Геннадий Васильевич Иевлев

АСТОРИАНА

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ТЕНИ В ОБЛАКАХ

Сквозь свинцовые тучи прорывается свет

Льёт лучи на меня холодное солнце

Здесь не красен закат и ужасен рассвет

И лишь бешено время куда-то несётся

Илона Романова

1

— Внимательней! Внимательней! Упустите в облака, головы поотрываю!

Очень громкий голос коммандера Владимира Лосева, раздавшийся в кабине лейтера, заставил пилота летательного аппарата Максима Мартова невольно вжать голову в плечи и быстро покрутить головой, смотря в стекло кокпита — чужой летательный аппарат — лаггер, шёл низко над поверхностью Таксаны, едва не цепляясь корпусом за почву планеты. Идущая над ним пара лейтеров чуть-чуть сдвинулась ему в хвост и у лаггера появилась возможность быстро скользнуть вверх и скрыться в облаках. Лейтеры тут же метнулись вперёд и заняли прежнюю позицию над чужим летательным аппаратом. Ещё пара лейтеров шла с боков лаггера, а командир звена лейтеров, ведущий Максим Мартов, вместе со своим ведомым Антоном Мартыновым, вёли свои лейтеры позади чужого летательного аппарата и потому у лаггера был лишь один путь — в сторону космодрома колонии, куда, собственно и пытались привести чужой летательный аппарат, окружившие его лейтеры — боевые летательные аппараты Земной Федерации.

Мартов бросил быстрый взгляд вверх — над этой территорией планеты висела низкая, сплошная, тёмная дождевая облачность, шёл дождь и потому окрики коммандера были вполне обоснованы, так как при малейшей невнимательности лаггер мог без труда нырнуть в облачность и спрятаться в ней так, что его уже ни какой лейтер никогда не найдёт.

Губы Максима Мартова вытянулись в широкой усмешке — всё же, по его разумению, вырваться летательному аппарату чужой цивилизации из столь внушительного эскорта охраны никакой возможности не было.

Но всё же экипаж лаггера не сдавался и делал периодические попытки рвануться вверх, чтобы попытаться укрыться в мрачной дождевой облачности, но над ним тут же нависал один из идущих сверху лейтеров, возвращая его назад, к поверхности планеты и у экипажа чужого летательного аппарата оставался лишь один путь, туда, куда его и направляли лейтеры.

* * *

Таксана была четвёртой планетой в Сетранской планетной системе, несколько больше Земли, и потому тепла от местной звезды ей доставалось совсем немного и лишь на её экваторе температура атмосферы достигала десяти градусов выше нуля и потому только узкая экваториальная территория планеты была покрыта карликовой серо-зелёной растительностью, а остальная же часть материков планеты, которых было всего лишь два, представляла собой песчаную и снежную пустыни. Жизнь на планете была сурова для её совсем немногочисленной фауны, представленной, исключительно, ползающими тварями, а уж тем более для людей, но в песках одного из материков был найден таррлат, который служил производным минералом, из которого синтезировался энергетический концентрат для космических кораблей землян, способный разгонять их до скоростей, значительно превышающих скорость света. Таррлат был очень редким минералом в изученной землянами части галактики «Млечный путь», но в песках Таксаны его оказалось достаточно много и потому земляне построили в экваториальном поясе планеты обогатительную фабрику, несколько зарядных станций для накопителей энергетического концентрата и космодром с космопортом и ангарами, что и стало их небольшой колонией без названия. Просто — колония на Таксане.

Сетранская планетная система была изрядно странной системой. Вокруг её звезды — Сетры водили хоровод шесть планет: четыре каменных и два газовых гиганта. Самой ненормальной планетой из них была первая от звезды планета, классифицированная как горячий Юпитер, которая с бешеной скоростью вертелась вокруг Сетры, заставляя колебаться как саму звезду, так и всю планетную систему, что возможно и являлось причиной некоторых катаклизмов, как уже произошедших в этой планетной системе, так и ещё которые произойдут в её будущем. Сетра была несколько горячее Солнца и гораздо моложе и наиболее комфортными для жизни были условия на третьей планете, но она представляла собой будто изрытую язвами совершенно голую каменную планету больше похожую на большой спутник, чем на планету. Планетологи утверждали, что она в какое-то время столкнулась с ещё одной планетой, в результате чего полностью лишилась своей коры, а вместе с ней воды, атмосферы и возможной жизни и сейчас не представляла собой совершенно никакой ценности, так как даже не имела никаких полезных ископаемых. Видимо результатом столкновения являлось астероидное кольцо между четвёртой каменной планетой Таксаной и пятой — огромным газовым гигантом Сворой, что на языке одной из цивилизаций Объединённой Федерации означало «Большая». Считалось, что это астероидной кольцо как раз и является последствием от столкновения третьей планеты с какой-то ещё планетой или большим спутником, который был полностью разрушен и каменные продукты от столкновения были отброшены за орбиту четвёртой планеты, чему, возможно, поспособствовала огромная Свора. Ещё одно астероидное кольцо, гораздо большее по масштабу находилось за орбитой шестой планеты, такого же газового гиганта, как и пятая планета. У землян была версия, что когда-то эта система состояла из двух звёзд, но в результате какой-то огромной по мощности конфронтации, вторая звезда была выброшена из системы, а внешние планеты Сетры и её двойника были разрушены, образовав огромное, очень запылённое астероидное кольцо за шестой планетой Сетранской планетной системы. Так как Сетра, по мере выгорания в её недрах водорода разогревалась, то со временем температура на Таксане должна будет повышаться и возможно через миллиард-полтора земных лет на ней и будут весьма комфортные условия для насыщенной биологической жизни и она будет представлять прекрасную планету для колонизации, если, конечно ненормальная первая планета не помешает этой нормальной эволюции планеты.

В Объединённую Федерацию входило пять ключевых галактических рас: земляне, весты, сарматы, дворы и кроены. Объединённая Федерация представляла собой огромный конгломерат в галактике «Млечный путь» и имела свою столицу Ригану на планете Риза. Управлялась Объединённая Федерация специальным административным органом — Регатом, в который входили с равными правами все цивилизации Федерации. Регат имел свой космический флот, который подчинялся только ему и который он мог направить в любую, входящую в него цивилизацию, для её защиты, если таковая требовалась. Так же Регат предоставлял свои грузовые корабли и транспорты цивилизациям входящим в Объединённую Федерацию, если они в них нуждались и направлял свои исследовательские корабли в ещё не исследованные районы галактики «Млечный путь», для поиска планет, пригодных для колонизации и добычи в из их недр полезных ископаемых, в которых нуждались цивилизации, входящие в Объединённую Федерацию.

Полтора десятка лет колония землян мирно трудились на холодной Таксане исправно наполняя цилиндрические ёмкости накопителей энергетическим концентратом и два раза в местный год отправляя их в Солнечную систему, пока на орбите Таксаны не появились странные круглоносые короткокрылые летательные аппараты с ещё более необычными их четырёхрукими пилотами, которые начали отслеживать и уничтожать корабли землян, занимающиеся транспортировкой цилиндров с энергетическим концентратом, так как портировать концентрат было невозможно по той причине, что он не имел состояния покоя и как только получал свободу тут же устремлялся прочь из квантового туннеля, рвя и разрушая его.

Откуда появилась эта воинственная космическая раса и где находилась её планета, колонисты изначально не имели понятия, потому что летательные аппараты неизвестной цивилизации, названные лаггерами, всегда появлялись внезапно и так же внезапно исчезали, будто используя для этого какой-то невидимый для средств контроля пространства колонистов, портал. Над колонией нависла угроза сворачивания её деятельности из-за бессмысленности своей работы, так как эта странная раса саму колонию почему-то не трогала, уничтожая лишь транспортные корабли землян. Если поначалу охрана колонии была умеренной, то Земля была вынуждена усилить её защиту дополнительными орудийными турельными башнями по периметру колонии, а в пространстве Сетранской системы начала сопровождать свои транспорты боевыми космическими крейсерами. В атмосфере вокруг колонии начали нести вахту боевые летательные аппараты землян — лейтеры.

Сами транспорты тоже были усилены энергетическими орудиями, но лаггеры были очень быстры и вертлявы и громоздкие транспорты не всегда успевали их отслеживать и отстреливаться от них и потому на начальной стадии своего пути они теперь сопровождались крейсерами, пока не набирали сверхсветовую скорость и уже становились недосягаемы для чужих летательных аппаратов. Но и враждебная цивилизация в своём развитии не стояла на месте и уже были замечены их более совершенные летательные аппараты, более плоские и с новым типом защиты, делающей их видимыми лишь с расстояния, практически, визуального обзора пространства.

К тому же пилотам лаггеров будто помогала сама очень странная и непредсказуемая природа Таксаны, так как над её экваториальной территорией периодически образовывались мощные дождевые и грозовые облака, огромные по площади и простирающиеся до двенадцати тысяч метров в высоту, служащие надёжным укрытием для лаггеров. Скорее всего странной погода была из-за содержащегося в атмосфере таррлата, который концентрировался в экваториальной зоне планеты и это способствовало образованию таких мощных дождевых облаков.

Чужие летательные аппараты получили у колонистов название лаггеры, потому, что на языке одной из дружественных землянам галактических рас слово лагге, обозначало блестящий чёрный цвет, а летательные аппараты враждебной цивилизации имели, практически, зеркальный корпус чёрного цвета.

Колонистами была организована массированная охота на летательные аппараты враждебной цивилизации и в конце концов один из них сейчас был захвачен и лейтеры вели его в сторону космодрома колонии.

Землян интересовал не сам летательный аппарат, а его пилоты: как было установлено из уже уничтоженных лаггеров, его экипаж состоял из двух четырёхруких пилотов.

Земляне надеялись с помощью одного из представителей дружественных им галактических рас — сармата, который уже прибыл в колонию на Таксане и который являлся носителем психотронного поля, проникнуть в мозг пилотов враждебной цивилизации и установить, где находится их планета, насколько цивилизация, живущая на ней, технологична и можно ли узнать причину её враждебного и весьма странного отношения к колонии землян на Таксане.

* * *

Впереди показались горы, за которыми уже была колония и её космодром. Хотя горы возвышались над поверхностью планеты не более, чем на полторы тысячи метров, но они изобиловали большим количеством ущелий и каньонов, представляя собой отличное укрытие для тех, кто хотел где-то спрятаться.

Едва Максим Мартов увидел туманную линию гор, как у него неприятно защемило сердце, потому что в ущельях часто прятались лаггеры, дожидаясь старта транспорта землян с космодрома и потому экипажи враждебной цивилизации горы знали достаточно хорошо.

«Чёрт возьми! Было бы хорошо подсунуть под лаггер тоже пару лейтеров и отжать его от поверхности, — замелькали у Мартова тревожные мысли. — Тогда можно было бы заставить его подняться выше гор и не было бы опасности, что он спрячется в одном из ущелий. А его экипаж, несомненно, хорошо знает горы. Тогда уж точно его не выковырнёшь оттуда невредимым. Если бы пара лейтеров не была уничтожена», — он глубоко и шумно вздохнул.

В этом дождевом мареве горы оказались гораздо ближе, чем казались и они вдруг, будто по волшебству, возникли перед самым носом эскорта и произошло то, о чём только что размышлял Мартов — лаггер вдруг резко увеличил скорость и попытался уйти от своего сопровождения. Пилоты, идущих с боков и сверху, лейтеров на рывок лаггера отреагировали с опозданием и лишь Максим Мартов и его ведомый вовремя увидели рывок лаггера и тоже резко увеличили скорость своих лейтеров, так как шли позади чужого летательного аппарата.

— Командир! Впереди ущелье! Уйдёт! — Раздался в кабине лейтера Мартова громкий голос его ведомого Антона Мартынова.

— Ты предлагаешь пальнуть в него? — в голосе Мартова скользнули нотки иронии. — Тогда коммандер пальнёт в нас и уже сегодня мы будем на пути отсюда в анабиозных камерах.

— Я предлагаю догнать и прижать. Какая разница, где его посадить: здесь или на космодроме, до которого мы его, скорее всего, уже не доведём, лишь бы его пилоты остались живы, — скороговоркой произнёс Мартынов.

— Давай пытаться. Только прижать его нужно до гор. Там навряд ли сможем.

— Как скажешь, командир.

Мартов сильнее вжал гибкий акселератор и лейтер заскользил быстрее. За ним устремился летательный аппарат его ведомого.

Два лейтера быстро догоняли лаггер, но и горы стремительно приближались, будто намереваясь помочь не землянам, а враждебной им расе и укрыть у себя чужой летательный аппарат.

Так как лейтер Мартынова был более поздней модификации, чем лейтер Мартова, то он начал вырываться вперёд и уже почти навис над лаггером, тогда как лейтер Мартова отставал от него ещё почти на корпус. Другие летательные аппараты землян уже отстали от лаггера на пару сотен метров и была большая вероятность, что до гор его не догонят.

Видимо поняв замысел землян, экипаж лаггера вдруг послал свой летательный аппарат в сторону. Мартынов отреагировал на маневр лаггера с опозданием, так как уже висел над ним и лаггер ему был виден плохо, тогда как Мартов, видя чужой летательный аппарат в полной мере, тут же вильнул вслед за ним. Своим маневром экипаж лаггера несколько усугубил своё положение, что позволило Мартову оказаться над чужим летательным аппаратом. Он резко бросил свой лейтер вниз, который тут же лёг на корпус лаггера и начал давить на него, прижимая к поверхности планеты. Впереди была скала и лаггер шёл точно на неё. У экипажа лаггера, видимо, не была запланирована своя гибель и потому они послали свой летательный аппарат в другую сторону, сбросив с себя лейтер Мартова, так как вниз пути не было, потому что лаггер уже скользил над поверхностью планеты не выше метра, Но лейтер Мартынова уже был рядом с лаггером и чужой летательный аппарат тут же упёрся в него. Два летательных аппарата ударившись, тут же отскочили друг от друга. Лейтер Мартова оказался прижат к другому боку лаггера и не давал его экипажу пространства для маневра. Экипаж враждебного летательного аппарата, видимо, вознамерился бросить свой летательный аппарат в другую сторону, но там уже был лейтер Мартынова. Пока лаггер метался по сторонам, над ним уже зависла пара других лейтеров и экипажу лаггера ничего не осталось, как бросить свой летательный аппарат вниз. Лаггер ударился днищем в поверхность планеты и начал разворачиваться. В воздух поднялось чёрное грязевое облако, закрывшее собой лаггер. Идущих с боков лейтеры Мартова и Мартынова отбросило в сторону, но сделав крутые развороты Мартов и Мартынов тут же повесили свои летательные аппараты рядом с чёрным облаком, над которым уже висела пара других лейтеров. Оставшиеся две стороны от облака заняли ещё два подошедших лейтера.

Прошло достаточно долгое время прежде, чем почва частично осела и в поредевшем грязевом облаке начал просматриваться лаггер. Его движитель не работал. Своим вращением он выкопал яму под собой больше чем наполовину своего корпуса в которой и находился и из которой сейчас валил густой сизый пар. Видимых серьезных повреждений у лаггера не просматривалось. Он не горел, но в каком состоянии находились его пилоты, было непонятно, так как стекло его кокпита поднято не было.

— Первому звену благодарность, остальным вне очереди драить санационные космопорта. Первой драит вторая — затем по порядку, — Раздался в кабине Мартова резкий голос коммандера.

Губы Максима Мартова невольно вытянулись в широкой усмешке: тогда выходило, что коммандер тоже будет драить санационные, так как он был ведущим третьего звена лейтеров.

— Всем оставаться на своих местах и быть предельно внимательными, — продолжил свой монолог коммандер. — Сейчас сюда придёт группа техников и попытается открыть кокпит лаггера.

В кабине лейтера Мартова наступила долгая тишина. Откинувшись в кресле, он, не отрываясь, смотрел на закопавшийся в почву лаггер. Грязевое облако уже осело и от чужого летательного аппарата теперь вверх поднимался лишь пар, который становился всё меньше и меньше, видимо сильный дождь быстро охлаждал корпус лаггера.

Неожиданно один из лейтеров опустился рядом с закопавшимся в грязь чужим летательным аппаратом, стекло кокпита лейтера поднялось и из него вдруг выпрыгнул коммандер.

Сделав несколько быстрых широких шагов, коммандер запрыгнул на лаггер и пробежавшись по нему, остановился в передней части его корпуса и постучал по нему ногой.

Прошло некоторое время — никакого ответного действия со стороны экипажа лаггера не последовало.

* * *

Коммандер, старший офицер космического флота Земной Федерации Владимир Лосев, был землянином среднего возраста, очень высоко роста и недюжинной силы. Его тщательно выбритая голова, глубоко посаженные глаза, непонятно какого цвета и плотно сжатые нитевидные губы, однозначно выдавали его, как человека очень смелого и решительного. Он совсем недавно был назначен коммандером базирующейся на Таксане эскадры боевых кораблей землян, вместо отозванного бывшего коммандера, старшего офицера уже в возрасте и по мнению Земли, не слишком инициативного. Новый коммандер сразу же проявил свою решительность в борьбе с враждебными летательными аппаратами, организовав захват одного из них.

Будто почувствовав возросшую угрозу для себя чужие летательные аппараты долго не появлялись над колониальным поселением землян и тогда Владимир Лосев пошёл на хитрость, уговорив начальника колонии Вячеслава Козлова отправить с космодрома колонии пустой транспорт.

Едва транспорт стартовал, как из нависшей над колонией облачности сразу вынырнула пара лаггеров и устремилась за транспортом. С космодрома тут же стартовали все восемь имеющихся в колонии лейтеров — четыре звена и устремились на перехват враждебных летательных аппаратов. Одним из лейтеров управлял сам коммандер Лосев. Завязался бой.

Так как задачей землян был захват хотя бы одного лаггера, то пилоты лейтеров действовали очень аккуратно, стараясь не уничтожить лаггеры, а лишь как-то обездвижить их, чтобы какой-то лаггер совершил посадку и уже затем пленить его пилотов. Эта аккуратность стоила землянам двух уничтоженных лейтеров, но и один лаггер тоже был уничтожен. У второго лаггера во время боя, видимо был повреждён его энергетический излучатель и он отстреливался от кружащих вокруг него лейтеров лишь ракетами, пока их запас у него не иссяк. Поняв это, коммандер приказал окружить лаггер плотным кольцом и попытаться направить его к космодрому колонии, где с помощью имеющегося там специального генератора вывести из строя систему управления лаггера и тем самым полностью обездвижить его и захватить пилотов.

Поняли пилоты чужого летательного аппарата, что пытаются сделать с ними земляне или нет, осталось непонятным и поначалу они подчинились воле землян, но в какой-то момент, видимо решив, что бдительность противника ослабла, попытались удрать, но случилось то, что случилось и теперь лаггер стоял зарывшись в почву планеты больше, чем наполовину.

* * *

Старший офицер космического флота Земной Федерации Максим Мартов уже был землянином в возрасте. Он был невысок ростом, но коренаст, светловолос и светлоглаз, с приятными чертами лица и потому, как мужчина, был вполне привлекателен. Но он до сих пор не имел семьи, так как, практически, всю свою сознательную жизнь провёл в пространстве той или иной планетной системы, где земляне имели свои колонии, занимаясь их охраной и потому не нашлось такой женщины, которая согласилась бы таскаться с ним по колониям, без надежды на какое-то нормальное женское счастье. Но время службы Максима Мартова в космическом флоте Земли из-за возраста уже подходило к своему завершению и он специально напросился на контракт в эту далёкую колонию, потому что предоставляемый здесь уровень жизни был очень высок и он надеялся, что накопив его достаточный уровень, сможет обосноваться в одном из престижных районов Земли и в конце концов обзавестись семьей.

Младший офицер космического флота Земной Федерации Антон Мартынов, в отличии от своего дуэте по звену лейтеров, был очень молодым человеком, но весьма смышлёным и подающим большие надежды пилотом и служба на Таксане была его первым серьёзным контрактом в космическом флоте Земной Федерации. Он был высок, строен, силён, черноволосый и черноглазый, но имел несколько грубоватые черты лица и потому девушки не особенно обращали на него внимание, что тяготило его и потому он и заключил этот довольно опасный контракт, из-за его высокого уровня жизни, надеясь, что накопив его достаточный уровень, уже будет чувствовать себя с девушками более уверенно и непринуждённо и в конце концов добьётся согласия от той, о которой мечтал.

Ещё одним отличием двух пилотов было то, что молодой Мартынов был сторонником ракет и всегда таскал их некоторое количество на внешних подвесках своего летательного аппарата, тогда как старый Мартов считал ракеты не совсем эффективным средством борьбы с искусным противником и полагал, что лишь мощное энергетическое оружие способно надёжно уничтожать его летательные аппараты. Мартынов тоже имел в своём лейтере энергетический излучатель, но несколько меньшей мощности, чем излучатель лейтера Мартова.

* * *

Максим Мартов с замершим сердцем наблюдал за прохаживающимся под дождём по блестящему чёрному корпусу враждебного летательного аппарата коммандером, который периодически останавливался и стучал ногой по лаггеру, будто тем самым приказывая его пилотам покинуть летательный аппарат, но никакой ответной реакции от пилотов лаггера не было.

Коммандер, несомненно, подвергал себя опасности, так как было известно, что пилоты лаггера были вооружены достаточно мощным ручным оружием, похожим на большой раппер землян, с несколько странным силовым методом воздействия его зарядов, которое было найдено в подбитых лаггерах и которое землянами было испытано: достаточно было пары зарядов от вражеского оружия, полученного в голову, чтобы оказаться мёртвым. К тому же, верхняя часть корпуса лаггера была овальной и омываемая дождём казалась настолько скользкой, что коммандер непременно должен был свалиться с неё, но время шло, а коммандер всё ходил и ходил по корпусу чужого летательного аппарата, не падая с него, как никто и не появлялся из лаггера.

Мартов уже начал беспокоиться об угрозе жизни коммандера уже не со стороны пилотов лаггера, а со стороны непогоды, так как коммандер, однозначно, напрасно мок под холодным дождём холодной планеты и хотя на нём была непромокаемая одежда, но его безволосая голова никакой защиты не имела и коммандер мог запросто простудиться.

Наконец, со стороны гор показалась чёрная точка, которая быстро увеличивалась в размерах и вскоре стало понятно, что это в сторону произошедшего события идёт большой глайдер.

Описав круг, глайдер опустился рядом с лейтером коммандера. Его двери скользнули вверх и из него выпрыгнул огромный человек и сделав несколько быстрых шагов, запрыгнул на корпус лаггера и остановился перед коммандером. Человек оказался почти на голову выше высокого коммандера. Это был прибывший недавно в колонию сармат Эрт Кройт.

Брови Мартова взлетели едва ли не до середины лба. Выходило, что коммандер решил даже не транспортировать экипаж лаггера в колонию, а начать разбираться с ним уже на месте посадки враждебного летательного аппарата.

Из глайдера вышла пара техников, держа в руках какие-то достаточно громоздкие предметы. Подойдя к краю выкопанной лаггером ямы, они остановились, видимо не решившись запрыгнуть на корпус чужого летательного аппарата, так как нужно было преодолеть по воздуху расстояние не менее трёх метров.

Насколько Мартов мог видеть, между ними а коммандером произошёл какой-то диалог.

Развернувшись, техники вернулись в глайдер, его двери опустились и он поднялся в воздух. Скользнув к лаггеру, глайдер завис над ним, едва не касаясь его своими опорами. Двери глайдера поднялись и из него, уже на корпус лаггера, опять выпрыгнули два техника с теми же громоздкими предметами. Глайдер отошёл в сторону. Коммандер принялся махать руками, видимо что-то объясняя техникам. Они присели и начали осматривать верхнюю часть корпуса лаггера, а затем, и вовсе стали на колени и толкая перед собой свои предметы, стали ползать по корпусу чужого летательного аппарата. Затем остановились и принялись манипулировать своими предметами, крутя их туда-сюда и…

Часть корпуса лаггера, скорее всего это было стекло кокпита только тёмного цвета, пошла вверх. Видимо, даже сами не ожидая этого, техники отскочили в сторону от поднимающегося стекла и один из них, даже не удержавшись, вытянулся на нём и вдруг, скользнув вниз, исчез из вида. Второй техник осторожно пополз к тому месту, где свалился первый техник.

Коммандер и сармат подошли к открывшемуся зёву люка лаггера.

— Экипажу первого звена совершить посадку и подойти ко мне, — раздался в кабине лейтера Мартова громкий голос коммандера.

Два лейтера тут же скользнули вниз и опустились на поверхность планеты рядом с лейтером коммандера. Стёкла их кокпитов поднялись и выпрыгнувшие из лейтеров пилоты, побежали к лаггеру. Молодой и высокий Мартынов с ходу перепрыгнул на корпус лаггера. Мартов остановился у края ямы и состроив гримасу досады, водил взглядом от края ямы до корпуса лаггера и назад, понимая, что это расстояние по воздуху он навряд ли преодолеет даже с разбега. К тому же шёл дождь и хотя на Мартове была непромокаемая одежда, а на голове шлем, но непрерывный шелест дождя как бы сковывал его движения.

Видимо поняв это, Мартынов вернулся назад и взяв Мартова за предплечье, потянул его назад.

— Вперёд, командир! — негромко произнёс он, отступив на несколько шагов от края ямы и таща Мартова, побежал.

Мартов, поддерживаемый своим ведомым, тоже бежал и подбежав к краю ямы не остановился, а выбросил ногу вперёд. Коснувшись вытянутой ногой корпуса лаггера, он сделал по инерции пару шагов и вдруг, почувствовал, что корпус чужого летательного аппарата совершенно не скользкий.

— Благодарю! — Мартов дёрнул плечами, давая Мартынову понять, чтобы тот отпустил его.

Мартынов опустил руку, которой держал Мартова и направился в сторону коммандера. Мартов пошёл за ним.

Уставившись в подошедших пилотов недовольным взглядом, коммандер повёл подбородком в сторону кабины лаггера.

— Нужно достать одного из пилотов, — заговорил он. — Гард Эрт Кройт утверждает, что пилоты мертвы. Однако техники утверждают, что стекло кокпита поднялось само, когда они вознамерились резать корпус. Странный парадокс: или система управления лаггера столь совершенна или его пилоты водят нас за нос.

Ничего не ответив, Мартов и Мартынов подошли к краю кокпита и заглянули внутрь лаггера: кабина чужого летательного аппарата была двухместной — кресла в кабине стояли в один ряд в полуметре друг от друга. В каждом сидел пилот с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла, с руками на подлокотниках и казалось что они спали. Никаких защитных шлемов на безволосых головах пилотов не было.

Ни Мартов ни Мартынов ещё никогда не видели так близко пилотов враждебной цивилизации в целости и сохранности и потому невольно засмотрелись на них, изучая.

Насколько было видно, пилоты были среднего телосложения, примерно среднего, по земным меркам роста. Они имели коричневый цвет кожи; их лица были вытянуты и худощавы; нос загнут к низу; уши большие и узкие и вытянуты вдоль головы. Из-за безволосой головы было совершенно непонятно какой у них по размеру лоб. Тонкие губы плотно сжаты. Глаза закрыты и какие они, было непонятно. Несколько длинный подбородок и высокая шея, вокруг которой стоял воротник их чёрных курток. Все четыре руки пилотов были, скорее всего, в перчатках и лежали на широких подлокотниках.

— Гард коммандер! Какого? — произнёс Мартов, подняв взгляд на Лосева.

— Любого! — губы коммандера вытянулись в широкой усмешке. — Или… — он повернул голову в сторону сармата.

Эрт Кройт молча покрутил головой. Коммандер опять повернул голову в сторону пилотов.

— Любого! — резким голосом повторил он.

Мартов и Мартынов наклонились, согнувшись больше чем в двое и вытянув руки в сторону ближнего к себе пилота чужого летательного аппарата, взяли его под верхние плечи и резко дёрнули вверх.

Пилот вначале легко пошёл вверх, затем его полёт начал замедляться и едва его плечи показались из люка, он повис. Мартов невольно состроил гримасу недоумения, но скользнув взглядом по вытаскиваемому пилоту вдруг осознал, что тот пристёгнут к креслу чем-то напоминающим ремни безопасности. Держать пилота на весу становилось всё труднее и он начал опускаться назад в кабину лаггера. Неожиданно к нему шагнул сармат, в воздухе мелькнул синий сполох и пилот резко взлетел вверх. Не ожидая этого, Мартов и Мартынов выпустили пилота из рук и тот грохнулся спиной на корпус лаггера. Земляне свалились рядом с ним. Побарахтавшись, они быстро поднялись и шагнули к четырёхрукому пилоту.

— Назад! — неожиданно донёсся протяжный и совершенно не грубый голос сармата, произнёсший слово на универсальном языке Объёдинённой Федерации.

Состроив гримасу недоумения, Мартов и Мартынов отступили и замерли. Эрт Кройт присел рядом с чужим пилотом.

Прошло долгое время, прежде, чем сармат поднялся, шагнул к коммандеру и принялся что-то ему говорить шёпотом и его монолог остался Мартову и Мартынову неведом. Наконец Эрт Кройт отступил от коммандера. Лосев повернулся в сторону Мартова и Мартынова.

— Вытаскивайте второго. Только не как первого. Гард Эрт Кройт утверждает, что они в каком-то странном состоянии смерти. Он не чувствует их информационные поля, но чувствует их энергополе, хотя и очень слабое, будто они какие-то механизмы, а не люди. Доставим их в медлабораторию колонии. Возможно там ему удастся разобраться в этой их странности. Дождь не совсем комфортное условие для работы.

— Да, гард коммандер! — хором ответили земные пилоты и шагнув к кокпиту лаггера, склонились над ним.

Чтобы понять, как расстегнуть ремни безопасности, Мартынову пришлось влезть в кабину лаггера. Внимательно изучив ремни, он нашёл на них застёжки и второй пилот был без проблем извлечён из кабины.

Вскоре над лаггером завис глайдер, пилоты чужого летательного аппарата были погружены в него и глайдер вместе с ними, техниками и сарматом направился туда, откуда и прибыл.

Лейтеры направились следом за ним, оставив закопавшийся в сырую почву планеты чужой летательный аппарат под холодным дождём без присмотра, даже не опустив стекло его кокпита.

* * *

Загнав лейтеры в один из ангаров космодрома, Мартов и Мартынов направились в свои каюты здания космопорта колонии, где привели себя в порядок и затем пошли в ресторан космопорта, так как уже был вечер и работавшее днём кафе колонии, ночью становилось рестораном, уже с более высоким уровнем цен и обслуживанием уже не механическими адронами, а настоящими стюардами и живой музыкой с живым оркестром, который, правда, состоял лишь из двух солистов, но настоящих виртуозов, знающих, как казалось бесчисленное количество музыкальных произведений. Уровень жизни пилотов первого звена лейтеров эскадры колонии был достаточно высок и потому они могли позволить себе провести вечер в ресторане, а не дожидаться утра, чтобы поесть в более дешёвой кафешке.

Едва они вошли в зал ресторана, как увидели сидящих за одним из столов коммандера и сармата, о чём-то достаточно громко беседовавших. Причём наиболее громко разговаривал коммандер, что было его нормой разговора. Стол рядом с ними был свободен, так как ещё был не совсем поздний вечер и ресторан был, практически, пуст. Пилоты уселись за него и начали прислушиваться к разговору старших офицеров космического флота. Видимо они тоже только что пришли в ресторан, поэтому никаких блюд перед ними на столе не было и потому Мартову и Мартынову удалось услышать, почти весь их разговор.

— Я в тупике! — негромко говорил Эрт Кройт своим приветливым голосом, разведя руками. — Они мертвы! Не удалось прочитать ни одного образа. Вы, явно перестарались!

— Мы совершенно не оказывали на них никакого внешнего воздействия, — громко басил Владимир Лосев. — При тебе открыли кокпит лаггера.

— Но они уже были мертвы, — сармат постучал рёбрами ладоней по краю стола.

— Ерунда какая-то, — коммандер поднял плечи. — Я ещё при охоте на лаггеры запретил пилотам открывать по ним огонь. Они два лейтера уничтожили, пока одного из них удалось захватить и то благодаря тому, что у него закончились ракеты и почему-то отказал оружейный накопитель энергии. Здесь есть какая-то хитрость с их стороны. Может они сами себя умертвили?

— Каким образом? — Эрт Кройт тоже поднял плечи. — Реаниматоры не нашли на их телах никаких следов от уколов. Да и слюна у них во рту не содержит никаких ядов.

— А если они являются носителями такого же поля, как и ты? — высказал предположение коммандер.

— Ты хочешь сказать, что они могли уничтожить друг друга своими психотронными полями. Но это должны быть достаточно мощные поля. И оба, воздействуя друг на друга, не могли умереть разом. Умер бы один, более слабый, а второй, непременно, остался бы жив. Пока я ничего не понимаю, — сармат покрутил головой. — И более того, я чувствую их не биополя, а энергополя, будто они не естественные биологические организмы, а искусственно созданные механизмы.

— Адроны! — коммандер подался в сторону сармата.

— Вполне возможно, — Эрт Кройт откинулся на спинку кресла. — Я приказал реаниматорам направить на них голокамеры, чтобы они были под непрерывным наблюдением. Может быть они как-то проявят свою хитрость, о которой ты говоришь.

— Разумно! — коммандер кивнул головой и повернул голову к подошедшему к столу стюарду. — Сколько можно ждать? — произнёс он грубым голосом.

— Извините! Мы только что открылись, — стюард склонил голову. — Я слушаю вас?

Взяв со стола меню, старшие офицеры открыли его и едва скользнув по нему взглядом, начали заказывать блюда. Пилотам стало неинтересно и они тоже, взяв со стола меню, принялись его изучать, хотя уже знали, практически, все блюда ресторана и какое-то новое в меню появлялось не часто, обычно с приходом транспорта, который доставлял в колонию какие-то продукты.

Поужинав и выслушав несколько инструментальных композиций, Максим Мартов и Антон Мартынов поднялись и направились в свои каюты, потому что на следующее утро у них было боевое дежурство и им нужно было хорошо выспаться.

2

Вахта следующего дня для первого звена лейтеров подходила к концу и пилоты уже рассуждали о том, как проведут сутки отдыха. Активному отдыху погода не благоприятствовала и потому его, скорее всего, предстояло провести в каком-то из зданий колонии.

— Вахтовому звену! — громкий голос коммандера заставил ведущего первого звена лейтеров Максима Мартова и его ведомого Антона Мартынова сосредоточиться. — Лаггеры только что совершили дерзкое нападение на транспорт Земной Федерации, который едва стартовал с космодрома колонии. Транспорт серьёзно пострадал, но груз удалось спасти. Напавших летательных аппаратов, как всегда, было два. Один уничтожен, но второй ушёл. Найти и уничтожить! — Коммандер умолк.

— Да, гард коммандер! — механически подтвердил полученный приказ Мартынов и выполняя его, закрутил головой, всматриваясь в атмосферу планеты через прозрачное стекло кокпита своего летательного аппарата.

Над этой территорией планеты, как и вчера, висела низкая, тяжёлая от воды облачность, дул сильный ветер и шёл мелкий частый дождь и потому дальность визуального обзора в атмосфере была невелика, что никак не способствовало поиску ушедшего из-под обстрела враждебного летательного аппарата, но всё же Мартову неожиданно повезло — он увидел скользнувшую снизу вверх блёстку, которая скрылась в нависшей над планетой тёмной облачности.

— Вон он! Справа! — выкрикнул он.

— Где? Не вижу! — тут же раздался в кабине его лейтера голос Антона Мартынова.

— В облака нырнул, гад!

— Командир! Ты можешь сказать точнее?

— Справа от нас очень низкая дождевая облачность. Лаггер силаев нырнул туда.

— А откуда он появился? Транспондер промолчал. Большие помехи из-за грозы.

— Не знаю, — Максим Мартов механически мотнул головой. — Я его увидел уже входящим в облака. Может оттуда и появился, а увидев нас, нырнул обратно.

— Коммандер, точно устроит разгон, что просмотрели, а если ещё его станция слежения засекла, то драить нам всю санационную эскадры вне очереди, — Антон Мартынов шумно вздохнул. — Будем ждать, когда вынырнет или сунемся сами искать?

— Если бы станция засекла, оператор уже бы прокричал. Видимо ей тоже помехи мешают. Отсюда до базы более восьмидесяти километров. При такой погоде могла и не увидеть. У нас час с четвертью вахты осталось. На следующую вахту повесим? Они нам этого подарка никогда не простят, — Мартов состроил гримасу досады. — Подождём четверть часа. Если вынырнул один раз, может вынырнет и ещё. Не вынырнет, сунемся и начнём искать.

— За это время далеко уйдёт. Ты уверен, что найдём? Может позовём помощь?

— В такой облачности далеко не уйдёт. Молния остановит. Здесь будет крутиться, гад. Ему интересно, что с транспортом. Будем сами искать. Не найдём — грош нам цена. С обратной стороны облаков он навряд ли высунется — на орбите крейсера.

— Как скажешь, командир.

Максим Мартов откинулся в кресле пилота своего старого боевого лейтера и начал быстро крутить головой, смотря, как в прозрачное стекло кокпита летательного аппарата, так и в голографический экран его пространственного сканера, совмещённого с детектором масс. Тоже самое проделывал и Антон Мартынов, сидя в кресле своего боевого лейтера новой модификации, находящегося в полутысяче метров от летательного аппарата Мартова. Из-за низкой облачности оба лейтера сейчас висели лишь в сотне метров над поверхностью Таксаны и потому горизонт обзора у них был совсем недалёкий.

Облачность, в которую нырнул лаггер была тёмной и дождевой, в которой периодически проскакивали яркие грозовые разряды, что очень затрудняло работу детектора масс, делая лаггер в сплошных дождевых облаках им, практически, невидимым.

— Командир! Мы же вчера один лаггер уничтожили, один захватили, — нарушил молчание Мартынов. — Руководство специально провело операцию вчера, чтобы сегодня транспорт без проблем ушёл к Земле. И опять пара. Будто из облаков материализовалась. Пора более серьёзные меры принимать. Ты не находишь?

— Куда ещё серьёзнее, — недовольным голосом заговорил Мартов. — Лейтеры несут вахту в окрестностях колонии постоянно. На орбите крейсера. Такое впечатление, что погода на их стороне. Хотя, я бы вызвал эскадру крейсеров с Земли и тщательно обшарил бы астероидное кольцо. Однозначно носитель лаггеров где-то там прячется.

— Орбитальная станция слежения нужна.

— Ты же знаешь — Земля сочла её строительство над Таксаной неперспективной. Ещё сотня лет и разработка таррлата станет неэффективной и мы уйдём отсюда.

— Сотню лет ещё прожить нужно, — Мартынов громко хмыкнул. — Сколько ещё землян погибнет здесь.

— Землян жаль. Нужно искать новые способы по охране транспорта. Внимательней за облаками! Не отвлекайся!

В обоих кабинах лейтеров наступила тишина.

Прошла четверть часа, отведённого командиром звена Максимом Мартовым для наблюдения за облачностью, в которой спрятался лаггер, но чужой летательный аппарат из неё так и не появился. Теперь землянам предстояло принять непростое решение или самим войти в мрачную густую облачность и попытаться найти в ней лаггер или продолжать ждать, надеясь, что чужой летательный аппарат сам вынырнет оттуда. Но сколько ждать…

— Командир! — опять донёсся в кабине летательного аппарата Мартова голос Мартынова.

— Да! — отозвался Мартов.

— Время вышло. Он не появился. Что дальше?

— Сам знаешь, что. Будем соваться.

— Ты уверен, что найдём?

— Нет! У тебя есть другой вариант?

— Нет!

— Тогда полезли. Повнимательней по сторонам. Скорее всего, крутится где-то неподалёку. Не уйдёт пока не убедится, что транспорт на приколе. Не забывай, что ни детектор масс ни транспондер в грозовых облаках могут не работать. И пристегнись. Неизвестно, что и кто там нас ждёт. Возможно, придётся катапультироваться.

— Ты преувеличиваешь, командир!

— Это приказ!

— Да, командир!

Максим Мартов опустил руку и пальцем нажал на клавишу под подлокотником и в тот же миг система безопасности мягко прижала его к креслу, однако оставив ему достаточную свободу. В его кабине донёсся шум сработавших захватов и в кабине лейтера Мартынова.

Оба пилота двинули жёсткие акселераторы своих лейтеров вперёд и летательные аппараты через несколько мгновений нырнули в мрачную грозовую облачность.

* * *

По стеклу кокпита лейтера Максима Мартова сразу же заструились потоки воды и заскользили белые змейки молний, что тут же отразилось в голографическом экране пространственного обзора, который запестрел едва ли не сплошной рябью, через которую что-то полезное рассмотреть было весьма проблематично. Лейтер шёл с невысокой скоростью и потому возмущение им облачности больших разрядов молний в ней не вызывало, а сверкали они где-то в стороне.

— Чёрт возьми! — невольно вырвалось у Мартова, от вида голоэкрана.

Он ткнул пальцем в несколько сенсоров панели управления, переводя систему контроля пространства лейтера в агрессивно-адаптивный режим.

— Мартынов! — произнёс он, вызывая своего ведомого.

— К-м-м-м… Хр-р-р-р… — тут же раздалось хрипение в кабине, однозначно говорящее, что связь с ведомым нарушена.

«Зря мы сюда сунулись. Нужно было звать помощь и ждать, — заскользили у Мартова тревожные мысли. — Система не может отстроить детектор масс от помех. Значит лаггер можно увидеть лишь уткнувшись в него носом. Попытаться отстроиться вручную?»

Он поманипулировал настройками панели управления — помех в голоэкране, действительно, стало меньше, но они увеличились в размере, заняв его ещё больший объём.

— Н-да! — Мартов состроил гримасу досады.

Он принялся крутить головой, всматриваясь в прозрачное стекло кокпита и как ему показалось, белых змеек молний снаружи стало меньше, хотя скользивший по кокпиту поток воды был такой, будто лейтер нырнул в океан, но вода была чистой и на некотором расстоянии пространство облачности просматривалось вполне сносно.

«Интересно, какой высоты эта облачность? Больше десяти тысяч метров? — заскользили у Максима Мартова мысли озабоченности. — Что если, пока мы будем ползать в ней, лаггер выйдет с её обратной стороны и уйдёт. Хотя, ведь на орбите находится пара крейсеров. Навряд ли он уйдёт от них. Но весьма странно, что лаггеры смогли незамеченные экипажами крейсеров войти в атмосферу Таксаны? А если они уже долго где-то прятались в ущельях планеты? Кто-то просмотрел. Земля по голове не погладит за это. Экипажи лаггеров решили применить новую тактику, намереваясь транспорт уничтожать ещё на старте? После старта уже не получается? Может зря транспорт стартовал при такой облачности над колонией? А может его экипаж решил, что успеет спрятаться в ней, а при выходе из неё уже попадёт под защиту крейсеров? Не получилось. Экипажи лаггеров оказались хитрее. И сколько лаггеров пришло на этот раз? Что если не две пары? А где остальные? Ждут старта следующего транспорта? Долго им придётся ждать. Проклятье! Начальнику колонии есть о чём серьёзно задуматься. Может пора уже крейсерам стартовать с космодрома перед самым стартом транспорта, контролируя его старт?»

Мартов ещё энергичнее закрутил головой, всматриваясь в прозрачное стекло кокпита и вдруг ему показалось, что чуть в стороне от вектора пути его лейтера блеснуло что-то яркое, совсем не похожее на молнию и в тот же миг большой жёлтый круг расползся в облачности, буквально в нескольких метрах от кокпита. От неожиданности Мартов невольно вздрогнул. Летательный аппарат заплясал, будто попал в шторм.

«Проклятье! — Максим Мартов принялся энергично манипулировать рыппом, пытаясь стабилизировать лейтер. — Определённо, это была ракета. Спасибо защите, иначе от меня остались бы одни воспоминания. Значит лаггер где-то недалеко, — замелькали у него мысли, наполненные тревогой. — Неужели система пространственного контроля лаггера стала настолько более совершенной, что в состоянии работать в такой облачности? Странно! Такого прежде не замечалось. Может пилоты лаггера выпустили ракету наугад? Что вероятнее всего».

Мартов был опытным пилотом и его манипуляции рыппом имели скорый успех — лейтер быстро стабилизировался.

— Антон! — попытался Максим Мартов ещё раз вызвать своего ведомого.

— Да-а-иу, ко-о-о-м-ма-уи-уир! — тут же пришёл едва разборчивый ответ.

— Он рядом! — прокричал Мартов, будто от громкости его голоса зависела чистота связи.

— Гд-еу-и?

— Где-то справа от меня.

— Хр-р-р…

«Проклятье!» — Мартов невольно мысленно выругался и повернув голову вправо, принялся всматриваться в облачность.

Прошло несколько мгновений и ему показалось, что в той стороне, куда он смотрел, скользит будто какая-то едва видимая тень. Он тут же ткнул пальцем в несколько сенсоров панели управления под голоэкраном, пытаясь отстроиться от помех ещё лучше, но его усилия оказались тщетны, помех на экране меньше не стало. Хотя, визуально тень в облачности стала наблюдаться отчётливее, но как цель в голоэкране она по-прежнему не отображалась.

— Гад! Я тебя вручную достану, — процедил Мартов и опять принялся манипулировать настройками панели управления.

Его лейтер теперь шёл параллельно тени. В центре голоэкрана вдруг появилась белая окружность, которая скользнула в сторону и опоясала невидимую цель, заставив брови Мартова высоко подняться. Его палец потянулся к клавише выстрела на рыппе…

— Командир! Я тебя вижу! — вдруг раздался громкий и такой отчётливый голос Мартынова, что Мартов невольно вздрогнул. — Ты слева!

Палец Мартова замер, а затем он и вовсе отвёл его в сторону от клавиши выстрела.

— Проклятье! Я чуть не грохнул тебя, — процедил он. — Транспондер не работает. Ты как тут оказался? Это ты в меня стрелял? — едва ли не прокричал Мартов.

— Нет! Командир, я ещё соображаю в кого стреляю. Я шёл за тенью в облаке. Определённо это был лаггер. Выпустил в его сторону пару ракет. Скорее всего — мимо. Потом он исчез и появился ты. Тебя от него я смог распознать.

— Проклятье! Значит я твою атаку видел, буквально в нескольких метрах от кокпита.

— Не может быть, командир. Я стрелял не в твою сторону.

— Выходит, действительно, он меня атаковал. Но как он меня увидел? Ты сейчас идёшь по тому же вектору, по которому шёл за ним?

— Когда он исчез, мотнулся туда-сюда, но градусов на десять. Не больше. Но в пустую. Транспондер тоже молчит.

— Также и иди. Не мог он далеко уйти. Я постараюсь страховать.

— Как скажешь, командир.

Тень в облачности начала растворяться, будто она пожирало её. Состроив гримасу досады, Мартов сильнее вжал гибкий акселератор и лейтер заскользил быстрее и в тот же миг по кокпиту летательного аппарата энергично заскользили белые змейки электрических разрядов. Кабина наполнилась треском, заставив лицо Максима Мартова исказиться гримасой тревоги. Белая окружность из голоэкрана исчезла.

Прошло совсем короткое время и треск усилился настолько, что Мартов невольно тряхнул головой, будто таким образом намереваясь вытрясти наполнившие её неприятные звуки, но они вдруг сам исчезли.

«А если это Антон пытался связаться, — мелькнула у Мартова догадка. — Проклятье! Где он? Что хотел сказать?»

Он принялся ещё пристальнее всматриваться в стекло кокпита и вдруг такой яркий синий сполох разорвал облачность перед лейтером, что Мартов невольно закрыл глаза, а когда через мгновение их открыл, увидел впереди, чуть в стороне от вектора своего пути достаточно отчётливый контур летательного аппарата. Он тут же ткнул пальцем в сенсор захвата цели и в голоэкране вспыхнула яркая белая окружность, охватывая собой непонятно что. Мартов потянул палец к клавише выстрела, но тут же остановил его движение.

«Вдруг это опять Мартынов? — всплыла у него тревожная мысль. — И почему конструкторы не могут сделать транспондер таким, чтобы он работал при любых атмосферных помехах?»

— Антон! — Громко произнёс он, будто это позволяло отстроиться от помех.

Но вместо ответа ещё одна яркая, но уже жёлтая вспышка перед самым кокпитом заставила его невольно прикрыть глаза, но перед этим он успел увидеть странный летательный аппарат, мало похожий на прежний лаггер, более плоский и менее круглоносый и с совсем короткими крыльями. Не раздумывая, он вжал клавишу выстрела и облачность прочертил яркий синий сполох, превратившийся где-то в ней в не менее яркую вспышку.

«Проклятье! — Мартов перевёл взгляд на голоэкран. — Что происходит? Неужели силаи разработали эффективный сканер пространственного обзора и создали новый летательный аппарат, которым никакие помехи не страшны? Не зря он полез в эту облачность. И как теперь с ним бороться? Хорошо, что ещё защитное поле лейтера держится».

— Командир! — вдруг раздался громкий и чёткий голос Мартынова.

— Да! — механически слетело с губ Мартова.

Он приподнял голову — за стеклом кокпита уже потемнело, но никаких летательных аппаратов поблизости не просматривалось. Лейтер продолжал скользить в густой дождевой облачности.

— Ты видел его? — продолжил кричать Мартынов.

— Странный летательный аппарат? — поинтересовался Мартов.

— Да!

— Лишь одно мгновение. Ты думаешь это новый лаггер силаев, который обсуждают пилоты? Теперь и нам повезло его увидеть?

— Не знаю чей, но то что он более совершенный — однозначно. Я выпустил в него пару ракет, но они сдетонировали в его защитном поле.

— Так это ты стрелял? Я чуть не ослеп.

— Если ты видел жёлтые вспышки, то я. Он ушёл, будто не почувствовал атаку. Прости командир! Транспондер не работает, а я не подумал, что ты где-то рядом.

— Вспышки были и синими и жёлтыми. Значит он опять атаковал меня. Хорошо, что защита не подводит. Не понимаю, как он находит меня? — Мартов мотнул головой, будто Мартынов видел его. — Я увидел серый контур летательного аппарата перед собой и атаковал его. Но, скорее всего, тоже безрезультатно. Уже подумал, что это ты. Выходит силаи усовершенствовали защиту своих новых лаггеров и теперь нам нужна большая энергия, чтобы пробить её. Ну и ну! Нужно выбираться из облачности, иначе мы перестреляем друг друга. Буду просить помощь у коммандера.

— Не торопись командир. Я периодически наблюдаю его след. Видимо лаггер всё же повреждён нашими атаками и в какие-то периоды он обильно испаряет влагу и его след в этих дождевых облаках вполне сносно просматривается. Я иду за ним. Скорее всего ты где-то слева от меня. Двигайся параллельно по вектору двести девяносто. Не торопись. Скорость не больше шестидесяти. Есть у меня одна интересная мысль. Я уверен: мы достанем его, — прокричал Мартынов свой долгий монолог.

— Принял! Смотри не ошибись.

— Будь спокоен, командир!

Мартов перевёл взгляд на указатель курса. В принципе, его лейтер шёл лишь несколько в сторону от названного Антоном Мартыновым вектора пути и несколько медленнее. Отклонив рыпп и чуть сильнее вжав гибкий акселератор, он направил свой летательный аппарат по нужному курсу и с нужной скоростью.

* * *

Как казалось Мартову, лейтер уже долго шёл в облачности, которой не было конца. Никаких серых теней он больше не наблюдал и у него появилась стойкая мысль, что Мартынов специально направил его по ложному следу, а сам сейчас преследует этот странный лаггер и когда догонит его и уничтожит, то вся слава достанется ведомому, а ему придётся лишь скромно улыбаться и поддакивать рассказам Мартынова.

«Что-то я совсем расклеился, — Мартов кисло улыбнулся, и перевёл взгляд на голоэкран. — Видимо устал. Уже более двух лет гоняюсь за лаггерами. Нужно проситься на отдых. Хорошо бы попасть на Землю. Сколько я там уже не был? Наверное более десяти лет».

Он шумно вздохнул, перевёл взгляд на стекло кокпита и буквально, остолбенел: облачность стала заметно светлее и разреженнее и в этой разряжённой облачности навстречу его лейтеру шёл тот самый странный летательный аппарат, который он видел лишь мгновение во время одной из недавних вспышек в облачности. Так как автоматический захват цели Мартов не отключал и его палец продолжал висеть рядом с клавишей выстрела, не раздумывая, он ткнул пальцем в клавишу и в тот же миг яркий синий сполох, разрывая облачность, метнулся в сторону незнакомого летательного аппарата, который тут же утонул в синем ореоле.

Прошло несколько мгновений и синий ореол угас. Лицо Мартова механически вытянулось — незнакомый летательный аппарат продолжал скользить в его сторону без каких-либо видимых повреждений, будто его экипаж и не понял, что их летательный аппарат был обстрелян мощным энергетическим лучом, способным без проблем сжечь любое материальное тело, оказавшееся у него на пути. Что было ещё более странным — лаггер не обстреливал лейтер Мартова, будто не видел его или у него закончилась энергия.

Словно заколдованный Максим Мартов смотрел на приближающийся чужой летательный аппарат, не предпринимая никаких усилий для новой атаки на него. Никаких мыслей к какому-либо действию у Мартова не возникало, будто все мысленные процессы исчезли из его мозга.

Вдруг, вместо странного летательного аппарата в его сторону уже мчался большой огненный шар и в тот же миг, будто что-то перещёлкнуло в голове Мартова и он резко отклонил рыпп, уводя лейтер от столкновения с огненным шаром.

Лейтер резко подбросило и он энергично заплясал, будто попал в шторм, норовя выбросить пилота из кресла, словно считая его лишним в своём управлении и если бы Мартов предусмотрительно не прижал себя, при входе в облачность, к креслу системой безопасности, то непременно вылетел бы из него.

Прошло ещё несколько мгновений и огненный шар, изрыгая из себя яркие струи огня, пронёсся мимо лейтера, оставив на стекле кокпита несколько огненных змеек, которые извиваясь заскользили по кокпиту, будто ища для себя жертву, но так и не найдя её, скользнули куда-то вниз и исчезли из вида Мартова.

— Командир! — раздался громкий чёткий голос Мартынова. — Мы сделали его! Моя мысль была правильной — экипаж лаггера нужно было отвлечь и ты прекрасно справился с этим.

— Я-я-я… Я не отвлекал. Он сам…, - Мартов состроил гримасу досады, понимая, что молодой Мартынов каким-то образом провёл не только экипаж странного лаггера, но и его, старого космического волка, столкнув их лоб в лоб, будто заставив, буквально, подставиться друг под друга, будто сыграв с ними в поддавки.

«Стар стал! — Максим Мартов с грустью на лице покачал головой. — Пора уходить».

— Ты где? — произнёс он, крутя головой и скользя взглядом по стеклу кокпита и тут же, несколько в стороне от своего летательного аппарата, увидел медленно идущий навстречу лейтер ведомого.

Мартов бросил быстрый взгляд в голоэкран — транспондер его лейтера по-прежнему не работал.

«Сдох! — Мартов вытянул губы в грустной усмешке. — Пора и летательный аппарат списывать вместе со мной».

— Перед тобой, командир. Кто же тогда его экипаж…? — в голосе Мартынова послышались нотки иронии. — Определённо, он подошёл к границе облачности и увидев крейсера и поняв, что будет замечен ими и атакован, развернулся обратно и пошёл в твою сторону. Я на что-то такое и рассчитывал, когда шёл за ним. Экипаж лаггера словно заклинило. Может от испуга? Или от твоей атаки? Лаггер проскочил чуть в стороне от меня, будто не заметив и к тому же заработал мой транспондер. Я смог увидеть в голоэкране ваше расположение относительно друг друга и не ошибся с атакой. Я вогнал в раструб движителя лаггера четыре ракеты. Все, что у меня были. Сомневаюсь, что от лаггера что-то осталось. Определённо, коммандер будет доволен.

— Сам об этом коммандеру и доложишь, — Мартов состроил мину досады. — Возвращаемся!

Он опять покрутил головой, всматриваясь в стекло кокпита — лейтер уже полностью вышел из облачности и теперь скользил в чистой атмосфере планеты, освещаемый лучами далёкой местной звезды.

Прошло совсем короткое время и рядом со своим лейтером, он увидел лейтер ведомого.

Максим Мартов покачал рыпп и в такт его качаниям, лейтер тоже покачался, тем самым поприветствовав лейтер Мартынова. Антон Мартынов ответил тем же.

Два летательных аппарата Земной Федерации синхронно скользнули к поверхности планеты, направляясь на космодром колониального поселения.

* * *

Когда лейтеры первого звена вернулись на космодром, то над ним дождя уже не было и по небу плыли не чёрные, а серые кучевые облака, между которыми проглядывало местное солнце, будто природа планеты знала, что лаггеров в облаках больше нет, прятать там больше некого и потому решила сменить погоду над колонией землян.

— Проклятье! — Антон Мартынов закрутил головой, смотря в небо. — Такое впечатление, что погодой на планете управляет не природа, а враждебная цивилизация.

— Это навряд ли, — Мартов вытянул губы в широкой усмешке. — Но несколько погодных станций на планете не помешали бы.

— Я уже знаю ответ Земли — нецелесообразно, — Мартынов тоже усмехнулся. — А гибель землян — целесообразна? Сколько нас уже погибло здесь! — с возмущением выкрикнул он последнюю фразу.

— Я уже более двух лет здесь. При мне погибло четверо пилотов лейтеров и был уничтожен транспорт со всем своим экипажем — двенадцать землян. Насколько знаю, в колонии никто не погиб, но есть раненые — трое или четверо, — Мартов шумно вздохнул.

— А сколько лаггеров за эти два года уничтожено? — поинтересовался Мартынов.

— Семь, с тем, что ты сегодня грохнул.

— Значит восемь, с тем, что вчера был захвачен. Интересно, сармату удалось что-то вытащить из его пилотов?

— Ты же слышал в ресторане.

— Сегодня уже половину суток прошло. Вдруг…

— Первому звену срочно явиться для доклада, — прозвучавший голос коммандера в шлемах пилотов первого звена заставил их прервать свой разговор и ускорить шаги.

* * *

Коммандера они нашли в его коммандирской каюте космопорта, сидящем в своём коммандирском кресле. Напротив него в другом кресле сидел Эрт Кройт. Больше кресел в кабинете коммандера не было и потому Мартову и Мартынову пришлось стоять.

— Слушаю! — пробасил коммандер, едва пилоты замерли сделав шаг от входа, уставившись в Мартова взглядом своих невидимых глаз. — Третье звено сообщило, что из облаков вывалились горящие обломки. Ваша работа? Молодцы!

— Он доложит, — Мартов кивнул головой в сторону Мартынова. Его работа.

— Не понял? — коммандер откинулся в кресле. — Что произошло, чёрт возьми?

В каюте повисла долгая пауза. Видимо не выдержав её, коммандер поднялся и подойдя к пилотам остановился напротив Мартова.

— Что-о-о? — протянул он.

— Прошу принять мою отставку. Я ухожу! — Подняв голову на коммандера негромко произнёс Мартов.

Коммандер сделал шаг в сторону и стал напротив Мартынова.

— Что, чёрт возьми…?

— Мы нашли лаггер в облаках, гард коммандер. — Мартынов был лишь чуть меньше ростом коммандера и потому смотрел ему прямо в глаза. — Я вогнал в его движитель четыре ракеты. Он загорелся. Мы не проконтролировали его падение. Это наша оплошность, — Мартынов дёрнул плечами.

— Плохо, что не проконтролировали. Получишь вознаграждение за сбитый лаггер. Свободен!

— Да, гард коммандер! — Мартынов кивнул головой и развернувшись вышел из кабинета.

Коммандер шагнул в сторону и опять стал напротив Мартова.

— Демарш! — Он взмахнул подбородком.

— Я стал стар, — Мартов глубоко вздохнул. — Состарился и мой лейтер и уже не отвечает нужным требованиям. Мне пришла пора уходить, а его списывать. Дальше будет только хуже.

— Скоро придёт транспорт с Земли и доставит два лейтера последней модификации. Один твой.

— Нет! — Мартов покрутил головой. — Я уже решил, — его лицо исказилось гримасой досады.

— Жаль! — коммандер развернулся и вернулся в своё кресло. — Транспорт доставит лейтеры, но без пилотов, продолжил говорить он. — Вчера погибли два пилота. Пилотов для новых лейтеров нет, — он покрутил головой. — Я не могу посадить на них учеников. Это верная гибель и их и лейтеров. Я не могу принять твою отставку. Твой ведомый остаётся один. Это недопустимо. Запрошу у Земли новых пилотов. Придут, тогда и уйдёшь.

— Есть для Мартынова пилот. Горлов. Мартынову уже пора стать ведущим.

— Горлов ещё не готов к патрулированию.

— Готов! Ему нужна практика. Вот пусть Мартынов его и натаскивает.

— Мартынов сам ещё не натаскан.

— Мартынов отличный пилот и нянька ему больше не нужна.

— Жаль! Был бы ты моложе или меньшего звания, то драил бы санационные всю декаду круглые сутки, пока не одумался бы. Но я не могу так поступить с тобой. Но и отпустить не могу. Пойдёшь послом к силаям.

— Куда? — прищурившись, Мартов подался вперёд.

— Гард Эрт Кройт смог понять странность поведения пилотов захваченного лаггера и прочитал некоторые образы из их мозга, — коммандер бросил быстрый взгляд в сторону сармата. — Это галактическая раса силаев. Их планета, предположительно Силая, находится всего в трёх световых годах от Таксаны. Может чуть больше. За какой-то туманностью, а может и в ней. Она несколько меньше Земли и условия жизни на ней достаточно суровы, ничуть не лучше, чем на Таксане. Я, начальник колонии и гард Эрт Кройт посоветовались и решили отправить на Силаю посольство с предложением силаям дружбы. Нужно им сказать, что мы нисколько не враждебная им цивилизация и не намерены конфликтовать с ними. Возможно они злы на нас, что мы обосновались на Таксане. Но насколько гарду Эрт Кройту удалось понять — силаи не знают таррлат и в своих технологиях его не используют. Нужно попытаться донести до них, что через сто-двести лет мы отсюда уйдём и планета останется им. Это не такой уж большой период в жизни цивилизаций. Кроме таррлата нам здесь больше ничего не нужно и все остальные полезные ископаемые останутся им. Посольство будет состоять из начальника колонии Вячеслава Козлова, гарда Эрт Кройта и теперь тебя. Мы не могли решить, кто будет третьим, но ты помог с решением. Ты уже умудрённый опытом человек и можешь достойно представлять Землю в чужой цивилизации. Посольство отправится на Силаю, на новом транспорте, который прибывает через четверо суток. Вас будет сопровождать крейсер, но в их планетную систему заходить не будет. Останется где-то на подходе к ней. Мы не хотим, что бы его вид вызвал у силаев нежелательную агрессию. Желательно, чтобы он остался незамеченным. Насколько удалось понять из образов силаев — у них очень ценится золото. Начальник колонии в качестве подношения их цивилизации жертвует золотой самородок, который был найден в песках Таксаны. Более килограмма весом. Надеюсь, что он уменьшит их агрессивность. Если они пойдут на контакт, то можно попытаться предложить им построить такую же колонию на Таксане, как и наша, по добыче золота. По словам Козлова, его здесь не слишком много. Пусть копаются, лишь бы оставили нас в покое. Об остальном договоритесь в пути. Тридцать стандартных суток туда; тридцать — обратно. Навряд ли вы там долго задержитесь. Экспедиция займёт максимум семьдесят суток. Потом получишь отставку и куда пожелаешь. В принципе, это всё, что я хотел сказать, — губы коммандера вытянулись в лёгкой усмешке.

— Прежде, чем отправиться к ним, я бы предпочёл знать их язык, — с явным недовольством заговорил Мартов. — Нужно запросить обучающий шлем у вестов. До прихода транспорта время есть.

— Я сомневаюсь, что удастся выучить их язык даже с помощью шлема, — коммандер покрутил головой. — Он напоминает птичье щебетание или какую-то мелодию. Как утверждают реаниматоры: их голосовые связки устроены совсем не так, как наши и чтобы заговорить на языке силаев, нужно иметь похожие. Реаниматоры предполагают, что это можно попытаться сделать путём оперативного вмешательства. Если пожелаешь — пожалуйста, — коммандер громко хмыкнул. — Только разговаривать с нами ты уже не сможешь, а будешь лишь песни силаев петь.

— Нет! — Мартов долго покрутил головой.

— Значит разговаривать с ними будет гард Эрт Кройт, языком образов. Это у него уже получается, — коммандер повернул голову в сторону сармата.

— Надеюсь, что мы поймём друг друга, — заговорил сармат. — Силаи, по крайней мере те, которых удалось захватить, являются носителями психотронного поля. Хотя оно у них достаточно слабое, но для обмена образами его достаточно. Надеюсь, что они не последние носители психотронного поля на их планете.

— А если взять одного из захваченных пилотов с собой? За время пути, возможно удастся нам научиться понимать друг друга обычным способом, — предложил Мартов.

— Это исключено! — коммандер резко взмахнул перед собой руками. — Неизвестно, что он напоёт там.

Мартов молча дёрнул плечами.

— Что ж! В таком случае вас ждёт в своём кабинете Козлов, — коммандер повёл подбородком в сторону двери. — Не знаю увидимся ещё или нет, но желаю успеха. Возвращайтесь!

Сармат молча поднялся и шагнул к выходу. Развернувшись, Максим Мартов направился за ним.

* * *

Четверо местных суток подготовки к дипломатической миссии для Мартова прошли, очень быстро, будто один день. Он и Вячеслав Козлов все эти дни, практически, проводили вместе, расставаясь лишь для короткого сна, пытаясь выработать возможные тактики своего поведения в чужой и пока недружелюбной цивилизации. Эрт Кройт всё время находился рядом с силаями, пытаясь выудить из их мозга какие-то новые образы о жизни их цивилизации. Несколько раз Мартов и Козлов присутствовали при его странном мысленном общении с чужими пилотами, но что-то нового и полезного сармат им не сообщал, ссылаясь, что мозг силаев устроен совсем не так, как мозг уже известных ему галактических рас и потому, чтобы понять тот или иной образ, хранящийся в информационном поле силая требуется долгое время. Совершенно ничего Эрт Кройту не удалось узнать о причине агрессии силаев к землянам, будто эта агрессия была смыслом их жизни.

Так как отправки груза в сторону Земли в эти дни не было, то лаггеры в районе колонии не появлялись и не мешали подготовке дипломатической миссии. К тому же все эти дни над поселением колонии стояла достаточно тёплая ясная погода и пространство средствами контроля колонии просматривалось достаточно хорошо и никаких лаггеров не наблюдалось.

Наконец прибыл ожидаемый транспорт — «Старлайн 2», который привёз продукты для колонистов, расходуемые материалы для техники колонии и два новых лейтера, которые тут же стали объектом пристального внимания пилотов.

Преодолев своё желание, Мартов знакомиться с новыми лейтерами не пошёл и лишь изредка наблюдал в какое-либо окно здания космопорта, как они вертелись над космодромом, пилотируемые пилотами, осваивающими их.

Двое суток ушло на разгрузку транспорта, ещё трое суток экипаж транспорта потребовал для своего отдыха и лишь на шестые местные сутки новоиспечённые дипломаты поднялись на борт транспорта и он стартовал с космодрома колонии в сопровождении крейсера землян — «Стремительный».

3

Чем ближе подходил транспорт к предполагаемому пространству нахождения цивилизации силаев, тем тревожнее становилось на сердце у Козлова и Мартова. Волновался ли Эрт Кройт так же, как они, земляне не знали, так как тот не часто проводил время в их обществе, больше оставаясь или один в своей каюте или же проводя время в зале управления транспорта, сидя в одном из кресел, уставившись взглядом своих больших чёрных глаз в экран пространственного обзора. Из условий неизвестности экипаж транспорта был сокращён до шести человек и потому вахты тоже были сокращены до двух вахтенных и два кресла в зале управления всегда были свободны.

В начале пути Максим Мартов предлагал капитану транспорта свои услуги по несению вахты, но тот отказал ему, сославшись на то, что рейс не долог и не труден и потому экипаж в дополнительных вахтенных не нуждается. Но всё же Мартов иногда тоже проводил время в зале управления, всматриваясь в экран пространственного обзора, надеясь увидеть звезду, вокруг которой водила свой хоровод планета силаев, но его ожидания не оправдывали себя, нужная звезда почему-то не отображалась на экране и лишь когда прошло более тридцати стандартных суток пути, на экране появилось крохотная красноватая точка, которая системой отображения пространства была идентифицирована, как наиболее вероятная звезда, в пространство которой шла дипломатическая миссия.

Один лишь Вячеслав Козлов из дипломатической миссии не засиживался в зале управления, появляясь там лишь изредка, подолгу прогуливаясь по модулю управления транспорта, заложив руки за спину и смотря себе под ноги, будто что-то потерял и никак не мог найти.

С появлением на экране предполагаемой возможной звезды, Эрт Кройт начал всё больше времени проводить в зале управления, всматриваясь в экран, будто надеясь своим психотронным полем проникнуть в пространство силаев и ещё задолго до прибытия туда, разобраться в условиях существования недружественной цивилизации.

Время пути коммандером Лосевым было рассчитано несколько неточно и лишь на тридцать восьмые сутки на экране пространственного обзора транспорта вокруг красной звезды начали просматриваться чёрные точки планет. Их было три. Резко возросло содержание пыли в пространстве. Корпуса транспорта и крейсера начали интенсивно нагреваться и эскорт кораблей начал торможение.

Никаких чужих кораблей, ни во время пути, ни теперь системы контроля пространства транспорта и крейсера не видели: или у силаев не было дальнозорких пространственных систем контроля и потому они не видели приближающихся чужих кораблей или же это была не их планетная система.

* * *

Когда пространство вокруг красной звезды стало более-менее понятно, дипломатическая миссия и капитан транспорта собрались в каюте капитана, чтобы обсудить дальнейший путь эскорта миссии. Капитан крейсера присутствовал через голографический экран, голоэкран, каюты капитана, так как, практически, безвылазно находился в зале управления крейсера, оттуда наблюдая по экрану сканера пространственного обзора за незнакомым пространством, наполненным астероидами, чтобы вовремя принять меры в случае опасности.

Так как с транспортом «Старлайн 2» Мартов во время своего контракта познакомился впервые, то его капитана он не знал. Знал лишь, что у него несколько странное имя Марче Трутт и что он не землянин, что было неудивительно, так как транспорты для транспортировки цилиндров с концентратом предоставляла Объединённая Федерация, а не Земля и всегда, при разговоре с капитаном и видя его безволосое лицо, находил его весьма странным, с какими-то мягкими женственными чертами, круглыми тёмными глазами и высокой тонкой шеей, хотя его голос был достаточно груб. Он был на полголовы выше Мартова и почти на голову выше, самого низкого из дипломатической миссии, Вячеслава Козлова.

— Такое впечатление, что звезда силаев коллапсировала и превратилась в красный карлик, — первым заговорил капитан транспорта. — Отсюда и большое содержание пыли в пространстве. Не исключено, что когда подойдём ближе, то попадём в огромное астероидное облако. Крейсеру нет необходимости соваться в него, а лучше остаться за ним.

— Но в случае необходимости я не смогу оперативно оказать помощь транспорту, — с явным возмущением заговорил капитан крейсера. — К тому же, ещё неизвестно туда ли мы пришли. В таком грязном пространстве и с таким солнцем жизнь невозможна.

Вячеслав Козлов повернул голову в сторону сармата.

— Гард Кройт! — Что ты можешь сказать о планетной системе силаев. Ты такую видел в их образах, какую мы наблюдаем сейчас?

— Весьма похожа, — Эрт Кройт дёрнул плечами. — Но однозначно утверждать не могу.

— Меня удивляет то, что не наблюдается никаких космических объектов искусственного происхождения ни боевых космических кораблей, — заговорил Мартов. — Странная беспечность силаев.

— Или они уверены, что никакая нормальная цивилизация в такое запылённое пространство не сунется. Но как они сами в таком пространстве живут? Чего-то мы не понимаем. И на какой планете будем искать их цивилизацию? — произнёс Вячеслав Козлов, обведя всех присутствующих в каюте медленным взглядом.

— На первой от звезды, — заговорил Эрт Кройт. — Теперь, глядя на планетную систему, в которую мы пришли, я начинаю понимать некоторые образы из информационного поля силаев, которые мне были непонятны. Да и первая планета имеет странную зеленоватую окантовку, очень похожую, как и Таксана.

— Ты хочешь сказать, что на планете силаев есть таррлат? — Козлов высоко поднял брови. — Но ты же сам утверждал, что они его не знают.

— Возможно они знают его, как другой минерал и используют как-то иначе, чем мы, — сармат опять дёрнул плечами. — Возможно этим и объясняется их странное поведение над Таксаной.

— Уж чересчур оно странное, — Мартов вытянул губы в широкой усмешке. — Тогда бы они нападали на грузовой транспорт, который доставляет таррлат из пустыни к зарядным станциям, а не нападали на транспорт, который возит энергетический концентрат, с которым возиться гораздо сложнее и опаснее.

— Эти их странности нам и предстоит выяснить, — Вячеслав Козлов поднялся и повернулся к капитану транспорта. — Идём к первой планете, — он перевёл взгляд на голоэкран, в котором отображался капитан крейсера. — Оставайся здесь. Но будь внимателен. Сам не связывайся с транспортом. Если только в самом крайнем случае, если возникнет угроза уничтожения или крейсера или транспорта. Жди! — он обвёл всех присутствующих быстрым взглядом. — На этом всё. Готовимся к встрече.

Повернувшись, он шагнул к выходу. Эрт Кройт и Максим Мартов направились за ним. Капитан транспорта остался в своей каюте.

* * *

Астероидное облако в планетной системе силаев действительно было огромным. Оно началось задолго до орбиты третьей планеты и экипажу транспорта пришлось значительно снизить скорость, чтобы успевать реагировать на крутящиеся в облаке астероиды, хотя облако было не слишком густым, но астероиды в нём были быстры и не всегда чётко отслеживались системой пространственного обзора транспорта.

Крейсер подошёл вплотную к астероидному облаку и остался за его внешней границей. Транспорт неторопливо пошёл через него.

Выбравшись из облака, транспорт направился к первой планете. Запылённость внутри планетной системы была, на удивление, небольшой и экипаж транспорта даже увеличил скорость корабля.

На пути транспорта «Старлайн 2» оказалась вторая планета этой планетной системы и Вячеслав Козлов приказал капитану транспорта сделать виток вокруг планеты, хотя бы по далёкой орбите.

Планета была чёрного цвета, будто побывала в огненном горниле, что подтверждало первоначальный вывод дипломатической миссии о произошедшем некогда в этой планетной системе катаклизме. Более того, планета была не только чёрной, но и практически идеально круглой, будто её поверхность прошла механическую обработку, хотя кратеры на её поверхности отчётливо просматривались в большом количестве.

Экипаж транспорта и дипломатическая миссия с грустью всматривались в отображаемую на голоэкране зала управления угольную поверхность планеты, понимая, что такая же участь через какое-то время ожидает и Землю.

