Людмила

p1fujlgnko1ta3s7e12sa1ln8l2c4

В. Линште

РЖАВЧИНА

1

В кастрюле начался шторм, и я забросил в нее пельмени.

Однообразное меню взамен трудностей с готовкой.

Словно трактор, управляемый пьяным машинистом, из-за

угла микроволновки медленно выполз таракан, явно

страдающий дозой полученных токсинов. Он шевелил усами.

И, я клянусь, он уставился на меня. Мы долго смотрели друг

на друга. Ему было нечего терять, а я представил, как ему

паршиво. Из сострадания я оставил насекомое доживать

последние секунды, еще раз помешал уже готовый

полуфабрикат, слил воду, переправил всю сотню штук в

тарелку, добавил в нее кусок сливочного масла. Таракан уже

лежал на спине. Казалось, он сложил руки за головой, беззаботно смотрит в потолок, и кто знает, что сейчас у него

в мыслях.

Едва я отправил первого пельмеша в рот, тут же

беспощадно проколов вилкой следующего в очереди, зазвучал мобильник.

- Да?

- Срочно нужно сбросить 7 кг.

Голос был приятный. Возможно, сказывался долгий

перерыв с женщинами.

- 7 кг… - повторил я, растягивая время. – Дайте мне еще

какую-нибудь информацию о состоянии вашего тела.

- Лучше давайте я приеду, на месте все решим.

Я продиктовал адрес. Аренда заканчивалась, меня совсем

скоро бы выселили из спортзала, который в том числе был

моим домом. А какой ты тренер без спортзала? Девушка с

приятным голосом была очень кстати.

Мне скоро стукнет полтинник, за свою жизнь я ничего, кроме таланта «накачки задниц» не приобрел. И, надо

сказать, в этом я воистину гений. Еще бы – столько лет (я

закатил глаза в потолок, пытаясь в уме высчитать, сколько

точно, но старость – штука злая, потом вычислю на

калькуляторе) потратить на работу в тренажерных залах.

Жены ушли, подруги разбежались. Говорят, потому что я

много пил. И продолжаю. Но пил я всегда с ними вместе.

Наверное, они не выдерживали этого. Бог с ними. Жизнь

потрепала меня, можно впасть в уныние. Но как можно

унывать, когда почти каждый день видишь фигурки вроде

этой, которая назначила встречу…

- Но почему Вы обратились именно ко мне? В городе тысячи

тренеров.

Я просто не мог понять, что с ней делать – фигура

складная, короткое платье обтягивало так, словно было

тщательно проклеено по ней. Все на местах, где отыскать

целых 7 кг. Я рассматривал ее, прокручивая процесс

безумного поиска «лишнего» по всему ее телу. Безуспешно.

- Мне Вас порекомендовала Диана.

- Ах, ну да, Диана. Давайте так, сегодня у меня море дел, завтра и начнем. Мне нужна предоплата.

- Договорились. Завтра и начнете. Я лично буду привозить

и увозить Елену сама.

С минуту я молча смотрел на нее, пытаясь старым

пропитым мозгом поверить в «Елену».

- Кхм… Как Вы сказали ее зовут?

- Елена.

От облома я ощутил, как перенапряглась моя нервная

система. В секунду я успел сделать вид, что сориентировался

в ситуации. Не люблю такие подставы. Хоть я и чувствовал

себя идиотом, сохранить умное лицо, скорее всего, удалось.

Она обнажила жемчужные зубы в улыбке, раскрашенной

классическим красным, и удалилась.

Пришло уведомление от банка. Деньги появились.

2

Я уселся, приготовившись съесть остальные 99 пельменей, и уже отправил вилкой второй. Снова звонок.

- Все хорошо, Вадим?

- Да, замечательно, спасибо.

- Как и договаривались, 1500 за час, за 30 ежедневных

занятий.

- Да, вся сумма на счете. Даже пара тысяч лишних.

- Ладно. Это небольшой бонус. Слушайте. Эта Елена - моя

подруга. Мы летим с ней через месяц на море. Я хочу, чтобы

к этому времени на ней ни грамма лишнего не осталось.

Раньше я ее отправляла к другим тренерам. Они ее

вымучивали, она становилась грустной, из-за этого шла в

какой-нибудь Бургер-Кинг, и съедала втрое больше, чем

сожгла. В этот раз с ней таких проблем не будет. Я с ней все

время рядом, кроме одного часа, в который она с вами. Но

мне нужен 100% результат.

- Ладно. Все будет ок.

- Я очень на это надеюсь.

Трубка завершила диалог, а я продолжал представлять ее

прекрасные формы, туго обклеенные платьем. Шикарное

тело. Дайте мне еще несколько минут подумать о ней, потом

расскажу, что было дальше.

3

Наступил этот день.

Елена ввалилась в раздевалку, хмыкнув «здрассссь!».

Конечно, эти лишние 7 кг смотрелись отвратительно в

сравнении с телом…

- Виктория, – наконец назвалась заказчица. Она явно умела

читать мои мысли. Я пожал ее ухоженную ручку, ее подруга

прошла в раздевалку.

Мне пришлось отменить пару выездных дежурств на неделе

в других спортзалах. За небольшие деньги, но за тамошний

кайф – дежуришь такой себе по спортклубу от 6 до 12 часов.

Болтаешь с посетителями о том, о сем, потягиваешь

молочные коктейли, разглядываешь дамочек в разных позах, пока они стараются над прелестями, добавляя им упругость.

Елена переоделась, и мы начали. Что ни говори, скучные

дела никому не нравятся. Весь час я физически находился

над ней, как Дамоклов меч. Мысленно же я пребывал с

Викторией. И не заметил, как она, уже минут десять

наблюдала за нами. О чем бы я не думал, какой бы чепухой

не была забита моя голова, в спортзале я всегда звезда. Я

профи, все у меня уже наработано до автоматизма. Так что, никаких отстраненностей никто не заметит.

Я нехотя отправил Елену в раздевалку, потому-что наедине

с Викторией находиться физически было тяжело.

- Как она?

- Что? А, Елена? Да, порядок. Она молодец. Мы справимся.

Таинственная Виктория махнула пальчиками:

- Тогда до завтра.

Я смог только кивнуть. В ее присутствии я перестал

помнить, кто я такой. Вадим Рудин я, кажется так. Но это не

100%.

Иногда я и вправду пытался понять, кто же я. Глядя на свои

руки, мог сказать, что из меня бы получился хороший

гитарист или художник. Или тренер. Так я же и есть тренер!

Значит, все идет своим чередом.

Одно я ненавидел. Бюрократию и прочие бумажные

заморочки, связанные с ней. Анкеты, заполнение бланков, трудовые книжки. Ни разу в жизни я не работал официально.

Наверное, из-за фобии к документации. Да я даже пиццу

заказываю с таким трудом, что мне легче было бы ее

приготовить самому. Раньше звонишь в такси, говоришь

адрес. Тебе говорят цену, и ты соглашаешься и ждешь. Или

говоришь «спасибо, не надо», и звонишь где дешевле. Сейчас

это регистрация в приложениях, ввод адресов, определение

геопозиции (не всегда правильное) и черт знает, что еще.

Поэтому, чтобы не работать как все нормальные люди, с

социальным пакетом, я арендовал небольшой спортзал и

работаю, как и когда хочу. Во всяком случае, я так думаю.

Зазвонил телефон. Я как раз вымыл руки, и теперь, не

найдя полотенца, я вытер их просроченным извещением из

Налоговой.

- Спортивный клуб, - сказал я.

Или я Вадим Рудин?

- Это Диана, - нежно раздалось из трубки.

- Да, точно, вы меня рекомендовали, я очень благодарен.

- Такого специалиста стоит советовать другим. У тебя

талант, не отшлифованный, но в этом он тем более

особенный.

- Приятно слышать. Только дела у меня на волоске.

- У тебя все получится, просто немного надо потерпеть.

- Дианочка, спасибо. Думаю, ты звонишь не просто

поддержать меня. Чем я могу быть полезным на этот раз?

- Я дам твой номер Черной Невесте.

- Черной Невесте? Я ни разу такого имени не слыхал.

- Это ее псевдоним. Никто не должен знать настоящего

имени. Это связано с ее работой.

- Я что, даже на занятиях должен буду называть ее

Невестой?

- Да. Такие особые пожелания. Тебе нужен клиент или нет?

Я могу доверять только тебе. Ты никогда не треплешься о

своей работе, а многие не любят утечки любой информации о

них.

- Это будет ей стоить, можете передать.

- Если все получится, я могу до конца своих дней платить

тебе по тысячи в день.

- А можно сразу вперед, хотя бы за 10 лет, на банковскую

карту?

- Нет. Ты спустишь все на выпивку и поездки.

- Хорошо, разрешаю дать мой номер этой твоей Невесте.

- Черной Невесте.

- Да. Черной.

Диана отключила связь.

Ну, неплохо, дела и в самом деле пошли на лад.

Оставшиеся деньги – последняя звонившая была права – я

действительно хотел прокатать (я часто уезжаю на денек-

другой в любое другое место, лишь бы из города). Но

случилось непредсказуемое нашествие тараканов в мой

арендуемый спортзал. Я оплатил работу службы, уничтожающую подобные проблемы, и, оказалось, некстати.

Вдобавок проблема не была решена. Хороший бизнес у них.

После оплаты нерешенной проблемы я рассчитывал на новых

клиентов, а их все не было. Еще неделя, и я оказался бы без

крыши над головой и без спортзала. А какой ты тренер без

спортзала?

В дверь настойчиво постучали несколько раз. Сердце

перешло на более глухой стук, словно пытаясь стать

беззвучным.

Я открыл. Передо мной стоял Игорь – управляющий, в том

числе моим помещением. Но вел он себя всегда так, будто он

его собственник. Огромное пивное пузо, узкие глазенки на

темно-коричневой роже, и ростом выше меня на две головы

он мысленно произносил про меня всякие гадости. И

произносил он их в своей азиатской башке настолько громко, что клянусь, я их слышал.

- Когда будешь съезжать? Или найдешь деньги за

следующий месяц?

Непомерная ненависть и отвращение возросли к нему в ту

минуту во мне. Я смотрел на это жирное брюхо, засаленную

клетчатую рубашку, о которую, скорее всего он вытирал руки, кушая плов без приборов. Кулак жестко влетел в этот

клетчатый мешок, Игорь согнулся. Второй кулак встретил его

снизу в подбородок. Я еще подумал, может мне прикончить

его. Смотрелся он жалко, упал на гостевой диван и корчился, хватая воздух. Я вытянул показавшийся из кармана край его

бумажника. Фото голых девушек, вырезанных из «Плейбоя», и одно настоящее – старой азиатки. То ли матери, то ли

жены. Все одно. Я оставил его, прихватив банковскую

карточку с чипом. Я знал, что перед тем, как он ее

заблокирует, я успею сделать покупку до 1 000.

Я плелся в супермаркет, подавленный мыслями. Да, дела, что висели на ниточке, как и весь мой мир, улучшались. Но в

этот момент радости не прибавлялось. Лето, и то не радует.

Возможно, потому-что оно совсем скоро закончится? Небо в

сером. Что будет дальше, спустя месяц-другой? Через год.

Доживу ли я. В мыслях возник образ меня – жалкого, лежащего под одним из ржавых тренажеров. Игорек

вызывает полицию, говорит им, как обнаружил мой труп.

Ликует, хотя всем видом скрывает это. Наслаждается, гад, как меня тащат в мешке с молнией. Скоро он получит залог –

все мое оборудование. Из него, конечно, он и копейку не

выжмет, только продаст за бесценок. Для него это большие

деньги. Целый год можно не работать. Будто он работает.

Важничает, и только. Интересно, успеют перед моей смертью

его депортировать? Вряд ли. С каждой минутой холодало, через час-другой обрушится холодный ливень – небо уже

было полу-черным. А я размышлял, быстро хватая с полок

необходимое: бутылку джина, пачку пельменей, сливочное

масло.

«Зачем все это? Человек рождается и умирает. А между

этими двумя точками болтается в ожидании. Когда кончится

зима, когда подойдет твой маршрут до С., когда придет

выпить и переспать с тобой Т., и так далее, и тому

подобное…».

У кассы передо мной стояла только среднего возраста

парочка супругов, и их мальчуган лет 9-ти, которому они

сразу же вручили трехцветное мороженое на палочке с

красной верхушкой.

Мальчуган этот выглядел странно и вел себя странно. На

нем была розовая бейсболка. Он с маниакальной жадностью

зубами разорвал упаковку, и в буквальном смысле

непристойно поглощал изделие. Он несколько раз быстро

шуровал красным кончиком мороженного туда-сюда, совал в

рот, тут же вынимал, и делал это так искусно, что меня чуть

не стошнило. Затем он нежно и медленно касался его языком.

Я посмотрел на лица родителей, те даже не придавали

значения. Может, просто я спятил. И зря раздражаюсь на

людские выходки.

На кассе снова спросили, нужен ли пакет - в этот раз у

меня. Я спешил, и поэтому как всегда ответил, что не нужен.

- 997 рублей.

- Оплата картой. Спасибо.

Пакет, по-моему, стоит 5. Мое везение присутствовало во

всем. На выходе я вышвырнул карточку, отвинтил крышку с

бутылки, отхлебнул. Зажал ледяную пачку полуфабриката

под мышку и побежал к приятелю, живущему неподалеку –

начался ливень.

4

- Интересно, а люди поверят, если им рассказать, что

Ефремов сыграл последнюю роль в своей заканчиваемой

жизни? Я имею в виду, ему заплатили за этот спектакль. Ради

потрясения публики. Ну, ты же знаешь, если каждый день

обычный таджик… Или узбек. Ну хорошо, согласен, без

ярлыков. Если каждый день пьяный водитель такси великой

нашей страны с 1117 городами хотя бы раз в день сбивает

кого-нибудь, будучи в нетрезвом состоянии, это же просто

статистика. На этом скандал не получится. И пока все

обсуждают эту утку, за их встревоженными и озабоченными и

даже оскорбленными душами творятся крупные дела.

Например, Новая Конституция. Да что угодно. Отвлекай и

властвуй.

Мы допили пузырек в пол-литра. Приятелю всегда

приходили на ум истории на тему «тайных заговоров».

Поэтому-то я и предпочитаю верить литературе. Самой

лживой из лживых видов лжи. Потому что все выдуманное в

ней оговорено сразу: я тебе лгу, можешь верить, можешь нет, но это все неправда. Парадокс, но так выходит честнее.

- Никит, ты что-нибудь слышал про Черных Невест?

Этот вопрос своего рода спусковой крючок, как и все

остальные, подобные. Меняешь только «Черная Невеста» на

«НЛО» или что-то еще. Приятеля прорывает в бесконечных

теоретических рассуждениях на любую загадочную тему.

Пока он трепался, а я не слушал его, потому-что лавина

мыслей обвалила все мои логические построения, кончился

дождь. Мне было пора идти. Напоследок я спросил Никиту:

- Ты на ТВ-3 работал?

- Чего?!

- Нет, ничего, я так. Пока.

5

Вы когда-нибудь видели, как трахаются тараканы?

Мерзкое зрелище. Особенно когда ты стар. Я все больше

терялся в рассуждениях о том, какая из реальностей

правильнее. Во сне или в вере в неправду. Или в том, что

видишь открытыми глазами. Есть у меня подруга. Типа

таролог. Она себя так называет. Я ее в шутку называю

ведьмой. То есть, это она думает, что это в шутку. Похожа.

Мне такие нравятся. Вообще, безумные женщины

интересные. Только заходить далеко с ними - нужна

выдержка. Они все рано или поздно начинают пудрить мозги

мужику, но пусть уж лучше она несет чушь про свою

«идеологию», в данном случае гадания на Таро, чем про то, какой ты, козел, мудак и неудачник.

Спортзал был закрыт. На столе лежала записка. «У тебя два

дня. Не заплатишь – выметайся. За синяки я с тобой

покветаюсь потом». Так и написал, «покветаюсь». Что ж, у

меня целых два дня.

Часы щелкали.

Я смотрел на это глупейшее изобретение человечества.

Надо же – прибор, который измеряет сам себя. Хомо сапиенс

и не такое выдумывает. Все ради того, чтобы не жить в скуке.

Я отвернулся на бок, не раздеваясь. На мне были все те же

ботинки, джинсы, рубашка и кожанка сверху. Было лень даже

укрыться. Ночи становились прохладнее, а если учесть еще и

время после дождя, продрогнуть можно. Согревали мысли о

Виктории. На самом деле выпитый горячий кофе, но мне

больше нравилось думать, что мысли о Виктории.

Уже ночь, сегодня днем будет много дел. Засыпай, старый

дурень. Но я себя не слушался. Мыслемешалка не давала

заснуть. Черная Невеста. Почему она еще не позвонила…

6

Не так ужасно, когда тебя разбудил луч солнца, попав

точно на закрытые глаза. Раньше я верил, что худшего

пробуждения и представить нельзя.

Еще одна вера разрушена.

