти игры для дураков.

Шлюха фейри так и сделала. Не мытьем, так катаньем решила упрочить власть и влияние фейри в жизни Лазурных Драконов. Вытащила с какой-то иномирной помойки это чудаковатое создание, невзрачную человечку. И собирается объявить ее воплощением своей трижды проклятой богини.

Несусветная глупость. Жаль, среди его подданных найдутся те, кто поведутся на эту явную ложь. Те, кто истосковался по Истинным Парам.

Рендор не мог понять, как драконы могли желать возвращения этой мерзости. Чтобы мужчина всю жизнь желал только одну женщину, не грезил поставить на четвереньки каждую соблазнительную красотку, которая встречалась на его пути…

Рендора передергивало, когда он представлял такое отвратительное насилие над мужской природой.

Мужчины всех разумных рас — драконы, люди, оборотни, те же фейри — так уж устроены, что хотят разом многих женщин. А если в их разуме поселяется одна и затмевает других — это ненадолго.

Заполучив вожделенную самку, самец теряет интерес. Влечение гаснет, он идет искать другой объект. Природа зовет его оросить семенем чрево новой женщины, и он следует ее неумолимому зову.

Кое-где закон общества не разрешает уходить от одной женщины и вступать в связь с другой. И даже брать новых одновременно с законной женой — что по рьяному убеждению Рендора совсем уж неразумно и противоестественно. Правителю, который установит подобный закон, одна дорога: низложение и казнь!

Сам он владел гаремом из полутора десятков наложниц почти всех рас своего мира. И периодически обновлял его, избавлялся от надоевших девиц и заводил новых, которым удавалось взбудоражить фантазии короля Лазурных Драконов… на какое-то время.

Когда придет время обзавестись наследником, он выберет ту, что достойна стать его матерью. Драконицу древнего благородного семейства, с лазурной кровью. Но даже драконьей аристократке придется смириться, что ее муж и повелитель будет иметь любую женщину, какую пожелает. На своей земле Рендор не даст установить порядок, который он презирал.

На горизонте показался его замок. Рендор и пятерка его воинов опустились во внутренний двор, перекинулись в человеческое обличье и расступились в стороны, освобождая место следующим драконам.

К королю подбежал слуга, подавая одежду. И спросил, пока Рендор облачался:

— Прикажете подавать обед, государь?

Король коротко кивнул.

— Кого желаете видеть в прислужницах сегодня?

Рендор призадумался, представив свой гарем. Кого он хочет поиметь прямо сейчас, пока не сошел пыл смены облика?.. Превращение в дракона и обратно разжигало мужское желание. Король предпочитал утолять его немедленно.

— Виньеру, Сайету… и еще парочку на твое усмотрение, — распорядился он слуге. — Не забудь выделить парням девиц из общего гарема. По две на каждого.

— Будет исполнено, государь.

Камердинер убежал исполнять приказ. Рендор махнул рукой дружинникам, приглашая за собой, и направился в трапезное крыло замка. На губах короля играла довольная улыбка предвкушения.

В его замке никогда не воцарятся порядки, которые фейри хотят навязать Лазурным Драконам. Ни сама Иллари, ни ее подложное воплощение не смогут диктовать Рендору свои условия.

Перед глазами короля возникло лицо иномирянки. Ему пришлось признать, что человечка была весьма красива — по своим, человеческим меркам. До дракониц или ненавистных фейри ей далеко, но в то же время… было в той мордашке что-то притягательное.

Может, взгляд широко распахнутых глаз. Надежда и доверие, которые мелькнули в нем после ее длинной патетичной речи. А может, соблазнительные губки, которые выдавали эту речь. Рендор хмыкнул, вспомнив, как долго она говорила и как долго он слушал.

Попробовала бы девица болтать в его дворце — он бы живо показал ей, для чего женщине нужен язык и как им работать! Она должна раскрывать рот перед мужчиной, лишь стоя на коленях. Из него не должно вырываться ни одного членораздельного слова — лишь похотливые стоны да мычания!

Пожалуй, Рендор хочет увидеть ее в этой позе. Услышать ее стоны, пока она станет ублажать его. Решено. Он заберет девчонку к себе в гарем… после того, как сокрушит изворотливые планы Тайлири.

Побалуется ею, пока не надоест, а потом вернет в ее мир. А может, отдаст в общий гарем для своих дружинников — если она им приглянется. Так или иначе, найдет ей применение, которого заслуживает любая женщина!

Глава 4

Лежа на траве, я смотрела вслед удалявшейся стае. Оглушенная, ошеломленная, растерянная. Мало того, что вся эта дикость вокруг повергла меня в шок… Так еще грубое, заносчивое поведение этого дракона вызвало дурацкую, совершенно неуместную обиду.

Ну как так можно?! Он в упор меня не слышал. Что я непричастна к любым интригам и махинациям, что вообще не понимаю происходящего. Он просто прилюдно обозвал меня дурой и продолжал гнуть свою линию. Не царское это дело, вникать в чужие проблемы и помогать. То ли дело сыпать угрозами и оскорблениями.

Женщина по имени Тайлири склонилась надо мной и протянула руку.

— Владычица… — произнесла мягко и напевно. — Мы можем отправиться в храм. Позвольте сопроводить вас.

Я оперлась на ее руку и встала. Что мне сейчас делать? Я по-прежнему не понимала происходящего от слова совсем. У меня случилась сложносочиненная галлюцинация? Или этот кислотный бред творится наяву?

Очередной болезненный щипок себя любимой ничего не изменил — только синяк заработаю. Что ж, деваться некуда — надо принимать решения и действовать так, будто все происходит наяву. Проснусь так проснусь.

А если я в самом деле угодила в другой мир, где водятся драконы, фейри, богини и прочая нечисть — хлопать ушами нельзя ни в коем случае. Надо поскорее вникнуть и разобраться, как тут все устроено… и чего хотят от меня обитатели этого мира.

Я взглянула на Тайлири. Ее взгляд лучился благоговением и желанием угождать. Невозможно заподозрить неискренность. Но Рендор назвал ее интриганкой и махинаторшей, а меня — инструментом для ее подковерных игр. Кому из них верить?

Выбор у меня невелик. Голый король облил помоями всех кого сумел — меня, Тайлири, богиню, даже своего предка. И гордо упорхнул в обличье лазурного дракона. Настоящий мужик — прилетел, навонял, улетел. Он не собирался возиться с «убогой человечкой».

Тайлири, каковы бы ни были ее мотивы, осталась рядом. Разговаривает почтительно и непременно ответит на вопросы. Наверно, мне не стоит безоглядно полагаться на ее ответы — но других все равно не будет. Пока. Сейчас она — мой единственный шанс разобраться, что же тут происходит.

Я позволила Тайлири бережно и почтительно взять меня под локоть и направить к той самой повозке, из которой я вышла. Тут же одна из девиц в лазурном платье побежала туда, опережая нас. Она вскарабкалась прямо на крышу по перекладинам небольшой лестницы. Уселась, свесив ноги вперед — прямо как кучер на козлах! И поманила пальчиком кого-то невидимого в небе.

Я подумала, что сейчас прилетит еще один дракон. Но вместо этого к повозке начало спускаться… облако! Самое настоящее, обыкновенное облако!! Оно приняло форму диковинного зверя, больше всего похожего на грифона из средневековых фантасмагорий. Что-то наподобие пернатого крылатого льва…

Девица сделала жест, как будто ухватила невидимые поводья. Облачный грифон взмахнул крылами, рванулся вперед — и повозка поднялась над землей! Откинутая передняя стенка свисала, как трап.

Я смотрела на это действо с открытым ртом. Неужели меня доставили сюда по воздуху?! То-то дорога была непривычно ровной, без рытвин и ухабин.

Пока я ошалело таращилась на летающую карету и грифона, Тайлири шагнула на трап и настойчиво потянула меня за руку. Я молча зашла за ней в фантастическую колымагу. Стена-трап тут же поднялась и захлопнулась. Наше экзотичное транспортное средство поднялось в небо.

Я озиралась по сторонам, заново изучая интерьер. Теперь мне бросилось в глаза, что светящиеся шары были не из стекла или хрусталя, а какого-то совершенно незнакомого мне материала. Да и «вельветовая» обивка, которую я в истерике отдирала со стен, выглядела более нежной и в то же время плотной, чем настоящий земной вельвет.

До меня наконец стало доходить. Это не галлюцинация. Не бывают глюки такими четкими, стойкими и продолжительными. Сколько раз я уже сомневалась в реальности происходящего — но оно никуда не девалось. Голые драконоатлеты, немыслимые красавицы-фейри, летающие колесницы, облачный грифон — все это случилось со мной наяву… Я на самом деле угодила в другой мир!

Осознание накрыло меня так, что ноги стали ватными. Я ухватилась за спинку единственного сиденья, чтобы не упасть. Тайлири тем временем села прямо на пол, у задней стены нашего летучего экипажа.

— Прошу, Владычица, присаживайся, где тебе удобно.

Недолго думая, я последовала ее примеру. Плюхнулась на пол прямо там, где стояла.

— Как вы превратили обычную маршрутку в эту штуковину? И почему я ничего не заметила?

Тайлири с улыбкой развела руками.

— Мы ничего не превращали, божественная Иллари. Твоя собственная сила перенесла тебя в наш мир. В твой мир.

— Моя?! Я сама никуда себя не переносила, иначе заметила бы, уж поверьте!

Тайлири покачала головой.

— Ты просто пока не вспомнила. Не обрела свое могущество во всей полноте. Тебе нужно подождать, пока твоя божественная сущность откроется тебе в этом воплощении. Тогда ты поймешь, как творишь подлинные чудеса.

Я поперхнулась. Нет, так не пойдет. Так на любой мой вопрос можно ответить — вот откроется твоя божественная сущность, и все вспомнишь. «Вырастешь — узнаешь».

— Тайлири, давайте договоримся. Может быть, рано или поздно я все вспомню и обрету сверхъестественную силу. Но до тех пор мне нужно как-то ориентироваться в вашем мире. Я не могу ждать пробуждения богини во мне, информация необходима прямо сейчас. Потому прошу вас отвечать на мои вопросы, а не ссылаться на мою неведомую божественность и на туманное будущее, когда я все якобы вспомню сама. Я понятно объяснила?

Я внимательно наблюдала за женщиной, пытаясь прочитать эмоции по мимике. Как она сейчас отреагирует? Если в самом деле верит, что я богиня, то испугается моего недовольства. А если Рендор был прав, и она притащила меня для своих махинаций, то на лице проскользнет раздражение или удивление. Мол, как это — марионетка навязывает свои правила игры!

Тайлири не сделала ни того, ни другого. Лишь почтительно склонила голову и проговорила серьезно, без тени испуга или недовольства:

— Прости, Иллари. На все твоя воля. Конечно, я раскрою тебе все, что пока скрыто от тебя в этом человеческом воплощении. Если это в моих силах. Но каким образом ты переместилась к нам — я и сама не ведаю. Я просто услышала зов. Собрала младших жриц и привела их туда, куда ты указала, в тот момент, который ты назвала в моем видении. Туда явилась колесница, и ты вышла из нее.

Да уж, выкрутилась. Ничего не знаю, как Джон Сноу. Ты сама пришла ко мне в видении, потом села в колесницу и перенеслась в этот мир. Не придраться и не отличить правду от лжи…

— А Рендор? Ему я тоже явилась в видении? Ты удивилась, когда он прилетел. И он точно не обрадовался, увидев меня. А ты говорила — Лазурные Драконы ждали моего возвращения.

Жрица пренебрежительно фыркнула.

— Рендор и его дружина — отнюдь не все Лазурные Драконы Илларана. Это самые косные, самые враждебные из драконов. Поверь, остальные примут тебя с радостью. Твоего возвращения долго ждали.

— Странный он король, этот Рендор. Не разделяет чаяния своих подданных, разговаривает грубо, хамит через каждое слово. В нашем мире короли должны соблюдать этикет, быть вежливыми даже с последним нищим. А он, похоже, вообще не слышал о вежливости.

Ну никак я не могла смириться с хамством и пренебрежением мускулисто-торсатого ящера. Казалось бы — что мне за дело? Кто он такой — родной, значимый человек для меня? Муж, отец, начальник? Видел меня впервые в жизни и сразу облил помоями — но разве это мои проблемы? Это характеризует только его — никак не меня.

Тут Тайлири, опустив глаза, выдала такое, что у меня глаза полезли на лоб:

— Государь Рендор не считает нужным быть вежливым с женщинами, которых он бросил.

Чегооо? В какой такой змеиный клубок я угодила?!

Глава 5

— Когда-то я была влюблена в него, — молвила Тайлири. — В юного, прекрасного, сильного и бесстрашного драконьего принца. Мы встречались какое-то время… А потом он начал… уделять внимание другим женщинам. Я мучилась от ревности… и не могла это скрыть. И он прогнал меня. Не захотел терпеть ограничения своей свободы.

Я поспешно водрузила на место чуть не рухнувшую к полу челюсть. Тайлири и Рендор?! Надменный голозадый мачо, орущий на женщину сверху вниз… и сдержанная, элегантная жрица… Что-то неприятно коробило меня в этой картинке.

Тайлири не производит впечатления восторженной девицы, способной потерять голову от такого явного мудака, как голый король. У него же мудаческая суть на лице написана. И на других частях тела.

Взглянешь на него хоть раз — и не усомнишься, что он обращается с женщинами именно так, как описала жрица. Обольстит тестостероновой харизмой альфа-самца, попользуется — и вышвырнет из своей жизни.

А незадачливой жертве останется лишь собирать по осколкам разбитое сердце. Вот только Тайлири не слишком похожа на такую жертву. Или была юной и наивной, не уберегла сердце от драконьего принца-ловеласа?

Она продолжала:

— А потом я открыла Осенний Бал вместе с Глорисом, в тот же год. Рендор не простил, что я недолго горевала о нем и стала встречаться с другим мужчиной. С тех пор он зовет меня шлюхой и интриганкой, мешает мое имя с грязью при каждой удобной возможности. Сейчас он заявляет всем вокруг, что это я привела тебя, простую человечку, из другого мира, чтобы ты притворялась Иллари. Он не хочет твоего возвращения, божественная.

Я не знала, что и думать. Во мне боролись два противоположных чувства. Женская солидарность к жертве бабника и мудака, который хотел попользоваться девушкой, а потом, видите ли, она недолго горевала, быстро устроила свою жизнь. И недоверие ко всем словам жрицы.

Слишком уклончивы ее ответы, слишком мутной выглядит вся история с моей божественностью. Оттого я больше верила грубияну Рендору и его обвинениям в интригах и махинациях.

Было и третье чувство. Где-то в глубине оно неприятно зудело и свербело. Как будто мне не хотелось видеть их парой. Рендор, несмотря на грубость и заносчивость, был очень и очень привлекателен. И дело не только в рельефных мускулах, безупречном атлетичном сложении. И даже не во внушительных размерах, кхм, достоинства.

Он весь источал силу и мощь, непреодолимую мужскую харизму, которой трудно сопротивляться. Разумеется, я не собиралась поддаваться его очарованию альфа-самца, растекаться перед ним покорной лужицей и сносить отвратительное поведение ради внимания «настоящего мачо».

Но глубинная, животная часть меня не осталась равнодушной к этому шарму. Она отзывалась на притяжение мужчины… и не желала видеть рядом с ним другую женщину. Тем более такую нечеловечески красивую, как жрица фейри. Может, еще поэтому я избегала доверять и сочувствовать ей?..

Вот это дурацкое чувство совсем лишнее в моем положении. Я загнала его поглубже и подальше. Мне нет дела до суперсексуальных королей-драконов. Ни за какие плюшки я бы не связалась с мужчиной такого типа.

Тем более, Рендор и сам не посмотрит на меня как на женщину. Вокруг него полно красоток-фейри, а я — иномирная человечка, глупая марионетка его бывшей. Так что пусть свернет свою харизму в трубочку и засунет в нее то самое, большое альфасамцовое, чем он не стеснялся размахивать перед толпой.

Мне сейчас важно разобраться, куда я угодила, чего от меня ждут и чем это мне грозит. А потом дойдет очередь и до Рендора. Ибо мне так или иначе придется иметь с ним дело — об этом логика с интуицией прямо-таки вопили хором.

А пока передо мной была Тайлири и ее история юношеского романа с Рендором. Ни к чему открыто выражать недоверие. Что бы я ни думала, что бы ни чувствовала, лучше наладить отношения с ней здесь и сейчас. Выводы сделаю позже — из ее поступков, а не из чужих оценок.

Я произнесла нейтрально:

— Мне жаль, Тайлири. Рендор поступил непорядочно. Сказать бы, что он был молод и глуп… но сдается мне, сейчас он ведет себя точно так же.

Даже не пришлось лукавить или кривить душой — сказала как думала. Жрица невесело улыбнулась.

— Твоя мудрость сохранилась при тебе, божественная. Все верно. Рендор по-прежнему груб и неласков с женщинами. У него гарем из шестнадцати наложниц. Половина ненавидит его и мечтает скорее надоесть ему. А половина обожает и наложит на себя руки, если он прогонит их.

— А что с ними случается, когда он прогоняет? Куда они деваются?

— По-разному. Если это драконица знатного происхождения — может выдать замуж за кого-то из подданных. У драконов не считается зазорным жениться на женщине, которая ублажала короля в его гареме. Может вернуть девушку домой… или отдать в общий гарем.

— Общий гарем?..

Глава 6

Я страшилась вообразить, что скрывается за этим выражением. Гарем само по себе явление не слишком приятное, а уж общий…

— Гарем для его дружины. Женщины в нем не принадлежат кому-то одному из воинов, ими пользуются все… попеременно или разом. У драконов очень высокая потенция. Намного выше, чем у человеческих мужчин или даже фейри. Один дракон может провести ночь с десятком женщин и не утомиться.

Фу. Какая же мерзость. Меня передернуло от отвращения. Нет, конечно, выносливый и неутомимый мужчина это замечательно. Но десяток женщин разом? И уж подавно, общий гарем, где несколько женщин на толпу мужчин?! Нет, нравы этого мира мне категорически не по нраву!

Я попыталась еще расспросить Тайлири о славных обычаях ее мира. Но тут колесница начала снижаться, и жрица объявила:

— Мы прибыли в храм, божественная!

Она поднялась, подала мне руку. В тот же момент передняя стенка нашего дирижабля откинулась. С помощью жрицы я встала и вышла за ней наружу. И чуть не закричала в голос. Сердце бешено ударилось о ребра.

Мне показалось, будто я шагнула с трапа прямо в воздух. Сейчас камнем полечу вниз и разобьюсь. Мы никуда не приземлились. Летучая карета висела на высоте в несколько десятков метров над землей. И я не видела под ногами никакой опоры.

Но при этом никуда не падала. Подошвы твердо стояли на невидимой поверхности. Вглядевшись себе под ноги, я различила платформу из такого прозрачного материала, что казалось, ее и вовсе нет.

Сквозь нее я видела хрустальные купола и остроконечные навершия крыш. Прямо под нами красовался настоящий замок из хрусталя. А вокруг колыхались кроны диковинных деревьев, которых я никогда не видела на Земле, даже на картинках, в фильмах или роликах с Ютюба.

Я глазела на все это неземное великолепие с отвисшей челюстью. И совсем не заметила, как передо мной выросла высокая, широкоплечая мужская фигура в длинном одеянии.

— Божественная Иллари, дозволь приветствовать тебя.

Бархатистый обволакивающий голос так отличался от резкого тембра короля драконов… Его обладатель преклонил колено, бережно взял мою руку и прикоснулся губами. Аккуратно и ненавязчиво — без малейшего намека на похоть.

Я посмотрела на него сверху вниз. Длинные светлые волосы спускались ниже плеч. Одежда, похожая на римскую тогу, скрывала ноги и бедра, но по широким плечам и крепким бицепсам было видно, что мой новый почитатель отнюдь не хрупкий худенький эльф, а очень даже атлетичный мужчина. В отличной спортивной — или боевой — форме.

Он выпустил мою руку, поднялся, и наши взгляды встретились. Светло-голубые глаза ярко блестели на загорелом мужественном лице. Я увидела в них тот же неподдельный восторг, как у девушек-фейри, когда я впервые вышла из колесницы.

— Глорис, первожрец фейри, к твоим услугам, божественная.

Вот ты какой, утешитель разбитых сердец. У меня аж мурашки по плечам побежали. Внутри разлилось теплое удовлетворение, захотелось замурчать. А какие еще чувства могут возникнуть, когда такой видный, сексапильный мужчина смотрит на тебя с восхищением и разговаривает как с настоящей богиней? Богиней себя и ощущаешь.

Но я заставила свою польщенную и разомлевшую женственность умолкнуть. Богиня тут — не поэтичное сравнение, а нечто реальное и обязывающее. Тайлири уже проговорилась, что от меня ждут чудес, когда моя несуществующая истинная сущность пробудится. И я не собиралась принимать на себя обязательства, которые не смогу исполнить.

— Рада познакомиться, господин Глорис. Меня зовут Лариса. Я уже поняла, что вы здесь верите в богов и считаете меня одной из них. Но я всю жизнь прожила как простой человек. Вряд ли я смогу дать вам то, ради чего меня сюда привели.

Глорис склонил голову.

— Я понимаю, Иллари. Ты воплотилась в человеческом теле иномирянки и не знаешь своей истинной сущности. Но она непременно откроется тебе, и ты вспомнишь…

— А если не откроется? — невежливо перебила я красавца-жреца. — Если я так ничего не вспомню и не оправдаю ваших ожиданий — что вы сделаете со мной?

Лицо жреца не изменилось.

— Мы будем по-прежнему чтить тебя. И ждать столько, сколько нужно.

Я закатила глаза к небу. Красивому, лазоревому с оттенками багряно-фиолетового на горизонте. Похоже, их не разубедить, что никакой божественной силы во мне не дремлет. Со мной с детства не происходило ничего сверхъестественного и аномального.

Я не слышала голосов. Не просыпалась среди ночи, стоя на карнизе и не понимая, как сюда попала. Не предвидела смертей и катастроф, не двигала взглядом кастрюли и не разжигала плиту щелчком пальца.

Этих фейри ждет колоссальное разочарование. Они меня в клочья не разорвут? И вообще — как бы взять самоотвод от рухнувшего на меня божественного стаутса?

— А если я не захочу, чтобы вы почитали меня и ждали? Если я прикажу вам вернуть меня обратно в мой мир? Иначе разнесу тут все по кирпичикам, как только обрету божественную силу!

Глорис печально вздохнул и склонил голову.

— Мы ни за что не посмеем препятствовать твоей воле, Иллари. Однажды ты уже решила покинуть нас. Никто не сумел остановить тебя. Если ты вновь решишь уйти — не в нашей воле препятствовать тебе. Но…

Я затаила дыхание, ожидая подвоха.

Глава 7

И правильно сделала. Сладкоречивый жрец промолвил:

— Мы не в силах ни задержать тебя в Илларане, ни вернуть тебя в твой мир. Ты сама ушла и сама пришла. Твои перемещения подвластны лишь тебе самой.

Я чуть не расхохоталась в голос. Гениально!!! Они снова перевели стрелки на мою божественную волю. Сами не при делах, не похищали меня с Земли, и обратно вернуть не могут. И я ничегошеньки не могу поделать! Не хватает божественной силы шарахнуть их молнией. Два-ноль в вашу пользу, господа жрецы!

— Вы все идеально продумали, не так ли? Я никак не смогу уличить вас во лжи и заставить вернуть назад. Потому что я никакая не богиня, я бессильна перед вами, и вы прекрасно об этом знаете! Что вы хотите от меня?!

Глорис опять припал передо мной на одно колено.

— Божественная… Клянусь, мы не лжем. А хотим мы одного — чтобы ты снова была с нами, озаряла нас своей милостью.

— На Земле у меня остались родители, бабушка, друзья. Они будут думать, что я погибла. Но вам, конечно, плевать.

Меня начало трясти. Я больше не могла сдерживаться и «налаживать отношения» с этими скользкими фейри. От злости и возмущения сорвало тормоза.

— Божественная, не гневайся, молю! Твои родные будут уверены, что ты на Земле и в полном порядке! Завтра они получат видеосообщение от тебя и узнают, что ты получила срочный зарубежный контракт. Впоследствии с ними будет связываться твой фантом, передавать приятные новости о твоей жизни.

— Фантом?!

— Да, божественная. Сегодня, пока ты будешь спать, магия храма создаст твой фантом. Он соединится с твоим ноутбуком и смартфоном, будет имитировать активность в так называемых «соцсетях». Твои близкие будут видеть фото, отметки местоположения, статусы онлайн и знать, что с тобой все в порядке. Он сможет вести переписку и регулярно созваниваться с ними, имитируя твои человеческие манеры.

Да у них все продумано! Подумать только, некое создание будет хозяйничать в моих гаджетах, воспроизводить мою виртуальную жизнь… И все мои близкие будут наблюдать эту фальшивку и верить ей. Страшно представить, насколько иллюзорным может стать наше отражение в соцсетях, и как легко им могут манипулировать вот такие силы! Киберпанк какой-то, честное слово!

— А сама я разве не смогу поговорить с ними?!

— В любое время, когда пожелаешь, божественная. Магия храма поможет тебе связаться с родными прямо отсюда. Просто фантом будет поддерживать твою виртуальную жизнь регулярно, чтобы у близких не возникало сомнения и беспокойства.

Я подозрительно прищурилась.

— Значит, магия позволяет вам управлять моими гаджетами. А вернуть меня на Землю — нет?

— Именно так, Иллари. Одно дело — послать в иной мир фантом. Совсем иное — переместиться туда в физическом теле. Такое под силу лишь богам.

Снова выкрутился. До чего удобно — в любой непонятной ситуации вали все на богов! Темнит жрец, ох темнит…

У меня уже не оставалось сил спорить и тщетно докапываться до правды. Хотелось рухнуть на подушечку, завернуться в одеялко и отключиться. И пусть божественные фантомы творят что пожелают. В моем городе был вечер, когда летучая колесница перенесла меня в Илларан. А еще жутко хотелось по-маленькому. Надеюсь, богине тут не запрещено посещать уборную.

— Ладно. Фантом так фантом. И я хочу уже поскорее его создать. То есть лечь и выспаться. Надеюсь, вы понимаете, что человеческое тело иномирянки испытывает простые человеческие нужды.

Жрец поклонился.

— Все будет обеспечено, божественная. Прошу, следуй за мной.

Он предложил мне руку.

Глорис подвел к краю прозрачной платформы. Внизу всеми цветами радуги вспыхнули ступени широкой лестницы, напомнив мне иллюминацию разноцветных шаров в «маршрутке».

— Что это за материал? — спросила я жреца. — Из чего сделаны ступени?

— Лейрал, — ответил Глорис. — Хрусталь фейри. Его выращивают лейры — деревья наших священных рощ. Храм полностью состоит из него, снаружи и внутри. Пойдем, божественная. Ты увидишь своими глазами.

Мы спустились по лестнице, но не на землю, а на верхний этаж хрустального дворца, который Глорис называл храмом. А когда вошли внутрь, у меня чуть не закружилась голова. Сияние стен, пола, потолка, украшений и предметов интерьера слепило глаза.

Глорис отстегнул от своего рукава широкую полосу ткани, которая проходила от плеча до лейранового браслета на запястье. И шагнул ко мне с явным намерением завязать глаза.

— Зачем? — отшатнулась я. — Думаете, с повязкой мне будет проще идти, чем зажмурившись?

— Ты сможешь видеть, Иллари. Доверься мне.

Он мягко перетянул лентой мою голову, не затягивая узел на затылке слишком плотно. И оказался прав — сквозь ткань я прекрасно все видела, а слепящее сияние погасло. На миг я обеспокоилась, что это часть чужой ношеной одежды. Но лента пахла свежестью и совершенно не вызывала брезгливости.

— Потерпи немного, Иллари, — участливо посоветовал Глорис. — Как только ты проведешь ночь в храме, твое человеческое зрение привыкнет к божественной ауре лейрала.

Умилительная забота! Если бы к ней еще прибавить чуточку искренности, Глорису цены не было бы. Хоть сейчас влюбиться.

Мы двинулись по хрустальному коридору. Тайлири шла рядом, не вмешиваясь в разговор. Глорис остановился перед переливчатой резной дверью. Она тут же распахнулась, и жрец с поклоном предложил мне заходить.

Я шагнула за порог. Как же я буду спать в этом сиянии — тоже с повязкой на глазах? Но внутри оказались обыкновенные апартаменты, похожие на просторную квартиру на Земле с евроремонтом. Никакого светящегося хрусталя — просто белые стены, широкие занавеси от пола до потолка, уютные креслица и роскошная деревянная мебель.

— Позволь, божественная… — Тайлири ловко сняла с меня повязку. — Здесь ты не нуждаешься в защите. Все устроено так, как ты привыкла. Довольна ли ты покоями?

— Вполне, — сдержанно кивнула я.

На самом деле такую шикарную квартиру я видела только в кино. С моей однушкой-студией уж точно не сравнить. Но ронять челюсть на пол я больше не собиралась. Ничего диковинного по сравнению с дворцом из лейрала, грифоном из облака и голыми мужчинами из драконов тут точно нет. Поэтому буду держать себя в руках, пока возможно.

— Тогда я оставлю тебя, Иллари, — произнес Глорис. — Тайлири поможет тебе освоиться и подготовиться ко сну. Желаю хорошего отдыха, божественная.

Я поблагодарила жреца, и он с поклоном удалился. А я наконец-то потребовала Тайлири отвести меня в уборную. К счастью, там тоже все было обустроено по евростандартам — никаких экзотических стульчаков для божественных особ не предусматривалось!

Тайлири показала мне уютную спаленку в мягких бежевых тонах. Я облизнулась на огромное спальное ложе — назвать его кроватью язык не поворачивался! Хотелось завалиться, закрыть глаза и начать создавать фантом, но сначала ванна.

От ужина я отказалась — не успела проголодаться после бабушкиных драников. Поблагодарила Тайлири за сопровождение и распрощалась до завтра. А потом разделась и с наслаждением окунулась в ванну.

Полчаса я отмокала и расслаблялась, а потом вытерлась и наконец отправилась на долгожданное свидание с кроваткой. Шутки ради пробормотала себе под нос:

— Сплю на новом месте, приснись жених невесте!

Разумеется, я не верила в эту чепуху, просто брякнула ради шутки. Забралась под одеяло голышом, закрыла глаза. И когда в угасающем сознании мелькнул обнаженный мускулистый торс вредного и злоязычного короля драконов — даже это не выдернуло меня из вожделенных объятий сна.

Глава 8

Рендор и его дружинники возлежали на толстых коврах и атласных подушках в пиршественном зале. В отличие от людей, чинно сидевших за столом, драконы и фейри предпочитали трапезничать полулежа.

Ну а в Лазурной Дружине имелась еще одна милая традиция. На трапезу часто приводили гаремных наложниц. Воины-драконы наслаждались не только изысканной едой, но и женскими ласками.

Сейчас слева и справа от Рендора возлежали две почти обнаженные красотки. И еще одна пристроилась прямо на нем. Четвертая танцевала перед королем, медленно избавляясь от одежды… и демонстрировала ему весьма пикантное зрелище снизу.

Рендор расслабленно оглаживал привалившихся к нему красоток, издавал удовлетворенные вздохи, пока они трудились над ним. Вдруг его взгляд упал на молодого дружинника. Тот возлежал в одиночестве с таким хмурым видом, как будто отбывал повинность и драил казарменный нужник, а не пировал на королевском застолье.

— Нерин! — окликнул король воина. — Тебе не по вкусу ни одна из девиц? Вилт пришлет других.

Парень поморщился, будто король предложил ему не самое сладкое для мужчины занятие, а визит к человеческому зубодеру.

— Государь, позвольте удалиться, — промолвил он. — Меня ждет невеста.

— Пусть ждет, — хохотнул король. — Предназначение женщины — ждать мужчину. С поля боя — когда идет война. А в мирное время с дружеского застолья. На котором его могут развлекать другие девицы. Женщина должна принять это и смириться.

— Я люблю Кирану, — твердо и решительно заявил дракон Нерин, не робея перед королем. — Дозвольте мне оставить пир и уйти к ней. Я не хочу гаремных девушек.

Теперь уже Рендор скривился так, словно его самого потащили к человеческому зубодеру.

— Я не держу своих воинов силой, Нерин. Мы не на поле боя, и ты волен идти куда пожелаешь.

Юный дружинник живо вскочил на ноги, откланялся королю и был таков. Рендор проводил его кислым взглядом. Королевский генерал, дракон по имени Вейтар, тоже глядел вслед парню. И хмыкнул:

— Вон увидишь, Рен, он потащит свою невесту к фейри. К этой новоявленной богине. Пока ты бранился со своей бывшей, я обратил внимание, как Нерин смотрел на человечку.

— И как же?

— С надеждой и благоговением. Он мечтает сделать Кирану Истинной Парой. И помчится выпрашивать благословения Иллари, даже не разобравшись, богиня перед ним или самозванка. И не он один.

Король скрипнул зубами.

— Я окружен глупцами. Какая из нее богиня?! Это же видно любому разумному дракону. Если он думает головой, а то, что ниже пояса, своевременно сливает в женщину! Кирана, эта пройдоха, корчит из себя недотрогу, не дает парню. А он, вместо того чтобы расслабиться с другими, вьется вокруг нее, как осел на поводке! Мужчина должен не стелиться перед женщиной, а указать ее место! Не дает — так взять силой! Или взять у других.

— До тех пор, пока не влюбился, Рен! — хохотнул генерал. — Осторожнее, вдруг однажды и сам влюбишься, не сможешь смотреть на других, как наш Нерин!

Рендор презрительно осклабился.

— Скорее иномирная человечка сотворит настоящие чудеса, а не шарлатанские фокусы жрецов. Или вообще обернется драконом и взлетит. Я никогда не стану бабским подкаблучником. Будь она хоть сама богиня.

Настроение у короля драконов окончательно изгадилось. Он отшвырнул от себя девиц, встал и вышел из трапезной залы. Чтобы дойти до своих покоев, ему надо было миновать скульптурную галерею. Рендор метнул сердитый взгляд на изваяние своего далекого предка. Того, что тысячу лет назад заключил мир с фейри.

Тогда бывшие враги обменялись подарками. Драконы честно одарили бывших заклятых врагов золотом, алмазами, сапфирами. А хитрые лживые фейри подсунули подарком… свою богиню.

За такой подарок, считал Рендор, надо было разорвать мирный договор и швырнуть клочья королеве в приторно-соблазнительную, как у всех девиц фейри, физиономию. И тут же сжечь драконьим пламенем со всем ее двором.

Но его предок ополоумел, увидев Иллари во всей красе. Не убогую подделку, иномирную самозванку. Сияющую богиню, которая завораживала, очаровывала, сводила с ума любого мужчину одним взглядом, одним взмахом ресниц.

Он впал в безумие — иначе его состояние назвать нельзя. Принял коварный дар с восторгом и благоговением. Сам стал первой жертвой богини — а затем принялся отдавать ей своих подданных.

Один за другим, мужчины Лазурных Драконов теряли рассудок. Приносили его в жертву каверзным планам и амбициям фейри, впадали в зависимость от женщин и превращались в жалких подкаблучников.

И называлось все это безобразие — обретение Истинных Пар!

Иллари принесла Лазурным Драконам неугасающее влечение мужчины к женщине. К одной-единственной, которую мужчина выбирал себе в жены. Пара приходила к богине. Добровольно, по собственному выбору.

Никто не обязывал и не понукал Лазурных Драконов приходить к ней. В том и заключалось коварство фейри. Богиня была даром — не принуждением. Ритуал проходили лишь те, кто сами решались.

Но таких нашлось небывалое множество. На пике влюбленности, когда мужчина ослеплен и не видит других женщин, кроме единственно желанной, он готов ради нее на все. Даже сунуть глупую голову в ярмо вечной привязанности.

Получив благословение Иллари, муж уже не хотел других женщин, кроме своей супруги. Она становилась для него единственно желанной, единственно способной возбудить его мужское влечение — на всю жизнь! Он хотел свою жену до самой смерти и хотел ее одну.

И продолжалось это безобразие до тех пор, пока пра-прадед Рендора не навел порядок. Король Сентар. Рендор подошел к его статуе. Он приказал передвинуть ее на самое видное место и украсить драгоценными камнями. Сентар указал богине ее место, не побоявшись мести. А она была страшна. Месть не самой богини… а его собственного народа.

Когда Сентар женился, он не пришел к Иллари за благословением. Объявил во всеуслышание, что не собирается отдавать свободу разума, чувств, желаний богине фейри. И назвал Иллари пожирательницей мужчин, которую фейри заслали, чтобы не силой, так хитростью добить наивных врагов.

Богиня, привыкшая к раболепству и почитанию, оскорбилась и покинула мир. Лазурные Драконы остались без Истинных Пар. Некому стало сковывать мужское желание и привязывать его к одной женщине. Природа снова брала свое. Мужья стали заглядываться на других женщин, а многие — затаскивать их в постель, не довольствуясь одной женой.

И глупцы обвинили короля, что он изгнал богиню. Низложили его и казнили, испепелив в драконьем огне. Даже Лазурная Дружина не вступилась за своего командира. Поэтому интриганка Тайлири сказала, что предок Рендора совершил ошибку. И угрожала, чтобы он не посмел пойти по стопам Сентара.

Рендор бросил прощальный взгляд на пра-прадеда и пошел в свои покои. Неужели за несколько веков его подданные не поумнели? Похоже на то — если генерал Вейтар прав, и сопляк Нерин помчится к самозванке за благословением. А следом и остальные, как только узнают.

Как же быть Рендору? Шлюха Тайлири в одном права. Ему грозит участь Сентара, если он вступит в открытое противостояние с лже-Иллари. На чью сторону станет Лазурная Дружина, если начнется мятеж?

Рендор тщательно подбирал себе солдат. Но вот один сосунок уже влюбился и готов подставить затылок под бабий каблук. Кто следующий?

Даже если почти вся Лазурная Дружина поддержит его, Рендор не хотел кровавого мятежа и гражданской войны среди драконов. Он должен защищать подданных, а не убивать — даже глупцов. Потому надо действовать тоньше.

Когда король дошел до своих апартаментов, у него в голове уже сложился план. Он послал камердинера в пиршественную залу, велев привести генерала. Вскоре Вейтар уже был в его покоях — собранный, готовый думать и действовать по приказу командира. Как будто и не расслаблялся только что в объятьях гаремных девиц.

Вот такие воины нужны Рендору, а не сопляки и подкаблучники. А парнишка Нерин… Если Рендор справится, если не даст самозванке одурачить его народ, парень еще сохранит рассудок.

— Установи за Нерином слежку, — распорядился он генералу. — И за его девкой. Как только они побегут к фейри…

Вейтар понимающе ухмыльнулся и сделал знак, как будто затягивал на шее удавку. Разумеется, генерал не собирался убивать молодых людей, как и Рендор. Жест означал аркан, которым предстояло затянуть назад юных олухов, не дать им наделать глупостей.

Но король качнул головой.

— Нет. Не надо их тормозить. Пусть бегут. Просто доложи мне сразу же. И будь готов немного прогуляться.

Вейтар смерил короля проницательным взглядом, пытаясь понять, что у того на уме. Рендор не стал вдаваться в объяснения. Знал, что помощник исполнит любой приказ — как истинный солдат.

— Будет исполнено, Рен, — кивнул тот. — Что бы ты ни задумал, можешь на меня положиться.

Глава 9

Проснувшись, я сладко потянулась. Как же здорово просыпаться не по будильнику! Чувствовала себя по-настоящему отдохнувшей. И сон такой забавный снился. С голыми мужиками и Лазурными Драконами.

Даже не знаю, что сделать — то ли тряхнуть стариной и поиграть в «Героев Меча и Магии»… то ли порно посмотреть! Но сначала — доделать верстку.

Верстка! Ее же надо было сдать редактору в восемь утра! А я спала без задних ног. С этой мыслью я резко сбросила одеяло и вскочила на кровати… и чуть не завизжала.

Это не моя кровать и не моя квартира! Ничего и близко похожего на мою однушку-студию. А вот на роскошную спальню из причудливого сна…

Я внимательнее огляделась по сторонам. Сонливая нега окончательно слетела с меня, ум прояснился, заработал четко и внятно. Да, я в той самой спальне, где легла спать в своем сне… Точнее, не сне. Не оставалось сомнений — все случилось со мной наяву. Голые драконы, жрецы-фейри, летучая колесница, хрустальный храм и остальное.

Значит, верстка отменяется. Тут, видите ли, богиней надо поработать. Еще неизвестно, что тяжелее. Вздохнув, я направилась в ванную. А когда вышла, меня встретила Тайлири с накрытым столиком, над которым поднимались восхитительные ароматы.

— Доброго утра, божественная, и с легким паром! Хорошо ли тебе спалось?

— Лучше некуда, — буркнула я. — Всегда бы так. А что, у вас нет простых слуг? Ты сама должна носить мне завтрак? У тебя же наверно есть обязанности верховной жрицы?

— Моя первая обязанность — служить тебе. Мы не посмеем оскорбить Иллари простой служанкой.

Я закатила глаза, усаживаясь за столик.

— Я нисколько не оскорблюсь, уверяю. Меня устроит обыкновенная служанка. Не хочу отвлекать тебя от работы.

— Если ты больше не желаешь меня видеть, к тебе будет приходить служанка, — покорно сказала женщина.

— Делайте как считаете нужным, — махнула я рукой и принялась уплетать нежное мясо с какими-то вкусными поджаренными корнеплодами. — Надеюсь, это не человечина? У вас тут вообще люди на каком положении — их не едят?

— Не так-то просто их съесть, — усмехнулась женщина. — Сами кого хочешь съедят. Глорис расскажет тебе о расах Илларана, божественная.

Очень хорошо. Дождемся его вводной лекции. А пока у меня был один срочный насущный вопрос.

— Твой Глорис сказал вчера, что мои родные будут думать, что я уехала работать за границу. Но если они узнают, что я не уволилась с нынешней работы, а просто пропала? Ваша легенда провалится.

— Не волнуйся, божественная. Фантом отправит заявление об увольнении на почту твоего начальника и выполнит все обязательства, прежде чем ты будешь свободна по вашему трудовому законодательству.

Вот тут я чуть не взвыла! А раньше они не могли мне прислать такой фантом?! На Земле он даже больше пригодился бы, чем здесь! И работать за меня, и общаться с отдельными личностями, хе-хе.

— Ну хорошо. А мои финансовые обязательства? Ипотека, коммунальные? Их тоже будет платить фантом? Если банк не получит взнос вовремя, замучают моих родственников.

— Все улажено, божественная. На счет банка, владеющего твоим жильем, уже поступила сумма, полностью погашающая твою задолженность. Скоро жилье перейдет в твою полную собственность. На него наложена магическая защита — ни один злоумышленник не сможет проникнуть туда и навредить. За так называемые «коммунальные» тоже поступил крупный авансовый платеж. Твое имущество на Земле в полной безопасности, а твоих близких никто не потревожит.

Как это все мило. Да они практически всесильны на Земле. Только меня не могут переместить. Темнят господа жрецы. Самым нахальным образом. Должен быть способ вывести их на чистую воду и заставить вернуть меня на место.

Чем дальше, тем меньше мне нравилась эта история. Нет, оплата ипотеки — это шикарно, прямо божественно! Но откуда мне знать, что они не соврали? Проверить никак не могу.

Покончив с завтраком, я переоделась в такое же длинное лазоревое платье, как у Тайлири. Ткань была полупрозрачной, закрывала стратегические части тела и позволяла выглядеть пристойно… но при этом создавала ощущение легкости и воздушности.

Тайлири расчесала меня и уложила волосы в воздушную летящую прическу. Я смотрела на нее в зеркало, как она колдует над моими волосами… И понимала — своей эльфийской красотой она куда больше похожа на богиню, чем я…

Дома я считалась красивой девушкой. Большие зеленые глаза с пушистыми густыми ресницами. Длинные светлые волосы, правильные черты лица, стройная фигура с тонкой талией, длинными ногами, упругой троечкой и подтянутой, спортивной попой.

Я не знала недостатка в поклонниках или проблем с самооценкой. Но жрица фейри выглядела, словно ожившая обложка модных журналов или инстаграм-модель наяву.

Ну что поделать. Глупо сравнивать себя с той, кто и не человек вовсе. И уж тем более комплексовать. Я просто признавала ее нереальную красоту и искренне восхищалась. Равняться на фейри ни к чему. А то вдруг поверю в свою несуществующую божественность, которая сделает меня такой же, стоит «вспомнить себя».

Закончив прихорашивания, Тайлири повела меня на встречу с Глорисом. Сияние лейрала больше не слепило — я безболезненно любовалась небывалой красотой хрустального храма.

Жрец встретил меня на просторной террасе. С нее открывался потрясающий вид на водопад. С высокой скалы низвергались прозрачные струи воды, сияя и переливаясь на утреннем солнце.

— Доброе утро, Иллари. Хорошо ли тебе спалось?

— Замечательно. Тайлири обещала, что вы расскажете мне о вашем мире. И наконец объясните внятно, чего от меня здесь ждут. Я бы предпочла получить информацию побыстрее, без предисловий и вежливых экивоков.

Глорис склонил голову.

— Как прикажешь, божественная. Ты уже слышала, что наш мир называется Илларан. В твою честь — богини мира, любви, плодородия и процветания. В отличие от твоего, в нем проживает множество рас, помимо людей. Ты уже видела Лазурных Драконов и нас, фейри. Кроме того, существуют еще Красные и Черные Драконы. Они воюют с Лазурными и между собой. Драконы вообще очень воинственны. Когда-то и мы воевали с ними. Тысячу лет назад наши правители решили помириться. Тогда фейри подарили им тебя.

Я присвистнула. Ничего себе подарочек.

— Как вы могли подарить им меня? В смысле, свою богиню? Она вас не наказала за такое своеволие?

— Разумеется, королева поступила так по твоей воле. Ты сама пожелала быть подаренной им. Когда они приняли тебя и признали, ты одарила их Истинными Парами.

Дальше Глорис говорил много и долго. Я внимательно ловила каждое слово. Как я поняла, Истинные Пары — это что-то вроде пожизненной виагры! В обычных семьях влечение супругов друг к другу со временем угасает, секс становится более редким и тусклым.

Так случается и в нашем мире, и в Илларане. На Земле пары выкручиваются, кто как может. Кто-то пытается разнообразить сексуальную жизнь экспериментами — вроде эротических игрушек или привлечения других партнеров. Кто-то молча гуляет налево. Кто-то расстается и идет искать новых ощущений с новыми партнерами. Есть и те, кто просто с этим смиряется и привыкает жить без ярких красок первоначальной влюбленности. Кто-то полностью отказывается от секса.

Ну а в Истинных Парах такая проблема не стояла. Там наоборот стояло все, ха-ха. Через десять лет муж хотел свою жену так же, как в первый год брака. И не смотрел на других женщин от слова совсем!

У меня аж дыхание перехватило. Это надо же, какая халява! Не надо ничего делать, не надо соблазнять мужчину, можно ходить перед ним в бигудях и потертом халате, с маской или огуречными кругляшами — а он все равно будет вожделеть тебя как единственную и неповторимую.

Или взять нас с Сашей… Божественное благословение могло поселить во мне влечение к нему… которого не было. И я не знала бы другого счастья, кроме как варить ему борщи, гладить рубашки и рожать детишек, похожих на него. Никакой пустой блажи про любовь и притяжение. Все как бабуля мечтала.

Я и не знала, что подумать про все это. С одной стороны, чертовски облегчает супружескую жизнь. Живешь на вечном эмоциональном подъеме, всегда повышенный гормональный фон, хронические бабочки в животе.

С другой стороны… это какое-то насилие над свободной волей. Одно дело, ты любишь и желаешь человека по зову природы. А тут какая-то богиня берет, кидает на пару благословение… и дальше все происходит по ее божественной воле. Желания самих людей (или нелюдей) уже не имеют значения. Их просто нет. Есть только страсть друг к другу, которая становится вынужденной.

Получается, Рендор поэтому так взбесился при виде меня. Конечно — каково такому альфа-самцу знать, что какая-то богиня может привязать его к женщине. Отчасти я его понимала. Но все равно — хамить мне ни за что ни про что, осыпать оскорблениями он не имел права! Я не прикладывала руку к этим Истинным Парам и не имею отношения к их богине.

— Получается, вы ждете от меня, что я начну опять создавать эти Истинные Пары? Но я ведь понятия не имею, как это делать! У меня нет божественной силы.

— Не мы ждем, Иллари, — мягко уточнил жрец. — Лазурные Драконы. Фейри не нуждаются в Истинных Парах.

Со слов Глориса фейри выходили совсем не такими, как в кельтской мифологии. Там фейри были коварными существами, которые заманивали чарами людей в свой мир, выпивали душу и возвращали человека домой или механической куклой, или через сто лет.

А по описанию жреца они напомнили мне скорее эльфов из традиционного фэнтези. Утонченная, долгоживущая раса. Живут в близости к природе и дружат с деревьями, любят музыку, пение, танцы. При том неплохие воители, хотя давно уже миролюбивы и ни на кого не нападают.

Браки у фейри заключались очень осторожно и осмотрительно. Мужчины и женщины могли перепробовать нескольких партнеров, прежде чем выбрать того самого/ту самую. И если они вступали в брак, то Истинная Пара у них случалась сама собой, без божественного благословления.

А вот любвеобильные драконы не умели хранить верность. К ним это пришло только с богиней. Кто-то обрадовался такому дару, а кто-то наоборот возненавидел Иллари и фейри за такого «троянского коня».

Я не знала на чьей я стороне. Иллари никому не причиняла добро насильно — одаряла благословением лишь тех, кто приходил к ней сам, по своей воле. Ну и меня сейчас сильнее всего беспокоило то, что я-то никакая не Иллари.

— Вы так и не ответили, — напомнила Глорису, — как я должна создавать эти Истинные Пары? Неважно, у вас или у драконов — я просто не умею это делать!

— Божественная… — начал Глорис, но я не успела услышать, какую песню он завел на этот раз.

— Божественная Иллари! Высокий Глорис! — прозвучал голос за нашими спинами.

Обернувшись, я увидела мужчину-фейри в такой же тоге, как у жреца. Он низко поклонился мне, а потом воскликнул:

— В храме дракон! Он требует встречи с богиней!

У меня подпрыгнуло сердце. Дракон? Рендор?!

Глава 10

— Быстро же они, — буркнул жрец. — Наверняка кто-то из дружины. Рендор не стал бы объявлять о пришествии Иллари.

Ни слова не поняла из его бормотания. Спросила настороженно:

— И зачем я ему?

— Предлагаю выяснить это, божественная. Если, конечно, ты не против. Если тебе нужно побольше времени освоиться и привыкнуть к нашему миру, прежде чем принимать гостей, ты можешь отказать во встрече. Никто не посмеет тебя неволить и оспаривать божественную волю.

Да я прямо в сказку попала. Мечта всех Емель и Иванушек-дурачков — лежи на печи, ешь калачи, плюй в потолок. Даже работать не заставляют. Вот только как бы тебя потом в эту самую печь не засунули.

А еще я не привыкла бездельничать. Чего бы ни хотел этот гость, кем бы он ни был — лучше встретиться с ним, расспросить, побеседовать. Фейри не дадут меня в обиду — раз уж весь их храм знает, что я «потерявшая память» богиня. Ну а я могу получить информацию, которая лишней не бывает.

— Я встречусь с этим драконом, — заявила я Глорису. — Надеюсь, вы помните, что я не обладаю божественной силой, и не дадите ему дыхнуть на меня пламенем.

— Это исключено, божественная. Магия храма не позволяет применять разрушительную силу. Здесь и ты, и мы все в безопасности от драконьего пламени и драконьей магии.

У драконов еще и магия особая есть? Какие серьезные господа. Надо держать ухо востро. Собранная и настороженная, я последовала за жрецами-фейри. Мы вышли на ту самую площадку, где вчера приземлился мой катафалк, запряженный облачным грифоном.

Там ожидали двое. Парень и девушка, молодые… и голые. Оба.

Пока я пыталась оправиться от шокирующего зрелища, гости упали передо мной на колени. Парень первым, а девушка сначала бросила на меня недоверчивый взгляд. Похоже, она ожидала от богини чего-то более божественного. А к ней вышла банальная «человечка».

Но глядя на своего спутника, она повторила его движение. Парень заговорил:

— Владычица Иллари… Мы рады приветствовать тебя. Мое имя Нерин. А это моя невеста Кирана. Я воин Лазурной Дружины. Я видел тебя вчера и явился выразить тебе мое почтение. Я подданный государя Рендора, и на поле боя следую его приказам беспрекословно. Но в мирной жизни у каждого дракона свое мнение. Я верю, что ты вернулась к нам… и с тобой вернулись Истинные Пары.

Так. Кажется, все предельно ясно. Парень хочет стать Истинной Парой со своей Кираной. Сейчас будет выпрашивать у меня великую милость. А я ничем не могу ему помочь. А впрочем, кто сказал? Я могу как минимум поставить ему мозги на место.

Я посмотрела сначала на него, потом на нее. И ответила:

— Благодарю за доверие, Нерин, воин Лазурной Дружины. И тебя, Кирана. Ты ведь тоже пришла сюда, потому что считаешь меня богиней и веришь, что я сделаю из вас Истинную Пару?

Девушка смущенно покраснела и натянуто кивнула. Похоже, все еще не верила в мою несуществующую силу, и правильно делала. И в то же время остерегалась: если я все же богиня, то сейчас покараю ее за неверие. По крайней мере, боги земных религий любили так делать.

— Тогда ответьте мне, пожалуйста. Почему вы явились пред мои божественные очи голыми?

Жених и невеста растерянно переглянулись. Похоже, для них в этом нет ничего зазорного, даже для девушки, которую кроме ее жениха видели нагишом двое мужчин, посторонних и вообще иной расы… Для ее возлюбленного, который мечтал соединиться с ней на веки вечные, тоже… Вот это, я понимаю, доверие! Или просто отсутствие табу в их культуре.

— Но, божественная, — сказал Нерин неуверенно, — мы не могли добраться до земли фейри пешими. Нам пришлось лететь.

— И?

— Прости, божественная, — вмешался Глорис. — Это моя вина. Я знал, что ты из другого мира, где иные нравы и традиции. Дело в том, что драконы перекидываются из человечьего обличья и обратно только обнаженными. В нашем мире все знают это и спокойно принимают их в таком виде после обращения. Я должен был сначала дать распоряжение одеть наших гостей, а затем допустить их к тебе.

— Еще не поздно сделать это, — произнесла я по-королевски невозмутимо и заметила, как расширились глаза Кираны.

Похоже, мои акции резко поднялись в глазах драконьей невесты. Теперь она начинала верить, что я богиня. Главное — вести себя соответствующе, и больше может ничего не понадобиться?

Глорис кивнул второму жрецу. Тот подошел к парочке, воздел руки… и у меня в очередной раз со вчерашнего вечера отвисла челюсть. Кирану облекло длинное лазоревое платье, как у меня и других женщин фейри. А Нерина — тога, как на Глорисе и его подчиненном. И такую мелочь они не могли сделать сразу же? Впрочем, откуда мне знать — вдруг у них сейчас кто-то умер в храмовых подземельях для этого чуда? Надеюсь, обошлось без жертв — я бы и к голым привыкла!

— Спасибо, так лучше. Итак, вы хотите стать Истинной Парой?

Тут и парень, и девушка пылко кивнули.

— Прошу, божественная, не отказывай! — воскликнул Нерин. — Я исполню любой обет, который изволишь наложить на меня.

Я подняла бровь.

— На тебя? А если на Кирану?

Невеста опешила. Неожиданный поворот для нее?

— Она ведь тоже должна доказать, что любит тебя и готова на жертвы во имя вашей любви. Или только ты один?

Тут и взгляд Глориса изменился. Из слащаво-почтительного сделался серьезным… и по-взрослому уважительным. Как будто я из маленького ребеночка, с которым родители решили поиграть, превратилась в равного ему. Может, я нечаянно сделала именно то, что должна делать богиня? Без всякой мистической силы, на одной только психологии?

— Божественная, я готов… — пламенно начал Нерин, но я перебила его:

— Я поняла, что ты готов. Меня интересует, на что готова Кирана.

Помешкав, девушка ответила:

— Я тоже исполню любой обет, который ты наложишь, Владычица.

Так уж и любой? Я не могла понять, насколько она искренне сказала это. Что бы такое придумать покаверзнее, чтобы заставить своей реакцией выдать свои чувство сильнее и явственнее? Действительно ли она любит жениха или у нее есть корыстные причины выйти за него.

Я принялась измышлять, что бы такое заставить ее сделать… как вдруг мне помешали. Раздался громогласный рев, который я уже слышала вчера. А через минуту на хрустальную площадку опустился огромный дракон… который превратился в голого короля Рендора!

Глава 11

Он стремительно шагнул ко мне, загораживая собой влюбленную парочку. И резко обронил:

— Я запрещаю.

Я молчала. Не сдвинулась с места и смотрела ему прямо в глаза. Куда девалась вчерашняя робость, когда меня трясло, как в лихорадке? Как будто переспав в этом мире, в храме фейри, я создала себе не только фантом, но и уверенность в себе. А может, почтительное обращение жрецов сделало свое дело и я смогла принимать свой статус.

Как бы то ни было, перед Рендором стояла уже не растерянная, ничего не понимающая попаданка. И пускай никакая не богиня — но сильная, здравомыслящая женщина, способная анализировать ситуацию и принимать адекватные решения.

А наиболее адекватным сейчас было не дергаться и не совершать лишних телодвижений. Его драконье величество изволит что-то запретить? Понятно что — божественное благословление для его подданных. А имеет ли он право на это?

Нерин обмолвился, что короля беспрекословно слушаются на поле боя, а в мирной жизни каждый дракон сам себе голова. У них тут нет абсолютной власти монарха. Прадед Рендора вообще поплатился головой, за то что осмелился пойти против народной любви к Иллари.

А еще голозадое величество на чужой территории. Посмотрим, что скажут и сделают хозяева — фейри. Так что я молча смотрела в глаза Рендору, смело и твердо.

Вот только Глорис, похоже, придерживался той же тактики, что и я. Молчал и выжидал, какой ход сделают другие стороны. Зато Рендор рвался в бой:

— Ты не можешь объявить их Истинной Парой.

— Это наше решение, государь! — пылко воскликнул Нерин. — Любой дракон вправе обратиться к Иллари, и никто не может ему помешать!

Рендор молниеносно развернулся к нему, демонстрируя мне мощные подтянутые ягодицы. Даааа…. Земные атлеты просто отдыхают! Это полет в драконьем обличье так прокачивает мускулатуру? Или к услугам крутобедрого государя особая королевская тренажерка?

— А я и не запрещал тебе обращаться к ней. Но она ничего не знает о тебе и твоей невесте. Иллари жила среди Лазурных Драконов. Знала с рождения каждого, кто приходил к ней. А сейчас она явилась из другого мира в обличье человечки. И еще вчера, прямо при тебе заявила, что никакая не богиня, а простая человечка. Как она может дать благословение?

Тут я уже решила вмешаться:

— Что тебя беспокоит, государь Рендор? Если я не богиня, то мое благословение просто не сработает. Твои подданные не станут Истинной Парой и в любой момент смогут расстаться. В чем ты видишь проблему?

Король резко развернулся ко мне… вынуждая поднять взгляд еще выше и не смотреть ему ниже пояса.

— А если ты все же богиня, то благословишь не тех.

— Мы готовы подтвердить богине наши намерения! — заявил Нерин.

Рендор торжествующе ухмыльнулся, как будто заполучил что-то желанное.

— Для этого она должна узнать вас. А как она сделает это, сидя в храме фейри? Вы тоже останетесь здесь и будете приходить к ней на поклон? Я не освобождал тебя от воинских обязанностей.

Нерин побледнел. А Глорис быстро проговорил:

— Это Иллари. Храм признал ее. А значит, в решениях богини не может быть ошибки.

Улыбка Рендора стала еще шире.

— Раз это Иллари, она должна жить среди своего народа. Тех, кто будет идти к ней за благословением. Она должна жить в стране Лазурных Драконов, а не у фейри. И я готов лично предоставить Владычице, — тут он поклонился мне, и выглядело это самой натуральной издевкой, — лучшие покои в королевском дворце. Пусть она живет рядом со своими подданными, ежедневно наблюдает за ними… чтобы лучше постичь, кто достоин ее благословения, а кто не может стать Истинной Парой. Я могу отнести тебя, Владычица, немедленно. Прямо сейчас.