Наконец транспорт двинулся дальше, к первой планете. И тут появились первые корабли местной цивилизации. Их было два. Однако, они не пошли на прямой контакт с транспортом, а начали ходить вокруг него широкими кругами. В принципе, это были те же лаггеры, только несколько модифицированные.

Дипломаты и капитан транспорта опять собрались в каюте капитана, наблюдая за происходящем в пространстве по голоэкрану каюты и пытаясь решить, как показать местной цивилизации, что они пришли к ней с мирной миссией.

— Насколько я знаю историю Земли, — первым заговорил Максим Мартов, — в далёкие времена, когда земная цивилизация состояла из раздробленных государств, которые часто воевали друг с другом, то для переговоров враждующие стороны использовали белое полотнище, показывая противнику, что они предлагают вступить с ними в переговоры. Может быть и нам развернуть какое-либо белое полотнище снаружи транспорта?

— А если белый цвет у силаев означает агрессию? — Вячеслав Козлов повернул голову в сторону Эрт Кройта.

Ничего не сказав, сармат дёрнул плечами.

— Тогда я предлагаю капитану, чтобы транспорт покачал корпусом, как это делают пилоты лейтеров, приветствуя друг друга, — высказал Мартов следующий вариант приветствия.

— Я не против, — Козлов покрутил головой.

— Согласен! — сармат опять дёрнул плечами.

— Господин капитан! — Вячеслав Козлов повернул голову в сторону капитана транспорта. — Такое возможно: покачать транспортом из стороны в сторону?

— Возможно! Почему нет! — капитан поднял брови.

— Сделай это. Посмотрим, как себя поведут экипажи лаггеров. Примут наше приветствие — хорошо; нет — будем думать дальше.

Капитан транспорта взял со стола своей каюты пульт управления голоэкраном и нажал на один из его сенсоров — изображение в голоэкране сменилось и в нём теперь отображался зал управления транспорта.

— Вахтенный! — произнёс капитан.

— Да, гард капитан! — тут же пришло подтверждение.

— Покачай транспорт с боку на бок.

— Зачем? — в пришедшем вопросе послышалось нескрываемое удивление.

— Это приказ! — буквально процедил капитан.

— Как скажешь! — прозвучал странный голос, будто наполненный равнодушием.

Члены дипломатической миссии, повернули голову с высоко поднятыми бровями в сторону капитана: явно, с дисциплиной на транспорте, были проблемы.

— Что вы так смотрите? — капитан взмахнул подбородком. — Я не уверен, что мы вернёмся на Таксану и потому я сейчас не строг с экипажем. Они это тоже понимают. И не нужно экипаж судить за кажущуюся недисциплинированность. Он несёт вахту так, как и обязан её нести.

— Это твои проблемы. Лишь бы ты потом не пожалел об этом, — Вячеслав Козлов покрутил головой и в этот момент транспорт качнулся в одну сторону, затем в другую.

Сидящие в креслах члены дипломатической миссии схватились за подлокотники. Губы капитан вытянулись в широкой усмешке: лишь у него одного руки остались в прежнем положении.

— Ещё раз! — громко произнёс он.

Транспорт ещё раз качнулся туда-сюда.

— Ещё? — раздался голос со стороны голоэкрана.

— Достаточно! Транспорт развалишь, — в голосе капитана послышалась ирония.

— Как скажешь! — в ответе послышалась такая же ирония.

Состроив гримасу явной досады, Вячеслав Козлов покрутил головой.

Было ли силаями понято такое приветствие пришедшего в их пространство чужого корабля, осталось неизвестно, так как лаггеры не покачались, но всё же один из них стал впереди транспорта, второй — позади.

— Следуй за тем, что впереди, — приказал капитан вахтенному офицеру.

— Да, гард капитан! — тут же пришло подтверждение, уже без прежней иронии.

Прошло недолгое время и стало однозначно понятно, что идущий впереди летательный аппарат направляется к первой, от красной звезды, планете.

* * *

Когда эскорт кораблей приблизился к планете, выяснилось, что она совсем небольшая, гораздо меньше Земли и скорее всего даже меньше Марса. Планета имела серый цвет создавая впечатление, что на ней нет ни зелёных лесов ни синих океанов, ни белых облаков. Но как ни странно, атмосфера у планеты имелась, но скорее всего её слой был невелик, так как её сине-зелёная окантовка вокруг планеты была очень узкой.

Дипломатическая миссия и капитан транспорта в очередной раз собрались в каюте капитана.

— Такое впечатление от атмосферы планеты, — заговорил Вячеслав Козлов, бросив быстрый взгляд в сторону сармата, — что твои ноги будут в ней, а голова за ней.

— Мне достаточно чтобы ноги были в ней, — произнёс сармат таким тоном, будто не понял иронии землянина.

В каюте капитана наступила тишина. Все продолжали молча всматриваться в приближающуюся планету.

По мере того, как транспорт подходил к ней всё ближе, планета наконец начала расцвечиваться, серый цвет начал сменяться бардовым и тёмно-синим. Появилась и облачность, хотя очень редкая, какого-то зловещего бардового цвета, будто наполненная кровью и не водяным туманом. Идущий первым лаггер почему-то перешёл на тёмную сторону планетs, будто решив показать чужим свою планету со всех сторон. Все в каюте капитана, действительно, удивились, так как на тёмной стороне планеты не было видно ни единого светлого пятна, будто на планете не было крупных населённых пунктов с искусственным освещением.

— Да уж, действительно, условия жизни здесь не назовёшь комфортными, — опять нарушил молчание Вячеслав Козлов. — Ещё хуже чем на Таксане. Совершенно не понимаю, как здесь может жить развитая цивилизация.

— Видимо от того они такие и агрессивные, что живут в некомфортных условиях, — сыронизировал капитан транспорта.

— Экипажу транспорта не стоит покидать корабль ни при каких условиях, — заговорил Козлов, оставив иронию капитана без ответа. — Системы корабля должны быть готовы к старту в любое мгновение. И нужно сделать так, чтобы силаи не попали на борт транспорта. Из него можно выйти не опуская трап? — он повернул голову в сторону капитана.

— Есть лифт, — капитан дёрнул плечами. — Опустим вас в нём. Сойдёте и тут же поднимем лифт. Силаи не успеют среагировать, если вознамерятся проникнуть внутрь транспорта. Всё зависит от вашей сноровки. В случае чего, обрежем трос лифта.

— Будем максимально торопливы, — Козлов покивал головой.

Ничего больше не сказав, капитан поднял плечи.

— Я не прочь взять с собой какое-либо оружие. Хотя бы раппер, — произнёс Мартов.

— Нет! — Козлов взмахнул перед собой руками. — Мы уже говорили об этом. У нас есть лучшее в галактике оружие, — он повернул голову в сторону сармата, — психотронное поле гард Эрт Кройта.

— А если они попытаются разделить нас? — привёл аргумент в пользу оружия Максим Мартов.

— Будем всячески пытаться препятствовать этому.

Ничего больше не сказав, Мартов состроил гримасу досады.

Идущий первым лаггер перешёл на освещённую сторону планеты, в очередной раз удивив пришедших инопланетян и начал снижаться. Все находящиеся в каюте капитана уставились в голоэкран.

Вскоре внизу показалось огромная чёрная поверхность с единственным серым низким прямоугольным зданием с одной из сторон. Несомненно, это был космодром. Лаггер шёл к нему.

* * *

Подойдя к краю космодрома, где стояло это невысокое серое здание лаггер не стал садиться, а резко взмыл вверх и исчез из голоэкрана. Транспорт завис над полем космодрома.

— Они, видимо, предлагают транспорту сесть перед этим зданием, — заговорил капитан. — Такое впечатление, что они живут под поверхностью планеты и из этого здания вход в их цивилизацию. По другому здесь жить, просто невозможно. Никаких орудийных турелей нигде не наблюдается. Если только здесь нет какой-то хитрости, то территория космодрома выглядит вполне безопасной. Думаю, не стоит поднимать и нам орудийные турели транспорта. По крайней мере — пока.

— Согласен! — Вячеслав Козлов кивнул головой. — Не забудь про анализ атмосферы.

— Вахтенный! — громко произнёс капитан.

— Да, гард капитан!

— Садись перед этим зданием, носом вперёд, чтобы орудийные турели смотрели в его сторону. И немедленный анализ атмосферы.

— Турели поднять?

— Нет! Но быть максимально готовым к отражению агрессии. Всем вахтам занять боевые посты согласно боевой тревоге.

— Да, гард капитан!

Серое здание в голоэкране начало увеличиваться в размере, показывая, что транспорт начал снижаться. Прошло недолгое время, пол в каюте капитана качнулся и замер. Вячеслав Козлов поднялся.

— Все по своим каютам, — заговорил он строгим голосом. — Привести себя в порядок и одеть ту одежду для дипломатической миссии, о которой было оговорено. Собираемся через час в нижнем ангаре. — Он повернул голову в сторону капитана. — Ты тоже.

— Да, господин посол! — капитан поднялся и склонил голову.

— Не паясничай! — явно сердитым голосом произнёс Козлов и шагнул к выходу.

Эрт Кройт и Максим Мартов направились за ним.

* * *

Как и было сказано, через час стандартного времени Вячеслав Козлов, Эрт Кройт, Максим Мартов, капитан Марче Трутт и один из членов экипажа были в нижнем ангаре транспорта.

Члены дипломатической миссии были одеты в парадную форму космического флота Федерации. Козлов что-то держал в руках, закрытое белой накидкой с красивым орнаментом по периметру. На лацкане его куртки светился зелёным цветом индикатор.

Мартов понял, что это тот самый золотой самородок, о котором говорил ещё коммандер перед отправкой миссии и который он ни разу не видел, а зелёным цветом на куртке Козлова светится атмосферный анализатор и тут же пожалел, что не приколол к своей куртке такой же.

— Что снаружи? — поинтересовался Козлов у подошедшего капитана.

— Никого! — капитан мотнул головой. — Но дверь здания, которое перед носом транспорта открыта или её совсем нет. Такое впечатление, что вход защищён каким-то полем, так как в его проёме наблюдается нечто, похожее на вуаль. Скорее всего нужно идти к этому входу. Дальше… — он поднял плечи и покрутил головой.

— Проклятье! — Козлов состроил гримасу досады. — Что с атмосферой?

— Кислорода ниже пятнадцати. Большое содержание метана, углекислого газа и особенно инертных газов. Азот составляет чуть более половины атмосферы. Давление две трети земного — высота атмосферы, насколько удалось измерить — не более двух тысяч метров. Сила тяжести более, чем вдвое ниже земной. Температура двенадцать градусов выше нуля. Дышать трудно, но можно. Но желательно долго в такой атмосфере не находиться, начнётся отёк лёгких. Что внутри здания… — капитан покрутил головой.

— Где сопровождавшие транспорт лаггеры? — Козлов взмахнул подбородком.

— Исчезли… — состроив непонятную гримасу капитан поднял плечи.

— Чёрт возьми! — лицо Вячеслава Козлова исказилось гримасой досады. — Может действительно взять оружие? — он повернул голову в сторону Мартова. — Ты можешь так спрятать раппер в своей одежде, чтобы его невозможно было обнаружить, но легко до него добраться, в случае необходимости?

— Я попытаюсь, — Максим Мартов дёрнул плечами.

— Это не ответ. Да или нет?

— Смогу! — Мартов кивнул головой.

— Иди и прячь! Только быстро!

Ничего не сказав, Максим Мартов повернулся и побежал в сторону трапа.

Вернулся он, действительно, быстро и по его шумному дыханию было видно, что он торопился.

— Я вспомнил одну небольшую хитрость ещё с учёбы в академии, — заговорил он, останавливаясь перед Козловым. — Нас, курсантов выбрасывали…

— Позже расскажешь свой секрет, если останешься жив, — губы Козлова тронула лёгкая усмешка, он повернулся к капитану. — Где лифт?

Капитан повернулся в сторону стоявшего рядом члена экипажа, что-то державшего в руках.

— Опускай!

Вахтенный тут же коснулся одним из пальцев предмета и от потолка ангара вниз скользнула небольшая платформа огороженная с трёх сторон невысоким парапетом и зависла в полуметре от пола ангара.

— Прошу! — капитан вытянул руку в сторону платформы.

Делегация направилась к ней.

Разместиться троим дипломатам внутри платформы удалось с трудом, так как половину её пространства занял габаритный сармат и Козлову с Мартовым пришлось прижаться спинами друг к другу.

— Выводи! — громко произнёс Козлов.

Прошло несколько мгновений и Максим Мартов почувствовал как ему в нос ударил резкий, неприятный запах. Он невольно хмыкнул носом, пытаясь удалить из него запах и в тот же миг платформа резко скользнула вниз.

4

Спрыгнув с платформы дипломатическая миссия быстрым шагом направилась в сторону дверного проёма низкого серого здания. Всех тормозил главный дипломат Вячеслав Козлов, который нёс в обеих руках подношение силаям и потому шёл медленнее всех. Дипломатической миссии предстояло пройти достаточно долгий путь. Шли молча.

Максим Мартов шёл затаив дыхание, так как вздохнув единожды, когда коснулся ногами поля космодрома, он поперхнулся и теперь старался дышать редко и не глубоко, благо, что был тренирован и мог не дышать несколько минут, хотя, насколько он видел, атмосферный анализатор на куртке Козлова горел жёлтым цветом и дышать всё же было можно.

Сармату, видимо, надоело идти не слишком быстро и он постепенно вырвался вперёд и шёл не оглядываясь, будто забыв о своих спутниках. Мартов шёл соизмеряя свои шаги с шагами Козлова и мужественно терпел его семенящие шаги.

Подойдя к дверному проёму здания, сармат всё же остановился и впервые оглянулся — его спутники были ещё далеко. Отвернувшись, он вытянул руку в сторону дверного проёма и постояв так несколько мгновений сделал в него шаг и исчез из вида землян.

Козлов невольно остановился и повернул голову в сторону Мартова, который тоже остановился и подняв плечи, молча покрутил головой. Ничего не сказав, главный дипломат отвернулся и продолжил свой путь, заметно ускорив свой семенящий шаг. По его плотно сжатым губам Мартов понял, что тот тоже идёт не часто дыша.

Наконец Вячеслав Козлов подошёл к дверному проёму и остановившись, опять повернул голову в сторону Максима Мартова, который в очередной раз молча дёрнул плечами.

Отвернувшись, Козлов резко выдохнул, шагнул в дверной проём и исчез из вида. Лёгкая вуаль дверного проёма вдруг оказалась непрозрачной. Мартов шагнул следом и тут же почувствовал лёгкое покалывание во всём теле. Он сделал ещё один шаг и…

* * *

Ткнувшись Козлову в спину, Максим Мартов сделал шаг в сторону и замер.

Перед ним был большой мрачный зал однотонного серого цвета с плохим освещением. Бледный свет шёл от светлой полосы, тянущейся через весь зал по потолку. Никаких окон в зале не было, но в обоих боковых стенах просматривались какие-то ниши. Скорее всего это были куда-то ведущие коридоры, так как снаружи здание было гораздо больше, чем зал, в котором оказался Мартов.

В нескольких шагах впереди, спиной ко входу, стоял Эрт Кройт, а перед ним, ещё в нескольких шагах, стоял, несомненно, двурукий силай высокого роста в одежде тёмно-фиолетового цвета. Рядом с ним, по обе стороны, стояли ещё по двое уже четырёхруких силаев, в одежде чёрного цвета, сжимая в своих нижних руках какие-то продолговатые предметы, направленные на сармата.

«Какой может быть принцип действия у оружия, которое в руках силаев? Такой же, как и оружия пилотов лаггеров или другой?» — молнией мелькнул у Мартова сонм тревожных мыслей.

Насколько Максим Мартов видел, все силаи, стоящие перед ним, имели бледный цвет кожи и достаточно большие глаза. Были ли это типичные представители цивилизации силаев, он мог лишь гадать, так как те силаи, которых ему удалось до сих пор видеть на Таксане выглядели несколько иначе: их кожа была более тёмного цвета и более дряблая, хотя черты лица были такими же.

«Может быть это из-за того, что атмосфера Таксаны содержит большой процент кислорода и потому процессы окисления в их организме идут очень быстро, — тут же замелькали у Мартова догадки. — Я ведь всегда видел их мёртвыми и лишь два последних были живыми и кожа у них была заметно светлее, чем у мёртвых. Просто, я на это не обращал внимание».

Услышав голос Козлова, Мартов оборвал ток своих мыслей.

— …удалось что-то увидеть в их головах? Кто они? — услышал он лишь конец фразы Вячеслава Козлова.

«В центре какой-то их лидер. Мне удалось увидеть несколько образов в его информационном поле, где он находится в окружении других силаев, — вдруг вошли Мартову слова сармата напрямую в мозг, минуя уши. — Видимо почувствовав внедрение, он закрыл своё информационное поле. Хотя его поле средней величины, но вступать с ним в конфликт я не решился. Складывается впечатление, что он невероятно стар. Сарматы не уничтожают стариков, какие бы они не были. По сторонам от него, видимо, его личная служба безопасности. В их информационных полях присутствует лишь он в различных ракурсах. О чём они думают не знаю. Проникать глубже я тоже не решился. Всё же они вооружены».

— Тогда…

«Можете не говорить. Лишь думайте. Я пойму ваши мысли», — вошли напрямую в мозг Мартова слова сармата.

Наступила долгая тишина. Мартов понял, что Козлов ведёт мысленный диалог с сарматом. Он состроил невольную гримасу досады, что они его проигнорировали. Вдруг Козлов сдёрнул накидку с того, что держал в руках и Мартов увидел, что он держит большую круглую тарелку белого цвета, на которой лежал жёлтый бесформенный кусок золота.

Молча сунув накидку Мартову в руки, Козлов опять взялся за тарелку двумя руками, сделал несколько шагов вперёд и остановившись перед силаем в фиолетовой одежде, поднял руки с тарелкой, едва не ткнув ею силаю в грудь. Видимо не ожидая подобной выходки от инопланетянина, силай сделал шаг назад и тут же стоящие рядом с ним два силая в чёрной одежде сделали шаг вперёд и ткнули своё оружие Козлову в грудь. Начальник дипломатической миссии даже не пошевелился, продолжая стоять с вытянутыми руками. В зале повисла долгая молчаливая пауза.

— Что происходит? — не выдержав напряжения, произнёс Мартов.

«Я знаю столько же, сколько ты видишь», — вошли Мартову напрямую в мозг слова сармата.

«А их образы?» — попытался Мартов подумать в сторону сармата.

«Его информационное поле закрыто», — вошли Мартову напрямую в мозг слова Эрт Кройта.

«И что теперь? Так и будем стоять? Сколько?» — направил Мартов мысли в адрес сармата, наполненные недовольством.

Прошло достаточно долгое время, ответа от сармата не пришло. Мартов уже вознамерился отправить ещё одну недовольную мысль в его адрес, как вдруг силаи с оружием отступили от главного дипломата землян, а силай в фиолетовой одежде шагнул к нему и взяв своими руками тарелку, опять сделал широкий шаг назад, его губы раздвинулись и пространство зала наполнилось таким громким толи птичьим щебетанием толи мелодией, что Мартов невольно поднял руки и прижал их к ушам.

Козлов опустил руки, сделал шаг назад и вдруг начал валиться вперёд. Отбросив сунутую ему Козловым накидку, Мартов бросился к нему с намерением поддержать, но в пространстве зала опять раздалась мелодия другой тональности и в тот же миг будто какой-то твёрдый предмет ткнулся Мартову в лоб, который тут же вспыхнул, будто предмет оказался очень горячим. Мартов поднял взгляд и увидел что один из четырёхруких силаев направил своё оружие в его сторону и несомненно, это он выстрелил из него.

Место воздействия заряда на лоб разгоралось всё сильнее, но это не остановило Мартова — он продолжил движение в сторону Козлова и успел подхватить его, не дав тому ткнуться лицом в пол и повернув его на бок, уже тогда опустил на пол. В тот же миг он почувствовал как ещё один твёрдый предмет ощутимо ткнулся ему в бок, заставив его изогнуться и коснуться одним коленом пола. Не отдавая отчёта своим дальнейшим действиям, Мартов резко перевернулся и у него в руке уже был раппер.

В пространстве зала сверкнул яркий синий сполох и вошёл одному из силаев в грудь. Четырёхрукий силай вытянулся, будто услышал команду «смирно» и тут же рухнул на пол лицом вниз. Мартов перекатился и в пространстве зала сверкнул ещё один яркий синий сполох. Но силаи уже пришли в движение и сполох попал одному из них лишь в нижнюю руку, сжимающую оружие. Рука силая тут же повисла и оружие с громким стуком упало на пол, видимо оно было тяжёлым и силай не смог удержать его одной рукой. Мартов опять перекатился, но тут же ещё один твёрдый предмет больно ткнулся ему в голову, мозг будто мгновенно вскипел и землянин провалился в темноту.

* * *

Мартов очнулся от сильной тряски и открыл глаза. Вокруг было настолько темно, будто он находился в абсолютно чёрном пространстве.

«Неужели ослеп?» — всплыла у него тревожная мысль от воспоминания о своих последних мгновениях перед провалом в темноту.

В тоже время он чувствовал, что будто летит по волнам, поддерживаемый чем-то под бок. Его руки и ноги свободно болтались. Его положение в пространстве было не совсем удобным и он попытался пошевелиться.

«Очнулся!» — вошла ему напрямую в мозг чужая колючая мысль.

В тот же миг он почувствовал что летит и в следующее мгновение его ноги ткнулись во что-то твёрдое и начали сгибаться, но что-то дёрнуло его вверх, ноги выпрямились и Мартов почувствовал, что стоит, поддерживаемый под плечо.

— Где я? Кто здесь? — попытался произнести он, крутя головой и всматриваясь в темноту, но его усилие оказалось тщетным, темень вокруг него была совершенно непроглядной и хотя вместо слов из его горла донёсся лишь громкий хрип, но видимо стоящий рядом с ним, как-то его понял.

— Я Эрт Кройт. Где мы не представляю, — донёсся из темноты голос сармата. — Не знаю, какие наши действия спровоцировали агрессию со стороны силаев, но ты не растерялся: одного уложил; второго ранил. Я тоже уложил двоих. Попытался обменяться образами с их главным силаем, но его информационное поле оказалось закрыто. Пока я пытался решить, взламывать его или нет, всё же он глубокий старик, из бокового коридора выбежали ещё несколько четырёхруких силаев. Ты и Козлов уже лежали на полу. Опасаясь за ваши жизни, я схватил вас и бросился в коридор с другой стороны зала, пытаясь на ходу отгородиться от силаев своим полем, но они не отставали. Я свернул в ещё какой-то коридор, потом в ещё и затем покатился по какой-то наклонной плоскости. Очутился в такой темноте, что даже собственной руки перед носом совершенно не видно. Поднялся, опять подхватил вас и пошёл неизвестно куда. Они или потеряли нас, или решили, что здесь мы сами умрём, без их помощи, так как никаких чужих биополей я нигде не чувствую. Через какое-то время начал чувствовать где-то впереди энергополя. Туда и направился. Теперь ты очнулся. Идти можешь?

— Наверное смогу, — Мартов потоптался на месте и почувствовал, что ноги его вполне сносно держат. — Смогу! Отпусти! — поддерживающая его рука тут же исчезла. — Только в голове шумит. Странное у них оружие…

Мартов вдруг почувствовал, что его рука уже не сжимает оружие, но взмахнув ею, тут же ощутил в ней прохладу металла.

— Отлично! Не пропало, — он широко улыбнулся, хотя сармат навряд ли увидел улыбку в такой кромешной тьме.

— Насколько я понял по полученному заряду, оно имеет какое-то силовое воздействие. Бьёт ощутимо, но не смертельно, что странно, — раздался в темноте голос Эрт Кройта.

— Подобное мы находили у пилотов лаггеров, но у них оно было более мощным.

— Может у этих силаев было настроено на меньшую мощность?

— Возможно, что так, а возможно и нет. Что с Козловым? — поинтересовался Мартов.

— Ещё не пришёл в себя. Видимо ему досталось больше, чем тебе.

— Он намного старше меня.

Мартов глубоко вздохнул и тут же затаил дыхание, вдруг вспомнив об атмосфере, которую он ощущал шагая по космодрому, но прошло некоторое время, а никаких негативных последствий от атмосферы здесь он не ощутил.

— Он хотя бы жив? — задал он сармату ещё один вопрос.

— Биополе отчётливое. Больше сказать затруднительно. Если выберемся в более освещённое пространство попытаюсь привести его в чувство.

— Такое впечатление, что здесь атмосфера совсем не такая, как на поверхности планеты, — Мартов опустил голову и не увидел никакого светящегося атмосферного индикатора, который должен был быть у Козлова на куртке.

Тогда он поднял руку и водя ею перед собой, сделал шаг вперёд и нащупав горизонтальное тело Козлова, которое держал сармат, провёл рукой по куртке Козлова — индикатора не было.

— Потерял! — он грустно вздохнул.

— Что?

— У Козлова был атмосферный анализатор. Странно, что он отвалился от его куртки.

— Что-то валялось на полу, когда я его поднимал. Если бы знал, что это анализатор, подобрал бы. Нужно идти.

— Не представляю куда, — Мартов покрутил головой и вдруг увидел рядом с собой серый непонятный контур. — Иди первым. Я вижу какой-то контур рядом. Видимо это ты. Буду идти следом. Только не торопись.

Прошло несколько мгновений и из темноты донеслись едва слышимые шаги. Серый контур растворился. Мартов сделал несколько торопливых шагов неизвестно куда. Шаги стали слышны более отчётливо, но серый контур не появился. Тогда Мартов начал ступать, как можно аккуратнее, чтобы своими шагами не заглушать шаги сармата, периодически замирая и прислушиваясь. Шаги Эрт Кройта были слышны где-то впереди и понимая, что идёт за ним, Максим Мартов возобновлял свой путь.

Сколько они уже шли, Мартов не представлял — ему казалось, что вечность, а никакого света нигде не просматривалось. От постоянного нервного напряжения и боязни потерять сармата, от непрекращающегося шума в голове, он начал уставать, его шаги сделались не столь твёрдыми и быстрыми и он начал понимать, что теряет сармата. Но вместе с тем, его зрение уже настолько обострилось, что он начал видеть свою одежду, свои руки. Наконец, поняв, что дальше идти не может и ему требуется отдых, он остановился и не услышал шагов сармата.

— Гард Кройт! — Негромко произнёс он в темноту.

Прошло долгое время, а никакого ответа от сармата не пришло.

«Проклятье! И что теперь?» — всплыла у него тревожная мысль.

Прошло ещё долгое время. Мартов стоял вслушиваясь в темноту, но никаких звуков ниоткуда не доносилось.

«Может нужно громче позвать?» — всплыла у него тревожная мысль.

— Гард Кройт! — выкрикнул он.

«Не кричи! Слышу!» — вдруг вошли Мартову напрямую в мозг колючие слова, заставив его поморщиться от ещё большей боли голове.

— Ты где? — неожиданно для себя прошептал он.

«Рядом! Впереди такой же дверной проём, через который мы прошли с космодрома. За ним большая энергия. Не могу решить стоит туда идти или поискать другой дверной проём», — вошли Мартову напрямую в мозг следующие слова сармата.

Так как Эрт Крой присылал мысли, а не слова, то Мартов не смог сориентироваться с его местонахождением и принялся крутить головой, пытаясь осмотреться. Наконец он увидел слева от себя всё тот же едва различимый серый контур и торопливо зашагал в его сторону. Когда контур стал более отчётлив и даже в нём начала просматриваться человеческая фигура, он остановился и вдруг осознал, что не различает рядом с этим человеческим контуром другой человеческий контур.

— Ты один?

— Один! — услышал Мартов голос по которому узнал сармата.

— А где Козлов? — скорее механически, нежели осознанно поинтересовался Мартов, так как не имел понятия, чей человеческий контур видит.

— Умер! — больно кольнула его мозг чужая мысль.

— К-к-как… — вдруг дрогнувшим голосом произнёс Мартов. — Где он?

— Где-то здесь. Я положил его на пол. — произнёс сармат.

— Его нужно найти и забрать с собой на Таксану.

— Если уверен, что выберешься отсюда — забирай.

— Ты не уверен?

— Не уверен. Если силаи нас не преследуют, значит дела наши плохи. Мы внутри планеты. Наша догадка оказалась верной: они живут под поверхностью планеты. Оттого мы и не увидели никаких освещённых территорий на поверхности планеты.

— Пойдём назад по тому же пути и выберемся отсюда. Тогда и заберём Козлова.

— Нет никакого обратного пути. Я свалился с вами в какую-то яму и навряд ли мы выберемся из неё.

— Ты же сказал что плоскость была наклонной.

— Поначалу была наклонной, а потом яма и ровная поверхность.

— Может быть яма неглубокая?

— Не знаю. Я не нащупал её край.

— Ты пытался выбраться?

— Пытался! Но безуспешно.

— Проклятье! Ты меня расстроил. Давай искать другой путь к выходу. Что ты чувствуешь за дверным проёмом, который нашёл?

— Энергию! Много энергии!

— Она опасна для нас?

— Я продержусь какое-то время. Ты — не знаю.

— Проклятье! Может есть другой дверной проём?

— Я прошёл вдоль стены некоторое расстояние — другого проёма нет.

— Ловушка! Понятно, почему силаи не стали нас преследовать. За проёмом хотя бы светло?

— Не знаю. Энергия сильно экранирует пространство.

— Выбора нет. Пошли! Козлова пока придётся оставить здесь. Будет очень опасно — вернёмся и тогда будем решать, как поступить дальше.

— Не отставай!

Серый контур качнулся и исчез. Мартов бросился к тому месту, где контур только что стоял и тут же почувствовал лёгкое покалывание в теле, точно такое же, какое чувствовал, когда проходил через дверной проём наверху. Он сделал ещё один шаг и тут же замер.

Перед ним был огромный круглый зал светлого серого цвета с хорошим освещением, скорее всего, посреди которого стоял огромный блестящий цилиндр чёрного цвета от пола до потолка. Силаев нигде не просматривалось. Сармат быстро шёл в сторону чёрного цилиндра и буквально светился. Мартов вдруг осознал, что покалывание в его теле значительно возросло, создавая совсем некомфортное ощущение. В голову будто начали тыкаться острые иглы. Он опустил взгляд и увидел что его одежда тоже светится. Сорвавшись с места он побежал догонять сармата, но тот будто почувствовав, что землянин бежит за ним ускорил свои шаги и Мартов с досадой отмечал, что расстояние между ними совершенно не сокращается, будто сармат затеял зловещую игру в догонялки. К тому же, насколько видел Мартов и расстояние до блестящего чёрного цилиндра тоже не сокращалось, цилиндр совершенно не увеличивался в размерах, будто он бежал на месте. Мартова бросило в жар. Он вдруг споткнулся и полетел вперёд и в следующее мгновение чёрная пелена окутала его мозг и он провалился в никуда.

* * *

Мартов очнулся от очередной тряски. Поняв что лежит на спине на чём-то твёрдом и кто-то трясёт его, он с трудом открыл глаза и попытался покрутить головой, чтобы осмотреться. В мозг тут же впились тысячи игл и начали рвать его на тысячи фрагментов. Землянин остановил своё движение и громко простонал. Тряска исчезла.

— Очнулся! Я уже не надеялся. Подумал, что и тебя придётся бросить, — услышал Мартов такой далёкий, неизвестно чей голос, который находился будто где-то за десятки метров от него.

— Где я? — попытался произнести он и хотя вместо слов из его горла донёсся лишь хрип, но видимо говоривший с ним понял его вопрос.

— В каком-то зале. — донёсся всё тот же далёкий голос, по которому Мартов, наконец, узнал Эрт Кройта. — Скорее всего здесь что-то производится, так как зал заполнен какими-то механизмами. Но производство безлюдное. Надеялся, что твой носитель более стоек к энергополям, но ты оказался совсем слаб. Хорошо, что дверной проём удалось быстро найти и хорошо, что дверные завесы не пропускают электромагнитное излучение.

Мартов попытался опять пошевелиться и хотя в мозгу отдавало изрядной болью, но он не остановил своё движение и покрутил головой, осматриваясь.

Зал был светло-серых тонов, но плохо освещённым. Неяркий свет шёл от таких же белых полос идущих по его потолку, как и в верхнем зале. Сармат стоял в шаге, но почему его голос казался таким далёким, было непонятно. Вдалеке просматривались какие-то блестящие чёрные механизмы.

«Странная цивилизация, — тут же шевельнулась у Мартова вялая мысль. — Всё у них в блестящем чёрном цвете».

Землянин попытался перевернуться на бок — у него в глазах тут же потемнело и он остановил своё движение, но через мгновение понял, что летит вверх и тут же почувствовал, что его ноги ткнулись в какую-то твёрдую поверхность. Ноги дрогнули, но руки крепко держали его под плечи и он остался стоять. Чёрная пелена сползла с глаз, но сармата перед собой он не увидел, тот, видимо, держал его сзади.

Прошло несколько мгновений. Мартов начал чувствовать, как его тело начало наливаться упругостью. Он пошевелился и понял, что уже может стоять самостоятельно.

— Благодарю! Отпусти! — вполне внятно заговорил он. — Я уже могу сам стоять.

Поддерживающие его руки исчезли, Мартов покачнулся, но выбросив руки в стороны, устоял. Затем он попытался сделать шаг, но нога, приподнявшись, с громким шлепком упала на пол. Он вновь покачнулся, но опять устоял. Он сделал ещё один шаг, затем ещё и ещё. Его шаги становились всё увереннее. Наконец он остановился и неторопливо развернулся — сармат стоял в нескольких шагах от него.

— Куда дальше идти? — негромко поинтересовался Мартов.

— Искать выход на поверхность, — так же негромко ответил сармат.

— У меня же… Связь! Вахтенный! — достаточно громко произнёс Мартов склонив голову к верхнему карману своей куртки.

Прошло некоторое время, но никакого ответа не пришло.

— Вахтенный! — Мартов ударил рукой по верхнему карману.

— Хр-р-р… — донеслось от кармана, заставив лицо Мартова исказиться гримасой досады и поднять взгляд на Эрт Кройта.

Сармат молча покрутил головой.

— Нас атакуют! Их много! — вдруг, зазвучавший, достаточно чёткий голос, говоривший на универсальном языке Объединённой Федерации заставил Мартова даже вздрогнуть.

— Кто вас атакует? — поинтересовался он, опять склонив голову к карману куртки.

— Хр-р-р… — донёсся от кармана лишь хрип.

Прошло долгое время, но никакого голоса от кармана больше не прозвучало. Мартов опять поднял взгляд на сармата.

— Кто их атакует? Силаи?

— Не думаю, что на этой планете есть какая-то другая раса, — сармат покрутил головой.

— Но они же должны были поднять платформу?

— Я нахожусь всё это время рядом с тобой и знаю столько же, сколько и ты, — в голосе сармата послышались резкие нотки.

— Нужно, как можно скорее найти отсюда выход и убраться с этой планеты. Однозначно, силаи не намерены вступать с нами в какие-либо переговоры, — Мартов резко махнул рукой и его бросило в сторону.

Сделав несколько неловких шагов, он упёрся спиной в один из механизмов, находящихся в этом зале, но дёрнувшись, тут же отстранился от него, будто получил энергетический удар. Затем развернулся в сторону механизма.

— Ведь эти механизмы производят какую-то продукцию, — заговорил он, крутя головой и осматривая зал. — Не из воздуха же они её производят. Да и должны её куда-то отправлять. Значит здесь должны быть какие-то входы и выходы. Нам лишь нужно найти их.

Будто забыв о сармате, Мартов, слегка пошатываясь, пошёл между рядами механизмов, внимательно осматривая каждый из них, мимо которых проходил. Сармат, ничего не говоря, неторопливо шёл за ним.

* * *

Насколько Мартов понимал — это было полностью автоматизированное производство, так как сколько он ни шёл, ни единого обслуживающего персонала, работающего в этом зале, не видел. Зал был огромный и несмотря на большое количество механизмов в нём, которые стояли ровными рядами, шума в зале, практически, не было, лишь ненавязчивый шелест. Механизмы в рядах были различных форм и размеров и с какими механизмами Земли их можно было ассоциировать, Мартов не представлял, так как, практически, всю свою сознательную жизнь провёл в тех или иных летательных аппаратах, а кто и как их изготовлял, имел весьма отдалённое представление. Механизмы в рядах были соединены какими-то круглыми и прямоугольными коробами, по которым, насколько он понимал, что-то передавалось от одного механизма к другому. Ни начала, ни конца механизмам, как казалось ему, не было. Наконец он остановился и повернулся в сторону идущего за ним сармата.

— Ты что-то понимаешь в этом производстве? — состроив гримасу недоумения, Мартов дёрнул плечами.

— Только то, что это какие-то автоматические линии, что-то изготавливающие. Скорее всего каждая линия изготавливает какую-то деталь или даже узел, которые где-то собираются в какой-то агрегат. Когда дойдём до конца этих линий, возможно и увидим этот агрегат.

— И как долго идти? Я уже устал, — Мартов глубоко и протяжно вздохнул. — Я уже давно столько не ходил.

— Насколько я чувствую, — Эрт Кройт поднял голову и посмотрел куда-то вперёд. — Где-то впереди энергетический фон этого зала резко изменяется. Возможно там или вход или выход.

Ничего больше не сказав, Мартов развернулся и продолжил свой путь между механизмами, но теперь стараясь идти, как можно быстрее, будто забыв об усталости.

Где-то там оказалось достаточно далеко и когда показалась светлая серая стена, которая означала конец этого зала, Мартов себя чувствовал уже настолько уставшим, что шёл механически переставляя ноги лишь с единственной мыслью — дойти. Наконец, едва не ткнувшись носом в стену, Мартов остановился и вяло покрутив головой и увидев, что у механизма, который стоял перед самой стеной есть что-то похожее на ступеньку, шагнул к нему и буквально, свалился на эту ступеньку.

— Устал! — он вяло покрутил головой. — Нужно отдохнуть, — он опёрся спиной о механизм и прикрыл глаза.

* * *

Мартов открыл глаза. Он по-прежнему сидел на той же ступеньке, опираясь спиной о механизм. Он покрутил головой — сармата нигде не было. Его сердце невольно сжалось в тревоге. Он резко поднялся, но тут же тысячи игл впились в его тело, заставив выгнуться. Боясь простонать, он крепко сжал зубы и замер. Прошло некоторое время и по телу побежало тепло, боль начала уходить. Он выпрямился и закрутился на месте, осматриваясь — Эрт Кройта, действительно, в обозримом пространстве зала не было. Он повернулся в сторону стены: от механизма в стену упирался большой прямоугольный короб, по которому, несомненно, что-то скользило, так как в коробе был слышан достаточно громкий шелест. Мартов подошёл к тому месту стены, в которое упирался короб и попытался найти какую-либо брешь, чтобы заглянуть за стену и увидеть, что там, за ней, но короб очень плотно прилегал к стене и никакой щели не было. Нижний край короба находился примерно в метре от пола и Мартову пришлось изрядно наклониться, чтобы подлезть под него и вылезти с другой его стороны.

Там тоже ряд механизмов заканчивался похожим прямоугольным коробом, который тоже плотно прилегал к стене. Мартов подлез и под этот короб, затем под следующий и следующий и наконец, после очередного короба, увидел в стене дверной проём с точно такой же вуалевидной завесой, какие были и на всех предыдущих дверных проёмах, через которые ему пришлось проходить.

«Эрт Кройт уже там, — замелькали у него мысли досады. — Но почему он не вернулся и не разбудил меня? Нужно высказать ему, что мы всё же одна команда и командный дух должен иметь в команде первостепенное значение».

Мартов шагнул к проёму и тут же замер: из проёма доносился высокотональный хлюпающий звук, очень похожий на звук работающего с перебоями движителя летательного аппарата.

«Лаггер! — сердце Мартова забилось учащённо. — Значит там есть выход на поверхность. Может это Эрт Кройт пытается запустить генератор лаггера, а у него не получается? Оттого и такой звук, — он приподнял ногу, намереваясь шагнуть в проём, но тут же опустил её. — А если там силаи и они вооружены? Я поступаю опрометчиво, пытаясь таким образом войти туда. А как действует защитная завеса двери, если через неё проходить очень медленно?»

Мартов резко выбросил руку и в неё из рукава выскользнуло оружие. Он вытянул другую руку в сторону дверного проёма и осторожно коснулся пальцами вуалевидной завесы, донеслось лёгкое жужжание и вокруг пальцев появился едва видимый ореол, но никакого неприятного ощущения не было. Тогда, убрав руку, он наклонился и осторожно коснулся завесы лицом — тут же появилось жужжание и приятная щекотка. Мартов невольно улыбнулся и начал аккуратно двигать лицо вперёд. Ширина завесы вдруг оказалась достаточно большой и чтобы пройти её всю, ему пришлось сделать небольшой шаг и едва ли не коснуться завесы всем телом. Наконец его лицо прошло сквозь завесу и он увидел следующий зал, который по своему цвету мало чем отличался от предыдущего зала, кроме…

Посреди зала, действительно, стоял лаггер старой конструкции, вокруг которого сновали какие-то механизмы различных форм. Другие механизмы сновали от стен зала, в которых виднелись ниши, до лаггера и, насколько видел Мартов, они брали своими щупальцами из ниш какие-то предметы и несли их к лаггеру, где передавали их в щупальцы снующим вокруг лаггера механизмам, которые уже приставляли эти предметы к лаггеру. Часто в месте контакта возникал светящийся орел, видимо таким образом предмет присоединялся к лаггеру, но часто такого ореола не было.

«Практически, такая же сборка летательного аппарата, как и на Земле, — замелькали у Мартова догадки. — только полностью автоматизированная, без какого-либо участия людей. Значит из этого зала, действительно есть выход на поверхность. И где он? — Мартов закрутил головой, пытаясь увидеть что-то похожее на большие ворота, но никаких ворот нигде не просматривалось. — Странно! — он беззвучно хмыкнул. — А где сармат? — он вдруг увидел рядом с лаггером трап, прислоненный к тому месту, где, скорее всего, должен быть кокпит летательного аппарата. — Неужели внутри? Пытается его запустить? Но лаггер ведь ещё не собран? Но насколько видно, основные его узлы на месте. Может быть я смогу помочь сармату?»

Пройдя через завесу, Мартов убрал оружие назад в рукав, и крутя головой, побежал в сторону летательного аппарата и когда уже добежал до него вдруг увидел чуть в стороне лежащий на полу предмет, весьма похожий на человека. Он тут же остановился, шагнул в сторону предмета и наклонившись к нему, подтвердил свою догадку и если можно было судить по белой одежде лежащего человека, это был Эрт Кройт. Мартов взмахнул рукой и выскочивший из рукава раппер тут же оказался в его ладоне.

«Неужели какой-то механизм? — тут же всплыла у него тревожная мысль и выпрямившись, он закрутил головой, всматриваясь в снующие по залу механизмы, но как ему казалось ни один из них не обращал на него, совершенно, никакого внимания. — Странно! — он дёрнул плечами и продолжая крутить головой и водя оружием перед собой, быстрым шагом направился вдоль лаггера.

Сделав несколько шагов Мартов опять остановился. Его сердце невольно сжалось, поодаль на полу лежали ещё два человека и несомненно, это были силаи.

Прошло некоторое время, никаких признаков движения ни со стороны сармата ни со стороны силаев не было. Глубоко, но бесшумно вздохнув, Мартов направился к сармату, но уже не сводя глаз с силаев и держа оружие направленным в их сторону.

Подойдя к сармату, он присел и продолжая следить за силаями, положил руку сармату на плечо и легонько тряхнул его — никакого ответного действия не последовало. Мартов сильнее тряхнул Эрт Кройта и вновь никакой реакции со стороны того не последовало.

«Неужели мёртв? — Мартову мгновенно стало жарко, его лоб покрылся каплями пота. — Как же так? И что теперь?»

Он поднялся и покрутив головой и не увидев никакой опасности, обошёл сармата и подойдя к первому, лежащему на полу силаю, чуть склонился над ним.

«По одежде похож на пилота, — тут же мелькнула у него догадка. — А ведь… — он перевёл взгляд на другого силая, — это же и есть пилоты. Видимо лаггер уже скоро будет готов и они пришли принимать его и столкнулись с Эрт Кройтом. Неужели сармат был так беспечен, что не почувствовал их? Наверное очень торопился к лаггеру, увлёкся… Но каким образом силаи убили его?»

Мартов ещё ниже склонился над силаем и увидел, что две его нижние руки сжимают точно такой же предмет, какой он видел в руках силаев в зале наверху.

«Оружие!» — догадался он.

Мартов вытянул свободную руку к оружию и взявшись за него, аккуратно потянул. Никакого сопротивления со стороны силая не было, оружие свободно удалилось из его рук. Оно оказалось достаточно тяжёлым.

Спрятав свой раппер назад в рукав, Мартов подошёл ко второму силаю и забрав оружие и у него, вернулся к Эрт Кройту и положив оружие на пол, взялся обоими руками за сармата и попытался его перевернуть на спину. Тот оказался достаточно тяжёл и Мартову пришлось приложить изрядное усилие, чтобы перевернуть сармата. Его лицо тут же исказилось гримасой досады — лицо сармата было залито кровью и у него во лбу зияли два больших кровавых месива, будто кто-то два раза сильно ударил его в лоб молотком. Кровь из ран уже не шла, но по её следам можно было понять, что именно из них было залито кровью лицо сармата.

«Неужели вся вышла?»

Состроив гримасу недоумения, Мартов перевёл взгляд на то место на полу, где было лицо Эрт Кройта, кровь на полу была, но её было совсем немного. Дёрнув плечами, он дотронулся рукой до шеи сармата, пытаясь нащупать его пульс, но сколько ни водил пальцами по его шее никакого пульса так и не нащупал.

Не осознавая своего поступка, землянин взял одно оружие силаев с пола, поднялся и принялся вертеть его, рассматривая. Оно чем-то напоминало раппер большого размера, но по весу было сродни большому зарду и держать его одной рукой было весьма трудно. Покрутив его, Мартов нашёл нечто, напоминающее спусковой механизм и направив оружие на стену, попытался нажать на возможный спусковой механизм — это сделать оказалось не просто и землянину пришлось приложить, как достаточное усилие, так и определённую смекалку, чтобы понять, как работает спусковой механизм чужого оружия. Наконец оружие ощутимо дёрнулось у него в руках, вдалеке раздался глухой звук и из стены заструился лёгкий дымок.

— Разобрался? — раздавшийся громкий голос заставил землянина вздрогнуть и повернуть голову на голос.

Эрт Кройт уже был на ногах и стоял, смотря в его сторону, держа свою руку прижатой к ранам на лбу.

— К-к-как? — выдавил из себя Мартов.

— Что, как? — сармат повёл подбородком снизу вверх.

— Ты же был мёртв? — Мартов опустил оружие.

— Сармата не просто убить. Для этого нужно очень постараться. Силаи этого не знали, — губы Эрт Кройта вытянулись в лёгкой усмешке. — Так как из него стрелять?

— Рядом с рукояткой спусковой механизм, который нужно нажать сверху вниз, — пояснил Мартов. — Нелепое и очень неудобное движение.

Эрт Кройт опустил руку, прижатую ко лбу и Мартов увидел в ней окровавленную биосалфетку. Вместо ран на лбу сармата теперь виднелись лишь два розовых пятна от новой кожи. Убрав биосалфетку в пакет, который он держал во второй руке и сунув пакет в один из карманов своей куртки, Эрт Кройт наклонился, поднял второе оружие силаев и направил его на стену — раздался лёгкий шелест и из стены заструился лёгкий дымок.

— Отлично! — Эрт Кройт опустил оружие и покрутив его в руках и подвигав какой-то рычажок на нём и взяв оружие в одну руку, повернулся и неторопливо зашагал к летательному аппарату.

— Что с тобой произошло? — поинтересовался Мартов, догоняя его.

— Решил, что пока ты придёшь в себя, я осмотрю соседний зал, — начал рассказывать Эрт Кройт. — Вошёл, вижу летательный аппарат строится. Раз есть летательный аппарат, думаю, значит есть выход. Решил осмотреть лаггер, чтобы определить степень его готовности, так как, скорее всего, выход в потолке этого зала. Подхожу к нему и вижу, как к нему с другой стороны приближается силай, держа в руках оружие направленное на меня. Рассматривая летательный аппарат, я оказался беспечен и определённо, он увидел меня раньше и выстрелил в меня раньше, чем я атаковал его своим полем. Я почувствовал, как заряд вошёл мне в голову. Ощущение оказалось неприятным. Я упал на колени. Но и силай тоже упал. Я проник в его информационное поле и попытался разобраться с образами в его мозге, но через некоторое время мне в голову вошёл ещё один заряд. Совершенно не понял откуда появился второй силай. Я воткнул в него своё поле и дальше ничего не помню. Затем, открываю глаза — вижу ты изучаешь оружие силаев.

— Тебя не было… — начал рассказывать свою историю Мартов, — и я пошёл на твои поиски… Потом вижу ты уже на ногах. В твоей голове две раны. Неужели твоя голова слабее моей? У меня ран не было, когда силаи выстрелили мне в голову, — закончил он свой рассказ вопросом.

— Возможно, что твоя голова крепче или заряды по мощности были разные. — Эрт Кройт дёрнул плечами. — Оружие силаев имеет регулятор мощности выстрела и он стоял на этом, — сармат приподнял оружие, которое держал в руках, — где-то на половине мощности. Это, скорее всего, меня и спасло, лишь изуродовав кожу на лбу. Но моя беспечность непростительна. Я должен быть наказан.

— Доложишь коммандеру по возвращении, он и накажет, — попытался сыронизировать Мартов.

Эрт Крой отставил его иронию без ответа.

Они вплотную подошли к летательному аппарату.

— Ты уверен, что больше никто из силаев сюда не придёт? — опять заговорил Мартов. — Уж слишком мы беспечны.

— Скорее всего — нет. Если бы — да, то уже были бы здесь. Странная цивилизация. — Эрт Кройт состроил непонятную гримасу. — У меня всё больше складывается мнение, что это не их родная или не основная планета, а нечто, похожее на вашу колонию на Таксане. Я не видел в образах силаев ни детей ни женщин. Значит их здесь нет. В вашей колонии я видел женщин, хотя детей в ней тоже нет. Да и сами силаи очень странные, будто не биологические организмы, хотя они телесны. Если бы это была их планета, их здесь было много и пока мы добирались сюда, они непременно нам встретились бы. Я не верю в их вечную жизнь. Они телесны, а с материальным носителем разума вечная жизнь невозможна. Значит они сюда приходят из другого пространства. Я попытался прочитать образы из информационного поля первого силая, пока оно ещё было доступно, но не нашёл там ничего, что указывало бы на то, откуда они сюда прибыли. Механизмы, построившие этот лаггер, скорее всего изготовляются здесь, на одном из безлюдном производстве. Но зачем силаи здесь основали колонию, никакого образа об этом я у них ни на Таксане, ни здесь не нашёл, хотя, слишком глубоко в их информационные поля не проникал, но это должно было бы быть на поверхности. Более чем странно. Коммандер запретил разрушать информационные поля захваченных на Таксане силаев. Если наша миссия будет иметь успех, то он намеревается вернуть силаев в их цивилизацию, если миссия провалится, то он намерен отправить силаев в Федерацию на молекулярный анализ, чтобы федералы вытащили из них всё, что возможно. Информационные поля этих силаев уже недоступны. Странные создания, — сармат поднял плечи.

— А если они здесь добывают какие-то полезные ископаемые? Как и мы на Таксане.

— Сомнительно, — Эрт Кройт дёрнул плечами. — Это было бы заметно на поверхности планеты. Золота здесь, практически, нет. Какое другое полезное ископаемое в их информационных полях я не увидел.

— Их шахты могут быть под поверхностью и потому не видны, — продолжал высказывать свои предположения Мартов. — А если их транспорты ходят на родную планету, как и наши, очень редко, то чтобы их увидеть нужен долгий контроль этого пространства.

— Возможно!

Ещё раз дёрнув плечами, Эрт Кройт шагнул к трапу и начал подниматься по нему. Мартов теперь молча следил за ним. Поднявшись, сармат заглянул внутрь летательного аппарата.

— Насколько я понимаю, он готов к выходу в пространство, — донёсся его голос. — Система управления уже в работе.

— Но… — Мартов покрутил головой и вдруг увидел, что никакие механизмы уже не скользят по залу, а стоят группами около стен. — Действительно готов, — он громко хмыкнул. — Значит это, действительно были пилоты. Но мы ведь не нашли у захваченных пилотов лаггера такого массивного оружия, как у этих, — произнёс он последнюю фразу, подняв голову на сармата.

— Плохо искали. Поднимайся. Будем выбираться отсюда.

Эрт Кройт шагнул с трапа внутрь летательного аппарата и скрылся из вида. Мартов шагнул к трапу и начал подниматься. Поднявшись, он увидел, что сармат занял дальнее кресло, а насколько уже было известно, основным пилотом был силай, который сидел в ближнем к Мартову кресле. Выходило, что сармат доверял управление лаггером Мартову.

Усевшись в кресло, Мартов положил оружие силаев себе на колени, так как оно не имело ремня и подавшись к пульту управления, принялся за его изучение. Он вскользь познакомился с пультом управления захваченного лаггера ещё в ангаре на Таксане, куда его затащили колонисты и теперь пытался применить свои знания.

* * *

Большую часть пульта управления перед креслом занимал экран, на котором сейчас отображался зал, в котором стоял лаггер. Экран не был объёмным, что удивило Мартова. Сенсоров на пульте управления оказалось достаточно много и они располагались под нижней стороной экрана, что тоже вызвало удивление. На них отображались какие-то завитушки, не напоминающие никакие символы. Никаких рычагов управления нигде не было. Мартов повернул голову в сторону сармата. Перед тем был такой же экран с таким же набором сенсоров под ним.

— И как он управляется, по-твоему? — поинтересовался землянин у Эрт Кройта. — Я, совершенно, не понимаю эти завитушки на сенсорах.

— Я уже где-то видел подобные знаки письменности, — с явной задумчивостью заговорил сармат. — Насколько помню, когда-то, очень давно, экипаж одного из разведывательных кораблей Федерации встретился с военным кораблём чужой цивилизации. Экипаж разведчика оказался более искусным в боевом противостоянии и чужой был подбит и совершил посадку на какой-то недалёкой от произошедшего сражения планете. Разведчики обследовали чужой корабль. И насколько я помню, в глобальном информатории затем появились символы языка чужой цивилизации, которые очень похожи на символы на сенсорах лаггера. Когда я учился в Космической Академии Объединённой Федерации, то курсантам было рекомендовано изучать письменность той цивилизации, на случай, если вдруг когда-то придётся встретиться с ней. Такое впечатление, что это и произошло. Конечно, толкование символов тогда было неоднозначным, но что-то понять сейчас в этих символах на пульте управления можно.

— Когда я учился в Космической Академии Земли, то мы никакой чужой символьной азбуки не изучали, — Мартов покрутил головой. — Неужели у столь продвинутой цивилизации экран двухмерный?

— Насколько понимаю, я гораздо старше тебя и возможно сейчас в академиях азбуку той цивилизации уже не изучают. Выходит — зря, — сармат подался к пульту управления и уставился в него.

Прошло достаточно долгое время, прежде чем он выпрямился и ткнул пальцем в один из сенсоров — над головой Мартова раздался шелест и в кабине лаггера начало темнеть. Он поднял голову — стекло кокпита летательного аппарат опускалось.

Дождавшись, когда стекло опустится и в кабине станет достаточно темно, Мартов, вдруг обнаружил, что никакие сенсоры пульта управления не подсвечиваются, да и экран перед ним стал заметно бледнее, едва рассеивая тьму перед креслом.

— Второй слева сенсор, донёсся из темноты голос Эрт Кройта.

Прошло ещё некоторое время и Мартов почувствовал, как летательный аппарат едва ощутимо вздрогнул.

— Первый сенсор справа, — вновь раздался голос сармата.

Прошло ещё некоторое время и Мартов вдруг увидел, что перед соседним креслом уже висит трёхмерный зеленоватый экран, но заметно отличающийся от голоэкрана лейтера.

Первый сенсор слева, — донёсся голос Эрт Кройта. — Органы управления — второй сенсор справа.

Мартов вдруг почувствовал будто летательный аппарат попал в лоно морских волн, так как начал покачиваться.

— Опоры — третий сенсор справа, — прокомментировал своё очередное действие сармат.

Мартов подался вперёд и увидев в бледном свете сенсоры под экраном перед своим креслом, ткнул пальцем в первый сенсор слева и тут же откинулся на спинку кресла от вспыхнувшего перед собой трёхмерного экрана зеленоватого цвета в котором ничего не отображалось. Он перевёл взгляд на плоский экран — тот продолжал работать и на нём по-прежнему отображался зал, в котором сейчас висел лаггер. Вдруг зал на экране пришёл в движение. Мартов закрутил головой, пытаясь через стекло кокпита увидеть, что происходит вокруг лаггера, но стекло по-прежнему было тёмным и что-либо увидеть через него было невозможно.

— Ты умеешь управлять летательным аппаратом? — удивлённым голосом произнёс он.

— Более ста пятидесяти лет назад я закончил Космическую Академию Объединённой Федерации и пятьдесят лет провёл в пространстве, — будто с усмешкой в голосе произнёс Эрт Кройт.

— Коммандер ничего не рассказывал о тебе.

— Он ещё молод. Когда он родился, я уже покинул кресло пилота и занимался анализом развития галактических рас.

— Потому тебя и прислала Федерация на Таксану?

— Потому.

— Сколько же тебе лет? — поинтересовался Мартов.

— Стандартных чуть более двухсот, своих менее двухсот.

— Мне уже восемьдесят пять земных или девяносто пять стандартных, — Мартов шумно вздохнул. — Уже более пятидесяти лет в космическом флоте. Земляне не живут так долго, как вы, всего лишь сто шестьдесят-сто восемьдесят земных лет. Но уже многие из нас доживают и до двухсот. Каждые пятьдесят лет нужно проходить омоложение. Хотя, правильнее — проходить через очистку сосудов и вывод шлаков. Процедура не слишком приятная, но приходится терпеть. Мне скоро предстоит вторая очистка. Больше трёх делать нельзя — сосуды истончаются и могут начать лопаться. Сейчас разрабатываются другие методы по омоложению. Возможно тогда всем землянам и удастся перейти за двухсотлетний рубеж жизни.

— Странная у вас жизнь. В двести лет у сармата наступает расцвет его жизни, — Эрт Кройт негромко хмыкнул. — Вы не пробовали заменять свои органы на искусственные? Возможно это продлило бы вашу жизнь.

— Мы заменяем. К концу жизни у некоторых землян до двух третей органов искусственные. Но весь организм заменить ещё не получается. Клонирование на Земле запрещено. А сколько лет вы живёте?

— Четыреста и даже больше.

— Весты живут до восьмисот своих лет. Это примерно шестьсот стандартных.

— Сарматы не весты.

— Я, совершенно, ничего не вижу через стекло кокпита, — Мартов покрутил головой. — Неужели они ориентируются в пространстве лишь по экранам?

Вместо ответа, он вдруг осознал, что объёмные экраны будто объединились в один на всю ширину кабины и он теперь будто находился внутри объёмного экрана.

— Третий сенсор слева, — раздался голос сармата.

Мартов закрутил головой, пытаясь что-то увидеть в объёмном экране и вдруг почувствовал, что лаггер быстро идёт вверх.

— Потолок! — будто выстрел, прозвучал его голос.

Но Эрт Кройт будто не услышал его и лаггер продолжил быстро скользить вверх. Голова Максима Мартова невольно начала вжиматься в плечи и…

Мартов вдруг увидел себя висящим над тем самым космодромом, на который опустился транспорт. Он вдруг осознал, что стекло кокпита будто стало прозрачным, хотя сармат больше не озвучивал, что касался какого-то сенсора, но возможно, что Эрт Кройт нашёл, как управлять прозрачностью стекла кокпита и сделал это молча.

Над космодромом было сумеречно. В атмосфере была будто какая-то дымка и был ли сейчас день или какое-то другое время местных суток было непонятно, так как местного красного солнца нигде не просматривалось. Вдали отчётливо виднелись какие-то синие сполохи и однозначно, лаггер шёл в их сторону.

— Ты уверен, что нам нужно туда? — с тревогой в голосе поинтересовался Мартов.

— Там транспорт, — незамедлительно ответил сармат.

— Тран…

Мартов осёкся, вдруг вспомнив слова вахтенного офицера транспорта, когда он попытался связаться с ним. Он тут же хлопнул себя по верхнему карману куртки.

— Связь! «Старлайн», ответь! — громко произнёс он.

Прошло некоторое время, но никакого ответа не пришло.

— Проклятье! — Мартов состроил гримасу тревоги. — Неужели эти гады атакуют транспорт? Неужели они могут уничтожить его? Ты намереваешься стать на защиту транспорта? А если силаи поймут кто мы?

— Скорее всего защищать уже нечего. Ты же не услышал ответ на свой запрос, — раздался, на удивление, грубый голос сармата.

— Я вижу синие сполохи! У лаггера они другие, — Мартов попытался найти аргументы целостности транспорта.

Никакого ответа от сармата не пришло. Так как теперь в кабине лаггера было светлее, чем прежде, Мартов подался к пульту и попытался рассмотреть его сенсоры.

— Ты можешь назвать сенсор оружия? — Произнёс он, скользя взглядом по сенсорам.

— Скорее всего, средний. Он активирует оружейные рыппы. Один из рыппов управляет энергетическим оружием, второй — ракетами. Но оружием может управлять, как пилот, так и навигатор.

— Второй пилот — навигатор? — в голосе Мартова послышалось удивление.

— Я понял так. Попытайся активировать оружие. У лаггера ведь две энергетических турели, — толи спросил, толи констатировал Эрт Кройт.

— Да! Одна сверху, вторая снизу. Но они вместе гораздо слабее одной турели моего лейтера. Ракеты у них хорошие. Не хуже наших.

Найдя на пульте управления средний сенсор Максим Мартов ткнул в него пальцем и тут же лёгкий шорох возвестил, что с подлокотниками его кресла что-то произошло. Он отстранился от пульта управления и провёл руками по подлокотникам и почувствовал в их передней части нечто похожее на полусферы. Он попытался пошевелить одну из них и тут же увидел скользнувший перед собой в объёме голоэкрана оранжевый овал. Он пошевелил второй рукой вторую сферу и тут же по экрану скользнул синий овал.

— А автозахват цели, выстрел? — произнёс он.

— Не знаю! Ищи! — раздался резкий голос сармата.

Мартов принялся ощупывать площади вокруг полусфер и нащупал несколько выпуклостей рядом с ними — несомненно, это были какие-то сенсоры управления оружием. Он слегка нажал на одну из выпуклостей и в тот же миг пространство перед лаггером прочертил яркий синий сполох, выскользнувший откуда-то сверху.

— Преждевременно! — тут же раздался резкий голос сармата.

Ничего не ответив, Мартов коснулся ещё одного сенсора на этом же подлокотнике и пространство перед лаггером прочертил ещё один синий сполох, но теперь выскользнувший откуда-то снизу.

Сармат промолчал.

Мартов покрутил полусферу и в объёме экрана тут же скользнул синий овал. Тогда нащупал последний сенсор на этом подлокотнике и слегка нажал на него — синий овал скользнул в центр голоэкрана перед ним и замер и в тот же миг в голоэкране вспыхнули несколько зелёных клякс, которые быстро перемещались. Среди них находилась и одна красная клякса, которая была неподвижна. Однозначно — это был транспорт. Насколько понял Мартов, это и была система автозахвата и сопровождения целей летательного аппарата и в голоэкране теперь отображались мечущиеся вокруг неподвижного транспорта лаггеры. Никаких характеристических показателей вокруг объектов в пространстве не отображалось, видимо они задействовались ещё каким-то сенсором.

Тогда Мартов нажал на один из сенсоров на другом подлокотнике и скользнувший в пространстве кабины оранжевый овал тоже замер в середине голоэкрана.

— А их система пространственного обзора отлично видит лаггеры. Наша с трудом, — произнёс он с явной досадой в голосе.

Никакого ответа от Эрт Кройта не пришло. В кабине летательного аппарата наступило молчание. Подняв голову Мартов начал всматриваться через стекло кокпита в приближающиеся синие сполохи, которые становились всё ярче и ярче и вдруг над космодромом поднялся огромный красный факел. Лаггер резко подпрыгнул, будто налетел на какую-то пространственную кочку и резко пошёл в сторону.

— Что произошло? — поинтересовался Мартов, повернув голову в сторону сармата.

— Транспорт уничтожен, — тут же пришёл ответ.

— Ты уверен, что это транспорт, а не какой-то лаггер?

— Уверен!

— И как мы теперь вернёмся на Таксану? — в голосе Мартова послышалась тревога. — Лаггер не пройдёт самостоятельно такое расстояние. Вернее, он возможно и пройдёт, мы не пройдём. Умрём без воды и пищи.

— Значит будем искать носитель, который доставляет лаггеры в Сетранскую систему. Как раз и узнаем — куда, — в голосе сармата будто послышалась ирония.

— Ты уверен, что это носитель, а не портал?

— Я больше склонен к носителю. Не могут силаи долгое время быть без пищи и воды, ожидая когда транспорт уйдёт с космодрома колонии. Ожидание может длиться полгода. Ведь транспорт не ходит по расписанию. Сновать туда-сюда через портал слишком опасно для человеческих организмов. Значит должен быть какой-то носитель, где они меняют вахты и отдыхают. Вы же ведь не несёте очень долгие вахты и отдыхаете на космодроме. Чем они хуже. Носитель их доставляет в пространство Сетранской системы. И очень хорошо где-то прячется. И где, можно узнать лишь отсюда.

Неожиданно Мартов увидел скользящие впереди две чёрные блестящие точки.

— Лаггеры! — будто выстрел прозвучал его голос.

— Мы для них свои, — спокойным голосом ответил сармат.

Лицо землянина исказилось досадой за свою излишнюю эмоциональность. Он уставился в стекло кокпита и через некоторое время понял, что Эрт Кройт ведёт лаггер по пути следования идущих впереди лаггеров.

— А разве мы не подойдём к транспорту? Вдруг там кто-то остался живой из экипажа, — со всё той же тревогой поинтересовался Мартов.

— От такого взрыва! — сармат громко хмыкнул. — Зарево взметнулось на несколько сотен метров. Возможно эти лаггеры приведут нас к носителю.

Мартов лишь сейчас увидел странные красные блики на стекле кокпита. Он оглянулся — сзади кабины кокпит был почему-то не прозрачный и что-то увидеть не удалось. Состроив гримасу досады, он отвернулся.

Прошло некоторое время скольжения лаггера над полем космодрома. Лаггеры, за которыми сармат вёл свой летательный аппарат воочию Мартову стали не видны и он наблюдал за ними теперь в голоэкране, бросая быстрые взгляды в сторону Эрт Кройта, который молча сидел откинувшись в кресле, смотря пред собой, будто забыв о своём спутнике. Смотря на сармата, землянин с досадой думал, что зря не попытался изучить управление захваченного лаггера, так как остались неизвестны ещё очень многие функциональные возможности лаггера.

Бросив очередной взгляд на сармата и вернув его затем в голоэкран, Мартов вдруг не увидел в нём зелёных точек. Его сердце невольно сжалось в тревоге.

— Они исчезли! — бегая глазами в голоэкране, произнёс он с тревогой в голосе.

— Ушли под поверхность планеты, — раздался вдруг, совершенно, спокойный голос сармата.

— Значит никакого носителя не будет? — Мартов состроил гримасу недоумения.

— Возможно, мы не за теми лаггерами увязались.

— И что теперь?

— Будем искать другие лаггеры или сами искать носитель.

Мартов почувствовал, как лаггер пошёл на резкий разворот.

— Мы уже не менее суток без воды, — негромко заговорил он. — Ещё двое суток я выдержу, но дольше навряд ли.

— Я видел в нижней части пульта управления нишу. Возможно там силаи что-то хранят, — произнёс Эрт Кройт.

— Но мы ведь не были ни на каком продовольственном…

— Я бы проверил её, прежде, чем возмущаться, — явно недовольным голосом произнёс сармат, перебивая недовольное высказывание землянина.

Мартов подался вперёд и вытянув руки, нащупал нишу в нижней части пульта управления и принялся шарить в ней. Вскоре его руки нащупали в ней несколько круглых продолговатых предметов, вставленных в какие-то ячейки. Взявшись за один из предметов, он потянул его — предмет выскользнул из ячейки и оказался у него в руках. Мартов выпрямился и поднёс предмет к лицу.

Несомненно, это была баночка, весьма похожая на такую же баночку с тоником, которыми Земля снабжала свои космические корабли. Только никакой защёлки на этой баночке не было. Мартов потряс баночку и ему показалось, что в ней как будто болтается жидкость.

— Похоже на нашу баночку с тоником, только никакой защёлки нет, — произнёс он, повернув голову в сторону сармата.

— Потряси, постучи, вспомни какие у силаев руки. Однозначно, защёлка встроена под них, — высказал своё предположение Эрт Кройт.

Отвернувшись, Мартов принялся крутить баночку в руках, ещё более внимательней её рассматривая, но никаких признаков защёлки так и не увидел.

— Проклятье! — он с негодованием стукнул баночкой по подлокотнику и тут же получил в лицо изрядную порцию прохладной жидкости.

От неожиданности он дёрнулся и баночка выпала из его руки.

— Проклятье! — Мартов отёр рукой лицо, почувствовав на губах вполне приятную влагу.

Состроив гримасу тревоги, он поднёс влажную ладонь к носу, никакого отталкивающего запаха не было. Тогда он провёл языком по губам, но влаги на губах уже не оказалось. Тогда он осторожно лизнул ладонь и вдруг осознал, что ладонь уже сухая.

— Ну и ну! — он состроил гримасу удивления. — Неужели так быстро испаряется?

— Ты о чём? — поинтересовался Эрт Кройт.

— О тонике силаев.

— Ты нашёл, как открыть её?

— Нужно, просто, стукнуть ею обо что-то.

— Открой и дай мне.

Мартов подался к пульту управления и достав ещё одну баночку, несильно стукнул ею по подлокотнику — ничего не произошло. Тогда он стукнул сильнее и опять ничего не произошло. Состроив гримасу недоумения, он покрутил баночку в руках: где у неё было дно, а где вершина, было совершенно непонятно, так как обе стороны были абсолютно одинаковы. Дёрнув плечами, он вновь стукнул баночкой по подлокотнику и опять она не открылась.

— Ты решил кресло разбить? — донёсся ироничный голос сармата.

С гримасой недоумения, Мартов перевернул баночку и ещё раз стукнул ею по подлокотнику, гораздо сильнее, чем прежде и тут же получил в лицо порцию прохладной жидкости.

— Чёрт! — невольно выругался он и протянул открывшуюся баночку сармату. — Держи!

Не глядя Эрт Кройт взял баночку, тут же поднёс её к лицу и едва ли не сразу протянул её землянину.

— Весьма! Благодарю!

Молча взяв баночку, Мартов покрутил её в руках осматривая и увидел в одном из её торцов достаточно большое сегментированное отверстие.

— И куда её? — произнёс он, крутя головой, смотря вокруг себя, будто надеясь увидеть в полутьме кабины какой-то утилизатор.

— Верни туда, где взял. Утилизатор найдёшь в другое время, — произнёс сармат.

Мартов вновь подался к пульту управления и нащупав в его нише пустую ячейку, попытался вставить в неё баночку — эта затея никак не получалась. Мысленно негодуя, он попытался другой рукой взять ещё одну баночку, одновременно пытаясь понять, что её удерживает в ячейке. Это оказалась защёлка, которая сверху прижимала баночку. Тогда, найдя защёлку в пустой ячейке, он отвёл её, вернул пустую баночку в ячейку и взяв полную баночку, выпрямился и легонько стукнул баночкой по подлокотнику и тут же вверх выплеснулась большая порция жидкости. Отправив в адрес силаев нелестный эпитет, он принялся пить.

Содержащаяся в баночке жидкость оказалась достаточно густой и больше напоминала какой-то кисель, с немного горьковатым вкусом, нежели тоник, к какому привык Мартов. К тому же жидкость обладала какой-то сверхтекучестью и едва попадала в рот, тут проскальзывала в горло, едва давая делать глотательные движения и не давая в полной мере понять её вкус.

— Проклятье! Чуть не задохнулся, — выдавил из себя Мартов, отстранив баночку ото рта.

Никакого ответа от сармата не пришло. Вместе с тем, Мартов чувствовал, как возникшие у него чувства жажды и голода, уже, практически, не ощущаются. Вернув пустую баночку назад в ячейку, он закрутил головой пытаясь увидеть на полу потерянную баночку, но сколько ни всматривался в темноту нижней части кабина ничего там не увидел.

— Что-то потерял? — поинтересовался Эрт Кройт.

— Баночку с тоником выронил, — пробубнил Мартов.

— Я стал на неё ногой и раздавил.

— Но теперь её не вставить…

— Я чувствую как уменьшается её площадь под ногой. Она растворяется.

— Зачем тогда… — не договорив, Мартов состроил гримасу досады и закрутил головой, всматриваясь в стекло кокпита.

Снаружи было темно. Никаких огней нигде не наблюдалось и куда сармат вёл в такой темноте лаггер, было совершенно непонятно.

— Ты уверен, что идёшь правильно? — произнёс Мартов, бросив быстрый взгляд в сторону сармата.

— Нет!

От такого ответа, Мартов на несколько мгновений опешил.

— Может стоит дождаться дня? — предложил он.

— Не имеет смысла. Насколько я понял, силаи ночью видят так же хорошо, как и днём.

— Вот почему они лезут в облака и потому цвет облаков для них не имеет значения, — задумчиво произнёс Мартов. — Ты об этом давно узнал?

— Как только начал читать их образы.

— Почему же ты об этом не сказал на Таксане?

— Коммандер об этом знает.

— Почему же он не сказал об этом?

— Какой смысл. Ты же уходишь с Таксаны.

— Для лейтера нужна другая система пространственного контроля, чтобы её работа не зависела от погоды.

— Насколько я знаю, такие системы у Объединённой Федерации есть, но они громоздки и лейтер их не потянет.

— Значит нужно разработать не громоздкие системы, — с явным возмущением произнёс Мартов.

— Вернёшься и разработай.

— Если мы потеряли лаггеры, за которыми шли, есть смысл подойти к транспорту. Вдруг кто-то остался жив из экипажа, — предложил Мартов.

— Я не знаю в какой он стороне. Я потерял ориентацию. С наступлением ночи появилась какая-то аномалия, которая оказывает отрицательное действие на моё информационное поле.

— Как ты её ощущаешь?

— Как сильное поле.

— Какое: магнитное, электрическое? Я ничего не чувствую.

— Будто всё сразу. У меня голова начинает будто распухать. Возьми управление.

«Второй сенсор справа», — Тут же вспомнил Мартов, как вызывается система управления лаггера и не раздумывая коснулся нужного сенсора на пульте управления перед собой и тут же почувствовал, как подлокотники будто увеличились в размерах.