За стеной дрожал перфоратор. Недавно моими соседями

стали, да-да, я помню, что говорил мой приятель - подберу

другие слова - соплеменники Игорька. Такие же остроглазые

и коричневые. И такие же важные. Они открыли салон

красоты. Надо же. Они что-то понимают в красоте. На стенде

розовым по-черному был текст: «Маникюр. Педикюр.

Парикмахерские услуги. Шугаринг. Телефон». Этот стенд

каждое утро со стуками выносился ими изнутри, цеплялся на

замок с цепью, как неповоротливая собака. Неужели они в

самом деле рассчитывали, что этот стенд могут украсть?

Обычно я просыпался под этот грохот, зная, что через час

зазвенит мой будильник, выходил на улицу, закуривал, соседи здоровались со мной, я отвечал. Сегодняшнее утро

началось автоматными очередями дыркодробителя.

Закончился кофе, ни одной сигареты, и я проклинаю

соседей.

Сначала я подумал, что забыл отключить будильник на

своем 5s. На экране высветился «Неизвестный номер».

Антиопределитель, значит. Ладно.

- Доброе утро, Вадим.

- Здрасьте. Кто это?

- Черная Невеста. Вам Диана говорила обо мне. Я могу

рассчитывать на вашу порядочность?

- На порядочность вряд ли. Она лишь упомянула об

анонимности.

- Да-да-да-да-да, – приятно захохотал голос из динамика, –

Это я и имела в виду.

- Что ж, у меня есть время на…

Я сделал вид, что листаю ежедневник. На самом деле

собирал со стола бумажки и бросал их в ведро, вспоминая, какие часы будут самые безопасные для нее.

- С 9 до 10 вечера в любой день кроме воскресенья

устроит?

- Да, конечно. Можно начать сегодня?

- Конечно!

- Тогда до встречи, Вадим. Адрес ваш Диана сообщила.

- До вечера.

Дожил. Теперь я тренирую то ли международную

террористку, то ли наемную убийцу. Надо бы купить сигарет

и что-нибудь от тараканов.

Я пошел в раздевалку. Там у меня душ, раковина, сортир.

Удобно. Под скамейкой я обнаружил картонки и

промасленную бумагу с логотипами Бургер-Кинг. Отлично.

Все больше тайн связывают меня с клиентками.

7

Никогда еще я так не переживал по поводу новеньких. И

дело не в загадочных условиях. Даже если и в них, то самую

малость - мне уже почти 50, а не 25 или 30, чтобы я

заморачивался по глупостям. Я чувствовал себя весь день

словно сидящим на кактусе, потому-что вдруг вспомнилось, как я чувствовал себя тогда - в первый день своей

тренерской деятельности, 30 лет назад. Это была женщина-

проблема. Когда директор клуба передал мне анкету со

словами: «Только ты, как самый ответственный, можешь это

сделать. Но будь с ней очень аккуратным. Очень!», я на

полном серьезе подумал уйти куда-нибудь еще, например, в

грузчики или дворники. Клуб этот кстати - первый и

единственный спортклуб, в котором я был наемным. Тогда

еще - неопытным пионером, еще только мечтающим перейти

в ранг комсомольцев. Я чуть было не сжег свой красный

пионерский галстук, точнее, красный бейджик с заголовком

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ ТРЕНЕР ВАДИМ РУДИН. Потому-что Елена

(это имя преследует меня всю жизнь), моя первая «жертва», судя по тестам, имела столько противопоказаний, что

непонятно, как ей вообще получалось хотя бы думать о таком

странном виде суицида. При том, ей было тогда 40, мне 20. И

только страх быть выселенным в суровое осеннее время за

неуплату квартиры заставил сделать выбор в пользу

несчастной. В пользу моей несчастной зарплаты, естественно.

Это сейчас не страшно остаться на «гостевом режиме», шляясь по знакомым и друзьям. Да и на улице подохнуть

теперь кажется очень романтичным, даже чем-то

героическим. С красивой последней мыслью, что я все же не

прогнулся под давящий мир. А еще меня преследуют уже

несколько месяцев идеи, о неком временном переходе назад.

Каким-то загадочным реверсом, будто меня все время

откидывает в прошлое, с жестокой настойчивостью «повтори

еще раз, ты не доделал это». А что «это» – я не знаю.

Нескончаемый сброс. В детстве я так изголялся над муравьем.

Летом, на даче, за столом. Он лез по теплому стакану с почти

допитым чаем, а я подставлял ложку, он заползал на нее, а я

его возвращал назад. Муравей все равно полз вверх, а я

снова его обманывал. Он даже делал паузу, я тогда еще

думал, что он придумывает другие способы. Но все равно, спустя секунду, упрямо лез выше. Тупое животное. Чтобы не

показаться клиническим параноиком, еще скажу. Еще не было

ни одного месяца за все тридцать лет работы, чтобы у меня

не было среди клиенток хотя бы одной Елены. Называйте это

как хотите. Меж тем на бесполезнейшем приборе истории

человечества натикало 20:54.

8

Из самого черного, каким только может быть этот цвет, из

чертовски тюнингованного, насколько это возможно Camaro

изящно, словно в замедленной съемке вышла она. Я ожидал

ее увидеть как «Викторию, только в черном», но к старости

фантазия притупляется, сами видите, насколько. Черная

Невеста, одетая в розово-черный топ, выдающий без того

сочные выпуклости и светло-фиолетовые шорты, из под

которых тянулись такие длинные ноги, что сама Катя Лисина

бы наверное впала в истерику. Темные волосы тянулись тугой

косой до самой по… Поясницы. Заканчивалась вся эта красота

внизу кроссовками, сочетающими все три цвета, упомянутых

выше. Но это я помню не точно. Сердце мое забилось где-то в

горле, я хлебнул из фляжки верного виски, чтобы ком отлег.

Все равно у меня наготове всегда кофе, запаха перегара я не

боялся. Я боялся эту женщину. Сколько же в ней роста…

Дверь была около окна, через которое я наблюдал

приближение клиентки, стоя в паре метров от него. Она

вошла.

- Вадим Рудин?

- Черная Невеста?

Мы задали этот вопрос друг другу одновременно. И

одновременно ответили друг другу «Да».

- Очень приятно, - сказал я, чтобы сгладить хор.

- Сразу к делу, - ответила новенькая.

- Энтузиазм я люблю, - начал кривляться я, - начнем-ка с

разминки.

- Я начинаю сомневаться, туда ли я попала. Диана человек

слова, какая еще разминка, малыш?

- Гм… Хорошо, жим ногами.

А сам думаю: «Вот сейчас моя очередь глумиться, посмотрим, кто из нас сверху!».

- Ахах…Ахахахахахахахахахахахахахахахахахахаха…Ха-ха-

ха-ха-ха-ха-ха-ха-ах-ах-ха-ха! И: ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

И еще: ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Я глотнул кофе. Поставил кружку на какую-то подставку.

Возможно, стол. Руки в боки, взгляд изподлобья на нее. Лицо

очаровательное, такого не увидишь нигде. Но я везучий.

- Ладно, - Черная Невеста сделала серьезное лицо, -

садись, разложу по полочкам.

Она села на гостевом диване, вытянула ноги, достав до

моего стола, положила одну на другую.

Мое наигранное сопротивление угасло. Я сел напротив нее, глядя на ноги. На ее ноги.

9

- Малыш?

- А?

- Слушаю вас, Невеста.

- Черная, - сказала она, - Диана вас очень хвалит. Только я

начинаю сомневаться в вашем профессионализме.

- О, не сомневайтесь.

На минуту я выпал из реальности происходящего. Гормоны, которые еще не переставал производить мой полувековой

организм, крепко ударили по мозгам.

- Ауууу! Я говорю, мне нужен Динамит.

- То есть… Да, я понял… Вы пробовали искать через

Даркнет?

- Дурачек. Я ищу Динамита. Прозвище такое. Вам бы такие

вещи помнить еще возможно.

- Хорошо бы аванс…, - я прищурился и тычу в нее ручкой.

- Конечно. Сколько вы берете?

- 20 баксов в час, - максимально надменно произнес я.

Она улыбнулась, протянула мне 15 тысяч рублей.

- Это сразу за 10???

- Это аванс.

- Неплохо. А теперь подробнее…

- Я слышала, что лучший атлет России всех времен был

недавно в фитнес-центре Марк Аврелий – Плаза.

- Погодите… Если это тот, о ком идет речь, то должен

разочаровать – он умер 12 лет назад.

- Нет, это не так. Иначе я бы к тебе не обратилась.

- Тогда, если вы знаете, где он бывает, почему сами не

найдете?

- Я должна быть уверена, что это точно он. А то развелось

всяких, простите, пародий… Бадюки, Кокляевы…

- Может, Цыпленков подойдет? Я немного знаком с ним.

Черная Невеста одарила таким взглядом, что мне стало, мягко говоря, не по себе. А меня трудно испугать.

- Я очень надеюсь, что Диана о вас не зря лучшего мнения.

До скорого.

Ее длинные ноги исчезли за дверцей черного Шеви-Камаро, а затем исчез и сам автомобиль. Чему я не удивился, так это

тому, что после нее исчезли все до единого тараканы в моем

храме красоты.

10

После ухода этой мрачной женщины я совсем было решил

считать себя психически нездоровым. Больницы я тоже не

любил, все из-за той же бюрократии, очередей. Иначе бы

записался на прием к мозгоправу. Раз уж мои дела пошли

действительно в гору, я решил не париться по поводу

странных пожелании новой клиентки. Мало ли, что именно

она имела в виду. Деньги решали все мои текущие проблемы, ничто не мешало мне, и я со спокойной душой допил бутылку

виски, потом крепко заснул.

Утро нового дня снова застало меня врасплох. За окном

гудели, лаяли, и черт знает, как еще, шумели злые чурки. Их

было наверное штук 25. Я понял, что все они собрались точно

не в салон красоты, когда увидел Игоря. Он первый начал

тарабанить в дверь. Никакого уважения к частной

территории. Вся их толпа напомнила мне мой школьный

класс. Такие же неуправляемые и тупые, шумные. Сразу же

вспомнилась училка по физике. Она говорила, что такой, как

я, верно кончит тем, что будет мести подворотню. Что ж, время еще оставалось. Я взял бейсбольную биту, стоявшую

как раз для подобных случаев. Зажег сигарету, расстегнул

молнию на кожанке, щелкнул замком и толкнул дверь.

Несмотря на возраст, выглядел я довольно внушительно.

Когда-то мои атлетические размеры заставляли

успокаиваться самых дерганных. Но и сейчас я бы не дал себя

запросто атаковать. Известно, что овцы на волков не

охотятся.

- Какого хрена?

- Добрый день, Вадим, - ошалело смотрел на меня

управляющий. – Вам платить пора, меня начальство

отчитывает из-за вас каждый день.

- Заходи.

Толпа ринулась было за ним. Но я тыкнул битой в их

вожака:

- Только он. Остальные ждут у входа.

Я деловито положил оранжевую банкноту на стойку, не

отрывая глаз от управляющего. Затем, так же молча, и глядя

на него, сверху добавил еще одну зеленую. Помнит ли он о

банковской карте?

Он нахмурил густые брови. Видимо, вспомнил. Я добавил еще

оранжевую. Он стал более хмурым, я бы сказал, раздраженным. И тогда я достал еще одну «пятерку» и

припечатал ее рядом со всей кучей денег. Он заулыбался.

Забрякал его мобильник. Я еще подумал, точно андроид.

- Але. Да. Хорошо.

Я вопросительно ждал.

- Все в порядке, у вас год оплачен. Целый год. Он

погрустнел. Больше не задерживайте, Вадим, до свидания!

Я отодвинул 3 оранжевых банкноты обратно себе. Он

схватил свой килограмм рублей и вышел. А я чувствовал

светлую радость.

Что ж, правы ученые. Оранжевый цвет действительно

дарит счастье и рождает оптимизм.

11

Еще одна проблемка была решена, это заряжало на какие-

нибудь действия. Пора бы хоть какую-то информацию

собрать для Черной Невесты. Тем более, что день начался, а

тухнуть в спортзале весь день не хотелось. Я заварил кофе, посмотрел в интернете все первые ссылки в поиске со словом

«Турчинский». И надежда на то, что клиентка была права, а я

нет, не появилась. «Реально лишь то, что в твоей голове» –

откуда-то взялся этот слоган, и он все время донимал меня, выскакивая как напоминание о штрафах и задолженностях на

госуслугах.

Раздумья прервал виброзвонок моего Пихона 5s.

- Да.

- Вадим, это Вика. Ну, которая привозит Елену. Сегодня мы

едем за купальниками, времени на тренировку не останется.

Поэтому только завтра, в то же время.

- Хорошо. Но это за ваш счет.

- Разумеется. Я вас хотела еще попросить об одной

маленькой услуге. В смысле, вам это не будет стоить ничего, а для нас – меня и Лены – важно.

- Говорите.

- Ей надо добавку какую-нибудь для быстрого похудения, и

я подумала, раз вы профи, должны и в этом разбираться…

- Ладно, я понял. Куплю ей Л-карнитин. Но вам это будет

стоить.

- Спасибо, Вадим. Договорились. До завтра!

- До свидания.

Не успел я положить трубку в карман, снова звонок. Черная

Невеста.

- Алло.

- Застегни брюки.

- Откуда вы з…

- Неважно. Займись делами посерьезнее.

- Уже начал. Кстати, у меня есть подоз…

- Да, я решила позаботиться о тебе, и облегчила тебе

жизнь. Жду взаимности.

12

Магазин находился в паре-тройке дворов от меня. Там

работал мой старый знакомый, Славик. Он был

дебильноватым, но в целом приятным, во всяком случае, перекинуться парой слов с ним было веселее и

предпочтительнее, чем с остальными – еще большой вопрос, кто из них был более сумасшедшим, включая меня самого.

Славик был на месте. Протирал баночки тряпкой. Он мечтал

быть барменом, но его родители выпили столько, что

генетически подаренное ему легкое слабоумие не позволяло

злоупотреблять ни грамма. И он до блеска протирал этикетки, когда не было посетителей. Второй и, пожалуй, последней

его странностью было то, что он выгонял посетителей, которые не собирались ничего покупать.

- Славик, как дела?

- Догоу, Фадик, нагмальна, как сам?

- Держусь.

- Тут фчега заходил, не повегишь, Линфте, покупал кыатин.

- О как! И как он?

- Дефжится.

И тут, я… - это настолько нереально, что нет слов… -

увидел Его. Не то, чтобы я был уверен, но я знал, по

фотографиям и ТВ, это был точно он.

Я неспеша подошел к нему, совсем близко. Настолько, что

мог увидеть, что он держит в руке. «Пиколинат хрома».

Он увидел меня.

- У тех, кто это покупает, явно проблемы с головой, - сказал

он, оглядывая все кругом и ставя баночку на полку.

- Какие же? – спросил я.

- Они считают спортивное питание Едой.

Он стоял передо мной, похожий на Динамита.

Я прилип взглядом к нему и сказал:

- Это фантастика!

- Что?

- Я думал, вы умерли.

Он посмотрел на меня.

- Я тоже думал, что вы умерли, - ответил он.

Мы стояли и тупо смотрели друг на друга.

И потом я услышал Славика.

- ЭЙ, ТЫ! – орал он – УБИВАЙСЯ НАФИГ ОТСЮДОВА!

В магазине нас было только двое, если не считать Славика.

- Кому из нас убираться? – спросил я.

- ТОМУ, КТО ПОХОФ НА ДИНАМИТА! УБИВАЙСЯ К

ФЁУТОВОЙ МАТЕГИ!

- Но почему? – спросил я.

- Я ВСЕГДА ЗНАЮ, ФТО ОНИ НИФЕГО НЕ СОБИВАЮТСЯ

ПОКУПАТЬ!

Динамит, или кто он в самом деле, направился к выходу. Я

за ним. Он пошел к угловому дому. Сколько помню, там

всегда был цветочный. Лет 20 или 30 назад я там всегда брал

какой-нибудь цветок для девушки, с которой хотел

встретиться более одного раза.

А Турчинский (?) пожал плечами и отошел от окошечка, через которое что-то спросил у торговца.

Я подошел ближе.

- У них только одна проблема.

- Какая?

- У них никогда не бывает фиалок.

И вдруг пошел мягкий пушистый, как будто из теплых

пушинок, снег. В конце августа! Мимо проезжало пустое

такси.

- Такси! – махнул рукой Динамит.

Белая Киа-оптима остановилась, он подошел к задней

двери, открыл ее, влез в машину.

- Эй! Я хотел у вас спросить, - крикнул я.

Такси развернулось в сторону центра. Динамит высунулся из

окна, показал мне средний палец и уехал.

За эти 20-30 лет я впервые увидел в этом месте свободное

такси. Снег перестал. Появилась тоска по чему-то давно

забытому, недостижимому. И снова эта дурная мысль:

«Реальность – то, что у тебя в голове». Я вернулся к Славику, купил чертов Л-карнитин. В моей голове была карусель. Но

несмотря на контраст чувств, у меня были еще целый год и

целых 60 кило рублей. И я живой, здоровый, отправился в

бар «13».

13

Бухал.

