Гейбатова Мила

(не) случайный папа

(не) случайный папа

Мила Гейбатова

1

Выхожу из вагона и вдыхаю грязный прохладный воздух. Новый город, новые люди, новая жизнь.

Я практически не сожалею о переезде, разве что совсем капельку, ведь меня все устраивало в родных краях, родители были рядом, хотя и жили мы давно своими жизнями, но все же.

Но зато здесь у меня есть по крайней мере один человек, который всегда поможет! А если принимать в расчет всю ее большую семью, то целых четыре! И самым младшим нынче три года исполнилось, большие ребята.

Судорожно вспоминаю, положила ли в чемодан подарки для своих крестников – Ариши и Алешки. Фух, да, взяла.

Из-за размеров моей дорожной сумки я смогла туда вместить только самое необходимое, остальные вещи должны были ожидать меня в новой квартирке недалеко от жилища Воскресенских.

Я продумала абсолютно все, готовилась с особой тщательностью, ведь в отличие от той же Авроры я всегда была собранным человеком. И с того самого дня, как в мою голову пришла мысль о переезде, я набросала план и четко придерживалась его, до того четко и неукоснительно, что задержалась в итоге до последнего.

Хорошо, хоть тот единственный человек, от которого я сбежала, ни разу случайно не встретился мне. А здесь, в новом городе, гораздо большем, чем мой         родной, и вовсе шансы сравняются нулю, тем более он никуда не переезжал, я точно знаю.

«Кафе у Аленки» - попадается мне надпись на здании рядом.

Вокзал остался позади, назойливых зазывал-таксистов я прошла, но ехать домой вот так сразу не хочется. И я решаю зайти попробовать, чем кормят у Аленки, тем более, что аппетит у меня в последние месяцев восемь просто зверский.

- Пожалуйста, черный чай и омлет с гренками, - делаю заказ, - о, и сырники еще тоже.

- Будет сделано, - улыбается мне приветливая официантка и отправляется на кухню.

Утро, других посетителей нет, да и, наверное, их в принципе тут много не бывает, все давно предпочитают места с более замысловатыми и желательно иностранными названиями. Я же в данный момент явно нахожусь в пережитке прошлого. Но мне нравится, по-домашнему уютно.

- Здравствуйте, вы уже работаете, да? Позавтракать можно? – доносится до меня от входа в кафе.

Нет, этого просто не может быть! Всего лишь похожий голос, подумала о нем недавно, и вуа-ля! Слух заставляет слышать то, чего на самом деле нет.

- Да, конечно, проходите, садитесь, я принесу вам меню, - отвечает работница кафе все с той же милой улыбкой, что и мне, я уверена.

- Благодарю вас, - говорит знакомый мужской голос, а его хозяин начинает двигаться в мою сторону.

Я не буду поднимать глаза и смотреть, это не он, я не буду, это не он.

Повторяю про себя как мантру, но…

- Жанна?! – хозяин голоса останавливается прямо перед моим столиком. – Поверить не могу, что это ты?!

Прикинуться собственным глухонемым двойником - плохая идея, наверное, да? Или все же стоит попробовать?

- Эм, - поднимаю лицо и встречаюсь с пытливыми ярко-зелеными глазами, - привет, Борис Николаевич.

- Да брось, ты давно не моя подчиненная, так что просто Боря, - улыбается он мне и присаживается за стол без приглашения. – Я присяду? Девушка, мне всего того же, что заказала эта очаровательная дама.

«Очаровательная дама», - мысленно проговариваю фразу.

Да, именно за такое обстоятельное обращение мне и нравился мой бывший начальник. Добавить ко всему прочему его молодой возраст, всего на пять лет старше меня, подтянутую спортивную фигуру и ямочки на щеках, и получится мужчина-мечты.

Жаль, мечта очень часто так и остается недосягаемой, предлагая человеку наслаждаться ее более доступными заменителями.

- Смелый поступок, я ведь могла заказать какую-нибудь редкостную гадость, - замечаю между делом.

- Ты? О нет, ты бы так не поступила. Ты очень логичный и собранный человек, - отвечает с улыбкой Борис. – Дай угадаю, омлет и сырники?

Стискиваю зубы, очень хочется ответить, что он слишком самоуверен, но девушка-официантка как раз приносит мой заказ.

- Видишь, я угадал, - и он, озорно подмигивая, берет с моей тарелки одну гренку, - а это в счет приза за сообразительность.

А я так и сижу с застывшей искусственной улыбкой.

- Так что тебя привело в этот город? Просто туристом или навестить кого приехала? – Борис кивает на мой чемодан, торжественно водруженный мною на соседнее сидение.

- Вроде того, - отвечаю нейтрально, но чувствую естественные позывы организма, сопровождающие меня с завидной регулярностью последние несколько месяцев. – Прости, кажется, мне срочно нужно в дамскую комнату.

Отодвигаю назад стул и с трудом встаю.

- Ого! Ты беременна!? – Боря смотрит на мой огромный живот, некрасиво открыв рот.

Бедный, даже о хороших манерах позабыл.

2

- А, да, немножко, уже около девяти месяцев как, - говорю нейтральным голосом, а сама внимательно наблюдаю за лицом Бориса. Ничего. Никаких проблесков. – Что ж, ладно, я пошла, сам понимаешь, нужно.

И пока не начала нести еще большую чушь, срочно ретируюсь в сторону дамской комнаты, находящейся в самой глубине помещения.

- Это полный провал, - произношу вслух, глядя на свое отражение над умывальником, - абсолютное фиаско.

Ладно, ничего критичного не произошло пока что. Всего лишь мы с ним встретились совершенно случайно в кафе на окраине, которое и не каждый-то местный замечает, я уверена. Но ведь так бывает, ничего страшного.

Дома везло, ходили разными тропами. Вернее, я ходила, а он по большей части разъезжал на машине, я полагаю. Но здесь, видимо, звезды решили распорядиться иначе.

В любом случае я прямо сейчас отправлюсь за свой стол и не буду показывать ни намека на волнение.

Черт, почему именно Он?!

- О, тебе тоже принесли заказ, да? – возвращаюсь на место и стараюсь говорить непринужденно. – Приятного аппетита.

- Спасибо, и тебе того же, - рассеянно отвечает Борис, пребывая в каких-то своих глубоких мыслях.

- Ммм, кстати, вкусно, - нейтрально замечаю, приступая к собственному завтраку.

Некоторое время мы молча едим, и я все думаю, заподозрит ли он чего-то? Или попросту так и не вспомнит? Аналитический склад ума ведь никто не отменял.

- А где твой муж, Жанна? Или ты не замужем? – спрашивает он, указывая на мои руки без единого украшения.

- Знаешь, у беременных часто отекают пальцы, - просвещаю я его, - но да, я не замужем, нет никого у меня. Я сама по себе.

Гордо выпрямляю спину на этих словах. За последние месяцы я встретила много сочувствующих и жалеющих меня взглядов, были также и крайне осуждающие. Но я выдержала их все до единого, и, если понадобится, выдержу еще.

- Ясно, - Борис прячет глаза, ему явно неудобно от своей бестактности.

- А что насчет тебя? Ты здесь какими судьбами? – решаю перевести разговор в более безопасное русло.

- О, я получил повышение, - Боря берется за спасительную тему с явным облегчением. – Когда ты ушла от нас, мне поручили важный проект, тебе бы понравился, кстати, с корейской компанией сотрудничали, твоя тема. Так вот, я его блестяще выполнил.

- Даже не сомневаюсь, - совершенно искренне говорю.

- Да, хотя твоя помощь очень бы мне пригодилась, - в его глазах появляется мечтательное выражение, но довольно быстро оно исчезает, и Борис продолжает. - Но я отвлекся. Значит, справился я с проектом, это заметил Михаил Сергеевич, лично поручил еще одно задание, я снова не подвел. И как-то так незаметно моя карьерная лестница стремительно пошла наверх. И теперь я здесь, заведую целым филиалом.

- Надо же, здорово! – не очень воодушевляюще радуюсь за него, если честно. – Почему-то я была уверена, что ты живешь на прежнем месте.

- Я совсем недавно переехал, даже не успел до конца обставить новую квартиру. Так а ты что же? Подругу свою приехала навестить? Аврора, кажется, да? – спрашивает Борис.

- Да, - быстро киваю, с готовностью хватаясь за эту спасительную соломинку, - совершенно верно, именно в гости к Авроре и приехала. Удивительно, что ты запомнил ее имя.

- Ну, мы с тобой много времени проводили вместе, частенько задерживаясь на работе по вечерам, - на этой фразе его взгляд темнеет и как будто мысленно возвращается в то время, - и ты мало с кем разговаривала по телефону, так что не запомнить просто невозможно. Да и имя у твоей подруги довольно редкое, врезается в память.

- Ммм, ясно, - отвечаю нейтрально.

Скорее бы уже закончился этот дружелюбный завтрак в кафе, надоело изображать вежливую заинтересованность. Сижу и злюсь от осознания того, что так долго готовилась к побегу, а главная ее причина взяла, и сама сбежала.

- А в каком районе живет Аврора? Может, увидимся еще как-нибудь? – спрашивает он меня вдруг.

Я же чуть ли не давлюсь куском гренки.

Зачем!? Какой смысл нам видеться!?

Но от необходимости что-либо сказать меня спасает мой организм.

- Прости, мне срочно нужно еще раз отлучиться, - на этот раз встаю резче из-за стола и быстро устремляюсь в ванную комнату.

Почему-то тошнит, неужели здесь еда плохого качества? Умываюсь холодной водой, но лучше не становится, да еще и в висках начинает пульсировать. Буквально опираясь о стеночку, иду обратно.

- Жанна, тебе нехорошо? – подскакивает со своего места Борис при виде меня.

- Да, что-то не очень, - не вижу смысла скрывать.

- Присядь, я попрошу принести холодной воды, - участливо говорит он.

Но сесть обратно за стол мне не удается, я чувствую, как по ногам что-то стекает, делая мои легкие хлопковые штаны насквозь мокрыми.

Опускаю глаза вниз, а подо мной лужа, поднимаю лицо наверх и понимаю, что Борис тоже это видит.

- Ох, ты рожаешь, да? Я видел такое в фильмах, - произносит он напряженным голосом.

3

Отчаянно ловлю ртом воздух, как это я рожаю? У меня ведь еще неделя была в запасе, я точно знаю, я за всем всегда слежу.

И что теперь делать? Звонить Авроре? Или в скорую? Или врачу?

- Так, ты все же присядь, я вызываю неотложку, поеду с тобой, ты, главное, дыши, - говорит Борис, о существовании рядом которого я успела подзабыть в своих мыслях. – Девушка, срочно рассчитайте нас, я оплачу! И приберите тут.

Распоряжается он и дальше. Мне хочется возразить, сказать, что я в состоянии сама заплатить, и я даже тянусь к сумочке достать кредитку, но резкая боль пронзает мой живот.

- Ааа, - вскрикиваю не в силах сдержать возглас.

- Не бойся, Жанночка, помощь уже едет, все будет хорошо! – гладит меня по спине Борис.

- Ты себя уговариваешь или меня? – почему-то его участливость только бесит.

- Обоих! Да! Я вас слушаю! – рявкает вдруг он в свой телефон. – Нет, меня сегодня не ждать, у меня срочное дело образовалось. И что, что все собрались? И что, что ехали из филиала, я занят!

- Ааа, - снова кричу я, на этот раз еще громче.

- Слышали, как человек мучается? У меня тут девушка рожает, а вы со своими переговорами! Не до вас! – и он отключается.

- Борь, ты бы шел, я справлюсь, - произношу, тяжело дыша.

- Нет! Не справишься! – отрезает он. – Даже не вздумай меня прогонять.

- Ладно, - легко соглашаюсь, - оставайся.

На душе сразу растекается тепло и спокойствие от того, что он рядом. Я пытаюсь убедить свой мозг в том, что я бы так реагировала на любого знакомого человека, а не только на него, но в глубине души понимаю, что обманываю сама себя.

- Отлично! Скорая подъехала! – восклицает Борис, до этого отбивающий нервную чечетку пальцами. – Давай я помогу тебе подняться.

- Моя сумка и чемодан.

- Я все возьму, не беспокойся.

- Там внутри бумаги и телефон врача, я оплатила роды по контракту в четвертом перинатальном центре, мне нужно туда, и позвонить им, - объясняю рвано.

- Хорошо, сейчас все сделаю, - обещает Борис.

И под удивленным испуганным взглядом девушки-официантки мы покидаем «Кафе у Аленки».

Борис сдерживает все свои обещания и спешно грузится следом за мной в машину скорой помощи, где меня уже спешно осматривает бригада.

- Девушка, вы рожаете! – сообщает один из фельдшеров.

- Да вы что, а я думала, что танцую, - отвечаю язвительно и скручиваюсь от очередного приступа боли.

- Так, нас в четвертый перинатальный центр, у нее контракт с ними, - распоряжается Борис, одновременно набирая номер на телефоне.

Сотрудники скорой помощи недовольно переглядываются между собой, как бы говоря, что они не такси нам, но молча выполняют просьбу. Все равно меня надо было бы куда-то везти.

- Жанна, все хорошо, тебя ждут, только не знаю, будет ли врач, которого ты хотела, но дело не терпит отлагательств, - сообщает Борис и в порыве берет меня за руку. – Не волнуйся, я рядом.

И так он проникновенно заглядывает в мои глаза во время этой фразы, что я чуть снова едва не скатываюсь в обрыв, и даже собственные схватки не сразу отрезвляют.

Нет, так нельзя, есть Борис Николаевич, успешный топ-менеджер, и есть я, будущая мать-одиночка.

А потому я отвожу свой взгляд от его пленительной зелени и вытаскиваю руку из запястья.

- Мы, кажется, доехали! – радостно восклицает Борис. – Ты там как, Жанн?

Киваю, стискивая зубы.

Ну как я могу быть? На лбу выступила испарина, тело периодически разрывает от боли.

Тем временем меня забирают дальше. Краем уха слушаю, как Боря объясняет все врачам, отдает мои бумаги, заполняет еще какие-то, а потом кто-то в белом халате произносит.

- Мы повезли вашу девушку в родильный зал, у нее раскрытие идет полным ходом, вас, к сожалению, пустить не можем без необходимых анализов. Но вы можете посидеть за дверью, у нас там оборудована удобная зона ожидания, как раз для счастливых пап и родственников.

- Конечно, спасибо, я с удовольствием, - отвечает Борис с нервной улыбкой на губах.

А мне хочется крикнуть: «Да какой из тебя папа!?».

Но очередная схватка не дает мне это сделать.

POV Борис

Когда я вижу Жанну, сидящую в каком-то невзрачном кафе, сначала подозреваю, что у меня галлюцинации. Но потом понимаю, что нет, все наяву, и радуюсь, как ребенок, получивший подарок от Деда мороза гораздо раньше положенного срока.

Она стала еще краше, мне кажется. Такая женственная и такая утонченная, и такая не моя…

Я тысячу раз винил себя в том, что все испортил, подозревал, что только из-за меня она уволилась, порывался позвонить, поговорить, но так и не решился ни разу ни на один из шагов. Сказал сам себе трусливо, что значит, не судьба.

Но тут такой шанс, случайная встреча! И я просто обязан его не потерять.

Но она оказывается беременной…

Я опоздал. Чем-то цепляют меня названные ею сроки – почти девять месяцев, но я слишком расстроен, чтобы анализировать.

И теперь я сижу в больнице, судорожно сжимаю сумочку Жанны, ее компактный чемодан находится тут же рядом у моих ног, и волнуюсь. Ужасно волнуюсь. Так, словно там рождается мой собственный ребенок.

«А ведь он вполне мог бы быть твоим».

Услужливо подкидывает мое сознание.

- Трр, трр, - к счастью, от самобичевания меня отвлекает настойчивая вибрация телефона, - трр, трр.

Хм, не мой. О, сумка!

Так и есть, вызов идет на Жаннин красивый телефон.

- Алло, - отвечаю, но на другом конце стоит тишина. Убираю телефон от уха, чтобы убедиться, что я точно нажал на клавишу вызова и снова произношу, - алло, говорите.

- Где Жанна, и что ты с ней сделал, гад!? – тут же доносится до меня крик из динамика.

- Дамочка, успокойтесь, ничего я с Жанной не сделал, она рожает, а я ее жду в коридорчике.

- Рожает? С этого места поподробнее.

Аврора, а это оказалась именно она, не отпускает меня, пока не выслушает весь мой рассказ в мельчайших подробностях. Должен признать, слушатель из нее хороший, перебила лишь раз, когда я полностью представился.

- Хорошо, сиди там, Борис Николаевич, я скоро буду, - и она отключается сама.

Легонько пожимаю плечами, как будто мне есть куда деваться, я не могу бросить Жанну в такой момент, хватит с нее того козла, что заделал ребеночка и сбежал.

Удивительно, но с работы меня больше не беспокоят, видать, впечатлились моей отповедью. Так что мне остается лишь ждать, рассматривая идеально белые стены и ностальгируя по времени, когда мы с Жанной работали вместе и хорошо общались.

Эх, повернуть бы время вспять, я бы ни за что не поступил бы, как тогда. А сейчас, если даже она и простит меня, то вряд ли захочет возобновлять близкое общение, у нее теперь другие заботы.

Незаметно я впадаю в дрему, нужно все-таки спать по ночам, а не работать. Но долго дремать не удается.

- Так вот ты какой, Борис Николаевич! – раздается у меня над самым ухом.

- Что? Кто вы, простите? – вздрагиваю, моментально открывая глаза.

- Аврора, подруга Жанны, - представляется стильно одетая девушка. – По телефону с вами разговаривали.

- Ага, ясно, приятно познакомиться, - вежливо отвечаю ей.

- А мне вот не очень приятно с тобой знакомиться, если честно, - выдает она, пытливо рассматривая меня.

Мне хочется воскликнуть, что со мной не так, и за что она на меня взъелась, хотя мы видим друг друга в первый раз, но отчего-то я молчу.

- А вы, Борис Николаевич, в нашем городе проездом или на постоянку затесались?

Аврора причудливым образом обращается ко мне то на «вы», то на «ты».

- Я здесь живу вообще-то с недавних пор! – возмущаюсь бестактностью вопроса. – То есть не прямо здесь, конечно, не в роддоме.

- Не в роддоме, значит, ага, - протягивает она, все еще не отводя взгляда.

- Что ага? По какому праву вы так со мной разговариваете!?

- Да не кипятись ты, Борис Николаевич, просто изучаю тебя, рассматриваю, запоминаю, пытаюсь выводы какие-то сделать для себя.

Не успеваю задать очередной вопрос «зачем», дверь родильного зала открывается и оттуда выходит врач с маленьким свертком на руках.

- Поздравляю, папаша, у вас дочка! – торжественно произносит она, а у меня внутри все обрывается.

4

«Поздравляю, у вас дочка!» - эти слова еще долго звенят в моей голове.

Никогда не думал, что мужчина может вмиг стать таким сентиментальным, всего лишь услышав одну короткую фразу.

- Эм, я не.., - пытаюсь объяснить, что не являюсь мужем Жанны, просто случайный знакомый, не оставивший ее в беде, но меня перебивает Аврора.

- Он очень рад! Спасибо, - улыбается она женщине в халате. – Как роженица? Все нормально? Нам можно к ней?

- Да, все хорошо, она большая молодец, но пока еще должна побыть под нашим присмотром. В родильный зал я вас не впущу, но вы можете подождать в зарезервированной палате, она достаточно просторная, и там предусмотрено место и для посетителей.

- Отлично, нам подходит, - за нас двоих отвечает подруга Жанны, - не провожайте, я была у вас на экскурсии, знаю, куда нам отправляться. Пошли, Борис Николаевич.

Машет она рукой в пригласительном жесте и уходит, даже не проверяя, иду ли я за ней следом.

Стою буквально с полминуты в нерешительности, но потом все-таки делаю шаг в сторону удаляющейся спины Авроры, потом еще и еще один, в итоге переходя на бег.

- Постойте! Прошу вас! – неловко кричу вперед, но подруга Жанны лишь снова машет рукой. Наконец, я нагоняю ее. – Зачем вы сказали, что я отец?

- Чтобы не создавать неловких ситуаций. Расслабься, дорогой, никто тебя из-за этого автоматически в свидетельство о рождении не запишет и на алименты не подаст.

- Да я вообще об этом не думал! – громко возмущаюсь.

Все-таки странная эта Аврора, и как только Жанна с ней может общаться? Они ведь абсолютно разные.

- Ну, не думал, и молодец! Заходи в палату, Борис Николаевич, - и она жестом гостеприимного хозяина открывает передо мной дверь, - прошу!

По инерции захожу внутрь. А сам не понимаю, что я до сих пор делаю в этом модном центре для беременных, или как он там правильно называется.

- Простите, я, наверное, пойду, раз все благополучно завершилось, я здесь лишний, да и на работе ждут, - с трудом подавляю щемящее чувство в груди от мысли, что больше не нужен здесь, гражданский долг выполнен, о Жанне есть кому позаботиться.

- Погоди! – останавливает меня Аврора. – Оставайся! Это я пойду, мне близнецов не с кем оставить, садик сегодня не работает, няня вот-вот уйдет, у нее личные дела, в общем, Борис Николаевич, бывай!

И на этих словах она резко разворачивается на каблуках и выходит в коридор.

«Как это вы уходите?! Как это садик не работает, сегодня же рабочий день!» - должен по идее крикнуть я, но вместо этого молча присаживаюсь на диван, стоящий напротив кровати.

Она наверняка уже ушла, да и действительно, обстоятельства разные бывают. С чего бы она придумывала, верно? Жанна все-таки ее лучшая подруга, не могла она ее бросить без веской причины. А я и вправду здесь, на работе успел сказать, чтобы сегодня не ждали, куда еще спешить?

Уговаривая себя подобным образом, незаметно засыпаю, сказывается ранний подъем и нервная встреча.

И большего бреда я точно не видел в своей жизни, потому что погружаюсь в какое-то сюрреалистичное детское царство.

Я иду по длинному узкому коридору, по бокам которого стоят просто гигантские упаковки с подгузниками. Пробираюсь дальше, а там уже пошли пустышки с человеческий рот.

Мне становиться по-настоящему страшно. Почему я такой маленький? Ребенок, для которого все это предназначено, должен иметь нереальные габариты! Как я с ним справлюсь?

Тем не менее, я не поворачиваю назад, упорно иду вперед, потому что мне надо… Надо, что?

Ответ на этот вопрос я пока не знаю, но чувствую, в конце коридора обязательно узнаю.

После гигантских пустышек начинаются бутылки с молоком. Прохожу я мимо них и думаю, что если хоть одна упадет и разобьется, то я могу смело плавать на первом потоке.

И, наконец, я вижу Его! Ребенка!

Он сидит в конце коридора у самой стены, одетый в желтый комбинезон, и увлеченно стучит погремушкой по полу.

- Привет, малыш, - здороваюсь я с ним с милой улыбочкой. – Как твои дела?

И тут же жалею, что начал разговор, потому что ребенок сразу бросает свою игрушку и с жадным интересом рассматривает меня, а потом вдруг ломано произносит.

- Папа? Папа! – и счастливо хлопает в ладоши.

- Нет-нет, милый, я не твой папа! – пытаюсь его разуверить и пячусь назад.

- Папа? – еще раз вопросительно говорит малыш.

- Нет, но мы обязательно найдем твоего папу, - даю заведомо невыполнимое обещание.

Вот где я собрался этого папу искать?! А детям лгать нельзя, они чувствуют фальшь, сестра меня уверяла в этом, когда родила племянника.

Но гигантский ребенок напротив меня начинает истошно рыдать, как будто понимает, что я ему только что сказал. Видимо, этот тоже чувствует фальшь.

- Все будет хорошо! Не плачь! – пытаюсь увещевать его, но тщетно.

На полу уже образуются лужи, вскоре я стою и вовсе в воде по щиколотку. С отчаянием осматриваюсь, сестра своему постоянно давала соску, чтобы успокоить, но те соски, что здесь лежат, больше меня, как я ее должен засунуть ему в рот?

А малыш ни на секунду не прекращает свои рыдания и производит столько влаги, что меня в итоге подхватывает сильным потоком и уносит куда-то вдаль, мимо всего этого гигантского сюрреализма.

- О, папочка здесь, это хорошо! – врывается в мою голову явно взрослый голос извне. – Поможете мамочке, если что, она пока еще слабенькая. Сейчас принесу вашего ребеночка.

«Не надо ребенка! Он меня утопит!» - хочется мне крикнуть ей вдогонку, но я, к счастью, вовремя прикусываю язык, и перевожу взгляд на лежащую в кровати Жанну.

5

POV Жанна

С трудом разлепляю веки, все тело болит, почему-то спина особенно, и я не сразу понимаю, где нахожусь. Медленно выуживаю из глубин памяти кусочки событий.

Ребенок! У меня же дочь теперь есть! Где она?!

В панике широко открываю глаза и привстаю на кровати, и мне практически сразу открывается премилая картина.

Борис стоит над младенцем, с умилением смотрит на нее и что-то ласково бормочет. А у меня от увиденного начинает щемить сердце, и в душе возникает одновременно переизбыток нежности и боли, потому что это не правильно, он должен был уйти!

- Кхе, кхе, - слегка покашливаю, чтобы привлечь к себе внимание.

- О, Жанночка! Ты проснулась! – Борис переводит свой взгляд на меня. – Как хорошо! А я дал девочке пустышку! Смог, справился, представляешь!

И столько в его глазах неподдельной радости, искреннего счастья, что мне становится трудно дышать от вновь нахлынувших эмоций. С силой проглатываю ком в горле и заговариваю.

- Эм, спасибо, а ты так и не ушел, да? – мне сейчас ужасно неуютно от его близкого присутствия, от ситуации, в которую сама же себя загнала.

Хотя, стоп, я не загоняла, он сам пришел.

- Да, не выгнали пока. Представляешь, они решили, что я отец этого маленького чуда, правда, малышка? – отвечает беспечно Борис и машет младенцу.

- Надо же, - только и могу из себя выдавить.

Одна часть меня сразу начинает кричать: «Скажи ему! Скажи сейчас!»

Но другая упорно находит кучу аргументов против: «Ему не нужны серьезные отношения, вы ему будете только обузой. Сегодня он здесь, а завтра может быть в совершенно другом месте, если так потребует его карьера».

И самая вишенка на торте: «С чего ты взяла, что Борис не захочет ребенка, но только без матери?».

На этом моменте я испуганно вздрагиваю всем телом. Это действительно самый страшный кошмар для любой женщины.

- Эм, а где мой телефон, не знаешь? – испытываю буквально физическую потребность связаться с Авророй, с мамой, да с кем угодно, лишь бы только разрушить наше уютное трио, так сильно похожее на призрак семьи.

Ни в коем случае не стоит к этому привыкать и ни на секунду не допускать такую опасную мысль. Есть я и моя малышка, отца у нас нет.

- В сумке, сейчас дам, - Борис отрывается от лицезрения ребенка и подходит к моим вещам, аккуратно сложенным в углу. – Кстати, к тебе подруга приходила, Аврора, странная она немного и невежливая, ты другая.

Удивленно замираю.

- Интересная характеристика. А где она сейчас?

- О, ушла, сказала, что садик не работает, няня уходит, а детей не с кем оставить, поручила мне присматривать за вами.

- Надо же, какая она милая, - с трудом выдавливаю из себя.

И это называется, я слишком много лезу в ее жизнь! Типа моя забота порой ни в какие ворота не лезет! А что тогда говорить о ней?!

Быстро пишу все, что я думаю о своднических замыслах Авроры на мой счет, потом коротко сообщаю родственникам об их изменившемся статусе и откладываю телефон.

Все. Почему-то чувствую себя одинокой.

Ближе всех в итоге случайный прохожий. Если можно так назвать человека, с которым когда-то работала вместе, в которого влюбилась без оглядки, с которым нас связала всего одна ночь.

- Может, возьмешь ее на ручки? Медсестра оставила смесь в бутылочке, сказала, покормить по требованию. А когда оно это требование будет, мне не совсем понятно, - нарушает ход моих депрессивных мыслей Борис.

Прекрасно! Теперь еще он говорит, когда мне держать собственную дочь на руках!

- Конечно, - улыбаюсь через силу, протягивая руки к маленькому комочку.

Он осторожно берет ее и укладывает мне на руки. А я, пожалуй, впервые смотрю на дочь осознанным взглядом. Сразу после родов я была не до конца в сознании.

И это просто чудесно. Она такая худенькая, такая беззащитная, моя частичка!

У меня на душе разливается тепло. Я никогда больше не посмею назвать себя одинокой! Никогда. Ведь у меня есть личное персональное чудо, которое остро нуждается в моей заботе и защите.

И значит, себя жалеть хватит, все в жизни прекрасно.

А Борис, что Борис. Хочется ему сегодня поиграть в воскресного папочку, пусть играет, пользу приносит, в конце концов.

- Она очень красивая, - он склоняется над нами обеими и смотрит с неподдельным обожанием на малышку, даже мне немного теплых лучей от его эмоций достается.

И я понимаю, что, кажется, самая большая проблема – это как бы мне самой не заиграться…

6

- Привет, мамочка, - заходит через два дня Аврора, - как моя маленькая принцесса? Ты ей имя дала наконец?

- Хорошо, - тяжело вздыхаю, - честно говоря, гораздо лучше, чем я. И с именем никак не определюсь, но осталось только два в голове – Аня и Юля.

- Эти твои странные суеверия, неизвестно, откуда взявшиеся, из-за которой имя не выбрала, пока беременная ходила, - Аврора неодобрительно качает головой. – А ты чего хандришь? Вроде ж все хорошо. Квартиру я полностью подготовила, так что живи и радуйся декретному отпуску!

- Я знаю, - коротко отвечаю, поджав губы.

- Зачем столько фруктов? Тебя ведь сегодня выписывают, - заглядывает Аврора в маленький холодильник в палате.

- Ох, не спрашивай, - прячу лицо в ладонях.

- Борис не отпускает, да? – с улыбкой спрашивает она.

- Не то слово, - мрачно сообщаю. – Такое ощущение, что у него резко закончились все остальные дела.

- Милая, так может расскажешь ему, наконец? Осчастливишь человека? Мне он не показался таким плохим, каким ты его разрисовала, - Аврора присаживается на край кровати и берет меня на за руку.

- Нет, - в этом вопросе я по-прежнему категорична. – Ты представляешь, как он отреагирует? Я не готова прямо сейчас к такому испытанию. К тому же, ему скоро надоест общаться с нами, я уверена.

Аврора устало закатывает глаза, ей моя позиция непонятна. Поскольку она видит все с одной стороны. Ее ведь не было там, со мной, после нашей единственной ночи с Борисом, который на тот момент был Борисом Николаевичем, моим непосредственным начальником.

С каким жаром мы с ним спорили по рабочим вопросам, с большим удовольствием вместе составляли планы и графики для проектов, а сколько раз мы с ним оставались в офисе допоздна, когда остальные сотрудники давно были дома со своими семьями. Не счесть.

Правильно, ведь его никто не ждал дома, как и меня. И, естественно, наше формальное-неформальное общение начало перерастать в нечто большее с моей стороны. Я привязывалась, рисуя себе идеальный образ Бориса-мужчины и совершенно не учитывая Бориса-начальника.

К сожалению, слишком поздно я поняла, как именно называется то самое чувство, что прочно поселилось в моем сердце. Именно она, влюбленность.

Когда я полностью осознала произошедшее, излечиваться было поздно. А потому я с удовольствием приняла приглашение Бориса Николаевича на ужин в кафе неподалеку от нашего офиса в тот самый роковой вечер.

О, конечно, он подразумевал всего лишь приятельский прием пищи, но я-то успела себе нафантазировать, как минимум, взаимную симпатию, не меньше.

- Хватит нам сидеть голодными, пошли поедим, - примерно так и звучало его предложение, когда мы с ним вдвоем в очередной раз задержались в офисе.

А я решила, что раз раньше мы спокойно работали вечерами, максимум, заказывая доставку еды, то кафе было явным следующим шагом в наших несуществующих отношениях.

Сидела тогда, вся сияя улыбкой, в кафе. Счастливее меня, наверное, были только дети, уже получившие подарок от Деда Мороза, как раз декабрь был, время предновогоднее.

И мне так хотелось стать, как те дети, тоже получить личный подарок, потому-то я и сделала неслыханное – сама пригласила в гости Бориса Николаевича.

- Может, поедем сериал посмотрим у меня дома? Помнится, мы как-то отчаянно спорили за обедом по поводу «Теории большого взрыва».

- А знаешь, Жанночка, поехали. Все равно я на сегодняшний вечер одинок.

И тут бы мне задуматься над второй частью фразы, но меня интересовала на тот момент лишь первая.

Что ж, сериал мы все-таки включили. А потом, совершенно непонятно для меня, начали вдруг целоваться, жадно прилипнув друг к другу на моем небольшом диване в гостиной. Кажется, инициатором была я.

В общем, теперь я могу наверняка сказать, что поговорка «инициатива наказуема» абсолютно правдива, ведь мне аукнулись последствия уже в понедельник на работе. Хотя нет, даже в субботу утром, когда я не обнаружила рядом с собой Бориса Николаевича.

Но я не омрачала себе настроение до последнего и не допускала мысли, что ночь была случайной, однако…

- Понимаешь, я ведь не хотел, оно как-то само получилось, девушка она красивая, как устоять? А отношения мне сейчас совсем ни к чему, на носу очередное повышение, - случайно услышала я Бориса Николаевича в понедельник, подойдя к подсобке за привычной порцией кофеина.

- Жанна! О чем задумалась? Говорю, собираю твои вещи? Выписка в два часа? – доносится до меня голос Авроры.

- Да, собирай, - соглашаюсь и снова осознаю, что все правильно я решила.

7

И мы, наконец, покидаем гостеприимные стены чрезвычайно приветливого и дорогого центра. Вдыхаю полной грудью уже в холе перед выходом на улицу и с любовью заглядываю в лицо дочери. Скоро нас ждет очередной этап нашей совместной жизни.

- О нет, ты фотографа пригласила? – спрашиваю недовольно у Авроры.

- А как же, нужно ведь запечатлеть момент для потомков.

- О, и мама приехала со своим мужем, - смотрю через стеклянную стену на улицу.

- Да, обязательно, я им помогла организоваться, - довольно комментирует подруга, - отец твой, к сожалению, не смог оставить работу.

- Ничего папа всегда занят, это не страшно, да и нечего ему делать рядом с мамой, они и получаса не выдерживают, находясь в одном помещении, обязательно начинают выяснять отношения. Вроде бы оба давно нашли себе новые вторые половинки, а все равно отголоски прошлого заботят, - рассеянно отвечаю. – Но ты молодец, конечно, спасибо, мне очень приятно.

- Все для тебя, моя дорогая, - приобнимает меня Аврора и открывает дверь. – Вперед! В большой мир.

Ага, в большой мир.

Эмоциональная встреча с родными и импровизированная фотосессия, кажется, отнимают все силы, и я с огромным облегчением захожу в свою новую квартиру, в которой еще даже не ночевала ни разу.

Мебель собрали, вещи заботливо разложили, и я снова с любовью думаю об Авроре. Даже не представляю, как бы сейчас занималась всем этим, а заниматься пришлось бы. Ведь та же детская кроватка не была готова.

- Вы отдыхайте с малюточкой, а я позабочусь о вас, - целует меня мама в лоб. – Виктор один поехал в гостиницу, мальчик не маленький.

- Спасибо, - с благодарностью выдыхаю. Еще одной заботой меньше.

- Кстати, ты назвала ребенка? – окликает меня мама на пороге.

- Да, - подумав секунду, отвечаю, - Арина, это имя ей идеально подходит.

Разом отметаю предыдущие варианты и импульсивно выбираю новое.

- Красиво, - улыбается мама. – Тогда мы завтра сможем, наконец, сделать свидетельство о рождении? Кого укажем в качестве отца? У ребенка ведь должно быть отчество.

Ох, еще одна боль – отчество. Как я об этом не подумала.

- Пусть будет такое же, как у меня, - машу рукой и выхожу с кухни.

Больше ничего не хочу ничего обсуждать, сейчас только долгожданный отдых, а то всплывет еще какая-нибудь важная, но ужасно неудобная тема.

Быстро проверяю Арину и, убедившись, что с ней все хорошо, моментально засыпаю рядом на своей кровати. Только одна мысль успевает проскочить в отключающийся мозг: «Жаль, что Борису так быстро надоело играть в папашу, и сегодня он не пришел».

Мама со своим мужем Виктором уезжает через два дня. Все люди занятые, я понимаю, у всех своя жизнь. Да и декрет пока не давит на меня, нормально справляюсь.

Мы с малышкой, наконец, начинаем гулять понемногу, от дома далеко смысла нет отходить, все равно возвращаться скоро. Поэтому занимаем лавочку прямо у подъезда. К счастью, никого на ней нет, общаться с незнакомыми людьми мне совершенно не хочется.

- Жанна? – слышу я вдруг мужской голос позади себя.

«Не Борис», - успеваю подумать.

- Жанночка! Как же я рад тебя видеть! – ко мне буквально подлетает высокий худой парень со смутно знакомыми чертами лица.

- Петя? – не верю я своим глазам. Не может же это быть и в самом деле он - мой друг детства, и по совместительству первая подростковая любовь. – Ты откуда здесь?

- Так твоя мама рассказала, где тебя искать, - с улыбкой поясняет.

Прекрасно. Я все больше убеждаюсь, что можно было не переезжать, ведь заботливые близкие расскажут всему свету, где меня найти в случае чего.

Но вслух я произношу, конечно, другое.

- Ладно, но чем обязана? Прости, если слишком резко, но мы с тобой не виделись очень давно, не представляю, зачем бы ты меня искал.

- Да, понимаю, все хорошо, не парься. Я приехал в город по делам, а заодно решил, что просто обязан наведаться к тебе в гости, учитывая, какая у тебя ситуация, - участливым тоном поясняет Петр.

- Какая у меня ситуация? – не желаю понимать я.

- Ну, как же, - немного тушуется он, - ты, ребенок, - он указывает на стоящую рядом со мной коляску, - а отца у вас нет.

- Хорошо, но причем здесь ты? – с трудом сохраняя спокойствие, спрашиваю я, одновременно делая в голове пометку поговорить с мамой о том, что именно она рассказывает посторонним обо мне.

Не то чтобы меня волнуют чужие мнения и домыслы, но таких вот сочувствующих видеть совершенно не хочется.

- Как же причем здесь я?! Я ведь пришел, чтобы стать тебе мужем! – заявляет Петя со всей серьезностью, на которую только способен.

- Прости, что? Я не ослышалась? Мужем? – мир явно сходит с ума.

Наверное, ретроградный Меркурий или Юпитер, не иначе. А еще вспышки геомагнитные на Солнце.

- Мужем, Жанна, му-жем, - по слогам выговаривает он и смотрит со снисхождением, как на несмышлёного ребенка.

- Но, но ты не можешь быть мне мужем! – восклицаю громко.

- И почему же? – склоняет он голову на бок и все с тем же терпеливым выражением лица ожидает мои весомые аргументы.

- Потому что, э, - как назло, ни одной дельной мысли в голове, - потому что…

- Потому что у нее уже есть жених – раздается громкий раздраженный голос с другой стороны.

Мы с Петром синхронно оборачиваемся, а там…

- Борис?

8

- Борис? – день встречи прямо у нас с Аришей сегодня.

- Жених? – одновременно со мной восклицает Петр и вопросительно смотрит на меня.

А я на Бориса. Так и играем в тройные гляделки.

- Жених, не сомневайтесь, молодой человек, - авторитетно заявляет Борис Николаевич, подходя к нам вплотную, - я бы даже сказал, что муж практически, да, любимая?

Я смотрю на него с недоумением. Нет, от Петра мне тоже хочется избавиться, но заявлять, что Боря мой будущий муж чего-то совсем не лежит душа. Наверное, потому что хватит лжи и утайки в моей жизни.

- Жанночка, это тебе, кстати, - Петр пользуется моим замешательством и сует огромный вульгарный букет прямо мне в лицо.

- Жанна, тебе не нужен этот веник, я принес нормальные цветы в твой дом, - тут же встревает Борис.

А я так и стою, как болванчик, переводя взгляд с одного на другого.

И что эти мужчины от меня хотят?! Возомнили себя альфа-самцами? Защитниками сирых и убогих, а меня классической девой в беде?

- Жанночка, я воспитаю твоего ребенка, как своего, вы ни в чем не будете нуждаться! – снова берет слово Петр.

- Жанна, а я удочерю твою прекрасную дочь, и она никогда не узнает, что ее настоящий отец подлец и мерзавец! – пафосно заявляет Борис.

А я испуганно вздрагиваю на этой фразе. Боря даже не подозревает, насколько он самокритичен.

- Жанночка, поедем со мной на север, мне работу новую дают, а с женой и ребенком квартиру большую еще выделят, да выплаты дополнительные.

Ярмарка женихов, тем временем, продолжается, и, кажется, один из кандидатов проговорился об истинной причине своей любви, внезапно возникшей к одинокой девушке и маленькому ребенку.

- Петя! Так ты из-за этого пришёл, что ли? – спрашиваю возмущенно. – Хоть бы о чувствах, вновь проснувшихся, заливал, да о благородстве собственном. Тьфу на тебя.

Говорю в сердцах и отворачиваюсь. Невольно получается, что в сторону Бориса.