Он поводил по подлокотникам руками и нащупал на них нечто, напоминающее джойстики, которые были расположены сбоку от систем управления огнём.

— Нужно иметь четыре руки, чтобы управлять лаггером, — процедил он.

— Ты забыл…

Мартова вдруг начало резко бросать из стороны в сторону. Он повернул голову в сторону сармата — тот сидел откинувшись в кресле и его руки, лежащие на подлокотниках болтались из стороны в сторону.

— Убери руки от джойстиков! — выкрикнул Мартов.

Никакого ни ответа, ни действия со стороны Эрт Кройта не последовало.

Тогда, чуть привстав, Мартов ударил своей рукой вначале по одной руке сармата, затем по другой, сбивая их с подлокотников и быстро вернувшись в кресло, взялся за джойстики — лаггер перестал вилять и скорее всего повис никуда не перемещаясь. Манипулировать джойстиками Мартов не решился и сидел, лишь просто держась за них.

«Проклятье! Какая тёмная ночь, — замелькали у землянина досадные мысли и он бросил быстрый взгляд вверх. — Ни одной звезды не видно. Ведь атмосфера была вполне прозрачной днём. Что с ней происходит ночью? Метан! — вдруг вспомнил он о большом содержании метана в атмосфере этой планеты. — с понижением температуры он теряет прозрачность. Видимо из-за него силаи и залезли под поверхность планеты. Как бы то ни было, я должен найти транспорт и обследовать, то что от него осталось, — он бросил быстрый взгляд в сторону сармата — тот сидел в прежней позе не проявляя никаких признаков активности. — Оказывается твоё поле не такое уж всесильное, а порой и представляет угрозу для жизни. Я ведь никакого воздействия этого аномального поля не чувствую. Но ведь у силаев тоже есть психотронное поле. А если они не от метана, а от этой аномалии прячутся под поверхностью планеты? — Мартов закрутил головой, всматриваясь в стекло кокпита, но снаружи настолько было темно, что он даже нос лаггера не видел. — Проклятье! Куда идти? Наружный свет ведь должен же быть у лаггера или он силаям не нужен? — вдруг мелькнула у него догадка. — Какие сенсоры пульта управления Эрт Кройт ещё не озвучивал? — Мартов подался к пульту управления. — Тут их не менее трёх десятков. Полная галиматья. Если эта? — он коснулся одного из не озвученных сенсоров и в тот же миг в пространстве кабины будто появилась вуаль. — Какое-то поле, — он опять коснулся этого же сенсора и вуаль исчезла. — А ведь когда мы подняли стекло кокпита у захваченного лаггера, то никаких джойстиков на подлокотниках кресел не было. А что если силаи управляют лаггером с помощью мыслей? Но Эрт Кройт должен был бы это понять? Проклятье!»

Не давая отчёта своим действиям, пренебрегая осторожностью, Мартов принялся касаться всех не озвученных сарматом сенсоров пульта управления по два раза, включая и выключая какие-то системы лаггера, порой даже не осознавая, что происходит с летательным аппаратом. Наконец, после очередного касания, снаружи посветлело. Мартов откинулся в кресле и закрутил головой: заработали ли это прожектора или же это были просто габаритные огни, понять было невозможно, так как пространство снаружи осветилось лишь не далее чем на расстоянии двух десятков метров, но и это Мартову показалось большой удачей.

Он осторожно двинул один из джойстиков вперёд и как ему показалось, летательный аппарат пошёл вверх. Вернув это джойстик в прежнее положение, он чуть двинул другой джойстик вперёд и лаггер неторопливо заскользил вперёд. Тогда Мартов принялся осторожно манипулировать джойстиками, попеременно смотря, как в стекло кокпита, так и в голоэкран и через некоторое время летательный аппарат, под его управлением, уже уверенно шел неизвестно куда.

* * *

Прошло достаточно долгое время блуждания лаггера под управлением землянина над неизвестной территорией планеты. Ночь Мартову казалась бесконечной и у него всё чаще начала появляться мысль, что на планете происходит какое-то неординарное событие, пока он не увидел в ночи нечто, похожее на зарево и не направил лаггер в ту сторону.

За время блуждания сармат себя совершенно никак не проявил, будто уснул таким крепким сном, что ничто его не могло разбудить. Мартов за это время выпил ещё две баночки жидкости чужой цивилизации и теперь уже не возвращал их пустые назад, а бросал себе под ноги, будучи уверенным, что через какое-то время они бесследно растворятся.

Зарево приближалось и Мартов всё больше убеждался, что это горит что-то огромное. У него начало щемить сердце от того, что это горит транспорт. Он вытянул руку в сторону сармата и легонько тряхнул его за плечо, но тот никак не отреагировал на это действие, лишь чуть изменив свою позу в кресле, как показалось Мартову сделав её более неудобной. Глубоко и протяжно вздохнув, землянин убрал от сармата руку, решив до рассвета его больше не тревожить.

Наконец лаггер настолько близко подошёл к зареву, которое несколько рассеивало мрак ночи, что Мартову стало понятно, что это действительно горит транспорт. Горел он как-то странно, пламя будто шло не из транспорта, а как бы парило над ним. Периодически из транспорта доносились какие-то гулкие звуки, похожие на взрывы внутри корабля.

«Проклятье! Неужели всё же метан не даёт погаснуть пламени?» — всплыла у Мартова мысль досады.

Сделав несколько кругов вокруг горящего транспорта и убедившись, что других лаггеров поблизости нет, Мартов посадил свой летательный аппарат неподалёку от транспорта, рядом с предметом, весьма напоминающим земной глайдер, направив на него прожекторы лаггера и ткнув пальцем в нужный сенсор и дождавшись, когда стекло кокпита поднимется, взял оружие силаев, покинул летательный аппарат и с тревогой в сердце побежал в сторону предполагаемого глайдера.

Это действительно был глайдер. Он стоял покосившись и был повреждён со стороны кормы, но не горел, что могло означать, что он получил повреждение не в результате обстрела, а по какой-то другой причине. К тому же его дверь была закрыта.

Обежав вокруг глайдера и никого рядом с ним не увидев, Мартову показалось подозрительным, что дверь летательного аппарата закрыта, так как внутри него сквозь лобовое стекло просматривалось будто свечение, словно там работал пульт управления. Он подбежал к двери и постучал по ней. Прошло некоторое время, но дверь так и не открылась. Тогда Мартов хлопнул рукой по верхнему карману своей куртки.

— Связь! Всем! Я старший офицер Максим Мартов. Есть кто в глайдере? — негромко произнёс он, повернув голову в сторону кармана.

— Есть! Капитан Трутт, — тут же раздался хриплый голос от кармана, совсем не похожий на голос капитана транспорта, к которому Максим Мартов привык за время пути от Таксаны до планеты силаев.

— Выходи! — Мартов отступил от двери и механически направил на неё оружие силаев.

— Не могу! Дверь заклинило, — пришёл ответ.

— Будь осторожен! Ляг на пол. Попытаюсь разбить окно.

Подбежав к одному из задних окон глайдера, Мартов размахнулся и тыльной стороной орудия силаев несколько раз сильно ударил по стеклу, но его усилия оказались безуспешны, оружие отскакивало от стекла, как мяч от стены. Состроив гримасу досады, Мартов покрутил головой, надеясь увидеть какой-либо увесистый предмет неподалёку, но в темноте что-то увидеть оказалось невозможно, так как луч прожектора лаггера почему-то едва рассеивал мрак чужой ночи, будто тьма поглощала свет, растворяя его в себе. Стало трудно дышать.

«Проклятье! — замелькали у Мартова тревожные мысли. — Атмосфера совсем дрянь. Как бы не сдохнуть».

Он старался дышать как можно реже, так как при каждом вздохе в горле сильно першило и хотелось кашлять.

«А если так? Другого выхода я не вижу».

Всплыла у него решительная мысль и отступив от глайдера на несколько шагов и направив на стекло оружие силаев, Мартов несколько раз приподнял спусковой механизм оружия, которое периодически дёргалось в его руках в такт выстрелам.

Какое воздействие выстрелы произвели на стекло, он мог лишь гадать, но стекло вдруг с оглушительным звоном брызнуло фонтаном мелких крошек и Мартов, бросив оружие, едва успел подставить руки к лицу, чтобы уберечь его от летящих в его сторону этих крошек.

Прошло несколько мгновений и из образовавшегося проёма выпрыгнуло что-то тёмное и метнулось в сторону Мартова. По спине землянина побежали мурашки, он невольно попятился и выбросил в сторону нечто одну из своих рук, в которой тут же оказался выскользнувший из рукава раппер.

— Стоять! Убью! — буквально рявкнул он.

Нечто остановилось.

Не отводя от нечто оружия, Мартов, в бледном свете прожекторов лаггера, пытался понять, кто это перед ним: человек или какой зверь.

— Кто ты! — наконец выкрикнул он, поперхнувшись, решив, что это всё же человек.

— Капитан Трутт! — тут же услышал он странный ответ, произнесённый будто через какой-то синтезатор.

— Ты человек? — механически поинтересовался Мартов.

— Я зевс. Марче Трутт. Капитан транспорта.

— Ты во что-то одет? — озвучил Мартов вдруг появившуюся у него догадку.

— В лёгкий скафандр. Воздуха осталось на несколько минут.

— За мной! Бегом!

Отпустив оружие, которое тут же скользнуло в рукав и развернувшись, Мартов побежал в сторону лаггера. Сзади донеслось громкое топанье.

Забраться капитану Трутту в несколько громоздком скафандре в кабину лаггера не получилось и Мартов приказал ему снять скафандр.

Быстро раздевшись, капитан транспорта забрался в кабину лаггера и разместился позади кресел. Хотя там пространство было совсем небольшое, но зевс оказался худого телосложения и места ему вполне хватило. Стекло кокпита опустилось и Мартов включил голоэкран. В кабине мрак несколько рассеялся. Стало легче дышать, видимо кабина лаггера имела какой-то фильтр, который очищал атмосферный воздух или же лаггер имел автономную воздушную систему, которая начинала работать, когда стекло кокпита опускалось.

— Что с ним? Он мёртв? — вдруг раздался голос Трутта.

— Не знаю! — Мартов мотнул головой. — Сказал, что на него подействовало какое-то излучение и отрубился.

— Определённо, он мёртв. Я некоторое время работал с сарматами и видел, как они умирают. Их выдаёт цвет лица. Оно становится зелёным. У него такое же.

— Я не знаю, где у него можно пощупать пульс. Я пытался, но безуспешно.

Трутт дотронулся рукой до шеи сармата, но не впереди, а где-то сзади.

— Пульса нет. Он у них будто насос, чувствуется без проблем. Давай перенесём его в глайдер, а я займу его место, — предложил Марче Трутт.

В кабине лаггера наступила долгая тишина. С одной стороны Мартов почти не знал капитана Трутта и потому не знал, можно ли тому верить в полной мере, но с другой стороны, он тоже видел, что лицо сармата претерпело весьма неприятную трансформацию и потому не верить капитану оснований не было. К тому же, он намеревался направиться на поиски крейсера и зевс за спинками кресел мог такой долгий путь в своём полусогнутом положении и не выдержать.

— Хорошо! — Максим Мартов состроил гримасу досады. — Почему ты один оказался в глайдере? Где твой экипаж?

— Когда показались лаггеры, их было не менее полутора десятков, я включил защитное поле транспорта, — заговорил Трутт. — Но что-то с ним произошло: или местная атмосфера на него как-то повлияла; или лаггерам удалось пробить его, всё произошло так быстро, что понять не удалось. Генератор поля начал работать с перебоями. Я облачился в лёгкий скафандр и направился в генераторный модуль, чтобы попытаться разобраться с генератором защитного поля, так как я не мог рисковать кем-то из членов экипажа, их так было немного. Пока добирался до генератора, он вообще отключился и защитное поле вообще исчезло и лаггеры начали напрямую атаковать транспорт. Он загорелся, что-то начало взрываться. Я испугался, что взорвутся тахионные накопители и приказал экипажу покинуть транспорт. Весь экипаж в это время находился в зале управления и все они побежали в нижний ангар, где находился глайдер. Мне стали поступать доклады, что в коридорах большой огонь и все начали искать пути его обхода. Я тоже направился в нижний ангар. Когда выбрался в него, он уже вовсю горел. Огонь здесь какой-то странный: на вид, будто холодный, а в самом деле очень горячий. Я долго ждал в глайдере, пока кто-то прибежит из экипажа. Постоянно вызывал всех, но никакого ответа не приходило. Огонь уже бушевал во всю и поняв, что остался один, я вывел глайдер из транспорта и постарался отвести его подальше. Было темно и опасаясь атаки лаггеров я не включал никаких огней глайдера. Вначале летательный аппарат шёл нормально, а затем резко сорвался вниз и ударился о поверхность космодрома. Видимо, всё же, какой-то лаггер атаковал глайдер. Дверь заклинило и я не смог выбраться, так как никакого оружия у меня с собой не было. Начал ждать неизвестно что. Воздух в скафандре заканчивался и мне повезло ещё раз, — Трутт умолк.

— Странный рассказ. Ни принять, ни опровергнуть. — Мартов громко хмыкнул. — Вы что, даже не пытались отстреливаться.

— Они вертелись… — Трутт на несколько мгновений умолк, — как черти. Кажется так говорится у землян. Мы включили прожектора. Но: во-первых — свет здесь почему-то очень интенсивно поглощается атмосферой и дальше полусотни метров не идёт; во-вторых — лаггеры быстро перещёлкали прожектора. К тому же, вместе с защитным полем перестала работать и система автозахвата целей, а вручную в вертлявый лаггер попасть очень сложно из инерционных турелей, да ещё в темноте. К тому же, атмосфера будто нейтрализовала энергетические лучи, странным образом ослабляла их, забирая их энергию и лаггерам они не причиняли почти ни какого вреда. Когда уже весь транспорт горел, лаггеры куда-то исчезли.

— Прямо мистика какая-то. — Мартов поморщился. — Вы пытались связаться с крейсером?

— Нет! Козлов же запретил, чтобы не выдать его местонахождение. Вдруг лаггеры и его уничтожат. Их было много.

— А уйти в пространство?

— А вы? Связи с вами не было. Мы не могли вас бросить.

— Н-да! Действительно мистика. Держись! Я подгоню лаггер к глайдеру и перенесём сармата туда.

Мартов ткнул пальцем в нужный сенсор пульта управления и взялся за джойстики.

Перетащив, из-за пониженной силы тяжести местной планеты, не слишком тяжелое тело сармата в глайдер, Мартов и Трутт вернулись в лаггер, выпили по баночке местного тоника и включив движитель летательного аппарата, Мартов поднял лаггер над космодромом и они вдруг увидели местное солнце — небольшую красную звезду. Тревожная ночь наконец-то подходила к концу. Наступал, скорее всего, не менее тревожный день, так как над космодромом появились, неизвестно откуда взявшиеся, несколько лаггеров и насколько было понятно, они направлялись куда-то прочь от планеты.

* * *

— Идём за ними, негромко произнёс Максим Мартов и отклонив один из джойстиков, направил летательный аппарат вслед уходящим лаггерам.

— Ты уверен, что нам нужно идти за ними? — в голосе Трутта послышалась тревога.

— Нужно найти носитель, который доставляет лаггеры в Сетранскую систему. Как только мы его увидим, будем знать, что нужно там искать. А если повезёт, то возможно удастся, как говорится в одной поговорке: прицепиться и бесплатно прокатиться, — пространно объяснил своё намерение Мартов.

— Но у нас же есть крейсер, — возмутился Трутт.

— Это крайний вариант. И не факт, что с крейсером может произойти тоже, что и с транспортом. Неизвестно сколько у них лаггеров: сто, двести, тысяча.

— Не слишком ли ты много их насчитал?

— Их создают автоматические линии и сколько таких линий под поверхностью планеты… — Мартов покрутил головой.

— Такое впечатление, что ты это видел, — продолжил возмущаться Трутт.

— Представь, видел!

— Внутри лаггера совсем другой воздух, чем атмосфера планеты, — изменил тему разговора Трутт. — Может ты знаешь, почему?

— Не знаю! — Мартов так резко мотнул головой, что лаггер дёрнулся. — Возможно атмосфера как-то фильтруется или на борту имеются емкости с хорошим воздухом.

— А зачем им направляться куда-то от планеты. Не проще было бы загружаться в носитель на космодроме или хотя бы на орбите? — Трутт вернулся к прежней теме разговора.

— Я нахожусь на этой планете столько же сколько и ты, — в голосе Мартова послышалось возмущение, — и не знаю язык местной цивилизации и потому знаю, столько же, сколько и ты. Не задавай глупых вопросов.

В ответ Трутт лишь громко хмыкнул.

В кабине лаггера наступила долгая тишина. Летательный аппарат уже был далеко от планеты и стало понятно, что идущие впереди лаггеры направляются к астероидному кольцу крутящемуся за орбитой третьей планеты.

— Такое впечатление, что они идут к крейсеру, — первым нарушил молчание Мартов.

— Ты думаешь они увидели его? — в голосе Трутта послышалась тревога.

— Я не знаю их технологий. Возможно и увидели, — Мартов дёрнул плечами. — Я не видел ни одной их станции пространственного контроля, хотя они могут выглядеть как угодно и находиться где угодно.

— Нужно связаться с крейсером и предупредить его экипаж, — произнёс Трутт.

— Ты знаешь как? — в голосе Мартова послышалась насмешка. — Крейсер не виден станции пространственного контроля лаггера, — Мартов провёл рукой в голоэкране перед собой. — Где он?

— А ты не знаешь? — Трутт мотнул головой.

— Нет! — едва ли не выкрикнул Мартов. — Примерно по вектору нашего пути., - заговорил он уже спокойным голосом. — Но почему его не видит система пространственного контроля лаггера не знаю. Или она не дальнозорка или крейсер изменил свою дислокацию.

Трутт подался к пульту управления.

— Странные у них символы на сенсорах, — заговорил он через некоторое время. — Какие-то завитушки с крючками. И кто им придумал такую отстойную азбуку?

Мартов открыл рот, чтобы сказать Трутту что-либо обидное, но тут же передумал и глубоко вздохнув, закрыл рот.

— Проклятье! — заговорил Трутт через некоторое время молчания. — Нужно найти способ предупредить экипаж крейсера. Иначе его гибель будет на нашей совести.

Ничего не ответив, Мартов хлопнул себя по верхнему карману куртки.

— Связь! Капитана крейсера «Стремительный!» — громко произнёс он.

Прошло долгое время, никого ответа не пришло.

— Если он на обратной стороне астероидного кольца, то твоя связь до него однозначно не достанет, — негромким, будто виноватым голосом, произнёс Трутт.

— Но если лаггеры идут туда, значит он где-то там, — вдруг возмутился Мартов. — Или, действительно, они идут к своему носителю? Чертовщина какая-то! — он дёрнул плечами, отчего лаггер вильнул.

— Их не менее десяти. Неужели носитель столько донесёт? — заговорил Трутт. — Насколько я слышал, больше шести лаггеров никогда над Таксаной не наблюдалось.

Неожиданно один из сенсоров на пульте управления несколько раз мигнул. Состроив гримасу, Мартов и Трутт уставились в него недоумёнными взглядами.

— Что это может обозначать? — шепотом, будто его кто-то ещё, кроме Мартова, может услышать, произнёс Трутт.

— Не знаю! — Мартов покрутил головой. — Но думаю, хорошего мало. Скорее всего, у нас появилась проблема.

В кабине летательного аппарата наступила тишина. Мартов и Трутт, будто забыв, где находятся, не отрывая взгляда всматривались в периодически мигающий сенсор.

— А вот и проблема, — вдруг раздался голос Трутта.

— Что? — Мартов закрутил головой, будто пытался найти проблему внутри кабины.

— Ты говорил о проблеме, она и нарисовалась, — Трутт повёл подбородком куда-то в сторону.

Мартов повернул голову в ту сторону и тут же вжался спиной в кресло — навстречу их летательному аппарату шли два лаггера.

* * *

— Гони! — рявкнул Трутт.

— Бессмысленно! — губы Мартова вытянулись в широкой усмешке. — Я не настолько знаю лаггер, чтобы соперничать в его управлении с силаями. Будем сражаться.

— Ты уверен, что они идут за тем, чтобы уничтожить нас?

— Не знаю. Я даже не уверен, что они идут к нам. Но ждать, когда это выяснится — не намерен.

— Ты уверен, что лаггер имеет средства для атаки? — с тревогой произнёс Трутт.

— Сейчас узнаем. Думаю, он перед выходом был полностью загружен всеми нужными компонентами.

Мартов убрал руку с джойстика управления и переложив её на шар управления ракетами, принялся вращать его, мысленно отпуская в адрес Природы Мироздания нелестные эпитеты, что у него не четыре руки, так как теперь появились проблемы с управлением, а Трутту он не счёл нужным объяснить, как управлять лаггером, а теперь это уже было поздно делать.

Лаггер, частично потеряв управление, начал уходить в сторону от прежнего вектора пути. По голоэкрану заскользила оранжевая окружность и вскоре опоясала один из приближающихся лаггеров. Не раздумывая, Мартов два раза нажал на сенсор пуска ракет и две ракеты, мерцающими огоньками дюз своих движителей, тут же устремились в сторону приближающегося лаггера.

Экипаж атакованного лаггера, видимо, не сразу понял, что атакован своими и начал уводить свой летательный аппарат в сторону, но ракеты уже надёжно захватили цель и тоже начали отклоняться в ту же сторону.

В кабине лаггера Мартова раздалась какая-то мелодия — видимо экипаж атакованного лаггера пытался связаться с экипажем атаковавшего лаггера.

Прошло несколько мгновений, Мартов и Трутт сидели молча, совершенно не представляя, как нужно ответить на мелодию и тогда от атакованного лаггера в сторону одной из ракет метнулся синий сполох энергетического заряда, видимо экипаж атакованного лаггера решил уничтожить ракеты. В пространстве тут же вспыхнул яркий жёлтый шар и по инерции устремился в сторону атакованного лаггера, на некоторое время скрыв его от взора Мартова и Трутта.

Второй лаггер, идущий навстречу, скользнул в сторону и в тот же миг от него в сторону лаггера, управляемого Мартовым метнулся яркий синий сполох.

Мартов сам не понял как ему удалось включить защитное поле летательного аппарата или оно каким-то образом включилось само. Осознал он это когда синий сполох перед лаггером расползся по чему-то невидимому флюоресцирующей вуалью.

На уничтожение второй ракеты у атакованного лаггера времени, скорее всего уже не хватило и в пространстве вспыхнул ещё один жёлтый шар, гораздо больше первого.

— Есть! — рявкнул Трутт, сжав руки в кулаки и потрясав ими перед собой.

— Дебил! — негромко отправил Мартов нелестный эпитет в адрес зевса, который тот, скорее всего не услышал, так как никакой реакции с его стороны не последовало.

Между тем лаггер, управляемый Мартовым, всё дальше отклонялся в сторону, но и второй лаггер силаев тоже описывал дугу в пространстве и насколько Мартов понимал, его кипаж намеревался зайти их летательному аппарату сзади, чтобы, скорее всего атаковать его в движитель, но всё же продолжая посылать сполох за сполохом в сторону лаггера, управляемого Мартовым, но все сполохи без проблем поглощались защитным полем.

Сняв руку с шара оружия, Мартов опять взялся за джойстик управления и начал манипулировать им, разворачивая свой летательный аппарат так, чтобы он оставался повёрнутым в сторону лаггера силаев носом.

— Проклятье! И почему у меня не четыре руки, — процедил он и отпустив джойстик и положив руку на шар управления оружием, быстро навёл оранжевую окружность на лаггер силаев и два раза нажав на клавишу пуска ракет, тут же вернул руку на джойстик управления.

Мерцающие огоньки ракетных дюз, показали, что ракеты умчались в сторону лаггера силаев. Но экипаж этого лаггера оказался более расторопным, чем первого и метнувшиеся в сторону ракет синие сполохи без проблем уничтожили их, но образовавшиеся в пространстве два жёлтых шара всё же продолжили своё движение в сторону лаггера силаев, который начал уклоняться. Эта противостояние экипажа лаггера с ракетами на какое-то время отвлекло его внимание от летательного аппарата, управляемого Мартовым, что позволило землянину опять вернуть свою руку на шар управления ракетами и наведя окружность на лаггер силаев, он принялся периодически касаться сенсора пуска ракет. Сколько их имел лаггер он не знал и потому прекратил касаться сенсора пуска ракет лишь после того, когда осознал, что при очередном касании сполох от дюз движителя ракеты в пространстве не появился. Он тут же вернул руку на джойстик управления и продолжил держать летательный аппарат носом в сторону лаггера силаев, одновременно скользя взглядом по пространству, пытаясь осознать, сколько ракет ушло в сторону чужого лаггера — их было не менее пяти. В пространстве, один за одним, начали вспыхивать жёлтые шары закрывая лаггер силаев от визуального обзора Мартова, а последний вспыхнувший шар был особенно большим.

— Есть! — раздался ещё один выкрик Трутта.

— Д-д-д… — Мартов не стал озвучивать нелестный эпитет в адрес Трутта. — Я не уверен, — процедил он и отклонив джойстик управления, начал уводить летательный аппарат в сторону, намереваясь по широкой дуге обойти пространство сражения.

— Его отклик исчез, — резюмировал свой вывод Трутт, ткнув пальцем в голоэкран.

— Пространство сейчас заполнено энергией взрывов и немудрено, что отклик от лаггера исчез.

— Я бы отправил туда ещё пару ракет, чтобы убедиться, — воскликнул Трутт.

— У нас нет больше ракет.

— А почему они не атаковали нас ракетами?

— Возможно ракет у них не было и они шли, чтобы пополнить их запас. Или что-то другое. Я знаю столько же сколько и ты, капитан Трутт. — с явным злом в голосе произнёс Мартов.

— Давай и мы вернёмся и пополним, — предложил Трутт.

— Ты знаешь, где их пополняют? Я — нет! — Мартов так резко мотнул головой, что летательный аппарат дёрнулся. — Ты лучше изучи управление оружием. У меня не хватает рук, чтобы одновременно управлять и летательным аппаратом и оружием.

— Разве здесь нет самонаведения на цель?

— Есть, но, скорее всего, оно не работает по своим или я чего-то не понимаю. Вызов панелей управления оружием второй сенсор справа под терминалом на панели управления. Правая панель — ракеты, левая — турели излучателей. Изучай! Или следующая пара лаггеров однозначно нас уничтожит.

Трутт подался к панели управления. В кабине летательного аппарата наступила тишина. Лаггер, под управлением Мартова, продолжил свой путь в сторону астероидного кольца, которое начало просматриваться в голоэкране серыми отображениями своих крупных астероидов.

* * *

Прошло достаточно долгое время, пока, наконец, первым тишину нарушил Марче Трутт.

— Я наконец вспомнил, где видел подобные закорючки, — негромко заговорил он, повернув голову в сторону Максима Мартова. — Я учился в Космической Академии на Ризе и у нас был курс по письменности всех известных Объединённой Федерации галактических рас. Один из преподавателей упоминал, что когда-то одна из разведывательных экспедиций Объединённой Федерации встречалась с какой-то очень высокоразвитой цивилизацией галактики и будто бы это её знаки письменности. Письменность очень сложная и одна такая закорючка может означать, как одну букву, так и целое слово, в зависимости, где она написана или нарисована. Эта цивилизация затем куда-то исчезла и её письменность осталась до конца неизученной, но в академии всё же требовали изучить её. Я закончил академию восемь лет назад и какие-то знаки письменности начинаю вспоминать. Здесь есть такие знаки как: закрыть-открыть; пуск-стоп; выпустить-убрать; следить; выстрелить; навести; защитить и ещё кое-какие понятные. Но есть и неизвестные.

— Сармат тоже знал некоторые из этих закорючек, — заговорил Мартов, — потому что тоже учился в академии на Ризе. Я там не учился. А в Академии Космофлота Земной Федерации эту письменность не преподают. Выходит, зря. — Он шумно вздохнул. — Вернусь на Землю, обязательно схожу в академию и выскажу им своё недовольство. Выходит тебе и учиться не нужно, как управлять лаггером. Ты это знаешь, — произнёс Мартов последнее предложение непонятным тоном, толи констатируя знания Трутта, толи задавая ему вопрос для подтверждения.

— Если доверишь мне туры, то я попытаюсь. Здесь есть ограничитель скорости. — Трутт взялся рукой за какой-то рычаг на пульте управления, расположенный между двумя плоскими экранами пульта. — Сейчас он впереди и значит пилот может управлять скоростью лаггера в максимальном диапазоне, — он вернул руку на подлокотник.

— Ограничитель скорости, насколько я понимаю — это жёсткий акселератор. А туры это… — Мартов многозначительно умолк.

— Это те механизмы управления, за которые ты держишься, — произнёс через некоторое время молчания Трутт.

— Откуда это тебе известно? Ты уже управлял лаггером? — в голосе Мартова послышалось явное удивление.

— Так они обозначены знаками силаев на пульте управления: вызвать-убрать туры, — пояснил Трутт.

— А как называются механизмы управления оружием? — поинтересовался Мартов.

— Я не знаю этот символ. Балл или что-то в этом роде.

— Может болл или булл?

— Возможно.

— Потренируйся, пока есть время.

— Скорее всего, уже нет, — едва ли не прошептал Трутт.

Занятый разговором с Труттом, Мартов почти забыл следить за пространством и лишь сейчас, скользнув взглядом по голоэкрану вдруг увидел в нём рой быстроперемещающихся зелёных точек.

— Проклятье! — он на некоторое время умолк. — Такое впечатление, что они идут не в нашу сторону, — опять заговорил землянин. — Неужели крейсер засекли? Ты можешь выяснить, как вызвать их характеристические показатели?

— Если я правильно понял — этот голоэкран называется овод или овит, — заговорил Трутт. — Он имеет несколько отображений.

Он вытянул руку в сторону пульта управления и голоэкран из бледно-зелёного трансформировался в странный серый, будто стал многомерным объёмом с вращающимися нём зелёными закорючками. Мартову стало совершенно непонятно, где находится астероидное кольцо и куда движется лаггер.

— Нет! Убери! — резко произнёс он.

Голоэкран опять трансформировался и теперь он представлял собой нечто зелёное и слоистое, будто несколько плоских экранов висели друг над другом и в этих слоях отображались зелёные завитушки, двигающиеся в этих слоях, но в одном направлении.

— Верни первый экран! — выкрикнул Мартов.

Прошло мгновение и перед ним опять был прежний бледный зелёный голоэкран с яркими зелёными точками, но теперь с каждой точкой отображался ряд прозрачных белых завитушек.

— Это что ещё… — процедил Мартов.

— Ты просил характеристические показатели. Я вызвал их отображение, — пояснил Трутт.

— Убери! Я не подумал, что они будут так отображаться, — в голосе Мартова послышались нотки досады.

Завитушки исчезли.

— Ты намерен идти за ними? Уверен, что сможешь помочь крейсеру в противостоянии с ними? Их больше десяти, — поинтересовался Трутт.

— Хотя бы знать, куда они идут. Вдруг не к крейсеру, а к своему носителю.

— Я не вижу на экране никакой цели в том направлении, куда они идут, — Трутт вытянул руку и провёл ладонью в объёме голоэкрана. — Зачем им такой странный путь к своей цели. Не лучше ли идти к ней по прямой.

— Если бы знать, что у силаев в мозгу и есть ли он у них в той мере, в какой он есть у нас. Сармат говорил, что он у них организован как-то иначе, — Мартов состроил гримасу досады.

В кабине летательного аппарата наступила тишина. Описывая дугу, лаггер, управляемый Максимом Мартовым, приближался к идущим в пространстве лаггерам.

Прошло некоторое время и в пространстве голоэкрана начали просматриваться не только крупные астероиды астероидного кольца но и более мелкие. Брови Мартова полезли вверх — лаггеры, управляемые силаями, на большой скорости шли внутри астероидного кольца, лавируя между астероидами, будто соревнуясь, кто проворнее увернётся от них.

— Ну и ну! Это больше похоже на какие-то гонки между астероидами, нежели на атаку чего-то, — раздался голос Трутта, видимо он тоже осознал происходящее в астероидном кольце. — Может мы зря затеяли сражение с теми лаггерами? Может они и не к нам, вовсе, шли? Зря мы не выяснили, что со вторым. Может уже другие идут за нами?

— Если бы шли, уже бы дошли, — Мартов состроил гримасу досады. — Даже не знаю, стоит ли соваться туда. Думаю — не стоит. Пусть носятся, если у них это какая-то игра. Займёмся поиском крейсера. Он должен быть где-то за астероидным кольцом.

Он отклонил один из туров и летательный аппарат, описывая дугу, уже по обратному радиусу, направился в другую сторону.

* * *

Так как астероиды в астероидном кольце располагались достаточно далеко друг от друга, то проблем у Мартова провести через астероидное кольцо свой летательный аппарат не было и вскоре лаггер уже шёл с его внешней стороны. Мартов и Трутт внимательно всматривались попеременно, то в голоэкран, то в стекло кокпита, пытаясь увидеть или отметку от крейсера или его самого, но время шло, а крейсера всё не было. Вдруг, в реальном пространстве через стекло кокпита Мартов увидел небольшой синий овал. Он сдвинул брови, пытаясь с чем-то сопоставить его.

«А ведь это же галактика «Андромеда», — наконец понял он, что представляет собой этот овал. — Отсюда она видна гораздо лучше, чем из Солнечной системы, — замелькали у него мысли, отвлекающие его от поиска крейсера. — Даже можно рассмотреть её рукава. Есть там какие-то цивилизации? Насколько они развиты? Что будет, когда наши галактики сблизятся и начнут трансформироваться? Не возникнет ли межгалактическая война между цивилизациями галактик за обитаемые планеты? Однозначно, не все населённые планеты останутся пригодными для жизни и цивилизациям придётся искать для себя новые пристанища. А вдруг там цивилизации имеют не биологическую жизнь, а на физической основе? Тогда им без разницы, пригодна планета для жизни или нет. Нам не без разницы, — он шумно вздохнул. — Сохранится ли Солнечная система при таком катаклизме? Да и досуществует ли до него?»

— Мы уже большую часть окружности астероидного кольца обошли, — нарушил молчание Трутт своим странным голосом. — Уже лаггеры догоняем, — вытянув руку, он ткнул в зелёную кляксу отображаемую внутри голоэкрана. — Может экипаж увёл крейсер отсюда, когда засёк лаггеры?

— Всё может быть, — Мартов дёрнул плечами и летательный аппарат тоже дёрнулся. — Не исключено, что экипаж увёл крейсер подальше от астероидного кольца и ждёт, когда на экране пространственного обзора появится отметка от транспорта и лишь потом направится ему навстречу.

— Идём дальше? — поинтересовался Трутт.

— Даже не представляю, на какое дальше хватит у нас энергии. Лаггер уже неизвестно сколько на ходу. — Мартов громко хмыкнул. — И что потом, будем по очереди толкать его?

Ничего не ответив, Трутт подался к пульту управления и начал всматриваться в него. Через какое-то время он ткнул пальцем в один из сенсоров под терминалом перед собой.

— Высветились какие-то показатели летательного аппарата, — заговорил зевс. — Но такое впечатление, что это какая-то другая письменность. Уже не закорючки, а какие-то угловые символы. Такие в академии не преподавали. Даже не знаю, что дальше, — он выпрямился и покрутил головой. — Может стоит вернуться, зарядить накопитель энергии, а уже затем вернуться сюда и продолжить поиск крейсера.

— Ты знаешь, где у местных зарядная станция?

— Понаблюдаем, — Трутт дёрнул плечами. — Когда-то же экипажи силаев будут заряжать свои лаггеры.

— Они это делают под поверхностью планеты. Я не знаю, как туда попасть, — Мартов покрутил головой.

— Понаблюдаем, — Трутт опять дёрнул плечами.

— Долго ты намерен наблюдать. Да и поймёшь ты, какими сенсорами экипажи открывают люки под поверхность? Да и какой люк наш? — Мартов хмыкнул. — Нет! На планете силаев нас неминуемо ждёт смерть. Путь туда для нас закрыт. Будем искать крейсер. Если нужно идти далеко в пространство — пойдём.

Он отклонил тур и летательный аппарат пошёл на разворот, уходя прочь от астероидного кольца.

— Я вижу какое-то синее свечение впереди, с внешней стороны астероидного кольца, — заговорил Трутт, вытягивая руку в сторону стекла кокпита. — Может это лаггеры атакуют крейсер?

— Это… — Максим Мартов осёкся.

Повернув голову в направлении вытянутой руки Трутта, он понял, что это совсем не вытянутый овал «Андромеды», а где-то далеко впереди сиял небольшой переливающийся синий круг, а не овал, будто это, действительно, лаггерами в пространство одновременно было выпущено большое количество энергетических зарядов.

Мартов тут же отклонил тур, возвращая летательный аппарат на прежний вектор пути, идущий вдоль астероидного кольца и вскоре лаггер шёл уже в сторону синего сияния.

* * *

Чем ближе летательный аппарат подходил к сиянию, тем выше поднимались брови землянина и зевса, как от того, что никаких лаггеров вокруг этого сияния в голоэкране не отображалось, как и от того, что летательный аппарат, идя в свободном пространстве, догонял идущие в астероидном кольце лаггеры, которые, однозначно, шли мимо этого сияния и более того, было хорошо видно, как в астероидном кольце мелькали яркие синие сполохи и тогда выходило, что лаггеры что-то обстреливали и более того, периодически появлялись яркие жёлтые вспышки, говорящие о каких-то взрывах в астероидном кольце.

— Ничего не понимаю, — первым нарушил тишину Трутт. — Они стреляют друг в друга? Зачем?

— Такое впечатление, что это какое-то космическое ралли, — заговорил Мартов. — Только интерес подогревается стрельбой, но, скорее всего, не друг по другу, а по астероидам.

— Зачем? — в голосе Трутта послышалось явное удивление.

— Я знаю столько же, сколько и ты, — недовольным голосом заговорил Мартов. — Видимо у них с мозгами не всё в порядке. Зачем-то же они уничтожают наши транспорты, хотя никакого интереса к их грузу не проявляют.

— Ерунда какая-то, — Трутт дёрнул плечами. — В самом деле у них не всё впорядке с мозгами. Это сияние никак не похоже на горящий крейсер, — он покрутил головой. — Неужели пространственный портал?

— Похоже, что так, — Мартов даже подался вперёд, всматриваясь через стекло кокпита в пространство. — Возможно, что и нет никакого носителя, а есть портаторные перемещения. Эрт Кройт оказался неправ. Теперь понятно, почему мы не можем найти носитель — его, просто — нет, и лаггеры, действительно, снуют туда-сюда, — землянин выпрямился.

— Но тогда, где портал в Сетранской системе. Уж такое свечение издалека было бы заметно, — Трутт громко хмыкнул.

— Не исключено, что портал в Сетранской системе накрыт каким-то полем скрытия или находится там, где мы и думать не можем, например на орбите другой планеты. Там же может находиться и база отдыха экипажей лаггеров, чтобы они, действительно, могли меняться вахтами.

— А разве вы не обследовали другие планеты?

— При мне нет. Всё же расстояние до пятой планеты очень большое, а третья очень горячая. Ерунда какая-то, — Мартов покрутил головой.

— Действительно, ерунда, — Трутт вытянул губы в широкой усмешке. — Совсем не похоже на вас, любопытных и настойчивых землян, — он громко хмыкнул.

Мартов не ответил. В кабине летательного аппарата наступила тишина.

* * *

Сияние приближалось и разрасталось в размерах. Летательный аппарат, управляемый представителями Объединённой Федерации уже обогнал лаггеры, идущие в астероидном кольце и остался ими будто незамеченным, так как ни один из них не отреагировал на него, да им, скорее всего было и не до него, так как они вели интенсивный огонь по астероидам и в пространстве астероидного кольца периодически вспыхивали яркие жёлтые шары.

Вдруг Мартов увидел, что вокруг некоторых лаггеров в астероидном кольце появляется синяя окантовка.

— А ведь они, действительно, обстреливают не только астероиды, но и друг друга, — он громко хмыкнул. — Идиоты!

— Теперь понятно, почему они не обратили внимания на нашу стычку с лаггерами. Для них обстрел друг друга обычное дело, — высказал свою догадку Трутт.

— Возможно!

В кабине лаггера опять наступила тишина.

Мартов и Трутт всё внимательнее всматривались не только в приближающееся сияние, но и в пространство вокруг него, пытаясь увидеть лаггеры, которые подходили бы к нему, но пространство вокруг сияния было чистым и никаких летательных аппаратов в нём не наблюдалось. Наконец сияние настолько выросло в размере, что теперь занимало практически всё пространство перед лаггером и в кабине стало настолько светло, что Мартов сомкнул веки до узких щёлочек.

— Ты намерен протаранить портал? — заговорил Трутт, подавшись вперёд и скользя взглядом по сенсорам панели управления. — Неужели стекло кокпита у лаггера не имеет никаких фильтров? Ведь если судить по глазам силаев, они не любят яркий свет. Не вижу, — он мотнул головой и выпрямился. — Может не стоит так близко приближаться к порталу? Может стоит поискать крейсер и вместе с ним вернуться в Сетранскую систему?

— Ты уже опоздал со своими советами, — Мартов повернул голову в сторону Трутта — его губы были вытянуты в широкой усмешке. — Не знаю что произошло, но летательный аппарат стал неуправляем: или энергия закончилась или энергия портала оказывает на него какое-то негативное влияние. Такое впечатление, что портал втягивает нас в себя.

— Чёрт возьми! — выругался Трутт, земным нелестным выражением. — И что теперь?

— Вернёмся и доложим, что узнали.

— А крейсер? Что будет с ним?

— Коммандер свяжется с ним по быстрой связи или отправит ещё один крейсер. Тут хода-то тридцать стандартных суток.

— А найдёт он его?

— Я или ты пойдём с ним.

— Я и не подумал. У меня ведь теперь нет транспорта, — зевс громко хмыкнул.

Ничего больше не сказав, Мартов откинулся на спинку кресла и сжал веки, но это не помогло, сияние всё равно пробивалось в глаза таким мощным потоком, будто сжатые веки не были ему препятствием.

— Проклятье! Сейчас ослепну, — Мартов опустил голову и прижал к глазам ладонь, но и это не помогло — сияние в глазах нисколько не уменьшилось. — Это конец, — буквально выдохнул он и тут же провалился в синеву.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ФОРМУЛА СМЕРТИ

За мною не угнаться никому,

Я принимаю скорости игру,

Мчусь по пространству день и ночь,

И звёзды мне пытаются помочь.

Елена Иванова

1

Максим Мартов вздрогнул, открыл глаза и тут же завертел головой, смотря через стекло кокпита по сторонам. Летательный аппарат шёл в каком-то странном вполне светлом пространстве и насколько было видно, неподалёку шёл космический корабль тоже странного вида, будто это было отломанное лезвие огромного кинжала. Мартов наморщил лоб, пытаясь вспомнить какой расе Объединённой Федерации может принадлежать космической корабль такой конструкции, но как ни пытался, вспомнить такой корабль не мог. Никакого синего свечения, обозначавшего бы собой пространственный портал нигде не наблюдалось. Где-то на границе видимости наблюдался небольшой сине-белый круг, но скорее всего, это была планета, а не портал. Мартов покачал туры управления, но лаггер никак не отреагировал на их команды, продолжая слегка покачиваясь самостоятельно скользить в пространстве. Землянин повернул голову в сторону Марче Трутта.

— Тебе не кажется, что мы не в пространстве Сетранской системы? — поинтересовался он у зевса.

— Кажется. И более того, кажется, что к нам идёт какой-то транспорт.

Трутт вытянул руку в сторону и повернув голову в том направлении Мартов увидел тёмный прямоугольник быстро растущий в размерах, явно идущий в их сторону и мигающий яркими красными огнями.

Землянин повернул голову в другую сторону — лезвиеподобный корабль уже был далеко и его нахождение в пространстве выдавало лишь розовое свечение, которое исходило из раструбов его движителя. Он опять повернул голову в сторону приближающегося корабля, который заметно вырос в размерах и уже начали просматриваться его очертания. Он был весьма похож на скавенжер Объединённой Федерации, который занимался сбором мусора в пространстве секторов Федерации. Мартов повернул голову в сторону Марче Трутта — тот сидел прижавшись к спинке кресла и как показалось Мартову, в его больших тёмных глаза застыл испуг.

— Ты чем-то встревожен? — поинтересовался землянин.

— А ты нет? — Трутт повернул голову в сторону Мартова и землянин действительно увидел испуг в глазах зевса. — Я не вижу ни одной знакомой звезды. Они здесь совсем другие. Мы где? — буквально прошептал он последнюю фразу.

Состроив гримасу недоумения, Максим Мартов закрутил головой, всматриваясь через прозрачное стекло кокпита теперь уже в звёзды и как оказалось их было очень много, гораздо больше, чем он видел когда-либо в тех пространствах своей галактики, в которых побывал и многие звёзды были большими и яркими и даже виднелась большая яркая синяя клякса, которая звездой никак не могла быть. Видимо от этой яркой кляксы пространство и было несколько светлее, чем такое, каким Мартов привык его видеть. Он тоже не помнил, чтобы пространство какого-то из секторов Объединённой Федерации изобиловало таким количеством таких ярких великолепных звёзд.

— Действительно — где? — Мартов повернул голову в сторону зевса и поднял плечи. — Может быть мы в родном пространстве силаев, о котором говорил Эрт Кройт?

Ничего не сказав, Трутт повёл подбородком в сторону. Мартов повернул голову в указанном направлении и увидел, что возможный космический мусорщик уже приблизился настолько, что теперь вполне отчётливо просматривались его очертания.

Корабль имел скорее серый цвет, чем чёрный. Он был огромен и чем-то напоминал подводный корабль Земли, которые бороздили океаны планеты в незапамятные времена. Скорее всего в верхней части корабля был модуль управления, на вершине которого попеременно мигали два ярких красных огня. Модуль управления покоился на огромном цилиндре с выпирающими из него в стороны, теперь уже достаточно хорошо видимыми кронштейнами, скорее всего служащими для захвата космического мусора. Насколько было видно по отсвечиваемому пространству, цвет исходящей из движителя этого возможного мусорщика энергии тоже был розового цвета. Такую исходящую энергию ни один корабль Объединённой Федерации не имел.

Возможный мусорщик замедлил свой ход и развернувшись, завис над лаггером. В его огромном цилиндре отчётливо просматривался зев большого люка. Мусорщик синхронизировал свою скорость со скоростью лаггера и начал наползать на летательный аппарат.

— Мы сдаёмся? — раздался вопрос Трутта, определённо направленный землянину.

Мартов промолчал.

— Это плен, — констатировал зевс с глубоким вздохом будто безысходности.

— Радуйся, что они нас не уничтожили, — заговорил Мартов, вытягивая губы в широкой усмешке. — Видимо, они умнее силаев.

— Но если портал привёл нас сюда из пространства силаев, значит, это тоже их пространство? — в голосе Трутта послышалось удивление.

— Скоро узнаем! Возможно это пространство, где они обитают, о котором говорил Эрт Кройт.

Мартов покачал туры, никакой реакции на это действие со стороны летательного аппарата так и не последовало. Вытянув руку в сторону пульта управления, от ткнул пальцем в несколько сенсоров и органы управления летательного аппарата исчезли в подлокотниках. Откинувшись на спинку кресла, землянин уставился перед собой невидящим взглядом, стараясь ни о чём не думать. В кабине лаггера наступила тишина, нарушаемая лишь дыханием его пилотов.

Становилось всё темнее и темнее и вскоре мрак внутри кабины рассеивался лишь продолжавшим работать голоэкраном. Стало понятно, что лаггер остановился, но пространство вокруг него пришло в движение.

За годы службы в космическом флоте Максим Мартов научился чувствовать движение в пространстве, когда оказывался в закрытом тёмном помещении и сейчас отчётливо чувствовал это движение.

Вдруг Мартов почувствовал, будто какая-то тяжесть ворвалась ему в мозг и он очень хочет спать. Он закрыл глаза и провалился в пустоту.

2

Максим Мартов открыл глаза от сильной тряски и тут же закрутил головой — он по-прежнему сидел в кресле кабины лаггера. Почему-то было очень светло. Рядом с ним в кресле сидел Марче Трутт и тряс рукой его за плечо.

— Проблема? — прохрипел Мартов, подтверждая свой вопрос взмахом подбородка.

Ничего не сказав, Трутт повёл своим подбородком вверх. Подняв голову, Мартов невольно вжался в спинку кресла — стекло кокпита было поднято и на него сверху вниз смотрел…

Определённо — это был не силай. Смотревшее существо напоминало тех гуманоидов, которых некогда, в незапамятные времена, ещё до встречи с первыми инопланетянами, рисовали земляне в своём их представлении — невысокие, светлые, с тонким тщедушным телом, большой безволосой клиноподобной головой, огромными чёрными глазами, без носа и тонкими ниточками серых губ. Одето было существо во что-то или нет было непонятно, но всё же несколько ясно видимых складок на нём указывали на присутствие одежды.

Губы-ниточки существа изогнулись, но остались сжаты и Мартов будто услышал какую-то вполне приятную для слуха мелодию, будто существо сыграло её на каком-то невидимом музыкальном инструменте. Мартов повернул голову в сторону зевса — тот сидел прижавшись к спинке кресла, уставившись в существо немигающим взглядом.

— Ты что-то понял? Это было приветствие или угроза? — негромким голосом поинтересовался у него Мартов.

Трутт молча покрутил головой.

— Не знаешь или не угроза? — уже повысив голос произнёс землянин.

— Не знаю, — прошептал Трутт.

— Что же тогда напуган?

— Он вошёл в моё информационное поле.

— Я этого не почувствовал.

— Я попытался защититься, но моя защита была для него будто лист бумаги для иглы. Он проткнул её не задерживаясь.

— Каким образом ты пытался защититься?

— Своим полем.

— У тебя есть поле? — Мартов негромко хмыкнул.

— Есть. Оно есть у многих зевсов. Передаётся им от их отцов, вестов.

— Странно! — Мартов состроил гримасу удивления. — Я всегда чувствовал, когда гард Эрт Кройт ковырялся в моём мозге.

— От вторжения этого поля почти нет болезненных ощущений. Оно совсем не такое, как у сармат.

Состроив ещё большую гримасу недоумения, Мартов повернул голову в сторону существа, которое будто ожидая этого, вдруг взмахнула своими руками, которых у него оказалось две, донеслась негромкая мелодия и существо исчезло.

— Куда он? — негромко произнёс Мартов не поворачивая голову в сторону Трутта.

— Я думаю, что он предложил нам выйти из летательного аппарата, — таким же негромким голосом ответил Трутт.

— Думаю, у нас нет выбора. Там мы хотя бы попытаемся понять, куда попали.

Мартов резко поднялся и закрутил головой — летательный аппарат стоял примерно посреди большого светлого зала в котором не наблюдалось ни окон ни дверей. Поодаль, перед носом летательного аппарата стояли два существа в белой одежде или без одежды, около полутора метров ростом, а позади них стояли с десяток или силаев или похожих на них людей в чёрной одежде, ростом едва ли не вдвое выше существ, сжимая в своими обеими руками какие-то продолговатые предметы, которые, несомненно, были оружием.

Страха у землянина не было. Было недоумение от той ситуации, в которой он необдуманно оказался.

— Да тут их… — произнёс Мартов не поворачивая головы в сторону Трутта.

— Вижу! — тут же раздался недовольный голос зевса, который тоже поднялся с кресла и едва ли не наполовину своего роста выглядывал из кокпита.

— Выходим? — процедил Мартов.

— Сам же сказал, что выбора нет.

Ничего больше не сказав, Мартов перенёс ногу через борт летательного аппарата и поставив её на крыло, туда же поставил и вторую ногу и затем спрыгнул на пол зала и…

Он буквально похолодел, как вдруг оказался внутри какого-то прозрачного кокона.

Донёсшийся рядом шум заставил его повернуть голову — рядом стоял Трутт, в таком же прозрачном коконе.

— Мы же задохнёмся, — прошептал Мартов.

— Я не чувствую затруднений в дыхании, — состроив непонятную гримасу, Трутт покрутил головой.

Максим Мартов лишь сейчас осознал, что дышится легко и свободно, будто он не был укутан в какой-то кокон и что до сих пор дышалось ему так же, будто состав местной атмосферы был точно такой же, как и состав атмосферы Земли. Не отдавая отчёта своем действиям, он сделал шаг в сторону стоявших существ, затем другой — кокон нисколько не мешал движениям.

— Чертовщина какая-то, — заговорил он, не поворачивая головы, но чувствуя, что Трутт стоит рядом с ним. — Я бы поверил, что мы опять на планете силаев под её поверхностью и что эти в чёрной одежде — силаи, но только они двурукие.

— Я бы не был столь категоричен, — заговорил Трутт. — Справа перед стеной висит какой-то знакомый объект. Не могу вспомнить, где я его уже видел.

Мартов повернул голову вправо и действительно увидел объёкт висящий перед стеной, на который не обратил изначально внимание, так как его внимание в большей степени было занято существами, нежели находящимися в зале предметами. Он наморщил лоб. Объект, действительно, что-то напоминал — продолговатый вытянутый овал, как бы состоящий из множества светящихся точек с ярким белым шаром посредине. Чуть в стороне от объекта просматривался ещё один овальный объект, только значительно меньшего размера. И этот объект Мартов где-то видел и совсем недавно. Он мог бы сказать, что это изображена какая-то галактика со своим спутником, если это не было чем-то другим.

Раздавшаяся громкая мелодия заставила его отвернуть голову от объектов и повернуть её в сторону существ. Оба существа, скорее всего в белой одежде, теперь стояли к ним боком и одна из их рук показывала куда-то в сторону. Мартов посмотрел в том направлении и увидел в стене большой овальный проём. Более того, люди в чёрной одежде разделились и теперь шли в их сторону по дугам, однозначно, норовя зайти им за спину.

— Однозначно, мы в плену, — раздался голос Трутта.

— Хорошо, что эти хотя бы сразу не стреляют. Силаи не церемонились бы, — губы Мартова вытянулись в усмешке.

— Пойдём, куда приглашают? — поинтересовался Трутт.

— Пойдём! Иначе погонят пинками, — с насмешкой произнёс Мартов и первым шагнул в направлении указанного дверного проёма.

Видимо поняв намерение пришельцев, существа в белой одежде развернулись и сами заскользили в сторону дверного проёма. Именно заскользили, так как Мартов не видел, чтобы они переставляли ноги.

* * *

Подойдя к дверному проёму, Мартов остановился и осторожно заглянул в него: проём вёл в ещё один светлый зал, который, однако, не был пустым. Посреди зала стояли какие-то белые аппараты овально-прямоугольной конфигурации и около двух из них стояли такие же существа, которые были и в этом зале. Насколько понял Мартов, то каждый из них должен был подойти к одному из этих аппаратов.

Он оглянулся — люди в чёрной одежде стояли в нескольких шагах позади них, направив в их сторону своё оружие. Отвернувшись, Мартов шагнул в дверной проём и сделав несколько шагов внутрь зала, остановился. Рядом с ним тут же стал Трутт.

— Скорее всего, каждый из нас должен подойти к одному из этих аппаратов. Несомненно, нас будут каким-то образом анализировать, — произнёс Мартов.

— Согласен! Я к левому, — ответил зевс.

— Ты уверен, что эта процедура будет безвредна для нас?

— У нас есть выбор? Это твои слова. Если только аппаратами поменяться, — в голосе Трутта послышалась ирония. — В нашем положении лучше добровольно подчиниться, чем поведут принудительно. Тогда есть надежда, что или сразу умертвят или будут мучить безболезненно.

— Ирония неуместна, — пробубнил Мартов и глубоко вздохнув, шагнул в сторону правого аппарата.

* * *

Как казалось Мартову, он стоял не внутри аппарата, а в белом овальном зале неимоверных размеров и по нему сплошным потоком скользили цветные волны. У него складывалось впечатление, что стоит он совершенно нагим, но пошевелиться, чтобы осмотреть себя не мог, так как был будто окаменевшим настолько, что даже его глаза не шевелились, а руки были словно приклеены к бокам. Единственное, что он мог делать — это мыслить и не просто мыслись, а будто кто-то неведомый заставлял его вспоминать всю свою жизнь едва ли не от самого дня рождения до последнего момента, когда он оказался внутри этого аппарата. Причём его мысли проносились у него с какой-то неимоверной скоростью, будто кто-то вёл их скоростную запись. И он даже вспоминал то, что давно забыл и то, что никогда больше не хотел вспоминать и от этих воспоминаний ему становилось душно и противно, что он чувствовал по обильной влаге появляющейся на его теле. Мартов пытался прерывать ток этих неприятных мыслей, но они скользили помимо его желания, совершенно не подчиняясь его воле.

Между тем цветные волны скользили по его телу всё быстрее и быстрее и в такт их ускоряющемуся скольжению всё быстрее скользили и его воспоминания и наконец их скорость возросла настолько, что пространство перед Мартовым будто пришло в движение, завертелось, стало растворяться в какой-то белой пелене и в конце концов исчезло, а вместе с ним исчез и он сам.

* * *

Максим Мартов открыл глаза. Определённо он сидел. Он закрутил головой — это был не тот зал, где он проходил, несомненно, процедуру своего сканирования, это была его каюта в колониальном посёлке на Таксане, выполненная в мягких светло-коричневых тонах: тот же круглый стол с тремя мягкими креслами посреди комнаты; видеоголограф на столе и рядом с ним пульт управления; большой голоэкран напротив дивана, на котором он сейчас сидел в такой же точно одежде спортивного покроя, в какую одевался, когда отдыхал в своей каюте. В одну из стен были встроены шкафчики в которых, практически, ничего не хранилось, кроме нескольких баночек тоника и нескольких комплектов его одежды. В ещё одной стене были две двери, одна из которых вела в санационную, вторая — в спальную.

Состроив гримасу недоумения, Мартов поднялся и лишь сейчас осознал, что того странного кокона, в который он был упакован изначально, на нём не было. Хмыкнув, он направился к двери, ведущей в санационную, так как у него было такое чувство, как будто он только что проснулся и потому должен был привести себя в порядок.

Подойдя к двери, Мартов взялся за её ручку и… Дверь осталась на месте. Он подёргал за ручку — она даже не пошевелилась. Состроив гримасу недоумения, он отпустил ручку двери и поднял плечи.

«Заперто! Я ведь никогда её не запирал, — замелькали у него мысли полного недоумения. — Кто же тогда? Коммандер приказал? Он ведь остался за начальника колонии. Зачем? Побоялся, что кто-то воспользуется моими личными предметами гигиены? Ерунда какая-то».

Опустив плечи, Мартов подошёл к двери ведущей в спальную и взявшись за ручку, попытался открыть дверь и она тоже не поддалась. С ещё большей гримасой недоумения он направился к шкафчикам и опять же ни одна дверка шкафчиков не открылась. Ему вдруг захотелось пить. Но так как дверка шкафчика, где хранились баночки с тоником не открылась, он развернулся и вознамерился выйти из каюты, чтобы дойти до ресторана колонии и там купить тоник, но едва сделал шаг в направлении выхода, как замер с поднятой ногой — перед дверью стояло такое же существо в белой одежде, какие и были в зале, в который был доставлен лаггер, из-за близкого расстояния было понятно, что одежда на нём всё же была, а за ним стояла пара высоких людей в чёрной одежде с оружием, направленным в сторону землянина.

Лицо Мартова тут же исказилось гримасой досады — он понял, что находится не в своей настоящей каюте в космопорте Таксаны, а в её имитации, неизвестно где.

Так как люди в тёмной одежде сейчас находились от него достаточно близко, то Мартову удалось достаточно хорошо их рассмотреть. Определённо, это были силаи, безволосые, с вытянутыми лицами и ушами, загнутым к низу носом, темноглазые, только с двумя руками.

Мартов невольно попятился и упёршись во что-то спиной, замер.

— Я приветствую представителя галактики «Млечный путь», — вошли Мартову напрямую в мозг совсем неколючие слова, отчётливо произнесённые на языке землян.

Лицо Мартова вытянулось в полнейшем недоумении.

— Где я? — наконец выдавил он из себя, через несколько мгновений молчания. — Что это эта странная каюта, в которой ни одна дверь не открывается. Как долго я нахожусь здесь?

— Ты находишься на планете Троя, в пространстве Утанской планетной системы, галактики «Асториана». Я — трой, представитель доминирующей расы в галактике. Этот зал воссоздан из твоего информационного поля. Мы не всю информацию из твоего информационного поля поняли и потому в этом зале есть некоторые странности, которые, мы уверены, с твоей помощью будут ликвидированы. Ты находишься здесь около сорока наших суток. Твоё информационное поле хранит очень большой объём информации и нам понадобилось длительное время, чтобы осознать её в какой-то мере, — вошли Мартову напрямую в мозг теперь уже колючие слова на языке землян.

— Сорок суток! Проклятье! Асториана, — прошелестели губы Мартова.

Он вдруг вспомнил овальное изображение в том зале, где стоял лаггер, состоящее из огромного количества светящихся точек разных цветов. Его догадка подтвердилась — это было изображение галактики «Асториана». И тогда выходило, что квантовый туннель вынес их в какую-то другую галактику, могущую находиться где угодно во Вселенной, на невообразимом расстоянии от галактики «Млечный путь».

— Твои мысли неправильны, землянин, — заскользили Мартову напрямую в мозг очередные слова, несомненно, адресуемые гуманоидом в белой одежде, хотя его нитевидные серые губы оставались неподвижны. — Галактика «Асториана» находится совсем недалеко от галактики «Млечный путь». Они соседи, если сказать твоим языком, принадлежат местному скоплению галактик и более того, движутся навстречу друг другу и когда-то наступит время, когда они сольются и образуют одну, огромную эллиптическую галактику.

— Галактика «Андромеда»! Я в галактике «Андромеда»? — опять прошелестели губы Мартова в осознании догадки. — Но она выглядит со стороны несколько иначе.

— Насколько удалось установить из твоего информационного поля, которое вы называете мозгом, наша галактика «Асториана» в твоей цивилизации называется галактика «Андромеда». Это в нашей цивилизации звучит примерно, как прекрасная, чудесная. Мы удовлетворены, что вы так высоко оценили величие нашего дома во Вселенной.

— А как называется наша галактика «Млечный путь» у вас, — поинтересовался Мартов, перебивая монолог течение мыслей.

— «Трастиана», что значит близкая, недалёкая, — опять потекли напрямую в мозг Мартова чужие мысли. — Мы ещё никогда не покидали свою галактику и вид её со стороны, который мы нашли в твоём информационном поле очень полезен и познавателен для нас. Мы непременно скорректируем своё видение галактики «Асториана», — Вошёл напрямую в мозг Мартова уже даже монолог, произнесённый на правильном языке землян.

— Неужели такое возможно? — продолжали шелестеть губы Мартова. — Неужели вы смогли преодолеть расстояние в несколько миллионов световых лет и добраться до галактики «Млечный путь». Это невероятно, — он покрутил головой.

— Если говорить языком твой цивилизации, то в твою галактику добрались наши далёкие предки, не оставив нам свой способ по преодолению таких невообразимо огромных расстояний, — опять потекли Мартову напрямую в мозг чужие мысли. — Они были обеспокоены сближением наших галактик, уже до такой степени, что газовые гало галактик вошли в соприкосновение, возникли ударные волны и появились предпосылки для образования звёзд в пограничном пространстве наших галактик. Мои предки попытались выяснить степень риска для разумов, населяющих наши галактики, быть уничтоженными, как возникающим катаклизмом от слияния галактик, так и самими разумами в борьбе за планеты, пригодные для обитания. Несомненно, все планетные системы примерно до половины расстояния от центра галактик будут уничтожены или их планеты окажутся непригодны для обитания. Вероятнее всего планетные системы внешних рукавов галактик не пострадают или почти не пострадают. Сейчас это малонаселённые области галактик, так как жить на краю звёздных систем не слишком комфортно по многим причинам. Это самые уязвимые области галактик для всех пространственных аномалий и потому разумам столкнувшихся галактик скорее всего придётся обживать не слишком комфортные планетные системы нового галактического образования. Нам остались неизвестны результаты выяснения нашими предками степени такого риска. Они не вернулись в «Асториану». Мы полагаем, что они встретили в твоей галактике какую-то могущественную агрессивную цивилизацию и были уничтожены, или же произошёл в твоей галактике какой-то катаклизм, который помешал им вернуться или уничтожил их. Через несколько тысяч лет после их исчезновения нам удалось найти портал, по которому, как мы предполагаем, они ушли в твою галактику «Млечный путь». Мы отправили через этот портал несколько трастов, искусственных организмов, которых ты видишь за моей спиной. Прошли сотни лет. Ни один из них не вернулся. Мы периодически отправляем через этот портал трастов, но никто из них не возвращается. Мы находимся в тревожном неведении, но продолжаем ждать. И наконец… Что произошло с нашими предками и происходит с трастами в твоей галактике? Почему они не возвращаются? Мы этого не увидели в твоём информационном поле.

Наступило молчание. Из-за столь длинного монолога, вошедшего ему напрямую в мозг, у Мартова даже зашумело в голове и появилась тяжесть, которая клонила голову вниз и не удержав её, он упёрся подбородком в грудь и теперь смотрел на гуманоида в белой одежде исподлобья. Постояв так некоторое время, Мартов подставил под подбородок руку и попытался поднять голову с помощью руки. Это удалось.

— Где мой напарник? Он не землянин, а зевс, — произнёс он едва шевеля губами.

— Если это он, то очень странный. У него возникли проблемы при молекулярном анализе, — потекли в мозг Мартова минуя уши очередные чужие колючие мысли, заставив его лицо исказиться гримасой недовольства. — Он попытался защитить своё информационное поле и нам пришлось усилить поле анализа.

Ток чужих мыслей в голове Мартова исчез.

— Он жив? — невольно прошептал Мартов через несколько мгновений молчания.

— Его состояние неадекватно. Но мы принимаем меры по его реинкарнации. Не нужно было противостоять анализу. Ты не ответил на мои вопросы, — больно кольнули мозг Мартова чужие мысли.

— Я никогда не встречал в своей галактике твоих предков и почему они не возвращаются не знаю. Мы случайно нашли ваш портал и необдуманно вошли в него, надеясь, что он вынесет нас туда, куда нам было нужно. Но…

Мартов опустил руку, поддерживающую голову. Боль из головы почти ушла и чувствовал он себя теперь лучше.

— Странно! Мы увидели в твоём информационном поле информацию, которой ты сейчас противоречишь, — вошла ему в мозг новая колючая мысль.

— Мне трудно или возразить тебе или опровергнуть твои слова, не зная, что ты нашёл в моём мозге. Ты так разговариваешь мысленно на языке землян, будто родился на Земле. Не мог бы ты тогда разговаривать со мной голосом, а не мыслями? У меня от твоих мыслей голова разболелась. — Мартов вытянул губы в широкой усмешке и подняв руки, обхватил ими голову.

— Чтобы нам вести голосовой диалог нужно трансформировать или твои или мои голосовые связки. Для нас это не проблема, но я этого делать не хочу. Для тебя эта операция, скорее всего, окажется безвозвратной. Ты уже никогда не сможешь разговаривать на своём языке, — вошёл напрямую в мозг Мартова ещё один сонм колючих мыслей.

— Неужели для такой высокоразвитой цивилизации это сложно, — в негромком голосе Мартова послышалась ирония.

— Трансформировав твои голосовые связки один раз, для трансформации во второй — уже не хватит твоего биологического материала. Создать новый возможно, но это не имеет для нас смысла. Желание за тобой, — вошёл ему в голову очередной сонм колючих мыслей.

Ничего не сказав, Мартов медленно покрутил головой.

— Я больше не одет в кокон. Почему? — поинтересовался он через недолгое время молчания.

— Анализ не выявил биологической угрозы от вас. Ваши тела имеют такую же нобрак-негоритовую основу, как и большинство биологических организмов нашей галактики…

— Ноб… — Мартов покрутил головой, перебивая колючий мысленный ток гуманоида. — Я не знаю таких химических элементов.

— Насколько мы поняли, в твоей галактике эти химические элементы называются углеродом и азотом, — вошли напрямую в мозг Мартова колючие мысленные пояснения.

— Значит у вас тоже углеродно-азотная жизнь, — толи спросил, толи констатировал Мартов.

— Не вся. В одном из секторов нашей галактики есть цивилизация, жизнь которой основана на других химических элементах, так называемая ледяная жизнь, в которой углерод заменён комбинацией азота и фосфора. Эта жизнь процветает в холодном мире галактики «Асториана», где в атмосферах планет планетной системы преобладает водород, на поверхностях планет плещутся моря из жидкого аммиака, а растения синтезируют углеводород. Я постарался донести до тебя эту необычную жизнь твоим языком, чтобы ты в полной мере осознал её странную красоту.

— Да уж необычней некуда, — Мартов негромко хмыкнул. — Температура атмосферы на тех планетах должна быть не ниже минус восьмидесяти градусов, по температуре моего, да скорее всего и вашего мира.

— Около минус девяносто.

— Н-да! Было бы неплохо увидеть этот мир. Ледяной мир со стеклянными жителями. Это должен быть очень хрупкий мир, — Мартов опять негромко хмыкнул.

— Ты ошибаешься землянин. У нас есть возможность познакомить тебя с животным миром ледяной планеты. Есть предположение, что этот ледяной мир пришёл в галактику «Асториана» из другой Вселенной.

— Весьма странно, — Мартов состроил гримасу недоумения. — И как давно он пришёл в вашу галактику из другой Вселенной?

— Мы узнали о нём около двухсот наших лет назад. Цивилизация этого ледяного мира очень плохо идёт на контакт с нами и мы ещё мало знаем о ней. Мы предполагаем, что эта планетная система каким-то образом попала в галактику «Асториана» из другой Вселенной, так называемой холодной Вселенной. Наша Вселенная горячая, но видимо существуют другие Вселенные, где имеют место холодные химические процессы, светят холодные звёзды и процветают холодные цивилизации. Или наша горячая Вселенная вошла во взаимодействие с холодной Вселенной или же эта холодная планетная система каким-то образом была выброшена из своей Вселенной и оказалась в галактике «Асториана».

— Но она за двести лет уже бы растаяла в нашей горячей Вселенной, — Мартов поднял брови.

— Она защищена какой-то непонятной оболочкой, действие которой мы ещё не можем понять.

— Я могу увидеть этот ледяной мир даже сейчас?

— Всему своё время, землянин, — получил Мартов такую колючую мысль, что его лицо невольно исказилось гримасой боли.

— Я устал от твоих колючих мыслей. Мне нужно отдохнуть, — произнёс он через некоторое время, едва шевеля языком.

— Ты можешь не говорить, а как говорится в твоей цивилизации, думать свои мысли. Я их пойму, — вошли в мозг Мартова очередные колючие мысли.

— Нет! Тол-л-л…

Не договорив, Мартов вдруг почувствовал, как пространство перед ним начало растворяться и он провалился в пустоту.

* * *

Мартов очнулся от сильной тряски. В голове шумело так, будто в ней кто-то перемешивал ложкой мозг. Он с трудом открыл глаза — перед ним стоял Трутт и тряс его за плечо.

— Жив! — еле ворочая языком произнёс Мартов.

Ничего не сказав, Трутт сел на диван рядом с Мартовым и землянин тут же почувствовал, как ему в мозг болезненно ткнулся будто сноп игл. Состроив невольную гримасу боли, Мартов поднёс руки к голове и сжал её, будто намереваясь таким образом выдавить иглы из головы. Это в какой-то мере удалось, боль стала меньше. Не опуская руки, он покрутил головой, намереваясь увидеть гуманоида в белой одежде, чтобы высказать ему своё негодование, но того в каюте не было.

— Проклятье! — Мартов опустил руки и медленно повернул голову в сторону зевса. — Вначале нашего разговора его мысли были нормальными, но затем стали очень колючими. Ещё одного сеанса беседы с ним я не выдержу, — заговорил он едва ворочая языком. — Не вижу где он. Через стену лезет в голову, что ли. Я уже столько раз за последние дни был без сознания, что впору свихнуться или вообще сдохнуть.

Ничего не ответив, Трутт состроил непонятную гримасу.

— Что молчишь? Этот в белой одежде сказал, что тебе здорово от них досталось. Рад, что обошлось.

Из глаз зевса вдруг выкатились по слезинке и скатившись по его щекам, упали ему на колени и растеклись на брюках большими мокрыми кляксами.

— Что п-п-произошло? — выдавил из себя Мартов.

Губы зевса раздвинулись и Мартов вдруг услышал какую-то не совсем приятную мелодию. Не осознавая своего действия, он отпрыгнул от Трутта на самый край дивана.

— Они трансформировали твои голосовые связки? — прошелестели губы Мартова. — Зачем ты согласился?

Ничего не сказав, Трутт молча покрутил головой и опустив голову, провёл руками по щекам. Мартов увидел влагу на руках зевса.

— Проклятье! Это уже слишком!

Едва ли не выкрикнул землянин, но вспомнив о какой-то странности зевса, которой удивился гуманоид, умолк и вскочив, нетвёрдым шагом направился в сторону выхода, но едва сделал пару шагов, замер — перед дверью стоял, неизвестно откуда взявшийся, гуманоид в белой одежде. Местных силаев у него за спиной не было.

— Зачем вы трансформировали голосовые связки у зевса? — достаточно твёрдым голосом заговорил Мартов, будто почувствовал прилив сил. — Я сомневаюсь, что вы получили от него такое разрешение.

— При его молекулярном анализе, его голосовые связки были повреждены. Причиной стала его попытка сопротивления анализу. Оставшегося биоматериала хватило лишь на трансформацию. Наши голосовые связки меньше по размеру и более упругие. Но теперь он может общаться с нами на нашем языке, — вошёл Мартову в мозг сонм колючих мыслей.

— Но кроме голосовых связок ещё нужно знать ваш язык, — возмутился Мартов.

— Мы вложили в его информационное поле всю нашу языковую информацию.

В комнате вдруг раздалась вполне приятная мелодия, сгенерированная неизвестно кем, так как рот гуманоида в белом был закрыт. Через мгновение за спиной Мартова донеслась ещё одна мелодия, только более грубая. Мартов обернулся — Трутт стоял перед диваном и его рот был приоткрыт.

— Это ты ему ответил? — Мартов подтвердил свой вопрос взмахом подбородка. — Ты понял, что он сказал.

Плотно сжав губы, Трутт молча кивнул головой. Мартов опять повернулся к гуманоиду.

— Но теперь он не сможет со мной разговаривать. Какая польза от его общений с вами? — процедил он с нотками злости в голосе.

— Он может передать тебе наш язык с помощью мыслей.

— У меня от ваших мыслей голова раскалывается. Сейчас лопнет, — Мартов обхватил голову руками, будто подтверждая свои слова.

— Тогда пусть пишет. На столе скринвейр, — получил Мартов очередные колючие мысли.

С гримасой удивления, землянин повернулся и шагнул к столу, так как прекрасно знал, что там ничего, кроме видеоголографа и пульта управления не было. Подойдя, он, действительно, увидел лежащий на столе плоский белый предмет, похожий на лист бумаги стандартного размера. Со всё той же гримасой Мартов взял лист, который вдруг оказался жёстким и покрутил головой, ища что-то похожее на карандаш, но такого предмета на столе не было. Он повернул голову в сторону гуманоида в белой одежде.