14

Новое утро. Я надеялся начать его с кофе, сигареты и

саможалости. Однако, жизнь не унималась и продолжала

издевательски насмехаться надо мной.

- Здравствуйте. Мне нужна беговая дорожка на 2 часа

каждый день. Сколько это будет у вас стоить?

Я оглядывал его. 130 кг жира, потеет как свинья, все время

хочет есть. И как его женушка терпит. Я остановил взгляд на

пухлых пальцах-сардельках. Один из них умолял освободить

от пережатого кольца до посинения.

- Меня зовут Артем, – он протянул ряд сарделек, одна из

которых пережата, - моя жена теперь трахается со всеми

подряд, а я не могу из-за этого спокойно жить. Сброшу десять

кило и она снова моя.

- Вадим, - я встряхнул его мягкую ручку, - а разве у нас в

стране запретили разводы?

- Но я сначала хочу сделать так, чтобы она пожалела об

этом. Я стану красивым, спортивным, поймаю ее с

любовником и тогда смогу вышвырнуть ее без половины

моего имущества.

- Я думаю, она так и так получит свои деньги. Плюньте. На

дворе Новая Эра.

- Что вы имеете в виду?

- Это называется развод без претензий. Мало ли, кто что

вытворял, главное – все произойдет быстро.

- Как это?

- Не будет долгой толкучки в судах, не будет задержек, понимаете?

- Но тогда какое же это правосудие?

- Там считают иначе.

Жирный Артем сидел, громко дыша, и смотрел на меня. Мне

надо найти Динамита, а тут человек-пузырь, озабоченный

тем, что кто-то заделывает его жене.

- Я просто хочу узнать, кто это и понять, насколько мне

нужно стать лучше на будущее.

- Я недешево стою.

- Сколько? Деньги не проблема.

- 20 баксов в час.

- Это даже дешево. - Он полез за бумажником.

- У вас есть ее фото?

- Да, конечно.

Он выложил 15 тысяч и открыл экран телефона и показал

мне.

- Вау! Она правда так выглядит?

- Да.

- У меня от одного ее вида встает.

- Что за остроты?

- Ах, извините. Но фото придется отправить мне. Я удалю, когда мы закончим с преображением.

Он отправил мне ее на ватс апп.

- Она еще живет с вами?

- Да.

- И наверное, когда вы на работе, она…

- Да.

- Что именно заставляет думать вас будто она…

- Она не разрешает смотреть ее телефон, потом голоса в

моей голове, ее перемены в поведении. Разные вещи.

- Напишите ее телефон и ваш адрес, - я придвинул

блокнот, - с этого и начнем. Я возьму ее за жопу.

- Что?

- Я говорю, я спасу ваш брак. Или ваши деньги. Или

спортивную форму. Или все сразу. Я в деле.

Артем медленно, с тяжелыми вздохами поднялся с дивана и

пошел к двери. Обернулся.

- Вас рекомендовала Диана.

- Приятно удивлен, - скривил я улыбку, - всего хорошего, Артем! Завтра в 9 утра начнем.

Дверь наконец-то закрылась. Молодчина Артем. Я отправил

ее фото на принтер, долго смотрел на нее и думал «Вот же

сука, вот же сука!».

Я встал, закрыл дверь. Тяжело задышал. Расстегнул

ширинку.

- Вот я тебя прищучу, ну и шлюха, держись!

Тут началось землетрясение. Я уронил фото, заполз под

стойку. Трясло жестко, баллов 6-7. Минуты через три все

кончилось. Я выполз из-под стойки, застегнулся. Поднял

фото, сложил и засунул в бумажник. Секс – это ловушка. Это

для животных. Я не такой дурак, чтобы клюнуть на такое. Я

вышел, закрыл дверь, и направился в центр. Меня ждала

работа. Я был лучшим тренером Москвы и Петербурга. Я

повернул ключ зажигания своей колымаги и стал ждать, когда она прогреется.

15

Через час я сидел в своем «Лансере» напротив дома

Артема. Еще гудело в голове после вчерашнего возлияния. Я

листал инстаграм и нарыл немало информации. Жену Артема

зовут Катя. Катя Чепурная. В девичестве Нечипуренко. Из

соцсетей было ясно, что ей 23, она победила на каком-то

мелком конкурсе красоты 5 лет назад. Модель, любит теннис, играет на фортепиано, разъезжает по путевкам в теплые

страны, любит бассейн. Любимый цвет – красный. Любимый

фрукт – банан. Слушает джаз. Читает Достоевского. Ну да.

Познакомились с Артемом в Тайланде, на порношоу. Через

пару дней поженились.

Через минут 15 «Мерседес» Артема выехал по делам. Что

ж, вот мы и вдвоем, детка. Шлюха, она гуляет от Артема

Чепурного!

Я сидел в машине и ждал. Было душное сентябрьское утро.

Наверное я закемарил на пару минут, не знаю что меня

разбудило. Я увидел ее отъезжающий на Эскалэйде. Я выехал

за ней. Черный Кадиллак. Я пристроился за ней. Она рванула

150 км/час. Видимо, ей не терпелось. Разогналась до 180. Я

не отставал. Ну, сучка, я тебя прижучу. В зеркале заднего

вида замелькали огоньки и громкая крякалка. Черт! Я

прижался к обочине. Вышел из машины. Патрульные ждали

меня в метрах 15-ти.

- Ребята, я спешу, правда, скажите сразу, сколько и

сэкономим друг другу время.

- Какой говнюк! – сказал один из них, зашел сзади, завернул руку и бросил меня на капот лицом.

- Спокойно, коллега, у кого-нибудь может оказаться

видеокамера. Тут не место.

- Терпеть не могу говнюков!

- Щас мы его оформим, по всем правилам.

Я оставался прижатым к капоту. Авто на шоссе

притормаживали, зеваки глазели.

- Кончайте, ребята. Сейчас пробка будет из-за нас.

- Ты думаешь, нам не срать? – спросил первый.

- Ты нам угрожал, когда бежал к нам. Твоя рука была под

курткой.

- Я доставал бумажник, чтобы показать свои права.

- Встань!

Сотрудник освободил меня от захвата.

- Теперь медленно, доставай бумажник и права.

- Ребята, вы сериалов пересмотрели что-ли?

- А это что?

Первый развернул фото.

- Андрюх, глянь-ка.

- Ого!

- Я сам не заметил, как нарушил. Я ехал за этой дамочкой, она рванула, ну и я малость разогнался, азарт, все такое.

- Да-да, конечно, - сказал первый и нехотя отдал фото.

- Все-таки мы должны тебя оформить, - сказал второй.

- Но не оформим, - сказал первый.

- Мы напишем, что ты ехал 70, хотя ты ехал 170. Но фото

мы должны изъять.

- Не, ребята, это вымогательство и ментовской беспредел.

Первый отщелкнул кобуру с пистолетом на боку.

- Что ты сказал?

- Я сказал – лады.

Я отдал фото первому. Он выписал квитанцию и протянул

мне.

- Распишись.

Я расписался. Он вырвал ее и вручил мне.

- Уплатить в течении 10 дней.

- С вами приятно иметь дело, сэр.

- Езжай спокойно, - сказал второй.

- И ты тоже, приятель.

- Что?!

- Я сказал – хорошо.

Они сели в свою машину. Я пошел к своей. Я вырулил и

поехал, держа 60.

Катя, думал я, ты мне за это заплатишь! Я так тебя

прищучу, как никто и никогда!

Я проехал до МКАД, развернулся назад на Ленинградское, проехал его до конца, до проспекта, увидел бар

«Rock&beard». Вошел. Внутри было темновато. Даже

телевизор не работал. Бармену было лет 80, минимум. Весь

белый – волосы, кожа, губы. И сидели еще два старика, тоже

белые как мел. Как будто из них выпили всю кровь. Они

напоминали мне высушенных мух в паутине. Напитков видно

не было. Никто не шелохнулся. «Белое безмолвие», - подумал

я.

Я стоял в дверях и смотрел на них. Наконец, бармен издал

звук.

- А?..

- Тут никто не видел Динамита или Катю Чепурную? –

спросил я.

Они только глядели на меня. Губы одного из посетителей

сложились в маленькое мокренькое «о». Он пытался

заговорить и часто моргал. Второй опустил руку и почесал

яйца. Или то место, где они когда-то были. Бармен оставался

недвижим. Я вдруг почувствовал себя молодым.

Я прошел и уселся на табурет.

- Что-нибудь выпить найдется? – спросил я.

- А… - сказал бармен.

- Виски и лед. Или холодную колу, если льда нет.

А теперь просто выбросьте 4 минуты. Столько

понадобилось бармену, чтобы он принес мне стакан.

- Спасибо, - сказал я, - и, пожалуйста, сразу еще один, пока

ты не перестал двигаться.

Я бахнул. Стало неплохо. Он, видно, набил руку.

Два старика продолжали пялиться на меня.

- Хороший денек, а, пацаны? – спросил я.

Они не ответили. У меня возникло чувство, что они не

дышат.

- Слушайте, парни, когда кто-нибудь из вас в последний раз

стянул трусики с женщины?

Один из них отозвался:

- Хе-хе-хе-хе!

- Оу! Вчера ночью?

- Хе-хе-хе-хе!

- Понравилось?

- Хе-хе-хе-хе!

Мое настроение испортилось. Жизнь уходит псу под хвост, пока я пытаюсь толковать тут с покойниками. А мне нужны

огни, блеск, феерия, ну или что-то в этом роде. Я прикончил

второй стакан. В дверь вошли двое с чулками на мордах.

- ТИХО И БЕЗ ГЛУПОСТЕЙ! БУМАЖНИЧКИ НА СТОЙКУ!

БЫСТРО! – орал один из них.

Второй перепрыгнул через стойку и подбежал к кассе.

Ударил по ней кулаком.

- Эй, дед! Как открывается эта хрень? – он навел на старика

пистолет. И тот на удивление очень быстро задвигался.

Секунда – и он уже у кассы, и она открыта.

А первый складывал в мешок то, что мы выложили на стойку.

- Все, валим!

- Подожди. Меня разбирает.

- Кончай, нам пора.

- Я СКАЗАЛ, МЕНЯ РАЗБИРАЕТ! – заорал его партнер.

Он прицелился в бармена. Выстрелил три раза. Все в

туловище. Старик дернулся три раза и упал.

- Мудила, нахрена ты это натворил?

- Не называй меня мудилой, урод, или я и тебя замочу!

Он повернулся и прицелился в напарника.

Но опоздал. Пуля попала ему прямо в нос и вылетела через

затылок. Он упал, повалив табурет. Его партнер выбежал в

дверь. Я выждал секунд пять и тоже выбежал за ним. Оба

старика были живы, когда я убегал. Кажется.

Я быстро сел в тачку, рванул от бордюра, проехал пару

домов и свернул направо, в переулок. Сбавил скорость, поехал не торопясь. Закурил. Включил радио. Пела какая-то

дамочка, будто с набитым ртом. Я ничего не мог разобрать.

Послышалась сирена. Я не мог выбрать, куда мне ехать.

Может, в спортзал?

Закончилось тем, что я набрал всякой ерунды в

супермаркете. На оставшиеся после ограбления пять

килорублей, лежавшие вне бумажника. Готовую курицу, салаты, и, конечно бутылку виски.

16

Не помню, как именно я очутился у себя. Я был на стрессе.

Я углубился в курицу и салаты. Нашел грейпфруты. Взял

один, покатал по ковролину. Я был подавлен. И весь мир был

против меня. Зазвонил телефон. Я выплюнул непрожаренное

куриное крыло и ответил.

- Да?

- Господин Рудин?

- Да?

- Вы выиграли бесплатный билет на дискотеку 90-х, -

сказал кто-то из трубки.

Я завершил звонок.

Сходил до фитнес-бара, открыл холодильник, налил почти

полный стакан виски. Сел, отпил половину. И тут постучали в

дверь. Я уже наловчился угадывать по стуку, стоит ли

открывать. Вопреки правилу я открыл.

И зря. Пришел сосед этажом выше. У него как-то странно

были приделаны руки, и мозги тоже. И глаза смотрели не на

тебя, а куда-то за голову. Так что ты не совсем понимал, где

ты находишься.

- Привет, Вадим. А мне выпить не найдется?

- Налей сам, на кухне.

- Понял.

Он вернулся с двумя стаканами, сел напротив меня.

- Взял с запасом, - сказал он, - кивнув на стаканы.

- Знаешь, эта штука продается почти во всех магазинах.

- Да плевать. Слушай, Вадик, я по делу.

Он залпом осушил первый стакан.

- У меня тут дело прибыльное наметилось. Могу взять тебя

в долю. Легкие деньги и легкий путь к славе. Открываем

кальянную, и толкаем через нее траву.

- Неинтересно.

Он выпил второй стакан.

- Если честно, у меня совсем нет денег на старт.

Одолжишь?

- Сколько?

- Двадцать штук.

- Это огромные деньги.

- Хотя бы десять.

- Разбежался.

- Ладно, пять.

- Что?

- Две тыщи всего, до зарплаты.

- Двигай отсюда.

- А чего это у тебя грейпфрут на полу?

- Мне так нравится.

Я встал и подошел к нему.

- Тебе пора, приятель.

- Мне? Да ну!? Уйду, когда сам захочу.

С этими словами он разбил мой стакан.

Он обнаглел от выпитого, это бывает. Я заехал ему под

дых, он упал. Я отошел, сгреб с полу битое стекло. Вернулся, открыл ему рот и высыпал стекло туда. Потер ему щеки, и

немного пошлепал по ним. Губы у него покраснели.

Я вернулся к наполовину выпитой бутылке. Прошло минут

45, сосед зашевелился. Перевернулся на живот, выплюнул

пару стекляшек и пополз к выходу. Вид у него был жалкий.

Он дополз до двери, я ему открыл. Он пополз дальше, в свою

квартиру. Я закрыл дверь. Я задумался. Решил сегодня

больше ничем не заниматься. Жизнь и так изнашивает людей

до дыр.

17

Вот уже третий день Виктория не привозила подругу на

тренировку. Я набрал ее.

- Это Вадим, тренер. С Леной все в порядке?

- Да, мы приедем завтра, у нее месячные.

- Ага.

- До свидания.

Мне нужно было отдать ей Л-карнитин. Потому-что это

какое-никакое подспорье. На кону была моя тренерская

репутация. Хрен бы с ней. Да пусть эта планета хоть вся

зарастет жиром. Мне то что? Я хотел увидеть Викторию. И

мне для этого сойдет любой повод. Я просмотрел анкеты, записал адрес. Квартиру не указали. Ладно, так найду. По

следам упаковок для гамбургеров, ахахах.

Полный решимости, я приехал к дому. Трудность состояла в

том, что я не знал даже этажа. Дом высотой в 24 уровня. Лил

дождь. В такую погоду и в полдень они должны быть дома.

Вероятность мала, но я рискнул, заняться было все равно

нечем. Итак, уже лучше – подъезд всего один. Я нажал

кнопку 7.

- Кто?

- Здравствуйте. Проверка электросчетчиков.

Дверь открылась. Игра шла по сценарию. Я решил начать с

четвертого этажа, так как на этаж было по три квартиры. Это

значит, седьмая приходилась на третий.

Я позвонил в 10-ю.

- Кто?

- Я из страховой компании «Гострах». Вы обеспечили

покрытие суммы риска?

Передо мной сразу закрывали дверь.

11-я…

- Я из страховой компании «Гострах». Вы обеспечили

покрытие суммы риска?

12-я, 13-я, 8-й этаж, 9-й.

28-я начинала десятый этаж. Я уже подумал, что зря я

придумал себе настолько нелепое занятие. Адрес вообще

могли указать левый.

- Здрассссссь!

- Лена, кто там?

- Тренер.

- Я привез добавку, вы заказывали. Вот.

Вика по-домашнему была упакована ничуть не хуже.

Короткие джинсовые шорты, белая майка, волосы затянуты в

тугой хвост.

- Какие люди! Заходите! Чай или кофе? Или что-нибудь

покрепче?

- Ладно. Все равно по пути ехал, думаю, надо зайти.

- А как нас нашли?

- Да спросил у одних, сказали 10-й этаж.

Лена чем-то старательно занималась. Наверное уборкой –

монотонный шум работающей техники вызывал только такую

догадку. Оказалось, это работала беговая дорожка. Лена

отрабатывала калории. Вика покрутила у виска, указывая

пальчиком на подругу, которая пыхтела в комнате.

- Еще час и 15 минут. Я проверю, - выкрикнула Вика

подруге.

А сама взяла меня за руку и повела в свою спальню.

18

Я снова зашел в магазин к Славику. Я снова был в поисках

Динамита. Снова Черная Невеста посетила меня, накануне, вечером, продемонстрировав свое могущество.

После поездки к Вике, еле живой, выжатый до последней

капли, ближе к вечеру я возвращался к себе. Дождь лил не

переставая, был сентябрь и было темно из-за туч. Я заехал за

бутылочкой «снотворного», захватив каких-то

полуфабрикатов.

Их было двое. Они назвались Васей и Ваней. Говорили тоже

по очереди.