- Вот именно, Петр, пойдите прочь! Дама занята, - напыщенно, как умеет только Борис Николаевич, произносит тот.

- Жанна, ну, правда, давай хотя бы все обсудим, чай попьем, новостями обменяемся, - продолжает канючить Петя.

А я стою и недоумеваю, какими новостями? Уже и так узнали все самое важное.

К счастью, от дальнейших глупых разговоров меня спасает Ариша. Умница-дочка, всегда чувствует, когда мама нервничает.

- Уа, уа! – начинает она интеллигентно плакать в коляске.

- Так, мальчики, некогда мне с вами, ребенка кормить пора, да и гуляем мы долго уже. Петя, удачи тебе на Севере. Понятия не имею, с чего ты взял, что я с младенцем отправлюсь к черту на кулички, - договариваю и, не прощаясь, направляю коляску в сторону подъезда.

А два моих несостоявшихся жениха, так и остаются стоять на улице, кидая друг в друга гневные взгляды. Как два задиристых петуха, честное слово. Хмыкаю напоследок и тороплюсь к лифту.

«Гады, могли хотя бы цветы отдать», - думаю я запоздало, поднимаясь наверх.

- Ничего, Аришенька, мы сами себе букет купим, если сильно нужно будет, правда? – приговариваю я дочке. – Еще немножко и будем дома, плакать не нужно.

И она, словно поняв, о чем я говорю, действительно успокаивается.

- Сейчас, сейчас, уже практически в квартире, мама только дверку откроет, - ободряюще сообщаю я.

Только непонятно, кого я ободряю, себя или Аришу. Такое ощущение, что себя.

Еще и дверь, как назло, заедает, замок новый, но какой-то неудачный, если приложить усилия не под тем углом, он выпендривается.

- Чертов Борис! – восклицаю в сердцах и стучу по дверному косяку.

- Давай помогу, - как джинн из бутылки возникает нелестно упомянутый Боря и жестом фокусника открывает дверь. – Прошу! Коляску внутрь закатывать или здесь оставлять?

И он, не дожидаясь от меня вразумительного ответа, толкает карету Ариши в прихожую, и следом сам заходит, как к себе домой.

А я так и стою на лестничной клетке, открыв рот.

- Жанна, заходи! Сквозит, - кричит мне Борис, как ни в чем не бывало.

Нет, вы только посмотрите, он ведет себя как хозяин квартиры.

Тем не менее, я все же вхожу внутрь и молча закрываю за собой дверь. Не могу же я Аришу оставить с чужим наедине.

- Цветы там, в прихожей, поставишь в вазу, ладно? – говорит он, не выглядывая из комнаты.

- Ладно, - бормочу себе под нос и беру шикарный букет из алых роз.

Это ж сколько денег он стоил? И зачем, главное? Но красиво, даже очень.

Отхожу на пару шагов назад, любуясь цветами в вазе. Хорошо, что у меня вообще ваза есть, ведь вещь не самая нужная, но то ли мама, то ли Аврора принесли мне ее со словами: «Был бы сосуд, а наполнение в него придет». Или что-то в этом роде сказали, не вспомню сейчас точно.

Ой, Борис же там с Ариной в комнате! А я тут на цветы любуюсь, да и ребенка переодеть надо, покормить. Что за мать!

Всплескиваю в воздухе руками и спешу к дочери.

- Поставила, да? Молодец, - говорит Боря, сидя почему-то на полу. – Я вам люльку принес, собираю. Продавец уверяла, что такое очень нравится детям, тут качать можно, короче, песенки включать записанные, и игрушка еще прикреплена сверху для развития хватательного рефлекса или чего-то в этом роде. Любят эти продавцы изъясняться заумно.

Он кивает головой на коробку, стоящую сбоку от него.

Перевожу туда взгляд, надо же, такая большая! А я за разговорами с Петей и не заметила, что Боря притащил что-то помимо цветов.

- Эм, спасибо большое, - отвечаю осторожно, присаживаясь с Ариной на диван и принимаясь раздевать ее, - но только она ведь бешенных денег стоит, должно быть.

Как расценивать его щедрый жест я пока не знаю.

- Ничего страшного, я пропустил выписку и до сих пор так и не принес ничего вам в подарок, - отмахивается Борис, не отвлекаясь от процесса сборки.

Я же сижу и наблюдаю за его работой.

Он снял куртку и остался в одной рубашке голубого цвета. Когда мы вместе работали, я много похожих вариаций видела на нем, видимо, это явно его цвет, освежает.

О, кажется, кто-то активнее посещает тренажерный зал, чем раньше, линия бицепса была меньше, насколько я помню, но могу и ошибаться. В любом случае Борис стал явно привлекательнее и солиднее выглядеть, а ведь еще и года не прошло.

Но подобные мысли нужно гнать от себя как можно дальше, ни к чему хорошему они не приведут.

- Эм, Петя ушел, да? – спрашиваю, чтобы как-то отвлечься.

- Да, - подтверждает Боря, - правда, пришлось дополнительно подсказать ему направление, тебя он с первого раза недопонял, но я справился. Не думал, что тебя привлекают такие желторотые юнцы.

- Кто, прости? Гхм, - прочищаю горло от удивления, - а ты у нас типа матерый мужик, да?

- Нет, интеллигентный молодой мужчина, - спокойно парирует Борис, - но твоя формулировка про «нас» мне очень нравится.

- Но никаких «нас» не существует! – резко произношу, отчего Арина начинает нервничать у меня на руках.

- Это дело поправимое, не считаешь? – говорит он, как ни в чем не бывало.

- Нет! Не считаю! – отвечаю слишком высоким голосом. – У тебя своя жизнь, а у меня своя!

- У всех людей свои жизни, это закон природы, - философски замечает Борис.

- Ладно, изъяснюсь более конкретно. У тебя работа, карьера, перспективы, а у меня декрет, съемная квартира и ребенок.

- Вообще не вижу никаких проблем, - пожимает он плечами, откидывая от себя инструкцию. – Кстати, люлька или колыбелька, как ее правильно назвать, никак не запомню, готова. Я собрал. Опробуем?

- Опробуем, - мрачно соглашаюсь и осторожно кладу туда младенца.

Кажется, Арише нравится. Хотя по ней пока не определишь толком ничего.

- Работает, какое счастье! – восклицает Борис. – Я успел купить ее в магазине, но зачем-то потом полез в интернет. И отзывы были весьма неоднозначными по поводу этой модели. На этом этапе я и задумался, а не брак ли я вам несу.

- Не думаю, все работает, - еще раз подтверждаю я. – Спасибо тебе большое, я бы вряд ли эту люльку самостоятельно приобрела. Но все-таки мы не договорили.

- Ох, Жанна, Жанна, Жанна! И почему людям обязательно нужны разговоры?! Ведь можно просто встать, - и он поднимается на ноги, - подойти, - подходит, - и почувствовать, что меж двух летают мощные флюиды.

- К-какие еще флюиды? – начинаю заикаться от его близости. – Не вижу никакие флюиды.

- Так ты их и не увидишь глазами, они глубоко в сердце, - и Борис берет мою руку и кладет ее себе на грудь. – Чувствуешь, как оно бьется?

- А-ага, - подтверждаю, сбитая с толку опасной близостью с Борей, - чувствую.

- Вот! И я тебя чувствую, Жанна, прямо здесь, - тычет он себя в грудь, - давно и безответно.

И он наклоняется к моим губам…

9

Я теряюсь в целом водовороте противоречивых чувств. Задыхаюсь от нахлынувших эмоций и не понимаю, где Борис, а где я.

Его губы на моих губах, его руки сплелись с моими, и ничего вокруг больше нет. Слишком долго моя душа жаждала его прикосновений, слишком сильно я ждала его инициативы, сам этот факт рьяно отрицая, убегая от него, не допуская ни единой мысли в подобном ключе.

Что мы делаем? Зачем? Ведь это неправильно, ни к чему не приведет, как и в прошлый раз. Снова я останусь одна, а Борис уйдет на очередное продвижение по службе.

Я должна его оттолкнуть, должна сама оторваться, пока еще не стало слишком поздно, пока мы не перешагнули невидимую черту. Ведь эта близость не пойдет нам на пользу на самом деле, а лишь увеличит и без того существующую пропасть между двумя нашими мирами.

Есть он – Борис Николаевич, молодой привлекательный мужчина тридцати с небольшим хвостиком лет. Успешный, одинокий, с хорошим достатком. Крайне лакомый вариант для девушек.

И есть я – на данный момент просто Жанна, потому что работать не планирую пока даже удаленно. Мать-одиночка.

Но если вспомнить, кто является отцом Арины, то все мои доводы-рассуждения разбиваются об острые скалы логики и здравого смысла.

Но не будем об этом. Я просто не готова, не могу сейчас говорить с ним на столь щекотливую тему.

За считанные доли минуты проносятся в моей голове все эти мысли и эмоции.

Борис прижимает меня к себе еще сильнее и совсем по-собственнически блуждает по моему телу руками.

Надо прекращать, нужно, как минимум, поговорить, но силы воли нет, она куда-то испарилась. Вместо нее я парю на облаке чувственности и наслаждаюсь реакцией каждой клеточки своего тела на прикосновения Бори и его настойчивые губы.

Слишком долго я была одна, слишком много думала о нем. И в итоге эти обстоятельства мстят мне прямо сейчас.

Мы вот-вот пойдем до конца, и потом я буду долго и нудно ругать себя за этот необдуманный импульсивный поступок, который только усложнит отношения между мной и Борисом. Я точно это знаю, но…

Но подает вдруг голос Арина.

- Уа, уа, - плачет дочь.

- Ариша, - отталкиваю, наконец, от себя Борю, - я должна подойти.

- Да, - он также тяжело, как и я, дышит, но ему явно труднее переключиться, - ребенок. Ты права.

Мягко убираю со своей талии руки Бориса, сразу становится холодно и неуютно. И подхожу к дочери.

- Что такое, принцесса? Проголодалась, наверное, да? Скажи, обещали покормить, а сами в люльку новую положили и забыли, – громко разговариваю с Аришей, пытаясь разрушить атмосферу неловкости, недосказанности и неудовлетворенности, в которую погрузилась комната.

Иду за смесью на кухню, и в голове только одна мысль – Арина снова меня спасла.

- Борь, может, чай или кофе будешь? Печенье есть, мама пекла, я не осилила.

- Да, кофе, пожалуйста, черный, - слышу его голос.

- Сейчас, я поставила чайник, - возвращаюсь в комнату и беру дочь на руки, чтобы покормить.

- Эм, а можно я? – доносится до меня неуверенный голос.

Поднимаю глаза, а в глазах Бориса столько мольбы. Совершенно точно он в который раз удивляет меня. Может, он догадывается о чем-то? Не может ведь мужчина так реагировать на чужого ребенка, у мужиков и к своему родному не сразу-то чувства просыпаются.

- Да, почему нет, - подношу ему дочь, - за головку поддерживай, она еще не умеет сама.

Кладу притихшую Аришу и делаю шаг назад. Они как будто немного удивленно реагируют друг на друга, изучают, но смотрятся невероятно гармонично вдвоем.

У меня перехватывает дыхание, а в уголках глаз моментально скапливаются слезы. Смахиваю их украдкой и даю бутылочку, проводя краткий инструктаж, и снова отхожу назад.

Аврора совершенно права, я обязана поговорить с ним начистоту.

POV Борис

Не знаю почему, но Жанна не отпускает меня, постоянно в моих мыслях. Просыпаюсь – перед глазами она, засыпаю – тоже самое. Но, должен признаться, не только Жанна занимает все мое свободное и не очень время. Моя голова занята еще одной красивой девушкой.

Дочерью Жанны.

Никогда не замечал в себе отцовского инстинкта, если такой вообще существует. Просто почему-то всегда говорят лишь о материнском. Но в отношении этого ребенка все мое мировоззрение перевернулось.

Она самая милая и наверняка самая сообразительная для младенца, я в этом уверен. И пусть мой опыт общения с детьми очень небогатый, так говорит мне мое сердце.

Полагаю, все дело в том, что я присутствовал в роддоме вместе с Жанной, невольно стал названным отцом ее замечательной дочурки для посторонних, физически почувствовал ответственность за них обеих, плюс ко всему я ведь и до этого был не против возобновить с Жанной общение, и, желательно, близкое. Очень близкое.

Однозначно, в этом все дело. Потому что раньше я не задумывался когда-либо о том, что захочу женщину с ребенком. Ведь с ними всегда больше мороки, ответственности, легкость из отношений исчезает. Да и семью я пока что не собирался заводить, не на данном жизненном этапе, может, лет в тридцать пять.

- Борис Николаевич, вы не заняты сейчас? – от блуждания в собственных мыслях меня отвлекает моя помощница Света.

Строго сдвигаю брови, глядя в абсолютно пустой монитор. Час прошел с начала рабочего дня, а я до сих пор не открыл ни одного документа, сижу и пялюсь на картинку заставки, как идиот.

- Я всегда занят, Света, но, если дело не терпит отлагательств, конечно, готов обсудить. Заходи, что случилось? – мигом переключаюсь в режим серьезного начальника, не зря опыт большой имею.

- Эм, да, пожалуй, кое-что важное. По крайней мере, самой мне не справиться, - честно отвечает она и проходит в кабинет. – Это касаемо «Моей любимой косметики», они к нам уже обращались, я посмотрела, дело было как раз перед новым годом, в декабре, и в качестве руководителя значились вы.

Мгновенно вспоминаю ту самую «любимую косметику», ведь это была последняя фирма, для которой мы выполняли заказ вместе с Жанной. Именно во время него мы с ней сблизились настолько, что однажды заночевали в одной постели, откуда, впрочем, я позорно сбежал, но не будем о грустном.

- Верно, я работал с ними еще на прошлом месте, а что такое? – складываю руки в замок и сохраняю максимально заинтересованное выражение лица, на самом деле блуждая мысленно в воспоминаниях того самого дня, когда я переступил черту со своей подчиненной.

Очаровательной подчиненной, должен заметить.

- Им все настолько понравилось, что они снова хотят обратиться к нам, у них новый продукт, и рекламную компанию они желают разрабатывать только с вами. Я знаю, что вы сейчас другими задачами занимаетесь, да и дело было давно, все-таки девять месяцев прошло, но они очень настойчивы, а еще прислали е-мейл со своим коммерческим предложением, там такая премия, вы только гляньте, - и Света протягивает мне распечатанное письмо.

- Извини, что ты сказала последним? – беру листок на автомате, но сам думаю о том, что упустил что-то очень важное, и в только что сказанных словах Светланы была недостающая подсказка.

- Эм, что премия шикарная, - с готовностью отвечает она.

- Нет-нет, до этого, - уточняю я.

- Что дело было девять месяцев назад? – неуверенно произносит Света.

- Именно! Точно! – хлопаю в ладоши, понимая, что осознания этого факта мне и не хватало для того, чтобы собрать весь паззл воедино. – Спасибо тебе, и «косметике любимой» тоже спасибо.

- Это означает, что мы с ними работаем? Вы согласны опуститься до уровня простого руководителя проекта? – не понимает Светлана моей эмоциональности.

Привычный ей начальник никогда не ведет себя подобным образом. Он всегда строг, собран и максимально четко формулирует свои мысли.

- Да, да, это все несомненно. И, кстати, у нас нет простых руководителей проектов, также, как и простых исполнителей, помощников, бухгалтеров, курьеров и даже уборщиков! Все наши работники уникальны и выполняют чрезвычайно полезные для фирмы задачи! – назидательно замечаю Свете. – Ты пока займись организационными вопросами, будем с тобой вместе трудиться на благо нового продукта «Моей любимой косметики». Поддержим отечественного производителя, не все же нам с корейскими брендами работать, которые прямо любят нас.

- Да, я вас поняла, хорошо, все будет сделано, - встает Светлана со стула и идет к двери.

- Умница! Держи меня в курсе и, если понадобится помощь, обращайся, постараюсь оторваться от других дел, - отправляю ей вслед напутствие, а сам с важным видом снова утыкаюсь в пустой монитор.

Как же хорошо иметь собственный кабинет, никто не видит, чем я занят.

Итак, а теперь к самому важному. Девять месяцев назад был тот злосчастный проект, на котором я перешел черту, потом неправильно расставил приоритеты, а Жанна предпочла сбежать. И я ее совершенно не виню, наоборот, могу понять. Тогда я даже малодушно радовался такому легкому для меня решению внезапной проблемки. Но!

Но ребенок ведь тоже рождается спустя девять месяцев после тесного общения двоих…

10

Или я не прав? Жанна ведь обязательно сказала бы мне о том, что я стану отцом, да? Или нет?

В таком ключе крутятся мои мысли следующие несколько дней. Никак не могу прийти к единому мнению, все время колеблюсь то в одну, то в другую сторону. Несколько раз беру в руки телефон и порываюсь набрать Жанне, но не решаюсь. Мы расстались на такой неоднозначной ноте, что добавлять большей остроты в наши отношения я не рискую.

Нужно всего лишь включить мозги и как следует поразмышлять самостоятельно.

Вся эта история с девятью месяцами вполне может оказаться обычным совпадением. Да у Жанны вообще постоянный молодой человек мог быть на тот момент, который с большей вероятностью и является автором чуда по имени Арина!

И не важно, что мы много времени проводили вместе, задерживаясь на работе, и, фактически, она проявила инициативу нашего сближения, у меня таких мыслей не было на тот момент. Правда, я и не отказался, а быстро ввязался в роль.

Черт, да у меня самого тогда были не самые удачные «отношения-неотношения» с одной специфической дамой. Мы редко виделись, еще меньше общались, но успевали делать друг другу мозги. Собственно, потому и расстались.

И у Жанны вполне мог быть такой парень.

Ну поддалась искушению девушка разок со мной, с кем не бывает. И, кстати, может, поэтому и ушла, что с тем парнем помирилась. А я все себя винил, что не поговорил, не наладил мостик.

Однако, эх. Все-таки, что-то внутри меня, назовем это интуицией, не отпускает ситуацию, упорно держится за словосочетание «девять месяцев».

- Борис Николаевич, подпишите накладные? – врывается в мой кабинет Света.

И чтобы я без нее делал! Совсем перестал работать, а так хотя бы часть собственных обязанностей выполняю, чувствую, не зря занимаю рабочее место.

- Конечно, Светлана, давайте. Отвлекусь специально для вас, - великодушно улыбаюсь, пока подмахиваю документы, поверхностно просматривая их. – Так, а это что у нас? Смирнов и его «Компьютерные технологии»? Я помню, там не были довольны его идеями, не буду подписывать, пускай сначала принесет все, что наработал.

- Конечно, Борис Николаевич, я передам ему, - серьезно кивает Света и, собрав бумажки, выходит в коридор, оставив меня снова с мыслями наедине.

Нет, так не может больше продолжаться, я карьеру строю с восемнадцати лет не для того, чтобы в тридцать два внезапно взять и профукать все! Нужно решить этот дурацкий внутренний спор сегодня же!

И тут, как по заказу, звонит мой мобильник. Жанна.

Знак свыше, не иначе.

- Да, Жанночка, как ваши дела? Рад слышать тебя, в первый раз сама позвонила, - произношу совершенно искренне.

- Боря, мне так неудобно, я бы не беспокоила, но мне, правда, больше не к кому обратиться, - чуть ли не плачет она на другом конце телефона.

- Что случилось? – мигом холодею я. – Что-то с малышкой?

Вот, снова пресловутый отцовский инстинкт срабатывает помимо моей воли.

- Нет, с ней все в порядке, по крайней мере, пока что, дальше не знаю, что с нами обеими будет, - хнычет Жанна. – Дело в том, что меня зачем-то понесло посмотреть бассейн, где занимаются плаванием с грудничками. Нам, конечно, рано еще, но сидение дома добивает, и я решила таким образом скрасить наш с Аришей досуг.

- И что? Девочка упала в воду?! – спрашиваю испуганно.

- Да нет же! Что за глупости тебе в голову приходят! Я бы не допустила такого. Нет, в бассейне все прошло нормально. На обратном пути я захотела срезать путь и пойти дворами, а дороги у них тут ужасные в этом районе! Да еще эта коляска дурацкая, вроде дорогая, а хлипкая. В общем, резко налетела на камень, колесо и отвалилось. Хорошо, Арину я в это время держала на руках. Но я без денег, такси не вызвать, пешком не дойти обратно, только если коляску бросать, да жалко. Аврора с Сашей уехали к родителям, а больше мне не к кому обратиться. Извини, что звоню, я знаю, как ты ответственно относишься к работе, а я отвлекаю. Ты до скольки там? Мы могли бы подождать тебя здесь на лавочке до конца дня.

- Какой конец дня! Будешь ты сидеть в сомнительном дворе одна с ребенком?! Не говори глупости. Живо, адрес мне, сейчас же буду!

Да и какая, к черту, работа, если все мысли о тебе да об Арине.

- Светлана, у меня встреча с потенциальными клиентами, сегодня, может, и не появлюсь, - с важным видом бросаю своей помощнице и широким шагом иду на выход, жаль, побежать будет совсем несолидно, не поймут.

Кстати, кажется, я знаю, как можно прояснить вопрос с девятью месяцами, не беспокоя пока что Жанну…

11

POV Жанна

Я собиралась свести на нет общение с Борисом, пока до конца не разберусь в себе и не решусь на серьезный разговор, который нам обоим позарез как необходим, но случай решил все за меня.

Черт, снова какой-то случай. А ведь я всегда считала, что у меня вся жизнь под контролем в отличие той же Авроры, за которой я частенько присматривала, пока мое почетное место не занял Саша.

Но теперь я сама человек-случай и иногда еще и человек-катастрофа. А все началось с момента родов! Что за!

- Жанна! Я так волновался! – пока я пребывала в упаднических мыслях, подъехал Боря.

Угораздило же Аврору уехать именно сегодня, а мне выйти из дома без денег и кредитки.

- Да чего волноваться-то, Борь, все нормально с нами, не с подозрительными личностями время проводим, - суетливо встаю и пытаюсь одновременно одной рукой держать ребенка, а другой одернуть кофту. – Спасибо большое, что так быстро приехал, и извини за беспокойство, мне правда, неудобно.

- Брось, ничего не неудобно, нормально, - берет он составные части сломанной коляски и погружает их в багажник, осматривая. – Вот автокресла для ребенка у меня нет, но здесь недалеко, доедем аккуратно.

- Ага, - поджав губы, отвечаю и залезаю в автомобиль.

Неловкость в салоне можно буквально потрогать. Все-таки наша последняя встреча была слишком неоднозначной, откровенный разговор сильно напрашивается.

- Представляешь, с нами снова хочет сотрудничать «Моя любимая косметика», - произносит вдруг Борис, чтобы разбавить тишину, - та самая, над которой мы работали с тобой вместе, помнишь?

- О, припоминаю что-то такое, - отвечаю максимально нейтрально, а про себя думаю, как же мне не помнить тот проект.

- Сколько времени прошло уже?

- Эм, - неопределённо пожимаю плечами.

- Месяцев девять, верно? – уточняет он.

И меня словно по голове ударяют пыльным мешком. В голове теперь звучит набатом лишь одна мысль: «Он знает! Он обо всем догадался!»

Но вслух произношу я совершенно другое.

- Серьезно? А я думала, больше.

- Ага, сегодня Света озвучила мне точный временной промежуток, - услужливо отвечает Борис.

- Света?

- Моя помощница, - поясняет он.

- Ах, да, помощница, ты же большой начальник, точно.

- А ты бы могла быт стать моим заместителем, кстати. Потенциал у тебя большой.

Мне одной слышится двусмысленность в этой фразе?!

- Спасибо, мы приехали, - предпочитаю никак не реагировать на провокацию.

- Я вас провожу, заодно коляску починю.

- Ты не обязан, - начинаю я.

- О нет, обязан. Чаем напоишь в знак благодарности, - обворожительно улыбается Борис.

- Конечно, ты прав, пошли, - нацепляю на себя маску любезности.

Сегодня точно все идет как-то неправильно.

Боря довольно быстро разбирается с каретой Ариши и входит на кухню.

- Все сделал, хозяйка, принимай работу, - произносит он довольным голосом.

- Уже не знаю в который раз буду говорить тебе это слово, но спасибо! Присаживайся, угощайся, - указываю неловко на стол.

В кухне мгновенно воцаряется та же тягучая атмосфера, что и в машине. Недосказанность вновь висит в воздухе, словно топор занесенный над моей головой.

- Дзынь! Дзынь!

- Дверь! Кто додумался звонить?! Они ведь разбудят Аришу! – возмущаюсь я и сразу слышу плач дочери. – Поздно.

Тяжело вздыхаю.

- Иди, посмотри, кто там, а я подойду к ребенку, отвлеку, - подрывается с места Борис, -  справлюсь, не переживай.

- Ну, ладно, - отвечаю, сузив глаза.

Но это же бред подозревать в чем-то Борю, правда?

Спешу к входной двери, а там…

- Ты дома! А почему телефон игнорируешь?! Я извелась вся! Заставила Сашу быстрее ехать, - как вихрь влетает в мою квартиру Аврора.

- Зачем? Я написала тебе, а потом вспомнила, что вы к родственникам уехали, обратилась к Боре.

- Боре? – ее глаза загораются искрами любопытства. – Уже не Борис он, да?

- Аврора! - строго одергиваю подругу. – Иди на кухню, что ли.

А сама отправляюсь в комнату.

- Все нормально, это Аврора всего лишь, - говорю Боре, склонившемуся над кроваткой. – Что ты делаешь?!

- Н-ничего, - он поспешно сует что-то в нагрудный карман рубашки и выпрямляется, - просто разговаривал с ребенком.

Мгновенно подлетаю к дочке и внимательно смотрю на нее, а потом на Бориса.

- Ты что-то резко засунул в карман, когда я вошла, - не свожу подозрительного взгляда с него.

- О, это был всего лишь мой носовой платок, - Боря достает кусок ткани из кармана, - он цветной, видишь? Я подумал, что Арину развлечет, пока ты отсутствовала.

- Эм, да, ладно, спасибо. Извини. Мне показалось, вернее, я была уверена, что видела что-то белое, ладно, проехали, - смущенно отвожу глаза. - Пошли, чай остынет.

Я со своей личной тайной начала уже всех подозревать.

- Борис Николаевич! Привет! – расплывается в улыбке Аврора. – Хорошо выглядишь, как служба?

- Нормально, благодарю вас, Аврора, извините, отчества вашего не знаю, - сдержанно приветствует ее Борис.

Видно, что ему некомфортно от Аврориного панибратства.

- Леопольдовна я, но ни к чему нам отчества! Не чужие люди, - отвечает она.

А я делаю круглые глаза и пытаюсь заставить ее замолчать взглядом. Но тут снова подает голос Ариша, очень она неспокойная сегодня.

С секунду колеблюсь, совершенно не хочется оставлять Аврору наедине с Борей, мало ли что она ляпнет.

- Я принесу тебе ребенка, - Борис словно читает мои мысли и спешно выходит из кухни.

Возможно, он и сам не жаждет оставаться наедине с моей подругой.

- Ты ему не сказала? - ловит меня тут же Аврора за руку и шепчет возмущенно. Я вздрагиваю на этом вопросе. - Не могу поверить! Жанна, ты ему так и не рассказала!

- Да когда бы я это сделала! - пытаюсь оправдаться. - Сначала наша случайная встреча, потом мои роды раньше срока, после этого он почему-то все не уходил и не уходил, остался заботиться о нас. Сегодня еще пришлось обратиться за помощью, я ведь не знала, что вы быстро вернетесь, а то бы лучше вас ждала.

С каждым словом мой голос звучит все тише и неувереннее.

- Милая, ты слишком затянула, лучше сорвать этот пластырь быстро, - Аврора кладет руку на мое плечо. - Сообщи Борису, он имеет право знать.

- Что я имею право знать? - как по заказу именно в этот момент входит Боря, держа нашу малышку на руках, даже не подозревая, что она его дочь. – Так что я имею право знать, Жанна?!

Произносит настойчиво, все слышал, не соврешь, что он не так понял.

- Эм…

12

- Ой, меня ведь Саша внизу ждет! Пойду я, - всплескивает руками Аврора и убегает с тонущего корабля, как…

Ладно, не будем сравнивать, все-таки, она моя лучшая подруга.

- Ага, детям привет, - мрачно прощаюсь с ней и перевожу взгляд на Бориса. – Ариша, кажется, снова успокоилась, отнесу ее обратно.

- Жанна! Не уходи от ответа! Что я имею право знать?!

- Тшш, - предупредительно подношу палец к своим губам, - давай не будем нервировать ребенка, беспокойная она сегодня.

Возвращаюсь на кухню, предварительно плотно закрыв за собой дверь в комнату. Скрещиваю руки на груди и, игнорируя Бориса, смотрю в окно. На улице обычная жизнь, люди спешат по своим делам, хочу к ним.

- Жанна! - его голос звучит как никогда твердо. - Прошу, ответь мне честно, это мой ребенок?!

Ударяю себя мысленно по лбу. Он действительно совсем не случайно упомянул про девять месяцев, он же не дурак.

Стою, молчу, не в силах выдавить из себя ни слова, ведь солгать я не смогу, и правду тоже не скажу. Потому что тогда он узнает, что я от него скрыла...

И возненавидит меня, возможно, или вообще права на ребенка потребует, и попытается забрать ее у меня. Да мало ли что придет в голову обиженному мужчине?!

- Жанна! Я все еще жду! Почему так сложно ответить на простой вопрос?! – повышает он голос. – Неужели я не заслуживаю правды?!

Я вздрагиваю. Правды все заслуживают.

- Да, твой, - все-таки выдавливаю из себя, слишком далеко зашла, совесть заставляет отвечать за собственные проступки, - Арина твоя дочь. Доволен?!

Он секунд тридцать стоит и не двигается, переваривает мою ошеломительную новость.

- Жанна! Как ты могла ничего не сказать мне?! Почему приняла единоличное решение и сбежала? – наконец, справедливо возмущается он.

Горько усмехаюсь, Борис всегда такой Борис.

- Вот именно поэтому! - всхлипываю, но нахожу в себе силы ответить ему. - Я не нужна была тебе на тот момент, и, приди я позже с сообщением о беременности, ты бы отправил меня на аборт! И не нужно отпираться, я прекрасно помню твои тогдашние излишне честолюбивые мотивы во всем. Ты думаешь, почему я ушла с работы так резко, а? Почему не заговорила с тобой о произошедшем?! Думал, что тебе повезло со мной, да? Пообщались и разбежались?! Так нет же, я не такая рассудительная, извини, я всего лишь подслушала твои откровения.

- Но, как же? Нельзя не сообщить человеку, что он будет отцом, даже если он тебя сильно обидел, - отвечает он растерянно под моим напором.

- Можно! Ведь для тебя ребенок даже сейчас является всего лишь "решением"! – уже сама перехожу на крик, срываюсь. – Тебя только волнует, почему я сама со всем разобралась или, вернее будет сказать, не разобралась. Ведь для тебя было очевидным совершенно другое мое «решение», верно?!

Он медлит с ответом всего секунду, но этого мне хватает, чтобы понять, что моя версия абсолютно правдива.

- Все с тобой ясно! – бросаю ему в лицо все свое разочарование и злость.

- Подожди! – останавливает он меня, подняв вверх руку. – На тот момент была другая ситуация! Мы с тобой только узнавали друг друга, один раз сбросили напряжение и все! У меня просто были другие цели в то время.

- Мы что сделали? – подхожу вплотную к нему. – Сбросили напряжение? Так это называется, да?

- Ну, не совсем корректно я выразился, извини, чего ты к словам придираешься! – идет Борис на попятный. – Но, согласись, мы ведь не встречались, отношения не заводили!

- Я сообщу Арине, когда ей исполнится восемнадцать лет, что она произошла на свет в результате сброса напряжения, - произношу металлическим голосом.

- Привязалась к формулировке! Сама как будто питала ко мне чувства на тот момент!

- Представь себе! Питала! Ты мне очень нравился! – снова срываюсь на крик.

- Оу, - неловко мнется с ноги на ногу Боря. - Ну, я потом пожалел, думал о тебе постоянно, хотел помириться, правда. Чувствовал, что мне словно чего-то не хватает. Так обрадовался, когда встретил тебя в кафе.

- Порадовался? В отца поиграл? А теперь свободен, - и со злостью толкаю Бориса к выходу, случайно задевая его нагрудный карман, из которого выпадает именно то, что я заметила, когда заходила в комнату. – Эт-то что?

Я стою в глубоком шоке.

13

Борис прячет глаза и пытается отобрать у меня пакетик с двумя…. ватными палочками?

- Я не пойму, ты совал нашей дочери эту гадость? Для чего? – скрещиваю на груди руки. В голове ни единой вразумительной мысли, зачем нормальному человеку поступать подобным образом. – На этих палочках вещество какое-то нанесено? Мне стоит обратиться в полицию? О нет! – доходит до меня. – Нам же срочно нужно в больницу! Это ведь наверняка очень вредная для маленького организма дрянь!

Спохватываюсь и бегу в комнату к Арише. Руки трясутся, дверная ручка никак не желает открываться.

- Постой! Я бы никогда не навредил твоему ребенку! – хватает меня за локоть Борис. – Я не монстр!

- Откуда мне знать, кто ты?! – кричу на него. Нервы натянуты, как струна, в голове паника. – Пусти! Мне нужно ее спасти!

- Да нет там никакого средства! – Борис тоже повышает голос. – Они чистые! Я ими в защечной области Арины повозил немного и все.

- Вот! Я же так и сказала, что ты их ребенку в рот совал! – подтверждаю свою правоту.

- Но только они не пропитаны ничем! Очнись! Услышь меня! Это совершенно обычные ватные палочки, которые продаются в любом супермаркете и аптеке! – кричит он, как не в себе.

- Но тогда зачем ты их совал ей в рот?! – не уступаю ему в громкости.

- Да чтобы тест ДНК провести! – выплевывает Борис ответ.

- Тест ДНК? На отцовство который, что ли? – спрашиваю уже спокойнее.

- Да, он самый, - выдыхает Боря, - можно собрать материал и отправить по почте даже.

- О, ясно, - киваю, - теперь мне все ясно.

- Что тебе ясно, Жанна? – Борис устало трет свои глаза. – Честное слово, беременность явно с тобой что-то сделала, раньше ты такой не была. А теперь очень трудно разговаривать порой, да еще и утаила, что я отец. Такие вещи нельзя скрывать от человека!

- Так ты еще не знаешь, отец ты или нет. Тест-то ведь не проведен! – трясу перед лицом Бори пластиковым пакетиком. – В общем, катись ты!

- Куда? – усмехается он.

- Куда, куда, тест делать! – и начинаю толкать его к входной двери. – А я, может, нормально разговаривать снова научусь, как ты желаешь, хотя вряд ли. И запомни! Это право каждой женщины, что ей делать со своей беременностью! Не мужчинам вынашивать и рожать. Давай, Борис, поговорили, душу облегчили друг перед другом, а теперь тебе пора.

- Что, значит, пора?! – возмущается тот. – Мы так толком и не обсудили ничего! У тебя находится практически наверняка моя дочь! Я имею право участвовать в ее воспитании!

- Практически наверняка? Вот как. То есть, я по-твоему гулящая девка, которая не в состоянии определить, от кого у нее ребенок? – взираю на Бориса, выпучив глаза.

- Нет, Жанна, я не называю тебя гулящей, ни в коем случае. Просто у нас с тобой был всего лишь один случайный раз, а ведь у тебя вполне мог быть незадолго до или после парень постоянный, я только это имел ввиду.

- Значит, ты случайный папа, - подвожу итог. – Давай, случайный папаша, до свидания! А тест все-таки сделай, будет мне легче на алименты подавать, ты прав, чего это я решила самостоятельно воспитывать Арину, деньги лишними не бывают. Раз ты говоришь, что я не права, отец должен тоже участвовать.

Цежу ядовито.

- Я вообще-то говорил, что ты должна была сообщить мне, как только забеременела! Мы оба имели право принимать решение! – снова повышает голос Борис.

- Да какая мне разница до твоего решения! Я бы все равно ее оставила! – отвечаю с жаром. – Или думаешь, что понадеялась бы на твою поддержку и расстроилась бы, что ты ее не оказал?

- Нет, но все равно. Нельзя так. Я думал о тебе, чувствовал вину за то, что скомкано получилось, ведь мы неплохо ладили, а ты, получается, способна скрыть от меня такую важную новость, - насупливается Борис.

- Да можно подумать, что ты бы обрадовался на тот момент и женился на мне! – восклицаю эмоционально.

- Я, я не знаю, - произносит он.

- Спасибо за честность.

- Но сейчас я рад, что она родилась, правда. Но, пожалуй, если бы не роддом, то я бы и не прикипел к ребенку, меня что-то изменило внутренне в тот самый момент, когда врач решила, что я отец.

- Очень рада за тебя. И это еще раз доказывает, что у нас с тобой действительно все случайно, как ты соизволил выразиться. Случайно переспали, случайно встретились, случайно ты почувствовал себя отцом. А теперь уйди пожалуйста, тоже случайно, я устала, - снова пытаюсь выгнать Бориса.

- Вообще-то, как отец я имею право видеться с дочерью! – заявляет он патетично.

- Прекрасно. Тест делай и подавай на отцовство, или какая там процедура, - отвечаю равнодушно.

- Иск в суд подается о признании меня отцом, - говорит Борис.

- Значит, подавай.

- Не боишься, что ребенка захочу воспитывать самостоятельно?

- Ты мне не угрожай! В нашей стране у матери приоритет!

- Ты без работы и собственного жилья, - бьет он по слабым местам.

- У меня есть собственное жилье в родном городе!

- Все равно, у меня явно имеются шансы, ты слишком неуравновешенная, вдруг, тебе помощь требуется.

- Это угроза?

- Нет, предупреждение. Я хочу, чтобы ты со мной считалась, хотя и не спорю, что ребенку нужна мать. Но ты не желаешь признавать то, что я ей тоже нужен.

- Плохие методы договора у тебя, Борь, честно. И тебе действительно лучше уйти. Заодно проверишь, не были ли у меня параллельно с нашей случайной связью серьезные отношения.

- Ты так меня и не услышала, - качает он головой.

- Возможно. Но если тебя не услышали, значит, ты неправильно донес информацию.

- Все, ухожу, - поднимает Борис перед собой ладони, - это заберу.

Вырывает из моих рук пакетик со своими палочками и хлопает входной дверью. А я сползаю по стенке вниз, рыдания давно душат изнутри, и я даю им волю.

14

- Дура! Боже, какая же я дура! – восклицаю в потолок пустой прихожей.

Общались ведь нормально, ни к чему хорошему эта идиотская правда не приводит в итоге.

Но надо же, Борис додумался тест на отцовство сдать, сам бы пришел позже с вопросами. Может быть, так гораздо лучше для меня, почти что сама рассказала, да и перестану привыкать к постоянному мужскому плечу, которое всегда неподалеку.

Ох, мама была права, когда говорила, что семья у нас с Борей вряд ли получится. Люди, идущие к детям сознательно, и те разбегаются, а у нашей лодки любви изначально нет единого шанса на удачное плавание.

Не страшно. Главное, моя совесть теперь чиста. Ребенка пусть только попробует отобрать, а помощь никогда лишней не будет.

В конце концов, я тоже должна внутренне принять, что Арина имеет право на отца, не получилось ее держать вдали от него, значит, стоит как-то учиться с ним вместе существовать. Если он, конечно, вернется после нашего эмоционального разговора.

И сразу же засосало под ложечкой от ощущения тоски и пустоты, я ведь и не заметила, как снова пустила Бориса в свое сердце. Старая влюбленность полностью не изжила себя, она сейчас как раз находится на распутье.

Но, к сожалению, лучше бы ей окончательно угаснуть. У меня теперь лишь одна любовь, и она непозволительно долгое время находится в своей кроватке без моего внимания.

POV Борис

Выбегаю из квартиры Жанны в полном раздрае. Меня переполняет столько эмоций, сколько, кажется, не было в моей жизни ни разу еще. Ведь я человек очень спокойный и уравновешенный обычно, а тут сразу так много всего.

От того, как она могла утаить от меня свою беременность. До - ура, я действительно отец.

Ох, Жанна поступила крайне безответственно! Чтобы я там не наговорил по глупости, она обязана была сообщить мне о своем положении!

Хотя, я ведь действительно посоветовал бы ей пойти на аборт, да и сейчас вряд ли сильно обрадовался, не увидь я Аришу, не подержав ее на руках, не прочувствовав маленького живого человека, так смешно трясущего кулачками в воздухе.

Может, я и загнул с намеками на другого биологического отца, но у нас был лишь раз, один весьма счастливый раз, получается. И какой-то неправдоподобный.

Так жаль, я практически не помню подробности той ночи, лишь женственный образ и пьянящие запахи желания и страсти. А как было бы здорово схватить Жанну в охапку, прижать к себе и почувствовать – моя…

- Алло, Макс, ты дома? Ага, приехать хочу, очень срочное дело, да. Спасибо, - звоню своему единственному другу.

Нужно поговорить с кем-нибудь, желательно сегодня, а иначе либо мой мозг взорвется, либо я вернусь домой к Жанне и продолжу этот некрасивый скандал. Потому что она вряд ли оценит мою идею примирения в горизонтальной плоскости.

Быстро заруливаю в магазин и паркуюсь во дворе Максима. Благо, он находится на другом конце города, пешком точно не пойду обратно, а на машине мне сегодня больше не ездить.

- Привет, я пришел, - мрачно здороваюсь и захожу в квартиру друга.