Глава 12

Как я ни старалась сохранять хладнокровие и самообладание, но тут не выдержала и отвесила челюсть. Вот это Рендор дал, отмочил так отмочил! Не знаешь, что сказать и что подумать. Зачем он хочет забрать меня к себе во дворец? И какие такие лучшие покои собрался мне выделить — уж не в гареме ли?

Знаете что, ваше драконье величество?!

Я уже набрала воздуху в грудь, послать наглого бесштанного рептилоида в пешую эротическую прогулку — в компании своего гарема, разумеется. Но тут увидела лицо Глориса.

Напряженное. Недовольное. Кажется, такой расклад был совсем не на руку жрецу. Он быстро взял себя в руки, приняв обычное елейно-благостное выражение. Но я уже заметила и насторожилась.

— Иллари не может отправиться с тобой! — отрезал Глорис. — Она явилась в обличье человеческой иномирянки. И еще не вспомнила наш мир и свою божественную сущность. Ей нужно провести достаточно времени среди фейри, чтобы заново освоиться.

— Тогда как она может благословлять Истинные Пары, если ничего не помнит? — мстительно отозвался Рендор. — Не вспомнила божественную сущность — не богиня. А вы, фейри, как всегда, водите нас вокруг носа, подбрасывая фальшивку!

— Никто ничего вам не подбрасывал, — огрызнулся Глорис. — Ты сам явился на Поле Примирения, где Тайлири встречала богиню. Тебя никто не звал. И сегодня твои подданные явились сами. Без приглашения. Можешь забирать их и улетать.

Рендор довольно расхохотался.

— Видел это, Нерин? Фейри юлят и лукавят — как всегда! И богиня не богиня, и ритуал она проводить не может! Ты зря потратил время и силы на полет. Пойдем. Вернемся домой. Здесь ты ничего не получишь.

И тут я открыла рот и повысила голос:

— Ты не желаешь дождаться моего ответа?

Рендор устремил на меня хищный взгляд из-под густых темных бровей.

— Твоего? Конечно, желаю… божественная!

Он вложил в это обращение столько издевательского сарказма, сколько я бы не накопила за целую жизнь.

— Слушаю тебя, Владычица. Мне преклонить колена перед тобой, чтобы снизойти до ответа?

— Не стоит, государь Рендор. Не то поцарапаешь о пол самую важную часть своего тела, а тебе ею еще наследников надо произвести. Я не о колене, как ты догадываешься.

Рендор побагровел, а я продолжала, пока короля удар не хватил. Или наоборот — чтобы уж точно хватил!

— Я готова рассмотреть твое предложение. С двумя условиями.

Конечно, я рисковала. Теперь Рендор сам мог послать меня в пешее эротическое путешествие с моими условиями, заявив, что некомпетентная богиня ему не нужна. Вот как вспомню себя — так и велкам.

Но я увидела, как вспыхнули потухшие было глаза Нерина. Рендор преследовал вполне понятную цель. Скомпрометировать меня — то есть, Иллари — перед своими подданными. Окончательно убедить в том, в чем был убежден сам — что я фальшивка.

Его расчет был на то, что после разочарованного, потратившего время зря Нерина больше никто из его подданных не ломанется к богине за благословением и не станет принимать ее всерьез. И он мастерски выиграл эту партию у Глориса.

Выиграл бы. Если бы не вмешалась я.

Зачем оно мне надо? Я ведь еще лучше Рендора понимаю, что я фальшивка и есть, никакая не богиня. Но быть послушной марионеткой в чужих руках я не собиралась.

Кислая физиономия Глориса говорила сама за себя. Он почему-то хотел оставить меня при себе, не собирался отпускать к драконам. По крайней мере, сейчас. Уйди я — и это пойдет вразрез с его планами.

Ну и самого Рендора тоже захотелось проучить. Стереть наглую самоуверенную ухмылку с породистой физиономии голого драконьего величества. Обломать ему торжество. Если хочет показать миру мою никчемность — пусть ему это обойдется не настолько легко!

Я переживу, а вот ему не помешает прищемить гордость и хвост. Уж больно бесстыже он у него болтается между ног.

— Первое условие — каждый, кто приходит ко мне с просьбой, должен быть одет. Меня не интересует, перекидывался он недавно, или нет. Пусть найдет способ одеться перед встречей с богиней. Появляться передо мной нагишом — оскорбление. Тебя это тоже касается, государь Рендор.

У короля глаза полезли на лоб. Такой эскапады он от меня не ждал.

— Второе условие. Я не знаю, что за лучшие покои ты собрался мне предоставить. Меня устроят и не самые лучшие. Главное — чтобы они были расположены подальше от всех гаремов, которые есть во дворце. И я буду принимать девушек из гарема лишь в том случае, если они хотят пожаловаться на плохое обращение от тебя или других обитателей дворца. Не желаю слушать их просьбы, как завоевать твое расположение или стать твоей Истинной Парой.

Наверно, на макушке Лазурного короля можно было жарить яичницу. Ибо он сейчас выглядел никаким не Лазурным, а самым настоящим Кроваво-Багровым. Как бы он меня саму не поджарил вместо яичницы. Его ошалелый взгляд явно выдавал такое намерение.

— При соблюдении этих простейших условий я готова находиться среди своего народа, узнавать больше их нужды и потребности, постигать, что в моих силах сделать для них.

Эк я загнула. Прямо предвыборная агитация. Но взгляд Нерина разгорался все ярче, и я понимала — вот оно! Я сделала нахального Рендора, который уже торжествовал победу. Теперь он не сможет представить меня самозванкой, которая не посмела явиться к своему народу.

Если откажется сейчас от моих условий — его подданные будут знать, что их король не захотел проявить уважение к богине, и поэтому она не почтила их своей милостью и благодатью. А значит — почти повторил проступок прадеда, который оскорбил Иллари и вынудил уйти.

Рендор видел то же, что и я. Огонь надежды в глазах влюбленного парнишки. И понимал, что тот не простит ему отказа. Ведь никаких невыполнимых условий я не ставила — все было в рамках разумного. У него увели из-под носа выигрыш, который он уже положил себе в карман.

Глорис тоже стоял с ошарашенным видом, больше не пытаясь скрываться под личиной благости и добродушия. Я нарушала и его сценарий тоже. Отлично. То, что доктор прописал. Пусть эти два самоуверенных интригана немножко попереживают.

Рендор сдался первым. Процедил сквозь зубы:

— Хорошо. Твои условия будут выполнены. Летим.

— Не так быстро, государь, — неожиданно вставил Глорис. — Богиня нуждается в достойном услужении. Ее нельзя оскорблять, приставляя к ней обычную служанку. А знатные драконицы не владеют искусством прислуживания. С Иллари отправится ее помощница.

Он сделал жест рукой, и на прозрачную лейраловую площадку ступила Тайлири.

Глава 13

Если от моих закидонов Рендор превращался в сочную докторскую колбасу, то увидев подругу юности, стал похож на сочный витаминный салатик. Вот уж настоящий оборотень!

Я не знала, что подумать. С одной стороны понятно, что фейри намерены сохранять контроль над ситуацией, подослав Тайлири во дворец короля драконов. С другой… у меня останется возможность наблюдать за фейри и делать выводы насчет их целей.

А с третьей — мало ли как все устроено у драконов. Лучше не демонстрировать им откровенно мое незнание мира. А Тайлири и впрямь поможет ориентироваться на первых порах. Если заподозрю, что она может мне навредить — избавиться от нее не составит труда. Рендор, судя по зеленой физиономии, будет счастлив нарисовать бывшей могучего пенделя от своего дворца прямо до этого храма.

Ну и напоследок — last but not least — почему бы не проучить надменного повелителя, заставив день изо дня лицезреть бывшую, которую он терпеть не может? Пускай немного потерпит, ему полезно!

Вот только как добиться, чтобы он согласился на условие фейри?

— Исключено, — непреклонно заявило голозадое величество. — Жрице фейри не место во дворце короля драконов.

Да что ты? Это мы сейчас поглядим. Я спросила неподдельно ласковым и почтительным тоном:

— По какой причине, государь? Разве фейри и драконы в состоянии войны? Жрец Глорис успел рассказать мне кое-что об истории Илларана, прежде чем вы с подданными прервали его лекцию. Война между вами закончилась тысячу лет назад. Или вы планируете возобновить ее? В таком случае для всех безопаснее, чтобы я осталась здесь. Не то вспомню свою божественную природу невовремя и подпалю кого-нибудь не того.

Вас, например. Как поджарю голую аппетитную задницу, чтобы не мелькала тут сексапильными подрагиваниями туда-сюда! Даже готова стать полноценной богиней ради такой соблазнительной возможности.

В следующие несколько секунд Рендор перевоплотился не драконом, а самым что ни на есть хамелеоном! У человека цвет лица не мог переливаться столь разнообразной гаммой оттенков.

— Эта женщина не может отправиться в мой дворец, — отчеканил он. — Выбери себе любую другую помощницу.

Я развела руками с притворным сожалением.

— Но я больше ни с кем не успела познакомиться. Кроме того, Тайлири моя Верховная Жрица. Ей положено прислуживать мне.

Рендор со свистом выпустил воздух из груди.

— Пускай прислуживает. Здесь, в этом храме. Ваше место здесь. Я был неправ, желая выдернуть богиню из ее привычного окружения. Побудь со своим истинным народом, — с нажимом произнес он, — а к драконам явишься, когда созреешь. Когда не будешь нуждаться в помощи и будешь контролировать свою божественную силу. Чтобы не спалить кого-нибудь невовремя.

Таааак. Один-один, ваше драконье величество.

— Всего наилучшего, — бросил король, отвернулся и зашагал на середину площадки, где ему хватит простора перекинуться.

Я уже была готова смириться с поражением… как вдруг меня осенила очередная фееричная идея. Но действовать надо шустро — счет пошел на секунды. Я быстро шагнула к влюбленной парочке, чьи лица светились разочарованием.

— Кирана. Ты ведь согласишься приютить у себя двух женщин? Богиню, за чьим благословлением ты прибыла сюда, и ее прислужницу-фейри?

Девушка захлопала глазами от неожиданности. А наш блистательный владыка застыл как вкопанный. Могучие ягодичные мышцы так и поджались — хотя казалось, уже некуда!

А затем развернулся и прорычал:

— Залезайте! Обе.

И через миг на месте стройного атлета заворочалась огромная рептилия ярко-лазоревого цвета. Одно крыло вытянулось и простерлось по площадке к нам, прямо как трап. Тайлири бросила прощальный взгляд на Глориса, аккуратно взяла меня под руку и повела к гигантскому грозному ящеру.

Два-один, ваше драконье величество! — подумала я, топча ногами перепончатое крыло гордого повелителя драконов.

Глава 14

Тайлири непринужденно уселась прямо у гребня, изящно подогнув ноги. Я последовала ее примеру — словно всю жизнь только и делала, что на летучих рептилиях каталась! И только когда наш конек-горбунок взмахнул необъятными крыльями и поднялся в воздух, до меня начало доходить, как я попала…

Они же летят с огромной скоростью! Как мне удержаться и не сверзиться?!

Редор набирал высоту, и меня начало потряхивать. Внутри, не снаружи. Как ни странно, взлетал он мягче, чем какой-нибудь эйрбасик. Тайлири сидела совершенно спокойно и невозмутимо. Я взяла себя в руки. Она не села бы на него, будь хоть доля опасности, что он может угробить ее и меня, ее богинюшку. Наверняка все предусмотрено.

Похоже, так оно и было. Дракон развернулся почти вертикально. Сердце ухнуло в пятки… но я удерживалась на месте, как ни в чем ни бывало. У него что, отдельный центр гравитации внутри? Интересно, в какой именно части тела? Может, у него там в драконьем обличье все настолько громадное и каменное?

Так, хватит об этом. Не до пошлых мыслей сейчас. Я невольно вжалась в гребень, глядя на сияющие хрустальные башенки среди роскошных древесных крон. Невероятная красота — аж дух захватывает!

Тайлири наконец сообразила прояснить и успокоить меня:

— Божественная Иллари, в твоем мире нет драконов, и тебя может смущать наш полет. Но магия Лазурных защищает тех, кого он переносит в полете. Ты не упадешь, даже если государь Рендор разовьет самую высокую скорость.

Алилуйя. Слава всем местным богам и магии. Вот только интересно, Тайлири приходилось раньше летать на драконе? Уж не сам ли Рендор катал ее в пору их романа? Не то чтобы мне было дело до того, или — упаси боже! — я ревновала.

Но жрица выглядела такой довольной и… ностальгичной. Как будто погрузилась в некие приятные воспоминания. А я отчего-то испытала смутную досаду. Может, зря я надавила на Рендора, чтобы он взял ее во дворец? Зачем оно мне там надо? Обошлась бы местными девушками, не отравят же они меня.

Но почему-то я подумала, что это взбесит Рендора. А если… если нет? Если наоборот, когда Тайлири окажется рядом с ним, вдали от своего любовника Глориса, между ними вспыхнет прошлая страсть?

Впрочем, мне-то что за дело. Пусть делают, что хотят. Я сюда не в Дом-2 прилетела, следить, кто с кем. Меня вроде как богиней назначили. Правда, моя божественная обязанность как раз и есть, следить кто с кем и благословлять «правильные» пары.

Невольно я хихикнула. Прямо этический надзор, как в Европе. Ходить по домам, проверять по расположению зубных щеток и прочих предметов обихода, как члены семьи взаимодействуют друг с другом, все ли у них ладно, не смешалось ли все в доме Облонских.

А тут — выяснять, достойна ли пара стать Истинной. Вот как, интересно, я должна это делать? И как будет весело, если вдруг за благословлением ко мне явятся Рендор и Тайлири!

Я вообразила эту картину… и настроение ни с того ни с сего ухнуло ниже плинтуса. Ну уж нет. Кто-кто, а эти голубки от меня никакого благословения не дождутся. Даже фальшивого плацебо, ибо богиня-то я фальшивая. Если между ними вдруг вспыхнет былое чувство — то без меня. На своих ножках. Точнее, иных частях тела.

Тайлири внимательно следила за моим выражением лица. Видимо, что-то там отразилось, потому что она участливо поинтересовалась:

— Как ты себя чувствуешь, божественная? Все ли тебя устраивает?

Я отвлеклась от досадливой картины Рендора и Тайлири, которые держатся за ручки и просят благословить их на Истинную Пару, чтобы горячо заниматься любовью даже в престарелые годы.

Несмотря на стремительную скорость, при которой по идее должно сдувать напрочь и закладывать уши, меня овевал лишь небольшой приятный ветерок. Драконья магия работала на ура. Я кивнула Тайлири — мол, все в порядке — и посмотрела вниз. Рендор как раз накренился вбок, и я смогла увидеть, что под нами.

Мы пролетали над обширной долиной, с реками, лесами и лугами. Сейчас на нашем пути оказался городок с небольшими двух- и трехэтажными домами, черепичными крышами и ровными аккуратными улицами. Чаще попадались фермерские хутора с обработанными полями пастбищами вокруг.

Умилительная идиллия! Мне начало тут нравиться. Все чисто, в гармонии с природой, никаких тесных мегаполисов. Правда, я еще не видела, как живут драконы. Но наверняка им с их гигантским драконьим обличьем требуется много места, так что у них тоже должно быть просторно.

А еще я не видела, как они воюют между собой. Глорис упоминал красных и черных драконов, которые сражаются друг с другом и с Лазурными. Что случается вот с такими милыми селеньицами, когда драконы палят друг друга огнем? И кто их вообще населяет?

Я спросила Тайлири, указывая на городок внизу:

— Здесь живут люди?

Она качнула головой.

— Хейлори, Владычица. Наземные оборотни.

— Как это — наземные?!

— Волки, лисы, рыси, медведи — бескрылые.

— То есть у вас и волки с медведями превращаются в людей?!

— Да, Владычица. Между землями фейри и Лазурных лежит их территория.

— А где обитают другие драконы, красные и черные?

— К западу от границ Лазурного Государства.

Мы летели точно на запад. Значит, Лазурные Драконы как раз стояли между своими врагами и этими землями, не пускали сюда других драконов. Поэтому тут царит такая идиллия. Кстати, у фейри тоже.

— Выходит, Лазурные защищают вас от них?

— Именно так, божественная. Драконы очень воинственны. Если Красные или Черные могли добраться до нас или хейлори, они разрушили бы и сожгли все живое…

— А почему Лазурные этого не делают?

Жрица улыбнулась уголком рта.

— Делали. Раньше. Прежде чем ты усмирила их и убедила жить миром с другими расами. Благо войны на их долю все равно достанет. Красные и Черные драконы менее разумны и более жестоки. Они любят смерть и разрушения, а Лазурные — богатство и комфорт. Они умны и рассудительны.

Наше «сиденье» вдруг завибрировало… как если бы Рендор смеялся.

«Никогда не ожидал услышать подобное от тебя, Тайлири!» — прозвучал голос…

И я с ужасом осознала, что прозвучал он беззвучно, прямо у меня в голове! Чеееерт. Это означает, что Рендор владеет телепатией?! Он слышал все мои мысли, про центр гравитации и как я не хочу видеть их с Тайлири Истинной Парой?!!

Глава 15

Пока я заливалась пунцом от стыда, Тайлири ответила Рендору:

— Если смотреть на других драконов, разумеется. По сравнению с фейри вы — безрассудные дикари.

Тело ящера вновь содрогнулось. На сей раз явно рассерженно.

«Это ты безрассудна. Оскорблять того, кто может сбросить тебя с высоты немедленно».

— Не разбрасывайся угрозами, государь, — невозмутимо ответила Тайлири. — Тебе не нужна война с фейри. Да и твои подданные не простят, если ты причинишь вред Иллари вместе с ее жрицей.

При упоминании подданных я оглянулась назад. За нами летели еще два дракона. Поменьше размером, чем лазурная глыба по имени Рендор. Но не менее сильные и выносливые — не отставали от нас ни на метр.

Да, и верно опрометчиво со стороны Рендора угрожать, когда эти двое явно примут нашу сторону. А он вроде как старается выглядеть заботливым правителем.

Я поняла, что дракон не слышал моих мыслей и успокоилась. Меня осенила другая догадка: все время с моего попадания в Илларан я общалась не по-русски. На местном, чужом для меня языке. Все понимала, разговаривала и даже не осознавала, что язык другой.

Спросила об этом вслух. Тайлири развела руками:

— Твоя божественная сила наделила тебя знанием языка, Иллари. Мне, простой фейри, неведомо, как такое происходит. Но Илларан твой мир и ты не можешь не знать его языка.

«Келор», — пронеслось в голове беззвучное ворчание Рендора.

— Ах да. После твоего ухода правители Лазурных постановили на своей земле называть Илларан его прежнем именем — Келор. Тебе придется с этим столкнуться.

Мне, честно говоря, было ни жарко ни холодно от названия этого мира. Как говорится, зовите хоть горшком. Я принялась расспрашивать об устройстве Илларана-Келора. Я ведь так и не дослушала лекцию Глориса, прерванную влюбленной парочкой. Тайлири рассказывала, а Рендор иногда вставлял ехидные реплики. Но в целом наш полет проходил мирно и чуть ли не полюбовно. Вот бы и во дворце короля все было так же гладко! Правда, интуиция и логика вовсю кричали, что рассчитывать на это не стоит.

Так прошло несколько часов. Я успела изрядно проголодаться. Неужели парочка и Рендор летели к храму всю ночь, а потом еще и обратно? Вот это силища у Лазурных Драконов! Я собиралась спросить, долго ли еще лететь — как на горизонте показался высокий и длинный горный хребет… а на вершинах его гор красовались мощные каменные башни.

А когда мы подлетели совсем близко и Рендор опустился на широкую смотровую площадку, я поняла, что никакой это не камень, а скорее гранит… или вообще незнакомый мне материал.

Мы с Тайлири сошли с королевского крыла. В тот же миг перед нами предстал обнаженный красавец мужчина. Ухмыльнулся:

— Потерпи, божественная. Я пришел к тебе не просителем, так что придется оскорбить твой взор отсутствием одежды.

К нему подбежал слуга с ворохом тряпья в руках. Рендор облачился, и слуга понес одежду Нерину и Киране. У меня вырвался вздох облегчения. Ну хотя бы у себя дома они не расхаживают голышом, а ведь могли бы. Особенно этот мачо-государь.

— Накрывай обед, Грелл, — приказал Рендор слуге. — А я самолично провожу наших гостий в лучшие апартаменты замка.

Он двусмысленно усмехнулся. Мне не понравилось, как прозвучало это «лучшие апартаменты». Как будто нас ждет подвох. Может, там живут драконьи призраки?

Рендор повернулся к одевавшимся Нерину и Киране.

— Жду вас обоих за обедом. Божественной Иллари предстоит познакомиться поближе с кандидатами на Истинную Пару.

— Да, государь, — подтвердил Нерин.

Черт. Я бы предпочла за обедом поглощать еду, а не проводить собеседования. Неудобства божественного статуса дают о себе знать.

Рендор махнул рукой, приглашая следовать за собой. Мы спустились со смотровой площадки вглубь замка. Я отметила, что если коридоры фейри были сверкающими и прозрачными, то тут все черно и неглядно. Я задала Рендору тот же вопрос, что задавала Глорису — из чего сделан этот замок.

— Кребан, — ответил он — Металл, закаленный в драконьем пламени. Только он способен выдержать атаку Красных или Черных, противостоять их огню и ударам магии.

Кребан. Слово-то какое непрошибаемое. Под стать материалу и его создателям.

— А те драконы часто нападают на ваши замки?

— Бывает, — хмыкнул Рендор. — Но теперь с нами твоя божественная сила, Владычица Иллари. Враги будут обходить нас стороной, только услышав, что тут обитает богиня.

Иронию в его голосе можно было толстенным слоем мазать на хлеб. С него станется выделить нам покои в том краю, на которое враждебные драконы нападают прежде всего. А потом, когда мы с Тайлири расплавимся и истлеем, заявить подданным — никакая она не богиня, раз не смогла защитить себя.

Проплутав по замку, Рендор наконец завел нас в неожиданно светлые уютные комнаты.

— Прошу располагаться, божественная. Здесь все в твоем распоряжении… кроме того, что находится за той дверью.

Он указал на небольшую деревянную дверцу в углу.

— И что же там?

— Моя спальня, — проговорил он, растягивая широкую усмешку по наглой физиономии. — Ты же хотела покои, которые находятся дальше всего от гарема. А это королевские покои. Я отвел вам комнаты, которые в будущем займет моя супруга.

Глава 16

Что?!! Его спальня? Да ты ошалел, твое драконье величество! Я произнесла ледяным тоном:

— Ты хочешь сказать, что я должна слушать, как ты забавляешься с наложницами за стенкой? Или ты делаешь это так тихо, что надеешься не побеспокоить меня?

Ухмылка расползлась еще шире.

— Сам я делаю это без лишнего шума. А вот девочки любят пошуметь, когда им хорошо. В твоем мире иначе, Иллари? Женщина под мужчиной молчит? Или вашим женщинам просто не доставляют столько удовольствия, чтобы они кричали?

Ой, ну кто бы ждал другого! Конечно же, надо распетушиться своими постельными подвигами! Тут Уже-Не-Голый-Государь ничем не отличался от прыщавых студентиков с Земли, кого колбасой не корми, дай покичиться, какие они крутые да удалые в обращении с женщинами!

Если этот наглец и пошляк вздумал смутить меня подобными рассуждениями, то крупно просчитался. Но следом он зарядил такое, что я выпала в осадок:

— Я охотно это исправлю. У меня еще не было иномирной наложиницы. Поможешь получить новый опыт, божественная?

Это еще что за намек?! Если бы Рендор стоял сейчас на расстоянии вытянутой руки, я врезала бы ему пощечину! И не одну.

Но сказать ничего не успела — вместо меня ответила Тайлири, да еще чуть не пошла пятнами:

— Как ты смеешь предлагать такое богине?! За такое оскорбление ей стоит вновь уйти — и оставить тебя твоим разъяренным подданным!

Наглая усмешка продолжала сиять, как ни в чем не бывало.

— И что же ты такое подумала, жрица? Неужели ты допускаешь, будто я жду, что божественная снизойдет ублажить меня собственноручно? Ни в коем случае. Даже тени подобных фантазий не появляется в моей голове.

При этом он так глянул на меня, и разве что не облизнулся, что сразу становилось ясно — фантазии в его голове превосходят извращенностью все закрытые каналы для совершеннолетних в нашем мире…

— Я всего лишь предположил — может, Иллари доставит мне девушку из своего мира? И не более того. Я ни за что не посмею оскорбить саму богиню подобным предложением.

И вновь прямой взгляд мне в глаза. Ну-ну, не собирался он. Еще как собирался. Я достаточно разбиралась в мужчинах, чтобы прочитать его истинные намерения.

— На Земле женщины свободны, государь Рендор, — отрезала я. — Их нельзя «доставлять» кому-то для развлечений против их воли.

— А я сказал, что ее нужно доставить против воли? Наверняка у вас есть девицы без лишних комплексов, кто не прочь получить новый опыт…

И вновь многозначительно уставился мне в глаза. Не дождешься, Дон Жуан чешуйчатый. Перебьешься своим гаремом. И нечего буравить меня глазищами, дырку проделаешь.

— Никогда не пробовала себя в роли сутенера и не намерена пробовать. Даже если бы я знала, как переместить другого человека сюда с Земли, ни за что не стала бы снабжать тебя новой игрушкой. У тебя хватает женщин.

— Люблю пробовать свежее. Что может быть свежее женщины из иного мира?

Так. С меня хватит. Еще одна такая фраза о женщине как о жалкой вещи — и я точно влеплю ему пощечину! Надо это прекращать.

— Твои предпочтения меня не касаются, государь. Я не желаю ничего о них знать. И не собираюсь жить за стенкой, где ты удовлетворяешься с разными женщинами.

— Кто тебе сказал, что я удовлетворяюсь с ними за стенкой? Там моя спальня. А это значит — там я сплю. Для удовлетворения есть специальный зал. Могу предложить тебе пройти туда и убедиться… но ведь ты ничего не желаешь знать о моих предпочтениях.

И снова ехидная улыбочка. Я выдохнула:

— Именно, не желаю. Поэтому просто выдели мне другие покои.

Король развел руками.

— Прости, божественная. Это единственные свободные покои во дворце. И еще пара на территории гарема — ждут новых обитательниц! Ты требовала себе покои вне гарема. Но даже если согласишься поселиться там — я не смогу тебя туда отправить… до тех пор, пока не придешь ко мне на ложе.

Это уже переходило всякие границы. Подбирая достойный ответ, я вдруг заметила лицо Тайлири. Из алого оно стало бледным. Оскорбилась за эти пошлые заигрывания со мной? Или… взревновала?

Только этого еще мне не хватало. Ревности фейри из-за похотливых взглядов и реплик короля драконов. Может, ну его все? Вернусь в храм к милахе Глорису, а эту парочку оставлю разбираться между собой?

— Поостерегись, государь, — проговорила Тайлири колючим тоном. — Ты разговариваешь с богиней. Даже если она еще не вспомнила себя, однажды этот день настанет. И тебе придется заплатить за все неосторожные слова и поступки. Женщины злопамятны… и богини, и простые смертные.

Она метнула на Рендора пронзительный взгляд. Это мне совсем не понравилось. У нее еще не перегорело оттого, как Рендор поступил с ней в юности? Она прилетела сюда, чтобы отыграться? Но я тут не при чем. Не собираюсь становиться между молотом и наковальней. Если она хочет мстить — надо не дать ей использовать меня как инструмент.

— Закончим нашу беседу, государь Рендор. Я утомлена с дороги и хочу принять ванну перед обедом. Если ты все сказал, можешь оставить меня.

— Как тебе угодно, божественная. Если смогу чем-то услужить тебе — ты знаешь, как меня найти. Как закончишь с ванной, Грелл проводит вас на обед.

Бросив на меня последний насмешливый взгляд, Рендор вышел. И я перевела холодный взгляд на Тайлири. Кому-то придется расставить все точки над черточками…

Глава 17

— Тайлири… — начала я. — Я благодарна, что ты не даешь меня Рендору в обиду. Только не стоит делать это слишком рьяно, хорошо? Я могу сама за себя постоять. Женщины на Земле умеют достойно отвечать на всякие мужские глупости. Поэтому прежде чем что-либо ответить за меня — убедись, что я не планирую отвечать сама. И еще не стоит давать мне характеристики. Особенно про мою злопамятность. Подозреваю, ты сказала это о себе, а не обо мне. Я понимаю, что Рендор плохо обошелся с тобой. Но прошу не прикрываться мной, когда хочешь напомнить ему об этом и пригрозить возмездием. Договорились?

— Я никогда не посмела бы, божественная!

— Я рада. Надеюсь, мы поняли друг друга. Давай найдем ванную.

Я не стала давить на Тайлири и прижимать ее к стенке — нам еще жить под одной крышей. Просто пусть усвоит, что нельзя прикрывать мной свои обиды. Она захотела полететь со мной, чтобы прислуживать? Вот и пусть делает свое дело. Раз уж верит, что я — ее богиня.

По лицу жрицы я не смогла прочитать ее эмоций. Она беспрекословно проводила меня в ванную. Слава всем богам, драконий замок имел все удобства. Я угодила не в дремучее средневековье с ночными горшками. Была даже вторая ванная, которую заняла Тайлири.

Искупавшись, я вновь надела свое лазоревое платье — и сообразила, что кроме него, у меня ничего и нет. В чем была, в том и полетела на Рендоре в его замок. Интересно, у него хватит соображалки снабдить меня всем необходимым? А то вдруг решит, что богиня сама из воздуха должна себе соткать одежду и прочее. Или использует мою несостоятельную божественность, чтобы поизмываться всласть.

Я спросила Тайлири, обеспечит ли нас король одеждой и предметами туалета.

— Не тревожься о том, божественная. Я решу этот вопрос с Греллом.

Я выдохнула. Ну хорошо, что есть такой специальный полезный человек и не придется задавать щекотливые вопросы королю. Я успокоилась и сообщила Тайлири, что готова идти на обед. А желудок радостно подтвердил это голодным урчанием.

Жрица коснулась ладонью небольшого углубления в стене. Я догадалась, что это местный аналог звонка для прислуги. Вскоре явился Грелл и повел нас по замку. Я с любопытством разглядывала слугу. Невысокий, сухопарый, с бесстрастной физиономией идеального английского дворецкого.

— Скажи, Грелл, ты дракон?

— Никак нет, божественная. Я человек.

Я тоже! — чуть не вырвалось у меня, но я успела опомниться. Не стоит подрывать репутацию среди прислуги — это может сыграть против меня и на руку Рендору… если он все же попытается выставить меня самозванкой.

Впрочем, самозванкой я и стала, ведя себя как настоящая богиня и требуя к себе соответствующего отношения. Но ведь этого от меня и хотят — даже Рендор.

— Значит, люди здесь прислуживают драконам? — уточнила я. — И в гареме государя тоже человеческие девушки?

— Люди, хейлори, фейри — разные расы, божественная. Как в прислуге, так и в гареме. Государь предпочитает разнообразие.

Ишь какой. Разнообразие значит. Ладно, я ему покажу разнообразие. В голове созрела шальная мыслишка, как бы уязвить этого похотливого кобеля.

Мы пришли в трапезную залу. Я с удивлением обнаружила, что там нет стола и стульев или скамей. Блюда стояли прямо на полу, а вокруг разбросаны подушки. Рендор, как арабский шейх или древнеримский патриций, уже возлежал в самом центре, мгновенно приковывая к себе взгляд.

А вокруг него вилась смазливая девица в одежде, которая едва-едва прикрывала ей все стратегические места. Она массировала драконьему величеству плечи и спину и беззастенчиво терлась об него этими самыми стратегическими местами.

Я аж встряла на пороге. Очешуеть. Они может после прелюдий и к основному действию перейдут, не стесняясь ни меня, ни остальных зрителей? Это у них так принято или венценосный рептилоид специально ради меня такой перфоманс учудил?

Меня отвлекли радостные возгласы Нерина и Кираны. Парочка была здесь, они тоже лежали на подушках, но вели себя куда скромнее, чем этот драконьеро-кобельеро со своей одалиской. Увидев меня, воодушевленно приветствовали.

Я взяла себя в руки, состряпала покер фейс и вошла в зал. Прошествовала поближе к моим подопечным и расположилась рядом с ними. Вот только не учла, что владыка борделя при этом окажется прямо напротив меня. И не знаешь, как отвернуться теперь от срамного зрелища.

Он взглянул прямо на меня с наглющей лыбой, пока его куртизанка чуть ли не втиралась в него пышными персями.

— Располагайся, божественная. Как тебе покои — достаточно удобны? Или в своем мире ты привыкла к иному?

— Я много к чему привыкла в своем мире, государь, — ответила как можно сдержаннее. — В Илларане очень многое устроено иначе.

— Например? Буду рад послушать о твоем мире. Может, смогу что-то взять на вооружение.

Нарываешься, драконье величество? Ну будь по-твоему.

— Например, в нашем мире гаремы существуют только в странах с очень строгой религией, которая запрещает женщинам демонстрировать свое тело кому-то, кроме законного супруга. Если женщина состоит в гареме, она обнажается только перед господином, а перед другими людьми ходит в длинном темном покрывале. Нельзя открывать даже запястья, щиколотки, шею и лицо, кроме глаз. Иначе бог покарает и ее, и ее мужа, который допустил такое непотребство.

Съел? Теперь переваривай. Ухмылка на миг сползла с надменной физиономии, и я поняла, что мой укол достиг цели.

— Какой нелепый обычай. Его я точно не стану использовать.

Я пожала плечами с милой улыбкой.

— Везде свои нелепые обычаи, государь, — и недвусмысленно покосилась на обхаживающую Рендора девицу. — Кто запретит правителям и богачам их иметь?

Прежде чем наш альфа-мачо опомнился, я выдала наконец то, что задумала по дороге сюда в расчете выбить наконец почву у него из-под ног:

— Скажи, а у вас есть мужские гаремы? Чтобы женщина-хозяйка собирала туда наложников разных рас, ублажать ее и прислуживать?

Глава 18

От вопроса человечки у Рендора волосы стали дыбом. Мужские гаремы?! Да эта недобогиня совсем спятила!

— Нет! — рыкнул он. — Мужских гаремов не существует.

— Какая жалость… — протяжно выдохнула она, и взгляд короля невольно прилип к ее губам, таким манящим и чувственным. — Почему такая несправедливость? На мой взгляд, если мужчина может получать удовольствие от нескольких женщин, то и наоборот должно быть.

— Не должно! — вновь рявкнул Рендор, раздражаясь на это дурацкое, неуместное залипание на ее губах, которые несли полную, совершенную чушь. — В природе самца — получать удовольствие от разных самок. В природе самки — служить и угождать своему самцу!

Иномирянка посмотрела на него так, словно это он ляпнул несусветную чушь, а не она. А следом окончательно добила Рендора:

— Кирана, а как считаешь ты? Природа мужчин и женщин в самом деле настолько различна? Нерин должен получать удовольствие от разных женщин, а ты — только служить и угождать ему?

Драконица и молодой дружинник вздрогнули от неожиданной провокации. Девушка бросила взгляд на Нерина, будто спрашивая — как ей быть? Молодец, знает свое место! Может, она не так плоха, как опасался Рендор.

А вот сосунок повел себя как слабак и подкаблучник. Ободряюще улыбнулся ей — мол, говори, как считаешь нужным. Вместо того чтобы строгим взглядом дать понять, что надо поддержать мнение государя.

Кирана заговорила, сначала робко, потом все смелее:

— Мужчине и верно сложно хранить верность одной женщине… если он не обрел Истинную Пару. Он встречается с разными, пока не почувствует ту самую, способную стать одной. И если ты, божественная, благословишь такой союз, ему уже никогда не будет нужна другая.

Рендор стиснул зубы. Бестолковая дуреха. Похоже, она не понимает, как оскорбляет своего государя. Ведь Рендора считали проклятым — как всех потомков Сендара. Якобы, Иллари наложила проклятье на род правителей Лазурных Драконов. Сделала их неспособными полюбить женщину, найти ту, которая может стать Истинной Парой.

Разумеется, Рендор считал это не проклятьем, а избавлением. Богиня сняла цепи с его рода, и он ничуть не горел желанием надеть их обратно!

Но все Лазурные избегали упоминать Истинные Пары при своих правителях. Только глупая провинциалка вроде Кираны могла брякнуть такое в присутствии короля.

А лже-богиня продолжала пытать ее — и при том словно издеваться над Рендором своими бредовыми утверждениями:

— Ну а если женщина не встретила свою Истинную Пару? Она ведь тоже должна встречаться с разными мужчинами, чтобы почувствовать того самого, особенного?

Кирана хлопнула глазами. Ситуация была слишком сложна для ее разумения.

— Если ты так говоришь, божественная, значит, так и есть. Ведь ты — богиня любви и плодородия. Ты создаешь Истинные Пары. Если ты считаешь, что женщина должна познать многих мужчин, прежде чем обрести Истинного… нам придется так делать.

Кирана увидела полыхнувший взгляд Нерина и поспешно прибавила:

— Но я уже нашла того, кого хочу видеть своим Истинным. Мне не нужно ни с кем больше встречаться.

Щенок расцвел в улыбке. Эх, какого воина теряет Рендор. Вся эта нелепая любовь превращала мужчин в тряпки. Считай, Нерина уже нет в дружине.

— Неплохо сказано, — усмехнулась самозванка. — Я не считаю, что мужчина и женщина обязательно должны познавать нескольких партнеров, чтобы встретить Истинных. Но то, что дозволено мужчинам, должно быть дозволено и женщинам. А уж поступать им так или нет — личное дело каждого.

Да вы только посмотрите! Считает она, ничтожная самозванка! Ну какая из нее богиня? Только женщины, тупые курицы все до единой, могут купиться на ее гонор. И ослепленные щенки-подкаблучники, готовые соглашаться во всем со своими пассиями.

Рендор уже едва справлялся с подступавшей яростью. Он отшвырнул от себя наложницу, бросив ей:

— Свободна!

Ее мягкие, уверенные прикосновения больше не успокаивали, а лишь сильнее раздражали. Он жаждал наплевать сейчас на все приличия, схватить наглую иномирную девку за пышные волосы, как следует встряхнуть, перекинуть через колено и всыпать ей по сочной упругой заднице! Которую он отлично разглядел под платьем фейри.

Ну а потом поставить ее лицом к стене, нагнуть, задрать лазоревую юбку и… И сделать так, чтобы в его присутствии она больше не могла выронить ни одного дерзкого слова! Чтобы вообще не могла связно разговаривать, лишь похотливо мычать и стонать. Лишь эти звуки мужчина должен слышать от женщин, а не наглые кощунственные речи!

Глава 19

Глядя на короля, я не на шутку опасалась, что его сейчас удар хватит. Отчего-то тема мужских гаремов оказалась весьма болезненной для него. С чего бы вдруг? Драконье величество боится конкуренции, вдруг найдется кто-то помоложе да понаглее?

Я едва сдерживала смех. Ситуация откровенно забавляла меня. Похоже, мои вопросы расшатали картину мира этого твердокаменного альфа-самца, свято убежденного в своем праве тащить в койку все что движется. И обращение к Киране тоже.

Мало того, что на его голову свалилась богиня, и теперь ему приходится считаться с женщиной. Так еще и спрашивала мнение другой женщины по всяким щепетильным вопросам типа гаремов. Как бы тут еще Киране не досталось…

Но сорвался Рендор в итоге на своей наложнице. Грубо оттолкнул ее и прогнал. Я не удержалась от злорадства. Конечно, девушка не виновата в моих провокациях… но вряд ли король впервые впал в ярость. И вряд ли я первая и единственная причина его раздражения.

Наверняка девицы привыкли иметь дело с государевой яростью. За все надо платить — а за отношения с мужчиной вроде Рендора женщина всегда платит по удесятеренному тарифу! Если он еще и облечен властью — тем более.

Так что я не стала жалеть девицу, которая с таким подчеркнутым упоением старалась ублажить своего господина. Злость Рендора тоже проигнорировала. Переключилась на беседу с Нерином и Кираной. Пусть Рендор не ждет, что все внимание будет уделяться ему одному! Он ведь притащил меня сюда знакомиться поближе с его подданными — чем и занимаюсь.

С Нерином мне все давно было ясно. Простой паренек, хоть и дракон. Пылкий и наивный в своей страсти. А вот Кирана… С ней посложнее. После некоторого общения я убедилась, что девушка не семи пядей во лбу, и какой-то особой хитростью и изворотливостью не обладает. Так что вряд ли вынашивает коварные замыслы влюбить в себя Нерина и затем нехорошо использовать.

А вот любила она его или просто принимала любовь, довольная вниманием государева дружинника? И если второй вариант… плохо ли это?

Я вспомнила Сашу. Мы с ним тоже ведь были как Нерин и Кирана. Он любил и горел, а я могла принять его чувства, не отвечая взаимностью… но не смогла. Но я это я. А Киране явно хорошо рядом с Нерином. И может, она его любит по-своему. Я не имею права разбивать пару неосторожным приговором лишь потому, что в своей жизни приняла иное решение.

Я вздохнула поглубже и обратилась к ребятам с серьезным видом:

— Нерин, Кирана. Вы оба хорошие лю… драконы. Вы достаточно любите друг друга, чтобы обрести счастье вдвоем. Я даю вам благословение.

Нерин вскочил на ноги с сияющими глазами. И поклонился мне до пола.

— Спасибо тебе, божественная! Спасибо! Все что пожелаешь, исполню для тебя!

Кирана, в отличие от жениха, напряглась. Женская интуиция заставила почувствовать мое «но».

— Не спеши, Нерин. Я даю вам благословление… но не стану объявлять Истинной Парой. По крайней мере, сейчас.

Но почему?! — воскликнул парень.

— По двум причинам. Во-первых, моя божественная сила не пробудилась.

При этих словах я прямо взглянула в глаза Рендору. Да, мой Сегодня-Не-Голый король, тебе не удастся использовать против меня этот козырь. Я намерена играть честно, и ты не уличишь меня в жульничестве.

— Во-вторых… ваши чувства сейчас слишком горячи. Оставайтесь с ними — вам их достаточно. Будьте вместе, наслаждайтесь друг другом. А через три года приходите снова — если не передумаете. Если не захотите уйти друг от друга — станете Истинной Парой.

Нерин и Кирана озадаченно переглянулись. Такого варианта они не предполагали. Но для меня он был лучшим во всех отношениях. Три года — тот срок для пары, чтобы увидеть друг друга такими, какие есть. Они уже успеют пройти семейный кризис. И от того, как справятся с ним, будет зависеть желание быть вместе дальше.

Вот и погляжу на них тогда. Если захотят, заявлю, что они стали Истинной Парой — пусть подействует эффект плацебо! Ну и чем черт не шутит — вдруг эта загадочная божественная сила проснется во мне!

— Вам сейчас не нужны никакие боги, — мягко повторила я, глядя на их растерянные лица. — Хватит ваших собственных чувств. Берегите их и надейтесь всегда на себя и друг на друга — а не на кого-то со стороны. Даже на богов. Только вы сами — опора и поддержка вашей любви.

Они снова посмотрели друг на друга. И улыбнулись. Нерин опустился рядом с невестой и взял ее за руку.

— Спасибо, божественная! — повторил он. — Твоя мудрость запредельна. Я буду любить Кирану и беречь свою любовь к ней.

— А ты? — спросила я девушку. — Готова ли беречь любовь Нерина к тебе? И его самого. Позаботиться о нем, если он вдруг вернется раненым с поля боя, не требовать от него внимания, когда он изможден и сам нуждается в помощи?

Я специально не стала упоминать ее любовь, чтобы она все понимала правильно. За отношение парня можно не переживать — он ее на руках носит. Если и Кирана не станет злоупотреблять и «выносить мозг» жениху, у них все должно быть хорошо.

Девушка моргнула и призадумалась на миг.

— Да, божественная! — выпалила она. — Я буду беречь Нерина и заботиться о нем. Он самый лучший!

Вот и отлично! Если это не любовь с ее стороны, то нечто близкое.

— Тогда я благословляю вас. Будьте вместе и любите друг друга!

Влюбленные со счастливым видом прижались друг к другу. Уффф. Мою миссию можно считать исполненной. Выдыхай, бобер.

Наверно, то, что я провернула, на Земле назвали бы НЛП. Я никогда не пользовалась и не увлекалась этим, даже толком не понимала, что оно означает. Даже расшифровку не помнила. Суть — если убедить человека в его собственных силах, он горы свернет. И никакой божественности не надо.

— И зачем тогда тебе надо было возвращаться в наш мир, Иллари? — прозвучал ехидный голос драконьего величества, обесценивая весь мой ювелирный труд. — Если драконам хватает собственных чувств, чтобы быть в отношениях? Ты ничего не изменила по сравнению с сотнями лет, что мы жили без тебя.

Глава 20

Да чтоб тебя пираньи покусали, повелитель голых качков! Есть же люди, которые не могут допустить, чтобы кто-то другой делал в их присутствии что-то хорошее и вдохновляющее. Рендор, похоже, из таких. Непременно надо обгадить чужие старания.

Нет уж, твое драконье величество. Не выйдет. Мешай с грязью кого-нибудь другого, а меня — не получится.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты задаешь вопрос, прекрасно зная ответ. Я не знаю, зачем здесь именно я. Меня привели в ваш мир. Назвали богиней, рассказали, что нужно делать. Я честно говорила, что не ощущаю в себе божественной силы — но меня заверили, что она скоро пробудится. Так что теперь я в ожидании этого мига — вместе с вами всеми. А твои люди уже приходят ко мне и ждут от меня помощи. Ты сам заявил, что я должна быть среди твоего народа и узнавать его лучше. Чем я и занимаюсь. Я ни в чем не солгала Нерину и Киране. Я вижу их парой и вижу их чувства. Не знаю, это моя божественная сила или обычная человеческая проницательность и умение разбираться в людях. Я делаю и говорю то, что вижу и чувствую. И если фейри не ошибаются, считая меня воплощением Иллари, то я уже исполняю то, чего вы ждете от меня. А если ошибаются — я буду рада вернуться в свой мир.

На этих словах Нерин с Кираной тревожно встрепенулись. В глазах мелькнул страх. Они точно не хотят, чтобы я ушла. И не простят Рендору, если это случится из-за его обращения со мной.

Король тоже заметил это. Новая вспышка раздражения во взгляде. Он процедил сквозь зубы:

— Исполняй то, что от тебя ждут… божественная. Надеюсь, твоя сила пробудится раньше, чем я состарюсь и умру.

Ну-ну. Тон короля выражал обратное. Он мечтал, чтобы никакой силы во мне не пробудилось и его подданные убедились, что я самозванка.

Рендор демонстративно занялся трапезой. Я тоже переключилась на еду, тем более она была невероятно вкусной. Некоторое время мы обедали в молчании. Когда я добралась до нежного кремового десерта, в зал торопливо вошел мужчина.

Высокий, такой же мускулистый, как Рендор, с красивым породистым лицом. Он взглянул на нас, безошибочно задержал взгляд на мне и поклонился.

— Божественная, государь, простите, что прерываю трапезу. Мое имя Вейтар, Владычица Иллари. Я генерал Лазурной Дружины и помощник государя. Вынужден помешать вам из-за неотложного дела.

Рендор поморщился.

— Бросай эти витиеватости, Вей. Что произошло?

— Черные, Рен, — лаконично бросил генерал. — Пересекли границу и летят сюда.

Король мгновенно вскочил.

— Собирай дружину. Нерин, идем.

Молодой воин подобрался и сжал руку Кираны. Тут же поднялся и быстрым шагом вышел из зала вслед за королем и генералом. Кирана обхватила себя руками и всхлипнула.

— Черные… драконы? — спросила я драконицу и Тайлири. — Они напали? Будет сражение?

Кирана кивнула.

— Черные никогда не пересекают границу с мирными намерениями. Только жечь и убивать. Дружина будет сражаться и изгонять их. Иллари, молю, защити Нерина!

Какое там защити. Меня саму потряхивало. Военная атака. Враждебные драконы, которые прилетели жечь и убивать. А если они победят — что случится с нами?!

Вместо меня ответила Тайлири:

— Иллари — богиня любви, а не войны. Она помогает только в мирных делах.

— Как часто эти Черные нападают? — спросила я.

— Три-четыре раза в год, — ответила Кирана дрожащим голосом.

— И каждый раз Лазурные отбивают атаку?

Девушка кивнула.

— Они очень сильные. — В голове прозвучала неприкрытая гордость. — Наши воины. Один Лазурный стоит троих Черных. Но их много…

— Они справятся. Если все это время отбивали атаки и отбрасывали врагов обратно за границу — справятся и сейчас.

Я постаралась добавить уверенности в голос. Не столько для Кираны, сколько для себя. Страх и паника сейчас совсем не нужны. Но тут девушка прибавила такое, что все мои старания успокоиться пошли прахом:

— Они нападали всего лишь две недели назад. Никогда раньше они не прилетали так быстро.

Кирана не сказала, и возможно даже не подумала… Но у меня с ужасом проскочила мысль — случайно ли их непредвиденная атака совпала с моим появлением? Они могли прилететь, потому что узнали о возвращении богини? Могли прилететь из-за меня?..

Глава 21

Стремительным, размашистым шагом Рендор шел из трапезной залы на взлетную площадку замка. Вейтар не отставал от короля, Нерин шел позади. Вслед за ними стекались другие солдаты, готовясь дать бой врагам.

— Мы бились две недели назад! — сквозь зубы бросил Рендор. — Почему они явились так скоро?

Генерал хмыкнул.

— Попробуй спросить какого-нибудь Черного, прежде чем вцепиться ему в глотку.

— Или ей, — фыркнул Рендор. — Джарре, например.

Он презрительно выплюнул имя Черной Королевы, предводительницы их врагов.

— Заметь, что они нарушили границу, как только богиня появилась у нас.

Рендор вздрогнул. Не сбавляя шага, он оградил себя и генерала звуконепроницаемым барьером.

— Намекаешь, в Дружине есть изменники? Кто-то передал Черным послание, что к нам явилась Иллари?

— Необязательно в Дружине. Что мешало фейри предупредить наших врагов?

Рендор скрипнул зубами. Фейри. Проклятые фейри. От них можно ждать всего.

— Вот только зачем Черным эта пустышка и самозванка? Она ничего не даст им.

— А нашим зачем? — парировал Вейтар. — Не все уверены, что она пустышка.

— Только не говори, что и ты веришь в ее божественность! — зло рявкнул Рендор.

Генерал предпочел промолчать, тем более драконы уже достигли крыши замка и раздевались, готовясь перекинуться для боя. Рендор убрал барьер и сбросил одежду, Вейтар тоже. Один за другим воины Лазурной Дружины взмыли в небо.

Воздух содрогнулся от слаженного неистового рыка. Ослепительно сияла чешуя под закатным солнцем. Стая понеслась на запад, навстречу врагам.

Черные, нарушив границу, не дрейфовали на месте в ожидании противника. Они тоже летели навстречу, вглубь Лазурных земель. По пути сжигая леса, луга, пахоты и пастбища. Жилища людей и хейлори были обнесены магическими щитами, сберегавшими их от огня…

Но в этот раз прошло всего две недели от предыдущего нападения Черных. Магическому барьеру требовался месяц, чтобы восстановиться. Если враги достигнут жилых селений, их обитатели погибнут в огне.

Рендор спешил изо всех сил. Они столкнулись с Черными в полусотне миль от границы. Ближайшее селение находилось в семидесяти. Едва завидев ненавистных хозяев Лазурной земли, кровожадные твари мигом рассредоточились, чтобы взять в кольцо.

Их было так много, что казалось, небо затянул непроглядный мрак. Ни разу твари не нападали таким числом. Здесь что, собрались все, кто населяет Черную землю?!

Но размышлять было некогда — лишь кромсать и убивать ненавистных гадов. Боевое буйство уже охватило короля — одним взмахом гигантской лапы он ранил троих, посмевших атаковать его. Одному впился зубами в хребет, перегрызая кость. Двое других трусливо отступили.

Ожесточенный бой длился больше часа. Солнце почти закатилось. Лазурные положили три десятка вражин, но и среди них было полдюжины павших. Полдюжины воинов, каждый из которых был Рендору как сын или брат.

Никогда еще Лазурные не несли таких потерь. Драконье сердце короля наливалось горечью каждый раз, когда обрывалась нить жизни его воина. Он чуял каждую смерть, даже если дружинник погибал на другом краю небесного поля битвы.

На шестой смерти Рендор не выдержал.

«Джарра! — взревел Рендор. — Что тебе нужно? Чего добиваешься, зачем явилась так скоро?»

Огромный черный зверь, почти равный по размеру Лазурным, издал торжествующий вопль… и отшвырнул от себя седьмого дружинника с разодранным брюхом.

«Очнулся, Лазурный? Не рановато? Может, прольем побольше крови? Я не насытилась!»

«Я положу еще полсотни твоих, мерзавка! А потом выцарапаю тебе глаза и выгрызу твое ненасытное чрево! Говори, чего хочешь!»

«Беседы, Рендор. Всего лишь беседы».

«Говори, дрянь! Разве не видишь — я уже слушаю тебя!»

Он дал приказ дружине остановить бой и только защищаться, если Черные не сложат атаку. Враги тоже отступили.

«Не здесь, Лазурный. Отведи меня в свой дворец. Прими, как подобает государю».

Рендор расхохотался.

«Во дворец, говоришь? А ты не боишься показаться в моем дворце после того, что сотворила с моими послами три года назад?»

Джарра расхохоталась, запрокинув шею. Все тело черной драконицы содрогнулось от вибраций.

«Ты ведь не заручался у меня их безопасностью. Просто отправил своих рабов, в наглой уверенности, что я почту за честь принять твое дерзкое предложение. Ну а мне ты сейчас дашь слово и гарантии. Я и моя свита покинем Лазурный Дворец невредимыми и тогда, когда пожелаем сами».

«Сколько в свите?» — спросил Рендор первым делом.

«Мне хватит десятка. Не бойся, не подпалим твое гнездо!»

«Кишка тонка подпалить, Черная. Не бахвалься впустую. Будь по-твоему — я дам аудиенцию тебе и отпущу невредимыми тебя и твою свиту. Тогда, когда пожелаешь. Но если я пожелаю отпустить вас раньше — то не постесняюсь нарисовать пинка под твой роскошный зад».

«О, не переживай, я не задержусь надолго — не собираюсь объедать тебя. Ты ведь редкостный скупердяй».

Рендор едва сдержался, чтобы не выпустить струю пламени в королеву и щенков, заслонявших ее от Лазурных. Что за день такой выдался — терпеть наглых баб с ядовитыми языками?!

«Выбирай свиту и отпускай остальных обратно! — прорычал он. — Не трать время попусту».

«У меня достаточно времени, Лазурный. Я еще не так стара, как ты».

Рендор выпустил пар из ноздрей. Джарра дождется, он все же нарушит клятву и подпалит ей хвост.

Королева отдала команду своим. Несметная Черная стая развернулась и полетела на запад, к границе. Рядом с Джаррой осталось десять драконов. Лазурная Дружина окружила их, и враги вместе направились на восток, к королевскому замку.

Прибыли они уже далеко за полночь. Рендор приказал Джарре перекидываться первой. Он не собирался принимать человечье обличье, пока коварная тварь оставалась в драконьем. Он не доверял ей ни единой секунды. Даже в цитадели врага, оставшись с малой свитой, она могла совершить подлость.

Громадная драконица опустилась на смотровую площадку. Едва когтистые лапы коснулись пола, как на месте устрашающего зверя оказалась обнаженная женщина. Пышные упругие груди мгновенно привлекли алчные взгляды всех мужчин, кто уже стоял на площадке.

Тонкая талия, крутые бедра, стройные ноги… Роскошная грива иссиня-черных волос вилась ниже колен. Полные чувственные губы манили и соблазняли. Черные глаза полыхали огнем, обещавшим то ли неземную страсть… то ли неземные муки агонии — если жертва чем-то не угодит их обладательнице.

Джарра была самой прекрасной драконицей из всех, кто населял нынче Келор-Илларан. И при том самой лживой, кровожадной, коварной и ненасытной тварью.

Глава 22

Мы остались в зале втроем. Теперь я поняла, что чувствуют женщины, когда мужчины уходят на войну. Тревога, растерянность, страх. В голове вихрем крутились напряженные мысли. А если Лазурные не устоят? А если Черные приготовили ловушку — выманили воинов за пределы замка, а сами коварно нападут с тыла?

Я задала этот вопрос Киране. Девушка ответила, стараясь держать лицо — но ей плохо удавалось скрыть беспокойство за любимого:

— Замок защищен магическим барьером. Пока хоть один воин Лазурной Дружины жив, барьер держится.

Я поежилась. Да уж. Всех не убьют, как говорится… В зал вошел Грелл, с поклоном предложил отвести меня в покои. Я попросила Кирану:

— Скажи, ты могла бы составить мне компанию сегодня?

Мне было тревожно и боязно. Тайлири я не верила до конца и хотела рядом с собой кого-нибудь более лояльного. А еще того, кто знает жизнь Лазурных Драконов. Мало ли что случится. Проговаривать это вслух я не стала — не стоит подчеркивать Киране, что «богиня» боится, как простая смертная. Но и ложной бравады я не собиралась напускать.

— С удовольствием, Владычица!

В голосе драконицы прозвучал искренний энтузиазм. Кажется, ей тоже не хотелось ждать любимого в одиночестве. Тайлири никак не отреагировала на мое приглашение — непонятно, рада она присутствию Кираны или нет. Втроем мы направились вслед за Греллом.

В своих апартаментах я принялась расспрашивать Кирану о жизни Лазурных Драконов — ведь я толком не успела послушать лекцию Глориса, кроме как про Истинных Пар. Тайлири тоже иногда вставляла дельные замечания — она была очень неплохо осведомлена.

Скоро наступил вечер. Я не чувствовала усталости: хорошо выспалась у фейри, а сейчас была слишком напряжена, чтобы уснуть. Киране тоже явно было не до сна, пока жених не вернулся живым и здоровым. Я предложила Тайлири поспать, но жрица отказалась. Видимо, желала показать себя прилежной камеристкой, которая не позволит спать, пока госпожа бодрствует.

Внезапно Кирана радостно вскрикнула.

— Бой окончен! Нерин жив!

— Откуда ты знаешь?..

— Он прислал мне драконий зов.

Ее лицо омрачилось.

— Карнор погиб… и Лаир… и Дэстор… — она назвала еще несколько имен. — Какой ужас! Семеро наших! Проклятые Черные! Они… летят сюда! Джарра со своей свитой. Хотят переговоров.

— Зачем же они тогда напали, если хотели переговоров?! И что такое — Джарра?

Кирана пожала плечами.

— Это же Черные. Они не могут не убивать. А Джарра — так зовут королеву Черных.

— Ими правит женщина?! Такой кровожадной расой?

Кирана кивнула, а Тайлири пояснила:

— Женщины Черных еще кровожаднее мужчин. Они воюют наравне. Лазурных женщин тоже обучают сражаться, и они вступают в бой, если враги теснят защитников и подступают слишком близко к жилым землям. При Рендоре женщин ни разу не привлекали к сражениям.

Я отметила это обстоятельство. Бахвалистый альфа-самец Рендор при всем презрении к самкам ухитрялся держать их — да и всех подданных — в относительной безопасности. Хотя кто-то мог подумать иначе — настоящий шовинист, не пускает женщин драться, а может они хотят! Ну лично я никогда не горела желанием воевать, поэтому позицию Рендора в этом случае одобряла.

Кирана прибавила:

— Джарра — самая кровожадная из Черных. Когда государь три года назад предложил ей брак, чтобы прекратить битвы и кровопролития между нами, она жестоко поглумилась над его послами. Оскопила в человеческом обличье и сожгла крылья в драконьем. И так отправила из своего замка домой. Двое убили себя в пути — не желали жить калеками. А третий дошел, чтобы рассказать правду. Он тоже покончил бы с собой — но его жена сказала, что уйдет вслед за ним, если он так поступит. Она безумно любила его и была готова принять даже изувеченным.

У меня мурашки пробежали по коже. Да эта Джарра — просто больная маньячка. И что, все Черные такие?!