- Ты будешь нам платить каждый месяц.

- Да, ты будешь платить нам каждый месяц.

- Потому-что мы теперь твоя крыша.

- Да, крыша.

- Лады, парни, дайте-ка открыть ящик стола, как раз

первый платеж внести хочу.

- Думаешь, самый умный?

- Да, ты наверное думаешь, что самый умный.

- Мы забрали твою игрушку.

- Да, мы забрали игрушку.

Накануне я купил на всякий подобный случай

травматический пистолет, все-таки с битой ходить не так

удобно. Но по привычке как и все держал его в ящике стола.

Дверь открылась, Черная Невеста вошла, села в центр

дивана, положила ногу на ногу. В этот раз на ней был черный

кожаный длинный плащ и красные высоченные каблуки.

- Что это за придурки? – она кивнула на них - Мальчики, это мой тренер. И сейчас мое время, за которое я плачу.

У мальчиков отвисла mandibula (челюсть).

- Что уставились? Мне повторить?

- Он нам будет платить.

- Да, мы его крыша.

Черная Невеста взглянула в глаза первому. Тот позеленел, затем пожелтел, начал задыхаться. Ее глаза перешли на

второго. Тот упал, схватился за кадык, начал что-то пытаться

прошипеть.

- Еще раз появитесь здесь, это будет последним вашим

появлением где-либо еще.

Они закивали, и толкая друг друга поспешили выйти. Я

вернул свой пистолет, успев вырвать из-за пояса одного из

них. Больше я их не встречал.

- А как наши дела, друг мой? Я про тебя не забыла, работай, и не тяни время.

Она плотнее затянула пояс и вышла в темень дождя. Я

только и видел быстрые капли в фарах ее демонической

машины. В этот раз она была на черной Mazeratti.

А я положил ствол на прежнее место и лег спать. Утром

ждали дела.

Славик занимался своим обычным протиранием этикеток.

- Фадик, сматги, у меня начал гасти живот, охохохо.

И показал свое брюхо, которое ничуть не поменялось за

последние лет 10.

- Надо бы тебе прекращать поедать пончики с повидлом и

фарш с майонезом, - поддержал его я.

- Охохохохо, может, мне купить Эль-каунитин?

- Не желаешь грейпфрутов? Я зачем-то купил несколько. А

я их все равно не ем. Утром на одном из них поскользнулся.

- Гыейпфуты полевные. Жир от них фгагает. А ты хде спал?

В холодильнике? Охохохохо.

Я вздохнул.

- Точно. Славик, слушай, ты знаешь того типа, который

похож на Динамита?

- А, этого…

- Да, не заходил тут?

- С того уаза больфэ не заходил. Ты следиф за ним?

- Можно сказать и так…

И тут он входит. Легок на помине. Турчинский.

Прошел мимо нас, прошел между отделами, вытащил

большую пузатую банку протеина и читает состав.

Я жестом показал Славику «Тссс!» и подошел к атлету.

Он заметил меня.

- В прежнее время жизнь у тренеров была интереснее.

Сейчас нет жизни ни в них, ни у них.

Он вернул банку на полку.

- Вы тут поблизости живете?

- Возможно. А вы?

- Когда-то вы участвовали в «шоу гладиаторов», правильно? – спросил я.

- Возможно. А вы?

- Ничего подобного. Куда уж мне… А вам никогда не

говорили, что вы на кого-то похожи?

- Каждый из нас более или менее на кого-то похож.

Слушайте, у вас есть сигареты?

- Конечно.

Я полез за пачкой.

- Пожалуйста, - сказал он, - выньте одну сигарету, зажгите

ее и курите ее. Чтобы было занятие.

Он пошел прочь. Я вышел, зажег сигарету, затянулся.

Махнул через прозрачную дверь Славику на прощанье и

пошел за Динамитом. Тот как раз садился в Хаммер. А рядом

с Хаммером стояло - что? Мой Лансер, конечно. Какая удача!

Вот и не верь после этого в судьбу, магию, в ад или рай. За

столько месяцев мне впервые удалось найти свободное место

на парковке у спортивного магазина. Я сел за руль, дал по

газам и помчался за ним.

Он ехал на запад по Кутузовскому. Черная Невеста, думал

я, все к вашим услугам.

Я чуть не упустил его на светофоре, но проскочил почти

под красный. Без сложностей. Только пожилая дама в Бентли

грязно обругала меня. Я улыбнулся.

Скоро мы очутились на Можайском шоссе. Несмотря на

дождливый сентябрь, с все время затянутым небом, сквозь

тучи прорвалось солнце. Я держал Динамита в поле зрения. Я

чувствовал себя отлично. Может быть, я и сам займусь

правильным питанием. Хлопья, злаки… Грейпфруты. Я еще

молод. У меня все впереди. Дальше Атлет свернул на МКАДе

влево, на юг.

Потом он опять свернул, и я – за ним. Местность была

знакомой. Я ехал примерно метрах в 150 сзади. И надеялся, что он не особо поглядывает в зеркальце. Потом я увидел, что он притормаживает и останавливается. Я подъехал к

бордюру, остановился и стал наблюдать.

Он вылез из машины, прошел несколько домов, оглянулся

через плечо, пересек улицу. Остановился, снова оглянулся и

двинулся по дорожке. Поднялся по ступеням, оглянулся и

позвонил. Дом был большой и казался мне знакомым. Дверь

открылась, Турчинский вошел. Я открыл записную книгу

телефона, ввел адрес. Это был дом Артема Чепурного.

Интересное кино. Был еще день. Эскалэйд Кати стоял перед

домом.

Я объехал вокруг квартала и остановился на прежнем

месте. Сейчас я убью двух зайчиков разом. Раскрою Динамита

и прищучу Катеньку.

Я их не торопил. Я дал им 10 минут. Когда я учился в

школе, одна из учительниц спросила нас: «Кем вы хотите

стать, когда вырастете?». Почти все мальчики сказали, что

пожарными или полицейскими. Это глупости, ведь можно

обгореть или получить пулю от бандитов. Кто-то сказал, что

хочет быть врачом или адвокатом. Но ни один не сказал: «Я

хочу быть тренером». И вот я тренер. Да, кстати, когда

очередь дошла до меня, я сказал: «Не знаю».

Прошло 10 минут. Я включил камеру в режим видео, вышел

из машины и направился к дому. Меня пробирала легкая

дрожь. Я глубоко вздохнул и подошел к самой двери. С

замком проблем не было. Я знал много комбинаций для

домофонов. Я оказался внутри уже через минуту. Я прошел

по передней и услышал голоса. Подкрался к двери. Они были

за ней. Они говорили тихо. Я прижался к двери, прислушался.

Услышал Турчинского.

- Тебе нужно это… ты сама знаешь…

- Я… - это говорила Катя. – Я не уверена… а что, если

Артем узнает?

- Он не узнает…

- Он бешеный…

- Он не узнает. Это для твоего же блага…

Катя засмеялась.

- Для моего блага? А тебе ничего не перепадет, да?

- Конечно… Ну-ка, возьмите его в руки… начинается

отсюда…

Я выждал несколько секунд, пинком распахнул дверь и

ворвался в комнату с видеокамерой.

Они сидели за кофейным столиком, и Катя как будто

подписывала какие-то бумаги. Во всяком случае, в руке у нее

был бланк. Она подняла голову и закричала.

- Тьфу ты, - сказал я и опустил камеру.

- Что это еще за чертовщина? – спросил Динамит. – Ты

знаешь этого типа?

- Первый раз вижу!

- А я знаю, - сказал Динамит. – Околачивается в

спортивном магазине и задает дурацкие вопросы.

- Я вызову полицию! – сказала Катя.

- Стойте, - сказал я. – я все объясню.

- И поскладнее, - сказала Катя.

- И поскладнее, - сказал Турчинский.

Я ничего не мог придумать. Только стоял.

- Я вызову полицию, - сказала Катя, - немедленно!

- Стойте, – сказал я. – Меня ваш муж нанял, Артем

Чепурной. Я тренер.

- Нанял? Зачем?

- Чтобы типа вас накрыть.

- Меня накрыть?

- Да.

- Я оформлял этой даме страховку, - сказал Турчинский, - а

вы врываетесь с камерой.

- Извините, произошла нелепая ошибка. Позвольте мне ее

исправить.

- И как ты ее хочешь исправить, черт возьми? – спросил

Динамит.

- Я пока не знаю. Но мне ужасно жаль. Я что-нибудь

придумаю, чтобы поправить дело. Честное слово.

- Это какой-то псих ненормальный, - сказала Катя.

- Я извиняюсь, но мне пора идти. Я свяжусь с вами и обо

всем условлюсь.

- Мы сдадим вас полиции, - заявила Катя.

- Я должен идти, - сказал я.

- Ну уж нет, - сказала Катя, - никуда вы не пойдете!

Я повернулся к двери, а она нажала звонок на столике.

Передо мной выросла копия Кинг-Конга. Он был чудовищен, этот тип. Он медленно двигался на меня.

- Эй, малыш, - сказал я ему, - ты любишь грейпфруты?

- Сухарь, это ты мой грейпфрут.

- А игрушки? Какие игрушки ты любишь?

Здоровяк проигнорировал мой вопрос. Он повернулся к

Кате.

- Мне убить его?

- Нет, Боря, но отделай его так, чтобы он долгое время не

мог двигаться.

- Сейчас.

Он снова двинулся ко мне.

- Боря, - спросил я, - ты голосовал на выборах за Путина?

- А?

Он встал, задумался. Я вытащил телефон, швырнул, что

было сил в его табло. Попал точно в цель. Он закрылся

руками, нагнулся, взревел. Я тем временем поднял телефон –

ни единой трещины – и треснул им громилу по затылку.

Раздался звон стекла. Трубке был конец. Кинг-Конг рухнул. Я

подобрал то, что осталось от моего телефона, и взглянул на

Катю.

- Я все равно возьму тебя за жопу.

- Он сумасшедший! – сказала Катя.

- По-моему, вы правы, - сказал Динамит, сдерживая смех.

Мы оба вышли на улицу, он жестом показал мне на Хаммер, протягивая мне ключи, потому-что давился от смеха. День

прожит не зря – подумал я и завел мотор этого монстра.

19

На другой день я тупо валялся на диване в своем

спортзале. Все начатое мною зашло в тупик. Ночь я почти не

спал, хотя и пробовать вырубиться от выпивки. Мне было

паршиво. Сосед этажом выше бил свою жену, слышны были

посудные дребезги, крики, укоры. Наконец, они

переключились на кошку и вскоре заткнулись.

Выпивка не принесла мне сна. Как я уже сказал, я тупо

валялся на диване. Я самый никчемный неудачник в мире.

Вокруг миллиарды женщин, но ни одна не постучит в мою

дверь. Почему? Я неудачник. Я тренер, который ничего не

способен решить, кроме того, какую группу мышц убиваем

сегодня, а какую потом. Все, на что я способен, прожив всю

жизнь. И вдруг меня осенило! Я даже подскочил.

Турчинский продал Чепурной страховку!!! Они застраховали

жизнь Артема! Теперь они его уберут. И никто не найдет

виновного, ведь он как бы умер 12 лет назад. Гениально. Вот

что они затеяли! Я держал их за яйца. То есть, за яйца я

держал Динамита, а Катю… ну, ее я возьму за жопу. Артему

Чепурному грозит опасность. А Черной Невесте нужен

Динамит. И Вика до сих пор не привезла свою Лену. Но я

чувствовал, что все ниточки сходятся в моих руках. Я

вытащил свой 5s. Потом положил его на стойку. Кому это к

чертям я собрался звонить? Он даже не включался. Артем

Чепурной влип жестко. Надо было подумать. Я попробовал.

Вялая муха ползала по стойке. Я попробовал прихлопнуть ее

ладонью. Промахнулся. Неудачный день. И неделя. И месяц.

И год. И жизнь. Будь она проклята.

Я снова привалился на диван. Рождаешься, чтобы умереть.

Рождаешься, чтобы жить как крыса в лабиринте. Где

хористки? Почему такое чувство, будто я на собственных

похоронах? Дверь распахнулась. На пороге стоял Динамит.

20

- Ты, - сказал я, - я знал, что придешь.

- Знакомая песня, - ответил он.

- Ты никогда не стучишься?

- Иногда, - сказал он, - не возражаешь, если сяду?

- Давай, только к делу.

Он открыл мой самый важный ящик в столе, где лежал

пистолет, виски во фляжке, подаренные клиентками когда-то

сигары. Он взял коробку, вынул сигару, снял наклейку, откусил кончик, взял зажигалку, закурил, выдул роскошный

султан дыма. Он смотрелся как надо.

- Знаешь, эти штуки продают.

- А что не продают?

- Воздух. Но скоро начнут. Так зачем же ты зашел?

- Понимаешь, дружище…

- Не тяни кота за хвост.

- Ну ладно, ладно… Значит так… Динамит положил ноги на

мой стол.

- Красивые на тебе туфли, - сказал я, - где покупал?

- Да какая к черту разница? Он снова выдул дым.

- Ты тут зачем? – спросил я.

- Хороший вопрос, - ответил Динамит, - он гремит из века в

век.

- Гремит?

- Да не придирайся ты к словам. Ведешь себя как человек с

несчастным детством.

Я зевнул.

- Значит так… Ты сидишь в глубокой жопе как минимум по

двум косякам. Взлом и проникновение. Нападение и

избиение.

- Что?

- А то, что Боря теперь со сломанным носом и смещением

шейных позвонков. Профнепригоден как охранник. Но

возможно, он еще сможет пойти в камеди-клаб.

- Или в Большие Гонки?

- Нам известно местонахождение преступника, осуществившего взлом и нападение.

- И?

- И возможно, об этом сообщат полиции.

- У тебя есть улики?

- Три свидетеля.

- О-о, куча.

Динамит спустил ноги на пол и, навалившись на стол всем

телом, заглянул мне в глаза.

- Рудин, мне нужно в долг 10 кило рублей.

- Я понял. Понял! Шантаж! Сволочь! Шантажист!

- Не шантажирую, успокойся. В долг прошу 10 кусков. В

долг, понимаешь?

- В долг? А у тебя есть гарантии?

- Откуда им взяться?

- Ах ты слизняк! Думаешь, я лох, и проглочу это от тебя?

Я двинулся на него.

- Боря! – крикнул вдруг он, - Пора!

Дверь открылась, и вошел мой старый друг Боря.

- Привет, Рудин, - сказал он, и его голос был немного

гнусавым из-за заклеенного носа. Но меньше он из-за этого

не стал ни на грамм. Я в жизни таких громадин не видал.

Я зашел за стойку, вынул из ящика травмат. Навел на него.

- Сынок, - сказал я ему, - эта штука может остановить

поезд. Хочешь поиграть в паровозик? Ну, давай, чух-чух-чух!

Давай ко мне по рельсам! Я спущу тебя под откос. Давай, ехай сюда!

Я снял предохранитель и прицелился в лицо.

Боря остановился.

- Мне не нравится эта игра.

- Ага, - сказал я, - видишь ту дверь?

- Угу…

- Это туалет. А теперь ты идешь туда и садишься на

горшочек. Штаны можешь спускать, а можешь оставить, мне

без разницы. Главное, чтобы ты пошел туда и сидел на

горшочке, пока я не велел тебе выйти!

- Сейчас.

Он выполнил мои команды. А я навел ствол на Турчинского.

- Ты, - сказал я.

- Ты пролетишь, Рудин.

- Я всегда пролетаю. А ну-ка марш к своему мальчику!

Живее, шевелись!

Динамит потушил сигару и медленно направился к сортиру.

Я шел следом, подталкивая дулом.

- Залезай!

Он вошел и закрыл дверь. Я взял ключ и запер ее. Потом

вернулся к столу и двинул его к двери сортира. Стол оказался

тяжеловатым. Адская работа. Я припер им дверь.

- Рудин, - послышался из-за нее голос Динамита, - ты

выпусти нас, и будем считать, что мы квиты. Я не буду

просить в долг. Я не пойду к легавым. Боря тебя не тронет. И

Катей я займусь.

- Нет уж, дорогой, - сказал я, - Катей я сам займусь! Я

возьму ее за жопу!

Я покинул их. Запер дверь спортзала. На окнах были

решетки. Я захватил ключи от Хаммера и теперь ехал в нем.

Настроение у меня улучшилось. Тормознул купить сигарет. У

входа в магазин сидел нищий. Я дал ему сотню. Второму

нищему, что сидел внутри магазина сказал, что дал сотню

первому. Третьему, у кассы сказал, что дал второму и так

далее. В этот день не было даже дождя. Я двигался

целеустремленно. Я уже знал, чем буду завтракать. Грибами с

жареным картофелем. Я запомнил запах на кухне Вики и

Лены. Ноги мои шагали по тротуару красиво.

21

После ночи, проведенной у Вики практически не выходя из

спальни, и после завтрака там же, я остановил машину за

сотней шагов от дома Кати. На парковке стоял ее Эскалэйд.

Вероятно, она ждала возвращения Динамита и Бореньки. Ай-

яй-яй. Я включил радио – послушать хоть новости.