— А писать он чем будет? Нужен карандаш, — с иронией в голосе произнёс Мартов.

— Карандаш! — Мартов почувствовал настолько колючую мысль, вошедшую ему напрямую в мозг, что невольно закрыл глаза. — Для того чтобы писать нужны мысли, а не карандаш, — получил он следующую, уже не такую колючую мысль извне.

Мартов открыл глаза, повернулся к зевсу и протянул ему скринвейр.

— Напиши своё имя, — произнёс он.

Трутт уставился в него немигающим взглядом.

Прошло долгое время, в поле скринвейра никаких слов не появилось. Мартов повернулся в сторону гуманоида.

— Что нужно сделать, чтобы это устройство начало работать? — поинтересовался он.

— Он должен взять его в руки. У него со скринвейром нет контакта, — вошла Мартову в мозг следующая колючая мысль.

Мартов опять повернул голову в сторону зевса и ткнул скринвейр ему в руки.

— Бери и напиши своё имя.

Трутт молча взял устройство и тут же по его полю побежали бежали буквы, которые для Мартова оказались видны перевёрнутыми. Он шагнул и стал около Трутта так, чтобы буквы читались правильно.

«Марче Трутт», — мысленно прочитал он слова написанные на поле скринвейра.

— Они издевались над тобой? Тебе было больно? Больно общаться с этим дерьмом? — поинтересовался Мартов.

«Было больно, сейчас нет, — тут же побежали слова в поле скринвейра и Трутт мотнул головой. — Они вычистили почти всё моё информационное поле и теперь я почти ничего не помню из своей прошлой жизни и сомневаюсь, кто я теперь: зевс или траст».

— Гады! Они пожалеют об этом, — едва слышно произнёс Мартов.

Никаких ответных слов в поле скринвейра не появилось. Мартов поднял взгляд на гуманоида в белом.

— В какой-то степени я удовлетворён, — заговорил он твёрдым голосом. — Но для нас этого мало. Нам нужна пища, вода, гигиена, в конце концов. Иначе мы скоро умрём.

— Вы можете воспользоваться санационной своего зала. Он теперь воссоздан в той мере, какую мы поняли из твоего информационного поля. Пищу и воду сейчас вам сюда доставят трасты. Ждите! — вошли Мартову напрямую в мозг колючие мысли.

Гуманоид вдруг скользнул назад и исчез в стене каюты. Никакого намёка на дверь в ней не наблюдалось. Дёрнув плечами, Мартов повернулся к зевсу и указал рукой на одно из кресел, стоявших вокруг стола.

— Садись! Я в санационную, — заговорил он. — После мыслей этого гада чувствую себя совершенно разбитым. Сейчас энергетик, посильнее, не помешал бы.

Повернувшись, Мартов направился к двери, ведущей в санационную и подойдя взялся за ручку двери, повернул и привычно толкнул дверь — она открылась. Состроив гримасу недоумения, он шагнул внутрь санационной.

* * *

После того, как из санационной вышел Максим Мартов, в ней побывал и Марче Трутт. Затем они расселись вокруг стола и тут же, будто стол дал местным гуманоидам какую-то команду, в стене каюты появился дверной проём и через него по очереди вошли два местных двуруких силая в чёрной одежде, каждый нёс по большому разносу. Молча подойдя к столу, они поставили перед Мартовым и Труттом по разносу и повернувшись вышли. Через проём тут же вошли, однозначно, две смуглокожие женщины в таких прозрачных белых тонких одеждах, которые, практически, ничего не скрывали из женских прелестей их тел. Проём в стене исчез.

Подняв брови и отвесив челюсть Мартов уставился в женщин. Он мог бы с уверенностью сказать, что они были с планеты Земля. Сделав от стены пару шагов, женщины вдруг начали кружиться в каком-то замысловатом танце, изящно изгибаясь и призывно махая руками. Будто завороженный, Мартов не сводил с них глаз. Но вдруг что-то будто перещёлкнуло у него в голове, его рот закрылся и он повернул голову в сторону Марче Трутта. Его брови подскочили наверное выше середины лба — зевс сидел уткнувшись взглядом в стол и казалось не видел затейливый танец, практически, нагих женщин. Более того, Мартову показалось, что на бледных щеках Трутта появился румянец.

— Тебе не нравится танец женщин или то, что они, практически обнажённые? — сам не зная зачем, поинтересовался Мартов.

Не прислав никакой мысли, не поднимая головы, Трутт покрутил ею, что могло означать для Мартова что угодно. Землянин опять перевёл взгляд на извивающихся женщин.

— Довольно! Уходите! — громко произнёс он, махнув рукой в их сторону.

Ничего не сказав, женщины остановили свой танец и в тот же миг в стене появился дверной проём, через который женщины выскользнули извивающейся походкой змей.

Провожая их внимательным взглядом, Мартов заметил что с той стороны проёма стол местный силай, держа своё оружие направленное в сторону стола. Траст — вспомнил Мартов как называл гуманоид в белой одежде местных двуруких силаев. Землянин повернулся к столу.

— Гады! Неужели боятся нас? — он громко хмыкнул и уставился в то, что лежало перед ним на подносе.

«Однозначно, этих женщин трои, он вдруг вспомнил, как называются гуманоиды в белой одежде, вытащили из моего информационного поля, — замелькали у него невольные мысли и стоявший перед ним поднос будто растворился. — Но я совершенно не помню, чтобы где-то встречал на Земле таких женщин, да ещё, практически, обнажённых. Откуда же тогда… Проклятье! Они же из фильма, — Мартов вдруг вспомнил фильм, который видел ещё в свои молодые годы про Древний Египет, в котором перед фараоном в танце кружились его наложницы. — Ну и ну! А они были настоящими женщинами или фантомами? Скорее всего настоящими, если входили и выходили через дверной проём, а не через стену. Если настоящими, тогда выходит в этой галактике есть раса, которая очень похожа на землян. Невероятно! Неужели Трутту не понравился их танец? Он ведь наполовину землянин. Ну и ну!»

Шумно выдохнув, Мартов будто вернулся в реальность и скользнул взглядом по подносу: на нём стояли три плоских тарелки, почему-то лежали два ножа, вилки — двух- и трёхрогая и стояла закрытая баночка, очень похожая на те баночки, которые были в лаггере с напитком. На одной тарелке лежал достаточно большой кусок, похожий на кусок мяса, посыпанный какими-то специями. Мартов склонился к нему и попытался втянуть в нос его запах, но никакого запаха от куска псевдомяса он не почувствовал и скорее всего этот кусок был совершенно холодным. Он подался ко второй тарелке: там лежал тоже достаточно большой кусок чего-то жёлто-зелёного и напоминал омлет. И опять никакого ни запаха, ни горячего воздуха от псевдоомлета не шло. На третьей тарелке лежало нечто похожее на студень, который изначально должен был быть без запаха и холодным и потому Мартов исследовать его на эти составляющие не стал. Он выпрямился и посмотрел на зевса.

Трутт тут же двинул в его сторону скринвейр.

«Ты это намерен есть?» — прочитал Мартов.

— Ты можешь предложить что-то другое? — Мартов подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

Трутт молча покрутил головой.

Взяв со стола трёхрогую вилку и нож, Мартов аккуратно отрезал от псевдомяса небольшой кусочек и поднёс его к носу и опять не почувствовал никаких ни тепла, ни запаха. Тогда он поднёс кусочек ко рту и осторожно дотронулся до него языком — никакого тепла не было. Тогда он положил кусочек в рот и попытался его разжевать. Определённо, это было мясо, но не имеющее ни вкуса ни запаха. Проглотив этот кусочек, Мартов отрезал ещё один, затем ещё и в конце концов, даже не осознавая это, съел весь кусок псевдомяса и лишь затем поднял взгляд на Трутта — зевс сидел уставившись в него немигающим взглядом.

— Я голоден, — Мартов поморщился. — Вкус никакой, но другого ничего нет.

Пододвинув к себе тарелку с омлетом, поступил с ним точно так же, как и с мясом и опять посмотрел на зевса — Трутт тоже ел, отрезая и отправляя себе в рот маленькие кусочки чего-то.

Расправившись с содержимом всех тарелок, Мартов взял баночку и механически стукнул её донышком о поднос — баночка открылась, лишь чуть расплескавшись. Выпев её содержимое, Мартов откинулся в кресле и уставился в Трутта, который расправлялся только лишь с содержимым второй тарелки.

Зевс ел очень медленно и ждать пока он закончит еду Мартову пришлось достаточно долго, но он был терпелив, сидя молча, уставившись невидящим взглядом перед собой, погрузившись в свои невесёлые мысли, пытаясь определиться со своим дальнейшим поведением в чужом мире, но информации о жизни цивилизации, в которую он попал, практически никакой не было и потому ни с чем определённым он определиться не мог.

Наконец Трутт отодвинул от себя разнос с пустыми тарелками и ткнул пальцем в скринвейр. Мартов выпрямился и уставился в устройство.

«Полное дерьмо, но питательное. Что дальше?» — прочитал он и поднял взгляд на зевса.

— Если мы здесь, я был бы не против познакомиться с этой цивилизацией. Только без сопровождения трастов, — негромко произнёс Мартов.

«Я тоже не против. Только не заблудимся мы?» — Тут же прочитал он следующие строчки на скринвейре.

— Не заблудимся, — Мартов покрутил головой. — Ты же хорошо знаешь их музыкальный язык? — он взмахнул подбородком.

«Надеюсь!» — появилась на скринвейре ещё одна строчка.

— Их язык труден?

«Он очень быстр. Слова произносятся очень быстро, — побежали слова по скринвейру — и потому сливаются будто в мелодию. Но языков письма у них два — длинный и короткий. Длинный состоит из букв — слова пишутся буквами. При коротком написании символ уже обозначает не букву, а слово или даже предложение и потому написанное таким способом сообщение будет коротким. Насколько я понял, таких символов-слов очень много, но в меня они вложили лишь небольшую их часть.

— Ну и ну! Хотя я уже почти стар для цивилизации землян и в своей галактике у меня никого из близких нет, но и здесь я ожидать свою смерть не намерен, — практически шепотом заговорил Мартов, подавшись в сторону зевса. — А насколько я понял, трои нас возвращать в нашу галактику не намерены. Никогда! Все их заверения о проблемах с портатором, ложь. Скорее всего, они не хотят, чтобы мы рассказали о них в своей галактике, чтобы наши потомки смогли подготовиться ко встрече с ними. Мы должны найти местный космодром, захватить космический корабль и уйти отсюда. У меня хорошая пространственная память. Я найду портал, через который мы пришли сюда.

«Ты уверен, что они дадут нам всё это сделать?» — Появилась строка на скринвейре и едва Мартов прочитал её, как она исчезла.

— Ты против? Они нас слышат? — Мартов сдвинул брови.

«Нет! Не знаю!» — появились на скринвейре слова и тут же погасли.

— Проклятье! Главное выбраться отсюда, — Мартов поднялся. — Как только выберемся, выбрось это устройство. Будем общаться мысленно. Надеюсь наши мысли будут им недоступны. Буду терпеть. Я в санационную. Приведу себя в порядок. Советую и тебе это сделать.

Повернувшись, он направился к двери, ведущей в санационную.

Когда Мартов вышел оттуда, Трутт последовал его совету и тоже привёл себя в порядок.

Затем они оба направились к той стене, где появлялся дверной проём, ведущий из каюты.

Подойдя к стене вплотную, Мартов вытянул руку и постучал по стене — ничего не произошло. Неожиданно рядом с ним раздалась достаточно громкая грубоватая мелодия, заставившая его втянуть голову в плечи. Он резко повернул голову на звук — рот Трутта был приоткрыт и несомненно это он говорил на языке местной цивилизации.

Закончив мелодию, Трутт неожиданно повёл подбородком. Состроив гримасу недоумения, Мартов повернул голову — перед ним был дверной проём, а за ним стояла пара трастов, с направленным в их сторону оружием. Он невольно попятился.

— О чём ты сказал? — Негромко поинтересовался он у зевса, не поворачивая головы.

В тот же миг перед его лицом оказался скринвейр.

«Выпустите нас», — прочитал Мартов.

— Неужели, чтобы произнести эти два простых слова, нужна такая долгая мелодия? — в голосе Мартова послышалась явная ирония.

«Это не универсальный язык Федерации. Мне пришлось проиграть около десяти слов их языка», — тут же появились на скринвейре строки слов.

— Убери! — Мартов повёл рукой, отстраняя от лица скринвейр и шагнул в дверной проём.

3

Едва Мартов вышел из дверного проёма в не слишком светлый коридор, как трасты сделали по паре шагов в сторону и перед Мартовым уже был гуманоид в белой одежде — трой, насколько Мартов запомнил его галактическую расу. Был ли это прежний гуманоид или какой-то другой, он мог лишь гадать.

— Благодарю вас за обед, — Мартов кивнул головой в сторону троя. — Хотя, у нас сложилось впечатление, что у вас нет такого чувства, как обоняние, которое делает восприятие пищи вкусной и даже полезной.

— У нас есть все чувства присущие биологическим организмам и их даже больше, чем их имеешь ты, землянин, — потекли Мартову в мозг чужие колючие мысли на языке землян. — Но они отличаются от твоих и даже превосходят их по качеству.

Последняя фраза оказалась очень колючей, но Мартов всё же выдержал её колкость и даже ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Возможно! — Мартов дёрнул плечом. — Я не исключаю, что наши чувства так же отличаются, как и наши тела. Ты знаешь, как называется моя цивилизация, а как называется твоя?

— Цивилизация троев. Я — трой. Ты ведь уже знаешь об этом. Не заставляй думать, что твоя память ущербна.

— Я хотел услышать лишь подтверждение прежней информации. — Состроив гримасу досады, Мартов кивнул головой. — Теперь мы хотели бы познакомиться с вашим городом, в котором мы находимся, вашей планетой, вашим бытом. Всё же через какое-то время, пусть ещё и далёкое, мы станем одним конгломератом Вселенной и несомненно, нашим потомкам придётся жить вместе и сотрудничать друг с другом. Надеюсь, вы не намерены использовать нас в каких-то неприятных для нас целях? Вы обещали показать ледяной мир. Уверен, у вас не принято отказываться от своих обещаний? — землянин постарался улыбнуться, но видимо улыбка получилась у него не слишком приветливой, так как по лицу троя скользнула какая-то странная тень.

— Всё, что нам нужно знать о вас, мы знаем и ничего другого от вас уже не узнать, — Мартов мужественно терпел колючие мысли гуманоида, понимая, что своими словами вызывает у того раздражение. — И потому мы наделяем вас статусом гостей и предоставляем вам полную свободу перемещений. Вам предоставлен некоторый уровень жизни, которым вы вольны распоряжаться по своему усмотрению. Уровень закрепляется на одной из ваших рук.

Мартов совершенно не уследил, как трой оказался перед ним и уже держал в одной своей руке его руку, а в своей второй руке какой-то тёмный предмет, которым дотронулся до руки землянина. Прошло мгновение и Мартов почувствовал лёгкий укол в руку и тут же увидел, как перед ладонью на запястье его руки появились несколько зелёных знаков, очень похожих на странные знаки из опций настройки лаггера.

Пока он рассматривал знаки чужой письменности, гуманоид уже держал за руку Трутта.

Затем гуманоид вернулся на прежнее место.

— Я не могу не побеспокоиться о вашей безопасности и потому вас будут сопровождать два траста, — продолжили скользить в голове Мартова чужие мысли.

— Но они будут ограничивать нашу свободу перемещений, о которой ты говорил, — Мартов постарался вложить в свои слова явное возмущение.

— Вы можете столкнуться с некоторыми особенностями нашего мира, которые могут нести для вас угрозу вашей жизни. Мы не можем этого допустить и потому предпринимаем обоснованные меры для вашей безопасности. Это не обсуждается, — последняя мысль пришедшая от гуманоида оказалась настолько колючей, что Мартов не выдержал и его лицо исказилось болезненной гримасой. — Как только вы освоитесь в нашем мире, излишние меры вашей безопасности будут тут же удалены. Я выполню своё обещание и сейчас покажу вам ледяной мир.

— Сейчас мы отправимся в другой сектор «Асторианы»? — Мартов поднял брови в удивлении.

— Нет! Вы отправитесь в парк животного мира, где собраны практически все представители животного мира нашей галактики, который находится на этом континенте. В нём воссоздана частичка и ледяного мира.

— Хорошо! — Мартов, сохраняя болезненную гримасу, дёрнул плечом. — Мы можем, по необходимости, обращаться к сопровождающим нас… — он на мгновение умолк, — трастам?

— Твоего языка, землянин, они не знают. И потому с ними может обмениваться мыслями или голосом лишь гард Трутт.

Будто поняв, что речь идёт о нём, зевс поспешно покивал головой.

— Я удовлетворён, — Мартов кивнул головой. — Мы должны будем вернуться сюда?

— Нет! — чужая мысль вдруг совсем не больно кольнула мозг Мартова. — Вы можете выбрать для жизни любой отель или даже купить для себя какое-то недорогое помещение или по-вашему — квартиру в любом районе города. Вашего уровня жизни для этого вполне достаточно. Но он не бесконечен. Рекомендую вам, как можно быстрее найти для себя какое-либо занятие или по-вашему — работу. Воровать не стоит. Наказание очень жестокое.

— Работу? — лицо Мартова вытянулось в изумлении. — Но мы же…

— У вас же была какая-то профессия в вашей галактике. Уверен, здесь вы сможете найти такую же.

— Но мы хотели бы вернуться в свою галактику. После того, как познакомимся с вашим миром. Чтобы рассказать у себя о вас. — Мартов поднял плечи.

— В данное время это исключено. Мы ещё не уверены в стабильной работе портала. Как только такая уверенность у нас появится, тогда и будет решён вопрос о вашем возврате.

— И как долго ждать?

— Этого никто не знает.

— Ну и ну! — Лицо Мартова исказилось гримасой досады.

— Найдите себе занятие и время для вас начнёт идти гораздо быстрее.

— Где?

— Ищите и найдёте. В городе есть службы занятости. Обратитесь туда.

— А… Трасты? Они помогут?

— Они всегда будут находиться у входа вашего дома, какой бы он не был. Они искусственно синтезированные организмы и практически не знают усталости. Они ваши защитники.

— Весьма! Только пусть не держат своё оружие постоянно направленным на нас. Это не является признаком гостеприимства в нашем мире. Надеюсь, что в вашем тоже.

Прошло буквально мгновение и Мартов увидел, как трасты опустили своё оружие и пристегнули его к поясу. Мартов состроил гримасу удовлетворения.

— И последнее, — заговорил он. — Я хотел бы знать ваше имя и название этого города.

— Моё имя сложно для твоего произношения. Хотя… — Мартову показалось, что трой дёрнул своими плечами. — Меня зовут Йойл, — насколько понял Мартов вошедшую ему в мозг колючую мысль. — Я ваш куратор и вы можете обращаться ко мне через трастов в любое время по всем, возникающим у вас вопросам. Город, в котором вы находитесь, называется Айсор. Он настолько огромен, что занимает весь материк, который называется так же.

— Благодарю за информацию, — Мартов склонил голову. — Куда нам идти, чтобы выйти на улицу?

— Они покажут, — Йойл вытянул руки в стороны и скользнув к стене, исчез в ней.

Мартов, состроив гримасу недоумения, долго смотрев в стену, где исчез трой, затем повернул голову в сторону Трутта.

«Ты всё понял?» — попытался сгенерировать он мысль в адрес зевса на универсальном языке Объединённой Федерации.

«Почти!» — тут же пришла ему ответная, весьма колючая мысль, тоже на универсальном языке Федерации.

«Думай потише! Иначе я сдохну от твоих крутых мыслей и ты останешься один», — отправил он в адрес зевса следующую мысль, стараясь вложить в неё чувство злости.

Прошло долгое время, никакого ответа от зевса не пришло.

«Скажи им, чтобы вывели нас на улицу. Я уже задыхаюсь здесь. Мы должны отправиться в местный зоопарк. Надеюсь, они знают об этом?» — буквально процедил свои мысли Мартов в адрес зевса, внутренне сжавшись, в ожидании ответных колючих мыслей.

В коридоре раздалась долгая, достаточно грубая мелодия, сгенерированная зевсом. Прошло несколько мгновений — один из трастов вдруг развернулся и неторопливо зашагал по коридору.

«За ним!» — тут же вошла Мартову в мозг тихая и совсем неколючая мысль от Трутта.

Бросив на зевса быстрый удивлённый взгляд, Мартов повернулся и зашагал вслед за трастом.

Через несколько шагов он оглянулся: за ним, негромко топая шёл Трутт, а за зевсом бесшумно шагал второй траст.

* * *

Через достаточно долгий путь по очень длинному коридору, наконец показался его торец. Идущий первым траст шёл к этому торцу и насколько видел Мартов, никаких боковых коридоров впереди не просматривалось. Сердце землянина сжалось в невольной тревоге. Торец коридора приближался и когда до него трасту остался буквально один шаг в нём, вдруг, будто по мановению какого-то волшебства появился дверной проём. Не сбавляя шага, траст шагнул в него. Мартов заторопился за ним.

Толщина торца коридора вдруг оказалась большой и землянину пришлось даже сделать два шага чтобы пройти дверной проём и выйдя из него он мгновенно замер в восхищении.

Он стоял на какой-то небольшой площадке, скорее всего крыши здания не выше пятого уровня, а перед ним простиралось нечто невообразимое — город, которого он в своей уже достаточно долгой жизни ещё никогда не видел, город из мира фантастики.

Вдаль уходила очень широкая улица, по которой в обе стороны скользили, несомненно, жители города на летающих досках или на чём-то подобном. В большинстве своём на летающей доске стояли по одному местному жителю, но иногда мимо проносились и доски с несколькими пассажирами, как вполне узнаваемого вида, так и весьма экзотического. Выше уже скользили летательные аппараты разных цветов и форм. Были здесь и очень большие летательные аппараты и сравнительно небольшие. Уровней, по которым скользили летательные аппараты было столь много, что при попытке сосчитать их, Мартов сбился со счёта. Насколько он видел самые верхние уровни занимали самые большие летательные аппараты и в основном тёмных цветов. Но пожалуй самыми величественными здесь были сверкающие остроконечные здания всевозможных высот и геометрий, которые стояли вдоль улицы и особенно впечатляли парящие здания, в основном различных овальных форм и расцветок. Некоторые парящие здания разных размеров висели друг над другом и были между собой соединены, как будто толстой стеклянной нитью, составляя своего рода гирлянду из парящих зданий, а стеклянная нить, скорее всего, была шахтой для лифта, так как в них периодически просматривались скользящие тени. К некоторым парящим зданиям швартовались летательные аппараты и или оставались висеть около них, или через несколько мгновений уходили от них, видимо высадив своих пассажиров. Некоторые здания на противоположной стороне улицы шли вплотную друг к другу и на высоте третьего уровня этих зданий шла эстакада, к которой часто причаливали летательные аппараты и зависали рядом и было хорошо видно, как из них выходили пассажиры или садились в них и летательный аппарат тут же отчаливал и переходя из уровня в уровень по высоте, исчезал из вида. Вдоль эстокад тянулись, несомненно, какие-то голографические рекламы, периодически вспыхивающие и гаснущие, но цвета реклам были подобраны столь искусно, что они совершенно не резали глаз. Некоторые здания стояли отдельно, утопая в зелёных насаждениях, различных геометрических форм и тогда к третьему уровню этих зданий вели причудливые извивающиеся эстакады, по которым вверх и вниз скользили местные жители на своих летающих досках. Некоторые отдельно стоящие здания покоились на очень высоких ажурных опорах и находились столь высоко, что едва просматривались своими вычурными овалами. Но особенно Мартова удивили гирлянды парящих зданий, на которые он периодически переводил взгляд и подолгу смотрел на них, не в силе оторвать взгляд. Подобных гирлянд он нигде ещё в своей галактике не видел и потому был, буквально, очарован этими сооружениями.

Вдруг Мартов увидел, как выше всех уровней скользнул большой летательный аппарат странного серого цвета, весьма похожий на тот плоский космический корабль, который он видел в пространстве, когда лаггер вышел из портала. Он попытался проследить за этим летательным аппаратом, но долго это сделать не удалось из-за высоких зданий, но всё же направление, по которому шёл этот кинжаловидный летательный аппарат Мартов запомнил и как ему показалось, этот, всё же космический корабль, снижался.

Наконец, почувствовав усталость в шее, Мартов опустил голову и покрутил ею — Трутт стоял рядом, но смотрел себе под ноги, будто великолепие чужого города его, совершенно, не интересовало.

«Тебе неинтересен местный город. Он называется Айсор? По-моему, он великолепен», — постарался Мартов сгенерировать мысли в адрес зевса.

«Мне всё равно какой он, лишь бы мы смогли выбраться из него. Пойдём куда-либо. Многие проносящиеся мимо на пинекерах жители, даже на таком расстоянии, норовят поковыряться у меня в информационном поле. Едва успеваю ставить защиту. Разве ты этого не чувствуешь?» — неожиданно пришёл Мартову сонм каких-то странных, будто негромких мыслей от зевса.

«Нет! — Мартов мотнул головой. — Может тебе это кажется?»

«Не знаю! Пошли уже!»

«Сейчас мы должны направиться в местный зоопарк».

Мартов повернул голову в сторону и вдруг увидел стоящий едва ли не брюхом на площадке в самом её конце летательный аппарат чёрного цвета, несколько напоминающий глайдер, с овальным носом и как бы обрубленной кормой, с какими-то большими белыми завитушками на боку. Никаких привычных окон летательный аппарат не имел, чем вызвал немалое удивление у Мартова.

— Скорее всего пойдём на этом летательном аппарате, если мы здесь оказались, — механически заговорил землянин, поведя подбородком в сторону летательного аппарата. — Поинтересуйся у трастов.

Тут же раздались две разнотональные мелодии.

«Они подтверждают твои слова. Мы можем занять места в этом летательном аппарате», — вошли напрямую в мозг Мартова не слишком колючие мысли от зевса.

«Поинтересуйся, как называется этот летательный аппарат?» — Отправил землянин уже мысль в адрес Трутта.

Опять раздались две разнотональные, но теперь совсем короткие мелодии.

«Флайбот», — вошла Мартову напрямую в мозг почти неколючая мысль.

— Можешь, если захочешь, не травмировать мне мозг, — явно недовольным голосом произнёс землянин и направился в сторону флайбота.

Когда Мартов подошёл к летательному аппарату, его двери уже были открыты, хотя он прекрасно помнил, что когда он смотрел на флайбот, то видел на его боку какие-то белые завитушки, которых сейчас не было. Землянин негромко хмыкнул.

«Неужели внутри есть пилот?» — всплыла у него мысль удивления.

Подойдя к летательному аппарату вплотную, он заглянул в него — он был пуст. И более того, через лобовое стекло прекрасно просматривалась наружная обстановка, будто стекла вовсе не было. Выпрямившись, с гримасой удивления, Мартов подался в сторону лобового стекла — оно было абсолютно чёрным и абсолютно непрозрачным. Негромко хмыкнув, он покрутил головой: Трутт стоял за ним; трасты стояли за зевсом и больше никого рядом не было.

Он опять заглянул в летательный аппарат: он был четырёхместным, будто кто-то знал, сколько будет его пассажиров и создавалось впечатление, что лобового стекла, действительно не было. Мартов вытянул руку внутрь летательного аппарата в сторону лобового стекла — оно было на месте.

Внутри летательный аппарат, как и снаружи тоже был чёрного цвета и… Брови Мартова подскочили едва ли до волос на голове — никаких органов ни управления ни контроля флайбот не имел. Рассудив, что он всё же должен управляться с передних кресел, Мартов занял одно из кресел заднего ряда.

— Садись рядом! — громко произнёс он, выглянув в сторону зевса.

Ничего не сказав, Трутт обошёл вокруг флайбота и занял кресло рядом с землянином.

Трасты заняли кресла переднего ряда. Прошло несколько мгновений, флайбот вздрогнул, будто проснулся, непостижимым для Мартова образом все дверные проёмы оказались закрыты, летательный аппарат взмыл вверх и…

Хотя Мартов уже бесчисленное количество раз оказывался в подобной ситуации в своей галактике, когда корпус летательного аппарат растворялся, но он обычно был готов к этому, а сейчас это произошло столь неожиданно, что его ноги невольно подлетели вверх. С замершим сердцем он осторожно опустил ноги и нащупав твёрдую поверхность шумно вздохнул и в тот же миг, будто его вздох послужил кому-то сигналом, улица у него под ногами исчезла и теперь на треть нижняя часть корпуса флайбота вдруг оказалась непрозрачной.

— Твоя работа? — негромко поинтересовался Мартов, хотя, как ему показалось, никакой мелодии он не услышал.

«Мне неприятно не видеть пол под ногами» — тут же вошла ему в мозг колючая мысль.

Ничего больше не сказав, Мартов закрутил головой, рассматривая городской ландшафт в котором неторопливо скользил флайбот.

* * *

Прошло немало времени, когда городской ландшафт сменился или лесным массивом или парком и флайбот начал снижаться. До этого, несколько уставший от городского пейзажа и сидящий с полузакрытыми глазами землянин, встрепенулся и уставился в прозрачную стенку летательного аппарата рядом с собой. Скорее всего, это был парк, который широкими аллеями был разбит на большие прямоугольники и насколько смог Мартов увидеть с высоты, в этих лесных прямоугольниках прохаживались или бегали животные и летали птицы. По аллеям, передвигались люди на каких-то средствах перемещения. Некоторые из них стояли, повернувшись в сторону лесных насаждений, видимо наблюдая за находящимися в лесных прямоугольниках животными. Вскоре летательный аппарат снизился и пошёл над аллеями и над людьми, которые начали поднимать головы, видимо провожая флайбот удивлёнными взглядами, так как Мартов не видел больше нигде ни одного летательного аппарата в этом парковом массиве.

— Видимо это и есть парк диких животных, — заговорил Мартов, повернувшись к зевсу. — Скажи трастам, чтобы высадили нас.

В салоне флайбота прозвучала мелодия, затем ещё одна.

«Он сказал, что трои запретили нам покидать летательный аппарат», — вошла напрямую в мозг Мартова колючая мысль.

— Проклятье! Отсюда мы много увидим, — процедил Мартов и вплотную прижался лицом к прозрачной стенке салона рядом с собой, пытаясь рассмотреть среди деревьев животных, над которыми сейчас шёл флайбот, едва не цепляясь за макушки деревьев.

Но в какой-то степени Мартов оказался неправ, животных галактики «Асториана» среди деревьев всё же удавалось ему видеть достаточно хорошо и он начал их сравнивать с животными Земли. К тому же зевс начал ему подсказывать названия животных, которые находились в лесных прямоугольниках, который тоже смотрел вниз, прильнув к противоположной стенке салона, видимо узнавая их названия у трастов, так как в салоне периодически раздавались короткие мелодии.

«Это орс!» — вошла в мозг Мартова совсем неколючая мысль, когда он увидел большое лохматое существо коричневого цвета внизу очень похожего на земного медведя.

— Откуда знаешь? — коротко поинтересовался он.

«Траст сказал», — получил он короткий мысленный ответ, подтверждающий его догадку.

«Алис!» — вошла Мартову в мозг следующая короткая мысль, когда он увидел внизу большое животное с мощными рогами, напоминающее лося.

«Сервы!» — получил он следующую мысль о нескольких животных с ветвистыми рогами, пасущимися в этом же лесном массиве, похожих на оленей.

«Киглан!» — мысленно озвучил зевс животное роющее носом почву в следующем лесном массиве, напоминающее земного дикого кабана.

Поодаль от него резвились несколько похожих на него животных поменьше.

«Фоки!» — вошла напрямую в мозг землянина следующая мысль о ярких рыжих хвостатых животных бегающих по одному из лесных массивов и часто задирающих голову вверх, видимо смотря на тех животных, которые прыгали по деревьям этого же массива очень похожих на белок.

Следующий массив оказался совсем с небольшим количеством деревьев и больше похожий на луг, чем на лес, но он был очень богат разнообразными животными и первое, что бросилось Мартову в глаза — большие гнёзда на вершинах деревьев в которых и стояли и сидели большие величественные птицы бело-синих, бело-чёрных и бело-красных цветов, очень похожие на земных аистов, которых зевс назвал цикогнами, а прыгающих по лугу больших ушастых животных назвал риплами. Там же в траве будто перекатывались какие-то утыканные иглами шары, которых Трутт назвал риками, а порхающих ярких жёлто-синих птиц — титами.

— Такое впечатление, что Природа Мироздания не слишком разнообразна, создавая флору и фауну в различных, расположенных даже очень далеко друг от друга, мирах, — заговорил Мартов, отстраняясь от прозрачной стенки и поворачивая голову в сторону зевса. — Многие животные этого парка очень похожи на животных Земли, а некоторые даже являются их точной копией. Я не удивлюсь, если мы встретим и очень похожих на землян людей. Может здесь есть и динозавры? Поинтересуйся?

«Дино… Это…»

— Это очень большие животные весом тысячи килограмм, — пояснил Мартов. — Они бродили по Земле десятки миллионов лет назад, когда на ней ещё не было людей. Затем они вымерли. Я даже нашёл в глобальном информатории Земли, что в нашей галактике и сейчас есть планета динозавров, только она закрыта для посещения.

«Кем закрыта?» — мысленно поинтересовался Трутт.

— Об этом не сообщается. Поинтересуйся динозаврами.

В салоне флайбота прозвучала долгая мелодия. Ответной мелодии не было, но летательный аппарат вдруг резко повернул и его скорость заметно возросла.

Прошло долгое время хода. Теперь Мартов сидел уже не прижавшись лицом к прозрачной стенке салона, а лишь повернув голову в её сторону, рассеянным взглядом скользя по проносящейся внизу территории парка животных. Вдруг землянин встрепенулся и прильнул к прозрачной стенке — вдали разрастаясь в размерах быстро приближалось сине-зелёное пятно. Вскоре стало понятно, что это огромный луг с нечасто растущими деревьями и большим водоёмом и… Сердце Мартова встрепенулось: по лугу шли огромные длинношеие животные.

— Динозавры! — механически прошелестели его губы.

«Это и есть те животные, которых ты просил показать?» — вошла напрямую ему в мозг колючая мысль.

— Да! — коротко ответил землянин, бегая взглядом по лугу, с замершим сердцем рассматривая животных из далёкого прошло Земли.

Насколько Мартов знал динозавров, некогда гуляющих по лугам и лесам Земли, некоторые из этих животных «Асторианы» были весьма похожи на таких земных динозавров, как: огромные брахиозавры, поедающие листья с самых макушек деревьев и большие длинношеие сейсмозавры. Бродило здесь и небольшое стадо, несомненно, стегозавров, но имеющих лишь один ряд больших пластин на своей спине, но которые были заметно больше, чем у земных стегозавров; отдельным стадом бродили трицератопсы, имеющие огромный пластинчатый гребень и большие рога на голове, где среди взрослых особей вертелись и малыши; были и животные весьма похожие на анколозавра, с каким-то большим наростом на хвосте; и даже по краю этой огромной территории, неподалёку от водоёма, прыгала пара огромных птиц, похожих на птеродактилей и даже… Сердце Мартова невольно замерло: на краю этого огромного луга рос лес и на опушке леса, едва ли не выше макушек деревьев хорошо просматривалась огромная оскаленная морда тираннозавра с двумя рядами огромных белых зубов. Землянин невольно передёрнулся.

Территория динозавров закончилась и отстранившись от прозрачной стенки, Мартов опять повернул голову в сторону зевса.

— Я уже насмотрелся на животный мир «Асторианы», который не так уж отличается от животного мира Земли. Теперь я хочу увидеть ледяной мир, которого, возможно, нет в галактике «Млечный путь». Пусть покажут, — произнёс он твёрдым голосом.

Рот Трутта приоткрылся и в салоне раздалась долгая грубоватая мелодия. И опять ответной мелодии от трастов не прозвучало, но летательный аппарат развернулся и набирая скорость, заскользил в неизвестном направлении.

* * *

Что летательный аппарат приближается к чему-то необычному, Мартов понял по разрастающемуся вдали белому куполу. Он опять прильнул к прозрачной стенке салона рядом с собой и чем ближе флайбот приближался к этому куполу, тем выше поднимались брови землянина и тем ниже опускался летательный аппарат к поверхности планеты, будто пилот чего-то опасался. Наконец купол занял всё пространство перед глазами Мартова. Дёрнув плечами в недоумении, он повернул голову в сторону Трутта.

— Ты что-то понимаешь? Это айсберг, что ли? Ледяной народ живёт в айсберге? — произнёс он голосом полным удивления.

Зевс отстранился от прозрачной стенки и повернул голову в сторону сидящих в первом ряду кресел трастов. В салоне раздалась короткая мелодия. Через несколько мгновений донеслась ещё одна мелодия другой тональности.

«Возможно в ледяном мире наступила ночь, так как холодный источник света под куполом выключен», — вошла напрямую в мозг Мартова колючая мысль.

— И мы ничего не увидим? — возмутился землянин.

Рот зевса приоткрылся и в салоне прозвучала ещё одна мелодия. Прошло достаточно долгое время, но ответной мелодии так и не прозвучало.

— Не слишком они разговорчивы, — процедил Мартов и опять повернулся к прозрачной стенке салона.

Неожиданно флайбот опустился к самой поверхности и сел в нескольких метрах от белого купола. Мартов выпрямился и скорее всего это спасло его от какой-то неприятности, так как перед ним, той прозрачной стенки салона, к которой он прислонялся, уже не было. Землянин опять повернул голову в сторону зевса.

— Они разрешают нам выйти? — поинтересовался Мартов.

В салоне донеслась очередная мелодия. За ней тут же последовала другая.

«Да! Сейчас на этой территории Айсор ночь, посетителей в парке почти нет и никто не заинтересуется нами», — получил Мартов колючую мысль от зевса.

Не раздумывая, Мартов тут же вышел из летательного аппарата и невольно потянувшись, закрутил головой, осматривая белый купол перед собой. Громко хмыкнув, он опустил руки и направился к куполу, до которого было порядка десяти шагов. Вышедший зевс шёл рядом с ним. Трасты остались в салоне флайбота.

Купол никак не был защищен и потому к нему можно было подойти вплотную, что и сделали Мартов и Трутт.

Подойдя к куполу, Мартов вытянул руку и осторожно дотронулся до него одним пальцем — он не был холодным. Тогда он положил на него ладонь и провёл ею по стенке купола — было такое ощущение, что он вёл рукой по льду с комнатной температурой.

Неожиданно Мартов увидел, что ладонь оставила на куполе след, будто стёрла с него какое-то напыление, сделав стену купола прозрачной, через которую уже можно было увидеть, что за ней. Тогда он принялся возить по куполу уже обеими руками и вскоре перед ним в куполе уже был большой прозрачный прямоугольник.

Трутт проделал тоже самое, но так как его руки были длиннее рук землянина, то и прямоугольник перед ним был больше.

Прислонив руки к куполу и уткнув в них лицо, Мартов начал рассматривать, что находилось с обратной стороны купола.

Там был, скорее всего парк из белых деревьев с бело-синими листьями, между которыми были проложены белые аллеи и по одной из них извиваясь всем телом ползло белое лохматое нечто метра полтора длиной с большой головой.

Пытаясь ассоциировать это нечто с каким-то из земных животных, Мартов засмотрелся на него. Будто почувствовав к себе пристальное внимание, нечто вдруг повернуло голову, если его переднюю часть можно было считать головой, в сторону стенки купола и её рот вдруг раскрылся до невероятных размеров. Во рту трепетал длинный тонкий синий язык. В то же мгновение, Мартов, будто получив удар в голову, отлетел от купола и грохнулся на спину. У него в глазах потемнело.

Прошло несколько мгновений и землянин почувствовал, как кто-то пытается поднять его, но видимо он оказался тяжёл для помощника и тому удалось лишь посадить его. Зрение восстановилось и Мартов поднял голову — над ним стоял зевс.

— Я сам! — процедил землянин и повернувшись резким движением поднялся.

Его шатнуло и тут же у него под плечом оказалась рука Трутта.

— Благодарю! — опять процедил Мартов и дёрнув плечами дал понять, что дальше он будет стоять сам.

Рука зевса из-под его плеча исчезла.

«Ягда», — тут же вошло ему в мозг колючее слово.

— Что ягда? — механически произнёс Мартов.

«Это животное зовётся ягда. Так сказали трасты. К нему не стоит не только приближаться, даже смотреть в его сторону», — вошли землянину напрямую в мозг следующие колючие мысли.

— Такое впечатление, что получил чем-то твёрдым в лоб, — Мартов поморщился. — А ведь действие оружия силаев точно такое же, — он громко хмыкнул. — Неужели трои принцип его действия позаимствовали у этих гадов или как там их — ягдов? Эта тварь ещё смотрит в нашу сторону?

«Уползла!»

Отряхнувшись, будто упал в пыль, Мартов шагнул к куполу и стал всматриваться через него, но теперь уже не прислоняя к нему лицо. Кроме белых деревьев больше ничего за стенкой купола видно не было и тогда, положив руку на купол и водя по нему ладонью, он неторопливо зашагал вдоль купола.

Идти пришлось долго, прежде, чем землянин увидел среди деревьев следующих животных. Теперь это была пара белых невысоких животных с густой белой шерстью, напоминающих земных волков. Стоя, они тёрлись мордами друг о друга.

«Лупары!» — вошло в мозг Мартова колючее слово.

— Трасты сказали? — поинтересовался Мартов, не глядя на зевса.

«Да!»

Мартов оглянулся — флайбот с открытыми дверными проёмами скользил вдоль купола, напротив них.

Отвернувшись, Мартов продолжил свой путь, идя вдоль купола и непрерывно водя по нему рукой.

Следующим животным кого он увидел, это сидящую на дереве светло-серую птицу с огромными синими глазами, настолько огромными, что Мартов невольно сделал шаг от купола, так как, как ему показалось что птица пристально смотрела в его сторону.

«Кува!» — вошло ему напрямую в мозг колючее слово.

— Похожа на земную сову, — привёл сравнение Мартов. — Только глаза больше и бездоннее, будто пронизывают насквозь.

Через несколько шагов деревья закончились и с обратной стороны стенки купола появилась будто ледяная пустыня с торосами и снежной позёмкой. Присмотревшись, Мартов вдруг увидел среди этих торосов какие-то шевелящиеся белые облака.

— Эти облака, тоже животные? — произнёс он, не глядя на зевса.

«Рики!» — тут же вошло ему в мозг колючее слово.

— Даже не могу понять с чем их ассоциировать, — Мартов громко хмыкнул.

Донеслась далёкая мелодия.

«Они могут трансформироваться в объекты, которые сканируют», — вошла напрямую в мозг Мартова колючая фраза. — Но в своей ночи они не активны. Когда под куполом день на них не рекомендуется ни смотреть, ни стоять напротив.

— Это уже что-то, — Мартов опять громко хмыкнул. — А то я уже подумал, что Природа Мироздания и в разных Вселенных однозначна. Оказывается, есть чему удивиться.

Ледяная пустыня тянулась очень долго. Оказалось, что белые шары были разных размеров и один из них, самый большой даже не лежал на белой поверхности, а висел над ней. Остановившись, Мартов некоторое время понаблюдал за большим шаром, но не дождавшись от него какого-то действия, продолжил свой путь.

Шёл он вдоль купола уже столь долго, что начал чувствовать усталость и когда опять появились деревья, то он шёл уже опираясь обеими руками о купол, уже рассеянным взглядом смотря в ледяной ландшафт и пропустил очередное животное, вдруг выскочившее откуда-то из-за деревьев и бросившееся на стенку купола перед землянином.

Получив очередной удар в лоб, Мартов отлетел от купола и грохнулся на спину, хотя в глазах на этот раз у него не потемнело, но голова будто начала раскалываться пополам. Зевс почему-то теперь не поспешил ему на помощь и Мартову пришлось самому барахтаться, чтобы подняться. Поднявшись, он не увидел рядом с собой Трутта.

Дёрнув плечами, он шагнул к стоявшему перед ним флайботу и заглянул в салон — зевс был там и сидел откинувшись в кресле, смотря перед собой, будто спал.

Мартов тоже поднялся в салон и усевшись в прежнее кресло, повернул голову в сторону Трутта.

— Я устал. Пусть отвезут нас в какой-то отель, — уставшим голосом произнёс он.

В салоне донеслась короткая мелодия, хотя зевс своего положения не изменил.

Дверные проёмы тут же трансформировались в прозрачные стенки салона и летательный аппарат резко взмыл вверх.

Максим Мартов откинулся на спинку кресла, его веки опустились и он провалился в пустоту.

* * *

Мартов открыл глаза — он лежал на спине на чём-то мягком, глаза упирались в белый потолок. Его сердце невольно сжалось. Он осторожно повёл глазами по сторонам.

Он лежал на большой спальной платформе в своём нижнем белье в каком-то светлом зале, в котором кроме него больше никого не было. Напружинившись, он сел, затем развернувшись, поднялся и ещё раз осмотревшись, увидел рядом со спальной платформой свою одежду на странной вешалке. Шагнув к ней, он оделся и направился к дверному проёму. Пройдя через него, он оказался в ещё в одном светлом зале, большего размера, посреди которого стоял стол с креслами вокруг него и в одном из кресел кто-то сидел. Мартов невольно остановился.

«Проснулся! Ну и мастер же ты спать», — вошли ему напрямую в мозг совсем неколючие мысли по тональности которых он узнал зевса.

Подойдя к свободному креслу у стола, Мартов сел и повернул голову в сторону Трутта.

— Где мы? — поинтересовался он.

«В каком-то отеле. После того, как ты вырубился, я попросил трастов доставить нас в отель, что они и сделали. Хорошо, что они принесли тебя в номер, а не мне пришлось тебя тащить. Мне пришлось расплатиться за номер своим уровнем жизни. Насколько я понимаю, уже позднее утро местного времени. Приводи себя в порядок и пойдём искать, где можно поесть. Я голоден», — вошёл напрямую в мозг Мартова сонм неколючих мыслей.

— Где? — Мартов покрутил головой, ища дверь, через которую можно было попасть в санационную.

«Там!» — уже больно кольнула мозг землянина пришедшая мысль и одновременно зевс махнул рукой в сторону одной из дверей.

Поднявшись, Мартов направился в их сторону.

Когда, приведя себя в порядок, а на это у него ушло достаточно долгое время, так как пришлось разбираться в работе санационной чужой цивилизации, он вернулся в тот же зал, то был немало удивлён тем, что на столе уже стояли два разноса, на которых стояли по три тарелки, на которых лежали определённо горячие продукты, так как от них шёл пар и стояли баночки с местным напитком.

Трутт уже ел и совершенно не обратил внимания на подошедшего землянина.

— Это ты заказал? — поинтересовался Мартов, усаживаясь в кресло подвигаясь вместе с ним к столу.

«Трасты в коридоре. Я сказал им, что мы голодны. Пришли два стюарда и принесли еду», — получил Мартов пространный мысленный ответ.

Ничего больше не сказав, Мартов принялся за еду.

Видимо трои учли его замечание о вкусе и температуре и на этот раз еда на тарелках была горячей и имела запах, хотя несколько странный, но всё же не отталкивающий. Мартов принялся неторопливо есть.

Съев всё с тарелок и выпив содержимое баночки, он откинулся в кресле и уставился в зевса.

— Куда сегодня? — он подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

«Трой сказал, чтобы мы нашли себе занятие» — тут же вошла ему напрямую в мозг колючая мысль.

— Что ж, — Мартов поднялся. — Пойдём искать. Где выход? — он покрутил головой скользя взглядом по имеющимся в зале дверям.

«Они приходили из той», — зевс указал рукой на одну из дверей и поднявшись, направился в её сторону.

Мартов зашагал следом.

Едва зевсу до двери остался шаг, как она скользнула в сторону. Они вышли в коридор, в котором стояли два траста.

Были ли это вчерашние трасты или другие, Мартов навряд ли бы мог сказать, так как они для него все были на одно лицо и были одеты в совершенно одинаковую одежду.

— Скажи им, чтобы вывели нас отсюда, — произнёс Мартов, повернув голову в сторону зевса.

В коридоре донеслась короткая мелодия. Один из трастов тут же развернулся и зашагал по коридору. Мартов и Трутт направились за ним. Второй траст шёл за ними.

* * *

Выйдя на улицу, Максим Мартов покрутил головой, осматриваясь. Вскоре, не отправив в адрес зевса никаких мыслей, он повернулся и зашагал по тротуару вдоль улицы в том направлении, куда ушел предполагаемый космический корабль, который он видел вчера. Тротуар был очень широким, но по нему никто из местных жителей почему-то не шёл. Со стороны улицы на тротуаре рос аккуратно подстриженный кустарник ярко-зелёного цвета, отделяющий проезжую часть улицы от тротуара, но деревьев нигде не было. Как не было и цветов. Трутт молча шёл рядом. Мартов на мгновение оглянулся — трасты бесшумно шли позади них. Оружие теперь всё время висело у них на поясе, видимо они убедились в безопасности иногалактян и стали даже несколько беспечны.

«Ты видел вчера космический корабль?» — отправил Мартов мысль в адрес зевса.

«Видел! Ты уверен, что всё же трасты не чувствуют наши мысли?» — тут же получил он колючий ответ.

«Может и чувствуют, но навряд ли понимают их. Я на это надеюсь. По крайней мере, если бы понимали, то трой, однозначно высказал бы нам сегодня свои какие-то претензии. Но всё же это нужно как-то проверить. Подумай, как».

«Попытаюсь!» — пришедшая мысль вдруг очень больно кольнула мозг Мартова.

«Потише! — лицо Мартова исказилось болезненной гримасой. — Я специально пошёл в том направлении, куда ушёл корабль. Однозначно, космодром где-то там», — отправил Мартов следующие мысли в адрес Трутта.

«Мы можем идти до него весь остаток своей жизни и не дойти», — получил Мартов ответную мысль.

«Почему бы нам не потребовать себе… Как ты назвал эти летающие скайборды», — мысленно поинтересовался Мартов у зевса.

«На Ризе они называются пинекеры, что означает — парящий над».

«Потребуй у трастов пинекер. Для нас один на двоих, а они пусть себе берут какие хотят», — отправил Мартов в адрес Трутта резкие мысли.

Трутт вдруг остановился и повернулся в сторону трастов. Сделав ещё шаг и поняв, что зевса рядом нет, Мартов оглянулся и остановившись, тоже развернулся. Трутт стоял уставившись в одного из трастов. Донеслась достаточно грубая мелодия и тут же прозвучал короткий ответ. Затем мелодии повторились ещё и ещё.

Прошло долгое время и у Мартова сложилось впечатление, что зевсу и трастам не удаётся понять мелодии друг друга. Неожиданно донеслась резкая мелодия, похожая на взвизг. Один из трастов тут же развернулся и пошёл назад. Трутт было шагнул следом, но второй траст вдруг резким движением снял с пояса оружие и направил его в сторону зевса. Трутт тут же замер.

«Договориться не удалось?» — мысленно поинтересовался Мартов, подходя к Трутту и становясь рядом.

«Не могу понять, почему мне с трудом удалось донести до них наше желание. Видимо я неправильно озвучивал его. Но всё же надеюсь, что они поняли меня, хотя пришлось постараться описывая образ пинекера, — потекли Мартову напрямую в мозг тихие мысли на универсальном языке Федерации. — Наверное тот пошёл искать пинекер. Я могу утверждать однозначно — они не понимают универсальный язык Объединённой Федерации, на котором я изначально попытался поговорить с ними».

Ничего больше не сказав, Мартов уставился в спину уходящего траста.

Траст вернулся достаточно быстро, держа в руках большое количество достаточно плоских разноцветных предметов, похожих на красивые доски. Подойдя он бросил несколько их под ноги Мартову и Трутту, а затем, вернувшись к другому трасту протянул ему одну доску и дождавшись, когда тот возьмёт её, сошёл с тротуара, бросил оставшуюся у себя доску себе под ноги и стал на неё. Второй траст сделал тоже самое и через мгновение они уже висели на ширине ладони над улицей.

«Ты знаешь, как управлять этими пинекерами?» — отправил Мартов мысль зевсу, внимательно рассматривая лежащие перед собой разноцветные доски.

Пинекеров было три. Они оказались разных размеров: Одна широкая и длинная, не менее метра, зелёного цвета и две поуже и покороче — красные. На вид они казались очень гладкими и как на такой скользкой доске можно было удержаться в полёте, Мартову было непонятно.

«Надеюсь, что пинекеры умеют понимать мысли своего пилота», — вошла ему в мозг мысль, присланная зевсом.

«Но я не могу мыслить мыслями их цивилизации», — отправил Мартов возмущённую мысль в адрес Трутта.

«Значит нам придётся летать на одном пинекере», — прислал ему спокойную мысль зевс.

Мартов присел и осторожно дотронулся рукой до большого пинекера — никакой реакции со стороны того не последовало. Тогда он осторожно провёл по нему рукой: казавшаяся гладкой поверхность пинекера вдруг оказалась достаточно шероховатой и будто резиновой и определённо ноги на такой поверхности должны были держаться хорошо. Пытаясь определить на какую из сторон пинекера становиться, землянин попытался перевернуть летающее устройство — оно вдруг оказалось достаточно тяжёлым и ему пришлось взяться за него обеими руками. Выходило, что трасты физически были очень сильны, если он один принёс несколько тяжёлых летающих устройств. Поставив устройство на ребро, Мартов увидел с его обратной стороны блестящие продольные полосы. У него тут же возникли мысли, что эти полосы должны служить устройству каким-то источником связи с покрытием улицы и потому они должны быть направлены в сторону полотна улицы. Он опять положил пинекер и провёл ладонью по его шершавой поверхности и увидел в одной из его сторон широкую блестящую поперечную полосу. Он поелозил по ней рукой и вдруг почувствовал, как ему в мозг ткнулся сноп острых игл, заставивший его убрать руку от блестящей полосы и приложить её ко лбу. Мартов поднялся.

«Проклятье! Такое впечатление, что устройство попыталось войти со мной в контакт», — отправил он недовольную мысль в адрес Трутта.

«Думаю, нам нужно сойти с пинекером на улицу и стать на него, как это сделали трасты. Я попытаюсь войти с ним в контакт», — получил Мартов вполне спокойные мысли от зевса.

«Бери и сходи», — Мартов повёл подбородком в сторону летающего устройства.

Ничего не сказав, Трутт наклонился, поднял пинекер двумя руками и сойдя на мостовую, положил пинекер полосами на покрытие улицы и став на него, замер. Ничего не происходило.

Приоткрыв рот, с усмешкой на губах, Мартов молча наблюдал за зевсом.

Вдруг пинекер скользнул вверх и завис над мостовой на ширине ладони. Видимо сам не ожидая такого, Трутт дёрнулся и спрыгнул с устройства, которое тут же опустилось на покрытие улицы.

«Разобрался?» — мысленно поинтересовался землянин.

«Почти!» — тут же получил Мартов колючий мысленный ответ, заставивший его поморщиться.

«Тебе не кажется, что нам не помешал бы какой-то поручень на первое время, пока мы не научимся стоять на этой доске?» — отправил Мартов недовольную мысль в адрес зевса.

Не прислав никакой мысли, Трутт присел перед пинекером и через мгновение вверх смотрели два длинных, изогнутых сверху стержня: один из передней части пинекера, второй — примерно из его середины.

«Ну и ну! — Мартов покрутил головой. — Умные! Ничего не скажешь».

Он подошёл к пинекеру и став на него, взялся за средний стержень. Трутт стал впереди и взялся за передний стержень. Пинекер настолько плавно поднялся над покрытием улицы, что Мартов этого почти не почувствовал. В следующее мгновение летающее устройство уже неторопливо скользило по улице.

Мартов оглянулся — оба траста шли на своих летающих устройствах в нескольких метрах позади.

* * *

Пинекер уже долго скользил по достаточно оживлённой улице местного города Айсор, насколько помнил его название Мартов. Трутт вёл летающее устройство по краю улицы, где местных жителей не было, которые почему-то избегали края улицы, а резво проносились мимо них поодаль и достаточно часто Мартов чувствовал болезненные уколы в мозг, которые, однозначно ему наносили проносящиеся мимо местные жители, которые были весьма разнообразны: от вполне привычного вида гуманоидов, мало чем отличающихся от жителей известных Мартову рас галактики «Млечный путь», так и весьма экзотических, больше напоминающих человекоподобные персонажи из фантастических фильмов, нежели нормальных людей. Но что было странным, Мартов не видел ни одного гуманоида в белой одежде, похожего на их куратора с не запоминаемым именем.

Улица была прямой и казалась бесконечной. Так как зевс был выше землянина, то Мартову приходилось стоять отклонившись в сторону, выглядывая из-за него, чтобы пытаться увидеть, что впереди, благо Трутт был худощав. Когда, забываясь, Мартов отклонялся очень сильно пинекер начинал подрагивать и землянин суматошно выпрямлялся и некоторое время довольствовался лишь просмотром зданий, мимо которых шёл пинекер.

Это был другой район города, чем, где они были вчера, но архитектура зданий, в большей степени, была здесь такой же. Вдоль улицы тянулись, как величественные блестящие здания, уносящиеся своими шпилями едва ли не к облакам, так и овальные здания, покоящиеся высоко на одной или нескольких опорах. Но всё же более всего, как и вчера, Мартова восхищали парящие гирлянды зданий, с которых он не сводил глаз до тех пор, пока они не скрывались из вида. Восхищали и ажурные эстакады, кажущиеся совершенно невесомыми, ведущие к некоторым отдельно стоящим зданиям, утопающим в причудливых зеленых насаждениях в виде различных геометрических фигур. Среди этих насаждений Мартов видел и цветы, в основном красного цвета, похожие на огромные земные тюльпаны, насколько он помнил название земных цветов.

Смотря по сторонам, Мартов вдруг осознал, что летающие устройства выше примерно полуметра над полотном улицы не поднимались. Было ли это связано с какой-то их связью с полотном улицы или же с безопасностью пилотов летающих устройств, так как примерно с высоты трёх метров над улицей уже скользили летательные аппараты, Мартову было непонятно. Если же пилоту пинекера нужно было оказаться на эстакаде, идущей вдоль улицы, то он поднимался туда по специальный наклонной эстакаде, идущей от полотна улицы вверх.

«Долго мы будем тащиться по этой улице?» — вдруг вошла напрямую в мозг Мартова колючая мысль с тональностью, которую имели мысли Трутта.

«Что ты предлагаешь?» — мысленно поинтересовался Мартов.

«Подняться на эстакаду и попытаться найти какое-то кафе или что-то в этом роде, где мы могли бы напиться и возможно мне удастся там что-то подслушать полезное о жизни этой цивилизации. Мы очень долгое время провели во вчерашней ночлежке, по другому я её назвать не могу. Мне она не понравилась и нужно найти отель получше. Вчера мы ни о чём не договорились и нужно выработать какое-то решение о нашем нахождении здесь: или мы остаёмся и ищем работу, чтобы выжить, или же ищем космодром, чтобы попытаться уйти. Насколько я понимаю, местный день уже подходит к концу и скоро наступит ночь», — пришло пространное мысленное пояснение от зевса.

«Поднимайся! Попытаемся найти ресторан. При них часто бываю приличные отели. Там и обсудим наши дальнейшие действия. К тому же, я тоже хочу пить, да и что-то съесть тоже не помешало бы», — отправил землянин так же пространные мысли в адрес Трутта.

Мартов и Трутт одновременно закрутили головами, ища ближнюю эстакаду ведущую вверх. К их досаде такая виднелась где-то в сотне метров впереди. Пинекер вдруг заскользил гораздо быстрее, видимо сказалось нетерпение Трутта.

Мартов оглянулся — трасты не отставали.

* * *

Поднявшись на верхнюю эстакаду, Мартов вдруг увидел, что местные жители уже не перемещаются по ней на пинекерах, а идут пешком или перемещаются на устройствах, весьма похожих на уличные колёсные энергосамокаты Земли. Да и пинекер, на котором они шли, едва оказался на эстакаде, тут же остановился и опустился на эстакаду. Мартов закрутил головой, осматриваясь, пытаясь увидеть, куда поднявшиеся жители девают свои пинекеры. Подсказал ему это один из трастов, скользнувший мимо них. Он спрыгнул с пинекера, ловко поддел его ногой и подхватив подпрыгнувшую летающую доску, шагнул к какой-то конструкции, напоминающей большой стеллаж и сунув в него свой пинекер, шагнул в сторону и замер, уставившись в жителей чужой галактики.

Мартов и Трутт тут же сошли со своей летающей доски и к удивлению Мартова, стержни, за которые они держались, тут же сами сложились. Но зевс не стал бить по пинекеру ногой, а наклонился, поднял его и подойдя к стеллажу, сунул его в свободную ячейку и вернулся к Мартову, который крутил головой, рассматривая видимые со своего места здания.

Как казалось зевсу, местные жители, идущие мимо землянина совсем не обращали на него внимания, а смотрели на траста, который стоял держась рукой за оружие, которое висело у него на поясе. Трутт подался в сторону землянина.

«Куда?» — вошла в мозг Мартова мысль из единственного слова.

«Если не ошибаюсь, — Мартов повёл подбородком в сторону, — в то здание часто входят и выходят местные жители. Возможно там ресторан. Вдруг нам повезёт».

Повернувшись, он зашагал в сторону нужного здания. Трутт пошёл рядом. Стоявший впереди траст пропустил их, но пошёл ли он следом, Мартов не удосужился оглянуться. Да и где сейчас был второй траст, он тоже не удосужился узнать, будто потерял к ним интерес.

Идя по этой эстакаде, Мартов теперь видел местных жителей совсем с близкого расстояния и его удивление их разнообразным видом достигло едва ли не апогея — они настолько разнились друг от друга, что он даже несколько раз споткнулся, невольно задерживая взгляд на каком-то из жителей весьма экзотического вида.

Оказавшись напротив нужного здания, Мартов и Трутт замерли напротив двустворчатых дверей, над которыми были прикреплены какие-то угловатые символы. Двери были непрозрачные и хотя они часто скользили туда-сюда, но что было за ними, увидеть было невозможно, так как за ними было темно.

«Что написано над дверьми?» — мысленно поинтересовался Мартов.

«Не понимаю! Это не тот язык, который они в меня вложили», — пришла Мартову неожиданная колючая мысль.

«Проклятье! Чёрт бы их забрал! — отправил Мартов нелестные мысленные эпитеты в адрес местных гуманоидов. — Значит придётся познавать здешний мир методом тыка. Не отставай!»

Землянин покрутил головой и убедившись, что трасты стоят позади неподалёку, шагнул в сторону двери.

* * *

Едва Мартов и Трутт оказались за дверью, как тут же замерли. Они не ошиблись — однозначно, это было что-то похожее на ресторан или скорее всего на приличное кафе. В зале был полумрак, и чем зал освещался было непонятно, так как никаких источников света нигде не было видно, отчего что-то рассмотреть в нём с улицы было проблематично. Зал, выполненный в светлых коричневых тонах, был заполнен столиками, за которыми местные не сидели, а стояли, видимо по этой причине в этом кафе долго не задерживались. Посетители за ближними столиками что-то пили или ели и покончив с едой, тут же разворачивались и шли к выходу. В глубине зала просматривалась барная стойка, неподалёку от которой, определённо, возвышалась сцена, на которой кто-то кружился и доносилась какая-то приятная с переливами мелодия. Наполняемость зала в полумраке определить было сложно, так как столики в глубине зала просматривались очень плохо, но всё же Мартов увидел неподалёку свободный столик и направился к нему. Подойдя, он остановился перед ним: столик оказался для него высоковат и положить на него руки было неудобно, хотя для Трутта он оказался впору и его руки тут же оказались на столике. Там же оказался и скринвейр, о котором Мартов уже забыл и где тот находился у зевса весь день, не представлял. Ничего, что напоминало бы скатерть на столике не было, но он был идеально чист и потому никакого отвращения не вызывал. Мартов закрутил головой, осматриваясь и одновременно пытаясь увидеть стюарда, чтобы приказать зевсу окликнуть его, но сколько ни смотрел, никого, кто бы сновал между столиками с чем-то напоминающим разнос не видел. Так же он не увидел и трастов — видимо они остались снаружи. Дёрнув плечами, он повернулся к Трутту.

«Я, почему-то, не вижу стюардов», — отправил Мартов озабоченную мысль в адрес зевса.

Никакой ответной мысли от Трутта не пришло, но в зале вдруг раздалась достаточно пронзительная мелодия. Однозначно её проиграл Трутт, так как его губы сложились в непонятную Мартову гримасу.

«Ты уверен, что поступаешь правильно? — отправил Мартов ещё одну озабоченную мысль в адрес зевса.

«Нет!» — Трутт мотнул головой.

Прошло достаточно долгое время ожидания, но никто к их столику так и не подошёл.

— Проклятье! Или мы не такие, какими должны быть или делаем что-то не так, — буквально прошипел Мартов.

«Может нужно подойти к стойке? — заскользили в голове Мартова мысли, присланные Труттом. — Я вижу, как четверо идут от неё что-то держа в руках».

Мартов повернул голову в сторону барной стойки — действительно, от неё и однозначно в их сторону шли четверо местных гуманоидов. У Мартова вдруг на лбу выступила испарина. Определённо, назревал конфликт.

«Ты драться умеешь? — отправил землянин быструю мысль в адрес зевса.

«Как драться? — тут же вошла в мозг Мартова мысль наполненная колючим удивлением.

«Кулаками!»

«Никогда не пользовался кулаками для драки, — зевс покрутил головой. — Своим полем, да».

«Значит придётся пользоваться, — губы Мартова вытянулись в широкой усмешке. — Однозначно, эти четверо идут к нам».

За столиком наступила мысленная тишина.

Четверо местных гуманоидов, уже было однозначно понятно, шли к столику за которым стояли Мартов и Трутт и чем ближе местные подходили, тем выше поднимались брови Мартова: к столику, однозначно, приближались земляне.

Когда псевдоземлянам до столика осталось пара шагов они замерли и их брови тоже поднялись, несомненно, они тоже оказались удивлены.

Все они были примерно одного роста с Мартовым. Скорее всего молоды, черноволосы, с вполне правильными чертами лица для землян мужчин. Одеты, скорее всего, они были в тёмно-синие комбинезоны с какими-то нашивками на груди и на рукавах, в которые обычно у землян одеваются техники. Каждый из них держал в одной руке тарелку, в которой лежали по паре предметов весьма похожих на булочки, а во второй — чашку, из которой шёл пар. Мартов отчётливо почувствовал запах кофе, от которого у него даже свело скулы и ему тоже захотелось этого земного напитка, который он не пил уже с тех пор, как пришёл на Таксану.

Рот ближнего к столику псевдоземлянина приоткрылся и донеслись несколько отрывистых звуков или слов.

«Ты понял, что он сказал?» — тут же отправил Мартов озабоченную мысль Трутту.

Зевс молча покрутил головой. Смотря на сказавшего псевдоземлянина, Мартов поднял плечи и покрутил головой.

Рот того же псевдоземлянина опять приоткрылся и вновь раздались отрывистые слова, но несомненно произнесённые гораздо медленнее, чем в первый раз.

Лицо Мартова вытянулось. Ему вдруг показалось, что набор подобных слов он уже где-то, когда-то слышал.

«Проклятье! Мне кажется, что я уже где-то слышал этот язык», — отправил он озабоченную мысль в адрес зевса.

«Ты уже встречался с ними?» — вошла Мартову напрямую в мозг колючая мысль от Трутта, наполненная удивлением.

«С ними навряд ли, но их язык мне, определённо, знаком», — отправил Мартов задумчивую мысль в адрес зевса.

Псевдоземлянам, видимо, надоело ждать какой-то реакции от незнакомых мужчин. Тот, который говорил, подошёл к столику и поставив на него чашку и тарелку, вытянул руку и ткнул ею Мартову в плечо. Мартов дёрнулся. Но в тот же миг этот псевдоземлянин вдруг выгнулся и схватился за голову обеими руками. Трутт резко развернулся в сторону остальных псевдоземлян — они попятились.

«Нет! — отправил Мартов резкую мысль в адрес зевса. — Не трогай их».

Атакованный зевсом псевдоземлянин опустил руки и опять произнёс какие-то слова.

Мартов состроил гримасу озабоченности.

«Если я правильно помню этот язык и верно его понял, он сказал, что это их стол. Это один из древних языков землян, который я изучал ещё в школе. Я начинаю что-то вспоминать», — отправил он озабоченные мысли в адрес Трутта.

Не прислав никакой ответной мысли, Трутт вдруг сделал от столика пару шагов назад. Мартов тоже попятился.

Псевдоземляне тут же подошли к столику и поставив на него свои чашки и тарелки, принялись за еду. У Мартова противно заныло в животе, но будто заколдованный, он, не отрываясь, смотрел на псевдоземлян.

Быстро покончив с едой, псевдоземляне повернулись и вознамерились уйти, но не в сторону выхода, а в противоположную от него.

— Стой! — вдруг машинально произнёс Мартов, как ему казалось на том же самом языке, на котором разговаривал псевдоземлянин.

Псевдоземляне разом остановились и развернулись в сторону Мартова.

— Я землянин, — опять заговорил Мартов, пытаясь тщательно выговаривать слова, с трудом вспоминая их, тыча себе в грудь указательным пальцем. — Ты кто? — он ткнул пальцем в говорившего с ним псевдоземлянина.

Рот псевдоземлянина приоткрылся и донеслось несколько отрывистых слов.

«Если я его правильно понял, он сказал, что он уйгур или айгур. Думаю, это его раса, а не имя», — отправил Мартов мысли в адрес Трутта, повернув голову в его сторону.

«Я не знаю такого народа», — зевс мотнул головой.

«Я тоже».

Мартов опять повернул голову в сторону псевдоземлянина и опять ткнул тем же пальцем себе в грудь.

— Я пилот космического корабля, — с трудом вспоминая давно забытые слова, медленно произнёс он.

Рот, скорее всего, уйгура приоткрылся и опять донеслись отрывистые слова.

«Он сказал, что тоже пилот», — отправил Мартов мысль полную удивления в адрес зевса, повернув голову в его сторону.

«И что из того. Уверен, тут много пилотов», — тут же пришла Мартову ответная колючая мысль, наполненная сарказмом.

«Вдруг он пилот космического корабля и проводит нас до космодрома», — отправил Мартов уже недовольную мысль в адрес зевса.

«Я могу поковыряться в его информационном поле. У него нет никакой защиты. Как и у тебя. И насколько я смог понять, образы тоже похожи на твои», — прислал Трутт сонм неожиданно колючих мыслей.

«Не дави на меня. У меня уже каша в голове, — Мартов мотнул головой. — Неизвестно, как он отнесётся к твоему ковырянию в своей голове. Оставим это на крайний случай. Сейчас будем разговаривать. Я начинаю вспоминать этот язык».

— Ты пилот космического корабля? — задал Мартов очередной вопрос уйгуру, опять повернувшись к нему.

В воздухе повис очень короткий звук, который остался землянином не понят..

— Мы ищем космодром. Ты знаешь, где он? — поинтересовался Мартов, всё увереннее вспоминая слова древнего языка землян.

— Знаю! Он далеко. Туда трудно пройти, — ответил уйгур, медленно произнеся фразу.

— Почему? — Мартов поднял брови.

— Нужен допуск, — пояснил уйгур, насколько понял его слова Мартов.

— Где его найти? — тщательно подбирая слова, поинтересовался землянин.

— Ты очень плохо говоришь. Я плохо понимаю. Нужен, — уйгур вдруг приподнял рукав своей одежды и Мартов увидел на его руке точно такие же символы, как и на своей, только серого цвета.

Мартов тоже приподнял рукав куртки той руки, где были нанесены такие же символы, только зелёного цвета. Лицо уйгура тут же исказилось непонятной гримасой.

— Это не то? — поинтересовался Мартов, опуская рукав.

Ничего не сказав, уйгур дёрнул плечами.

Неожиданно за спиной Мартова раздалась достаточно громкая мелодия. Подумав, что это сыграл её Трутт он оглянулся, но за ним стоял гуманоид чуть выше его роста и достаточно крепкого телосложения, с явно свирепым лицом, больше похожим на лицо зверя, нежели на человеческое, с низким лбом, широкими ноздрями, остроконечными ушами, коротким ежиком очень густых рыжих волос и звериным оскалом рта.

«Он сказал или заказывайте или убирайтесь», — вошла Мартову в мозг колючая мысль, присланная Труттом.

Мартов опять повернул голову в сторону уйгура.

— Мы хотим выпить такой же напиток, какой пили и вы, — очень медленно произнёс он, пытаясь подбирать нужные слова. — Мы не местные, — он покрутил головой. — Помоги нам.

Уйгур сдвинул свои брови, видимо пытаясь осознать услышанную фразу, затем, бросив быстрый взгляд в сторону своих путников, повернулся и направился в сторону барной стойки.

Мартов пошёл за ним, дернув по пути Трутта за рукав, тем самым приказывая ему пойти с ним.

«О чём вы говорили?» — мысленно поинтересовался зевс, догоняя Мартова.

«О космодроме. Попасть туда непросто. Нужен какой-то допуск или пропуск», — мысленно пояснил Мартов.

«Где его взять?»

«Ещё не знаю».

«Когда узнаешь?»

«Не знаю! Жди! Такое впечатление, что я с каждым словом всё лучше и лучше понимаю его язык. Будто кто-то вытаскивает его из глубин моей памяти наверх. Не ты это?» — отправил Мартов в адрес зевса резкие мысли.

«Нет!» — пришла Мартову такая колючая мысль, что он невольно состроил болезненную гримасу, но отправлять недовольство в адрес зевса не стал.

Подойдя к барной стойке, уйгур произнёс какую-то длинную фразу на незнакомом Мартову языке, затем указал пальцем на руку землянина, где были отражены угловатые символы. Стоявший по ту сторону стойки гуманоид, с головой, больше похожей на голову земного муравья, нежели на голову человека, повернул голову в сторону землянина и уставился в него своими огромными выпученными глазами. Поняв, что руку нужно показать этому муравьиноподобному гуманоиду, Мартов положил руку на стойку и поддёрнул рукав, делая видимыми угловатые символы. Взяв со стойки предмет, похожий на тот, которым трой ставил символы на руку Мартова, гуманоид ткнул им в руку землянина и вернув предмет на место, принялся колдовать на стойке. Мартов всмотрелся в символы на руке — некоторые из них, однозначно, были теперь другими.

Вскоре на стойке уже стояли две чашки с дымящимся напитком и тарелка в какими-то двумя продуктами похожими на булочки. Мартов повернул голову в сторону уйгура.

— Нужно идти к столику или не обязательно? — поинтересовался он, медленно выговаривая слова.

— Не обязательно, — коротко ответил уйгур.

Взяв одну чашку и одну булочку, Мартов повёл подбородком в сторону второй чашки.

«Пей и ешь!» — отправил он резкую мысль в адрес зевса.

Не прислав никакой ответной мысли, Трутт, взяв чашку и одну булочку, принялся неторопливо пить дымящийся напиток, заедая его булочкой. Мартов тоже принялся за еду.