Он айтишник и работает удаленно, так что практически в любое время дня и ночи его можно застать в одном и том же месте – в кресле за своим большим монитором.

- Какой-то ты не радостный. Ладно, не буду сходу ругаться на то, что я просил до семи вечера не являться без приглашения, - комментирует мой вид Макс и разливает нам с ним напитки. – Ну, рассказывай, что случилось? Отчего же ты не весел?

- Давай только без цитирования стихов, - раздраженно хмурюсь.

- Да я еще не начал даже, - смеется Максим. – Но если серьезно, то действительно рассказывай, надоел со своей интригой носиться.

- Ох, Макс, я идиот, - начинаю я и падаю на свободный стул на кухне. – Я получил новогодний подарок, но сам же и разрушил его.

- Новый год не завтра, получишь другой, - флегматично заявляет друг.

- Нет, Максимка, подарок эксклюзивный, больше таких не делают, - возражаю и вкратце обрисовываю ситуацию.

- Н-да, вы с этой Жанной подходите друг другу, оба начудили, - выносит вердикт Макс.

- Начудить-то начудили, но делать что дальше?

POV Жанна

- Да что за день сегодня такой! – кричу в потолок, как будто в нем находится источник всех моих бед.

С самого утра все не клеится. Я проснулась с жуткой головной болью, не выспавшаяся. Ариша была на редкость беспокойная в эту ночь. Вдобавок на душе поселился ужасно неприятный осадок от вчерашнего исхода разговора с Борисом.

- Дзынь! – коротко позвонили в дверь.

Иду открывать с бешенным взглядом.

- Я же просила не трезвонить! – произношу по привычке, кто бы там не был.

- Привет! Видок у тебя, конечно, не очень, - в квартиру входит Аврора в приподнятом настроении. – Извини, но я подсчитала, вы не должны были спать сейчас.

- Мы и не спим. Вообще, - добавляю трагично.

- Я тебе принесла запеканку творожную, очень вкусную, домашнюю, котлеток чуть, сыра и еще там по мелочи, - подруга методично заносит на кухню пакеты с лестничной клетки.

- Ты столовую ограбила? – мрачно наблюдаю за ее действиями.

- А-хах, смешно. Вообще-то, я давно готовлю гораздо лучше, чем, когда мы были студентками! Неделю назад даже сырники сделала впервые в жизни! И никто не отравился, даже похвалили, - гордо заявляет Аврора.

- Алиса и Алешка ели? – спрашиваю с интересом.

Аврора-кулинар это что-то крайне необычное, до сих пор не знаю, как Саша справлялся все это время с контролем приготовления пищи для семьи.

- Ели, - кивает подруга, - я туда столько сахара бахнула, еще бы они не ели.

- Тогда все ясно, - улыбаюсь ей.

На сердце немного отлегло. Все-таки стоит общаться с людьми, когда гадко на душе, а не поедать себя в одиночестве изнутри.

- Что тебе ясно?! Они были всего лишь чересчур сладкие! А так все хорошо получилось! Я в следующий раз меньше сахара добавлю, и вообще классно будет, - эмоционально реагирует Аврора.

- Прости, не обижайся на меня, пожалуйста, я же по-доброму подтруниваю, - глажу ее по руке. – Но это все точно ведь не ты приготовила.

Оглядываю небольшой весь заставленный вкусностями стол на моей кухне.

- Нет, свекровь нам с собой в дорогу вчера собрала, как обычно всего «понемножку». Ну да ты ее знаешь, - машет рукой Аврора. – Если ей так нравится готовить, то нам только на руку. Хотя, я думаю, что она до сих пор считает, что таким жестом лишний раз подчеркивает мою несостоятельность в качестве хорошей хозяйки. Не допускает она почему-то, что мне очень выгодны эти ее подколы.

- Веселые вы, - качаю головой, - уже несколько лет прошло, а все в режиме холодной войны.

- Да нормально, главное, нас обеих устраивает, - отмахивается Аврора и продолжает запихивать еду в холодильник. – Я тебе чего все это принесла, мы ж не съедим, нас с Сашей обоих на два месяца все-таки дергают в командировку. А тебе готовить некогда, питаться хорошо надо, Бориса, может, накормишь, когда он придет в следующий раз.

Судорожно вздыхаю при упоминании Бори.

- А детки с кем будут? – спрашиваю, пытаясь отвлечься.

- С нами поедут. Условия там хорошие, а бабки их разбалуют на пару за такой большой срок. Людмила Сергеевна Алешу, а моя маман Алису, ты же их знаешь. Сердце только за тебя неспокойно, как ты тут совсем одна будешь! Уже думала отвезти вас с Ариной пока домой, но твоя мать тоже уезжает куда-то, прямо у всех месяц разъездной какой-то.

- Зачем? Не надо меня никуда, нам и здесь нормально, да и поликлиника уже закреплена, скоро на осмотр идти. Плюс мне Костик обещал пару халтур подогнать, делать-то буду удаленно, конечно, но придется пару раз и в офис сходить, а как я схожу, если уеду.

- Действительно, не нужно тогда никуда. Да и Борис присмотрит, если что. Вы же вчера откровенно поговорили, да? Все выяснили? – Аврора выжидательно смотрит на меня.

- Поговорили, - выдыхаю я, с трудом сдерживая слезы, - только он, наверное, не присмотрит больше.

И все-таки я разрыдалась.

- Ну что такое, моя хорошая, - кидается ко мне Аврора и прижимает к себе, - обиделся он так, да? Но его можно понять, конечно, но не будет он ведь вечно злиться, сам виноват, что не сказали вовремя о беременности!

- Вот именно, сам! – всхлипывая, подтверждаю. – Ой, он вчера столько обидного мне наговорил, что, может, и не он отец вовсе, ведь у нас был всего-то раз. А потом вообще заявил, что права на ребенка может отобрать!

- Что?! Вот сволочь.

- Ага, - киваю я, - но это у него вроде как угрозы были просто так, от обиды и злости, ужасно самомнение я его задела, оказывается.

- Ничего, я думаю, он переварит новость и придет мириться, - неуверенно говорит Аврора.

- Не знаю, если и придет, то не раньше, чем через пару недель. Он додумался тест на отцовство сделать за моей спиной, еще до того, как вывел на откровенный разговор. С палочками ватными к ребенку в рот лез.

- Подожди, получается, он изначально подозревал свою биологическую причастность к Арине, да? – уточняет Аврора.

- Да.

- И все равно в итоге обиделся, что ему вовремя не сказали, и ушел?

- Ага.

- Дура-ак, - тянет подруга.

- Самовлюбленный дурак, сказала бы я.

15

Аврора уехала, и следующую неделю я могла смело назвать одной из самых неудачных в моей жизни. Раньше топовое место занимала та, когда я сблизилась с Борисом, но после осознания и принятия беременности я перестала такой ее считать.

Сейчас и вовсе я каждый день благодарю за личное маленькое чудо на своих руках, еще бы не вспоминался Боря, и вообще было бы просто чудесно.

- Мог хотя бы коляску перед уходом починить, гад, - произношу вслух, собираясь на прогулку с Ариной. – Придется нам с тобой сегодня дышать воздухом в слинге. Не люблю я подобные приспособления, не буду тебя обманывать, но в кенгурятник тебя пока рано засовывать.

И мы выходим на улицу.

Нужно будет поискать на балконе инструменты, кажется, они здесь были, как мне говорили.

Погода на улице не радует, прохладно и моросит. Поэтому мы быстро закупаемся всем необходимым в ближайшем супермаркете и бежим домой.

- Вот и все на сегодня, кажется, - сообщаю дочке, - нагулялись. Сейчас перекусим, и мама пойдет заниматься ремонтом твоей кареты.

Вяло грызу котлету и с тоской смотрю на забитый холодильник. Оказывается, бывает очень грустно, когда столько наготовлено, а угостить некого.

Да кого я обманываю! Не некого, а одного конкретно человека не угостишь.

Нужно перестать по нему страдать, слишком много чести. Сам хорош, с чужим ребенком я ему, значит, нужна была, привлекала, а со своим так обиделся!

Конечно, ведь получается, что именно он тот козел, который бросил меня беременную, как считает общественность, как и он считал про отца Арины. Как же теперь свыкнуться с этим фактом!

- Ай! – неловко прикручиваю спицу и попадаю себе по пальцу. – Кровь. Да что ты будешь делать!

Прерываюсь на дезинфекцию раны, и возвращаюсь к ремонту.

- Отлично! Не так уж и сложно выполнять мужские обязанности по дому, оказывается, - счастливо хвалю сама себя.

Но гулять мы все-таки больше не идем с Ариной, дождь за окном припустил сильнее. Вместо этого сидим весь оставшийся день дома, дочь радуется беззаботной младенческой жизни, а я сижу в обнимку с ноутбуком, вспоминаю азы своей работы. Хотя, и не могла себе позволить отдыхать вплоть до восьмого месяца, однако же все равно в голове каша.

А на следующий день я очень жалею, что больше так и не вышла на улицу, ведь тогда была вероятность того, что пропажу я обнаружила бы гораздо раньше.

- Девушка, вы будете расплачиваться? За вами уже очередь, - произносит недовольно кассир в супермаркете.

- Да, да, сейчас, конечно, карту не могу найти, еще вчера была, я к вам тоже с утра ходила, а теперь как сквозь землю провалилась, - растерянно копошусь в сумке.

Что же это такое, я ведь очень аккуратна, всегда кладу ее в один и тот же карман, не допускаю неразберихи.

- Оплатите наличкой, - равнодушно тянет женщина, - а потом ищите свою пропажу дальше.

- Да, хорошо, сейчас, - согласно киваю я.

Бумажных денег хватает только на молочную смесь для Ариши и творог для меня, которые вчера забыла купить. Расплачиваюсь с кассиром и отхожу в сторону, чуть не плача от мысли, что вполне возможно произошло самое худшее.

- Девушка, а вы карточку потеряли, да? – обращается ко мне пожилая уборщица.

- Кажется, да, - отвечаю ей дрожащим голосом.

- Ай, плохо, ты еще и с ребенком. Что за народ! Одни нелюди вокруг! – эмоционально причитает та.

- Почему нелюди? Вы о чем? С трудом улавливаю суть.

- Так воришка вчера тут орудовал, не одна ты потерпевшая, несколько уже приходили с жалобами и руганью, заставляли поднимать записи с камер наблюдения, грозились на чем свет стоит, - поясняет мне бабушка.

- И что, им дали просмотреть записи? – спрашиваю с бешено колотящимся сердцем.

- Дали, - кивает она, - да ты иди к Леше, он тебе тоже покажет. Объявление, вон, даже повесили, что всем потерпевшим к нему обращаться. Одна особо деятельная, вроде как, и заявление подала уже, ей чем больше с ней будет народа, тем лучше, всех на уши поставила, - качает головой уборщица.

- Спасибо большое вам, - благодарю я женщину и на ватных ногах иду в сторону загадочного Леши, который оказывается охранником, сидящим за мониторами наблюдения. – Здравствуйте, я тоже потерпевшая.

К счастью, он сразу понимает, о чем речь, и сам задает мне наводящие вопросы.

- Вот же, блин, ты смотри! И ведь незаметно практически! Словно вообще с тобой пришел, так мастерски это делает, - то ли восхищается, то ли поражается Алексей. – Н-да, неудивительно, что Андрюха все проворонил, это мой сменщик, как раз во время его дежурства и орудовал этот товарищ, - поясняет Леша. – У нас ведь работа сама видишь какая, монотонная и скучная, даже очевидную кражу порой просматриваем, а здесь явно профессионал действовал.

Ага, конечно, бедные, просмотрели воришку на своей скучной работе. Да если бы он магазин подчищал, то мигом бы остановили!

Но я лишь молча киваю, оставляя свои мысли при себе.

- Я твои данные запишу? С тобой свяжется Анна Захаровна, - видимо, та самая активная дамочка, о которой говорила уборщица. – Ну, все тогда, бывай. И это, заблокируй карту-то!

А это полный абзац! Ведь мошенник с моими кровными спокойно провел целые сутки.

16

Звонок в банк оказался неутешительным. Нет, они блокировку-то провели, но обрадовать быстрым возвратом средств - не обрадовали.

- Девушка, вы очень поздно обратились, почему не сразу? – с легким недоумением говорит мне на другом конце провода равнодушный консультант.

- А почему у меня не было ни единого оповещения о списании?! Все необходимые информирования подключены! – повышаю голос в ответ. Нервы реально ни к черту. – А денег нет! Заметьте!

- Я вижу, да, эм, - несколько сбавляет обороты работник банка, - но в любом случае вам нужно будет прийти к нам лично и написать заявление о несогласии со списанием средств. Стандартный срок его рассмотрения – тридцать дней. Да, и также в полицию обращайтесь, чтобы доказать, что это были действительно не вы или ваши знакомые.

- Что за бред! Зачем бы я страдала подобными манипуляциями! Все равно вы мне сверху того, что было, не прибавите! – возмущаюсь с идиотизма рассуждений.

- Всякое бывает, - отвечает нейтрально консультант и пытается закруглить разговор. – Спасибо вам за обращение, у вас остались еще вопросы?

- Миллион. Но вы вряд ли мне на них ответите, - хмуро произношу и бросаю трубку.

Прекрасно, теперь идти в банк, в полицию, не буду же я надеяться на деятельную Анну Захаровну. И все лучше делать сейчас, самой.

Тяжело вздыхаю и собираю Арину обратно на улицу, быстро посмотрев в телефоне, где ближайшие нужные мне отделения.

- Вчера дома сидели, Ариша, а сегодня будем на улице все время.

Выскакиваем и снова попадаем под дождь. Хорошо, банк и участковый находятся совсем рядом, все-таки не зря долго квартиру искала для переезда, очень удобное расположение. Рядом, даже то, о чем я не думала заранее, что оно пригодится.

В банке принимают меня довольно быстро и без вопросов. Видимо, по телефону не повезло попасть на вредного служащего.

Жаль, новую карту тоже ждать. Но хотя бы две недели, не месяц.

Далее следую к местному отделению полиции.

- Проживаете на нашей территории, гражданочка? – интересуется молодой парень в форме.

- Да, совсем рядом, дом вон тот, с красной отделкой, - указываю в окно.

- Хорошо, а кража произошла где?

- В супермаркете у того дома, - показываю в другое окно.

Очень удобное у них расположение. Куда ни глянь, все видно.

- Тоже, значит, наш район. Ладно, тогда присаживайтесь и пишите заявление, - приглашает он меня за стол и выделяет бумагу и ручку.

- Хорошо, спасибо, - коротко отвечаю и с его помощью составляю бумагу.

- Вы уверены, что карта была похищена злонамеренно? Что завтра не обнаружится какой-нибудь ваш родственник, случайно позаимствовавший деньги? Тогда ведь заявление придется забирать, - нравоучительным тоном интересуется дежурный.

- Абсолютно уверена, не придется. И выдайте мне, пожалуйста, талон о принятии заявления, или как он там называется. Мне нужно копию в банк отнести. Еще и им доказывать, что я не сама у себя украла, - тяжело вздыхаю.

- Да все нормально будет, деньги вернут, обязаны. Правда, процедура у них не быстрая, - решает поддержать меня дежурный. Видать, вид у меня совсем жалкий.

Благодарю его напоследок и выкатываю коляску с Ариной на свежий воздух. Вот так, лишился карты - лишился денег в современном мире. Хорошо, наличка снятая у меня дома лежит, но там совсем мелочь, едва протянуть с едой нам вдвоем.

- Котик, сейчас домой пойдем, - начинает хныкать Ариша, чувствует, поди, нервное состояние матери. – Все будет хорошо.

Осталось самой в это поверить.

Блин, на этой карте было все скопленное на черный и прочие дни.

Захожу домой, раздеваю и перекладываю дочь в кроватку, а сама сажусь рядом на диване и не сдерживаюсь, плачу в голос.

Слишком я слезливая стала, постоянно на эмоциях. Нервы лечить пора, наверное.

Ладно, чего реветь, за квартиру у меня заплачено, поесть есть что. Как закончатся запасы от Авроры, только тогда пойду в следующий раз в магазин, нечего лишнее покупать по привычке «а вдруг захочу». Да и Костик с работой вот-вот поможет.

- Справимся мы с тобой, да? – смотрю на дочь, а та мне ободряюще улыбается в ответ.

Конечно, не ободряюще, а просто на ее лице появляется полуулыбка, она буквально вчера впервые так сделала, но все равно для меня это самая лучшая поддержка.

И тут раздается звонок в дверь.

- Кто бы это мог быть? – бормочу себе под нос.

Сердце снова неспокойно, точно нужно принимать что-то, раз так бурно реагирую уже на простой звонок.

Смотрю в глазок и понимаю, что вряд ли мне понравится этот визит…

17

- Дана Аркадьевна, здравствуйте. Мы, кажется, не договаривались о визите, - открываю дверь и с трудом натягиваю любезную улыбку.

- Ах, Жанночка! Какие договоры! Произошло чрезвычайное происшествие! – и женщина забегает в квартиру, словно торнадо.

Также быстро и хаотично движется по собственным, но сданным мне в аренду, квадратным метрам.

Смотрю на нее, поджав губы. Хозяйка этой квартиры изначально показалась мне не самой приятной личностью, но то, что в ее жилплощади никто раньше не жил, стоимость и местоположение, сыграли свою роль в принятии решения.

- Что же случилось, Дана Аркадьевна? – спрашиваю, подперев косяк плечом.

- Звонили соседи снизу, ты их топишь, говорят! – бегает она из стороны в сторону, нервно размахивая руками.

- Полный бред. Я никого не топлю, можете сами проверить, только разуйтесь, пожалуйста, в доме маленький ребенок, - строго прошу.

- Ладно, - ноздри Даны Аркадьевны недовольно раздуваются, но она все же оставляет свою обувь у выхода.

- Проходите, - запускаю ее в ванную комнату, - все сухо, ничего не течет. Та же самая картина на кухне.

- Хм, - она подходит к каждому углу и придирчиво все осматривает, попутно заглядывая под ванну и в шкафчик под раковиной, - ну да, ну да. Стиральная машина в рабочем состоянии, все хорошо?

- Абсолютно, - коротко отвечаю, скрестив руки на груди. – А почему соседи снизу до меня сами не дошли? Было бы быстрее и проще. И в каком именно месте у них потолок потек.

- Да где-то здесь вроде, - неопределенно машет рукой женщина, - я не поняла по телефону.

- Если у меня все в порядке, а у меня все в порядке, вы видите, значит, это может быть течь в стене. Нужно сантехника вызывать, разбираться. Давайте их пригласим, пусть воочию убедятся, что я ни при чем.

- Да нет, не надо, я сама сообщу или зайду, как с тобой закончим, - произносит она, осматриваясь вокруг.

Почему-то мне начинает казаться, что никаких соседей с течью на потолке не существует.

- Вам еще с чем-нибудь помочь? – вежливо интересуюсь, а сама думаю, когда же уйдет эта противная тетка.

Если ее внеплановые безумные визиты будут регулярными, то стоит всерьез задуматься о переезде. Я лебезить и трястись перед ней не стану.

- А давай еще на кухне смеситель проверим на всякий случай, - говорит она, уходя от прямого ответа.

- На здоровье, - протягиваю руку в сторону, - дверь открыта.

- Какая ты любезная, Жанночка. О, - Дана Аркадьевна снова недовольно поджимает свои губы, - и порядок тщательно соблюдаешь, да? Молодец.

- А вы как будто разочарованы этим фактом. Ожидали увидеть гору немытой посуды у молодой матери? – иронично выгибаю бровь.

- Да всякое бывает, я ж понимаю. Но, кстати, хорошо, что напомнила. Мне ведь еще звонили и жаловались на то, что им кричащий ребенок по ночам мешает, - притворно вздыхает хозяйка квартиры. – Да, такие нелюди, не понимают, что младенцы бывают не спокойны, животик у них и все такое.

- Моя дочь очень спокойный ребенок, и животик у нее в полном порядке. По ночам ваших соседей будит явно кто-то другой, - отвечаю, едва сдерживаясь. Еще она Арину будет приплетать.

- Не знаю, других на этаже нет, а каждой матери ее ребенок кажется самым замечательным, - говорит Дана Аркадьевна, пожимая плечами и старательно пряча от меня глаза. – Ты ведь понимаешь, я не могу игнорировать их жалобы, да они и тебе жизни не дадут! Это пока соседи только мне жалуются, но что будет завтра никто же не знает, по телевизору постоянно всякие страсти показывают.

- Стоп! – поднимаю вверх руку. – Не надо мне тут нагнетать! Типун вам на язык и прочее! У меня с дочерью все хорошо. Переходите к делу, к чему вы клоните?

- Какая ты все-таки, Жанночка, нетерпеливая. Но да ладно, хочешь к делу, перейдем к делу, - она глубоко вздыхает. – Я хочу, чтобы ты освободила квартиру, как можно скорее, в связи с открывшимися обстоятельствами.

С полминуты смотрю на нее и молчу. Перевариваю новости.

- Никаких жалоб на Арину ведь нет, верно? И снизу ни у кого потолок не намокал, - уже не спрашиваю, а констатирую очевидный факт.

- Это не важно! У меня могут быть личные причины. Я могу передумать. И вообще, я хотела как-то аккуратно, завуалированно, но раз ты так, то получай, - гордо вздергивает Дана Аркадьевна подбородок. – К выходным успеешь съехать?

- Черта с два! – произношу резко. – У нас с вами договор! И оплата за месяц вами получена в полном размере! Так что, как он закончится, так я и освобожу жилплощадь. А пока будьте добры, покиньте квартиру.

Мой голос звенит, пальцы мелко дрожат.

- Что?! Как ты со мной разговариваешь! – начинает она, но потом, видимо, понимает мою правоту. – Хорошо! Договорились! Жаль, что я с тебя залог не взяла, забрала бы сейчас в качестве моральной компенсации.

- Ага, как же. Это еще кому из нас компенсация положена, - равнодушно скрещиваю руки на груди.

Нервы отступили, пришло принятие неизбежной действительности.

- До скорой встречи, Жанна! – говорит напоследок хозяйка и, быстро обувшись, вылетает на лестничную клетку.

- И вам не хворать, Дана Аркадьевна, - кричу ей следом.

Закрываю дверь и прижимаюсь к ней лбом.

Денег-то на переезд нет.

18

POV Борис

Не сразу я приступил к операции «У Бориса теперь есть семья», тянул, признаюсь. Хотя Макс отправлял уже на утро, но я не пошел.

- Мы полночи план тебе беспроигрышный составляли! А ты, - махнул он тогда на меня рукой обиженно.

- Да не знаю я, с утра он не кажется таким хорошим, - поднялись вновь мои сомнения.

- Ты ребенка хочешь?

- Хочу, - подтвердил я.

- Мать ребенка тебе нужна?

- Нужна, очень нужна. Интуитивно внутри возникает ощущение, что она именно та, что будет прекрасной парой мне, не надоест, как другие.

- Не очень романтичное признание, - скривился друг. – Ей, если вздумаешь открыться, лучше говори о чувствах, внезапно проснувшихся, а не эти свои здравые рассуждения.

- Хорошо, - покорно согласился.

- Что хорошо, Боря? Давай вали, у тебя работы выше крыши!

- Может, лучше как-то традиционно попробовать, без нашего ночного плана? – снова ушел я в сомнения.

- Да какой традиционно! Вы так до восемнадцати лет твоей дочери будете ходить вокруг да около! Все, пошел, - и Макс вытолкал меня за дверь.

И теперь я стою в ожидании исполнения следующей фазы моего плана. Первый, подготовительный, этап прошел на ура. Эх, не запороть бы второй.

- Дзинь, дзинь, - звоню я в дверь, а сам думаю, что сейчас меня будут ругать.

- А, это ты, привет, - говорит безжизненным голосом Жанна и впускает в квартиру.

Осторожно заглядываю внутрь, все ли в порядке.

- Эм, ты даже не отчитаешь меня за то, что я в дверь позвонил? – спрашиваю удивленно.

- Да какая разница, все равно Арина не спит, здесь видишь какой дурдом с утра, - устало оглядывает Жанна прихожую квартиры.

- Вижу, - согласно киваю, - вы переезжаете?

- Ага, переезжаем, - отвечает, и ее плечи подавленно опускаются.

- Что-то случилось? – подхожу ближе и всматриваюсь в ее лицо.

А Жанна внезапно начинает рыдать.

- Случилось! А-аа.

- Что такое? – испуганно прижимаю ее к себе и начинаю гладить по голове, рассеянно успокаивая. – Все будет хорошо, не стоит так убиваться. Всегда найдется решение проблемы.

- Не найдется! – кричит она сквозь всхлипы. – Нас выселяют послезавтра! А идти нам с Ариной некуда! Потому что денег у меня нет, карта украдена, счет не восстановлен.

Это очень нехорошо, я знаю, но вместо того, чтобы расстроиться вместе с ней, прочувствовать, как следует, ситуацию, я думаю лишь об одном: «Вот он мой шанс! Спасибо, провидение!»

- Какой ужас! Заявление писала? Хотя что я говорю, конечно, ты писала, ты же умничка. А хозяйка чего? Такую ответственную квартиросъемщицу, как ты, еще стоит поискать! – патетично заявляю я.

- Ей все равно. Видимо, у нее изменились планы, возможно, передумала сдавать, не знаю, - всхлипывая уже меньше, поясняет Жанна. – Наверное, уедем мы.

Так, а на этом моменте явно стоит перестать изображать простое сочувствие, пора приступать к решительным действиям.

- Ни в коем случае! Я знаю, куда вам переехать. Деньги подождут в этом варианте, не волнуйся. Квартира просторная, район отличный, ремонт свежий, лифт большой, с коляской удобно будет. Детская площадка – шикарная.

- И в чем подвох? – отклоняется Жанна от меня.

Перестала плакать, молодец.

- Подвох в том, что там живет еще один человек, но он много работает, не извращенец, приставать не будет.

- Человек – мужчина? – сощуривает она свои глаза.

Ох, самый сложный вопрос. Что же на него ответить.

- Не совсем, - вылетает из меня раньше, чем я успеваю подумать, как дико это звучит.

- Хм, непривычное предложение. Так ему нужен сосед? С ребенком? – задает уточняющие вопросы Жанна.

Раз сразу не отказывается, значит, и сама не хочет уезжать, готова зацепиться за любую авантюру. В рамках разумного, конечно.

- Да, подойдет с ребенком. Как раз будет прикрытие ему, что, мол, семья приехала. А сам он вообще в командировку уезжает как раз, несколько дней будет отсутствовать, успеете пообвыкнуться.

- Ну не знаю, как-то это все очень странно и непривычно. Все-таки я с Ариной, должна поступать ответственно, а не абы как. Хотя, кажется, с момента своей беременности я только и делаю, что усложняю себе жизнь какими-то авантюрами.

- Слушай, ну разве я бы поселил вас у непонятной личности?! – изображаю возмущение. Нужно ее дожать и срочно. Импульсивные поступки – наше все. – Я в курсе, что ты считаешь, что я отправил бы тебя на аборт и так далее, но с момента появления Арины на свет, я думаю, ты должна была заметить, что я не такой плохой, каким виделся тебе все время до этого!

- Эм, ты прав, - произносит она, закусывая губу. – А когда можно переезжать?

- Уже! Прямо сейчас! – обрадованно восклицаю.

Неужели получилось.

19

POV Жанна

Все время во время спонтанного переезда я вся в сомнениях, правильно ли поступаю? В какую очередную авантюру влезаю?

Но мне настолько не хочется возвращаться в свой родной город, настолько меня устраивает этот, и поликлиникой для Арины, и прогулочными зонами, и в садик мы уже здесь встали в очередь, и Костик с халтурой рядом. Короче, совсем морально я не готова возвращаться обратно, хотя это и было бы, возможно, благоразумнее, чем то, что я сейчас творю.

Но я в очередной раз поступаю не как прежняя правильная и местами скучная Жанна, а как новая я, которая ловит веяния и течения. В конце концов, путь домой никогда не закрыт.

- Ого, да этот комплекс круче моего прежнего, я не смогу платить намного больше! – выскакивает из меня, едва я вижу огороженный ухоженный двор, консьержа и просторный лифтовый холл.

- Да не придется, успокойся, - отмахивается Борис. – Давай я вас в квартиру закину, а потом вещи потаскаю, у вас их не так и много. Ариночке явно пора отдыхать.

Он с нежностью смотрит на нашу дочь, которую сверх бережно держит лежащую в люльке. А у меня традиционно щемит в душе от подобного зрелища, и в сознании случается резонанс.

- Хорошо, как скажешь, - покорно соглашаюсь.

Мы доезжаем до пятнадцатого этажа и подходим к двери. Мое сердце стучит в усиленном режиме, но чувства, что я делаю ошибку, нет. Наоборот, появляется ощущение, что теперь все у нас с Ариной будет отлично.

- Проходи, - Борис приглашает меня зайти внутрь. – Здесь можно повесить твою верхнюю одежду, место есть. Там кухня, пользуйся, готовь, что хочешь, то и делай, короче. Спальня, еще одна спальня и гостиная. В этой, что посередине, будет вам с Ариной удобно.

- Ого! Здесь есть детская кроватка! – восклицаю удивленно, заходя вслед за ним. – И комод с пеленальной поверхностью.

- Ага, есть, - соглашается Борис, но подробно комментировать не спешит, прячет глаза и вообще тему переводит. – Стол для тебя, диван, правда, не кровать.

- Да ерунда. Борь! Это чудесная квартира, спасибо! – искренне благодарю его. – Не знаю, чтобы мы без тебя делали.

- Ага, не за что, - смущается он. – Ладно, я за вещами.

Провожаю его взглядом и поворачиваюсь к дочери.

- Твой папочка, Арина, явно заслуживает несколько очков, - счастливо улыбаюсь ребенку, пока раздеваю ее.

- Все, вещи принес. Помочь разобрать, к сожалению, не могу, мне нужно уезжать, но я на связи, - прощается Борис.

- А когда хозяин квартиры появится? Чтобы я знала, - едва успеваю спросить.

- Во вторник вечером должен, если все нормально будет.

Ага, значит, три дня у нас на то, чтобы обжиться. Не хочется обременять человека.

И я принимаюсь за работу. Но все-таки положительный настрой вещь полезная, вещи разбираются гораздо быстрее и охотнее, чем, когда мы съезжали. В голове, правда, промелькнула мысль, что вдруг мы не уживемся со вторым жильцом, но я ее быстро отмела. Почему-то решила довериться Борису.

Время идет однотипно, декрет он такой, как ни крути. Но во вторник я решаю приготовить вкусный ужин. Надо же как-то налаживать знакомство с соседом.

Арина немного капризничает, отвлекает постоянно, и я едва успеваю вытащить курицу из духовки, да переодеться, как раздается звонок в дверь.

- Иду! – кричу из комнаты.

Быстрый взгляд в зеркало, два раза провожу расческой по волосам, блеск на губы, и можно открывать.

Ловлю себя на мысли, что у меня сейчас будет почти свидание. Почему-то внутренне кривлюсь и жалею, что воспользовалась блеском для губ, вдруг меня неправильно поймут. Хотя, судя по тому, как Боря охарактеризовал моего нового соседа, он не должен подумать, что я на него зарюсь.

- Здравствуйте! – широко открываю дверь с улыбкой. – Борис?

- Да, привет, - проходит он, бросает спортивную сумку у входа, разувается и снимает верхнюю одежду. – Прекрасно выглядишь, кстати. О, ужин! Я как раз голоден.

- Эм, проходи, конечно, сейчас положу тебе, только, наверное, нужно еще и хозяина квартиры подождать, а то некрасиво как-то, - произношу обескураженно.

- Так это ты все для него старалась, что ли? Еда, макияж, одежда, - доносится до меня вопрос из ванной.

- И вовсе я не старалась! – моментально вспыхиваю. Почему-то становится стыдно, как будто муж увидел с любовником. – Всего лишь решила предстать прилично выглядящей, а ужин – это как благодарность за гостеприимство.

- А, да? Ну ладно, - Боря проходит на кухню, берет из ящика столовые приборы и сам накладывает себе, а потом садится за стол. – Ммм, очень вкусно! Я и не знал, что ты так готовишь изумительно!

- Спасибо, - присаживаюсь напротив него и молча смотрю на то, как он поедает половину ужина.

- Чего ты? Ешь, не стесняйся, - говорит он. – Остынет же.

- Так, а друга твоего мы ждать не будем, да? – все еще не понимаю я, что происходит.

- Зачем? Я никого не приглашал, все, кто должны находиться в моей квартире, сейчас здесь.

На автомате беру ложку, накладываю ей еду себе на тарелку, а потом до меня доходит, что я только услышала.

- Стоп! В смысле в твоей квартире! Борис?! – делаю круглые глаза и смотрю недоуменно на него.

- В прямом, Жанночка, в абсолютно прямом, - говорит он, продолжая ужинать, как ни в чем не бывало.

- Но ведь, но… Получается, ты меня обманул! – я не знаю, что сказать, его спокойная реакция разбивает все мои едва оформляющиеся внутри аргументы.

- Нет, - он отрицательно качает головой, - я никого не обманывал. Речь шла про просторную квартиру, в которой живет мужчина. И он не против подселить к себе девушку с ребенком. А еще тот мужчина уезжал в командировку на несколько дней. Чем не я?

Показывает театрально на себя руками.

Я отставляю тарелку в сторону, в голове по-прежнему каша, ни одной путной мысли, к сожалению.

- Ты сказал, что этот человек не совсем мужчина, - припоминаю я любопытную деталь. Пускай выкручивается и из этого.

- Да, я отец! – говорит он, высоко подняв указательный палец вверх над головой.

- Угу, смотрю, ты подготовился, - киваю сама себе. – Молодец. Но все-таки мы не можем здесь оставаться, это неправильно, неудобно, и вообще, ты нас обманом к себе затащил.

Решительно встаю и направляюсь в отведенную мне и Арине комнату. А я еще думал, почему здесь есть кроватка и специально оборудованное место для пеленания. Оказывается, коварный Борис подготовился.

- Жанна, ну куда ты сейчас пойдешь?! На ночь глядя! – выбегает из кухни Боря и становится рядом со мной. – У тебя ребенок! Куча вещей!

- Эм, значит, не сейчас, завтра. Хотя, можно было бы теоретически отправиться в гостиницу, но у меня нет на это средств, - рассуждаю вслух.

Мой взгляд снова падает на кроватку и комод. Но зачем-то он ведь купил мебель, удобную для Арины! Выходит, хотел позаботиться о ней, верно?

Так старался, а я возьму и просто уеду. Может, стоит дать ему шанс побыть отцом для Аришин?

Мое сердце болезненно сжимается, думая только о том, что ему очень жаль, что Борис хочет стать папой, но не хочет превратиться в кого-то большего для меня.

Ой, не туда сердце ведет, совсем не туда! Мозг давно решил, что у нас с Борисом Николаевичем нет совместного будущего.

- Вот именно, какая гостиница! Чтобы я нервничал, в каком клоповнике вы сегодня переночевали?! Подумай, наша дочь будет спать в непонятных условиях! Да там вообще болезни всякие могут быть на белье и мебели! Дай мне шанс! – жарко восклицает Боря.

Рассеянно беру оставленную на диване кофту и неосознанно прижимаю ее к себе. Вот и куда? В шкаф или в чемодан.

И почему он говорит только о том, чтобы я дала ему шанс побыть отцом?! Почему я сама по себе ему не нужна?!

На душе становиться очень тоскливо.

- Жанна, в самом деле, успокойся и оставайся, а? – Боря заискивающе смотрит мне в глаза, заметив нерешительность. – Ничего же плохого не случилось и не случится. Я целиком и полностью уважаю тебя, как личность и как мать, просто позволь мне стать настоящим отцом, пожалуйста!

Часто моргаю, чтобы не зарыдать. От эмоций перехватывает дыхание.

- Да не хочу я никуда ехать сейчас! – говорю в сердцах. – Сдались мне эти переезды, если честно.

- Ну вот видишь! – Боря обрадованно приобнимает меня за плечи. – Не волнуйся, ты ни на секунду не пожалеешь, что согласилась! Я буду очень хорошо себя вести, обещаю.

- Ладно. Только это не более чем, на месяц-два! Пока не разрешатся мои денежные вопросы! – настойчиво вставляю свое единственное условие и добавляю, видя смену эмоций на лице Бориса. – Ну, правда, Борь, не удобно это. Мы же с тобой не вместе.

Он с секунду молча смотрит на меня, а потом берет прядь волос и нежно заправляет ее за ухо.

- Это мы пока не вместе, - уверенно произносит он и тянется к моим губам, а я, почему-то физически не могу отстраниться, смотрю как завороженная в его глаза…

20

POV Борис

- Это мы пока не вместе, - и дернул черт меня дальше сказать, - но мой план по твоему приручению неплохо работает!

Идиот я, честное слово, идиот.

Веселуха, блин! Надо сейчас еще посмеяться и похлопать ее по плечу или еще лучше по попе, чтобы уж наверняка поняла, кто тут у нас шутник года.

А такой момент упущен! Она явно была не прочь, чтобы я ее поцеловал, но нет, надо было мне заикнуться про план. Максим полностью прав, я во всем, что касается чувств, абсолютный ноль. Что-то в моей умной голове отключается каждый раз, и я несу совсем не то, что нужно.

- Какое еще приручение! Ты в своем уме! – вздрагивает Жанна, очнувшись от наваждения, и повышает голос. – Ты до сих пор не извинился за свои слова о том, что Арина, может, вовсе не твоя дочь! Приручать он меня собрался! Я тебе собачка комнатная, что ли?!

- Стоп! Тихо! Я не это имел ввиду, - примирительно поднимаю я руки перед собой. – Совсем не это! Успокойся, Жанночка! Я всего лишь к тому, что очень хочу, попробовать наладить с тобой отношения!

- Ага! А результаты теста на отцовство уже пришли? – сощуривает она глаза.

- Нет пока, в конце недели вроде обещали, ой, - зажимаю сам себе рот рукой.

- Вот именно, ой! – упирает Жанна руки себе в бока. – Какие отношения могут быть, Борис? Ты, кажется, не в курсе, что они строятся на доверии.

- Жанна! Милая! Да я уверен, что Арина моя кровь и плоть! Я знаю, что ты честная девушка! Просто, ну я ведь уже все равно палочки ватные подготовил и только потому решил их отправить. А вдруг тебе в больнице чужого ребенка подсунули! – восклицаю, делая круглые глаза, и усиленно киваю. – Да, да, такое случается, я точно знаю.

- Ток-шоу по федеральным каналам пересмотрел? Или так слабо пытаешься отмазаться? – презрительно смотрит она на меня.

- Ни то, ни другое, - отрицательно качаю головой, - истинная правда.

Хочу еще крикнуть: «Вот те крест!». Но, к счастью, вовремя прикусываю язык. Не стоит перебарщивать, а то Жанна, в свою очередь, скажет мне: «Не верю!».

- Блин, какой же ты все-таки, - качает она головой. – И что я в тебе нашла? На что повелась? Ведь ты только в работе герой.

- В смысле! Я и в жизни мужчина хоть куда! – неосознанно выпячиваю грудь вперед. – Никто до тебя не жаловался!

- Да? Правда? – ехидно переспрашивает она. – Так может, никто до меня не беременел от тебя?

- Может, потому что они знали, как справиться с последствиями самостоятельно? – отвечаю ей не менее саркастично. – Одна ты, вот, пошла другой дорожкой.

И тут мне прилетает пощечина. Хорошая такая, смачная. Рука у Жанны тяжелая, молодец.

- Не подходи больше ко мне! Никогда! – ее голос звенит. – Я не намерена постоянно терпеть твои оскорбления! И играть в заботливого папашу и друга тоже не смей больше!

И она выбегает из кухни.

- Жанна! Жанночка! – протягиваю к ней руки. - Я ведь не со зла, я не это имел ввиду, я так сказал только потому, что ты меня не мужиком назвала фактически.

Под конец фразы мой голос звучит совсем тихо. Да какая уже разница, почему я что-то там сказал, главное, результат. И он печален.

А дальше я просидел, как последнее ничтожество, на кухне, наверное, с полчаса, пока не услышал странные звуки, доносящиеся из коридора.

- Т-ты что делаешь? – начал заикаться, когда увидел, пакеты возле входной двери.

- Разве не понятно? Или ты думал, что мы останемся в твоей квартире в любом случае, потому что нам некуда идти? Чтобы ты мог каждый день шпынять меня своими намеками и оскорблениями в ожидании результатов теста, - говорит она, чуть шмыгая носом.

Глаза красные, припухшие, наверняка плакала.

- Нет! – выкрикиваю, выбегая в коридор. – Нет! Нет! И еще раз нет! Я сам уйду!

- Что? Не говори глупости, - кривится Жанна.

- Никакие это не глупости! Вот, я даже сумку свою после командировки не разобрал, беру ее и ухожу. А ты с Аришенькой остаешься. Ишь, чего удумала, ребенка таскать туда-сюда!

Обуваюсь, накидываю куртку и перебрасываю сумку через плечо.

- Но! Нет! Борис! Что за глупости? Это твоя квартира!

- Вот именно! И ты остаешься ответственна за нее! Так что не получится уехать теперь, никак, а-а, - отрицательно качаю головой. – Кто присмотрит за фикусом в моей спальне? А я ухожу, у меня все равно еще одна командировка скоро. Все, бывай! И помни, ты мне пообещала следить здесь за всем!

И быстро выхожу за дверь.