- Дурак, - раздалось из динамиков, - ты нисколько не

продвинулся!

- Кто, я? – спросил я.

- Ты же один тут сидишь, а? Я огляделся.

- Да, - сказал я, - я тут один.

- Тогда давай пошевеливайся!

Это говорила со мной из приемника Черная Невеста.

- Послушай, крошка, я как раз занят твоим делом. Веду

наружное наблюдение.

- За кем?

- За знакомой Динамита. Тут все завязано.

- Как и твои туфли. Не жмут? Где он сам?

- В сортире с 200-килограммовым павианом.

- Что он там делает?

- Остывает.

- Он мне нужен в целости и сохранности. Он мой.

- Я ничего ему не сделаю, крошка, честное слово.

- Иногда, Рудин, мне кажется, что ты действительно

умственно неполноценный.

- КОНЕЦ СВЯЗИ! – заорал я и выключил приемник. Потом я

сидел, смотрел на Эскалэйд и думал о Кате. При мне уже был

новый телефон. Я уже был в нетерпении, хотелось

действовать. Возникла идея пробраться в дом и что-нибудь

обнаружить. Может даже я подслушаю ее разговор по

телефону. Может, наткнусь на какую-нибудь разгадку.

Конечно, это опасно. При свете дня. Но опасность – моя

стихия. От нее у меня сжимался сфинктер и скукоживались

яйца. Живем только раз, верно? Не считая Лазаря. Бедный

растяпа, ему пришлось умирать дважды. Но я – Вадим Рудин.

На эту карусель тебя пускают только раз. Жизнь удается

смелым. С включенной камерой на телефоне я вылез из

машины. А для отвода глаз взял портфель. Я надвинул

котелок на левую бровь и направился к дому. Мои

внутренние сенсоры были задействованы полностью. В доме

что-то происходило. Я остро это ощущал. Я даже прикусил

язык от волнения. Я приблизился к двери. И на этот раз

никаких проблем. 40 секунд – и я внутри.

Насторожив уши, я крался по коридору. Мне показалось, я

услышал голоса. В самом деле услышал. Мужской и женский.

Я замер перед лестницей. Да, голоса были сверху. Я

медленно поднялся. Голоса стали слышны яснее. В одном я

узнал голос Кати. Я стоял около двери. Это явно была дверь

спальни. Я прижал к ней ухо. Я услышал смех Кати.

- Что это ты собрался им делать?

- Угадай, детка! Я давно этого дожидался!

- Ты нашел нужное место, мой мальчик!

- Я прокачу тебя в ад и обратно, детка!

- Не может быть!

- Ах ты сука!

Я снова услышал смех Кати. Потом стало тихо. Потом стало

шумно. Я услышал тяжелое дыхание, какие-то равномерные

толчки, а также работу матрасных пружин.

- О-о! – произнесла Катя. – О боже!

Я поставил портфель, включил камеру, рывком распахнул

дверь.

- ПОПАЛАСЬ, СУКА!

- ЧТО? – Мужчина оглянулся, не переменив позиции. Ноги

Кати опустились, и она закричала.

Мужчина спрыгнул на пол и повернулся ко мне лицом.

Толстый жуткого вида мерзавец.

- ЧТО ЕЩЕ ЗА ЕПТЬ! – заорал он.

Это был Артем Чепурной. Черт бы его побрал, Артем

Чепурной! Я повернулся и побежал вниз по лестнице.

- ЕДРИТЬ ТВОЮ! – заорал я.

Я подбежал к двери и распахнул ее. Краем глаза я увидел

Чепурного, голого, с яйцами. В руке у него был предмет.

Пистолет. Он выстрелил. Пуля крутанула котелок на моей

голове. Он выстрелил снова. Я почувствовал, как смерть

пронеслась мимо правого уха. Я помчался по тротуару.

Оставалось совсем немного до машины. Я слишком поздно

увидел препятствие. На велосипеде ехал некто в желтом

плаще и ел яблоко. Я врезался в плаща – это была яндекс-

доставка, и побежал дальше, оставив его на асфальте, между

вертящихся колес.

Миг – и я уже в своем Хаммере. С рычанием мотора рванул

от бордюра. Курьер медленно поднимался, собирая в рюкзак

мелкие кусочки пиццы, перерубленные спицами. Я вильнул

мимо него, подпрыгнул на бордюре, въехал на тротуар. И

пронесся мимо дома Артема Чепурного. Он стоял в дверях, по-прежнему с яйцами, и выпустил еще три пули. Одна

прошла сквозь собачку, сидевшую у меня на панели, перед

лобовым стеклом, вторая пролетела между мной и

атмосферой. Третья пробила спинку переднего пассажирского

сиденья и ушла в бардачок, сделав дырку. Наконец, я ушел из

под обстрела. Для верности попетлял по переулкам. Потом

нашел бульвар и нырнул в гущу уличного движения. Был

типичный московский сентябрьский день: тучи, лужи, переменный дождь.

Я подъехал к МакДональдсу, заказал большую порцию

картошки, кофе, и цыпленка в булке.

22

Я вернулся в спортзал. Боря и Динамит вырвались из

сортира. Дверь толчка была распахнута, замок сломан. Я

передвинул стол на прежнее место. Это отняло минут 20. Я

сел на диван и попытался проанализировать факты. Теперь

за мной охотились все. Динамит, Боря, Катя и Артем

Чепурные, Черная Невеста. Возможно, даже Диана – это она

меня всем рекомендовала. Я уже плохо понимал, кто из них

мои клиенты, и есть ли клиенты у меня вообще.

Меня могли арестовать в любой момент. Или кто-нибудь

мог прийти сюда по мою душу. Мой спортзал стал для меня

опаснейшим местом. Я проверил, не потерял ли я свой

травмат. На месте, дружок. Ну, ничего, прорвемся! Из

спортзала меня не выживут. Тренер без спортзала не тренер.

Я до сих пор не знал, Динамит ли Динамит, и доказательств

против Кати тоже не нашел. Даже Вика не звонит об отмене

тренировки у Елены. Все застопорилось.

Денек выдался трудным. Я положил ноги на стол, улегся на

диване поудобнее, и закрыл глаза. Вскоре я уснул.

Во сне я сидел в дешевом баре. Я пил двойное виски со

льдом. Кроме меня там был только бармен, но он как-то

трудно проглядывался. Стоял у другого конца стойки и читал

«Комсомольскую правду». Потом вошел какой-то оборванец.

Нестриженный, небритый и немытый месяцами. Одет он был

в салатовый дождевик, достававший ему до туфель. Из-под

дождевика виднелась белая майка и линялый оранжевый

галстук. Он обдал меня вонючим ветром. Он уселся на

табуретку рядом. Я бахнул виски. Бармен посмотрел в нашу

сторону. Я встретился с ним глазами.

- Жрать хочу, - сказал бармен, - лошадь бы сожрал.

- Хорошо бы сожрал тех, на которых я ставил по молодости,

- сказал я ему. Неудивительно, что он плохо проглядывался.

Его было мало. Он был тощий, как щепка. Щеки висели, тонкие, как газетная бумага. Я отвернулся. А оборванец по-

прежнему сидел рядом со мной.

- Пест… - произнес он.

Я оставил это без внимания.

- Пест… - снова произнес сосед.

Я снова поглядел на бармена.

- Слушай, - сказал я ему, - я сейчас допью, и ты можешь

закрывать – иди куда-нибудь, поешь.

- Спасибо, - сказал он. – Закрывать рано. Обойдусь. Что-

нибудь придумаю.

- Пест… - снова произнес сосед.

- Не дыши мне в ухо, приятель, - сказал я.

- Есть информация…

- Не требуется. Я читаю яндекс-новости.

- Такой информации нет в яндексах.

- Какой же?

- Артем Чепурной.

- Бармен! – крикнул я. – Налей господину! Дай ему ром с

колой!

Бармен занялся коктейлем.

- Ты живешь в Хамовниках?

- В ЮВАО.

- Я знаю одного, похож на тебя, живет в Хамовниках.

- Да ну?

- Ага.

Ему подали стакан. Он выпил залпом.

- У меня был брат, - сказал он, - жил на Выхино. Покончил с

собой.

- Похож на тебя? – спросил я.

- Угу.

- Тогда понятно.

- У меня есть сестра, живет в Кунцево.

- Кончай трепаться.

- Я не треплюсь.

- Я надеялся услышать про Чепурного.

- Ну да. Сейчас все расскажу.

- Ну?

- Выпить бы…

- Бармен! – крикнул я. – дай этому господину еще такой же

стакан.

Он дожидался стакана. Стакан подали. Он выпил. Потом

повернулся и посмотрел на меня круглыми, мутными, пустыми

глазами.

- Чепурной при мне, - сказал он.

- Что?

- Он у меня в кармане.

- Хорошо. Давай посмотрим.

Он порылся в кармане. Снова порылся.

- Хм-м… что-то не могу найти.

- Ты, черт! Разыгрываешь меня? Я тебя размажу!

- Он точно где-то был…

- Я вышибу остатки твоих мозгов!

- Постой… постой… где-то здесь… В другом кармане. Я

искал не в том кармане…

- Да?

- Да, смотри, вот он… Артем Чепурной. Вытащил из кармана

и положил на стойку. Я посмотрел. Это был дохлый воробей.

- Это дохлый воробей, - сказал я.

- Нет, - сказал он. – Это Артем Чепурной.

Я выложил деньги за выпивку на стойку, потом взял его за

воротник замызганного плаща. Подтащил к двери, открыл и

вышвырнул его на улицу. Потом повернулся и закрыл дверь.

И увидел бармена. Он держал в руках воробья и ел его, грыз.

Рот его был полон перьев и крови. Он подмигнул мне.

Тут задребезжал на столе мой новенький 6s, и я проснулся.

23

Я нажал «ответить».

- Фитнес-студия Вадима Рудина.

- Моя фамилия Петров, мне нужна ваша помощь. В

миграционной службе меня подняли на смех.

- Что случилось, господин Петров?

- Я влюблен в космического пришельца.

- Ха-ха-ха, господин Петров, давайте серьезно…

- Вот видите, все надо мной смеются.

- Извините, Петров. Но прежде чем мы продолжим

разговор, сообщу мою цену.

- Да?

- 20 долларов в час. Это 1,5 тысячи рублей.

- Ну, это очень дешево для меня.

- А по-моему, в самый раз.

- Я согласен.

- И никаких чеков от юр.лиц с отскоками, иначе…

- Деньги для меня не проблема. Проблема – женщина.

- Какая женщина, господин Петров?

- Про которую мы говорим. Из космоса.

- Космический пришелец – женщина?

- Ну да…

- Откуда вы знаете, что она – пришелец?

- Она сама мне сказала.

- И вы ей верите?

- Конечно. Я видел, что она вытворяет.

- Например?

- Ну, вылетает через потолок и так далее…

- Вы выпиваете, Петров?

- Конечно. А вы?

- Без этого разве можно… Ладно, Петров, слушайте, прежде

чем мы начнем, зайдите ко мне лично. Первый этаж здания

на пересечении Мосфильмовской и Пырьева.

- Это где Психдиспансер?

- Следующее здание. Перед входом постучите.

- Условным стуком?

- Да. Гимном «Боже, царя храни». Тогда я точно буду знать, что это вы.

- Хорошо, господин Рудин.

Пока я дожидался его, выпил два кофе. С виски, конечно. В

окно увидел, как кошка поймала голубя и тащила его в зубах.

Черт, смерть кругом! Ни у кого нет никаких шансов. Всем

крышка. Я не знал, что с этим делать. У меня испортилось

настроение. Понимаете, я смотрю на упаковщика на почте и

понимаю, что он сам себя засовывает в гроб с надписями

«Почта России».

Раздался условный стук, и я сказал:

- Входите, пожалуйста, господин Петров.

Он вошел. Не впечатляющий нисколечко. Метр сорок пять

ростом, 55-57 килограммов, 60 лет, глаза прозрачные, почти

бесцветные, когда-то бывшие голубыми, один из них с тиком.

Почти облысевший. Сел.

Мы смотрели друг на друга и больше ничего. Прошло пять

минут. Наконец, я разозлился.

- Петров, почему вы ничего не говорите?

- Я ждал, когда заговорите вы…

- Почему?

- Не знаю.

Я откинулся в кресле за стойкой, закурил сигару, положил

на стойку ноги, вдохнул дым, выдохнул и выдул идеальное

кольцо.

- Петров, эта женщина, эта пришелица… расскажите о ней…

- Она себя называет Лия Экстра…

- Дальше.

- Вы не будете смеяться надо мной, как в миграционной

службе?

- Что вы там делали?

- Я хотел получить визу на Венеру, хотя бы на год.

- И вам отказали?

- Да…

- Что вы хотите от меня?

- Я хочу стать как люди из фильмов фантастики о будущем, худым, одеваться в латексные одежды и все такое.

- Вы понимаете, что для этого вам придется питаться

жидкой овсянкой, вареными яичными белками и сельдереем.

И лишь иногда позволять себе кислое зеленое яблоко, причем

без кожуры, без сердцевины и косточек?

- Да! Ради нее я готов на любые трудности!

Я отложил сигару. Закурил сигарету. Откупорил виски.

Налил. Он смотрел на мои действия. Я выпил. Долго смотрел

на него. Да, он полный псих, но ведь он еще и мой клиент. На

него было трудно смотреть на полном серьезе. Что же Москва

делает с людьми…

- Ладно, что вы хотите, чтобы я сделал с этой вашей Лией

Экстрой с Венеры?

- Избавьте меня от нее.

- Я не киллер. Я – тренер.

- Освободите меня от нее как угодно.

- Например?

- Затренируйте ее или заморите голодной диетой.

- Остроумно.

- Вы знаете ее адрес, телефон, еще что-то?

- Только хобби.

- Петров, вам нужно в соседнее здание, в психдиспансер.

- Я уже был там.

- И что?

- Они ничего не сказали, кроме того, что берут больше, чем

20 долларов в час.

- Сколько же это?

- 65 долларов в час.

- Это доказывает, что вы сумасшедший.

- Почему?

- Тот, кто столько платит, не может быть не сумасшедшим.

Он погрустнел и не произносил ни слова. Я пытался думать, но у меня заболела голова.

- У меня есть идея.

Петров приободрился и внимал.

- Я буду каждый день тренировать ее, эту вашу Экстру.

Дважды в день. А вы внесете предоплату, скажем, за 20

часов, итого это будет… Я нацарапал на листке блокнота

сумму в 30 килорублей.

Он радостно закивал и торопливо заполнял анкету.

- Что вы делаете, Петров?

- Пишу данные.

- Вы же не хотите, чтобы нас обоих закрыли в психушке?

Пишите свои данные.

- Ах, точно! Какой же я глупец!

- У вас наличные или переводом удобнее оплатить?

- Наличные.

Он полез в карман.

- Не спешите. Успеем. Она сможет начать сегодня?

- Я спрошу… не могу сказать.

Настроение улучшилось. Я ликовал от того, насколько

гениально я придумал тренировать несуществующую

клиентку! При том, дважды в день. Да я бы ее вообще не

выпускал из спортзала. Но правдоподобие надо соблюдать, не перегибая палку.

- Я кажется все заполнил.

В этот момент открылась дверь и вошла женщина. Что тут

сказать? На земле миллиарды самых разных женщин.

Некоторые выглядят вполне ничего. Некоторые хорошо. Но

это было действительно чудо природы.

То есть ты смотришь и не веришь своим глазам. Это

светящиеся волны тяжелой ртути, змеиные изгибы, ты

видишь лодыжку, ты видишь локоть, ты видишь колено, и все

это сливается в единое колоссальное манящее целое нечто.

Красивые глаза улыбаются, губы такие, будто сейчас она

засмеется над твоей беспомощностью. И одеваться такие

умеют, и длинные волосы жгут воздух. Ну просто сил нет.

Петров встал.

- Лия!

Она вплыла в комнату так, будто все время стояла на

волнах.

- Леша, что ты делаешь у этого второсортного тренера?

- Полегче, стерва, - сказал я.

- Милая, мне просто понадобилась небольшая

консультация.

- Какая? По какому вопросу?

- Не могу сказать…

- Леша, у тебя нет проблем, пока у тебя есть я.

- Правда, красавица? – радостно пустил слюни старичок.

Та в подтверждение издевательски соблазнительно

прошлась впред-назад, наклонилась, выгнулась, повернулась.

- Ну все, пошли домой, песик.

- Не слушай ее, Петров! – закричал я.

Но он уже полз у ее стройных длинных ног, иногда успевая

лизнуть ее пятки.

На какое-то время мне сделалось хреново. Я подумал, что

это она меня атаковала из лучевого оружия. Потом я встал, сделал шаг, два. Обошел стойку. Открыл ящик. Отвинтил

крышку от бутылки, и бахнул вискаря. Решил, что на сегодня

– хватит работы. А завтра все заново.

24

Наутро у себя в спортзале я понял, что в тупике. Я уже не

мог понять, кто мои клиенты, и что вообще кругом за

чертовщина. Надо что-то делать, решил я.