Рендор теперь казался мне чуть ли не совершенством, пределом адекватности. Ну подумаешь, гарем держит. Зато воевать не пускает, все живы и накормлены. И никого не поджигает и не оскопляет. А что шовинист и женоненавистник — да подумаешь, у всех свои недостатки!

Я была готова истерически расхихикаться. Да уж, вот это я попала… еще и эта банда Черных во главе со своей атаманшей сейчас летит сюда. Надеюсь, Рендор со своей дружиной удержат их, если они решат подпалить кого-нибудь. Просто потому что на них кто-то косо взглянул. Тот оскопленный бескрылый парень, например. Или его жена.

Некоторое время мы оставались в напряженном молчании. Ни у кого не было настроения на светскую болтовню. Тайлири попыталась вставить пару фраз, но видя мою нерасположенность общаться, тоже замолчала.

Настала ночь, но мы не расходились. Тут Кирана передала очередные сводки по «беспроводной связи» с женихом:

— Они здесь! Нерин должен присутствовать на переговорах с Джаррой. Божественная, разреши покинуть тебя! Очень хочу взглянуть на него… Знаю одно местечко, откуда можно незаметно взглянуть на Залу Торжеств.

Я мотнула головой.

— Не разрешаю.

У Кираны вытянулось лицо. Бедняжка уже сочла меня закадычной подружкой и не ждала, что я подложу свинью в таком принципиальном вопросе. Я улыбнулась.

— Я хочу пойти с тобой! Тоже посмотреть исподтишка на эту ненормальную королеву и ее свиту.

Глава 23

Я думала, Кирана напугается и начнет меня отговаривать, но девушка охотно кивнула.

— Тайлири, ты останешься здесь, и если кто-то придет, скажешь, что я отдыхаю и меня нельзя беспокоить.

Жрица явно загорелась желанием пойти с нами, но «божественная воля» не оставила ей выбора. Она поклонилась, повинуясь приказу. А мы с Кираной выскользнули за дверь. Девушка повела меня куда-то наверх. Я уже подумала, что прямо на площадку, где драконы меняли обличье. Но мы не стали выходить на крышу. Просто поднялись на самый верхний этаж драконьего замка.

Кирана завела меня в некое подобие подсобного помещения. Вместо одной из стен я увидела решетчатый узор из толстых прутьев. Подойдя, я увидела сквозь него огромный зал внизу. Вместо потолка у него был решетчатый купол, и мы находились в основании этого купола.

Глядя вниз, я могла бы подумать, что нахожусь на съемках непристойного шоу 21+. Зал наполняла толпа совершенно голых людей. Если бы я не знала о милой привычке драконов не стесняться собственной наготы и не заморачиваться над тем, чтобы непременно одеться, то подумала бы, что сейчас они устроят оргию.

Впервые я видела не только голых мужчин, но и женщин. Их было всего три. Одна из них, ослепительно красивая брюнетка с совершенными формами размера эдак четвертого, стояла напротив Рендора. Сзади и с боков ее окружал десяток людей, среди которых были еще две женщины.

Я отметила, что все остальные смотрят на эту компанию враждебно. Напряженные позы выдавали готовность ринуться в драку. А брюнетка держала себя с королевским видом, демонстрируя, что ей нет дела до собравшихся тут людей — то есть драконов, и до их отношения к ней. Она напоминала Малефисенту, только моложе и красивее.

Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы сообразить — это и есть Джарра, королева Черных. Если бы я не слышала жутких подробностей расправы над сватами Рендора, то сейчас восхищалась бы ее дивной красотой. Но могла только ужаснуться сочетанию внешнего и внутреннего.

Что должно твориться в голове женщины, какой должна быть ее душа, чтобы она оказалась способна на такое? Возможно, Рендор сделал ей предложение в оскорбительной форме — я ведь слышала, как он отзывается о женщинах. Может, он тоже предложил ей войти в его гарем. Но те сваты были ни в чем не виноваты.

Если жестокие драконьи порядки требовали не спускать оскорбления, она могла бы передать такой же ответ, на худой конец — унизить послов, но не калечить. Впрочем, я ничего по сути не знала об этом мире. Лишь то, что жизнь тут была совсем не такой, как я привыкла.

Звучный голос Рендора разнесся под решетчатыми сводами зала:

— Я слушаю тебя, Джарра. Зачем ты пожаловала на земли Лазурных?

Малефисента заговорила, и голос у нее оказался под стать внешности: низкий, невероятно сексуальный, с чувственной хрипотцой.

— У тебя во дворце появилась гостья. Я бы тоже хотела с ней познакомиться.

Напряженная пауза. Нет сомнений, о какой гостье идет речь. Я оказалась права. Неужели столько драконов погибли, потому что эта садистка хотела увидеть богиню?

Рендор наконец ответил нарочито небрежно:

— У меня во дворце много гостей. Может, уточнишь кто тебе об этом сказал? Тогда я попробую догадаться, о какой гостье идет речь.

Королева расхохоталась.

— Не притворяйся большим идиотом, чем ты есть, Лазурный! Твои бесконечные потаскушки меня не интересуют. Есть лишь одна гостья, которую я хотела бы увидеть.

Скажи такое любая другая женщина — я бы бесспорно согласилась с ней, в потаскушках Рендора не может быть ничего интересного. Но эта кровопийца не вызывала во мне никакой женской солидарности. И показываться ей я не хотела.

— Имя, Джарра. Имя того, кто сообщил тебе.

Королева развела руками.

— Хийс, мой советник. Не надо так шарить взглядом по моей свите — его тут нет. Он остался в Черном дворце. Он советник, а не воин. В сражениях не участвует. От кого узнал он — меня не волнует. Хватит ходить вокруг да около, Лазурный. Покажи мне богиню.

— Не то — что? Я не твой подданный, чтобы ты мне приказывала. Я дал слово, что ты со свитой уберешься с моей земли невредимой. Но если ты собираешься требовать и насмехаться надо мной, я и моя дружина просто вышвырнут вас отсюда пинком под хвост.

— Попробуй, — холодно бросила драконица. — И мы явимся снова. В союзе с Красными. Сожжем твои поля и твоих подданных. А потом еще раз. И еще. До тех пор, пока ты не покажешь мне богиню.

— Зачем она тебе? С каких пор ты стала почитательницей Иллари настолько, что готова пустить в расход сотни своих воинов, лишь бы лицезреть ее божественный лик? Твои предки не проявляли такого рвения.

— Не твое дело, Лазурный. Просто заткнись и покажи мне богиню.

Рендор сомкнул челюсть.

— Проваливай с моей земли, Черная. Можешь приходить снова когда захочешь и с кем захочешь. Ты знаешь, какую встречу получишь. Я не боюсь ни тебя, ни Красных. Лазурная Дружина убьет вас всех.

— Ты пожалеешь, прОклятый недоносок! — прошипела королева. — Не надейся снять свое проклятье и стать нормальным. Ты сдохнешь проклятым!

Рендор раскатисто расхохотался.

— Ты просто дура, Черная! Повторяешь пустые суеверия, которые тебе передали твои шпики. Не стращай дракона огнем. Мне плевать на проклятье. Я буду жить и умру таким, какой есть. После тебя. Надеюсь, однажды получу шанс перегрызть тебе глотку в бою.

Драконица оскалилась и собралась выдать ответную угрозу. Но в этот момент в рядах, окружавших короля и королеву, произошло какое-то движение. Странная тень метнулась к Джарре — и королева вдруг страшно взвыла, закрыв лицо руками.

Двое из ее свиты бросились к ней, хватая воздух напротив нее. К ним подлетел Рендор и знакомый мне генерал Вейтар. В следующее мгновение все четверо крепко вцепились в женщину — одетую, которой раньше в зале не было. Она словно возникла из воздуха напротив Джарры.

Королева с воплем протянула к ней руки, словно желая вцепиться в лицо, но Рендор и Вейтар оттащили женщину дальше. Я увидела, что кожа Джарры страшно обожжена и сползает с нее клочьями. А напавшая на нее невидимка закричала:

— Будь ты проклята, тварь! Узнай теперь, что чувствовал мой муж, когда ты его изувечила! Пусть с тобой станет то же!

Глава 24

У меня захолонуло сердце. Та женщина, о которой рассказала Кирана. Жена посла, которого королева оскопила и сожгла ему крылья… Она тоже услышала о прибытии Джарры и решила отомстить за мужа. Но что же теперь будет?!

Я вперилась взглядом в суматоху, которая творилась внизу. Вейтар заломил женщине руки и держал как в тисках, хотя та и не вырывалась. Джарра ревела и стонала, хватаясь за лицо. Но ее люди тоже зажали ей руки, не давая раздирать обгоревшую кожу.

Один из мужчин водил над ее лицом ладонью — видимо, пытался что-то сделать магией. А женщина — одна из двух спутниц Джарры — заорала на Рендора:

— Лжец! Ты нарушил слово! Поклялся, что госпожа будет в безопасности — и позволил ее изувечить! Королевское слово нарушено!

Рендор, бледный как полотно, махнул кому-то из своих людей.

— Помоги ей! — приказал он.

Тот шагнул к Джарре и протянул к ней ладонь. Наверно, тоже маг-целитель. Женщина, которая обвиняла Рендора в обмане, оттолкнула его:

— Прочь! Мы сами поможем нашей государыне! Все Лазурные лживы и вероломны, как их король! Мы требуем покарать преступницу! Смерть ей!

— Смерть! — завыли в один голос люди Джарры. — Казнить мерзавку!

Рендор пробормотал с отчаянием:

— Что же ты наделала, Ирсала? Она не стоит твоей смерти…

— Мне себя не жаль! — с вызовом ответила бесстрашная мстительница. — Из-за нее Кейлас живет в страданиях. Он не уходит из-за меня, потому что я не смогу жить без него. Лучше мы уйдем вместе, чем так мучиться… пока она живет и процветает.

Ирсала с ненавистью плюнула в сторону орущей и извивавшейся Джарры. Целитель Черных продолжал выделывать пассы над ее лицом, но крики королевы не стихали.

— Что она применила? — воскликнул он. — Прикажи ей назвать зелье, Лазурный!

— Отвечай, Ирсала! — скомандовал Рендор, но женщина зло расхохоталась.

— Ни за что! Пытайте меня и убейте, но я не скажу ни слова. Пусть она корчится в муках и никто не сможет ей помочь!

— Муж… — прохрипела Джарра. — Приведите мужа…

— Но ты не замужем, государыня! — возразил кто-то из ее свиты.

Его тут же ударила по лицу одна из женщин.

— Олух! Муж этой мерзавки! Приведите его! Пытайте, пока она не назовет зелье! А потом сжечь обоих!

— Неееет! — зарычала Ирсала. — Не трогайте Кейласа! Он не знал, что я собиралась сделать! Он и так пострадал от нее, безвинный!

Подруга Джарры проигнорировала крики мстительницы. Она шагнула к Рендору и посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты, давший слово государя. Ты пообещал нашей госпоже безопасность. Своим языком заявил, что она и все мы покинем твой дворец живыми и невредимыми. Взгляни на нее!

Черная обвиняюще указала на свою королеву, которая продолжала завывать от боли.

— Это называется невредимость? Ты нарушил слово. Допустил, чтобы нашей государыне причинили страшный вред в твоем дворце. От имени народа Черных требую, чтобы ты исправил его и покарал вредителей смертью! Приведи мужа этой негодяйки. Пытай у нее на глазах, чтобы она созналась. Пытай ее. Пусть назовет зелье. Дай госпоже противоядие. А потом казни всех виновных. Преступницу и тех, кто ей пособничал. Как она смогла проникнуть в зал? Кто ей помог? Мы требуем казнить всех. Ты дал слово. Ты его нарушил. Ты обязан искупить вину.

Глава 25

Я слушала наглую речь драконицы, и во мне бушевал ураган протеста и возмущения. Если бы я не успела узнать предысторию Ирсалы и ее несчастного мужа, еще могла бы посочувствовать.

А сейчас мне хотелось выскочить туда и выкрикнуть — где вы были, когда ваша королева калечила ни в чем неповинных послов? Вы требовали у нее лекарства для них, выдвигали ультиматумы?

Я прекрасно могла ответить на свой вопрос сама. Они ей помогали. В одиночку Джарра не смогла бы изувечить троих мужчин. Кирана сказала — один Лазурный стоит трех Черных. Наверняка все, кто сейчас прибыл с ней во дворец, участвовали в этом. А теперь требовали еще раз пытать того, кого не допытали в прошлый раз.

Затаив дыхание, я ждала ответа Рендора. Ну же, драконье величество! Давай, вскинь надменно царственную голову. Одари зазнавшуюся делегацию презрительным взглядом, как ты умеешь. Сейчас самое время для этого. И они уж точно заслужили таких взглядом больше, чем я.

Но Лазурный король беспомощно стиснул и разжал кулаки. И повернулся к Ирсале, которую удерживал генерал Вейтар.

— Назови зелье, — попросил он ее.

Именно попросил — не рявкнул, не скомандовал. Тихо, едва не умоляюще.

— Ты же понимаешь, Ирса. Я дал клятву. Мне придется любой ценой выдрать из тебя состав зелья. Она, — он метнул гневный взгляд на королеву, — не стоит того. Ни твоей смерти, ни мучений Кейласа. Но мне придется это сделать. Скажи по-хорошему. Прошу тебя, Ирса.

Я чуть не села там, где стояла. Спросила Кирану растерянно:

— Что происходит? Почему он не вышвырнет эту Джарру с ее прихвостнями? Зачем расшаркивается перед ними? Он в самом деле станет пытать мужа Ирсалы?!

Кирана горько вздохнула.

— Если она не скажет зелье, ему придется. Он скован государевой клятвой. Джарра потребовала у него королевское слово, что ей не причинят вреда. Получается, если он сейчас не накажет преступников и не станет выручать Джарру, он нарушит его.

— И что?! Разве она не нарушила, когда искалечила тех послов? Почему он не может просто приказать им убраться и лечить ее самим, не выслушивать их наглые требования и не угрожать пытками своим же людям?!

Девушка покачала головой.

— Джарра не давала королевского слова, когда к ней приехали послы. Их безопасность обеспечивал лишь дипломатический этикет… на который она наплевала. Государева клятва — это магия. Когда государь дает ее, а потом нарушает… отдача бьет не по нему самому. По всей стране. Могут начаться засухи, катаклизмы, неурожай. Родятся увечные дети. Если король дал свое слово, он должен сдержать его любой ценой. Если оно нарушено по стечению обстоятельств, не по его вине, то исправить все, что от него зависит. Ему придется пытать Ирсалу и Кейласа, если она не назовет зелье.

Теперь уже я беспомощно сжала кулаки, вновь опуская взгляд в зал. Скажи, Ирсала. Оно того не стоит. Вы достаточно настрадались. Пусть эта тварь получит свое лечение.

Ирсала и Рендор смотрели друг на друга. Они стояли так, что я видела сверху лица обоих. В глазах женщины стояло отчаяние. В глазах Рендора — мольба.

А затем несчастная драконица сделала неуловимое движение… Вейтар среагировал мгновенно. Резко толкнул ее в спину и встряхнул. Изо рта Ирсалы что-то выпало. Рендор наклонился и поднял это.

— Зачем, Ирса?! — рявкнул он. — Зачем?!

Изловчившись, женщина с силой лягнула Вейтара в колено.

— Ты! Почему ты мне помешал?! Я все равно покойница. Государь казнит меня, потому что они, — Ирсала махнул рукой на Лазурных, — требуют мести! Зато уже никто не выдрал бы у меня зелье никакими пытками! Она так и осталась бы уродиной и еще долго выла от нестерпимой боли! Как Кейлас и его друзья на пути домой!

Очередной вопль Джарры заглушил все разговоры. Ее «придворная дама» выкрикнула требовательно:

— Хватит болтать! Нам нужен состав зелья! Пусть она назовет его, Лазурный!

Рендор метнул на Черных взгляд, который наверняка испепелил бы их, будь он в драконьем обличье. Но никакого вреда он им причинить не мог — те стояли, как ни в чем не бывало, над своей стонущей и вопящей королевой.

— Привести Кейласа! — рявкнул он. — Нерин, Саргон, исполняйте!

Глава 26

Рендору хотелось рвать и метать. Обратиться драконом и спалить проклятую Джарру. И самое невыносимое — сознавать, что сам загнал себя в ловушку. Был слишком самоуверен. Дал клятву Джарре, твердо убежденный, что подвоха ждать неоткуда.

Десяток Черных против всей Лазурной Дружины — уж точно никакой опасности. Сам Рендор не собирался вредить Джарре у себя во дворце. Он жаждал порвать драконицу в сражении, где она была равна ему в боевом обличье. Самая крупная и мощная из Черных Драконов, способная противостоять любому Лазурному. За время их стычек несколько дружинников погибли от ее когтей.

Но напасть на нее в человеческом обличье, когда он — мужчина, а она — женщина, — на такое Рендор не пошел бы никогда. Подло истреблять свиту Черной он не собирался — потому и дал клятву не колеблясь.

Беда пришла с нежданной стороны.

Три года назад после чудовищной расправы с послами Рендор совершил карательный рейд на земли Черных. В ярости Лазурная Дружина растерзала в бою пять десятков вражеских воинов. Выжгла пашни, пастбища, склады, но не тронула села и хутора. Хотя магия Черных была намного слабее, Рендор не собирался убивать хейлори, которым просто не повезло родиться на земле его врагов.

Вернувшись, он рассказал Кейласу и Ирсале, как отомстил за них и за двоих погибших Лазурных. Восемь убитых Черных были теми, кто по приказу Джарры истязал их. Рендор пытался достать и саму Черную Королеву. Но изворотливая тварь избегала прямого боя.

С тех пор все три года он неизменно старался подобраться к ней во всех налетах. И больше не надеялся, будто что-то сможет остановить войну между ними. Как он был наивен, полагая, будто Черной польстит брак с Лазурным королем и она успокоится, став королевой обеих стран!

Он был готов даже смирить мужскую гордость, связать себя узами с женщиной, да еще и с врагом — лишь бы остановить войну и разрушения. Вот только самой Джарре не нужен брак, не нужна корона и не нужен мир. Даже власть не нужна. Лишь огонь, кровь и смерть. Брак остановил бы войну — а она жаждала войны.

Все эти три года Кейлас и Ирсала жили во дворце тихо и спокойно. Кейлас посещал торжества Лазурной Дружины как почетный ветеран. Он не стал изгоем, друзья не избегали его.

Рендор верил, что Кейлас и Ирсала чувствовали себя достаточно отмщенными. Конечно, Ирсала первое время после трагедии с мужем была не в себе. Кричала, обвиняла и самого короля в несчастье. Требовала тотальной войны с Черными и смерти самой Джарры.

Рендор поклялся ей, что рано или поздно сойдется с Черной в поединке. И она не выйдет из него живой. И в каждом бою истово рвался сдержать эту клятву — не столько для Ирсалы, сколько для себя.

Он считал, Ирсале этого хватило. Не мог вообразить, что она попытается отомстить лично. Она была одним из самых талантливых магов у Лазурных. Использовала сложнейшие чары невидимости, чтобы подобраться к Джарре незамеченной. И зелье, которое плеснула в Джарру — никто другой не смог бы создать такую жуткую отраву за короткий срок, пока они летели во дворец. Или у нее все было готово и ждало своего часа.

Так или иначе, Рендор недооценил боль Ирсалы и ее жажду мести. И теперь расплачивался. Последнее, что он хотел делать, пытать своего верного ветерана. Он надеялся, до этого не дойдет. Достаточно будет пригрозить Ирсале — и она сознается. Ее любовь к Кейсалу должна превозмочь жажду мести.

Так и случилось. Когда он отдал приказ, женщина сникла.

— Не надо. Я скажу состав.

Она принялась перечислять ингредиенты. Целитель Черных снял с шеи ожерелье из разноцветных камней, которое оставалось на нем даже при обращении. Пока Ирсала говорила, он касался определенных камней, и те ярко вспыхивали.

Когда женщина перечислила весь состав, ожерелье засияло гаммой разнообразных оттенков. Целитель надел его на шею своей госпоже. На миг оно ослепительно вспыхнуло — и тут же потухло, вбирая разрушительную магию.

Вопли Джарры стихли. Она изможденно опустилась на пол, свита тут же кинулась поддержать королеву. Ожоги на ее лице затянулись, но не исчезли бесследно. На их месте образовались уродливые рубцы.

Черная, обрадованная тем, что боль исчезла, потянулась руками к лицу. И нащупала шрамы.

— Зеркало! — взревела она. — Зеркало мне!

Рендор не шелохнулся. Гонять своих людей ради прихотей Черной он не намерен. Все тот же маг-целитель махнул рукой, и воздух перед Джаррой уплотнился, собираясь в прозрачную амальгаму. Королева увидела свое отражение и отчаянно взвыла.

— Дрянь! Ты изуродовала меня! Смерть!!!

С рыком драконица вскочила на ноги и метнулась к Ирсале, скрючив пальцы и намереваясь выцарапать ей глаза, выдрать волосы или вцепиться в горло. Рендор бросился наперерез Черной.

С разбегу два смертельных врага, два враждебных правителя, голые мужчина и женщина врезались друг в друга и покатились по полу — как будто в любовной страсти, а на деле в лютой ненависти.

Глава 27

Я неверяще смотрела на Рендора. Надеялась, что ослышалась, что он не отдавал приказа Нерину и другому дракону привести на пытки искалеченного мужа несчастной женщины. Он не может так поступить!

В этот момент Ирсала сдавленно молвила:

— Не надо. Я скажу состав.

Она принялась говорить, называя незнакомые мне слова. Один из Черных стал крутить в руках странное разноцветное ожерелье, а затем надел его на шею королеве. Творилась какая-то магия, потому что лицо драконицы заживало.

Вместо того чтобы обрадоваться, та затребовала зеркало. Маг наколдовал его прямо из воздуха. Взглянув на свое отражение, Джарра узрела жуткие рубцы. И завыла так, словно ей опять плеснули кислотой в глаза.

Она со злобой накинулась на Ирсалу… И влетела прямиком в широкую обнаженную грудь Рендора, который встал у нее на пути. Они сцепились друг с другом и покатились по полу. Если бы кто-то увидел их сейчас, не видя всего остального, мог бы решить, что бесстыжая парочка вздумала предаться страсти прилюдно.

Черные бросились на помощь своей королеве — их тут же скрутили дружинники. Рендор быстро справился с озверевшей Джаррой, стальным захватом прижал ее к полу. Я вдруг невольно представила себя там, на месте Черной Королевы… нагой, беззащитной, под обнаженным мужским телом…

Встряхнула головой, прогоняя неуместные мысли. Нет, Лариса, брось-ка эти глупости. Вот уж чего мне не хватало — валяться голышом под драконьим величеством. У него целый гарем для этого. И вон, безумная Джарра, с которой он непонятно что сейчас сделает.

— Хватит, Джарра! — бросил король резко и холодно. — Ты получила исцеление. Твоей жизни больше ничего не угрожает. Можешь выметаться из моего дворца. Или я с Лазурной Дружиной могу тебе помочь.

— Не так быстро, Лазурный! — прошипела драконица.

Фраза прозвучала двусмысленно в ее устах — учитывая, что она валялась голая на полу, а Рендор, тоже голый, едва ли не оседлал ее.

— Ты должен наказать преступников за покушение!

— Накажу, не волнуйся. Когда ты уберешься на свои земли, тебе больше ничего не будет грозить на моей земле и не надо будет отвлекаться на защиту твоего пухлого зада.

— Как ты смеешь, ублюдок!

Женщина попыталась спихнуть его с себя, но не тут-то было. Рендор крепче прижал ее к полу.

— Спокойно, Черная. Я оберегаю тебя от дальнейших проблем — как и обещал. Мало ли кто еще из моих людей затаил на тебя обиду. Так что чем скорее ты избавишь нас от своего общества — тем скорее я исполню клятву.

— Ты обязан покарать тех, кто напал на меня на твоей земле! — повторила Джарра. — Иначе клятва окажется нарушенной! Казни свою дрянь и всех, кто ей помогал!

— После того, как ты выдашь мне оставшихся шестерых своих пособников. Тех из пятнадцати, кто измывались над моими послами три года назад. Пятнадцать Черных понадобилось, чтобы скрутить троих Лазурных! Восьмерых мы прикончили, когда потрепали вас в отместку. Шестеро остались. И последняя — ты! К сожалению, тебя сейчас оберегает клятва. Я смогу оторвать твою одержимую башку, когда мы сойдемся в бою. Но тех шестерых ты выдашь мне — если хочешь мести. Я тоже хочу ее, Черная. Уже три года хочу!

— Я не давала клятву! А ты дал, Лазурный! Сдержи ее! Ты обязан! Иначе будешь отвечать!

Меня вновь охватило нехорошее предчувствие. Я не знала всех тонкостей магических уз этого мира. Джарра говорила слишком уверенно. А Рендор… чуялось мне, Рендор блефовал. Пытался застращать Джарру, надавить на нее, чтобы она не желала ничего, лишь бы побыстрее покинуть дворец.

Но психопатка не повелась. А ее маг, тот самый со светящимся ожерельем, заявил:

— Как Хранитель Драконьих Скрижалей я подтверждаю требование моей госпожи. Ты обязан казнить преступников, Лазурный. Иначе клятва считается нарушенной. Спроси своих Хранителей. Или мы можем обратиться к Скрижалям — и проверить, прав ли я и права ли государыня.

Рендор стиснул зубы. Похоже, чародей вскрыл его блеф… Господи, что же будет?! Неужели его заставят казнить Ирсалу?

Джарра воспользовалась замешательством короля, сбрыкнула его с себя и вскочила на ноги.

— Ставь передо мной преступницу, Лазурный! И прикажи своим шакалам расступиться! Я перекинусь и сожгу ее! А впрочем… Нет, я хочу по-другому. Сожги ее сам! Таково мое требование как пострадавшей стороны! Убей эту гадину лично! Сейчас!

— Скорее я сожгу тебя, сука.

Они стояли друг напротив друга, дыша ненавистью и несгибаемым упрямством. Страшно было смотреть, как каждый хочет прогнуть второго под себя — не щадя жизней тех, кому не повезло оказаться рядом.

— Рен… — тихо произнес генерал Вейтар. — Черный говорит правду. В Скрижалях запечатлено, что если слово государя нарушено по злой воле его подданного, то правитель должен его покарать. В противном случае клятва считается нарушенной.

Дальше я смотреть не могла. Не знаю, почему я сделала то, что сделала. Не знаю, что мной двигало и чем я думала. Я приказала Киране — коротко, с обманчивым спокойствием, под которым бушевал ураган:

— Отведи меня вниз. В этот зал.

Глава 28

Глаза у Кираны сделались по пять рублей.

— Божественная, ты… ты хочешь…

— Я хочу пройти в зал. Тебе что-то непонятно? Проведи меня туда!

— Но туда может входить только Лазурная Дружина!

Я чуть не топнула ногой. Время утекало. Пока эта дурочка упрямится, они заставят Рендора сжечь бедную Ирсу. Вейтара-то кто за язык тянул?!

— Я твоя богиня, Кирана. Или нет? Я приказываю тебе не препираться со мной и отвести в зал. Быстро. Очень быстро.

— Д-да… божественная.

Кирана скомканно поклонилась и пошла к лестнице. Я опередила ее.

— Бегом!

Что я собиралась делать? Да понятия не имею! Говорю же, мной двигал сумасшедший импульс и желание любой ценой не дать Черной психопатке убить Ирсалу.

Я побежала, и Киране пришлось подстроиться под меня. Мы промчались три лестничных пролета. Девушка подвела меня к громадным дверям, через которые мог проникнуть дракон в своем зверином обличье.

И что делать, если они заперты изнутри? Молотить кулаками? Не очень-то божественно, порушу весь имидж. А мне он ой как нужен, чтобы осуществить свою сумасбродную задумку. Перед богиней двери должны распахиваться сами собой, ей и пальчиком не надо прикасаться. А мне пришлось со всей силы толкнуть.

Бесполезно. Я толкнула сильнее. Черт. Все-таки заперты. Все-таки стучаться. Тут Кирана взялась за огромную резную ручку и кряхтя, потянула на себя. Дверь открылась. Я бы посмеялась над собой, если бы ситуация располагала к юмору.

Ухватившись за створку, я приоткрыла ее шире и просочилась внутрь. Киране велела оставаться в коридоре. Не надо ей нарушать королевских запретов и нарываться на проблемы — у нее ведь нет божественной неприкосновенности.

Меня увидели сразу. Я себя и невидимкой сделать не могла, как Ирсала. Все, что у меня было — невозмутимый решительный вид. Прямая спина и морда кирпичом. Я богиня, все видят? Только попробуйте помешать.

С таким фейсом я прошагала прямо в центр зала. Драконы мгновенно поворачивались ко мне, но никто не пытался подойти и затормозить меня. Я беспрепятственно прошла вглубь, где Рендор и Джарра стояли друг напротив друга.

Его драконье величество вмиг заметил меня. Глаза у него округлились пятаками, как у Кираны. Заметив его реакцию, обернулась и Джарра. И тут же опасливо отпрыгнула назад. Взвизгнула, как истеричная девица, а не королева:

— А это еще кто?! Уберите ее от меня!

Ну-ну, жаль, тут нет табуретки. Не то Черная Королева вспрыгнула бы на нее с воплями, как при виде мышки. Так ей и надо, заслужила щепотку паранойи. Пусть теперь во всех незнакомых женщинах видит мстительниц с пузырьком кислоты!

— Ты хотела меня видеть, Джарра. Я пришла. Говори. Я готова тебя выслушать.

Настала очередь драконицы выкатывать глаза.

— Тебя?! Да зачем ты мне сдалась? Кто ты вообще такая — очередная подстилка Лазурного?

Ах ты ж. Противная баба смогла меня задеть. Мало что могло уколоть неприятнее, чем сравнение с девицей из гарема Рендора.

Удерживая самоконтроль, я высокомерно подняла бровь. Через плечо Джарры обратила вопросительный взгляд на Рендора. Давай, драконье величество, подыгрывай. Мы с тобой сейчас по одну сторону баррикад.

Рендор замешкался, но все же смог сориентироваться.

— Ты требовала встречи с богиней, Черная.

Джарра недоверчиво посмотрела на него, затем на меня. И еще раз повела глазами, будто не веря им. А затем расхохоталась, выпячивая вперед груди-шары размера эдак четвертого.

— Это — богиня?! Дури кого-нибудь другого, Лазурный! Обыкновенная человечка, даже не драконица! Где ты ее раздобыл, на какой помойке?

Вот зараза. Ее так просто не проведешь. Но вроде как тут открыто и официально считалось, что богиня воплотилась в теле иномирной человечки. Ничего зазорного в моей «человечности» нет. Я ответила, стараясь тоже держать грудь колесом, хотя у меня она была далеко не такой внушительной… зато и не голой:

— Я воплотилась в человеческом теле. И пришла в Илларан из другого мира. Не очень осмотрительно с твоей стороны оскорблять меня, если перед этим ты требовала у государя Рендора беседы со мной.

— С тобой я не требовала ничего! Возвращайся откуда пришла, в свой мир или в хлев, где ваш государь трахает своих свиней! Убери от меня свою куклу, Лазурный! Пусть не мешает. Надеешься, она заговорит мне зубы и я забуду о справедливости? Не дождешься! Казни преступницу! Хватит тянуть.

Я набрала воздуху в грудь. Все же придется это сделать. А я и в самом деле надеялась заговорить Джарре зубы. Что я там говорила про Рендора — блефует? Три ха-ха. Куда ему до меня. Я тут — главный мастер блефа. Ни одного козыря на руках, сплошь крапленые карты.

Давай Лариса, бросай их на стол.

— Я, богиня Иллари, беру преступницу Ирсалу под свое божественное покровительство. Отменяю все клятвы и заклятия, которые обязывают Рендора, короля Лазурных Драконов, казнить ее за покушение на Джарру, королеву Черных Драконов. Отныне и до конца своих дней назначаю драконицу Ирсалу моей жрицей и прислужницей. Божественной волей смываю с нее все грехи и преступления. Все, что она содеяла до сего момента, прощается и отпускается ей. Невинной аки младенец вступает она в грядущую жизнь в духовной чистоте и преданном служении мне, богине Иллари.

Глава 29

Аминь, чуть не добавила я в финале своей фееричной проповеди. Кажется, я открыла в себе новое призвание. Даст бог — или боги всех миров! — вернусь на Землю, подамся в Свидетели Иеговы, ходить по домам и вербовать новых адептов.

С пафосом я расщедрилась — отсыпала от души. Но спасет ли это Ирсалу?

Все в зале смотрели на меня то ли как на подлинное божество… то ли заговорившее соломенное чучело. У Джарры во время моего бенефиса челюсть отваливалась все ниже и ниже. Когда я умолкла, она несколько секунд глазела на меня с разинутым ртом. Потом кое-как захлопнула его и принялась гоготать, как кобыла.

— Ай-яй, устроила представление человечья скоморошка! Ясно теперь, зачем Лазурный тебя притащил! Скучно стало со своими куклами, захотелось не только оргий, но и представлений! Думаешь, я куплюсь на твою бездарную клоунаду? Как бы не так! Называешь себя богиней — докажи! Прояви свою божественную силу.

Так. Ну я ведь не ожидала, что будет совсем легко, не правда ли? Быстро от нее не отделаться. Я скорчила постную мину, которая ассоциировалась у меня с величественным божественным видом. И обронила так небрежно, как могла:

— Я богиня любви и плодородия, Джарра. Моя сила — это моя милость к любящим. Есть ли такой мужчина, которого ты любишь превыше себя самой? Сильно сомневаюсь в этом. Нет никого, кого ты любила бы больше себя. Я задавала тебе вопрос, зачем ты хотела меня видеть. Ты ответила оскорблениями и упустила свой шанс. Я не собираюсь метать жемчуг перед свиньями. Мое слово сказано. Ирсала, подойди ко мне.

Не отрывая от меня неверящего взгляда, женщина робко подошла. Я повернулась к Рендору и объявила, пока никто не успел опомниться:

— Государь, я ухожу и забираю свою жрицу. Проследи, чтобы никто нас больше не побеспокоил.

Рендор метнул на меня странный взгляд. У меня не было ни сил, ни желания гадать, что там на уме у его драконьего величества. Я взяла Ирсалу под локоть и продефилировала к выходу. За спиной прозвучал голос короля:

— Богиня молвила свою волю! Черные хотели увидеть ее — и увидели. Жизнь королевы Джарры вне опасности. Больше вас ничто не держит здесь. Сама уберешься, Черная, или придать ускорения пинком?

— Как ты смеешь! — взвизгнула истеричная королева. — Я изуродована! Мне нужна месть!

— Мои послы тоже изуродованы тобой. И мне тоже нужна месть. Встретимся ради нее на поле боя. А сейчас — проваливай!

Не удержавшись, я обернулась. Зрелище того стоило. Толпа Лазурных сгрудилась вокруг десятка Черных. Сам Рендор нависал над Джаррой… которая больше не была ослепительной красоткой, похожей на юную Малефисенту. Уродливые рубцы и шрамы сделали ее больше похожей на Бабу-Ягу, которая приделала свою безобразную голову на красивое молодое тело.

— Ты пожалеешь! — выплюнула психопатка. — Я еще вернусь сюда. Ты проклянешь тот день! И день, когда ты родился!

— О, не сомневаюсь. Если ты сюда вернешься, я прокляну все на свете. Дружина, выводим наших гостей! Без нас они не справятся.

Лазурные принялись подхватывать Черных под руки. К Джарре подошли трое — Рендор отошел подальше, контролируя вывод «гостей». Королева сбросила с себя мужские руки.

— Прочь! Я уйду. Сегодня — уйду.

Огромные двери распахнулись сами собой. Черные быстро зашагали к выходу, и мне пришлось отбежать в сторонку, утягивая за собой Ирсалу. Иначе они сшибли нас с ног — и прощай, божественный имидж.

Поравнявшись со мной, Джарра остановилась и одарила ненавидящим взглядом.

— Не думай, что сегодня наша последняя встреча… богиня. Кем бы ты ни была, тебе еще придется ответить на мои вопросы. И вообще ответить за все!

Вздернув исполосованный рубцами подбородок, Джарра горделиво прошла мимо. По позвоночнику пробежал холодок. Ненормальная королева просто запугивала… но на душе стало неспокойно.

«Гости» вышли из зала в сопровождении хозяев. Рендор — одним из последних. Как и Джарра, он обернулся в мою сторону… лишь на секунду, но я едва не плюхнулась на пятую точку, как при нашей первой встрече.

Как у Джарры, в его глазах плескалась… злость. Не кипящая ненависть, но совершенно четкое раздражение и недовольство. В чем дело?! Я мастерски, виртуозно вытащила его задницу из переплета, куда он загнал себя неосмотрительной клятвой… а он за что-то злится на меня?!

Глава 30

Выпроваживая Черных, Рендор шел позади всех, чтобы не выпускать шайку врагов из виду. Они поднялись на взлетную площадку. Джарра никак не могла угомониться:

— Твоя богиня пустышка, Лазурный! Возмездие все равно настигнет тебя!

— Боги Лазурных тебя не касаются, Джарра. Мой народ признал ее, а значит, признал ее право изрекать божественную волю. Клятвы и обязательства перед тобой сняты. Проваливай поскорее, не вводи меня в искушение. Вдруг она смоет с меня грех твоего кровавого убийства и расчленения?

— Поставь ее перед Скрижалями! Если они не признают ее — никакая она не богиня!

Глаза Рендора сверкнули.

— У меня есть иное предложение, Черная. Древний Суд. Ты и я. Насмерть. Кто выживет, тот и будет прав. Признаю твое право выбрать любого Черного себе в пару. Я сражусь с двумя сразу. Лишь потому, что ты женщина. Я видел тебя в бою, ты стоишь любого Лазурного. Но не хочу позорить себя победой над самкой — поэтому готов сразиться еще и с самцом. Прямо сейчас! Готова? Оставим Скрижали трусам и слабакам.

В глазах Джарры мелькнул страх. Рендор удовлетворенно хмыкнул. Сильная, могучая и кровожадная, она все же боялась его. Боялась открытого боя, поэтому до сих пор они не встретились один на один.

Он кивнул Вейтару. Генерал перекинулся и взмыл вверх. Рендор занял его место и обратился сам. Следом — еще дюжина Лазурных.

«Твой черед, Черная», — распорядился он мысленно.

Джарра вышла на середину освободившейся площадки и перекинулась. Вслед за ней — свита. Под конвоем Лазурных стая Черных полетела к границе. Всю дорогу Джарра сыпала проклятьями, но Рендор игнорировал ее.

Главное — тварь наконец уберется с его земель и он будет свободен от договора. А вдруг человечка и в самом деле сможет очистить его от убийства Черной и нарушения клятвы? Нет, Рендор не мог пойти на такой риск… будучи уверен на все сто, что она всего лишь человечка.

И тем не менее, если Лазурные верят в ее божественность и признают ее волю, его отказ покарать Ирсалу не приведет к нарушению клятвы. Вот прямая агрессия с его стороны — уже другое дело. Проступок короля уже точно потребует вмешательства Скрижалей. Особенно если завершится смертельным исходом для Джарры.

Так что Рендор неохотно оставил задумку прикончить королеву и попросить отпущения грехов у новоявленной богини. Но мечтать ему никто не запретит.

Он с облегчением выдохнул, когда Черные наконец пересекли границу и убрались восвояси. Дружина обновила магическую защиту. Рендор надеялся, предыдущие набеги выкачали из Черных достаточно сил, чтобы они нескоро отважились на новый набег.

Возвращаясь в замок, он застал первые лучи рассвета. Налет Джарры и последующие разборки заняли всю ночь. На подлете он отправил приказ камердинеру Греллу:

«Приведи наложниц в Зал Удовольствия. Пятерых, на твое усмотрение. Кто уже проснулся или проснется быстро».

А проснутся все, и передерутся между собой за право ублажить своего хозяина. Его игрушки должны быть готовы встретить господина и обслужить в любое время дня и ночи. Даже с утра, ни свет ни заря. Ленивые засони ему не нужны.

Рендор провел в полете больше суток, с небольшими перерывами, без сна, да еще и бился в смертельной схватке. Но мужское желание разрывало его изнутри. Ни усталость, ни напряжение — ничто не могло остановить его, помешать утолить вожделение. Наоборот, ему надо было еще больше и жестче.

Девицам, которые сейчас встретят его, придется непросто. Дракон, которого снедает желание после боя — тот еще зверь! А когда его еще и терзает непреодолимое раздражение…

Весь полет, туда и обратно, перед мысленным взором Рендора стояло женское лицо. И это была не изуродованная физиономия Джарры. Рендора и прежде не трогала броская красота Черной Королевы. Когда он хотел жениться на ней, он был доволен, что невеста привлекательна собой. Но будь она серой мышкой, он все равно бы предложил этот брак. Мир и сохранность его земель — вот что волновало его.

А когда Джарра надругалась над послами, он перестал видеть в ней женщину. Лишь заклятого врага, которого надо уничтожить. Она не вызывала в нем желания, даже когда стояла перед ним нагой, выпячивая внушительные прелести.

Нет, совсем иная картина стояла у него перед глазами. Другая нахалка, которую он точно так же недооценил изначально, как Джарру. Точно так же, как не ждал от Черной вероломного нападения на послов, он не ждал от иномирянки тонкой, виртуозной игры.

Если бы прежде он не слышал от нее искренние заверения, что она не считает себя богиней, сейчас мог подумать, что ей ударило в голову осознание своей божественной воли. Что она поверила в сказки фейри и посчитала себя богиней.

Увидев ее на Поле Примирения, услышав ее бесхитростное признание слабости, Рендор счел ее недалекой. И ждал момента, когда бессмысленная игра фейри провалится. Но… шаг за шагом девица проявляла себя с неожиданных сторон.

Богиня или нет, она вела себя как весьма хитроумное, расчетливое, находчивое создание. Отвоевывала у него авторитет и признание. А этой ночью, рядом с Черными…

Нет, Рендор не мог отказать ей в признании. Она сумела спасти жизнь Ирсале — а ведь у него Черные практически выдрали ее. Он до сих пор не знал, смог бы он сделать это, сжечь несчастную женщину, которую ничто не удерживало от мести за мужа.

Иллари — или Лариса, как она называла себя — отважно вышла перед Черными, назвала себя богиней, провозгласила Ирсалу жрицей — и отвела от нее угрозу казни. Рендор включился в ее партию. Вдвоем они сыграли безупречно.

Никогда в жизни он не добивался успеха вместе с женщиной. Никогда не разделял с ней достижения. А сейчас он был обязан этой человечке, что она вывела из-под удара его людей. Как минимум Ирсалу, а может и других — кто-то известил ее о прибытии Джарры, кто-то помог быстро приготовить зелье.

Рендору претила сама мысль быть обязанным женщине. Он не мог простить ни себе, ни ей, что не выпутался из этой ситуации в одиночку. Осознание того, что теперь он ей должен, угнетало, придавливало его.

И распирало желание сравнять счет. Утвердить свое превосходство над ней, превосходство самца над самкой самым древним и естественным способом. Но он не мог. Теперь он уже не сможет осуществить свой план — ниспровергнуть ее божественный авторитет, показать всем, что она всего лишь человечка… забрать к себе в гарем и сделать то единственное, что он умел делать с женщинами.

Теперь они повязаны. Пока она считается богиней — он не считается нарушителем клятвы. А если ее признают притворщицей, смертной, которая изображает из себя богиню, придется расплачиваться и ему.

Богиня или нет, иномирянка теперь была недосягаема для него. Все, что ему оставалось — гаремные девки. Которые вдруг стали пресными и утратили интерес короля. Нет, Рендор не стал отказываться от них. Он взял каждую из пятерых, и не по одному разу. Но не испытал удовлетворения, впервые за всю жизнь.

Каждый раз ему мерещились светлые волосы, дерзкий взгляд, соблазнительный голос и упругие ягодицы под прозрачной лазоревой юбкой. Чем сильнее он сознавал недоступность иномирянки, тем ярче горело желание обладать ей.

Надо отдать Греллу приказ. Пусть найдет новую наложницу. Человечку. Блондинку. Рендор будет все время разворачивать ее к себе задом, чтобы не видеть лица. Представлять чужое, нахальное и самоуверенное. Обладать наглой девкой хотя бы в мыслях.

Глава 31

Я дождалась, пока вся дружина покинет зал. И вышла сама, таща Ирсалу под руку. В коридоре нас встретила напуганная Кирана.

— Владычица… все ли в порядке?

— Почти. Не считая, что я вымоталась, как… неважно кто.

Как черт, я хотела сказать, но не стала употреблять непонятное драконицам слово.

— Ирсала, ты ведь знаешь, где находятся покои короля?

— Знаю… Владычица Иллари.

Голос моей новоявленной жрицы звучал напряженно и настороженно. Все ее жесты и мимика были такими. Я не сердилась. Она впервые видела меня и не понимала, чего от меня ждать. Не каждый день залетная богиня объявляет тебя своей жрицей.

— Тогда проводишь меня сама. Кирана, можешь быть свободна. Спасибо, что составила сегодня компанию мне.

— Рада служить, божественная! Я тебе точно больше не нужна?

А вот ее голос звенел надеждой. Похоже, я окончательно и бесповоротно завоевала симпатии молодой драконицы, которая поначалу чуть не показалась мне ушлой стервочкой.

— Завтра можем увидеться. Если захочешь, можешь прийти к нам на обед или ужин. Завтрак я твердо намерена проспать. Отдыхай у себя дома, твои родные и Нерин наверняка волнуются. Спокойной ночи. Ирсала, пойдем.

Я чувствовала себя генералом, который отдает приказы полковникам. И трех дней не пробыла в этом сумасбродном волшебном мире — а уже обзавелась личной свитой… и немалой ответственностью. Ох, тяжела ты тяжела, доля попаданки!

Пока Ирсала вела меня по замковым коридорам, я решила разъяснить ей по возможности наше будущее. Не собиралась держать женщину в безызвестности, а стало быть — в тревоге.

— Скажи, у тебя есть возможность связываться с мужем? Он знает, что ты жива, здорова и в безопасности?

Она покачала головой.

— Только в драконьем обличье можно посылать ментальные сообщения. Сейчас я не обратилась… а Кей уже не может оборачиваться.

Я вздохнула.

— Мне жаль. Тогда мы пошлем к нему слугу. Твой муж должен знать, почему ты не вернешься этой ночью. Сейчас тебе лучше не отходить от меня, пока мы не убедимся, что тебе ничего не грозит. Завтра можешь пригласить его. Мы побеседуем все вместе и решим, как нам быть. Будь уверена — я не собираюсь вас разлучать. Ты сможешь свободно общаться с ним и жить супружеской жизнью.

Глаза Ирсалы радостно блеснули.

— Благодарю тебя, Владычица. За все. Но скажи, почему ты вмешалась? Зачем спасла меня?

Я улыбнулась уголком рта.

— Я же богиня любви. Не могу смотреть, как любящей паре причиняют горе. Вы с мужем достаточно настрадались.

Ирсала печально опустила взгляд.

— Это верно, божественная. Скажи… нет ли возможности исцелить Кея?

Я развела руками.

— Ничего не могу тебе обещать. Я не обладаю божественной силой в полной мере. — Ни в какой не обладаю, но эти детали Ирсале ни к чему. — Жрецы-фейри утверждают, что однажды я обрету ее. Но случится ли это, будут ли у меня способности к исцелению — я не знаю. Довольствуйся тем, что ты осталась жива и можешь быть рядом с мужем. Большего я не могу для вас сделать, сейчас — точно.

Ирсала смиренно склонила голову.

— Понимаю, божественная. И вновь благодарю.

Мы дошли до наших — то есть, Рендоровых апартаментов. Меня встретила встревоженная Тайлири. Она тоже не умела оборачиваться драконом, и некому было предупредить ее, что со мной происходит.

— Тайлири, это Ирсала. Она теперь тоже будет моей жрицей. Ирсала, это…

— Я знаю Верховную Жрицу фейри, — молвила женщина.

Мне не понравился взгляд драконицы. Похоже, она недолюбливала свою «коллегу». Почему? Потому что Тайлири — фейри? Или она успела чем-то лично насолить Ирсале? А может, всем драконам?

Только этого мне не хватало — общества двух враждебных друг другу женщин! Чем дальше в лес, тем толще партизаны…

— Ну тогда прекрасно. Тайлири, помоги Ирсале устроиться ночевать. А завтра мы с вами обсудим наше дальнейшее будущее.

Прозвучало угрожающе, но я слишком устала и ничего не могла поделать.

— И да, очень важно. Ни в коем случае меня не будить! Ну разве что Черные начнут сносить дворец. По другим поводам — даже не заходите в спальню. Если король захочет встречи со мной — пусть и он дождется, пока проснусь. Иначе покараю божественным гневом.

Проговорив свою страшную угрозу, я бросила двух своих преданных служительниц наедине друг с другом. Сама ввалилась в ванну, быстренько ополоснулась и рухнула спать. Утро вечера мудренее. Завтра со всем разберусь. Точнее, уже сегодня…

Глава 32

Не знаю, то ли моя божественная угроза подействовала, то ли я просто никому не сдалась этим утром — но проснулась я выспавшаяся и в отличном расположении. Тут же в голову стукнуло, как там мои помощницы. Выскочила проверить — вдруг пока я дрыхну, Ирсалу умыкнули наказывать. Ну или они с Тайлири поубивали друг друга.

Но обе «жрицы» были на месте. Целы и невредимы, хотя несколько напряжены. Встретили меня с искренней радостью. Видимо, общество друг друга им приелось.

— Доброе утро, девочки. Который час?

— Полдень миновал только что, божественная, — ответила драконица.

— Пусть принесут завтрак. Или обед, неважно. Ирсала, твой муж может прийти присоединиться к нам, если не занят. Или в любое время в течение дня.

— Я передам ему, божественная, — поклонилась драконица.

Я напутствовала ее, чтобы не выходила сама — мало ли, как настроены другие драконы. Понятия не имела, каким образом она передаст ему приглашение, и не собиралась заморачиваться. Если Ирсала подобралась к Джарре и плеснула в лицо кислотой или чем — до мужа и подавно достучится.

Так что я ушла в ванну, потом переоделась, и когда вышла снова, меня ждал накрытый стол — и мужчина, помимо моих помощниц. Ирсала сидела рядом с ним, Тайлири на другом краю стола. Я села на свободный стул.

— Полагаю, Кейлас? Рада тебя видеть.

— Божественная… Ты спасла мою супругу. Благодарности моей нет предела. Прими мое служение, молю тебя!

Я чуть не поперхнулась завтраком, который не стала откладывать. Если так пойдет и дальше, мой штат служащих будет расти в геометрической прогрессии! И куда мне всех девать? На Земле я не была женой или дочкой олигарха, жила в однушке-студии, а не в хоромах на Рублевке.

И что со всеми делать? Был бы свой замок — там им нашлось бы применение. А тут у Рендора есть свои слуги, и они прекрасно справляются. Устраивать очередь на право подать мне ночнушку или нажать слив в туалете, как у средневековых монархов, как-то не хочется.

Но отказать мужу Ирсалы я не могла, если хотела исполнить свое обещание и не разлучать их. Если оба окажутся у меня в услужении, как раз и не разлучатся. А потом, может, по-тихому избавлюсь от обоих. Отправлю «на удаленку» к себе домой.

Довольная собой, я пафосно возвестила:

— Принимаю твое служение, Кейлас. И первое мое поручение — расскажи, какие настроения у твоих товарищей после вчерашнего? Сердятся ли они на твою жену или на меня?

Дракон покачал головой:

— Что ты, божественная! Никто не посмеет сердиться на тебя. Что до нас с Ирсалой…

Он замешкался, и жена пришла на выручку:

— К нам всегда хорошо относились, Владычица. Некоторые — с жалостью, и это было тяжело для нас.

Я поняла, что она сказала — для нас, чтобы не задеть Кейласа. Конечно, тяжелее всего мужчине, которого жалеют за недееспособность.

— И сейчас никто не станет требовать, чтобы тебя отдали Джарре? Что насчет Скрижалей? Джарра и ее маг упомянули их, когда требовали твоей казни. Что это такое?

Ирсала бросила на мужа быстрый взгляд и опустила глаза. Я поняла, что таким образом она предложила ему объяснить самому — как мудрая женщина не желает лезть поперек супруга. Кейлас заговорил:

— Скрижали — это древние наставления наших богов, Владычица. Они запечатлены в самом большом храме всех драконов. Высечены прямо на стенах. Некоторые — в виде текстов. Некоторые — картинками, которые магически оживают и изображают ситуацию, когда кто-то из драконов обращается к ним.

Я насторожилась.

— И что, обратиться может любой дракон? И Лазурный, и Черный?

— И Красный. Древние боги покровительствовали всем драконам, не разделяя нас. До сих пор каждый год мы собираемся на служение все вместе, оставив все распри.

— Скажи… Джарра может потребовать, чтобы эти Скрижали подтвердили, богиня я или нет?

Кейлас задумался.

— Такого никогда не случалось. Никто никогда не оспаривал божественную сущность.

Ага. Если эта сущность сразу шарашила молнией по дерзкому еретику. А я только и могла что корчить высокомерную физиономию и надеяться, что дерзкий сдуется сам. Но Джарра не сдулась.

Королева психов недвусмысленно выразила намерение испортить мне жизнь. И с ее уровнем психического расстройства она любой ценой постарается это исполнить…

— А если случится? Она может заставить Рендора привести меня в этот храм?

Тут подала голос Тайлири:

— Никто никого не может заставить привести куда-то богиню против ее воли. Богов не принуждают.

Я удержала вздох. Меня-то скрутить и притащить куда угодно легче легкого. А там и доказывать не надо, что я не богиня. Само станет понятно, раз не наказала ослушников. Но я не стала упираться. Незачем твердить это драконам, не то так и будет откладываться в подсознании. Уточнила другой важный момент:

— Допустим, Джарра потребует такой проверки. Допустим, я соглашусь. Что помешает ей нарушить ваше священное перемирие и перебить всех, кто собрался в храме?

Супруги-драконы рьяно помотали головами.

— Это исключено, божественная. Кровопролития в Храме Всех Богов запрещены, нарушителя покарают.

— Кто? Боги?

— Сами драконы.

Ну да. При условии, что будет кому карать. А если Черные подпалят или взорвут этот храм с остальными драконами, кто покарает? Перед глазами встала похожая сцена из сурового американского фэнтези-сериала. Там тоже никому и в голову не приходило, что одна нездоровая, жадная до власти истеричка взорвет главный храм своей страны, когда в нем соберутся почти все ее недруги…

Поведение Джарры выдавало в ней конченую психопатку. Такую ничто не остановит. Какие-то там храмы, договоренности… Если захочет отомстить — потребует явиться перед этими Скрижалями… и отыграется за все мнимые и реальные оскорбления.

Я должна поговорить об этом с Рендором. Если Джарра затребует проверку, он должен понимать, что может стоять за этим.

— Как мне передать государю, что хочу с ним поговорить?

Передать-то было проще простого — вон в спальню к нему постучаться, прямо за стенкой. Но таким способом я не собиралась общаться с Его Драконьей Наглостью. Богиня я или нет?

Кейлас вызвался посыльным. Я предложила сначала закончить трапезу. До конца нашего позднего завтрака я расспросила точно, что Ирсале не грозила опасность от самих Лазурных. Потребовать ее выдачи Джарра не сможет, не опровергнув мою божественность.

Убедившись, что сами Лазурные не станут наказывать женщину за покушение на королеву, я разрешила супругам жить в своих личных апартаментах, а свои обязанности моих служителей исполнять «по запросу».

Поддержка обоих, знакомство с жизнь драконов мне ой как пригодится. Тайлири, как и я, здесь чужачка, хоть знает и побольше моего. А тут двое местных, да еще из высшей прослойки, приближенные самого короля. Ирсала, похоже, еще и сильная магичка.

Я спросила это у самой женщины. Та с достоинством кивнула.

— Я обладаю чародейским и знахарским даром. Потому и создала такое зелье, которое не смог залечить чародей Черных.

При упоминании чародея я вспомнила еще кое-что.

— Он называл себя — Хранитель Драконьих Скрижалей. Что это?

— Нужен особый дар и навыки, чтобы обращаться к Скрижалям. Они раскрываются лишь при определенном ритуале. Проводить его должен тот, кто специально обучен.

— У Лазурных Драконов это Вейтар?

— Да. Генерал Вейтар и еще несколько драконов. Хранителей всегда несколько, чтобы они могли передавать свое знание и оно не пропало.

— Вчера он мог бы и смолчать, когда Джарра с ее магом принялись твердить про эти скрижали!

Ирсала улыбнулась.

— Генерал такой человек. Никогда не станет лгать или молчать.

Сказала бы я, что думаю про неуместное правдолюбие. Но не видела смысла. Ситуация миновала — и теперь надо смотреть в лицо будущему, а не оглядываться в прошлое. Закончив завтрак, Кейлас отправился к королю. Вернувшись, сообщил, что государь будет счастлив видеть богиню через два часа, когда завершит прием просителей.

Я подумала, чем бы себя занять в это время, и попросила Кея с Ирсалой показать мне дворец. Драконы с радостью согласились. Они были полны энтузиазма отблагодарить меня и исполнить свои новые обязанности.

Мельком я бросила взгляд на Тайлири. Если жрица и была недовольна тем, что у нее появилось так много соперников за мое божественное внимание, да к тому же я чаще обращаюсь к ним, чем к ней — виду она не подала. Но попросилась пойти с нами, и я не видела причин отказывать.

Так вчетвером мы отправились исследовать замок. Снова меня удивил контраст с прозрачным храмом фейри. Там все было легкое, воздушное, будто сотканное из эфирных нитей. Здесь же было ощущение, что сама драконья натура воплотилась в кребане — могучем сплаве, который мог выдержать даже атаку драконьим огнем. Массивная, тяжелая, непрошибаемая.

Кейлас провел меня по нескольким этажам замка, пояснив, где находились залы для разных торжеств и государственных дел, где жилые апартаменты дружинников и чиновников с семьями, где жилье прислуги. Меня порадовало, что при дворе Лазурных не было всяких придворных прихлебателей просто для красоты и потому что так положено. Каждый исполнял свои обязанности, участвовал в управлении королевством или защищал его от врагов. Все было устроено разумно и без излишеств.

Когда он вел меня в драконью библиотеку, из-за угла вдруг вылетел ребенок. Увидев меня, остановился и уставился с раскрытым ртом, как на ходячее божество… Впрочем, я им самым я и была для драконов, и все никак не могла привыкнуть.

— Ты Иллари, — заявил паренек безапелляционно, словно уличил меня в чем-то. — Богиня из другого мира.

— Из другого мира — это точно, — подтвердила я. — Насчет богини, так говорят жрецы фейри.

— Сделай так, чтобы папа меня не наказывал за то, что я подкинул Армине в спальню жуков!

— С чего бы это? Подкладывать девочкам жуков нехорошо. Пусть папа тебя накажет, может прекратишь.

Мальчишке было лет восемь-девять, и он кого-то мне напоминал. Возможно, я уже видела его отца среди драконов. В подтверждение из-за угла донесся знакомый голос:

— Мартин! Куда удрал, негодник? Ну-ка вернись, а то схлопочешь еще больше!

Из-за угла стремительным шагом вышел отец хулигана. Завидев своего отпрыска, бросился к нему. Мартин ойкнул и отскочил, да не куда-нибудь, а за меня, прячась от сердитого папочки за моей юбкой.

Мужчина попытался обойти меня сбоку и выхватить сына из такого ненадежного убежища. Но проказник Мартин не собирался так легко сдаваться. Он отпрыгнул еще дальше — при этом не выпустил из рук края моего платья.

Тонкая ткань с треском порвалась. Я взвизгнула и повернулась, чтобы влепить нахаленку подзатыльник. И не устояла на ногах. В неловком повороте я завалилась набок и саданулась бы головой об угол стены, если бы генерал Вейтар не успел ловко подхватить меня.

Я даже не осознала толком, что только что произошло… как вдруг с противоположного края коридора донесся другой знакомый голос, еще злее и разгневаннее, чем у Вейтара, сердитого на выходку сына:

— Чем вы тут все изволите заниматься?

Надо мной нависло лицо его драконьего величества. Глаза полыхали самым настоящим бешенством. А я, в разорванном платье, беспомощная и лишенная всякого божественного достоинства, повисла на руках генерала Вейтара.