Напиток, действительно, напоминал земной кофе, но имел более резкий вкус, а булочка напоминала обычную земную булочку из теста с чем-то в середине, напоминающим земной сыр, весьма похожую на те булочки, которые Мартов ел в своём далёком детстве и вкус которых уже давно забыл, в большей степени питаясь всевозможными тониками и синтезированными продуктами, изготовляемыми на комбинатах питания цивилизаций, которыми снабжались космические корабли.

Запах, как от напитка, так и от булочки был великолепен и Мартов нарочито вкушал их медленно, наслаждаясь забытыми вкусами.

Для зевса эти продукты видимо не напоминали его прошлое и потому он достаточно быстро расправившись с ними, стоял молча, уставившись в немигающим взглядом в барную стойку, будто намереваясь проделать в ней дыру таким образом.

Что делали уйгур со своими соплеменниками, Мартов не видел, так как стоял к ним спиной.

Наконец, закончив с едой, Мартов поставил чашку на стойку и повернулся к уйгуру.

— Нам нужен номер в отеле. Ты знаешь где его найти? — вдруг достаточно бегло произнёс он, будто всю свою жизнь разговаривал на этом забытом языке землян, будто только что выпитый напиток поспособствовал восстановлению этого языка.

— Здесь! — по лицу уйгура скользнула непонятная тень гримасы. — Мы идём к себе в номер. Можете пойти с нами и снять номер себе.

— Хорошо! — Мартов кивнул головой.

Ничего больше не сказав, уйгур развернулся и направился в сторону от барной стойки. Его соплеменники пошли за ним. Мартов тронул Трутта за рукав.

«За ними, — он повёл подбородком в сторону уходящих псевдоземлян. — Они покажут, где можно снять номер», — отправил он мысли в адрес зевса.

Не прислав никакой мысли, Трутт повернулся и быстрым шагом направился догонять псевдоземлян. Мартов поспешил за ним.

* * *

Поднявшись в лифте на следующий уровень, Мартов и Трутт оказались в большом светлом холле, в глубине которого, насколько понял Мартов, находился администратор в белой одежде в сторону которого направился лишь один уйгур, а его соплеменники остались в лифте. Землянин и зевс направились за уйгуром.

Холл мало чем отличался от тех гостиничных холлов, в которых Мартову приходилось бывать в городах Объединённой Федерации и если бы он не знал, где находится, то однозначно принял бы этот отель, за один из отелей Федерации. Холл был большим светлым, с несколькими креслами и диванами, стоящими вдоль стен, большим количеством зелёных насаждений, в основном шарообразной формы, растущих прямо из пола и большими окнами, полузакрытыми тяжёлыми шторами. В одной из стен виднелись несколько дверей, скорее всего, лифтов и лишь около одной из них стоял какой-то местный гуманоид, напоминавший своим видом темнокожего кроена — одного из представителей разумных рас галактики «Млечный путь». Единственное отличие, которое бросалось в глаза, в холле нигде не было светильников, будто светился сам его воздух.

Подойдя к администратору, Мартов вновь увидел, что тот похож на муравьиноподобного бармена и кто это был: мужчина или женщина или то и другое одновременно понять было совершенно невозможно.

Уйгур, смотря на администратора, опять произнёс какую-то фразу на незнакомом Мартову языке.

Администратор взял со столика, который стоял перед ним, точно такой же предмет, какой Мартов видел у бармена и вытянул руку с ним в сторону Мартова. Поняв, что от него хочет администратор, Мартов тут же поднял рукав куртки и вытянул руку со знаками в сторону администратора, который на мгновение коснулся предметом руки землянина и вернул предмет на столик. Мартов опять увидел, что несколько знаков на руке изменили свой вид. Он опустил руку и скользнувший по ней рукав скрыл знаки местной письменности и повернул голову в сторону уйгура.

— Ваш номер напротив нашего, — заговорил уйгур, предваряя вопрос землянина. — Отель почти пуст и я специально выбрал вам номер напротив. Можете отдыхать.

— Если ты не против, я хотел бы поговорить с тобой, — Мартов натянуто улыбнулся.

— Как пожелаешь, — плечи уйгура едва заметно дёрнулись. — Я ухожу в рейс через четверо местных суток. Времени для разговора достаточно.

Развернувшись, он направился в сторону лифта.

На какой уровень они поднялись, Мартов не представлял, так как совершенно не понимал те угловые знаки, которые мелькали на терминале внутри лифта. Возможно это знал Трутт, но Мартов его беспокоить не стал, решив об этом узнать когда они останутся одни. Но сейчас он намеревался поговорить с уйгуром об их проблеме, так как непонятно каким чутьём проникся к нему доверием, а уже затем обсудить в своём номере с зевсом их дальнейшие действия.

Едва открылись двери лифта, уйгур вышел и быстро зашагал по коридору. Мартов и Трутт заторопились за ним. Соплеменники уйгура, шлёпая своей обувью, шли за ними.

Идти пришлось недолго и вскоре уйгур, остановившись напротив одной из дверей коридора, ткнул в неё рукой.

— Ваш номер! — произнёс он.

Мартов провёл взглядом по двери, кроме какого-то угловатого знака на ней больше ничего не было, даже ручки для её открытия. Состроив гримасу недоумения, он повернул голову в сторону уйгура.

— И как в него попасть? — поинтересовался он.

— Приложить руку с уровнем.

Уйгур ткнул пальцем в стену рядом с дверью и Мартов лишь теперь увидел вмонтированный в стену предмет, весьма похожий на тот, который ему прикладывали к руке бармен и администратор. Не раздумывая, он шагнул к стене, поднял рукав и приложил руку к предмету — дверь тут же, привычно, скользнула в стену. Отстранив руку, Мартов ещё раз поднёс её к предмету — дверь, заняла своё место. Он повернулся к уйгуру.

— Рукав можно не поднимать, — произнёс уйгур.

— Нам нужно поговорить, — сказал Мартов.

— Поговорим! — развернувшись, уйгур шагнул к двери напротив.

* * *

Какой был их номер, Мартов не удосужился заглянуть внутрь. Номер же псевдоземлян был великолепен: имел четыре комнаты для отдыха, один большой общий зал, выполненный в светлых зелёных тонах и санационную.

Все соплеменники уйгура уже сидели в креслах большого зала, которые стояли вокруг круглого стола и скорее всего что-то достаточно громко обсуждали, произнося какие-то длинные шипящие фразы, на незнакомом Мартову языке, но едва в номер вошёл уйгур, они умолкли, повернув голову в его сторону. На столе видимо стояло устройство, похожее на видеоголограф, земной цивилизации, над которым висела голограмма в которой что-то происходило, напоминающее какое-то спортивное состязание трёх созданий, мало напоминающих гуманоидов. Уйгур произнёс какую-то короткую фразу всё на том же, незнакомом Мартову языке и голограмма тут же погасла.

Так как свободным в зале оставалось лишь одно кресло, к которому направился уйгур, то Мартову и Трутту пришлось сесть на диван, стоящий поодаль от стола.

— Говорите! — произнёс уйгур, едва Мартов и Трутт уселись на диван.

— Давайте познакомимся, — заговорил Мартов. — Я землянин Максим Мартов, пилот летательного аппарата называемого лейтер, старший офицер космического флота Объединённой Федерации галактики «Млечный путь», самой близкой галактики к галактике «Андромеда», которая здесь называется «Асториана». Он, — Мартов повёл подбородком в сторону Трутта, — зевс Марче Трутт, капитан космического транспорта, перевозящего различные грузы.

Мартов на мгновение умолк, вдруг осознав, что непонятно каким образом вполне свободно разговаривает на языке, который буквально час назад, практически, не знал.

— Мы оказались в галактике «Асториана» случайно, воспользовавшись незнакомым порталом, надеясь через него попасть на свою планету, а оказались здесь, — продолжил он говорить через несколько мгновений молчания. — Нас захватили местные гуманоиды в белой одежде, которые пропустили нас через какой-то анализатор и нанесли этим анализом большой вред здоровью Марче Трутту. Он теперь не может разговаривать на своём языке, но начал разговаривать на местном. Нам нужен космический корабль, или какой-то летательный аппарат, чтобы мы могли добраться до портала и вернуться в свою галактику. Проконсультируйте нас, где можно найти что-то из них? Кто вы и сможете ли нам помочь?

Повернув голову в сторону своих соплеменников, уйгур заговорил на незнакомом Мартову языке. Говорил он долго. Когда умолк, то начали говорить его соплеменники и насколько понял Мартов, высказался каждый из них. Наконец уйгур опять повернулся в сторону дивана, на котором сидели Мартов и Трутт.

— Мы из Чистанской планетной системы. Наша планета называется Вербана. Мы экипаж грузового корабля, который доставляет со спутника Вербаны саффит на Трою, планету, где мы сейчас находимся, а отсюда доставляет всевозможные устройства для нашей цивилизации. Когда мы увидели вас, то решили, что вы тоже с Вербаны: ты уйгур, а раса твоего напарника нам незнакома, потому я и заговорил с тобой на родном языке уйгуров. Но мы ошиблись. Мы больше склонны верить вам, чем не верить. Вы не похожи на трастов, хотя сейчас трои начали придавать им облики жителей любой цивилизации, входящей в Галактическую Харту и направлять их на обитаемые планеты Харты, чтобы выявлять нелояльные к ним галактические расы. Но всё же мы не можем поверить в то, что в другой галактике есть гуманоиды похожие на нас и даже разговаривающие на очень похожем языке. Это невероятно. Твой язык становится совершеннее с каждой твоей фразой. Это не похоже на обучающийся разум трастов. Они, или сразу знают язык цивилизации, куда их трои направляют, или не знают его вообще…

— Искусственные создания наделяются способностью к самообучению. Так происходит и в нашей галактике. А разве у вас не так? — перебил Мартов монолог уйгура.

— Возможно! — уйгур дёрнул плечами. — Мы ещё мало знаем о способностях трастов. Но если они и способны к самообучению, то оно у них проходит не так, как ты научился разговаривать на одном из языков моей цивилизации.

— Я тоже очень удивлен, тем, что встретил в другой галактике галактическую расу очень похожую на землян, представителем которой я являюсь. Это наталкивает на мысль, что мы не продукты естественного развития Природы Мироздания, а созданы каким-то прародителем. Трудно поверить в то, что Природа Мироздания создаёт копии разумов и заселяет ими разные галактики. Но… — Подняв плечи Мартов долго покрутил головой.

— Мы можем взять вас на Вербану и провести там молекулярные анализы, на предмет нашего единого прародителя, — предложил уйгур.

— Заманчивое предложение, — Мартов покачал головой. — А сколько галактических рас в вашей Галактической Харте? — поинтересовался он.

— Если трои не нашли ещё какую-то расу, то тридцать восемь. Наша цивилизация вербанов была до сих пор последней, найденной ими цивилизацией в галактике. Трои обшарили ещё далеко не всю «Асториану». Она достаточно большая и окраинные планетные системы ими ещё почти не обследованы.

— А ваша цивилизация принимает участие в этом обследовании галактики? — поинтересовался Мартов.

— Нет! — уйгур покрутил головой. — Трои неохотно делятся своими прогрессивными технологиями с другими галактическими расами. От нас они берут минерал саффит для своих энергетических станций, а нам дают всевозможные безделушки, которые мы можем изготовлять и сами. Единственное, что они сделали полезное для нас, предоставили нам очень быстрые космические корабли, хотя только лишь грузовые, да ещё построили на одном из материков Вербаны термоядерную энергостанцию очень большой мощности и теперь проблем с энергией у нашей цивилизации, практически, нет.

— Значит польза от них всё же есть? — Мартов вытянул губы в лёгкой усмешке.

— Мы даже не знаем, польза это или вред нашему развитию, — уйгур состроил непонятную гримасу. — Трои запретили нам вести исследования по некоторым прогрессивным технологиям и сами нам предоставляют изделия этих технологий. Не дают нам технологию термоядерного синтеза, отчего мы лишены, как технологии квантовых перемещений, так и строительства быстрых космических кораблей.

— А своей технологии термоядерного синтеза разве у вас нет? — в голосе Мартова скользнули нотки удивления.

— Мы работаем над ней, но пока… — уйгур покрутил головой.

«Ты долго ещё будешь держать меня в неведении вашего разговора? — вдруг получил Мартов колючую мысль, вошедшую ему напрямую в мозг.

«Пока ничего полезного для нас он не сказал»… — повернувшись к зевсу, Мартов мысленно, без лишних подробностей, передал ему, что узнал от уйгура. — Потерпи! Когда что-либо узнаю полезное, сразу же сообщу», — завершил он мысленный диалог с Труттом и опять повернулся в сторону Уйгура.

— А…

Мартов вдруг умолк, так как услышал какой-то шум со стороны. Он повернул голову в сторону доносившегося шума и в тот же миг пространство зала прочертили несколько разноцветных сполохов. Донеслись глухие звуки чего-то падающего и наступила тишина. Брови Мартова выгнулись высокими дугами. Он повернул голову на шум — перед входом в номер лежали два человека в чёрной одежде, точно в такой, в какую были одеты сопровождающие их трасты. Он повернул голову в сторону уйгура и не увидел его.

Мартов вскочил и закрутил головой: перед креслами лежали два соплеменника уйгура. Сам уйгур и четвёртый его соплеменник выглядывали из-за своих кресел, сжимая в руках какие-то продолговатые предметы, похожие на земные рапперы.

Уйгур и его соплеменник поднялись и побежали в сторону входа. Оттащив лежащих там трастов в сторону, они закрыли входную дверь и повернулись в сторону Мартова и Трутта.

— Нужно уходить отсюда. Быстро! — произнёс уйгур.

— Это трасты? — Мартов повёл подбородком в сторону лежащих гуманоидов.

— Трасты. Видимо вас искали, — состроив неприятную гримасу уйгур покрутил головой. — Однозначно, у вас есть след.

Мартов повернул голову в сторону Трутта и увидел зажатый у него в руке скринвейр.

— Скринвейр! — он вытянул руку в сторону зевса и вырвав скринвейр у него из руки, с силой бросил его на пол — изогнувшись, устройство спружинило и отскочило в сторону, оставшись невредимым. — Проклятье! Нужно было давно избавиться от него. Сейчас здесь будет много народа.

— На этом уровне, кроме нас, больше никого нет. Если мы быстро доберёмся до транспорта, возможно удастся выкрутиться, — произнёс уйгур и сунув оружие себе куда-то за спину, повернул голову в сторону соплеменника.

— Уходим! — но видимо поняв, что сказал не на том языке, что-то произнёс на незнакомом Мартову языке.

— А мы? Мы с вами, — Мартов взял Трутта за рукав и шагнув в сторону уйгура, потянул зевса за собой. — Мы ничего здесь не знаем. Нам некуда идти.

— А это выход, — уйгур потёр рукой лоб. — Переодевайтесь в одежду погибших пилотов, а их оденем в вашу одежду и всех убитых перетащим в ваш номер, будто вы перестреляли друг друга. У нас будет полный экипаж и это, возможно, не вызовет подозрения. Главное, отсидеться трое суток и затем убраться отсюда.

— Но у нас нет оружия, — Мартов покрутил головой. — Чем бы могли перестрелять трастов.

— Оно есть у кросов. Оставим его у них.

— Кто такие кросы? — поинтересовался Мартов.

— Я уйгур, они кросы. Мы из разных народов Вербаны. Поторопитесь!

Мартов отпустил рукав Трутта и повернул к нему голову.

«Нам нужно переодеться в одежду убитых членов экипажа местного транспорта, а их одеть в нашу. Поторопись!» — отправил он быстрые мысли в адрес зевса.

«Но их одежда будет мала мне», — тут же получил Мартов ответную мысль.

— Их одежда мала для него, — Мартов ткнул рукой в сторону Трутта.

— Она трансформируется. Быстрее! — в голосе уйгура послышались какие-то зловещие нотки.

Мартов подошёл к одному из убитых кросов и начал разбираться с его одеждой. Видимо поняв, что он будет возиться с одеждой долго, к Мартову подошёл уйгур и начал помогать. К Трутту подошёл крос и тоже начал помогать.

Во время переодевания Мартов невольно посмотрел в сторону Трутта и увидел у него на груди повязку из тёмного материала.

«Ты ранен?» — мысленно поинтересовался Мартов.

«Нет!» — тут же получил он ответную колючую мысль.

«А что же тогда…» — Мартов вдруг шагнул к зевсу и дёрнул повязку у него на груди вниз и…

Челюсть Мартова невольно опустилась: повязка была не слишком тугой, сползла вниз и под ней оказалась не слишком большая женская грудь с большими тёмными сосками. Трутт, однозначно, был женщиной, которая искусно скрывала свои женские прелести в складках своей прежней одежды, а сейчас, когда Мартов сдёрнул скрывающую повязку, то женские прелести проявились в полной мере. К тому же и нижняя часть её тела имела несколько более широкий вид, что при внимательном взгляде вполне относило её к женщинам. Мартов вдруг вспомнил слова троя о странности зевса мужчины, о которой он сказал после молекулярного анализа.

Лоб землянина покрылся невольной испариной от того, что он вдруг вспомнил, что достаточно бесцеремонно вёл себя в присутствии теперь уже зевсы.

— Ты жен-нщина? — едва ли не заикаясь выдавил Мартов из себя.

«Тебя это удивляет?» — получил он колючий мысленный ответ.

— Удивляет! — Мартов покивал головой. — Извини! Я был… — он состроил гримасу досады. — И как твоё настоящее имя?

«Марчела Трутт!» — вошла Мартову напрямую в мозг совсем неколючая фраза.

— Поторопитесь! — громкий окрик со стороны прервал выяснение отношений Мартова и теперь зевсы.

Марчела Трутт быстрым движением вернула повязку на груди на прежнее место и продолжила переодеваться.

Вчетвером они быстро поменяли одежду. Она, действительно обладала свойством трансформироваться под человека и высокая зевса без проблем влезла в неё. Более того, одежда не только трансформировалась, но и восстанавливалась и пока они переодевались прожжённые энергетическими лучами на ней отверстия затянулись. Но на более низком кросе одежда Трутты выглядела изрядно мешковатой, так как обладала лишь незначительным свойством трансформации. К тому же на одежде Мартова и Трутты не было прожженных отверстий и потому уйгур выстрелил в те же места кросов, куда попали заряды трастов, чтобы их смерть выглядела правдоподобной.

Когда переодевание было закончено, состроив непонятную гримасу, уйгур открыл входную дверь, выглянул в коридор и затем повернул голову в сторону Мартова.

— Никого! Сейчас глубокая ночь в Айсоре. Быстро перетаскиваем мёртвых в ваш номер. Пусть трои думают, что вы перестреляли друг друга, — затем он перевёл взгляд на кроса и что-то произнёс на незнакомом Мартову языке.

Шагнув к одному из трастов, крос схватил его за шиворот и поволок в коридор. Тоже самое сделал и уйгур. Мартову и Трутте пришлось тащить мёртвых трастов. По пути Марчела Трутт подняла с пола скринвейр. К удовлетворению живых никакой крови из трупов не вытекало и потому никаких следов нигде не осталось.

Затащив мёртвых в номер Мартова и Трутты, они разложили их так, чтобы их положение было похоже на произошедшую в номере перестрелку. Скринвейр, чтобы он не бросался в глаза, Трутта засунула под покрытие пола, напоминающее большой ковёр. Выйдя из номера, Мартов закрыл дверь и они, все четверо, направились к лифту.

* * *

Первым из лифта в холл отеля выглянул уйгур и покрутив головой вышел и молча кивнул рукой остальным. Все вышли. Уйгур направился в сторону выхода. Все пошли за ним.

Проходя мимо администратора, Мартов окинул его удивлённым взглядом — администратор спал, положив на стол перед собой руки, а на них голову и совершенно не отреагировал на проходящих мимо него постояльцев.

Оказавшись на улице Мартов повернулся к зевсе.

«Странно, что администратор спит. У нас такое невозможно», — отправил он удивлённую мысль в адрес зевса.

«Он мёртв!» — тут же пришла ему ответная мысль.

Лицо Мартова вытянулось в удивлении. Он повернул голову в сторону уйгура.

— Трутта утверждает, что администратор отеля мёртв, — негромким голосом заговорил он. — Его смерть могут повесить на нас.

— Это сделали трасты, — так же тихо заговорил уйгур. — Он, видимо, не хотел говорить, где вы.

— А скринвейр. Тогда он ни причём? — Мартов поднял плечи.

— Не знаю! — уйгур мотнул головой. — Не до него! Нужно уходить! Нужно найти флайбот. Без него мы не доберёмся до космодрома.

— А если на пинекерах? — предложил Мартов.

Лицо уйгура исказилось непонятной гримасой.

— На летающих досках, — пояснил Мартов, поняв, что уйгур не знает, что такое пинекер.

— Путбот. Нет! — уйгур мотнул головой. — Космодром далеко. На краю материка. Восемь суток на путботе. Нужен флайбот.

Отвернувшись от землянина, он подошёл к краю эстакады и быстро пошёл вдоль неё.

— А если флайбот вызвать? — предложил Мартов, догоняя уйгура.

— Нет! Все вызовы контролируются. Нужно найти свободный, — произнёс уйгур, ускоряя шаг.

Искать свободный флайбот пришлось очень долго. Никаких гуманоидов им по пути не встретилось, видимо, действительно, было глубокая местная ночь и местное население отдыхало. Насколько понял Мартов, им пришлось пройти не менее тысячи метров мимо нескольких висящих рядом с эстакадой летательных аппаратов, прежде, чем уйгур шагнул к одному из них и прислонил к нему свою руку — дверь летательного аппарата, на удивление Мартова, тут же скользнула вверх, точно так же, как она отрывалась у земного глайдера, хотя он прекрасно видел, что у того летательного аппарата, в котором они ходили в местном зоопарке, дверь исчезала и появлялась. Уйгур молча вытянул руку в сторону образовавшегося дверного проёма и сам первым нырнул в летательный аппарат. За ним внутрь летательного аппарата нырнул крос. Марков и Трутт сели последними на задний ряд сидений летательного аппарата, так как впереди кресла уже были заняты. Дверь летательного аппарата опустилась и он резко скользнул в сторону.

* * *

В флайботе было темно, лишь светились несколько неярких терминалов, но что на них отображалось Мартову было совершенно непонятно. Насколько он видел, это был совершенно другой летательный аппарат, чем тот, в котором они были в местном зоопарке, так как он управлялся с помощью штурвала, за который держался уйгур, что было странно для такой высокоразвитой Галактической Харты. Но возможно Харта имела флайботы различных модификаций, как различных модификаций Земля имела глайдеры. По мелькавшим за стеклами салона зданиям было понятно, что флайбот шел не достаточно быстро, так как по тем улицам, по которым уйгур вёл летательный аппарат, было достаточно интенсивное движение и как казалось Мартову на каждой следующей улице оно было более интенсивным, чем на предыдущей. Мартов периодически, насколько мог, бросал взгляды вверх и как ему казалось верхние транспортные уровни были, практически свободны. Не выдержав неопределённости, он подался в сторону уйгура.

— Почему ты не переходишь на верхние транспортные уровни? — поинтересовался он.

— Там почти нет летательных аппаратов. Здесь легче затеряться, — получил он короткий, но исчерпывающий ответ.

— Ты уже столько раз менял улицу, что складывается впечатление, что ты не знаешь, где космодром, — с иронией в голосе произнёс Мартов.

— Я иду по навигатору. К тому же, чем интенсивнее движение, тем нас тяжелее засечь, — резким голосом ответил уйгур.

— У нас навигатор отображает путь на лобовом стекле, — Мартов негромко хмыкнул.

— У нас тоже.

— Я его не вижу.

— Ты видишь в инфракрасном диапазоне?

— Нет! — Мартов состроил гримасу недоумения. — А ты видишь?

— Диапазон зрения уйгуров захватывает верхние уровни инфракрасного излучения. Кросы видят в недалёком ультрафиолете.

— Ну и ну! — Мартов покрутил головой.

— Иначе, если бы я не увидел трастов за дверью, они нас всех уложили бы без проблем. Они отличные стрелки.

— Ты увидел трастов через дверь? Невероятно! — Мартов покрутил головой.

«О чём ты договариваешься с ним?» — получил Мартов колючую мысль от зевсы.

Выпрямившись, землянин мысленно передал свой разговор с уйгуром Марчеле Трутт.

Никакой мысли от Трутты не пришло и Мартов опять подался в сторону уйгура.

— Насколько я понял, — заговорил он, — уйгур название твоего народа, а как твоё имя? Ты его так и не назвал.

— Стел Вурд. Капитан второго транспортного корабля Вербаны. Кроса зовут Здор Крийч. Он навигатор.

— А сколько у Вербаны транспортных кораблей? — поинтересовался Мартов.

— Два.

— Н-да! Не густо. — Мартов негромко хмыкнул. — Почему же вы больше не построите?

— Трои технологию движителей не дают. Корпус построить не проблема.

— А сами движитель построить не можете?

— На своих движителях мы до Трои шли бы десятки тысяч лет. А на движителях Харты идём около двух лет.

— Так далеко Вербана от Трои? — в голосе Мартова послышалось большое удивление. — Неужели для вас так сложно разобраться в технологии строительства их движителей?

— Транспорта было три. Мы попытались разобраться в движителе одного из них. Он взорвался. Трои поняли это и жестоко наказали нас. Их невозможно провести.

— Какое же было наказание?

— Они уничтожили один из спутников Чистанской планетной системы, направив облако тёмной энергии на один из спутников третьей планеты Сторы, который имел атмосферу и воду и он теперь выглядит как чёрный безжизненный шар. Мы уже начали изучать его на предмет колонизации и теперь остались ни с чем — в голосе Вурда послышались явные нотки горести.

— Н-да! — Мартов покрутил головой. — Чтобы уничтожить спутник нужна колоссальная энергия. Это невозможно, управлять тёмной энергией! — едва ли не выкрикнул Мартов. — Это энергия внутреннего мира. Её невозможно обуздать.

— Нам неизвестно, что это за энергия. Это они называют её тёмной.

— Для троев энергия не проблема. Те цивилизации, которые отказываются сотрудничать с ними они уничтожают с помощью концентрированной тёмной энергии. От планет остаётся лишь обгорелая чёрная поверхность.

— Грустная история, — Мартов покрутил головой. — И много уже несогласных цивилизаций уничтожили свои?

— Я слышал о двух.

— Неужели несогласные цивилизации не могут создать свою галактическую империю, чтобы противостоять троям, — возмутился Мартов. — Несколько цивилизаций «Млечного пути» объединились в Федерацию с равными у всех цивилизаций правами и теперь они представляют собой мощную галактическую структуру, способную противостоять любой цивилизации, вознамерившейся вторгнутся в сектора Объединённой Федерации с войной. Мы уже не раз доказывали это, — с явным восторгом произнёс Мартов последнюю фразу.

— Ещё нет и ста лет, как мы вошли в Галактическую Харту и не всё о ней знаем, а об её далёких мирах, практически, ничего, — раздался шум выходящего воздуха и Мартов впервые осознал, что уйгур может так же шумно дышать, как и он.

— А численность населения Вербаны большая? — поинтересовался Мартов.

— Около трёх миллиардов?

— А всей Харты?

— Насколько я знаю: около ста миллиардов.

— И сколько же троев из этих ста миллиардов?

— От одного до десяти миллионов. Точнее узнай у них.

— Н-да! Такой малый народ держит в страхе всю галактику. Невесело у вас живётся.

Мартов выпрямился и повернул голову в сторону Трутты — зевса спала. Он опять подался к Вурду.

— Ты говорил о каком-то наказании, которое вам устроили трои. Что это было? — поинтересовался землянин.

— Зачем это тебе? Ты думаешь и до вас они доберутся? — в голосе уйгура послышались нотки иронии.

— Они уже добрались. Со слов троев, их предки уже очень давно ушли в мою галактику. Правда они оттуда не вернулись. Но теперь найден их портал между нашими галактиками и от этих троев можно ожидать чего угодно.

— Когда трои нашли нас, то предложили свои условия вхождения вербанской цивилизации в Галактическую Харту. Мы не согласились. Тогда они продемонстрировали, что с нами произойдёт, если не согласимся. На Вербане была очень мощная эпидемия, которая за год унесла около двух миллиардов жизней. Вся планета была устлана трупами. Все попытки наших учёных создать какое-либо средство, чтобы противостоять ей не увенчались успехом. Люди сгорали буквально за сутки. Болезнь назвали «чёрный мем», так как мозг человека чернел и высыхал в песок. Она неизвестно откуда пришла к нам. У нас есть все основания утверждать, что вирус эпидемии на Вербану был доставлен и распылён в атмосфере трастами по приказу троев и когда трои посчитали, что население Вербаны уже не сможет противостать их экспансии, то доставили на планету вакцину, распылили её в атмосфере и вирус полностью погиб всего лишь за несколько суток. Население Вербаны было в страхе и безоговорочно приняло условия троев по вхождению в Галактическую Харту. Страх ещё до сих пор живёт в наших сердцах, — с явной грустью завершил свой монолог Стел Вурд.

— Невесело! — Максим Мартов покрутил головой. — неужели ваши учёные не смогли распознать вирус?

— Нет! — Вурд покрутил головой. — Расскажи о своей Федерации? Как вы объединились? Сколько цивилизаций в ней? Кто главный и как вы противостоите внешним угрозам?

— Объединённая Федерация существует несколько тысяч лет. Хотя это недолгое время по времени галактики, но мы смогли много достичь, — начал рассказывать Мартов. — Изначально в Федерации было всего лишь три галактические расы: земляне, весты, и торпы, которые нашли друг друга на просторах галактики. Хотя торпы были подконтрольны вестам и в большой степени зависели от них. Цивилизации землян и вестов к тому времени уже были одним народом в своих планетных системах, научились строить космические корабли, которые перемещались по пространству быстрее скорости света и имели в своём арсенале очень эффективное оружие, способное отражать внешние угрозы. Но как иногда бывает, через какое-то время дружба цивилизаций сменилась враждой и между цивилизациями землян и вестов даже был военный конфликт, в котором победителей не было. Но всё же через некоторое время цивилизации опять подружились, но уже не так крепко, как прежде, но всё же многие земляне и весты начали создавать совместные семьи и так возникла новая галактическая раса — зевсы. Рядом со мной и есть тот самый зевс, вернее — зевса. Была выбрана центральная планета Объединённой Федерации, которая таковой остаётся и сейчас. Затем была найдена цивилизация дворов. Хотя у дворов амбиций хоть отбавляй, но всё же они присоединились к Федерации. Затем в Объединённую Федерацию вошли сарматы и зенны — очень продвинутые цивилизация, хотя и немногочисленные. Зенны являются носителями очень мощного психотронного поля и им даже запрещено им пользоваться на других планетах Объединённой Федерации, кроме своей. Но их очень мало и они живут, практически, своей жизнью, не вмешиваясь в дела Федерации. Затем в Объединённую Федерацию вошла цивилизация кроенов. Все цивилизации в Объединённой Федерации имеют равные права и возможности и никто не запрещает им развиваться самостоятельно. Центральным административным органом Федерации является Регат, который помогает цивилизациям в их развитии и стоит на их защите. Если же какая-то цивилизация совершает какой-то технологический прорыв, то он становится достоянием всех цивилизаций. Если же цивилизация не хочет делиться с другими цивилизациями своими достижениями, то не получает в ответ и достижения других цивилизаций. Известно, что когда-то давно у Объединённой Федерации был конфликт с какой-то высокоразвитой цивилизацией галактики. Военного противостояния не произошло, так как та высокоразвитая цивилизация не решилась вступить в военный конфликт с Объединённой Федерацией, посчитав её достойным противником. Изначальным условием прогрессивного развития землян послужило объединение всех народов Земли в одну общность — земляне, а уже затем начали развиваться и прогрессивные технологии, которые позволили землянам найти другие галактические цивилизации и войти с ними в контакт. Сообща ведь всегда легче достичь чего-то значимого.

Закончив монолог, Мартов умолк. В салоне воцарилось тишина.

— Насколько я понимаю на Вербане сейчас живёт несколько народов и они не совсем дружественны? — нарушил молчание Мартов.

— Когда-то на Вербане насчитывалось более трёхсот народов, живущих на трёх материках, — неторопливо заговорил Вурд, будто подбирая такие слова, чтобы не сказать что-то лишнее. — Постепенно народы одного материка объединялись и сейчас на планете двадцать три народа, живущих на разных материках, но народы одного материка развиваются отдельно от народов других материков и неохотно делятся друг с другом своими технологиями, — уйгур шумно выдохнул.

— Возможно от этого у вас и большие проблемы с развитием цивилизации. Разобщённые расы легче покорить, чем единую общность цивилизации. Хотя, земляне тоже не сразу стали единой общностью. Для этого нам потребовалось около шестисот лет от начала объединения, до его завершения, — Мартов тоже глубоко вздохнул.

— А если цивилизация уйгуров попросит вас поделиться своими какими-то технологиями, например строительства быстрых движителей, мощного оружия — вы поделитесь? Мы тоже попытались бы создать свою федерацию и выйти из-под контроля троев или хотя бы иметь такие же права в Харте, как у и них, — произнёс Вурд после долгой паузы.

— А уйгуры большой народ? — поинтересовался Мартов.

— Уйгуры доминирующая раса на одном из материков. Прежде это были два разных народа: уйги и гуры. Потом они объединились и стали одним народом — уйгурами. На материке ещё живёт большой народ кросов, который дружествен уйгурам. Есть ещё два небольших, достаточно отсталых народа, но они живут своей жизнью. Отсталые в развитии народы, не признают почти никакого прогресса, но они неконфликтны и лояльны к нам.

— Я не решаю вопросы передачи кому-то каких-то технологий, — Мартов шумно вздохнул. — Но не исключаю, что Регат пойдёт вам навстречу и какими-то технологиями поделится. Но как вы попадёте в нашу галактику? Ведь галактикам «Асториана» и «Млечный путь» ещё несколько миллиардов лет до сближения.

— Через портал. Вы же как-то попали сюда. И мы так же попадём к вам, — резюмировал Вурд.

— В вашей галактике портал в нашу галактику, несомненно, контролируется троями и добраться до него очень сложно. Едва мы вышли из него, как тут же были ими схвачены. Я сомневаюсь, что вам удастся безнаказанно ходить между галактиками. Хотя, у нас есть поля скрытия, но насколько они будут эффективны против технологий троев я не знаю, — Мартов покрутил головой.

— Я хочу отправиться с вами в вашу галактику и познакомиться с вашей Федерацией, — вдруг заговорил Вурд, явно, возбуждённым голосом. — Уверен, вы сможете защитить меня своими полями и я останусь незамечен троями.

— Вначале нужно добраться до портала, — Мартов хмыкнул. — Для этого нужен корабль или хотя бы герметичный летательный аппарат способный долго находиться в пространстве.

— Этот флайбот может выходить в пространство. Энергии в его накопителе вполне достаточно, чтобы дойти до соседней планеты. Где портал?

Вурд ткнул пальцем во что-то в панели перед собой и перед лобовым стеклом повисла голограмма с изображением какого-то пространства. Мартов начал всматриваться в голограмму, но прошло достаточно долгое время, прежде, чем он начал ориентироваться в нём. Наконец он ткнул пальцем в голограмму и описал в ней небольшой круг.

— Где-то здесь. Карта очень мелкая, — задумчивым голосом заговорил он. — Точнее…

«Я чувствую стороннее излучение. Однозначно, летательный аппарат кто-то облучает», — вдруг вошли в мозг Мартова колючие мысли, присланные зевсой.

Землянин оглянулся, Трутта уже не спала, а сидела подняв голову, смотря в потолок салона, будто видела через его непрозрачную крышу. Мартов опять повернул голову в сторону уйгура.

— Стороннее облучение…

Он не успел договорить, как голограмма погасла и на панели под лобовым стеклом замигал красный терминал с какими-то знаками. Флайбот резко вильнул в сторону и буквально врезался в эстакаду. Двери летательного аппарата скользнули вверх и что-то чёрное, будто большая летающая мышь, метнулось прочь из салона и в тот же миг в свободную сторону флайбота ткнулся другой летательный аппарат, настолько резко прижимая флайбот к эстакаде, что сидящий со стороны эстакады Мартов не удержался и вывалился из флайбота на эстакаду. Над ним тут же мелькнула пара ярких сполохов, заставив его сжаться и замереть. Прошло несколько мгновений — никаких сполохов больше не было. Мартов рывком поднялся. Перед ним уже стояла пара трастов, направив на него своё оружие. Ещё одна пара трастов, вытаскивала из флайбота за руки Трутту. Насколько Мартов видел, соплеменник уйгура, его имя он забыл, оставался внутри флайбота, как-то покосившись сидя в кресле летательного аппарата. Самого уйгура в салоне флайбота не было.

Вдруг острая игла ткнулась Максиму Мартову в мозг, заставив его лицо исказиться гримасой боли. Он мотнул головой, будто намереваясь таким образом вытрясти иглу из головы — боль действительно исчезла и тут же он увидел, что наискось от него стоит трой, в своей белой одежде. Его, прежде большие чёрные глаза, теперь буквально горели красным цветом. Мартов внутренне сжался. Был ли это Йойл, видимо от напряжения землянин вспомнил его имя, или какой-то другой трой, Мартов навряд ли бы смог определить, но кровавый цвет глаз троя однозначно показывал его плохое настроение.

«Вы нарушили закон гостеприимства, — потекли Мартову напрямую в мозг колючие слова. — Вы скооперировались с представителями одной из низших рас Галактической Харты, уничтожили сопровождавших вас трастов и пытались сбежать. Вы заслуживаете смерти. Но мы верны закону гостеприимства и потому не намерены предать вас смерти безо всяких условий. Мы предлагаем вам принять участие в нашей игре, которая называется «Формула смерти». Выживите, ваша смерть будет заменена другим, более мягким наказанием. А если победите в этой игре — будете портированы в свою галактику тоже без всяких условий. Несомненно, когда Галактическая Харта узнает, что в «Формуле смерти» будут участвовать представители из другой галактики, интерес к ней будет колоссален», — последняя фраза настолько сильно кольнула мозг Мартова, что он невольно сжался.

Прошло несколько мгновений, прежде чем боль из мозга землянина ушла и он выпрямился.

— Что это за игра? — Мартов поднял брови. — Если в ней есть слово смерть, значит выжить в ней, практически, невозможно.

«Гонка на летательных аппаратах по астероидному кольцу со стрельбой. Вы примете участие в гонке на том летательном аппарате, на котором пришли в «Асториану». Кто из вас будет пилот, а кто навигатор, решите сами. До гонки ещё четверо суток и у вас будет время выучить правила игры», — эти пришедшие Мартову напрямую в мозг мысли были уже почти не колючи, будто трой решил смилостивиться над землянином и дать ему умереть не здесь и сейчас, а в какой-то смертельной игре.

Мартов приоткрыл рот, чтобы высказать свои возражения.

«Никаких возражений! Или «Формула смерти» или просто — смерть», — тут же вошла в мозг землянина настолько колючая фраза, что его лицо исказилось невольной гримасой боли.

В тот же миг два траста шагнули к Мартову и взяв его под руки, так резко дёрнули в сторону, что он не устоял и повис на их руках. Не обращая внимание на повисшего у них на руках землянина, трасты его куда-то поволокли. Два других траста следом, так же, волокли Трутту.

Подтащив Мартова и Трутту к большому чёрному летательному аппарату, который стоял позади флайбота, трасты, буквально, вбросили их в салон и сели туда же сами. Дверной проём летательного аппарата исчез непонятным Мартову способом и летательный аппарат резко скользнув в сторону от эстакады, так же резко скользнул вверх и быстро набирая скорость, направился неизвестно куда.

Мартов закрутил головой по стёклам салона, пытаясь сориентироваться, но вдруг какая-то сладкая истома вошла ему в мозг и он провалился в пустоту.

4

Максим Мартов открыл глаза. Он сидел откинувшись в кресле в каком-то сумеречном помещении. В голове неприятно шумело, но вполне терпимо. Выпрямившись, он покрутил головой: неподалёку стояло ещё одно кресло в котором сидела Марчела Трутт, определённо уставившись в него своими большими тёмными глазами.

«Где мы?» — сгенерировал Мартов мысленный вопрос, направляя его в адрес зевсы.

«Не знаю! — вошла в мозг Мартова колючая мысль и Трутта при этом мотнула головой. — Можешь говорить. Кроме нас здесь никого нет».

— Я вырубился и куда нас привезли не видел — Мартов медленно покрутил головой.

«Что толку от того, что я видела почти весь наш путь, — губы Трутты вытянулись в широкой усмешке. — Однозначно, мы где-то под поверхностью какой-то планеты. К тому же, нас ещё раз подвергли молекулярному анализу».

— Сволочи! Сколько я был в отключке?

«Около шестнадцати стандартных часов».

— Проклятье! — Мартов откинулся в кресле и закрутил головой осматриваясь.

Зал, в котором они находились, был небольшим и больше напоминал казарму из его начальной службы в космическом флоте Земной Федерации. Из мебели в зале были лишь стол и два грубых кресла, в которых они сидели. Стены зала были однотонного серого цвета, придавая ему давящий унылый вид. Пол был тёмным, скорее всего тоже серым, но по цвету заметно темнее стен. Ни окон ни дверей в зале не было. На столе стояло какое-то полусферическое устройство, непонятного назначения. Мартову вдруг захотелось пить. Он приподнял рукав на руке, где отображался уровень жизни — его не было.

— Сволочи! Удалили! Видимо кормить нас они не намерены, — заговорил он грубым голосом, поворачивая голову в сторону зевсы. — Хотя бы напиться дали. Четверо суток до гонки смерти без воды я могу не прожить. Что это на столе? Может через него можно с ними общаться? Здесь, ни окон, ни дверей.

«Возможно!» — больно кольнула мозг Мартова пришедшая мысль.

— Помягче своими мыслями, — Мартов поморщился.

«Не могу! — голова Трутты покрутилась. — Ещё один такой анализ я не выдержу. Я уже с трудом контролирую себя».

Мартов поднялся и шагнув к столу, вытянул руку в сторону лежащей на нём полусферы и тут же отдёрнул её, так как над столом появилось объёмное зеленоватое поле, похожее на голограмму. Внутри голограммы был трой.

— Дайте нам пить иначе мы не доживём до вашей «Формулы смерти». Сдохнем раньше, — стараясь придать голосу как можно большую грубость, произнёс Мартов.

— Мы заинтересованы, чтобы вы дожили до состязания, — раздался в пространстве зала непонятно чей голос, так как губы троя в голограмме остались неподвижны. — Вы будете получать два раза в сутки все необходимые вам продукты. Рекомендую заняться изучением правил гонки, иначе вы и сотни метров не пройдёте. Голограф управляется мыслями твоего навигатора.

— Мы хотели бы познакомиться со своим летательным аппаратом и потренироваться в его управлении, — всё так же грубо продолжил говорить Мартов.

— Вам уже было доведено, что это будет тот самый летательный аппарат, на котором вы пришли в «Асториану». Насколько мы поняли, вы его называете лаггер. Пусть вами он так и называется, хотя мы называем его по другому. Ты его займёшь за десять часов до старта и сможешь пройти по астероидному кольцу по пути гонки. Можешь считать это актом снисхождения к тебе, так как у других участников гонки такой возможности не будет, — прозвучал всё тот же голос ниоткуда и едва он закончил звучать, как трой из голограммы исчез, хотя сама голограмма продолжила висеть над столом.

— Вызови это чёртово астероидное кольцо, — продолжая грубить, произнёс Мартов поворачивая голову в сторону Трутты. — Видимо они сами решили, кто из нас будет пилот, кто — навигатор.

«Я не против. Пилот сейчас из меня никакой, — по лицу зевсы скользнула тень непонятной гримасы. — Смотри!» — вошли Мартову напрямую в мозг колючие мысль.

Мартов опять повернул голову в сторону стола — в голограмме уже отображались яркая жёлтая звезда, планета в синем обрамлении атмосферы и неподалёку от неё астероидное кольцо, простирающееся за планетой по орбите вокруг звезды.

— Насколько я понимаю, — заговорил Мартов, прищурившись от яркого света звезды, — астероидное кольцо занимает орбиту после второй от звезды планеты. Это местная планетная система или какая-то другая?

«Не знаю! — Трутта мотнула головой. — Об этом система ничего не говорит. Какая тебе разница: в этой планетной системе умереть или в другой?»

— Большая! — Мартов вытянул губы в широкой усмешке. — На эту у меня есть план, на другую может и не быть. Убери эту чёртову звезду. Слепит!

Прошло несколько мгновений и звезда над столом заметно потускнела, но совсем не исчезла. Более тусклым стало и астероидное кольцо.

— Я просил погасить звезду, а не астероидное кольцо, — воскликнул Мартов.

«Не могу! Гаснет всё изображение», — вошли Мартову в мозг колючие мысли.

— Тогда, хотя бы увеличь астероидной кольцо, чтобы можно было увидеть его астероиды. А ещё лучше, увеличь его до размеров этого зала, чтобы я мог пройтись по нему и рассмотреть его астероиды со всех сторон, — Мартов широко расставил руки.

Голограмма над столом погасла и в тот же миг Мартов увидел, как от стены в сторону стола идут два траста, неся в руках по подносу. Подойдя к столу они поставили на него подносы и развернувшись, пошли прочь. Едва первому из них до стены остался шаг, как в стене появился дверной проём и едва второй траст прошёл через него, как проём исчез.

Мартов бросился к той части стены, где был проём, но сколько ни трогал стену, сколько ни стучал по ней, дверной проём так и не появился. Полный негодования он вернулся к столу — зевса уже подвинула своё кресло к столу и ела содержимое тарелок, которые стояли на подносе перед ней.

— Такое впечатление, что тебе всё равно, что с тобой происходит, — с явной злостью в голосе произнёс Мартов.

«Здесь, взаперти, мы бессильны. Ешь!» — больно кольнули мозг землянина пришедшие мысли.

Громко хмыкнув, Мартов пододвинул к столу своё кресло и усевшись, тоже принялся за еду.

* * *

Четверо суток для Максима Мартова и Марчелы Трутт пролетели будто один день. Землянин и зевса всё это время вникали в подробности предстоящей гонки, изучая, как её правила, так и трассу «Формулы смерти». Гонка, действительно, была смертельной, на которой постоянно гибли пилоты, так как в ней было разрешено применение оружия. Правда излучатели тяжёлых элементарных частиц и аннигиляторы были запрещены, а ракеты лёгких и средних классов и лазеры любых мощностей в арсеналах летательных аппаратов разрешалось иметь в любом количестве, столько, сколько мог донести на себе летательный аппарат.

Гонка шла по астероидному кольцу, которое простиралось за орбитой второй планеты местной планетной системы и вся она транслировалась по голографическим каналам на все обитаемые планеты Галактической Харты. В гонке участвовало сорок летательных аппаратов. И насколько удалось выяснить Трутте, так как информацию из местного глобального информатория добывала лишь она, до финиша обычно добиралось не более десяти из них, а были и такие гонки, что к финишу приходил лишь один победитель. В основном в «Формуле смерти» участвовали трасты, но были и люди из различных цивилизаций Харты, считавшие себя асами пилотирования. И некоторые из них уже выигрывали по нескольку гонок.

Летательный аппарат для гонки, который назывался цербором, каждый пилот или его команда готовили сами, но в гонке участвовали лишь пилот и его навигатор, который находился не в летательном аппарате, принимающем участие в гонке, а где-то в стороне или обычно в другом летательном аппарате, уже флайботе, висящим над астероидным кольцом и оттуда доводя до сведения пилота информацию об участниках гонки: кто из них где находится, что делает и кого из них пилоту нужно опасаться.

Церборы должны были за шесть часов пройти примерно десятую часть астероидного кольца и финишировать в бокс под тем же номером, что и при старте. Победителем считался тот пилот, который первым пересекал килем своего цербора линию границы своего космического бокса, вход и выход которого мгновенно запирался защитным полем, чтобы устроители гонки могли проверить цербор на соответствие правилам гонки.

Церборы разрешалось оснащать любым оружием, кроме тяжёлых ракет, аннигилирующего и излучающего твёрдые силовые потоки частиц. Так же разрешалось оснащать гоночные болиды всевозможными защитными полями, кроме полей скрытия и устанавливать на них всевозможные системы контроля пространства. Системы контроля разрешалось задействовать сразу же после старта, а вооружение и системы защиты лишь через четверть местного часа после старта при движении с ограниченной скоростью. Стрельба так же запрещалось и когда до финишных боксов оставался примерно четверть часа хода, но скорость на финишном участке астероидного кольца не ограничивалась и потому здесь решающее значение имели уже движители гоночного болида и у кого они были мощнее, тот и мог прийти первым.

Так как лаггер к гонке готовили не Мартов с Труттой, то он, насколько установил Мартов, кроме одной стандартной лазерных турели, вторая была заблокирована, был загружен лишь двумя видами оружия, хотя одними из лучших, насколько удалось установить зевсе из глобального информатория: двадцатью самонаводящимися ракетами и универсальными энергетическими шарами.

Самонаводящаяся ракета, получив координаты цели могла её преследовать сколь угодно долго, пока, или не достигала её, или не уничтожалась пилотом преследуемого цербора. Энергетический шар представлял собой своего рода шаровую молнию, генерируемую специальным энергогенератором. Его эффективность была очень велика, но она проявлялась лишь на прямой видимости противника и если на пути энергошара, вдруг появлялся объект, который заслонял собой противника, то поражался этот объект, а не противник.

Почему в лаггер было загружено лишь двадцать самонаводящихся ракет, хотя по правилам гонки, летательный аппарат мог иметь сколько угодно, Мартову и Трутте осталось непонятно. Энергошаров лаггер мог генерировать столько, сколько ему позволяла его энергосистема, но насколько удалось выяснить, обычно, цербор их генерировал не более полусотни, так как генератор шаров был очень прожорлив и энергосистема летательного аппарата быстро расходовала свои запасы вещества массы и переставала работать, делая цербор прекрасной мишенью для противника. Устанавливать на цербор очень мощную энергосистему решались не многие пилоты, так как заметно увеличивались габариты болидов и они становились более доступной мишенью для противника.

Как ещё установила Марчела: для противодействия атакам противника лаггер был оснащён системой активного защитного поля и быстрыми противоракетами двух типов — с адаптивной системой опознавания ложных целей и без системы такой адаптации. Таких противоракет тоже было двадцать: по десять разных типов.

Противоракеты работали лишь на прямой видимости противодействия атакующих средств, а защитное поле в большей степени защищало от энергетического оружия и терминаторов — специальных мин идущих по тепловому следу движителя летательного аппарата, тогда как быстрые самонаводящиеся ракеты, в большинстве своём, протыкали это защитное поле, нанося повреждения корпусу болида различной степени тяжести.

Для контроля гонки вдоль всей трассы были установлены голокамеры сопряжённые с телескопами и потому, как устроители гонки, так и зрители могли наблюдать «Формулу смерти» на своих голоэкранах в мельчайших подробностях. Так же для зрителей организовывались передвижные наблюдательные космические лайнеры, которые шли вдоль астероидного кольца, на борту которых тоже имелись специальные средства, которые позволяли зрителям наблюдать за гонкой в непосредственной близости от неё. Но по правилам безопасности, наблюдательные лайнеры, не могли заходить в астероидное кольцо, а скользили лишь рядом с ним или над ним.

Так же синхронно с астероидным кольцом вращались специальные голографические баннеры, которые разрешали или запрещали пилотам, участвующим в гонке, те или иные действия или маневры на определённых участках астероидного кольца. Навигаторы всех команд имели защищённую линию связи со своими пилотами, по которой сообщали им ход гонки и обменивались с пилотом о возникающих проблемах в болиде. Противники не имели доступа к информации идущей по защищённой линии связи. Но идущая по этой линии связи информация была доступна и устроителям гонки и зрителям и если устроители могли вклиниваться в обмен информацией между пилотом и навигатором, чтобы доводить до них какие-то сведения по течению гонки или озвучивать допущенные нарушения, то у зрителей такой возможности не было и получаемую информацию они могли использовать лишь для своей игры в глобальном тотализаторе.

Для решения возникающих лёгких проблем с гоночным болидом, вдоль астероидного кольца в трёх его местах устанавливались, так называемые, «отстойники», где техники устроителей гонки могли попытаться устранить возникшую проблему с цербором, но дооснащать болид каким-либо оружием или какими-то боевыми комплектующими, кроме тоника для пилота — запрещалось и насколько понял Мартов, если возникла проблема, а все «отстойники», мимо которых шёл летательный аппарат были заняты, то останавливаться не рекомендовалось и никакой помощи не предоставлялось — или продолжай гонку с проблемой, или выходи из неё ни с чем.

После знакомства с правилами гонки, которых, в принципе, было не так уж много, Мартов понял, почему трои назначили его пилотом, а Трутту навигатором — зевса понимала язык, на котором доводилась до участников гонки информация устроителей «Формулы смерти». Собственно, устроителями гонки были трои. Максиму Мартову же оставалось лишь надеяться, что он сможет как-то мысленно общаться с зевсой даже на большом расстоянии.

Мартов все эти дни ходил по залу, в котором висела голограмма астероидного кольца в его реальном времени и изучал астероиды кольца. Его стартовое место в гонке трои довели, ему ещё в первый день их заточения — оно было восьмым. Как был вооружён лаггер, на котором ему предстояло выступать он знал и потому сосредоточился на изучении астероидного кольца. Путь участника гонки строго соблюдался лишь во время старта, а затем можно было метаться по всему астероидному кольцу, насколько у пилота хватало профессионализма и познаний астероидного кольца.

За шесть местных часов гонки пройти нужно было примерно десятую часть астероидного кольца, но какую его часть, чтобы усложнить гонку для пилотов и подогреть интерес для зрителей, устроители обычно сообщали за несколько часов до гонки. Так как никаких зрителей вокруг астероидного кольца не было, за исключением, тех, что перемещались вдоль астероидного кольца в космических лайнерах, то гонка транслировалась на все обитаемые планеты Галактической Хартии. У гонки был глобальный тотализатор, где страсти кипели ничуть не хуже, чем в самой гонке.

Так как, где гонка примет старт Мартов не знал, то кругами ходил по залу в голограмме астероидного кольца, внимательно изучая астероиды. Собственно, его интересовали лишь крупные астероиды, за которыми можно было надёжно спрятать лаггер, который был заметно больше по размерам цербора и переждать могущую быть угрозу от местных профессионалов.

Астероидное кольцо было не мощным: насколько удалось установить, около сорока тысяч земных метров шириной и около трёх тысяч метров толщиной, видимо это был или несостоявшийся или когда-то разрушенный спутник второй планеты. В основном астероидное кольцо состояло из мелких и средних астероидов. Крупных астероидов было немного, но в той части трассы, в которой предстояло идти Мартову их вдруг оказалось достаточно много, по сравнению с другими частями астероидного кольца, видимо сказывалось притяжение планеты, за которой шло астероидное кольцо. Но так как астероиды по кольцу двигались не слишком быстро, по сравнению со скоростью, которую имел цербор, то засиживаться за ними, прячась от соперников можно было лишь некоторое время, укрываясь от каких-то атак участников гонки, иначе можно было настолько отстать, что ни о какой победе можно было и не думать.

Изначально Мартов намеревался сразу же уйти в отрыв от церборов, так как был уверен, что лаггер быстрее их, но когда познакомился с вооружением церборов, своё намерение изменил, так как быстрые самонаводящиеся ракеты были гораздо быстрее лаггера и непременно настигли бы его и уничтожили, если бы он вырвался вперёд. И потому, предстояло играть в гонке по-настоящему. К тому же, пилоты церборов получали большое вознаграждение за каждый уничтоженный болид противника, достаточно большой процент от ставок в тотализаторе на уничтоженного болида и если пилот уничтожал несколько болидов, то вознаграждение могло быть ничуть не меньше, чем у победителя, если конечно, он сам оставался жив.

Так как астероидное кольцо транслировалось в зал в своём реальном времени, то Мартов, блуждая в нём, пытался выстроить свой путь, намечая, от какого к какому астероиду нужно будет перемещаться, чтобы оставаться как можно больше времени невидимым для систем контроля пространства летательных аппаратов соперников.

Трутта же, изучая информацию глобального информатория Галактической Харты, пыталась найти информацию о соперниках Максима Мартова, которые будут принимать участие в предстоящей «Формуле смерти». Так как трои изрядно вычистили её информационное поле, то она без труда запоминала большое количество информации, как о правилах гонки, так и об её участниках, периодически какую-то из этой информации мысленно доводя до сведения Мартова.

Благодаря глобальному информаторию, Трутте удалось сориентироваться во времени Галактической Харты, о котором она периодически оповещала Мартова и они с тревогой ожидали, наступления последнего дня, который, как им казалось приближался столь стремительно, что они почти ничего не успевали узнать о предстоящей гонке.

В принципе, так и произошло: астероидное кольцо в зале их заточения вдруг исчезло и они увидели в появившемся дверном проёме троя. Был ли это всё тот же трой, Мартов и Трутта могли лишь гадать.

— Мы выполняем своё обещание, — раздался в тиши серого зала голос говоривший на языке землян, хотя губы троя оставались неподвижны, — и предоставляем вам возможность пройти по пути гонки в тестовом режиме. Отказываться не советую, иначе вы в реальной гонке не пройдёте и нескольких сотен метров.

— Мы согласны! — буквально выкрикнул Мартов.

— Следуйте за мной, — опять раздался в сером зале тот же голос и невообразимым образом развернувшись в дверном проёме, трой заскользил прочь.

Шагнув к зевсе и схватив её за рукав куртки, Мартов потащил Марчелу Трутт за собой.

* * *

Шли они долго, по каким-то тёмным и светлым коридорам едва успевая за троем, прежде, чем тот остановился перед стеной, в которой тут же образовался дверной проём. Трой скользнул в него и боясь, что проём закроется, Мартов и Трутта бросились вслед за троем. Несомненно, это был лифт, но скользил он столь необычно, что никакого движения не чувствовалось и лишь благодаря тому, что у Мартова за годы его службы в космическом флоте выработалось чувство ощущения движения, находясь в закрытом пространстве, он чувствовал, что лифт долго скользит вверх. И тогда выходило, что трои, действительно, держали их где-то под поверхностью своей планеты. Трой молчал. Молчал и Мартов, с тревогой ожидая дальнейших развитий событий.

Наконец лифт остановился. Это Мартов понял быстрее, чем появился дверной проём, в который тут же скользнул трой. Максим Мартов, схватив Марчелу за рукав, бросился за ним.

Теперь они шли недолго и совсем скоро очутились около ещё одной стены, в которой тоже возник проём, пройдя через который они оказались перед какой-то достаточно большой площадкой, посреди которой стоял лаггер, над которым висела пара странных летательных аппаратов, похожих на лезвие кинжала, но заметно меньших размеров тех кинжалоподобных кораблей, которые Мартову уже удалось видеть, хотя и издалека.

— Ваш летательный аппарат в вашем распоряжении, — потекли Мартову напрямую в мозг колючие слова. — До начала «Формулы смерти» десять часов. Этого времени вполне достаточно, чтобы дойти до астероидного кольца, познакомиться с трассой, пройти её и вернуться к месту старта. Не успеете — останетесь навсегда в том зале, откуда сюда пришли. Вы не изменили предложенное распределение своего амплуа в гонке?

— Нет! — Мартов мотнул головой.

— Тогда, она со мной, ты в лаггер. Время пошло, — трой развернулся и скользнул в проём.

— За ним! Не отставай!

Мартов с силой толкнул зевсу в сторону дверного проёма, а сам побежал к летательному аппарату.

Так как с памятью у Мартова было всё впорядке, то он без труда оторвал лаггер от площадки и покрутив его, увидел, что один из кинжальных летательных аппаратов куда-то уходит и поняв, что нужно идти за ним, направил лаггер ему вслед. Скорее всего площадка, на которой стоял лаггер находилась где-то на крыше очень высокого здания города, так как, насколько Мартов смог осмотреться, здания города внизу виднелись очень маленькими. Но насколько он видел — это был совсем другой город, небольшой, так как просматривались его границы. Возможно это была и другая планета, так как большой оранжевый круг местного солнца просматривался достаточно отчётливо, чего прежде над Троей он не видел.

Изначально кинжальный летательный аппарат шёл очень быстро и вскоре скрылся из вида. Мартов вызвал пространственный голоэкран, но на нём никакого летательного аппарата не отображалось. Землянин покрутил головой, осматриваясь в стекло кокпита — второй кинжальный корабль шёл следом за лаггером. Отправив в адрес экипажа ушедшего корабля нелестный эпитет, Мартов направил лаггер по предполагаемому пути следования ушедшего корабля, надеясь, что тот идёт по кратчайшему пути к астероидному кольцу, никуда не сворачивая.

Так и произошло. Через какое-то долгое время появились первые астероиды, которые быстро скользили перед носом лаггера. Кинжального корабля, ушедшего вперёд, нигде видно не было. Мартов оглянулся — исчез и второй кинжальный корабль. У землянина неприятно защемило сердце.

«Старт должен идти из боксов, — замелькали у него мысли озабоченности. — Нужно непременно найти их и начать изучать астероидное кольцо. Странные метаморфозы Природы Мироздания: на Земле ведь тоже проводятся гонки, только авто и боксы, где команды готовят свои авто к гонке тоже так же называются. Как-то не слишком разнообразна Природа Мироздания на выдумки. Химические элементы везде одни и те же; физические законы едины для всех; и даже цивилизации похожи. Интересно, а уйгуру удалось скрыться или трои нашли его? Может быть Марчела сможет это как-то выяснить из глобального информатория? — Мартов вдруг вздрогнул от пролетевшего мимо носа лаггера астероида. — Проклятье! Что-то я увлёкся. Так и сдохнуть ещё до гонки немудрено. Нужно попытаться как-то связаться с Марчелой. Угораздило же вляпаться», — он невольно покрутил головой и в так его действию лаггер несколько раз вильнул.

«Марчела! Ты слышишь меня?» — отправил Максим Мартов мысли в никуда.

— Слышу, — вдруг услышал он громкое слово на универсальном языке Объединённой Федерации, будто пришедшее отовсюду.

— Ты можешь разговаривать? Превосходно! Хотя бы голова у меня не будет болеть от твоих колючих мыслей. — Мартов широко улыбнулся.

— Я не могу разговаривать. Видимо трои подключили к моей голове какой-то транслятор, который переводит мои мысли в слова. Хотя никакого дискомфорта я не чувствую.

— Ты видишь лаггер? Он далеко от стартовых боксов?» — поинтересовался Мартов.

— Передо мной большой голоэкран. Ты отображаешься зелёной вытянутой кляксой среди чёрных пятен астероидов. Боксы слева от тебя на расстоянии около десяти тысяч метров. Твой рейтинг в тотализаторе невысок. Ты в нём один из последних из участников в гонке, — получил он пространный ответ.

— Они ещё пожалеют об этом. — Мартов громко хмыкнул. — А ещё кто-то есть в астероидном кольце? — поинтересовался землянин.

— Я вижу несколько красных клякс, но никаких их характеристических показателей не отображается, — получил он ответ.

— Они идут по астероидному кольцу?

— Да!

— Странно! Трой говорил, что это лишь нам подарок. Видимо с искренностью у них проблема. Ну, да, лишь бы не мешали, — резюмировал Мартов и отклонил тур в сторону, направляя лаггер в обозначенном зевсой направлении.

Вскоре он увидел длинный ряд неярких огней и подведя к ним летательный аппарат понял, что это и есть боксы.

Насколько Мартов понял, боксы были отгорожены друг от друга непрозрачными перегородками, тогда как впереди перегородок не было. Над боксами горели какие-то знаки, непонятно, что обозначавшие. Максим Мартов цифры письменности троев, смог выучить, но это были совсем другие знаки и потому прочитать их он не смог. Тогда он, просто-напросто, отсчитал восьмой бокс от края к внутренней стороне астероидного кольца, но едва подвёл лаггер к его входу, как по носу летательного аппарата заскользили белые змейки и кабина наполнилась неприятным жужжанием. Однозначно, бокс был закрыт каким-то силовым полем. Развернув лаггер, Мартов направил его по астероидному кольцу.

* * *

Боксы тоже скользили в астероидном поясе с той же скоростью, с какой шли в нём и астероиды. На достаточно долгом расстоянии от боксов астероидов не было и у Мартова появилась мысль полная досады, что трои специально поставили его на этот край астероидного кольца, где нет крупных астероидов, укрыться ему негде и потому он станет отличной мишенью для местных пилотов. Он пытался вспомнить астероидное кольцо, которое висело в зале их заточения и наконец вспомнил этот его участок. Несомненно, его нужно было пройти очень быстро, так как крупные астероиды начинались дальше и дальше их было даже много. С Марчелой он пока не связывался, молчала и она сама.

Поняв, на каком участке астероидного кольца он находится, Мартов более-менее успокоился и принялся внимательно изучать реальную трассу, постоянно сравнивая её с виртуальной из своего заточения. Расхождения постоянно находились, но лишь относительно мелких астероидов, крупные находились на тех же местах, которые он и помнил.

Начали приходить и подсказки от Марчелы. Зевса сообщала Мартову о баннерах, которые периодически появлялись по пути следования лаггера, объясняя их предназначение, что изрядно удивляло землянина, так как никаких баннеров в виртуальном астероидном кольце зала заточения не было. Мартов оказался изрядно озадачен.

Чтобы пройти трассу участка астероидного кольца, Мартову хватило четырёх местных часов, о которых ему периодически сообщала Марчела. На финише были точно такие же боксы, как и на старте и по правилам нужно было непременно войти в свой бокс. Но как и на старте, на финише бокс тоже оказался защищён и развернув лаггер перед ним, Мартов вывел летательный аппарат из астероидного кольца и на максимальной скорости направил его к старту.

Когда он подошёл к стартовым боксам, то был изрядно удивлён достаточно интенсивным движением вокруг них: силовые завесы с проёмов боксов были сняты и пилоты уже занимали свои стартовые боксы. Занял свой бокс и он и тут же увидел, как в выходном проёме заиграла вуаль защиты. Организаторы гонки были предусмотрительны.

Выпив пару баночек местного тоника, Мартов стал дожидаться старта, пытаясь мысленно, опять и опять пройти путь, по которому только что шел, совершенно забыв о своём навигаторе. Марчела сама вышла с ним на связь.

* * *

— Слушай внимательно! — зазвучал в пространстве кабины лаггера голос зевсы. — Мне удалось купить некоторую информацию у других навигаторов о самых крутых пилотах этой гонки. Обошлась она недёшево. Вернёшь из своего кармана, вернее со своей руки после гонки. Шучу! Но такое впечатление, что я нахожусь у дворов, у которых всё продаётся.

— Говори! — Мартов кивнул головой, будто Марчела видела его, хотя, возможно и действительно видела.

— Ты уже знаешь, что летательные аппараты, на которых местные пилоты проводят гонку называются церборы.

— Знаю! Странное название, — Мартов хмыкнул. — На языке дворов, насколько мне известно, оно означает — бык.

— Панель участников — четвёртый сенсор слева. Теперь о крутых пилотах, — продолжила говорить зевса.

— Слай Элм или чёрная ракета. — Чёрный цербор. Шатор из цивилизации шаторов. Первый номер. Победитель прошлой гонки. Я не знаю, что он делает со своими ракетами, но они становятся, практически, невидимы для системы пространственного контроля. Правда и их точность падает, но от этого не легче. Он пристраивается сзади и ждёт, когда ты пойдёшь на вираж при обходе астероида, и выпускает пару под днище, и ты вверх ногами. Пока вывернешься, все уже будут далеко впереди. Потому, если оказался перед ним: или жмись к нему вплотную; или выбрасывай помеху и мгновенно скрывайся за астероидом.

Максим Мартов ткнул пальцем в озвученный сенсор на пульте управления и перед ним тут же вспыхнула голограмма длинной панели участников «Формулы смерти», но кроме цифр номеров участников другая информация ему была недоступна, потому что знаков письменности троев он не знал.

— Мег Марр — большой мастер по терминаторам. Фразер из цивилизации фразеров. Откуда-то из окраин галактики. Но очень крутой. Пять побед. Второй номер. Тоже чёрный цербор, но с серым кругом на носу — стилизованным изображением терминатора. Ещё большая сволочь. Лепит на них что-то, что никакие пространственные сканеры на них не реагируют, никакие помехи не берут. Три-четыре терминатора словишь и на трассе тебе делать больше нечего. Хорошо, что больше двадцати терминаторов в гонку брать не разрешено. Но он, гад, дожидается, когда половина друг друга перекорёжит, тогда и начинает свою игру.

— Ан Гелла — настоящая змея. Третий номер. Эйгора из цивилизации троев. Три победы.

Максим Мартов скользил взглядом по панели в такт называемых Марчелой номеров участников гонки, пытаясь запомнить символы их имён и с характеристикой каждого нового пилота брови землянина высоко подпрыгивали, так как зевса характеризовала их не стесняясь в выражениях, чего за ней до сих пор Мартов не замечал.

— Цербор сомоинтегрируется под цвет астероидов. Мимо проскочишь и не заметишь. И получай заряд. Пять-шесть словил и электроника сдохла. Дальше, если только толкать. Шучу! Сидеть и не высовываться. Прежде она комплектовалась большими блистерами. Но они вроде бы теперь запрещены. Если это действительно так, даже не представляю, что выберет. Увидим! — в кабине лаггера раздался шумный вздох Марчелы.

— Мел Исса. Красный цербор. Тоже эйгора. Красива стерва. Настоящая змея. Тридцать восьмой номер в гонке, — Мартов беззвучно хмыкнул от нелестных эпитетов, которые без стеснения, будто профессионал, раздавала зевса местным пилотам. — Это и есть её основное оружие. Разбрасывает голограммы со своими позами. Засмотрелся — получай ракету. Уже две гонки взяла.

— Ври Ккер или убийца. Фразер. Чёрный цербор. Четвёртый номер. Многократный победитель и потому денег не счесть. Самые мощные и арсенал и броня и агрегат. Забит под завязку. Засёк — стань и умри. Другого совета для него нет. Стоячих бить не рекомендуется. Сразу получаешь десять штрафов.

— Мот Ранн или сверхсветовой. Эйгор. Под сороковым номером. Уже несколько раз был победителем. Самый быстрый цербор. Ослепительно белый. Берёт скоростью. Даже терминаторы не успевают реагировать. Никто не знает, что там у него за силовой агрегат, но цербор будто пришит к краю трассы, где минимум астероидов и максимум простора. Отчаянно рискует, чуть в сторону и с трассы долой и можешь двигать в ангар — будешь снят. Уже несколько раз такое с ним было, но риск оправдан, его цербор даже не каждая ракета догонит. Арсенал слабоват, но он ему и ни к чему. Ракета для него должна быть с большим упреждением. Иначе бесполезна. Да и не всякий бортовой вычислитель правильно рассчитает траекторию. Тут нужен под стать космическому. Если только с крейсера снять.

— Это самые крутые. Остальные уровнем ниже или вообще слабы. Далеко не пройдут. Но в основном они объекты для игры крутых. Двадцать шесть трастов, а остальные пилоты из других далёких цивилизаций. Когда их выбьют, тогда и начнётся настоящая игра. Хотя у некоторых слабых аппараты хорошего класса, скоростные и маневренные. Их оружие, в основном, автоматические пушки небольших калибров, но у некоторых на шарнирных турелях, бьют во все стороны и могут пробить защитное поле, так что будь внимателен. Но на трассе главное мозг и удача. Но если нет мозгов и удача не поможет. Хотя, твой рейтинг, непонятно почему, заметно вырос, — Марчела умолкла.

Подождав несколько мгновений и поняв, что навигатор сказала всё, что узнала о соперниках, Мартов погасил панель участников гонки и заговорил сам.

— Ты считаешь, что у меня нет мозгов, если отнесла меня к остальным? — в его голосе послышалась ирония.

— Мозги у тебя, возможно, есть, а вот опыта нет. Сколько раз трассу сейчас прошёл?

— Один! — Мартов негромко хмыкнул. — И не менее полутысячи в нашей тюрьме. Я хорошо помню все крупные астероиды по своему пути.

— Я узнала, что Ври Ккер не вылезает из астероидного кольца. Наверное уже все астероиды с завязанными глазами узнаёт. Какой перед ним и где следующий находится.

— Бестолковое дело их запоминать если часть их уничтожается в каждой гонке, часть раскалывается и образуются новые. Считаю бессмысленная трата памяти. Уж лучше учиться рационально выбирать маршрут.

— Научился?

— Относительно.

— Смотри не ошибись.

— Постараюсь!

Мартов поймал себя на мысли, что зевса, действительно, разговаривает с ним, как профессионал с незадачливым пилотом, будто она была навигатором уже не на одной «Формуле смерти». Насколько он помнил: прежде она такой деловой хватки не проявляла.

— И имей ввиду, — продолжил звучать в кабине лаггера твёрдый голос Марчелы Трутт. — Некоторые пилоты, умудряются наделять астероиды ловушками. В основном это мины, активируемые автоматически приблизившимся к астероиду металлическим цербором. Иногда это ракеты. Но мину гораздо легче спрятать в неровностях астероида. Это запрещено и организаторы перед гонкой обязательно сканируют астероидное кольцо на взрывчатку. Но современные технологии позволяют создавать очень хитроумные взрывчатки, которые остаются организаторами ненайденными.

— Принято! — Мартов механически кивнул головой.

— Всё! Красный загорелся. Скоро старт. Удачи! — Донёсся шумный вздох зевсы.

— К чёрту! — механически вырвалось у Мартова.

Его губы невольно вытянулись в усмешке от того, что зевса могла понять это выражение, как оскорбление в свой адрес. Но она промолчала.

Поёрзав несколько мгновений по креслу пилота, устраиваясь поудобнее, Мартов уставился в терминал над выходным проёмом бокса, который уже светился жёлтым цветом.

Прошло ещё несколько томительных мгновений и терминал вспыхнул зелёным цветом и в тот же миг силовая вуаль, натянутая на выходной проём исчезла, открывая чёрному блестящему лаггеру, управляемому землянином, путь в космическую гонку галактики «Асториана» — «Формула смерти».

5

Хотя Мартов ожидал это событие, но зелёный, разрешающий цвет старта, вспыхнул для него как-то неожиданно, что он замешкался и на несколько мгновений опоздал со стартом и когда его лаггер вынырнул из своего бокса, то землянин увидел лишь длинный ряд быстро удаляющихся огней от движителей болидов соперников. Двигать жёсткий акселератор до упора было бессмысленно из-за ограничений по скорости при старте.

Полный негодования, Мартов уставился в верхнюю часть кокпита, теперь уже не намереваясь пропустить первый разрешающий баннер в виде большой зелёной стрелы, снимающий ограничение по скорости, одновременно следя за огнями дюз движителей соперников и ему казалось, что соперники удаляются от него, хотя на плоском экране скорость его летательного аппарата отображалась на максимуме разрешённой на этом участке астероидного кольца, какой и должна была быть и у остальных участников гонки. Зная цифры местной письменности Максим Мартов теперь мог ориентироваться хотя бы в числовых значениях Галактической Харты.