- И что? Ты теперь у меня будешь жить? – недовольно смотрит на меня Максим, к которому я отправился после бесцельных двухчасовых скитаний по городу.

Поездка за рулем меня успокоила и немного проветрила мозги. Я даже смог себя убедить в том, что классическая поговорка про то, что все, что не делается, то к лучшему, подходит и в моем случае. Осталось только найти плюсы!

Но, кстати, и с этой задачей я справился довольно быстро.

Жанна никуда не уедет, я уверен. Будет находиться с Ариной именно там, где и должна, у меня дома. Привыкнет, обживется, остынет заодно. Хватит им уже скитаться, а то надумала, ребенка перевозить с места на места, да еще и в город другой.

Почему-то мне кажется, что даже если бы мы с ней не поругались, Жанна все равно чувствовала бы себя некомфортно. Она права, мы не вместе. Ребенок уже есть, а пары и близко нет. Обычно люди двигаются в другом направлении. Но мы ведь не ищем легких путей, да?!

Наверное. Я так думаю. Должен же я найти то самое лучшее в случившемся!

- Да, у тебя, - с готовностью киваю, возвращаясь из мыслей в настоящее. – Кто же еще приютит, как не друг?

- Гостиницу не пробовал? – скептически смотрит на меня Максим.

- Пробовал, - подтверждаю, - зашел, подошел к стойке регистратора и понял, что здесь мне не светит душевной беседы, только бессонная ночь, и вышел обратно к машине. Потом заскочил в магазин, чтобы не с пустыми руками идти, и двинулся к самому замечательному человеку в этом городе! К тебе!

- Ой, подхалим, - качает головой Макс. – Так и скажи, что опять в командировку через три дня, гостиницы надоели, да еще снова налажал по полной, а как исправить ситуацию – не знаешь.

- Видишь! Ты лучше меня все просчитываешь! Пускай меня уже давай, а то твои соседи подумают чего-то не того, - хмурюсь и просачиваюсь, наконец, внутрь холостяцкой берлоги друга.

- Но-но-но! У меня репутация дамского угодника! Так что не смей мне тут намеки неприличные делать! – картинно возмущается он и закрывает за собой дверь.

Это истинная правда, которую мне никогда не удавалось понять. Как у компьютерщика до мозга костей, постоянно просиживающего дома в кресле за удаленной работой, регулярно находятся шикарные девушки? Где он их берет? И, главное, почему они на него ведутся?

И дело точно не в отсутствии конкуренции рядом. Я как-то пару раз неудачно зашел к Максиму, во время визитов одной из его небесных краль. Ведь ни одна не взглянула на меня хоть сколько-нибудь заинтересовано! Не помогло ни упоминание должности, как бы невзначай, ни сообщение о том, что я абсолютно свободен, ни даже машина.

Все равно предпочли почему-то безлошадного Максима с вечно зализанными назад волосами.

- Это все моя прическа, Борька, - посмеялся он надо мной, когда я в аккуратной форме высказал ему свое недоумение.

Ну да ладно. Сейчас не о том речь.

- Вот как раз, чтобы не портить тебе репутацию, я и зашел побыстрее. Пошли скорее на кухню. Меня успели покормить ужином, но ночь будет долгая, нужно снова заправиться.

- Пора начинать брать за тебя деньги за сеансы психотерапии, - ворчит Максим, но идет следом. – Я планировал сегодня лечь спать пораньше.

- Да не смеши меня! Ты и пораньше – вещи несовместимые! А насчет сеансов – сначала диплом получи психотерапевта, только настоящий, а не скачанный в интернете!

- Хорошо, обязательно запишусь на курсы, как-нибудь, - садится друг за высокий стул. – Ладно, рассказывай уже подробности своего фиаско. Будем думать, что делать с тобой дальше.

21

А дальше было несколько рутинных дней. Вообще ни о чем. Работа, квартира Макса, и снова работа. Я даже с радостью в этот раз поехал в командировку, хотя не очень-то их люблю.

Трястись в поезде обычно приходится, на самолете до сих пор наша фирма почему-то упорно экономит, а на своем транспорте тоже не вариант, затраты на бензин никто тебе не вернет. Ах да, еще они уверяют, что ответственны за сохранность жизни сотрудника, потому на своем авто ну никак.

- Борис Николаевич! Что же вы как маленький! – увещевала меня как-то работница отдела кадров Ниночка как раз по этому поводу. – Ведь с вами что угодно может случиться, пока вы на машине доедете!

- А на поезде типа все стопроцентно нормально будет, да? – скептически свел я тогда брови.

Цензурные слова на ум не шли, очень хотелось ругаться из-за несовершенства их логики.

- Так там целый поезд, машинист отвечает за вас, и всякие ситуации непредвиденной силы вступают в действие, - с умным видом прокомментировала мне Ниночка.

- Шикарно, - только и смог выдавить из себя.

- Да вы поймите, на машине вы ведь можете вовремя не доехать, куда-то свернуть, остановиться на личный отдых, а у нас все часы подсчитываются, командировочные-то по особому тарифу идут.

И только после этого объяснения я, наконец, понял, в чем там на самом деле загвоздка. Платить лишнее боятся.

- Ясно, благодарю вас за разъяснения, - откланялся с нечитаемым выражением лица, из последних сил сдерживаясь, чтобы не высказаться по поводу малодушного маразма.

Но девушка не виновата. Наверное. В любом случае мне платят достаточно достойно, чтобы я не устраивал им истерики по поводу и без. Так что снова поезд так  поезд.

Может, они имеют какой-то процент с РЖД от того, что сотрудников исключительно на нем катают? Мне кажется, на автобусе ни разу никого не отправляли даже в соседний город, когда можно было по автодороге затратить сорок минут, а жд везла час с учетом простоя на мелкой промежуточной станции.

Но командировка у меня только завтра, вещи собраны или, вернее будет сказать, не разобраны с прошлого раза. Документы подготовлены, и есть время на еще одно очень важное дело, без которого я не смогу спокойно уехать.

Я выруливаю с дороги во дворы и с трудом нахожу местечко приткнуться. Вечная проблема всех городов, наверное. Затем два глубоких вздоха, и выхожу из машины.

Накидываю на голову капюшон, надеваю очки. Вид придурковатый, но, главное, надеюсь, меня меньше можно опознать по нему.

Далее крадусь вдоль старой пятиэтажки среди кустов. И вечно эти яркие российские контрасты – вон там мой новенький красивый жилой огороженный заборчиком комплекс, а вокруг него эти старые халабуги с древней сантехникой и отваливающейся побелкой на потолке.

Как принц, окруженный простым народом. Хочется употребить слово «нищим», но народ не хорошо обижать, пусть лучше будет простым, не нищим. Да и внутри этих домов тоже разные люди живут.

О! Вот они! Умница, по ней можно часы сверять во всем, что касается режима.

Припадаю к прутьям ограждения и жадно рассматриваю гуляющую Жану с коляской. Знаю, видок у меня при этом, наверное, не совсем нормальный, и за маньяка могут принять. Еще бы, мужик в капюшоне пялится на молоденькую девушку, хорошо, что она в загороженном дворе находится.

А я все смотрю на них и улыбаюсь, как дурак. Вот Жанна остановила коляску и взяла Арину на руки, что-то ей показывает, рассказывает. Они обе такие красивые, такие милые, такие родные.

И мне очень хочется перепрыгнуть через забор, подбежать к ним и молча обнять. И чтобы все недомолвки, разногласия и прочие плохие штуки ушли сами, не нужно было больше про них говорить и так далее. Ведь мириться и налаживать отношения у меня пока не очень получается.

Но я, конечно, ничего из этого не делаю и даже не беру в руки телефон, чтобы позвонить. Самым лучшим решением мне показалось дать Жанне время отдохнуть, успокоиться и так далее. Приеду с командировки, тогда и пойду мириться в который раз уже.

И на этой ноте я ухожу обратно к своей машине. Бросая прощальный взгляд на Жанну с дочерью, на одну долю секунды мне кажется, что она меня заметила, в ее глазах мелькает узнавание, но я отворачиваюсь и быстрым шагом двигаюсь дальше.

Три дня! Три долгих дня, наконец, проходят, и я на всех порах мчусь домой. Забираю машину с платной вокзальной стоянки, нервно поправляю ворот рубашки, когда и так прекрасно знаю, что хорошо выгляжу. И выруливаю.

У меня впереди лишь две остановки. В цветочном магазине и кондитерской. Подарок Арине я приобрел в командировке. Там как раз случайно попал на разговор двух мамаш, обсуждающих, что купить в подарок маленькому племяннику одной из девиц.

И, конечно, я, наслушавшись их уверенные рассуждения, не сдержался, тоже побежал в магазин и потратился.

В цветочном мой выбор падает на большой букет белых роз. Когда-то прочитал в развлекательной статье в интернете о том, что белые, в отличие от красных, олицетворяют собой чувства духовные, любовь искреннюю, идущую изнутри, а не просто вожделение и желание.

В кондитерской все просто – Жанна поклонник «Наполеона».

Паркуюсь у дома и, радостный, выхожу с пакетами и цветами. Осталось всего лишь пятнадцать этажей и все.

Двери лифта открываются, я выхожу, автоматически устремляю свой взгляд на собственную квартиру, двери которой словно по заказу открываются. Неужели Жанна увидела, как я подъехал и решила меня встретить?!

Сердце замирает в надежде и в следующий миг возвращает свой привычный ритм.

Из квартиры выходит какой-то высокий патлатый парень и по-хозяйски целует Жанну в щеку…

22

POV Жанна

Сказать, что я удивилась фокусу, выкинутому Борисом, это ничего не сказать. А ведь даже могла бы списать все на его потаенные романтические чувства ко мне, честно. Но дальнейший разговор привел к тому, что он решил нас с Ариной держать поближе только потому, что мой ребенок потенциально может оказаться и его? Тест-то еще не сообщил ему наверняка.

Я ничего не поняла, но все вышло как будто именно так.

А потом он и вовсе ушел из собственной квартиры. Странный.

И заставил меня тем самым снова рисовать в голове романтичные чувства, которых, возможно, никогда и не было. Гад.

- Ты что там кочевряжишься? Тебе жилье предоставили, попросили за ним присмотреть, вот и смотри. А у Бориса, может, вариант женских дней сейчас. Проветрит голову, вернется нормальный, не обращай внимание, - увещевала меня Аврора по телефону. – Ты сама говорила, что он очень свободолюбивый, а тут такая ответственность сразу на голову свалилась. Конечно, ему было легче общаться с тобой, пока он думал, что Арина не его дочь. Тут жеж вроде как помогаешь одинокой мамочке, благородство проявляешь, а если вдруг разругаешься с этой самой мамочкой или поймешь, что не твое это, то можно спокойно ускакать обратно в сиреневый закат. А со своей кровиночкой не пройдет такой способ.

- Ну не знаю, - протянула я тогда. – Как-то ты его прям обелила со всех сторон, чуть ли не жертвой сделала. Он все-таки взрослый мужчина.

- И что с того? Он может быть сорокалетним бруталом с бородой и огромной горой мышц, легко достигать высот в карьере, но маленький ребенок будет его пугать похлеще разъяренного льва.

- Борису не сорок, он молодой еще, ему чуть за тридцать, - оскорбилась я почему-то.

- Тем более! – только и воскликнула подруга.

- Что тем более? Ты там на психологические форумы подсела, что ли, не пойму. Извини, но твои рассуждения очень смахивают на клише из женских журналов.

- И пусть! – ничуть не обиделась Аврора. – Главное, что все эти клише, может, чуть приукрашены, но работают ведь! Ага, я тебе точно говорю.

- И твой муж тоже боялся маленького ребенка? – скептически изогнула я бровь, позабыв, что подруга не может меня видеть.

- Нет, Сашка не такой, это, скорее, я боялась. А он сразу за нами нянькой стал, потому я быстро на второго решилась, так бы ни за что.

- Как-то печально немного, не находишь? У меня, значит, брутал, боящийся Арину, а у тебя нет.

- Ну, дорогая, тут не ко мне вопрос.

- Да, я понимаю. Ладно, нам гулять пора, коляску с телефоном неудобно выкатывать.

- Хорошо. Ты, главное, подумай о том, что я тебя сказала! Не будь строга с Борей, он просто не умеет правильно выражать свои чувства.

- Это ты тоже в одном из журналов прочитала?

- Нет, это по нему видно. Такой милый и неуверенный сидел в роддоме, прямо лапочка-зайчонок.

- Все, Аврор, пока, спасибо, я подумаю над твоими словами, - поспешила отключиться я, пока Борис не превратился еще в кого-нибудь.

И что же я имею на сегодняшний день? Этот гад не появлялся, не звонил, не писал. Я, естественно, тоже. Гордость не только у него есть.

Один раз, правда, на прогулке мне показалось, что он смотрит на нас из-за забора, но скорее всего привиделось.

Так что как понимать его стратегию молчания я и не знаю. Может, решил меня промариновать таким образом, потому что я, честно, уже готова с ним помириться, только лишь бы он объявился нормально.

О, телефон звонит. Но нет, не Борис.

- Да, Костик, привет. Нет, не передумала насчет работы. Есть заказ? Присылай. Хорошо, бумажные эскизы заноси сегодня, пиши адрес.

Ура, теперь у меня будет работа!

Конечно, дальше все валилось из моих рук, поскольку я была вся в предвкушении встречи. Все-таки декрет опасная вещь – один маленький разговор о работе предстоит, а мой мозг бурлит как от ожидания сюрприза на день рождение от родителей.

Но все же приготовить достойный ужин и убрать мне удалось сегодня.

- Привет! – здороваюсь с другом. – Есть будешь?

Костик мне вроде младшего братишки, да и внешне он весь такой долговязый до сих пор, хотя и высокий.

- Нет, Жанночка, убегать надо. Ты держи, вот тут все, в папке, еще часть на флешке. Если что-то непонятно – звони, но лучше завтра, сегодня я буду недоступен. У меня свидание.

Критично осматриваю внешний вид Кости, конечно, на подходящий для встречи с девушкой он мало подходит на мой взгляд. Но Костик парень несколько неформальный, и круг общения у него такой же. Видимо, им нормально.

- Хорошо, беги. И спасибо за работу! – открываю дверь, выпуская друга, и целую его в щеку.

И в тот же миг осознаю, что из лифта на нас глазеет Борис. Вот черт. Попал на такой двусмысленный момент.

23

- Эм, привет, Боря. А Костик мне работу занес, не буду я нахлебницей больше, представляешь? Здорово, да? – несу какую-то чушь с идиотской улыбкой.

Пульс моментально подскочил до максимальных отметок, ладони даже вспотели. Давно я так не нервничала, хотя вроде никакого такого повода нет. Однако, чувствую себя виноватой почему-то.

Борис ничего не говорит, лишь молча выходит из лифта и с каким-то совершенно диким взглядом смотрит на Костика.

- Эм, ладно, я пошел. Если будет непонятно - пиши, звони, ну, я уже сказал, - произносит Константин и пытается ретироваться.

Кажется, ему тоже не по себе от злобного вида Бориса.

POV Борис

Глаза застилает белая пелена, мозг плохо соображает, в голове только одна мысль: «Меня променяли на это?! В моем же собственном доме?!»

- Не так быстро, молодой человек, - преграждаю путь патлатому, краем уха слыша, что он собирается уходить. – Подержи, пожалуйста, - сую в руки Жанне букет и еще два пакета с подарками.

- О, Боря, они прекрасны! – умиляется она вроде бы искренне и утыкается носом в цветы.

На миг отвлекаюсь на Жанночку, красивая такая, само совершенство, но… Не мое! Но и не этого уж точно.

- Да, да, все потом, - машу нетерпеливо ей рукой, а потом бесцеремонно хватаю патлатого и прижимаю к стене. – Ты кто такой? Что здесь забыл?!

Знаю, переборщил, возможно. Наверное, так сразу не стоит начинать разговор в цивилизованном обществе. Но, блин, он у меня тут женщину пытается увести, пока я в командировке пропадаю.

- Я?! Я работу принес. Ты чего, мужик? – он как будто не понимает, о чем речь.

- Какую еще работу?! – повышаю голосу.

Почему-то в голову лезут мысли только о неприличных способах заработка. Но я их сразу отметаю, конечно. Не про Жанночку, она идеал.

- Об-бычную, - заикается парень, - дизайнерскую.

- Боря! Это правда! Ты что творишь? – Жанна, словно очнувшись от оцепенения, выбегает в коридор и виснет на моей левой руке. – Костик - мой хороший знакомый, не более того, неужели ты думаешь, что я бы стала кого-то приводить в твою квартиру?

Этот довод немного отрезвляет. Правда, заведенный ревнивый жеребец внутри сразу цепляется к формулировке. То есть, типа не в мою квартиру она кого-то привела бы?

Трясу головой из стороны в сторону. Патлатый, наверное, думает, что я вообще неадекватный.

- Ладно, - тяжело выдыхаю. Адреналин уже выступил, а деть его, получается, некуда. И впрямь не похож этот Костик на героя-любовника, - иди, работничек.

Он с секунду, замерев, стоит все также у стены, а потом делает шаг в сторону.

- Ненормальный, - бормочет себе под нос, но нам с Жанной все слышно. – Да вообще твоя телка старая и с чужим выродком, зачем бы она мне сдалась.

Жанна в шоке ахает, а за меня на одних инстинктах реагирует тело. Быстро хватаю патлатого обратно и ударяю кулаком прямо по губам.

- За языком следи, щенок. Если выглядишь, как чмошник, которому только и остается, что приплачивать дамам за приватное общение с тобой, то это не значит, что у тебя есть право от зависти оскорблять красивую девушку, и уж тем более нашего с ней ребенка. Понял?! – хватаю того снова за грудки.

Меня трясет от ярости.

- Понял, понял! – визгливо отвечает он, прижимая руку к губе, из нее сочится кровь. – Извини, Жанна, но я не могу с тобой работать, скажи спасибо этому неадеквату. Верни мне флешку и документы.

- На! – названное летит Константину прямо в лицо. Мне становится смешно. – Ты думал, что я захочу с тобой работать после того, как ты посмел назвать мою дочь?! Урод! И на сумму, что предлагают твои заказчики все равно может согласиться только совсем новичок или крайне стесненный в средствах человек!

- То есть ты, да? - еще и дерзит патлатый.

- Так, - делаю шаг вперед, - кажется, пока зубы на месте, ты не научишься учтиво разговаривать.

Но пацан сразу испуганно отскакивает от меня, поднимает свои бумажки и мчится, спотыкаясь, на лестницу. Правильно, не стоит ждать лифт, а то можно еще раз по лицу успеть схлопотать, пока он приедет.

- Эм, я рад тебя видеть, хорошо выглядишь, - оборачиваюсь обратно к Жанне и мнусь с ноги на ногу, как стеснительный студент.

Давно со мной такого не было.

- Я тоже рада тебя видеть, розы красивые очень, спасибо, - отвечает она с улыбкой. – Заходи? А то твои соседи и так, должно быть, пребывают в шоке, все-таки благополучный дом, а практически криминал творится в подъезде.

- А-хах, ты права, - непринуждённо смеюсь.

Тугой узел внутри меня распускается, кажется, она не злится, я прощен.

- Я ужин приготовила, как чувствовала, что ты приедешь сегодня, - говорит Жанна, закрывая дверь.

- Или работодателя своего ожидала, скорее, да? – язвительно спрашиваю, не могу сдержаться.

- Боря! К Костику я всегда относилась как младшему брату! – мгновенно вспыхивает она. – Так что да, не буду обманывать, я ему предлагала поесть, но он отказался, если тебе интересно!

- О, и ты теперь второго зовешь на ужин, раз первый не остался? – хочется самого себя стукнуть за этот нескончаемый поток желчи.

- Да! Представь себе! – кричит Жанна.

Щеки ее горят румянцем, глаза блестят, волосы слегка растрепались. Она так прекрасна в ярости, оказывается, что я чувствую, как у меня невольно приливает кровь совсем не к голове.

- Все на столе! Когда поешь, не забудь помыть посуду! Я тебе не служанка! – выкрикивает она и разворачивается, чтобы уйти.

- Не так быстро, - останавливаю ее за руку. – Конечно, не служанка, ты гораздо лучше.

И пока она не успевает снова взбрыкнуть, прижимаю ее к себе и целую в губы…

24

POV Жанна

Потягиваюсь на кровати и не понимаю, почему так ярко за окном, неужели Арина не разбудила меня, как обычно, на предрассветный завтрак? Оглядываюсь в поиске детской кроватки и понимаю, что я спала не в нашей с дочерью комнате.

Щеки тут же покрываются стыдливым румянцем, при воспоминании о том, что мы творили вчера с Борисом. Это было больше, чем просто страсть, казалось, что очень долго копившееся вожделение обоих, наконец, получило свой долгожданный выход.

- Кошмар, как будто это и не я вовсе была, - бормочу себе под нос, прижимая к лицу холодные пальцы, чтобы как-то вернуть адекватный вид.

Но тщетно, заботливый мозг решает добить свою и без того смущенную хозяйку подробным отчетом происходивших вчера непотребств. Это и проверка на прочность стола, и кресла, а потом и этой кровати.

- Как два подростка с разбушевавшимися гормонами, честное слово, - снова разговариваю сама с собой, заворачиваясь в покрывало на манер греческой тоги, и выхожу-таки за дверь Бориной спальни.

Далее крадусь в свою комнату, нужно привести себя в порядок и ребенком заняться.

- Ааа! – кричу, не обнаружив дочь в своей кроватке.

- Что случилось? Паука увидела? – прибегает на мой зов обеспокоенный Борис.

- Н-нет! Арина! Арина где?! – спрашиваю в панике.

- Тьфу ты! Пугаешь. У меня!

Оборачиваюсь и вижу свою дочь на руках у Бори. У него она кажется еще более маленькой, чем есть на самом деле.

- Ты спала, я не стал тебя будить, сам покормил ее, не переживай. Иди лучше завтракать, мы ждем тебя давно, - объясняет он.

А я почему-то не знаю, как реагировать на такую их идиллию. Радоваться? Надо, наверное, да. Но на сердце почему-то… Ревность?

- Эм, - с трудом сглатываю поднявшийся в горле от смешанных эмоций ком, - спасибо большое. Правда, лучше меня буди все-таки, ты же не знаешь толком, как ее кормить.

- Да там все элементарно, инструкция ведь есть, - пожимает Борис плечами и уходит на кухню, так и держа на руках мою Арину.

Еле сдерживаюсь, чтобы не забрать у него ребенка, не стоит вести себя, как истеричка, только потому что у меня бушуют гормоны в голове.

- Ого! Это все ты приготовил? – спрашиваю, оглядывая стол.

Там и блины, и сырники, и румяная яичница. И опять в голове вместо того, чтобы просто восхититься Бориным талантам, я думаю о том, что зачем ему вообще женщина в доме, если он сам так готовит. Снова какая-то необоснованная дурацкая ревность.

- Нет, ты что, куда мне, - смеется Борис, - я только яичницу поджарил. Доставка из ресторанчика на углу по утрам развозит завтраки. Я не знал, что ты любишь, на работе мы все больше чай с печеньем пили, поэтому заказал всего понемногу.

Коротко киваю и натягиваю на лицо улыбку. Человек старался, а я тут обижаюсь ни с того ни с сего.

- Спасибо большое, я все попробую, - заставляю сказать себя практически искренне.

Глаза от чего-то на мокром месте, одновременно хочется и умилиться его заботой, и расстроиться, что такого у нас раньше не было, и единственное утро не может перечеркнуть имеющуюся пропасть.

И как себя вести? Типа у нас мир, дружба… Семья?

Но это ведь бред, мы не можем вдруг в одночасье стать семьей. И то, что второй раз переспали не делает нас парой, только усложняет, как по мне. Снова как-то неправильно двигаемся.

- Ммм, вкусно! – отдаю должное ресторанной кухне. – А тебе разве на работу не надо?

Ой, грубовато, наверное, но вопрос давно вертелся в моей голове.

- Нет, у меня сегодня выходной, здорово, правда? – счастливо отвечает Борис.

- Угу, - утыкаюсь носом в большую кружку с чаем.

Блин, придется как-то сразу разговаривать и расставлять все точки над «и». А так не хочется ругаться, но и самотеком тоже не оставить.

- Сейчас поешь, и мы пойдем в парк гулять, погода хорошая, - мечтательно произносит Боря, не замечая моей внутренней борьбы с собственными эмоциями. – Жаль, Аришеньке еще рано на качельках кататься, я уже мечтаю о том времени, как мы ходить на площадку с ней будем, а потом самокат купим трехколесный и велик, конечно.

- Хватит! – говорю резче, чем стоило. Борис переводит на меня недоуменный взгляд. – Есть, в смысле, хватит, а то еще не все сантиметры с талии ушли после родов.

Выкручиваюсь я, ну не могу резко разрушить такие его милые простые мечты. Мне и самой где-то на задворках сознания хочется, чтобы так оно и было, но разум цинично напоминает, что мы с Борисом все же не семья.

- Да ты что! Ты в отличной форме! Даже худее, чем раньше была, - спешит заверить меня Боря. – Я помню прошлую тебя, ты не думай.

- А что еще ты помнишь?! – снова вылетают из меня голые эмоции.

Старую обиду я так и не пережила, не отпустила, чуть надави на больное место, и оно снова кровит.

- Все, - отвечает спокойно Борис, поудобнее перекладывая в руках Арину. И по его глазам я вижу, что он прекрасно понял, о чем это я. – Послушай, Жанна!

Начинает он, но нас прерывает звонок моего телефона, спаситель мой! Потому что если мы и не поругаемся с Борей сейчас, тогда наверняка помиримся, а я не готова взять и переключиться полностью на курс под девизом «Борис-молодец», поскольку боюсь, что стоит мне расслабиться и начать ему полностью доверять, как он передумает и решит ускакать в свой привычный холостяцкий сиреневый закат.

Не знаю, почему, но именно такой страх сидит внутри меня.

- Алло, - останавливаю Борю рукой и отвечаю на звонок, а через минуту трясущимися руками кладу телефон обратно.

Лучше бы с Борисом поругалась, честное слово, ведь новости совсем невеселые.

25

- Что-то случилось? На тебе лица нет, - произносит Боря, вмиг забывая о начатом на тему наших отношений монологе.

А я сижу и молчу, в глазах слезы, все-таки я слишком эмоциональной стала. Ведь вроде самого страшного не произошло.

- Эм, да, случилось. Прабабушка Тая сломала ногу, в больницу забрали, - с трудом произношу и начинаю рыдать в голос.

Из меня выплескивается абсолютно все – это и расстройство за прабабушку, и неразбериха в наших с Борисом взаимоотношениях, и просто накопленные эмоции после родов.

- Ну что ты, что ты, врачи присмотрят, все с ней будет хорошо, - Боря придвигается ко мне и одной рукой утешающе гладит по спине, - не расстраивайся ты так.

- Ты прав, не время лить слезы, - промакиваю глаза салфеткой и продолжаю, - нужно ехать туда, это недалеко. Ты ведь нас с Аришей подвезешь, раз сегодня выходной?

Борис сидит некоторое время молча, переваривая поступившую от меня новую информацию.

- Куда это туда? – наконец, отмирает он и заговаривает.

- В соседний город, она там лежит. Всего тридцать километров по трассе. Подвезешь нас, я быстро навещу, купим по дороге фруктов, сока.

- Эм, ну ладно, хотя, ты уверена? У тебя ребенок маленький, неужели некому навестить твою прабабушку? Что твои родители? – пытается вразумить меня Боря.

Но я физически чувствую, что эта поездка мне крайне необходима. Баб Тая всегда являлась для меня символом беззаботного детства, именно к ней меня отправляли на лето подышать свежим воздухом, и сейчас, где еще я смогу лучше разобраться в собственной жизни, как не в ее деревенском доме?

- Да папа всегда работает, он вообще сейчас, кажется, в командировке, если я не ошибаюсь. А Славка, правнук баб Таи от папиной сестры, уехал на сессию, он за ней обычно смотрит. Больше никого поблизости и нет. А я помогу ей, пока он не вернется, это недели на две примерно. Арише как раз первые прививки сделали, осмотр прошли, - тараторю я, сминая в руках салфетку.

- В смысле присмотришь? Речь только что шла о том, чтобы в больнице человека проведать, - опешил Борис.

- Да, заберем ее заодно и отвезем домой, это еще километров двадцать, ты не думай, - беззаботно машу рукой.

Чувствую, сейчас полетят на мою голову упреки на тему того, что я мать-кукушка, которая совершенно не думает о своем маленьком ребенке, раз собирается зачем-то ехать к какой-то бабке.

- Но почему ты?! Никак не пойму. Твои родственники в курсе, что ты родила недавно? – задает Боря резонный вопрос.

А я и сама не знаю, в курсе ли они, если честно. После развода родителей я с тетей Светой, папиной сестрой, общение не поддерживала, но с прабабушкой и Славиком виделась. Потому-то мне и позвонил он, и сказал, цитирую: «Я уехал экзамены сдавать, только и смог, что бабушку в больницу отвезти и там оставить, а мамка сейчас на вахте, вернется вообще только через два месяца. А бабке самой до дома никак не добраться на костылях, выручай, пожалуйста!».

Ну как тут отказать, тем более, что я сейчас совсем рядом живу. Но оставлять Таю одну я не стану, подожду Славика, и свои мозги проветрю.

Может, несколько эгоистично, но смена обстановки пойдет мне на пользу, а то ж я ее мало меняю в последнее время. Сарказм сквозит даже в мыслях.

В любом случае, я бы не смогла оставить одного человека, который в магазин сможет доковылять только на костылях, как предлагал Славик.

«Запасы съестные есть, бабке хватит, только хлеб да по мелочи, может, придется докупать, но это ерунда, магазин через дорогу, справится. А там и я скоро приеду, надеюсь, удастся быстрее что-то сдать, объясню ситуацию», - снова всплывают в голове слова Славки.

- В общем, Боря, ты нас отвезешь, или мне такси вызывать? – спрашиваю в ультимативной форме и сразу встаю, нужно быстро собраться.

- Отвезу, - говорит он угрюмо, - но я не поддерживаю твое решение мотаться с нашим ребенком по больницам и деревням.

- А по больницам и не надо, я сама схожу. Спасибо! – обрадованно чмокаю Бориса в щеку.

Зудящие слова о том, что ребенок пока все-таки мой, а не наш, я подавляю. Не стоит ругаться.

- Но почему меня не отпускает ощущение, что ты элементарно сбегаешь в очередной раз?

26

Почему его не отпускает ощущение, что я сбегаю? Наверное, потому что я действительно сбегаю.

- Внучка, куда ты тащишь эти ведра? Они специально стоят там, чтобы дождевую воду собирать! – в который раз возмущается моими противоправными действиями баба Тая.

Ох, это будут очень долгие каникулы. Уже сама начинаю жалеть, что вызвалась в добровольные помощники.

Но, если объективно, повреждена у бабушки хотя только лодыжка, и она довольно сносно управляется с костылями, все же привычную работу по двору точно не смогла бы делать. Так что, для того я и здесь. Еще бы сама могла ее выполнять, было бы легче.

- Ой, девочка у тебя просто чудо! Тьфу, тьфу, тьфу! – доносится до меня восторженный голос Таи.

Да, одно хорошо, у Арины появилась сверхзаботливая нянечка на круглые сутки нон-стоп. Она ей колыбельных спела и сказок рассказала за те два дня, что мы тут находимся, больше, чем я за все время. И она их по памяти вещает, без помощи вездесущих поисковых систем.

- Ты мне ее разбалуешь, привыкнет, что с ней рядом постоянно кто-то находится, - ворчу по-доброму, пытаясь отдраить крыльцо.

Такое ощущение, что Славик здесь со своей матерью никогда не убирали. Баба Тая, понятно, подслеповата, ей нормальным кажется.

- Да брось! Она такая малышка еще, какое баловство. Пусть ребенок хотя бы узнает, что бабушки существуют в природе, твоя мамка-то все по своим делам. Нет, я понимаю, деньги зарабатывает, молодец. А что, кстати, бабушка по другой линии? У Бориса мать жива? – спрашивает Тая, как бы между прочим.

- Гхм, - прочищаю горло растерянно и понимаю, что вообще ничего не знаю об этой стороне жизни Бори, а потому разговор перевожу в другое русло, - а с чего ты взяла, что он отец Арины? Даже моя мать не знакома с ним лично.

- Да они ж одно лицо! А на тебя как смотрел, ну точно орел за своим семейством. Что у вас не все, как у людей, я догадалась, кольца нет на пальце у тебя, я вижу, да и отец твой хоть бы рассказал, что дедом стал, ну да я не обижаюсь, за тебя только переживаю, внучка. Парень-то вроде бы хороший, хотя выглядит несколько ветрено.

- Вот и меня не покидает ощущение, что он ветренный, - плюю на крыльцо и сажусь на попу в пыль, - а еще не покидает ощущение того, что я дура. Раз ребенка сделали, нужно хотя бы постараться семью склеить, да только боязно. Я-то приклеюсь, а он может и отклеится со временем, и что тогда я буду дальше делать со своим сердцем? Ох, лучше бы, наверное, он так и не знал о существовании Арины.

- Ты не сказала бедному отцу о своем животе заранее?! Жестоко очень. Ты не такая была в детстве, сострадательная, - сокрушается баба Тая. А мне почему-то становится очень обидно, на глаза тут же наворачиваются слезы. – Но, с другой стороны, раз не сказала, значит, был повод. Молодец, что сама не побоялась родить, а то как современные девки аборт сделают, а потом, спустя время, плачут, а ты всю ответственность на себя взяла, умница! Горжусь!

И сразу плечи у меня выпрямляются, в голове появляется мысль, что и впрямь все как надо идет, чего я исстрадалась тут. Сама решила, а сама теперь переживаю за то, что будет, если Боря захочет уйти. Да какая вообще разница! Я изначально без него собиралась справляться, и в чем тогда вопрос?

- Нет, отец дитю, конечно, нужен, - продолжает свои глубокие житейские рассуждения баба Тая, - обязательно нужен. Но ведь не каждый может им стать! И я не про семя, я про воспитание, поддержку и так далее. А Борис твой жидковат, совсем городской, это видно. Но и те бывают более характерные. А этот взял и тебя у меня оставил на две недели, хотя видно же по лицу было, что против! Нет бы не идти у тебя на поводу, но он пошел.

- Вообще-то он мне не муж, да и муж не имеет права приказывать жене, - комментирую я недовольно.

- Потому и не муж он тебе! С такими колебаниями постоянными он им и не станет. Тебе твердая рука нужна, чтобы мог, если что, и по заднице надавать, и простым словом приструнить. Слишком ты самостоятельная и своенравная, хотя так сразу и не скажешь, не психуешь, спокойная, однако ж, не по-своему сделать не позволишь.

- Ты чего? По какой заднице? Это уже может быть расценено не совсем нормально! – что-то рассуждения бабки мне перестают нравиться, хотя в глубине души я понимаю, что разумное зерно про меня в них есть. Но я совершенно точно не хочу, чтобы Борис превращался во властного господина.

Наверное. Почему-то в голове возникают картинки несколько более взрослого наполнения по приструнению моего характера, чем те, о которых рассуждает баба Тая.

Хм. А Боря в роли властного господина может быть и ничего такой весьма, плеточку ему прикупить только, наручники там…

- А потому к нам на обед сегодня приходит Федя Емельяненко! Тот самый, с которым ты в детстве в песочнице играла, - слышу я слова бабы Таи и понимаю, что пропустила какую-то важную часть из ее рассказа. – Он в разводе, алименты, правда, есть, платить еще долго, но да ничего, тебе твой их тоже обязан выплачивать, как раз уравновесите семейный бюджет.

- Что? Какой бюджет? Бабушка, ты о чем? – бормочу растерянно.

- Вставай, говорю, с крыльца, гость сейчас придет! А ты в штанах, юбку хоть надень!

Зачем нам гость? Все еще не доходит до моего мозга, там до сих пор гуляют картинки про новое амплуа Бориса.

- Да зачем юбку, баб Тай! Мне штаники Жанки очень нравятся, в обтяжечку, ух! – раздается позади меня громкий мужской голос.

Шокировано оборачиваюсь и вижу крупного деревенского мужлана, жадно пожирающего мою задницу глазами.

Приехали!

27

- Феденька, родной! Проходи! – всплескивает баба Тая руками, высунувшись из окна. – Обед уже готов. На улице посидим, я думаю, погода хорошая. Жанночка, давай, накрывай на стол для дорогого гостя.

Я бы сильно поспорила по поводу «дорогого» гостя, для меня он совсем не дорогой, наоборот, очень даже обуза, я тут не подвязывалась в официантки к деревенским мужланам, исключительно бабушке помогать собиралась. Но я все же не устраиваю сцену, иду молча накрывать на стол.

Все равно скоро обедать надо было бы, поставлю на одну тарелку больше, не буду сильно вредничать. А потом постараюсь корректно объяснить бабе Тае, чтобы больше не занималась сводничеством. И до Феди тоже надо будет как-то донести, что ему здесь совсем не рады.

- Ох, хороша Жанночка у вас, ох, хороша! – продолжает комментировать мой внешний вид друг детства.

Хотя, какой он мне друг! Так, товарищем по играм был, не более того.

- Ты бы, Феденька, о воспитании не забывал-то, все-таки не с коровой в своем хлеву общаешься, а с дамой, - говорю ему.

- Так я ж от души комплиментами тебя осыпаю, Жанночка! Не обижайся, - бьет от себя в грудь, не прекращая сально улыбаться.

Фу, противный.

Захожу в дом, чтобы отвлечься на работу. Может, все-таки стоило сцену сразу закатить? Ну, решили бы все, что я немного того, так ведь мамаши часто несколько истеричные, а я еще и городская мамаша, само провидение велит быть психованной!

- Внуч, да ты сразу нос не вороти, приглядись, вдруг рассмотришь что-то хорошее в парнишке! – подходит ко мне на костылях баба Тая. Не поленилась, доковыляла с другого конца комнаты, ведь в самом углу сидела. – Сердце у меня не спокойно за тебя! Хотя бы не прогоняй Федьку прямо сейчас, уважь бабушку!

Нет, она натурально манипулирует мною! Но я, хотя и понимаю этот факт, все-таки продолжаю идти на поводу. Не так в самом деле и сложно выполнить ее просьбу.

- Хорошо, - обреченно киваю, прекрасно осознавая, что скорее всего мой благотворительный жест очень больно аукнется мне за обедом, - пускай остается, но только больше никого не приглашай, пожалуйста, без моего ведома! Я их обслуживать не нанималась!

- Да больше некого звать, этот самый приличный из оставшихся свободных парней в деревне. Сама понимаю, что не совсем оно, но мало ли, склеится у вас. Да и я специально еду сегодня сама готовила, чтобы не в напряг тебе была старухина прихоть.

Вот как после этого недовольство копить! Конечно, я молча взяла тарелки и понесла их во внутренний дворик, даже на лицо нацепила подобие любезного выражения. Подобие, потому что натурально оно не выглядело, как я ни старалась.

- Ох, хорошо у вас, баб Тай, чисто, уютно, Жанка молодец, отлично помогает! – входит Федя и продолжает громко разглагольствовать о моих плюсах. – А моя бывшая, Светка, та еще неряха, никогда за мной носка грязного поднять с пола не могла, когда мы еще вместе жили!

- Только не Жанка, а Жанна! – ворчу я, но кто бы меня услышал!

И носки свои вонючие сам должен отправлять по месту назначения.

- А это твоя доченька, да Жан? Хорошенькая, на тебя, правда, мало похожа, в отца, видать, - произносит Федор.

На этой его фразе залетаю, как фурия, с бешенными глазами, обратно в дом. Вроде ничего плохого он не сказал про ребенка, но только мне не нравится сам факт нахождения постороннего человека рядом со своей кровиночкой, еще и оценивающего ее внешние данные, как будто мне нужно экспертное мнение.

- Федя, пошли, кастрюлю с борщом поможешь мне на улицу вынести, - двумя пальцами беру его за локоть и тяну подальше от Арины.

- Пошли, Жанночка, пошли. Посмотришь, на настоящего мужчину в деле! Поди, твой городской ничего тяжелее ложки поднять не может, - гордо выпячивая грудь, произносит Федор.

Ох, день обещает быть долгим.

И дальше начался день встречи выпускников деревенской песочницы, плавно перетекший в вечер. Оказывается, баба Тая и Федя имеют столько общих точек соприкосновения, я даже и не подозревала. Вот что значит, живут в одном населенном пункте, да еще и с половиной родственников друг друга знакомы.

Мне оставалось только сидеть, да слушать их разговоры, участвовать, в общем-то, было совершенно не обязательно. Все-таки, я явно очень скучный собеседник для двух человек, с упоением обсуждающих, от какой травы у любимой буренки будет ароматнее молоко. Даже не подозревала, что его вкус может как-то измениться от характера питания, в тетрапаках все молоко одинаковое.

- О, телефон! Телефон, да? – обрадованная, вмиг встрепенулась.

- Да, Жанночка, твоя звонилка, пойди ответь, Ариночку разбудит.

Два раза говорить мне не надо – буквально побежала за мобильником, по пути с любовью заглянув в кроватку дочери.

- Алло, - отвечаю так быстро, что даже не успеваю посмотреть, кто там звонит. – Привет, Боря, - добавляю, распознав собеседника.

Сердечко так и учащается, а на лице против воли расплывается улыбка. Кажется, я уже скучаю по нему. Хотя, первоначальный план был потеряться, остыть и забыть.