Глава 33

Зажатая между двумя драконами — в человеческом обличье крупными, широкоплечими, мощными мужчинами — я только и могла беспомощно хлопать ресницами. До меня так и не дошло толком, а что собственно случилось?

— Ничего страшного, Рен, — успокаивающе проговорил Вейтар. — Мой сын чуть не уронил богиню. Она не пострадала.

— А платье на ней тоже твой сын порвал? — запальчиво бросил король.

— Ты считаешь, это сделал я? — в тон ему ответил генерал. — Не имею обыкновения срывать платья с красивых женщин. Тем более богинь. Тем более в присутствии посторонних и собственного малого сына.

— И с какого ляду твой сын порвал ее платье? — не успокаивался Рендор.

— Я намерен задать ему этот вопрос. А еще задать ремнем. Надеюсь, ты оставишь за мной право воспитывать собственного ребенка? Или объявишь государственным преступником за оскорбление богини?

— Не надо никого объявлять преступником! — тут же вмешалась я. — Тем более ребенка за детские шалости.

Драконье величество мгновенно развернулся ко мне. Глаза знакомо полыхали нестерпимым раздражением.

— Оказаться прилюдно почти голой — для тебя детские шалости, божественная?

Что-что?.. Я не ослышалась? Этот чешуйчатый держатель гарема, который сам повсюду расхаживает, невозмутимо потрясывая бубенчиками, вдруг превратился в поборника нравственности?!

Не далее как вчера он принимал делегацию враждебной страны в чем мама родила и «хвост» торчком! Нимало не стесняясь делегации, которая была в таком же виде. Что с ним такое стряслось? Скрижали приказали всем драконам с сегодняшнего дня ходить одетыми?

Я не преминула это отметить:

— Странно слышать подобные упреки от мужчины, которого лично я видела чаще обнаженным, чем одетым. Вроде бы ваши порядки никак не порицают наготу. С каких пор ты стал рьяным сторонником одежды, государь?

Высокомерная физиономия налилась багрянцем. Рендор рявкнул:

— Ты не принадлежишь к нашей расе! В твоем мире вообще запрещено показываться публично в нагом виде.

— Я не в своем мире, — ответила я сдержанно и хладнокровно. — И не вижу оснований говорить со мной на повышенных тонах.

Рендор выглядел так, будто вот-вот сорвет злость на ком-то из участников происшествия. Лучше бы на Вейтаре — тот точно даст сдачи! В отличие от меня и, упаси боги, Мартина…

Но драконьему величеству хватило благоразумия замять и переменить тему:

— Ты желала видеть меня, — едва не пролаял он. — Я в твоем распоряжении.

Он выбирал слова согласно этикету — учитывая, что я как богиня выше по статусу. Желала, а не просила, «в твоем распоряжении», а не «слушаю тебя». Но звучало это так, будто он изволил снизойти до меня. Я постаралась проигнорировать неподобающий тон.

— Я хочу поговорить не в коридоре, а там, где беседа будет надежно защищена от прослушивания.

— В Лазурном Замке нет предателей. Но если настаиваешь, можем отправиться в наши покои — раз уж они у нас общие.

Уж чего-чего, а этого я не забыла. Не собираясь препираться по пустякам, я согласно кивнула. Рендор без лишних предисловий зашагал вперед, бросив Вейтара разбираться с виновником досадного инцидента. Мне пришлось поспешно семенить за ним следом.

Мы вернулись к нашим апартаментам, и король ввел меня через другую дверь, не ту, что вела в мою часть. Прошел в одну из комнат, кивнул мне на кресло… а сам уселся на кровати. С запоздалым очумением я сообразила, что он притащил меня не куда-нибудь, а прямиком к себе в спальню!

- Что ты хотела от меня?

Тон вопроса был грубым, без намека на почтительность. Король никак не изменил своего мнения обо мне. Как считал шарлатанкой с первой встречи, так и продолжает считать. И сейчас явно дает мне понять, что не намерен притворяться, когда мы наедине. Почтительность, обращение как с настоящей богиней — только на публику.

Ну и черт с ним. Не больно-то мне нужно его почтение. Лишь бы вел себя вменяемо и отнесся серьезно к тому, что собираюсь сказать.

— Нам обязательно нужно разговаривать в спальне? Здесь нет рабочего кабинета?

Король Драконыч вальяжно откинулся на подушку, бесцеремонно закинул ноги.

— В чем проблема? В твоем мире люди не разговаривают в спальнях?

— По делу — в рабочих помещениях. В спальнях общаются супруги и любовники.

Наглая, откровенная ухмылка пробежала по губам чешуйчатого стервеца.

— Это решаемый вопрос. Супружество, как понимаешь, предложить не могу.

До меня не сразу дошел постыдный намек. А дошел уже когда у меня уши загорелись от того, что мне говорят такое.

— Что вы себе позволяете?!

От злости и растерянности я перескочила на «вы».

— Я? Ровным счетом ничего. Как видишь, даже не прикоснулся к тебе.

— Еще бы вы вздумали ко мне прикасаться! Я не позволю оскорблять себя ни словом, ни действием!

— Неужели?

Рендор внезапно соскочил с кровати таким стремительным движением, что я даже и не различила, в какой момент он оказался на ногах… а следом — возле меня. Его ладонь провела по моей щеке… неожиданно мягким движением. При этом ласкающим и соблазняющим, но как раз этого от Альфа-Мачо-Господина-Гаремов стоило ожидать!

— И что же ты сделаешь… божественная? Покараешь меня силой, которую до сих пор не обрела? Что-то подсказывает мне, к тому времени, когда ты ее обретешь, я уже отойду к духам предков, и ты ничего не сможешь сделать мне.

Я отдернулась, стукнув его по руке.

— Немедленно прекратите!

Рендор расхохотался, опустил руку, вернулся к своему громадному ложу — ну а каким оно еще должно быть, чтобы вместить всех его одалисок! — и плюхнулся обратно на подушки.

— Это все, что ты можешь сделать, недо-Иллари. И сама ты очутишься в загробном мире еще раньше меня. Только не подумай, что угрожаю. Единственная женщина, которую я способен прикончить и жажду этого — Джарра. К тебе у меня нет счетов. Пока. Просто человеческая жизнь короче драконьей, и мы оба знаем, что ты проживешь лишь отведенный тебе срок. Никакой божественной силы у тебя нет и не будет.

Меня забила дрожь. Конечно, не из-за его слов — я и сама прекрасно понимала, что божественного бессмертия ждать не стоит. Но эта наглость, с которой он лапал меня… Его высокомерный тон.

Я вдруг осознала — я ведь полностью завишу от него. Когда мы вот так наедине, я вся в его власти.

Легко было чувствовать себя на коне, когда нас окружали другие люди. Те, кто верил в мою божественность. Я могла играть на этом, зарабатывать репутацию, приобретать союзников. Изображать из себя богиню, которой не являлась.

Но Рендор напомнил, что ничуть не заблуждается на мой счет. Он знает, кто я такая, и мои игры в богиню его не обманут.

Он мог просто взять и прикончить меня прямо здесь. Избавиться от тела и сказать своим подданным, что Иллари вновь покинула их. Капризная безответственная богиня — ушла один раз, уйдет и другой. Мог связать, запереть, вытворять со мной все, что взбредет в его сумасбродную голову и другие части тела. И вся моя благополучно обретенная свита не сможет помочь.

А голубой рептилоид продолжал, и его тон стал обольстительным, как у змея-искусителя. Дракона, в нашем случае.

— Но если ты не будешь такой упрямой гордячкой, твоя короткая человеческая жизнь может стать очень и очень приятной. Я могу предложить тебе кое-что…

Глава 34

О как. Предлагает, а не угрожает. Уже хорошо. Это означает — король вынужден считаться с моей волей. Зря ударилась в панику. Если он пытается манипулировать, продавить, обесценить — значит не может применить грубую силу.

Что же ты мне хочешь предложить, драконье величество? Почетное место в гареме? Судя по его поведению, разговор принимал именно такой оборот.

— Я вся внимание, — сухо сказала я.

Рендор поморщился.

— Продолжаешь корчить из себя богиню? Мы с тобой взрослые люди. Оба понимаем, что ты притворяешься. Никакой божественной силы ты никогда не обретешь. Разоблачить тебя не составит труда.

Я подхватила:

— Только вы этого не сделаете после того, как подтвердили мой статус перед своими подданными и еще перед представителями соседней державы. Иначе получится — вы либо недалекий и недальновидный правитель, попались на удочку лже-богини. Либо ее сообщник во лжи. Мы повязаны, государь Рендор. Вы не можете причинить мне вред.

Драконьеро-кобельеро фыркнул.

— Да, ты хитра и рассудительна. Я дал тебе свое покровительство. И хочу распространить его и дальше.

— Вы дали? По-моему, это я простерла над вами божественную волю. Пускай фальшивую и несуществующую — но она избавила вас от необходимости пытать и казнить своих подданных. Вы ведь уже собирались это сделать.

Рендор зло сощурился. Упс. Похоже, я ходила по тонкому льду. Задела его за живое, что Джарра почти приперла его к стенке и он никак не мог выпутаться сам. Не слишком осмотрительно с моей стороны тыкать Альфа-Мачо-Господина носом в лужу…

Но что же теперь — сидеть молча и сносить все его оскорбления и обесценивания? Завуалированные на публике, откровенные и бесстыжие наедине? Только потому, что я женщина, а он мужчина? Нет уж. Помогла ему я, а покровительство оказал он? Дудки.

— Я думала не о вас, а об Ирсале в тот момент, как ее выручить. Мне было все равно, в какой ситуации вы оказались. Но так вышло, что мое вмешательство выручило и вас тоже. Поэтому между нами может быть только равноправное партнерство, а не «покровительство».

Вот тут у дракона отвисла челюсть. Ну еще бы — женщина предлагает ему равноправное партнерство! Сейчас мозг взорвется, наверно. Это надо же, не просто завалить наложницу из гарема в койку — то есть, затащить в зал для удовольствий — а быть с ней равноправным партнером! У него такое в голове не укладывается.

Я продолжала, пока он не опомнился и не перебил меня:

— И я попросила этого разговора, чтобы предупредить о возможной опасности.

Я пересказала свои опасения, что Джарра потребует проверить мою божественность перед Скрижалями, соберет там своих врагов-Лазурных и перебьет… Но Рендор, как я и боялась, оказался таким же самоуверенным, как Кей с Ирсалой. Священный храм неприкосновенен.

Идея «равноправного партнерства» зацепила его куда острее, чем опасность психопатки.

— Равенство между мужчиной и женщиной — такая безумная идея может поселиться только в разуме человечки! Мы не равны и никогда не будем равны. Даже если ты сумела убедить всех, что ты богиня — с моей помощью — ты остаешься женщиной. И я предлагаю тебе покровительство как мужчина женщине. Я буду почитать тебя на людях. Буду проводить любые ритуалы служения, какие пожелаешь. Для всех ты будешь богиней. Но наедине… ничто не мешает доставлять друг другу приятное удовольствие. На равных, — с усмешкой прибавил этот невыносимый чешуйчатый гад. — Ты мне, я тебе. Поверь, ты не пожалеешь…

Даааа. Борзости его драконьему величеству не занимать. Где только таких слов нахватался — доставлять приятное удовольствие! Как будто скатался на экскурсию в наш мир, подучиться слэнгу плейбоев.

Зачем, интересно, ему получать это удовольствие от меня? Целого гарема с его 100500 обитательницами мало? Я бы поняла, если бы он верил в мою божественность. Соблазнить богиню любви — это же такой вызов для первого альфа-мачо на деревне!

Но меня-то он считал самозванкой, убогой человечкой. Зачем оно ему? Наверняка человеческих женщин в его гареме пруд пруди. Захотелось иномирной экзотики отведать? Ладно же, мне есть чем ответить. Не откажу себе в удовольствии потроллить этого короля дон-жуанов!

Я сделала вид, что призадумалась.

— Хм. Вы действительно это предлагаете? А как же государственные дела? Вы сможете находить время, чтобы доставлять мне удовольствие? И у вас есть женщины в гареме, они ведь тоже ждут вашего внимания.

— Я разберусь, — усмехнулся этот бесстыжий нахал. — На тебя я смогу найти время.

— Нууу… тогда давайте обсудим.

Он недоуменно поднял бровь.

— Что тут обсуждать? Ты согласна? Мы можем приступить прямо сейчас…

Он начал приподниматься с кровати. Не молниеносным рывком на скорости, едва различимой моему человеческому глазу, а медленно, будто смакуя каждое мгновение.

Упс. Я снова рискую. Если он решит, что я дала согласие, и уже приступит к «доставлению удовольствия»… его будет не остановить. Такие мужчины не терпят, когда не получают того, на что уже настроились… уже посчитали своим.

Я быстро заговорила:

— Тогда вам нужно приказать, чтобы доставили необходимые ингредиенты.

Рендор замер на месте в явном ступоре.

— Ингредиенты?..

— Ну да. Мне доставляют удовольствие пирожки с вишней. Моя бабушка потрясающе их готовит! У меня никогда так не получалось, но я знаю рецепт. Охотно поделюсь с вами — возможно, у вас получится! Это доставит мне невероятное удовольствие, лучшее из всех возможных! А еще она готовит шикарные драники, тоже обожаю их! Драники — это такие оладьи из тертого картофеля… не знаю, понимаете ли вы, что такое оладьи. Это нужно делать, чтобы доставить удовольствие мне. А чего вы хотели бы от меня? Только вынуждена предупредить — готовлю не очень хорошо. Вам вряд ли понравится. Но зато выразительно читаю вслух. Могу вам почитать — раз вы говорите, что сможете найти на это время.

Глава 35

Рендор остолбенело слушал тираду иномирянки. Не перебивал. Эта женщина единственная могла говорить так много и долго в его присутствии, и он молча выслушивал. Просто каждое ее слово ошарашивало его, будто рукоятью меча по голове. А иногда и острием.

— Ты сейчас разыгрываешь меня? — пробормотал он растерянно. — Не можешь ведь ты в самом деле быть такой наивной…

Конечно, нет. Она не выглядела наивной глупышкой. Лукавой, знающей себе цену — да. И девственницей она не была. Уж это любой дракон чуял в любой женщине, неважно какой расы. Как она может не понимать, что означает выражение — доставлять друг другу удовольствие? Тем более, когда его говорит мужчина женщине!

У Рендора не было ни капли сомнений, что она прекрасно поняла его. А когда она задумчиво сделала паузу… и спросила, точно ли он сможет находить время на нее, он почувствовал, как ниже пояса будто разлился жидкий огонь.

В этот миг он был уверен в ее согласии. И торжествовал победу — неожиданно легкую. Он ждал сопротивления, протеста, допускал, что она воспримет его предложение как оскорбление. Будет горделиво кочевряжиться, изображать из себя недотрогу и прикрываться божественным статусом.

И, как ни странно, поверив в ее согласие, он не чувствовал разочарования, что добыча оказалась слишком легкой. Просто по телу разлился жар предвкушения… И такая реакция потрясла его.

Как он, король Лазурных Драконов — самой могучей и влиятельной расы Келора — мог так реагировать на какую-то человечку? Да, она пришла из другого мира, и это было необычно. А еще она была красива и — как он обнаружил вчера во время разборок с Джаррой — невероятно умна и сообразительна.

Мало кто сумел бы реагировать реагировать так ловко и неоспоримо. Проклятая врагиня ушла ни с чем — если не считать изуродованной мордахи. А Рендор узнал много нового о своей нечаянной гостье.

И в нем всколыхнулись странные чувства. Не физическое влечение — это он испытал с первой встречи с ней, когда она стояла перед ним в своей нелепой иномирной одежде, смотрела растерянными, распахнутыми глазами, а пухлые губки кривились, будто она вот-вот заплачет.

Больше он такой ее не видел. Видимо, в те первые минуты она в самом деле не понимала, что произошло. И это ее пугало. Но потом, когда фейри объяснили ей, она быстро приняла новую ситуацию. Приняла свой статус и принялась вести себя соответствующе.

При каждой новой встрече, каждом разговоре она смотрела на Рендора твердо и уверенно. Губы больше не дрожали, голос тоже. Настоящая богиня… или королева. Самозванка или нет, она умела держаться с достоинством. И выручать других в беде.

Она спасла Ирсалу — с чем он, могущественный король, не справился. Сделала его обязанным ей — повязанным с ней, как она сама ему напомнила. Это втройне злило — что она прекрасно осознает его зависимость от нее. А значит, может играть, может манипулировать, даже давить и принуждать. Пока она не делала этого — может, просто потому, что не умеет? А попробует раз — сможет повторять снова и снова.

Не могло ли быть манипуляцией то, что она сделала сейчас? Эта нелепая лабуда про пирожки и чтение вслух? Может, она поманила его, подразнила, а потом пошла на попятную, нарочно, чтобы подогреть его желание?

Что, если она не наивная, а наоборот — очень искушенная, умеющая играть мужчинами и их желаниями? Если она давно раскусила, что он ее хочет — женщины всегда чуют это каким-то немыслимым чутьем, даже если мужчина никак не дает ей понять? Раскусила — и теперь дразнит?

Ну что же, иномиряночка… В эту игру могут играть двое.

— Значит, говоришь, хорошо читаешь вслух? Пожалуй, я хочу чтобы ты почитала мне. Пирожками займемся в следующий раз. Возьми-ка вон ту книгу — позади тебя книжная полка.

Глава 36

Рендор остолбенело выслушивал мою тираду. Даже не перебивал. Никак дар речи потерял. Пусть его драконье величество не думает, что вокруг все озабоченные, как он. Я вот и не поняла даже о чем речь, хи-хи.

— Ты сейчас разыгрываешь меня? — наконец пробормотал он, совсем не альфа-самцовым властным тоном, а вполне растерянным. — Не можешь ведь ты в самом деле быть такой наивной…

Гляди-ка ты, раскусил! Была бы я наивной, уже наверняка сидела бы под замком в гареме озабоченного государя. В ожидании, когда он соизволит призвать меня для ублажения себя любимого. Да не в одиночку, а в компании пары-другой подруг по несчастью.

У Рендора был странный вид — я так и слышала, как в блудливой головушке дракона шевелятся шестеренки… Я молчала и не спешила с ответом… а он тем временем пришел к какому то решению.

Озадаченный и растерянный вид сменился хорошо знакомой нахальной ухмылочкой.

— Значит, говоришь, хорошо читаешь вслух? Пожалуй, я хочу чтобы ты почитала мне. Пирожками займемся в следующий раз. Возьми-ка вон ту книгу — на полке позади тебя.

Настала моя очередь остолбенеть от неожиданности. Быстро же он сориентировался. И что — мне в самом деле теперь читать ему вслух?! Сегодняшний счет, похоже, один-один…

— В чем дело? — поднял бровь драконище. — Передумала? Или обманула, и не так хорошо читаешь, как заявила?

Делать нечего. Я повернулась, как он велел, и обнаружила над креслом узкую декоративную полочку. Книга стояла на ней не корешком вперед, как на традиционных книжных полках, а вдоль стены. На обложке не было заглавия. Только тисненый золотом орнамент, по которому невозможно понять, о чем содержание…

Протянув руку, я взяла книгу. Тяжелая. Хотя вовсе не толстая. Видимо, качество полиграфии для королевского двора на высшем уровне. Или у них тут вообще рукописные страницы?

А я вообще смогу разобрать местную каллиграфию? Или даже печатный шрифт. Моя секретная божественная сущность наделила меня таким свойством?

Я раскрыла страницу наугад. Первые секунды перед глазами маячили невнятные закорючки… А потом каким-то образом из них стали складываться осмысленные слова.

— Ты собиралась читать вслух — читай! — властно потребовал король.

Я открыла рот и принялась зачитывать первый абзац, на который упал взгляд.

— Общеизвестно, что мужчина никогда не станет любить и желать продолжительно только одну женщину, отказывая себе в удовольствии быть с другими. Однако же он может увлекаться на какое-то время женщиной, выделяя ее из остальных. Так у господина гарема могут появляться фаворитки. Новая женщина захватывает его внимание. А если она еще страстная и искусная в ласках, то способна всерьез покорить его рассудок.

У меня кровь хлынула к лицу и побагровели уши. Но остановиться я не могла, настолько этот немыслимый бред захватил своей бредовостью. Так бывает, когда человек видит что-то совершенно абсурдное и неприемлемое — но не может отвести взгляд, потому что он и вообразить не мог, что такое может существовать!

— Господину гарема стоит помнить, что женщина — существо по природе своей дикое, неразумное, подверженное эмоциям и перепадам лунных циклов. Мужчинам трудно понять женскую дикость и неразумность, поэтому стоит просто знать, помнить и учитывать женскую природу. Чувствуя к себе повышенное внимание господина, фаворитка может вести себя высокомерно и пренебрежительно по отношению к другим обитательницам гарема. Когда женщина получает повышенное мужское внимание, она начинает верить, что это навсегда. Женщине так же трудно принять переменчивость мужского интереса, как мужчине — ее крайнюю неразумность. Потому господин гарема, как более разумная и ответственная особь, должен обеспечить безопасность своих женщин друг от друга. Как тех, кого он временно отстранил от своего ложа, так и самой фаворитки. Ведь если она в своей самоуверенности зайдет слишком далеко, остальные женщины могут пойти на крайние меры. Которые могут привести к серьезным повреждениям или даже увечьям. Самым разумным со стороны мужчины будет не заводить фавориток. Не увлекаться сильно никакой из женщин, а относиться к ним как к средству для своих услад, бережно относиться к их физическому и эмоциональному состоянию, уделять равное внимание каждой, не допуская тем самым вредоносной ревности и соперничества. Но случается и мужчинам подвергаться излишним эмоциям. И если такое случилось, господин увлекся и выделил фаворитку, не стоит доверяться ей и забывать о женской сущности. Он должен сделать все, чтобы ограничить ее возможности ставить себя выше остальных женщин и тем более ущемлять их положение. Для этого в гареме должна быть тщательно организована система надзора…»

На этом мое терпение иссякло и я швырнула мерзкую книжицу прямо на кровать, надеясь угодить в лобешник «господину гарема».

Глава 37

Он рефлекторно отклонился в сторону. Похоже, догадывался, какие мысли меня посетили при чтении этого «шыдевра». Наглую физиономию озарила ухмылка нескрываемого торжества. Так и есть. Он прекрасно понимал, как я отреагирую, и именно этого добивался.

Вот ведь гад. Ну нет, не доставлю удовольствия вывести меня из себя.

— Упс, — обронила непринужденно. — Простите. Тяжелая книжка, не удержала в руках. Непосильный груз для слабых, да еще и диких женщин. Мы ведь даже книги в руках плохо держим. Странно, что еще снизу вверх не переворачиваем, когда читаем.

— Прощаю, — кивнул гаденыш чешуйчатый с такой же невозмутимостью. — Понимаю, удержать книгу в правильном положении стоило тебе серьезных усилий. Неудивительно, что долго не выдержала.

Ах ты ж сучон…. Драконище зловредное, я хотела сказать! Два-два. Я продолжала:

— Вы сами написали сей опус? У автора налицо нехватка времени. Слишком занятой человек, чтобы как следует вникнуть и в литературное мастерство, и в женскую психологию. Уверена, чтобы написать это наиувлекательнейшее чтиво, он отрывал себя от важных государственных дел. И наверно, от своего гарема с несчастными обитательницами.

Мне удалось сбить самодовольную усмешку с драконьей морды. Он помрачнел и резко ответил:

— Не меряй по себе. Женщины в наших гаремах счастливы. Они получают все, что им нужно. Уход, заботу, мужское внимание. А книгу писал мой предок Сентар. И он действительно был слишком занят государственными делами. Но все же нашел время оставить завет потомкам. И мы сейчас благодарны ему. Он ввел среди Лазурных Драконов самое правильное и самое естественное взаимодействие между мужчинами и женщинами.

— Что, до него не было гаремов?

Рендор фыркнул.

— До него были ваши Истинные пары. Которые внедрили драконам фейри.

Так вот кому спасибо надо сказать. Сентар избавился от богини, а потом развел среди Лазурных все это гаремное мракобесие… А они не очень-то и рады до сих пор. Как Нерин с Кираной.

— Не все ваши подданные так считают. Нерину и Киране гарем не нужен.

Рендор фыркнул.

— Ну еще бы. Твои фейри постарались промыть мозги драконам.

Тут я не выдержала.

— Прошу вас не употреблять в мой адрес слово «твои», «твое», когда говорите о порядках вашего мира. Ни фейри, ни Истинные пары не имеют ко мне отношения. В моем мире не существует ни тех, ни других. Но если люди любят друг друга, никто не презирает их верность друг другу и не заставляет таскаться по разным партнерам, чтобы кому-то что-то доказать.

Глаза дракона сверкнули. Вряд ли кто-то смел говорить с ним таким тоном.

— Зачем же ты ушла из такого замечательного мира? Почему не осталась там, где все хранят верность и без Истинных Пар? Для чего явилась в Келор, где мужчины «таскаются» по наложницам гарема?

— Я ведь уже говорила вам, что никуда не уходила. Просто ехала домой от бабушки. Которая готовит замечательные драники и пирожки, — не удержалась я, чтобы не ввернуть свои любимые блюда, которые так потрясли Рендора. — Ехала в обычной маршрутке — это такой транспорт в моем мире. И вдруг оказалась в вашей колеснице. Точнее, не вашей, а фейри. И тогда я даже не знала, что это колесница. Думала, меня похитили, чтобы изнасиловать или расчленить на органы. Есть у нас такие любители, вроде вашей Джарры. Только она зверствует ради удовольствия, а у нас могут и для удовольствия, и для денег.

У Рендора отвисла челюсть. Похоже, ради денег у них не расчленяли. Хорошего же он теперь мнения будет о Земле. Даже отсутствие фейри не поможет.

— Никто мне так и не объяснил, как я попала в ваш Келор-Илларан. Тайлири сказала, что меня перенесла моя же божественная сила. Но я ничего не делала и не представляю, как такое случилось.

Король помрачнел при упоминании бывшей любовницы.

— Ничего внятного ты бы и не добилась от них с Глорисом. Ответ вполне в их духе.

— Почему? — спросила я напрямую. — Им есть что скрывать?

— Фейри всегда что-то скрывают, — передернул плечами Рендор. — Недоговаривать, хитрить, увиливать — такова их натура.

— Я уже поняла, что в Келоре у каждой расы свои недостатки, — поддела я. — От фейри не дождешься честности, Черные Драконы кровожадные неадекваты, а Лазурные… очень уж самоуверены и любвеобильны!

Подкалывая драконье величество, я тем не менее стала называть его мир Келором — как он сам. Не Иллараном, как выражались фейри. Между нами и так хватает непонимания и недоразумений, может, такая мелочь хоть немного поможет это исправить.

Рендор скорчил гримасу.

— Не стоит сравнивать Черных и Лазурных. Я знаю, что люди считают драконов слишком любвеобильными. Нам требуется больше страсти и любовных ласк, чем вам. Мы предаемся им чаще, чем вы. Поэтому нам и нужны гаремы.

— Вот только женщины в ваших гаремах предаются страсти реже, чем вы! У них ведь только один мужчина, а у вас их много! Надо каждой «уделять равное внимание», как учил ваш прадед. Они ведь тоже любвеобильны, как вы?

Король усмехнулся.

— Не переживай за мой гарем. Им хватает моего внимания, поверь!

— Ах да! Вы ведь уделяете внимание не одной женщине за раз! Многих успеваете осчастливить!

— Это плохо?

— Наверно, хорошо, если всех устраивает. Но вы ведь не спрашивали своих наложниц, хотят они провести время наедине с вами или в компании десятка других девиц!

Глава 38

Рендор и бровью не повел.

— Не спрашивал и не собираюсь. Если женщину часто спрашивать о ее желаниях, она может увериться, что мужчина существует лишь для того, чтобы их удовлетворять.

— Ну да, в вашей картине мира все с точностью до наоборот! — фыркнула я. — Мужчина творит что ему заблагорассудится, а женщина должна обслуживать его хотелки.

— Мужчина следует своей природе, — безапелляционно заявил драконище. — А женщина — своей, когда слушает его, повинуется и ублажает.

Твою революцию. Сколько еще мне придется это выслушивать? Внутри все бурлило и клокотало от злости на непрошибаемость этого ящера. Все. Пора ставить точку в нашей беседе. Большую и жирную.

Надо было сделать это еще раньше, когда я рассказала про Джарру. Ведь только за этим я и хотела его видеть. А весь этот ненормальный треп про удовольствие друг другу, про счастье женщин в гаремах и распределение внимания между ними надо было пресечь в зародыше. Дура я, что вообще сижу здесь, и слушаю этого больше-не-голого-но-все-равно-пошлого короля.

Я вскочила с кресла.

— Мне пора идти. Слишком много времени тут с вами потеряла. Может, у вас его хватает на беседы о гаремах, раз государственные дела ждут. А у мне надо знакомиться с вашими подданными. Которые понимают ценность здоровых отношений, в отличие от их государя.

Выпалив это, я бросилась к двери, через которую венценосный рептилоид завел меня в свое логово. Он попытался остановить меня:

— Куда? Вот это, — он указал на дверь в противоположной от выхода стене, — ведет в твою спальню. Можешь попасть туда напрямую. Там ведь покои моей супруги, — с ухмылкой напомнил он.

— Спасибо, что предупредили, — бросила я, еле сдерживая кипение. — Прикажу задвинуть ее шкафом с моей стороны!

С этими словами я выскочила из спальни коронованного охальника. Старалась сохранить при этом невозмутимый вид, но у меня плохо получалось. Через анфиладу комнат я выбралась в коридор… и поняла, что не знаю, в какую сторону идти. Королевские покои оказались слишком велики, и я даже не представляла, куда повернуть, чтобы найти свои.

В итоге побрела куда глаза глядят. Найти бы кого-нибудь адекватного и попросить проводить. Вот только дыхание перевести сначала.

Как нарочно, навстречу не было ни души. Может, у них сейчас послеобеденная сиеста? Или наоборот какое-то массовое мероприятие, которое требует всеобщего присутствия в другом месте?

Тут я услышала гомон и детский смех за углом. Пошла туда — и обнаружила стайку играющих ребятишек, среди которых мой добрый знакомец Мартин. Я окликнула его, и вся детвора изумленно обернулась на меня.

— Это божественная Иллари! — объявил Мартин приятелям с такой гордостью, будто я была его личной собачонкой. — Она пришла к нам из другого мира! Ты возьмешь меня погулять в твоем мире, Иллари? Я никогда не был нигде, кроме Келора!

— Вряд ли, Мартин. Я и сама теперь не могу… погулять в своем мире. Только в вашем. Могу прогуляться с тобой до своих покоев, если хочешь.

— Хочу! — обрадованно согласился паренек. — Эй, не доигрывайте без меня! Погуляю с богиней и вернусь!

Да уж. Спасибо, что не выгуляю и вернусь. Похоже, тут все мужчины смотрят на любых женщин как на неразумную живность. Даже такие маленькие.

Мы пошли по коридорам, и я приотстала от Мартина на полшага. Мальчишка не заметил мой маневр и шел как ни в чем ни бывало. Вот так и просить никого не пришлось!

— Папа уже наказал тебя за проказничество? — поинтересовалась я. — Отпустил играть с друзьями?

Парнишка помрачнел.

— Вечером накажет. У Лазурных принято наказывать на закате.

— Может, мама еще заступится за тебя, — попыталась я утешить юного хулигана.

Но его лицо еще больше потемнело.

— Не заступится. Мамы нет. Ее убили Черные.

Глава 39

У меня сердце подпрыгнуло.

— К-как убили?.. Кирана говорила, Лазурные женщины не сражаются, если враги не подступают слишком близко… А при Рендоре такого не случалось.

— Она попала под их налет, прежде чем Лазурная Дружина вступила в бой… Моя старшая сестренка осваивала свой первый оборот. А мама ее сопровождала. Сестра увлеклась и улетела слишком далеко, мама за ней… И обе столкнулись с Черными, которые пересекли границу и летели вглубь Лазурной Земли. Их сожгли… и маму, и сестренку. Сама Джарра.

Мальчик стиснул кулаки, в глазах вспыхнул злой огонь.

— Я подслушал разговор в дружине после того боя. Джарра хвалилась нашим, что спалила маленькую драконицу. Расписывала, как она кричала, пока горели ее крылья. Папы не было на том пиру — он заперся в покоях и никого не впускал. При нем они не стали бы это говорить. А я пошел и подслушал. Когда вырасту, я стану воином дружины. Буду жечь и убивать Черных вместе с папой, мстить за маму. И убью Джарру.

Я взяла малыша за руку.

— Ты молодец, Мартин. Ты убьешь много Черных и станешь героем — я знаю это!

Лицо паренька озарилось надеждой.

— Твоя божественная сила говорит тебе это?

Я кивнула. Нехорошо говорить неправду. И наверно, хвалить ребенка за желание убивать тоже нехорошо. Но я видела Джарру своими глазами. Знала, на что она способна. И понимала, что чувствует ребенок, потерявший мать, да еще и сестру. И не собиралась поучать его, что убивать плохо. Не в этом случае точно.

— Я только не понимаю, почему твой папа отпустил их так близко к границе? Если Черные регулярно совершают набеги, то нужно держаться подальше.

Мартин развел руками.

— Папа сказал, он пытался ее отговорить. Но мама сама решила, где они будут тренироваться. Она из воинского рода и сама умеет сражаться. Никто не может ей указывать, где она может летать. И сестру тоже собиралась обучать драться.

Да уж… Хорошенькое обучение, вдвоем против банды Черных. Все-таки у этих драконов очень много неразумно устроено. Что там говорилось в книжке Рендора про дикость и неразумность женщин? Может, у дракониц и в самом деле так?

Вот только драконы при этом не сильно умнее, если вспомнить реакцию Рендора на мое предупреждение о Джарре и храме. Пока я шла за руку с маленьким драконом, мне пришла в голову идея. Вейтар показался мне вдумчивым и адекватным. Может, я смогу донести до него опасность, которой не внял король? Генерал тоже сможет принять меры безопасности.

— Мартин, а ты мог бы передать своему отцу, что я хочу поговорить с ним?

Мальчик с энтузиазмом закивал. То ли обрадовался возможности помочь мне, то ли надеялся выслужить смягчение наказания у отца. Мы уже пришли — я узнала двери в свое жилище — и я отправила Мартина к отцу. Сама же вошла к себе, где меня тут же окружила вся моя божественная рать. Тайлири, Кейлас и Ирсала.

— Владычица, все ли хорошо? Государь был достаточно почтителен?

— Мог бы и побольше, — пробормотала я.

Хороший же характер у Рендора, если его собственные подданные не доверяли ему в обращении с их богиней. Однако сейчас у меня была проблема поважнее. Ее уже давно надо было решить.

— Мне нужно новое платье. Ирсала, раздобудешь?

Драконица кивнула и повела меня в спальню. Тайлири прошла следом, а Кейлас остался в гостиной. Ирсала показала замаскированный гардероб, и там нашлось несколько нарядов. Размер оказался подходящим — и как это венценосный рептилоид ухитрился раздобыть для женщины одежду верного размера? Не иначе, специальные помощницы есть.

Пока мои камеристки помогали переодеться, я спросила Тайлири, что сейчас происходит с фантомом, который обещал мне Глорис. Будет ли он теперь работать, если я живу у драконов, а не в храме фейри?

— Тебе достаточно было переночевать в храме, божественная, — заверила меня жрица. — Фантом родился и пропитался твоей памятью. Теперь он сможет делать все, чтобы создавать видимость твоего присутствия в родном мире.

Ага, мою виртуальную копию.

— Как мне увидеть, что он работает? Убедиться, что родные не тревожатся обо мне?

— Я свяжусь с Глорисом и передам ему твою волю, Владычица. Он предъявит тебе все, что потребуешь.

Как все ровно и гладко у фейри. Не то что с этим ершистым государем маскулинных альфачей. Лишь бы жрец не обманул, не подсунул иллюзию мне вместо родных. Несмотря на все пережитые разборки в Илларане, я не забывала о родственниках.

Мы переоделись и вышил в гостиную. Я выслушала уважительные комплименты от Кейласа. И убедилась, что мужчины-драконы очень даже умеют быть воспитанными, галантными, обходительными. Не переходить грань в общении с женщиной.

Рендор больше походил на паршивую овцу в своем стаде. Вот только был при этом не изгоем, а лидером. В природе такого не возникло бы. Его давно заменили бы на вожака, который больше отражает ценности и образ жизни всей популяции.

Получается, его статус поддерживало происхождение: его род всегда правил Лазурными, и так продолжается, несмотря на вредные поступки, которые совершали его предки и теперь повторяет он сам. Все эти гаремы, унизительное обращение…

Впрочем, не стоит делать поспешных выводов. Кроме Рендора, я познакомилась более-менее близко с двумя мужчинами: Нерином и Кейласом. Оба преданные семьянины. Есть еще Вейтар. Его я знаю поверхностно — пока что. Но уже есть факты, говорящие в его пользу.

Он сам воспитывает сына. И похоже, у Мартина нет мачехи, иначе он упомянул бы ее. Гарема тоже нет. Хотя может, мальчик просто молчит о женщинах в жизни отца. Вейтар может скрывать от него эту часть своей жизни. Или это может быть табу для детей.

Я попросила Ирсалу организовать нам чаепитие. Пока драконица была главной моей помощницей — что неудивительно. Она была местной, в отличие от Тайлири, и чувствовала себя обязанной мне жизнью. У нее была и возможность, и желание помогать.

Ирсала вызвала слуг, и вскоре нам принесли ароматный чай с восхитительными сладостями. Наслаждаясь вкусностями, я выспрашивала свою свиту об Илларане и о Лазурных. Супруги драконы были моим основным источником информации, но и Тайлири при них рассказывала больше и подробнее, чем в летучей колеснице по пути в храм. Должно быть, не хотела выглядеть невыигрышно в сравнении с ними, да и не подкреплять репутацию фейри как скользких и увертливых типов. Но я еще не могла разобраться, что же за личность жрица фейри. Друг она мне — или троянский конь…

В разгар чаепития нашу милую познавательную беседу прервали. Генерал Вейтар вошел в гостиную. И пространство словно уменьшилось с его появлением. Он был такой же высокий, крупный, мускулистый, как его король. И от него исходило то же ощущение твердой мужественности, как от Рендора — может, не такое жесткое и агрессивное…

Глава 40

Тем не менее генерал мгновенно переключил внимание на себя. Я невольно залюбовалась им. Видный мужчина — и ответственный, сам воспитывает ребенка. Возможно, и не одного. Своеобразными методами, конечно. Наказание к вечеру, кхм… Как говорится, папа вам не мама, у папы все четко.

— Приветствую тебя, божественная Иллари, — поклонился он.

— Добрый день, генерал. Мы сегодня уже виделись, но не здоровались.

— Увы. Приношу извинения за поведение моего сына и то досадное неудобство. Надеюсь, оно не повредило твоим отношениям с государем Рендором.

— Все в порядке, генерал. Любым отношениям с государем Рендором, не только моим, вредит в первую очередь отвратительный характер самого государя Рендора. Проказа твоего сына — сущие пустяки по сравнению с этим.

Мужчина усмехнулся.

— Я могу чем-то помочь? Ты поэтому позвала меня — что-то не ладится с королем?

— Можно сказать, так. Я сообщила королю о серьезной угрозе для Лазурных Драконов. Но он не принял ее всерьез. Возможно, ты услышишь меня лучше, чем он. — Я не удержалась, что не прибавить ядовито: — Похоже, предрассудки насчет женщин мешают ему адекватно воспринимать даже такую важную информацию, как угроза безопасности его самого и его подданных. Если эта информация исходит от женщины.

Генерал помрачнел.

— Я непременно выслушаю тебя, божественная. Однако мне кажется, ты заблуждаешься. Король внимет любому предупреждению об угрозе, от кого бы оно не исходило.

— Дай бог, — пробормотала я, не подумав, как нелепо эта фраза звучит в Илларане из моих «божественных» уст.

— Ты хотела бы поговорить со мной наедине?

Интонация генерала явственно намекала, что это не вопрос, а пожелание. Он не посмотрел на Тайлири, и я старалась тоже не смотреть на нее. Но все прекрасно понимали, что единственная сомнительная личность тут — жрица фейри, уж никак не бывший дружинник-ветеран и не его верная жена.

Тем не менее именно Кейлас поднялся первым.

— Божественная, я всегда к твоим услугам. Как только что-то понадобится — призови меня, и я сделаю все, что в моих скромных силах.

— Благодарю, Кейлас. Ирсала, сегодня мне больше не понадобятся твои услуги. Можешь идти с мужем. Тайлири, пожалуйста, попроси проводить тебя в дворцовую библиотеку и подобрать для меня книги по истории и географии Илларана. То есть, Келора, как будет сказано здесь.

— Я провожу жрицу, божественная, — самоотверженно предложила Ирсала.

Хм. Ну пусть проводит. Лишь бы кислотой не обрызгала. Тайлири никак ни отреагировала ни на мой приказ, ни на предложение драконицы. Обе женщины встали, поклонились мне и вышли. Мы с генералом остались наедине.

- Хотите чаю? — предложила я, как радушная хозяйка.

Думала, он сейчас выдаст нечто в духе — если божественная прикажет, как можно отказаться? Но генерал обошелся без приказов и подчинений.

— Благодарю тебя, Иллари. Это честь для меня.

Я налила чашку своей божественной дланью, и предложила садиться. Генерал с удовольствием выпил напиток, закусывая сладостями. Ну и я решила, что в желудке еще найдется место для пары прелестных илларанских конфеток.

Когда мы прикончили свои чашки, я пересказала свои подозрения насчет Джарры и реакцию Рендора на мое предупреждение. Генерал выслушал меня с внимательным, серьезным видом. А когда я пожаловалась, что король проигнорировал мое предупреждение, он улыбнулся и покачал головой.

— Скажи, божественная… Он так и сказал тебе, что не собирается принимать никаких мер? Или он перебил тебя, не дослушал до конца, а то и вообще отказался слушать?

— Ну… Не то чтобы отказался…

Дослушать он дослушал. И даже не сказал, что я порю чушь, как и положено дикой неразумной женщине. Сказал лишь, что храм священен и агрессия в нем недопустима… а потом поспешно перешел к своему «предложению»: стать его подстилкой и доставлять приятное удовольствие. Но об этом я, конечно, не могла сказать Вейтару.

— Он не отнесся серьезно к моим словам.

— Полагаю, божественная, он просто сделал вид. Мне непонятно зачем, но не мое дело обсуждать, почему король поступает так или иначе. Могу сказать лишь одно. Мой сын передал мне твое пожелание видеть меня, после того как я вернулся в свои покои от государя. Рендор поручил мне отправить отряд магов обследовать наш храм. Они должны проверить, надежна ли храмовая защита, не повреждены ли охранные заклятья. Я недоумевал, с чего такое распоряжение. Ведь храм неприкосновенен. Ни один дракон не посмеет провести в нем диверсию. Но после твоего рассказа все стало на места. Джарра действительно способна попрать древние устои. Даже страх перед карой богов ее не остановит. Как видишь, государь считает точно так же. Он просто почему-то не дал тебе это понять.

Почему-то?! Да прекрасно я понимаю, почему! Потому что Рендор — гнусный шовинист! А женщина — дикое и неразумное существо, и мужчине не пристало прислушиваться к ее советам и предупреждениям. Даже если он сам понимает, что она говорит серьезные обоснованные вещи.

Похоже, мои гневные мысли отразились на моей моське, ибо генерал тревожно нахмурился.

— Я что-то не то сказал, Иллари? Могу ли тебе помочь?

— Вряд ли, — процедила я сквозь зубы. — Вы ведь не можете наказать своего бестолкового государя, в отличие от Мартина. Хотя он куда сильнее заслуживает, чтобы его положили на скамью вверх голой задницей и отхлестали розгами.

Вейтар откинулся на стул и громко расхохотался.

— Поверь, ты не единственная, кого посещают подобные сожаления! Не раз я сам мечтал о подобном. У Рендора непростой характер, и его подданным приходится с этим мириться. Но ты богиня, и ты пришла из другого мира… Понимаю, что тебе сложно терпеть его неповиновение.

— Да причем тут повиновение! — воскликнула я. — В отличие от вас, гордых вояк, которым надо постоянно доказывать свою мужественность по поводу и без повода, я не нуждаюсь в повиновении! Речь всего лишь о здравом смысле и взаимоуважении. Неужели трудно уважать женщину и быть с ней честным?!

Мой пыл обескуражил генерала. Он растерянно молчал… а вместо него вдруг ответил другой мужской голос — отлично мне знакомый!

— Так вот кто это тут веселится! Ты стал истовым служителем нашей богини, Вейтар! Второй раз за сегодня застаю вас в интимной обстановке!

Глава 41

Я обернулась на голос. Чувствовала себя так, будто из носа и ушей вот-вот пар повалит. И взбесило меня даже не само появление Рендора. А то, что он вышел… прямо из моей спальни!

— Вы что, прятались у меня в спальне и подслушивали?

Мой тон был таким сухим и ледяным, что мог заморозить на месте. Но каменная физиономия зловредного дракона даже не дрогнула.

— Божественная полагает, что мне нечем заняться, кроме как прятаться в ее спальне? Тогда у меня совсем не останется времени на мой гарем. Тебя ведь так беспокоит, уделяю ли я своим женщинам достаточно внимания! Но ты забыла, что между нашими спальнями есть дверь. И я воспользовался ею, чтобы узнать — кто это ржет как конь в покоях богини. Мало ли, вдруг ее оскорбляет такое непочтение, и я должен вмешаться, защитить ее честь. А тут значит мой генерал веселится! И божественная ничуть не оскорблена. Хотя когда мы с ней беседовали, она чувствовала себя ущемленной на каждое мое слово!

Хорошо, что я сидела. Если бы стояла, так и плюхнулась бы на пол. Его чешуйчатое величество заботит, что я чувствую?! Оскорблена ли, обижена, ущемлена? Он вообще изволит это замечать, низменные женские чувства, недостойные мужского внимания?

— Благодарю за заботу, государь, — ответила я елейным тоном. — Мне так приятно, что вы беспокоитесь обо мне, прямо как мамочка-наседка о цыпленке. Я все понимаю, женщина ведь — дикое и неразумное существо, мужчина просто обязан ее опекать. Но я в состоянии отстоять свою честь, поверьте. Лучше пойдите займитесь своим гаремом, не то они ошалеют без вашего внимания и вытворят что-нибудь дикое и неразумное. А веселье генерала нисколько не оскорбляет меня. Он просто смеется, но не выражает сомнений в моей умственной полноценности и не подсовывает глупых шовинистических книжек.

Последнее слово я употребила напрасно — Рендор не мог его понять. Но он и не обратил внимания. Физиономия, которую я привыкла видеть надменной, высокомерной, самоуверенной, сейчас стала напряженной и злой.

— Просто смеется, говоришь? И чем же ты его рассмешила? — Он демонстративно окинул меня полыхающим взглядом с головы до пят. — Рваное платье переодела, гляжу. Что же еще такого смешного он мог в тебе найти?

Так и хотелось брякнуть — не во мне, а в вас! А после этой сцены смешного найдется еще больше. Вот только генералу не поздоровится, если король узнает, что мы как раз его-то и вышучивали.

Но Вейтар вмешался сам. Он единственный в этой комнате был спокоен и невозмутим — в отличие от нас с Рендором, которых так и штормило.

— Охолони, Рен. Ты перегибаешь палку. Если тебе так хочется знать, что меня развеселило — так это ты сам. Мы с Иллари обсуждали тебя. Можешь вызвать меня на поединок, если тебя это задело.

- Ты сам предложил, — сквозь зубы бросил король. — Приглашаю тебя, Вейтар, генерал Лазурной Дружины, на ристалище для испытания тела и духа.

Вейтар хмыкнул. Затем поднялся и коротко поклонился.

— Приглашение принимается, Рендор, король Лазурных Драконов и предводитель Лазурной Дружины. Изволишь биться в драконьем или человечьем обличье?

— В человечьем, — ответил Рендор все так же резко и отрывисто. — Хочу начистить тебе рыло кулаком.

— Взаимное желание, — в том ему буркнул Вейтар. — Иногда ты становишься невыносим. Должен же кто-то и тебя поставить на место.

— Именно этим я и собираюсь заняться! Поставить на место зарвавшегося генерала.

Я не верила своим глазам и ушам. Эти два могучих мужа, король и генерал, хорохорились и наскакивали друг на друга, как петухи в курятнике! И эти мужчины еще имеют наглость заявлять, что женщины дикие и неразумные?! Да только взгляните на этих сверхразумных самцов!

— Прекратите этот балаган! — воскликнула я. — Давайте обойдемся без драк! Вы же взрослые люди, неужели на самом деле собираетесь мутузить друг друга, как прыщавые подростки?!

«Взрослые люди» оглянулись на меня с недоумением. Похоже, для них было немыслимо, чтобы женщина пробовала удержать мужчин от драки. Даже если она богиня.

Рендор испепелил меня яростным взглядом. А Вейтар покачал головой.

— Прости, божественная. Ты богиня любви, а любовь молчит там, где свое слово молвит война. Нам с государем надо сбросить пар.

— Хватит болтовни! — отрезал Рендор. — Идем на ристалище.

Широкой походкой мужчины вышли из моей спальни. Я выскочила за ними и засеменила следом, но куда мне было успеть за этой парочкой альфа-самцов! Ждать меня они не собирались, а угнаться моим женским ножкам было не под силу.

Я проклинала себя, что услала Тайлири из покоев. Навстречу попался незнакомый дракон, и я бросилась к нему с просьбой проводить меня на ристалище. Он удивился, но поклонился почтительно и заверил, что рад помочь божественной Иллари. Похоже, слухи обо мне уже разошлись по всему дворцу.

Мой провожатый вывел меня прямиком на площадку, где драконы взлетали и приземлялись. Мои альфачи уже стояли в центре, голые по пояс, и разминались, играя мускулами.

На миг я замерла, любуясь колоритным зрелищем двух сильных, великолепно сложенных мужчин. Чуть не забыла, что они собираются не просто красоваться и позировать, а отвалтузить друг друга по самые помидоры. Так и смотрела бы, забыв обо всем на свете… но тут генерал вдруг стремительным ударом засветил Рендору в челюсть.

Глава 42

Пара часов назад

Рендор обескураженно смотрел на дверь, через которую вышла Лариса. Ему почему-то больше не хотелось называть ее про себя «человечкой», «самозванкой» и даже вполне безобидно «иномирянкой». В голове вертелось имя, которым она сама себя назвала. Лариса… Иллари. Звучит немного похоже.

Рендор так и не понял — выиграл он сегодня бой или проиграл. Не сомневался лишь в одном — это был бой! Он замыслил коварный удар, когда предложил Ларисе Руководство Господина Гарема.

У него была возможность убедиться, что она ярая противница гаремов. И он не отказал себе в мелочном удовольствии спровоцировать ее. Провокация удалась на славу. Лариса закипела и взорвалась.

Но первоначальное удовлетворение и злорадство Рендора сменились странным опустошением. Она выскочила, хлопнув дверью. Оборвала их разговор — точнее, их скандал! — и сбежала. От тех самых разговоров о гареме, столь ненавистных ей.

Рендор хотел ее спровоцировать — и потерпел успех! За что боролся, на то и напоролся. Ее уход оставил в нем неприятный осадок и раздражение — на самого себя. Мог ли он развернуть их общение иначе? Не довести до ссоры и бегства Ларисы.

Например, поблагодарить за предупреждение об угрозе со стороны Джарры. Рендору и в голову не пришло бы, что проклятая Черная может так поступить. Храм был священен для десятков поколений драконов. Даже во времена лютой вражды противники не нарушали перемирия, боясь гнева богов.

Но Джарра не боялась никого и ничего, ей было плевать на всех. На драконов и на богов. Неприкосновенность послов тоже была священна веками — ее это не остановило. Поэтому он сразу же принял во внимание угрозу. И сразу же решил приказать Вейтару проверить магическую защиту храма.

А перед этим наконец предложить Ларисе главное. То, что не давало ему покоя этой ночью. В ее согласии король не сомневался. Она ведь никакая не богиня. Простая человечка — а эти никогда не могли устоять перед мужским обаянием драконов. А уж внимание самого короля Лазурных поселяло в их жалких сердечках трепет. Трепет жадности.

Рендор был убежден — иномирные человечки так же алчны и тщеславны, как в Келоре. Девчонка не устоит перед ним. И тут сюрприз. И следом еще один — ее бегство и его реакция на это. Желание догнать, затащить обратно в спальню, опрокинуть на постель — и…

Взять силой то, чего не удалось выторговать.

Да, она не любая встречная, с которой король драконов может делать все, что вздумается. Она считалась богиней. Если он так поступит с Ларисой — его же люди заклеймят его святотатцем. Рендор понимал это… и все равно назойливые картины вертелись в его голове. Как он хватает ее, срывает одежду, швыряет на кровать и вытворяет непотребства, ни перед чем не останавливаясь.

Что же за напасть такая?! Он становится зависим от этих неуместных фантазий. Надо любой ценой избавиться от них. Например, решить дело, с которым она пришла к нему. Рендор вызвал Вейтара и отдал приказ. А когда генерал ушел, на душе стало неспокойно.

Надо было идти заниматься другими делами. Но отчего-то король никак не мог покинуть своих покоев. Что-то держало его здесь, как магнитом. Он ходил мимо двери своей спальни, которая вела прямиком в смежные покои. Покои королевы Лазурных Драконов… которые сейчас занимала Иллари-Лариса.

Рендор глядел на эту дверь, воображая, как вышибает ее пинком и врывается к девчонке. Образы, которые он пытался вытравить из сознания, вновь заполонили его. А потом он услышал громкий смех. Мужской.

Он не думал, что делает. Рванул дверь, едва не выдрав вместе с косяком. Вломился в спальню Ларисы, выскочил через нее в гостиную. И увидел это.

Увидел Вейтара, хохочущего во весь голос. И Ларису с довольной улыбкой. Никогда он не видел у нее такой улыбки, когда она глядела на него. А Вейтару вот перепало. Глядя на их лыбы, Рендор захотел порвать своего генерала в клочья, как какого-нибудь Черного. С огромным усилием он сдержал себя и выдавил почти ровным тоном:

— Так вот кто это тут веселится! Ты стал истовым служителем нашей богини, Вейтар! Второй раз за сегодня застаю вас в интимной обстановке!

Вейтар не успел ответить — Лариса тут же взвилась, оскорбленная тем, что он видите ли вышел из ее спальни. Похоже, ее оскорбляло любое его слово или действие. Зато все, что делал Вейтар, приходилось по сердцу. Что Рендор и не преминул отметить, получив в ответ ушат новых колкостей и поддевок. Богиня или нет, постоять за себя она умела. Ей палец в рот не клади.

И как будто королю было мало дерзкой девки на голову — Вейтар тоже обнаглел и вздумал его поучать. Еще и поединком пригрозил, будто салаге. Этого Рендор уже не мог спустить. Если Вейтар нарывается — пускай получит.

Он бросил официальную форму вызова на ристалище. Вейтар тоже не колебался — произнес ответ как положено. Они тут же поднялись на площадку, разделись до пояса и принялись разминаться.

Глядя друг другу в глаза, мужчины уже сражались, проверяя друг друга на силу и выдержку. Вейтар атаковал первым, не желая затягивать. Кулак друга полетел прямо в челюсть Рендору.

Стремительная реакция короля Лазурных Драконов помогла ему быстро уклониться. Он подсек Вейтара, со всей силы боднув головой в грудь. Генерал устоял, обхватил Рендора за плечи и попытался бросить на пол.

Рендор лягнул его ногой, вырываясь из захвата. А затем противники набросились друг на друга, и принялись мутузить кулаками по груди, спине, плечам. Войдя в раж, вцепились друг в друга и покатились по полу.

Отчаянный вопль Ларисы разорвал воздух над площадкой. Бойцы на миг остановились. Но не дело останавливать сражение из-за бабьей истерики. И Рендор вновь заехал кулаком Вейтару. Тот отразил удар. Король отшатнулся — и почувствовал, что его нога повисла в воздухе, вместо того чтобы упереться в пол.

В запале схватки оба не заметили, что подкатились к самому краю площадки. Рендор потерял равновесие и рухнул вниз с огромной высоты. Последнее, что он услышал, был обезумевший женский крик.

Глава 43

Я с трудом понимала, что происходит. Генерал напал так быстро, что на месте Рендора я уже лежала бы на полу с вывихнутой челюстью. Но король, казалось, телепортировался в другое место — так стремительно он увернулся, и удар Вейтара прошел мимо.

Дальше мужчины схватились друг с другом, принялись кататься по полу, охаживать и лупцевать друг дружку могучими кулаками. Я не понимала, зачем смотрю на это. Зрелище одновременно пугало и завораживало — против воли я не могла отвести взгляд. Не говоря уж о том, чтобы вмешаться в драку или даже закричать в попытке пресечь ее.

Наверно, я бы так и стояла, оцепеневшая, не смея подать голос или пошевелиться. Но тут противники, катаясь по полу, оказались у самого края площадки. Там не было никакого ограждения — плита просто обрывалась в воздухе.

Сердце замерло, я перестала дышать. Хотела крикнуть — Отойдите же назад! — но боялась, что из-за моего крика кто-то или оба могут потерять равновесие.

В этот миг Рендор ударил Вейтара, тот перехватил его руку. Инерцией Рендора оттолкнуло назад… он опрокинулся и полетел вниз!

Я отчаянно закричала. Не сознавая, что делаю, помчалась к краю. Страшно кольнуло в сердце — словно это я сама оступилась и упала с безумной высоты, или кто-то безумно дорогой мне.

Я бежала и бежала, и наверно могла не удержаться и рухнуть сама вслед за Рендором. Но крепкие руки Вейтара перехватили меня.

— Божественная, куда ты? Я понимаю, что твоя сила не даст тебе разбиться. Вот только ты говорила, что она еще не пробудилась. Давай не рисковать, хорошо?

Я замолотила кулаками по его груди.

— Что вы творите?! Вы убили его! Рендор погиб!

У генерала округлились глаза, будто я сказала полную чушь.

— Король? С чего ты взяла, Иллари? Он же дракон.

И в этот момент словно весь мир перестал для меня существовать. В ушах только колотился пульс и повторялось, как заведенная пластинка: «Он же дракон… Он же дракон…»

Невыразимое облегчение захлестнуло меня. Жив. Он не разобьется — превратится в дракона и спасется. И все равно я не могла поверить до конца. А вдруг он не успел?!

Я все равно билась в руках Вейтара, рвалась заглянуть за край. Генерал крепко держал меня. И в этот миг над площадкой снизу взмыло гигантское тело ящера — гибкое, сверкающее ослепительным лазурным сиянием.

Неужели он?!

Дракон пролетел над нами и опустился в центре площадки. Вейтар развернулся, по-прежнему крепко придерживая меня. Затаив дыхание, я смотрела, как когтистые лапы коснулись твердой плиты… и на месте громадной туши возникло мускулистое мужское тело. Обнаженное и с самым непристойным видом ниже пояса.

А глаза Рендора полыхали знакомым огнем злости, губы и кулаки плотно сжаты. Ну все ясно — сейчас опять начнет выговаривать Вейтару, что тот в неподобающе интимной позе со мной. Ну погоди, твое драконье величество, кое-кто тут заслужил настоящую выволочку!

Со всей силы я отпихнула Вейтара. На сей раз он выпустил меня — довольно легко. Видимо, больше не боялся, что я ринусь на край платформы. Рендор тем временем раскрыл рот, и я так и слышала злобно-язвительную реплику по поводу наших с генералом объятий. Но он не успел и слова сказать.

— Вы что такое творите?! — выпалила я гневно. — Вы оба! Ведете себя, как мальчишки! Вам что — по шестнадцать лет, чтобы такие глупости выкаблучивать? Кому и что вы доказываете? А ты, государь Рендор, — я ткнула в него пальцем, снова переходя на «ты» — ну а как еще разговаривать с взрослым мужчиной после детской выходки! — Если ты ревнуешь — иди в свой гарем и спускай пар там, вместо того чтобы кулаками махать да валиться кверх ногами с огромной высоты! На тебе вообще-то ответственность за твой народ! Что с ними станет, если ты проломишь череп, прежде чем успеешь превратиться в дракона!