Я восстановил из «облака» все номера. Первым в списке

был Артем Чепурной. Я позвонил ему.

- Алло, - сказал он.

- Артем, это Вадим Рудин, тренер.

- Сукин сын!

- Полегче, Артем, у меня жим штанги лежа 150. Примерно, сколько весишь ты сам.

- Именно такого веса она тебе пригодится, когда ты

решишь покончить с собой, падла, если еще раз помешаешь

моим любовным занятиям.

- Артем, да я только и видел, как подпрыгивал твой

целлюлитный зад. Я даже не знал, что это ты, пока ты не

повернул голову.

- А кто еще, мать твою, кроме меня мог там быть? Чужой

что-ли будет шпарить ее в моем доме?

- Такое уже не раз бывало.

- Что?

- Я не говорю, что в твоем доме, Артем.

- А где же?

- Не имеет значения.

- Что не имеет значения?

- В смысле – к твоему делу это не относится. Давай

поговорим о деле.

- Ты хочешь, чтобы я продолжал заниматься?

- Ну конечно!

- Ты ничего не сделал с тех пор, как я отвалил тебе кучу

бабла. Только мой бампер заснял.

- Но я уже разработал для тебя суперметодику, Артем.

- Ну…

- Вдобавок, я кое-что узнал, от чего ты точно теперь не

заснешь спокойно.

- Ты о чем?

- Я не могу говорить такое по телефону. Даже фейсбук

торгует данными направо и налево, что говорить про

остальных…

- Жди. Скоро приеду.

- Ты застиг ее с кем-то?

- Пока нет. Я действую осмотрительно.

- Ну да, как же.

- Они должны попасться сами, понимаешь?

- Ты хорошо все продумал, Рудин?

- Идеально. Как только этот тип засветится, я его прищучу.

- Ты как-то странно выражаешься.

- Артем, мир – это не детсад. Еще немного и я их накрою.

- Накроешь?

- Я возьму ее за жопу! Ты же хочешь, чтобы я взял ее за

жопу?

- Ты просто добудь мне доказательства.

- Не поймавши, курицы не щиплют, верно?

- Что-то прояснилось?

- Артем, я напал на след. Я знаю, кто он. Он атлет, очень

хорош собой. Ты же знаешь, каковы атлеты, верно?

- Нет, а что они?

- Если ты не в курсе, я не смогу объяснить. У меня на это

нет лишнего дня. Так ты хочешь, чтобы я помог тебе в этом

чертовом деле или нет?

- Ты сказал, что близок к разгадке.

- Я их практически оседлал.

- Что?

- Так продолжаем работать или нет? Артем, я считаю до

пяти. Раз, два, три…

- Хорошо, хорошо, продолжай. Возьми эту шлюху за жопу.

- Отлично, Тёма! Только тут одна мелочь…

- Какая?

- Мне нужен аванс примерно на месяц.

- На месяц? Я думал, ты у цели.

- Я должен устроить западню. Поставить ловушку. И все

учесть. А когда он засветится…

- Хорошо. Вот, держи, еще 45 кусков.

И он вышел.

Я набрал Петрова.

- Алло, - сказал он, - похоронное бюро «Вечная память»

слушает.

- Мать моя! – сказал я.

- Что?

- Вы с трупами возитесь, Петров?

- Что?

- С трупами. С трупами!!! Это Рудин.

- Что вам угодно, господин Рудин?

- Я разрабатываю вашу инопланетянку, помните?

- Да, я помню.

- Скажите, Алексей, зачем вы этим занимаетесь?

- Что вы имеете в виду?

- Возитесь с мертвецами. Зачем? Зачем?

- Это моя профессия. Человек должен зарабатывать на

жизнь.

- Но колупаться со жмурами? Жуткое дело. Прямо

извращение. Вы кровь спускаете? Что вы делаете после того, как ее спустили?

- Этим занимается мой помощник, Иван Сидоров.

- Дайте его сюда скорее, я хочу с ним поговорить.

- Он обедает.

- Вы хотите сказать, он ест?

- Да.

Я помолчал. Вдохнул, выдохнул. Потом продолжил:

- Слушайте, Петров, вы хотите, чтобы я выполнил ваш

заказ?

- Вы о Лии Экстре?

- Ну да. У вас в похоронке есть другие космические крошки?

- Нет.

- Ну так, вы хотите от нее избавиться?

- Конечно. Вы думаете, вы сможете? Во время нашей

встречи вы как-то притупили.

- Петров, даже трактора притупляют. Я эту шлюшку

оформлю так, что вы ее больше не увидите.

- Я не считаю ее шлюхой, господин Рудин.

- Это просто выражение. Я не хотел обидеть вашу цыпу.

- Думаете, у вас получится?

- Пока мы тут треплемся, Петров, я уже отрабатываю

варианты. И я нашел ниточку.

- Какую?

- Я не могу вам раскрыть свои профессиональные секреты.

Но тот факт, что вы возитесь со жмурами, а она пришелица

из космоса, это наводит на мысли.

- Что вы хотите сказать?

- Я не могу все раскрыть. Но я консультировался со спецом

по этим делам. У него есть книга об инопланетянах, но он

требует дополнительных сведений о вас.

- Хорошо. Спрашивайте.

- Не суетитесь. Прежде чем я начну работу по этому делу, мне понадобится аванс на месяц.

- Думаете, получится?

- Черт побери, я же сказал, что дело на мази!

- Хорошо, я отправлю по этому номеру 45 тысяч сейчас же.

- Вы умный человек, господин Петров.

- Да. Господин Рудин, Иван Сидоров вернулся, вы еще

хотите с ним поговорить?

- Нет, но спросите, что он ел на обед?

- Одну минуту…

Я ждал. Наконец он снова взял телефон в руку.

- Он сказал, отбивную и картофельное пюре.

- Это отвратительно!

- Что?

- Мне пора, господин Петров.

- Я думал, вы хотите получить сведения обо мне.

- Я пришлю вам анкету.

Я отключил связь. Закинул ноги на стол. Все было под

контролем. У меня. Тренера Вадима Рудина. Оставалось

только решить загадку Артема. Оставались Динамит и Черная

Невеста. Черная Невеста – куда уж без нее. И еще оставалась

шлюха.

А как еще ее назвать?

25

Надо было думать об этом всем. Каким-то образом все это

связано: космос, Невеста, Артем, жмурики, Турчинский, Катя, Диана.

Но сложить в единое целое это все я не мог. Пока что. В

висках у меня застучало. Пора было валить отсюда.

На стенах качалки ответы не написаны. Ум заходил за

разум. Я воображал себя в постели с Черной Невестой, Катей

и Лией – со всеми одновременно. Это уже чересчур. Я надел

бейсболку и вышел за дверь.

Я очутился на Динамо. На станции Петровский парк. Я ехал

вверх на эскалаторе. Человек, стоявший сзади, наткнулся на

мой джинсовый карман.

- Ах, извините, - сказал он, - прошу прощения.

Бумажник я всегда ношу в левом грудном кармане. Учишься

кое-чему, учишься. С годами.

Прошел мимо злополучного бара, заглянул. Компания

стариков. Денежных. Как им это удалось? И сколько тебе

самому нужно? И что это все значит? Все мы умираем

нищими, и большинство живет в нищете. Это игра на

истощение. Надеть утром туфли и то победа.

Я толкнул дверь барного сортира, там стоял мой сосед

этажом выше и хлебал кофе. Я подошел к нему.

- Какой дурак тебя впустил? – спросил я его.

Лицо у него было деформировано, распухло.

- Рудин, сучара, я тебя убью! – сказал он.

- Тебе не надо пить кофе, - сказал я, - ночью спать не

будешь.

- Я замочу тебя, твои дни сочтены, урод перекачанный.

- Сколько бы травы за раз ты смог впарить?

- Паре стариков у стойки точно по косячку бы продал.

- На, - я сунул ему пару тысячных, - пусть тебе повезет.

- Ой, спасибо, Рудин!

- Не за что, – сказал я и отошел.

Нет человеку покоя. Вечно его достают. Нигде не

скроешься.

Я подошел к стойке и заказал большой стакан кофе с собой.

- Угостите даму сигареткой – прозвенела официантка.

- Бросил. Больше не курю.

- Ну спасибо тебе, урод, - сказала она.

Я стянул обратно чаевые себе в карман. Потом нашел

свободный стул около телека, вещавшего футбол и открыл

Яндекс. За спиной раздался голос:

- Парой штук ты не обойдешься, Рудин. Тебе конец. Это

был сосед. Я встал и повернулся к нему.

- Тогда отдавай двушечку обратно, козлина!

- Забудь про них.

- Я из тебя бигмак сделаю! – сказал я.

Он улыбнулся и шагнул ко мне. Я почувствовал лезвие, уткнувшееся мне в живот.

- У меня здесь сантиметров 15, и я с удовольствием воткну

их в твое дутое уродское брюхо.

- Ты почему сегодня не на работе? Кто будет в Пятерочке

пиво разгружать?

- Заткнись! Я сейчас решаю, убить тебя или нет.

- Друг, у меня с собой 10 кусков. Можешь прикупить себе

товара, толкнешь, будет вдвое больше.

- Сколько?

- 20.

- Сколько?

Острие прокололо мне кожу.

- 50.

- Ладно, залезь в свой бумажник, вынь 50 и засунь мне в

карман рубашки.

Я вспотел. Сделал все, как он сказал. Он убрал лезвие.

- А теперь сядь, открой свой айфончик, и начинай в нем

копаться. Я подчинился. Потом ощутил острие затылком.

- Считай, тебе повезло, - сказал он.

И ушел.

Я остался на месте и допил свой кофе. Потом встал и

вышел. Спустился в метро. Бывают такие неудачные дни. Я

доехал до спортзала, переставил Хаммер поближе ко входу и

поперся в кинотеатр. Около меня целый район – кинотеатр.

Купил попкорна, лимонаду и сел. Фильм уже шел, но я не

смотрел его. Я жевал пенопластовую кукурузу и пил лимонад.

И думал, удвоил ли сосед мой полтинник.

26

В эту ночь я не спал. Пил пиво, пил водку, все без толку.

Я ничего не решил. Все дела в тупике. Отец мой был

неудачником. Я неудачник. Это наследственность. Я включил

телек. В спортзале я крутил клипы, фитнес-ролики. Какая-то

девица сказала, что если я поговорю с ней, мне станет

хорошо. Единственное, что для этого нужно – кредитка. Я

решил, что обойдусь без этого. Потом лицо этой девицы

исчезло. Появилась Лия Экстра.

- Рудин, - сказала она, - не лезь не в свое дело.

- Что? – сказал я.

Она повторила. Я выключил зомбоящик. Снова налил

водки. Выключил свет и в темноте прилег на диван. И бахнул

водки.

Раздался звук, будто вокруг меня летал пылесос. Потом

вспышка, и передо мной возникла Лия Экстра. Я испугался до

смерти.

- Испугался, Рудин?

- С чего бы, - ответил я, - но что за манеры? Войти без

стука…

Лия Экстра оглядела комнату.

- Тебе нужна уборщица, - сказала она, - у тебя свинарник.

Неудивительно, что клиенты приходят все реже.

Я допил водку, бросил стакан прямо на пол.

- Тебя это не касается. Я тебя возьму за жопу.

- Тебе как тренеру, недостает трех качеств.

- Каких?

- Напора, нацеленности, находчивости.

- Да? Но ведь твою игру я раскусил, крошка.

- Да ну?

- Да. Ты втерлась в доверие к Петрову, потому-что он

возится со жмурами, а тебе нужны мертвые тела, чтобы

поселить в них своих друзей-пришельцев.

Она села в мое кресло, напротив меня, закурила мою

сигарету и рассмеялась.

- Похоже, что я живу в мертвом теле?

- Не очень.

- Мы сами умеем создавать себе тела. Смотри.

Снова чертов пылесос вокруг меня, вспышка, и в углу

комнаты появилась другая Лия Экстра. Она стояла около

моего цветочного горшка.

- Привет, Рудин, - сказала она.

- Привет, Рудин, - сказала та, что сидела в кресле.

- Э, так это ты можешь быть сразу в двух телах?

- Нет, - ответила Лия Экстра, сидевшая в кресле, - Но, -

продолжала вторая, которая стояла у горшка, - мы можем

переноситься из одного тела в другое.

Я встал, отбросив плед, поднял стакан и налил еще водки.

- Ты спишь в трусах? – сказала одна Лия Экстра.

- Какая гадость, - сказала другая.

Я снова прилег со стаканом, облокотившись на подушке.

Опять будто зажужжал пылесос, вспыхнул свет, и Лия возле

горшка исчезла. Я посмотрел на ту, которая была в кресле.

- Слушай, - сказал я, - Петров нанял меня, чтобы я его от

тебя избавил, и я это сделаю.

- Для человека, который не стоит больше нуля, ты много на

себя берешь.

- Вообще-то я справлялся с делами и покруче!

- Правда? Расскажи.

- Все мои дела секретны.

- Секретны или не существуют?

- Не беси меня, Лия, или я…

- Что?

- Я… - Я поднес ко рту водку. И вдруг моя рука замерла в

пяти сантиметрах от губ. Я не мог шевельнуться.

- Ты – третий сорт, Рудин. Не связывайся со мной. Я сейчас

добрая. Считай, тебе повезло.

- Считать, что повезло?

Сегодня я уже слышал это. Жужжание, вспышка, и Лия

Экстра исчезла.

Я сидел на краю дивана, не мог пошевелиться, стакан был

по-прежнему в пяти сантиметрах от губ. Я сидел и ждал. У

меня появилось время поразмыслить о моей

профессиональной судьбе. Размышлять больше было не о

чем. Может, я выбрал не ту профессию. Но менять ее было

уже поздно.

Я сидел и ждал. Минут через 10 началось покалывание во

всем теле. Я уже мог чувствовать руку. Потом чуть больше. Я

поднес водку ко рту, ухитрился наклонить голову и осушил

стакан. Бросил его на пол, вытянулся на диване и снова стал

ждать сна. Услышал стрельбу и крики за окном, и понял, что

мир в полном порядке. Через пять минут я уснул, как и все

остальные.

27

Я проснулся в угнетенном настроении. Смотрел на потолок, на трещины, линии в потолке. Я увидел пробегавшего быка.

Потом рассмотрел змею с кроликом в пасти. Солнце проникло

через жалюзи и образовало у меня на животе свастику. Я

встал, почесал зад. Шея занемела, во рту был привкус

кислого молока.

Я отправился в душевую. Смотреть в зеркало было

противно, но я посмотрел. На лице подавленность и

незадачливость. Еще и темные мешки под глазами.

Маленькие, трусливые глазки, как у грызуна, пойманного

етитской кошкой. Плоть выглядела так, будто она уже не

старается. Как будто ей отвратительно быть частью меня.

Брови нависли, изогнулись, выглядели так, будто они

умалишенные. Даже волосы мои умалишенные. Кошмар. Я

выглядел отвратительно. Я подошел к унитазу отлить.

Нацелился правильно, но почему-то пошло вкось и попало на

пол. Я перенацелился и описал все сиденье, которое забыл

поднять. Потом оторвал бумаги и подтер. Вытер сиденье.

Кинул бумагу в унитаз и смыл. Потом подошел к окну и

открыл жалюзи. Увидел кошку, гадившую на соседней крыше.

Вернулся к умывальнику, нашел зубную щетку, выдавил из

тюбика. Получилось много. Оно лениво шлепнулось на щетку, а с нее в раковину. Почему-то зеленое. Как зеленый червяк. Я

подцепил его пальцем, намазал на щетку и стал чистить.

Зубы. Какая же это дрянь. Мы должны есть. Едим и снова

едим. Мы все отвратительны, обречены на наши мелкие

грязные занятия. Едим, пердим, чешемся, улыбаемся, отмечаем праздники.

Я дочистил зубы и вернулся в постель. Из меня вышел весь

пар. Кончилась вся заводка. Я был как будто нарисованный

схематически.

Решил поваляться до полудня. Может, к тому времени

половина мира вымрет, и переносить оставшуюся будет вдвое

легче. А может, если встану в полдень, буду выглядеть лучше

и чувствовать себя лучше. Я знал одного типа, который не

опорожнялся по несколько дней. В конце концов он просто

взорвался. Натурально. Говно вылетело из живота.

Потом завибрировал телефон. Я не вмешивался. Утром я

никогда не отвечаю на звонки. Он прозвонил раз пять и

замолчал. Слава богу. Я наедине с собой. И хотя я

отвратителен, это лучше, чем быть с кем-нибудь еще, с кем

угодно, все они заняты своими жалкими мелкими фокусами и

кульбитами. Я натянул плед до подбородка и ждал.

28

Я решил съездить на ипподром. Был четвертый заезд. Мне

нужен был успех хоть где-нибудь. Все мои дела зашли в

тупик. Я вытащил список. У меня все было записано: 1. Выяснить, Динамит ли Динамит, сообщить о результатах

Черной Невесте.

2. Выяснить, гуляет ли Катя от Артема Чепурного. Если да –

взять ее за жопу.

3. Избавить Петрова от Лии Экстры.