Время шло, а баннера всё не было. У землянина уже появилась тревожная мысль, что он просмотрел баннер и его рука невольно тянулась к жёсткому акселератору с намерением двинуть его до упора и тут же до максимума отклонить тур управления, но видя в отдалении розовые огни дюз движителей других болидов, он опускал руку, мысленно отправляя в свой адрес нелестный эпитет, потому что пропустить баннер скорости на этом участке астероидного кольца было весьма сложно, так как стартовый участок трассы устроителями гонки выбирался на большом протяжении лишённым астероидов. Связаться с Марчелой он тоже не решался, боясь прослыть в её глазах полным профаном.

Наконец Мартов увидел вдали широкую зелёную полосу, быстро разрастающуюся в размерах. Глубоко и шумно вздохнув, он положил руку на жёсткий акселератор и дождавшись, когда зелёная полоса в виде длинной стрелы останется за спиной, двинул жёсткий акселератор от себя до упора, снимая его действие на ограничение скорости и тут же отклонил тур управления до максимума — его мгновенно вжало в спинку кресла, лицо, буквально, поползло назад к затылку, сердце забилось большими толчками, стало трудно дышать — антиграв цивилизации троев не справлялся с возникшими перегрузками. Но землянин был хорошо тренирован, как пилот космического корабля и потому его организм был привычен к таким экстремальным ситуациям.

Он был уверен, что лишь единицы пилотов, участвующих в этой гонке могли позволить себе столь стремительное ускорение и потому, почти все огни дюз движителей церборов начали быстро приближаться и совсем скоро, практически, все они остались позади и лишь, насколько видел Мартов, впереди просматривались четыре спаренных дюзы церборов и выходило, что впереди него были лишь четыре болида. Все церборы шли справа от него, под первыми номерами. К тому же, снятие ограничения на скорость разрешало пилотам церборов начинать маневрировать по всему астероидному кольцу, ища для себя наиболее приемлемое место, как для атаки, так и для защиты, чем тут же воспользовались соперники, идущие справа, начав расползаться по астероидному кольцу.

Мартов всмотрелся в характеристические показатели церборов, отображаемые на голоэкране рядом с ними: двое пилотов были из той группы, которую перед стартом ему описала Марчела, двух других пилотов он не знал, лишь зевса сообщила, что они, как и он, участвовали впервые в «Формуле смерти» и потому о себе ещё не заявили. Но то, что они оказались в одной группе с опытными пилотами, показывало, что их команды достаточно богатые, если могли купить первые, престижные, номера при старте.

Максим Мартов получил при старте восьмой номер и соответственно восьмой бокс. Этот номер считался у пилотов Галактической Харты несчастливым, по причине, что ещё ни один участник гонки, стартовавший под этим номером, не остался живым и потому никто из пилотов не хотел его брать и скорее поэтому он и достался пилоту чужой галактики. Но землянин, как профессиональный пилот, не считал этот номер несчастливым и потому оказался в ряду привилегированных пилотов, так как они стартовали в той части астероидного кольца, где было меньше всего мелких астероидов и много крупных, за которыми можно было надёжно прятаться от соперников и долго оставаться вне поля зрения их пространственных сканеров, поджидая, когда они окажутся в выгодной позиции для атаки и атаковать их из своего укрытия. Однако пристыковываться к астероиду запрещалось — пространственные сканеры летательных аппаратов наблюдателей это надёжно отслеживали и тут же, в зависимости от нарушения или дисквалифицировали пилота или штрафовали. Но идти рядом с астероидом можно было сколь угодно долго.

Мартов вызвал отображение пространства позади лаггера и тут же в голоэкране высветился ломаный ряд красных точек — идущие сзади болиды с каждым мгновением заметно отставали и никакой угрозы пока не представляли. Он опять вызвал на голоэкран отображение пространства впереди лаггера, оставив в нём лишь верхнюю полосу для отображения пространства позади летательного аппарата.

Чистое от астероидов пространство заканчивалось и в голоэкране пространственного сканера уже появились несколько крупных астероидов и значит скоро должен был появиться зелёный баннер с ракетой и предстояло снижение скорости, так как среди астероидов на большой скорости без света прожекторов идти было чрезвычайно рискованно. Конечно, можно было включить прожектора лаггера и не рисковать отчаянно, но тогда летательный аппарат становился прекрасно виден соперникам и расстрелять его им никакого труда не составляло.

Марчела молчала, так на данном этапе гонки подсказывать пилотам было запрещено и для обмена информацией нужно было ждать разрешающего баннера в виде волны.

Мартов бросал периодические взгляды, как в голоэкран, пытаясь выбрать для себя подходящий астероид, за которым можно было бы понадёжней спрятаться от возможной атаки позади идущих пилотов, так и на дюзы идущих впереди церборов, чтобы вовремя заметить их маневр и не оказаться с кем-то из них у одного и того же астероида, хотя преимущество в выборе астероидов, несомненно, было у впереди идущих пилотов.

Мартов ждал, кто первым из соперников, идущих впереди, начнёт маневр, у кого из них нервы окажутся самыми слабыми.

Наконец первым начал продольное смещение по астероидному кольцу самый правый цербор. Насколько землянин помнил — это был Слай Элм.

Максим Мартов тут же начал уделять больше внимания голоэкрану, пытаясь понять, какой астероид выберет соперник, так как он уже был не справа от него, а слева. После совсем недолгого наблюдения, Мартов понял, что Слай Элм направляет свой болид в сторону не одного, а группы из трёх астероидов. Решение с его стороны показалось Мартову весьма рискованным, но он тут же пришёл к мысли, что Слай Элм был опытным пилотом и знал, что делает.

Затем в сторону свернул ещё один цербор из лидирующей группы. Его вёл один из неизвестных Мартову пилотов, но всё же он попытался проследить за ним и к своему удивлению увидел, что он тоже направился к той же группе астероидов, что и Слай Элм.

Брови землянина выгнулись высокими дугами: или между этими двумя пилотами был сговор или же менее опытный пилот не понимал, что делал. Насколько землянин выучил правила «Формулы смерти», сговор между пилотами в некоторой степени допускался, но победитель всегда был один.

«Пора и мне, — всплыла у Мартова решительная мысль. — Иначе разберут все стоящие астероиды и придётся прятаться за чем попало».

Он принялся более внимательно скользить взглядом по голоэкрану и вскоре, как ему показалось, с левой стороны, ближе к центру наблюдался вполне приличный астероид немалого размера, к которому никто из лидеров ещё не шёл, а отставшим церборам до него было ещё далеко и теперь главное было успеть к нему раньше, чем появится разрешающий баннер открытия охоты на соперников. К его досаде, сбоку от этого астероида шла ещё пара астероидов меньшего размера и потому путь к выбранному астероиду получался извилистым и от того долгим, но он того стоил.

«Только бы был без сюрприза», — всплыла у Мартова тревожная мысль.

Но едва землянин отклонил тур управления влево, как тут же увидел, как влево начал смещаться ещё один цербор из лидирующей группы. Насколько Мартов знал расположение церборов — это был Маг Марр. Лицо землянина исказилось гримасой недовольства.

«Вот гад! — замелькали у него злые мысли. — Неужели ты тоже увидел этот астероид. Думаешь, что успеешь раньше меня? Давай посмотрим, чей конь резвее?»

Мартов напряг свою руку, которая лежала на туре управления, но тур уже упирался в ограничитель и потому роста скорости не произошло.

«Чёрт!» — невольно вырвалось у землянина.

Он скосил взгляд на правую сторону панели управления, где под защитной панелью находилась клавиша керса — ускорителя, о котором он узнал лишь в зале своего заточения перед стартом и теперь ему стала понятны рывки скорости лаггеров в облаках над Таксаной. Пользоваться керсом уже можно было, но он заряжался лишь единожды, перед стартом устроителями гонки и потому расходование его энергии без веских причин могло сказаться на течении гонки не лучшим способом.

Указательный палец руки Мартова задрожал, но всё же потянулся к защитной панели керса. Одновременно, он не сводил глаз с голоэкрана, где отображался болид, с которым он вступил в единоборство по скорости. Неожиданно Мартов осознал, что траектория цербора была более перспективная, так как у того на пути, скорее всего, окажется лишь один мешающий астероид, тогда, как у него два.

Мартов, буквально вонзил свой указательный палец в защёлку; защитная панель скользнула в сторону и палец с силой вжал клавишу ускорителя.

Если до сих пор щёки землянина лежали едва ли не на ушах, то теперь они ушли куда-то к его затылку, стало ещё труднее дышать, в глазах потемнело и они, буквально, полезли из орбит. Определённо, противоперегрузочная система лаггера оказалась не столь мощной, какую имел лейтер.

«Проклятье! Сейчас я врежусь в какой-либо астероид», — всплыла у Мартова мысль полной досады и его указательный палец, едва ли не самовольно поднялся от клавиши керса.

Лаггер начал резкое торможение. Мартова бросило вперёд, но дуги безопасности удержали его, не дав грудной клетке встретиться с панелью управления. Щёки вернулись почти на место, в глазах посветлело.

Он тут же скользнул взглядом по голоэкрану — цербор, с которым он пытался бежать наперегонки, уходил в сторону от того астероида, к которому, как предполагал Мартов, он направлялся.

«Чёрт! Что произошло? Неужели сюрприз?» — всплыли у землянина тревожные мысли.

Ещё раз скользнув взглядом по голоэкрану, он закрутил головой, осматривая через прозрачный кокпит пространство вокруг лаггера и тут же увидел быстро приближающийся зелёный баннер в виде огромной стрелы.

«Проклятье! — тут же всплыла у Мартова тревожная мысль и ткнув пальцем в сенсор пульта управления он включил защитное поле, которое тут же заиграло вуалью на стекле кокпита. — Успею или нет? Видимо Маг Марр посчитал, что не успеет к нему до разрешающего стрельбу баннера и потому решил найти для себя другой астероид, поближе, — он ещё раз покрутил головой — никакого другого большого астероида неподалёку не наблюдалось.

Тогда Максим Мартов опять заскользил взглядом по голоэкрану в надежде там увидеть подходящий астероид, поближе, но тот, к какому он шёл, был самым подходящим — все остальные были гораздо меньше и навряд ли могли бы надёжно спрятать габаритный лаггер от идущих позади соперников.

Как зелёный баннер, так и выбранный астероид, который уже просматривался зрением, быстро приближались. Мартов беспрерывно крутил головой, пытаясь оценить расстояние до них, но как ни старался, у него выходило одно — к астероиду и к баннеру он придёт одновременно.

Его расчёт оказался почти верен: едва зелёный баннер в виде огромной стилизованной ракеты оказался позади, нос лаггера оказался в какой-то сотне метров позади астероида. Мартов до упора отклонил тур, пытаясь быстро обойти астероид и поставить лаггер перед ним, как вдруг донёсшийся прерывистый писк, заставил голову втянуться в плечи.

Мысленно отправив в свой адрес нелестный эпитет, землянин скользнул быстрым взглядом по голоэкрану и тут же увидел скользящую по нему яркую белую точку — это была интеллектуальная быстрая ракета. Уделив всё внимание астероиду и баннеру, он ослабил контроль за пространством и какой-то из соперников неприменул этим воспользоваться, хотя, если можно было судить по траектории ракеты, то она могла предназначаться и не ему. Но рисковать не стоило.

Не раздумывая, Мартов ткнул пальцем в отображаемую в голоэкране белую точку и положив руку за шар управления оружием, несколько раз ткнул пальцем в одну из клавиш панели перед шаром — в тот же миг лаггер чуть вздрогнул и в сторону приближающейся ракеты ушла противоракета, отображаемая в голоэкране зелёным цветом.

Прошло лишь несколько мгновений и яркая вспышка вырвала у вековой тьмы астероидного кольца кусочек пространства и землянин тут же увидел своим зрением стремительно приближающуюся огромную глыбу чёрного астероида. Вернув руку на тур управления движением, он послал свой летательный аппарат за астероид и подняв голову, уставился в верхнюю часть голоэкрана, где отображалось пространство позади лаггера, которое было уже изрядно расцвечено скользящими во все стороны лазерными лучами, показывающими, что соперники вели интенсивный огонь друг по другу. Несколько лазерных лучей блеснули и в направлении на лаггер, но достались они, скорее всего лишь астероиду, хотя, возможно, один из них всё же попал в лаггер, так как на стекле кокпита цветами побежалости заиграла вуаль защитного поля.

Астероид быстро удалялся. Мартов ткнул пальцем в отображаемый в голоэкране астероид и рядом с ним тут же высветились его показатели скорости. Землянин начал клонить тур управления к себе, выравнивая скорость своего летательного аппарата со скоростью астероида и через несколько мгновений они уже шли абсолютно синхронно.

Максим Мартов закрутил головой, всматриваясь в стекло кокпита — никаких сполохов движителей от идущих впереди церборов нигде не просматривалось или они уже были далеко или же тоже попрятались за астероидами. Тогда он несколько раз скользнул взглядом по голоэкрану, где теперь отображалось пространство перед лаггером, усеянное тёмными кляксами астероидов различной величины, но красная точка отображалась лишь одна, которая стремительно удалялась. Усмехнувшись Мартов ткнул в красную точку в голоэкране и рядом с ней тут же высветились её характеристические показатели — это был цербор под одиннадцатым номером с незнакомым землянину пилотом. Мартов ткнул пальцем в один из сенсоров панели оружия, вокруг красной точки тут же вспыхнул светлый ореол, показывая, что болид доступен для атаки. Тогда Максим Мартов два раза ткнул пальцем в ещё один сенсор оружейной панели и перед лаггером тут же мелькнули два ярких синих сполоха и умчались вдаль: две быстрые ракеты отправились в погоню за цербором, управляемым опрометчивым пилотом.

Мартов, продолжая следить за двумя зелёными точками своих ракет и красной точкой одиннадцатого цербора, непрерывно скользил взглядом по голоэкрану, но никаких красных точек на нём больше не отображалось — или он очень торопился или противники выжидали и не вырвались вперёд. Состроив гримасу досады, Мартов ткнул пальцем в разделитель голоэкрана и опустил его ниже, чтобы на верхнем экране объём отображаемого пространства позади лаггера был больше и теперь перед Мартовым был даже панорамный обзор пространства вокруг летательного аппарата. Как и прежде, вверху, кроме разновеликих серых кружков астероидов, опять отображалась россыпь красных точек, но теперь церборы противников шли не линией, а в беспорядке были рассыпаны по пространству астероидного кольца и более того, в пространстве периодически появлялись яркие вспышки, показывающие, что соперники активно обстреливают друг друга.

Мартов ткнул пальцем в один из сенсоров панели управления — перед ним тут же вспыхнула голограмма панели участников гонки и одна строка, под номером двадцать два, отображалась бледным красным цветом, показывая, что один из церборов уже находится вне игры, но был ли он уничтожен соперниками или был выведен из гонки наблюдателями, для землянина было непонятно. Ткнув пальцем в тот же сенсор, Мартов погасил панель отображения соперников, так как она была большой и мешала обзору голоэкрана.

Пока землянин изучал панель участников, то упустил из вида свою атаку на одиннадцатый цербор и сейчас вдруг с досадой заметил, что две зелёные точки продолжают двигаться в пространстве, а красная точка одиннадцатого цербора на экране отсутствует.

Досадуя на своё растяпство, он опять вызвал панель участников — одиннадцатый цербор в списке был.

Погасив панель участников, Мартов опять прометнулся взглядом по голоэкрану — одиннадцатый цербор на нём не отображался и куда теперь шли выпущенные им ракеты, он мог лишь гадать. Конечно, если они не уткнутся в какой-то астероид, а выйдут за границы трассы, то будут непременно уничтожены наблюдателями, но тогда он получит два штрафных балла, за каждую ракету, а как только наберёт двадцать таких баллов, то будет снят с гонки.

Мартов теперь периодически бросал взгляд на две зелёные точки своих ракет, одновременно изучая пространство в той стороне, куда шли ракеты, в надежде увидеть на пути ракет астероид, но видимо дальность пространственного сканера лаггера уже была на пределе и впереди ракет пространство отображалось лишь сплошным тёмным фоном.

«Болван!»

Отправил он нелестный эпитет в свой адрес, в надежде, что ракеты всё же найдут свой астероид и скользнул взглядом по верхней части голоэкрана, где отображалось пространство позади лаггера. Его губы тут же вытянулись в лёгкой усмешке — в его сторону скользила яркая фиолетовая точка терминатора.

«Чёрт! Неужели лаггер оставляет такой горячий след? — замелькали у Мартова мысли тревоги. — Наверное он слишком близко к астероиду и поток от кроссфлекторов с большой скоростью ударяется в него и потому не весь поглощается и разлетается по сторонам. Проклятье!»

Он чуть отклонил тур управления и дождавшись, когда лаггер отойдёт от астероида подальше, опять синхронизировал его скорость со скоростью астероида.

Затем Мартов ткнул пальцем в отображаемый терминатор и попытался совместить возникший луч с лаггером — луч неизменно упирался в астероид перед которым шёл лаггер.

«Только бы был железный и не раскололся раньше времени», — всплыла у Мартова тревожная мысль о прочности астероида.

Он ещё раз прометнулся взглядом по части голоэкрана заднего вида — красных точек на нём отображалось лишь несколько, но вызывать их характеристические показатели он не стал, посчитав что большую часть информации не поймёт, но точек других цветов было предостаточно, которые показывали, что соперники вели достаточно интенсивный обстрел друг друга различными типами оружия.

Мартов скользнул взглядом по стеклу кокпита, так как через какое-то время должен был появиться баннер, разрешающий короткий обмен сообщениями с навигаторами. Исчезнувший одиннадцатый цербор не давал ему покоя и он был намерен непременно задать Марчеле этот вопрос.

Неожиданно в кокпите посветлело.

Мартов повернул голову в сторону пришедшего света и тут же чиркнувший по носу лаггера большой камень высек из обшивки сноп искр и заставил летательный аппарат качнуться, а землянина невольно вжать голову в плечи. Он перевёл взгляд на голоэкран — фиолетовой точки терминатора на нём больше не отображалось и более того, астероид перед которым он шёл, получил дополнительный импульс и заметно сместился в сторону и несомненно, лаггер теперь был доступен системам слежения церборов, идущим сзади, что неприменуло сказаться на их атаке на лаггер, который тут же утонул в ярких вспышках поглощённой защитным полем летательного аппарата энергии, как от лазерных лучей, выпущенных противниками, так и возможно, от энергетических шаров, которые были выпущены соперниками неизвестно когда, так как они недостаточно надёжно отслеживались системой контроля пространства. Защитное поле лаггера оказалось очень надёжным.

Отправив в свой адрес нелестный эпитет, Мартов чуть отклонил тур, пытаясь вновь спрятать лаггер за астероид и тут же в голоэкране появились две жёлтые точки малых ракет, идущие в его сторону, однозначно, выпущенные кем-то из соперников.

Землянин тут же отклонил тур управления в другую сторону, уводя лаггер от астероида и два раза ткнув пальцем в жёлтые точки на экране, обозначая цели, затем два раза ткнул пальцем в левую панель оружия и вспыхнувшие за кормой лаггера два ярких сполоха возвестили, что две противоракеты ушли к своим целям.

Максим Мартов резко отклонил тур управления в прежнюю сторону и лаггер наконец нырнул за астероид, который заслонил собой от пространственного сканера кусочек пространства. Вместе с пространством исчезли и выпущенные соперниками ракеты и ушедшие им навстречу противоракеты, но Мартов был уверен, противоракеты свои цели найдут в любом случае.

Он скользнул взглядом по стеклу кокпита и тут же вздрогнул от зазвучавшего в шлеме голоса Марчелы.

— Уснул! Вопросы?

— «Просмотрел баннер!» — мелькнувшая молнией мысль заставила лицо Мартова исказиться гримасой досады.

— Где одиннадцатый? — задал он главный, интересующий его вопрос.

— За глыбой в двадцати сотах впереди тебя. Он кажется получил ракету и сейчас не опасен. Опасен четвёртый. Он смещается назад и скоро будет в трёх-четырёх сотах справа. Не прошляпь. У тебя повреждение? — прозвучал в кабине лаггера быстрый голос зевсы, наполненный земным сленгом.

— Нет. Камень прошёл по касательной. Лишь напугал. Что такое сота?

— Примерно двести метров расстояния цивилизации троев. Первый и третий справа от тебя далеко впереди. Их камни небольшие и ты должен их видеть. Двадцать второй сдох сам и выведен из гонки. Остальные в игре, но угрозы не представляют. Ты шестой в гонке, но задние догоняют.

— Справа четверо, а где пятый? — поинтересовался Мартов.

— Далеко слева. Он не опасен. Тридцать восьмая Мел Исса. Скоро ты увидишь её голограмму. Не засмотрись. Ты становишься популярным в тотализаторе. Уже в середине рейтинга.

— Не до рейтинга здесь, — Мартов состроил гримасу досады. — Не вижу ни первого ни третьего, — с явной тревогой выкрикнул он, скользя взглядом по голоэкрану.

— Внимательней! Задействуй фильтр! Всё! Отбой! — Марчела умолкла.

В тот же миг Мартов увидел, как над ним мелькнул яркий красный баннер с отображением перечёркнутого стилизованного изображения волны.

«Неужели ракеты всё же нашли одиннадцатого? — всплыла у него довольная мысль. — Скорее всего ждёт, когда статит затянет брешь. Неплохо было бы ещё пару ракет послать ему с приветом, но… И где четвёртый?»

Мартов внимательно осмотрел правую сторону голоэкрана отображающего пространство впереди лаггера, но никаких красных точек так и не увидел.

«Болван! — отправил он нелестный отзыв в свой адрес. — О каком фильтре сказала Марчела?»

Он бросил беглый взгляд на правую оружейную панель, в нижней части которой отображались сенсоры фильтров, которые позволяли фильтровать всевозможные помехи, могущие возникать в пространстве в виде, как электронных, так и естественных помех.

«Что если попытаться фильтровать металл и неметалл? — всплыла у него догадка. — Вдруг первый и третий прячутся за каменными астероидами? Вдруг повезёт? Такой астероид и расколоть легко».

Мартов ткнул пальцем в один из сенсоров фильтров и в тот же миг вокруг одной из отображаемых в голоэкране серых клякс появился красный ореол. Он тут же ткнул пальцем в эту кляксу и в голоэкране высветились характеристические показатели соперника, из которых он понял лишь то, что это был третий цербор Ан Геллы. Опытная пилот, как показалось Мартову, была весьма беспечна, выбрав для своей защиты такой странный астероид, либо она что-то замыслила.

«А замыслила она то, что её цербор интегрируется под цвет астероида, рядом с которым она идёт, — вспомнил Мартов слова зевсы перед стартом. — Странная опция, — он невольно дёрнул плечами. — Пространственный сканер ведь хорошо видит её цербор. А если пространственные сканеры церборов не такие умные, как у лаггера и не распознают её интеграцию? — всплыла у него догадка. — Ведь лаггер всё же боевой летательный аппарат. Астероид небольшой. Попытаться колонуть?»

Он ткнул пальцем в астероид в красной окантовке, затем в несколько сенсоров на правой оружейной панели и мелькнувшие перед кокпитом яркие синие сполохи показали, что ещё две ракеты ушли к выбранной цели.

Мартов вновь прометнулся взглядом по голоэкрану и увидел ещё один астероид в красной окантовке, совсем неподалёку справа от себя. Вспыхнувшие характеристические показатели определили, что это и есть тот самый четвёртый цербор под управлением Ври Ккера. Землянин невольно передёрнулся. Выходило, что Ври Ккер намеренно нашёл для себя астероид, который шёл в астероидном кольце почему-то с меньшей скоростью, чем другие астероиды и теперь решил воспользоваться этим преимуществом, дожидаясь, когда соперники окажутся впереди.

«Марчела говорила, что при встрече с ним желательно остановиться, — замелькали у землянина тревожные мысли. — Но тогда придётся выйти из-за астероида. А задние? Сразу же атакуют! Если выключить движитель, то атака на такой болид не рекомендована. И как долго ждать? Пока все пройдут? Попробуй потом догони. Да и ракет на всех не хватит. Проклятье! Это плохое решение. Думай! Думай! А что если закидать его шарами? Он ещё впереди и… — Мартов всмотрелся в цифры расстояния. — Достают! — его сердце невольно вздрогнуло. — Возможно я ещё закрыт его же астероидом. Неужели удача?»

Землянин ткнул пальцем в астероид в красной окантовке и затем дотронулся до нескольких сенсоров на панели оружия — пространство с правой стороны кокпита тут же посветлело от восьми, ушедших в сторону выбранной цели, энергетических шаров. Это был максимальный залп, на какой был способен энергетический излучатель лаггера без ущерба для движения.

Наблюдая за ушедшими энергетическими шарами, Мартов скосил взгляд на голоэкран, где отображалось пространство позади лаггера. Его лицо в очередной раз исказилось гримасой тревоги — в сторону лаггера шли ещё два терминатора. Он тут же ткнул пальцем в них по очереди и затем в несколько сенсоров на панели оружия — по экрану тут же прочертились две яркие линии, но ни одна из них не упиралась в астероид, перед которым шёл лаггер.

Мартов шумно выдохнул: для кого предназначались терминаторы было непонятно, хотя они могли быть отправлены без цели, как говорится, на удачу. Больше никаких тревожных объектов в голоэкране не отображалось: красных точек отображающих болиды стало меньше, но их разброс по дальности стал больше и некоторые из них стали даже ближе и совсем скоро будут уже вызывать тревогу. Разноцветных точек наоборот, стало больше и скользили они в разные стороны, вызывая ассоциацию какого-то беспорядка в астероидном кольце. Мартов опять сосредоточился на идущих к цели своих энергетических шарах, которые уже совсем близко подошли к астероиду, за которым прятался цербор Ври Ккера, который, как казалось, совсем не видел атаки на себя.

Но не зря Ври Ккер был отличным пилотом и когда энергетические шары, как казалось Мартову уже уткнулись в астероид, как он вдруг покрылся каким-то ярким зелёным свечением и все энергетические шары тут же исчезли. Лицо землянина вытянулось в недоумении. Несомненно, Ври Ккер применил какое-то мощное защитное поле, но было ли разрешено защитное поле такой большой напряжённости, Мартов мог лишь гадать.

«Гад! — отправил он нелестный эпитет в адрес соперника и ткнув пальцем в астероид, нажал на сенсор турели лазера — прошло мгновение и в сторону астероида умчался сноп ярких красных лучей, но видимо астероид был очень крепким, так как кроме облака пыли лазерные лучи из него больше ничего не выбили. — При следующем сеансе обязательно поинтересуюсь у Марчелы твоим защитным полем. Чтобы поглотить сразу восемь шаров нужна большая энергия. И как теперь с тобой бороться? А что если…»

Мартов скользнул взглядом по голоэкрану, где отображалось пространство впереди, пытаясь найти обстрелянный ракетами астероид, так как в атаке на Ври Ккера он забыл о нём — ни зелёных точек выпущенных ракет, ни дальнего астероида в красной окантовке на экране не было.

С чувством тревоги он вызвал панель участников. Его брови выгнулись крутыми дугами — на панели красным цветом отображались уже шесть участников выбывших из гонки и среди них был участник под номером три. Было весьма удивительно, что столь опытный пилот был выведен из гонки всего лишь двумя ракетами.

«Неужели хватило двух ракет? — замелькали у Мартова мысли полнейшего недоумения. — Такого не может быть. Нет! — он механически мотнул головой. — Это ещё один вопрос Марчеле».

Он погасил панель участников и вновь скосил взгляд на астероид, за которым прятался болид Ври Ккера. Болид не просматривался, хотя красная окантовка вокруг астероида была видна.

«Сиди и не высовывайся, — всплыла у Мартова ехидная мысль. — Лишь бы ты магнитные мины не начал разбрасывать по астероидному кольцу».

Понаблюдав за Ври Ккером несколько мгновений, Максим Мартов в очередной раз скользнул взглядом по голоэкрану, где отображалось пространство позади лаггера, отмечая, что красных точек церборов стало ещё меньше, но зато несколько из них, уже почти догнали его, перескакивая от одного астероида к другому. По отображаемым их номерам было видно, что эти болиды управлялись незнакомыми Мартову пилотами и насколько они были опытны и опасны, он мог лишь гадать. Но если можно было судить, по тому, что они не прятались за астероиды, то опыта у них было не много. Скорее всего лаггер они не видели, так как никакой атаки с их стороны не наблюдалось.

Мартов ткнул пальцем в самую близкую красную точку под которой шёл двадцать второй болид, которая тут же запульсировала и несколько раз нажал на один из сенсоров — в тот же миг из излучателя лаггера выскочили четыре энергетических шара и заскользили в сторону выбранного соперника.

Видимо пилот двадцать второго цербора увидел атаку на себя и открыл огонь по шарам из пулемёта, что хорошо было видно по ярким серебряным блёсткам идущим от него сплошной полосой, что подтверждало его неопытность, так как пули без задержки пролетали сквозь шары и уносились прочь, возможно где-то найдя для себя целью какой-либо астероид. Скорее всего осознав бесперспективность своей затеи, пилот двадцать второго цербора начал маневрировать, пытаясь увернуться от энергетических шаров.

Его метания не остались незамеченными. Пилот одного из болидов, идущих несколько в стороне от него и чуть позади, выпустил в его сторону две ракеты, которые пилот двадцать второго болида, видимо, заметил поздно, когда ракеты уже были на полпути к цербору и резко бросил свой болид в сторону и зацепился за идущий неподалёку астероид. Цербор отбросило от астероида, он начал разворачиваться. Его пилот, скорее всего, потерял управление болидом и в него тут же одновременно врезались, два энергетических шара, выпущенные землянином и две ракеты, выпущенные другим пилотом — в пространстве астероидного кольца вспыхнула небольшая звезда. Два энергетических шара, выпущенные землянином, продолжили скользить дальше, направляясь в сторону болида, пилот которого только что выпускал ракеты.

Вытянув губы в широкой усмешке Мартов перевёл взгляд в сторону астероида, за которым прятался цербор Ври Ккера и с недоумением увидел, что этот астероид уже не имеет красной окантовки. Сердце землянина забилось чаще. Он заскользил тревожным взглядом по голоэкрану, думая, что это был не тот астероид, но сколько ни всматривался в голоэкран, с правой стороны от своего лаггера никакого астероида с красной окантовкой не находил.

«Чёрт! Влип! — заскользили у него мысли, наполненные тревогой. — И что теперь?»

Он невольно перевёл взгляд на отображаемое в голоэкране пространство позади лаггера и тут же передёрнулся от увиденной позади астероида, перед которым он шёл, жирную красную точку, характеристические показатели которой показывали, что это четвёртый цербор, управляемый Ври Ккером.

Землянин тут же заметался взглядом по всему голоэкрану, пытаясь найти для себя другой астероид, но вдруг его взгляд опять замер на красной точке болида Ври Ккера в сторону которого уже шли несколько ракет и терминаторов.

Видимо осознав своё ненормальное положение, Ври Ккер послал свой болид в сторону, намереваясь обойти астероид, за которым прятался летательный аппарат землянина и скорее всего увидев его на своём экране, послал свой цербор в другую сторону, видимо пытаясь спрятаться за астероидом, за которым он прятался прежде, но вслед за ним в туже сторону направились и ракеты с терминаторами. К астероиду они подошли все вместе и в пространстве астероидного кольца вспыхнул большой жёлто-чёрный шар, который начал быстро отставать от астероида за которым прятался лаггер и смещаться в голоэкране перед Мартовым к нижней границе.

Губы Максима Мартова вытянулись в широкой усмешке, так как он совершенно не понял чего хотел добиться Ври Ккер своим странным маневром, поставив свой болид за астероид, а не перед ним.

Показался ещё один зелёный баннер с волной, означавший, что пилоту можно какое-то время обменяться репликами со своим навигатором и тут же в кабине лаггера раздался голос Марчелы.

— Ты идёшь четвёртым. Но ищи другой астероид. Этот уже под многими прицелами различных излучателей. Шестой справа за большим камнем, но перед ним долгая пустота, не высунется. Должен догнать. Двое слева: Мел Исса и какой-то молодой, но он ещё далеко. Думаю не догонит. Твой рейтинг уже у самого верха. Ставки на тебя текут, буквально, рекой. Поздравляю!

— Лишь бы не утонуть в этой реке, — Мартов широко усмехнулся. — Ври Ккер вышёл из гонки? — поинтересовался он.

— Ещё непонятно. Он может выкрутиться, — тут же пришёл ответ от зевсы.

— У него мощное защитное поле. Определённо, выше планки.

— Победитель предыдущей гонки имеет право на пятнадцать процентов на всё выше планки.

— Проклятье! Ан Гелла? — поинтересовался Мартов.

— В гонке, но активность потеряна. Сидит перед астероидом впереди тебя. Будь осторожен. Может огрызнуться. Мел Исса сейчас посреди кольца. Уже троих выбила. Не просмотри! Скоро зона ангаров обслуживания. Она одна в этой гонке. Посредине.

— Я без проблем.

— А вмятина?

— Она не мешает.

— Как знаешь! Не забудь снизить скорость до нормы. Всё! Конец!

— Не выходи ко мне! Нужно, сам выйду! — прокричал Мартов.

В кокпите наступила тишина. Мартов забегал быстрым взглядом по всему голоэкрану, пытаясь найти подходящий астероид, чтобы можно было, как можно скорее и безопаснее проскользнуть за него, но поблизости такого не было. Все большие камни шли сейчас в середине астероидного кольца. Но там уже, скорее всего хозяйничала Мел Исса связываться с которой землянину пока не хотелось. Впереди был небольшой астероид и возможно за ним некоторое время можно было бы отсидеться.

«Хотя бы до ангаров обслуживания, — замелькали у Мартова досадные мысли. — Там всё равно придётся снижать скорость и выходить из-за астероида. Тогда и можно будет поискать подходящий астероид».

Зоны обслуживания, вообще, были самым уязвимым местом в астероидном кольце. Не сколько они сами, сколько их окончание, когда все церборы были прекрасно видны и уже было разрешено применять оружие. Особенно этим умело пользовались опытные пилоты, которые чуть притормаживали и начинали обстрел соперников из всех имеющихся у них видов оружия.

Мартов в очередной раз пробежался взглядом по всему голоэкрану, намереваясь найти подходящий астероид, чтобы перескочить за него, с досадой отмечая, что в сторону астероида, за которым он прятался, идут сразу три ракеты, скорее всего выпущенные, идущими позади и несколько в стороне, пилотами церборов, которые отставали совсем ненамного и скорее всего лаггер землянина им в какой-то степени был виден.

Не раздумывая, землянин ткнул пальцем в жёлтые точки ракет и следующим касанием сенсоров панели оружия отправил им навстречу три противоракеты.

Ракеты оказались не простыми и видимо почувствовав приближение противоракет, выбросили в сторону от себя ложные цели, вызвав у Мартова приступ досады, от того, что его противоракеты клюнули на эту защитную меру ракет и поразили ложные цели.

Мартов опять пробежался пальцами по сенсорам панели оружия и в сторону ракет ушли ещё три противоракеты, обученные борьбе с ложными целями.

Теперь ракетам защититься не удалось, даже несмотря на то, что от них пошёл сплошной поток ложных целей — противоракеты уверенно их распознали и в пространстве астероидного кольца вспыхнули три ярких желтых шара.

Мартов опять пробежался взглядом по всему голоэкрану — никакие ни ракеты ни терминаторы больше не шли в его сторону. Он шумно вздохнул и в тот же миг промелькнувшие над кокпитом яркие зелёные баннеры с изображением стилизованного гаечного ключа и волны оповестили, что лаггер вошёл в зону обслуживания и разрешённого обмена информацией. Максим Мартов тут же чуть отклонил тур управления в сторону и на себя, выводя лаггер из-за астероида, с предельным вниманием уставившись в стекло кокпита, чтобы не пропустить уже баннер с перечёркнутым ключом, обозначающим конец зоны обслуживания — другой для себя астероид он так и не нашёл.

Связываться с Марчелой Трутт Мартов не стал, потому, что никакой нужды в дополнительной информации от неё не видел.

«Половина гонки — замелькали у землянина невольные мысли. — Но скорее всего смерть не отдалилась, а приблизилась, — он механически ткнул пальцем в один из сенсоров пульта и в голограмме тут же отобразился состав участников, поле которого теперь больше было красным, нежели зелёным. — Ну и ну! Пару из них, несомненно, грохнул я. Одного совместно с кем-то. Четыре атаки отбил. Однозначно, дальше будет гораздо сложнее, так как скорее всего остались самые опытные пилоты. Сосредоточение и ещё раз сосредоточение».

Он ткнул пальцем в тот же сенсор, гася панель участников «Формулы смерти» и уставился в верхнюю часть стекла кокпита, ожидая появление баннера с перечёркнутыми ключом и волной.

* * *

Но как всегда для землянина, баннер с перечёркнутым ключом оказался неожиданными. Он промелькнул столь стремительно, что Мартов едва успел это осознать. Баннера с перечёркнутой волной не было, или он его просмотрел или устроители устроили какой-то сюрприз для пилотов гонки смерти. Вздрогнув, будто получив укол иглы, Мартов мгновенно отклонил тур управления до упора и возникшее ускорение вжало его в спинку кресла с такой силой, что у него в глазах потемнело, но уже через пару мгновений зрение вернулось в норму, сила инерции ослабла и он заметался взглядом по всему голоэкрану.

Насколько он мог видеть, впереди шли лишь два цербора: Мел Иссы и неизвестного ему пилота и тогда выходило, что он шёл третьим. Все остальные противники достаточно быстро отставали, что вызвало у землянина невольную тревогу, от того, что он сделал что-то не так и сейчас будет снят наблюдателями с гонки. Он невольно замер в бездействии. Прошло несколько мгновений — никаких сообщений от наблюдателей не пришло. Мартов опять скользнул взглядом по всему голоэкрану — цербор, управляемый незнакомым пилотом, лаггер, несомненно, догонял; цербор Мел Иссы шёл несколько в стороне, примерно с той же скоростью, что и лаггер и пока был неопасен. Часть идущих позади болидов уже нашли для себя астероиды и начали обстрел тех церборов, которые ещё не спрятались. Насколько было видно, в сторону лаггера шли лишь две пары терминаторов. Астероид, за которым до зоны обслуживания Мартов прятал лаггер был уже далеко позади и прятаться за него смысла не имело. Впереди астероида подходящего размера не было, все они были ближе к середине астероидного кольца. Пространство перед лаггером было почти чистым и идти по нему было всё равно, что идти по минному полю и если от терминаторов ещё можно было убежать, то от быстрых ракет это сделать было невозможно. За атаку лазерами и энергетическими шарами Мартов не беспокоился, так как силовое поле лаггера энергетические лучи и шары поглощало уверенно.

Ткнув пальцем в идущие в сторону лаггера терминаторы, Мартов хотел отправить в их сторону восемь противоракет, но вдруг увидел, что ушли лишь четыре.

«Больше нет, — вспыхнувшая мысль тревогой заполнила его мозг. — Это конец. Ведь их же должно быть двадцать, а я выпустил чуть больше десяти. Подставили гады. Ну подождите! Я с вами по-другому».

Ткнув пальцем в идущий впереди цербор, управляемый незнакомым пилотом, он затем принялся тыкать пальцем в сенсоры панели оружия и в такт его тыканью от цербора пошёл непрерывный поток быстрых ракет и красных лазерных лучей. Остановился Мартов лишь тогда, когда после очередных тычков вдаль ничего не ушло.

Обхватив рукоятки туров управления мертвой хваткой, он принялся отклонять их в стороны и в такт этим отклонениям лаггер начал метаться по астероидному кольцу, смещаясь к его середине.

«Разбирайтесь сами с собой, а мне уже ваша игра надоела, — замелькали у него решительные мысли. — Лаггер очень быстрый летательный аппарат, к тому же теперь лёгкий без ракет. Астероиды надёжно укроют его. Попробуйте догоните!»

Прошло совсем недолгое время и Мартов увидел впереди большой астероид и ткнул пальцем в клавишу керса, послал лаггер перед ним. Его тут же вжало в кресло так, что у него в глазах потемнело, но тут же его бросило вперёд и темнота в глазах рассеялась.

«Проклятье! Заряд закончился», всплыла у него досадная мысль о том, что керс разрядившись, стал бесполезен.

Тут же увидев впереди ещё один большой астероид, Мартов послал летательный аппарат уже перед ним, затем перед следующим большим астероидом и перед следующим.

— Что происходит? — донёсся голос Марчелы. — Это же не слалом, а «Формула смерти». За тобой уже хвост терминаторов и быстрых ракет. Ты сам идёшь в сторону Мел Иссы. Берегись её голограмм.

— К чёрту! Заткнись и не мешай! — грубым голосом выкрикнул Мартов, поняв, что баннер с перечёркнутой волной он не просмотрел и что это и есть сюрприз устроителей, теперь разрешающий обмен сообщениями до конца гонки.

— Как знаешь! Твой рейтинг уже второй. Первой стоит Мел Исса, — раздался совсем тихий голос зевсы и в кокпите наступила тишина.

Наконец Мартов добрался до той части пояса астероидов, где больших астероидов было много и он начал посылать лаггер от одного из них к другому. Вскоре он увидел, как на месте болида, которого он атаковал вспыхнул большой жёлтый шар, показывая опрометчивость пилота, выбравшего долгий чистый от больших астероидов участок гонки. Теперь Мартова интересовал лишь болид Мел Иссы, который уже сместился к середине астероидного кольца и шёл, практически тем же способом, что лаггер, управляемый землянином, перескакивая от одного астероида к другому. Лаггер Мартова и цербор Мел Иссы шли практически параллельно. Все другие болиды заметно отставали, видимо их пилоты не сразу осознали маневр ушедших вперёд пилотов и потому со своим маневром опоздали, а выпущенные ими ракеты, терминаторы и лазерные лучи всё время натыкались на астероиды и рвали на части их, а не ушедшие вперёд летательные аппараты. Единственное, что могло представлять угрозу для лаггера, насколько видел Мартов — это пара очень интеллектуальных ракет, которые настырно шли за ним, огибая встречающиеся им на пути астероиды, но это огибание заметно тормозило их и они начинали отставать, но обогнув очередной астероид, опять начинали догонять лаггер, заставляя сердце Мартова сжиматься в тревоге, но как только им встречался следующий астероид, губы землянина вытягивались в широкой усмешке. Единственным выходом, чтобы избавиться от них, Мартов видел в сближении с цербором Мел Иссы и потому перескакивая от астероида к астероиду, стремился приблизиться к её болиду.

У Максима Мартова складывалось впечатление, что она тоже шла на сближение с ним, так как её болид, перескакивая от астероида к астероиду, неумолимо смещался в сторону лаггера.

* * *

Лаггер Мартова и цербор Мел Иссы сошлись бортами и ударившись отскочили в стороны. Лаггер оказался более массивным летательным аппаратом и отскочил не слишком далеко, тогда как цербор отскочил будто мяч от стенки и заплясал, будто попал в лоно морских волн. Но видимо Мел Исса была опытным пилотом, так как достаточно быстро успокоила свой болид. Мартов уже направил лаггер прочь от цербора, но тут же спохватившись, притормозил, так как вдруг осознал, что может быть атакован оказавшимся позади пилотом женского рода местной галактики.

Дальше цербор и лаггер шли параллельно, только астероиды их пилоты выбирали разные. Мартов попытался обстрелять цербор Мел Иссы из лазерной турели, но увидев, что все лучи были надёжно поглощены защитным полем цербора больше такой попытки не делал. Видимо поняв, что цербору бессмысленно по массе тягаться с лаггером, Мел Исса больше не пыталась сойтись борт в борт, а всегда уводила свой болид в сторону, когда на сближение с ним шел лаггер, который Мартов периодически посылал в сторону цербора. Постепенно они смещались от центра астероидного кольца.

Увлёкшись борьбой друг с другом, они упустили из вида действия соперников и Мартов осознал это лишь тогда, когда спрятавшись перед очередным астероидом, вдруг увидел в голоэкране отображающем пространство позади лаггера две яркие вспышки и по кокпиту застучали камни. Были ли это те самые интеллектуальные ракеты или просмотренные им терминаторы и энергетические шары Мартову осталось неведомо.

— Чёрт возьми! — невольно вырвалось у него.

Он прометнулся взглядом по части голоэкрана, где отображалось пространство позади лаггера — в его сторону шла пара терминаторов, которая была уже совсем близко. Тех быстрых интеллектуальных ракет, что некогда шли за ним не наблюдалось: или их когда-то уничтожила Мел Исса или это они только что уткнулись в астероид, что было менее вероятным, но это Мартову осталось неведомо. Насколько он смог понять, в сторону цербора Мел Иссы шли и ракеты и терминаторы, но у неё видимо противоракет было в достатке, так как она выпустила в сторону атакующего её цербор набора зарядов, буквально рой противоракет.

Решив воспользоваться, тем, что Мел Исса возможно отвлеклась, отбивая атаки соперников, Мартов резко двинул лаггер в сторону её цербора, так как астероиды, за которыми они прятались были совсем неподалёку друг от друга и ткнул лаггер в борт её болида, который тут же отлетел далеко в сторону и вышел из-за астероида и в тот же миг яркая вспышка ворвавшаяся в кокпит лаггера ослепила землянина. Лаггер заплясал и начал переворачиваться. Голоэкран погас, на пульте управления зловеще замигал красный терминал. Мартов остервенело начал вертеть туры управления, пытаясь выровнять летательный аппарат, но он всё больше и больше уходил в вертикаль.

«Проклятье! Что это было? — замелькали у Мартова мысли досады. — Терминатор или мина? О близком терминаторе система сообщила бы. Значит мина. Болван! Просмотрел! Стерва! — отправил он нелестный эпитет в адрес Мел Иссы. — Я тебе устрою, если выживу.

Энергичное манипулирование турами управления в конце концов дало результат — лаггер выровнялся, но появилась заметная детонация. Мартов забегал взглядом по пульту управления, но его знаний местного языка было недостаточно, чтобы понять появившиеся на красном терминале символы. Он несколько раз ткнул пальцем в сенсор активации голоэкрана, но тот так и не появился. Гримаса досады на лице землянина сменилась гримасой тревоги. Он покрутил головой, смотря в стекло кокпита и неожиданно увидел, что снаружи было достаточно светло, но свет шёл не от местной звезды, а от взрывов, которые наблюдались в стороне, куда он вытолкнул болид Мел Иссы. По всей видимости или её догнали снаряды соперников или она отбивалась от них противоракетами. На сколько было видно, лаггер шёл в окружении большого количества мелких камней, видимо выброшенного взрывом мины из астероида, из-за которого он вытолкнул болид Мел Иссы.

— Марчела! Ответь! — выкрикнул Мартов, так как он не видел баннера запрещающего диалоги, пытаясь удерживать лаггер на прямой, так как детонация бросала его из стороны в сторону.

— Здесь! — услышал он совсем тихий голос зевсы. — Твой рейтинг быстро идёт вниз.

— К чёрту рейтинг, — буквально выкрикнул землянин. — Я напоролся на мину. Эта стерва, Мел Исса, воткнула её в астероид. Просмотрел! Что с лаггером? Я не понимаю сообщения системы, — продолжил громко говорить Мартов, будто от громкости его голоса зависело качество связи.

— Повреждён кроссфлектор. Утечка-а-а-а… — и до того тихий голос Марчеллы вообще сошёл на нет.

Мартов пробежав взглядом по пульту управления, ткнул пальцем в несколько его сенсоров, но голос зевсы так и не появился. Тогда, убрав захваты безопасности, он привстал, насколько позволял кокпит и посмотрел назад — за лаггером тянулся жирный след дыма.

«Проклятье! — Мартов вернулся в кресло. — Этот дым соберёт все терминаторы. Что утекает? Если вещество массы генератора, то до финиша могу не дотянуть. Если ещё соперники позволят дотянуть, — его губы вытянулись в широкой усмешке. — И что если дотяну? Навсегда остаться здесь? Ещё неизвестно какое наказание трои выдумают за своих трастов, хотя убили их не мы. Поверят трои нам? Но ведь они провели ещё один молекулярный анализ из которого могли узнать истину. Может потому мы и живы до сих пор, что они разобрались в перестрелке в отеле? Если бы удалось добраться до Вербаны. Интересно, куда исчез Вурд? Трои найдут его? Проклятье! Это же надо было так вляпаться».

Он покрутил головой, всматриваясь в стекло кокпита: лаггер по-прежнему шёл в окружении мелких камней; в той стороне, где шла Мел Исса всё ещё было непонятное сияние; насколько Мартов смог понять, никакие снаряды, идущие в сторону лаггера визуально не просматривались, возможно камни экранировали летательный аппарат, но возможно они прятали от его взгляда и церборы соперников и какой-то из них уже мог быть где-то рядом. Впереди не просматривалось и никакого крупного астероида.

Глубоко и протяжно вздохнув, Мартов дальше отклонил тур управления — раздвигая идущие перед ним мелкие камни, лаггер начал набирать скорость. Вместе с ростом скорости начала возрастать и вибрация, начало трястись кресло, видимо антиграв уже не справлялся со своими функциями и не успевал отслеживать возникающие от вибрации перегрузки. На пульте управления вспыхнул красным цветом ещё один терминал, по которому заскользили какие-то непонятные символы.

Откинувшись в кресле, продолжая всё дальше отклонять тур управления, Мартов закрыл глаза, будто не желая видеть приближение своей смерти или от того, что лаггер врежется в идущий где-то впереди большой астероид, или же ещё раньше разгерметизируется от вибрации, которая неумолимо росла и он умрёт от отсутствия воздуха, или же выпущенные идущими позади соперниками снаряды найдут лаггер и уничтожат его.

Неожиданно позади раздались какие-то громкие шорохи.

«Вот и всё! — Мартов состроил гримасу уныния. — Раньше начал рассыпаться, чем взорвался или уткнулся в астероид. — Его губы вытянулись в кислой усмешке.

Вдруг он осознал, что вибрация начала быстро уменьшаться и через несколько мгновений вообще сошла на нет. Состроив гримасу недоумения, Мартов открыл глаза и покрутил головой: его брови поднялись наверное на середину лба, челюсть отвисла — в соседнем кресле сидел человек, которого он, несомненно, где-то видел.

* * *

— Т-ты-ы к-кт-о-о? — выдавил из себя Мартов.

Человек повернул голову — Мартов, буквально, остолбенел, в соседнем кресле сидел уйгур Стел Вурд.

— Откуда? — выдавил из себя землянин ещё одно слово.

— Из ниши, — заговорил Вурд, отворачиваясь. — Я хорошо знаю трегер, так как некоторое время ходил на нём. Это очень старая конструкция летательного аппарата, созданная ещё в далёкие времена предками троев. У него есть две защищённые ниши, предназначенные для личной гигиены, хранения продуктов и запасов атмосферы для экипажа и которые никакой внешний сканер не видит. Сейчас такие трегеры уже не строятся, есть новая модель — трейгер, более совершенная модель, но уже не имеющая таких хорошо защищённых ниш. Остатки старых моделей трои раздали по другим цивилизациям и несколько их попали на Вербану. Один из них я водил несколько лет, пока трои не перестали нам поставлять энергетик для него.

— Неужели вы не смогли создать подобный энергетик? — с удивлением произнёс Мартов, поняв, что энергетик — это вещество массы для генератора лаггера-трегера.

— Не смогли! В нашей планетной системе нет тех компонентов из которого он создаётся, а до других планетных систем мы ещё добраться не можем. А трои нам в этом отказываются помочь. Если бы вы…

— Я уже говорил, что не я решаю эти вопросы и ещё нужно добраться до Земли, чтобы рассуждать об этом, — с явным злом в голосе произнёс Мартов.

— Ты рассказал, куда вас доставили трои для молекулярного анализа, — заговорил Вурд, после некоторой паузы. — Я знаю эту лабораторию. Там все, кто приходит на Трою, проходят молекулярный анализ. Я с каждым рейсом прохожу. Я догадывался, где трои могли оставить трегер. Когда трасты захватили наш флайбот, я успел включить силовой пояс, который снял с убитого нами траста и он спас меня. У кроса такого пояса не было и он был сразу же убит. Я хорошо знаю многие районы города и когда убежал и отсиделся, то направился на поиски трегера. Я не ошибся и спрятался в одной из защищённых ниш. Предполагал, что трои искать меня там не будут, хотя и рисковал. Я хотел угнать лаггер и направиться на поиски портала в твою галактику, надеясь, что система управления записала пройденный трегером путь от портала до планеты, но такой информации не нашёл или записи не было, или трои вычистили память системы, или я искал не там. К тому же трои что-то придумали для трегера и насколько я понял, перегнали его на другую планету и начали какое-то его обслуживание и мне пришлось прекратить осуществление своего плана. Выбраться из ниши я не решился, опасаясь быть замеченным троями или каким-то из сканеров троев и отдался на поруки своей судьбе, надеясь, что она сможет защитить меня, надеясь покинуть нишу, когда трегер надолго останется без обслуживания и опять попытаться его угнать. Потом начались какие-то метания трегера, будто его подвергали каким-то испытаниям, пока не понял, что у него появились серьёзные проблемы и он находится на грани гибели. Понял, что дальше на судьбу надеяться смысла нет. Выбрался, смотрю ты сидишь с закрытыми глазами, однозначно, приготовившись к смерти. Я проанализировал показания терминалов и понял, что одна энергетическая линия генератора повреждена. Я вывел её из работы. Для движения трегеру достаточно и одной линии. Насколько я понял, трои воткнули тебя в трегере в «Формулу смерти». И какое твоё положение в гонке?

Мартов привстал и оглянулся — дыма позади лаггера не наблюдалось. Он вернулся в кресло.

— Возможно я первый или второй, — Мартов принялся рассказывать о ходе гонки. — Я и Мел Исса шли первыми. Я выбил её из-за астероида и получил преимущество. Но эта стерва воткнула в астероид мину, на которую я напоролся. Лаггер получил серьёзные повреждения, разобраться в которых я не смог, так как не знаю письменности троев. Цифры выучил, буквы нет. Связь с навигатором потеряна. Голоэкран не работает. Вот я и приготовился к смерти. Трои сказали: если я не выиграю «Формулу смерти», то останусь в «Асториане» навсегда. Уж лучше смерть в гонке, чем гнить в тюрьме у троев. — Мартов состроил гримасу досады.

— Далеко ещё до финиша? — поинтересовался Вурд.

Не дожидаясь ответа, он, подавшись к пульту управления, начал тыкать в пальцами в его сенсоры — прошло несколько мгновений и в кабине вспыхнул голоэкран.

От неожиданности Мартов вжался в спинку кресла, но тут же опомнившись, забегал глазами по голоэкрану, который, как и прежде, был раздёлён на две части и насколько он видел в той части голоэкрана в которой отображалось пространство позади лаггера, оно было утыкано большим количеством разноцветных точек, которые, несомненно шли в сторону лаггера. Рука Мартова, сейчас отклоняла тур управления уже до максимума и тогда выходило, что лаггер шёл сейчас на максимальной скорости. Окружающих его мелких камней не было и он шёл в открытом пространстве. Никакого крупного астероида впереди не просматривалось. И однозначно, среди идущих позади снарядов были быстрые ракеты, которые, несомненно, догоняли лаггер. И насколько понимал Мартов, защитного поля вокруг лаггера не было.

— Не знаю, — Мартов покрутил головой. — Но скорее всего не очень. Противоракет у меня нет. Кроме энергошаров больше нет никаких снарядов. Ракеты я все использовал. Есть ещё лазер, но он… — он дёрнул плечами.

— Навряд ли удастся уйти от этой своры, — раздался звук, похожий на хмыканье, который издал Вурд. — Защитное поле я отключил. Если его включить, то генератор не потянет максимальную скорость. А о энергошарах и лазерах и говорить нечего, они отберут всю энергию. Ты говорил, что где-то в этом пространстве портал? Ты можешь найти его сейчас?

— Мне трудно сориентироваться, находясь внутри этого астероидного кольца, — Мартов закрутил головой, смотря в стекло кокпита. — Когда лаггер вышел из портала, неподалёку было астероидное кольцо. Но это или другое, без карты пространства определить трудно.

— Смотри!

Вурд ткнул пальцем в несколько сенсоров пульта управления и изображение в голоэкране сменилось, теперь в нём отображалось какое-то пространство с несколькими планетами и серой полосой астероидного кольца.

Мартов закрутил головой, пытаясь сориентироваться в отображаемом пространстве. Время шло, а он никак не мог понять отображаемую голограмму.

— Быстрее соображай! — раздался, явно, злой голос уйгура.

— Не могу сориентироваться, — Мартов мотнул головой. Если бы покрутить пространство в голоэкране.

Прошло мгновение и отображаемое пространство пришло в движение.

— Стоп! — выкрикнул Мартов после недолгого всматривания в голоэкран.

Пространство в голоэкране замерло.

— Это здесь, — землянин ткнул пальцем в голоэкран. — Однозначно здесь. У меня хорошая пространственная память. Только там никакого портала не отображается.

— Там висит клингер, — всё тем же злым голосом продолжил говорить Вурд. — Просто так там висеть он не будет.

— Клингер — это такой плоский корабль, — Мартов поднял брови. — Я видел такой, когда лаггер вышел из портала. Такие же, только меньшего класса, сопровождали меня от планеты до астероидного кольца, видимо трои опасались, что я слиняю от гонки. Но я не видел у них никакого оружия. Да они и настолько плоские, что никакое в нём не поместится.

— У него дальние силовые излучатели и аннигилятор. Защиты не существует.

— Значит к порталу не подобраться, — в голосе Мартова послышалось уныние.

Отображаемое в голоэкране пространство сменилось. Это опять было астероидное кольцо, но насколько видел Мартов лаггер начал смещаться к его границе, где не просматривалось никаких больших астероидов.

— К нам идёт пара интеллектуальных ракет, — Вурд ткнул пальцем в две близкие белые точки в голограмме. — Можно попытаться переориентировать их на летательные аппараты наблюдателей. Если они отвлекутся на них, появится возможность прошмыгнуть в портал.

— Ты предлагаешь бросить Марчелу здесь, — в голосе Мартова послышалось возмущение. — Я не пойду на это, — он долго покрутил головой. — Уж лучше смерть.

— А ты, намереваясь умереть, не бросаешь её? К тому же, я сомневаюсь, что трои отпустят её, — со стороны уйгура донёсся звук, похожий на хмыканье. — Она слишком много узнала о них. Они, просто, захотели посмотреть, на что способен разум другой галактики, с которым, возможно, в будущем придётся противостоять в военном конфликте за обитаемые планеты в новой галактике, после слияния старых. Несомненно, вы оказались сильными противниками и троям нет смысла заявить разуму другой галактики о своей несостоятельности. Никто вас никуда не отпустит. Как ты сказал: сгниёте в тюрьме у троев, что подтверждается тем, что они уже уничтожили твой уровень жизни. Да и твоего навигатора, скорее всего, тоже.

— Они обещали вернуть нас в нашу галактику, если я приду первым.

— Если судить по тому хвосту снарядов, который идёт по следу лаггера, ты придёшь первым к смерти. Насколько я понимаю, до финиша ещё четверть пути. Или ты соглашаешься со мной или ты обречён. Решайся или…

Мартов уловил в последней фразе уйгура нотки угрозы. Он забегал взглядом по той части голоэкрана, где отображалось пространство позади лаггера. В нём сейчас виделось не менее двух десятков разноцветных точек. Определённо, немалая часть из них шла в сторону лаггера и несомненно приближалась к нему. Особенно быстро в голоэкране скользили две яркие белые точки, которые принадлежали интеллектуальным быстрым ракетам. Противостоять им было нечем. Он перевёл взгляд на ту часть голоэкрана, где отображалось пространство впереди лаггера: яркое сияние, которое окружало болид Мел Иссы заметно потускнело, но сам болид всё ещё не отображался и потому понять его состояние было невозможно. Далеко впереди отображалась большая серая клякса, которая, несомненно, принадлежала большому астероиду. Мартов ткнул пальцем в эту кляксу.

— Большой астероид. Идём к нему. Он спрячет нас от снарядов. Потом будем решать, что делать дальше, — скороговоркой произнёс он.

— Мы не успеем, — буквально процедил Вурд.

— Ты, просто, не хочешь этого. Я сам поведу! — выкрикнул Мартов и принялся шевелить туры, но тут же понял, что лаггер совершенно не отреагировал на это шевеление, продолжая идти к границе астероидного кольца.

Мартов вытянул руку в сторону пульта управления, намереваясь ткнуть пальцем в сенсор, разрешающий ему управление лаггером, но вдруг почувствовал, как что-то острое больно кольнуло его в шею, он дёрнулся и в тот же миг чёрный туман начал быстро заполнять его мозг.

* * *

— Спи! — процедил Вурд и убрав инъектор со снотворным в карман куртки, уставился в голоэкран, пытаясь оценить степень опасности от идущих следом за летательным аппаратом снарядов.

Снарядов было столь много, что уйгур невольно передёрнулся, словно Мартов их специально собирал по астероидному кольцу, будто намереваясь соревноваться уже не с участниками гонки, а со снарядами.

У Вурда вертелась в голове теперь лишь одна мысль — успеет летательный аппарат, который он знал как трегер, выйти из астероидного кольца раньше, чем его догонит пара быстрых ракет, которые шли первыми из всех снарядов и несомненно догоняли трегер.

Увлёкшись контролем за снарядами, Вурд просмотрел появление у края астероидного кольца пары летательных аппаратов — фрибутов наблюдателей.

Увидев фрибуты уйгур дёрнул трегер назад в астероидное кольцо, но тут же увидев быстро приближающиеся ракеты, опять повернул летательный аппарат в сторону фрибутов, вжавшись в кресло, будто намереваясь таким способом стать невидимым для наблюдателей.

К его удивлению, наблюдатели в фрибутах никаких ни действий для остановки трегера не предпринимали, ни каких-то сообщений не присылали, будто вышедший из астероидного кольца летательный аппарат был для них невидим. Пропустив трегер, они продолжили идти в сторону астероидного кольца и вскоре в пространстве замелькали яркие синие сполохи.

Вурд выпрямился и вздохнул свободно — экипажи фрибутов начали уничтожать приблизившиеся к окраине астероидного кольца снаряды. Но всё же две быстрые ракеты, которые шли за трегером, оказались достаточно интеллектуальны и совершив несколько быстрых маневров, уходя от обстрела, уткнулись в один из фрибутов. В пространстве вспыхнул большой жёлтый шар.

Взрывом отбросило второй фрибут на трегер. Удар пришёлся на кокпит трегера, но он был настолько сильным, что треснуло стекло кокпита и уйгур почувствовал, что воздух начал уходить из кабины трегера. Вращаясь, трегер заскользил неизвестно куда.

— Дайра! — невольно слетел с губ уйгура нелестный эпитет его цивилизации.

Его спина покрылась инеем. У него в голове молниями замелькали мысли, он пытался быстро сообразить, что предпринять в сложившейся обстановке, так как через недолгое время должна была наступить неминуемая смерть.

Покрутив головой, осматривая пространство, он вдруг увидел, что фрибут, с которым столкнулся трегер, тоже изрядно пострадал, его корпус помялся, раскачиваясь он движется вслед за трегером и в его боку отчётливо просматривается дверной проём.

«А ведь это может быть нашим спасением», — вдруг возникла у Вурда, как ему показалось стоящая мысль.

Сунув руку в нишу под кресло, он достал кислородную маску и надев, освободился от захватов, и подплыв к креслу Мартова, достал из ниши его кресла кислородную маску и надев её на него, тоже освободил от захватов, перевернулся и упершись руками в спинку кресла Мартова, ударом ноги выбил лопнувшую часть стекла кокпита и схватив Мартова за шиворот, поплыл из трегера в пространство, таща за собой Мартова.

Выплывя из трегера, энергично работая ногами и свободной рукой, он направился в сторону дверного проёма фрибута.

Летательный аппарат удалось достаточно быстро настигнуть. Оказавшись около него, Вурд заглянул в салон: в двух передних креслах сидели трасты, но насколько уйгур понял, они были или без сознания или вообще мертвы, так как никакой реакции на его появление не проявили. Толкнув Мартова в сторону одного из свободных кресел заднего ряда, Вурд схватил ближнего траста за шиворот, он оказался не пристёгнут, что скорее всего и стало проблемой для него и вытащив его из летательного аппарата, сильно толкнул его в сторону. Проделав тоже самое со вторым трастом, он уселся в кресло пилота и ткнул пальцем в один из сенсоров пульта управления — фрибут вздрогнул, показывая, что включился его генератор. Вурд ткнул в ещё один сенсор, но дверной проём не закрылся. Уйгур ткнул ещё несколько раз в этот же сенсор, но дверной проём закрываться не хотел. Тогда он начал тыкать пальцами едва ли во все подряд сенсоры пульта управления, результата не было — дверной проём оставался открытым.

Лоб уйгура покрылся испариной — над ним нависла очередная угроза смерти, так как насколько он видел по индикатору баллона кислородной маски, кислород в нём заканчивался.

В отчаянии, он оттолкнулся от подлокотников кресла и подплывя к дверному проёму, схватился за спинку кресла и несколько раз сильно ткнул ногой в стенку рядом с дверным проёмом, который вдруг закрылся и Вурда тут же бросило вниз от заработавшего генератора масс фрибута. Больно ударившись боком о подлокотник кресла, он, состроив болезненную гримасу, поднялся и повернул голову в сторону пульта управления. Прошло несколько мгновений и один из его терминалов изменил свой цвет из красного на зелёный, показывая, что герметичность салона не нарушена. Сорвав с себя и Мартовы кислородную маску, Вурд отшвырнул их в конец салона.

Мартов заворочался. Состроив гримасу досады, уйгур достал из кармана своей куртки ещё один инъектор со снотворным и введя его содержимое в шею Мартова, сунул пустой инъектор уже в другой карман и вернувшись в кресло пилота, взялся за туры управления.

Подняв голову, намереваясь определиться, куда направиться, Вурд вдруг увидел, что к месту событий подошли ещё два фрибута и начали отстреливать вышедшие из астероидного кольца снаряды, а их, насколько он понял, было немало, так как пространство изрядно посветлело от взрывов. К тому же, насколько Вурд видел в голоэкране фрибута, к пространству событий приближался лайнер со зрителями и потому экипажам подошедших фрибутов, скорее всего было не до него. Нужно было не допустить, чтобы какой-то вышедший из астероидного пояса снаряд угодил в лайнер.

Вурд пошевелил туры — летательный аппарат исправно отреагировал на его движения и тогда отклонив один из туров, он направил фрибут прочь от этого тревожного места событий. Но едва удалось отойти, как позади вспыхнуло огромное зарево — видимо один из зарядов всё же угодил в какой-то летательный аппарат и он взорвался, а может это был и трегер.

Передёрнувшись, Вурд ещё сильнее отклонил тур, намереваясь как можно быстрее уйти из этого пространства.

Но едва фрибут прошёл несколько тысяч метров, как в голоэкране вспыхнули три зелёных точки, которые шли навстречу фрибуту. Насколько уйгур понял по характеристическим показателям, это был клингер и два фрибута. Рука Вурда, сжимающая тур управления, напряглась, но тут же расслабилась.

«Дайра! — замелькали у него мысли досады. — Если отвернуть, ещё подумают, что пытаюсь удрать. Главное успокоиться и стараться хрипеть, чтобы по голосу не узнали», — решил он, ещё раз отдав себя в руки своей судьбы.

Прошло совсем недолгое время и зелёные точки приближающихся летательных аппаратов вначале трансформировались в серые чёрточки, а затем в узнаваемые контуры космических кораблей. Однозначно, они уменьшили свою скорость. Уменьшил скорость своего фрибута и Вурд.

— Кто и куда? — раздался в салоне фрибута Вурда громкий властный голос, который мог принадлежать лишь кому-то из троев.

— Пилот Фидолле. Иду на базу, — буквально прохрипел Вурд с замершим сердцем.

Имя этого траста он слышал, когда сидел спрятавшись в нише лаггера, во время обслуживания летательного аппарата трастами и хотя он не знал, являлся ли траст Фидолле наблюдателем в этой гонке, но другого имени ему в голову сейчас не пришло.

— Зачем? — прозвучал в салоне фрибута ещё один властный вопрос.

— Из астероидного кольца вышел восьмой — пилот без сознания, болид повреждён и вытащил за собой много снарядов. — принялся хрипеть Вурд, говоря правду. — При попытке оказать пилоту восьмого помощь, фрибут поймал снаряд и тоже получил повреждение и сейчас я доставляю восьмого пилота на базу.

— Передай восьмого пилота сопровождающему меня, а сам вернись к наблюдению, — получил Вурд приказ.

«Это конец!» — тут же всплыла у него тяжёлая мысль, его сердце, буквально, остановилось.

— Так как фрибут сильно повреждён, то для наблюдения за ходом гонки он сейчас не соответствует требуемым нормам и потому я и направляюсь на базу — захрипел Вурд, пытаясь выдумать какую-то вполне правдивую историю, чтобы продолжить путь прочь от астероидного кольца. — К тому же, к месту событий приближается лайнер и сопровождающий фрибут будет полезен там, так как моя орудийная турель не работает.

— Продолжай свой путь. По-пути забери из финишных боксов восьмого наблюдатели, обеих доставь на базу и жди моего возвращения. Выполняй! — Едва ли не прогремел в салоне фрибута властный голос.

— Да, масса! — прохрипел Вурд, вытирая ладонью мокрый лоб.

Прошло несколько мгновений и набирая скорость эскорт из клингера и фрибутов продолжил свой путь.

Подождав несколько мгновений, Вурд отклонил тур управления и направил фрибут в сторону астероидного кольца, намереваясь найти финишные боксы и забрать из них восьмого навигатора — партнёра землянина, имя которого он так и не запомнил.

Финишные боксы уйгур нашёл достаточно быстро и насколько он понял, гонка ещё не была завершена, так как входы финишных боксов ещё не были закрыты силовыми полями.

Пристыковав фрибут к модулю управления восьмого бокса, Вурд убедившись, что землянин всё ещё спит, направился в навигаторскую бокса.

Дверь навигаторской была закрыта, но пластинка идентификации рядом с ней горела зелёным цветом. Ткнув в неё ладонью, Вурд вошёл внутрь.

Видимо услышав шум за спиной, Марчела повернула голову и увидев вошедшего вскочила со своего кресла и Вурд тут же почувствовал как острая игла больно кольнула его мозг. Он пошатнулся, в глазах начало темнеть. Не давая отчёта своему действию, он выхватил из кармана куртки инъектор со снотворным и бросившись в сторону навигатора, воткнул иглу инъектора ему в шею и тут же потерял сознание.

Вурд открыл глаза. Он лежал на животе на полу. Приподнявшись, он покрутил головой — перед ним, на полу, подвернув под себя ноги лежал навигатор. Его глаза были закрыты, из его шеи торчал инъектор.

Резко оттолкнувшись от пола руками, Вурд поднялся, шагнул к навигатору, выдернул из его шеи инъектор и убрав его в карман куртки и приподнял голову, осматривая навигаторскую, так как никогда не был в ней. Его взгляд уперся в большой голоэкран, который был развёрнут на всю стену навигаторской. Выпрямившись, он шагнул к голоэкрану.

Насколько было понятно, гонка ещё не была завершена, так как в пространстве астероидного кольца отчётливо просматривались яркие вспышки, от ведущих перестрелку соперников, но два болида уже были совсем недалеко от финишных боксов. Вурд скользнул взглядом по панели участников гонки — большая часть участников уже была в красном цвете. Рейтинг восьмого участника был достаточно высок, но он уже тоже был в красном цвете.

Донёсшийся громкий шум, заставил Вурда оглянуться — дверь в навигаторскую он забыл закрыть и в неё заглядывал гуманоид странного вида, с вытянутым лицом не вдоль тела а поперёк. Очень широкий рот гуманоида открылся и донёслись какие-то непонятные Вурду звуки. Рука гуманоида полезла в карман его куртки. Не давая себе отчёта, Вурд выдернул из-за пояса оружие, в пространстве навигаторской прошелестела вуаль, гуманоид вытянулся, будто получил команду «смирно» и в следующий момент ввалился в навигаторскую и упав лицом вниз дёрнулся и затих.

Состроив гримасу досады, Вурд бросился к нему и схватив за шиворот, втянул в навигаторскую и подтянув к креслу, попытался усадить его, но гуманоид оказался очень тяжёл.

Оставив его около кресла, уйгур шагнул к навигатору, поднял его, тот оказался не тяжёл и взвалив его на плечо, направился из навигаторской прочь, закрыв после себя дверь.

Дойдя до фрибута, он усадил навигатора в кресло заднего ряда и отстыковав летательный аппарат, направил его прочь от финишных боксов.

«Дайра! Куда теперь? — замелькали у него тревожные мысли. — На базу — смерть. Остаться здесь — непредсказуемо и несомненно, кто-то из организаторов заинтересуется почему в восьмой навигаторской лежит мёртвый гуманоид. Определённо — найдут и тоже смерть. Нужно придумать что-то неординарное. Думай! Думай! — он потёр лоб.

Вурд пробежал взглядом по голоэкрану и увидев неподалёку небольшой астероид, направил фрибут в его сторону. Когда летательный аппарат оказался неподалёку, уйгур понял, что это не астероид, а изуродованный корпус летательного аппарата, видимо оставшегося от какой-то из предыдущих гонок и теперь крутящийся в астероидном кольце вместе с астероидами. Хотя организаторы «Формулы смерти» очищали астероидное кольцо от уничтоженных болидов и их обломков, но некоторые всё же оставались не выявленными и могли крутиться вместе с астероидами бесконечно долго.

Вурд пробежался взглядом по голоэкрану — совсем неподалёку наблюдался огромный астероид. По его отклику в голоэкране было ясно, что астероид с большим содержанием железа. У уйгура тут же созрел, как ему показалось, превосходный план.

«Если я взорву этот изуродованный корпус, — замелькали у него быстрые мысли, — а сам пристыкуюсь к этому огромному астероиду, то есть основание предположить, что трои по обломкам подумают, что это мой фрибут столкнулся с астероидом и взорвался. Шанс, конечно, не гарантированный, но другого нет».

Вурд принялся манипулировать булом орудийной турели и когда белый круг прицела опоясал изуродованный болид, он остановил своё действие, вдруг увидев в голоэкране строку с сообщением, что у фрибута есть два терминатора. Не раздумывая, он активировал пуск терминаторов, два раза нажал на сенсор выстрела и резко отклонив тур управления, послал фрибут в сторону огромного астероида. Прошло недолгое время и уйгур увидел, как в пространстве астероидного кольца, неподалёку за финишными боксами вспыхнул яркий жёлтый шар.

Отклонив тур, Вурд развернул фрибут и направил его в сторону большого астероида, отображаемого большой серой кляксой в голоэкране, который находился совсем неподалёку и скорее всего, сейчас можно было летательный аппарат подвести к нему незамеченным, так как облако обломков, взорвавшегося болида, должно было экранировать фрибут.

Быстро подведя фрибут к выбранному астероиду, Вурд прижал летательный аппарат к большой нише в астероиде, которая должна была достаточно надёжно спрятать фрибут, отключил генератор летательного аппарата, погасил не только его габаритные огни, но все индикаторы внутри салона и откинувшись на спинку кресла, прикрыл глаза и замер.