У Рендора глаза на лоб полезли. На долю секунды я испугалась, что сейчас окажусь на месте генерала Вейтара, когда Рендор лупасил его. И даже на месте самого Рендора, когда тот летел «кверх ногами».

Морда лица у драконьего величества была такая, будто он начистит мне моську и спустит с площадки пинком. А в сочетании с воинственным зрелищем полной боеготовности ниже пояса вызывало ощущение еще одной угрозы… И я не знала, что было страшнее.

К счастью, то ли мой божественный статус защитил меня, то ли драконы не поднимали руку на женщин, в человеческом обличье и не на поле боя. Рендор выдохнул расширенными ноздрями. Процедил сквозь зубы:

— Ты что такое несешь, человечка?! Какая еще ревность? Кем ты себя возомнила?

Вейтар шагнул вперед, загораживая меня перед своим королем.

— Рен, ты забываешься. Не смей оскорблять богиню.

— Да какая она богиня! — взорвался зловредный драконище. — Ты ведь не хуже меня понимаешь, кто она такая!

— Так, все! — воскликнула я. — Я прекрасно знаю, кто я такая. Но меня занесло в ваш мир, все зовут меня богиней — и вы оба тоже! Я об этом не просила, но все так делают! Твердят мне, что божественная сила обязательно пробудится. Ваши драконы верят и ждут от меня божественных чудес. Я никого ни о чем не просила! — повторила я. — Но я буду общаться с каждым, кто этого захочет. И буду помогать чем могу всем, кто просит моей помощи. Поэтому попрошу не оскорблять меня и относиться с уважением если не ко моей божественной силе — которую я ни черта не чувствую — то к моим намерениям и доброму отношению. Ко всем. Даже к некоторым, кто его не заслужил. Не будем показывать пальцем.

При этом я свирепо зыркнула на Рендора. Затем гордо прошествовала по всей площадке мимо голого величества и сошла на лестницу.

Глава 44

И только древние боги этого сумасшедшего мира знали, чего мне стоила моя выдержка и горделивая осанка.

На самом деле меня трясло с головы до ног. Я делала шаг — и боялась рухнуть на пол, прямо к голым атлетичным ногам короля. Лишь пройдя пару лестничных пролетов, я позволила себе остановиться.

Прислонилась к стене, шумно дыша. Чувствовала себя так, будто меня нанизали на электропровод и пустили фазу. Или усадили на электрический стул, дали разряд — но передумали добивать.

Долго так стоять нельзя — кто-нибудь застукает «божественную Иллари» в таком недостойном жалком виде. Я взяла себя в руки. Уняла дрожь, заставила идти вперед твердой походкой. Первого встречного попросила отвести меня в мои покои.

Когда дошла, навстречу выбежала встревоженная Тайлири.

— Божественная, все ли в порядке?

— Ванну, Тайлири! — приказала я командным тоном, не отвечая.

Жрица умчалась бегом, и через пять минут все было готово. Я заскочила внутрь, заперлась, сбросила одежду, нырнула в горячую воду и только тогда дала себе волю: размякла, растеклась мышцами по удобным бортам.

Что же со мной такое приключилось? Ответ вроде бы и ясен — я пережила жуткий стресс, когда Рендор ухнул вниз своей непрошибаемой башкой. С одной стороны — нормальная человеческая реакция.

Двадцать шесть лет я жила в обычном мире без оборотней и драконов, где падение с огромной высоты означало неминуемую гибель. Ну и что, что он дракон. Мои человеческие инстинкты кричали, что я видела смерть. Когда на твоих глазах живое существо разбивается насмерть — это огромный стресс для сознания и организма.

Да только это объяснение ни капли не успокаивало. Допустим, стресс, страх смерти, сопереживание. Но почему в тот момент я чувствовала себя так, будто сама летела камнем вниз? Сама — или кто-то безмерно дорогой мне, значимый лично для меня человек?

Рендор мне никто! Отвратительный мужлан и шовинист, который ужасно обращается с женщинами, презирает и высмеивает меня, вредный и надменный эгоист по характеру. Я не желала ему смерти, но уж точно ничего бы не потеряла, случись с ним несчастье. Наоборот, жизнь стала бы легче.

Так почему, увидев его падающим с площадки, я ощущала, как будто это из меня вырвали кусок и уронили, а я сама лечу следом? А когда Рендор взлетел драконом надо мной и приземлился на площадку голым и невредимым — будто зажглось погасшее солнце?

Что за дурацкие, неуместные чувства?! И главное — мог ли Рендор как-то узнать, что я переживала во время их бестолковой драки с Вейтаром? Упасите боги!!!

Выйдя из ванны, я велела Тайлири позвать Ирсалу. Возможно, жрица могла бы и сама исполнить мою просьбу — но я не хотела ее подставлять. Когда Рендор обнаружит, что я сделала, он наверняка будет зол и на меня, и на исполнителей. Ирсалу защищает ее статус среди драконов, а вот Тайлири может не поздоровится. Лучше пусть будет не при делах. Пока что.

Драконица явилась тут же. Я подвела ее к двери, которая вела из моей спальни в покои короля. В его спальню.

— Ты можешь заблокировать магией эту дверь, чтобы с той стороны невозможно было сюда пройти?

Женщина напряглась, но кивнула.

— И еще сделать так, чтобы оттуда ничего не было слышно, что происходит у меня в комнатах.

— Сделаю, как прикажешь, божественная. Но… государь Рендор будет недоволен.

— Вот и прекрасно! Зато буду довольна я.

Глава 45

Рендор так и стоял неподвижно, глядя вслед гордо выпрямленной спине Ларисы. Маленькая зарвавшаяся нахалка! Почему она вечно заставляет его чувствовать себя последним идиотом?! Никогда, ни одной женщине это не удавалось. Ни одна и не смела вести себя с королем драконом так дерзко и нагло.

Спустить пар в гареме — посоветовала она? Ну будь по ее — так он и сделает! Уделит свое внимание несчастным угнетенным наложницам, за чье ужасное состояние так радела эта беспардонная девица. А то и впрямь в последнее время он их забросил.

Остаток дня Рендор доделывал рутинные дела, от которых отвлекла драка с Вейтаром — и впрямь глупое ребячество! — а еще раньше — скандал с иномирной нахалкой. Подумать только, он угробил на нее полдня! А она еще издевалась над ним — мол, у него слишком много времени, он недостаточно занимается государственными делами и наложницами.

Вот и надо исправить это. А богиня пусть теперь держится от него подальше. Хочет знакомиться и общаться с его подданными — пускай! Может, наконец-то всем станет ясно, как и ему, что никакая она не богиня, а самая обыкновенная человечка!

Сам Рендор постарается избегать встреч с ней, насколько это возможно. Жаль, что он поселил ее так близко. Надо было засунуть в самое дальнее крыло дворца! Может, еще и переселит — она ведь так недовольна, что он выделил ей покои будущей королевы!

Тогда у нее не будет поводов говорить подобные глупости. Ревнует он, надо же такое сморозить!

Когда с делами на сегодня было покончено, Рендор приказал Греллу собрать десяток самых горячих и страстных наложниц. Сегодня никому не придется скучать! Будут заниматься или им самим — или друг другом, возбуждая аппетит короля.

Девушки, встретившие его в специальном зале для королевских удовольствий, выглядели ошарашенными. Еще никогда господин не собирал их в таком количестве! Но на их активность это никак не повлияло. Каждая старательно исполняла свое женское предназначение — ублажала мужскую похоть всеми доступными ей средствами!

Рендор тоже постарался на славу. Дерзкая землянка может быть довольна — сегодня ни одна женщина не осталась без его внимания! Его хватило на всех, да еще и не по одному разу!

Вот только зудящий голод в паху никуда не делся. Рендор вышел из зала под утро, нисколько не чувствуя насыщения и удовлетворение. Только раздражение и недовольство — наложницами и самим собой.

Вроде и жаловаться не на что — девчонки делали все, что им положено. Сам он вроде тоже был на высоте как мужчина. Сегодняшняя любвеобильность — редкость даже для драконов.

И в то же время… все это не то. Ему отчаянно чего-то не хватало. И он не понимал, чего.

Он вернулся к себе в спальню. Уже светало. Спит ли эта бесстыжая непочтительная девчонка? Одна?

Рендор вспомнил ее отчаянный крик, когда он упал с площадки. И невыразимое облегчение, когда показался в драконьем обличье. Она переживала за него? Злоязычная надменная гордячка, искренне беспокоилась, что он может погибнуть? Ей не все равно?

Он не выдержал. Не смог исполнить собственный зарок — не наблюдать за ней, держаться от нее подальше. Ноги сами собой поднесли его к двери, ведущей в спальню Ларисы. Король прислушался.

Тишина. Мертвая. Не слышно даже ее дыхания. А ведь у него драконий слух — он должен был слышать отсюда, как она дышит во сне!

Неужели она… ночует не у себя?! Тогда у кого?! Сукин сын Вейтар взялся утешить, затащил к себе в спальню?

Рендор уже не отдавал отчет, что делает. Просто толкнул дверь.

И как будто уперся в глухую стену. Дверь не поддалась, словно впаянная намертво. Король толкнулся еще раз — тщетно. Сердце бешено заколотилось. А вдруг с ней случилась беда?! Кто-то причинил ей вред, заблокировав магией стену?

Он сорвался с места, стремглав понесся в покои Ларисы через коридор. Как был после оргии с наложницами — голышом. Чуть не вышиб входные двери, пролетел через анфиладу комнат и оказался в спальне.

Девчонка мирно сопела на своей кровати. Так, что он не мог не слышать этого за стеной, включив драконий слух. Была только одна причина, почему он не услышал. И не смог к ней пройти.

Магический барьер. И судя по ее спокойному сну — она поставила его сама. Точнее, кто-то поставил по ее собственной просьбе, ведь магического дара у нее нет.

Рендор чувствовал, что из ноздрей вот-вот повалит пар, словно он обратился драконом. Он приготовился развернуться и уйти. Но в этот миг Лариса открыла глаза. И завопила так, что у него заложило уши.

Глава 46

Среди ночи меня разбудило странное чувство. Как будто я не одна в комнате. Мне бы действовать по-умному — не выдавать, что проснулась, притвориться спящей, слушать, что происходит. А в нужный момент дернуться, и либо бежать, либо ударить чем-то незваного гостя. Ну и для начала разобраться — не примерещилось ли.

Но рефлексы сработали раньше ума. Глаза открылись сами собой… и я увидела темный силуэт голого мужчины. И завизжала, как резаная свинья. Гость дрогнул и попятился.

Дверь спальни распахнулась. Зажегся свет. Я увидела на пороге испуганную Тайлири… а голый интервент оказался, конечно же, Рендором!

— Какого рожна! — взвыл он, метая на жрицу злобный взгляд. — Убирайся!

— Убирайся сам! — выкрикнула моя внезапная защитница. — Что ты делаешь в спальне божественной?!

Из груди Рендора вырвался сдавленный рык. Одним прыжком он оказался рядом с фейри, схватил за плечи. Я напугалась, что сейчас придется поменяться ролями — уже мне спасать ее от короля драконов, вознамерившегося то ли задушить, то ли изнасиловать бывшую любовницу.

Я уже вскочила с постели. Конечно, даже две женщины не справятся с таким бугаем, но не могу же я сидеть сложа руки, пока над моей помощницей творится бесчинство!

Но Рендор всего лишь поволок жрицу к двери, вытолкал взашей и запер дверь изнутри. И вот тут уже у меня запоздало включились мозги! Я мигом сообразила, что сейчас переживать надо будет за себя, а не за другую женщину. Он ведь не просто так явился в мою спальню голым и возбужденным.

И я метнулась к другой двери. Той, что вела прямиком в спальню похотливого и ненасытного драконьего величества.

По моей просьбе Ирсала запечатала ее барьером. Рендор не мог ни проникнуть ко мне через нее, ни даже слышать, что происходит в моей спальне. Вот только барьер работал с его стороны… а из моей спальни ничто не мешало пройти туда.

И вот я стрелой ломанулась в спальню оборзевшего величества. А из нее — прочь в другие комнаты, в надежде вырваться из логова этого блудливого монстра и позвать на помощь.

Топот тяжелых босых ступней несся мне вдогонку. Я не успела выбежать даже из смежной со спальней короля комнаты.

Он нагнал меня. Мощные руки обхватили мою шею. Горячее дыхание обожгло щеку. Мамочки. Да он даже в человечьем обличье извергает огонь! Сейчас обуглит меня как головешку.

— Куда побежала?! — раздался над ухом возбужденный шепот. — А ну иди сюда!

— Пустите! — заорала я. — Немедленно выпустите меня и отойдите!

— Много хочешь, человечка… Лариса. Никуда я тебя не пущу.

Он обхватил меня, как тростинку. Поднял на руки и зашагал со мной назад, в свою спальню. Швырнул на постель и навис надо мной. Мускулистые руки уперлись по обе стороны от меня — словно запирая в тесной клетке.

— Что… что вы делаете?! Прекратите! Немедленно прекратите!

Лучше бы я молчала. Похоже, мой жалкий писк только сильнее взбудоражил его. Он схватил меня за волосы, сильно оттянул голову назад… и впился в губы жестким, властным поцелуем.

Глава 47

В первый миг меня словно обдало дурманом. Я чуть не лишилась сознания, потерялась в губах Рендора, в пьянящем мужском запахе. Я не отвечала на поцелуй, но и сопротивляться не могла.

Его руки жадно стиснули мои плечи, крепко прижали к груди. Так, словно он обрел что-то безмерно дорогое и ценное… и сейчас боялся это выпустить.

Не знаю, сколько он так меня целовал, а я принимала поцелуй и не вырывалась. Кое-как я опомнилась, попыталась его отпихнуть. Да куда там. Хрупкая я против груды мышц весом больше центнера.

Так Рендор и продолжал терзать мои губы, алчно вторгаться жестким языком в рот. А потом нехотя отстранился. Снова захватил ладонью мои волосы. Второй ладонью провел по щеке с внезапной нежностью.

— Что ты со мной творишь, Лариса?

Творю? Я?! Да вы что-то попутали, ваше драконье величество! И… он назвал меня по имени! Не человечка, даже не ироничное «божественная». Лариса. Мое земное имя, такое привычное, такое родное.

По спине пробежали мурашки. Это ты что-то вытворяешь со мной, государь Рендор! Его прикосновение подействовало на меня как наркотик — и это пугало…

— Отпустите меня немедленно…

Я думала, что выкрикну это требовательным тоном — но мой голос прозвучал жалко и беспомощно.

— Куда? — хрипло рыкнул Рендор. — К Вейтару? Хочешь, чтобы на моем месте был он? Не отбивалась бы тогда?

— Что вы несете?! Я никому не позволю надругаться надо мной!

Он провел ладонью по моей спине. Меня тут же обдало фонтаном мурашек.

— Никто над тобой не надругается…

Теперь его голос прозвучал ласкающе, чуть ли не мурчаще.

— Я хочу доставить тебе удовольствие… такое, которого ты не знала никогда в своей иномирной жизни. Которого никто не даст тебе здесь. Расслабься… Не вырывайся. Позволь себе получить наслаждение, просто отдайся мне…

Что?! Да ты совсем офонарел, король кобелей! Вот прямо взяла и отдалась, шнурки не погладив.

Я со всех сил лягнула его обеими ногами по коленям. И рванулась из-под него. Но не тут-то было. Рендор уже привык к моим сюрпризам и был готов. Плотнее навалился на меня, прижал мощными бедрами к кровати. И рванул ночную сорочку.

Тонкая ткань треснула, обнажая мою грудь. Я зажмурилась: голодное вожделение в его глазах ослепляло. Неужели сейчас он просто возьмет меня против воли?!

В этот момент моя босая ступня уткнулась в какой-то островатый уголок под кроватью Рендора. Не знаю, каким чудом я сейчас могла соображать, но мне удалось вспомнить: книга!!! Злосчастный томик с наущениями гаремным господам, как надо муштровать наложниц. Именно сюда он упал, после того как я запулила его. До сих пор никто не убрал, слуги не посмели тронуть настольную книгу государя?

Я тут же обмякла в руках драконьего короля. Притворилась то ли разомлевшей от ласк, то ли потерявшей сознание. Одержимый похотью Рендор продолжал терзать мое тело — то гладить, то сминать… то целовать всюду без стыда и стеснения, точно я была одной из его одалисок, а не свободной женщиной, которая так и не сказала ему «да».

Я приложила всю свою волю, чтобы изобразить из себя бесчувственное бревно. Не дергаться и не вырываться… и в то же время не дрожать от непонятного огня, охватившего меня с головы до ног.

Хитрость сработала. Рендор вдруг остановился. Я почувствовала, как упругие мускулы напряглись еще сильнее.

— Ты что? Что с тобой? Ты в порядке?..

В его голосе послышалась неподдельная тревога. Я не открывала глаз и не шевелилась.

— Лариса! — воскликнул он почти испуганно.

И в этот миг я скользнула с кровати вниз, молниеносно подняла с пола тяжеленную книгу… и со всей дури огрела ею Рендора по лобешнику!

Твердолобый драконище даже не шелохнулся. Только поморщился. Схватил меня за руку, здоровый талмуд с глухим ударом выпал на пол. Сузившиеся от ярости глаза короля приблизились к моему испуганному лицу.

— Хочешь поиграть? Я тебе это устрою… богиня.

Он вновь толкнул меня на постель. Но на этот раз — переворачивая на живот. Заломил руки мне за спину… и задрал обрывки ночной сорочки до поясницы. Я завизжала как резаная, понимая, что он намерен сделать. Этот ненасытный кобелина уже не собирается тратить время на поцелуи и ласки — пусть даже принудительные.

Я больше не вопрошала мысленно с испугом: ай-ай, неужели он сейчас возьмет меня силой?! И так было понятно, что он сделает, да еще и грубо, по-животному. И тут прозвучал гневный, спасительный голос:

— Рен!! Ты спятил, придурок?! Немедленно остановись!

Глава 48

Мой сексуальный маньяк и не подумал выпустить меня.

— Чтоб ты сгорел в Негасимом Пламени! — рявкнул он, не оборачиваясь. — А ну проваливай отсюда!

Спасительный голос принадлежал генералу Вейтару. Я принялась вертеться, чтобы как-то сбросить порваный подол ночнушки с поясницы на оголенную филейную часть — но тщетно. Боюсь, мои извивания только добавляли непристойности зрелищу, которое я сейчас собой представляла.

И вдруг прозвучал еще один мужской голос:

— Государь, отпустите Владычицу! Иначе даже мне придется вызвать вас на бой.

Я почувствовала, как Рендор вздрогнул. Да и я сама тоже. Мало того, что сейчас три мужчины видели меня бесстыже голопопой… Но мне было страшно вообразить, чем завершится поединок Рендора… с Кейласом.

Еще один голос, на сей раз женский, прибавил негодующе:

— Мы не ожидали от тебя, государь Рендор! Так поступать с женщиной, да еще и с нашей богиней! Немедленно отпусти ее и дай прикрыться! Она вправе потребовать низложения за такое обращение с собой!

Ирсала. Господи, здесь что, собрались все обитатели этого замка, смотреть на мой позор?! И позор Рендора. Что она там сказала про низложение?.. Прекрасная идея!

Мощные ладони нехотя разжались. Я мигом распрямилась и стала оправлять лоскуты, оставшиеся от моей сорочки. Тщетно. На выручку пришла Ирсала. Она сорвала покрывало прямо с постели драконьего величества и заботливо укутала меня. Я почувствовала себя упакованной в гигантское полотно.

Оглядевшись по сторонам, разглядела аж четырех свидетелей моего посрамления. Вейтар, Кейлас с Ирсалой и Тайлири. Увидев фейри, я догадалась, что именно она собрала всех остальных. Она видела, как Рендор покушался на меня, и стала действовать, позвав всех моих возможных защитников. Что ж, честь и хвала ей за это! Больше не буду плохо думать о ней.

Мне было ужасно неловко и стыдно. А вот этому наглому королю и насильнику — похоже, ни капли! Хотя именно на него все четверо смотрели с осуждением, а на меня — с пониманием и сочувствием.

От него мне достался лишь взгляд, полный неудовлетворенного вожделения. Остальных он обдал ледяной яростью, процедив сквозь зубы:

— Довольны? Ваша богиня вся замотана тряпьем и ее честь в безопасности! Теперь вы уберетесь отсюда? Или мне выкинуть каждого за шкирку?

— Осторожнее в словах, Рен, — хладнокровно ответил Вейтар. — Ты совершил недопустимый проступок. Оскорбил богиню, покусившись на ее честь. Она вправе потребовать возмездия. Ты знал о последствиях своего поступка. Однажды твой предок уже совершил ошибку. Мы все думали, что ты не пойдешь по его стопам. Но ты не оправдал наших ожиданий. Ты ведь понимал, когда набросился на нее, чем тебе это грозит?

Рендор сузил глаза.

— Вот чего ты добиваешься? — прошипел он. — Моего низложения? Хочешь спровоцировать девчонку? И если она спляшет под твою дудку, потребует суда надо мной — ты, конечно же, заявишь себя претендентом? Ты ведь всегда считал, что достоин лучшего, Вейт? И всегда хотел иметь то, что принадлежало мне?

Генерал застыл на месте.

— Рен.

Он пытался говорить спокойно, но я чувствовала, как у него внутри все бурлит и клокочет не хуже самого короля.

— Образумься. Не говори того, о чем пожалеешь. Мне не нужно твое низложение и становиться претендентом я не собираюсь. Я всего лишь хочу, чтобы ты думал, прежде чем совершать неосмотрительные поступки. Нападение на богиню, посягательство на ее честь — страшное преступление. Она вправе требовать кары.

Рендор выглядел так, будто собирался снова отутюжить своего генерала. Прямо здесь, у всех на виду. Я быстро заговорила:

— Какой должна быть кара? Я не стану требовать низложения короля Рендора. За то время, что я провела среди Лазурных Драконов, убедилась, что он заботлив со своими подданными и радеет об их нуждах. Но его отношение к женщинам отвратительно. Я не хочу оставлять это просто так. Чего я могу потребовать?

Я посмотрела на Ирсалу. Она была женщиной — местной женщиной — и лучше всех могла меня понять.

— Ты богиня, Иллари, — ответила она. — Ты можешь требовать чего угодно.

— Прямо здесь, сейчас? Или все должно быть официально?

Рендор мгновенно повернулся ко мне.

— Давай, Лариса-божественная. Не стесняйся. Требуй всего, что можешь. Побольше и сразу. Не хочешь моего низложения — потребуй позора. Все в твоих руках.

— Мне не нужен твой позор, — холодно произнесла я. — Только справедливость. Генерал? Кей, Ирсала?

Ответил Кейлас:

— Все зависит от государя. Если он поклянется нам исполнить то, что ты изволишь наложить на него — мы можем договориться прямо здесь. Присутствие троих свидетелей из знати Лазурных Драконов — достаточное основание, чтобы все твои решения были признаны официальными. Если он откажется, тогда ты вправе созвать Верховный Круг у Негасимого Пламени, чтобы он судил короля.

Я посмотрела на Рендора.

— Как видишь, решать тебе. Я не требую твоего позора. Поклянись исполнить мое требование перед тремя своими подданными — и больше никто не узнает, как мерзко ты обошелся со мной.

Глава 49

Глаза Рендора налились кровью.

— Нравится припирать меня к стенке? Чувствуешь себя настоящей богиней? Кем ты была в своем мире — ничтожеством? Теперь довольна, что можешь диктовать условия самому королю драконов?

Я аж поперхнулась. Вот это ЧСВ у драконьего величества!

— Не надо мерять всех по собственному гонору. Да, я никого не припирала к стенке в своем мире. Ни наших королей, которых у нас не так много, ни простых людей. И мне это не доставляет удовольствия. Но это вы хотели меня изнасиловать. А в моем мире за это наказывают — даже если жертва простая женщина, никакая не богиня. «Человечка», как вы выражаетесь.

По лицу короля пробежала мрачная ухмылка.

— Ну давай, простая женщина. Выноси свой приговор. Посмотрим, на что хватит твоей фантазии.

Это что — вызов? Ну ладно, принимаю. Я повернулась к трем драконам, которые стали защитниками моей беспомощной божественности.

— Скажите мне, какой размер приданого у вас считается достойным благородной женщины?

Я покосилась на Ирсалу, предполагая, что она как знатная драконица лучше всех в теме. И не ошиблась — женщина перечислила мне количество скота, площадь земель и вес драгоценностей, которые могут входить в приданое аристократки. При этом прибавила, что именно было в ее приданом.

После этого я повернулась к ее мужу.

— Кейлас, чем ты занимаешься после своего ранения? Мне показалось, ты неплохо разбираешься в правовых тонкостях.

Его предыдущий ответ мне был достоин грамотного юриста.

— Я — десница казначея, божественная.

— О! То что доктор прописал!

— Доктор? — напугался Вейтар. — Ты больна, Иллари?

— Эмм… это просто выражение из моего мира, не обращайте внимания. Кей, скажи-ка мне теперь. У государя Рендора есть личный доход и личное имущество? Или у драконов нет различия между личным имуществом правителя и государственной казной?

Зам министра финансов качнул головой.

— Что ты, божественная, конечно есть. Род государя очень богат. У него есть личные земли, пастбища, рудники. Но все, что идет в казну, тратится на нужды государства, а не короля.

Как это мило. Надеюсь, драконы не ведают коррупции.

— Что ж, прекрасно. Тогда я оглашаю свое решение. Рендор, король Лазурных Драконов, должен оповестить наложниц из своего гарема, что отныне они вправе решить: остаться в статусе наложниц или покинуть гарем и выйти замуж. Тем, кто выберет замужество, он обязан выделить приданое, совокупной ценностью не меньше того, что было у Ирсалы. Из своей личной казны — не государственной! Поскольку наложницами тоже пользуется он, а не государство. За исполнением проследит десница казначея Кейлас. Всем, выбравшим замужество, следует устроить смотрины, на которых невесты и заинтересованные мужчины смогут познакомиться и пообщаться друг с другом. Смотрины организует Ирсала. Ах да. Я слышала, что существует еще общий гарем… Его наложницам должно быть даровано такое же право. Если все девушки общего гарема выберут замужество и не останется ни одной, которая предпочтет ублажать всех солдат разом, — он должен быть упразднен и не восстанавливаться впредь. Так сказала я, богиня Иллари, и мое слово должно быть исполнено!

Все пятеро илларанцев, включая Тайлири, застыли разинув рты. Не знаю, что поразило их сильнее — суть моего решения или его категоричность. Ну ничего. Пускай привыкают, что богиня крута на расправу.

Все-таки божественный статус — полезная штука. Даже если я ничегошеньки не могу как богиня — ну кроме того, что придумаю собственной головой, — я вправе требовать достойного отношения к себе. И не только к себе. И наказать за недостойное.

— Ты спятила? — наконец очнулся Рендор.

— Аккуратнее в выражениях, государь. Не стоит усугублять мой праведный гнев.

Не то найду еще благих дел, где пригодится твоя личная казна.

— Ты требуешь невозможного! Правителю необходим гарем!

— И общий?

— Ты всерьез считаешь, что я в состоянии обеспечить весь общий гарем приданым, равноценным тому что получают дочери знатных драконов?!

— Ну ты же был в состоянии им пользоваться. Любишь кататься — люби и саночки возить, как говорят у меня на родине.

— Я не пользовался общим гаремом! — прорычал Рендор.

— Еще бы. Зачем, когда есть личный. А в общий можно отправлять неугодных наложниц, не спрашивая их желания.

— С твоего позволения, Иллари… — вмешался Кейлас. — Дело в том, что состояние государя Рендора и впрямь не позволит обеспечить всех наложниц общего гарема богатым приданым…

Хм. Что, Рендор даже не олигарх? Вполне себе умеренный землевладелец? Или «укрывает доходы», как и наши власть имущие?

— Было бы справедливым, если бы в приданое вложились все воины дружины, кто пользовался услугами общего гарема, — неожиданно прибавила Ирсала.

Идея мне понравилась. Почему бы и нет! Пословица про саночки актуальна и тут!

А вот Вейтар сразу возмутился. Ну понятно, у кого тут рыльце в пушку!

— С чего бы это?! На честь богини посягнул Рен — а отвечать должна вся дружина?

У Рендора сузились глаза.

— При таких условиях я, пожалуй, соглашусь на твое наказание, человечка!

Он не удержался, чтобы не подчеркнуть высокомерно это «человечка».

— Пусть приданое общему гарему обеспечит Вейт. Он почти всех перепробовал там, и не по разу!

Я метнула на генерала косой взгляд. Минус 50 % моей симпатии к нему… Конечно, вдовцу в горе надо как-то снимать напряжение, если он не в состоянии завести новые отношения. Но пользоваться беззащитными женщинами, которых принудительно загнали в бордель… Не ждала от него такого.

Глава 50

Но надо сохранять справедливость — Вейтар и правда не пытался меня изнасиловать, только защищал, в отличие от Рендора.

— Кейлас, позволят ли доходы государя обеспечить ему четверть приданого для женщин общего гарема?

Супруг Ирсалы нахмурил брови, будто подсчитывая что-то в голове, затем кивнул.

— В таком случае он внесет эту часть. Прочее обеспечат воины Лазурной Дружины, — вынесла вердикт я. — За исключением тех, кто хранил верность женам и невестам. — Уверена, все дружинники знают, кто ходил в общий гарем, а кто не ходил, и не дадут друг другу избежать ответственности.

Вот так. Пусть знают, что гульба налево может ударить по кошельку.

— И как это будет подано? — не унимался Вейтар. — С чего вдруг дружинники должны платить такую… дань?! За что они наказаны, в отличие от Рена?

— За непочтительность к богине, которую ты сейчас проявляешь, мой наглый друг! — вставил Рендор. — Надеюсь, договоришься до того, что четверть приданого заставят оплатить тебя!

Я закатила глаза. То ли между этими двумя идет типичное мужское соперничество… То ли работает наш земной анекдот: является мужику Бог и говорит: «Дам тебе все что пожелаешь, но соседу дам вдвое больше!» И мужик просит: «Выколи мне глаз!»

Так и Рендор был готов смириться с моим решением, лишь бы его друг тоже потерпел изрядные финансовые потери.

— Никто не наказан! — заявила я. — Это милость богини любви. Мы договорились, что поступок государя Рендора не оглашается на широкую публику. Подлинная причина моего решения остается между нами.

Надеюсь, они разберутся между собой, как обеспечить молчание всех свидетелей, в том числе Тайлири, которая вообще не была заинтересована в сохранении репутации Рендора. Даже наоборот. Это уже не мои проблемы.

— А народу мы объявим, что богиня Иллари явила свою милость всем наложницам Лазурных Драконов. Точнее, вы объявите.

Я свои объявления уже сделала, для вашего узкого круга. Дальше просто посижу спокойно с попкорном и погляжу, что будет твориться в этом зоопарке. Надеюсь…

— Это не милость, а фарс! — рявкнул Рендор. — Я не пойду на такое унижение. Можешь низложить меня. И пусть Вейт заявляет себя в претенденты. Даже если я не буду королем, смогу оспорить его решение в поединке.

— Каком поединке? — бросил генерал. — Я чуть не сбросил тебя с башни. Хочешь повторить? Бой между претендентами — смертный. Ты так уверен, что выиграешь?

— Можем провести его хоть сейчас, — бросил сквозь зубы Рендор. — Или ты думаешь, я боюсь биться с тобой насмерть?

Отчего-то у меня сердце ушло в пятки. Я вдруг почуяла, что сейчас происходит что-то очень нехорошее и опасное. И допускать этого ни в коем случае нельзя. Что случилось между этими двумя? Они ведь казались закадычными друзьями. И вдруг — столько лютой ненависти. Неужели они… неужели оба ревнуют меня друг к другу?! Неужели из-за ревности готовы друг друга убить?!

- Послушайте, — начала я. — Давайте не доводить до непоправимого. Обойдемся без низложений, поединков и кровопролитий. Я не ищу твоего унижения, Рендор. И даже готова простить то, что ты пытался сделать. Лишь бы у Лазурных Драконов все было спокойно, не началось никаких смут и дележа власти. Не знаю, как у вас, а в моем мире все эти дела заканчивались плохо, в первую очередь для простых людей. Думаю, у вас тоже достанется и людям, и драконам, и другим расам. Поэтому давайте не будем трогать государственную власть. Я поддерживаю Рендора как правителя и не хочу смены власти. Но пойми, — я повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. — Пожалуйста, пойми, эти гаремы, особенно общие, ужасны для женщин! Никто их не спрашивает, хотят ли они там находиться. Хотят ли заниматься любовью с тем или другим мужчиной, а то и не с одним сразу. Это вредит их здоровью и душе. И если здоровье можно залечить — наверняка ваша магия с этим справляется! — то душа после такого непоправимо изранена. И эти раны магии не под силу. Женщина ведь не деревянная кукла, она живая, страдает и чувствует боль! Ей нужен один мужчина, свой. А не сотни, которые имеют ее, каждую ночь разный. Понимаешь это?!

Я чувствовала себя странно, объясняя вещи, которые в моей прошлой жизни были понятны даже ребенку. Но тут подобное рабство считалось нормальным. Никто ведь до меня не пытался возмутиться, упразднить этот общий гарем. Даже драконы, которые хотели обрести Истинную Пару и жить с ней в верности. Такие очевидные вещи были им непонятны.

По мере того как я говорила, лицо Рендора приобретало растерянное выражение. Как будто до него в самом деле доходило, что женщина, мать ее за ногу, живое существо и ей бывает больно!

— Давайте не будем требовать самое роскошное приданое для наложниц, — продолжала я. — Пусть оно будет умеренным, достаточным для того, чтобы привлечь к девушке женихов. У меня нет цели разорить тебя, Рендор. Но пусть там останутся только те, кто сам хочет такой жизни. Не те, кого туда загнали насильно или продали за обеспеченность семьи и за красивую жизнь. А общий гарем — пусть дружинники платят тем женщинам, которые согласятся их ублажать. Но не запирать в таком месте женщин, которые тебе надоели.

На несколько секунд в королевской спальне повисло гробовое молчание. Никто не смел даже вздохнуть — ни супруги-драконы, ни Тайлири, ни даже Вейтар. Все ждали реакции Рендора на мое пламенное выступление.

Глава 51

Какой-то миг мне казалось, что он сейчас просто обернется драконом и спалит всех нас, не пожалев и собственной спальни. Я даже опустила глаза, страшась усилить его ярость прямым взглядом. Но вдруг он разжал кулаки и опустился на кровать.

— Делай что хочешь… Лариса. Я наверно и правда ничего не понимаю в женщинах. В таких как ты уж точно. Пусть в гаремах останутся те, кто сам захочет. Остальных я обеспечу.

Йесс! Неужели получилось?! Он не просто прогнулся под мое решение, но признал его справедливость?! Хотя бы отчасти?

Как бы там ни было, мне этого не узнать. Я признательно склонила голову.

— Благодарю за понимание, государь. Это важно для меня.

— А теперь выметайтесь наконец отсюда все! — прорычал он, злобно зыркнув на четверку свидетелей наших разборок.

Трое драконов поклонились и вышли. Тайлири несмело шагнула ко мне.

— Я должна проводить божественную…

— Без тебя дойдет! — рявкнул он. — Вон!

Тайлири метнулась к выходу, даже не взглянув в мою сторону. А мне стало обидно и страшновато. Все-таки этот мужчина только что пытался меня изнасиловать… А все защитнички ретировались, даже не убедившись, что больше он мне не угрожает. Что ему мешает довести дело до конца сейчас?

Я взяла себя в руки. Все же я его боюсь, от этого никуда не деться. Сколько раз уже убеждалась, что он не всевластен, не может со мной своевольничать, как бы ему ни хотелось. И все равно каждый раз трепетала, как лань перед тигром, который неизбежно ее сожрет…

— Ну я пойду, — пролепетала я. — Мы вроде все обговорили, и надо все-таки поспать до утра.

Я двинулась было вслед за Тайлири к выходу… и тут осознала, что завернута в гигантское покрывало с необъятного королевского ложа. А под ним — разодранные лохмотья ночной сорочки.

В таком виде мне предстоит дойти по коридору до своих покоев. Прямой выход из спальни Рендора заблокирован моими же стараниями.

Ну вот. Тайлири еще как-то пыталась обо мне позаботиться, а остальные слиняли, даже Ирсала, которая прекрасно знала, в каком я виде и где придется проходить. И как теперь быть?!

Так я и стояла посреди спальни Рендора, не имея возможности сдвинуться с места с тяжеленным шлейфом за плечами. А он хищно наблюдал за моей беспомощностью… и шагнул ближе. Я отвернулась в сторону — боялась опустить взгляд вниз… и увидеть его ниже пояса. Нечто по-прежнему боевое и угрожающее…

А Рендор вдруг наклонился к стулу возле изголовья. Резким движением снял со спинки свой камзол, шагнул ко мне. Решительно расцепил мои пальцы, сжимавшие края покрывала. Отбросил тяжелое полотно обратно на кровать, а мне на плечи набросил камзол.

— Ступай, богиня. Никто не увидит твоих прелестей. Хотя в такое время и некому. Но так спокойнее. Иди.

Еще пару секунд я оцепенело смотрела на него. Затем сорвалась с места и ринулась к двери, едва не уронив камзол с плеч. Спиной так и чувствовала, как взгляд Рендора беспощадно прожигает дырку в его же одежде прямо мне пониже спины.

Я пулей пронеслась по коридору — слава богу, в прошлый раз успела запомнить дорогу. Коридоры были освещены светильниками, в темноте блуждать не пришлось. Ворвавшись в свои покои, я промчалась мимо встревоженной Тайлири в спальню, хлопнула дверью.

Фейри что-то пропищала снаружи, я прикрикнула на нее, чтобы ложилась спать, а со мной все в порядке. За дверью все стихло. А я обессилено опустилась на свою кровать. В порядке? Да ни черта не в порядке!

Казалось бы — я добилась своего. Отстояла свою честь от домогательств мужчины, да не простого — а самого властного и могущественного здесь. Не сама, конечно, с помощью друзей. Но это же здорово, что я за каких-то пару дней обзавелась здесь преданными защитниками.

Надо, кстати, завтра поблагодарить Тайлири. Заодно извиниться, что сейчас накричала на нее. Жрица все делала правильно, и если бы не она… Меня встряхнуло при мысли, что сейчас со мной было бы, где я была, если бы Тайлири не подсуетилась и не собрала всех драконов, кто мог меня защитить.

А была бы я сейчас под Рендором, изнасилованная им, и наверняка не один раз.

Я вдруг осознала, что так и сижу в его камзоле. Крепко стискиваю воротник, словно все еще опасаюсь остаться неприкрытой, словно на меня еще кто-то смотрит алчным вожделеющим взглядом.

Камзол был из мягкой, очень комфортной на ощупь и приятно пахнущей ткани. И пахла она… Рендором. Уж теперь-то я ни с чем не спутаю его запах, остро-терпкий, но в то же время без раздражающей отдушки, которая бывает у других мужчин.

Этот аромат сладостно ласкал ноздри… и возбуждал желание.

Что?! Господи, о чем я?! Какое желание? Этот мужчина только что собирался изнасиловать меня, наплевав на все. А я думаю о нем… как если бы сама хотела этого?!

Нет. Никогда, ни за что! Не с таким, как Рендор. Да, он соблазнителен. Неудивительно, что его запах вызывает желание — он ведь, мать его, альфа-самец! Но я не собираюсь становиться его подстилкой, какие бы чувства он ни вызывал.

Понятно же, как он обойдется со мной. Ему плевать, что меня все зовут богиней. Сам он прекрасно знает, что я простая «человечка», которую неизвестно каким ветром сюда занесло. Конечно, ему хочется отведать экзотики. Вряд ли у них тут полно доступных землянок. Наиграться, натешиться, и выкинуть из головы.

Он привык пользоваться женщинами, а потом заменять одну на другую. Я достаточно видела подобных мужчин в своем мире, пару раз ухитрилась обжечься. И выработала к ним иммунитет до конца своих дней.

Не собираюсь тешить чье-то самолюбие, становиться диковинкой в зоопарке. Я живой человек с живыми чувствами. И мне нужен мужчина, которому это очевидно. Которому не надо доказывать, что женщина — не вещь.

Я покосилась на дверь в спальню Рендора, стараясь унять жгучее, тянущее чувство внизу живота. Как же хорошо, что я попросила Ирсалу «заколотить» ее. Как хорошо, что он не сможет пройти сквозь нее. Надо поставить такой же барьер на главный вход.

Пусть его драконье величество испрашивает моей божественной аудиенции всякий раз, когда ему надо решить со мной какой-то вопрос. Пусть является только по деловым вопросам. А удовольствие получает с теми наложницами, кто захочет остаться в его гареме. Всей душой надеюсь — таких не будет!

Я наконец сбросила с плеч камзол, зашвырнула его подальше в угол. Надела сменную сорочку и улеглась в постель. Сон никак не шел. Я проворочалась почти до утра и сомкнула глаза уже на рассвете. Но даже во сне Рендор не хотел оставлять меня в покое — терпкий аромат мужского тела преследовал меня до самого пробуждения.

Глава 52

Рендор смотрел вслед Ларисе, удиравшей от него с такой прытью, будто он гнался за ней с плеткой в руках. Прекрасная мысль, между прочим. Даже без плетки. Просто догнать, схватить, перекинуть через колено и отшлепать по упругой попке, которую он уже рассмотрел во всех ракурсах и хотел бы видеть это зрелище снова и снова…

Кажется, эта непреодолимая фантазия посещает его уже не в первый раз. Лже-богиня точно заслужила это. Своей иномирной дерзостью, которая опрокидывала все представления Рендора о правильном мироустройстве, ставила все с ног на голову. А еще просто потому, что он хотел сделать это. Завладеть ее телом, распорядиться им так, как желает сам.

Но сейчас Рендор прекрасно отдавал себе отчет, что фантазии существуют лишь в его голове. Поддаться им, броситься вдогонку и осуществить их — он уже попытался сделать это. И получил только кучу проблем.

Угрозы от его же подданных, скандал с лучшим другой и правой рукой. Между ним и Вейтаром всегда существовало соперничество. Бывали ситуации, когда друзья схватывались за одну женщину. По большей части побеждал Рендор, но пару раз перепало и Вейтару.

С появлением этой богини Вейт сделался каким-то озлобленным. Как будто в самом деле был готов поразить Рендора насмерть. Все ради бабы, которая называет себя богиней? Он ведь не хуже Рендора должен понимать, что она самозванка!

Рендору было тревожно оттого, что их конфликт вышел за рамки дружеского соперничества. Он не понимал, как это происходит и что с этим делать. И это, пожалуй, самая серьезная проблема из-за Ларисы.

А гарем… Рендор вдруг осознал, что ему по большому счету и не жаль свой гарем. После сегодняшнего вечера, когда десяток горячих наложниц не смогли своим усердием разжечь в нем огонь, Рендор ощутил разочарование и опустошенность.

Сейчас он чувствовал, что ему просто плевать. Что они выберут, сколько девиц пожелают остаться с ним — ему безразлично. Могут уйти хоть все.

Они опостылели ему, причем не каждая сама по себе. Такое случалось и раньше, неизбежно с каждой, и он просто заменял одну девку на другую, возбуждая интерес на короткое время.

Но теперь иначе.

Теперь он вдруг осознал, что ему опостылела сама ситуация. Гарем как таковой с кучей женщин… к которым он не испытывал никаких чувств. Даже похоти. И Рендор не понимал, что за ерунда с ним творится.

Он улегся на кровать, растребушенную защитниками богини. Вспомнив их, тут же ругнулся крепким словцом. Жаль, что из всех четверых можно накостылять только Вейту, остальные — женщины и калека. Ну ничего, Вейт как-нибудь отдуется за четверых! Чтобы не думал, будто может побить его в схватке.

Рендор ворочался, пытаясь уснуть. Тщетно. Все его существо тянулось к заблокированной двери. За которой Лариса сейчас крепко дрыхнет, радостная, что отделалась от него.

В сердцах Рендора посетила мысль немедленно призвать чародея и поставить такую же блокировку с его стороны. Но он быстро одумался. Какой смысл? Лариса примчится в его спальню лишь в одном случае. Если он будет в ее спальне, а эта дверь — единственным путем бегства.

От этой мысли на душе заскребли кошки. Почему капризная девчонка не скажет ему «да»?! Он же прекрасно видит, что заводит ее. Но она капризничает и упирается, корчит из себя настоящую богиню.

В терзаниях Рендор промаялся до утра, кое-как уснув. И лишь во сне осуществил желанную фантазию, подмял под себя вожделенное женское тело, гладил, терзал его ласками часы напролет. Но сладостное видение оборвалось слишком быстро: настал час пробуждения и возвращения к государственным делам.

А дальше начались те перемены, которых потребовала Лариса ночью. Он собрал гарем и весь двор, объявил «волю богини». И тут их обоих встретили сюрпризы.

По самолюбию Рендора изрядно ударило, что в гареме осталось лишь пять наложниц. Причем две его фаворитки, горячие умелые девицы, не вошли в эту пятерку. Но по большому счету его это не расстроило — а именно что задело мужскую гордость.

Он-то думал, что они такие рядом с ним, потому что он их настолько заводит и возбуждает. А оказалось, их пыл и страстность просто напускные, и они готовы подарить их любому мужчине, который предложит больше.

А потом из этой пятерки ушли еще две женщины. Когда не увидели внимания господина к своим преданным наложницам. Несколько дней Рендор так и не навещал остаток своего гарема. И та парочка решила, что ловить здесь нечего, решили воспользоваться милостью богини, пока не станет поздно.

Но его тоже поджидала одна маленькая радость. Лицо Лариса, когда шесть девиц из общего гарема оповестили о своем решении остаться. Она была уверена на все сто, что уж из общего-то сбегут все!

Не тут-то было.

Неужели она так наивна? Или в ее мире не существует женщин, которым нравится совокупляться с несколькими мужчинами одновременно? Она была уверена, что в общем гареме лишь несчастные, кого загнали туда насильно. И ее ждал громадный сюрприз.

Стоило видеть ее округлившиеся глаза и беспомощно раскрытый ротик с пухлыми губками. Как же он хотел в этот момент, чтобы между ними не было так соблазнительно пусто… Утащить бы ее с этого дурацкого собрания и заполнить эту пустоту… собой, конечно же. Любого, кто покусился бы на эти манящие губки, он бы раскатал в тесто.

Глава 53

Я кое-как подобрала упавшую челюсть. Да уж, видок у меня сейчас ничуть не божественный.

— Я остаюсь, — повторила женщина.

— Я тоже, — поддакнула ей еще одна.

А следом еще несколько заявили, что остаются в общем гареме. В общем, Карл!!!

— Вы… вы уверены? — переспросила я, сглотнув. — Ведь других женщин, кроме вас, не будет… И вас… и вам… и на вас ляжет непосильная нагрузка.

— Вот и отлично, что ляжет! — похабно хохотнула та, что первой изъявила желание остаться. — Это кому еще непосильно! Моих сил уж точно хватит. Мальчики подтвердят, да, зайки?

Она непристойно подмигнула группе дружинников, стоявших наособицу, с очень мрачными физиономиями. От уверенного заявления разухабистой девицы и ее единомышленниц расстроенные парни враз повеселели.

А та подбодрила их:

— Не грустите, мальчики! Продолжим еще наши развлечения! Наша новоиспеченная богиня уверена, что все женщины только и мечтают, что стать Истинной для одного-единственного. А нам вот нравятся разные мальчики! И частенько — за один раз!

— Больше мужчин — больше удовольствия! — подхватила еще одна, а остальные закивали.

Все с ними ясно. Видимо, это у них так называемые любительницы «гэнг-бэнга». Я поежилась, но постаралась не подать виду. Каждому свое. Нравится им с несколькими мужчинами — ну так на здоровье. Лишь бы оно не пострадало при таких экспериментах, это самое здоровье.

Мне бросилась в глаза довольная физиономия Рендора. Он так и вперился в меня. Не хотел упустить ни секунды моего шока и потрясения. Ну конечно — не все же мне переворачивать его представления о жизни с ног на голову. Вот и мне выпал сдвиг картины мира. И король от души смаковал это зрелище.

Я выпрямилась и произнесла ровным, доброжелательным тоном, чтобы не выглядеть деревенщиной в Диснейленде:

— Каждая женщина имеет право на личный выбор. Вы можете остаться, если таково ваше собственное желание, и если такая жизнь приносит вам удовольствие. Но никто не должен отдавать в гарем женщину против ее воли. Или принуждать ее соглашаться, когда на самом деле она не хочет. Также в любой момент, когда вы пожелаете уйти — вы можете это сделать. Это касается и личного гарема государя.

В личном гареме осталось пять девиц. Тут я удивилась меньше. Понятно, что кто-то понадеется урвать побольше благ от близости с самим королем. Но думала, их будет две-три. А тут пять. По сути, тот же самый гарем, просто поменьше.

При мысли, что Рендор все же сохранил свой гарем, сердце окутал неприятный холодок. А что если не все из этой пятерки приняли решение по расчету? Вдруг кто-то из них… любит Рендора?..

Я стянула себе физиономию невидимыми шнурками, чтобы ни взглядом, ни движением губ не выдать своих чувств. Ну любит и любит. Совет да любовь. Я вроде как богиня любви — вот и благословляю его. На любовь хоть с одной, хоть с двумя, хоть с пятерыми.

Все, что должно меня волновать, чтобы женщин никто не принуждал. Этих не принуждают? Нет. Все сделали выбор по собственной воле. Под собственную ответственность. На этом мою миссию освободительницы гаремов можно считать завершенной.

Так, с натянутой улыбкой, я досидела всю церемонию, на которой девушкам объявили, что их ждет. Ну и провозгласили начало отбора. С этого момента все желающие могли подходить к ним для знакомства и общения. А они будут выбирать. Мое дело — следить, чтобы не было нарушений, чтобы никто не пытался надавить на бывших наложниц. А Ирсала с Тайлири будут мне помогать. Надеюсь, не перегрызут друг другу глотки при этом.

Кое-как я дождалась завершения церемонии. Хотела уже рвануть к себе в покои, запереться в ванной… и сделать все, что потребуют душа и тело. Хоть разрыдаться. Непонятно из-за чего — ведь нет никаких причин. Все пошло по-моему. Но почему-то к горлу подступал комок слез.

Но мой рывок к уединению уперся в широкую грудь генерала Вейтара.

— Божественная, дозволь потревожить тебя.

А этому-то что надо? Благословения на очередную дуэль с Рендором? Ну так пускай получит, не жалко. Пусть хоть оба друг друга всмятку растолкут.

— Слушаю, генерал, — произнесла обманчиво невозмутимым тоном.

— Позволь пригласить тебя сегодня на обед в мои покои. Мартин твердит только о тебе — очень хочет тебя видеть. Похоже, ты разбила парню сердце, — усмехнулся с ласковой улыбкой.

Ну отлично. Для полного счастья мне не хватало влюбленного ребенка. Впрочем… почему бы не пообщаться. И мальчик, и его отец были мне симпатичны. И не вызывали такого жгуче-ранящего чувства на сердце.

Коробило, что Вейтар активно пользовался услугами общего гарема. Но в конце концов, у них тут так было принято. Никто не соображал, что женщинам может быть плохо — а если и понимали, то относились наплевательски.

Теперь все изменилось — спасибо наглой похоти Рендора и оперативным действиям Тайлири, которая собрала свидетелей его покушения на богиню. Я получила право наказать короля и использовала его во благо местных женщин. И надеюсь, что-то донесла до местных обитателей.

Так что нет смысла плохо относиться к Вейтару из-за этого открытия. А набрать побольше союзников мне не помешает.

— Спасибо, генерал. С удовольствием принимаю приглашение.

Глава 54

И невольно покосилась на тронное возвышение, где восседал Рендор с наполовину высокомерной, наполовину страдальческой физиономией. Высокомерной потому что она всегда у него была такой, а страдальческой… наверно, потому что теперь придется ограничиться всего пятью девицами. Ай-ай-ай, беда-печаль, как же наш король похоти это переживет!

Рендор тоже косился в нашу сторону. И его взгляд наливался яростью. Ну конечно, ему не понравилось, что Вейтар преградил мне дорогу и явно чего-то хочет от меня. Ничего, ваше драконье величество! Не все обязаны играть по вашим правилам.

Осознание, что он сейчас пялится на нас, подогрело меня и посадило неуемное шило в пятой точке. Я улыбнулась генералу ласково, едва ли не эротично.

— Буду с нетерпением ждать посланника.

Вейтар обворожительно улыбнулся в ответ. Со стороны это могло выглядеть, как будто мы вовсю флиртуем и между нами так и порхают искры страсти. Вот так, твое драконье величество, скушай. Не все коту масленица.

Я кокетливо кивнула ему напоследок и наконец вышла с этого судилища. Да, все так — я чувствовала себя не освободительницей, а именно что судьей. Или даже прокурором. Впаявшим немилосердный срок бедолаге Рендору.

Тайлири отвела меня в наши комнаты. Я побаивалась, что сейчас Рендор вломится и учинит скандал — мол, что это мы с Вейтаром так мило улыбались друг другу, и чего ему от меня надо. Но нет, все было тихо. Похоже, после ночного вторжения его величество понял, что нарушать личные границы богини опасно.

Слуга Вейтара явился совсем скоро. Я переоделась в нарядное платье и отправилась с ним. В покоях генерала меня ждал полностью сервированный на троих стол. Ну и сами отец с сыном за ним.

— Привет, Мартин! — поздоровалась я с парнем. — Как себя чувствуешь после вчерашнего наказания? Больше не будешь никому подкладывать ящериц?

— Я не подкладывал ящериц! — возмутился мальчик.

— Ах да. Жуков. Это меняет дело.

— Армина много о себе воображает, — скорчил гримасу Мартин. — Пусть не зазнается! Женщине пристала скромность!

Я расхохоталась, не удержавшись. Последнюю фразу он произнес тоном монаха, вещавшим проповедь против женской распущенности.

— А кто это вообще — Армина?

— Глупая девчонка, — буркнул Мартин.

Его отец уточнил:

— Дочь одного из дружинников. Мартин давно пытается привлечь ее внимание… но она на пару лет старше, и интересуется парнями повзрослее. Сколько раз я тебе уже повторял, сын, не надо зацикливаться на одной-единственной девице! Больше тренируйся, учись сражаться — и девчонки сами начнут бегать за тобой, а не ты за ними!

Я снова хихикнула. Да уж, мужчины во всех мирах дают друг другу одинаковые советы! И все-то их беспокоит, как бы иметь побольше женского внимания, поменьше вкладываясь в женщин и побольше в самих себя.

Обед прошел в спокойной и непринужденной обстановке. Мартин мило болтал о том о сем, как свойственно детям его возраста. Генерал вставлял поясняющие комментарии, не лишенные юмора и светской изысканности. В очередной раз я убедилась, что Вейтар — галантный мужчина и великолепный собеседник… в отличие от своего короля.

Все это время я подспудно ждала, что Рендор вот-вот вломится с гневно пылающим взором, оборвет нашу задушевную беседу наездами и претензиями на пустом месте. Но нет… Наш Повелитель-неукротимой-похоти никак не дал о себе знать.

Обед уже почти закончился мирно и без помех… как вдруг сами хозяева огорошили меня.

— Ну, Мартин, богиня уже уходит. У тебя осталась минута, чтобы изложить свою просьбу.

Я мысленно хихикнула, представив, как Мартин попросит меня влюбить в него Армину своей отсутствующей божественной силой. Но парень заявил такое, что я чуть не рухнула со стула:

— Божественная, дозволь стать твоим пажом!

— П-пажом?.. Зачем?!

Отец мальчика пожал плечами.

— Так принято. Юноша, не достигший возраста мужчины, может быть в услужении у женщины. До тех пор, пока их тесное общение безопасно для обоих, как ты сама понимаешь!

Ну и сюрприз. Конечно, моему самолюбию может льстить, что моя свита самопроизвольно расширяется — все больше и больше людей выражают свою преданность мне, готовы служить и даже посвятить свою жизнь мне! И это без всяких проявлений божественной силы.

С другой стороны — ну что я буду делать с мальчиком-пажом? В моем мире не то что не было принято, чтобы дети находились в услужении у взрослых, это вообще было уголовно наказуемо! А если это родные дети, то можно лишиться родительских прав за эксплуатацию детского труда.

Так что все мои культурные ценности противились идее, чтобы мне прислуживал ребенок. Даже если ему не придется таскать тяжести, разделять пшено и горох и отмывать мой ночной горшок. За неимением последнего, к счастью!

Но все равно — при таком раскладе я буду ощущать себя злобным эксплуататором и хозяином крепостных. Нет, простите, дорогие, на это я пойти не могу.

Я уже набрала воздуху в грудь, чтобы объяснить эту ситуацию Вейтару. Но поймала взгляд Мартина. Горящий и полный энтузиазма. Если я сейчас выложу свои аргументы, его отец поймет, как взрослый человек.

А вот для Мартина вся эта культурная разница — шелуха. Для него это будет опытом отвержения, и возможно, эмоциональной травмой. Нет, такого я тем более не могу допустить.

Эх, была не была. Проведу смену установок в голове. Не злобная барыня Салтыкова, готовая сечь крепостных за малейшую провинность, а… пионервожатая! Или тьютор в британских школах. Ну вот выпало такое «щастье» на мою голову — появился юный подопечный. Которого предстоит курировать и возможно, воспитывать.

Мартин потерял мать… и конечно, бессознательно ищет фигуру, способную заменить ее. Вейтар не спешит жениться и помочь мальчику с этим. А тут появляется богиня. Которая общается с ним в незнакомой манере — очень привлекательной для паренька. Как со взрослым, на равных.

Неудивительно, что он хочет сблизиться со мной. Что ж, придется выкручиваться. Эх, Лариска, вот уж ты попала! Чем дальше, тем глубже увязаешь в этом мире и отношениях с его обитателями.

— Хорошо, Мартин. Я принимаю тебя в пажи.

Мальчишка чуть не взвизгнул от радости. Но вместо этого чинно опустился передо мной на одно колено и поцеловал край платья. Я не знала, смеяться или плакать. А он важно произнес:

— Благодарю тебя, божественная! Я отдам за тебя жизнь, если потребуется!

Глава 55

Рендор скрипел зубами, глядя, как проклятый Вейтар заступил дорогу Ларисе. Хотелось наброситься и вгрызться в его глотку… особенно, когда эта парочка принялась обмениваться лыбами до ушей.

Он жаждал преодолеть огромный зал в два прыжка, сшибить своего уже совсем не друга оземь, наградить парой могучих тумаков, чтобы тот не мог встать… а следом завалить Ларису. Прямо здесь, рядом с поверженным противником, чтобы не смела сомневаться, кто из них лучший. В том числе для нее самой.

Но Рендор не был бы правителем, если бы не учился на ошибках. Он затолкал поглубже непреодолимый порыв. Развернулся и вышел из зала. Не оглядывался, но словно чуял спиной, затылком, задницей, как эти двое мило воркуют друг с другом.

Гори все в Негасимом Пламени. Пусть делают что хотят. Рендору плевать.

Преданные люди донесли королю, что богиня обедала с генералом и его сыном… и что мальчишка Мартин попросился к ней в услужение. Иллари милостиво приняла его своим пажом.

Рендор вновь вскипел. Попросился он, видите ли. По наущению своего папаши-хитрована. Отличный повод подобраться к Ларисе, вызывая у нее лишь восхищение. В ее мире дети были объектом небывалого восторга и умиления. Конечно, она не отказала бы!

Теперь мелкий шалопут будет постоянно околачиваться подле нее… и докладывать папаше-стервецу все, что с ней случается. Ну и у Вейтара будет повод сблизиться с ней. И Рендор никак не сможет повлиять на все это.

Гори все огнем! — повторил себе король. Он не станет вмешиваться. И не станет навязывать Ларисе свое общество. Если ей милее общество Вейтара — пусть наслаждается. Ему есть чем заняться.

И Рендор начал делать все, чтобы выбросить из головы самозваную богиню. Следующие несколько дней он держался от нее как можно дальше. Избегал приходить туда, где, по докладам слуг, находилась она.

Ему исправно приносили доносы о ее времяпрепровождении. С кем она встречалась, сколько времени проводила. Лариса активно общалась с его подданными. Разговаривала с парами, которые искали ее благословения — и вместе, и с каждым по отдельности. После нескольких встреч благословляла. Или отказывала — такое случилось пару раз.