- Здравствуй, как дела ваши? – спрашивает он бархатным голосом.

В голове проносятся картинки из моего личного кошмара этих якобы «отпускных» дней – начиная с прополки огорода от сорняков, чистки сарая и прочего, заканчивая дружескими посиделками с товарищем по детским играм в песочнице, но вслух произношу я совершенно другое.

- Да нормально, что у нас тут может быть интересного, у тебя как? – отвечаю как можно более беззаботным голосом.

- Нет, у вас там деревня, свежий воздух, клещи – полно интересного. Это у меня только дом, работа, работа, дом, - говорит он чуть с грустинкой в голосе.

И мы оба молчим в трубку, думая каждый о своем.

- С вами веселее, - произносит вдруг Борис.

И я понимаю, что в отношении него в этой фразе можно рассмотреть очень глубокий потаенный смысл. Я давно заметила, что все, что касается личных чувств, Боре сложно озвучивать прямо, он предпочитает окольные пути.

- Мы тоже соскучились, - говорю совершенно искренне.

Пускай знает, что я немного научилась читать его между строк, да и пускай не думает, что я холодная бесчувственная стерва.

- А чего тогда уехала? – конечно, он догадался, не дурак ведь.

- Потому что бабушка ногу сломала, - отвечаю, как ни в чем не бывало.

Прямо говорить с него хватит, пусть тоже между строк учится читать.

- И как она?

- Хорошо. Арину целыми днями развлекает, меня, как лошадь, запрягает, но, правда, есть она готовит в основном. Так что кое в чем я здесь действительно отдыхаю.

- Хочешь, помощницу по дому тебе наймем? Будет приходить убираться, готовить периодически, не так это и дорого, если не через агентство, - неожиданно предлагает Борис.

- Хм, - даже не знаю, что и сказать, как расценить его предложение, ведь оно звучит так, словно мы с ним давно и прочно вместе.

Но от ответа меня избавляет Федор! Будь он трижды неладен, этот деревенский увалень.

- Жанка! Ты где пропала? Мы с баб Таей соскучились, тема про коров закончилась, пошли, повспоминаем, как в труселях бегали по деревне!

В трубке тишина. И я тоже провисаю, не знаю, кому из них двоих и что именно ответить.

- Спасибо, Федь, разговор важный закончу и обязательно приду, - говорю сначала одному, слегка прикрывая микрофон. – Сосед к бабушке зашёл, разговаривают.

Поясняю другому.

- А что там за история с трусами? – ну конечно, тебе интересна только эта часть, и услышал же все.

- Да это ерунда, он вспомнил, что мы в детстве вместе играли, когда родители меня сюда регулярно привозили.

- То есть, сосед твой ровесник?

- Да, примерно, - нет, а что в этом такого-то?!

- Женатый? – почему-то спрашивает Борис.

- В разводе, тоже ребенок есть, кажется. Не знаю, не уточняла, мне не интересно.

- Ах, не интересно, да? Ну ладно, мне пора, работа, - и Боря резко отключается.

И как это понимать?

28

Еще, наверное, с минуту пялюсь на погасший экран мобильника, и только потом отмираю и кладу его обратно на стол.

Нет, и что это было? Ревность? Собственничество?

А не слишком ли он загнался? В прошлый раз на Костика тоже невесть что подумал, а ведь и намека не было, и в мыслях никогда не пробегало!

Потрясла слегка головой и вышла на улицу, предварительно проверив дочь. Вот у кого точно жизнь прекрасна независимо ни от каких внешних обстоятельств.

- Жанночка, котик, заждался я, - Федор фамильярно обнимает меня за плечи и слегка притягивает к себе.

Он стоит на крыльце, не ушел никуда.

- Кхм, не стоит так близко, - отодвигаюсь от него, - совместные пробежки в трусах в раннем детстве автоматически не делают нас лучшими друзьями.

- Так, значит, нужно просто возобновить эти пробежки, не находишь? – чуть поигрывая бровями, Федя намекает явно на что-то не то.

- Не нахожу, - быстро отвечаю, внутренне передергиваясь от отвращения.

- Эх, а зря, только представь, как было бы замечательно, - мечтательно рассуждает Федор, - ты, я, Луна и стог сена под нами. Может, переедешь к баб Тае окончательно, видеться сможем часто.

- А что же не к тебе сразу? Ты один живешь вроде бы, - усмехаюсь я.

Как-то совсем не несерьезно звучит предложение такого рода отношений в нашем возрасте.

- Один, да, но бывшая часто приходит. Мы еще не все нюансы после развода уладили, боюсь, не даст с мелким нормально видеться, если присутствие другой бабы заметит в доме, - честно отвечает Федор.

Смотрю на него некоторое время молча, а потом говорю.

- Шел бы ты домой, Федь, а? Поел, пообщался, поностальгировал, но большего не будет. Уходи, пока жена что-то не то не подумала, - произношу твердо.

Мне не обидно, нет, но и изображать из себя глупую овечку не позволю.

- Ладно, бабе Тае мою благодарность передавай, - соглашается он сразу и уходит, напоследок хлопнув меня по заднице.

- Ай! – возмущенно оборачиваюсь. – По морде захотел? Половником сейчас как дам!

Почему-то в комнате на комоде остался половник, который я и схватила, выходя, в качестве оружия.

- Ох ты ж, а ты горячая штучка, я посмотрю, - восхищенно прицокнул Федор и спустился-таки с крыльца.

Совсем охамели, сволочи.

Мне понадобилась целая минута, чтобы вернуть себе более-менее спокойное состояние.

- Все, ушел твой гость, баб Тай, - выхожу, наконец, обратно к прабабушке.

- Да? И ладно. Не подходит он нам, ветреный. Даже твой Борис серьезнее. А этот, а, - машет Тая рукой.

- Может, я сама как-нибудь разберусь со своими кавалерами, бабуль? – говорю ласково.

- Ага, ты разберешься, так одна и досидишься в девках.

На этой фразе моя очередь махать рукой и уходить обратно в дом. Уже вечереет, а я не закончила сегодняшний план по генеральной уборке.

Нет, все-таки чем меньше общаешься с родственниками, тем больше чувствуешь себя нормальным полноценным человеком. Что это такое, один коротенький разговор, и я себя начинаю ощущать ущербной, минусы выискивать, неправоту в собственных поступках.

Со злостью тру дурацкое крыльцо, зачем вообще решила его драить? Оно столько времени стояло все в пыли, еще столько же простояло бы, не развалилось. Скорее, от моих действий быстрее в негодность придет.

- Ничего себе! Да ты тут действительно батрачишь не по-детски! А дрова тоже колешь? – слышу я позади себя знакомый голос.

- Зачем дрова? Тепло на улице, - отвечаю недовольно, оборачиваясь.

Всем, я смотрю, нравится комментировать чужую работу, но что-то помощи не дождешься.

- Логично, - кивает Боря и смотрит на меня так, словно ничего необычного в нахождении его машины за забором нет. – Я тут, эм, соскучился.

Добавляет все-таки, гад.

И мои губы против воли расплываются в довольной улыбке.

- Ну, проходи, раз приехал, - говорю, лукаво улыбаясь и открывая низенькую калитку. – Голоден? Могу накормить борщом, вкусный, наваристый, с пампушками самое оно.

- Голоден, но не та пища мне нужна, что желудок вкушает, - произносит Борис, заходя внутрь и с ходу целуя меня в губы. – Мне ты нужна.

Шепчет он низким голосом, и я чувствую, как по моему телу разбегаются во все стороны мурашки.

- Ммм, ты поэтому на ночь глядя сорвался? Слишком голод стал силен? – отвечаю ему в такой же манере.

- Конечно, как спать лечь, если все мысли только об одном, - игриво подмигивает Борис и без предупреждения берет меня на руки, поднимая за попу.

- Ах! Ты что хулиганишь? Хочешь для всех соседей шоу устроить?

- Пускай смотрят, может, реже в гости станут ходить, а то наведываются тут, понимаешь ли, вспоминают, как ты с ними в одних трусах бегала, - ворчит Боря.

- Хочешь, с тобой без трусов побегаем, только локально, не по всей деревне, а, скажем, в пределах отдельно взятого сарая, - игриво предлагаю я.

- Сарай? – тянет в сомнениях Борис. – Даже не знаю, а там нам ничего не вопьется в особо нежные части тела?

- А-хах, - не сдерживаюсь, смеюсь в голос, - сказано, мой человек, городской. Я бы переживала о том же самом, потому на сеновал и не зову, хотя, местные уверяли меня как-то, что там настоящая, ни с чем несравнимая романтика.

- Но ты не повелась, надеюсь? – строго сдвигает брови Боря.

- Не повелась, - отрицательно качаю головой. – но вопрос сейчас в том, поведешься ли ты на сарай со мной?

Призывно облизываю губы и чуть приоткрываю рот, смотря при этом на Бориса скромным, но дразнящим взглядом.

- Что ж, пожалуй, на такую авантюру я согласен, даже кричать сильно не буду, если заноза вопьется, - весело ухмыляется он. – Куда нести?

- Туда, - машу правой рукой в сторону. - Тот, деревянный, за основным домом.

- Отличное бунгало для двоих на эту ночь, прекрасный выбор, мисс.

- О да, но, главное, это компания, сможет ли она доставить столько же удовольствия, как и отдельный домик на природе, - лукаво прищуриваюсь.

- Даже лучше, моя дорогая. Обещаю вам, как минимум, три фейерверка этой ясной ночью.

- Ох, вы все только обещаете, да обещаете, а я действий хочу, - в нетерпении ерзаю на руках у Бори.

- Сейчас все будет, моя красавица, осталось несколько секунд, - шепчет он.

И мы, наконец, входим в сарай бабы Таи. Здесь я успела убраться, и живность вся обитает отдельно, не здесь, к счастью.

- О, а не так и плохо, я ожидал увидеть что-то более покосившееся и разваливающееся, а так, здесь даже диван старенький есть, я смотрю. Я спал на очень похожем в общежитии в институте. Можно снова представить себя студентом.

- Тогда с вас дополнительная оплата за омолаживающие услуги, - улыбаюсь я и, не дожидаясь, пока Борис сам дойдет до дивана, спрыгиваю с рук и целую его. – Пошлите, проведу вам экскурсию.

Слегка тяну его за ворот рубашки, заставляя идти следом.

- Здесь у нас открывается шикарный вид на природу, - подвожу к окну и снова целую в губы.

- Ммм, действительно отличный, я впечатлен, - отвечает Боря и стискивает меня руками.

- Да, пойдемте дальше, - сбрасываю его блуждающие клешни с собственных бедер и подвожу нас к стене. – Здесь вы можете увидеть популярное произведение искусства, репродукцию картины Шишкина «Утро в сосновом лесу», оно было, наверное, практически в каждом доме в не столь давние времена.

Понятия не имею, почему баба Тая повесила репродукцию сюда, но предполагаю, что выкинуть было жаль, а здесь вроде как украшает. Еще, не удивлюсь, если дыру какую-нибудь в стене некрасивую закрывает.

- Восхитительно, но я на эту картину еще в детстве насмотрелся. Может быть, перейдём уже к той части, где я вспоминаю студенческие будни, а не школьные, - мурлычет мне на ухо Борис.

- Ох, ну хорошо, раз у вас никакого терпения и любви к искусству нет, тогда пошлите. Вот здесь наш центральный экспонат, диван, которому никто не знает, сколько лет. Тем не менее он вполне себе мягкий до сих пор, пружины из него не торчат, да вы можете и сами убедиться, - подвожу Бориса к нашей лежанке.

- Только после вас, - говорит он и мягко кладет меня, сразу же располагаясь сверху. – Теперь моя очередь отрабатывать экскурсию и ночлег.

29

- Так-так, Аришенька, а вот и мамка твоя нашлась, в сарае, бедная, решила ночевать, - доносится голос бабы Таи, и сразу меня будит яркий солнечный свет.

- Ух, можно и не так резко, - бормочу я, а потом только до меня доходит, какой вид может открываться в данный момент пожилой женщине. – Твою ж!

Восклицаю и подскакиваю на диване, оказавшемся, кстати, очень даже удобным, лучше той кровати, на которой я сплю у бабы Таи дома. Так что причина нахождения несчастного дивана в сарае остается для меня загадкой.

Бегло осматриваю нас с Борисом, а пикантные-то места все прикрыты. Он ночью нашёл еще и покрывало где-то, молодец.

- О, а у нас уже и жених явился, я смотрю, - продолжает баба Тая. – Ладно, проходите в дом, завтракать будем. Славик к вечеру обещал приехать, недолго вам осталось старухе помогать.

- Ну какая ты старуха, некоторым молодым фору дашь, - бормочу я, выискивая глазами остатки своей одежды.

Нашла! Но для того, чтобы одеться, нужно, чтобы баба Тая вышла.

- Жду вас в доме, - все правильно понимает она и уходит.

- Борь, вставай, пожалуйста, - бужу я Бориса, - утро наступило.

- Что, правда, что ли, утро уже? Может, полежим еще немножко, выходной ведь, - сонно бормочет он, переворачиваясь на другой бок.

- Нет, не вариант, мы не дома, в гостях, - снова слегка толкаю его в бок.

- Ох, ладно-ладно! – открывает, наконец, глаза Боря. – Ой, а мы до сих пор в сарае, и никакой тарантул или змея не пробрались ночью сюда, чтобы укусить нас.

- А-хах, ты забавный. В этой широте не водятся тарантулы, их южнее можно встретить, и то, вряд ли они там по домам жилым гуляют, в чистом поле скорее.

- Хорошо, но змеи-то ядовитые и у нас водятся! Не рассказывай мне, что их тут нет.

- Водятся, но опять-таки вряд ли они заползут в частное домовладение. А вот клещ тебя за задницу укусить вполне может, - добавляю я с улыбкой.

- А, твою ж дивизию, совсем о клещах забыл, я же прививку не делал, - резко подрывается на ноги Борис и принимается осматривать себя со всех сторон.

- Да все хорошо, успокойся, - подхихикиваю я, глазея на это забавное зрелище, - Славик, насколько я знаю, два раза в год обрабатывает весь участок от клещей, сараю тоже достается.

- Все равно, мало ли, - уже менее уверенно отвечает Борис и, наконец, успокаивается. - Ладно, пошли в дом сдаваться, что ли.

- Нас спалили, поздно сдаваться, но да, пошли.

Первым делом проведываю дочь, все-таки целую ночь не видела ее. Но с Аришей все хорошо, баба Тая действительно отличная няня, я потому и не волновалась.

- Проходите, детки, завтракать. Последний денек у меня, твой Борька как чувствовал, когда нужно приехать, - приглашает к столу баба Тая.

- Доброе утро. А вам разве не нужна больше помощь? – вежливо интересуется Борис присаживаясь за стол, но я вижу в его глазах затаенную радость.

- Завтра не нужна будет, Славик приедет. А сегодня подсобишь ты, внучок, раз остался с ночевой. Не откажешь ведь бабушке? – хитро прищурившись спрашивает баба Тая.

- Нет, конечно, помогу, - не чувствует подвоха Боря.

- Отлично, - улыбается бабушка, - тогда ты кушай, а потом пойдем работать.

И после завтрака начинается эксклюзивное реалити-шоу под названием «Борис – теперь сельский житель».

- Давай грядочки прополем, вокруг помидоров уже столько мелких сорняков, а бабушке наклоняться сложно, спина. Подсоби, внучок, - дает первое задание баба Тая.

- Эм, конечно, - соглашается Боря и с некоторой опаской заходит в огород.

Бедный, наверное, вспомнил утренний разговор про клещей со змеями.

Меня сегодня никто не трогает, а мою попытку помочь Борису баба Тая пресекает на корню.

- Не надо, дорогая, путь сам. Закалим немного характер парня, чтобы вел себя как следует с вами, - говорит бабушка.

Причинно-следственные связи между работой в огороде и межличностными взаимоотношениями мне откровенно непонятны, разве что Боря станет более злым после прополки сорняков. Но я не лезу, сижу себе спокойно с дочкой в тенечке, наслаждаюсь хорошей погодой.

- Вот молодец, внучок, даже не все мне помидоры помял, - произносит через некоторое время баба Тая. – Ну пошли дальше, дров мне наколешь.

- Так тепло вроде, бабушка, - говорит уже малость подуставший Борис, - зачем дрова-то?

- Готовь сани летом, а телегу зимой, слышал, внучок? Вот, то-то же, пошли, - безапелляционно машет баба Тая рукой.

Ой, следующее развлечение опасное, надеюсь, Боря не поранит себя топором.

Но все происходит благополучно, под конец он даже наконец-то начинает делать красивые поленца, а не кривые обрубки.

- О, молодец! Ты смотри, еще немного и станешь нормальным сельским парнем! – хвалит его баба Тая.

- Спасибо, конечно, но меня и городским устраивает быть, - вежливо отказывается Борис от почетного звания.

- Ладно уж, не буду мучить долго, пошли, только с коровками познакомлю и все, отдых с обедом. Жанночка, ты пока собирай вещи.

Мысленно желаю удачи Боре и захожу в дом. С коровами лично я отказалась иметь дело.

Уже в пути, по дороге в город, у меня с лица не сходит счастливая улыбка. Под конец Боре-таки удалось покорить бабу Таю, и она провожала нас со спокойным сердцем. Даже мудрое напутствие досталось мне, а не Борису.

- Он мужчина надежный, зря ты считаешь его ветреным, очень зря. Не будет ветреный за коровой ухаживать, просто ради того, чтобы ублажить пожилую родственницу девушки, - сказала она мне перед нашим отъездом.

- То есть, теперь корова решает, кто из мужчин ветренен, а кто нет, верно я тебя поняла? – изогнув бровь, ответила я тогда, едва не рассмеявшись в голос. – По такой логике Федя самый лучший жених на свете.

- Так, ты мне не паясничай, вот не паясничай, моя дорогая, - погладила она меня по руке, - и не передергивай. Ты прекрасно поняла, что я хотела сказать. А тебе, Жанна, рука потверже все же нужна, ой, как нужна. Держать тебя в строгости надо, чтобы силу чувствовала, тогда и характер милым сделается. Но я твоему Борису пояснила все и научила, как с тобой следует вести себя. Думаю, справится, он парень умный, заботливый, добрый. Тебя бояться еще надо перестать ему, и все будет у вас совсем отлично!

- В смысле, перестать меня бояться? Я страшная такая?! Или злая грымза? – что-то аж немного обиделась тогда.

И что значит в строгости? Теперь стоит ожидать от Бориса превращения во властного господина? Я что-то не очень хочу, если честно. Это ж мне придется действительно попроще вести себя.

- Опять передергиваешь! Вот потому и боится, что ты то паясничаешь, то слишком сурова, а бедный парень с трудом свои истинные чувства наружу высовывает, а внутри его сердце полно безграничной любви к вам обеим с Аришенькой, поверь старой, - прижала баба Тая руку к груди.

И мой внутренний ледяной ежик тронулся. Решил наконец-таки начать таять, распрямиться из комочка и попробовать проявить чуть больше доверия к ближним.

- Что ты такая довольная, хорошо отдохнула? – спрашивает Боря, возвращая меня из воспоминаний в настоящее.

- Продуктивно, я бы сказала, очень даже продуктивно. А ты прямо покорил бабу Таю, должна признаться, мое уважение, - закивала я в задумчивости.

- Хм, приятно, конечно, правда, я больше рассчитывал покорить кого-то другого, - хмурится он и сжимает руль чуть сильнее.

- Не надо, расслабься, - провожу нежно по его запястью, - кое-кого другого ты покорил сразу.

- Аж, интересно, о ком речь, уж не о твоем ли брате Славике, который удивился, увидев столько заготовленных на зиму поленец? Судя по его круглым глазам, я точно надолго останусь в его голове, - хитро усмехнулся Боря.

- А вот и нет, речь не о нем, - с легкостью втягиваюсь я в предложенную игру и возвращаю улыбку, - думай дальше.

- Ну, тогда, наверное, твоего друга детства! Да? Как он пришел снова в гости, а там я с коровой провожу различные манипуляции, да еще и читаю при этом твоей бабушке лекцию по основам маркетинга. Уверен, со стороны я выглядел шикарно.

- Очень! Потому я даже видео с вами двумя сняла, как одна с серьезным лицом про животноводство вещает, а второй такой же про рекламу и продажи, - все-таки прыснула я в голос. – Можно отснять целую серию таких роликов и заводить личный видео-канал.

- Когда это ты успела? – удивляется Борис. – Ты ведь предпочла оставить меня одного в борьбе с рогатым животным.

- Да вот не выдержала, заглянула на пять минут, заодно сняла на телефон, чтобы Аришеньке перед сном лекцию вместо сказки показать, - усмехаюсь я.

- Уверен, нашей дочери понравилось.

- Да, - просто отвечаю я, даже не поджимая, как обычно, губы, когда у нас заходит речь о том, что Арина именно «наша» дочь, а не только моя.

На душе светло и ясно, хочется улыбаться и ни о чем не думать, ведь мы едем с семьей домой.

Жаль только, что всего спустя несколько дней над моей головой снова сгустились темные тучи.

30

POV Борис

Ух, я не знаю, как, но я выдержал все квесты и забрал-таки своих девчонок домой.

Девчонок…

Домой…

Как это сладко это звучит, лучшая музыка для меня. И Жанна вроде стала благосклоннее, так, глядишь, и семьей нормальной, наконец, заживем.

- Борис Николаевич, пришли документы от последних заказчиков, посмотрите? – меня отвлекает от мечтательных мыслей помощница Света.

- Конечно, обязательно, но все позже. Кстати, хорошо сегодня выглядишь, Светочка, - окидываю девушку внимательным взглядом, прикидывая, сможет ли она мне помочь.

Вкус вроде есть, выглядит достаточно достойно. Подойдет!

- Спасибо, Борис Николаевич, вы очень добры, - на лице у нее появляется застенчивая улыбка.

- А скажи-ка мне, милая, чем ты занимаешься в обед? – задаю интересующий вопрос без всякой задней мысли.

Но, кажется, борщу с несвойственной мне излишне приторной приветливостью, поскольку Света реагирует как-то слишком буйно-радостно.

- Для вас, Борис Николаевич, я всегда свободна! – с жаром восклицает она, откидывая свои волосы назад.

Хм, а правильно ли поняли мои мотивы?

- Отлично. Тогда собирайся, мы уходим на обед. Пятнадцать минут можно не дорабатывать, - предпочитаю не обращать внимание на двусмысленный подтекст ответа Светы.

В конце концов, не меня ждет облом.

- Да, Борис Николаевич, я мигом, Борис Николаевич! – приосанивается моя помощница и пулей вылетает из кабинета.

А я, тем временем, спокойно собираюсь, прикидывая в уме, сколько денег понадобится для моей задумки.

- Шеф, я готова, - дверь моего кабинета снова открывается, и моему взору предстает Светлана, кокетливо дергающая левым плечиком.

Ох ты ж, еще и свистульку свою накрасить успела ярко-красной помадой, обычно Света на работе гораздо бледнее.

- Замечательно, - вежливо улыбаюсь девушке. – Тогда пошли.

Как воспитанный мужчина предлагаю Светлане ухватиться за свой локоть. Но она вцепляется в него словно голодная гарпия, моментально жалею о своих хороших манерах.

- Куда мы отправляемся, Борис Николаевич? – и снова этот тон с придыханием и активным морганием ресниц.

Может, ей соринка в глаз попала? В общем-то, немудрено с таким слоем туши. Но Света – молодец, собралась, по крайней мере, очень быстро, учитывая, сколько краски враз появилось на ее лице.

- В торговый центр, тот, который за углом, - спокойно отвечаю ей.

- В торговый центр?! – удивленно восклицает Светлана, но быстро берет себя в руки. – Ладно, в торговый центр, так торговый центр. Правда, справа от нашего здания открылось новое заведение – «Сушимания», там всегда свежие сашими и уютная атмосфера, даже днем можно почувствовать себя так, словно на романтическом вечернем свидании.

Хм, а ведь я и впрямь никуда так ни разу и не сводил Жанну. Но у нас же Арина, оставлять ее с няней, как новомодные современные родители? Почему-то мне кажется, что Жанне эта идея не понравится, все-таки няня – не родная бабушка. Да и я не готов малышку бросить на незнакомую девку.

- А доставка у них есть?

- Есть, - кивает Света.

- Отлично, спасибо, буду иметь в виду. Сейчас поможешь мне в одном деле, закажешь потом в офис нам двоим оттуда что-нибудь, я оплачу, - не могу же я принести Жанне непроверенное.

- О, хорошо, - скованно соглашается Светлана. – Что будем делать?

- Увидишь, осталось совсем чуть-чуть, мы почти дошли. Мне только один салон нравится, долго ходить не будем, - интригую помощницу.

- Ладно, как скажете, - на лице девушки снова появляется улыбка.

- Вот, Светлана, проходи, - торжественно открываю дверь в магазин перед девушкой. – Сейчас мы будем выбирать кольцо! Я прикинул, ты мне отлично подходишь.

- Подхожу?! – глазки моей помощницы загораются счастьем.

- Ага, пальцы у тебя такие же, как у моей Жанны, размер поможешь правильно подобрать. Заодно, со стороны посмотрю, как выглядит.

- О, в этом плане подхожу, ну, хорошо, конечно, я рада помочь, - плечики Светланы как-то сразу уныло опускаются вниз.

Кажется, кто-то только что испытал огромное разочарование. Но, впрочем, я тут не причем, мозгами нужно пользоваться.

- Да, Светочка, также я надеюсь на твой хороший вкус, - все-таки жалко мне ее, хочется подбодрить, - мы с моей избранницей люди серьезные оба, но в то же время слишком строгое кольцо – не то. Но и легкомысленные варианты не для нас, все-таки уже есть ребенок.

- О, у вас ребенок? – удивляется Света.

- Да, дочка, Ариночка, совсем маленькая еще, - счастливо улыбаюсь, как оно всегда бывает при мыслях о ребенке.

- Поздравляю, я и не знала, - ошарашено произносит Светлана.

- Да я и сам не сразу узнал, но да ладно, давай выбирать, не так у нас много времени, - поворачиваюсь к витринам.

Обратно в офис я возвращаюсь довольный и с ощутимо облегченным кошельком. Света все же собралась в итоге и помогла на совесть, как и во всем, что она делает по работе. Уверен, что Жанне понравится наш выбор.

- Жанна? – прищуриваюсь, глядя вдаль.

- Борис Николаевич? – не понимает Светлана.

- Да нет, ничего, показалось, наверное, - отмахиваюсь я.

Не могла же Жанночка гулять с Ариной по торговому центру? Или могла?

31

Остаток дня проходит спокойно, и мне остается только отправиться домой. Когда и как именно вручать свой подарок Жанне – загадка, которую только предстоит решить.

- Девочки, я пришел, - радостный, захожу внутрь квартиры.

Ага, а в ответ тишина. Встретили, как мне мечталось.

Ладно, тогда пока что спрячу подарок.

Дверь открывается лишь спустя сорок минут, видимо, девочки гуляли.

- А я вас не видел на улице, - выхожу в прихожую, улыбаясь.

- Ой, - почему-то пугается Жанна, - а ты уже дома, да?

- Ага, не стал задерживаться, работа не волк.

- Ммм, молодец, - кивает она и как-то странно, пятясь боком, заходит в их с Аришенькой комнату. – А я ужин еще не делала.

- Ничего, я заказал нам еду, мне на работе посоветовали, вроде приличное заведение, - отвечаю расслабленно.

А Жанна чего-то сразу напрягается, подбирается вся и мрачнеет.

- Эм, на работе, да? Ясно, - задумчиво кивает она. – Хорошо, спасибо, мы только переоденемся.

Накрываю красиво на стол, зажигаю свечу, да, даже свеча у меня есть, и ставлю рядом с ней высокую вазу с декоративным цветком. Ах, прелесть. Надеюсь, все сегодня получится.

- О, надо же, как все красиво, - произносит Жанна, заходя на кухню с Ариной на руках.

- Да разве это красиво, так, ерунда, вот ты действительно прекрасна, - смотрю восхищенно на нее.

Жанна, как будто чувствовала мое особое настроение, надела изящное платье, заколола волосы, класс. Красавица моя. Ну, или почти моя.

- Спасибо, - чуть сконфуженно произносит она и присаживается за стол, опуская Арину в ее кресло.

Торжественно раскладываю еду и наливаю сладкую газировку по бокалам.

- Угощайся, Жанночка, - говорю, улыбаясь.

Сначала ужин и неспешный разговор, а в конце, вместе с десертом, будет оно самое, как в лучших романтических фильмах.

- Эм, а у нас какой-то праздник? – немного скованно интересуется Жанна.

- А разве, чтобы двум людям поужинать при свечах нужен повод? – прямо говорить пока, понятное дело, не хочу, чтобы не испортить сюрприз.

- Не знаю, наверное, нет, не задумывалась, - говорит Жанна и прячется за своим стаканом.

- У тебя все хорошо? Устраивает проживание со мной? Ничего поменять не хочется? – спрашиваю исключительно, чтобы разведать ее настроения.

Мало ли, вдруг  у Жанны есть какие-то пожелания или важный ультиматум, который она давно хотела мне рассказать, но не решалась.

- Устраивает, - едва не поперхнувшись, отвечает. – А что, съезжать нужно уже, да? Я, признаться, не занималась поиском квартиры, мне только карточку новую выпустили и отдали, с возвратом денег все сложнее, но я завтра же займусь поиском квартиры.

Мигом бледнея, произносит Жанна.

- Нет! Ты что! Не нужно! – язык – враг мой. Макс, присутствуя при нашем разговоре, уже бы валялся на полу и смеялся в голос с меня. – Наоборот, не нужно никуда уезжать! Оставайтесь с Ариной хоть навсегда!

- А у тебя разве нет никаких собственных жизненных планов? – спрашивает Жанна.

- У меня? – не совсем понимаю глубины вопроса и отвечаю, как всегда, прямо. – Есть, конечно, но они абсолютно не связаны с твоим уездом, совершенно точно никак.

На что Жанна лишь поджимает губы, и утыкается угрюмо в тарелку, вяло ковыряя вилкой еду.

И теперь уже я не знаю, что сказать, чтобы меня правильно поняли, а за стол вернулось романтическое настроение.

- Эм, Ариша стала лучше спать по ночам, да? Тебе немного полегче, - произношу и сразу отвешиваю сам себе мысленную оплеуху.

Нашел, о чем поговорить. С женщиной в декрете о трудностях декрета.

- Ага, можно и так сказать, - рассеянно отвечает она, - а мы тебе мешаем ночью, да?

И снова что-то разговор идет не туда. Может, просто отдать кольцо прямо сейчас и все? Кажется, мне не стоит вести романтичные беседы вообще никогда. Лучше просто молча действовать.

- Эм, Жанночка, дорогая, я сейчас вернусь, ты посиди тут, хорошо? – чуть сконфуженно улыбаюсь и выхожу.

Шкаф, где мой шкаф. Так, вот оно, колечко заветное, на месте.

Дрожащими руками достаю его из коробки и… Роняю. А кольцо, естественно, закатывается за диван.

- Да что ты будешь делать! – восклицаю возмущенно и опускаюсь на колени, и одновременно с этим у меня звонит телефон. – Алло! Света? Что случилось? Тебе кажется, что ты руку сломала? Езжай в травмпункт и иди на больничный, если так. Ай! Да нет, головой ударился случайно, кольцо твое уронил просто, ага, то, что выбирали в магазине сегодня вместе. Хорошо, лечись, - отключаюсь и сажусь на пол. – Фух, нашел, кажется.

- Что-то случилось? – заглядывает в комнату Жанна. – Тебя долго не было, и я пошла посмотреть.

- Нет-нет, все хорошо, - фальшиво улыбаюсь, лихорадочно засовывая кольцо в карман брюк. – Ты иди, я сейчас подойду.

Теперь красиво положить украшение на десерт и вручить. Или лучше сунуть внутрь пирожного и вручить. Главное, в общем, вручить.

32

Остаток вечера все еще обещает закончиться удачно. По крайней мере, я на это искренне надеюсь. Все ставки, можно сказать, поставлены на одно единственное событие, которое войдет в историю нашей будущей семьи, как крайне важное.

- Ариночке ничего купить не надо? Может, выросла уже из чего-то?

И снова этот разговор на материнские темы. Я превращаюсь в форменную курицу-наседку.

- Да нет, спасибо, пока всего хватает, - отвечает Жанна, задумчиво глядя в свою тарелку.

И что она там увидела? Таракана, что ли?

- Эм, погода хорошая пока стоит, да? Совсем не хочется дождей и слякоти, - когда разговор не клеится, все принимаются обсуждать погоду.

- Ага, - рассеяно говорит она, а потом как будто приосанивается и задает вопрос, наконец, мне, а не своей тарелке. – А как у тебя на работе дела? Кто нынче в коллегах?

- Хм, да всех понемногу, - удивленно пожимаю плечами.

Даже я не особо обращаю внимание на личности окружающих в офисе сотрудников, меня их работа волнует, а не они сами. Странно, что Жанну они заинтересовали.

- И все же, кто тебя больше окружает, женщины или мужчины? Просто любопытно, кого сейчас много в нашей отрасли.

- Да поровну, наверное, примерно, как и всегда. Мы ведь не физики-ядерщики. Нельзя рассматривать столь глобальный вопрос на примере отдельно взятого офиса, я считаю. Но помощник у меня женского пола. С ней, пожалуй, мы чаще всего и контактируем.

- Ага, понятно, - кивает Жанна, мгновенно напрягаясь. – Совсем молодая девушка, наверное, да? Еще и блондинка, поди.

- Молодая, блондинка, - автоматически подтверждаю и только потом спохватываюсь. – Постой! Ты меня в чем-то подозреваешь?! Не вздумай ни в коем случае! Меня со Светой ничего не связывает.

- Света? Аа, понятно, - поджимает она губы.

- Что тебе понятно?! Ты чего себе удумала?! Я не перехожу на неформальные отношения на работе! – аж слегка подпрыгиваю на стуле.

- Да-да, а мы с тобой, конечно же, на улице познакомились, - с умным видом соглашается Жанна. – Совершенно никаких неформальных взаимоотношений, ведь люди, когда долго тесно работают вместе, никак не сближаются, ты прав. Абсолютно никаких шансов.

- Так ты сравнила! Себя и помощницу! Ты бы меня еще с уборщицей свела! О чем я с ними разговаривать буду?! – искренне возмущаюсь я. – Да, Света неглупая девушка, но далеко не ты.

- Это, типа, комплимент? – иронично выгибает правую бровь Жанна.

- Типа да, - важно киваю я.

Нет, правда, нашла с кем соединять. Я всегда считал, что произвожу впечатление мужчины, не ведущегося на один лишь цвет волос с милой мордашкой и идеальными пропорциями в области верхних девяноста.

- Хм, спасибо. И все же случается всякое. Вон, у нас половина фильмов закручена на связи начальника и его помощницы.

- Жанночка, милая, мне очень приятно, что ты ревнуешь, правда. Ведь я долго думал, что вам с Ариной особо не нужен, вы изначально были нацелены самостоятельно справляться, вы бы так дальше и делали. Но серьезно, поверь мне, не стоит думать о том, что между мной и Светланой связь, хоть отдаленно напоминающая наше с тобой единение душ.

Как красиво закрутил, аж самому понравилось.

- Ладно, я поняла, извини, - выдыхает, наконец, Жанна и снова принимается за трапезу.

И мне бы прямо сейчас провести одну из самых важных операций в своей жизни, но звонит телефон. И я отправляюсь к нему, а не к пирожному, стоящему в холодильнике. А зря.

- Я слушаю, - говорю, размышляя о том, что пора завязывать отвечать на звонки в свободное от работы время. – Что у вас произошло?! Хорошо, сейчас приеду.

Черт! Такое ощущение, словно сама Вселенная против того, чтобы я сделал предложение именно сегодня!

POV Жанна

Борис весь вечер вел себя крайне подозрительно, словно хотел о чем-то серьезно поговорить со мной, но все время откладывал почему-то.

Честно, я решила, что он все же передумал жить вместе с нами с Ариной, вспомнил о своей холостой счастливой жизни, да и вообще, ведь всегда можно быть просто приходящим папой. Средства для помощи нам на расстоянии у него есть, справится.

Да еще эта случайная встреча в торговом центре вчера днем крайне смутила меня. Ведь всеми силами пыталась не накручивать себя, никакие предложения руки и сердца другим девушкам-ассистенткам не придумывать в своей голове, но не смогла, мысли весь вчерашний день были накручены только этим.

- Дуреха ты моя! Однозначная дуреха! – высказалась по телефону Аврора. – Борис не такой, будет он жить с одной, а предложение делать другой, оно ему надо? Небось, это помощница какая-нибудь его, попросил помочь выбрать кольцо тебе! Вот увидишь, вечером жди предложения руки и сердца в свой адрес, а не чужой блондинистый. А значит, нужно прилично выглядеть за ужином.

А я и впрямь дуреха, с такой легкостью сама поверила в слова подруги, хотя, если рассуждать логически, разве могли мы угадать намерения Бориса?

Нет, понятно, что здесь ответ всего лишь с двумя вариантами решения задачи, но все же.

Все же было бы гораздо легче морально, если бы я не отправилась, как наивная дурочка, за новым платьем и помадой. Правда, новость об отставке, наверное, тоже приятнее воспринимать во всеоружии, красавицей. Гордый вид легче при полном марафете сохранить.

- Ну что, тебя уже можно поздравить? Ты невеста теперь? Не позвонила мне вчера и даже фоточку кольца не скинула, ай-яй-яй! Я ведь мучилась от неизвестности! А вы с Борькой, небось, всю ночь горизонтально праздновали, пока Аришенька видела двадцатый сон в своей кроватке, - звонит мне с утра Аврора и не дает ни одного слова вставить.

- Нет! – только и успеваю, что сказать. – Не было ничего!

- Празднований горизонтальных? Жалко, конечно, ну да ладно, какие ваши годы, еще успеете наобщаться в кроватке и не только в ней, - хохочет подруга.

- Нет! – произношу громче, начиная раздражаться. – Ты не поняла! Предложения не было никакого!

- В смысле не было? – интонация Авроры сразу меняется. – Дай-ка мне телефончик своего сожителя, я ему позвоню, мозги вправлю.

- Ага, сейчас, бегу и спотыкаюсь! Успокойся, не майся дурью, - увещеваю я подругу. – Понятно ведь, что ты ошиблась, а я с радостью приняла желаемое за действительное.

- Уоу, уоу, полегче, тетя Аврора никогда не ошибается в таких вопросах! У тети Авроры нюх на подобные вещи! Вспомни, я всегда одногруппницам нашим вовремя предсказывала важные события в их жизнях, даже, несмотря на то, что тогда встречалась с Иванушкой-дурачком, - горячится подруга.

- Ну а в этот раз ошиблась, и на старуху бывает проруха, - спокойно комментирую.

- Ты кого старухой назвала?! Я младше тебя на два месяца!

- Ага, это очень много, ты права.

- Ладно, зубы мне не заговаривай, лучше рассказывай во всех подробностях, как прошел вечер. Будем искать причину отсутствия кольца на заветном пальчике.

- Да что рассказывать, у меня лично сложилось впечатление, что Борис хотел расстаться со мной, а не сойтись окончательно с соблюдением официальных церемоний, - отвечаю я, тяжело вздыхая.

И начинаю в подробностях вспоминать вчерашний ужин, на подсознательном уровне очень желая, чтобы я действительно оказалась неправой. Но на рассказе о том, как Борис ушел из кухни и по телефону воскликнул про кольцо, которое вроде как не мое, у Авроры кончилось терпение, а у меня исчезла надежда.

- Что?! Да он там совсем опупел?! – громко возмущается подруга. – Ладно, значит, сделаем следующее, слушай меня внимательно.

33

Захожу в высокое офисное здание, немного нервничая. Куда идти, я представляю смутно, поверхностно, я бы сказала. Но, настроенная Авророй, не могу трусливо свернуть с намеченного пути.

Поправляю выбившийся из прически локон, одергиваю вниз платье и нервно прижимаю к себе Арину, сидящую в кенгурятнике. Аврора настаивала на том, чтобы я шла одна, но психологически оставить своего маленького ребеночка на незнакомую няню не могу. Знаю, что выгляжу отсталой с зашоренными взглядами, но пока что как есть, так есть.

- Ладно, я хотела, чтобы ты выглядела, как роковая красотка, а будет тогда роковая красотка с ребенком! Так, наверное, даже лучше. Пускай все знают у него там в офисе, что парень-то с двойным прицепом идет, сразу сами отстанут, - переиначила все в итоге Аврора.

- Я вообще-то не хочу привязывать к себе Бориса одной лишь Ариной, я хочу, чтобы он сам испытывал потребность быть с нами, а не отрабатывал навязанную повинность.

- Нам, главное, обозначить тебя, чтобы все были в курсе, что парень занят, пометить территорию, так сказать.

- Фу! Я собака по-твоему? Чтобы метить, - скривилась я тогда.

Мысль действительно была мне противна, вот не хочу я отвоевывать, хочу, чтобы если оно мое, то само по доброй воле со мной и осталось!

Но все-таки я послушалась Аврору и отправилась в офис к Борису. Сюрприз осуществлять. Приятный или нет, не знаю, но скоро будет известно.

Конечно, сомнения в удачи операции одолевают до сих пор. Ведь я могу так и не разгадать, с кем Борис встречается, совершенно не обязательно, что это девушка с его работы, действительно он мог всего лишь попросить свою сотрудницу помочь с выбором. Но фраза про «твое кольцо» была слишком неоднозначна.