6

Максим Мартов с трудом раздвинул веки. Было темно. В голове стоял непонятный шум. Поняв, что сидит и его тело неприятно затекло, он попытался пошевелиться, но это не удалось, так как его тело было будто связано.

— Где я! — прохрипел он, первое, что смог создать его шумящий мозг.

— Сиди тихо или опять усыплю, — донёсся в темноте негромкий шёпот на старом языке землян.

— Гад! — произнёс Мартов нелестный эпитет, поняв, что угрозу в его адрес произнёс уйгур.

Наступила долгая тишина.

— Где мы? — опять поинтересовался Мартов, продолжая хрипеть, но теперь стараясь это делать как можно тише.

— Приклеены к астероиду, — прошептал Вурд.

— Как? Гонка ещё не финишировала?

— Не знаю!

— А что же…

— Потом! Жди!

— Мне больно! Развяжи!

Донёсся шорох и Мартов почувствовал, как его тело получило некоторую свободу. Он попытался пошевелиться и тут же тысячи игл вонзились в тело, заставив его выгнуться, но закусив губы, он подавил стон. Прошло некоторое время, боль начала уходит и по телу заструилось тепло. Мартов шумно выдохнул.

Вскоре глаза землянина начали адаптироваться к темноте, проступили контуры окружающих его предметов и всмотревшись в них, он вдруг осознал, что они не напоминают контуры интерьера кабины лаггера. Он поёрзал в кресле и понял, что это кресло тоже не кабины лаггера. Насколько он теперь видел, в соседнем кресле просматривался человеческий контур.

— Это не лаггер? — негромко поинтересовался он восстановившимся голосом, смотря в сторону соседнего кресла.

— Нет!

— А где…

— Не знаю. Пришлось бросить.

— Мы никуда не движемся?

— Нет!

— Почему?

— Жди!

Мартов отвернулся и уставился в темноту перед собой. Неожиданно позади него донеслись какие-то громкие шорохи и скрипы. Он невольно съёжился.

— Кто здесь? — с тревогой в голосе поинтересовался Мартов.

— Твой навигатор, — пришёл тихий ответ от уйгура.

— Марчела!? — Брови Мартова подскочили наверное до середины лба.

— Я не помню, как его зовут.

Мартов попытался привстать, но система безопасности, прижимающая его к креслу, лишь позволила ему чуть пошевелиться.

— Это она, а не он. Убери систему безопасности от меня, — зло прошептал он.

Раздался громкий шорох и Мартов почувствовал полную свободу. Теперь ему удалось привстать и оглянувшись, просунуть голову между передних кресел — позади, действительно, просматривался человеческий контур. Он вытянул руку и коснулся головы человека — это оказалось лицо. Оно было влажным.

— Марчела! — громким шёпотом произнёс Мартов на универсальном языке Федерации.

Вместо ответа влажное лицо человека потёрлось о его ладонь. Так как так сидеть было неудобно, Мартов вернулся в кресло.

— Ничего не понимаю, — Он покрутил головой. — Что в конце концов произошло? Долго мы будем здесь торчать! Я хочу пить, — в голосе Мартова послышались злые нотки.

Прошло несколько мгновений и ему в грудь что-то ткнулось.

— Пей! — донёсся голос уйгура. — Единственная.

Мартов взял предмет — это оказалась баночка. Он покрутил её в руках и понял, что это такая же баночка из которой он пил некогда в лаггере. Правильно сориентировав её, он стукнул ею себе по колену и поднеся ко рту сделал несколько больших глотков. Затем повернулся и просунул руку с баночкой между кресел.

— Марчела! Напейся! Неизвестно, когда ещё удастся. — произнёс он на универсальном языке.

Почувствовав рядом со своей рукой собой руку зевсы, Мартов отпустил баночку и сел лицом вперёд.

— Ты скажешь, наконец, что произошло? — повторил он свой предыдущий вопрос на древнем языке землян.

— Ты начал мешать и пришлось тебя усыпить. У меня всегда есть с собой несколько инъекторов с эффективным препаратом, — негромким голосом заговорил Вурд.

Его монолог оказался очень длинным, но Максим Мартов выслушал его не перебивая уйгура.

— Затем нашёл большой астероид, приклеился к нему и начал ждать, надеясь на ещё одну удачу. Через какое-то время вы очнулись. Вот, собственно и всё, что произошло.

Вурд умолк. В салоне летательного аппарата наступила тишина.

— Ты так описал произошедшие с тобой события, будто ты всю свою жизнь был наблюдателем «Формулы смерти» и потому знаешь её организационную сторону. — с иронией произнёс Мартов.

— «Формуле смерти» уже сто, а может и двести лет, — опять заговорил Вурд. — Она проводится один раз в местный года и становится всё более популярной и более смертельной. Насколько известно из её истории, прежде были разрешены только лазеры и стрелковое оружие. Теперь же разрешается всё более изощрённое оружие. Не исключено, что когда-то будут разрешены тяжёлые излучатели и аннигиляторы. В глобальном информатории можно найти огромное количество информации о ней. Это пожалуй самое ожидаемое событие Галактической Харты. За ходом гонки наблюдают во всех цивилизациях галактики. Я не исключение. В тотализаторе гонки крутятся такие уровни, что тому, кому повезёт можно безбедно жить всю оставшуюся жизнь. Насколько я видел информацию в голоэкране твоего навигатора, твой рейтинг был достаточно высок и кто на тебя поставил, теперь готовы тебя найти и разорвать. Берегись!

— Пусть ищут. — Мартов негромко хмыкнул. Что такое база, куда ты должен был нас доставить?

— База — это большой транспортный корабль, который доставляет болиды к астероидному кольцу и потом забирает те, которые остались. Там же находятся и устроители гонки.

— Долго нам ещё быть приклеенным?

— Не знаю! — Вурд мотнул головой. — Может долго, может нет.

— А если наблюдатели решат прочесать весь астероидный пояс?

— Значит нам конец. С одной стороны нам повезло, астероид с большим содержанием железа и экранирует нас; с другой стороны — он так же экранирует и пространство от нас, что происходит за астероидным кольцом можно только гадать. Несомненно, трои уже, как ты выразился, прочесали окрестности финишных боксов. Возможно они поверили, что фрибут взорвался. Нужно ещё подождать некоторое время. Предлагаю часа три-четыре поспать.

— Я уже выспался. — зло процедил Мартов.

— Я нет! — затихающим голосом произнёс Вурд и в салоне наступила тишина.

«Гад, — отправил землянин нелестный мысленный эпитет в адрес уйгура. — Усыпить бы тебя навсегда. Все проблемы из-за тебя. Только теперь без тебя их и не решить. Гад!»

Мартов откинулся на спинку кресла и невольно прикрыл глаза…

* * *

Максим Мартов открыл глаза. Было темно и тихо. Он пошевелился и тут же тысячи игл воткнулись ему в спину. Сжав зубы он шумно вздохнул.

— Проснулся? — донёсся тихий голос, по которому Мартов узнал уйгура. — А говорил спать не хочу.

— Мы ещё на астероиде? — недовольным голосом поинтересовался Мартов, выгибаясь и чувствуя как по спине начало расползаться тепло.

— На астероиде.

— Может уже пора уходить?

— Может.

— Так пошли.

— Пошли.

Донеслись громкие шорохи и Мартов почувствовал, как летательный аппарат пришёл в движение. Прошло недолгое время и фрибут вынырнул из полной темноты в темноту усыпанную яркими звёздами. Мартов невольно залюбовался завораживающей картиной.

Местное солнце видимо было закрыто какой-то из планет, астероидное кольцо в этом своём участке, скорее всего, не имело больших астероидов и потому ничто не мешало Мартову любоваться яркими великолепными звёздами чужой галактики. Особенно завораживающе смотрелся звёздный рукав галактики, который был гораздо более насыщен яркими звёздами, чем рукава галактики «Млечный путь», до которых, казалось, вытяни руку и дотянешься.

— Что-то произошло? — донёсся до слуха Мартова громкий возглас уйгура.

— Что произошло? — Мартов закрутил головой.

— Я спрашиваю — уходим? Ты молчишь, — произнёс Вурд.

— Уходим! — Мартов кивнул головой. — Я засмотрелся на местные звёзды. Они великолепны. Такие не часто встретишь в моей галактике.

Он повернулся и посмотрел назад между кресел — в темноте отчётливо просматривался блеск глаз зевсы. Глубоко вздохнув, землянин занял прежнюю позицию в кресле и провёл взглядом по лобовому стеклу летательного аппарата, но где сейчас находился портал, сориентироваться не смог.

— Проклятье! Не пойму, где портал, — недовольным голосом произнёс он.

— Слева! — раздался резкий голос уйгура. — Если верить тебе и если повезёт… Что делаете вы, когда ожидаете положительный исход какого-то события? — поинтересовался он.

— Сжимаем руки в кулаки и держим так, пока событие не состоится, — пояснил Мартов.

— Значит держите кулаки.

Мартов почувствовал, как его начало мягко прижимать к спинке кресла и великолепные звёзды начали всё быстрее скользить за лобовым стеклом летательного аппарата и вдруг померкли.

— Что-о-о… — Мартов умолк не договорив, поняв, что летательный аппарат накрыт каким-то полем.

* * *

Фрибут уже долго скользил неизвестно для Мартова куда, так как через поле скрытия пространство едва просматривалось своими лишь самыми яркими звёздами. Землянин периодически бросал взгляд в сторону уйгура, но Вурд сидел далеко подавшись вперёд, едва ли не уткнувшись лицом в лобовое стекло и Мартов отворачивался, тоже устремляя взгляд в лобовое стекло, понимая, что о чём-то спрашивать уйгура сейчас бессмысленно.

Вдруг Мартов начал осознавать, что одна из синих звёздочек впереди растёт в размере. Его сердце невольно сжалось.

«Портал!» — понял он.

Портал рос в размере, но не так быстро, как хотелось бы Мартову. Никаких препятствий на пути летательного аппарата не наблюдалось и Мартов постепенно успокаивался.

Наконец начала отчётливо просматриваться структура портала. Энергия в нём бушевала, заставляя сердце землянина теперь уже сжиматься от волнения осознания того, что поле, каким был окутан летательный аппарат, отключено и возможно, он теперь доступен всем средствам наблюдения местных цивилизаций. Вурд вёл летательный аппарат прямо в центр бушующей в портале энергии, не снижая скорости, что, насколько знал Мартов, противоречило закону вхождения в портал. Он уже вознамерился сказать об этом уйгуру, как вдруг увидел, что на портал начала наползать какая-то серая тень. Он резко повернул голову в сторону Вурда.

— Что…

— Клингер! — произнёс Вурд, опережая вопрос землянина.

— Не успеем… — Мартов шумно выдохнул.

Никакого ответа от уйгура не пришло. В салоне фрибута наступила такая тишина, что слышно было дыхание каждого пассажира летательного аппарата.

Вскоре серая тень клингера больше чем наполовину закрыла собой сияние портала. Всматриваясь в лобовое стекло, Мартов понял, что уйгур ведёт фрибут под клингер, ближе к его корме.

Экипаж клингера, видимо, не сразу осознал намерение экипажа приближающегося летательного аппарата, а когда понял его маневр, начал разворачивать свой корабль носом сторону фрибута, но явно не успевал со своим маневром, видимо потому, что клингер был массивен и потому достаточно инерционен.

Фрибут проскочил под клингером и Мартов невольно сжал веки от вдруг появившегося огромного волнующегося синего круга с бушующей в нём энергией. В салоне посветлело. Мартов оглянулся — но стекла заднего вида в салоне не оказалось. Тогда он прижался лбом к боковому стеклу рядом с собой — клингер быстро разворачивался носом в сторону портала. Сердце землянина замерло в тревоге.

Он бросил быстрый взгляд в сторону лобового стекла и тут же отвернулся от яркого сияния портала и опять прижался к боковому стеклу салона. Его сердце, буквально, остановилось — нос клингера из серого быстро перекрашивался в зелёный цвет.

Мартов открыл рот, чтобы предупредить Вурда о возможной атаке клингера, как вдруг осознал, что начал переворачиваться и через мгновение он уже летел неизвестно куда вверх ногами.

Прошло мгновение и яркое синее свечение заполнило салон летательного аппарата, окружило Максима Мартова со всех сторон и он тут же полностью утонул в нём.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ВОЗВРАЩЕНИЕ

Вот звёздное небо! Что видно на нём?

Звёзды там светят далёким огнём!

Только ли звёзды на небе сияют?

Нет! Среди звёзд там планеты блуждают!

Аркадий Хайт

1

— Коммандер! Коммандер! — громкий, явно взволнованный голос заставил исполняющего должность начальника колонии на Таксане старшего офицера космического флота Земной Федерации, коммандера Владимира Лосева поднять голову — перед входной дверью стоял один из колонистов Виктор Стогов.

— Что ещё? — Лосев вопросительно взмахнул подбородком.

— Там! Там! — Стогов вытянул руку в сторону двери. — Они их убили и выбросили. Там… — Стогов попятился и дверь за его спиной скользнула в сторону, открывая проём.

— Проклятье! — с гримасой недовольства Лосев поднялся и выйдя из-за стола, направился к выходу.

Виктор Стогов был исполнительным колонистом и без серьёзной причины он не мог появиться в кабинете начальника колонии. Во время последней атаки силаев на транспорт прямо на космодроме колонии он был серьёзно ранен. Реаниматоры колонии смогли вернуть его к жизни, но его мозг полностью не восстановился и он порой совершал очень странные поступки, хотя и безобидные. Лосев ждал прибытия транспорта с Земли, чтобы отправить Стогова с ним из колонии, а сейчас колонист выполнял обязанности адъютанта у Владимира Лосева.

Увидев, что коммандер идёт к выходу, Стогов развернулся и шагнув в сторону, скрылся из вида. Лосев ускорил шаг и выйдя в коридор, увидел уже далеко быстро семенящего к выходу из административного здания колонии своего адъютанта. Поняв, что останавливать того бесполезно, Лосев побежал и выскочив из дверей, ведущих на космодром колонии, замер — неподалёку на космодроме стояли несколько колонистов, уставившись себе под ноги. Насколько Лосев видел, на поле космодрома что-то лежало. Стогов бежал в сторону колонистов. Коммандер быстрым шагом направился туда же.

По мере приближения к колонистам, лицо Лосева приобретало всё более злое выражение, так как колонисты расступились и он увидел, что на космодроме неподвижно лежат два человека, а когда он вошёл в образованную колонистами брешь, невольно сжал зубы до такой степени, что они громко скрипнули — на поле космодрома, перед ним, на спине, лежали начальник колонии Вячеслав Козлов и сармат Эрт Кройт. Насколько было видно по их восковым лицам они уже давно были мертвы. Лосев покрутил головой, скользя взглядом по лицам колонистов.

— Что произошло? — Он подтвердил свой вопрос взмахом подбородка, остановив взгляд на ближнем к себе колонисте.

— Мы направлялись к глайдеру, чтобы отправиться на вахту, — заговорил колонист. — Как вдруг, будто материализовавшись из воздуха, над космодромом повис странный корабль, гораздо больше лаггера, но меньше крейсера. Люк в его днище открылся и из него на космодром вывалились… — колонист повёл подбородком в сторону лежащих на космодроме мёртвых людей.

— А корабль? — Лосев опять взмахнул подбородком.

— Исчез, — колонист дёрнул плечами.

— Чёрт знает что! — Лосев состроил озлобленную гримасу и покрутив головой, остановил взгляд на Стогове. — Найди реаниматоров. Пусть займутся ими. Останешься с ними, потом доложишь, что они выяснят. — Он опять повернул голову в сторону того же колониста. — Отправляйтесь на вахту. Но будьте аккуратны. Почаще посматривайте по сторонам. Пора этому положить конец.

Развернувшись, исполняющий обязанности начальника колонии направился ко входу в здание космопорта колонии.

* * *

С космодрома Владимир Лосев направился в зал быстрой связи и войдя туда, приказал дежурному связисту попытаться связаться с ушедшими с дипломатической миссией транспортом и крейсером. Прошло достаточно долгое время, но ни один корабль на связь не вышел. Состроив злую гримасу, Лосев покинул зал быстрой связи.

Вернувшись в кабинет, по голосвязи коммандер связался с капитанами крейсеров, находящимися на орбите Таксаны.

— Вы сейчас видели какой-либо неизвестный корабль? — явно злым голосом поинтересовался он, переводя взгляд с одной голограммы на другую.

— Нет! — одновременно ответили капитаны крейсеров, крутя головой.

— А через детектор скрытых масс?

— Нет! — капитаны опять мотнули головой.

— Просмотрели! — Лосев с такой силой ударил рукой по столу, что стол подпрыгнул и голограммы мигнули.

— Гард коммандер! Что произошло? — произнёс один из капитанов, Николс Медин.

— В колонию только что приходил неизвестный корабль и выбросил на космодром мертвых начальника колонии и Вячеслава Козлова и сармата Эрт Кройта. Корабль, скорее всего, был накрыт полем скрытия. Однозначно — это силаи. Немедленно возвращайтесь на космодром. Это терпеть больше нельзя. Оправляемся к силаям в гости и будем усмирять. Не захотят успокоиться, уничтожим их к чёртовой матери, — Лосев ещё раз ударил рукой по столу с тем же эффектом. — Через час в зале Совета колонии.

— Да гард коммандер! — разом ответили капитаны и голограммы с их отображением погасли.

Лосев ткнул пальцем в один из сенсоров стола и перед ним повисла ещё одна голограмма с виртуальным микрофоном.

— Всем свободным от вахты пилотам лейтеров через час собраться в зале Совета, — произнёс он и поднявшись, направился к выходу.

* * *

Через час в зале Совета колонии собрались не только капитаны кораблей, но все свободные колонисты, так как по колонии уже прошёл слух, что коммандер решил кардинально разобраться с силаями. Лосев вошёл в зал, когда там уже были все вызванные туда капитаны.

Войдя, Лосев в удивлении поднял брови, увидев большое количество народа, но погримасничав губами, молча прошёл к креслу, которое всегда занимал начальник колонии и усевшись, медленно обвёл присутствующих тяжёлым взглядом.

— Не знаю, как вам, но мне надоело терпеть силаев у себя над головой и утираться от их постоянных пакостей, — заговорил он твёрдым голосом. — Их последняя выходка перешла все границы. Они убили начальника колонии Вячеслава Козлова и сармата Эрт Кройта, которые отправились к ним с предложением о дружбе. Где Максим Мартов и что с транспортом и крейсером неизвестно, на связь они не выходят. Оставлять эту выходку силаев безнаказанной нельзя. Я организовываю военную экспедицию в их планетную систему. Туда идут два крейсера, а также восстановленный транспорт с десятью вооружёнными колонистами. Уверен, силаев нет военных космических кораблей сопоставимых по мощности с крейсерами, иначе нашей колонии на Таксане уже не было бы и потому я верю в положительный исход нашей экспедиции. Или мы принудим силаев к миру или навсегда отобьём у них охоту соваться на Таксану, пока мы не уйдём с неё. Уходим через двое суток. Вместо меня начальником колонии остаётся, — он покрутил головой, скользя взглядом по колонистам, — Михаил Зайцев.

— Гард коммандер! — названный колонист вскочил. — Я тоже хочу отправиться к силаям и отомстить им за Вячеслава Козлова. Мы были друзьями. Мы вместе пришли сюда более десяти лет назад и вместе уйдём.

По залу пронёсся ироничный шум.

— Уйдёшь! И не исключено, что вместе, — по лицу Лосева скользнула непонятная гримаса. — У тебя на ходу останутся всего лишь шесть лейтеров. Лаггеры, после ухода дипломатической мисси, над колонией не появлялись. На внешних подвесках приходившего на космодром носителя их тоже не было: или он их сбросил в облаках или есть какая-то загадка. Все работы в карьере на время нашего отсутствия прекратить. Всем оставшимся колонистам организовать круглосуточное дежурство в орудийных башнях колонии. Я сам доложу на Землю о принятом мной решении. Тебе связываться бессмысленно, так как помощь придёт лишь через четыре года. Надейтесь лишь на себя. Скорее всего мёртвых выбросил тот самый носитель, который мы никак не можем найти и уничтожить, так как он был накрыт полем скрытия, которое наши детекторы скрытых масс не видят. Судя по описанию, носитель небольшой. Уверен, что на Таксану он может за раз доставить не более четырёх лаггеров. К тому же в колонии не останется ни одного транспорта и потому силаи не должны быть активны. Транспорт с Земли придёт ещё не скоро. Мы к тому времени вернёмся.

— А если… — Зайцев покрутил головой.

— Никаких если. Займитесь уборкой колонии. Бардак везде! Однозначно, мы вернёмся очень голодными и потому поработайте в теплицах, чтобы было чем нас накормить. — Лосев громко хмыкнул. — Каждая вахта выделяет из своего состава трёх человек. Десятым идёт Смирнов и он же будет командиром отряда колонистов. Вооружение: тяжёлые зарды и по десять запасных батарей. Капитанам крейсеров максимальная загрузка всеми компонентами. Капитану транспорта максимально загрузиться продуктами в расчёте на полгода на экипаж и десятерых колонистов. Я иду в экипаже крейсера «Резвый». Это всё. Через двое суток, ровно в полдень местного времени, все корабли должны быть готовы к старту.

Лосев резко поднялся и зашагал к выходу.

Присутствующие в зале тоже начали вставать и переговариваясь, так же направились к выходу.

* * *

Владимир Лосев лишь один раз перед уходом к силаям связался по быстрой связи с Землёй и без подробностей доложив о гибели начальника колонии и сармата, сказал, что решил принять более решительные меры по борьбе с силаями, не углубляясь в них и попросил Землю прислать в колонию ещё один крейсер, на что получил от Земной Федерации согласие.

На Землю были отправлены двое захваченных силаев, так как коммандер уже был не уверен, что переполненный злостью, оставит их в живых, если они будут оставаться в колонии.

Как и приказал Лосев, через двое местных суток, ровно в полдень, военная экспедиция в планетную систему силаев была готова к старту.

Так как вахт по добыче таррлата больше не было, то, практически, все колонисты с тревогой на лицах провожали экспедицию. Никто не знал, что там произошло и что там ожидало эту, хотя и более грозную, экспедицию, тоже никто не знал и колонисты лишь строили догадки об её успешном исходе, так как умерщвлённая дипломатическая миссия большого оптимизма не вызывала Над колонией висела сплошная тёмная облачность, но дождя не было, будто местная природа решила дать спокойно уйти этой военной экспедиции.

Коммандер Лосев сидел в специальном кресле зала управления крейсера «Резвый», которое по его приказу смонтировали колонисты и не отрывая взгляда смотрел на прыгающие на экране сканера пространственного обзора цифры времени, с блуждающей усмешкой на губах ожидая появления нужных цифр, хотя считал это предрассудком и можно было стартовать по готовности эскадры, а не по сложившейся традиции временных рамок, но всё же он решил традицию не нарушать.

Тесты систем управления всеми уходящими кораблями уже были пройдены и генераторы кораблей были в работе. Наконец высветились ожидаемые цифры времени. Лосев шумно вздохнул.

— Всем капитанам! Старт! — громко произнёс он.

Прошло несколько мгновений и «Резвый», вздрогнув, медленно пополз вверх. Поднявшись над колониальным поселением, он качнулся в прощальном приветствии и уже быстро набирая скорость, пошёл в сторону низкой чёрной облачности, угрюмо нависшей над космодромом.

Транспорт стартовал следом и занял место за крейсером. Второй крейсер «Быстрый» шёл последним. Прошло совсем недолгое время и небольшая эскадра Земной Федерации скрылась из вида, стоявших на космодроме колонистов, в тяжёлой чёрной облачности.

2

Шли уже тридцатые сутки пути военной экспедиции землян, а планетной системы силаев на экранах пространственного обзора кораблей эскадры всё не наблюдалось. Коммандер Владимир Лосев негодуя, постоянно связывался с капитаном транспорта Ярмом Стегг, спрашивая у него, видит или нет его сканер пространственного обзора нужную планетную систему, так как у транспорта система пространственного обзора была более дальнозоркая, но капитан Стегг, вместо ответа, лишь молча крутил головой. У Лосева начала закрадываться мысль, что эскадра идёт не туда. Он даже потерял сон и уже вознамерился отдать приказ капитанам, чтобы они начали расходиться в стороны, чтобы охватить как можно большее пространство для поиска планетной системы силаев, как на исходе тридцать первых стандартных суток пути, почти в центре экрана пространственного обзора транспорта появилась крохотная красноватая звёздочка. Ярм Стегг тут же связался с коммандером.

— Гард коммандер! — впервые обратился он к Лосеву за весё время пути. — Впереди, с отклонением в четыре градуса вправо и один вниз от вектора пути эскадры, наблюдается звезда класса М4. Уверен — это нужная нам звезда.

Лосев тут же закрутил головой, скользя взглядом по экрану пространственного обзора крейсера и остановив взгляд в названных капитаном Стеггом координатах вдруг тоже увидел едва видимую крохотную красноватую точку. Его брови выгнулись высокими дугами.

— Ты уверен, что это та звезда, которая нам нужна? — Лосев перевёл взгляд на голограмму с отображением капитана транспорта.

— Насколько я помню, — Ярм Стегг состроил серьёзное лицо, — Эрт Кройт говорил, что звезда планетной системы силаев красный карлик и возможно является остатком проколлапсировавшей звезды.

— Помню! — Лосев кивнул головой. — Что-то такое он нашёл в мозгу силаев. Других похожих звёзд не наблюдается поблизости?

— Не наблюдается, гард коммандер.

— Значит корректируем вектор пути. Всем капитанам! — повысив голос заговорил Лосев. — Коррекция вектора пути. Цель — красная звезда!

Прошло совсем недолгое время и отображаемый на экране пространственного обзора крейсера «Резвый» красный карлик уже находился точно в его центре.

* * *

Прошло ещё двое стандартных суток пути. Красный карлик на экране пространственного обзора кораблей эскадры уже отображался достаточно большим кругом, но никаких планет рядом со звездой ещё не просматривалось, но это возможно было от того, что эскадра вошла в очень запылённое пространство и была вынуждена значительно снизить скорость. На связь с коммандером опять вышел капитан транспорта Ярм Стегг.

— Гард коммандер! — заговорил он. — Сканер пространственного обзора видит одну из планет слева от звезды. Она видна из-за странного зеленоватого круга вокруг неё. Несомненно, это от присутствия в её атмосфере таррлата.

Брови Лосева поднялись в немом удивлении.

— Если красный карлик является остатком проколлапсировавшей звезды, — опять заговорил капитан транспорта. — Значит впереди будет большое астероидное кольцо или облако. Нужно быть очень аккуратными.

— Когда появятся астероиды, тогда и снизим скорость, — недовольным голосом заговорил коммандер, — иначе мы никогда не доползём до планеты силаев. Может быть потому силаи и лезут на Таксану, что им тоже нужен таррлат? Но Эрт Кройт утверждал, что они не знают его?

— Не исключено, что они знают его по другому, — Ярм Стегг в голограмме поднял плечи.

— Как бы они его не знали, но использовать по другому этот минерал навряд ли возможно, — Лосев покрутил головой. — Что-то здесь не так. Будем разбираться. Будь внимателен. Попытайся узнать сколько планет в этой планетной системе и к какой нам идти. И главное — не пропусти корабли силаев. Иначе нас ждёт та же участь, что и дипломатическую миссию.

— Да, гард коммандер! — капитан транспорта кивнул головой и голограмма с его отображением погасла.

Лосев уставился влево, от отображаемого на экране красного карлика, где по словам капитана Стегга находилась планета в зелёной окантовке. После долгого всматривания в экран бледную зелёную окружность ему наконец удалось увидеть.

Эскадра шла несколько в сторону от этой зеленоватой окружности, но чтобы направить эскадру в сторону этой планеты Лосев такую команду ещё не решался отдать, намереваясь вначале получше узнать планетную систему, попытаться увидеть какие-либо корабли силаев, а уже затем принять какое-то решение.

Прошло ещё некоторое время и в зале управления крейсера «Резвый» опять вспыхнула голограмма с отображением в ней капитана транспорта Ярма Стегга.

— Гард коммандер! Крейсер, который ушёл с дипломатической миссией, — скороговоркой произнёс он.

Ничего не сказав, Лосев закрутил головой, скользя взглядом по экрану пространственного обзора, но так ничего и не увидев, что указывало бы на крейсер, уставился в голограмму.

— Где он? — коммандер подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Справа от звезды. На ширине ладони. Характеристические показатели указывают, что это наш «Стремительный», — пояснил Ярм Стегг.

— Транспорт? — Лосев опять взмахнул подбородком.

— Не наблюдается, — состроив непонятную гримасу, капитан транспорта покрутил головой.

— Свяжись с крейсером.

— Не отвечает, — капитан Стегг дёрнул плечами.

— Всем капитанам! Курс на обнаруженный крейсер. Ориентация на транспорт. — Громкими голосом заговорил Лосев. — Быть предельно внимательными и готовыми отразить возможную атаку кораблей силаев. Веди! — он повёл подбородком в сторону голограммы.

— Да, гард коммандер! — Ярм Стегг кивнул головой и голограмма с его отображением тут же погасла.

Прошло несколько мгновений и звёзды на экране пространственного обзора крейсера «Резвый» приобрели заметное боковое смещение.

* * *

Пыли в пространстве становилось всё больше и эскадре пришлось снижать скорость. Наконец на экране пространственного обзора «Резвого» появилась зелёная точка с характеристическими показателями крейсера, ушедшего с дипломатической миссией. Крейсер был неподвижен. Все попытки вахтенного офицера крейсера «Резвый» связаться со «Стремительным» результата не давали — крейсер не отвечал. Более того, за крейсером начало просматриваться какое-то синее пятно, никак не похожее на звезду. В сердце Лосева закралась невольная тревога.

Вместе с пылью, в пространстве начали появляться и камни и вскоре коммандер понял, что эскадра подошла к астероидному кольцу. Чтобы не идти через астероидное кольцо, подвергая корабли эскадры опасности столкновения с астероидами, Лосев приказал капитанам обойти астероидное кольцо сверху и едва корабли поднялись над ним, как по экрану пространственного сканера «Резвого» заскользили две красные точки, идущие в астероидном кольце.

— Всем! Боевая тревога! — громким голосом заговорил коммандер. — Приготовиться к отражению атаки противника.

Время шло. Корабли эскадры продолжали идти над астероидным кольцом, которое было огромным по ширине, в котором так же продолжали скользить красные точки неизвестных кораблей, метаясь по сторонам, будто что-то ища в астероидном кольце, никак не реагируя на идущие над ними чужие корабли. Пройдя под кораблями эскадры, они через какое-то время исчезли с экрана пространственного обзора «Резвого». Коммандер так и не решился отдать приказ на уничтожение кораблей, которые скрывались под этими точками. Никаких других кораблей возможного противника в пространстве этой планетной системы ни на одном из экранов пространственного обзора эскадры не наблюдалось. Это было весьма странно.

Хотя эскадра шла высоко над астероидным кольцом, но астероиды были и здесь, вне его и кораблям часто приходилось отклоняться в какую-то сторону, уходя от столкновения с ними. Крейсер, к которому они шли, неумолимо приближался. Приближалось и синее свечение и через какое-то время в зале управления крейсера «Резвый» опять вспыхнула голограмма с отображением капитана транспорта.

— Гард коммандер! — явно взволнованным голосом заговорил Ярм Стегг. — За крейсером портал.

— Какой ещё… — Коммандер умолк, его челюсть отвисла. — Вот значит как они приходят на Таксану, — продолжил он говорить через некоторое время молчания. — Если мы уничтожим портал, то возможно они перестанут нам угрожать и не придётся развязывать войну с ними.

— Вы думаете нам по силе уничтожить чужой портал? — заметно понизив голос, произнёс Ярм Стегг, будто создатели портала могли его услышать. — Без аннигилятора… — он покрутил головой.

— Надеюсь, что залп всех орудий эскадры переполнит канал портала энергией и он захлебнувшись ею, навсегда закроется, — Лосев погримасничал губами. — Если силаи попытаются возобновить его работу, тогда уничтожим их подошедшие корабли. По крайней мере, у нас теперь три крейсера, а это уже большая мощь.

— Вы надеетесь, что крейсер «Стремительный» на ходу? — поинтересовался Ярм Стегг.

— Уверен! Идём к нему, а затем занимаемся порталом. По крайней мере, никаких кораблей силаев вокруг портала не наблюдается и у нас есть время заняться «Стремительным». К крейсеру.

— Да, гард коммандер! — капитан транспорта кивнул головой и голограмма с его отображением погасла.

Лосев перевёл взгляд на экран пространственного обзора, где уже начал проявляться контур крейсера земной Федерации «Стремительный», безмолвно висящий в чужом пространстве.

3

Будто синяя пелена слетела с глаз Максима Мартова и он, увидев беспорядочно мелькающие в лобовом стекле летательного аппарата звёзды, понял, что фрибут, буквально, кувыркается в пространстве, двигаясь неизвестно куда. Мартов перевёл взгляд в сторону соседнего кресла — уйгур неподвижно сидел откинувшись в своём кресле, будто спал. Вытянув руку, землянин аккуратно тряхнул Вурда за плечо — тот вздрогнул, будто Мартов его действительно разбудил и выпрямившись, ошалело закрутил головой.

— Где мы? — произнёс Вурд через некоторое время, поворачивая голову в сторону Мартова.

— Не знаю! — Мартов мотнул головой и убрал руку с плеча уйгура. — Останови кувыркание и тогда, возможно по звёздам мы сможем определить своё местонахождение.

Вурд отвернулся и пошевелил туры на подлокотниках своего кресла, затем опять повернул голову в сторону Мартова.

— У нас же нет движителя. Я отстрелил его перед атакой на нас клингера, — он состроил гримасу, похожую на гримасу отчаяния. — Иначе он уничтожил бы нас, а так клингер уничтожил лишь движитель, а нас взрывом, видимо, отбросило в портал.

— Проклятье! — отвернувшись, Мартов закрутил головой, всматриваясь в лобовое стекло.

Мелькающие звёзды были не слишком яркие и никак не похожие на звёзды галактики «Андромеда», где они были большими и яркими. Здесь они были совсем небольшими и большей частью тусклые и как казалось Мартову, эти звёзды он уже видел.

«А ведь это пространство планетной системы силаев, — мелькнула у него догадка. — Значит мы попали в тот самый портал, который работает между галактиками. Проклятье! Здесь неподалёку астероидное кольцо. Как бы не влезть в него и не напороться на астероид», Появилась у него тревожная мысль.

— Нам повезло, — заговорил он, поворачивая голову в сторону уйгура. — Портал вынес нас в мою галактику в пространство силаев. Но с другой стороны везение может нам изменить: неподалёку астероидное кольцо и если мы попадём в него, то от встречи с астероидом ничего хорошего ждать не придётся. Воздуха, хотя бы много у нас. Может мы задохнёмся раньше, чем разобьёмся об астероид?

Вурд подался к пульту управления и ткнул пальцем в какой-то сенсор. Перед лобовым стеклом тут же вспыхнула зеленоватая голограмма с рядами каких-то символов.

— Половина запаса воздуха ещё есть, — заговорил уйгур, выпрямляясь и поворачивая голову в сторону землянина. — Если будем экономны хватит на пару десятков суток. С резервным источником хуже. Или он уже был истощён или энергия из него куда-то ушла. Хватит не более, чем на десять суток. Максимум на пятнадцать. Придётся отключить все системы фрибута, — он опять подался к пульту управления.

— Термостат оставь. Иначе замёрзнем, — процедил Мартов.

— Установлю четверть температуры. Ты как переносишь холод? — поинтересовался Вурд, тыча пальцами в сенсоры пульта управления.

— Нормально! — Мартов состроил гримасу досады. — Если удачно пройдём через астероидное кольцо, то, если повезёт, попадём в поле тяготения местной обитаемой планеты и возможно даже сядем на её поверхность. Но о мягкой посадке мечтать не придётся. — Он покрутил головой.

— Модуль управления фрибута имеет парашют и если у обитаемой планеты есть атмосфера, то посадка будет вполне приемлемой.

Вурд ткнул пальцами в ещё несколько сенсоров пульта управления и землянин вздрогнул от вдруг появившегося в голограмме отображения мельтешившего пространства. Как показалось Мартову в голограмме периодически отображалась странная красная точка, в сторону которой, кувыркаясь, шёл модуль управления фрибута.

— Это может быть опасностью, — с тревогой в голосе произнёс Мартов, тыча пальцем в красную точку в голограмме. — Ты можешь вызвать её характеристические показатели?

Вурд тут же ткнул пальцем в один из сенсоров пульта управления и рядом с красной точкой вспыхнули несколько рядов непонятных Мартову угловатых знаков письменности.

— Расстояние, скорость сближения, время встречи. Что тебя интересует? — поинтересовался уйгур.

— Меня интересует тип этого корабля, отчего зависит сколько мы проживём, — съязвил Мартов.

— Системе управления фрибута неизвестны корабли чужой галактики. Это ты их должен знать. Для неё они все враждебные, — с иронией произнёс Вурд.

— Проклятье! — Мартов состроил гримасу досады.

— Что такое «проклятье»? Ты часто повторяешь это слово, — поинтересовался Вурд.

— Это выражение очень сильного недовольства, — попытался землянин сформулировать наиболее подходящий ответ для этого слова.

— Дагура! — громко произнёс Вурд.

— Что дагура? — состроив гримасу недоумения, землянин повернул голову в сторону уйгура.

— Так выражается сильное недовольство в моей цивилизации.

— А в твоей цивилизации есть религия? — Поинтересовался Мартов.

— Что такое религия? — в свою очередь поинтересовался уйгур.

— Когда-то, очень давно, земляне верили, что Вселенную, галактики, звёзды и человека создал очень великий создатель. Вера в этого создателя и называется религией, — пояснил Мартов.

— Какие-то похожие поклонения есть у некоторых рас моей галактики, которые стоят на низкой ступени своего развития. Они строят пантеоны, где поклоняются огню, воде, свету, тьме и прочим природным явлениям.

— А в твоей цивилизации есть такие пантеоны?

— Есть! — Вурд согласно кивнул головой, что заставило брови Мартова подпрыгнуть. — Но они сейчас служат не местом поклонения, а музеями, в которых рассказывается о прошлой жизни цивилизации, её истории, культуре. Я иногда посещаю некоторые пантеоны. В них всегда узнаешь что-то новое и интересное для себя из прошлого планеты.

— Было бы интересно посетить ваши пантеоны, — Мартов шумно вздохнул.

— Не нужно было уходить из моей галактики. А разве у вас нет таких пантеонов?

— Есть. И даже много. Как и у вас они называются музеями, где так же показывается и рассказывается о прошлой жизни народов, некогда населявших Землю.

— А сейчас эти народы не населяют вашу Землю?

— Сейчас на Земле живёт один народ — земляне. Мои предки, когда-то ещё давно осознали, что разобщённым народам не покорить пространство за пределами своей планетной системы, галактику и затем Вселенную и потому народы Земли объединились в единую общность народов, которая называется земляне. Это был очень долгий и очень трудный путь, который занял столетия жизни землян, но в конце концов он был пройден и теперь у землян нет препятствий для изучения своей галактики и её экспансии. Не сомневаюсь, что такой путь предстоит пройти и народам твоей планеты, если вы намереваетесь стать великой цивилизацией Вселенной.

— Ты сказал много непонятных слов. Но затем я и здесь, чтобы понять их, чтобы узнать, как вам удалось преодолеть разобщение народов своей планеты, — Вурд глубоко вздохнул и ткнул пальцем в голоэкран. — Ты знаешь, что это за корабль. Мы идём прямо на него.

За пространным разговором, Мартов выпустил из вида красную точку в голоэкране и сейчас, переведя взгляд на голоэкран, застыл с открытым ртом — модуль управления настолько близко докувыркался до красной точки, что она в голоэкране уже трансформировалась в серый контур с некоторыми очертаниями, в которых угадывался земной крейсер. Несомненно, это был крейсер «Стремительный», сопровождавший дипломатическую миссию в пространство силаев.

— Крейсер! «Стремительный», — буквально выдохнул Мартов.

— Так называется этот корабль? Ты знаешь его? — поинтересовался Вурд.

— Это военный космический корабль моей цивилизации. Крейсер — это тип этого корабля, «Стремительный» — его название, — пояснил Мартов. — Только как-то странно ведёт себя экипаж этого крейсера — будто не видит нас.

— Может он считает нас за астероид?

— Тогда, тем более, он предпринял бы попытку уклонится от столкновения или уничтожить астероид.

— Не слишком приятная версия для нас, — Вурд издал какой-то звук, похожий на хмыканье. — Может быть ты как-то сможешь предупредить их о нас?

— Как? Высунуться и помахать рукой?

— Так или иначе, нам придётся высовываться. Мы навряд ли останемся живы, когда модуль врежется в твой корабль.

— Проклятье! Если мы высунемся, то точно погибнем. Кислородные маски нам не помогут, — Мартов вытянул губы в широкой усмешке.

— А ты можешь проникнуть в свой корабль, если мы покинем этот модуль?

— Думаю, смогу, — Мартов покивал головой. — Но без скафандров мы долго не продержимся. Вакуум разорвёт нас раньше, чем мы доберёмся до люка верхнего ангара крейсера. Только через него можно войти внутрь корабля извне.

— Сейчас посмотрю.

Вурд освободился от захватов и оттолкнувшись, поплыл в заднюю часть салона модуля. Мартов оглянулся и увидев большие глаза зевсы, лишь сейчас вспомнил о ней.

— Ты как себя чувствуешь? — произнёс он на универсальном языке, первое, что пришло ему в голову.

Глаза Марчелы отдалились. Затем вновь приблизились и Мартов увидел, что она мотнула головой.

— Плохо? — Мартов состроил гримасу тревоги.

Зевса опять мотнула головой.

— Непонятно! — Мартов дёрнул плечами. — Ты что-то поняла из нашего разговора?

Марчела в очередной раз мотнула головой.

— Перед входом в портал наш летательный аппарат развалился и у нас нет движителя. Наш модуль приближается к крейсеру, который сопровождал дипломатическую миссию, — Мартов принялся объяснять зевсе складывающуюся в пространстве ситуацию. — Если повезёт, то скоро мы будем в крейсере. Но для этого придётся выйти из этого модуля. Жди! Больше тебе помочь нечем, — покрутив головой, он повернул голову в сторону копошившегося в задней части салона уйгура.

Наконец Вурд развернулся, что-то держа в руках.

— Всего один. — Он шумно вздохнул. — Будем считаться.

— Не будем мы считаться. — Мартов мотнул головой и вновь повернул голову в сторону Марчелы.

— Ты знаешь, где в крейсере верхний люк, через который можно проникнуть внутрь корабля? — поинтересовался он.

Зевса молча покивала головой.

Мартов повернул голову в сторону уйгура.

— Отдай ей скафандр, — он повёл подбородком в сторону Марчелы, — и помоги облачиться. Она выйдет.

Ничего не сказав, Вурд протянул скафандр зевсе и дождавшись, когда она взяла его, принялся помогать ей одеваться.

— Будешь готова, дотронься до моего плеча, — произнёс Мартов и отвернулся.

Теснота салона и невесомость не способствовала быстрому одеванию и ждать пришлось долго. Максим Мартов всё это время сидел всматриваясь в голоэкран, в котором разрастался контур земного крейсера.

Вскоре Мартову стало понятно, что модуль приближается к крейсеру снизу и чем ближе был корабль, тем выше поднимались брови землянина — если прежде в днище крейсера наблюдалось лишь небольшое чёрное пятно, то теперь оно выросло настолько, что стало понятно, что это открытый большой люк нижнего ангара крейсера.

Занятый наблюдением, Мартов и не почувствовал, как его плеча коснулась рука Марчелы. Отреагировал на её готовность он лишь когда его окликнул уйгур.

— Она готова! — громко произнёс Вурд.

— Там открытый люк, — произнёс Мартов ткнув рукой в голоэкран.

Из-за спины землянина выплыл Вурд и едва ли не воткнувшись головой в голоэкран, замер.

— Они ждут нас? — произнёс он через некоторое время, поворачиваясь головой в сторону Мартова и влезая к голоэкран уже ногами.

— Возможно! — Мартов дёрнул плечами. — Вылези из экрана. Такое впечатление, что мы не попадаем в люк. Можно как-то скорректировать наш путь?

— А разве экипаж корабля не может скорректировать своё положение?

— Если не корректирует, значит не может. Придётся корректировать нам, — с недовольством произнёс Мартов.

— В скафандре есть реактивные движители. Если она выйдет и поработает ими, то возможно нам и удастся скорректировать путь модуля.

— Если мы откроем дверь модуля, то задохнёмся. Здесь есть хотя бы кислородные маски?

— Есть!

Вурд оттолкнулся и поплыл в заднюю часть салона. Мартов повернулся к Марчеле.

— Люк нижнего ангара крейсера открыт. Скафандр имеет реактивные движители. Попытайся с их помощью стабилизировать наш модуль и направить его в люк ангара крейсера. От тебя зависит наша жизнь. Ты всё поняла?

Не прислав никакой мысли, Марчела кивнула шлемом скафандра.

Вернулся Вурд и протянул Мартову кислородную маску. На его лице кислородная маска уже была надета. Пока землянин надевал на лицо маску, Вурд объяснил жестами зевсе, как включить реактивные движители скафандра, прицепил к скафандру Марчелы фал, изрядно удивив Мартова предусмотрительностью троев. Затем уйгур вернулся в кресло и прижал себя и Мартова к спинке кресла захватами.

— Открываю! — громко произнёс он и ткнул пальцем в один из сенсоров пульта управления — дверь модуля исчезла.

На пульте управления замигал яркий красный индикатор.

«Воздух вышел», — догадался Мартов.

Едва дверь исчезла, Марчела оттолкнулась от спинки кресла Мартова и быстро выскользнув из модуля, исчезла из вида. Вскоре Мартов почувствовал, как модуль начал дёргаться. Он уставился в голоэкран.

Усилия зевсы возымели успех и через недолгое время модуль уже не кувыркался в пространстве, а просто плыл, хотя изрядно покачиваясь. Мартов хотел выглянуть наружу, но система безопасности не позволила ему это сделать. К тому же, он начал чувствовать, что его тело будто начинает разбухать. Он с трудом развернулся в сторону уйгура.

— Если ты не закроешь дверь, я взорвусь, — процедил он.

Вурд тут же ткнул в один из сенсоров панели управления и дверной проём тут же оказался закрыт и тут же модуль задрожал. Мартов уже открыл рот, чтобы высказать уйгуру своё недовольство, как с ужасом увидел под дверью фал, который не давал ей закрыться.

«Это конец!» — всплыла у него грустная мысль.

Мартов, чувствуя, что раздувается всё больше и больше, уставился в пульт управления на котором продолжал гореть красный индикатор. Ему начало казаться, что глаза уже вылезают из орбит. Он попытался сжать веки, но это не удалось. Он попытался поднять руку, чтобы сорвать кислородную маску с лица, чтобы кислород из маски наполнял салон модуля, но рука его не послушалась, пространство перед ним начало блекнуть и он провалился в пустоту.

* * *

Мартов вздрогнул от сильной тряски и попытался открыть глаза, но они оказались открыты и к тому же очень болели. Было темно. Он вознамерился покрутить головой, чтобы осмотреться, но острая боль в шее заставила его остановить это желание и к тому же он почувствовал, что болит не только шея, но и всё тело. Тряска продолжалась.

«Проклятье! Где я?» — шевельнулась у него вялая мысль.

— Землянин! Ты умер? — донеслись какие-то далёкие слова, будто пришедшие неизвестно откуда.

— Где я? — прохрипел Мартов каким-то не своим голосом.

— Жив! — голос стал будто ближе. — Плохо тренирован землянин. Четверти часа не смог продержаться без воздуха. Плохо!

— Вурд! Где мы? — прохрипел Мартов.

— В твоём корабле, землянин.

— Где Марчела?

— Не знаю, землянин. Она втолкнула модуль в твой корабль и исчезла.

— Почему темно?

— В модуле закончилась энергия.

— Открой дверь, я выйду.

— Она открыта, землянин.

Мартов попытался повернуться. Боль в теле была уже несколько тише, чем прежде. Он начал шевелиться энергичнее. Скорее всего система безопасности кресла была убрана, так как не мешала его движениям. Опираясь на подлокотники он попытался оттолкнуться от кресла, чтобы встать, но тут же подлетел вверх и ударился обо что-то головой. В голове зашумело.

— Чёрт возьми! — невольно слетело с его губ.

Вытянув руки и осторожно водя ими перед собой, Мартов начал ориентироваться, вспоминая, как стояло кресло и где относительно его был дверной проём модуля. Повернувшись в нужную сторону, он поплыл к выходу.

— Держись за мной! — громко прохрипел он, не оглядываясь.

— Я за тобой, землянин, — тут же пришёл ответ от уйгура. — Я хорошо вижу в темноте.

— Так иди первым, — с возмущением произнёс Мартов.

— Я не знаю твой корабль, землянин.

— Заладил: землянин, да землянин, — продолжил возмущаться Мартов, аккуратно махая перед собой руками и таким способом двигаясь вперёд.

Выплывя из модуля, он попытался сориентироваться уже в ангаре крейсера, но его глаза ещё болели и даже моргал он как-то неестественно и потому, скорее всего, глаза никак не могли адаптироваться к темноте. По всей видимости на проём люка ангара было натянуто стандартное поле его защиты, так как выходящего потока воздуха из ангара Мартов не чувствовал.

— Вурд! — громко прохрипел он.

— Да, землянин!

— Меня зовут Максим! — едва ли не выкрикнул Мартов.

— Да, Максим!

— Ты сказал, что хорошо видишь в темноте. Попытайся определить, где в этом ангаре трап? — не оборачиваясь, произнёс Мартов.

— Немного правее твоего взгляда большой проём. Возможно там и трап.

— Плыви к нему. И дай я за тебя возьмусь.

Мартов тут же почувствовал, как что-то мягкое ткнулось в него. Пошевелив руками, он нащупал курку уйгура, крепко взялся за её полу и тут же почувствовал, как его потянуло вперёд.

Видимо Вурд, действительно, хорошо видел в темноте, так как совсем скоро Мартов почувствовал, как его ноги застучали по ступенькам.

— Стой! — Он дёрнул Вурда за полу куртки.

Уйгур, тут же выполнил приказ Мартова и видимо стал на ступеньку трапа. Мартова потянуло вниз и не сумев среагировать, он шмякнулся всем телом на ступеньки и тут же подлетел вверх. Отпустив полу куртки уйгура, он замахал руками, пытаясь остановить свой полёт. Наконец ему удалось нащупать стену и скользя по ней рукой, он остановил себя и осторожно перебирая по стене руками, послал себя вниз. Вскоре его ноги коснулись ступенек и опираясь одной рукой о стену, он медленно пошёл по ступенькам вверх, на второй уровень крейсера, где находился зал управления. Теперь, оказавшись в знакомом месте, Мартов уже без проблем мог перемещаться по крейсеру куда угодно.

— Держись за мной! — заговорил он не оглядываясь. — Теперь я хорошо ориентируюсь. Сейчас доберёмся до зала управления и попытаемся разобраться, почему внутри крейсера темно и что с его экипажем.

— Да, Максим! — донеслось у землянина за спиной.

Ничего больше не сказав, Мартов продолжил подниматься по ступенькам.

* * *

До зала управления крейсера Максим Мартов добрался без проблем. Остановившись в его дверном проёме, он покрутил головой, осматриваясь. Скорее всего его зрение так и не восстановилось в полной мере, так как внутри зала управления было так же темно, как и везде.

Осторожно ступая, чтобы не взлететь и не потерять ориентацию, водя перед собой руками, Мартов двинулся вперед. Вскоре он нащупал спинку кресла и зайдя к креслу сбоку, провёл рукой по его спинке — кресло было пустым. Тогда он повернулся и проведя рукой, нащупал другое кресло в котором тоже никого не было. Перебирая руками, он двинулся дальше — следующего кресла не было. Поняв, что изначально он подошёл к центральному креслу вахтенного офицера, Мартов вернулся к нему, развернул его и усевшись, повернулся вместе с ним, вытянул руки и нащупав пульт управления, заскользил по нему руками, нажимая на некоторые его сенсоры.

Прошло совсем недолгое время и перед Мартовым загорелись несколько терминалов в основном красным цветом. Насколько Мартов понял, система управления сейчас работала от резервного источника, но насколько землянин видел по терминалу резервного источника, он был уже изрядно истощён и если главный генератор скоро не заработает, то толку от крейсера никакого не будет.

«Хотя, — заскользили у него мысли озабоченности, — можно попытаться связаться с колонией на Таксане, и попросить прислать в это пространство другой крейсер, но хватит ли резервного источника на тридцать стандартных суток ожидания прибытия другого крейсера, можно лишь гадать».

Подавшись вперёд, Мартов принялся вчитываться в строки текста, отображаемого на терминалах.

Вскоре его лицо вытянулось в немом вопросе — никаких сообщений о каких-то повреждениях модулей крейсера на терминалах не сообщалось, строки текста сообщали лишь о том, что, практически, все узлы крейсера не имеют энергии, скорее всего по той причине, что главный генератор был заглушен.

Дёрнув плечами, Мартов инициировал запуск главного генератора. По терминалам тут же побежали строки других сообщений, говорящих, что началась тестовая проверка узлов главного генератора.

Мартов знал, что это достаточно долгая процедура и потому откинулся на спинку кресла и опустив руку, сунул её в нишу под креслом и нащупав там две баночки с тоником достал их и покрутил головой — уйгур стоял рядом с его креслом. Открыв одну баночку, он протянул её Вурду.

— Это тоник. Не хуже вашего. Садись в любое свободное кресло и напейся. Сейчас идут тесты главного генератора. Это долгая процедура, так как генератор долго был вне работы.

— Ускорить их можно? — поинтересовался уйгур, беря баночку. — Нужно искать твоего партнёра.

— Тесты можно отменить, но неизвестно по какой причине генератор остановлен, — прохрипел Мартов, крутя головой. — Может быть непреодолимая проблема. Работа главного генератора в пространстве никогда не останавливается.

Ничего больше не сказав, Вурд развернулся и шагнув к ближнему креслу, сел и покрутив баночку в руках и осмотрев её со всех сторон, всё же догадался, как её нужно открыть и открыв, поднёс ко рту и видимо лишь смочив губы замер. Затем сделал маленький глоток, а уже затем начал пить, но всё теми же маленькими глотками.

Будто забыв обо всём, Мартов всё это время наблюдал за уйгуром, удивляясь его сообразительности и лишь когда тот начал пить, открыл свою баночку и тоже принялся пить. Выпив тоник, он сунул баночку назад под кресло и забегал взглядом по терминалам, но прошло ещё не менее трети стандартного часа, прежде чем терминалы начали перекрашиваться в зелёный цвет и на них стала появляться строка текста — «готов». Но один из терминалов, сколько Мартов ни ждал, так и не стал зелёным — один из четырёх магнитных контуров главного генератора тест не проходил. Более того, на терминале появилась угрожающая надпись — «УГРОЗА ВЗРЫВА». Стала понятна остановки работы главного генератора.

— Проклятье! — невольно вырвалось у Мартова и ткнув пальцем в один из сенсоров пульта управления, он остановил тестовую проверку узлов и агрегатов крейсера, но угрожающая надпись так и не погасла.

— Проблема? Корабль сейчас взорвётся? — поинтересовался Вурд, уставившись в терминал с угрожающей надписью.

— Один магнитный контур не возбуждается, — пояснил Мартов, после выпитого тоника его голос полностью восстановился. — Хорошего мало.

— Твой корабль не будет работать?

— Не знаю, — Мартов мотнул головой. — Может и будет, а может, действительно, взорвётся. У меня никогда такой проблемы не возникало. Хотя, если до сих пор не взорвался, то возможно и нет.

— Ты плохо тренировался, землянин, если не знаешь, что произойдёт, — заметно повысив голос произнёс уйгур.

— Много ты понимаешь, — Мартов состроил гримасу досады. — Нужен скафандр. Придётся идти в генераторный модуль и разбираться с причиной там. Пойду искать скафандр, — он развернулся вместе с креслом и аккуратно поднялся.

— Я могу помочь, — Вурд тоже поднялся, но сделал он это резко и полетел вверх.

Спасло его от удара головой в потолок зала управления то, что он успел зацепиться ногой за подлокотник кресла, что остановило его.

— Сиди здесь! — Широко усмехнувшись, Мартов махнул рукой и повернувшись, оттолкнулся от пола и поплыл из зала управления.

— Ты забыл о ней! — раздался ему в спину громкий голос уйгура.

— Не забыл! — Мартов так резко мотнул головой, что его бросило в сторону и ему пришлось изрядно помахать руками, чтобы стабилизировать своё положение. — Но если не удастся запустить генератор, то у нас у всех будут серьёзные проблемы.

Так как Мартов хорошо знал крейсер своей цивилизации и теперь уже ориентировался даже в темноте, то скафандр ему долго искать не пришлось. Облачившись, он направился к двери тоннеля, ведущего в генераторный модуль, освещая свой путь уже прожектором скафандра. Так как энергии в крейсере не было, то открывать массивную дверь пришлось вручную, что изрядно разогрело землянина.

Войдя в отсек управления генераторного модуля крейсера, Мартов неторопливо направился вдоль панелей управления. Панель, которая указывала на нерабочий магнитный контур нашлась без проблем по большому количеству красных терминалов на ней.

Входить в сам генераторный модуль Мартов не намеревался, так как для этого нужен был скафандр высокой защиты, которого он не видел в хелпе крейсера, где хранились скафандры. К тому же он плохо разбирался в непосредственной работе агрегатов главного генератора и потому устранять проблему мог лишь из отсека управления, так как такой курс в Академии Космофлота Земли преподавался. Но магнитные контуры работали парами и потому нужно было выводить из работы два контура. А на двух магнитных контурах мощность главного генератора будет составлять лишь четверть его номинальной мощности. Но для Мартова и это было хорошо, так как он мечтал сейчас лишь о том, чтобы хотя бы как-то добраться до колонии на Таксане.

Не работал третий магнитный контур. Предупреждение о взрыве угрожающе мигало на одном из его терминалов, заставив сердце землянина невольно сжаться. Подойдя к его панели управления, Мартов ткнул пальцем в её несколько сенсоров, а затем вжал клавишу отключения разъединителя — раздался глухой щелчок и на панели управления остался светиться лишь один терминал красного цвета, со всё тем же угрожающим предупреждением.

Затем Мартов все те же манипуляции проделал с панелью управления первого магнитного контура и закрыв за собой массивную дверь генераторного модуля, прошёл в хелп скафандров, снял скафандр и вернулся в зал управления.

К его удивлению, угрожающего предупреждения на терминале пульта управления не было, этот терминал вообще был погашен.

Усевшись в прежнее кресло, он опять запустил тестирование главного генератора и повернулся в сторону кресла, в котором находился Вурд — уйгура в кресле не было.

Состроив гримасу досады, Мартов легонько оттолкнулся от подлокотников и приподнявшись над креслом, завертел головой, осматривая зал управления, так как в бледном свете светящихся терминалов пульта управления он более-менее просматривался — уйгура не было и в зале управления.

Отправив в адрес Вурда несколько нелестных эпитетов, Мартов, поманипулировав руками, опустился в прежнее кресло и откинувшись на его спинку, замер в ожидании окончания тестов, так как искать уйгура в темноте, даже зная крейсер было делом бесперспективным.

Как-то в течение решения возникших проблем, Мартов и не заметил, как его глаза перестали болеть и что теперь он уже нормально моргает. Осознание этого несколько расслабило его и незаметно для землянина его веки сомкнулись.

* * *

Максим Мартов вздрогнул от сильного толчка и открыв глаза ошалело закрутил головой — он по-прежнему сидел в том же самом кресле, откинувшись на его спинку и более того, отчётливо ощущал силу тяжести, что показывало о нормальной работе генератора масс крейсера. В зале управления был полумрак, но такой, какой всегда был в нём во время его штатного функционирования. За пультом управления был развёрнут на всю овальную стену зала управления экран сканера пространственного обзора, где отображалась неяркая россыпь звёзд, среди которых отчётливо выделялись три зелёных точки, лишь с одним характеристическим показателем, который однозначно показывал, что они приближались.

Состроив гримасу досады, что уснул в самый неподходящий момент и возможно что-то пропустил из-за сна, Мартов выпрямился и вновь покрутил головой — кресло справа от него было пустым, в левом же сидела Марчела Трутт.

— Ты где была? — очень грубым голосом поинтересовался Мартов — сон полностью восстановил не только его зрение, но и голос, да и чувствовал он сейчас себя достаточно бодро.

«Так как фал оказался коротким, то его пришлось отсоединить. Энергия в движителях скафандра очень быстро закончилась, — потекли напрямую в мозг Мартова колючие мысли зевсы. — Последним толчком движителей меня отбросило к корме крейсера и я зацепилась скафандром за что-то. Так и висела, боясь пошевелиться, опасаясь, что скафандр порвётся, надеясь неизвестно на что. Потом произошёл выброс из движителя крейсера и меня отбросило в сторону открытого люка. Скафандр всё же порвался. Помогая себе руками и ногами, я быстро заплыла в открытый люк и сняв скафандр, дошла до зала управления. Ты спишь. Вурда нет. Увидев, что тесты главного генератора успешно завершены, запустила его в работу и развернула экран пространственного обзора. Тут и ты проснулся. К нам кто-то идёт», — зевса вытянула руку в сторону экрана.

— Вижу! Ты знаешь управление крейсером землян?

— Оно почти такое же, как и у транспорта.

Мартов состроил гримасу досады на себя и подавшись к пульту управления, ткнул пальцем в его несколько сенсоров, но кроме показателей скорости других характеристических показателей рядом с зелёными точками так и не появилось. Нигде не наблюдалось и синего свечения пространственного портатора троев.

Со всё той же гримасой досады, Мартов ткнул ещё несколько раз в сенсоры пульта управления и на экране появилась врезка с отображением пространства позади крейсера — никакого синего свечения в пространстве позади крейсера тоже не наблюдалось.

«Проклятье! Неужели он ушёл назад, в свою галактику? — всплыла у него мысль об исчезновении Вурда. — Испугался? Чёрт знает что! И портал за ним закрылся или он знал, как его закрыть и закрыл за собой. Что ж, это его выбор. А если трои специально разыграли перед нами этот спектакль, чтобы уйгур портировался вместе с нами и закрыл за собой портал, чтобы мы больше никогда не пришли в их галактику?» — промелькнул у землянина сонм досадных мыслей.

— Ты видела модуль фрибута в ангаре? — поинтересовался он, повернув голову в сторону зевсы.

Не прислав никакой мысли, Марчела покрутила головой.

— Что означает твоё верчение головой? — со злом в голосе поинтересовался Мартов.

«Мне он не попался на глаза», — получил Мартов колючую мысль напрямую в мозг.

— Будем всё же надеяться, что Вурд где-то в крейсере, а не удрал, — произнёс Мартов, и отвернувшись от зевсы, ткнул пальцем в ещё несколько сенсоров и подался к спинке кресла, так как из ниши пульта управления выполз штурвал.

Мартов взялся за штурвал. Крейсер вздрогнул, будто проснулся. Землянин повернул штурвал и звёзды на экране пространственного обзора тут же пришли в движение.

* * *

Максим Мартов неторопливо вёл крейсер в сторону приближающихся трёх зелёных точек, постоянно, с досадой на лице, скользя взглядом по экрану пространственного обзора, пытаясь увидеть портатор в галактику «Андромеда», думая, что просто потерял пространство с ним, но сколько ни всматривался в экран, портатора нигде не было. Ещё большую досаду у него вызывало исчезновение уйгура, но бегать сейчас по крейсеру у него желания не было, так как в его исчезновении виноватым считал его самого, а ему сейчас хотелось поскорее добраться до этих зелёных точек, так как он догадывался, что это какие-то корабли землян или Объединённой Федерации, хотя непонятно, что делающие здесь. Все попытки установить с ними связь успеха не имели, связь не работала, хотя никаких тревожных сообщений об этой проблеме система управления не выдавала. Скорее всего по той же загадочной причине система не отображала и характеристические показатели приближающихся кораблей.

Наконец зелёные точки трансформировались вначале в серые чёрточки, а затем и в узнаваемые контуры кораблей землян — это были два крейсера и транспорт.

Мартов начал торможение «Стремительного» и вскоре крейсер неподвижно повис в пространстве. Остановились и идущие навстречу корабли. От одного из них вскоре отделился летательный аппарат и направился в сторону «Стремительного».

— Сиди здесь, — заговорил Мартов, не глядя на зевсу и оттолкнув штурвал, развернулся вместе с креслом и поднялся. — Я в нижний ангар. Встречу гостей.

Повернувшись, он быстрым шагом направился к выходу из зала управления.

Люк в полу нижнего ангара, к удивлению Мартова оказался закрыт. Закрылся он сам, когда в крейсере появилась энергия или же его закрыла Марчела, осталось ему неизвестно. Модуль от фрибута находился в ангаре, что подтвердило вывод землянина, что уйгур где-то на крейсере и успокоило его. Никаких других летательных аппаратов в ангаре не было. Подойдя к панели управления люком, Мартов открыл его и подойдя к образовавшемуся проёму, замер неподалёку. Как и должно было быть, проём люка был защищён специальным полем, которое наблюдалось по флюоресцирующей вуали и потому атмосфера из крейсера в пространство не уходила.

Насколько Мартов знал, это поле создавалось системой защиты автоматически внутри того люка, который открывался и даже тогда, когда главный генератор корабля не работал.

По непонятной Мартову причине, ждать прихода летательного аппарата пришлось достаточно долго, а может, просто, время ожидания для него тянулось очень медленно.

Наконец вуаль защитного поля пришла в волнение и в проёме люка показалась крыша летательного аппарата — это был небольшой глайдер. Полностью войдя в ангар, глайдер скользнул в сторону и опустился на пол. Его дверь поднялась и из него выпрыгнул коммандер Лосев. Покрутившись и увидев Мартова, он быстрым шагом направился в его сторону. Обходя проём люка, Мартов направился коммандеру навстречу. Не дойдя друг до друга пары метров, они остановились.

— Почему не отвечал на вызов? — громким, резким голосом поинтересовался коммандер, не удосужившись произнести традиционное приветствие.

— Связи нет, — Мартов мотнул головой.

— Почему? — Лосев взмахнул подбородком.

— Не знаю, — Мартов опять мотнул головой. — Я всего лишь несколько часов назад прибыл на этот крейсер и ещё не со всеми его проблемами разобрался.

— И откуда ты прибыл?

— Из галактики «Андромеда».

— Что за бред? — лицо коммандера исказилось гримасой недовольства. — У тебя всё в порядке с головой?

— У меня да, — Мартов кивнул головой. — А вот у Марчелы Трутт проблемы. Трои несколько раз подвергли нас жёсткому молекулярному анализу и у неё теперь проблемы с головой. Её нужно срочно отправить на Ризу.

— Кто такая Марчела Трутт? Я такой не знаю, — коммандер мотнул головой.

— Единственная из членов экипажа транспорта «Старлайн 2», направленного с дипломатической миссией, которая выжила, — Мартов глубоко вздохнул. — Остальных силаи уничтожили, как и сам транспорт.

— На транспорте не было женщин, — коммандер поднял плечи.

— Была, — Мартов состроил удручающую гримасу. — Я это понял, лишь когда мы оказались в чужой галактике. Кстати: они называют свою галактику «Асториана».

— И как вы туда попали?

— Мы нашли портал и подумали, что через него силаи приходят в Сетранскую систему и сунулись в него, а он вынес нас в «Андромеду», — губы Мартова вытянулись в широкой усмешке.

— И где этот портатор?

— Не знаю! — Мартов покрутил головой. — Когда мы вернулись он был активен, но потом исчез. Или трои его закрыли или он сам как-то закрылся.

— Когда мы пришли сюда, то неподалёку от этого крейсера наблюдалось свечение, которое затем исчезло.

— Это и был портал, — Мартов глубоко вздохнул. — Я бы просканировал это пространство анализатором скрытых масс. Возможно он и найдётся.

— Просканируем! — лицо коммандера исказилось непонятной гримасой. — Насколько я понимаю, силаи не приняли дипломатическую миссию. Что с вами произошло? Мёртвых Козлова и Эрт Кройта они выбросили на космодром колонии. Как тебе удалось выжить?

— Это очень долгая история, гард коммандер. Я её обязательно расскажу. Но позже. Могу сказать лишь то, что силаи оказали нам совсем не дружеский приём. Сейчас проблема в том, что исчез представитель галактики «Андромеда» уйгур Стел Вурд. Скорее всего заблудился где-то в коридорах крейсера. Как бы он чего не натворил. Его нужно найти. Мне нужна помощь в его поиске.

— А экипаж крейсера тебе помочь не может? — коммандер мотнул головой.

— Экипаж крейсера тоже исчез. Когда мы пришли сюда, экипажа уже не было, — Мартов дёрнул плечами.

— Проклятье! — Лосев состроил гримасу досады и оглянулся на глайдер, рядом с которым стояли четверо землян и кивнул им рукой, подзывая.

Земляне незамедлительно направились к нему. Насколько Мартов знал подошедших: трое были колонистами, а один вахтенным офицером крейсера «Резвый». Все они были вооружены большими зардами, которые висели у них на шее.

— Обыщите крейсер, — заговорил Лосев резким голосом, уставившись в вахтенного офицера. — Ты хорошо его знаешь. — он повернул голову в сторону Мартова. — На кого он похож?

— На человека, — Мартов дёрнул плечами.

— Человека? — коммандер поднял брови.

— Человека. Землянина, — Мартов опять дёрнул плечами. — А кто по вашему живёт в соседней галактике? Там такие же люди, как и мы.

— Ерунда какая-то, — подняв плечи, Лосев опять повернул голову в сторону вахтенного офицера. — Нужно найти человека, похожего на нас. Только поаккуратнее с ним. Не подстрелите, — он вновь повернулся к Мартову. — Как ты с ним общался?

— Он разговаривает на одном из древних языков землян. Мы прекрасно понимали друг друга.

— Ты не разыгрываешь меня? — Лосев покрутил головой. — Ты точно был в другой галактике? Может тебе это приснилось?

— Доказательством моей искренности служит этот модуль летательного аппарата галактики «Андромеда». — Мартов вытянул руку в сторону лежащего на полу ангара модуля от фрибута.

— Ну и ну! — коммандер повернул голову в сторону модуля и поднял брови. — А я всё не мог понять, что это за агрегат лежит в ангаре. Ни на что не похож. — Он опять повернул голову в сторону вахтенного офицера. — За работу!

— Да, гард коммандер! — вахтенный офицер кивнул головой и развернувшись, направился в сторону хелпов ангара.

Колонисты, сняв оружие с шеи и держа его обеими руками, направились за ним следом.

Коммандер повернул голову в сторону Мартова.

— Покажи, что это за модуль из другой галактики. Очень любопытно, как устроены их космические корабли. Они такие же, как и лаггеры?

— Они разные, — Мартов дёрнул плечами. — Я их не успел узнать в полной мере, — он покрутил головой. — О них многое может рассказать исчезнувший Стел Вурд. Если конечно, его удастся найти. Кстати, лаггер и силаи тоже пришли из галактики «Андромеда».

— Бред какой-то! — коммандер потряс головой. — Однозначно с тобой что-то произошло. Несёшь какую-то чушь.

Лосев направился в сторону иногалактического модуля. Мартов пошёл следом.

Подойдя к модулю, коммандер заглянул в него и постояв так некоторое время, выпрямился и повернулся к Мартову.

— Символы на пульте управления похожи на те, которые начертаны в лаггере. Возможно, действительно, они созданы одной цивилизацией. Но не из галактики «Андромеда»… — он покрутил головой. — И как они попали в нашу галактику?

— Через портал, который находится в этом пространстве, который сейчас исчез. Насколько я понял, он построен предками троев ещё несколько сотен или даже тысяч лет назад. Обеспокоенные сближением наших галактик, они пришли к нам, чтобы узнать есть ли в нашей галактике цивилизации способные противостоять им в случае возникновения конфликта между цивилизациями галактик. Но в свою галактику они больше не вернулись и трои в галактике «Андромеда» их судьбу не знают, — подняв плечи, Мартов покрутил головой.

— Кто такие трои? — поинтересовался Лосев.

— Это доминирующая высокоразвитая цивилизация галактики «Андромеда». Она создала у себя содружество цивилизаций которое называется Галактическая Харта, в которую, практически, насильственно загоняет все найденные в своей галактике цивилизации. Очень деспотичная раса. Даже жестокая. Если найденная цивилизация не подчиняется её воле — она её уничтожает.

— Есть легенда, что в галактике «Млечный путь» тоже есть какая-то очень высокоразвитая цивилизация, которая контролирует часть галактики. У Объединённой Федерации даже когда-то был с ней конфликт, но Федерация смогла отстоять себя. В зал управления. — Лосев вытянул руку в сторону трапа, ведущего на следующий уровень крейсера и сам направился в том направлении.

— Насколько я знаю — это не легенда, — Мартов покрутил головой, шагая рядом с коммандером. — Это были реальные события, которые есть в глобальном информатории Объединённой Федерации. Я изучил всю информацию об этой цивилизации, которую смог найти. Эта могущественная раса называет себя ирригами и контролирует окраинные области галактики «Млечный путь». Потому Объединённая Федерация и не посылает свои корабли к окраинам галактики, чтобы не спровоцировать новый конфликт.

— Такая уж она могущественная, — коммандер громко хмыкнул, — если она сотни лет назад не смогла противостоять Объединённой Федерации, то сейчас и подавно не сможет, — он махнул рукой.

Дальше они шли молча.

Поднявшись на следующий уровень, они вошли в сумеречный зал управления. Видимо почувствовав их, зевса развернулась вместе с креслом и поднялась.

— Кто ты? — достаточно грубым голосом поинтересовался коммандер, останавливаясь посреди зала управления и смотря на Марчелу.

Глаза зевсы будто вспыхнули и в тот же миг лицо коммандера исказилось неприятной гримасой.

— Она не разговаривает, — вместо Марчелы заговорил Мартов. — Трои сожгли её голосовые связки при молекулярных анализах. Её нужно отправить…

— Скажи ей чтобы не лезла мне в голову иначе я её отправлю… — зло процедил Лосев.

Коммандер прошёл к крайнему свободному креслу и усевшись, повернулся в сторону экрана пространственного обзора, неизвестно, что намереваясь в нём увидеть. Скользнув по нему несколько раз взглядом, он повернул голову в сторону продолжающего стоять Мартова.

— Занимай кресло вахтенного офицера, — Лосев повёл подбородком в сторону центрального кресла. — Подводи крейсер к нашей эскадре. Мы затем здесь, чтобы навсегда отбить охоту у силаев соваться в Сетранскую систему. Не захотят это сделать добровольно, будут уничтожены. Где их планета?

— Первая от звезды, — Мартов уселся в кресло вахтенного офицера и ткнул пальцем в один из сенсоров пульта управления. — Всем! Внимание! Крейсер начинает движение.