Рендор знал, что в обоих случаях молодыми драконами двигали расчетливые мотивы, на стороне имелись любовники, а между женихом и невестой не было особых симпатий. Он знал это, потому что знал самих драконов, их семьи, мотивы их родителей. А девчонка ухитрилась распознать корысть и равнодушие за несколько встреч. Может, у нее и правда есть божественный дар?

Для него самого эта неделя стала колючей терновой тропой. Каждый шаг ранил и обдирал до крови. Следить за каждым шагом Ларисы, но старательно избегать встреч… Знать, когда она привечает Вейтара и как надолго. С кем еще она встречается.

С ним она не искала встреч. Устройством бывших наложниц занимались Кейлас и Ирсала, только с ними он имел дело. И конечно, не задавал им ни одного вопроса о богине — хотя они могли рассказать ему то, чего не знали шпики.

Не встречался он и с остатками своего гарема. Не хотел. Куда-то вдруг подевалась неиссякаемая драконья страсть, негаснущее вожделение ко всем привлекательным женщинам в поле зрения.

Тогда-то и сбежали еще две наложницы, видя, что король совсем не уделяет им внимания. Рендору было ни жарко ни холодно. Хоть все сбегут — скатертью дорога.

Тягостные, безрадостные дни тянулись один за другим. И Рендор даже вообразить не мог, что может вспоминать эти дни как отраду.

Однажды утром он ждал привычного доклада слуги, где Иллари провела ночь. Она неизменно проводила их в собственной спальне… Но Рендор подспудно ждал сообщения, что богиня ночевала в покоях Вейтара.

И его мир задребезжал, рассыпался на тысячу осколков, когда слуга тихим голосом произнес:

— Божественная не возвращалась ночью в свои покои, государь… Она ходила со своим пажом к нему домой — не разведал, с какой целью. И не ночевала в своей спальне…

Глава 56

Когда-то Рендору казалось, что он, если услышит подобное о Ларисе и Вейтаре, просто взорвется. Разнесет все вокруг себя, испепелит не обращаясь драконом.

Но нет. Чувства оказались совсем иными. Как будто мир вокруг померк. Вместо красочного многоцветья — серость, чахлость, пустота. Словно огонь, пылающий в сердце каждого дракона, безвозвратно угас.

— Прочь, — вымолвил он слуге, тихо и безжизненно. — И больше не приноси мне вестей о богине. Отменяю предыдущее распоряжение. Больше я не хочу доносов о ней.

Слуга поклонился и поспешно засеменил к двери, пока государь не учудил чего в таком странном, нетипичном для него состоянии. Для любого слуги нет ничего хуже, чем непредсказуемость хозяина.

Полдня для Рендора прошли как в тумане. Он встречался с подданными, выслушивал просьбы и донесения, решал дела и тяжбы… и чувствовал, что его самого во всем этом не было. Вообще не было в живом мире. Только оболочка, которая механически выполняла операции и команды разума. А он сам, живое создание, способное чувствовать, куда-то исчез. Растворился в тупой, глухой боли, которую гнал от себя, не желал впускать в разом заледеневшее сердце.

Какой был смысл во всех этих делах, которые он исполнял, как положено государю? Да, он не бросил их на произвол судьбы. Он был воспитан с осознанием ответственности за свой народ. И продолжал нести эту ответственность… даже когда ему самому она стала не в радость.

Что он мог сделать с новостью, разбившей вдребезги его существование? Нагрянуть к Вейтару, уличить любовников, учинить скандал? Вызвать соперника на поединок? Что это изменит? Даже если он убьет друга, это ничего не изменит.

Лариса захотела быть с ним. Отвергла Рендора, будто он предлагал ей нечто самое ужасное в ее жизни. И приняла Вейтара.

А что тот предложил ей?! — вдруг стукнуло Рендора. Если она согласилась, провела с ним ночь, это значит — ее устроило то, что генерал мог ей дать?! Что, если он готов… жениться на ней?!

Если до этого Рендор чувствовал себя в мрачном, холодном, бездушном аду — то сейчас его так и выморозило изнутри. Что угодно, но не это! Не видеть их вместе на законном основании, не видеть свадьбу, где жених и невеста целуют друг друга при всех со счастливыми лицами! Чего-чего, но этого он не допустит никогда!

И вновь Рендор и помыслить не мог, что даже этот кошмар мог показаться ему желанной, но недостижимой реальностью…

Потеряв контроль, он взметнулся и вылетел из обеденной залы, где только что трапезничал. За обедом, кстати, не было ни Ларисы, ни Вейтара… Что еще больше усилило скверное настроение короля.

Размашистым шагом он направился в покои генерала. И вдруг обнаружил по пути, что в дворцовых коридорах творилось странное. Слуги, да и сами дружинники носились туда-сюда впопыхах, как будто что-то разыскивали. Утрата была невероятно значимо — судя по их напряженным лицам.

Рендор собрался остановить ближайшего дракона и узнать, что происходит… Но тут из-за угла выскочил Вейтар собственной персоной — уже почти ненавистной ему.

— Рен! А я как раз шел к тебе. Ты видел моего сына?! Мартин пропал! Никто не видел его с ночи!

Глава 57

После дня, когда я явила Лазурным Драконам — а точнее их секс-рабыням — свою божественную милость, мои дни потекли размеренно и без бурных событий. Ко мне стали стекаться парочки за «благословением». Я проводила «собеседования». И с парой вместе, и с каждым по отдельности.

Чувствовала себя при этом какой-то гремучей смесью из семейного психолога, соцработника в сфере ювенильной юстиции, инспектора по этике, а еще судебного эксперта по разводам… Мне предстояло оценить пару и каждого в ней, разобраться в их чувствах и намерениях по отношению друг к другу, сделать выводы — искренние ли чувства у них… и принять решение, благословить или отказать.

Скажи мне кто раньше, что я буду заниматься подобным — рассмеялась бы в лицо. Так же как при заявлении, что я окажусь в магическом мире в качестве драконьей богини. Лже-богини. Мое благословение если и имело какой эффект — то исключительно эффект плацебо.

Но я ничего не могла с собой поделать. Все равно испытывала ответственность за своих подопечных и свои решения. Плацебо тоже может дать критичный эффект. Я помнила из школы истории, как в средние века экспериментировали с пытками. На глазах у осужденной жертвы раскаляли стальной прут докрасна… а потом прикладывали к телу совсем другой, холодный. На теле появлялись сильные ожоги.

Так и я. Объявлю истинной парой тех, кто не подходит друг другу… И обожгутся, один или оба. Хотя разумеется, я могла и ошибиться. Но меня как будто вел внутренний голос. Он словно играл со мной в тепло-холодно. И ему я доверяла больше, чем логике и рассудочным выводам из общения с парами.

Может, это и была моя непонятная божественная сущность? Может, она проявлялась иначе, чем гром и молнии на голову нечестивых и похотливых королей, которые только и знали, что доставлять проблемы и чинить препятствия бедным богиням?

Увы — мысли об одном таком наглом короле не шли у меня из головы. Несмотря на то, что Рендор словно играл со мной в прятки. Если первые дни во дворце я не могла и шагу ступить, не натыкаясь на него, то теперь он просто сгинул. Скрылся с глаз после объявления о свободе женщин из гарема.

У меня в груди предательски екнуло сердце, когда еще две наложницы решили уйти из его гарема. Бинго! — зазвенело в голове. Вот бы и оставшиеся три свалили… Что мне за дело того? А вот так! Пусть его драконье величество останется совсем без наложниц. Может, тогда у него будет время призадуматься.

А вот Вейтара я видела каждый день, и не раз. Генерал стал моим частым спутником и собеседником. Я постоянно докладывала ему об успехах Мартина — где-то реальных, где-то выдуманных мною, чтобы лишний раз похвалить мальчика.

К чести Вейтара, он не велся на мои женские уловки и каждый раз безошибочно отделял, где я приукрасила заслуги его сына, а где вполне честна. А однажды он даже пожурил меня:

— Божественная, порой мне кажется, что ты ведешь себя с Мартином как нянька, а не как госпожа. Паж должен служить своей хозяйке. Ты должна давать ему поручения из своей нужды, а не ради его развлечения. И уж точно нет никакой надобности каждый раз нахваливать за выполненную работу так, будто он в одиночку воздвиг дворец. Ты слишком носишься с ним. Не нужно так делать. Он дракон и будущий мужчина.

Скрепя сердце, я признала правоту отца. Детоцентризм моего мира, который я невольно распространяла на Мартина, мог ему навредить. Даже в нашем мире такое обращение взрослых с детьми давало печальные результаты. Когда их всячески ограждали от превратностей реальной жизни и воспитывали под стеклянным колпаком. Как будто между детством и взрослой жизнью пролегала осязаемая черта, и пересекая ее, ты будто попадал в иной мир. Неподготовленным и неприспособленным к нему.

Ну а здесь и в самом мире был иной мир, а я пыталась обращаться с ребенком по привычным мне установкам. Конечно, я могла навредить ему еще больше — да еще и со своим авторитетом богини.

Потому с того дня я решила сменить стратегию. И обращаться с Мартином как с настоящим слугой, даже если для этого придется пересилить себя. У меня не было своих детей, и я воспринимала наши отношения с мальчиком с повышенной ответственностью и долей страха. Но ради него же придется действовать иначе.

Если бы я только могла вообразить, что мои гениальные воспитательные идеи, достойные самого Макаренко и других асов педагогики, не успеют воплотиться в жизнь…

В тот же вечер, когда Вейтар наставлял меня уму-разуму в деле воспитания маленьких драконов, я поручила Мартину вместо Тайлири прибрать за нами стол. Мальчик проворно принялся собирать посуду, с таким энтузиазмом, словно я попросила его прокатиться на игрушечной коняжке из угла в угол раз этак десять. И при этом восторженно болтал о камнях, которые он собрал сегодня днем, во время полета с отцом.

Надо сказать, что каждый день после обеда Мартин учился летать под присмотром Вейтара или кого-то из дружинников, когда сам генерал был занят. У нас была договоренность, что служба Мартина не помешает ему осваивать драконью ипостась. Конечно, я не собиралась мешать такому важному занятию.

И вот сегодня они с отцом летали к уснувшей вулканической гряде и набрали там очень редких образцов обсидиана.

— Папа сказал, что тебе обязательно понравится, божественная! Ты должна выбрать себе самый лучший камень! Это будет мой дар тебе! Ну… — он замялся. — Наш с папой. Мы ведь вместе их собирали.

Тут меня посетило одно подозрение, и я улыбнулась своим мыслям.

Уж не хочет ли наш бравый генерал таким хитрым способом вручить мне подарок, чтобы наше драконье величество ни о чем не догадалось и не разразилось вспышкой ревности и драконьей истерики?

Если так, то напрасно. Рендор демонстративно меня игнорировал — наверняка в отместку за лишение гарема. И ему, похоже, были безразличны наши с Вейтаром встречи и наше общение. Все, что его волновало, как же теперь пользоваться услугами всего трех наложниц вместо полутора десятка!!!

Но мои домыслы не были поводом отказываться от предложения Мартина. Поэтому после ужина я отправилась в его комнату, где хранились камни. Мартин сказал, что я должна увидеть их на особой зачарованной подставке, которая сохраняет их магические свойства.

Тут мне стало вдвойне любопытно. Мы направились в покои Вейтара. У Мартина в них была не просто комната — а целые апартаменты. Как и у меня в королевских покоях. Там был отдельный вход, помимо смежного с отцовскими.

Мартин с гордостью ввел меня туда. Коллекцию обсидиана я заметила сразу. На столе в центре комнаты стоял огромный поднос. По его алой поверхности перебегали огненные сполохи — как живые! А сверху лежала россыпь иссиня-черных камней разных форм и размеров.

Я залюбовалась магической диковинкой. Мартин указал на самый крупный камень в середине.

— Ты достойна этого, божественная! Короля обсидиана. Но можешь выбрать любой, какой тебе приглянется. Или забрать все!

— Все не надо, но спасибо за щедрость, милый Мартин! — улыбнулась я. — Пожалуй, я и правда возьму этот камень. Он такой красивый!

Я протянула руку и взяла кусок обсидиана. И чуть не вскрикнула — мне показалось, что он обжег мне руку. Правда, уже в следующий миг я почувствовала, что поверхность камня нормальной комнатной температуры. Я погладила гладкую поверхность и заостренное ребро.

Обсидиан — вулканическая порода. В наших книгах фэнтези, где описывались драконы, герои считали его драконьим камнем. Любопытно, что в этой иномирной реальности драконы прекрасно понимали природу обсидиана и не присваивали его себе…

Я еще раз провела пальцем по широкой грани камня… и вдруг краем глаза заметила странное мельтешение сбоку. А в следующую долю секунды за спиной Мартина выросла фигура обнаженного мужчины.

В его руке блеснул клинок. Он приставил его к горлу мальчика и проговорил голосом, смутно знакомым мне, но сразу я его не узнала:

— Ни звука, богиня. Иначе я отсеку щенку голову. Драконы исцеляются от ран, но прирастить обратно голову не смогут. Так что повернись тихо, без криков и дерганий. И иди туда, куда я буду говорить.

Глава 58

Рендор вздрогнул, услышав вопрос друга.

— Где искали? — спросил резко.

— По всему замку! — рявкнул Вейтар. — Как видишь! Его нигде нет, нигде, понимаешь?!

— Может, он специально прячется? Мальчишеские проказы?

— Ты думаешь, я не проверил эту версию первым делом? Применил поисковый артефакт. Его нет в замке. Его нет в зоне действия артефакта — а это несколько миль!! Мой сын сгинул в неизвестном направлении!

Вейтар чуть ли не кричал. Рендор понимал его и не собирался журить за непочтительный тон. Не в такой ситуации. Если поисковый артефакт молчит — значит, мальчишка оказался слишком далеко. И он не умеет сам контролировать драконью ипостась. Он не мог обернуться драконом и беспечно улететь «на прогулку».

— Вы говорили с богиней? Может, она дала ему поручение? И сопровождающих тоже выделила?

— Она не могла! Она носится с ним как курица с яйцом. Если бы ей вздумалось услать его далеко от дворца, она в первую очередь спросила бы у меня разрешения. Хотя я говорил ей, что мальчишка в ее распоряжении, она не должна жалеть и баловать его. Но она не стала бы…

— И все же, — оборвал Рендор разгоряченного отца.

Вейтар умолк на минуту. Затем кивнул.

— Ты прав, нужно спросить ее. Вчера я как раз объяснял ей, как следует обходиться с пажом. Вдруг она вняла моим настояниям и дала Мартину некое поручение.

— Ты должен был сразу спросить ее.

— За кого ты меня держишь? — вновь вспылил Вейтар. — Я пытался спросить! Она спала.

Рендор стиснул зубы, сдерживая желание схватить его за ворот и со всей силы шарахнуть затылком о стену. Так, чтобы череп разлетелся на осколки. Спала?!

— И где же она спала, что ты не мог ее добудиться? — процедил он сквозь зубы.

Сознается, сукин сын? Скажет, что она провела ночь с ним?

— Там же, где всегда! — рявкнул в ответ Вейтар. — В апартаментах, которые ты ей отвел.

— Вот как?

— Прекращай, Рен! Мой сын пропал! Возможно, ему грозит опасность! Нужно направить все силы на его поиски, а ты корчишь из себя идиота! Она спала, когда я зашел проведать Мартина!

— Ты это видел?

— Что — это?

— Как она спит. Ты видел это своими глазами?

— Ты кретин! — прорычал Вейтар. — Сейчас не до твоей ревности!

— Это ты кретин. Как ты узнал, что она спит?

— Ее прислужница сказала. Жрица фейри.

Рендор снова скрежетнул зубами. Уже не со жгучей ревностью… а с леденящей паникой.

— И она же сказала, что твоего сына нет в покоях богини? Тайлири?

— Д-да… она. Проклятье, Рен! Я не проверял своими глазами! Просто повернулся и ушел!

Рендор уже не слушал генерала. Он опрометью несся к своим апартаментам, которые разделял с Ларисой… до сегодняшнего дня.

Никогда родной дворец не казался ему таким огромным и необъятным. Хотя на самом деле он домчался до дверей Ларисы за считанные минуты. Ворвался внутрь, окинул взглядом гостиную. И метнулся в спальню.

Он зарекся не входить туда больше, что бы ни случилось. Но сейчас его терзало предчувствие беды. Плевать на зарок.

Спальня пустовала. Постель аккуратно прибрана — словно ее застелили утром… или не расстилали с вечера. Оценив обстановку, Рендор бросился в другие комнаты. Та, которую заняла жрица фейри, тоже была пуста.

Рендор подскочил к гардеробу, рванул дверцы… Ничего. А ведь на днях из храма фейри прислали сундук, забитый тряпками и побрякушками. Чтобы этой сучке-моднице было в чем красоваться.

Опомнившись, он вернулся в спальню Ларисы и тоже проверил гардероб. Битком. Все платья, изготовленные для богини, дожидались внимания хозяйки. В остальных комнатах тоже не было никого и ничего. Ни Ларисы, ни ее шлюхи-прислужницы, ни Мартина.

— Что там?! — напряженно спросил Вейтар, о котором Рендор напрочь забыл.

— Пусто. Я проверю охранную сферу. Они не могли покинуть замок сами. Никто из них не владеет драконьей ипостасью, чтобы улететь и унести других. Кто-то должен был им помочь. Или похитить.

— Проклятье! О чем ты, Рен?! Как похитить?!

Но король уже не слушал его. Он бежал в сердце драконьей цитадели, где хранилась могущественная охранная сфера. Никто не мог подойти к ней, кроме правителя и избранной верхушки Лазурных Драконов.

Рендор остановился перед сплошной каменной стеной. Ни щербинки, ни зазоринки. Он возложил ладонь, и через пару минут стена задрожала, а пол под Рендором пошел ходуном, словно началось землетрясение. Стена ушла в сторону.

Рендор вошел в сокровенный грот. В его центре, прямо в воздухе, парил громадный полый шар. Рендор коснулся его. Охранная сфера развернула перед ним картину, которую он приказал показать.

Полдня назад сфера отключилась на короткое время. И на территорию дворца проник заклятый враг. Черный. А затем покинул дворец, неся на себе трех спутников. Две женщины и мальчик-Лазурный. После этого сфера включилась снова.

Она не показала Рендору главного. Кто отдавал приказы? Сфера не могла отключиться сама. Ее не могла отключить чужачка фейри, не имевшая доступа к священному артефакту. И уж конечно, ею не мог управлять Черный лазутчик. Лишь тот, кто мог контролировать артефакт. Кто мог отдать приказ отключить защиту, а после стереть информацию о своем проникновении в грот.

Рендор вышел наружу. Стена тут же задвинулась за ним. Здесь больше нечего делать — сфера дала все ответы, какие могла. Дальше он должен искать сам. Задвинуть в сторону страх больше не увидеть Ларису. Охладить рассудок, собрать в кулак железную волю — и действовать.

В коридоре он наткнулся на Вейтара. В его глазах сверкало отражение той же непреклонной решимости. Они оба лишились самого ценного, самого близкого. Только если Вейтар знал с самого рождения сына, насколько тот дорог ему, то на Рендора это осознание обрушилось неподъемной гранитной глыбой. В тот миг, когда надо было быстро соображать и действовать.

— Что сфера? — спросил друг.

Вместо ответа Рендор приказал:

— Перечисли всех, у кого есть доступ к ней.

— Ты, я, все министры, казначей…

Вейтар запнулся.

— И все? — спросил Рендор.

— И наши главные помощники. Рен. Ты видел сегодня Кейласа? Первого помощника казначея и служителя Иллари? И его жену?

Глава 59

Я стояла недвижно, как восковая статуя… Мой взгляд прирос к изогнутому лезвию у горла Мартина. Я боялась поднять глаза выше.

— Оглохла? — переспросил чужак насмешливо. — Поворачивайся и шагай вперед.

Я повиновалась. Перед этим все же осмелилась взглянуть на лицо террориста. И на ожерелье из разноцветных камней на его шее. Целитель Черных, залечивший раны Джарры. Как он оказался здесь?! Ведь дворец надежно защищает магия! Ни один враг не может сюда проникнуть, пока жив хоть один воин Лазурной Дружины! Неужели…

Нет. Это невозможно. Я шла сюда по коридору с Мартином и встретила множество драконов. Они же не могли погибнуть за несколько минут, что мы разглядывали камни. Эти проклятые камни…

Я вдруг сообразила, что тот самый огромный обсидиан точно такого же цвета, как самый крупный центральный камень в ожерелье Черного. Как такое могло случиться?!

Все эти мысли судорожно вертелись у меня в голове, пока я исполняла приказ захватчика и шла… прямо к стене. Зачем он велел мне идти туда — не было ни единой догадки. Поставить лицом к стене и так убить? Зачем, если он мог это сделать в любом положении? Я не могла защитить ни себя, ни Мартина.

Проклятая Иллари! Если она в самом деле существует, если зачем-то притащила меня в этот мир — какого ж черта не дала мне нормальной силы?! Чтобы размозжить голову этому мерзавцу, спасти мальчика! Он и так пережил слишком много горя, когда потерял мать и сестру. Теперь еще и это… Но я была бессильна.

Я шла, как приказал Черный, пока не уперлась в стену. Он тоже подошел, не выпуская Мартина. Приложил тот самый обсидиан к стене, и она со скрежетом начала отступать куда-то вглубь.

— Шагай! — вновь скомандовал он.

И я снова встряла, не в силах пошевелиться.

— Божественная, не ходи… — прохрипел Мартин. — Я твой слуга. Я должен защищать тебя ценой жизни. Беги…

Черный мерзко ухмыльнулся.

— Она не побежит, щенок. Ее так воспитали, что она скорее сама отдаст жизнь за тебя, чем позволит тебе сдохнуть. И ты зря пытался кричать. Пока тебя касается мой кинжал, ты можешь только шептать.

Мартин дернулся в руках злодея в надежде уклониться от лезвия и крикнуть. Но Черный был проворнее. На шее мальчика выступили капли крови, а у меня на глазах — слезы. Малыш действительно готов умереть за меня.

Я шагнула вперед, в темноту потайного хода. Черный двинулся за мной, волоча Мартина. Стена за нами сдвинулась. Мы оказались в кромешном мраке.

Ожерелье на шее вражеского мага вспыхнуло ярким светом. Я увидела каменные ступени, ведущие вниз. Похититель грубо толкнул меня в спину, приказывая спускаться.

Я покорно побрела по лестнице. Что мне оставалось делать? Может, нас не убьют, а будут шантажировать короля Лазурных и его генерала. Мартина наверняка похитили для гарантии — если Рендору будет плевать на меня и он не согласится на требования врагов, есть еще способ надавить на Вейтара… Уж ему-то сын точно дороже, чем надменному государю — богиня-самозванка.

Я сдержала подступившие слезы. Главное, чтобы Мартина не тронули. Мало ли что взбредет в голову королеве-психопатке. То, что нас сейчас повезут к Джарре, я не сомневалась.

Мы продвигались по тайному лазу минут двадцать. А затем оказались на небольшом углублении в скале, служившей фундаментом драконьему дворцу. И там нас уже ждала… Тайлири.

Наши взгляды скрестились. И я увидела ее подлинное лицо и подлинное отношение ко мне. Никакой вежливости и желания угождать. Лишь неприкрытая ненависть. Как она ухитрялась скрывать от меня это раньше? Или я сама не приглядывалась к ней, уделяя внимание лишь драконьим парочкам?

- Вы долго, — фыркнула она. — Я уж подумала, ты поддался несказанному очарованию нашей недобогини. Пал перед ней на колени и решил покаяться, сдаться на милость Лазурных.

— Не мели ерунду. Уходим, живо. Бери мальчишку.

Тайлири перехватила плечо Мартина, вытащила из-за пояса стилет и приставила к его горлу. Я нервно сглотнула. Шанс? Ну да, как же. Если бы у меня была спецназовская выучка… или хотя бы прошла курсы самообороны. А так — что я могу сделать? Тайлири женщина, как и я. Но она вооружена и владеет магией. А я — недобогиня.

Черный ступил на край выступа и перекинулся драконом. Огромное крыло простерлось перед нами.

— Ступай! — приказала моя «служанка». — И не думай, что со мной легче справиться, чем с ним! Я перережу горло вам обоим, и тебе, и мальчишке, если попробуешь выкинуть фокус.

Помедлив лишь секунду, я ступила на крыло. Тайлири за мной, не выпуская Мартина и подгоняя меня. Я не пыталась выкидывать «фокусов». Мартина вряд ли убьют, если я не спровоцирую их. Он слишком ценен. А вот я сама…

Я гнала от себя домыслы, зачем я понадобилась Джарре. Не простила мне, что я вырвала жертву из ее лап? Решила отыграться? Тогда мне конец. Долгий и мучительный. Чокнутая на всю голову психопатка вряд ли убьет меня быстро.

Оставался шанс, что она вела какую-то игру, и я нужна ей не для мести, а для некой цели. Шантажировать Рендора или что-то еще. Правда, и это не гарантировало, что я останусь в живых.

Мы летели долго, и я не могла отделаться от гнетущих мыслей. Беседовать с моими врагами было не о чем. Я попыталась задавать вопросы Тайлири, в надежде, что она проговорится из ненависти ко мне, чтобы задеть. Но когда жрица начала говорить, брызжа слюной, дракон разъяренно взрыкнул, и она умолкла.

Стилет она убрала — и то слава богу. Угрожать было незачем — мы с Мартином и так никуда не могли деться. Разве что спрыгнуть со спины дракона, чтобы избежать жуткой участи попасть в лапы Джарре. Но я не могла совершить самоубийство. Да и не верила, что похитители не предусмотрели этого.

Всю дорогу меня терзал вопрос — как Тайлири могла впустить Черного во дворец?! Она сама чужачка! У Лазурных установлена магическая защита. Вряд ли фейри могла управлять ею. Как вражеский маг проник внутрь?

Через несколько часов фейри растянулась на спине дракона и закрыла глаза. Перед этим предупредила:

— Не надейся забрать кинжал. Он зачарован и подчиняется лишь мне. Попытаешься украсть — кинжал сам вспорет тебе глотку.

Когда предательница засопела, я посмотрела на нее с завистью. Легко ей дрыхнуть, зная, что получит от Джарры награду за измену. А мы… Все же я погладила Мартина, с которым мы сидели рядом, и сказала:

— Давай тоже поспим. Нам понадобятся силы.

Мальчик взглянул на меня с недоумением. Но согласно кивнул. Мы улеглись в обнимку и попытались задремать. Казалось, напряжение и смертельная угроза не дадут сомкнуть глаз… Но затем Мартин заснул, а следом и я погрузилась в сон под его мерное сопение.

Проснулась я от резкого толчка и удара о твердую поверхность. Открыла глаза — и увидела вокруг незнакомое пространство. Вроде бы такая же взлетная площадка, как во дворце Рендора. Но чужая.

Села, потирая ушибленную голову. Мартин сидел рядом, так же испуганно озирался по сторонам. Похоже, его тоже кувыркнуло. Тайлири стояла поодаль, рядом с ней — наш похититель Черный. А напротив — Джарра.

Я быстро вскочила, заслонила собой Мартина. Черная королева с изуродованным лицом оскалилась.

— Значит, это правда. Ты готова пожертвовать собой ради чужого ребенка. А я до последнего не верила, что такая глупость сработает. Что ж, ты, — она указала на Тайлири, — заслужила награды за ценные сведения. Удалось выкрасть ее тихо, без лишнего шума и сопротивления.

Тайлири поклонилась.

— Тебе известно, как меня наградить, государыня.

Психопатка издала гнусный смешок.

— О да. Этого уже не придется долго ждать. Сейчас дождемся калеку с его женушкой.

Что?! О чем она?! Калека с женушкой — это ведь не… Нет, только не это!

Глава 60

— Ты видел сегодня Кейласа и его жену? — спросил Вейтар Рендора. — Я только что вспомнил. С утра казначей искал его, чтобы обсудить сбор приданого для твоего гарема… бывшего. И не мог найти.

— Не видел, но и не искал. Кейлас не мог впустить Черных. Это бред. После всего, что они с ним сделали…

— Да. Это немыслимо. Но мы должны проверить, Рен. Любую ниточку, любую зацепку, которая может спасти моего сына!

И Ларису. Да, Вейт прав. Любая ниточка. Неважно, насколько неправдоподобной она кажется.

Вдвоем они направились в покои супружеской пары… И там тоже было пусто, как в комнатах Ларисы! А кроме хозяев, пропали все драгоценности и некоторые вещи.

— Рен. Сомневаюсь, что Черный лазутчик терял время на поиск драгоценностей. Их могли забрать лишь сами хозяева.

— Это невозможно… — твердил Рендор.

— Тогда кто, Рен?! Кто впустил врага, кто отдал ему Мартина и богиню?!

— Разве что их вынудили.

— Да какая разница, гори оно все в Негасимом Пламени?! Мой сын в руках врагов. В руках Джарры! Ты представляешь, что она сделает с ним?! Мы должны вызволить его… и Иллари. Богиня не может себя защитить. Она не раскрыла свою силу.

Если у нее вообще есть сила. Она могла поставить Джарру на место, когда за ее спиной была вся Лазурная Дружина. А когда оказалась одна в полной власти проклятой драконицы… Мерзавка не простит ее. Жестоко отыграется.

Рендор почувствовал, как спина покрылась ледяным потом. Лариса в руках безумной королевы, бессильная и беспомощная. Он не может оставить ее там. И мальчика. Но что он может сделать, как спасти их?!

— Собирай дружину, — бросил он Вейтару. — Выдвигаемся немедленно в атаку.

— Ты спятил?! — заорал тот. — Черная тварь сразу же прикончит моего сына! Это не выход!

— Предлагаешь сидеть сложа руки?! — рявкнул в ответ Рендор. — Тогда она не прикончит их?!

В этот момент ему было не до отцовских чувств Вейтара. Его собственные нервы тоже были на пределе.

— Надо поступить как эта дрянь, — с ненавистью процедил сквозь зубы Вейтар. — Пробраться туда тайком.

— Как?!

Вейтар нехорошо прищурился.

— Узорная Плащаница из храма Древних. Реликвия дает свободный проход через магические границы драконьих земель. Она укроет наше присутствие и позволит подобраться к королевскому дворцу Джарры. Ну а там… подкараулим кого-нибудь из Черных и возьмем в заложники.

— Ты предлагаешь святотатство. Похитить священную реликвию из храма — значит, навлечь на себя проклятье.

— Боишься? — презрительно бросил Вейтар. — Тогда я сделаю все сам. На кону жизнь моего сына. Древние проклятья меня не остановят.

Друг развернулся и зашагал прочь.

— Стой! — выкрикнул Рендор ему в спину. — Я полечу. Одним проклятьем больше, одним меньше — плевать. Я возьму свой меч. Жди меня на взлетной площадке. И не смей улетать один, ты слышишь, Вейт?!

Генерал обернулся и коротко кивнул.

— Я подожду, Рен. Спасибо тебе.

Рендор опрометью бросился к себе в покои. Колдовской меч правителя Лазурных Драконов и его перевязь — единственные предметы, которые оставались с хозяином после смены обличья. Как и священные храмовые реликвии.

Их выносили во время торжеств, с ними пролетали торжественную процессию. И никто никогда не смел забрать их из храма ради личной цели. Но у Рендора и Вейтара нет выбора. Мартина и Ларису надо спасти любой ценой. Плевать на традиции. Плевать на проклятья.

Достигнув своих апартаментов, Рендор схватил меч в лазоревых ножнах, висевший у изголовья его ложа. Никто не мог коснуться зачарованного лезвия, кроме Лазурного Короля. Он сорвал с себя одежду, накинул и затянул перевязь.

И в тот миг, когда он поворачивался к двери, его ослепила вспышка белого света.

Король зажмурился. Через несколько секунд попытался разомкнуть веки, прикрывая глаза ладонью. Сияние утихло, теперь он видел лишь мерцающий ореол… и женскую фигуру в белоснежной одежде.

Он ни разу не видел ее. Ни вживую, ни в изображениях. Стараниями его прадеда Сендара все изображения богини Иллари были уничтожены. До потомков не дошел ни один ее образ. И сама богиня не изволила ему являться… до сего дня.

Отчего-то Рендор мгновенно понял, кто перед ним. Ее лицо ни капли не было похоже на лицо Ларисы. Его это не удивило.

— Рендор, — молвила богиня певучим, звенящим голосом, нежным и сладостным. — Король Лазурных Драконов.

— Иллари, — бросил он в ответ с неприкрытой ненавистью. — Зачем ты пришла?! После всего, что натворила. Что тебе опять надо от меня и моего народа?

Глава 61

— Сейчас дождемся калеку с женушкой и начнем потеху! — омерзительно хохотнула Джарра. — Что-то Киргас задерживается.

Маг Черных, который привез нас сюда, кивнул.

— Да, государыня. Он должен был прилететь еще раньше меня. Мне пришлось ждать этих, — он мотнул головой в нашу сторону. — Киргаса мы отправили вперед.

— Проучу этого увальня, — угрожающе буркнула Джарра.

Сразу стало ясно, что Киргасу, кто бы он ни был, не поздоровится. Но что за калеку она имела в виду?! Неужели Кейласа с Ирсалой? Черные мерзавцы их тоже выкрали?!

Я заговорила, стараясь держать самообладание и прямую спину:

— Ты хоть представляешь, что сделает с тобой Рендор за нас за всех? Лучше отпусти, пока он не узнал.

Больная королева расхохоталась.

— Что он со мной сделает? Милая, ты лучше спроси, что сделаю с ним я. Точнее — она!

И Джарра указала на Тайлири.

— Расскажи ей! — скомандовала жрице. — Обожаю смотреть на своих жертв, когда они слушают в подробностях, что и как я буду с ними делать! Это особенное удовольствие…

Психопатка. Самая настоящая психопатка. Но Тайлири… Как она могла, что ей обещала эта сумасшедшая? И как фейри хватило ума довериться ей? Психопаты не щадят союзников точно так же, как врагов. И те, и другие — для них придорожная шелуха.

Жрица повернулась ко мне. В ее глазах блестел фанатичный огонь, которого я никогда не замечала у нее. Дрожь пробрала меня до мозга костей.

— Я врала тебе, недобогиня. Ты, конечно, уже поняла это. Но я не просто притворялась твоей верной служительницей, а сама вынашивала план отдать тебя Черной государыне. Я врала тебе о том, кто ты такая. Ты никакая не богиня. Иллари не воплощалась в твоем мире, в твоем теле. Она по-прежнему сидит там, куда ее однажды отправили. И где ей самое место.

Куда ее отправили? Я вспомнила, что слышала совсем иную версию от жрицы. Иллари ушла, когда ее оскорбил король Лазурных Сендар. Впрочем, она только что открыта созналась, что все ее речи — ложь. Видимо, легенда об Иллари тоже.

— Иллари действительно явилась мне. И рассказала о твоем грядущем явлении. Сказала также, для чего привела тебя в наш мир. И она не стала скрывать, что твой переход отнял у нее последние жалкие силы. Убогая, глупая слабачка! — фыркнула жрица презрительно, без тени уважения к своей богине. — Мне стыдно, что я вынуждена служить такому ничтожеству! Какое счастье, что скоро это закончится!

Я не хотела слушать Тайлири. Я уже поняла, что она так же безумна, как Джарра. Обе психопатки стоят друг друга. И мне не нужны подробности моей неизбежной смерти. Если бы только заткнуть уши и не слышать этих двух помешанных…

Но полоумная жрица продолжала вещать:

— Любовь — самая бестолковая вещь на свете. А ее богиня — самая бестолковая сущность. Я поняла, что любовь глупа и бессмысленна, когда влюбилась в Рендора — в Лазурного принца. А он растоптал мои чувства. Все потому, что я не могла стать его Истинной Парой. Эти дурацкие Истинные, дурацкий дар дурацкой богини!

Глаза Тайлири вновь вспыхнули лютой ненавистью.

— Из-за них все беды и несчастья. Правы те, кто желал и желает истребить их, стереть всю память об этом недоразумении. И эта убогая дура с жалкими остатками божественной силы заявляет мне, что ниспослала великий дар нашему миру! Тебя — Истинную для короля Лазурных Драконов! Мне! Той, кого этот ублюдок предал. Она думала, что я давно простила его и люблю Глориса. Ее силы не хватало даже на то, чтобы читать мои мысли!

На месте настоящей Иллари я бы просто закрылась от чувств и мыслей Тайлири — такой беспощадной злобой и чернотой они дышали.

— Я ненавидела и презирала эту ничтожную слабачку. Мечтала избавиться от нее, выбрать себе иную участь, достойную меня! Найти бога, человека, дракона — кого угодно, с кем я сумею обрести подлинное величие, которого заслуживаю! И я нашла! Открыла чудесный способ, как избавиться разом от всех нелепых, убогих, ненужных нашему миру явлений и сущностей! От Рендора, от тебя, от Иллари, от Истинных Пар!

Мне уже не жалко было умереть. Лишь бы она замолчала. Но одержимая продолжала лить ненависть в каждом слове:

— Среди Древних богов был один… чье имя не дошло до нас. Прочие боги и их трусливые служки позаботились об этом. Когда-то боги объединились против него, сковали цепями и заточили в темнице между мирами. А имя стерли из памяти смертных, произнося вместо него — Неназываемый. Его алтарь стоит на задворках священного храма всех драконов. Я узнала из запретных рукописей — если на нем принести в жертву Истинную Пару, то Неназываемый заберет их силу. Окрепнет, сбросит цепи и вырвется на волю! И тогда я стану его жрицей! Буду помогает ему мстить и возвращать былое величие! Это не слабый бог какой-то любви! Это бог гнева, ярости и войны! Недаром лишь все боги скопом смогли одолеть его. Такому богу я достойна служить!

Меня чуть не вытошнило. Ее бы в смирительную рубашку да в дурку. Рядом с Наполеонами и прочими алчущими мирового господства. Но… в этом мире истории о богах и их войнах могли быть реальностью, как и магия. А главное, бред или не бред — но на алтарь этого местного сатаны меня собрались положить по-настоящему. Меня — и Рендора.

— В твоем плане есть неувязочка, — холодно произнесла я, изображая выдержку и самообладание. — Чтобы принести в жертву Истинную Пару, надо сделать это одновременно, я правильно понимаю? А Рендора вам никогда не затащить так, как меня. Он убьет любого вашего шпиона, нескольких сразу!

Тайлири злобно расхохоталась.

— А зачем его затаскивать? Он сам уже летит в храм как миленький! Оба твоих дружка туда летят. Как раз подоспеют к началу потехи. Тут-то я и отыграюсь на нем за все. Сама выдеру ему сердце и сожгу во славу Неназываемого! Тогда этот мудак пожалеет, что отверг меня! Он мог сделать меня королевой! Принять поддержку фейри, объединить две расы. Вместе мы бы достигли подлинного могущества. Но он все растоптал! Выбрал свой гарем, а потом стал увиваться за тобой. За своей Истинной Погибелью! Теперь он заплатит жизнью за свой жалкий выбор!

В очередной раз меня скорчило от омерзения. Когда я впервые услышала историю Тайлири, лицемерно приглаженную, я пожалела ее. Несчастная влюбленная женщина, отвергнутая бессердечным ловеласом.

Сейчас, когда она открыла свою подлинную суть без утайки, без прикрас, я прекрасно видела: никакой любовью и не пахло. Даже страстью. Единственным чувством Тайлири к Рендору была жажда власти. Он был для нее инструментом, чтобы напитать свои ненасытные амбиции и честолюбие. В ней и в помине нет ничего женского. Лишь одержимость властью и могуществом.

Вторая ненормальная властолюбица недовольно прошипела:

— Ах, так ты жалеешь, что мой враг отверг союз с тобой? Хочешь быть на его стороне?

— Нет, государыня, что ты! — поспешно возразила Тайлири. — Я лишь радуюсь, что он получит по заслугам! Ты и только ты достойна стать Владычицей Драконов, объединить все три расы под своим крылом!

Да уж. С Джаррой шутки плохи, как швырнет в пропасть эту сатанистку. Безумная королева сказала:

— Твой Неназываемый получит много крови, если отдаст мне власть над всеми Драконами. Я приведу ему все Истинные Пары, которые смогу найти! Сейчас Киргас прилетит с калекой и проклятой ведьмой. Они наверняка Истинные — кто еще способен на такие глупости! Будет еще одна жертва Неназываемому.

— Он вознаградит тебя, государыня! — склонила голову Тайлири.

А меня швырнуло в дрожь. Так и есть. Калека и его женушка — Кейлас с Ирсалой. Но хуже всего мне стало при мысли, что Рендор тоже попадет в западню. Что они сказали — он уже летит в храм?! Оба летят, Рендор и Вейтар?

Джарра как-то заманила в ловушку всех, кто стал мне дорог в этом мире. И пощады не будет никому. Неужели ничто не спасет нас?!

Словно в ответ на мои скорбные мысли, небо заволокла тень. На площадку опустился дракон и обернулся человеком.

Поначалу, когда Джарра заметила парящий над нами силуэт, ее глаза довольно вспыхнули. Но когда гость перекинулся, довольство испарилось. Она обшарила прибывшего ищущим взглядом.

— Ты один?! Где Лазурный калека и мразь, которая изуродовала меня?!

Мужчина упал на колени.

— Государыня… помилуй! Они соскользнули с моего крыла прямо над ущельем с горной рекой…

— Как это — соскользнули?!

— Скатились вниз и рухнули в ущелье. Я сам не понял, как это произошло, государыня!

Джарра посмотрела на него таким взглядом, что на месте этого дракона я бы спрыгнула с площадки вниз прямо сейчас. Похож, тот желал того же.

— Я искал их… — продолжал он дрожащим голосом. — Осматривал берега, речные пороги… Но тщетно. Они наверняка разбились всмятку, государыня. Женщина не могла обратиться в падении — я связал ее блокирующим артефактом. Мужчина — калека, наказанный тобой. Они погибли. Наказаны самими богами за то, что оскорбляли тебя…

Мое сердце сжалось. Он говорит об Ирсале и Кейласе… Они упали с высоты и разбились насмерть. Я скорбела по моим друзьям… Но лучше уж так, чем на алтаре Неназываемого бога, под ножом спятившей Тайлири.

В глазах Джарры блеснул нехороший огонь.

— Богами, значит? А ну всем отойти от него. И девку заберите.

Кто-то из свиты Джарры грубо схватил меня и потащил в сторону. Дракон, уронивший моих друзей, остался один. Его лицо побелело, лоб покрылся испариной.

— Государыня… Пощади, молю!

Джарра не слушала. Она обратилась драконом. Провинившийся рухнул на колени и закричал:

— Дозволь вернуться туда! Я найду их тела, принесу их тебе… АААААА!!!!

Огромная черная драконица разверзла пасть. Клубы огня вырвались из ее глотки и охватили мужчину. С жуткими воплями он рухнул оземь и принялся кататься по площадке, пытаясь сбить огонь. Джарра дохнула еще раз.

Я дернулась заткнуть уши. Но меня крепко держали. Несколько минут — и крики несчастного смолкли. Его обожженный обрубок еще корчился в судорогах. До меня донеслась ужасная вонь горелого мяса. Больше я не могла выдержать — меня вырвало.

Никто даже не обратил внимания. Тот, кто держал меня, ловко отогнул от себя мою голову. Джарра превратилась обратно. Подошла к обугленному телу и пнула его.

— Кретин Киргас! Из-за него я осталась без второй Истинной Пары! Ладно же, человечка! Ты и твой Лазурный заплатите за двоих! Фейри будет убивать вас вдвое медленнее, чтобы ее Неназываемый насытился кровью и мучениями! Летим в храм!

Она вновь обратилась. Вслед за ней — другие Черные. А ко мне снова подскочила Тайлири. Заломила за спину руки и толкнула к одному из драконов. Она и правда оказалась не по-женски сильна. Я не могла сопротивляться ей, пока она затаскивала меня на спину черного чудовища.

С ревом вся стая взмыла в небо и полетела прочь от замка Джарры. Навстречу моей гибели — и гибели Рендора…

Глава 62

— Иллари, — с ненавистью бросил Рендор, глядя на сияющий лик богини. — Зачем ты пришла?! После всего, что натворила. Что тебе опять надо от меня и моего народа?

Богиня печально посмотрела на него. Ненависть Рендора вскипела еще сильнее. Лицемерная тварь. Игра и притворство — все, что она умеет!

— Что же я сделала тебе, король? За что ты так меня ненавидишь?

— Ты еще спрашиваешь?! Ты явилась к моему народу на потеху фейри. Превратить нас в марионеток этих проклятых хитрецов. А когда драконы стали зависимы от тебя, с твоими Истинными Парами, ты ушла. Бросила народ, который доверился тебе! И все почему? Потому что Сендар, видите ли, оскорбил тебя. Чего стоит твое божественное величие, если его можно задеть оскорблением простого смертного, пусть даже короля? А теперь ты притащила в наш мир Ларису! Невинную человечку, которая не имеет отношения к нашим проблемам! Ее похитили Черные. По твоей вине ей грозит гибель! Не задерживай меня, богиня! Пока ты сияешь тут своей красотой, Лариса страдает. Не мешай исправлять твои зловредные дела!

Рендор повернулся было и шагнул к двери. Но богиня окликнула его:

— Взгляни в окно. Что ты видишь?

Он обернулся. Ставни в его спальне всегда были распахнуты. Король любил свежий воздух. Занавеси, которые обычно колыхались ветром, сейчас застыли, словно замороженные.

— Я остановила время, — пояснила Иллари. — Твоей возлюбленной ничего не грозит, пока мы с тобой беседуем. А вот помочь ей ты сможешь, если выслушаешь меня.

— Лариса мне не возлюбленная! — взорвался Рендор.

— Разве? Тогда почему ты готов швырнуть под ноги судьбе собственную жизнь ради ее спасения? Правитель, от которого зависит благополучие целого народа. Разве ты пойдешь в одиночку против врагов из-за какой-то чужемирной человечки?

— Я делаю это, потому что Лариса не заслуживает страданий! Ты приволокла ее в наш мир, подвергла ненужным опасностям! Она непричастна к нашим дрязгам и войне с Черными! Я не хочу, чтобы она платила за чужие грехи!

Богиня покачала головой.

— Спроси свое сердце — оно давно знает истину. Впрочем, ты можешь пока верить в то, во что тебе удобно. Давай для начала поговорим о другом. Я хочу ответить на твои обвинения. Зачем я ушла и зачем привела в наш мир Ларису. Но истина не обрадует тебя, король.

— Хватит ходить вокруг да около, — процедил сквозь зубы Рендор. — Хочешь говорить — говори. И не забудь доказать, что не лжешь. Я не хочу верить ни одному твоему слову.

— Увы. Это именно то, чего добивался твой прадед. Он очернил мою память и перевернул все с ног на голову. Благодаря ему ты сейчас убежден, что я собиралась подчинить Лазурных Драконов воле фейри. И что я сама ушла из мира, оскорбившись на его непочтение.

— А ты не уходила? — фыркнул Рендор.

— Нет, король. Я и до Сендара слышала неуважительные слова о себе от твоих предков. Ни ты, ни он — не единственные, кто не любил меня. Я принимала это и оставалась с народом, который избрала. Тысячи любящих драконов невиновны в том, что их правители неспособны смирить гордыню. Сендар пытался изгнать меня оскорблениями. Но не смог. И тогда он совершил то, за что его душа будет проклята на веки вечные…

По спине Рендора пробежал холодок. Он твердил мысленно, что нельзя верить ни единому слову этой лицемерки и лгуньи. Но изнутри настойчиво карабкался страх… что сейчас он услышит такое, от чего не сможет отвернуться, заклеймить ложью.

Иллари продолжала:

— Чтобы лишить меня силы и изгнать за пределы мира, он разрушил мое священное детище. Истинную Пару. Ведь каждая любящая пара делает меня сильнее. А каждая разрушенная, отвергнутая, преданная — ослабляет. Сендар не предавал меня, король. Он предал тех, кто больше всего любил и доверял ему. Кто не мог и помыслить, что их родной человек способен на чудовищное предательство. Он предал свою Истинную Пару. Свою жену — и их общих детей. Обрек их на ужасную мучительную смерть. Убил их собственными руками.

— Докажи, что не лжешь, — вырвалось у Рендора хрипло.

— Я могу показать тебе, как это было. Но к чему? Это тягостное зрелище. И ты все равно можешь сказать, что я навела эти образы искусственно. Ведь твой предок сделал все, чтобы истребить память об истинных деяниях. После страшного кровопролития он взял в жены другую драконицу. Более знатного рода. Ведь его Истинная была из простого, не аристократического рода. За это он и возненавидел меня — что я не дала ему пару, достойную его происхождения. Тщеславие и самолюбие оказались для него ценнее любви и жизни родных людей. Он стер все упоминания из всех документов. Заставил потомков поверить, что был женат один раз. Что истинный наследник престола, который должен был продолжить род правителей, пал от отцовской руки.

— Я тебе не верю! Ты даже не хочешь доказать свою честность!

— Чтобы убедиться в моей честности, я предлагаю тебе обратиться не в прошлое, а в настоящее. К твоему проклятью.

— На мне нет проклятья!

Богиня покачала головой.

— Упрямец. Сендар хорошо постарался, чтобы вселить в сердца потомков ненависть ко мне и к Истинным Парам. А может, это ваша кровь несет отпечаток его вины и заставляет отрицать все, что связано с Истинными Парами. Ведь проклятье его потомков состоит не в том, что они не могут обрести свою Истинную. Увы, если бы это было так. Намного проще и безопаснее для всех. Но у всех вас были и есть Истинные. Просто я старалась спрятать их от вас подальше. Потому что если бы вы встретили их — вы повторили бы деяние Сендара. Убили бы их. Таково было проклятье самого Сендара. Не мое. Поэтому Лариса, твоя Истинная, родилась в другом мире. Чтобы ты никогда ее не нашел.

Глава 63

Узкая тропа вдоль горного ущелья стелилась тонкой извилистой полосой. Почти ниточкой. Так казалось женщине, которая брела по ней, волоча на себе бесчувственное мужское тело. Лишь боги ведают, чего ей это стоило.

На изможденном лице читалось непреодолимое упорство. Она будет умирать, но не бросит того, кто так дорог ей. Она до сих пор не могла поверить в то, что случилось с ними обоими. События последних часов вертелись в голове сумасшедшей каруселью.

Как они носились в суматохе и собирали вещи и драгоценности. Как шли по туннелям внутри скалы под замком за тем, кому безоговорочно доверяли. О ком не могли помыслить, что он предаст их в руки врагов. Толкнет прямо на спину поджидавшего Черного дракона.

Все, что происходило после, казалось диким, бредовым кошмарным сном. Полная беспомощность во власти проклятого Черного. И обреченное понимание, что их несут в логово тех, кто однажды пытал и мучал ее возлюбленного. А теперь они оба попадут туда. И никаких сомнений, что их ждут такие же пытки и терзания.

Ее магия оказалась бессильна. Она позволила их проводнику надеть на нее артефакт, который он назвал защитным. Даже не проверила его, не просмотрела магическим зрением. Так же слепо она поверила в его легенду: что Джарра вновь предъявила Рендору ультиматум, и на сей раз ему придется выдать их с мужем спятившей королеве.

Артефакт оказался не защитным, а блокирующим. Она не могла колдовать и не могла снять его. Оставалось лишь покорно ждать неминуемой гибели… проклиная непостижимое предательство.

А потом они упали. Просто скатились с драконьего крыла и полетели вниз.

В тот миг Ирсала не задавалась вопросом — как такое могло произойти?! Магия дракона никогда не позволит упасть седоку. Тем более вынужденному. И почему дракон не метнулся подхватить их? Скорость и реакция в животном позволяли ему настигнуть их.

Но они летели к земле и должны были вот-вот разбиться насмерть. Тем более, внизу протекала горная река, а ее дно и берега покрывали острые камни. И тут снова случилось немыслимое.

Падая, она зацепилась юбкой за каменный выступ внутри ущелья. А когда Кейлас пролетел мимо нее, каким-то чудом ухватила его за руку. Что это было, как она смогла все это проделать — не укладывалось в голове.

Следом Черный дракон пролетел мимо, не углядев их чуть ли не на открытой местности. Словно их укрывала невидимая пелена. Ирсала видела, как он метался чуть поодаль, искал потерю. А их вплотную не замечал.

Юбка затрещала по швам, порвалась — и они с мужем все же упали вниз. Но теперь уже на совсем небольшую высоту. Она ушиблась бедром, Кейлас сильно ударился головой и потерял сознание. Но оба были живы. На тропинке, которая обрывалась на расстоянии локтя от места их падения.

Ирсала обхватила мужа и потащила по тропе, надеясь выбраться из ущелья. И не думала, как произошли все эти немыслимые чудеса. Как будто божественная рука направляла их. Если боги не хотели их смерти, значит они и сами должны сделать все, чтобы спастись. Выжить, добраться домой — и предупредить Рендора о чудовищном предательстве. Если не будет слишком поздно…

Глава 64

Стая Черных чудовищ рассекала облака. Мрачные, предгрозовые, они словно налились тьмой в преддверии ужасного кровопролития. Я сидела на спине одного из драконов. Рядом — Тайлири, лживая помощница, а ныне — жестокая надсмотрщица.

Мартина с нами не было. Вроде и бы порадоваться, что мальчика не потащили на грядущий ритуал, но я уже не была уверена, что его судьба окажется милосерднее моей. Я не знала, что с ним стало, куда его увели — остался ли он вообще в живых после того, как меня унесли.

Мне казалось, что его должны использовать, чтобы шантажировать Вейтара. Но теперь я уже боялась предполагать, что творится в безумной голове Джарры, какие планы она вынашивает.

Я больше не пыталась разговаривать с Тайлири. Мелькнула мысль выпытать ее о Неназываемом боге — но я быстро отбросила ее. Она уже высказала все перед Джаррой. И явно не горела желанием разглагольствовать передо мной дальше.

Она хотела произвести впечатление на Джарру, а не на меня. Напомнить о своей полезности. Ведь иначе безумная королева пустит ее под нож с такой же легкостью, как меня. Ей одинаково плевать на всех.

Прошло три или четыре часа. Стая замедлила полет и начала снижаться. Я увидела внизу громадное здание, не меньше замка Лазурных Драконов. Но стояло оно на земле, а не на скале. Наверняка это и есть тот храм, где мне предстоит встретить мучительную гибель. Нам с Рендором, если он и верно попал в ловушку Джарры.

Меня сковало оцепенение. Я не рыдала и не билась в слезах. Все мое существо сознавало тщетность сопротивления. Оно лишь подарит Джарре дополнительный повод поиздеваться надо мной. А может, моя душа просто еще не приняла то неизбежное, что мне предстояло. Ведь человек до последнего верит, что бессмертен. Даже когда смерть неотвратимо надвигается на него.

Драконы спустились на землю, перекинулись. Я кубарем скатилась с крыла. Меня тут же подхватили под локти и потащили в храм. В центре огромного холла возвышалось несколько алтарей. Я в панике рыскала по ним взглядом, гадая, который станет моим предсмертным ложем.

Но меня проволокли мимо этих пугающих сооружений. А затем я увидела его. Темный, ничем не примечательный постамент. Намного ниже остальных. К нему-то меня и толкнули мои конвоиры.

Я будто видела со стороны, покинув собственное тело, как меня запихивают на поверхность алтаря. Заковывают руки и ноги в кандалы. Железо холодило щиколотки и запястья, но в этот миг я чувствовала их как не свои. Будто это не меня ведут на убой, не меня затащили и приковали, чтобы удобнее было терзать и резать на куски.

Неужели Тайлири сделает это своими руками, такими хрупкими на вид? Неужели ненависть и жажда власти так сильны в ней? Не осталось совсем ничего разумного, милосердного? Как в Джарре?

Мысли проносились в моей голове так же отстраненно, как ощущения в теле. Будто не мое, будто не со мной. Как в тумане, раздавались голоса:

— Курочка готова для ощипывания. Ждем петушка!

— Они уже недалеко, — второй голос, с насмешкой. — Надо припрятаться, чтобы наш кочет не заподозрил неладное раньше времени. Вдруг даст деру, наплюет на свою Истинную. Все же он потомок Сендара.

С хохотом Черные разбрелись по холлу, ушли по многочисленным лестницам в другие помещения храма. Подле меня остались Тайлири, Джарра, целитель Черных и еще несколько драконов — видимо, приближенная свита королевы.

Колдун сделал пасс и объявил:

— Я укрыл нас завесой невидимости, государыня. Лазурный ничего не заметит.

От отчаяния и чернейшей безнадеги я… взмолилась. Иллари. Что еще мне оставалось делать, откуда ждать помощи?

Богиня любви! Если ты в самом деле существуешь, если ты не фантазия драконов… сделай так, что Рендор не прилетал сюда! Он не виноват, что тебе нужно создавать эти дурацкие Истинные Пары.

Он хотел прожить жизнь в беспечной радости, без иных забот и тревог, кроме государственного блага. Пусть бы он так и развлекался со своим гаремом. С кем угодно — лишь бы живой и невредимый! Если уж мне не повезло закончить свою жизнь в чужом мире, по воле безумных фанатиков, то лучше я умру одна. А Рендор… он нужен слишком многим. Оказывается, и мне тоже. Но живым.

Но богиня была либо глуха… либо все же вымысел. Какое-то время спустя я услышала знакомые мужские голоса. Один говорил громко, отдаваясь эхом в огромном святилище. Вейтар… Второй говорил тише… и как-то сосредоточенно. Сердце отчаянно заколотилось, услышав его.

Нет. Уходи.

— Уходи! — заорала я во всю глотку. — Здесь Черные!

Двое продолжали разговаривать друг с другом как ни в чем не бывало. Обсуждали какой-то плащ. А меня будто не слышали.

— Не рви глотку, — язвительно бросила Тайлири, во весь голос, не боясь, что ее услышат. — Мы невидимы и неслышимы. Сейчас они подойдут поближе… и тогда мы раскроемся!

Рендор не слышал моих воплей, а Иллари — молитв. Два Лазурных неумолимо приближались к центру храма. К скоплению алтарей других богов. Я задрала голову, чтобы видеть их. Цепи не мешали сделать это.

И заметила, как по лестницам и из-за дверей начали выходить Черные. С мечами и кинжалами в руках. На поясе Рендора тоже висел меч — и только. В остальном прекрасное тело моего короля — моей Истинной Пары — было полностью обнажено… и уязвимо. Что он сделает против десятков врагов? Разве меч его защитит?

Тут и Рендор обнаружил, что не один. Они с Вейтаром огляделись по сторонам. По их глазам я поняла, что они видят врагов — заклятье перестало действовать. Но… как ни странно, удивления на их лицах не было. Ни у одного, ни у другого.

Джарра выступила вперед, больше не скрываясь. На губах играла ядовитая усмешка.

— Ну здравствуй, Лазурный. Вот ты и попался. Скажи спасибо своему преданному генералу! А ты, мой дорогой союзник, можешь подойти ко мне и наконец встать рядом — открыто за все эти годы! Ты ведь не передумал? Поможешь разрезать на куски своего бывшего короля? И отдашь мне своего щенка, поиграться досыта? Я устрою знатную охоту! Будем загонять его, как теленка! Кто догонит, зажарит и сожрет! Давно я не едала молодого нежного человечьего мясца! Надеюсь, ты не научил его перекидываться, чтобы не пришлось кончать его драконом!

Смысл ее жуткой речи не сразу дошел до меня. Она обращается… к Вейтару?! И говорит о Мартине?! Это на него она собирается устроить охоту, зажарить и сожрать? С дозволения родного отца?!

Я чувствовала себя как в чокнутом сне, который и не думал заканчиваться. Вейтар шагнул к Джарре.

— Я не передумал, моя королева. Если не передумала ты. Можешь забрать это убогое отродье и делать с ним что пожелаешь. Позабавиться, как однажды позабавилась с его мамашей и сестрой. Мы с тобой родим вместе других детей. Сильных и могущественных. А трон Лазурных Драконов станет моим по праву. Я достоин его — такой же потомок Сендара, как этот жалкий слабак! Мы с тобой будем править всеми драконами, королева! Мы и наши дети!

Глава 65

Несколько часов назад

— Сендар сам проклял своих потомков, — говорила Иллари Рендору. — Чтобы они не могли обрести Истинную Пару, а если все же встретят — убить ее и детей, которые успеют родиться. Поэтому я три поколения прятала от твоих предков их Истинные Пары. Они рождались в других концах мироздания. Жили и умирали, не ведая настоящей любви. И ослабляли меня — в дополнение к поступку Сендара.