- Фух, сомнения прочь, мы уже на месте, да, моя маленькая? – тихонечко разговариваю с Ариной, по-прежнему стоя все там же.

Ребенок мне счастливо агукает и улыбается, для нее каждая новая локация, как другая страна. Все интересно, неизведанно и крайне любопытно.

И я шагаю уверенно к просторным офисным лифтам. С нами набивается прилично народа, люди деликатно отступают от нас с Аришей, но любопытные взгляды практически не прячут.

Да, ребят, колоритная мы парочка, не спорю. На работу рановато устраиваться, но мы не отчаиваемся.

- Третий этаж, - произносит механический голос, и открываются двери лифта.

Народ выходит, а я стою.

- Ой! И мне ведь тут выходить, - тороплюсь на выход, расталкивая людей. – Простите, извините.

Собираю еще больше изумленных взглядов и все-таки выскакиваю на третьем этаже, где на миг останавливаюсь.

И куда мне дальше?

Иду вперед, внимательно читая вывески на кабинетах, пока все не то.

- Простите, вам, может быть, помочь? – подходит ко мне высокая блондинка и улыбается во все тридцать два зуба.

Читаю на ее бейджике – «Страхова Екатерина. Универсальный помощник».

Развели себе помощников, причем все светловолосые, как на подбор. Хоть бы какое-то разнообразие внесли.

Невольно кривлюсь и отворачиваюсь от девицы.

- Нет! Я сама справлюсь! – гордо отвечаю, высоко задрав подбородок.

Ну их, этих помощников-помоечников. У меня все в порядке с головой, не нуждаюсь в сопровождении живой куклы.

- И все-таки я настаиваю! Куда вы направляетесь? Ведь совершенно очевидно, что вам не к нам надо! – бежит девушка Екатерина Стахова следом.

- Это с чего вы взяли, что мне не к вам? – резко останавливаюсь, как вкопанная. – У вас тут притесняют людей, да? Дискриминация развита? Об уважении не слышали?

- Н-нет, - испуганно мотает она головой.

- Тогда язычок свой прикусите, а не то все узнают, что ваша фирма психологически неблагонадежна! – для пущего эффекта поднимаю вверх указательный палец.

Универсальная помощница уже дрожит, бедная. И вот на кой она вообще сдалась здесь?! С такими нервами нужно дома сидеть и вязать.

А впереди, тем временем, мелькает девица, которую я видела с Борей в магазине. Отлично, значит, мне за ней!

Ускоряю шаг, оставив Стахову позади, и устремляюсь за очередной помощницей-помоечницей. Она вскоре останавливается и садится за стол возле чьего-то кабинета.

Читаю на нем надпись и, о бинго, я пришла по адресу!

Ускоряю шаг и резко, без стука, открываю дверь.

- Стойте! Там посетитель! – кричит сзади девушка, поздно спохватившись.

А я стою молча в шоке от открывшейся картины…

34

POV Борис

День не задался еще с вечера. Так я и не понял, зачем было меня вызывать, ну потеряли они ключ, так с утра можно было разобраться, все равно никто бы ночью не проник в офис. Кому это надо? Транспаранта там нет с надписью, что двери открыты, да и внизу охранник всегда сидит.

Но факт налицо, меня выдернули, как единственного, у кого есть абсолютно все ключи на всякий случай. А я пока съездил в офис, пока там туда-сюда все потупили, вернулся, мои девочки спят.

- Жанночка, солнышко, - заглянул я аккуратно в комнату к ним с Аришенькой, - вы спите, да?

Но это один из самых глупых вопросов, который только можно задать. Хорошо, что не разбудил.

Да и что бы я делал дальше? Сунул ей кольцо под нос? Мол, на, держи, милая, я весь вечер хотел сделать тебе предложение красиво, но что-то не срослось, а потому давай уже так, по ускоренной программе.

Нет, это полный бред, естественно. А потому я просто полюбовался на своих девочек, укрыл обеих и чмокнул в носик каждую. И все.

А потом ушел к себе и еще долго ворочался без сна, эмоционально уничтожая самого себя.

Даже предложение не могу нормально сделать, вот и кто я после этого? Противно, честно.

Привык к легкому общению с женщинами, а когда появилась та самая, да еще и с ребенком моим в придачу, так растерялся. Более грубое слово не буду употреблять, некрасивое оно слишком.

Но зато закон подлости работает в отношении меня на полную катушку – сразу не сделал предложение, как хотел, мялся, так теперь долго не смогу сделать. Ведь с утра мне пришлось выскочить из дома очень рано, Жанна с Аришей еще спали, и надежда на романтичный завтрак испарилась гораздо быстрее, чем за ужином.

- Светлана, я не пойму, почему меня второй раз за сутки выдергивают по пустякам? – спрашиваю недовольно у помощницы, выныривая из своих мыслей. – Мне кажется, не начальник отдела должен презентацию рядового менеджера проводить, ты так не считаешь?

- Эм, да, наверное, вы правы, - мнется пристыженная девушка, - просто Иванов заболел, у меня еще эта рука, мозг отключился.

- Да, рука, с которой я сказал тебе идти на больничный, - вот ни капельки не разжалобила.

- Так банальное растяжение оказалось, не перелом, я все перепутала. И не мне ведь документы подписывать, а вам, я на компьютере и так как-нибудь попечатаю, - заискивающе улыбается Света.

- Значит, и презентацию пойдешь проведешь, из-за которой выдернула из дома ни свет ни заря. А мне есть, чем заняться, - подвожу я итог и утыкаюсь в документы, чтобы не ляпнуть лишнего от раздражения.

- Но как же так?! Я ведь не смогу! – растерянно лепечет она.

- Сможешь, Светлана, все ты сможешь. Я в тебя верю, вперед и  с песней. В общем, покинь уже мой кабинет, пожалуйста. Устал я немного от тебя, - устало потираю виски.

- Да, извините, - обижается помощница и выходит.

Наконец-то. Хоть немного покоя.

Но счастье мое длится недолго, ровно до того момента, как к нам приходит крайне капризная дама, желающая стать клиентом фирмы, и, естественно, ее определяют сразу ко мне в кабинет. Мол, пускай Борис Николаевич сам с ней разбирается, доказывает, что не зря кресло свое занимает.

- Послушайте, вы уже раз десять передумали по поводу цвета макета, может быть, доверитесь нашим специалистам, они набросают эскиз и предоставят его вам на критику, будет тогда легче определить, куда нам с вами двигаться дальше, - предлагаю я не в первый раз.

- Нет! Они не смогут! Или смогут? Может, стоит? – восклицает она.

И такая дребедень уже два часа.

- Конечно, стоит! Вы ведь не случайно выбрали именно нашу фирму, значит, доверяете.

- Нет, мне ее просто посоветовали, - после этой фразы мои глаза еле сдерживаются, чтобы раздраженно не закатиться. – Хотя ладно, уговорили.

- Отлично! Вы не пожалеете! – тут же вскакиваю со своего места, пока снова не передумала. – Давайте я вас провожу к Светлане, моей помощнице, она распечатает предварительный договор и уладит остальные мелкие нюансы.

- Хорошо. Ай! – вдруг произносит дама.

- Что такое?

- Волосы! Они зацепились за молнию на моем платье, пока я нервно теребила ее. И теперь заело, а мне очень больно, - ее лицо становится крайне несчастным.

- И что? Я должен помочь вам, что ли? – недовольно интересуюсь.

- Да, пожалуйста, здесь сильная мужская рука нужна. Я не сочту это за приставание, не переживайте, - кокетливо машет она ресницами.

Ладно, Борис, это работа, всего лишь работа.

Говорю сам себе и подхожу к клиентке.

Но если бы я знал, что произойдет в следующий момент, я бы вытолкал ее под зад коленкой.

- Боря! – раздается от двери знакомый голос.

- Ах! Да! Вы кудесник! – произносит одновременно дама, так как ее молния поддается и расстегивается.

А я стою молча, переводя взгляд с Жанны на клиентку и обратно.

35

POV Жанна

Открываю дверь, а там непотребство какое-то. Среди бела дня! А я надеялась, верила, кольцо ждала.

Дурочка с переулочка!

- Боря! – шокировано восклицаю, закрывая глаза дочери.

А этот бесстыдник смотрит и молчит, ни слова не произносит, даже его дама говорит. Правда, на «вы» почему-то, а они ведь жениться собрались, странно немного. Но да у кого какие причуды.

Тут бы мне зайти в кабинет, грудью вперед, гордо неся Аришу и изображая одновременно праведный гнев и смирение, да и заявить свои права на нашего с дочерью мужчину, как меня инструктировала Аврора. Мол, останется с другой пигалицей, так хотя бы та будет знать о ребенке избранника.

Но я ничего из этого не делаю. Стою на одном месте, как истукан.

- Девушка! Там занято, я же вам говорила, - только сейчас произносит сзади помощница Бориса.

Видимо, ее тоже до потери голоса поразила случайно открывшаяся нам картина.

- Вижу, - киваю, - я все вижу, спасибо.

Отмираю, разворачиваюсь и ухожу прочь.

Собиралась одна ребенка растить, вот и чего в итоге передумала? Поманили тебя к себе под крылышко, еще и обиды попутно показывали, мол, такая-сякая, не сказала сразу о беременности! Как так-то!

Ага, а я и рада, отец ведь нужен ребенку, причем постоянный в идеале, а не приходящий по воскресеньям. И что в итоге?

А в итоге мы возвращаемся к модели папы на расстоянии. Ладно, хорошо, что сейчас я сама все узнала, легче будет дальше.

Хотя, кого я обманываю? Боря уже успел снова вгрызться в мое бедное сердечко, причем, в этот раз гораздо сильнее, чем раньше.

Я ведь действительно думала о том, какая из нас троих выйдет замечательная семья. А потом, может быть, и четвертый член появился бы со временем.

Я позволила себе мечтать о простом женском счастье. И как оказалось, зря!

- Жанна! Постой! Ты куда бежишь? – неожиданно меня догоняет Борис, хватает за руку и разворачивает к себе лицом.

Часто моргаю, настолько погрузилась в свои мысленные переживания, что совсем забыла, что все еще нахожусь в коридоре фирмы Бори. В моем подсознании я уже переехала и снова стала матерью-одиночкой.

- Домой, вещи собирать, - отвечаю на удивление спокойным голосом.

А я молодец! Вот правда, молодец. Сердце разбили, планы жизненные поломали, а я не истерю, в слезы не ударяюсь, говорю сосредоточенным и серьезным тоном.

Очень сосредоточенным, если быть точной. Страшно, что эмоции все-таки возьмут верх, а зрителей в коридоре становится все больше. Отчего-то стольким коллегам Бориса понадобилось дверь открыть, пойти к кулеру или просто выглянуть.

У людей прямо-таки феноменальное чутье на интересное представление, которое вот-вот грозит здесь разыграться. Не зря рекламой занимаются.

- Чьи вещи? Мои? – переспрашивает Боря, некрасиво открыв рот.

- Нет, наши, зачем твои? Мы ведь у тебя живем, а как ты невесту в дом приведешь? Не поймет она, не шведская мы семья, да и в Швеции народ предпочитает традиционные семьи строить.

- Какую невесту?

Что с человеком любовь делает? Совсем мозги отказываются работать.

- Ту, с которой ты в кабинете был, это же ей кольцо с помощницей своей выбирал. Да не волнуйся, все будет хорошо, она его обязательно примет, не откажет, - говорю ласково.

После этой моей фразы народ, все еще дисциплинированно сидящий по кабинетам за своими рабочими местами, резко вывалился в общий коридор к более любопытным зрителям.

- Тьфу ты, - произносит Борис с облегчением, - так кольцо я не ей выбирал.

- Значит, другая твоя дама обязательно обрадуется. В любом случае нам с Ариной пора освобождать жилплощадь! – заканчиваю зло.

Эмоции все-таки начинают пробиваться, нужно уходить.

- Да стой же ты, глупенькая! – хватает меня снова Боря за руку.

Нет, это нормально?! Еще и обзывается!

- Борис, давай не будем устраивать шоу перед твоими коллегами, - все еще пытаюсь уйти не истеричкой.

- Прости, Жанна, не получится, - говорит он и опускается вдруг на одно колено. – Я вчера вечером должен был это сделать, но все время ждал подходящий момент, и зря! Хотя, нет, не зря. Перед столькими свидетелями ты не сможешь уличить меня потом во лжи или еще чем-то.

- Боря, пусти, - пытаюсь вырвать свою руку, на глаза наворачиваются слезы, а я не хочу лишнего сочувствия от посторонних людей к несчастной брошенке с ребенком.

- Не пущу, Жанна! Вот вообще никуда теперь не отпущу! Потому что ты лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни! Ты мой персональный лучик света! Нет! Ты лучше! Ты моя волшебница, ведь сумела подарить мне нашу Аришеньку, - что-то это не сильно подходит на слова расставания. – Скажи, милая, ты окажешь мне честь и выйдешь за меня замуж? Это сделает меня самым счастливым человеком на Земле! Ведь я люблю тебя и очень хочу, чтобы у Арины появился братик.

И он достает из нагрудного кармана кольцо и надевает на мой безымянный палец…

Все происходит будто во сне, такое нереальное, слишком сюрреалистичное. Еще эта куча людей, выскочивших в коридор поглазеть на нас. Попкорна им только не хватает.

В итоге я не могу вообще ничего сообразить, не понимаю, что должна сказать или сделать. В мою голову словно ввинчивается шуруп и причиняет тем самым тупую раздражающую боль. Перед глазами прыгают черные мушки, я полностью дезориентирована в пространстве.

А народ вокруг застыл, затаился, словно чего-то ждет, причем, конкретно от меня как будто.

«Что вам всем надо, люди? Не видите, мне плохо! Лучше дайте воды из вашего любимого коридорного кулера, что вы так дружно разом оккупировали!» - хочется крикнуть, но из горла выходят только хрипы и глухой кашель.

Тогда я перевожу свой взгляд на Бориса, так и стоящего передо мной на одном колене и тоже чего-то ожидающего от меня. В его глазах столько надежды.

Надежды, блин, на что?

Я сейчас грохнусь прямо тут, и никому и дела не будет, да?

- Так что ты скажешь, милая? Обещаешь хотя бы подумать? – спрашивает Боря.

- Подумать, о чем? – в моей голове словно включили все звуки, стало так громко вокруг, хотя буквально только что была глухая раздражающая тишина, я точно знаю.

- О замужестве. О семье. О нас троих вместе навсегда, - говорит он с грустной улыбкой и гладит с нежностью мои пальчики.

«Какой семье?», - хочется мне крикнуть. – «Ты же на другой жениться собирался!»

Но меня отвлекает Ариша, которая как раз в этот момент решает напомнить о себе и беспокойно дергается в непривычной переноске.

- Тише, тише, моя хорошая, не нервничай, скоро пойдем отсюда, - я почти говорю «домой», но я теперь не знаю, где наш дом.

Тогда я выдираю свою ладонь из рук Бориса и глажу ею Арину в успокоительном порыве. Правда, я не знаю, кому из нас двоих сейчас больше нужно утешение, мне или моей дочери.

Внезапно замечаю что-то блестящее на своем безымянном пальце. Ничего там с утра не было, я уверена.

- Кольцо! – немного испуганно восклицаю, внимательно рассматривая его.

- Да, милая, кольцо. Тебе вчера со Светланой, моей помощницей, выбирал, - терпеливо отвечает Борис.

- Мне? – переспрашиваю изумленно. – Красивое, мне очень нравится.

Наверное, с минуту точно рассматриваю свой неожиданный подарок. Хотя, почему неожиданный? Очень даже ожидаемый, но, малость, выстраданный, в связи с некоторыми недомолвками и коллективной неуемной фантазией.

Стою я, значит, и дальше смотрю с улыбкой на колечко на заветном пальчике, и до меня постепенно доходит, что Боря ведь ждет мой ответ. Это для меня все очевидно теперь, но не для него.

- Борис, - произношу хрипло, переводя взгляд, полный любви, на отца моего ребенка, - конечно, я выйду за тебя и с большим довольствием стану одной семьей с тобой и Ариной официально.

- Да! Ура! – тут же подскакивает он.

Люди вокруг тоже радуются, что-то громко кричат, кажется, поздравляют нас.

А шуруп в моей голове снова активизируется, на этот раз резче и сильнее. Перед глазами совсем уже плотная пелена. И я оседаю на пол, теряя сознание, только успевая подумать, что нужно на спину падать, ни в коем случае не на живот, ведь там Арина.

36

Просыпаюсь от ощущений непривычно жесткой постели. Странно, у Бориса очень удобная мебель, я что-то подложила себе под спину?

Открываю глаза, а вокруг все такое белое, светло очень. Что за чудеса?

Резко сажусь и понимаю, что мою правую руку что-то сковывает.

- Капельница? – спрашиваю, не знаю кого, вслух. – Зачем мне капельница?

- О, Жанночка, очнулась, - из кресла рядом, которое я еще не успела заметить, поднимается Боря и трет отчаянно свои глаза, словно спал только что. – Ты нас так напугала, милая.

- Что со мной? Я только помню предложение, это мне не приснилось? – лихорадочно гляжу на правую руку, кольцо на месте. – И где Арина?

В панике осматриваю одноместную, явно платную, палату, но дочери нигде не нахожу.

- Нет, предложение не приснилось, все на самом деле, не волнуйся. Ты упала в обморок и никак не хотела приходить в себя. Врачи сказали, переутомление, низкий уровень кислорода и глюкозы в крови, что-то там еще с сосудами. Ничего страшного, но оставить тебя тут на некоторое время рекомендовали, прокапать укрепляющее, дообследовать.

- Я не могу тут лежать! У меня ребенок маленький! – тут же взвинчиваюсь и порываюсь самостоятельно выдернуть иголку из запястья.

- Не надо этого делать, - останавливает меня Борис. – С Ариной все хорошо, она сейчас гуляет с моей матерью.

- У тебя есть мать? – задаю совершенно идиотский вопрос. – Ой, прости. Просто мы с тобой как-то никогда не касались этих сторон жизни друг друга.

- Все нормально, я и сам иногда забываю, что у меня есть мама, - Боря реагирует спокойно. – Но, тем не менее, это так. Она женщина занятая, постоянно то там, то там, но сюда она приезжает стабильно раз в год на неделю, косметологическая клиника ей здесь нравится. В этот раз она приехала сейчас. У меня совсем вылетело из головы, что ее пора ждать. До моего переезда в этот город, она в гостинице жила, а сейчас, естественно, у меня остановилась.

Я не знаю, что на это ответить, лежу молчу. Но что-то мне не очень нравится сама идея того, что какая-то женщина, явно помешанная на себе, присматривает за моей дочерью. Моя мама тоже не бабушка года, но она много работает, по-другому помогает.

- Твои родители тоже в разводе, да? – вместо обсуждения ситуации задаю вопрос не по делу.

- Нет, они в браке, - отрицательно качает головой Борис.

- Ясно, - киваю, хотя, ничего не ясно на самом деле. – И что дальше? Я буду здесь лежать, а твоя мама заботиться об Арише? Каков план? Ребенок еще очень маленький, между прочим, это тебе не все соображающая пятилетка.

- Не волнуйтесь, душечка, я справлюсь, - в палату входит незнакомая женщина с Ариной в кенгурятнике.

Да бедный ребенок, целый день в этой ерунде, знала бы как дело обернется, коляску взяла.

А женщина, тем временем, царственной походкой проходит через всю палату и останавливается рядом с Борисом. И мы с ней невольно или вольно изучающе пялимся друг на друга.

Красивая, ухоженная, это видно сразу, буквально бросается в глаза. И тут же представляю, как выгляжу сейчас я. Платье смялось, на голове наверняка кошмар, а тушь и помада потекла.

- Кхе, кхе, - прочищает горло Боря, тем самым нарушая сосредоточенные гляделки, - мама, это Жанна, моя невеста и мамочка нашей с ней дочери Аришеньки. Жанночка, это моя мать, Нинель Ивановна.

- Приятно познакомиться, - кривлю губы в подобие вежливой улыбки.

- И мне, милая, - у моей будущей свекрови получается лучше, чем у меня, но все равно недостаточно искренне.

Представляю, сколько мыслей у нее сейчас в голове, приехала навестить сыночка, а тут не только невеста, но и уже вылупившийся ребенок. Как минимум, любая на ее месте испытала бы шок.

- Эм, ладно, может, все-таки меня не обязательно держать в больнице, может быть, я смогу приходить сюда исключительно днем на капельницы эти и прочее, - перехожу сразу к делу.

- И ты не отдохнешь, а только сильнее переутомишься, постоянно добираясь в стационар по пробкам. К тому же, тебе полное обследование еще не провели. Лежи! Арине нужна здоровая мать, - мягко, но твердо возражает Борис.

- Боренька абсолютно прав, не стоит, мы справимся с девочкой.

- Каким образом? Борис на работе целый день, выходные только через два дня. У вас свои дела и заботы, вы ведь приехали не просто в квартире посидеть и с коляской у дома погулять, - произношу прямо без обиняков.

Не время и не место для расшаркиваний.

- Значит, перенесу свои дела на вечернее время и выходные дни, - спокойно отвечает Нинель Ивановна, одаряя меня снисходительной улыбкой.

- Хорошо. Арина пьет смесь, как ее делать Боря знает, прикорм нам еще рано, я против раннего, пусть окрепнет как следует, водичку можно предлагать. Купать Боря умеет, памперсы менять покажет, как. Да в общем, он молодец, он все умеет, - заканчиваю объяснения с нежной улыбкой на губах.

- Спасибо за столь высокую оценку, милая, - Борис целует кончики моих пальцев, - приятно.

- Да брось, ты, правда, большой молодец. Только спи ты в комнате с кроваткой Ариши, ладно?

- Жанночка, я, конечно, очень давно имела такое крохотное чудо на руках, но это не значит, что совсем ни на что не способна, - влезает мама Бориса.

- Нинель Ивановна, я не хочу никого обидеть, но Боря все же отец, Арине с ним будет спокойнее, - объясняю свою позицию.

Женщина чуть поджимает губы, но потом кивает.

- Ладно, милая, мы бы еще побыли у тебя, но меня уже потеряли на работе, а еще маме нужно столько всего показать и рассказать. Я ждал, чтобы ты пришла в себя.

- Да, конечно, идите, - отпускаю их, скрипя сердцем.

И только они выходят из палаты, как я поднимаюсь с койки, аккуратно беру капельницу и медленно шагаю с ней к окну. Голова немного кружится, и я держусь за стенку.

Есть! Я у окна. Оно выходит, как раз, на улицу. Мне везет, я ловлю момент выхода Бориса с матерью и Ариной, и не могу сдержать слез, смотря, как они покидают меня…

37

- А что мы тут страдаем? Что мы нос повесили? – заходит ко мне на следующий день улыбчивая медсестра. – Сейчас пойдем анализы сдавать.

- Ой, радость-то какая! – не сдерживаюсь я от сарказма.

Настроение действительно с самого утра ниже плинтуса, Борис позвонил только раз, и то очень быстро длился наш разговор, прислал всего одну фотографию Ариши и совершенно не хотел переписываться в мессенджере по поводу того, что именно она сейчас делает. Вот как так?

О нервничающей матери никто не думает!

- Мы с мамой справимся! Отдыхай! – был дан мне окончательный, слегка раздраженный ответ.

Ага, отдыхай, легко сказать! Да кто вообще способен отдыхать в больничных условия?! Даже в отдельной палате.

Это из той же серии, когда кто-то до сих пор считает, что женщины после родов отдыхают в больничке. А что, готовить не надо, убирать тоже – каникулы! Веселье с утра до ночи и с ночи до утра!

А я очень мало прошу, между прочим! Всего-то дать мне больше информации о состоянии и времяпровождении моей кровиночки. Откуда я знаю, может, они там ее уже борщом пытаются кормить, пока меня нет, или дерматоз какой-нибудь проявился на нежной коже младенца. А он мне – мы справимся!

Да как справятся, если я и сама не всегда идеально справляюсь?!

- Пойдемте? – возвращает меня в реальность медсестра, о которой я успела забыть.

- Да, конечно, - с трудом подавляю зевок и топаю вслед за улыбчивой женщиной.

- Вот, сначала в этот кабинет, потом в сто четвертый, сто пятый и в завершении всего поднимитесь этажом выше в двести третий. А затем в палату, отдыхать, - снабжает меня подробной инструкцией медсестра.

И эта туда же, отдыхать я ей должна.

Прохожу все довольно быстро, даже жаль. Среди посторонних людей навязчивые мысли о дочери не так сильно одолевают меня.

Зато получу бесплатно обследование всего организма, плюс какой-никакой. Нужно всего лишь немножко здесь побыть, а потом вернусь к Аришеньке и Борису полной энергией и сил.

Заодно, глядишь, Нинель Ивановна уедет к тому времени. Не готова я так быстро сближаться с ней. На расстоянии оно как-то спокойнее, а сейчас и видеосвязь доступна везде, где ловит хоть плохонький интернет, пускай смотрит на внучку так. Если ей вообще интересно будет. Что она за бабушка, я пока не знаю.

Мы только что узнали о существовании друг друга, незачем бросаться в омут с головой.

- Здравствуйте, Жанна, я ваш лечащий врач, Инесса Леонидовна, - заходит ко мне другая женщина в белом халате. – Вчера мы не успели познакомиться, вернее, вы были без сознания.

- Ага, ясно, - натягиваю на лицо подобие улыбки.

- Анализы ваши будут готовы только завтра, зато узи мы можем обсудить уже сегодня.

- Что-то не так, чтобы его обсуждать? – тут же нервничаю я.

- Эм, пока не уверена, но мне не понравилась ваша щитовидная железа. Завтра еще сдадите на гормоны, но узи прям не очень, честно вам скажу, - она подходит ко мне вплотную и начинает щупать горло.

Я затихаю, даже дышу через раз. Страшно становится почему-то. Словно она сейчас обязательно что-то найдет, и это что-то будет явно нехорошим.

- Не нравится мне, узелок чувствуется вот здесь. Возможно, стоит провести пункционную биопсию.

И тут я чувствую, что организм снова стремится потерять сознание…

- Только не говорите, что вы подозреваете, - начинаю я и сама не могу вслух произнести собственные мысли.

- Вы про, - тут же реагирует врач.

- Нет! Не надо! – резко прерываю ее. – Молчите, прошу вас, не надо, не договаривайте.

- Что вы так переживаете сразу? Во-первых, диагноза еще нет, а во-вторых, все лечится, особенно хорошо на ранних стадиях.

Да, да, все мы знаем эти истории про ранние стадии.

- Я вас поняла. Давайте оставим все на завтра, а сейчас я устала, извините, хочу отдыхать, - снова прерываю я врача.

- Да, конечно, приду к вам на обходе часов в десять, до встречи, - прощается со мной женщина и выходит из палаты, и я остаюсь одна.

Сон долго не идет ко мне, но, все же, мозг выключается в итоге, и я проваливаюсь в долгожданное царство Морфея. Но знала бы я заранее, что за бред посетит там мою больную голову, предпочла бы бодрствовать до самого утра.

- Жанна, милая, а мы уже забыли, как ты выглядишь, - говорит мне Борис из сна, держа на руках нашу дочь Арину.

- К-как, почему она такая большая? – недоумеваю я.

Он держит не младенца, а двухлетнюю девочку, как минимум! Я ведь всего лишь неделю отсутствовала, как такое могло произойти?

- Да, дети быстро растут, ты права, - протягивает он, смотря с любовью на Арину. – Наша, например, уже слово «мама» давно произносит, Свете, моей коллеге, говорит, она приходит, помогает мне регулярно. «Бабушка» тоже произносит, ведь моя мать к нам зачастила, не нарадуется на внучку.

- Т-ты что! Какая Света! Ты там совсем обалдел?! – возмущаюсь я. – Невеста в больнице, а ты сразу профурсеток с работы водишь к себе домой?!

- Милая, Светлана не профурсетка, зачем ты так, - качает головой Боря. – Тебя просто слишком долго не было, нам пришлось научиться справляться самим, но ты не думай, мы тебя ждем и понимаем, что здоровье – это самое главное.

- Да меня неделю всего лишь не было! – истерично кричу.

- Нет, тебя не было гораздо дольше, - качает Борис головой.

- Не важно, не хочу с тобой спорить, дай мне мою девочку, ну же, скорее, - протягиваю дрожащие руки к Арине.

- Держи, конечно. Ариша, пойдешь к маме?

Но дочь вырывается почему-то, начинает истошно рыдать, паниковать.

Я ее все-таки выхватываю из рук Бори и прижимаю к себе.

- Я здесь, моя хорошая, я рядом, мамочка с тобой, - произношу утешающе.

- Неть! Ты не мама! Не мама! Отпусти! – Арина кричит еще громче и колотит меня маленькими кулачками в грудь.

Я стою в шоке и, наверное, от недоумения и непонимания, что делать в такой ситуации, мои руки сами собой разжимаются, и ребенок летит на пол.

- Нет! – кричу истошно в ужасе и просыпаюсь. – Фух, сон, это был сон.

Произношу вслух, тяжело дыша, и лихорадочно хватаю телефон, чтобы проверить, какая сегодня дата, сколько я лежу в этой чертовой больнице.

Пятница, пять утра, мы с Борисом переписывались накануне, вчера, мой ребенок был все еще младенцем, все хорошо.

И абсолютно не думая, что разбужу сейчас всех, набираю Борю.

- Алло, - он отвечает сонный на пятый гудок.

Удача! Я-то думала, что он звук на ночь отключает, вибрация далеко не каждого разбудит.

- У меня нашли какой-то непонятный узел в щитовидке, им не нравятся показатели гормонов и крови! Правда, еще не все взяли! Но мне страшно! И мне приснился жуткий сон, что я провела два года в больнице, и Арина совершенно меня не помнит! А ты водишь к себе Свету! – выдаю все это и начинаю истошно рыдать.

Как же хорошо, что у меня отдельная палата, свидетелей моей некрасивой нелогичной истерики практически нет, один только Борис.

- Что? – его голос вмиг становится проснувшимся. – Жанночка, милая, не плачь, все будет хорошо, врачи часто перестраховываются! Никто тебя не забыл, как такое вообще может быть?! У меня просто завал на работе, а маме трудно с Аришей, она устает, хоть и не признается, но она позабыла уже, каково это с младенцем, потому я тебя и не закидывал отчетами о нашей жизни, банально не успевал! Ты не думай, что не хотел! Давай я к тебе с утра приду, хорошо, моя милая? С врачом поговорим вместе. Тебе наверняка показалось что-то не то, сказались нервы и усталость после родов. Я читал, что у женщин часто гормоны шалят в этот период.

Его речь действует на меня странно успокаивающе, хотя я практически ничего не улавливаю из нее, слушаю фоном.

- Хорошо, спасибо, я засыпаю, Борь, пока, - прерываю я его, отпускаю из рук телефонную трубку и мгновенно вырубаюсь.

Наверное, у меня и впрямь проблемы с нервами – такой перепад эмоций, а я уже дрыхну без задних ног.

38

С утра я проснулась практически спокойной. А потом и вовсе настроение поднялось. Конечно, хвала всезнающему интернету, успокоил меня, как мог.

- Жанночка, девочка моя, как ты? – внезапно в палату, как ураган, влетел Борис.

- О, а ты какими судьбами? Сегодня же еще рабочий день, - спрашиваю его, отрываясь от созерцания очередной ерунды в телефоне. – И Аришеньку принес, моя ж ты прелесть!

Тут же подрываюсь на ноги и подскакиваю к двум самым дорогим человечкам.

- Ты меня так напугала своим звонком ранним утром, как мне примчаться после этого! – сразу взвился Боря. – Я, между прочим, потом так и не смог уснуть!

- Прости, - строю жалостливое лицо, - правда, прости. Просто мне очень страшно стало, обидно, сон еще дурацкий приснился. Но сейчас очень приятно, что ты пришел, это много значит для меня.

Обнимаю их обоих и целую.

- Так все хорошо? Тебе показалось? Или я до сих пор не понимаю ничего.

- Нет, не показалось, но интернет меня немного успокоил, но врача еще не было, не дошла она до моей палаты пока что. Присаживайся и давай мне Арину, спина хоть немного отдохнет, - подвожу Бориса к креслу.

- Странно, что интернет тебя успокоил, меня он, наоборот, эмоционально накрутил, - задумчиво произносит Боря, но все-таки присаживается и отдает мне нашу дочь.

- Видимо, мы разные ресурсы читали, - отвечаю беззаботно. – Да, моя хорошая, не забыла мамочку?

Воркую с ребеночком.

- Да с чего ей тебя забыть! И сны твои, кстати, оскорбительны, Жанна! Буду я со Светланой шашни водить, когда только-только сделал предложение любимой женщине перед всем офисом! – оскорбленно насупившись, произносит Борис.

- Ну прости! – винюсь я еще раз. – Что только в воспаленном мозгу не возникнет! Я знаю, что ты у нас с Ариной самый лучший, и предложение твое было просто идеальным! Я даже рада, что вечером не срослось, при всем честном народе гораздо романтичнее!

- Ага, чтобы все сразу увидели, что я сильно занят, - ворчит Боря.

- И это тоже, - весело ухмыляясь, говорю я, - куда ж без того, чтобы территорию не пометить! Не только мужчинам так поступать.

- Да, еще кошкам и собакам, но да ладно, не обращай внимание. Я немного взвинчен из-за переживаний о тебе.

- Ничего, прорвемся. Как там Нинель Ивановна? Хорошо помогает, да? – перевожу я тему.

Не хочу гадать. Врач придет, тогда и будем дальше обмусоливать мое самочувствие.

- Ох, - тяжело вздыхает Борис, - она старается, но ей трудно, а в связи с этим трудно и мне. Я ее отправил сегодня решать собственные дела, раз все равно с утра не на работе.

Внутренне ликую, что моя будущая свекровь не справляется. Да, вот такая я нехорошая гадина. Хотя, конечно, Боре было бы проще, но зато он меня еще больше ценить будет.

- Да мой же ты, бедненький, устал совсем, - сочувствующе глажу его по руке, - но ничего, я, надеюсь, скоро отсюда вырвусь.

- Все хорошо, твое здоровье – это главное. Не переживай! Мама все равно неплохо помогает, просто ее постоянные звонки и вопросы сильно отвлекают, потому сегодня и отпустил. В магазин пускай сходит, да доставку из кафе на ужин заберет.

- Твоя мама не готовит? – спрашиваю удивленно.

- Очень редко.

- Чем же я тебя зацепила? Мы ведь с ней абсолютно разные.

- При чем тут ты и моя мать?! – начинает раздражаться Боря.

- Не кипятись, просто говорят, что дети неосознанно выбирают себе спутников, похожих на своих родителей. А ты и выбора не имел, повесились мы на тебя сразу вдвоем с дочерью.

- Прекрати так говорить! Н-да, - Борис закатывает глаза к потолку, - тяжело, выбора меня лишили, совсем уже? Не в том веке живем, чтобы выбора лишаться. А, если тебе интересны ваши общие с мамой черты, вы обе очень красивые и дотошные. Все, удовлетворена?

- Удовлетворена! – резче, чем изначально собиралась, отвечаю я.

От глупой ссоры из-за ерунды нас буквально спасает врач, которая как раз входит в палату.

- Доброе утро. О, у вас такие хорошие гости, - здоровается женщина. – Это очень удачно, вы зашли, я сообщу новости сразу всей семье.

- Новости? Какие новости? – тут же пугаюсь я.

Все утренние успокоительные доводы разума выветрились из моей головы за одну секунду, и на место вернулся липкий страх и нервозность.

- Все будет хорошо, Жанна, я с тобой, - хватает меня за руки Борис и произносит уверенно, бросая суровый взгляд на моего лечащего врача, словно она в чем-то виновата.

- Конечно, хорошо! – подтверждает она с улыбкой. – Трудно, наверное, да, рановато вы все же решили, но видимо, это судьба! Искренне поздравляю! Вы беременны!

39

В палате устанавливается прямо-таки идеальная тишина, даже Арина не гугукает, молчит, насупившись, и сидит смирно на моих руках, что в принципе редко бывает.

- Это сейчас шутка была, да? – я все-таки подаю первой голос. Кому-то ж надо отреагировать. – Вы мне вчера намекали на проблемы с щитовидкой, позвольте напомнить.

Нет, совершенно точно врач, наверное, сошла с ума. Досталась мне самая неопытная и глупая в отделении, вот и мечется то в одну, то в другую сторону. Нужно обратиться за консультацией к другому.

- Было дело, - не отрицает она. – Но ваш анализ крови на ХГЧ подтверждает, что я ошиблась. Я даже к нашему главному эндокринологу зашла с утра, так вот, она подтвердила, что вполне могла щитовидная железа расшалиться из-за беременности. Она вас ждет на прием, кстати, сегодня после обеда, но, думаю, ничего удалять не будем, все само пройдет ко сроку.

- К какому сроку? – спрашиваю с глупым выражением лица.

- Как ребеночек ваш второй появится на свет, - терпеливо отвечает врач с доброжелательной улыбкой.

Наверное, думает, что у меня совсем мозги не варят, все погрязли в гормонах.

- Так, можно взглянуть на результаты обследований и анализов Жанны? – Борис решает взять все в свои сильные руки.

Награждаю его благодарным взглядом.

- Да, пожалуйста, дайте, а то совсем ничего не понятно, - поддакиваю я.

- Как будто вам бумажки лучше объяснят, чем я, - недовольно кривится женщина. – Но держите, мне не жалко.

Всматриваемся вдвоем в писанину докторов и лаборантов. К счастью, сейчас все пользуются компьютерами, а не вручную заполняют, так что шанс понять написанное у нас большой.

И не такие у меня критичные отклонения по гормонам щитовидки, как она вчера расписала, почти в норме анализы. А вот ХГЧ большой.

- Это что же? Это как же? – все еще не до конца верю я. – Этого ведь быть не может! Вы перепутали чьи-то анализы с моими! У меня даже цикл не установился заново еще!

- Это распространенное заблуждение, что с неустановившимся циклом после родов нельзя повторно забеременеть, - спокойно поясняет врач, игнорируя мои намеки в их некомпетентности.

- Нет, это все неправда, я не хочу, я не готова. Я еще замуж даже не вышла! – восклицаю немного истерично.

- Милая, но теперь я рядом, - гладит меня по руке Борис. – Квартира просторная, места хватит на первое время, а потом, детки подрастут когда, переедем. А расписаться можем хоть завтра!

Ошарашенная, поворачиваюсь к нему.

- Ты совершенно не знаешь, о чем говоришь! Не тебе вынашивать, рожать и воспитывать! – визжу Боре в лицо. – Думаешь, побыл папой немного, и все, ты уже герой?! Я работать, может, собиралась! Как я буду с двумя работать?

- Жанночка, прелесть моя, мы справимся! Котик, ты не одна будешь! Няню наймем, если что, - продолжает увещевать меня Борис.

- Завтра распишемся?! А ничего, что женщины о свадьбе мечтают?! О платье! О гостях! О фотографиях красивых! О торте двух, нет, трехэтажном! О голубях и шариках!

- Ладно, я вас, пожалуй, оставлю, после обеда зайду, - спешит ретироваться врач.

- Да, спасибо, до свидания, - вежливо прощается с ней Боря, а потом снова поворачивается ко мне. – Солнышко, ну что ты в самом деле? Устроим свадьбу, будет все, как ты захочешь.

А я не знаю, что я в самом деле, вот правда. Уже совсем ничего не знаю.

И в мою гениальную голову не приходит ничего лучше, чем разрыдаться, уткнувшись в родное мужское плечо.

Но даже после этого я готова уверять всех и каждого в отдельности, что гормоны мною не управляют.

Врач давно ушла к другим пациентам, Боря тоже убежал на работу и Арину забрал, а я все сижу смотрю в одну точку на стене.

- Нет, все-таки мне не верится, - говорю сама себе и подскакиваю к небольшому зеркалу в душевой. Обзор не ахти какой, всего лишь по грудь, но можно приподняться на носочки и узреть все необходимое. – Да и живота нет совсем!

Произношу, а сама прижимаю руки к пупку. Внутренне уже хочется почувствовать внутренние шевеления.

Да, женский мозг крайне странно устроен. То ничего я не буду и не верю вам, а то и сам не прочь, чтобы сказанное оказалось правдой. В конце концов, почему бы и нет?

Будет у меня еще одно маленькое личное чудо. Но тогда точно придется прибегать к посторонней помощи, чтобы с ума не сойти.

Хоть бы снова девочка! Пускай Боря в гареме живет, ему понравится. А у меня будет две принцессы.

Все-таки хорошо оказаться снова беременной!

Ложусь на кровать и полностью расслабляюсь. Кажется, я приняла новость и уже успела полюбить ее.

Следующие дни в больнице просто наслаждаюсь жизнью. Плохое самочувствие не беспокоит, врачи больше не пугают, и я перестала каждую минуту думать маниакально об Арише. Справятся и без меня. Маме нужно экономить силы и учиться делегировать обязанности.

Выписка из больницы проходит чуть ли не также торжественно, как и из роддома. Из гостей, правда, только свекровь, но зато они встречают меня с Борей и Аришенькой, а ведь могли попросить самостоятельно на такси доехать до квартиры.

- Здравствуй, моя хорошая, - подходит Борис, обнимает и забирает спортивную сумку. – Как ты?

- Все отлично, - уверенно отвечаю ему.

- Вот и славно, - с заметным облегчением выдыхает он.