Я сложил список и сунул в карман. Раскрыл «программу».

Лошади выходили на старт. Несмотря на конец сентября, был спокойный теплый день. Все вокруг казалось

погруженным в сон. Тут я услышал звук на спиной.

Обернулся. Это был Динамит. Он улыбнулся мне.

- Хорошая погода, - сказал он мне.

- А ты тут с какой стати? – спросил я.

- Заплатил за вход. Там вопросов не задавали.

- Следишь за мной, пакость? – спросил я.

- Хотел спросить у тебя то же самое, - сказал он.

- Я много чего не могу понять, - говорю я.

- Я тоже, - сказал он. Потом перелез через спинку и сел

рядом со мной. – Надо потолковать.

- Верно, - сказал я. – Для начала: как твое имя? Твое

настоящее имя!

Я почувствовал, как в бок мне уткнулся короткоствольный

револьвер. Он держал его под пиджаком.

- У вас есть на него разрешение? – спросил я.

- Вопросы здесь задаю я, - и тыкнул меня дулом.

- Ну, задавайте, - сказал я.

- Кто вас навел на меня?

- Черная Невеста.

- Черная Невеста? – засмеялся он, - Не надо полоскать

мне мозги!

- Я не полощу. Она так назвалась. «Черная Невеста».

- Ненормальная что ли?

- Может быть.

- Где мне найти эту суку?

- Не знаю. Она сама со мной связывается.

- Думаешь, я на это куплюсь?

- Не знаю, мне больше нечего продать.

- Что ей нужно?

- Она хочет знать, настоящий ли вы Динамит.

- Вот как?

- Да.

- Кто тебе нравится в этом забеге?

- Белый Ветер, - сказал я.

- Белый Ветер? И я его выбрал.

- Ладно, - сказал я, - я тоже на него поставлю. Сейчас

вернусь. – Я стал было подниматься.

- Сиди, - сказал он, - если не хочешь иметь сквозняк в

организме. Я сел.

- Так, - сказал он, - мне нужно, чтобы эта женщина

перестала висеть у меня на хвосте. Мне нужно ее

настоящее имя. Вздор насчет Черной Невесты мне не

нужен. И я хочу, чтобы ты этим занялся. Конкретно – прямо

сейчас!

- Но моя клиентка она! Как же вы можете быть моим

клиентом?

- А это ты сам придумай, пузатый.

- Пузатый?

- У тебя брюхо висит.

- Висит или не висит, если я на кого-то работаю, мне

платят. А стою я недешево!

- Сколько?

- 20 баксов в час.

Он залез в карман и вытащил пачку денег. Бросил мне на

грудь.

- Тут за месяц вперед.

В это время толпа зашумела. Лошади вышли на прямую –

и кто вы думаете, шел впереди на три корпуса? И кто

выиграл четыре? Белый Ветер. Ставки 6 к 1.

- Черт, - сказал я ему, - вы мне дорого стоите. Белый

Ветер выиграл.

- Заткнись, - сказал он, - и займись моим делом.

- Ладно-ладно, - сказал я, - как с вами связаться?

Вот мой телефон, - сказал он и вручил мне клочок бумаги.

Потом встал, вышел в проход и исчез.

Я понимал, что вовлечен в какую-то серьезную историю, но разобраться в ней не мог. Что ж, надо просто заняться

делами, вот и все.

Я раскрыл «программу» и выбрал лошадь в пятом забеге.

29

На другой день я отправился в похоронное бюро «Вечная

память» - поглядеть, что там и как. Охрененно выгодный

бизнес – мертвых сезонов не бывает. Я припарковал Хаммер

и вошел. Приятное местечко. Тихий зал. Толстые ковры. Я

обошел его, заглянул в другую комнату не меньше зала. Она

вся заставлена гробами. Большими, маленькими, для толстых, для тощих. Некоторые приобретают гробы заранее. Я не

собираюсь. К чертовой матери.

Людей никого не было. Я мог спереть гроб. В Хаммер бы

легко вместился, наверное, любой. И уехать. Где Петров? Где

все?

Потом меня стало подмывать, и все сильнее. И я не

удержался. Поднял крышку гроба и заглянул в него. Я

ЗАКРИЧАЛ. Отпустил крышку.

Там лежала голая женщина. Молодая, красотка, но

мертвая!

Вбежал Алексей Петров.

- Господин Рудин! Что вы здесь делаете?

- Я? То есть? А вас где черти носили?

- В туалете. Почему вы кричите?

Я показал.

- У вас труп в гробу. Несовершеннолетняя девочка!

Петров подошел и поднял крышку.

- Тут никого нет, господин Рудин.

- Что?

Я подошел и заглянул. Гроб был пуст.

Я повернулся и схватил Петрова за лацканы.

- Не валяй со мной дурака, мальчик! Я все видел. Я видел

ее в гробу. Мертвая цыпочка! Дурака из меня строить

вздумали? Ты и… Иван Сидоров… кровосос! Со мной шутки

плохи, Петров!

- Никто с вами не шутит, господин Рудин. У вас

галлюцинации. Я отпустил его лацканы.

- Извините, – сказал я. – Не догадался.

- О чем?

- Это ваша Лия Экстра. Она мудрует надо мной. Она знает, что я занялся вашим делом.

- Последние дни я ее не видел. Может быть, она убралась?

- Она не убралась. Она ждет, Петров.

- Чего ждет?

- Я пока не знаю.

Я повернулся и оглядел комнату.

- Петров, быстро! Сколько у вас тут покойников?

- Мы подготовили двух. Они в другом зале.

- Я должен их увидеть!

- Что?

- Вы хотите, чтобы я разобрался с делом?

- Я хочу, чтобы вы разобрались…

- Тогда я должен увидеть обоих жмуров.

- Зачем?

- Если скажу, вы все равно не поймете.

- Что это значит?

- Неважно. Просто дайте взглянуть.

- Это против всяких правил.

- Давайте! Давайте!

- Хорошо. Идите за мной…

Мы перешли в другой зал. Шикарное место. Темно. Свечи

горят. Три гроба.

- Ладно, посмотрим, - сказал я Петрову.

- Вы можете объяснить мне, зачем?

- Лия Экстра хочет разместить своих пришельцев в этих

мертвых телах. Дать им убежище, оболочку. Ну, как у

черепахи, понимаете? Она околачивается у вас, чтобы

раздобыть эти тела.

- Но это мертвые тела, они разлагаются. А кроме того, мы

намерены их похоронить. Как ими можно пользоваться?

- Космические пришельцы прячутся в мертвых телах, покуда их не похоронили, а потом находят другие мертвые

тела.

- Но если им нужно прятаться, зачем же в мертвых телах?

Почему бы им не прятаться в цистернах или пещерах или

еще где? Почему они не воспользуются живыми телами?

- Болван, живые тела будут реагировать на них. Откройте

эти гробы, Петров!

- Рудин, я думаю, что вы сумасшедший.

- Давайте, открывайте!

Петров открыл первый. Хороший дубовый гроб. Там

лежал мужчина лет тридцати восьми, рыжие волосы, дешевый костюм. Я посмотрел на Петрова.

- Один из них сейчас в нем.

- Откуда вы знаете?

- Он шевельнулся.

- Что?

- Я видел, он шевельнулся!

Я протянул руку и схватил труп за горло.

- Давай, давай, вылезай! Я знаю, что ты здесь! Когда я

его встряхнул, у него открылся рот и он выплюнул какую-то

белую вату. Я отскочил.

- Черт! Что это???

Петров только застонал.

- Я целый час трудился, подкладывал ему за щеки, чтобы

у него был здоровый, цветущий вид. Теперь опять все

ввалилось. Опять сначала.

- Извините, я не знал. Но думаю, мы близки к цели.

Откройте другой гроб, пожалуйста.

- Сами откройте. Это просто отвратительно. Не знаю, почему разрешил вам. Я наверно свихнулся.

Я подошел и открыл сосновый гроб. Заглянул. И не мог

оторваться. Я не верил своим глазам.

- Это что такое, Петров? Так не шутят. Это вовсе не

смешно.

Тело, вытянувшееся в гробу, было мной. Гроб был обит

бархатом, и я улыбался восковой улыбкой. На мне мятый

темно-коричневый костюм, а руки сложены на груди и

держат белую гвоздику. Я обернулся и посмотрел на

Петрова.

- Это что за хрень? Где вы его раздобыли?

- О! Это господин Елин, он скончался от инфаркта.

- Это фуфло, Петров! Этот труп – я! Я!

- Ерунда, - сказал Петров. Он подошел к гробу и заглянул

туда. – Это господин Елин.

Я подошел и взглянул еще. Там лежал старик лет

семидесяти или восьмидесяти. Выглядел он неплохо, ему

нарумянили щеки, а губы подрисовали помадой. Кожа

блестела, как навощенная. Но это был не я.

- Это ваша Лия пудрит нам мозги, - сказал я.

- По-моему, вы совсем запутались, господин Рудин.

- Заткнись, - сказал я.

Надо было подумать. Как-то это все сходилось. Должно

было сойтись. Тут вошел кто-то и встал в дверях.

- Тело готово, Алексей Александрович.

- Спасибо, Ваня. Можешь идти. Иван Сидоров повернулся

и вышел.

- Черт возьми, Петров, он руки не моет?

- То есть как?

- Я видел красное у него на руках.

- Ерунда.

- Я видел красное!

- Господин Рудин, не угодно ли заглянуть в третий гроб?

Хотя он пуст. Один господин выбрал его заранее.

Я посмотрел на гроб.

- А сам он здесь?

- Нет, он еще жив. Это предоплата. По предоплате мы

делаем 10%-ную скидку. Вы не хотите такой? У нас

прекрасный выбор.

- Спасибо, Петров, но у меня назначена встреча. Я с вами

свяжусь.

Я круто повернулся и вышел на свежий воздух.

Влез в Хаммер, дал газу и вырулил на дорогу. Какой-то тип

на такси решил, что я его подрезал. Он показал мне палец.

Я показал ему свой.

Начался дождь. Я поднял стекло и включил радио.

Я подкатил к вывеске «Частный психиатр Александр

Чернов». Я толкнул дверь. Приемная была полна психов.

Один читал газету вверх ногами. Большинство сидели тихо.

Были мужчины и женщины. Они все будто и не дышали.

Атмосфера была тяжелая и мрачная. Я записался на

ресепшене и сел. У моего соседа справа была одна туфля

коричневая, другая черная.

- Слушай, друг, - сказал он.

- Что? – ответил я.

- Не разменяешь копейку?

- Сегодня – нет, - сказал я ему.

- Может, завтра?

- Может, завтра.

- А если завтра я тебя не найду?

Надеюсь, что не найдешь, подумал я.

Мы ждали и ждали. Вместе. Психиатр, видимо не

догадывается, что ожидание – одна из тех вещей, которые

сводят людей с ума. Всю жизнь люди ждут. Ждут новой

жизни, ждут смерти, ждут в очередях за жратвой, за

деньгами. А если денег нет, ждут еще дольше. Ждешь, когда уснешь, потом ждешь, когда проснешься. Ждешь

женитьбу, а потом ждешь развода. Ждешь дождя, а потом

ждешь, когда он кончится. Ждешь еды, а потом снова

ждешь еды. Ждешь в приемной у психиатра вместе с

психами, и опасаешься, что ты один из них.

Я видимо ждал так долго, что заснул. Когда проснулся, меня трясла секретарша и говорила:

- Господин Рудин, Господин Рудин, вы следующий!

Это была уродливая старушенция, уродливее меня. Ее

лицо было очень близко, я даже испугался. «Вот так, наверное выглядит смерть» - подумал я.

- Идите за мной.

Я прошел за ней через приемную. Она открыла дверь: за

столом довольный жизнью мужик.

- Садитесь. – Он показал на кресло.

Секретарша исчезла, закрыв дверь.

Чернов начал водить ручкой по бумаге. И потом сказал:

- Это вам будет стоить 160 долларов за час.

- А сколько это в рублях?

- 12 000.

- Хрен тебе, - сказал я. Он поднял голову.

- Ха! Мне нравится это! Поводил ручкой еще и сказал:

- Зачем вы пришли?

- Даже не знаю, с чего начать.

- Ну, посчитайте от 10 до 1.

- Посчитай сам, твою мать!

- Ха! – сказал Чернов, - вы понимаете, о чем я

спрашиваю?

- Нет, не понимаю.

- Вы пришли надо мной шутить, правильно я понял?

Я навалился грудью на стол.

- Тебе повезло дружок, что с тобой только шутят.

- Ах, вот как! – он откинулся в кресле, - так-так-так!

- Не валяй дурака, доктор, я невменяемый.

- Хорошо-хорошо! Тогда что вам нужно?

Я грохнул кулаком по столу.

- ЧЕРТ ПОБЕРИ, МНЕ НУЖНА ПОМОЩЬ!

- Ну конечно! А как вы меня нашли?

- По яндекс-директу.

- По яндекс-директу? Меня нет на яндексе…

- Нет, вы есть. Александр Чернов. Психиатр. Рябиновая, 19, кабинет 5.

- Это кабинет 6. Я адвокат. А доктор Чернов рядом.

Боюсь, вы просто ошиблись. Я встал и улыбнулся.

- Морочишь мне голову, док, хочешь отделаться? Если

думаешь меня перехитрить, у тебя куриное дерьмо вместо

мозгов!

Я пришел сюда, чтобы выяснить, действительно ли

реальны все эти дела с Динамитом, Чепурными, Черной

Невестой, космическими пришельцами, Дианой или у меня

плохо с головой. Все это не лезет ни в какие ворота. Со

мной что-то не так? И куда меня несет и зачем?

Человек, назвавшийся адвокатом, нажал кнопку на столе, и вскоре пришла секретарша. По-прежнему уродливее

меня. Ничего нового.

- Ольга Александровна, - сказал он, - пожалуйста, проводи господина в соседний кабинет, к доктору Чернову.

Благодарю.

Я вышел за ней в коридор, она открыла мне дверь с

номером 5 и шепнула:

- Соберись, шляпа!

Я опять вошел в набитую людьми приемную. Первым, кого я увидел, был тот, в коричневой туфле и в черной, который просил разменять копейку. Он тоже меня увидел.

- Эй, мужик? – сказал он. Я подошел к нему.

- С тобой то же самое, да? – спросил он.

- Что?

- Он, он… попал не в ту дверь… попал не в ту дверь…

Тогда я повернулся и вышел оттуда. Нашел свою машину и

влез в нее. Завел мотор. Подождал, пока он прогреется.

Поехал. Закурил. Я подумал, что мне лучше вернуться в

спортзал. Я подумал, что меня там кто-то ждет.

30

Я ошибся. В спортзале никого не было. Я обошел его

весь, будто хотел кого-нибудь найти. Но тщетно. Я сел за

стойку. У меня было странное чувство. Все как-то не

складывалось. Почему, например, в приемной у адвоката

человек читал газету вверх ногами? Ему полагалось сидеть

у психиатра. А может, только наружные страницы были

напечатаны вверх ногами, а он читал внутренние, напечатанные нормально?

И есть ли бог? И что с Катей Чепурной? Вопросов передо

мной стояло много. Вылезти утром из постели – все равно

что уткнуться в глухую стену Вселенной. Может, лучше

пойти в стриптиз-бар и засунуть пару 500-рублевых в

трусики? Забыться. Или на боксерский матч, посмотреть, как два мужика мудохают друг друга?

Но жизнь в человеке держится болями и бедами. Или

стараниями избежать то и другое. Это занятие ежедневное

и на целый день. Иногда и ночь. И не приносит отдыха. А

как еще объяснить самоистязание с проливанием пота при

добровольном поднятии тяжелых снарядов? Для чего это

все?

В последнем моем сне я лежал под слоном, а он

вываливал на меня одну из самых больших какашек, которые только бывают в природе. И она уже почти упала, но тут задребезжал мой телефон у самой головы и я

проснулся. Расскажешь этот сон психиатру, а он сочинит из

него что-то ужасное. Раз ты ему столько платишь, он

обязан постараться, чтобы у тебя стало тяжело на душе. Он

скажет, что какашка – это пенис. И что ты либо боишься

его, либо хочешь его. Словом, какую-нибудь ахинею. В

действительности же он сам боится или хочет пениса. А это

просто сон про большую слоновью какашку, только всего.

Иногда вещи именно такие, какими кажутся. И нечего

городить. Лучший толкователь сна – тот, кто его видел. А

деньги держи в кармане. Или поставь на хорошую лошадь.

Я бахнул коньяку. Без запивки и закуски. Уши у меня

вздрогнули, и я почувствовал себя лучше. Мозг мой стал

разогреваться. Я еще не мертв, я только в стадии быстрого

разложения. А кто не в ней? Мы все в одной дырявой

лодке, которая движется к краю водопада. Но

подлизываемся к жизни.

Возьмите, например, рождество. Ага, возьмите его

отсюда, к черту. Человек, который его придумал, не таскал

с собою лишнего багажа. А нам, остальным, надо сперва

избавиться от барахла. Чтобы хотя бы выяснить, где мы

есть. Ну или хотя бы, где нас нет. Чем больше дерьма ты

выкинул, тем больше ты увидишь.