— Так вот зачем ты притащила сюда Ларису! Вернуть силу. Я и не сомневался — ты могла заботиться лишь о себе!

Иллари покачала головой.

— Нет, король. Просто переломный момент оказался близок. И я это увидела. Не все определяют боги. Иногда мы просто видим сплетения вероятностей… и принимаем решение, что сделать. Лариса все равно явилась бы в Илларан. Нить судьбы начала выскальзывать из моих рук. Истинная Пара одного из потомков Сендара родилась совсем близко к нему. И они встретились. Сначала притяжение захватило их. А затем активизировалось проклятье. Вся чернота души того дракона поднялась и овладела его разумом. Он возненавидел ту, которую вначале полюбил. И возненавидел ее детей. Он захотел избавиться от привязки, стать свободным… и выбрать путь, который приведет его к большей власти.

— И кто это? Ты должна говорить о моем отце или деде. Или о дядьях. Но никто из них не убивал свою жену и детей. Такого не случалось у драконов. Или снова скажешь, что мой предок стер память о своем поступке? Это невозможно — еще остались живые свидетели их жизней.

— Подумай не о дядьях, а о кузенах. И конечно, не об убийствах. Убийца позаботился скрыть истину. У кого из твоих кузенов жена и ребенок погибли трагической смертью?

— Только у Вейтара. Но это не может быть правдой. Он любил их больше жизни.

— Когда-то любил. Поэтому сумел изображать эти чувства, когда остались лишь ненависть и властолюбие. И всепоглощающая зависть. Вспомни, как с детства он стремился обогнать тебя, получить то, что ты называл своим. У вашего деда родились близнецы — и королем стал твой отец. А мог его. Твой дядя не оспорил владычество брата. Не вызвал его на поединок. Принял его как Лазурного Короля. И тем самым отнял у сына право на трон. Вейтар никогда не забывал этого. Зависть червоточиной разъедала его душу. Она стала той слабостью, через которую проклятье одолело его.

Рендор яростно мотнул головой. Как будто сила его движений могла отменить слова богини.

— Доказательства. Все это — лишь твои слова!

— Ты можешь получить доказательства очень легко. Отправиться с ним в Храм Древних. И увидеть, что там случится.

— И что?

— Засада. Там вас будет поджидать армия Черных во главе с королевой. Джарра хочет принести в жертву тебя и Ларису. Запытать Истинную Пару на алтаре Бога-Отступника, чтобы каждый из них стал умолять убить второго и прекратить его собственные мучения. Когда такое случится, моя сила перейдет Отступнику. Ну вас обоих все равно убьют, напоив кровью алтарь Отступника. Или Неназываемого. Моя бывшая жрица жаждет сделать это собственной рукой. Она до сих пор не простила тебе, что ты не захотел взять ее в жены и назвать королевой драконов. Она искала другой путь к власти — и нашла его. Теперь она хочет стать жрицей Отступника, когда он обретет силу и вернется.

— И как же ты не остановила ее, собственную жрицу?

— Я уже сказала тебе, что поступок Сендара лишил меня силы. А столетия невоссоединенных Истинных Пар, мучения мужчин и женщин, обреченных жить без любви, еще больше подкосили меня. Я не могла остановить Тайлири. Не могла даже раскрыть полностью ее намерения, хотя чуяла мглу в ее душе… Ее помыслы были закрыты от меня. Я не видела, как она связывалась с Джаррой, как предлагала ей воззвать к Отступнику, чтобы тот дал ей власть над всеми драконами.

— А про Вейтара ты знала? Когда он связался с Черной тварью, если ты не лжешь?

— Еще до убийства жены и дочери. Когда он понял, как его тяготит привязанность к семье, он нашел способ поджарить двух оленей одним выдохом. Предложить Джарре забаву — охоту на двух жертв, ничего не подозревающих. И сделку — шпионить за тобой и выжидать удобного момента, чтобы свергнуть. Взамен захотел поддержки и союза, который даст им обоим власть над двумя драконьими родами. Объединив Черных и Лазурных, они легко завоевали бы Красных, и установили свою тиранию над всеми драконами.

— И его ты тоже не могла остановить. Позволила убить невинную женщину и ребенка, а затем жить все это время у меня под боком, притворяясь другом. Жаль, что ты ни на что не годишься, богиня. Но спасибо хотя бы за предупреждение. Я возьму с собой Лазурную Дружину. Если ты права и в храме ждут Черные, мы сразимся с ними. Если же нет, если солгала ты, а не Вейтар… я окончательно пойму, что богам верить нельзя.

— Если ты отправишься с дружиной, Черные уйдут. Вейтар предупредит их чародея мысленно. Тебе нельзя дать ему понять, что ты его заподозрил.

Рендор фыркнул.

— И чего ты от меня хочешь? Остаться здесь, отдать Ларису на растерзание? Тебе ведь главное, чтобы Неназываемому не принесли в жертву нас вместе? А ее одну — можно? Когда убивали жену Вейтара, ты не вмешивалась. Думаешь, я отсижусь спокойно в замке, зная, что ей грозит гибель?!

Богиня посмотрела на него спокойно, терпеливо.

— Я никогда не потребую от тебя предать свою Истинную Пару. Потому что это в очередной раз ослабит меня. Я хочу, чтобы ты спас ее. И намерена помочь.

— Как?! Ты же бессильна. Неспособна остановить убийство слабых.

— Да, Рендор. Я почти бессильна. Ты прав. Поэтому, чтобы я могла помочь, ты должен сначала помочь мне.

Если бы не напряжение и страх за Ларису, туго скрутившие короля, он бы расхохотался.

— Я? Тебе? Смертный — богине? Как же я могу тебе помочь?

— Так же, как твой предок навредил. Предательство Истинной Пары ослабляет меня. А вот единение и устремленность — возвращают мою силу. Ты уже начал помогать. Как думаешь, почему я смогла воплотиться и открыться тебе? Потому что ты собрался спасать Ларису. Был готов в одиночку сунуться на землю врагов, лишь бы выручить ее. Это неразумно, и Вейтар воспользовался твоей готовностью. Но вместе с ним и я. Твое решение напитало меня силой. И теперь тебе нужно сделать следующий шаг.

— Какой?

Глава 66

Я слушала Вейтара и не могла поверить ушам. Убогое отродье — это он так о Мартине?! О родном сыне? Позабавилась с его мамашей и сестрой — значит, он знал, что Джарра убьет его жену и дочь? Сам отдал их в ее руки, собственную семью?

Все это звучало невероятным, немыслимым безумием. Но в памяти всплыло, как Мартин показывал мне обсидиан. «Папа сказал, что ты должна выбрать себе самый лучший камень! Наш с папой дар тебе. Мы ведь вместе их собирали».

Самый лучший камень. Король обсидиана. Как только я дотронулась до него, так сразу явился Черный. Под видом подарка Вейтар подсунул какой-то артефакт, который позволил врагу войти. Из-за него мы все погибнем.

Я посмотрела на Рендора. В этот миг, перед лицом неизбежной смерти с мучительной агонией, я будто увидела его впервые. Его мужественные, твердые черты. Обнаженное тело с рельефными мускулами.

Моя Истинная Пара. Мужчина, предназначенный мне судьбой. Как недолго мы были рядом. Тратили бесценные минуты нашей близости на склоки. А теперь, когда мне открылась правда, у нас больше не осталось жизни. Безжалостная насмешка судьбы.

Я перевела взгляд на его крепкие, могучие руки. Правая ладонь сжимала рукоять меча. В этом жесте не было лишнего напряжения. Только сосредоточенная готовность. Как будто его не застигли врасплох.

В самом деле, Рендор не выглядел таким потрясенным, как я. Словно предательство лучшего друга не стало для него ударом. Словно он знал.

Похоже, не одна я заметила это. Джарра, конечно, не обращала внимания. Ненависть застилала ей глаза и разум. А вот целитель Черных, который похитил меня и Мартина, переглянулся с Вейтаром. Генерал ухмыльнулся.

— Пробил час расплаты, Рендор. Пора тебе сложить свое бездарное правление. Уступить место достойному владыке. И принять участь, которую заслужил.

Рендор обжег бывшего друга взглядом, полным презрения.

— Достойный владыка? Тот, кто сдался проклятью, кого до самого нутра проела зависть? Если бы я не хотел покарать тебя за предательство, я бы все равно убил тебя, чтобы уберечь свой народ от такого «достойного» владыки. Ты впустил в свое сердце гниль, предал не меня, а весь свой народ. Ты заслуживаешь жестокой казни.

Вейтар рассмеялся.

— Может и заслуживаю. Но получишь ее ты. Самую жестокую и болезненную смерть. Ты — и твоя иномирная шлюшка.

— После тебя, продажная гнида, — бросил сквозь зубы Рендор и выхватил меч из ножен.

У меня дрогнуло сердце. На что он надеется — один против целой толпы драконов?!

Вейтар повелительно махнул рукой, глядя на целителя Черных. Колдун дотронулся до своего ожерелья… и в руке изменника-генерала вдруг вырос меч, как из воздуха. Вместо клинка алой лентой вился язык пламени.

Вейтар шагнул к своему королю.

— Хочешь драться? Что ж, позабавимся! Охотно уничтожу твою воинскую и мужскую гордость, прежде чем фейри распнет тебя на алтаре Неназываемого! Сожжет твое сердце у тебя на глазах, пока ты будешь подыхать!

Не знаю, как мое сердце не остановилось прямо в этот миг, не дожидаясь пыток и жертвоприношения. Огненный клинок ослепительно полыхал. Обжигающие искры разлетались в стороны. Одна упала мне на лицо, оставив ожог, словно от затушенной о кожу сигареты.

Колдовское оружие. Что Рендор противопоставит ему?

Но мой дракон не колебался ни секунды. В его глазах не промелькнуло и тени сомнения. Он посмотрел на меня — беспомощную, скованную. Взгляд вспыхнул пламенем, которое ничуть не уступало сверканию магического клинка Вейтара. А затем поднял свой меч и бросился в атаку.

Колдовское лезвие встретило удар. Два меча скрестились. Больше я ничего не видела — меня ослепила яркая белая вспышка. Я зажмурилась и больше не могла открыть глаз. Но отчетливо слышала звуки борьбы.

Оба противника были на ногах и сражались друг с другом. До меня донесся визг Джарры:

— Что еще за детские игрища! Схватить Лазурного! Связать и на алтарь!

— Не сметь! — рявкнул Вейтар. — После того, как я его отделаю! Пусть знает, кто сильнее и достойнее!

Джарра осыпала Вейтара ворохом комплиментов его умственным способностям. Но похоже, подчинилась и не стала вмешиваться в драку. Лязг металла, топот ног, тяжелое дыхание с редкими выкриками продолжались.

Вскоре я смогла открыть глаза и увидела двух противников. Они кружились и наседали друг на друга. Клинки то и дело скрещивались, осыпая обоих искрами. И у Вейтара, и у Рендора на груди и плечах появились мелкие ожоги. Но никто из врагов не останавливался. А меч Рендора прекрасно отбивал удары колдовского клинка генерала.

Так они и кружили, атакуя один другого. И Рендор теснил Вейтара. Генерал-изменник выдыхался — а мой король неутомимо нападал на него, будто не чувствовал ни усталости, ни боли ожогов.

Джарра нетерпеливо закричала Вейтару:

— Ты что, хочешь подождать, пока Лазурный прикончит тебя? Я не собираюсь тратить свое время!

— Да! Хватит! — выдохнул Вейтар не без облегчения. — Пока кончать этот цирк!

Рендор лишь расхохотался.

— Что — не хочешь больше доказать, кто из нас сильнее и достойнее? Даже заклятье Черного колдуна на твоем мече не помогло!

— Докажу, когда стану королем всех драконов! — рявкнул Вейтар. — Хватайте его!

Он отпрыгнул назад. А десятки Черных подступили к Рендору. Их тела загородили его от моих глаз. Неужели все? Это наш конец, его и мой?..

Глава 67

— Нет! — закричала я. — Уходи! Рендор, уходи! Оставь меня! Ты нужен своим людям… своим драконам! Уходи, живи ради них! И ради меня!

Он повернулся на мой голос. Наши взгляды встретились. Я увидела в его глазах то, чего никогда не видела раньше. Боль. Страх. За меня. Что я лежу беспомощная на этом алтаре, а между нами — враги и их магия. Магия, которая сейчас отделяет нас друг от друга… а потом убьет.

— Уходи, — повторила я.

Тайлири метнулась ко мне. Выхватила кинжал, прижала к моей шее. Я почувствовала обжигающее прикосновение лезвия. И липкие капли крови на коже.

— Уходи, Рендор! — передразнила фейри. — Не смотри, как я буду резать твою девку. Как давно я мечтала сделать это хоть с одной из твоих шлюх! А сделаю не с простой шлюхой — с Истинной Парой! Уходи, король. Живи с этой памятью.

Рендор зарычал. И вдруг взмыл вверх в немыслимом прыжке. А следом произошло нечто вовсе невероятное. Он застыл прямо в воздухе, неподвижный. Я не успела закричать от шока. Потому что все остальные — Джарра, Тайлири, Вейтар, бойцы и чародеи Джарры — все застыли. Будто некто нажал клавишу «стоп» в невидимом кинофильме…

Я боялась шевельнуться или даже вздохнуть поглубже. Ведь кинжал Тайлири остался плотно прижатым к моему горлу. Одно неловкое движение — и мне конец…

Так я и стояла в оцепенении, не зная, чего ждать дальше. Вдруг они так и останутся навек в застывшем положении, как в замке Спящей Красавицы?!

И вдруг передо мной завихрился сполох белого сияния. Яркий, искрящий, он не ослепил меня, в отличие от скрещенных клинков Вейтара и Рендора. Это сияние казалось мягким и доброжелательным… и почему-то я думала о нем как о живом существе.

А оно клубилось и переливалось… принимая очертания женской фигуры. Еще полминуты — и передо мной стояла женщина невиданной красоты. Она молвила нежным певучим голосом:

— Здравствуй, Лариса. Я Иллари.

— З-здравствуй…те… — пробормотала я.

Богиня. Настоящая богиня. Не шарлатанка и самозванка вроде меня.

— Встань. Ты свободна.

Эти слова показались мне злой насмешкой. Как же свободна, когда прикована цепями к каменному постаменту, да еще с ножом у горла!

Но ко мне обращалась богиня. Может, не стоит разыгрывать из себя Фому Неверующего, а лучше попробовать освободиться, раз богиня предлагает?

Я попыталась поднять руку. Кандалы на запястье развалились и упали на пол — бесшумно, словно были не из железа, а вырезанными из бумаги. Я взяла кисть Тайлири с ножом и отвела от себя. Мне с легкостью удалось, словно я двигала куклу Барби на шарнирах.

Пошевелила остальными конечностями — кандалы с них осыпались, как новогодние гирлянды. Все еще не веря до конца, я спрыгнула с алтаря. Свободна! Я и в самом деле свободна. Но что дальше?.. Что собирается делать богиня?!

- Сейчас ты должна спрятаться, — молвила Иллари.

— Я не брошу Рендора! — крикнула я. — Не оставлю его умирать с этими! Он меня не оставил!

На прекрасном лице богини расплылась довольная улыбка.

— Да. Вы оба не предаете и не оставляете друг друга. Тем самым наполняете меня силой, которая позволит вам помочь. Я не прошу тебя сбежать и бросить своего мужчину. Но ты должна укрыться, чтобы не мешать ему. Не делать уязвимым.

— Но он увидит, что я исчезла!

— И у него будут развязаны руки.

— У одного против целой своры врагов! Их тут десятки, а он один! Даже Вейтар, лучший друг, бросил его.

— Не забывай, кто я. Моя сила — власть над сердцами драконов. Их любовью… а еще состраданием и раскаянием. Сейчас, когда ты спрячешься, я возобновлю ход времени. И озарю души всех присутствующих светом любви и милосердия. Те, чьи сердца не зачерствели бесповоротно, почувствуют этот свет — и не смогут творить злое и неправедное. Те, кто безнадежен… с ними твой дракон будет биться.

— Да они тут все безнадежны! — воскликнула я. — Это же Черные!

— Не все. Королева и ее ближайшие приспешники уже не спасутся. Предатель тоже. Остальные — обычные живые существа, которыми движет страх и подчинение порядку. Если им напомнить, что существуют иные чувства, кроме злобы их правительницы и страха перед ней и ее помощниками — они смогут выбрать.

— И все они выберут милосердие? Все равно Рендор останется один против многих!

Богиня развела руками.

— Я не всемогуща. Не в моих силах ниспослать такое чудо, которое решит все проблемы раз и навсегда. Твой мужчина воин. Он рожден для этой стези и горд этим. Он должен сражаться и жаждет сражаться. Тебе предстоит принять его таким. И принять риск быть рядом с таким мужчиной.

— Разве у меня есть выбор? Мы же Истинная Пара — а значит обречены быть друг с другом!

— Никто никогда не обречен. Тот, кого ты считала своим другом, тоже обрел Истинную Пару. И послал на жестокую смерть — вместе с родной дочерью. У разумного существа всегда есть выбор.

Меня передернуло. Она говорит о Вейтаре. Значит, они с женой тоже были Истинной Парой. А он ее убил. Совершил свой выбор, чудовищный и разрушительный.

Рендор выбрал иначе. Он ведь тоже мог убить меня. И не так прямо, как Вейтар. Тот сам предложил психопатке забаву со своими родными. А Рендору достаточно было ничего не делать. Остаться в своем замке, под защитой магического барьера и всей дружины.

А он пришел сюда — один против всех. Зная, что Вейтар на стороне врагов. И что богиня не сможет обезвредить всех. Но он пришел. Ко мне. Ради меня, потому что мне грозит гибель, и некому спасти меня, кроме него.

Глава 68

— Что мне сделать? Куда уйти?

Богиня указала на каменную колонну между алтарями. На одной из ее сторон висела темная холщовая ткань.

— Возьми и укутайся. Это Узорная Плащаница. Древний артефакт, дар одного из моих братьев. Она сделает тебя невидимой.

— Странно, что никто из пособников Джарры не укутался ею, чтобы ударить Рендора невидимым!

— Это не так просто. Коснуться Плащаницы можно только после особого ритуала. Ритуал раскроет намерения того, кто хочет ее взять. Если они грязные и неблагие, например — тайное убийство — нечестивца настигнет кара. Она поможет только благородному делу.

— Значит, мне нужно провести ритуал?

— Нет. Я сама прошу тебя взять ее. У тебя есть божественное разрешение.

Я подошла к колонне. Осторожно протянула руку к плащанице. Ткань была теплой и мягкой на ощупь. И ничуть не запыленной, будто и не висела здесь нетронутой бог знает сколько времени.

Я сняла ее с крючка и набросила на плечи. Богиня прибавила:

— Оставайся у колонны. Там ты будешь неуязвима для стрел и случайных ударов.

Вновь мне захотелось закричать: «А Рендор?! Он, значит, останется уязвимым?!» Но я не стала дальше спорить с богиней. Она рассказала мне о том, что сделала для нас. Она искренне желала нам помочь — это следовало не только из ее слов, но еще из того, что говорила Тайлири. Если мы с Рендором останемся жить — и будем вместе! — это сделает ее сильнее.

Я плотнее запахнула плащаницу, крепко сжала края пальцами на груди.

— Готова? Я возвращаю времени его ход.

Я кивнула, похолодев внутри. Сейчас вновь начнется битва. Рендор будет сражаться. А я — стоять и смотреть, бессильная помочь ему.

Иллари подняла руку — и исчезла. В тот же миг пространство заполнилось движением и звуками. Крики, топот ног, лязг железа. Рендор с громким «Ха!» приземлился у алтаря, где я должна была лежать прикованной.

На его лице мелькнуло потрясение… сменилось облегчением. А в следующий миг он развернулся к Тайлири — и одним ударом снес ей голову. Я даже не успела моргнуть, как белокурая голова фейри покатилась по каменным плитам, а обрубок тела с фонтаном крови, хлещущим из шеи, дернулся и повалился на пол.

Джарра дрогнула и отступила на шаг. Взвизгнула, обращаясь к своим приспешникам:

— Что вы все телитесь?! Хватайте его! Кладите рядом с девкой! Я сама проведу ритуал!

— Государыня… — пролепетал колдун-целитель. — Девка исчезла! Ее нет на алтаре!

— Что ты несешь, дурень…

Джарра осеклась, увидев пустой алтарь. Не прошло и минуты, как я лежала там скованная. Хорошо бы они сейчас все были в шоке — а Рендор успел их все перерезать! Но драконица быстро опомнилась.

— Убейте его! Убейте! Стреляйте, рубите!

Я чуть не закричала. Где же помощь, обещанная Иллари?!

И тут что-то невообразимое начало твориться с воинами Черных. Вместо того, чтобы навалиться всей сворой на Рендора, они стали растерянно озираться по сторонам. Странные судороги пробегали по их телам. Лица искажались в гримасах горечи и сожаления. На глаза наворачивались слезы.

Кто-то первым бросил меч и арбалет. Вслед за ним — еще несколько человек. Драконы принялись бросать оружие. Кто-то убегал, кто-то разражался рыданиями прямо там, где стоял. Кто-то усаживался на пол, закрывал лицо руками и тоже содрогался от плача.

Так вот она какая, сила Иллари. У меня по коже пробежали мурашки. Я словно сама почуяла страдания этих драконов, много раз убивавших и совершавших жуткие преступления по воле своей королевы. Боль их раскаяния пронизала меня до мозга костей.

Но Иллари предупредила, что останутся самые зачерствелые сердцем. Они продолжат атаковать Рендора. И верно, горстка драконов продолжала двигаться к нему. Мой король сам бросился им навстречу.

Мое сердце ушло в пятки. А потом я чуть не ослепла от сверкания его меча. Он засветился белым сиянием — совсем как при явлении Иллари. Как будто вместо одного клинка в его руках мелькала целая дюжина.

Головы врагов полетели по полу. Я зажмурилась, чтобы не видеть этого. Мне совсем не было жалко Тайлири, которая собиралась вырвать нам с Рендором сердца и сжечь во славу своего Неназываемого. Да и эти драконы заслужили свою участь, раз их души не поддались потоку любви и сострадания. Но видеть столько смертей и крови я не могла.

Несколько минут — и Рендор разметал Черных, посмевших противостоять ему. Он развернулся. Его взгляд метался по сторонам. Я чувствовала — он ищет меня. Но подать ему знак — значило раскрыться перед врагами. Оставалось надеяться, что он доверится Иллари, как доверилась я.

Рендор пошел на Джарру. В глазах королевы мелькнул страх. Сейчас она была лишь слабой женщиной. И почему-то не перекидывалась драконом. Хорошо бы, Рендор и с ней расправился так же молниеносно, как с Тайлири!

И в этот миг дорогу ему заступил Вейтар. Его клинок тоже ослепительно сверкал — алым, смертоносным свечением.

— Ну что, дружище, пора схватиться на равных? Сила против силы, магия против магии?

— Пора, предатель, — сквозь зубы бросил Рендор. — Пора ответить за все, что ты сотворил! Умри!

И двое мужчин бросились друг на друга в неукротимом желании убить врага.

Глава 69

Лезвие Вейтара ничем не уступало мечу Рендора. Оно кружилось в руках генерала и отбрасывало искры, которые слепили и оставляли ожоги. Каждый раз, когда искра попадала на обнаженную кожу Рендора, я вздрагивала от боли, будто меня саму обожгло.

Мой дракон бесстрашно и уверенно отражал удары бывшего друга. Но мое сердце трепетало. Достаточно одной ошибки. Оступиться, потерять концентрацию внимания. Я благодарила Иллари, что она велела мне укрыться.

Если бы я от страха вскрикнула, Рендор мог отвлечься… и погибнуть. Или мог бы оглядываться, цела ли я. Лучше я буду дрожать и бояться здесь, невидимая для всех, в первую очередь — для него.

Вейтар, видя, что противник не поддается, крикнул Джарре:

— Что стоишь, королева? Не хочешь помочь прикончить Лазурного?

Рендор захохотал, пока его рука с мечом двигалась, нанося удары и отбивая их:

— Вот какая у тебя воинская доблесть, предатель? Ты же хотел доказать, кто достойный. Схватиться на равных.

— Докажу, когда ты сдохнешь, а я займу трон!

И Вейтар усиленно атаковал. А Джарра взревела, выхватила меч и бросилась в бой. Вокруг нее толпились полдесятка приспешников. Она скомандовала им:

— За мной! Бейте Лазурного!

Но те не очень-то спешили. Видели, с какой легкостью он расправился с их товарищами. От Джарры не укрылась их нерасторопность:

— Вперед, трусы! Кому первому башку снести?!

Она угрожающе подняла меч и шагнула к своим. Ну же — давайте, вас много, а она одна! Снесите ей башку первыми!

Но похоже, привычка повиноваться въелась в кровь Черным. Они подняли оружие и окружили Рендора. Сама Джарра присоединилась к подлому нападению толпой на одного Рендора.

В стороне остался лишь колдун-целитель. Поначалу я обрадовалась — одним врагом меньше для моего короля. А потом заметила, как он трогает свое ожерелье.

Пальцы перебегали с камешка на камешек, будто по клавишам аккордеона. Этот проклятый маг наверняка наигрывал мелодию, которая поддерживала магию меча Вейтара. Ведь этот меч взялся из ниоткуда в руке генерала в тот момент, когда чародей коснулся ожерелья.

Если бы Рендор заметил. Если бы он сначала убил этого колдунишку, вместо того чтобы сражаться с остальными… Но как бы он это сделал, когда Черные стеной окружили его. А Вейтар теснит его своим зачарованным мечом к стене…

Я не сомневалась — только колдовской меч дает изменнику перевес. Не будь его — мой дракон, мой дорогой мужчина с легкостью совладал бы с этой оравой. Ни Вейтар, ни Джарра не стоят его хоть один на один, хоть с толпой приспешников.

Я огляделась по сторонам в поисках непонятно чего. Хоть какой-нибудь подмоги. И мой взгляд упал на небольшой кинжал, висевший прямо надо мной на колонне, откуда я сняла плащаницу.

Еще один артефакт древних богов? Могла бы я его взять? С самыми чистыми намерениями. Помочь моему мужчине выстоять в схватке, убрать недостойный перевес у врагов. Дадут ли боги коснуться этого оружия?

Ведь нужен какой-то ритуал, а я его не знаю. Если этот кинжал сам вспорет мне брюхо, когда я попытаюсь дотронуться до него?

А если все же смогу взять… надо же подойти к колдуну и нанести смертельный удар. Я обычная земная девушка, не десантник-спецназовец. Никогда никого не била ножом и не училась такому. Даже на курсы самообороны не ходила. А тут — ударить человека насмерть. Не простого человека, дракона и колдуна.

Да, я буду невидима для него. Но если он почует меня магией? Или я не справлюсь, промахнусь, или не хватит силы удара? Тогда колдун сам разделается со мной. И Рендор увидит это.

Так что же теперь — стоять и смотреть, как его оттесняют все дальше к стене? Как Вейтар пронзает ему грудь или живот клинком из пламени, как мой дракон корчится и умирает… а я сама стою и не смею зарыдать, ибо тогда меня саму увидят и убьют. Дождаться, пока торжествующие враги выйдут из храма, а потом трусливо бежать самой, радуясь, что выжила? Такой участи я хочу?

Я стиснула зубы. Ну уж нет. Я сделаю все что должна сделать. Возьму кинжал. Если выживу — подкрадусь к колдуну и воткну лезвие ему в шею. Если не получится, где-то сбой или осечка — значит, мы с Рендором все же умрем. Но я буду знать, что выложилась из последних сил, чтобы спасти свою Истинную Пару. Не предам, трусливо наблюдая его смерть и радуясь собственному спасению.

Была не была. Боги, если вы меня слышите — знайте, что мои намерения чисты! Мысленно проговорила это — и протянула руку за кинжалом.

Глава 70

Ничего не случилось. Я не рухнула замертво, пораженная разрядом тока. Рукоять, обтянутая кожей, послушно легла в ладонь. Я сдернула кинжал со стены и с облегчением выдохнула.

Осталось главное. Подкрасться к колдуну и вогнать кинжал. Впервые в жизни убить человека. Да еще суметь остаться незамеченной, пока буду подбираться.

Я крепче стиснула пальцы на краях плащаницы. Сделала шаг от колонны. И вдруг в голове прозвучал знакомый женский голос:

«Это оружие покорно воле хозяина. Тебе не надо подходить к намеченной цели, чтобы поразить ее. Достаточно лишь выбрать и метнуть кинжал. Он сам, без промаха, попадет куда нужно».

Шквал эмоций обрушился на меня. Вот же с-с… светлая богиня! Не могла сказать раньше! Надо было оставить меня в страхах и переживаниях!

«Ты должна была сама принять решение, — продолжил ее беззвучный голос. — Я могу лишь подсказать и направить. Очень редко — применить собственную силу… Но всегда решения принимают сами люди или другие разумные существа».

Я не стала беседовать с Иллари. Каждая секунда моего промедления могла стоить Рендору жизни. Вместо этого занесла руку с кинжалом, прицелилась. Выбрать цель — и все? «Пронзи колдуну сонную артерию!» — мысленно скомандовала я оружию, надеясь, что оно не потребует с меня анатомический атлас с подробными разъяснениями, что это и где находится.

Кинжал задрожал в руке. Как будто сам желал поскорее взметнуться в воздух и настичь выбранную жертву… Давай, дружок, не подведи!!! Спаси жизнь моего мужчины.

Я замахнулась и выпустила нож из пальцев. Все еще безумно боялась, что все окажется разводкой: он бессмысленно упадет на пол. Но нет! Иллари не лгала. Кинжал полетел прямо, беззвучно рассекая воздух. Мгновение — и он воткнулся в шею чародея, который так и наигрывал неслышимую мелодию чар на клавишах-камнях ожерелья.

Дракон-колдун замер неподвижно. Ладони безвольно упали вниз, словно конечности марионетки, когда кукольник обрезал нити. Пара секунд — и все тело колдуна завалилось на пол. На ожерелье вспыхнули разом все камни — и тут же погасли. В тот же миг огненный меч Вейтара исчез. Истаял в воздухе, словно его и не было.

Я ждала, что Рендор снесет предателю голову, как Тайлири. Но он совершил непредсказуемое. Внезапно взметнул левую руку и засветил негодяю кулаком в висок. Вейтар отлетел к стене, со всей силы шарахнулся затылком и рухнул без чувств.

Приспешники Джарры, лишившись колдовской подмоги и могучего союзника, попятились назад. Драконица осталась одна. Она орала на них, обзывала трусами, грозила всеми карами и яростно вращала мечом.

Одним ударом Рендор выбил меч из ее руки. А затем рубанул королеву по плечу, врезаясь клинком в ее туловище сверху вниз. Меч рассек ключицу и прошел вдоль грудины, как десертный нож сквозь масло. Кровь струями хлынула во все стороны.

Я зажмурилась, чтобы не видеть, как тело Джарры оседает в кровавую лужу. Умом я понимала — такая смерть даже слишком быстра и легка для психопатки, совершившей несчитанные злодеяния. Но малодушно жалела, что не закрыла глаза раньше.

Ни один из приспешников не стал мстить за смерть королевы. Все бросились врассыпную. Рендор стремительно настигал врагов и кромсал своим мечом. Вопли и стоны доносились со всех сторон.

Я отвернулась к колонне и мечтала заткнуть уши. Но нельзя было выпускать из пальцев плащаницу — кто-то из недобитых врагов мог захватить меня в заложники и угрожать Рендору. Я обещала Иллари не подставлять его, не делать уязвимым.

Так что я молча стояла лицом к стене, пытаясь унять дрожь. А потом услышала среди скулящих, воющих, визжащих голосов свое имя.

— Лариса! Девочка моя, ты здесь? Ты в порядке?!

Я дрогнула. Встретить Рендора лицом к лицу… Когда мы оба знаем, кто мы друг другу. Когда он называет меня — девочка моя. После всех перенесенных ужасов и переживаний это оказалось так же боязно и волнительно.

— Лариса!! — в голосе Рендора мелькнули панические нотки. — Ты цела? Почему не отвечаешь?!

Я решительно разжала пальцы и скинула плащаницу.

— Я здесь, Рендор.

Он обернулся, замер… Как будто тоже колебался и не решался подойти ко мне. Что-то неясное промелькнуло в глазах. Страх, чувство вины? Нежелание связываться? Поди разбери этих мужчин!

Что бы ни удерживало Рендора, он отбросил сомнения. Стремглав ринулся ко мне. Сжал в объятьях крепко, до хруста.

— Цела. Богиня не лгала.

— Не лгала. Она остановила время и велела мне спрятаться под волшебной плащаницей. А ты… ты был великолепен, мой король. В одиночку сразил всех этих Черных. Я так переживала за тебя! Я горжусь тобой!

Рендор так и расцвел. Мужчины такие мужчины! Пара искренних комплиментов — и сердце даже самого черствого вояки тает. Он провел пальцем по моей щеке — осторожно, нерешительно. Такая нежная ласка была чужда и непривычна ему. Куда подевалась вся самоуверенность, с которой он держался прежде?

— Она сказала тебе? Ты — моя Истинная Пара.

— Да. Не она даже, а Тайлири. Они собирались убить нас обоих на алтаре, чтобы призвать какого-то Неназываемого бога.

Он недовольно скривился.

— Не поминай все эти имена. Пусть отправляются в забвение — там им самое место. Кроме одного…

Рендор разжал объятья, оглянулся на Вейтара. Тот заворочался, приходя в себя. Мой дракон в два прыжка оказался рядом. Схватил его за плечи, с силой встряхнул. Предатель и убийца собственной семьи вновь ударился затылком о пол, обмяк.

Рендор сорвал два ремня с лежащих рядом трупов. Связал Вейтара по рукам и ногам.

— Придется брать эту падаль с собой.

— Хочешь судить его публично?

— Не дайте боги. Не стану марать его память перед сыном. Мартин ни в чем не виноват.

Я вскрикнула.

— Мартин! Он во дворце Джарры! Что с ним сделают?!

— Ничего. Не бойся за него. Первый министр Черной мрази — подлец и негодяй, но вполне вменяемый и рассудительный дракон, в отличие от сдохшей королевы. Он понимает, что сейчас мальчишка — единственный шанс выторговать хоть какие-то послабления у меня. Если с его головы упадет хоть волосок, я спалю дотла их треклятое логово. Так что Мартину ничего не грозит со смертью Джарры.

Я вспомнила еще кое-что. На глаза накатились слезы.

— Рендор… Ирсала и Кейлас погибли. Дракон, который должен был доставить их Джарре, уронил их над ущельем.

К моему удивлению, Рендор улыбнулся.

— Не спеши хоронить своих друзей. Пойдем лучше наружу. Перекинусь — и уберемся из этого склепа.

Не было просьбы, которую я сейчас исполнила бы более охотно. Рендор схватил бесчувственного Вейтара за щиколотку и поволок за собой. Похоже, предатель отправится с нами. Не сказать, что мне было приятно, но я понимала Рендора. Нельзя оставлять отца Мартина среди трупов врагов. Правда, было бы проще заколоть его и представить так, будто он погиб смертью героя, защищая своего короля. Что такое задумал Рендор?..

Глава 71

Мы выбрались из храма. Рендор закинул Вейтара себе за спину, как мешок с дустом. При этом покряхтывал — предатель не уступал ему ни в росте, ни в весе. Велел мне отойти подальше — я быстренько отбежала в сторонку, прямо как послушная восточная женщина! Когда дело касается безопасности, можно и послушаться — это ж не гарем терпеть! Вот кстати, как же быть с остатками гарема?!

Эта мысль больно кольнула меня. Но я прогнала ее. Сейчас не до этого. Разобраться обязательно придется, но сначала вызволить Мартина и решить вопрос с Черными.

Рендор перекинулся. Вейтар при этом оказался уже у него на спине. Мне пришлось взбираться по крылу. Мы с предателем оказались по разные стороны драконьего гребня, чему я была несказанно рада.

Рендор взмыл вверх. Его беспокойный голос зазвучал у меня в голове:

«Как ты, девочка моя? Черная сильно тебя напугала?»

— Еще как. Я думала, умру! Но теперь все хорошо! Ты их всех разметал! Теперь надо спасти Мартина.

«Непременно. Но сначала вызволим кое-кого другого».

О ком он?! — недоумевала я. Ответ прояснился, когда мы подлетели к извилистому ущелью, на дне которого протекала бурная река. Рендор снизился и полетел вдоль русла, медленно, при этом вертел шеей, словно высматривал кого-то.

А потом весь встрепенулся. Спланировал еще ниже. Тогда и я увидела две фигурки, еле бредущие по скользким, острым камням. Они тоже заметили крылатую тень. Поначалу заметались, будто в поисках укрытия. А потом радостно замахали руками.

Рендор приземлился на берегу, велел мне сойти вниз. Вейтар остался на его спине.

«Не хочу рисковать тобой, — пояснил дракон. — Спуск будет опасным».

Я поняла, что Рендор имеет в виду, когда он вытянул оба крыла вертикально вверх и в таком виде едва ли не камнем рухнул внутрь ущелья. Я не сдержала испуганный вскрик.

Но волновалась я зря. Мой король оказался искусен не только в бою, но и в ухищрениях драконьего полета. Могучие когти опустились на камни. Рендор развернул одно крыло так, что Кейлас с Ирсалой смогли вскарабкаться с берега и устроиться на его спине.

Я недоумевала, как же он взлетит в таком виде. И он вновь сумел меня поразить.

Рендор вновь вытянул крылья вверх. Они простерлись довольно высоко над узкими и скалистыми берегами ущелья. А затем он раздвинул их так, что кончики стелились по краям обоих берегов. Оконечности косточек в крыльях — твердых, как стальные жгуты — вонзились прямо в каменистую почву.

Я видела, как напряглась плотная, упругая кожа под чешуей. Рендор подтянулся на крыльях, словно гимнаст на перекладинах — и могучее тело ящера оказалось над ущельем! Затем он выдернул крылья из земли и быстро завибрировал ими, чтобы не рухнуть обратно в реку.

Удерживаясь в воздухе, он развернулся и приземлился на том берегу, где оставил меня. Спустил одно крыло, предлагая мне забираться вверх. Я распереживалась — ему придется тащить аж четырех пассажиров!

Но не стала ничего говорить вслух. Наверняка наши тела такому огромному и сильному ящеру — все равно что человеку четыре яблочка.

Я с радостью обняла изможденную Ирсалу и полубесчувственного Кейласа. Они принялись бормотать про предательство Вейтара — но я предупредила, что мы уже в курсе. И указала им на тело по другую сторону гребня.

Ирсала принялась расспрашивать, что происходит во дворце, не пострадал ли кто еще. Я заверила их, что Джарра с гнусным изменником нацелились лишь на меня и Рендора. Про Мартина упоминать не стала — ни к чему им лишнее беспокойство.

А вот зачем Вейтару понадобились они сами — я не понимала. Ирсала тоже. Наши недоумения разрешил Рендор:

«Обвинить в твоем похищении, — прозвучал в голове его голос. — Чтобы я не заподозрил его самого раньше времени».

Мы уже летели над землей — Рендор не терял времени даром. Пока мы с друзьями обнимались и расспрашивали друг друга, он быстро поднялся вверх и направился к границе Черных и Лазурных земель.

Мы пролетели изрядно, прежде чем я поняла, что мы направляемся не во дворец. Летим куда-то совсем в другую сторону. Поинтересовалась у Рендора, куда он нас везет, и получила в ответ загадочное:

«Сейчас увидишь. Мы почти добрались».

На горизонте показался замок. Поменьше королевского дворца, но еще более грозный и укрепленный, как показалось на мой неподготовленный взгляд.

Мой король приземлился на смотровой площадке. Мы втроем сошли с него на землю. Тело Вейтара скатилось кубарем. Изменник опять начал приходить в себя. Зашевелился и слабо простонал.

Рендор перекинулся, и я думала, что он опять приложит негодяя затылком, чтобы тот отключился. Но в этот раз он не обратил внимания. К нам подходил высокий немолодой мужчина в сопровождении трех мускулистых воинов. Они с Рендором обменялись уважительными поклонами.

— Государь. Добро пожаловать в Южную Крепость. Чему обязан непредвиденному визиту?

Глава 72

— Приветствую тебя, генерал Дормал. Я должен рассказать тебе нечто важное… и прискорбное. Но сначала прошу оказать помощь.

Мужчина напрягся, услышав про «прискорбное». Но с готовностью кивнул.

— Я в твоем распоряжении, государь.

Рендор указал на Ирсалу и Кейласа

— Двое моих людей ранены и измождены. Окажи им должное лечение и уход. На женщине артефакт, сковывающий магию и способность перекидываться. Пусть твои маги снимут его.

Только сейчас я заметила кулон на шее Ирсалы, который никогда не видела на ней прежде. И он был слишком уродлив, чтобы сойти за украшение.

Генерал сделал знак одному из свиты. Тот с поклоном подошел к нашей парочке и предложил следовать за ним. Я с облегчением выдохнула. Моим друзьям помогут, залечат раны и дадут отдохнуть от всего пережитого.

Но расслабиться мне не удалось. Рендор взял меня под руку и чуть подтолкнул вперед себя.

— Сначала я сообщу тебе радостную весть. Позволь представить тебе Ларису — мою Истинную Пару. И будущую королеву Лазурных Драконов. Тебе первому выпала честь узнать об этом.

У генерала широко округлились глаза. Но он тут же взял себя в руки и низко поклонился мне.

— Позволь приветствовать тебя, будущая государыня. Примите мои поздравления с государем Рендором. Я счастлив, что такое радостное событие могло свершиться.

У меня едва челюсть не отвисла. Будущая государыня?!! А меня не забыли спросить, хочу ли я такой чести?!! Я вообще не думала о том, чем теперь буду заниматься. Больше всего хотелось бы вернуться домой и забыть про это попадалово как страшный сон.

А Истинная Пара… ну мало ли, кто кому Истинная Пара. У Вейтара вон тоже была Истинная Пара. И что он с ней сделал?

Да, я переживала за Рендора, когда он был один посреди туевой хучи Черных. Жаждала помочь, даже пошла на убийство. Не собиралась прятаться и убегать, оставляя его на верную смерть.

И в те минуты я ощущала его самым близким и родным. Чувствовала, что если он умрет — я лишусь чего-то невероятно важного, сокровенного для себя.

Но все закончилось. Рендор в безопасности. Жизнь продолжается. Надо как-то думать, что будет дальше. И драконья королева из меня — как из известной субстанции пуля. Само собой, я была бы меньшим злом, чем безумная Джарра. Но уж точно не идеальной правительницей!

Не готова я к такой чести. Вот возьму и прямо сейчас заявлю об этом. Пусть Рендор не думает, что может все за меня решать!

Но я не успела и рта раскрыть. Мне помешал Вейтар, который снова задергался и замычал. Хозяин Южной Крепости пригляделся к нему и вздрогнул.

— Но ведь это Вейтар! Почему он связан?!

Рендор помрачнел.

— Пришло время перейти к той прискорбной вести, о которой я предупредил тебя вначале. Да, это Вейтар. Тот, кого я считал ближайшим другом и сподвижником… а ты — зятем, любящим мужем твоей дочери, скорбящим вдовцом, заботливым отцом. А на самом деле это — гнусный предатель и детоубийца. Твои дочь и внучка погибли по его вине, генерал Дормал. Он сам отправил их в лапы Джарры, зная, что она жестоко убьет и женщину, и девочку. А затем отдал ей и твоего внука. Родного сына.

Лицо мужчины окаменело. А Рендор рассказал ему об измене Вейтара. Что тот жаждал получить корону любой ценой, и для этого заключил союз с Джаррой. И чтобы доказать свою лояльность психопатке, принес в жертву жену и дочь.

Он не стал упоминать, что они были Истинной Парой. Я не поняла, почему — возможно, потому что представил меня как Истинную Пару и не хотел компрометировать это явление. Когда Рендор завершил рассказ, тесть Вейтара вонзился в него ледяным колючим взглядом. А короля спросил:

— Как ты собираешься поступить с Черными? У них мой внук.

— Я давно послал зов Лазурной Дружине. Они долетят сюда с минуты на минуту. Мы отправимся во дворец Джарры. Сейчас Черные обезглавлены и обескровлены. Многие воины Джарры дезертировали, некоторые убиты мной.

Как-то скромно он обозначил — «некоторые». Да он кучу их положил!

— Самое главное, — продолжал Рендор, — у Джарры нет прямых наследников. И в своем эгоизме она никого не объявила наследником на случай своей внезапной смерти. Ей было наплевать, что станет с ее народом, если она сдохнет. Поэтому Черным предстоит жестокая междоусобица. Пока что номинальная власть у первого министра. Он относительно разумен — насколько это возможно для того, кто много лет прислуживал Джарре. Он понимает, что у него есть шанс получить поддержку Лазурных, если сумеет угодить мне и наладить отношения. А твой внук — хороший повод для торга.

— Ты выторгуешь его жизнь и свободу в обмен на поддержку первого министра?

— Именно. Я не против, чтобы королем Черных стал именно он. Быть может, с ним мы сумеем договориться и наконец остановить бессмысленные кровопролитные стычки.

— Тогда надо поспешить! — резко бросил дед Мартина. — Пока власть у Черных не захватила какая-либо безумная клика. Я отправлюсь с дружиной.

Рендор склонил голову.

— Твое право, генерал Дормал. Но прежде чем мы отправимся, прошу тебя позаботиться и о моей невесте. Обеспечить ей достойное размещение, пока мы будем освобождать твоего внука.

Чего?! Достойное размещение? Вообще-то, я тоже хочу отправиться с Рендором вытаскивать Мартина у Черных!

Глава 73

И вновь я не успела вякнуть — мол, баба-яга против! Дормал поклонился.

— Твоя пара получит лучшую заботу и защиту, государь. Но он…

Хозяин крепости опустил взгляд на ворочающегося Вейтара. Взгляд, полный ненависти и боли.

— Скажи, для чего ты привез его сюда? Ведь не для достойного размещения с почестями и удобствами. Ты не убил его сразу. Желаешь, чтобы я судил его и предал казни?

Рендор мрачно качнул головой.

— Я мог бы сделать это сам. Но каково придется твоему внуку жить с сознанием, что его отец убил его мать и сестру, и отдал на растерзание его самого…

— Тогда что я должен сделать с ним?

Рендор шагнул к лежащему на полу Вейтару. С размаху пнул в бок, отчего изменник застонал.

— Что ты пожелаешь. Я не убил его лишь потому, что у меня не было времени дать предателю ту смерть, которую он заслужил. Просто перерезать горло — дар милосердия, после всех мерзостей, что он совершил. Я хочу, чтобы каждый миг оставшейся ему жизни он сознавал, к чему привели его преступления. Чтобы этих остатков ему хватило проклясть свои деяния и себя самого. И кто же сможет обеспечить это лучше, чем отец убитой им женщины, дед растерзанной девочки! Поэтому я принес его тебе, Дормал.

Рендор наклонился, схватил Вейтара за волосы и поднял его голову так, что тот был вынужден взглянуть прямо в глаза тестя.

— Ты все слышал, предатель? Твоя судьба отныне в руках Дормала. Понимаешь, что он сделает с тобой за убийство своих потомков?

Два родственника несколько секунд смотрели друг на друга. А потом Вейтар начал подвывать, тихо и жутко. Рендор вновь пнул его и отшвырнул к полу.

У меня под кожей забегали ледяные мурашки. Таким я его еще не видела. И никогда он так меня не пугал. Даже когда кромсал на куски Черных в бою. Там был бой, а тут поверженный противник. И лютая ненависть… за которой я ощущала что-то еще. Что-то помимо жажды справедливости и наказания для предателя.

Словно Рендор не наказывал, а мстил. За боль, причиненную лично ему, а не другим людям — пусть даже его подданным. А может быть — за вину, которую испытывал. И в чем же она была — что не сумел защитить женщину и детей? Или было нечто, чего я не знала?..

Дормал отдал команду. Двое оставшихся телохранителей схватили Вейтара за руки и ноги и попытались утащить прочь. Но Рендор остановил их.

— Я знаю, ты и твои воины связаны с тобой чарами. Ты можешь доверять им как себе самому, они никогда не предадут и даже не ослушаются. Но по пути его могут увидеть другие обитатели крепости. Нам не нужны лишние вопросы. Ради твоего внука.

Генерал подал знак. Один из воинов снял с себя рубаху и натянул Вейтару на голову. После этого они ушли со своей ношей.

— Почему он не сопротивляется? — удивилась я. — Он ведь в сознании. Он… раскаялся? Или так напугался того, что его ждет?

Мне ответил Дормал:

— Я надеюсь, что напугался. Есть чего — и он это знает. Но есть еще чары крепости. Они дают силы защитникам, укрепляют их волю — и подавляют дух врагов. Ублюдок понимает, что его ждет… и под действием чар может лишь покорно ждать своей участи.

В очередной раз я убедилась, что попала в суровый мир. Не в детскую сказку. Проигравшим тут не было пощады. Если бы Вейтар с Джаррой и Тайлири одержали верх, выть и покорно ждать своей участи пришлось бы нам с Рендором. А еще Мартину и много кому еще. Возможно, всем Лазурным Драконам.

— Вы не скажете Мартину?

Оба мужчины единодушно качнули головами.

— Пусть думает, что его отец пал героем, защищая своего короля. Так же пусть думают все драконы. Никто не узнает истинную судьбу Вейтара и его падение. Свита Дормала будет молчать. Я пойду по стопам Сендара. Буду перекраивать историю.

Горькая усмешка перекосила его лицо. Сендар? Почему Рендор вспомнил прадеда?.. Дормал тоже недоуменно посмотрел на короля.

— Мой предок посеял немало лжи, — лаконично и загадочно пояснил мой дракон. — А теперь мне приходится это разгребать.

Он осекся и посмотрел на горизонт. Я увидела знакомое зрелище — стремительно приближающуюся стаю слишком больших птиц. То есть, не птиц.

— Дружина здесь! — воскликнул Рендор и повернулся к Дормалу. — Пусть мою невесту проводят в отведенные ей покои.

Ко мне шагнул третий телохранитель Дормала. Точнее, первый — тот, что ушел с Ирсалой и Кейласом. Я и не увидела, как он вернулся. Жестом предложил мне следовать за ним, но я шагнула к Рендору.

— Нет, подожди! Я полечу с тобой!

Глава 74

— Глупости! — резко отрубил Рендор. — Ты не должна подвергаться опасности. Все знают, что ты моя Истинная. Захватив тебя, Черные смогут выторговать еще больше преимуществ, чем через Мартина… или, не дай бог, отомстить.

— Вот именно! А ты хочешь оставить меня одну в какой-то крепости. Генерал и его лучшие воины отправятся с тобой. И вся Лазурная Дружина. А если сюда прилетят Красные, пока ты будешь торговаться с Черными? И захватят меня. Мне безопаснее всего рядом с тобой, Рендор.

Мой упертый драконище чуть не позеленел. Я переиграла его ж аргументами.

— Залезай! — бросил отрывистым тоном, не предвещающим ничего хорошего.

Перекинулся, протянул крыло. Я ликующе взбежала ему на спину. Правда, интуиция так и кричала, что ликовать придется недолго. Ровно до момента, когда мы останемся наедине. Рендор не простит, что я переиграла его, да еще и при Дормале…

Стая огромных ящеров кружила над крепостью, дожидаясь вожака. Рендор взмыл в небо со мной на спине. Дормал с десятком воинов присоединился к нему. Мы полетели обратно через границу с Черными.

У меня неприятно засосало под ложечкой, пока мы пролетали над теми же местами, где мне уже удалось пролететь не так давно. Я чувствовала себя так, словно меня раскатало асфальтным катком. Опасность, бессонница, истощение физическое и моральное наконец дали о себе знать.

В какой-то момент я пожалела, что не осталась с друзьями, в теплой постельке, с вкусным обедом. Но отбросила малодушие. Я должна быть с Рендором. Да и Мартину я нужна. Все эти воины, настоящие мужики, вряд ли смогут поддержать его при известии, что он остался круглым сиротой. Даже не зная всей правды, мальчику придется тяжко.

Через несколько часов мы достигли уже знакомого мне дворца Черных — век бы его не знать и не видать! Хоть я изрядно нервничала, переговоры с врагами прошли удачно. Премьер-министр покойницы Джарры оказался ушлым, зато ничуть не воинственным драконом.

Как Рендор и предполагал, тот захотел стать королем при поддержке Лазурных, обещая принести магическую клятву не совершать набеги на наши земли, а ограничиться регулярными турнирами, в которых драконы выплескивали свою воинственность.

В доказательство мирных намерений Черный привел Мартина. Правда, тут же отгородил его от нас своими воинами. Но как только они с Рендором подписали мирное соглашение, уже не вражеские драконы расступились, пропуская мальчика.

Мартин подбежал к нам, по щекам катились слезы. Ему не причинили вреда в темнице, но как и я, он перенервничал и был измотан. И конечно же, он внимательно рассмотрел всех, кто прилетел с Рендором.

— А где папа, Иллари? Почему его тут нет?

Я тяжело вздохнула.

— Мартин… Папа защищал своего короля. Он настоящий герой. Но Черных было слишком много.

— Он… он погиб?..

— Как истинный герой. С мечом в руках.

Лживые слова слетали с моего языка так, будто всю жизнь я не занималась ничем другим. В голосе звучал пыл искренности. Я сама себе была противна — но выбора у меня не было. Не говорить же Мартину правду.

На глазах мальчишки блеснули слезы. Он быстро смахнул их — ну конечно, же, парни не плачут…

— Расскажи, — попросил он. — Я хочу знать.

— По дороге домой, хорошо? Как только король завершит дела с Черными.

Его взгляд сердито сверкнул. Он предпочел бы истребить всех Черных, а не вести с ними дела. Но он понимал свой статус в иерархии драконов и принимал решения своего короля. Мартин был мудрее, чем его отец, одержимый завистью и властолюбием.

Довольно скоро Рендор и новый правитель Черных церемонно раскланялись. Мой дракон перекинулся, мы с Мартином уселись у него на спине, и Лазурные покинули замок Черных. Тут-то я и взялась рассказывать ему о несуществующих подвигах Вейтара.

У меня была еще одна цель — чтобы Рендор слышал мои байки, и впоследствии не было расхождения в наших версиях героической гибели его генерала.

«А ты горазда врать, моя ненаглядная Истинная», — хмыкнул в голове голос ехидного драконища. Я возмутилась до глубины души — идея с героизмом Вейтара принадлежала ему самому. Я просто воплотила ее в жизнь. Хотелось бы мне послушать, что говорил бы он сам! А так — я взвалила на себя эту неблагодарную работу, и получила взамен подколки.

Обиднее всего было, что я не могла никак ему ответить, пока Мартин был рядом. Но непременно выскажу все что думаю, когда мы останемся наедине! Ох, берегись, злоязычный драконище!!!

Глава 75

До разговоров сегодня дело не дошло. Когда я немного успокоила Мартина, то достала сухари и местный аналог кумыса, который мне передали по просьбе Рендора еще в Южной Крепости.

Мы подкрепились, а потом я предложила ему устроиться спать. Теперь мы были в безопасности — при этом крайне измотаны. Мы прикорнули на спине Рендора — и я почти сразу провалилась в беспробудный сон.

А проснулась в мягкой, уютной… но незнакомой постели. Точнее — незнакомой она показалась мне сразу после пробуждения. Оглядевшись вокруг, я быстро признала соседнюю со мной спальню. То есть — королевскую.

Ну и дела. Наглый дракон притащил меня в свою кровать, пользуясь моим бессознательным состоянием! И где же он сам, хочется спросить?!

Я повернулась — и чуть не подскочила. Вот он, тут как тут. Безмятежно дрыхнет, брутальные черты почти разгладились. Не храпит — но посапывает во всю мощь драконьих легких!

Еле сдержалась, чтобы не пнуть его драконье величество по согнутым коленкам. Или еще в какое уязвимое место… Ишь, разложил меня под бочком, как будто я уже законная супруга и, упасите все боги, «государыня»!

Тихой сапой я выползла из-под одеяла. В моих планах было аккуратно выбраться из кровати и бесшумно покинуть спальню. Вернуться к себе, где все еще действовал магический барьер, установленный Ирсалой.

Не тут-то было. Мускулистая рука властно обвила мою талию. А следом прозвучал полусонный, но от этого не менее грозный голосище:

— Куда?!

Блииин. Ловить верблюдА! Наглый, бессовестный драконище! Я что, теперь и шагу не смогу ступить без контроля и отчета?!

Проговорила нарочито-приторным тоном:

— Дозволит ли его всемилостивейшее драконье величество ничтожной человечке отлучиться в уборную? Не то она сейчас лопнет и осквернит ваше королевское ложе.

Вот так. Скушайте, государь.

Рендор нахмурился. Неохотно разжал объятья.

— Иди.

Я молнией метнулась в туалет. А потом сразу же залезла в ванну, благо все было рядом, словно в смежном санузле квартиры эконом-класса. Кроме габаритов, конечно. Уборная Рендора по площади равнялась всей моей студии.

Я намывалась и плескалась, словно уточка. Не спешила в надежде, что его нетерпеливому величеству надоест поджидать меня и он свалит заниматься государственными делами. Не тут-то было. Я недооценила его нахальство и упорство.

Разумеется, я представляла, с кем имею дело, поэтому предусмотрительно закрылась на задвижку. Но меня это не спасло…

Вдруг, пока я безмятежно плескалась в ароматной пене, мощный удар вынес дверь. На пороге уборной выросла могучая фигура Рендора. Обнаженная от пяток до макушки. Никакого подобия плавок, набедренной повязки или чего-то такого.

Ну и я сама была в купальном костюме нудиста. Ойкнув, нырнула в пену. Но конечно, защиты с нее было не больше, чем с дверной задвижки. Внушительная груда мышц неумолимо надвигалась на меня.

Я сжалась в комочек и затравленно пискнула:

— Что, жалкие попаданки даже не имеют права на интимное уединение?

— Еще как имеют, — проговорил Рендор с пугающим придыханием. — На очень, очень интимное уединение… со своей Истинной Парой. Ты мне задолжала это уединение, Лариса. Наконец-то нам никто не помешает.

— И даже три оставшиеся девицы из твоего гарема? — съехидничала я.

— Забудь о них, — небрежно отмахнулся Рендор. — Сегодня же выделю им приданое, чтобы выбирали себе женихов с остальными.

— Достойное решение. И все же ты кое-что не учел.

— Что еще?! — нетерпеливо прорычал дракон.

— Мое желание! Спросить меня, хочу ли я с тобой уединяться. Никто меня не спрашивал, хочу ли я переходить в твой мир, играть тут роль богини, а потом становиться твоей Истинной Парой! Я вообще-то домой собира…

Я не договорила. Глаза Рендора захлестнула устрашающая тьма. В один прыжок он оказался рядом с ванной. Навис надо мной каменной глыбой, вот-вот расплющит… А потом ухватил под мышки, вытащил из воды, усадил на руки и понес обратно в спальню.

Я вырывалась, верещала, молотила его кулаками в грудь. Все бесполезно — только костяшки себе отбила о его стальные мускулы.

Рендор опрокинул меня на кровать. Мыльная влага, стекавшая прямо на постель, ничуть его не беспокоила. Тяжелый, накачанный торс навалился на меня — не выскользнуть, не увернуться. Настойчивые губы жестко впились поцелуем в мои…

Глава 76

Я отчаянно извивалась, норовя хоть как-то вырваться из железных объятий. Мои наивные попытки только будоражили дракона. Его губы догоняли мои, как бы я ни изворачивалась. Язык вторгался в мой рот, жадно овладевал мной, не признавая никакого сопротивления.

Но самое поразительное — не похотливая алчность Рендора, сметающая все границы… а моя реакция. Пока я барахталась под ним, во мне разгоралось пламя. Я хотела, чтобы он продолжал, не останавливался ни на минуту.

И в то же время строптиво упиралась и отбивалась… пытаясь не выдать, что хочу его победы. А Рендор то ли поддерживал мою игру, то ли всерьез намеревался заполучить меня любой ценой. Даже перед изнасилованием не остановился бы.

Когда дракон развел мне колени, я взбрыкнула со всей силой. Ухитрилась даже заехать ему пяткой в челюсть. Больно. Он поморщился, и только. А затем, продолжая придавливать меня к кровати, одной рукой потянулся к своей одежде, брошенной на полу.