Переписываясь с Борей по телефону я удивилась, осознав, что он чувствует вину из-за моей новой беременности. И теперь постоянно стараюсь убедить его, что это не так.

Нет, то есть, он, конечно, ее автор, но не один, я тоже причастна. Ответственность на обоих, я к тому.

И вообще, что не делается, все к лучшему.

А вот Нинель Ивановна пока ничего не знает, мы договорились повременить с объявлением всем и каждому. Настаивала на этом, конечно, я, Борис сейчас на стадии желания поделиться радостью со всем окружающим миром.

- Не стоит, давай сначала в себе разберемся, к чему нам повышенное внимание родственников? Не хочу ловить недоуменные взгляды, - попросила я его.

И Боря согласился.

- Жанночка, как я рада тебя видеть! Ты ни капельки не поправилась! Беременность явно тебе к лицу!

И тут я зависаю…

40

- Эм, мама не что-то имела ввиду, правда, мама? – в разговор экстренно вступает Борис.

- Да нет, то самое, - усмехается Нинель Ивановна, - или ты думаешь, что разговариваешь очень тихо, когда запираешься в комнате?

О! Кошмар. Интересно, когда эта милая женщина уедет обратно к себе домой. Жаль, прямо не спросишь, обидятся все.

- Я от природы стройная, ничего не прилипает, плюс стараюсь спортом заниматься, следить за собой, - отвечаю бодро, тонко намекая на некоторую пышнотелость Нинель Ивановны.

Если она хотела запустить в меня шпильку, то вот ей ответ, а если это было сказано, как комплимент, то и в моей фразе она ничего плохого не узрит. Пока не понятно, что за человек мать Бориса.

- Замечательно, главное, не доводи себя, а то Боре справляться с двумя детьми будет очень сложно, пока ты в больничке лежишь, - кивает та с непроницаемым лицом.

Кажется, я ей все-таки не нравлюсь.

- Не буду, Нинель Ивановна, у меня теперь есть чудесный пример для подражания, я очень рада, что познакомилась с вами, вы так много внимания себе уделяете, - произношу с милой улыбочкой. – Пойдемте, наконец, в машину?

- Э, да, - слегка заторможено кивает Борис.

Бедный, явно растерялся и не знает, как воспринимать наш светский разговор.

- Кстати, а Ариночку крестили уже? – Нинель Ивановна в следующий раз подает голос только в автомобиле.

- Нет, маленькая она еще, не успели, - отвечаю без всякой задней мысли.

А потом практически сразу напрягаюсь, к чему был вопрос?

- Ничего, лучше, когда совсем малышка. В родном городе Бориса, кстати, прекрасная церковь, я приеду домой, узнаю, что нужно, чтобы провести обряд у них.

Вроде бы ничего плохого, кроме одного жирного «но». Я не собираюсь ехать куда-то ради того, чтобы покрестить ребенка, храмов достаточно везде.

- Мама, спасибо, конечно, но я не думаю, что мы сможем приехать, все-таки удобнее нам здесь все организовать, да и подождать еще вполне можно, - снова вступает Боря.

- Там аура другая, сынок! В этих всех новых церквях такого нет, она одна такая осталась, - заявляет пафосно Нинель Ивановна.

- Давайте мы подумаем, а потом обязательно вам сообщим о нашем решении, - просыпается во мне дипломат.

Конечно, решение будет отрицательным, но женщине прямо сейчас об этом знать необязательно. Скажем, когда она будет далеко, чтобы весь удар принял на себя ее муж, Борин отец.

- Подумайте. А еще было бы неплохо подумать о свадьбе. Ее-то вы у нас делать планируете, я надеюсь? – немного высокомерно осведомляется Нинель.

- Эм, с чего бы? – от удивления я сразу говорю первую созревшую в голове мысль, не фильтруя.

- С того, что там родственники Бориса, школьные друзья, как без них?! –перечисляет мать Бори.

- Так и у меня также все в другом городе, нам теперь две свадьбы организовывать, что ли? – не понимаю аргумента.

- Мама! Ну какие школьные друзья! Нужны они, аж дальше некуда. Мне сколько лет? Давно вырос из них, - вмешивается Борис. – Да и родственников у нас не так много, бабушка только и все.

- Вот именно! Она уже пожилая, ей трудно будет ехать куда-либо! – Нинель Ивановна поднимает указательный палец вверх.

А я впервые задумываюсь о том, что мысль, просто самим тихо расписаться в ЗАГСе, была не такая уж и плохая. По крайней мере, никого не обидим.

Вернее, не так. Обидим всех одинаково.

- Приехали! – громко оповещает Боря. – Я возьму Арину.

Хватает дочь и быстро выходит, оставляя нас с Нинель Ивановной наедине. Н-да.

- Держи ключ от машины, мы пойдем погуляем, - возвращается он всего на секунду.

На автомате беру брелок и понимаю, что мне, наверное, напрашиваться с ними гулять будет как-то некрасиво перед Нинель Ивановной.

Молча выходим с женщиной из автомобиля и также в тишине идем к подъезду. Мне уже хочется что-то сказать, как-то разрядить атмосферу, но в голове пустота. А потому в лифте мы тоже молчим.

Может, не так и плохо, поговорили немного и хватит.

- Эм, чаю? – вежливо предлагаю, когда мы заходим вдвоем в квартиру.

Она здесь жила несколько дней, и сама знает, что и где, но я вроде как типа принимающая сторона, а она гость.

- Не откажусь, - коротко соглашается Нинель Ивановна.

Да не такая она и вредная, вроде бы. Мне, должно быть, показалось.

- Держите, - ставлю на стол перед ней кружку, выставляю печенье и сама сажусь напротив.

Особо есть не хочется, но как-то невежливо будет не составить компанию, тем более, у меня и дел-то особых нет.

- Спасибо, - кивает Нинель, чуть пригубив, - я правда, сладкий пью.

- Держите сахар, - ставлю с милой улыбкой сахарницу.

Нет, такой мелочью мне настроение не испортить.

- Замечательно. Ты очень обходительная, Жанночка, так же и Бориса моего захомутала, да?

41

- Кхе, кхе, - после такого вопроса чай сам льется из меня обратно, - а вы очень милая, Нинель Ивановна.

Отставляю кружку, промакиваю губы салфеткой и только после этого поднимаю глаза на мать Бори.

- Кстати, я еще никого не захомутала, официально мы не женаты с Борисом, - произношу очевидное.

-Да, но зато ребеночка уже подкинула моему сыну, - не теряется Нинель.

- Полагаю, вы знаете, как делаются дети, и должны помнить, что в классическом способе их создания требуются двое для этого процесса, - отвечаю с улыбкой.

Почему-то нервы больше не беспокоят, все прошло, на душе легкость и веселость.

- Да, но женщина может контролировать свою репродуктивность, - Нинель Ивановна на юмор не настроена, говорит с крайне серьезным выражением лица, невозмутимо попивая чаек.

- Мужчина тоже, вы не знали? – парирую я.

Нет, чего она добивается? Того, что я покаюсь в том, что привязала к себе Бориса насильно, что ли?

- И все же, он ведь не знал о твоей беременности, иначе сказал бы матери, я уверена.

О, а тут она меня озадачила. Понятия не имею, что именно Боря рассказывал своей матери о наших отношениях.

- Борис присутствовал на моих родах, - мягко замечаю.

- Хм, ясно, - женщина недовольно поджимает губы.

Почему-то мне становится жалко, просто по-человечески жалко. И нет, не Нинель Ивановну, а Борю. Ведь на него обидятся прямо сейчас.

- На самом деле, Борис узнал о том, что у него есть дочь, уже после появления на свет Арины, - произношу, а следом ругаю себя.

Это ж грязи в мою сторону теперь не оберешься.

- Вот! А я знала, что мой мальчик не будет скрывать от мамы столь важную новость! – восклицает Нинель.

Ага, только он что-то не поспешил поделиться ею, когда сам узнал, не один месяц успел пройти.

- Возможно, - вежливо киваю, - ладно, вы допивайте чай, а я пойду сумку разберу.

Поднимаюсь из-за стола, но меня останавливают.

- Подожди, пожалуйста, мы не закончили, - произносит Нинель Ивановна и так это царственно машет мне рукой, показывая, мол, садись, я еще тебя не уничтожила.

- Вы хотели о чем-то другом поговорить? – сажусь обратно и смотрю на мать Бориса с самым благодушным выражением лица.

- Да, о тебе. Ты кто вообще такая? Откуда взялась?

- Грубо, не находите? – отрезаю я. – Но вы меня немного удивили. Признаться, я ожидала вопроса типа, от кого на самом деле Арина.

- Нет, в том, что она дочь Бореньки, я не сомневаюсь, у них одинаковые родимые пятна на правом бедре, я рассмотрела.

Надо же, даже я не вглядывалась настолько, чтобы сопоставить их родимые пятна, вот что значит, мать мужчины!

Кстати, жаль, Борис не знал о таком способе проверки отцовства, не пришлось бы анализ ДНК проводить. Но да ладно, главное, все всё узнали, сами себя убедили и должны вроде как успокоиться.

- Замечательно, тогда в чем вопрос ко мне? Я вас и вашего сына не обманывала, у нас общение состоялось по обоюдному согласию. Биологический материал я насильно не выпрашивала, чтобы вы там не подумали следующим, - произношу с милой улыбкой на лице.

Пускай она злится, а я приветливостью добью.

- Мне такие гадости в голову не приходят! – последовал надменный ответ.

Ага, как же, знаем мы, фантазия у людей не имеет границ.

- Так и что вы хотите сейчас от меня? О чем поговорить? – спрашиваю устало. – Кто я такая, и откуда взялась, извините, нет желания рассказывать, не на службу пришла устраиваться. Могу только сказать, что на прошлой работе вашего сына, мы трудились вместе и весьма продуктивно. Не в личном контексте!

- А планы у вас какие, милочка?

- Какие у меня могут быть планы, имея на руках маленького ребенка и вынашивая в животе еще одного?

Странная женщина, честное слово. Такое ощущение, что, то ли ссору ради ссоры хочет организовать, то ли построить меня пытается.

- Не знаю, но у меня шок, что мой собственный сын не рассказал родителям о внучке!

- И вы думаете, что это из-за моего влияния? – Нинель Ивановна коротко кивает. – Нет, я не причем. Борис взрослый мальчик, сам решает такие вопросы.

- Ха! – следует лаконичный ответ, после чего Нинель резко встает из-за стола и выходит из кухни.

Молча провожаю ее взглядом.

А дальше что?

42

А дальше пришел домой Боря с Ариной, и я переключилась на них, тем не менее, постоянно мыслями возвращаясь к разговору с Нинель Ивановной. Так мне и не ясно, что между нами, к чему готовиться, чего опасаться.

Не думала я, что столкнусь с подобной проблемой. Вот честно. Я всегда была за мир во всем мире и отдельно взятой семье, в частности.

Но, видимо, жизнь мне подослала классические взаимоотношения с матерью жениха.

Ладно, еще не вечер, как говорится, может, удастся нам наладить общение. Ведь я ее отчасти понимаю, приезжаешь в гости к сыночку, а тут девица с кольцом на пальце, готовый ребенок и еще один на подходе. Да у любой случился бы шок!

Но не любая учудила бы то, до чего додумалась чуть позже Нинель Ивановна. Но все по порядку.

- Нагулялись, мои хорошие? – встречаю Бориса и Арину. – Мама по вам уже соскучилась. Ой, дома ведь еды нет, сейчас макароны с сыром сделаю хотя бы.

- Ты чудо, - целует меня ласково в нос Боря, - я так скучал по домашней еде, ты не представляешь! Эти кафе и рестораны не умеют так, как ты.

- Ой, ты мне льстишь, - шутливо ударяю его ладошкой в грудь, - я не сравнюсь с профессиональными шеф-поварами.

- Нет, милая, это они не сравнятся с тобой! – он перехватывает у меня Арину и идет в комнату. – Я займусь пока ребенком, а ты спокойно готовь.

- Боренька, мальчик мой, давай я тебе помогу, - выплывает из спальни Бориса Нинель Ивановна.

- Да я справлюсь, мам, спасибо, не надо, - отнекивается он. – Иди отдохни лучше, ты же говорила, что устаешь, не привычно тебе с младенцем, отвыкла.

- Ничего-ничего, я уже хорошо себя чувствую! – она спешит уверить Бориса.

А мне становится очень грустно от этой картины.

Это что же получается, наша дочь вырастет, уедет в другой город и тоже не будет подпускать меня к своим детям, потому что привыкнет все сама делать?

- Борь, ну пусть Нинель Ивановна поможет, она же и так к себе скоро уедет, не сможет часто внучку видеть, - произношу я.

- Эм, ладно, ты права, - тушуется Борис.

А его мать, бросает на меня почему-то неприязненный взгляд. Я что-то не так сказала? Вроде, наоборот, помогла.

Вожусь на кухне, пока Борис с Нинель Ивановной общаются с Ариной, и ловлю себя на мысли, что здорово, когда много людей дома. Даже если и не со всеми полное взаимопонимание. Зато я не один на один с ребенком, общение постоянное.

- Идите ужинать, - любовно зову домашних.

«Домашние», как много в этом слове.

Все-таки, есть во мне тяга к семье и наседству, ничего не могу с этим поделать.

Ужин проходит в молчании, каждый витает в своих мыслях. А я снова сижу и умиляюсь всему. Новая беременность на меня так действует, что ли?

- Спасибо, дорогая, это было чудесно, - хвалит Борис.

- Да ничего особенного, милый, рада стараться, - нежно сжимаю его ладонь.

- Благодарю, - скупо произносит Нинель Ивановна.

- Рада, что вам понравилось, - одаряю ее теплой улыбкой. – Хотите вместе со мной искупать Арину?

В моей голове возникла мысль, что Нинель стоит больше приобщать к возне с внучкой, тогда она перестанет обижаться. В силу возраста и характера она сама не пойдет на контакт, нужно помочь человеку.

- Эм, ладно, давай, - немного удивленно соглашается она, - посуду только помою.

- Не надо, я в машину загружу, незачем руками мыть, время тратить.

Она снова поджимает губы, но не спорит.

Чувствую, ближайшие дни будут долгими, но определенно нескучными.

Дальнейшее наше общение проходит без эксцессов, и я даже совершенно спокойно доверяю ей Арину. Правильно, не можем найти какие-то общие точки соприкосновения, нужно получать их в общении с ребенком.

На следующий день Борис отправляется на работу, а моя жизнь практически входит в обычный режим.

- Нинель Ивановна, доброе утро, вы сегодня никуда не собираетесь? – приветствую женщину улыбкой.

Настроение хорошее, жизнь прекрасна.

- Пойду, у меня еще несколько процедур, и билет нужно на обратную дорогу купить.

- Хорошо, удачи вам, - желаю искренне и больше не отвлекаю.

Ближе к вечеру выходим гулять с Ариной, и мне звонит врач из больницы, говорит, чтобы я забрала выписку, о которой я уже и забыла.

- Да она мне не сильно нужна, - пытаюсь отвязаться, - мне же не на работу больничный относить.

- Все равно, девушка, так положено. Сотрудники тратили время, составляли документ, и если еще будут проблемы со здоровьем, будет полезным иметь все обследования на своих руках.

Н-да, а что же эти сотрудники не могли вовремя справиться со своими обязанностями и отдать бумажку вовремя до моей выписки?!

Но вслух я произношу другое.

- Хорошо, я постараюсь завтра заехать, - мысленно прикидывая, что с коляской будет неудобно.

- Нет-нет! Сегодня! Я завтра не буду работать, в отпуск выхожу, жду вас до семи вечера! – произносит женщина на другом конце провода и бросает трубку.

Секунд тридцать молча смотрю на экран мобильника, это что вообще сейчас было?

- О, Жанночка, гуляете, - подходит мать Бориса, - здравствуй.

- Нинель Ивановна, вы-то мне и нужны! – произношу вместо приветствия.

И в итоге оставляю Арину под присмотром бабушки, а сама мчу в больницу. Одна я быстро управлюсь, может быть, даже часа не пройдет.

Возвращаюсь счастливая обратно и вижу во дворе нашу коляску, но Нинель Ивановны рядом нет.

Сердце сразу усиливает свой ритм. Подбегаю к коляске, а там пусто…

43

Ноги сами собой подкашиваются, и я буквально падаю на стоящую рядом лавочку.

Перед глазами прыгают черные мушки, руки трясутся, а в сознании почему-то только одна мысль: «Ну, выписку я забрала с результатами анализов, в этот раз им будет легче меня лечить».

Слегка трясу головой из стороны в сторону.

Что за бред приходит в мой мозг? Нужно собраться. Глубоко вдохнуть и подумать, что дальше.

Может, это вообще не наша коляска? Она, конечно, хорошая, довольно дорогая, но не эксклюзивная, многие могут приобрести себе такую же.

Присматриваюсь внимательно к вещи, все еще сидя на лавочке из-за слабости.

Нет, наша, внизу забытая мной кофта лежит, которую я дома обыскалась. Да и бутылочки с сосками точь-в-точь наш набор. Таких совпадений не может быть.

Фух, ладно. Включаю голову. Куда могла деться Нинель Ивановна с Ариной? Самым логичным было бы, что она отправилась домой.

Почему без коляски? Не знаю. Возможно, решила, что не сможет закатить ее в подъезд, хотя в этом жилом комплексе все очень удобно устроено для колесного транспорта.

Но мало ли, всякое бывает.

Уже было поднимаюсь на ноги, чтобы последовать к подъезду, как зависаю над коляской. Брать ее с собой или нет?

Да, если они ее тут забыли, нужно взять, но если Нинель Ивановна не дома, а еще где-то, вернется с Ариной на руках, а коляски нет. И тогда уже она будет переживать.

По-хорошему, стоит ей позвонить, но номера у меня нет.

Решительно набираю Бориса.

- Ну, давай же, возьми трубку, - бормочу сама себе под нос. Но в ответ срабатывает лишь голосовая почта. – Блин!

В сердцах ударяю телефон о лавочку.

- Спокойно, так нельзя, - говорю сама себе и снова встаю на ноги.

Еще немного, и кто-нибудь вызовет ко мне санитаров, а я не хочу.

Все-таки беру коляску и шагаю с ней к подъезду. Я быстрая, успею вернуться, если их не окажется в квартире. Хотя, вся моя надежда на то, что они ушли домой.

Пожалуйста! Пускай они будут в квартире, я даже ругаться за оставленную коляску не буду, честно!

Молюсь про себя, поднимаясь в лифте.

- Нинель Ивановна, вы дома? – захожу в квартиру.

В ответ тишина.

Быстро разуваюсь и бегу по комнатам, выискивая женщину с моим ребенком. Несколько раз заглядываю в кроватку и электронную качельку Арины, но, естественно, она там не материализовывается из воздуха.

Везде пусто.

- Черт! Да куда ж ты пошла, старая карга?! – не сдерживаюсь и перехожу на оскорбления.

Снова выбегаю на улицу.

Разве так можно? Мать до инфаркта доведет, кто так делает? Это ее способ свести меня с ума?

Попутно до посинения набираю Борису, там по-прежнему почта, но мне нужно хоть чем-то занять собственные пальцы, иначе я буду рвать на себе волосы, а редкие прохожие не поймут.

Вот, кстати, даже соседей нет, никто не гуляет, хоть бы спросила у кого-то, не видели ли они ухоженную эгоистку с маленьким ребенком на руках. Но не у кого, наш двор словно вымер.

- Жанна, ты что тут делаешь? А где мама с Аришкой? – появляется Борис.

- Боря! – кидаюсь ему на шею. Сердце чуть отпускает, я не одна, и Борис знает номер Нинель Ивановны. – Я не знаю, где они! Позвони скорее своей маме! Я пришла с больницы, а коляска стоит пустая во дворе! Я чуть снова в обморок не грохнулась! Звони скорее!

Произношу эмоционально, даже не замечая текущих по щекам слез.

- Хорошо, хорошо, звоню уже, не плачь, - прижимает он меня одной рукой к себе, а другой набирает телефон.

Но там почему-то только длинные гудки…

Борис сам меняется в лице, упорно держа телефон около уха. Видно, что он не верит, не хочет верить в происходящее.

- Слушай, но так просто не может быть! – восклицает он эмоционально. – Они не могли взять и исчезнуть, это невозможно.

Добавляет тише и часто моргает.

- И тем не менее их дома нет, на улице тоже, а телефон твоя мать не берет, - слово «мать» я произношу резче, чем следует, но сейчас не до вежливости. – Нужно звонить в полицию.

Говорю бесцветным голосом. Истерика отступила, пришла ясность в голове.

- Нет! Зачем? – удивляется Боря. – Мама могла просто, я не знаю, - он разводит руками, - к подруге какой-нибудь отправиться! Да и в полиции не примут заявление, еще слишком рано, они не ищут совершеннолетних так сразу.

- Зато ищут малолетних! – кричу на него. – Прости, я на эмоциях вся, не знаю, что и думать.

- Предлагаю отправиться домой, я уверен, мама объявится, - Борис прижимает меня к себе.

Да ни черта она не объявится! Почти говорю, но в последний момент останавливаюсь. А вдруг он прав? Ну куда могла подеваться Нинель Ивановна?

Мы поднимаемся в квартиру, Боря не перестает набирать мать, а я смотреть в окна подъезда. Тревога не отпускает.

- Я все-таки обзвоню больницы, - произношу робко, - на всякий случай.

- Да, давай, пожалуйста, - рассеянно отвечает Борис.

Мое сердце не перестает шептать, что мы не там ищем, но я обязана проверить все версии.

- Вспомнил! – спустя полчаса кричит Боря. Я испуганно подскакиваю на стуле, больницы обзвонены, женщины с ребенком к ним не поступало. – У нас же видеонаблюдение установлено во дворе и подъезде!

- Точно! Дом ведь новый, со всевозможными услугами, - радостно подхватываю. Надежда робко селится в душе. – Иди скорей к диспетчеру, а я тут посижу, вдруг они вернутся. Только обязательно сними на телефон все, что увидишь на видеокамере! Вдруг я замечу какую-то деталь, которую ты просмотришь.

- Ага, я пошел, - кивает Борис, - хотя бы раз оправдаются дорогие коммунальные платежи.

Он вмиг становится собраннее и увереннее. Да, бездействие убивает, легче, когда можно направить энергию.

Закрываю за ним дверь, а сама молюсь, чтобы просмотр записей принес пользу.

Хоть бы там была разгадка. Где ты, Нинель, с моей Ариной?

Зависаю на пейзаже за окном. В голове наступает ступор, защитная реакция организма на стресс. О ребенке в животе я не думаю, но он, к счастью, не беспокоит, притих. В обморок падать не буду. Не сегодня.

Тяжело вздыхаю, когда вспоминаю инструкцию по действиям при пропаже человека. Надо бы теперь звонить в морг.

Нет! В полицию лучше, не хочу я в последнюю инстанцию, материнское сердце твердит, что все не настолько плохо.

А если я позвоню в органы, и они решат, что бабушка украла внучку? Не хочется проблем человеку. Я все-таки надеюсь на обычную безалаберность.

Подхожу к коляске, словно она может дать подсказку. Хотела же видео-няню сюда, хотя, как бы она мне помогла? Бред, все равно обычно только я гуляю с Ариной. А другая догулялась…

Внезапно мое внимание привлекает едва слышное жужжание. Кофта вибрирует? Поднимаю ее, а там лежит черный телефон, на автомате нажимаю кнопку вызова.

- Алло? – произношу полувопросительно.

- Мама! Мама! Вы где? Арина с тобой? Почему трубку не берешь?! Мама! – доносится до меня взволнованный голос Бориса.

- Это не мама, а я, Жанна, - говорю тихо. – Телефон был в коляске все это время, он на беззвучном режиме, потому мы его и не услышали раньше.

На секунду в трубке наступает тишина.

- Так, мы почти долистали до момента, когда мама осталась одна с Ариной, скоро узнаем, в чем дело, - произносит он деловито, маскируя расстройство. – Все будет хорошо, слышишь?! Все будет хорошо.

Себя, наверное, убеждает.

- Ага, ладно, - киваю, забывая, что Борис меня не видит.

- Вот! – он возбужденно кричит в трубку. – Мы их видим! Они стоят некоторое время одни, потом мама кладет сотовый вниз, а сама берет Арину на руки и куда-то уходит. Есть камера в той зоне? – спрашивает он у диспетчера. – Отлично, давайте искать дальше. Я перезвоню.

А я обнимаю себя руками и начинаю ходить из стороны в сторону, словно раненный зверь. Беспокойство вновь овладевает моим разумом.

Внезапно, внимание привлекает лист из блокнота, лежащий в мусорке. Это не мой подчерк, и не Борин.

По наитию подхожу и беру его.

«Поменять билет на завтра. Сделано!» - гласит последняя запись…

44

Плюхаюсь на пол прямо возле ведра с мусором. Это что? То, что я думаю?

В голове невольно проносятся детали сегодняшнего утра. Вот мы с Ариной занимаемся своими делами, а Нинель Ивановна выходит из дома с пухлой сумкой. Борис говорил, что она предпочитает путешествовать налегке, да и погода балует, не нужны теплые вещи.

Это что же, она сразу собралась уезжать? И ничего никому не сказала? Обиделась на нас?

И я начинаю истерично смеяться, в голос, с подниманием ног и рук. Так дети иногда делают, когда не могут справиться со своими эмоциями или пытаются манипулировать родителями. Только они обычно плач изображают на полу, а я смех.

Нет, не верится мне. Она серьезно это сделала? Планировала заранее?

Вряд ли. Ведь мы изначально не договаривались, что я оставлю Арину на нее, такое не спланировать.

На одну секунду подозреваю работницу больницы в сговоре с Нинель Ивановной, но быстро отметаю эту версию. Слишком по-шпионски. В жизни все проще обычно. Наверное.

Вот она дура! Хоть бы смесь с собой взяла! Чем она будет кормить Арину перед сном.

Ой, а она взяла. Я, видимо, в расстроенных и испуганных чувствах не заметила сразу, что подготовленной бутылки нет, как и картонной упаковки сухой смеси, которую я ношу на всякий случай с собой. И термос прихватила Нинель Ивановна. А детские пюре не взяла.

- Эту химию на прикорм используете?! – зазвучал у меня в голове возмущенный голос Нинели, когда она увидела баночки с перетертым содержимым.

Ну да, логично. Химию она бы не брала.

- Алло, Жанна? Мы нашли продолжение! – звонит Борис. – Мама села в машину, мы пробили, это таксист. Сейчас узнаем, куда он их отвез!

- На вокзал, - произношу безжизненным голосом.

- Что? С чего ты взяла? – переспрашивает он.

- А у меня тут улики, - говорю спокойно, - неопровержимые.

- О, но что ей делать на вокзале, она ведь не сегодня собиралась уезжать, - совсем теряется Боря.

- Уже сегодня. Она обиделась.

- На кого?

- На тебя, меня, нас, Арину? Какая разница, - поясняю.

- И все же мы пока узнаем, куда ездил водитель такси. Твою ж! Ты права. Теперь нужно понять, уехал ли поезд, и мчаться туда, проверять твою теорию до конца, - Борис снова будит в себе энергичность. – Еще остановить ее смогу, возможно!

- Нет, не сможешь, поезд тронулся ровно пять минут назад, - произношу равнодушно, глядя на часы на тумбочке. – Я смотрела расписание, оно каждый день одинаковое.

- И что, она уехала с Ариной, ты думаешь? – Боря не знает, что предполагать дальше.

- А может, ее не пустили с младенцем?! Ведь свидетельство о рождении у меня! – внезапно осеняет радостная мысль. – Ее даже задержать могли. Бабушки без разрешения родителей не имеют права ребенка увозить, а тут вообще нет подтверждающих документов родства.

- Кто задержать мог? – у Бориса наступает, наоборот, ступор.

Мы с ним меняемся местами.

- Полиция, Боренька, полиция! Твоя мать украла нашего ребенка. Поехали на вокзал, разбираться будем, - произношу и встаю решительно с пола.

Ну Карга Ивановна, держитесь!

- Нет, она не могла, ну бред же! Бред! Не? – бормочет Борис с того самого момента, как мы выбежали из дома.

Я понимаю, у человека шок, трудно осознать действительность. Но чем дальше в лес, тем я больше думаю, что моя теория верна.

- Боренька, солнышко, давай будем разбираться со всем постепенно, - ласково глажу его по руке.

- Ой! А если мы не правы, если она вернется с Ариной, а нас нет дома! – озаряет Бориса. – Надо было тебе остаться в квартире.

- Ну уж нет, я достаточно там просидела, не хочу больше, - раздраженно огрызаюсь. Эмоции скачут, как дикие мерины. – Если она каким-то чудом вернется, ничего страшного, ты быстро водишь, недолго ей ждать придется.

- Ага, ты права, ладно, хорошо, - кивает Борис и крепче сжимает руль. – Это все какое-то недоразумение, я уверен!

Я предпочитаю промолчать. Я не знаю, бывают ли подобные недоразумения, но, несмотря на злость на Нинель Ивановну, в глубине души мне хочется верить в чудовищную случайность и порабощающие волю и мозг обстоятельства.

Не люблю я в конфликте долго находиться с кем-либо, даже когда права. Сама частенько иду на примирение.

- Мне посоветовали, куда идти на вокзале. Все хотят помочь, - заторможено рассказывает Борис.

- Эй! Ты не держи в себе! Если хочется покричать или позлиться, или еще что, ты не сдерживайся ни в коем случае! Я уже поплакала и покричала, даже пару тарелок об стену разбила, придется потом убирать, - тяжело вздыхаю.

Да, когда я выходила из квартиры, мне на глаза попалась несчастная посуда, которую кто-то не донес до посудомойки. Ну, и она в итоге пострадала немножко.

- Я не держу, я просто отказываюсь верить, - говорит сиплым голосом Боря. – Ведь это же мама! Не могла она додуматься до плохого. Может, у нее старческое? Болезнь там какая-нибудь, а она все только за лицом своим следит, хотя пора за головой и сосудами. Черт!

Резко кричит он и в сердцах ударяет ладонью о руль.

Я вздрагиваю от неожиданности, но на душе становится легче. Совершенно ни к чему, чтобы что-то случилось с Борей от переживаний.

- Правильно, мой хороший, покричи, покричи, - глажу его по руке.

- Я плохой сын, просто отвратительный. Я ведь и сам особо не интересуюсь тем, что там у них с отцом происходит! Сказали, все нормально, я и рад. И про вас не рассказал, но тут всего лишь не успел сообразить, что надо, все как-то неожиданно наложилось одно на другое, из головы и вылетело. Ты не подумай, я бы обязательно дошел до того, чтобы поставить родителей в известность и показать им внучку, просто мы с тобой не так долго нормально общаемся. Короче, казалось мне, что мало времени прошло, еще успеется, как все устаканится между нами - частит Боря.

- Понимаю тебя, милый, прекрасно понимаю! Не стоит ругать себя, мы с тобой давно вылетели из родительского гнезда и привыкли, что у всех своя жизнь. Это нормально, - уверяю Бориса. – На крестины восполним недостаток семейного общения.

- Думаешь? – спрашивает он с надеждой. – Твоя правда. Сделаем им праздник, и себе тоже. Пускай перезнакомятся и контактами обменяются, если надо. И больше мы не будем бирюками для всех.

- Конечно, все наладится, вот увидишь! – горячо уверяю его и, немного подумав, добавляю утешающее. – Знаешь, даже если Нинель Ивановна и уехала с нашей Аришей, я уверена, найдется объяснение ее поступку. Не будем думать о плохом.

- Спасибо, - произносит с чувством Борис, - твоя поддержка очень много для меня значит. И для мамы, я уверен!

Сдержанно улыбаюсь ему.

Ох Боря, Боря, плевать мне на твою маму, если откровенно, и злость во мне сильна на ее неадекватный поступок, но ты так сильно переживаешь, что мое сердце готово лукавить во благо.

Осталось совсем немного, и будет вокзал. Отлипаю от бокового окна и смотрю вперед на дорогу, а там…

- Берегись! – успеваю крикнуть, увидев выехавший на встречную полосу автомобиль…

45

Борис, к счастью, успевает вырулить.

- Фух, - перевожу дыхание, - ты молодец.

- Я-то да, а он козел! По-другому и не скажешь. Объехать ему захотелось, а что другие участники движения существуют, он не подумал. Урод! - возмущается Боря.

- Да, ты совершенно прав, - соглашаюсь с ним.

Его до самого вокзала клинит на подрезавшем водителе, но я и рада. На адреналине Боря взбодрился, снова пришел в тонус. Нам еще его мать с нашей дочерью искать.

- Все, приехали. Как платная парковка? В прошлый раз была бесплатная. Что за люди! – причитает Борис и выходит из машины. – Пошли, краса моя.

Открывает передо мной дверь и подает руку. Мой милый джентльмен, люблю его.

- А куда нам? – растерянно смотрю на вокзал.

Жизнь меня не готовила к отлову потенциальной свекрови, укравшей внучку.

- Я сам толком не знаю, несмотря на подсказки. Пошли в справочную сначала.

Мы буквально подбегаем к свободному окошку, попутно высматривая по сторонам Нинель Ивановну. Мало ли, вдруг увидим, вдруг она не уехала, передумала, не решилась.

- Девушка, здравствуйте. Как нам узнать, сел человек на поезд или нет? – Борис обращается к сотруднице.

- Позвонить ему по телефону, - следует равнодушный ответ.

- Нет, вы не поняли, этот вариант не подходит.

- Мужчина, это конфиденциальная информация! Я могу раскрывать подобное только перед правоохранительными органами, вы там трудитесь?

- Нет, но.

- Тогда до свидания! – отвечает она грубо.

- Да вы не понимаете! Моя мать уехала с моим ребенком, без нашего с женой ведома! Нам нужно узнать, села она на поезд или нет! – он начинает повышать голос.

- О, надо же! – на секунду женщина зависает. Возможно, будит в себе человеческие начала. – Но я все равно не могу, если так будет каждый приходить, кто с родственниками поругался, во что тогда мы превратимся.

- Девушка, милая, пожалуйста, помогите! Мы с супругой почти отчаялись! На вас одна надежда! – Боря продолжает умолять.

- Но, я, правда, не знаю, - все также мнется она.

И тут у меня слетает крышечка от чайничка.

- Значит так, а теперь слушай меня, - властно начинаю, - в поезд сел человек, незаконно укравший младенца! Ты хочешь проблем?

- Э, нет, - машет она головой.

- А они будут! Либо ты нам сейчас раскрываешь информацию, либо мы звоним в органы, но тогда шумихи будет гораздо больше. Кого-то из ваших рядовых сотрудников однозначно лишат премии, а может быть, даже и уволят, за допущение такой халатности! И ты рискуешь пойти под раздачу. Я лично на тебя нажалуюсь, - закончила, стою, скрестив руки на груди.

Внутри все так и клокочет от ярости и подавляемой бури эмоций.

- Говорите данные пассажирки, - сдается женщина.

Борис смотрит на меня с восхищением и диктует информацию.

- Да, есть такая, стоит отметка о том, что она села в поезд. Но дальше я ничего не могу сказать, ваша мать могла выйти на любой остановке! У нас это никак не отображается!

- Спасибо, дальше мы сами разберемся, - благодарит Боря. – Пошли, едем дальше, познакомишься с моей малой родиной, - говорит мне. – Отец, привет. Случилось? Ну, можно и так сказать. Верно, с мамой. Да не в больнице она! Жива и здорова! Не знаю, правда, что там с головой происходит, но физически точно крепка. Ты лучше меня послушай.

И он кратко обрисовывает ситуацию, попутно рассказав всю нашу личную с Борисом ситуацию. Про знакомство, беременность, роды, предложение. А я стою рядом и буквально ногти готова грызть от нервов. Почему-то перед потенциальным свекром особенно стыдно, что я никого из них не посвятила в зарождение Арины в моем животе.

- Все, теперь предстоит поездка. Ладно, я сегодня спал много, если сильно устану, сменишь, - Боря отключает телефон и тащит меня обратно к парковке.

- А что твой папа сказал? Очень ругался?

- Очень, - внутри меня все обрывается, - но, а как иначе? Он матери устроит веселую жизнь.

- А, ты про это.

- А про что еще?

- Про меня, Арину, нас.

- Нет, с этим нормально, он не обидчивый. Поехали.

Одной проблемой меньше, ура!

Время длится чертовски медленно. За окном давно стемнело, и меня клонит в сон.

- Давай поведу, а ты подремлешь, - предлагаю, хлопая себя по щекам.

- Ага, позволить беременной женщине не отдыхать, а вести машину? Нет, я не настолько эгоистичен, - возражает Борис.

- Ты вообще не эгоистичен, альтруизм из тебя так и прет, - произношу задумчиво.

- Только в последнее время и только с тобой и дочерью. Раньше я был сосредоточен исключительно на себе.

- Я помню, - обнимаю себя руками, холодок пробегает по позвоночнику. – Что мы будем делать?

- В смысле? Когда именно? – не понимает Боря, о чем я.

- Когда найдем твою маму, - произношу тихо, пряча лицо в собственных волосах.

Виновата не я, но стыдно говорить мне. Совсем не понимаю свои эмоции. Сначала я хотела ее поругать и побить. Да, и это не фигура речи. У меня возникало желание взять скалку и настучать по голове Нинели, чтобы вернуть мозг на место, если он есть. Но сейчас мне этого не хочется.

- Я не знаю, - тяжело выдыхает Борис.

Ему труднее, чем мне, все-таки мать родная. Это я могу легко дистанцироваться, а у него на душе будет неспокойно, пусть даже они и так редко общались, но ведь находились в мире.

- Ладно, проблемы нужно решать по мере их поступления! – говорю бодрым голосом и кладу ладонь на предплечье Бори. – А на данный момент актуальный вопрос – это поспать. Так что, если ты уверен, что тебе не нужна смена прямо сейчас, я подремлю.

- Нет, спасибо, спи, моя хорошая.

И я проваливаюсь в беспокойный сон, внутри которого гоняюсь за Нинель Ивановной. Со скалкой, ага.

Будят меня предрассветные лучи.

- Как красиво, - говорю, едва открыв глаза.

- Ага, - вяло отвечает сонный Борис.

- Так, а ну-ка на обочину! Почему меня раньше не разбудил? Убить нас хочешь? Я поведу, пересаживайся, - настойчиво требую.

- Да тут от силы часа полтора осталось, думал, доеду, - не сопротивляется Борис.

- Значит, теперь доеду я. Навигатором пользоваться умею, не переживай.

И мы меняемся местами. Теперь я смотрю на окружающие природные просторы, а Боря видит цветные сны.

Город начинается неожиданно. Как это часто бывает, когда долго едешь за городом, а потом бац, и светофор. Я его почти проехала, кстати.

Хорошо, местные только просыпаются, их еще мало за рулем, легче будет добраться. Все-таки я сто лет не практиковалась в вождении, а тут еще и место незнакомое.

Но мне удается довольно удачно вырулить к нужному дому. Странно, даже место для парковки находится, это что за дом такой чудесный?

Паркуюсь, а Боря так и не просыпается. Любуюсь некоторое время на его безмятежное лицо, а потом аккуратно бужу поцелуем в губы.

- Спящая красавица, просыпайся, пришел твой принц. Я тебя расколдую, и мы заживем долго и счастливо, - шепчу ему на ухо.

- Это я принц! Нечего меняться ролями, - отвечает Борис и прижимает меня к себе. – Доброе утро.

- Доброе, - улыбаюсь ему.

- Дети! Я так рад, что вы приехали! Выходите! Я подготовил вам комнату! – с пассажирской стороны к нам подбегает статный седовласый мужчина.

- Папа? Ты всю ночь не спал, что ли? Нас караулил? – оборачивается Боря.

- Да не переживай, сынок, мне не привыкать. Организм просто вспомнил ночные смены. Днем отосплюсь, - он открывает дверь, а на меня нападает ступор.

Снова почему-то неловко и стыдно.

- Это Жанна, любовь моя, - вот так по-свойски представляет меня Борис.

- Здравствуйте, - робко улыбаюсь.

- Доброе утро, милая, рад с тобой познакомиться, - отзывается теплом отец Бори.

Фух, хоть на этом фронте все хорошо.

Сумок у нас нет, вещей тоже. До меня только сейчас доходит, что в поездку мы собирались очень сумбурно, банальной смены белья даже не захватили с собой, не говоря уже о привычном чемодане детских вещей.

- Аккуратно! – придерживает меня за локоть будущий свекр. – У нас не очень хорошее расположение двора. Здесь тишь да гладь, а сзади, видишь, проспект, и машины уже активно ездят по нему.

Оборачиваюсь, действительно, он прав.

Не успеваем мы отойти к подъезду, как сзади подъезжает автомобиль и останавливается на обочине.

- Мама? – восклицает Боря, скривив лицо в непонятной эмоции.

Мама. Реально Нинель Ивановна выходит из машины, а на руках у нее…

- Арина! – кричу и порываюсь подбежать к ним, но Борис меня опережает. Он шагает на просыпающийся проспект, не глядя по сторонам. Зато смотрю я. – Боря, нет! Справа!

46

Дальнейшее происходит будто в замедленной съемке. Словно кто-то заранее снял следующие десять минут моей жизни, а потом просто показал мне, ограничив скорость.

Визг шин, маты, чьи-то сильные руки, но не Борины. Его отец решил, что я могу выбежать следом на дорогу и остановил. Спасибо ему.

- Боренька! – крик его матери-кукушки.