Я еще бахнул коньяку. Я приходил в себя. Выходил из

крутого пике. Яйца наотлет. Я Вадим Рудин, супертренер.

Потом завибрировал телефон. Я взял его, как любой

нормальный человек взял бы его. Ну не совсем. Иногда

телефон напоминает мне о слоновьей какашке. Столько

всякого говна из него слышишь. Конечно, телефон он и

есть телефон, а вот что идет через него – совсем другое

дело.

- Вшивый из тебя философ, - сказала Черная Невеста.

- Какой есть, - сказал я.

- Люди живут иллюзиями, - сказала она.

- Ну да, а что еще есть, кроме них?

- Конец иллюзий, - ответила она.

- Скажи, пожалуйста, - сказал я.

- Сам скажи. Долго ты еще будешь валандаться с

Динамитом?

- У меня все в ажуре, крошка.

- Просвети меня, толстяк.

- Давайте встретимся завтра в Сакуре в 2.30?

- Хорошо. Но смотри, если у тебя ничего нет. Или есть?

- Крошка, я храню свою секрецию.

- Это еще что такое?

- Я хотел сказать СЕКРЕТЫ.

- Надеюсь, они у тебя есть…

- Жизнью могу поклясться.

- Ты уже это сделал, - сказала Черная Невеста и

отключила связь. Я положил телефон, поглядел в пустоту.

Взял из пепельницы потухшую сигару, зажег, закашлялся.

Потом взял трубку и набрал номер Динамита. После

четырех гудков он ответил:

- Да.

- Здравствуйте! Вы выиграли килограммовую коробку

вишневых конфет в темном шоколаде и бесплатную поездку

в Пхукет.

- Не знаю, кто ты, но не засирай мне мозги.

- Я Вадим Рудин…

- Конфеты я возьму…

- Нам завтра надо встретиться в Сакуре в 2.30.

- Зачем?

- Ты появись, атлетишка, и твоим неприятностям придет

конец.

- Ты угощаешь?

- Да.

- Приду… - Он повесил трубку. Никто уже не говорит «до

свидания», ни одна душа. Я поглядел на коньяк. И выпил.

31

Было 2.15. Я занял столик в Сакуре. Передо мной было

саке. Предстояла встреча Турчинского и Черной Невесты.

Оба – мои клиенты. Дела шли хорошо, но неизвестно куда.

Из-за другого столика на меня пялился человек. Некоторые

пялятся прямо как коровы. Они не понимают, что пялятся.

Я бахнул саке, поднял голову. Он продолжал пялиться. Дам

ему две минуты, подумал я, и если не перестанет, начищу

ему рыло.

Я вытерпел минуту и 45 секунд, но тут он встал и

подошел к моему столу. Я пощупал кобуру. На месте.

Твердый. Самая твердая конечность, которая бывает у

человека. А малый этот был похож на сторожа платной

стоянки. Или же на зубного врача. Отвратные усики и

фальшивая улыбка. Или же отвратная улыбка и фальшивые

усики. Подошел к моему столу и торчит надо мной.

- Слышь, друг, - сказал я, - извини, у меня нет лишней

мелочи.

- Да я не стрельнуть у тебя хотел.

Не нравился он мне. Глаза как у дохлой рыбы.

- Так какие у тебя вопросы? Тебя выселили из хостела?

- Нет, - сказал он, - я живу с мамой.

- Сколько тебе лет?

- Сорок шесть.

- Это плохо.

- Нет, на самом деле плохо ей. Недержание. Клеенки. Все

такое.

- А-а, - сказал я, - жаль.

- Мне тоже.

Он все торчал надо мной.

- Ну, - сказал я, - не знаю, не знаю, чем тебе помочь.

- Ничем не поможешь… Я допил водку.

- Я просто хотел спросить, - сказал он, - спросить у тебя

одну вещь.

- Спрашивай.

- Ты не Дмитрий Нагиев?

- Кто?

- Дмитрий Нагиев. Актер такой, я недавно один фильм с

ним смотрел, один из лучших на моей памяти.

- Нет, я не Дмитрий, и не Нагиев. Иди обратно, сядь на

свое место.

- Ты не обманываешь? Точно не он?

- И никогда не был.

- Ну надо же. – Он повернулся и ушел к своему столику и

сел как я велел ему.

Я взглянул на часы. 2.30. Где же они?

Я показал официанту «еще выпить»…

В 2.35 вошел Динамит. Остановился, огляделся. Я

помахал надетой на палочку салфеткой. Он подошел, сел.

- Мне шотландского виски, - сказал Динамит. Момент он

выбрал удачно. Официант как раз подходил с моей второй

саке. Я дал ему заказ. А саке тут же выпил. У меня было

странное чувство. Как будто ничто не имеет значения.

Черная Невеста. Чепурной. Динамит. Эта гонка меня

изнурила. Весь пар вышел. Существование не только

абсурдно, оно вдобавок тяжелая работа. Подумать только, сколько раз за жизнь ты надеваешь нижнее белье. Это

кошмар, это отвратительно, это глупо.

А тот интересант опять торчал над нами. Он пялился на

Турчинского.

- Слушай, а этот мужик с тобой, он не Дмитрий Нагиев?

- Мужик, - Динамит посмотрел на него, - если тебе дороги

твои яйца в их нынешнем состоянии, изволь отойти. Тот

ушел.

- Хорошо, - сказал Турчинский, - зачем я приглашен?

- Я собираюсь свести вас с Черной Невестой.

- Вот как? Невеста – черная?

- Не в том смысле, хотя, откуда мне знать, в каком смысле

вы имели в виду, говоря «черная».

Динамиту принесли стакан. Он выпил его залпом.

- А вашу Черную Невесту – мы намерены ее разоблачить?

– спросил он.

- Вы когда-нибудь видели фильмы с Дмитрием Нагиевым?

- Нет.

- Наглая ложь, - подумал я. И сказал: - Знаете, он был

похож на меня.

- Мне не кажется это каким-либо достижением. Тут вошла

она. Черная Невеста. Умопомрачительно одетая. Она

подошла к нашему столику и поместила всю себя в кресло.

- Мартини с лимонным соком, - сказала она. Я кивнул

официанту. Повторил ему ее заказ.

- Я затрудняюсь представить вас друг другу, ибо не знаю, кто вы такие оба на самом деле.

- Какой же ты тренер? – спросил Динамит.

- Лучший в Мск.

- Да? А что значит Мск?

- Мир Сумасшедшим Кретинам.

- Ты пил?

- Недавно, - сказал я.

Прибыло мартини для Черной Невесты. Она опрокинула.

Потом посмотрела на Динамита.

- Так представьтесь же. Как вас зовут?

- Дмитрий Нагиев.

- Он разве не умер? – спросил я.

- Еще нет.

- Вы уверены?

- Я – уверена.

Я кивнул официанту и заказал нам еще по стакану. Мы

посидели, посмотрели друг на друга.

- Так, - сказал я, - кажется, мы на мертвой точке.

Определенно на мертвой точке. А за напитки, между

прочим, плачу я. Так давайте заключим небольшое пари, и

кто проиграет, угощает по новой.

- Какое пари? – спросил Динамит.

- Простое. Например, сколько цифр на ваших

водительских правах. То есть, в их номере.

- Глупый спор, - сказал Динамит.

- Не порть нам игру, - сказал я.

- Не ссы, - сказала Черная невеста.

- Ну, придется играть, - сказал Динамит.

- Попробуй, - сказал я.

- Не оплошай, малыш, - сказала Черная Невеста.

- Ладно, - Турчинский решился, - я скажу: 8.

- Я говорю: 7, - сказала Черная Невеста.

- Я говорю: 5, - сказал я.

- Ну, а теперь смотрим ваши права, - говорю я.

- Да, на моих 7, - сказала Черная Невеста.

- Черт, - сказал я, - на моих 7.

- На моих 8, - сказал Динамит.

- Не может этого быть! – сказал я, - А ну-ка дай

посмотреть. Я взял у него права, посчитал.

- На твоих 7, а не 8. Ты засчитал букву, которая перед

цифрами. Вот что ты сделал.

Нате, посмотрите.

Я передал права Черной Невесте. Там было 7 цифр и еще

кое-какая информация: ВЛАДИМИР ЕВГЕНЬЕВИЧ

ТУРЧИНСКИЙ, 28.09.1963г.

Черт возьми. Я весь задрожал. Не крупной дрожью, но

приличной. Громаднейшим усилием воли я сократил ее до

легкого трепета. Хорошенькое дело. Это он, и сидит с нами

за столом в Сакуре средь бела дня, в 21-м году 21-го века!!!

Черная невеста была в экстазе. Она прямо вся расцвела и

стала еще красивее.

- Отдайте мне, черт побери, права, - сказал Динамит.

- Ну конечно, малыш, - сказала Черная невеста и вернула

их.

- Ну, - сказал я Турчинскому, - похоже, мы с тобой

проиграли. Так что бросим монету, кому угощать. М?

- Давай, - сказал Динамит.

Я вытащил мой счастливый рубль, подкинул его и

крикнул Турчинскому: ГОВОРИ!

- РЕШКА! – крикнул он.

Монета упала на стол. Орел.

Я взял ее и положил обратно в карман.

- Сдается мне, - сказал я Динамиту, - сегодня не твой

день.

- Сегодня мой день, - сказала Черная Невеста. И тут же

поднесли напитки.

- Запиши это на меня, - сказал Динамит официанту. Мы

сидели, каждый со своим стаканом.

- Сдается мне, что меня кинули, - сказал Динамит. И

выпил. – Меня предупреждали насчет вас, чмыри

московские.

- «Смех без правил» планируешь еще вести? – спросил

его я.

- Я убираюсь отсюда, - сказал он.

- Да брось! - сказала Черная Невеста, - выпей еще. Жизнь

коротка.

- Нет, я отваливаю!

Он бросил на стол 5 000, встал и ушел.

Через минуту он вернулся:

- Вот, оказывается, где мой Хаммер! Гони ключи, толстяк!

Я положил их на стол. Он взял их, еще раз взглянул на

меня и вышел, подбросив их в руке.

- Ну, - сказал я Черной Невесте, - он ушел от нас…

- Не совсем, - сказала она.

Раздался громкий визг тормозов. Потом глухой удар, как

бы металла по телу. Я вскочил из-за стола и выбежал на

улицу. Посреди Мосфильмовской лежало неподвижное тело

Динамита. Толстуха в большой красной шляпе, сидевшая за

рулем древнего Лексуса, вылезла из машины и кричала, кричала, кричала. Турчинский лежал очень тихо. Я понял, что он мертв.

Я вернулся в Сакуру. Черная Н. исчезла. Я сел за стол.

Саке моя стояла нетронутая. Я это исправил. Потом просто

сидел. Молодыми умирают те, кто сгорает молниеносной

вспышкой, вместо того, чтобы беречь свою жизнь, избегая

риска, подумал я. И продолжал сидеть.

- Эй, господин Нагиев, - раздался голос надо мной. – Все

твои друзья ушли. Куда ушли твои друзья? Это был

Торчала. Опять тут.

- Что ты пьешь? – спросил я?

- Ром с колой. Я поманил официанта.

- Два рома с кока-колой, - сказал я, - один мне, и один… -

я показал, - ему.

Официант принес. Торчала сидел со своим ромом за

своим столом, а я со своим – за своим столом.

Потом я услышал сирену. Вот когда ты ее не слышишь, она гудит по тебе. Я допил ром, получил счет, расплатился

карточкой, оставил 20% на чай и ушел оттуда.

32

На другой день в спортзале я сделал перестановку, убрал

кучи мусора, пропылесосил, собрал все упаковки с

логотипом «Бургер-кинг» и даже протер влажной тряпкой

пыль. Потом лег в кресле, сложил ноги на стол и закурил

сигару. Я считал, что выполнил дело. Я потерял двух

клиентов, но дело все равно выполнил. Однако итоги

подбивать было рано. Оставался еще Чепурной со своей

Катей. И оставался Петров со своей космической Лией

Экстрой. Мои мысли перескакивали с Кати на Лию и

обратно.

Приятные размышления. Лучше, чем сидеть в шалаше и

подстерегать с двустволкой летящих уток.

Я задумался о том, как приходят решения в жизни.

Людям, которые что-то решают, помогает большое

упорство и удача. Если упорствуешь достаточно долго, как

правило, приходит и удача. Большинство людей, однако, не

могут дождаться удачи – и бросают. Рудин – не такое

ссыкло. Боец. Козырь. Может, малость ленив. Но голова.

Я выдвинул верхний ящик, нашел водку, и позволил себе

бахнуть. За победу. Историю пишет победитель, и в

окружении прекрасных дев…

Зазвонил телефон. Я нажал «ответить».

- Рудин слушает.

- Мы еще встретимся, - сказала Невеста. Черная Невеста.

- Крошка, а мы не можем договориться?

- Это никому не удавалось, Рудин.

- Нарушим традицию, создадим прецендент, Невеста.

- Не выйдет, Рудин.

- Хорошо, ладно, может, договоримся о свидании, ну

С.Б.Л.И.?

- Что это значит?

- Свидание Без Летального Исхода.

- А какой в нем смысл?

- Невеста, я смогу подготовиться.

- И без этого каждый должен подготовиться.

- Невеста, они не готовятся, они забывают, они

игнорируют. Или так глупы, что не думают об этом.

- Меня это не интересует, Рудин.

- А что вас интересует, Невеста?

- Моя работа.

- Меня тоже, крошка, меня тоже интересует моя работа.

- Тем лучше для тебя, толстяк. А позвонила я, чтобы

сказать тебе, что я о тебе не забыла…

Пришло смс с оповещением из банка о зачислении

300 000 рублей.

- Увидел?

- Благодарю вас, Невестейшество, у меня просто душа

поет.

- До скорого, Рудин… Она дала отбой.

Всегда кто-нибудь испортит тебе день, а то и всю жизнь.

Я погасил сигару, надел котелок, потом бейсболку. Решил, что второй вариант лучше. Вышел за дверь, запер ее, достал ключи от своего старого доброго Лансера, завел его

с брелока. Постоял на улице, поглядел, как люди бегут кто

куда. В животе у меня закрутило, и я прошел полквартала

до бара «Заправка», вошел, сел на табурет. Надо было

подумать. Оставались нераскрытые дела, и я не знал, с чего

начать. Я заказал виски с лимонным соком. И с запасом.

Вообще-то хотелось залечь где-нибудь и пару недель

проспать. Работа достала меня. Когда-то в ней был интерес.

Не много, но все-таки. Да что тут рассказывать? Три раза

женат, три раза разведен. Родился и созрел для смерти.

Одно знал в жизни – как избавлять от отвратительных

печалей жизни – переизбытков и недостатков на

туловищах. За гонорар.

Человек у другого края стойки пристально смотрел на

меня. Я долго терпел его взгляд. Кроме нас с ним и бармена

– никого. Я допил стакан и попросил бармена следующий.

Никаких особенностей в его лице не было, кроме бороды.

- Того же самого, да? – спросил он.

- Да, - сказал я, - только покрепче, иначе чаевые оставлю

себе.

- За ту же цену? – спросил он.

- За какую можно, - ответил я.

- Что это значит?

- А ты не знаешь, хозяин?

- Нет…

- Ну так подумай, пока наливаешь.

Он отошел.

Человек с другого края помахал мне и крикнул:

- Как дела, Эдик?

- Я не Эдик.

- А похож! На Эдика. – сказал он.

- Мне насрать, похож я на Эдика или нет, - ответил я.

- Ищешь проблемы? – спросил он.

- Ага, - сказал я, - От тебя, что ли?

Бармен принес мне стакан, взял деньги, которые я

оставил на стойке, и сказал:

- Я думаю, вы не очень воспитанный человек.

- Кто сказал тебе, что ты умеешь думать? – спросил я.

- Я не обязан вас обслуживать, - сказал он.

- Не хочешь денег – оставлю у себя.

- Я не настолько их хочу.

- Насколько же, скажи-ка…

- БОЛЬШЕ ЕГО НЕ ОБСЛУЖИВАЙ! – заорал человек с

края.

- Еще слово, и я загоню хуй в твой выхлоп! У тебя из

пасти будут отсасывать красные пузыри резиновым

шлангом.

Он только улыбнулся бледной улыбкой. Бармен все еще

стоял на прежнем месте.

- Слушай, - сказал я ему, - я зашел сюда тихо и спокойно

выпить, а тут все начинают доставать меня. Кстати, ты не

видел Чепурного?

- Чепурного? Кто это такой?

- Ты поймешь, когда его увидишь. Ладно, черт с ним… Я

допил стакан и вышел оттуда. На улице стало лучше. И я

пошел. Что-то должно было переломиться, но только не я.

Я начал считать всех дураков, которые проходили мимо.

Насчитал 50 за две-три минуты и вошел в соседний бар.

Полный роман можно заказать написав в телеграмм автору по номеру 89779664986

Или ждать его выкладки.

Content

Людмила p1fujlgnko1ta3s7e12sa1ln8l2c4