Рендор вытащил из груды тряпок… ремень. Я взвизгнула. Ну нет, на игры в наказание я не соглашалась! Бить себя уж точно не позволю! Но у распутного извращенца были другие планы.

Он заставил меня вытянуть руки над головой. Стянул ремнем запястья и привязал их к столбу в изголовье кровати. А сам уперся могучими лапищами в мои бедра, не давая больше дергаться и вырываться.

По губам, только что жадно целовавшим меня, пробежала довольная усмешка.

— Вот теперь ты не будешь мешать удовольствию, Лариса. Ни моему, ни твоему…

С ужасом и смущением я поняла, что бесстыжий взгляд драконища устремлен прямо ТУДА… А я и верно не могу даже пошевелиться, чтобы закрыться от него… Огонь стыдливого возбуждения захлестнул меня. Если он так и продолжит смотреть, я… я просто умру! Сгорю, взорвусь!

Но Рендор точно был не из тех, кому достаточно смотреть… Он сладострастно облизнулся, опустился пониже… и приник ко мне языком! Я опять запищала, изгибаясь… теперь уже совсем от других чувств.

Вот теперь я уже никак не могла и дальше скрывать бушевавшее внутри пламя. Рендор прекрасно все видел и чувствовал… С каждым непристойным касанием я делалась все более влажной и горячей.

Казалось, он ласкал меня целую вечность. Истязал нескромными поцелуями, и я уже сама нетерпеливо ждала, когда же он перейдет к иному… Когда он оторвался от меня, посмотрел мне в глаза… я поняла по его потемневшему взгляду, что он тоже на пределе.

Наши глаза все сказали друг другу. Он больше не оттягивал самый волнующий момент. Переместил руки по обе стороны от моих плеч, подтянулся повыше… Вновь впился в меня поцелуем — и я почувствовала свой собственный вкус на его губах.

А в следующий миг исступленно простонала, чувствуя, как он вошел в меня. Острое, обжигающее чувство наполненности пронизало все мое тело, с пяток до кончиков волос… Мой дракон тоже издал опьяненный стон. А затем начал двигаться во мне.

Я уже не сгорала от страсти к нему. Я сама стала огнем, поглотившим и меня, и его. Наши тела забились в пульсирующем ритме. Вечный танец мужчины и женщины, без которого нет любви и нет жизни.

Сладкий трепет накрыл меня. Я дрожала, предчувствуя желанный пик нашего слияния. Чувствовала, что Рендор едва сдерживается, чтобы дать мне испытать блаженство — и лишь потом познать свое.

И я не стала оттягивать этот миг — отдалась во власть всепоглощающего экстаза. Мое тело дрожало, сжималось, пульсировало… А я кричала и стонала, больше не стыдясь и не сдерживаясь. Рендор еще крепче стиснул меня в объятьях — и тоже отпустил себя.

Я ощутила, как его внутренний огонь заливает меня изнутри. А из груди глухим рыком вырывается:

— Моя! Моя Лариса… Люблю…

И сдавленно прошептала в ответ:

— Я тоже… люблю. Твоя. Я твоя, Рендор!

Глава 77

Разомлевшая, растекшаяся подтаявшей мороженкой, я балдела в объятьях Рендора. Где-то на краю сознания теплился страх: вот сейчас он встанет, бросит меня, пойдет по делам. Как это любят делать мужчины, не уделив внимания женщине после секса, не погрев ее своим присутствием…

Но мой дракон не спешил даже выходить из меня… Не то что из комнаты. Бережно удерживая меня в объятьях, он перекатился на бочок, чтобы не придушить меня своей накачанной массой. Широкие ладони так и скользили по моей коже, лаская и согревая.

— Как же хорошооооо, — протянула я разнеженно. — Я так целую вечность проваляться готова…

Вредный драконище хмыкнул.

— Да что ты? И даже спрашивать ни о чем не станешь?

— А надо?

— Тебе виднее… Спрашивать, требовать. Вы, женщины, горазды на это, стоит мужчине размякнуть с вами.

— А ты размяк? Что-то не заметно! — хихикнула я. — А вот я — да…

— Поверить не могу, — ехидничал Рендор, и его тон удивительно контрастировал с нежностью, с которой ладони оглаживали мое тело…

— Ну если ты так хочешь… Спрошу, пожалуй, про Иллари. Как ты убедил ее помочь?

Голос короля вдруг помрачнел.

— Никак. Она сама пожелала помогать. Исправить свой же огрех.

— Какой огрех?..

— Лариса… это долгая и тяжелая история. А тебе сейчас хорошо. Может, не стоит портить момент прошлым?

— Прошлым? Ты меня окончательно заинтриговал! Я хочу знать, что произошло между тобой и богиней! Если, конечно, у тебя сейчас есть время…

Последнюю фразу я добавила мягко, сдержавшись и не проговорив вслух, что момент испортит лишь его уход. Все остальное, любые разговоры, даже самые тяжелые, только укрепят нашу близость.

Рендор вздохнул. Неохотно отделился от меня… развернул к себе лицом и начал рассказывать. О своем предке Сендаре, страшном преступлении и масштабной лжи. Лжи, которая должна была скрыть его поступок и очернить Иллари в глазах его потомков.

Он рассказал об истинном проклятье Лазурных Королей. Оказывается, Вейтар тоже был потомком Сендара и кузеном Рендора. Его жуткие деяния происходили из проклятья прадеда… и подхлестывались собственной жадностью и завистью.

Я вспомнила взгляд Рендора, полный мстительной ярости, когда он зло пинал беспомощного Вейтара, предавая его в руки тестя. Меня вдруг осенило, что стояло за его ненавистью и злостью, которые превосходили желание справедливого наказания.

Вина. Он с рождения считал Сендара кумиром. Понаставил всюду его статуи. Верил, что тот облагодетельствовал Лазурных. А тот оказался лжецом и детоубийцей. Тем же оказался и его потомок, которому Рендор точно так же доверял.

— Рендор… — прошептала я. — Ты ведь не виноват, что они тебя обманули.

— Они?

— Они оба. Твой прадед и твой кузен, твой друг. Ты верил обоим, как самому себе. А они оказались лжецами. Это их ложь, их вина. Не твоя.

Я попала в точку. В глазах Рендора мелькнула та же боль, та ярость, которую я видела в Южной Крепости.

— Я должен был заподозрить. Жена Вейтара не была так безрассудна, чтобы полететь с ребенком к самой границе. Да, она отличалась сильным характером. Была боевой женщиной, умела сражаться. Но она не рискнула бы дочерью! Она могла полететь туда, только потому что муж обещал быть рядом и предупредить о появлении Черных. А я поверил Вейтару, что это было ее решение. Мне и в голову не могло прийти…

— Вот именно! Никому не может прийти в голову, что отец способен убить свое дитя. Никто не может заподозрить такого. А Сендар еще и историю переписал. Ты даже не знал, что у него была другая жена, кроме твоей прабабки, и дети от нее! Они оба стоили друг друга, Сендар и Вейтар. Яблочко от яблоньки не укатилось.

— Я ведь тоже его потомок, Лариса, — проговорил Рендор. — Такое же яблочко. А ты — моя Истинная Пара.

Опа. И тут до меня дошло… Все это время я наивно не переносила опасность на себя. Но… он, выходит, тоже был под действием проклятья. А я — его Истинной Парой. Значит, моя жизнь, а главное — жизнь наших детей тоже вечно будут в опасности?!

Глава 78

Два дня назад.

— Я хочу, чтобы ты спас свою Истинную Пару, — молвила Иллари Рендору. — Я собираюсь помочь вам.

— Как?! Ты же бессильна.

— Поэтому сначала ты должен помочь мне. Ты уже начал. Ты был готов спасать Ларису, в одиночку сунуться на землю врагов, рискнуть жизнью, свободой, короной. Твоя Истинная оказалась для тебя важнее власти. Это первый твой шаг. А теперь нужно сделать следующий.

— Какой? — спросил Рендор.

Он был готов на все, чтобы спасти Ларису. Даже на сделку с этой богиней, которую он приучился ненавидеть за свою жизнь. Но кто знает, какое коварное условие она сейчас выставит?

Богиня молчала и с сомнением глядела на короля. Рендор почувствовал, что она сейчас так же колеблется и опасается, как он сам… Будто не уверена в нем.

— Говори! — воскликнул он. — Лариса должна жить! Она не заслужила умереть под пытками в руках Джарры. Я сражусь со всем ее войском, если потребуется!

Иллари вздохнула.

— А с самим собой?

— О чем ты? — не понял Рендор.

— Чтобы дать мне силу, ты должен… сдаться. Своим чувствам к Истинной Паре. Признать, что ваше единение и устремленность друг к другу превыше твоих личных амбиций. Превыше гордыни, мужского самолюбия. Подчас эта битва — самая тяжкая и непосильная для мужчины. Вам бывает проще сразиться с целым миром, чем с собственным эго…

Теперь Рендор умолк, пытаясь осмыслить слова богини.

— Если это поможет Ларисе, я готов. Но… что нужно делать для этого?

Иллари улыбнулась.

— Совсем простые вещи. И в то же время невероятно сложные. Приучить себя к ощущению, что ты не один. Не сам по себе. Я не про ответственность за подданных. Этому ты научен. Но тебе надо научиться такой же ответственности в отношении женщины. Той единственной, что будет рядом с тобой. Принять, что ее нельзя держать при себе как забавную игрушку и выбросить, как только надоест. Тебе придется привыкнуть, что она все время будет рядом с тобой. Когда ты хочешь предаться страсти и когда не хочешь. Что с ней нужно разговаривать о делах, а не просто забавляться ее телом. Ее нужно обнимать и ласкать не только в постели, но и просто чтобы выразить нежное отношение к ней. Наконец, нужно иметь к ней нежное отношение. Быть с ней чутким, ласковым, заботливым. Я говорю странные для тебя вещи, Рендор. Неприемлемые. Многие мужчины предпочтут выйти на бой с десятком врагов — но не менять свой образ жизни так, как я тебе описала. Чтобы наделить меня силой, Рендор, ты должен принять женщину в свое сердце. Раскрыться ей. Так ты раскроешься мне и отдашь то, что позволит мне спасти твою Истинную.

Рендор едва не зарычал. Богиня говорила так, будто для нее существовал лишь он сам и его род. А Лариса — просто инструмент. Пешка, которую можно смести с доски щелчком пальца. Плевать, что она тоже живая, чувствует боль и имеет право продолжить свой собственный род. Почему ее жизнь и смерть должны зависеть от него?! Разве он более ценен, чем она?

Ярость кипела и клокотала в нем. Ярость на богов, на их игры со смертными. Он хотел высказать богине все, что думал о ней. И смолчал. Какой в этом смысл? Его возмущения не изменят реальность.

Жизнь Ларисы зависит от него сейчас и будет зависеть еще десятки лет, если он сумеет вырвать ее из лап Джарры. Богиня не хочет или не может это изменить. А значит, ему придется принять этот «груз» и нести всю оставшуюся жизнь. Женщина, которая может погибнуть рядом с ним, если ему не хватит любви.

Иллари то ли испытывает его, то ли просто издевается, предлагая оставить Ларису на растерзание безумной королеве. И пускай его далекий потомок разбирается потом сам со своей Истинной.

Рендор скорее истечет ранами в бою с ордой Черных, чем поступит так. Он отвоюет Ларису любой ценой. Оказывается, цена — его жизнь рядом с ней. По чужим правилам. Что ж, пусть будет так! Еще поглядим, кто окажется в выигрыше.

— Я готов, богиня, — сказал он просто. — Спаси Ларису — и она станет моей королевой. Я стану обращаться с ней так, как ни с одной женщиной. Не дам проклятью даже щелочки, чтобы просочиться. Защити ее сейчас — а дальше я справлюсь сам.

На сияющем лике богине мелькнула довольная улыбка.

— Да будет так, Рендор! Самая сложная битва — с самим собой, и ты выбрал свой путь. Сейчас я верну времени его ход. Возвращайся к своему недругу. Не дай ему заподозрить, что ты узнал о предательстве. Пусть он верит, что ведет тебя на заклание. В нужный момент я появлюсь в храме и вмешаюсь в течение событий. Твое решение дало мне достаточно сил. Желаю тебе стойкости на пути — а удачу обеспечу сама. До встречи!

Фигура Иллари растаяла в воздухе. Зашевелились занавески на окнах. Рендор затянул туже перевязь меча на поясе, повернулся к двери и зашагал навстречу судьбе.

Глава 79

— Я ведь тоже потомок Сендара, Лариса, — проговорил Рендор. — А ты — моя Истинная Пара.

Кровь отхлынула от щек. Это значит, я в постоянной опасности? И дети, которые у нас родятся?!

Рендор заметил мою бледность и панику. Придвинулся ближе, крепко обнял.

— Нет, Лариса. Я скорее убью себя, чем позволю причинить вред тебе и нашим детям. Ты в безопасности.

— Но проклятье…

— Я не Вейтар. Я уже сумел преодолеть проклятье и сумею еще раз. Еще столько раз, сколько понадобится.

Видит бог, я хотела ему верить. Но если у нас родятся дети, слишком многое окажется поставленным на кон. Снова сомнения и опасения отразились у меня на лице. Рендор стиснул меня так, что я побоялась быть придушенной прямо сейчас!

— Если не доверяешь мне, доверься богине. Она сказала — каждое мое решение, которое укрепляет нашу близость, придает ей сил. Становится сильнее она — нарастает притяжение в Истинной Паре. И ослабевает проклятье.

— А Мартин? — спросила я. — Ему тоже придется постоянно сопротивляться желанию убить Истинную Пару? Он ведь тоже потомок Сендара!

Рендор мотнул головой.

— Иллари сказала, проклятье перейдет на других потомков, если я откажусь выручать тебя… а потом связать с тобой жизнь. Как видишь, я не отказался. Теперь Мартин свободен от проклятья.

— Если ты все-таки меня не придушишь, — пробормотала я сдавленно, всерьез опасаясь, что проклятье действует-таки через стальные объятья моего могучего драконища.

Рендор рассмеялся и выпустил меня.

— Прости. Мне казалось, девушкам так нравится.

— Твоим наложницам — может быть! — фыркнула я. — Со мной изволь быть аккуратным.

— Как скажете, моя королева! — продолжал смеяться этот наглец. — Буду покорно исполнять все ваши желания!

Это обещание навеяло мне одну мысль, которой до сих пор не находилось места в моей многострадальной головушке. Столько бурных событий, притом опасных для жизни, со мной произошло… Но теперь я не могла не вспомнить.

— Когда я попала в храм фейри, верховный жрец обещал, что мои родители и друзья будут регулярно получать от меня весточки, — я не стала объяснять Рендору про фейсбук, инстаграм и мессендежеры. — Будут считать, что я жива-здорова, работаю за границей… эммм, в далекой стране. Если Тайлири во всем лгала, может, и это тоже был обман? Ты можешь допросить этого жреца и выпытать правду?

Рендор кивнул.

— Я вчера отдал приказ отправиться к фейри и привести жреца Глориса в мой замок. Он будет здесь через пару часов. Не сомневайся — я оооочень тщательно допрошу его. У него просто не будет шансов солгать или утаить правду. И если он был замешан в интригах Тайлири — разделит ее участь!

Недобрый и зловещий огонь полыхнул в глазах Рендора. У меня по спине побежали мурашки… Все-таки мой король умел быть грозным и устрашающим. Такого лучше иметь в союзниках, чем в неприятелях.

Но едва он перевел взгляд на меня, как выражение лица тут же поменялось. На хорошо знакомое мне вожделение. Ненасытный дракон вновь потянулся ко мне — на этот раз с кристально прозрачными намерениями.

— А пока что у нас есть время… Не станем терять его даром…

Глава 80

Мы очень плодотворно потратили эту пару часов, прежде чем Глориса доставили во дворец. Получив донесение о его прибытии, Рендор оставил меня завтракать, а сам пошел организовывать встречу. После завтрака за мной пришли, чтобы проводить на допрос.

Жрец выглядел растерянным и подавленным. Ему было страшно — и я прекрасно понимала его. Его жизнь висела на волоске. Он клялся и божился, что ничего не знал о замыслах своей коллеги и любовницы. Он всегда чтил богиню — в том числе ее воплощение во мне.

Рендор скептически хмыкал на его пламенные заверения. В допросной комнате собрался десяток драконов с магическими способностями. Бедолагу жреца напоили каким-то варевом устрашающего цвета и запаха. Подозреваю, вкус был не лучше — надеюсь, мне никогда не доведется проверить!

Одурманенный зельем и заклинаниями, жрец принялся отвечать на вопросы Рендора. Он повторял раз за разом, что не знал о замыслах Тайлири. Как и все фейри, с радостью готовился к прибытию богини — то бишь меня…

Непохоже, чтобы Рендор был удовлетворен. Фейри — сильные маги. Как знать, вдруг чары драконов не действовали, и Глорис продолжал притворяться. Закончив, Рендор предложил мне задать свои вопросы.

Я принялась расспрашивать о его обещании поддерживать переписку с моими родителями. Глорис подтвердил, что мой виртуальный фантом был запущен и сейчас управляет всеми моими аккаунтами. Вот только получить доказательства я могла лишь на Земле.

— Вы можете переправить меня домой? — прямо спросила я.

Рендора аж перекосило от вопроса — и я поспешно добавила:

— На некоторое время, и потом вернуть сюда?

Рендор с облегчением вздохнул. А Глорис с сожалением помотал головой.

— Мне жаль… Лариса, — как и всем, ему приходилось перестраиваться: называть меня настоящим именем, а не «божественная». — Фейри способны управлять энергетическими потоками на Земле через фантомы. Но переправлять физические объекты — лишь в божьей воле. Только Иллари может тебе помочь.

Я нахмурилась. Легко сказать. Эта богиня помогает, когда сама хочет. Однако под лежачий камень вода не течет. Как там говорил наш земной бог — ищите и обрящете, стучите и откроют вам!

— Как я могу воззвать к ней?

— Провести ритуал в храме. Либо в нашем, либо в древнем храме драконов.

Древнем — это видимо в том, где я уже чуть не поучаствовала в ритуале… Нет уж, спасибо! Не горю желанием возвращаться туда.

— Вы поможете мне провести ритуал у вас?

Глорис с энтузиазмом закивал, радуясь возможности услужить. А вот Рендор опять надулся. Я прибавила:

— Государь Рендор даст мне сопровождение, чтобы у вас не возникло искушения повторить попытку Тайлири.

— Я никогда не осмелюсь, госпожа Лариса!

— Прекрасно. Тогда мы обговорим с государем сроки и известим вас.

Разговор с государем был долгий и бурный. Рендор пытался отговорить меня, убеждал, что сейчас храм древних гораздо безопаснее, чем храм фейри. Но я стояла на своем. Жуткие воспоминания были слишком свежи. Я не хотела возвращаться туда, где видела столько смертей и узнала столько чудовищных откровений.

В итоге на следующий день Лазурная Дружина почти в полном составе выдвинулась к фейри. Рендор, разумеется, не оставил меня без присмотра. Я летела у него на спине. Всю дорогу напролет мы обменивались то колкостями, то нежностями, то пошлостями — куда без этого с таким альфистым мачо!

Глориса несла Ирсала. Их с Кейласом подлечили в Южной Крепости и вернули в королевский замок. Подруга летела с нами как сильная чародейка — в подмогу воинам. А еще она собиралась участвовать со мной в ритуале. Поблагодарить Иллари за спасение — ведь это богиня устроила так, что они с мужем упали с крыла Черного, не разбились и спрятались от него. Ну и рискнуть, попросить богиню кое о чем очень важном для нее…

Через несколько часов полета мы прибыли в прозрачный сияющий храм. Нас встретили почтительные и напуганные фейри. Стая громадных ящеров могла напугать кого угодно. Да и Рендор злобно зыркал по сторонам, выглядывая опасность из-за каждого угла.

Меня он, разумеется, сгреб в охапку и не отпускал ни на шаг. Ирсала страховала с другого бока. Впереди шагал отряд из шести дружинников. Позади — остальные, с заклятыми мечами, которые сохранялись на них при перевоплощении.

И да — все полностью обнажены! С этим мне пришлось смириться, раз уж я затеяла эту авантюру с ритуалом в храме. Одеться моим будущим подданным тут не во что. Для Рендора я, конечно же, прихватила наряд с собой! Нечего моему королю сверкать перед красотками фейри соблазнительными мускулами!

Ну а остальные вольны делать, что захотят. Пусть красотки на них хоть пучками виснут. Слава богам, точнее, одной богине — я больше не обязана следить за всеми Истинными Парами в Илларане! Хватит с меня своей собственной.

Нас проводили в главный храмовый зал, где стоял алтарь Иллари. Над ним высилась прозрачная женская фигура. В первый миг я подумала, что это сама богиня поджидает нас, не дожидаясь ритуала. Но это оказалась ее статуя из лейрала — магического материала, из которого был построен весь храм.

Мы с Ирсалой встали у алтаря. Рендор неохотно отошел на пол-шага. Остальные драконы окружили нас, готовые к любым неожиданностям. Глорис и новая Верховная Жрица мелодично запели. В руках держали хрустальные кувшинчики, из которых поливали алтарь терпкой розоватой жидкостью.

Когда пение смолкло, мы с Ирсалой вдвоем воскликнули:

— Явись, божественная Иллари! Взываем к твоей милости и доброте!

Над алтарем взвился дымок. Сгущаясь, он окутал прозрачную статую. На минуту она полностью скрылась в плотной завесе. А затем дым рассеялся — и мы увидели вместо статуи живую Иллари!

Глава 81

— Здравствуй, Истинная Лазурного Короля! — чинно молвила богиня.

Я чуть не брякнула — и вам не болеть! С чего бы вдруг такой пафос и велеречивость? Вроде бы до этого общались по-человечески… Пришел черед поговорить по-божественному? Как мне ответить-то?.. Вспомнила, как обращались ко мне:

— Приветствую тебя, божественная Иллари! Благодарю, что явилась на наш призыв.

Богиня улыбнулась, вполне человечно.

— У Лазурных Владык есть привилегия взывать ко мне, как только я им понадоблюсь. Ты могла позвать меня прямо из своего дома.

Я мотнула головой.

— Мой дом на Земле, божественная. И об этом я хотела поговорить с тобой. Это ты перенесла меня в Илларан. Можешь ли ты вернуть меня обратно? Не насовсем, — поспешно уточнила я, глядя на округлившиеся глаза богини. И богов можно удивить! — Я хочу повидать родителей, показаться им живой и невредимой. И мне надо будет еще не раз возвращаться туда. В моем мире принято, что взрослые дети общаются с родителями… и показывают им внуков. Ну и супругов, желательно… если те не бывают чересчур заняты.

Иллари кивнула.

— Я поняла твои пожелания, Лариса. Да, я помогу тебе перемещаться на Землю, чтобы видеть родителей.

Я чуть не прыгнула богине на шею и не расцеловала ее. Но удержалась — мы тут обе гранд-дамы, богиня и… без пяти минут королева… Кому расскажи — засмеют!

— А ты можешь сказать, искренен ли жрец Глорис? Он обещал поддерживать иллюзию для моих родителей и друзей. Это не ложь? И вообще, мы можем ему доверять? Он не был в сговоре с Тайлири и Джаррой?

Я оглянулась на жреца фейри, но не увидела его. И вообще никого, кроме Ирсалы рядом со мной и Иллари. Остальных отгораживала плотная туманная завеса.

Иллари вздохнула.

— Фейри, мой давний народ, никогда не славились прямолинейностью. Ум этой расы тонкий и извилистый. Глорис всегда следовал интересам своего народа. Но он не желал владычества Черных и истребления Лазурных. Не был в сговоре с Джаррой и не знал о предательстве моей бывшей жрицы. И он исполнил то, что обещал тебе. Я теперь могу видеть намерения моих последователей. В отношении тебя они чисты.

— А в отношении моего… жениха?

Такое непривычное слово. Никогда никого так не называла. Не случилось в моей жизни мужчины, которого я могла бы так назвать. И никогда никто не появился бы… если бы я не попала в Илларан. Туда, где живет моя Истинная Пара.

— Моего Истинного, — поправилась я.

Иллари улыбнулась.

— Ничего, о чем вам стоило бы беспокоиться.

Я не стала пытать богиню. Если она не хочет выдавать мелкие интриги своего жреца, значит, и Рендору лучше оставить его в покое. О реальной опасности Иллари предупредит.

Осталось еще одно дело. Не мое, но очень и очень важное для меня.

— У моей подруги Ирсалы есть величайшая просьба к тебе. Я надеюсь, в твоих силах исполнить ее…

Я подтолкнула драконицу локтем в бок, предлагая высказаться самой. Ирсала помедлила… открыла рот, чтобы заговорить с богиней… и не произнесла ни слова. Я тоже напряглась, увидев, как лицо Иллари внезапно опечалилось.

— Я знаю, о чем ты хочешь просить меня, дитя.

Это «дитя» прозвучало странно по отношению к взрослой замужней женщине. Наверно, у богов так принято — их народ это их дети. Как хорошо, что от меня не ждали такого обращения! Весело было бы, если бы я назвала «дитя» здоровенного дружинника вдвое выше и втрое шире меня!

— Ты и твой Истинный достойны счастья, — продолжала богиня. — Жестокая королева отняла у него возможность летать, подарить тебе детей… и радости плоти. Я бы рада помочь вам, как никому другому…

Мы с Ирсалой сникли. Слова богини явно подразумевали «но». И конечно, оно прозвучало.

— Но сотворение или восстановление плоти — самое сложное действо во вселенной. Сложнее, чем прочесть намерения в душе, приостановить время или переместить человека между мирами. Я наберу достаточно силы не раньше, чем через несколько лет — если мой народ признает меня и будет почитать. До тех пор я бессильна помочь вашей беде…

Ирсала печально вздохнула.

— Что ж, если так, мы подождем, божественная… Смертный не вправе роптать на богов, какова бы ни была их воля… А если уж сами смертные лишили своего бога силы, пусть и невольно…

— Я не виню тебя и свой народ, — молвила Иллари. — Тот, кто разлучил нас, уже заплатил по своим счетам. Сейчас его потомок начал исправлять его грех. Я не чаю, когда смогу стать вашей полноценной защитницей и покровительницей.

— Ты всегда наша защитница, божественная… Мы будем чтить тебя и смиренно ждать, когда сила наполнит тебя вновь…

Смиренно ждать?! А молодость-то проходит. Я еще не вникала, есть ли разница в продолжительности жизни людей и драконов. Но даже если драконы живут дольше, и у Ирсалы с Кейласом впереди много лет, чтобы наслаждаться друг другом, все равно — годы воздержания это как-то чересчур! Конечно, лучше уж так, чем насовсем, как рассчитывала Джарра.

Но может быть, можно найти и другой выход? У меня в голове начала складываться одна мыслишка. Абсолютно безумная… но вполне вероятная и осуществимая. Если настоящая богиня пока что бессильна, может, справится другая, недобогиня-самозванка?

Глава 82

— Скажи, божественная… Переместить человека между мирами проще, чем восстановить плоть… А дракона? Могла бы ты переместить со мной одного из драконов?

— Конечно. Ты хочешь показать своему Истинному мир, где ты росла?

— Нет… то есть, да, хочу, но сейчас я имею в виду не его. Другого дракона.

— Это возможно.

— Нам нужно оставаться в этом храме или ты сможешь переместить нас из Лазурного дворца? Как тебя позвать, когда мы будем готовы?

— Смогу, Лариса. Место не имеет значения. Просто обратись ко мне мысленно — и я услышу.

Ну вот, полдела сделано. Теперь мне нужен Глорис. Мы с Ирсалой велеречиво поблагодарили богиню и попрощались. Сверкающая фигура растаяла в воздухе, а с ней и пелена, которая отгораживала нас от остальных.

Рендор радостно просиял, увидев меня целой и невредимой. Вот же параноидальный дракон! Трясется надо мной, как наседка! Даже от Иллари ждет подвоха, хотя богиня сама вытащила меня из-под ножа сумасшедшей жрицы.

Бросился ко мне, нетерпеливо обнял. Я ничего ему не сказала и не стала смеяться над его сверхзаботой. Обняла в ответ и поцеловала, от чего суровый драконий король расцвел и заулыбался, как дитя.

— Все хорошо! — шепнула ему на ухо. — Иллари добрая богиня и совсем не обманщица. Ей можно доверять, не переживай за меня.

Намиловавшись с Рендором, я занялась делом — а именно, жрецом Глорисом.

— На Земле ты можешь оплачивать разные денежные счета, верно?

Я решила не выпендриваться и не выкать местным жителям — ко мне тут все обращались на «ты» и другая форма у них не была принята.

— Все верно, Лариса.

— А если сумма будет довольно крупной? Больше, чем счета за мою коммуналку?

— Это не имеет значения. Фантом есть фантом — и неважно, какую сумму он должен изобразить.

На мгновение я задумалась. Все же мой замысел был незаконным по правилам земного мира. Но муки совести недолго терзали меня. Правила земного мира — помощь получает тот, кто может заплатить, а не тот, кто в ней нуждается. Если один раз произойдет наоборот, мир не перевернется, капиталистическая система не обвалится. Да и непонятно, кто пострадает, если фантом фейри заплатит несуществующими деньгами за мою задумку.

Покончив с муками совести, я предложила Рендору возвращаться. Глориса мы оставили в его вотчине, объявив о снятии всех подозрений. По пути назад я рассказала Ирсале и Рендору свой безумный план.

Дракон хохотал, как чумовой. А вот Ирсале было не так весело. Женщина напряглась, и я ее понимала. Мое предложение таило в себе риск. Одно дело — знакомые и привычные божественные чудеса, и совсем иное — иномирные чудеса техники… Ну и я не стала скрывать от нее, что такие вещи не всегда проходят гладко. Но решение так или иначе примет сам Кейлас.

По возвращении я изложила ему свою идею. Мужчина согласился без колебаний.

— Любимая, это шанс, — сказал он жене, которая тревожно обнимала его. — Если все пройдет гладко, то мы с тобой скоро будем счастливы, не дожидаясь укрепления божественной силы Иллари. Если же нет… так или иначе, через несколько лет она сможет мне помочь. Хуже уже не будет.

Скрепя сердце, Ирсала приняла его решение. А мне еще предстояло успокаивать своего ревнивого и беспокойного короля. Он тоже с тревогой воспринимал мое возвращение на Землю — пусть даже ненадолго.

Ну и успокаивала я его самым надежным женским способом… Удовлетворенный мужчина — спокойный мужчина! Не знаю, успокоился Рендор или нет, но точно не остался неудовлетворенным! Да и мне жаловаться было не на что! Страсть и выносливость дракона не шли ни в какое сравнение с парнями, с которыми я встречалась на Земле. С ним я раскрыла в себе такие штуки, о которых и подумать не могла прежде!

Глава 83

Уснули мы нескоро, а утром я пробудилась одна в огромной королевской постели. Служанка сообщила, что государь ни свет ни заря унесся по своим государственным делам. Вот ведь неутомимый! Совсем не думал, что выспаться не получится… А меня будить не стал. Хотя мне тоже надо было собираться к переходу на Землю. В ожидании такого серьезного события меня слегка потряхивало.

Позавтракав, я попросила служанку позвать государя попрощаться. Рендор принесся тут же. Я с трудом освободилась из его объятий и мысленно позвала Иллари.

«Божественная, перенеси меня в мою квартиру на Земле».

Меня окутал знакомый туман. А когда он рассеялся — я увидела стены моей однушки-студии в родном городе. После драконьего дворца они показались, мягко говоря, тесноватыми…

Первым делом я залезла в гаджеты. Проверила свою стену в соцсетях, затем полистала переписку в мессенджерах. Оказывается, Глорис заслал меня не куда-то там, а в Тайвань! Фото на фоне азиатских небоскребов потрясали воображение. Как говорится — чудны дела твои, Господи!

Тут же я написала в наш семейный чат, что мне предстоит срочная командировка в Москву, а перелет пройдет с пересадкой в нашем городе. И у меня будет несколько часов, чтобы увидеться с ними. В этом не было ничего странного — к нам летали регулярные рейсы из Китая.

Осчастливив родных, я занялась делом. До встречи с ними придется выждать сутки — поскольку написала я вроде как еще оттуда. И за это время мне предстояло разобраться с проблемой Кейласа.

Я заказала на Яндекс еде обед и ужин. Высовываться на улицу нельзя — мало ли кто из знакомых встретится, а по легенде, я прилечу только завтра. И залезла в дебри интернета.

Я составила список учреждений, которые могли помочь дракону. Порылась в отзывах, отыскала достоверные, и остановила выбор на одной из наиболее надежных клиник. Связалась с круглосуточной службой поддержки, выяснила сроки, цены, гарантии, ну детали самой процедуры.

Когда со сбором информации было покончено, я отправила в клинику заказ. Подтверждение пришло оперативно, а с ним — счет на кругленькую сумму. Тут я опять залезла в мессенджеры.

В контактах у меня появился один новый. Со странным символом вместо имени. Туда-то я и переслала счет, полученный от клиники. Сообщение тут же пометилось прочтенным, а через час клиника подтвердила оплату.

Я присвистнула. Вот это фантом! Раз — и готов. Да, жалко, что фейри не снабдили меня им раньше! Жила бы не тужила!

Остаток дня я провела за тщательным изучением своих лент и переписок. Не хватало брякнуть что-нибудь не то в общении. Ну а на следующий день я поехала к родителям. Там же поджидала бабуля и другие родственники.

Меня засыпали расспросами и обнимашками. Я вдохновленно расписывала свою работу и блистательные перспективы, которые меня ожидают. Извинилась, что не привезла сувениров — поскольку собираться пришлось экстренно. И взяла на заметку, что в следующий раз надо запастись драконьей экзотикой, выдав ее за тайваньскую.

Так прошло четыре часа. А потом родные на трех машинах взялись провожать меня в аэропорт. Я не стала спорить. Но когда мы доехали, то наобнималась с ними и распрощалась у стоек регистрации. А сама быстренько побежала в туалет. Прямо из кабинки обратилась к Иллари:

«Божественная, я готова вернуться домой! Перенеси меня во дворец Рендора!»

Туалет аэропорта заволокло божественным туманом. Вскоре я стояла в спальне своего драконища, по которому успела жутко соскучиться. В Илларане царила ночь, и Рендор мирно похрапывал в своей громадной постельке.

Едва я сделала шаг — как он чутко пробудился… и я тут же убедилась, что он соскучился. Сильно соскучился! Хотя прошли всего лишь сутки.

Неделю я провела в Илларане, осваиваясь в новом статусе «будущей государыни». Ну и готовилась к свадьбе — Рендор не собирался откладывать это событие в долгий ящик. К счастью, мне почти ничего не пришлось делать — все хлопоты взяла на себя Ирсала, как более опытный в брачных делах абориген. Самой ответственной работой для меня стал выбор платья. Глаза так и разбегались при виде роскошных вариантов, которые предлагала драконья мода.

Выбрала я, в пику местной моде на лазоревый и другие оттенки голубого, чисто белый. Очень уж хотелось мне выглядеть настоящей земной невестой. Может, еще получится притащить смартфон или фотоаппарат, сфотографироваться и похвастаться родным. Пусть хоть на фото женихом полюбуются, порадуются за меня!

Платье было не слишком пышным, но изящно подчеркивало фигуру. Глубокое декольте обрамляли воздушные кружева. Элегантная юбка струилась в пол, переливалась и мерцала искорками, словно волны под луной.

Ирсала одобрила мой выбор. Мы вместе хихикали, предвкушая реакцию Рендора, когда он меня увидит в таком роскошном и соблазнительном наряде.

Точный день свадьбы было решено назначить, как только мы с Кейласом вернемся с Земли. Отправились мы туда через неделю после моего первого визита — как подошло назначенной клиникой время.

Я передала Иллари, куда нас нужно переместить. Если богиня и удивилась, то мы не смогли этого разобрать. Мы с Кейласом очутились в туалете аэропорта Бангкока — да не простом, а для гендерно небинарных людей!

Только там мы и могли оказаться вдвоем сразу. Оставить дракона одного в первый миг перемещения я не решилась. Незнакомое место, незнакомый мир — как знать, какие проблемы могли возникнуть.

Ну а выйти вдвоем из кабинки мужского или женского туалета тоже не получилось бы. Так что это либерально-толерантное новшество стало для нас прекрасным выходом. Ну и могло подготовить Кейласа к тому, что ждало его дальше…Потому что я записала дракона в самую популярную бангкоксую клинику для людей, желающих сменить пол!

Глава 84

Я, конечно, всячески позаботилась оградить дракона от некоторых особенностей нашего мира. Например, попросила Иллари не наделять его знанием языка, чтобы не знал, кто вокруг него и с какими намерениями.

С врачами и персоналом клиники общалась сама по-английски, а Кейласу переводила то, что ему было необходимо понимать. Когда мой друг удивленно таращился на гендерно небинарных личностей, я объясняла ему, что у этих людей произошла такая же травма как у него — по разным причинам, и в нашем мире это дает вот такие последствия.

В клинике мы провели пять дней. За это время Кейлас пересмотрел все сезоны Тома и Джерри, весь «Ну погоди!» и другие мультики, которые не требовали бы знания языка. За компанию и я с ним. Глорис снабдил мою карту приличными средствами, и я сразу же заказала новенький айпад, чтобы нам с драконом не скучать.

Ну а когда операция и все процедуры реабилитации были произведены, мы покинули клинику. Назад телепортировались прямо из ближайшего торгового центра — проверенным способом через туалет.

И тут же угодили в объятья наших возлюбленных. Ирсала визжала как девчонка, увидев невредимого, улыбающегося Кейласа. Ну а Рендор стиснул меня так, что я испугалась размазаться и приклеиться к своему Истинному насовсем!

— Как ты? — нежно прошептал мой король таким звучным басом, что шторы заколыхались. — Никто из твоих земляков к тебе не приставал?! Или придется все бросать и идти в твой мир разбираться с наглецами!

Я хихикнула.

— Поверь, там где мы были, я никого не интересовала! Вот Кейлас был в опасности, — шепнула я как можно тише, чтобы Ирсала не услышала. — Не всерьез, конечно! Исключительно как объект сексуального интереса.

— Вы что, были среди женщин? — нахмурил лоб Рендор.

— Не совсем. Я позже расскажу тебе.

Но позже нам стало не до разговоров. Я окончательно убедилась, что Рендор отделался от гарема бесповоротно и дожидался меня, не прибегал к помощи на все готовых дам. Пылкостью и ненасытностью он превзошел себя самого!

Мы наслаждались друг другом днем и ночью, любовью, разговорами и просто взаимным присутствием. Дни шли, до свадьбы оставалась какая-то пара дней. И я, и Рендор с нетерпением предвкушали этот день. Но нас ждал сюрприз.

Мы с Ирсалой сидели в ее гостиной. Драконица зачитывала мне список гостей на свадьбе, рассказывая о тех, с кем я не успела познакомиться. А я отметила, как она похорошела и расцвела. Мне поднадоело слушать о незнакомых мне людях — то есть, драконах. И я поинтересовалась:

— Ну что, ты довольна операцией Кея? Судя по твоему цветущему виду, у него все работает без перебоев?

Ирсала расплылась в улыбке.

— Я так благодарна тебе, Лариса! Мы в неоплатном долгу у тебя. Я теперь не могу представить, как бы я ждала еще несколько лет, пока наша богиня наберет сил… Конечно, мы не можем зачать малыша, но в этом она нам поможет. Мы дождемся. А сейчас как же мне хорошо, Лариса! И Кею тоже.

— Я очень за вас рада!

— Ты тоже довольна государем Рендором как мужчиной? — заговорщицки подмигнула Ирсала.

— Нууу… да! Еще как!

— Но кстати, в последние дни ты стала бледнее обычного. Надеюсь, все в порядке?

Я пожала плечами. Между мной и Рендором все было хорошо, но вот мое самочувствие как-то шалило. Иногда чувствовала головокружение, да еще какие-то странные мысли посещали, что-то вроде раздобыть бы маринованных огурчиков да сырокопченой колбаски, и навернуть бы это все в салатике под сочным майонезом… Наверно, ностальгия по Земле замучила. Попросить что ли Иллари транспортировать меня в какой-нибудь гипермаркет на продуктовый шоппинг… Устроить Рендору и друзьям гастрономическое знакомство с питанием моего мира!

Ирсала сощурилась.

— Скажи, а тебе в последнее время не хотелось съесть что-нибудь необычное?

— Ну да… Колбасу… это, не знаю как объяснить, такое крученое мясо со специями… и еще всякими разными штуками. Как повезет.

Ирсала подняла бровь.

— Лариса…

— Что?

У меня было такое недоумевающее лицо, что подруга вздернула уже обе брови.

— Лариса!!!

— Да чего?!

Ирсала продолжала смотреть на меня, как на слабоумную.

— Ты правда не догадываешься, что с тобой?

— Ну… соскучилась наверно по всякой гадости из моего мира. По жирненькому, копченому, по глютамату натрия — куда ж без него, родимого…

— Лариса-Лариса. Все земные женщины так наивны? Или только те, кто забеременел в первый раз?

— Забере…

Тут я подскочила как ужаленная.

— Ты что, думаешь, я того?! С чего бы вдруг?

Ирсала фыркнула.

— А что, разве ты принимала противозачаточные зелья? Может, из своего мира какие средства?

— Н-нет… но… мы же совсем недавно… люди обычно долго встречаются, живут вместе, прежде чем это самое… У меня подруга два года не предохранялась, пока не забеременела.

— Вы Истинная Пара. Зачатие случается в первую же ночь. Я думала, ты хочешь поскорее ребенка, раз не спрашивала меня о зелье. Сама я сразу принимала его после свадьбы — хотела побыть свободной от материнства, посвящать себя изучению магии…

Драконица печально вздохнула.

— Кто же знал, что с Кеем такое приключится. Сколько я себя потом проклинала за те зелья. И теперь еще несколько лет ждать, пока Иллари поможет нам стать родителями. Так что радуйся, что ты не спохватилась и не стала предохраняться. Никто не знает, что ждет нас впереди.

Я сочувствовала подруге, но все мои мысли были заняты ее предположением. Неужели правда?! И эти огурчики… никогда их не любила, а тут прямо из головы не идут — вынь да положь!

— А ты проверить можешь?! Ты же наверно и в этом разбираешься?

— Могу, — кивнула Ирсала. — Ложись.

Я вздрогнула, припоминая земные гинекологические кресла.

— Ложиться?! Я думала, ты магией…

— Магией, не руками же! — хихикнула она. — Просто чтобы тебе не устать.

— Аааа! Так бы сразу и сказала!

Я плюхнулась на один из симпатичных диванчиков. Ирсала присела рядом и принялась водить ладонью над моим животом, не касаясь его. Делала она это минут пятнадцать, я чуть не уснула.

А потом так и взвилась всем телом, когда подруга радостно объявила:

— Есть! У вас девочка!!!

Глава 85

От этой счастливой новости я чуть не грохнулась в обморок. Рендор-то что скажет?! Если уж для меня такой стресс — он и подавно выпадет в осадок… Мужчины такому редко рады… Конечно, он король, ему нужен наследник. Но девочка?!

Ирсала вся сияла и лучилась, как будто это у нее залет, а не у меня. Даже не обращала внимания на мою отмороженную физиономию.

— Надо скорее обрадовать государя! То-то радости всем драконам! И хорошо, что свадьба так скоро, не придется переделывать платье…

— А с чего это государю и драконам радость, — буркнула я. — Впрочем, не им же рожать!

Как бы то ни было, объявлять Рендору о таком событии по-любому придется. Я направилась в свои — теперь уже в наши покои — и отправила к нему слугу с просьбой навестить невесту по возможности. И уселась ожидать, как положено верной добропорядочной супруге.

Дверь между нашими спальнями, некогда заблокированная мной и замком, и магией, теперь почти все время была открыта. Днем, когда мы занимались каждый своими делами, частенько любовались друг другом, мельтеша сквозь дверной проем. Отличный вариант семейной жизни! С ужасом представляю, каково пришлось бы ютиться с женихом в моей однушке. А если потом еще и ребенок появится — я бы вообще удавилась!

Рендор почтил меня визитом где-то через час. Государственные дела не бросить в ту же минуту. Вошел, радостный и улыбающийся. Увидел мое напряженное лицо и вмиг помрачнел.

— Лариса?.. Что-то случилось?!

Бросился ко мне, не зная, обнимать или искать обидчика, чтобы навалять тумаков.

— Случилось, — вздохнула я. — Залетели мы с тобой.

— Что?.. Куда? Мы вроде бы уже неделю никуда не летали… После того, как я показывал тебе наше Хрустальное Озеро, где пройдет церемония бракосочетания.

Ха-ха. Ну да, это я употребила глагол местного языка в земном смысле, вот Рендор и не понял. Опять вздохнула, поглубже.

— Беременна я, Рендор. Девочка.

И чуть не зажмурилась, ожидая бурной реакции дракона.

Рендор отреагировал очень бурно. Но не так, как я опасалась. Подхватил меня, оторвал от пола и закружил вокруг меня.

— Лариса! Девочка моя ненаглядная! Теперь уже — девочки мои ненаглядные! Вот это новость! И давно?! Что ты молчала?

— Как узнала, так и сказала, — прохрипела я, сдавленная могучими руками дракона. — Может, поставишь меня на пол и отпустишь? Не то твои ненаглядные девочки сейчас задохнутся…

Он поспешно исполнил мое требование.

— Ох, прости, любимая… Теперь надо быть с тобой аккуратнее. Надо спросить у целителей, не опасно ли тебе теперь заниматься любовью…

У кого что, а у Рендора первая же мысль про это! Впрочем, мне тоже хотелось уточнить это обстоятельство. Отказываться от секса на девять месяцев беременности у меня желания не было. К тому же… вдруг драконьих детей вынашивают дольше?!

Рендор зацеловал меня всю с головы до ног — за отсутствием информации о противопоказаниях к сексу. А потом нехотя ушел вершить дальше свои важные мужские дела. Я же направилась к Ирсале, пытать ее своих, не менее важных женских делах.

Подруга обрадовала меня, что с малышкой все в порядке, и супружеские радости ей не повредят. Само собой, от всяких экспериментов или жестких форм лучше отказаться — исключительно мягко-нежно! Меня вполне устраивало! Иногда мой дракон становился совсем уж неистовым, это мне тоже нравилось, но от ванильно-сладкой нежности мне тоже было очень хорошо.

А еще она раскрыла мне удивительный секрет. Оказывается, вынашивание и выкармливание драконьих детенышей прилично удлиняло срок жизни их человеческой матери. Один месяц прибавлял аж два года! Так что у меня появлялась возможность сравняться в продолжительности жизни с моим драконом-долгожителем, который мог дожить до двухсот лет.

С такой приятной, хоть и стрессовой новостью, мы продолжили подготовку к свадьбе. На следующий день из Южной Крепости прилетел Мартин — пока еще не сам по себе, а с дружинниками его деда.

После похищения и остальных ужасных событий мы так и не виделись. Мальчик оставался с дедом, не возвращался в королевский замок. Я отправляла ему письма и телепатические сообщения через Ирсалу. И безумно обрадовалась наконец увидеть лично.

За два месяца он не то чтобы сильно вырос — но повзрослел и возмужал. В глазах появилась печаль, свойственная взрослым людям, которые прошли через жизненные тяготы. Он так и не узнал правды об отце.

Как Рендор и хотел — для всех Лазурных Драконов Вейтар остался героем. Пал, защищая своего короля. Правду знали только мы с ним, да Ирсала с Кеем, да генерал Дормал, дед Мартина и тесть предателя. Любой из пятерых скорее дал бы себе отрезать язык, чем выдал горькую истину. Ну и не стоит забывать об Иллари.

Как раз богиня была самым слабым звеном в нашей благой лжи. Как знать, чем руководствуются боги в общении со смертными. Если она однажды решит, что Мартину необходимо узнать правду — никто не в силах ее остановить. Но пока он был ребенком, даже богиня не станет проводить его через столь непосильное испытание.

И только Иллари и Дормалу было ведомо, что стало с Вейтаром. Да может, Рендор вдавался в детали судьбы фальшивого друга. Я никогда не узнала и знать не хотела. И надеялась, что от этой правды меня избавят все боги и богини.

Завидев меня, Мартин просиял и чуть не бросился на шею. В полшаге остановился.

— Илла… ой… я хотел сказать, Лариса! Как я рад тебя видеть! Тебя же сейчас нельзя обнимать, чтобы не навредить принцессе!

Я расхохоталась.

— Кто сказал такую чушь, Мартин? Можно и очень даже нужно! Запомни: беременность — не болезнь! Пригодится, когда встретишь свою Истинную! Не надо уж совсем над нами квохтать и оберегать.

Мы с Мартином радостно обнялись.

— Ну рассказывай — как ты там проводил время у дедушки, чем занимался?

— Учился перекидываться и сражаться! И в драконьем обличье, и в человеческом! Покажу тебе, как я бьюсь на мечах! Хочу стать могучим воином, как папа!

Я постаралась улыбнуться как можно светлее и непринужденнее.

— Ты обязательно им станешь, Мартин! Папа будет гордиться тобой там, в вышних мирах! Он обязательно увидит, каких успехов ты достиг и еще достигнешь!

Мальчик посерьезнел.

— Да. Я все время думаю о нем, когда учусь. Что ему понравилось бы, что бы он сказал про мою учебу. Я хочу, чтобы он гордился мной! Жаль, что он сам не сможет научить меня воинскому искусству.

Я обняла его.

— У тебя есть дедушка. Он достойный дракон и мужественный воин. Он обязательно научит тебя всем воинским премудростям. Ну и есть еще наш король! Скажу ему, чтобы находил время тренироваться с тобой!

Мартин расплылся в улыбке.

— Это будет честь для меня! Я жду не дождусь дня, когда займу место в Лазурной Дружине!

— Я тоже, Мартин! Мы с дочкой обязательно поздравим и порадуемся за тебя!

Про себя я подумала, что искренне желаю, чтобы Лазурная Дружина осталась лишь гордым и почетным наименованием. Ну и устрашением для возможных маньяков, подобных Джарре.

Я надеюсь и буду молить всех богов Илларана, чтобы на этой земле больше не случалось войн, чтобы во всех странах настали мир и процветание. Теперь, когда вернулась богиня любви, больше Истинных Пар обретут друг друга, в мире станет больше счастья и покоя. Я буду молиться, чтобы этот мир забыл о войне. Чтобы им правила любовь.

Эпилог

Хрустальное Озеро — священный водоем Лазурных Драконов — светилось изнутри нежным голубым сиянием. Стоя на берегу, я видела глубокое дно — настолько чистой и прозрачной была вода. Мое отражение в белом платье мерно колебалось едва ощутимым бризом — свежим и легким.

Позади стоял Мартин, придерживая шлейф моего свадебного наряда. Рядом — Ирсала, с букетом невесты в руках. Ни той, ни другой традиции среди Лазурных не было. Это я объявила, что после обручения брошу свой букет в толпу незамужних девушек — и та, которая поймает его, непременно обретет Истинную Пару.

Разумеется, перед этим пообщалась с Иллари, чтобы она дала добро на такое действо. Все-таки Истинные Пары отныне находились исключительно в ее ведении — а я так, скромная драконья королева, погулять вышла.

С возвращением богини отнюдь не все драконы обрели разом своих Истинных. Некоторые пары наоборот расстались, ибо утаивать корыстные намерения друг от друга и от себя теперь стало невозможно. Но некоторые уже узнали друг друга.

Пока моя торжественная свадебная церемония готовилась, несколько драконов успели сочетаться скоро, без лишней пышности — но и без проволочек. На самом деле я завидовала им. Ничего не имела против скромной церемонии в узком кругу самых близких друзей.

Но увы — королям такая роскошь недоступна. Поэтому я сейчас стояла на берегу местного заповедного природного объекта, в окружении всех высокопоставленных дракониц. Среди них была даже одна бывшая наложница Рендора. Но я ничуть не ревновала — потому что она обрела свою Истинную Пару и сейчас, как и я, ждала торжественного появления драконов-мужчин.

Рендор преподнес знатный подарок мне на свадьбу. Зная, как я отношусь к гаремам, он издал королевский указ об их полной отмене. Правда, к нему шла небольшая поправочка. Если сами женщины не захотят уходить, а мужчина взаимно не пожелает с ними расставаться — они все дружно могут сочетаться браком! При искреннем добровольном согласии всех участников, и главное — участниц действа.

Я собиралась предъявить благоверному, что аналогичный закон должен быть издан и для женщин, которые желают сочетаться с несколькими мужчинами разом. А то мало ли, вдруг найдутся желающие. Но решила промыть ему мозги после свадьбы — до нее у нас и так хватало хлопот. Ишь, умный какой, тихой сапой продвинул закон о многоженстве. Нет уж, пусть будет равенство во всем!

Сейчас, конечно же, мои мысли занимали не какие-то полигамные браки, а мой собственный, неумолимо приближающийся. Часики тикали, отсчитывая последние мгновения девичьей вольницы. Уже совсем скоро я стану не просто солидной замужней дамой — а королевой!

На горизонте показалась темная туча, которая при приближении проявилась стаей громадных летучих созданий. И вот уже драконы закружили над озером, опустились на берег и обратились толпой шикарных, атлетичных и совершенно голых мужчин.

Со спины одного из драконов сошел Кейлас — единственный одетый среди них. И стащил за собой огромный мешок. Развязал его — и тут началась странная и необычная возня. Впрочем, странной она казалась только самим драконам, для меня все было совершенно ясно и логично.

Кейлас и еще один дракон перевернули мешок. Из него вывалился ворох тряпок, драконы принялись разбирать его и одеваться. Когда я услышала, как проходит церемония королевского брака, я выдвинула Рендору условие. Ни одного голого мужика на моей свадьбе!!!

Мой драконистый женишок попытался что-то там вякать — мол, традиции… Но я упрямо стояла на своем. Еще чего не хватало — чтобы сотни голых мужских задниц сверкали там и тут, отвлекая внимание женской половины от торжественного события.

А главное — чтобы мой будущий супруг сверкал своей задницей перед сотнями чужих женщин, вызывая у них недопустимые в моем представлении мысли. Уж слишком она у него соблазнительная!

Я понимаю, когда надо внезапно перекидываться и лететь воевать или на срочные переговоры с соседями — тут уж волей-неволей приходится терпеть такую драконью особенность. Но в мирное время пусть изволят одеваться. Потерпят, похлопочут. Я же терпела.

Когда мои будущие подданные мужского пола привели себя в божеский вид, ну а сам жених и государь нацепил парадное облачение — мы наконец подошли друг к другу. Рендор, хоть и немного сбитый с настроя вынужденной процедурой одевания, выглядел цветущим и сияющим.

Я тоже расцвела в улыбке. Вот он, мой король. Мой Истинный, самый лучший мужчина! Не без изъянов, что уж говорить. Но такой, какой есть — и мой единственный! Никто больше в целой Вселенной не подходит мне лучше, чем он. И я для него тоже — лучшая и единственная, и он меня признал.

Мы крепко обняли друг друга. Взялись под руки и пошли к воде. Там нас ждал новый Десница Рендора — замена предателю Вейтару. По закону он должен сочетать нас. Мы повторили красивые, проникновенные слова брачной клятвы. Десница торжественно объявил нас мужем и женой. Мы поцеловались — и тогда над водами Хрустального Озера выросла белоснежная фигура Иллари.

Впервые богиня показала себя стольким драконам сразу. Она благословила нас своим напевным голосом, а вместе с нами — всех Лазурных Драконов, обещая нам обретение Истинных Пар, процветание и благополучие нашим детям.

Драконы разразились радостными возгласами, приветствуя и богиню — и нас, короля и уже официальную королеву. Ну а я наконец запустила букет невесты в толпу незамужних девушек. Не вглядываясь, что за счастливице Иллари его направила, еще раз обняла и поцеловала мужа — не по церемониальному протоколу, а по желанию сердца.

— Моя Лариса… — прошептал он. — Как ты? Как малышка?

— Лучше всех, — улыбнулась я за двоих. — Мы обе счастливы. А ты?

— Смеешься?! Да здесь нет ни одного мужчины счастливее меня! Наконец-то ты моя перед всеми, и уже никуда не денешься! Никто тебя не заберет, ни один наглец!

Можно подумать, до свадьбы мой порог обивала толпа наглецов, жаждущих отнять у короля его Истинную! Да на меня холостые мужчины глаза поднять боялись, видя, каким зловещим взглядом государь изволит сверлить их, едва они ко мне приближались. Рендор ревностно оберегал свое сокровище, и сокровищу, то есть мне, это очень даже нравилось!

Мне ведь тоже никто не нужен, кроме моего властного и мужественного короля, со всеми его тараканами! Поэтому пусть ревнует и охраняет сколько его душе угодно.

А когда родится наша чудесная принцесса, он будет втройне оберегать ее. Я боялась даже вообразить, каким ревнивым папашкой станет Рендор! Как бы не пришлось выбивать у него свободу для девочки, чтобы не запер ее в башне, как драконы из сказок.

Впрочем, все эти трудности меня не пугали. Я знала — мы преодолеем любые разногласия, пройдем любые испытания вместе. Ведь мы нашли друг друга — и это главное. Остальное — дело житейское, как говорится в земной присказке. Любовь укрепит нас друг в друге, даст нам силу и радость. Мы станем прочной и крепкой семьей. Каждый сделает все возможное и невозможное, чтобы остальные были счастливы.

— Я люблю тебя, мой замечательный ревнивец! — прошептала я королю моего сердца.

— Люблю тебя, моя упрямая королева! — ответил он, а в глазах заиграли шаловливые искорки. — Надо уже поскорее разогнать толпу и остаться наедине… Ты ведь знаешь о второй части ритуала? Только когда мы пройдем ее, брак считается совершенным…

— У меня на родине говорят — консумированным… — ответила кокетливо, в тон мужу. — Так чего мы ждем? Разгоняй свою толпу!

Рендор тут же зычно крикнул:

— Драконы! Ваши король и королева благодарят вас за радость и почести! Теперь вы все можете вернуться во дворец и праздновать наше торжество! Вас ждут пиршественные столы! Ешьте и пейте за здравие ваших правителей!

— Ура королю! Ура королеве! — загремело со всех сторон.

Я чуть не заткнула уши, чтобы не оглохнуть от криков торжества — а потом от хлопанья многочисленных крыльев. Один за другим наши подданные перекидывались и взлетали, оставляя на земле обрывки одежды.

Вскоре мы с Рендором остались одни — и я испугалась, что мое нарядное платье постигнет та же участь. Так ему не терпелось избавить меня от свадебного одеяния. Я напомнила ему, что нас теперь две — и ему надо быть бережнее со своими девочками…

И мне было не на что жаловаться. Мой дракон умел быть страстным и бережным одновременно. Наша брачная ночь стала нежной, горячей, полной любви и радости. И я знала — такой же станет наша жизнь, что бы ни ждало нас впереди!

* * *

Ну что ж, история завершилась, герои поженились, поздравляю вас и себя с этим долгожданным событием))) Напоминаю подписчикам и очень прошу новых читателей: НЕ ПИСАТЬ В КОММЕНТАРИЯХ, ЧТО ВЕЙТАР ОКАЗАЛСЯ ЗЛОДЕЕМ!!! Не лишать сюрприза тех, кто только начал читать книгу)))

Благодарю вас за интерес и внимание к нашим героям)))) А еще приглашаю в свою новинку "Не желай меня, враг!" Желаю самого захватывающего чтения)))))

Каждый мужчина вокруг меня желает получить и подчинить мой колдовской дар. Каждое покушение на мою невинность вызывает страшный всплеск огненной магии. Я не знаю, выживу или нет после мужских посягательств.

Смертельная угроза не останавливает их — властных, алчных, жестоких и коварных. Мой корыстный опекун, зловещий чародей, вражеский генерал-чернокнижник и сам император — все они ищут средство овладеть мной, укротить опасный дар.

Я брошена в стаю хищников. Единственная защита — непокорный дар огня, смертельная угроза для них и для меня самой. Поможет ли он мне отстоять свободу и честь? Или кто-то из врагов окажется хитрее?

Nota bene

Еще больше книг в Дамской читальне. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

https://litnet.com/book/proklyate-lazurnogo-drakona-b214157

Content

Волкова Светлана Проклятье Лазурного Дракона

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79

Глава 80

Глава 81

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Эпилог