И снова маты.

Местные водители очень рады видеть нашу семейку. Я прямо чувствую, как они счастливы, что их сегодняшний путь на работу проходит именно здесь.

А потом звуки скорой помощи, врачи. И полиция. Куда ж без них.

- Молодой человек, вам повезло, отделались лишь синяками, но разве так можно?! Выбежал, как угорелый! Видеорегистратор все зафиксировал, не стоит обманывать, - отчитывает Бориса одновременно и скорая, и полиция.

А я одной рукой глажу его по предплечью, а другой прижимаю к себе Арину. Мне нисколечко не тяжело, дочь я больше с рук не спущу.

Как только Нинель Ивановна опомнилась и подбежала к нам на другую сторону дороги, я сразу выхватила у нее дочь и начала искать у ребенка признаки истощения. Но прошла лишь ночь без матери, да и питание с собой было. Кажется, мама Бориса все же покормила ребенка.

- Я не собираюсь оправдываться, я действовал из-за психического потрясения, - начинает свою речь Боря.

И к моему удивлению и стыду Нинель Ивановны, он рассказывает всю историю наших приключений.

Его мать стоит закрыв глаза ладонью, отец внимательно слушает, а я… А что я? Я прижимаю Арину.

- Ладно, машина не пострадала, сзади водители тоже вовремя среагировали. У меня нет претензий. Удачи тебе, мужик, - первым реагирует владелец автомобиля, под чьими колесами Боря чуть не погиб.

- Н-да, - вторым врач. – Я вам всем рецепт на успокоительное выпишу, пригодится.

- Извини, но без штрафа никак, - полиция, самые правильные. – Но он будет минимальным, и то, только потому что мы тут пробку создали, не удастся замять, что ничего не было.

А нет, они тоже впечатлились. Хоть какая-то польза от поступка Нинели.

Да нет, что я такое говорю! Никакой пользы! Если бы не было поступка, не было бы и этого всего.

- Ладно, берегите себя, таблеточки все же попейте, рекомендую, - прощается с нами скорая.

- Да, впредь без глупостей. Штраф если оплатите в скором времени, то пятьдесят процентов скидка будет, совсем копейки, - протягивает мне постановление полицейский.

- Ага, спасибо, я сейчас сразу онлайн оплачу, - киваю ему.

- Бывайте!

И еще одна машина уезжает.

- Пошлите, дети, я там завтрак приготовил с ночи, отдохнуть нужно. Обратно не пущу в таком состоянии, - категорично заявляет отец Бори.

- Спасибо, - киваю снова, как болванчик.

Теперь, когда напряжение ушло, мои мышцы стали трястись, слабость начала одолевать. Отходняки пошли.

- Пойдем, Жанночка, тебе бы прилечь, - обнимает меня Борис и помогает держать Аришу.

- Кто бы говорил, человек «я чудом остался жив», - смеряю его строгим взглядом. – Нельзя же так! Боря!

Слезы только теперь текут, обжигая ледяные щеки. Наверное, скоро надо будет красить волосы, на голове точно должна появиться седина.

- Согласен! – поддерживает меня отец Бори, Николай.

Нинель Ивановна плетется в конце. Никто из нас так толком и не заговорил с ней. Я не знаю, что ей говорить.

После завтрака я окончательно убеждаюсь в том, что Арина в порядке. Разве что этой ночью она точно пересосала соску, выплевывает ее теперь недовольно. А потому возникает насущный вопрос – чем ее кормить дальше, да и памперсы закончились.

- Жанночка, ты напиши список самого необходимого, а я куплю, - отец Бориса как будто мысли мои читает.

- Да нет, мне неудобно, я сама схожу, - растерянно мямлю.

- Ты еле на ногах держишься! Бери ребенка, и идите в комнату, поспите, а мы тут сами разберемся!

И сказано это, мне кажется, с намеком на все. Не только магазин, но и вопрос с Нинель Ивановной.

Что ж, может, оно и правильно? Они родственники, пускай разбираются. А я потом скажу от себя пару ласковых, за мной не заржавеет.

Хотя, если честно, немного обидно, что Боря меня не останавливает, молчаливо поддерживает мой уход в комнату. Но мне действительно так хочется полежать, что ну их всех! Пускай тут сами будут!

И я ухожу.

47

Утро наступает в сумерках. Или сейчас вечер? Тяжело ориентироваться, когда спать легла на рассвете.

Поворачиваюсь на другой бок и вижу Борю. Спит родненький рядом. На душе становится тепло. Глажу его по щеке.

Стоп! А где Арина?!

Моментально подрываюсь. Второй раз за два дня я не переживу ее исчезновение.

Выбегаю из комнаты и несусь на кухню. Я была только там, больше ничего в квартире родителей Бориса не знаю.

- Покушала? Вот умница! – с моей дочерью сюсюкает Нинель Ивановна.

Ничего не могу с собой поделать, меня накрывает. Подбегаю к женщине и грубо выхватываю у нее ребенка.

- Не смейте к ней приближаться! – говорю громко, дрожащим от нервного напряжения голосом.

Я не хотела быть такой категоричной и злой, хотела уйти в игнор, но не смогла. Гормоны и нервы решили за меня.

- Жанночка, да я ничего такого! Просто покормила малышку, она хныкала, а вы спали, - причитает женщина.

- Спасибо! – киваю и жду чего-то.

Извинений? Наверное, да, их. Но вряд ли дождусь, чувствую. Вот кто мастерски уходит в несознанку и «ничего не было, вы не так меня поняли».

Молча разворачиваюсь и возвращаюсь в отведенную нам с Борей комнату. Одна часть меня хочет будить Бориса и уезжать домой немедленно. Вторая очень устала, она и мысли о повторной ночной поездке не допускает, сразу страдальчески стонет.

Но есть еще и третья. Она практичная, думает, что раз уже приехали в родной город Бориса, нужно дать возможность его отцу пообщаться с внучкой.

- Доброе утро? – минут через пятнадцать просыпается Боря.

- Ага, утро, - фыркаю я, - в основном.

- Ну, у нас с тобой, считай, первое января сегодня, также поздно встаем, - он улыбается, и я не могу сдержать улыбку в ответ.

Как же мне все-таки повезло с ним, даже представить не могу, как бы я была сейчас одна с Ариной без Бориса.

- Как она? – спрашивает он осторожно.

- Нормально вроде, - пожимаю плечами, - дети частенько сильнее взрослых.

- Это хорошо, - кивает он. – А как ты?

- Не знаю, - отвечаю честно.

- Я тоже, - говорит он, а потом замолкает, будто прикидывает, как лучше продолжить. – Слушай, я понимаю, ты, наверное, хочешь поскорее домой, но я пока не очень в состоянии, да и врач скорой на больничный официальный отправил, а потому, может, не будем спешить?

- Хорошо, - коротко отвечаю.

Моя вторая часть довольна. Ее прошение отдыха удовлетворили.

- Хм, тогда, может, и завтра прямо с утра не поедем? Я дома не был сто лет, у нас с отцом накопились кое-какие дела, планы, - произносит Борис, смотря куда-то в потолок.

- Ладно, - киваю я, хотя он не видит.

Моя третья часть тоже удовлетворена. Ее практичная натура одобряет происходящее.

- Честно? – Боря все-таки поворачивается ко мне. – Просто если ты категорично против, я пойму, для меня вы с Ариной на первом месте!

- Боренька, - произношу ласково, - пообщайся с папой. Да и внучку с ним познакомить не помешает. Все равно мы уже тут, и больничный выписан. Когда еще так сойдутся звезды? И мать твоя, глядишь, не скоро решит во второй раз внучку похитить.

Снова не сдерживаюсь, язвлю. Боря замирает на секунду, слегка морщится, а потом кивает.

- Спасибо большое! Ты лучшая! – радостно восклицает он.

- Ага, - снисходительно соглашаюсь, а потом добавляю ту самую ложку дегтя в бочку с медом. – Только с твоей матерью я не буду сидеть, берите меня на ваши с отцом дела.

Первая моя часть не сказать, что удовлетворилась таким раскладом, но все-таки раздраженно шипеть стала меньше.

- Эм, - Борис на секунду теряется, - ладно, справедливо, договорились!

И наступают дни мужского отпуска, разбавленные мной и Ариной. Мы успеваем съездить несколько раз на рыбалку. А ведь я считала, что это развлечение не по части Бориса.

- Куда столько рыбы? – искренне удивляюсь, рассматривая улов.

- Родственникам отдадим, заморозим. Вы домой увезете, будет, что поесть, - отвечает счастливый Николай.

Он, кажется, сильно скучал по сыну. Я чувствую, мы попали на отработку десятилетнего плана по их общению.

- Угу, ясно, - сдержанно киваю.

Я ведь всю жизнь мечтала питаться одной рыбой, которую терпеть не могу. Но вслух, конечно, этого не произношу.

Далее по плану наступает скалодром. Да, сама в шоке.

- Ты посиди пока с Аришей, я поднимусь один раз с папой, а потом ты попробуешь, - оставляет меня на лавочке Боря.

Смотрюсь я здесь крайне странно. Все в спортивной экипировке, с водичкой. И я с кенгурятником и портфелем, из которого торчат бутылочки со смесью.

А Нинель Ивановна осталась дома. Снова.

С легкой тоской думаю о том, как было бы неплохо оставить ребенка на нее и отдохнуть самой хоть немного. Но тут же одергиваю себя. Только няню искать. Других вариантов нет.

Борис сдерживает обещание, и я тоже имею возможность отдохнуть. Ах, наверху хорошо, прочищает мозг и успокаивает нервы.

- У тебя отлично получается, Жанночка! – хвалит меня отец Бори.

- Спасибо, Николай Петрович, - вежливо киваю.

На самом деле я не столь хороша, как хотелось бы, но двигаюсь вполне сносно. Интересно, какое следующее развлечение в их списке дел?

Удивительно, но потом нас ждет всего лишь дача. Огромная, в двадцать соток.

- Да разве это много? – искренне удивляется Николай Петрович. – Не гектар ведь.

Но для меня, выросшей в городских условиях, и стандартные пять соток покажутся просторами, а уж когда их в четыре раза больше!

И следующие два дня наполнены солнышком, природой и пением птиц. Арина тоже в восторге, она активно пытается ползать по покрывалу, чтобы достать до ярких полевых цветов.

- Красивые они, да? – с улыбкой спрашиваю у дочери и переворачиваюсь на другой бок.

Я бы так могла провести, наверное, полжизни. При условии хорошей погоды, конечно. Хотя, нет. Заскучала бы. Я уже с интересом поглядываю в сторону Бори и его отца, занятых каким-то ремонтом. Но пойти им помочь или хотя бы узнать конкретно, что они делают, мне слишком лениво.

Солнце расслабляет, а ветерок гонит мысли прочь.

Мы возвращаемся поздно вечером. Загорелые, счастливые и уставшие. Я чувствую небывалый подъем на душе. Все прекрасно, кроме одного, но я никак не пойму чего. И оно тревожит.

- Вернулись, мои хорошие! А я ужин приготовила! – встречает нас Нинель Ивановна на пороге.

Вот! Точно! Именно она является моим раздражителем, с которым нужно что-то решать.

- Ужин? – удивляется Борис. – В смысле в доставке заказала?

- Нет, сынок! Сама приготовила! Не только твоя невеста способна на это! – возмущается Нинель.

Я морщусь, но молчу. Кажется, у нее тоже все внутри назрело для разговора.

Едим практически в молчании, каждый в своих мыслях.

- Очень вкусно, дорогая, даже не знал, что ты умеешь так готовить, - хвалит Николай Петрович.

- Спасибо, милый, я старалась, - отвечает радостная Нинель Ивановна.

- Да, мам, просто супер! – добавляет Борис.

Я ничего не говорю. На ужин рыба, а я ненавижу рыбу. Да и разговор с Нинель нам нужен другой.

Дожидаюсь, пока все доедают, и мужчины выходят из кухни. Мать Бориса начинает убирать со стола и с беспокойством погладывает в мою сторону. Все потому, что я так и сижу, буравлю ее спину напряженным взглядом.

Она звонко ставит чашку, и я как будто пробуждаюсь от этого звука. Встаю из-за стола, беру оставшиеся тарелки и подаю ей.

- Вам не кажется, что нам нужно поговорить? – делаю, наконец, этот шаг.

48

Она вздрагивает, но ничего не отвечает.

- Так и будем жить в режиме холодной войны и затаенных обид? – сегодня я сорву этот пластырь.

- Я не веду ни с кем войну! – отвечает Нинель.

Отлично. Пошла на контакт.

- То есть обида все же есть? – продолжаю строить из себя занудного психолога.

Нужно заканчивать с этим, никому не нравится такое.

- Жанночка, детка, тебе не пора проверить, как там Арина? – Нинель Ивановна упорно не желает выходить на искренние эмоции, уходит от разговора.

- Нет, она с Борей и вашим мужем, - легко отмахиваюсь. – А вы не хотите к ним присоединиться?

- Там никто не хочет меня видеть, - лицо женщины каменеет.

- Бросьте, ваш супруг и сын давно простили тот дикий поступок, - парирую я.

- А ты? Ты простила меня? – поднимает она глаза.

- Вам разве нужно мое прощение? Я не слышала, чтобы вы о чем-то сожалели, - выдерживаю ее взгляд и отвечаю.

Сейчас я себе кажусь жуткой стервой. И да, если не знать предысторию, то я такая и есть. Хотя, для некоторых я буду не правой и зная о поступке Нинели.

Но мои эмоции продиктованы непониманием ее мотива, а также злостью на то, что она так и не признала себя неправой. По крайней мере, мне она ничего на этот счет не говорила.

- А то ты сама не догадываешься! – Нинель сощуривает зло глаза. – Я уже имела тяжелый разговор с Николаем и Боренькой!

- Но не со мной. Со мной вы так и не поговорили откровенно. Нам уезжать послезавтра, больничный заканчивается. Разве вы хотите попрощаться на такой ноте?

- Какая разница! Ты все равно не поймешь!

- А вы попробуйте объяснить! Вы ведь не говорите со мной! – пытаюсь воззвать к голосу разума.

- Зачем мне с тобой разговаривать?! Ты все равно будешь считать меня неправой!

- Да. Но больше всего я не люблю находиться в конфликте с кем-то. Это разъедает изнутри, отравляет. А я беременна вашим вторым внуком и не хочу, чтобы он родился со злобой в сердце, - с козырей иду.

Она некоторое время молча смотрит. Вода льется, посуда ждет своего часа, а мы так и стоим.

- Я не знаю, зачем это сделала, - наконец, произносит Нинель. – Это было эмоциональным порывом, помешательством. Впервые приехав в гости к Борису, я поняла, что больше не нужна сыну. Мое место заняла ты.

Открываю рот, чтобы возразить, но Нинель Ивановна останавливает меня.

- Нет! Подожди, я знаю, что ты хочешь сказать. Что Борис давно вырос и стал самостоятельным мужчиной задолго до тебя. Это верно. Но единственной важной женщиной в его жизни была лишь я. Пусть мы виделись раз в год, практически не разговаривали по душам, но я чувствовала! Чувствовала свою нужность!

- Вы и сейчас ему нужны, - говорю тихо.

- Да, возможно. Но с пьедестала меня сместили. Теперь там ты и Арина, - грустно улыбается женщина. – А эгоистке вроде меня очень трудно это принять. Если у тебя родится мальчик, ты поймешь.

Пожалуйста! Хоть бы в моем животе находилась еще одна девочка! Мне страшно подтверждать теорию Нинели. Если все свекрови становятся такими, как она, когда на пороге маячит невестка, то лучше я буду только тещей.

- Ладно, но что дальше? Так и будете обижаться за украденный пьедестал?

Прямых извинений я не услышала, но мотив раскрылся. И мое сердце жаждет окончательно замять конфликт.

- Нет, - Нинель качает головой, - я научусь жить без него. Просто дай мне немного времени, хорошо?

Внимательно смотрю на женщину. Не такой исход разговора был у меня в голове, но тоже неплохо.

- Конечно, - киваю и улыбаюсь одними уголками губ. – Может быть, завтра пойдете со мной и Ариной в торговый центр? Я устала от мужских развлечений.

- С удовольствием!

Странно. Очень странно. Крайне, я бы сказала.

Одна и та же мысль крутится в моей голове на повторе битый час. А все потому, что мы гуляем с Нинель Ивановной и Ариной. И мило общаемся. Натянутости практически нет, каждая из нас ее тщательно маскирует.

- Пойдем зайдем в тот магазин, там очаровательные детские вещи продают, и часто скидки бывают, - говорит Нинель, а я киваю.

Мы в параллельной вселенной?

Но нет, все еще здесь, на месте. Выбираем вместе одежду для Аришки.

- Как думаешь, мальчик или девочка будет? – задает вопрос мать Бориса.

- Надеюсь на девочку, - отвечаю коротко без задней мысли.

- Ага, - внимательно смотрит Нинель Ивановна, но ничего больше не произносит. – Будет удобно в вещах, да и разница небольшая, подружатся, наверное.

- Да, вы правы, - киваю. – Как вам это платьишко? Я знаю, Арине рано, ни к чему, но оно меня покорило.

- Тогда возьмем.

И в подобном ключе проходит еще час, а потом мы, нагруженные пакетами, идем в кафе. И пьем кофе с пирожными. Не знаю, возможно, я сплю, возможно, это все мне только кажется, не на самом деле происходит.

- Мимо храма пойдем на обратно пути, зайдем, хорошо? Я давно его не посещала. Там и Бореньку крестили, - произносит Нинель с блуждающей улыбкой.

«В воспоминаниях, наверное», - проносится в моей голове. И совершенно неожиданно даже для меня самой я произношу следующую фразу.

- Может быть, нам стоит там покрестить Арину, - говорю и замолкаю, будто только сейчас осознаю, что ляпнула.

Есть у меня такая особенность, вредная привычка, черта характера. Как угодно можно назвать. Но она больше мешает, чем помогает.

Иногда, во мне включается режим «милая Жанна». И я, невзирая на личные осознанные желания, начинаю предлагать людям желаемое, просто потому что знаю, они будут в восторге.

И сейчас это произошло снова с Нинель Ивановной.

Ну какие крестины? Мы уезжаем завтра домой, у Бори работа. У родителей тоже. Как всех собрать? Наш город, по крайней мере, территориально посередине находится, было бы логично приглашать родственников туда.

- Спасибо, милая, я это очень ценю, - мать Бориса слегка сжимает мою ладонь. – Но лучше мы это сделаем у вас, ребенку ни к чему так часто мотаться по гостям.

И внутри такое сразу – фух, облегчение. Нет, язык мой – враг.

- Как скажете, - смиренно отвечаю.

Что за двуличие? Я ведь счастлива, что она так сказала.

- Да и прошлое нужно оставлять в прошлом и двигаться дальше, - добавляет Нинель Ивановна, смотря куда-то вдаль.

Вот сейчас я совсем ничего не понимаю, но, наверное, это что-то очень личное.

- Хорошо, я согласна.

И мы покидаем торговый центр рука об руку. Нет, мы не подруги, но и не враги.

49

- Эм, поездка в целом, оказалась неплохой, - произношу примерно через час на обратном пути.

- Да, ты права, все было практически нормально, - с облегчением вздыхает Борис.

- Ты переживал, да? – осторожно спрашиваю его. – Что я не смогу помириться с твоей мамой?

- Было такое, - не отпирается Боря. – Но ты, вы, смогли. Спасибо тебе! Это очень важно для меня. Я ценю.

- Да ладно, не так и сложно было, брось, - я смущаюсь. – В конце концов, что не сделаешь для любимого человека.

И лицо Бориса озаряет робкая счастливая улыбка.

Я очень редко говорю о своих чувствах, вот он и реагирует так, словно Дед Мороз пришел с подарками. Кошмар. Нужно исправляться.

Как часто люди говорят, что любят друг друга? Ведь все мы вечно заняты хлопотами, нас затягивает в свои плотные сети быт. Отвлекаемся на детей. Которым тоже, кстати, стоит почаще слышать слова о чувствах.

Ох, потянуло на философию.

- Мне повезло встретить тебя, - говорю следом.

Как бы пробую на вкус признание. Оно идет легко, свободно, искренне.

- Нет, милая, - возражает Борис, - это мне повезло.

Далее мы оба замолкаем до тех пор, пока я не замечаю, что Боря сворачивает не туда.

- Подожди! Здесь же прямо нужно было! – восклицаю.

- Нет, не нужно, - он загадочно улыбается. – Мы движемся в правильном направлении.

С минуту смотрю недоуменно на его лицо, а потом перевожу взгляд на дорогу.

- Горячие источники? Серьёзно?

- Более чем. Но там есть и простой бассейн, с нормальной водой. Маленький, правда, зато наш личный. Я домик у них зарезервировал, решил, что нам нужен отдых только для нас троих, - поясняет Борис.

- Ааа! Я же сказала, что мне повезло с тобой! – кидаюсь обниматься.

- Тише-тише, я ведь за рулем, - говорит он, но на лице расплывается довольная улыбка.

- Блин, чистый кайф, - произношу, сидя на ступеньке бассейна.

- Да, и Арине нравится, кажется, съела больше, чем обычно и уснула, - говорит Боря, отстраняясь от дочери.

Смотрю на него оценивающим взглядом. Высокий, загорелый, спортивный. Жених у меня красавчик!

- Только скучновато тут, вечером никаких развлечений, лишь в телевизор пялиться, - продолжает Борис, не замечая мой взгляд.

- Хм, знаешь, кажется, я знаю, чем заняться вместо телевизора.

- Да? И чем же? Гулять я не хочу, одна степь кругом. Здесь все заточено на источники, - вздыхает Боря.

- Ничего страшного, - произношу, ухмыляясь. А затем поднимаюсь из бассейна и иду мокрая к нему. – Мне кажется, на тебе слишком много одежды, к тому же, она промокла. Упс.

Говорю, присаживаясь ему на колени и целуя.

- О! Да, ты права, - Борис быстро въезжает в игру. – Нужно срочно раздеться. Не поможешь?

- Ага, - киваю, закусив губу, - только Арину в кроватку переложу, видео няню я уже подключила во второй комнате.

Разбираюсь с дочерью и захожу в спальню, но там никого нет. Оглядываюсь недоуменно.

- Я здесь, - шепчет в мой затылок Боря. Стремительно оборачиваюсь. – Иди ко мне, я соскучился.

- И я, - прижимаюсь всем телом к мужчине. К своему мужчине.

Наши объятия сильнее всех признаний о любви. Они и есть концентрация чувств.

- Ладно, а теперь приступим к сладкому, - Борис сжимает мою ягодицу рукой. – Выспаться не надейся!

- А-хах, я и не рассчитывала, - отвечаю с улыбкой, а он уже кидает меня спиной на кровать…

Утро наступает поздно.

- Здравствуй, - улыбается Борис. – Ребенок уже накормлен и ждет прогулки.

- Чтобы я без тебя делала, - произношу счастливо.

- Была бы свободной бездетной карьеристкой! – весело отвечает Боря.

- Хм, довольно заманчивая перспектива, - делаю вид, что задумалась.

- Да ну тебя! – в меня летит подушка. – Предполагалось, что ты ужаснешься.

- Ладно-ладно! – смеюсь. – О, нет! Какой кошмар!

- Актриса из тебя никудышная.

- Ну простите, не тем я занималась до декрета.

- Прощаю. Пошли завтракать, ребенок хоть воздухом подышит, а то мать полдня подушку давит.

- Не принимается! Могли разбудить! – встаю, нисколечко не обижаясь.

При свете дня, наконец, замечаю окружающую красоту. Природа чудесна во всех ее проявлениях, чего уж тут говорить.

- Ух ты, шведский стол! Не думала, что в глуши такое практикуют.

- А то, как на лучших курортах, - ухмыляется Борис. – Надеюсь, съедобно.

Лениво рассматриваю народ, людей достаточно. Местечко пользуется популярностью.

- Ладно, заканчиваем, у нас экскурсия намечена, - Боря не дает мне посидеть потупить.

- Какая экскурсия? Что здесь смотреть? На траву вокруг?

Но, оказывается, есть и другое. Например, чудесный природный водопад и небольшая гряда холмов, плавно перетекающая обратно в равнину. В общем, не только трава растет в этой местности.

Да и растительность здесь обширная, настоящее разнотравье.

- Нравится? – спрашивает Борис, заметив мой взгляд.

- Ага, красиво, - отвечаю честно. – Да, Аришка? В хорошее место нас папка вывез.

Ребенок, конечно, еще мало что понимает, но, думаю, ей тоже очень нравится на природе.

Миниавтобус привозит нас обратно на базу. Одна ночь в уютном домике и отправимся дальше домой. Обратно к ежедневной рутине, но уже без гостей. И то хорошо.

- Приятное место, немного грустно отсюда уезжать, - произношу вечером, смотря на звездное небо.

- Не расстраивайся, это не последняя наша поездка, в каких только краях еще побываем.

А на следующий день мы уезжаем домой.

Боря останавливается возле подъезда и высаживает нас с Ариной вместе с вещами. А сам отъезжает на парковку.

Рассеянно смотрю на спортивную сумку и удивляюсь, как мы умудрились уехать без ничего, а вернуться с целым чемоданом. Как тут мое внимание привлекают жалобные звуки возле подвальной решетки. Кто-то скулит.

Подхожу туда с дочерью на руках и присаживаюсь на корточки.

- Кто здесь? – говорю в темноту.

Да, я знаю, очень умная мысль. Но мозг после поездки медленно работает. И тут ко мне на свет выходит маленький щеночек и тыкается мордой в руку.

- Ух ты, какой ты хорошенький! И породистый вроде, на терьера похож. Кто ж тебя выгнал? Или ты сам потерялся? – осторожно глажу.

А Аришка приходит в полный восторг, тянется ручками, хочет потрогать новую неизвестную игрушку.

- Что вы тут сидите? – к нам подходит Борис.

- Да, вот, собакена нашли.

- Мяу! – из темноты появляется крошечный дымчатый котенок.

- О, да вас тут двое. Вы вместе? Друзья, да?

И щенок звонко тявкает.

- Что с вами делать, животные? Даже еды с собой нет никакой. Вы такие хорошенькие, так бы и взяла домой, к тому же Арине вы понравились, - произношу с сожалением.

- Давай возьмем, почему нет. Дадим на всякий случай объявление, вдруг хозяин объявится, но если нет, оставим себе, - предлагает вдруг Боря.

- Ты уверен? – смотрю в шоке на него.

- Абсолютно, - кивает он. – Всегда хотел большую семью и много животных дома. К тому же, они оба мальчики, я вижу, а в вашем женском коллективе мне необходима поддержка.

Добавляет с улыбкой.

Эпилог

Свадьба.

Стою, тереблю рукав платья, напрягая мозг. Нужно проконтролировать, проверить, все ли нормально.

- Вы отнесли цветы? Гостям точно всем есть место за столом? – спрашиваю в который раз.

Нервы бьют, руки трясутся, в голове стойкое ощущение того, что что-то забыто, не учтено. Но почему-то упорно вспоминаются лишь дурацкие цветы.

- Да, Жанна! Все отлично! – прикрикивает на меня Аврора. – Достала уже со своими переживаниями, не могла без свадьбы обойтись, как мы! Поздравили бы вас потом все, да деньги подарили, и отлично!

- Нет, не могла. Я этот день с детства планировала, платье придумывала, - отвечаю, насупившись.

Почему я должна делать, как кто-то, если сама хочу по-другому!

- А-хах, это правда, - смеется моя мама, - у меня до сих пор хранится альбом, где Жанна рисовала свадебные наряды и эскизы для приглашений гостям.

- Серьезно? И как? Красиво? Схоже с реальностью? – жадно выспрашивает Аврора. – Почему я не видела тот альбом?

- Да, очень красиво. Уже тогда был виден ее художественный талант.

- А ты не видела альбом, как минимум, потому что в институте никто такой информацией не обменивается, - отвечаю назидательно. – И да, дизайн моего платья и приглашений взят оттуда, вкус у меня был с самого детства, мама права.

- Да, доченька, ты умничка, - целует меня самая главная женщина в жизни.

- Правда, пришлось немного сделать допуск в талии, пока мы разродились на свадьбу, живот вырос, - недовольно морщу нос. – Мне кажется, или в прошлый раз я не была такой большой?!

- Ничего, главное, чтобы ребенком сегодня не разродилась, а остальное – мелочи жизни, - машет рукой подруга. – Каждая беременность индивидуальна, не стоит сравнивать.

- Нет, ребенком слишком рано. Семимесячные же рождаются, нет? У нас только пять месяцев, - произношу, сомневаясь.

- Да я пошутила! Расслабься! – смеется Аврора. – Нет, но, если честно, удивительно, что я, которая с восемнадцати лет мечтала о муже, не имела альбом с планированием собственной свадьбой, а ты, уверявшая, что брак не для тебя, ты слишком рациональна для этого, имеешь!

- Всякое бывает, - философски замечаю. – Ладно, когда нам идти? Мы не опаздываем? Мне кажется, музыка должна была начаться! Я не для того выездную регистрацию планировала, чтобы все опаздывали. Они чего добиваются?! Где Борис вообще? А Арина у кого? Почему мне уже пятнадцать минут не шлют фотографии с ее прогулки?! С кем она была? С бабой Таей?

- Милая, все будет хорошо, - мама гладит мои плечи. – Арина у твоей бабушки, да, они в беседке, я их посадила на лучшие места. Никто не опаздывает, это у тебя часы спешат. Боря встречал своих родителей, скоро они вместе придут.

- Вечно эта женщина все внимание на себя норовит перетянуть, - ворчу, имея ввиду, конечно, Нинель Ивановну.

В конфликты мы не вступали, но та прогулка в торговом центре была единственным нашим дружеским времяпровождением. Больше такого не случалось.

Правда, мы в разных городах, но и слава обстоятельствам за это! Я бы не выдержала. За время планирования свадьбы она постоянно норовила вмешаться в мои решения, даже на расстоянии!

То дату мы выбрали ужасную, не по фэн-шую, а то, что самое счастливое число месяца выпадает на среду, когда нас никто не распишет, она не учла. То сама идея выездной регистрации ужасна – нужно строго по классике действовать, ни шага в сторону.

На этом моменте я решила, что она наши деньги считает, мой вариант ведь затратней. Но! Ненамного.

- Не важно, все равно ты и Арина у Бори всегда на первом месте. Берегите его, он не как твой отец, милая. Больше на семью сосредоточен, чем на работу, - вырывает меня мама из мыслей о свекрови.

- Да, настоящий мужчина, - улыбается Аврора.

- Спасибо, - бормочу смущенно.

Я и сама часто думаю, как мне повезло. И какое счастье, что мы смогли не оттолкнуть друг друга, а сблизиться и создать, если не идеальную семью, то очень счастливую.

Чёрт! Да я сама себе завидую!

- О, музыка, да? – доносятся до меня мелодичные звуки. – Или от нервного ожидания галлюцинации пошли?

- Ага, она, гости рассаживаются, - комментирует Аврора, высунув голову за дверь.

- Где папа? Где он?! – практически визжу. – Нам же выходить! Он опять закрылся в туалете со своим рабочим телефоном?! Я его отберу и раздавлю!

- Тихо, дыши, милая, все хорошо. Я приведу отца, - говорит мама.

- Нет, это невозможно! Фирма не развалилась бы без него за один день, - произношу тихо.

- Зайчик, успокойся. Главное, он приехал, а там, под аркой, тебя ждет мужчина твоего сердца.

- Да, ты права, как всегда. Чтобы я без тебя делала? – с нежностью сжимаю руку Авроры.

- Тоже, что и я без твоей еды в институте! Если не померла, то точно чувствовала бы себя гораздо хуже! – смеется она.

- Привет, дочь, мама сказала, что пора? – в комнату заходит отец.

- Папа! Я отберу телефон, я обещала! Ты где должен был находиться?! – подскакиваю со стула и грозно смотрю на него.

- Прости! Виноват! Но телефон не отдам, - он поднимает руки в оборонительном жесте. – Кстати, очаровательно выглядишь! Тебе очень идет это платье, оно такое легкое, воздушное, ты словно облачко или зефирка.

На секунду зависаю.

- Такая же круглая, да? – спрашиваю, прищурившись.

- Нет! Красивая!

- Ладно, вы идете, нет? Гости собрались, - прерывает наши пререкания мама. – Аврора, нам пора места занимать.

Она берет ее за руку и выводит.

- Удачи! – успевает шепнуть мне подруга.

- Да, все, пошли, - я выдыхаю и беру папу под локоть, и мы, наконец, выходим.

Дальше все, как в тумане. Гости, проход, цветы, шарики. Речь регистратора.

Прихожу в себя только когда встречаюсь глазами с Борисом. Он смотрит очень нежно, взгляд сияет. И весь насквозь пропитан любовью.

Это один из лучших моментов в моей жизни. Стоять здесь и понимать, что скоро буду связана узами брака с лучшим мужчиной на свете.

- Можете поцеловать невесту! – доносится до нас.

И мы синхронно приближаемся друг другу и скрепляем регистрацию долгим поцелуем. Мне кажется, если бы не гости, мы бы продолжили прямо здесь, атмосфера позволяет.

- Ну что, жена, теперь ты от меня никуда не денешься, - произносит с улыбкой Борис.

- Это ты, муж, никуда не денешься, - смеюсь я.

А дальше снова как в тумане. Поздравления. Добрые напутствия гостей. Плач Арины, ребенку ее возраста еще тяжело столько времени среди людей находиться. И все по кругу.

И один из лучших моментов – фейерверк, как ознаменование нового яркого события в наших жизнях. А в сердцах и душах у нас давно все прекрасно.

Роды.

Утро началось с жуткой боли в пояснице.

- Что-то у меня плохие предчувствия насчет сегодняшнего дня, - бормочу, сжав зубы.

- Что такое? Спина? Давай массаж сделаю, - подоспел заботливый Боря.

- Ага, давай, но не думаю, что глобально поможет. Звони Авроре, чувствую, Арину отвезем к ним.

- Не нагнетай раньше времени, - Борис понимает, о чем я.

Следующие полдня проходят тихо, и я успокаиваюсь, думаю, что, может, Боря прав, а я слишком мнительная.

Но после обеда начинается.

- Ааа, ты отвез дочь к Авроре? – спрашиваю сквозь боль.

- Отвез! Она уже два часа там! – раздражается Борис.

- Я просто должна быть уверена, в безопасности моего первого ребенка, пока на свет появляется второй и третий! – кричу в ответ.

- Извини, я и так нервничаю, а тут ты на взводе с этими всеми вопросами, - активно жестикулирует мой муж.

- Да, и ты меня прости, боль сводит с ума. Ааа! – стону в голос, зажимая поясницу. – Дыхание не помогает! Зачем только на курсы ходила?! Кругом развод!

- Пошли, сумка у меня, твой врач в больнице, все готово, - мрачно объявляет Боря, стоя у выхода.

- Мне кажется, или ты в первый раз спокойнее реагировал? – спрашиваю с удивлением, рассмотрев, как у него трясутся руки.

- Когда появлялась на свет Арина, я не был в курсе, что она моя дочь. И то нервничал. Ты идешь? Или будем пробовать роды в ванной? Или в коридоре? Или что там является последним писком моды?

- О, нет! Я не готова на все эти эксперименты вроде домашних акушерок, доул и прочих фантастических тварей, - резво скачу к выходу. Даже ощущение боли притупилось.

- Доула всего лишь помогала бы тебе морально.

- Ты мне будешь помогать морально! Забыл? – весело отвечаю.

- Ага, и еще спрашиваешь, почему я такой нервный. В прошлый раз я ждал за дверью вместе с твоей подругой.

- Но в тот раз у тебя не появлялось на свет целых два ребенка за раз!

- Ох, ты права. Что хитрецов двое мы узнали только на втором УЗИ, это надо же! А их пол нам так и не сообщили, - хмурится Борис.

- Ты до сих пор удивляешься и считаешь, что врачи некомпетентные? Ааа! И почему все настаивали на естественных родах? Я бы с удовольствием поспала в процессе.

- Потому что ты можешь это сделать сама. И, конечно, я считаю некомпетентными всехв твоей женской консультации! Как можно не сказать пол?! Отворачивались, видите ли, дети. А я до сих пор не знаю, будет ли в семье еще один мужчина. Черт, бак мусорный задел.

Печально смотрю в сторону бака. Наверняка, теперь на машине вмятина.

- Милый, дыши вместе со мной, тебе поможет, - сжимаю Борино плечо.

Ладно, надеюсь, автомобиль не сильно пострадал, как и бак.

Мы едем в ту же частную больницу, где на свет появилась Арина, у меня снова роды по контракту. На семейном совете было решено, что на них стоит потратить деньги. Даже Аришка голосовала, воинственно подняв ложку вверх. По правде говоря, она на все согласна, лишь бы кашу не есть, которую регулярно отправляет в полеты по кухне.

- Фух, припарковался, - говорит сам себе Борис. – Выходим.

В этот раз он ничего на задевает. А схватки усиливаются, и Боря помогает мне встать.

- Ой-ей, как же больно, - тихо стону.

- Ничего, милая, мы практически на месте, осталось всего несколько ступенек.

- Какой дурак додумался влепить сюда лестницу?! С огнем внизу живота чертовски трудно на нее взбираться! – кричу злая.

Как будто от моих возмущений она живо исчезнет, сменившись на лифт.

- Все! Мы поднялись, - произносит Борис ободряюще. – Теперь к врачу и рожать!

- Какой ты счастливый, тебе бы живот нацепить и заставить схватки чувствовать, посмотрела бы.

- Дорогая, я совершенно не обижаюсь! В тебе сейчас говорит боль.

- Чего на меня обижаться? Я правду говорю.

- Вряд ли, ты ведь не хотела быть замужем за женщиной? А только это смогло бы заставить меня родить.

- Ты издеваешься! – произношу, сузив глаза.

- О, проходите, садитесь в кресло, я вас отвезу в смотровую, - наш спор прерывает подбежавшая медсестра.

- Да, спасибо. У меня раскрытие, и там двойня, - поясняю недовольно. Как будто девушка виновата.

- Сейчас разберемся.

- Наш лечащий врач – Быстрякова! – вмешивается Борис, доставая документы.

- Хорошо, я поняла.

Далее все происходит как в тумане. Мне помогают переодеться, кладут на кушетку, измеряют давление, и Боря в белом халате.

Приказы врача, пиканье приборов, правильное дыхание, и Боря в белом халате рядом.

Боль, детский плач, и Боря в белом халате рядом, держит меня за руку.

- Мы сделали это! Ты представляешь, мы это сделали! – говорит он, счастливо сияя.

Я беспокоилась о его реакции на родах, все-таки не каждому мужчине под силу выдержать такое.

- Да, и ты даже ни разу в обморок не грохнулся, - отвечаю устало, но улыбаюсь.

- Это потому что я все время стоял по эту сторону, а не по ту.

- Я знала, что это сработает, - ухмыляюсь по-доброму.

- Сейчас они детей осмотрят, взвесят и покажут нам моих сыновей!

- Поздравляем, у вас две чудесные девочки! – прерывает его голос акушерки.

- Что? И ни одного мальчика? – разочарованно спрашивает Борис. – Я так надеялся, что один точно пацан, а то они прятали свой пол на каждом УЗИ.

- Нет, папаша, у вас теперь женский батальон.

- Это точно, - растерянно бормочет он.

- Теперь самое время упасть в обморок, да? – смеюсь с реакции Бори.

Крестины.

- Мы так долго тянули, удивительно, что этот день, наконец, настал, - произносит Борис, наблюдая за детьми.

Арина уже довольно самостоятельная, постоянно строит своих младших сестричек. А также собакена Фредди и кота Руперта. Животные у нас исключительно мальчики, чтобы Боре было не так обидно. На очереди еще хомяк Джордж, но я пока колеблюсь.

- О, пожалуйста, хотя бы ты не начинай! Мне хватило твоей мамы, каждый месяц на протяжении года напоминавшей об этом «досадном недоразумении». Это я ее цитирую.

- Да я не это имел ввиду, - смеется Боря. – Я просто, не знаю, забыл, что нам вообще нужны крестины. А в итоге столько гостей, как будто у нас мини-свадьба. Хорошо, что с погодой повезло, не холодно, солнце светит.

- Ничего, это вместо новоселья и наших семейных дней рождения, один раз все погуляют и хватит с них. Пригласим в следующий раз лет через пять. Или шесть, посмотрим, в общем, - подсчитываю в уме, как бы подольше не видеться с родственниками.

- Какая ты расчетливая, - ухмыляется мой муж.

- А то! Я столько планировала жизнь в своем доме, что хочу теперь всех побыстрее выгнать и не видеть минимум до нового года. И то, мы к кому-нибудь поедем, у кого найдется место для многодетной семьи с псом и котом.

- Я люблю тебя, - Борис вдруг стремительно подходит ко мне, - каждую секунду люблю. Ты мое персональное чудо, подарившее еще три маленьких.

- И я тебя очень люблю, - выдыхаю ему в губы, не сдерживая эмоции, хранящиеся внутри.

- Может, попробуем завести мальчика?

- Иди ты! Я снова купилась! Нет! – шутливо отталкиваю Борю. – Ради сына тебе все-таки придется стать женщиной!

- А-хах, ни за что, но я не сдаюсь, - он обнимает меня и прижимает к себе. – А пока буду жить в прекрасном гареме с лучшими на свете девчонками.

Конец

Content

Гейбатова Мила (не) случайный папа

(не) случайный папа Мила Гейбатова

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

Эпилог