— Гард коммандер! — раздался голос от верхнего кармана куртки Лосева.

— Да! — Лосев чуть склонил голову к карману.

— Мы осмотрели все каюты, но никого не нашли. Люк в верхний ангар крейсера закрыт и заблокирован неизвестным кодом, — раздался мужской голос от кармана куртки коммандера.

— Вы слышали сообщение вахтенного по громкой связи? — поинтересовался Лосев.

— Нет, гард коммандер! Никакого сообщения не было.

— Странно! — коммандер состроил гримасу недоумения. — Возвращайтесь к глайдеру и ждите там. — Он повернул голову в сторону Мартова. — Закрой люк нижнего ангара, чтобы оттуда всё не повываливалось. Подойдём к транспорту, его специалисты найдут способ открыть люк в верхний ангар.

— Да, гард коммандер!

Мартов ткнул пальцем в ещё в несколько сенсоров пульта управления и дождавшись штурвал, взялся за него. Прошло несколько мгновений и звёзды на экране сканера пространственного обзора крейсера «Стремительный» пришли в движение.

4

Выполняя приказ коммандера, Максим Мартов подвёл «Стремительный» к транспорту. Так как связь не работала, то Лосев, приказав Мартову открыть люк нижнего ангара, а самому оставаться в зале управления, ушёл в нижний ангар, надеясь связаться с транспортом из глайдера.

Мартов вызвал на экран пространственного обзора врезку с отображением нижнего ангара крейсера и наблюдал за происходящими там событиями. Но никаких увлекательных событий в ангаре не происходило и он невольно углубился в размышления.

«Странно работает портал из «Андромеды», то появляется, то исчезает. Однозначно потомки древних троев не управляют им, так как они даже не сунулись за нами. Испугались? Странная раса. Чего они боятся? До столкновения галактик ещё миллиарды лет. Неужели они намереваются столько прожить, даже со своей долгой жизнью? Не думаю, что она у них бесконечная. Если только будут периодически переносить своё сознание из одного тела в другое. Их ведь, если верить Вурду, совсем немного. Миллион, да хотя бы и десять миллионов. Если судить по их внешнему виду, то никакого естественного воспроизводства своей численности у них нет. Только лишь искусственное создание новых тел. А может они научились как-то выделять клетку из своего тела из которой потом вырастает новый трой? Но тогда их было бы гораздо больше десяти миллионов. А если они нашли оптимальную численность своей расы и большей им не нужно? Очень странно, как столь малочисленной расе удаётся контролировать все цивилизации «Андромеды»? Неужели они не могут объединиться и все вместе противостоять троям? Ведь смогла же Объединённая Федерация противостоять ирригам. А если в «Андромеде» нет таких цивилизаций, как земляне, весты, сарматы? Лишь цивилизации типа уйгуров и кросов. Тогда и противостоять троям некому. Нужно Вурда об этом пораспрашивать. Однозначно, он умный уйгур. Проклятье! Куда он исчез? Сбежать не мог, так как модуль в ангаре. Да и куда на нём бежать без движителя. А если у него есть какой-то другой способ перемещения по пространству? Нет, нет! Однозначно, заблудился. Но по докладу колонистов они обыскали весь крейсер и никого не нашли. Что-то быстро они обыскали крейсер. Нужно самому… Интересно, какими будут земляне, когда галактики столкнутся? Однозначно жить будут уже не на Земле, да скорее всего и не в Солнечной системе. Они будут ещё земляне или какие-либо таксане? Ведь на Таксане к тому времени будет намного теплее, так как Сетра станет более горячая. Да, скорее всего и на Таксане к тому времени жить уже будет нельзя. Всё же более четырёх миллиардов лет пройдёт. Уже родятся другие звёзды со своими, более молодыми планетными системами, которые земляне непременно колонизируют. А достигнут земляне в своём развитии таких высот, как трои, чтобы уметь через какое-то время жизни менять лишь своё тело, оставляя вечным свой разум? Но тогда и дети не нужны будут. Хотел бы я такую в тысячу, десять тысяч или ещё дольше, жизнь, без детей, без их весёлого смеха? Но ведь у меня нет детей. Но я же мечтаю о них. Вернусь на Землю и обязательно у меня будут дети и я буду радоваться их весёлому смеху. Я ведь ещё не совсем старик. Проклятье! Нужно было об этом раньше думать. А может те, кем к тому времени станут земляне и мыслить будут по другому и дети им будут не нужны? Ни троям, ни ирригам не нужны же дети и они счастливы. Счастливы ли?»

Глубоко вздохнув, Мартов вышел из размышлений и… Его брови подскочили наверное до середины лба — глайдера во врезке, где отображался нижний ангар, не было. Он прометнулся взглядом по всему экрану пространственного обзора, но никакого летательного аппарата нигде не отображалось.

— Чёрт возьми! — невольно слетело с его губ. — Неужели они ушли в транспорт? Просмотрел! Это же надо было так размечтаться, что не замечать, что происходит вокруг. Уже специалисты с транспорта должны были бы быть на подходе. Что-то странное происходит в этом пространстве.

— Марчела! — обратился он к зевсе, повернув голову в её сторону.

Прошло долгое время, никакого ответа от зевсы не пришло. Негодуя, Мартов оттолкнул штурвал, развернулся вместе с креслом и поднявшись шагнул к креслу, в котором сидела зевса и заглянул ей в лицо — однозначно, она спала. Землянин вытянул руку, намереваясь тронуть Марчелу за плечо, чтобы разбудить, но тут же выпрямился и опустив руку, развернулся и быстрым шагом направился в нижний ангар, чтобы воочию убедиться, что глайдера, действительно, там нет.

Глайдера, действительно, в ангаре не было. Большой люк в полу был открыт и коммандер мог увести глайдер из крейсера, но почему он не предупредил об этом, Мартову было непонятно, хотя от коммандера можно было ожидать чего угодно.

Модуль от фрибута был на месте и сам не зная зачем, Мартов направился к нему и подойдя заглянул внутрь и тут же отшатнулся: в том кресле, которое всегда занимал Вурд, он же в нём и сидел и судя по его закрытым глазам — спал.

Мартова охватил внезапный приступ злости. Не отдавая себе отчёта, он с такой силой ткнул уйгура в плечо, что тот отлетел и если бы не подлокотник, через который он перегнулся, то непременно вылетел бы из кресла. Схватив Вурда за плечо, Мартов вернул его в кресло, но никакой реакции со стороны уйгура не последовало и более того, он не издал ни звука. Сердце Мартова сжалось в тревоге. Он провёл рукой по шее Вурда и нащупал его пульс — ток крови отчётливо ощущался и даже артерия была почти в том же месте, что и у землян. Выпрямившись, Мартов вдруг развернулся и насколько мог быстро направился в сторону трапа.

Войдя в зал управления он подошёл к креслу с Марчелой и склонившись к ней и положив руку ей на плечо, легонько тряхнул — голова зевсы безвольно покаталась по спинке кресла, но её глаза так и не открылись.

— Мистика! — механически слетело с губ землянина.

Убрав руку с плеча зевсы, Мартов выпрямился и развернувшись, неторопливым шагом направился прочь из зала управления.

* * *

Ткнувшись при очередном шаге в препятствие, Мартов остановился и ошалело покрутил головой — он стоял перед трапом, ведущим в верхний ангар крейсера. Зачем он сюда пришёл, он совершенно не представлял, так как шёл будто ведомый не своим сознанием, а какой-то мистической силой, которая направляла его туда, куда ей нужно было.

Землянин поднял голову: переборка, отделяющая верхний ангар от уровня управления была выдвинута и закрывала проём ведущий в верхний ангар. На стене, рядом с переборкой горел зелёный терминал, показывая, что защита переборки деактивирована, хотя Мартов хорошо помнил доклад одного из колонистов, который доложил коммандеру, что попасть в верхний ангар они не смогли из-за того, что люк закрыт и защищён.

Не зная зачем, Мартов покрутил головой, осматриваясь, будто надеясь увидеть что-то такое, что могло бы послужить ответом на все странности, происходящие на крейсере. Но никого и ничего странного не увидев, он поднялся по трапу до переборки и приложил руку к терминалу — с лёгким свистом переборка скользнула в сторону. Трап, дальше ведущий в верхний ангар был свободен и более того, дверь на площадке, ведущая в сам верхний ангар, была открыта. Мартов механически провёл рукой по поясу — никакого оружия у него не было. Глубоко вздохнув и ещё раз осмотревшись и так не увидев никакой опасности, он ступил на следующую ступеньку и непрерывно крутя головой, поднялся на площадку перед ангаром и остановившись перед дверным проёмом, вытянув шею, попытался осторожно заглянуть внутрь ангара, но стена была достаточно толстой и он смог увидеть лишь небольшой сектор ангара, в котором совершенно ничего не наблюдалось. Тогда он шагнул в дверной проём и опять вытянув шею, заглянул в ангар.

Теперь ангар просматривался полностью. Внутри был полумрак, но этого света было достаточно чтобы увидеть стоящий посреди ангара большой глайдер. Дверь глайдера была закрыта, но его габаритные огни были включены. Люк ангара, через который можно было выйти в пространство был открыт и его проём защищён полем, которое отчётливо флуоресцировало в полумраке.

Оглянувшись и по-прежнему никакой опасности не увидев, Мартов вошёл в ангар и механически положив руку на пояс и крутя головой, неторопливо подошёл к глайдеру и прильнув к лобовому стеклу летательного аппарата, попытался заглянуть внутрь, но стекло было односторонней проводимости и что-то увидеть в салоне глайдера ему не удалось. Тогда подойдя к боковой стороне, Мартов опустил руку в нижнюю часть летательного аппарата и нажал на секретный рычаг — дверь глайдера тут же скользнула вверх.

Мартов замер в тревоге. Постояв с замершим сердцем несколько мгновений, он шагнул к дверному проёму и осторожно заглянул внутрь: глайдер был восьмиместным и почти все его кресла были заняты экипажем крейсера. Они сидели откинувшись на спинки кресел, сжимая в руках оружие и казалось спали.

Подавшись вперёд, Мартов взялся за оружие ближнего члена экипажа, одного из вахтенных офицеров крейсера и осторожно потянул оружие, намереваясь забрать. Вахтенный офицер вздрогнул, будто Мартов его разбудил, выпрямился, повернул голову и в следующее мгновение излучатель оружия уже смотрел в сторону землянина. Мартов дёрнулся назад и выскользнув из дверного проёма, спрятался за стенкой глайдера и в тот же миг яркий синий сполох, ударившись о край дверного проёма рассыпался фейерверком ярких сполохов перед лицом Мартова, заставив того механически закрыть глаза.

— Не стрелять! — выкрикнул он, заслоняя глаза рукой.

В следующее мгновение из дверного проёма глайдера начали выскакивать члены экипажа крейсера, крутясь и держа оружие перед собой, будто намереваясь вступить в бой с противником. Последним выпрыгнул капитан крейсера и увидев Мартова, шагнул к нему.

— Господин Мартов! Как вы оказались на крейсере? — произнёс капитан, явно удивлённым голосом. — Дипломатическая миссия завершилась?

— Её не было, Евгений, — состроив удручающую гримасу, Мартов покрутил головой. — Едва мы встретились с силаями, как они начали в нас стрелять. Козлов был ранен и умер. Эрт Кройт тоже умер, но при странных обстоятельствах. Я один из миссии выжил. Что произошло с вами? Почему вы оказались спящими в глайдере, а не бодрыми в зале управления?

— Мы вас долго ждали, сохраняя молчание, — заговорил капитан крейсера Евгений Вихров. — Затем увидели, что в нашу сторону движутся две пары лаггеров. Завязался бой. Три лаггера без проблем мы уничтожили, а четвёртый будто испарился. Затем на пульте управления появилось сообщение об угрозе взрыва одного из магнитных контуров главного генератора. Однозначно, четвёртый лаггер сзади обстрелял генераторный модуль, хотя никакого взрыва слышно не было. Мы подготовились к эвакуации, решив переждать в пространстве некоторое время и если крейсер взорвётся, уйти на планету к транспорту, а если не взорвётся, вернуться и разобраться в проблеме. Загрузились в глайдер и дальше я ничего не помню, — Вихров покрутил головой. — Очнулся, выскочил из глайдера, здесь ты. Подумал, что дипломатическая миссия завершена и вы вернулись. Проклятье! — он шумно вздохнул. — И что теперь?

— У крейсера, действительно, большие проблемы, — заговорил Мартов, делая шаг в сторону от глайдера. — Два магнитных контура я вывел из работы. Угрозы взрыва больше нет. Но у крейсера не работает станция связи. Экипажу необходимо немедленно возобновить вахты и попытаться восстановить станцию связи, иначе взаимодействие с прибывшей в это пространство эскадрой землян будет очень сложным, если вообще возможным. В этом пространстве происходят очень странные, неподдающиеся осмыслению, события и связь очень нужна. Я забираю этот глайдер. Мне нужно сходить на транспорт к коммандеру. Глайдер я верну.

— Возможно я знаю причину неработы станции связи. Сейчас восстановим. — Вихров покивал головой.

— Я в нижний ангар, там у меня есть дело. Затем вернусь сюда. Вы в зал управления. Всё! Выполняйте!

Шагнув в сторону и обойдя капитана крейсера, Мартов быстрым шагом направился к выходу из верхнего ангара.

* * *

Уйгура в модуле фрибута не оказалось и скрипнув от злости зубами, Мартов быстрым шагом направился к трапу, ведущему на следующий уровень крейсера.

Войдя в зал управления, он замер от увиденной там картины: в зале управления было светло; экран пространственного обзора был погашен; несколько членов экипажа крейсера, теснили к выходу из зала управления Марчелу и Вурда, направив на них зарды; на полу, неподалёку от входа лежал без движения человек, скорее всего кто-то из членов экипажа крейсера. Видимо в зале управления уже была стрельба, так как из плеча зевсы струился лёгкий дымок, а Вурд держал одной своей рукой другую руку, рукав курточки на которой был обуглен. На полу лежал чёрный предмет, напоминающий оружие, которое Мартов некогда видел у Вурда ещё в галактике «Андромеда». Он покрутил головой: капитан крейсера наклонился к лежащему на полу оружию уйгура и уже дотрагивался до него.

— Немедленно прекратите! — выкрикнул Мартов настолько громко, что по залу управления прокатилось громкое эхо.

Капитан крейсера, будто обжегшись, резко отдёрнул от оружия руку и выпрямился.

— Немедленно прекратите этот бардак, — уже тише заговорил Мартов. — Это члены дипломатической миссии. Они со мной, — он повернул голову в сторону членов экипажа крейсера, держащих в руках оружие. — Опустите зарды и займитесь восстановлением связи.

Опустив оружие, члены экипажа попятились и развернувшись, прошли к креслам зала управления и уселись в них. Мартов повернул голову в сторону Вихрова.

— Что здесь произошло? — зло поинтересовался он.

— Ты не предупредил, что в зале управления кто-то есть, — заговорил Вихров. — Когда мы вошли сюда, они поднялись с кресел и атаковали меня своим полем. Здесь было темно и сразу понять, кто они было невозможно. У меня потемнело в глазах, я едва устоял. Один из моих выстрелил в него, — капитан повел подбородком в сторону Марчелы, — он, — Вихров повёл подбородком в сторону Вурда, — выхватил своё оружие и выстрелил в него. — он повёл подбородком в сторону лежащего на полу члена экипажа. — Мой упал. Мои выстрелили ему в руку и он выронил оружие. Я приказал их арестовать, но тут появился ты. Мы стреляли зарядами малой энергии, он выстрелил максимальной и навигатор экипажа мёртв, а они лишь ранены.

— Проклятье! — состроив гримасу злости, Мартов покрутил головой. — Уберите здесь всё и займитесь восстановлением крейсера, — процедил он. — Я их забираю. Люк верхнего ангара оставь открытым, пока глайдер не уйдёт. — Он повернул голову в сторону Марчелы и Вурда. — Полчаса можете потерпеть?

— Рука горит, будто её жгут огнём, — негромко произнёс Вурд.

— Я выполняю на крейсере обязанности реаниматора. Могу оказать помощь, — произнёс один из членов экипажа и повесив оружие себе на шею, шагнул в сторону Вурда. — Покажи!

Здоровой рукой Вурд приподнял проблемную руку. Вытащив из кармана лазерный нож, реаниматор разрезал рукав на проблемной руке уйгура. Даже со стороны было видно, что рука чёрная.

— Иди за мной, — произнёс реаниматор и повернул голову в сторону зевсы. — Тоже.

Развернувшись, он направился к выходу, но упёршись в Мартова, замер. Мартов, шагнул к лежащему на полу оружию уйгура, поднял его, попятился и выйдя в коридор, дождался когда реаниматор, Вурд и Марчела пройдут мимо него и пошёл следом за ними.

Ждать, когда реаниматор окажет помощь раненым Мартову пришлось около получаса. Всё это время он прохаживался по коридору, пытаясь понять причину странности, периодически появляющейся в этом пространстве и которая, почему-то, не действовала на него. Но как ни размышлял ни к какому выводу не пришёл.

Наконец из медлаборатории вышли Марчела и Вурд, который продолжал придерживать руку. Мартов приподнял руку с оружием в сторону Вурда.

— Останется пока у меня, — он попытался сунуть оружие в карман куртки, но оно оказалось большим для кармана и тогда землянин сунул его за пояс брюк. — Ты где был? Тебя невозможно было найти.

— Не знаю! — Вурд мотнул головой. — Хотел пойти за тобой, но видимо свернул не туда, заплутал и еле выбрался. Увидел модуль фрибута, почувствовал себя уставшим, забрался в него и уснул. Проснулся и вернулся в тот зал, откуда ушёл.

— Мистика! — Мартов шумно вздохнул. — Идите за мной, — негромко произнёс он и бросив быстрый взгляд на зевсу, развернулся и зашагал к трапу, ведущему в верхний ангар крейсера.

К удивлению Мартова, в глайдере, в кресле пилота сидел один из членов экипажа крейсера. Состроив озабоченную гримасу, Максим Мартов попытался вспомнить его имя, но так и не смог. Ничего ему не сказав, и молча указав Вурду и Марчеле на свободные кресла, сам сел в одно из них.

— Мы готовы! К транспорту! — произнёс он.

Прошло несколько мгновений, дверь глайдера опустилась и летательный аппарат скользнул вверх.

Выведя глайдер из крейсера и сориентировав его в нужном направлении, пилот быстро повёл его в сторону виднеющегося поодаль транспортного корабля.

* * *

Как только глайдер опустился на пол ангара транспорта и дверь летательного аппарата открылась, в него тут же заглянул один из колонистов. Мартов знал его как Сергея Смирнова. Покрутив головой, Смирнов произнёс, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Гард коммандер! А где он? — с явным удивлением произнёс он.

— Разве он не вернулся? — поинтересовался Мартов, глядя на колониста.

— Нет! — колонист мотнул головой.

— Проклятье! — Мартов поднялся.

Колонист отступил от дверного проёма. Максим Мартов вышел из глайдера и покрутил головой, осматриваясь.

Кроме того глайдера на котором он прибыл, в ангаре транспорта стоял лишь один средний глайдер, около которого стояли несколько колонистов с висящим на шее оружием — большими зардами. Мартов направился к ним. Вышедшие из глайдера Марчела и Вурд пошли за ним. Обогнав их всех, первым пошёл Смирнов, идя боком, практически не сводя глаз с Вурда.

Едва Мартов сделал несколько шагов, как позади раздался высокотональный писк. Подумав, что это вернулся глайдер с коммандером, Мартов остановился и оглянулся — привёзший его сюда глайдер уже скользил в люк ангара транспорта. Мысленно отправив в адрес капитана Вихрова нелестный эпитет, Мартов отвернулся и продолжил путь к колонистам.

Подойдя к ним, Максим Мартов обвёл их быстрым взглядом: всех их он более-менее знал и повернулся к Сергею Смирнову.

— Вы получили какой-то приказ от коммандера перед его уходом? — поинтересовался он.

— Лишь: ждите, — Смирнов дёрнул плечами.

— Ждать больше не имеет смысла, — Мартов покрутил головой. — Тут творится непонятно что. Скорее всего какая-то пространственная аномалия, которая отрицательно сказывается на людях. Вернитесь по своим каютам и ждите следующий приказ. Мы уходим их этого пространства.

— Куда? — Смирнов взмахнул подбородком.

— Идём к первой, от красной звезды, планете. Силаи живут там.

— Наземная операция? — Смирнов сдвинул брови.

— Там и решим.

Отвернувшись от Смирнова, Мартов повернулся в сторону стоящих позади него Марчеле и Вурду.

— Идите за мной, — негромко произнёс он и шагнув в сторону и обойдя их, направился к трапу, ведущему на уровень управления транспорта.

Поднявшись на следующий уровень, Мартов дошёл до закрытой двери зала управления, над которой большими буквами было написано «Старлайн 3». Рядом с дверью в стене светился зелёным цветом терминал, означая, что вход в зал управления разблокирован. Подняв руку, Мартов коснулся терминала — дверь тут же скользнула в стену. Он шагнул в образовавшийся проём и покрутил головой осматриваясь.

В принципе, это был стандартный зал управления стандартного транспорта. В зале был полумрак, рассеиваемый светом от экрана пространственного обзора, развёрнутого на всю полуовальную переднюю стену. Судя по неподвижным звёздам на экране, транспорт никуда не двигался.

— Капитана мне! — нарушая правило тишины зала управления, громко произнёс Мартов.

Среднее кресло зала управления повернулось и из него поднялся высокий человек с плохо видимыми в полумраке чертами лица, но с блестящими глазами.

— Капитан транспорта «Старлайн 3» Ярм Стегг, — высокий человек кивнул головой.

«Ещё один зевс, Они чувствуют друг друга? На каком расстоянии?» — мелькнули у Мартова догадки.

— Старший офицер Максим Мартов, — назвал себя Мартов. — Коммандер Лосев исчез в неизвестном направлении и когда вернётся неизвестно. Я принял командование эскадрой. Приказываю вызвать всех капитанов по голосвязи. Коммандер видимо занимал это кресло в зале управления? — Мартов повёл подбородком в сторону отдельно стоящего кресла.

— Да! — капитан кивнул головой. — Но он никому не разрешал занимать кресло в его отсутствие.

— Капитанов! — резким голосом произнёс Мартов и шагнув к креслу коммандера, положил руку на его спинку. — И вызови в зал управления реаниматора. Со мной раненые.

Капитан транспорта сел в своё кресло и развернулся в сторону экрана. Прошло несколько мгновений и перед ним вспыхнула голограмма с незнакомым Мартову младшим офицером космического флота Объединённой Федерации.

— В зал управления. Срочно! — произнёс капитан транспорта и голограмма тут же погасла.

Но через несколько мгновений перед ним вспыхнули уже три голограммы, в которых отображались капитаны крейсеров. Мартов поднял брови в удивлении — голограмма с капитаном «Стремительного» тоже была и тогда выходило, что связь с крейсером была восстановлена.

— Всем капитанам! — громким голосом заговорил Мартов. — Эскадра направляется в сторону первой планеты от красной звезды. Первыми идут только что прибывшие крейсера, за ними транспорт и замыкающим идёт «Стремительный». Быть предельно внимательными, но огонь открывать лишь в случае угрозы уничтожения. Выполнять!

— Да, гард коммандер! — хором произнесли капитаны крейсеров и голограммы с их отображением тут же погасли.

Позади раздался шум. Мартов оглянулся — в зал управления входил младший офицер из первой голограммы.

— В коридоре двое раненых — заговорил Мартов, поняв, что это реаниматор. — Окажи им максимально возможную помощь. И накорми. Выполняй!

Ничего не ответив, младший офицер развернулся и вышел, вызвав у Мартова гримасу досады. Но решив всё же не высказывать своё недовольство, Максим Мартов отвернулся, сел в кресло коммандера и уставился в экран пространственного обзора.

Прошло несколько мгновений, по экрану скользнули контуры двух крейсеров и начали удаляться. Прошло ещё мгновение и звёзды на экране пришли в движение.

* * *

Лавируя между астероидами эскадра неторопливо шла через астероидное кольцо, но едва дошла до его середины, как на экране пространственного обзора транспорта появились красные отметки, которые широкой полосой шли по астероидному кольцу, тоже лавируя между астероидами. Их было шесть. Мартов тут же вспомнил гонку «Формула смерти», которую трои устраивали в своей цивилизации. Несомненно, по астероидному кольцу шли лаггеры.

— Всех капитанов! — произнёс Мартов, внимательно всматриваясь в красные точки.

Прошло несколько мгновений и над пультом управления вспыхнули четыре голограммы с отображением всех капитанов эскадры. Голограмма с отображением капитана транспорта вызвала у Мартова гримасу недовольства, но он решил промолчать.

— По астероидному кольцу идут шесть лаггеров, — заговорил он. — Крейсерам выдвинуться в их сторону и занять позицию перед транспортом. Защитные поля на максимум. Если они проявят агрессию — уничтожить. Транспорту в бой не вступать и продолжать движение. Выполнять!

— Да, гард коммандер! — хором ответили капитаны и голограммы с их отображением тут же погасли.

Прошло недолгое время и крейсера, совершив маневр, заняли позицию перед транспортом со стороны приближающихся лаггеров. Эскадра продолжала двигаться к выходу из астероидного кольца.

Что было в головах экипажей лаггеров, Мартов мог лишь гадать, но то, что их намерение было отнюдь не дружественным вскоре стало понятно.

Видимо не желая упускать возможность пострелять, со стороны приближающихся лаггеров появились сполохи, которые стремительно заскользили в сторону эскадры. Прошло несколько мгновений и по экрану пространственного обзора транспорта расползлись две больших синих кляксы и экран заиграл будто цветами побежалости.

— Защита восемьдесят процентов, — донёсся синтезированный мужской голос системного информатора.

«Прицельно бьют гады», — всплыла у Мартова досадная мысль.

Он скользнул взглядом в направлении на крейсера: все они были покрыты флуоресцирующей вуалью, от поглощённой энергии полученных зарядов.

— Вахтенный! Усилить защитное поле в направлении на противника, — громко произнёс он.

— Такого свойства защитное поле транспорта не имеет, оно равномерно распределено вокруг транспорта, — донёсся голос капитана транспорта, который сейчас исполнял обязанности вахтенного офицера.

Лицо Мартова исказила гримаса досады.

Исполняя приказ Мартова об ответе на агрессию, экипажи крейсеров открыли ответный огонь и в сторону приближающихся лаггеров брызнули яркие красные лучи, но экипажи лаггеров видимо ожидали ответной атаки и бросили свои летательные аппараты по сторонам, пряча их за астероиды и потому лишь часть выпущенных крейсерами энергетических зарядов достигла цели. Экипаж одного из лаггеров совершил неправильный маневр и оказался, буквально под дождём из красных лучей и скорее всего его защита не смогла поглотить всю полученную энергию и он тут же утонув в сером облаке дыма, начал изрядно петлять, скорее всего теряя управление.

В сторону крейсеров скользнули быстрые белые блёстки, видимо перед тем, как спрятаться за астероидами лаггеры выпустили ракеты.

Защитное поле против ракет работало менее надёжно, чем против энергетических лучей и потому в сторону ракет полетел буквально сплошной поток красных сполохов и вскоре пространство озарилось яркими жёлтыми вспышками уничтоженных ракет. Часть энергетических лучей попала в астероиды и от них во все стороны полетели серые струи пыли, ухудшая видимость в астероидном кольце, что незамедлило сказаться — пол под ногами Мартова вдруг вздрогнул и зал управления наполнился пронзительным воем.

— Пробой защитного поля, — раздался синтезированный мужской голос.

— Вахтенный! Повреждения? — громко произнёс Мартов, перекликая вой сирены. — И выключи этот вой.

Донёсся взвизг и вой исчез.

— Крейсера пропустили ракету, — начал объяснять капитан транспорта. — Она сдетонировала в защитном поле. Это осколки. Повреждений нет.

Мартов скользнул взглядом по экрану — эскадра уже выходила из астероидного кольца. Крейсера вели интенсивный огонь теперь уже по астероидам, за которыми прятались лаггеры, из которых во все стороны летели клубы пыли и дыма, делая пространство в астероидном поле практически непрозрачным и в каком состоянии теперь находились лаггеры можно было лишь гадать, но если можно было судить по тому, что ни синих энергетических лучей ни ракет больше в астероидном поле не было, то лаггеры корабли эскадры теперь не видели.

— Капитанов! — произнёс Мартов.

Прошло несколько мгновений и над пультом управления вспыхнули четыре голограммы.

— Убери свою! — процедил Мартов.

Голограмма с отображением капитана транспорта тут же погасла.

— Всем крейсерам быстро выйти из астероидного кольца, обойти лаггеры до прямой видимости и уничтожить. Выполнять! — отдал Мартов приказ резким голосом.

— Да, гард коммандер! — ответили хором капитаны крейсеров и голограммы с их отображением тут же погасли.

Прошло несколько мгновений и увеличив скорость, крейсера направились выполнять приказ самопровозглашённого коммандера.

Видимо из-за запылённости пространства астероидного кольца, экипажи лаггеров поздно увидели маневр крейсеров и среагировали с опозданием, когда крейсера уже начали обходить их. Лаггеры бросились прочь от астероидов, за которыми прятались, но уже было поздно — сплошной поток энергетических лучей, выпущенных крейсерами, неумолимо достигал лаггеров и вскоре в астероидном кольце сияли шесть жёлтых шаров.

Красные отметки от лаггеров на экране сканера пространственного обзора транспорта исчезли. Губы Мартова вытянулись в кислой улыбке: он изначально совсем не хотел уничтожать лаггеры, но они сами заставили его это сделать. Видимо инстинкт запрограммированной смерти силаев оказался сильнее здравого рассудка.

— Вахтенный! Капитанов! — произнёс Мартов уже спокойным голосом.

Прошло несколько мгновений и над пультом управления вспыхнули три голограммы.

— Благодарю! — заговорил Мартов, скользя взглядом по голограммам. — Курс и построение изначальные. Выполнять!

— Да, гард коммандер! — хором ответили капитаны крейсеров и голограммы с их отображением погасли.

Прошло совсем короткое время и эскадра, в прежнем построении, продолжила свой путь к первой планете от красной звезды.

5

Чем ближе эскадра подходила к первой планете, тем, по приказам Максима Мартова, ниже была её скорость. Ни одного лаггера за всё это время пути эскадре больше не встретилось, что вызывало тревогу в сердце Мартова от неизвестности: или лаггеров больше у силаев не было или они где-то прятались, ожидая удобного момента для атаки. Как только эскадра оказалась на орбите планеты, Мартов приказал капитанам транспорта и крейсера «Резвый», совершить посадку на космодром силаев, а двум крейсерам оставаться на орбите и отражать возможные атаки лаггеров, если таковые последуют. Так же он приказал колонистам собраться в нижнем ангаре транспорта и быть готовым к высадке десанта и ждать его приказа.

Дождавшись, когда транспорт совершит посадку, Мартов поднялся и направился в медлабораторию. Войдя, он застал там лишь реаниматора.

— Где раненые? Что с ними? — поинтересовался он.

— Они в моей каюте, — заговорил реаниматор. — Транспорт переполнен и свободных кают нет. У раненой в плечо, я понял, что это женщина, рана не опасная и после проведённой стимуляции плечо быстро восстановится. Раненому в руку, насколько я понял, он не землянин, руку по локоть пришлось удалить. Я сохранил её в анабиозе для образца, так как его придётся отправлять на Ризу на реинкарнацию.

— Проклятье! — лицо Маркова исказилось гримасой досады. — Он из другой галактики и возможна ли реинкарнация, ещё вопрос.

— Другого выхода у меня не было, — реаниматор покрутил головой. — Он получил сильный заряд в руку и она начала отмирать.

— Мне они нужны. Проводи до каюты. — развернувшись, Мартов направился к выходу…

Едва открылась дверь каюты, к которую Мартова привёл реаниматор, как Марчела и Вурд, будто ожидая его, сразу же поднялись с кресел, в которых сидели. Мартов обвёл их грустным взглядом и остановив взгляд на уйгуре, вопросительно взмахнул подбородком.

— Как себя чувствуешь?

— Моё чувство ничто, по сравнению с моей потерей, — с непонятной гримасой Вурд приподнял остаток своей руки. — Какой я теперь пилот, — его губы вытянулись в неприятной толи улыбке, толи усмешке.

— Как только вернёмся на Таксану, будешь портирован на Ризу, где пройдёшь реинкарнацию. Я сам доставлю тебя в лучший Медицинский Центр Риганы, — Мартов перевёл взгляд на Марчелу. — Ты как себя чувствуешь? Знаешь капитана этого транспорта. Возможно он тоже зевс. Ты почувствовала его?

«У него слабое поле», — тут же вошла в мозг Мартова колючая мысль.

— Вы мне нужны оба, — Мартов по очереди обвёл взглядом Вурда и зевсу. — Мы сейчас отправимся под поверхность планеты, — он остановил свой взгляд на Марчеле. — Ты должна найти энергостанцию, которая запитывает, скорее всего, не только подземный город, но и каким-то образом пространственный портатор, — он перевёл взгляд на уйгура. — Как только она найдёт энергостанцию, поможешь разобраться в её работе. Нужно остановить её. Поторопимся! Идите за мной.

Развернувшись, и выйдя из каюты, он зашагал по коридору в сторону трапа, ведущего в нижний ангар. Марчела, Вурд и реаниматор, направились за ним.

Едва Мартов сошёл с последней ступеньки трапа, как замер — в сторону трапа, изрядно пошатываясь, прижав руки к груди, шёл коммандер Лосев. За ним шли колонисты, с которыми Мартов намеревался отправиться в подземный город силаев, поддерживая под плечи двух колонистов, которые ушли из «Стремительного» вместе с коммандером. Видимо увидев Мартова коммандер остановился.

— Приказываю, уничтожить! — едва разборчиво произнёс Лосев не разжимая зубов.

— Что уничтожить? — поинтересовался Мартов.

— Всё!

Коммандер сильно пошатнулся и готов был упасть, но бросившийся из-за спины Мартова реаниматор успел подхватить его под плечо.

— Всё и всех! — прохрипел коммандер, практически, вися на реаниматоре.

— У меня есть другой план. Я намерен…

— Отставить! Уничтож…

Не закончив фразу, коммандер склонил голову, его ноги подкосились и не удержав тяжёлого коммандера, реаниматор опустил его на пол.

— Положите их на пол и вызовите свободную вахту. — Мартов перевёл взгляд на колонистов, ведущих раненых. — Она перенесёт всех в медлабораторию. Вы идёте со мной.

— Я бригадир. Коммандер приказал…

— Он ранен и неадекватен, — заговорил Мартов резким голосом перебивая заговорившего колониста. — Как старший по званию, я отменяю его приказ. Вы идёте со мной. Экипировка максимальная. Защитные пояса обязательны. Выполнять! — заметно повысив голос произнёс Мартов последнюю фразу.

— Глайдер схлестнулся с лаггером. Лаггер ускользнул. В салоне двое убитых, — произнёс тот же колонист.

— Как они погибли? Ведь глайдер не повреждён? — возмутился Мартов.

— Коммандер приказал открыть дверь и обстреливать лаггер из зардов. Один из зарядов лаггера попал в салон.

— Тебя же там не было?

— Вернувшиеся рассказали.

— Это похоже на коммандера, — Мартов негромко хмыкнул. — Ими займётся экипаж. Вернитесь в свой глайдер, — твёрдым голосом произнёс он.

Обойдя колонистов, Мартов направился к большому глайдеру.

Подойдя к летательному аппарату, он развернулся — Вурд и Марчела стояли рядом с ним, часть колонистов неторопливо шла от трапа, часть от прибывшего глайдера коммандера.

Плотно сжав зубы в негодовании, Мартов терпеливо ждал. Колонистов было шестеро.

Неторопливо подойдя, так же неторопливо колонисты начали подниматься в салон глайдера. Мартов провожал каждого из них немым взглядом, довольно отмечая, что оружие и защитный пояс есть у каждого из них.

Дождавшись, когда они все окажутся в глайдере, Мартов оглянулся на Марчелу и Вурда.

— Поднимайтесь! — он ткнул рукой в дверной проём летательного аппарата. — Занимайте свободные кресла.

Дождавшись, когда они поднимутся в салон, он вошёл последним и покрутил головой: глайдер был двенадцатиместный; колонисты заняли первые места салона; Вурд и Марчела сели в кресла последнего ряда. Кресло пилота занимал один из колонистов.

Подойдя к креслу пилота, Мартов хлопнул ладонью по его спинке.

— Свободен! — процедил он.

Ничего не сказав, пилот выглянул из-за спинки кресла и посмотрел в сторону бригадира колонистов, тот молча опустил голову. Так ничего и не сказав, пилот поднялся и пройдя к свободному креслу, сел и откинувшись в кресле, прикрыл глаза, будто выражая своё безразличие.

Окинув салон быстрым взглядом и тоже ничего больше не сказав, Мартов сел в кресло пилота и взялся за рыпп: дверь летательного аппарата скользнула вниз и глайдер, подпрыгнув, развернулся и скользнул в сторону люка в полу нижнего ангара транспорта.

* * *

Транспорт стоял достаточно далеко от единственного низкого здания космодрома. К тому же, перед транспортом стоял крейсер и потому путь глайдеру предстояло преодолеть достаточно долгий.

Неторопливо выведя глайдер из-под транспорта, Мартов покрутил головой, осматривая космодром. Было пасмурно, но был ли это местный вечер или же местное солнце закрывала какая-то странная зеленоватая облачность было непонятно. Никаких чужих летательных аппаратов над космодромом не просматривалось. Сориентировав глайдер в нужном направлении, Мартов, резко увеличив скорость летательного аппарата, направил его в сторону виднеющегося вдали невысокого серого здания.

Посадив глайдер с нескольких метрах от здания, Максим Мартов долго всматривался в дверной проём здания, но из него так никто и не показался. Тогда он поднялся и повернулся в сторону колонистов.

— Выходите, активируете защитные пояса и выстраиваетесь напротив входа в здание. Я, Марчела и Вурд будем позади вас, так как у нас нет ни оружия ни защиты.

Подойдя к двери, он ткнул пальцем в клавишу открывания двери и дождавшись, когда она поднимется, указал рукой на образовавшийся дверной проём.

— Пошли!

Колонисты поднялись с кресел и выскакивая наружу, начали выстраиваться в цепь перед глайдером, направив в сторону дверного проёма серого здания своё оружие. За последним колонистом вышел Мартов, а уже за ним зевса и уйгур. Мартов оглянулся на них.

— Держитесь около меня. От меня ни на шаг, — заговорил он резким голосом. — Марчела! Ты должна почувствовать очень мощное энергополе, что и будет энергостанцией. Вурд! Ты должен помочь нам понять, как нужно остановить её работу.

Ничего не сказав, зевса и уйгур покивали головами. Развернувшись, Мартов направился к колонистам.

— Вперёд! Не торопитесь. Будьте внимательны. Внутрь входить парами от левого края и не задерживаясь отходить в сторону. Огонь открывать лишь при возникновении угрозы. Пошли! — негромко произнёс он, подойдя к ним.

Колонисты цепью направились ко входу в здание.

* * *

Едва цепь замерла, как левая пара шагнула ко входу и тут же скрылась из вида, за ней последовали следующие пары. Затем через дверной проём прошёл Мартов и сделав внутрь здания лишь шаг, замер — примерно посреди серого сумеречного помещения стояли, как ему показалось, всё тот же, как и при первом посещении им этого здания, высокий силай с резкими чертами лица в фиолетовой одежде и по два силая по обе стороны от него, с оружием, направленным в сторону входа.

Губы человека в фиолетовой одежде едва заметно шевельнулись и помещение наполнилось мелодичными звуками. Из-за спины Мартова тут же донеслась ответная мелодия. Он оглянулся — скорее всего пел уйгур, так как его рот был приоткрыть.

«Он спросил: зачем мы сюда пришли. Вурд ответил ему: чтобы выключить генератор», — больно кольнули мозг Мартова мысли вошедшие напрямую ему в мозг, однозначно, присланные зевсой.

— Ты понимаешь… — Мартов осёкся вспомнив события в произошедшие с зевсой в чужой галактике и отвернулся. — Вурд! Спроси: кто он? — произнёс он, уже не оглядываясь.

— Насколько я понимаю, — негромко заговорил уйгур, — это древний предок троев. Такими они изображаются в моей галактике.

— Тогда скажи, что его действия в галактике «Млечный путь» очень агрессивны и недопустимы, — произнёс Мартов по-прежнему не оглядываясь.

За его спиной тут же раздалась долгая мелодия. Губы древнего троя шевельнулись и донеслась очень короткая мелодия.

«Он сказал: убирайтесь!» — получил Мартов колючую мысль напрямую в мозг.

— Не вмеш…

«Я чувствую сильное стороннее психотронное поле. Возможно, будет атака. Отвечать? — вошли напрямую в мозг Мартова следующие колючие мысли, перебивая его высказывание.

Мартов на мгновение задумался, пытаясь выработать правильное решение для возникшей ситуации, как вдруг услышал за спиной глухой звук, заставивший его вздрогнуть и оглянуться — корчась в судорогах на полу лежал уйгур.

— Ответь! — буквально выкрикнул Мартов и в следующее мгновение почувствовал как что-то твёрдое сильно ткнулось ему в голову — у него в глазах потемнело и он начал валиться на пол.

* * *

Мартов открыл глаза. Он лежал на чём-то твёрдом и холодном. В голове творилось что-то непонятное, будто кто-то перемешивал в ней ложкой мозги. Кровь волнами пульсировала в висках, словно ища путь наружу. Он пошевелился и в тот же миг подлетел вверх и его ноги ткнувшись в какую-то поверхность, подогнулись и он повис. Державшие под плечи встряхнули его и будто этим встряхиванием вытрясли из головы предмет перемешивающий ему мозги. Боль из головы ушла. Мартов поднял голову и покрутил ею, осматриваясь.

Насколько он понял, он находился во всё том же сером мрачном помещении. Поодаль на полу лежали четверо силаев и из их одежды струился сизый дым. Древний трой в фиолетовой одежде стоял не шевелясь у самой стены и два колониста стояли направив в его сторону своё оружие и насколько было видно, на фиолетовой одежде силая просматривались несколько чёрных пятен. Неподалёку на полу лежали два колониста. Уйгур и Марчела продолжали стоять у Мартова за спиной, хотя он помнил, что перед тем как потерять сознание видел, что Вурд корчился лёжа на полу. Выходило что без сознания он находился достаточно долго, если уйгур уже пришёл в себя. Мартов остановил свой взгляд на ближнем колонисте.

— Я долго был без сознания? — поинтересовался он.

— Около пяти минут, гард коммандер, — ответил колонист.

— Силаи на полу мертвы? — Мартов повел подбородком в сторону лежащих силаев.

— Неизвестно, гард коммандер, — колонист покрутил головой. — Но они не шевелятся.

— А лежащие колонисты?

— Скорее всего без сознания. Оружие силаев бьёт какими-то твёрдыми сгустками и если они попадают в тело, то валят с ног, если в голову, то теряешь сознание, пояснил колонист.

— И даже силовое поле не спасает?

— Нет!

— Что с силаем в фиолетовой одежде?

— Такое впечатление, что он окружён каким-то полем. Заряды растекаются по его телу, хотя оставляют на его одежде тёмные пятна. Мы выпустили в него не менее двух десятков зарядов. Он отошёл к стене и там стоит. Что с ним делать?

Поняв, что чувствует себя лучше, Мартов пошевелил плечами.

— Отпустите!

Поддерживающие его колонисты тут же убрали руки. Мартов пошатнулся, но дёрнувшись устоял. Пошевелив плечами и поняв, что стоит устойчиво, оглянулся на Вурда.

— Ты разговаривал с ним, как пришёл в себя? — поинтересовался он у уйгура.

— Нет! — Вурд медленно покрутил головой.

— Спроси: кто он?

Губы уйгура шевельнулись и донеслась короткая мелодия.

Мартов повернулся в сторону силая в фиолетовой одежде и тут же в помещении раздалась громкая долгая мелодия.

«Он сказал»…

— Тебя не спрашивают, — резким голосом перебил Мартов мысли зевсы.

— Он сказал, что он истинный трой из галактики «Асториана», — перевёл мелодию силая в фиолетовой одежде Вурд.

— Я спросил, как его зовут? — повысив голос, произнёс Мартов.

В зале опять прозвучали две мелодии короткая и долгая.

— Он сказал, что его имя не имеет значения для нас, — произнёс уйгур.

— Такая долгая мелодия переводится такой короткой фразой? — недовольным голосом поинтересовался Мартов, не оглядываясь на уйгура.

— Он ещё сказал, чтобы мы убирались с этой планеты, если хотим остаться живы. Но ты об этом не спрашивал.

— А он сам не хочет убраться с этой планеты?

За спиной Мартова опять раздалась мелодия. Тут же донеслась мелодия со стороны древнего троя, хотя его губы остались неподвижны.

— Он сказал: нет! — произнёс уйгур.

За спиной Мартова вдруг раздался громкий шум. Он оглянулся — в помещение входил коммандер Лосев в сопровождении капитанов транспорта и крейсера. Грубо оттолкнув Мартова, Лосев остановился и покрутил головой. По его потемневшему лицу было видно, что он не совсем здоров.

— Что здесь происходит? Это кто? — коммандер вытянул руку в сторону троя.

— Это представитель галактики «Андромеда» древний трой. Насколько понятно, он самый главный на этой планете, — пояснил Мартов.

— Вы затеяли переговоры с ним? — поинтересовался коммандер.

— Вообщем, да. Предлагаем ему добровольно вернуться в свою галактику, но он отказывается.

— Я не намерен вести с ним никаких переговоров.

Лосев вдруг шагнул к ближнему колонисту и вырвав у него из рук оружие, направил его в сторону древнего троя и пространство помещения расцветилось несколькими яркими вспышками и в тот же миг трой покрылся вуалью цветов побежалости. Он вдруг вытянул руку и пошатнувшись, Лосев выронил оружие и схватился за голову. В помещении раздалась громкая мелодия.

— Он сказал: вы своим оружием бессильны против меня, — произнёс Вурд.

— Бессильны этим, сильны будем другим, — произнёс коммандер и продолжая держаться за голову, повернулся в сторону капитана крейсера.

— Подними крейсер и уничтожь этот рассадник зла чужой галактики. Я больше не намерен терпеть их выходки, — процедил Лосев.

— Да, гард коммандер! — капитан крейсера кивнул головой. — Но всем вам нужно покинуть это здание.

— Пошли прочь отсюда! — едва ли не выкрикнул Лосев обводя колонистов злым взглядом.

Колонисты, подошли к лежащим колонистам и подняв их, направились к выходу, все остальные попятились и начали выходить наружу. Колонист, у которого коммандер вырвал оружие, поднял его и тоже вышел из помещения. Мартов, Вурд и Марчела продолжали стоять.

— Вы…

— Мы не уйдём, — Мартов покрутил головой. — У меня есть другое решение, которое считаю более правильным и разумным. Мы найдём энергогенератор и остановим его работу. Надеюсь, что с остановкой энергогенератора исчезнет и аномалия из этого пространства и закроется портал в галактику «Андромеда».

— Я приказываю — прочь! — вдруг рявкнул коммандер.

— Нет! — Мартов опять покрутил головой. — Этот подземный город может быть полезен Земной Федерации своими технологиями.

— Ну и чёрт с вами, — вытянув губы в широкой усмешке, Лосев развернулся и шагнул к выходу.

Дождавшись, когда он уйдёт, Максим Мартов вдруг увидел, что трой тоже исчез. Состроив гримасу досады, он обвёл взглядом Вурда и Марчелу.

— Я примерно помню, где энергогенератор, — заговорил Мартов. — Он глубоко под поверхностью планеты и навряд ли крейсер своим оружием уничтожит его. Древние трои не дураки, они надёжно его закопали. Нам туда, — он махнул рукой в право от себя. — Там коридор.

— У нас нет оружия. Любой траст без проблем перестреляет нас, — произнёс Вурд.

Мартов тут же вытянул из-за пояса оружие уйгура и протянул его ему.

— Надеюсь ты сможешь управляться им одной рукой? Но у меня такое чувство, что силаев, которых ты называешь трастами, на этой планете больше нет. Все они уничтожены. Не исключено, что древний трой исчез за тем, чтобы запустить их синтез или ускорить его, если таковой уже идёт. Заглушив энергогенератор, мы остановим синтез силаев и тем самым избавим себя от смерти. Ты, — он перевёл взгляд на Марчелу, — контролируй пространство вокруг нас, чтобы избежать внезапной атаки древнего троя. Хотя, даже не представляю, как мы можем ему противостоять. Вежливость Эрт Кройта при первой встрече с древним троем может обернуться нам злым роком. За мной!

Повернувшись, Мартов первым направился в сторону той стены помещения, где должен был быть коридор, по которому его в первое посещение этого здания нёс сармат Эрт Кройт.

* * *

Шли они уже долго в темноте по наклонному полу, несколько раз свернув в другие коридоры, а казалось этому их пути не будет конца, хотя Мартову, насколько он помнил слова сармата, до ямы, в которую он провалился, было не так уж и далеко. Возможно сейчас они сворачивали не в те коридоры, но Марчела молчала, скорее всего не чувствуя сторонней угрозы и потому Мартов её не спрашивал. Его глаза уже более-менее привыкли к темноте и он уже начал видеть серые контуры своих путников и стены коридоров, по которым они шли. Вдруг он остановился и повернулся в сторону Вурда, который шёл за ним, держа в своей единственной руке оружие.

— Ты же должен видеть в темноте, — досадой в голосе заговорил Мартов. — Почему же ты молчишь?

— Что нужно сказать? — поинтересовался уйгур.

— Сказать, идём мы в нужном направлении или нет.

— Я этого не знаю, — Вурд покрутил головой. — Я здесь никогда не был.

— Но ты хотя бы мог сказать, что мы проходим мимо какого-то коридора, чтобы мы могли остановиться и попытаться определиться со своим путём, — в голосе Мартова послышались нотки сильного возмущения.

— Я был уверен, что ты знаешь, куда идти, — Вурд поднял плечи.

«Мы несколько раз прошли мимо дверей, за которыми чувствовалось энергополе», — вошла напрямую в мозг Мартова колючая мысль присланная зевсой.

Мартов тут же повернул голову в сторону Марчелы.

— Где последняя дверь мимо которой прошли? Можешь найти? — поинтересовался он.

Не прислав больше никакой мысли, зевса развернулась и пошла в обратную сторону.

— Я видел две или три таких двери, — заговорил Вурд, — но решил, что они тебя не интересуют.

— Иди за ней и как увидишь дверь, остановись и скажи об этом, — процедил Мартов и дождавшись, когда уйгур направится следом за Марчелой, пошёл за ним.

Ждать появления двери в стене коридора долго не пришлось, буквально через два десятка шагов, Марчела и Вурд остановились одновременно и развернулись в сторону стены. Подойдя к ним вплотную, Мартов тоже повернулся к стене, но никакой двери в ней не увидел.

— Вы уверены, что дверь здесь? — поинтересовался он.

«Я чувствую разрыв поля стены. За ней сильное энергополе, — получил он колючие мысли от зевсы».

— А если за ней силаи? — высказал свою тревогу Мартов.

«Я не чувствую никаких биополей за стеной», — тут же получил он следующую колючую мысль от зевсы.

— А разве силаи имеют биополя? Они ведь продукты синтеза, а не рождения.

«У них энергополе. За стеной есть энергополе, но кому или чему оно принадлежат, я не могу определить», — пришли следующие колючие мысли от Марчелы.

— Ты же должна была почувствовать энергополя силаев, когда была наверху. За стеной такое же? — возмутился Мартов.

«Другое», — больно кольнула его мозг пришедшая мысль.

— Проклятье! И как открыть эту дверь? Я не вижу никаких сенсоров, — Мартов покрутил головой.

Сунув оружие себе за пояс, Вурд шагнул вплотную к стене и принялся водить по ней рукой. Поводив по стене некоторое время, он повернулся в сторону Мартова и молча покрутил головой и в тот же миг, будто это верчение послужило каким-то сигналом кому-то, пол под ногами Мартова заметно вздрогнул, затем ещё и ещё.

— Что происходит? — Мартов обвёл своих спутников быстрым взглядом.

— Я никогда здесь не был, — Вурд покрутил головой.

Пол вздрогнул в очередной раз с такой силой, что Мартова бросило в сторону и лишь резкие взмахи руками помогли ему устоять. Донёсся какой-то далёкий глухой протяжный звук.

— Проклятье! — Мартов состроил гримасу тревоги. — Однозначно, крейсер начал обстрел здания наверху. Дороги назад теперь у нас нет. Или находим, как открыть эту дверь или продолжаем ходить по коридорам, иначе нас здесь завалит рухнувшим потолком.

Толчки продолжались, но уже не такие интенсивные, как прежде.

— Видимо здание уже разрушено, — высказался Вурд.

Мартов промолчал.

«Я нашла энергополе, которое, вероятно, удерживает дверной запор, — потекли напрямую в мозг Мартова колючие мысли от зевсы. — Если его уничтожить, то возможно дверь можно будет открыть вручную».

— Уничтожай! — процедил Мартов.

Прошло несколько мгновений и в стене раздался глухой хлопок. Марчела шагнула к стене и уперлась в неё руками. Мартову показалось, что часть стены шевельнулась, но осталась на месте. Тогда он тоже шагнул к стене и став рядом с зевсой также упёрся в неё обеими руками — стена ощутимо шевельнулась, но всё же осталась на месте. К стене шагнул Вурд и тоже упёрся в неё своей одной рукой.

— Нужно вместе. На раз, — произнёс он.

— Внимание! — заговорил Мартов. — Р-р-ра-аз!

Все разом нажали на стену и она вдруг сильно дёрнулась назад и быстро скользнула в сторону, потащив за собой людей и не устояв, все они ввалились в образовавшуюся нишу и оказались внутри какого-то помещения освещённого неярким синим светом.

Донёсся громкий шорох. Мартов оглянулся — дверь быстро скользила назад и опять стала на своё прежнее место.

— Проклятье! — Мартов поднялся и закрутился, осматриваясь.

Поднялись и его спутники.

Помещение, в котором они оказались было не таким уж маленьким и в нём без проблем могли бы разместиться десятка три человек. Оно было достаточно высоким. Свет шёл от неяркой большой синей окружности, будто нарисованной на потолке. Никаких сенсоров или каких-то других органов управления ни на одной из стен не просматривалось. Мартов опустил голову и вдруг увидел, что на полу тоже нарисована окружность, но уже бледного красного цвета и насколько он видел, она как бы пульсировала. Никто из них полностью внутри этой окружности не находился.

— Всем выйти из окружности на полу, — не зная почему, вдруг произнёс Мартов и сам шагнул из неё.

Марчела и Вурд, попятившись, тоже зашли за окружность и Мартов тут же увидел, что она перестала пульсировать и лишь светилась всё тем же бледным красным цветом.

— Вурд! Что это, по-твоему, может быть? — Мартов повёл подбородком в сторону окружности. — Уверен, ты в своей галактике уже сталкивался с подобным.

— Это портал. Только старой системы. Такие порталы трои организуют в новых мирах. Он малоинтеллектуален и нам повезло, что он не разорвал нас на части своей портацией. Даже не знаю почему.

— Ну и ну! Действительно повезло, — Мартов погримасничал губами и тут же дёрнувшись, выбросил руки в стороны, так как пол заметно покачнулся. — Нужно уходить отсюда и как можно скорее. Коммандер не успокоится пока не разнесёт все сооружения троев под поверхностью планеты, даже если ему придётся оголить планету до мантии, — он повернул голову в сторону зевсы. — Как думаешь, куда может вести этот портал? Можешь отследить?

Марчела молча покрутила головой.

— Проклятье! Выбора нет! Становимся в середину и будь, что будет. Разом!

Мартов сделал два широких шага и оказался в центре красной окружности. Марчела и Вурд не мешкая последовали за ним и тоже стали в центр окружности, буквально прижавшись к землянину с двух сторон.

Прошло некоторое время. Ничего не происходило. Максим Мартов, состроив гримасу тревоги закрутил головой и вдруг, какая-то белая пелена будто упала на него с потолка и он, утонув в ней, потерял связь с внешним миром.

* * *

Будто пелена сползла с глаз Мартова и он прозрел. Он по-прежнему стоял с прижатыми к себе зевсой и уйгуром, но зал, где они находились был другим: светлым и большим. Никого в нём не было. В каждой стене зала был дверной проём. Мартов повёл плечами, давая понять своим спутникам, чтобы они отступили от него, что они тут же и сделали. Землянин опустил голову — на светлом полу тоже была окружность, в которой они сейчас стояли, только бледно-зелёного цвета. Сделав пару широких шагов он вышел из окружности и дождавшись, когда из неё выйдут Марчела и Вурд, повернул голову в сторону зевсы.

— Чувствуешь какие-либо энергополя поблизости? — он вопросительно взмахнул подбородком.

«Здесь очень много энергополей и все они разные», — тут же получил он колючий мысленный ответ от зевсы.

— Похожие на энергополя силаев, есть, — поинтересовался Мартов.

«Таких»… — Марчела состроила непонятную гримасу, — нет. Но других предостаточно».

Мартов перевёл взгляд на Вурда и увидев, что тот сжимает в своей единственной руке оружие, опять перевёл взгляд на зевсу.

— В каком направлении энергополей меньше всего? — поинтересовался он.

Марчела неторопливо покрутилась на месте, затем молча вытянула руку в сторону одного из дверных проёмов.

— Идёшь за мной, Вурд последним, — произнёс Мартов и повернувшись, направился в сторону дверного проёма, на который указала зевса.

За проёмом был неширокий светлый коридор, который уходил в три стороны. Покрутив головой, Мартов дёрнул плечами и направился в по коридору, идущему прямо.

Примерно через полсотни шагов в стене коридора встретились первые двери, присутствие которых Мартов определил по более тёмному прямоугольнику, чем цвет стены.

Остановившись он развернулся в сторону двери и осмотрел её периметр — никаких пластинок или каких-то других устройств идентификации вокруг двери не просматривалось. Он повернул голову в сторону Марчелы.

— Что там? — он взмахнул подбородком в сторону двери.

«Большое количество энергополей различной интенсивности», — вошла ему напрямую в мозг колючая мысль.

Мартов тут же вспомнил об автоматическом производстве лаггеров, которое он видел при своём первом посещении этого города внутри планеты.

— Ты можешь сломать запор этой двери, чтобы мы смогли её открыть? — поинтересовался он у Марчелы.

«У неё нет запора», — Марчела покрутила головой.

— Как нет? — Мартов состроил гримасу недоумения. — Как же тогда она открывается?

Зевса молча подняла плечи.

— Проклятье! — Мартов повернул голову в сторону Вурда. — Может ты знаешь, как открыть эту дверь?

— Если нет каких-то секретов, то возможно так…

Вурд направился к двери и едва до неё остался шаг, как она подалась назад и скользнула в стену.

Нижняя челюсть Мартова невольно опустилась.

Постояв так некоторое время, он вдруг осознал, что никаких толчков пола здесь не ощущается, возможно, что сейчас они находились очень глубоко под поверхностью планеты.

— Что там? — Поинтересовался он у заглядывающего в проём уйгура.

— Похоже, что это какая-то лаборатория, — ответил Вурд не оборачиваясь.

— Силаи есть внутри?

Так же не оборачиваясь, Вурд молча покрутил головой.

— Иди за мной, — произнёс Мартов, бросив быстрый взгляд в сторону зевсы и направился к дверному проёму.

Видимо услышав его шаги, Вурд вышел из дверного проёма и сделал шаг в сторону — дверь тут же стала на место.

Подойдя к ней вплотную, Мартов замер. Шло время, но дверь так и не открывалась. Состроив гримасу досады, Мартов повернул голову в сторону уйгура.

— Открой и стой в проёме, пока мы не пройдём, — едва ли не зло произнёс он.

Вурд стал напротив двери, которая тут же скользнула в стену.

Так как дверной проём был не слишком широк, то Мартову и Марчеле пришлось боком протиснуться мимо уйгура, чтобы попасть внутрь помещения. Войдя, Мартов остановился и закрутил головой.

* * *

В помещении было сумеречно, но и этого света было вполне достаточно, чтобы увидеть, что оно заполнено какими-то большими прозрачными капсулами, простирающимися от пола до потолка. Мартов попытался посчитать капсулы и насчитал их двенадцать. Он повернул голову в сторону, продолжающего стоять в дверном проёме, Вурда.

— Что это за капсулы? — поинтересовался он.

— Насколько я знаю, — заговорил Вурд, — в таких капсулах что-то синтезируется. Разве в вашей галактике нет таких?

— Есть! — Мартов кивнул головой, продолжая разговаривать с уйгуром на понятном ему языке. — В таких капсулах выращиваются клоны людей или животных. В Объединённой Федерации клонирование людей запрещено. Иногда клонируются исчезнувшие животные, но лишь по специальному разрешению. Клонирование есть у враждебных Федерации рас: сентаригов и фраонитов и насколько известно, какие-то капсулы для клонирования есть у них. Но я никогда не видел клонирование и что представляют эти капсулы знаю лишь понаслышке.

Мартов неторопливо направился вглубь помещения, всматриваясь в капсулы, но все они были пусты и лишь одна капсула, находящаяся в последнем ряду, была заполнена какой-то мутноватой жидкостью в которой находился какой-то бесформенный предмет ничего не напоминающий. Землянин обошёл вокруг этой капсулы, внимательно рассматривая бесформенное образование, но так и не поняв, к чему его отнести, остановился и повернулся к идущей за ним Марчеле.

— Ты что-то можешь сказать об этом? — он повёл подбородком в сторону капсулы, перейдя на универсальный язык Объединённой федерации.

«Скорее всего, это зародыш силая, но он видимо мёртв, так как никакого энергополя от него не исходит», — получил Мартов колючую мысль от зевсы.

— Выходит, что это родильный дом для силаев, — Мартов покрутил головой, скользя взглядом по капсулам. — Интересно, такой родильный дом один здесь или есть и другие? И почему синтез силаев здесь остановлен? Определённо, об этом может сказать трой в фиолетовой одежде. И где его найти? — он перевёл взгляд на Вурда, будто тот понимал универсальный язык, но уйгур лишь молча покрутил головой. — Однозначно, этим капсулам нужна энергия, — Мартов перевёл взгляд на зевсу. — Ты можешь определить энергетический ток, который идёт в это помещение?

Марчела подняла голову и принялась всматриваться почему-то в потолок. Затем, не опуская головы направилась в сторону двери, через которую они вошли в эту комнату, но перед закрытой дверью остановилась и опустив голову, повернула её в сторону Мартова.

«Энергия идёт из коридора», — получил Мартов колючую мысль от зевсы.

Землянин повернул голову в сторону уйгура.

— Открой дверь. Продолжим поиск энергостанции.

Вурд шагнул к двери и она тут же скользнула в стену. Дождавшись, когда Мартов и Марчела выйдут в коридор, он вышел последним и пошёл вслед за землянином, который шёл за идущей теперь первой зевсой.

Пройдя с полсотни шагов, Мартов увидел в стене коридора ещё одну дверь.

— Остановись! — произнёс он в спину зевсы.

Марчела остановилась и видимо поняв причину приказа, развернулась в сторону двери. Вурд, видимо тоже догадался о причине остановки и тут же направился к двери. Едва до двери ему остался шаг, как она скользнула в стену. Приподняв оружие, он шагнул в образовавшийся дверной проём и заглянул внутрь помещения.

* * *

Мартов, подбежав к дверному проёму, тоже заглянул в него и невольно хмыкнул — это было такое же сумеречное помещение, в котором он был при первом посещении этого города под поверхностью планеты и в котором изготовлялись комплектующие для лаггеров. Но было ли это тоже самое помещение или другое он сказать навряд ли бы смог.

Ничего не говоря, он шагнул внутрь и направился вдоль линии оборудования, но сделав несколько шагов, вдруг замер и прислушался: характерного шума работающего оборудования, который он слышал при первом посещении, не было. Он повернул голову назад: Вурд шёл за ним, а Марчела теперь шла последней.

— У вас есть подобное производство? — поинтересовался он у уйгура.

— Что это за производство? — в свою очередь поинтересовался уйгур.

— Это безлюдное производство комплектующих для лаггеров, а возможно и ещё для чего-то, — принялся объяснять Мартов, хотя это было лишь его предположение. — В какой-то стороне, — он покрутил головой, — сборочный участок, куда стекаются комплектующие от подобных безлюдных линий и где собираются лаггеры и ещё что-то. Значит энергостанция где-то рядом, — он опять покрутил головой. — Тогда мы попали в это производство из неё.

Развернувшись, он неторопливо пошёл вдоль линии оборудования, крутя головой и всматриваясь в стены помещения. Дойдя до торцовой стены, он увидел, что в неё, как и должно быть, упирается прямоугольный короб, рядом с которым находится дверь. Мартов опять оглянулся на уйгура.

— Открой! — он повёл подбородком в сторону двери.

Вурд молча подошёл к двери, которая тут же скользнула в стену. Мартов подошёл к дверному проёму и заглянул в него: это было совсем не то помещение, где собирались лаггеры. С обратной стороны стены в неё тоже упирался прямоугольный короб, который изгибаясь, своим вторым концом упирался в пол.

Лицо Мартова исказилось гримасой недоумения. Непонимающим взглядом он упёрся в конец короба, упирающегося в пол. Наконец он поднял голову и перевёл взгляд на стоявшую чуть в стороне Марчелу.

— Ты чувствуешь энергию здесь, — поинтересовался он.

«Здесь нет энергии», — тут же вошла ему напрямую в мозг колючая мысль от зевсы.

— Значит я правильно понял, что производство остановлено, — Мартов погримасничал губами. — Потому сейчас на дверных проёмах не вуаль, а двери. Трой сам остановил производство или его остановил обстрел поверхности планеты крейсером? Мы пришли не сюда. Насколько я понимаю, здесь, из того, что находится ниже загружаются исходные материалы для производства, которые, скорее всего, берутся или из недр планеты или из производства, которое находится уровнем ниже. Значит нам нужно идти в обратную сторону.

Развернувшись, Мартов быстро зашагал в противоположном направлении.

Дойдя до торцовой стены он остановился рядом с дверью в ней и не оборачиваясь, повёл подбородком в её сторону.

— Открой! — произнёс он на языке уйгура.

Вурд шагнул к двери и стал напротив неё, дверь тут же скользнула в стену. Подойдя к образовавшемуся проёму, Мартов заглянул в него: теперь это, действительно, был сборочный участок, посреди которого стоял наполовину собранный лаггер, вокруг которого неподвижно стояли несколько механизмов, которые должны были его собирать. Мартов оглянулся на Вурда.

— Странно, что такая продвинутая цивилизация, как древние трои, имеет такое устаревшее производство, — заговорил он. — Все наши продвинутые цивилизации создают свои механизмы путём выращивания, а я слышал, что одна из очень продвинутых цивилизаций даже путём вынашивания, будто в утробе матери.

— Я уже говорил тебе, что трои не делятся с нами своими прогрессивными технологиями и как они создают свои механизмы, мы не знаем, — уйгур покрутил головой. — Насколько я понимаю, производство сейчас, действительно, остановлено. Что дальше? — он подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— Тогда мы вошли в помещение производства через дверь из зала энергостанции, — Мартов вышел из дверного проёма и покрутил головой. — Но где эта дверь? — он поднял плечи.

«В одной из стен я почувствовала нарушение однородности энергетического поля. Это там».

Получил Мартов колючую мысль от зевсы, видимо догадавшейся о чём шла речь и повернув голову в сторону зевсы, он увидел её вытянутую куда-то руку.

— Покажи! — процедил он.

Зевса опустила руку и направилась в ту сторону куда показывала. Подойдя к стене, она описала по ней эллипс.

«Здесь», — получил Мартов такую колючую мысль, что невольно состроил болезненную гримасу, но промолчал и повернул голову в сторону Вурда.

Уйгур молча шагнул к тому участку стены, где описала эллипс зевса и замер. Прошло долгое время, но ни какого дверного проёма так и не появилось. Дёрнув плечами, Вурд отступил от стены на несколько шагов и повернулся в сторону Мартова. Землянин в свою очередь повернул голову в сторону зевсы.

— Ты уверена, что здесь есть дверь? — Мартов подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

Не прислав никакой мысли, Марчела уставилась в стену. Вскоре донёсся негромкий щелчок и часть стены заметно дёрнулась.

Мартов тут же вспомнил, как они открывали дверь в зал портации и подойдя к дёрнувшемуся участку стены упёрся в него. К нему тут же подошли Вурд с зевсой и все они разом нажали на участок стены, который дёрнулся сильнее и заскользил в сторону. Мартов заглянул в образовавшийся проём.

Это был достаточно длинный мрачный сумеречный коридор, с неровными стенами, будто выдолбленный плохим орудием труда, уходящий куда-то вдаль.

Мартов оглянулся на Марчелу: зевса молча покрутила головой.

Состроив гримасу досады, Мартов отвернулся и шагнул в мрачный коридор.

* * *

Коридор, по которому они шли, тянулся не менее чем на сто шагов и упирался в стену. Мартов оглянулся на зевсу и молча вытянул руку в сторону стены.

Прошло недолгое время и раздался глухой щелчок. И опять им пришлось упереться в стену, чтобы оттолкнуть дверь в сторону.

За ней было такое же, как и предыдущее помещение, с остановленным производством.

Ничего не говоря, Мартов тут же направился к стене напротив и подойдя, ткнул в стену перед собой рукой.

— Открывай! — процедил он.

И опять дождавшись глухого щелчка, они упёрлись руками в стену и сдвинули дверь в сторону и опять за дверью оказался мрачный длинный коридор.

И опять всё повторилось.

Таких повторений им пришлось сделать ещё три или четыре, которых Мартов уже не помнил, так как не считал их и остановившись напротив неизвестно какой по счёту стены, он почувствовал себя уставшим, так как прошагал без отдыха уже неизвестно сколько времени. Глубоко и протяжно вздохнув, он вяло повёл подбородком в сторону стены.

— Если за ней такой же мрачный коридор, остаёмся здесь и отдыхаем. Я настолько устал, что сейчас упаду, — произнёс он на универсальном языке.

«Я чувствую за стеной мощное энергополе. Оно нестабильное. Угрожающе нестабильное. И… И там кто-то есть. Эта дверь не имеет энергозапара», — вдруг получил Мартов напрямую в мозг колючие мысли от зевсы.

Он повернул голову в сторону Марчелы — зевса стояла уставившись в дверь.

— Открой дверь и сразу в сторону, — произнёс Мартов на языке уйгура, переведя на него взгляд.

Приподняв оружие, уйгур шагнул к двери и едва она скользнула в сторону, как он тут же упал лицом вниз прямо в дверном проёме. Марчела оказалась напротив дверного проёма и молниеносно выбросив руку в сторону зевсы, Мартов резко дёрнул её на себя и не устояв от полученного от неё толчка повалился на пол увлекая за собой и зевсу и в тот же миг через дверной проём скользнуло что-то вуалевидное и ударившись в мрачную стену коридора, заискрилось по ней крохотными белыми разрядами.

Отпустив зевсу, Мартов приподнялся и увидев, что Вурд лежит в дверном проёмы разбросив руки в стороны и что его рука, сжимающая оружие, лежит у самого края дверного проёма. Вытянув свою руку, Мартов взялся за оружие и потянул его на себя, но Вурд, даже без сознания, крепко держал оружие и потянулся за своей рукой и Мартов уже почти полностью вытащив его из дверного проёма, прекратил его тащить, вдруг вспомнив, что если уйгур окажется вне дверного проёма, то дверь закроется и потому ноги Вурда остались в дверном проёме.

— Ты что-то успела увидеть там? — повернувшись к Марчеле, Мартов повёл головой в сторону дверного проёма.

«Большой блестящий чёрный цилиндр от пола до потолка», — тут же вошла ему напрямую в мозг колючая мысль.

— Нашли! Наконец-то! — Мартов шумно вздохнул. — Ты не заметила, кто там и сколько их?

«Нет! Но я теперь отчётливо чувствую одно биополе живого организма, точно такое же, какое чувствовала в помещении наверху», — вошли в мозг Мартова следующие колючие мысли.

— Проклятье! Древний трой! — землянин состроил гримасу досады. — И что теперь нам делать с ним?

«Насколько я чувствую, он идёт в нашу сторону», — получил Мартов ещё одну очень колючую мысль напрямую в мозг, видимо зевса была встревожена приближением троя.

Землянин лихорадочно закрутил оружие, пытаясь всё же забрать его из руки Вурда, но уйгур держал его очень крепко и усилия Максима Мартова оказались тщетны.

Вдруг в коридоре резко посветлело, будто зажёгся свет. Мартов от неожиданности вздрогнул и приподнял голову — в дверном проёме стоял трой в своей фиолетовой одежде, сжимая в руках оружие, точно такое, из какого стреляли силаи и над дверным проёмом светилась яркая белая полоса, от которой и было теперь светло в прежде мрачном коридоре.

«Это конец», — всплыла у землянина полная досады мысль.

Отпустив руку Вурда и он резко поднялся. Поднялась и зевса.

Шло время, Мартов продолжал стоять, как продолжали стоять и Марчела с троем. Неожиданно прозвучала будто короткая мелодия.

«Он поинтересовался: кто мы», — вдруг получил Мартов колючую мысль от зевсы.

— Скажи ему, что мы колонисты с Таксаны, — неожиданно для себя Мартов приказал зевсе сказать подлинную информацию о себе.

Марчела тоже проиграла мелодию. Тут же донеслась ещё одна мелодия.

«Он поинтересовался: зачем мы здесь?» — Получил Мартов мысленный перевод мелодии.

— Скажи ему, что мы уже обсуждали это наверху, — Мартов повел подбородком снизу вверх.

Марчела пропела мелодию и следом прозвучала ещё одна мелодия. Беззвучно хмыкнув, Мартов отметил, что мелодии зевсы и троя звучат по разному, хотя они, несомненно, понимали друг друга.

«Он сказал, что один из нас не колонист», — вошла напрямую в мозг Мартова колючая мысль от зевсы.

— Скажи ему, что это уйгур из его галактики, — произнёс Мартов ещё одну правдивую информацию.

Марчела проиграла мелодию и тут же донеслась ответная мелодия.

«Он поинтересовался: как он оказался здесь? Ведь галактики ещё не вошли в прямой контакт друг с другом», — перевела зевса мелодию древнего троя.

— Скажи, что это очень долгая история. Предложи ему самому отключить энергостанцию и сдаться пришедшей сюда экспедиции землян, иначе его город внутри планеты будет уничтожен крейсерами.

Донеслась достаточно долгая мелодия. Затем наступила долгая пауза и вдруг Мартов почувствовал, как острая игла больно вошла ему в мозг, у него потемнело в глазах и он провалился в пустоту.

* * *

Мартов открыл глаза — он лежал на спине, на какой-то поверхности. Его взгляд упирался в светлый потолок. Напрягшись, он сел и развернулся. Его ноги свесились и стали на твёрдую поверхность, но голова опустилась и подбородок упёрся в грудь. Голова находилась в таком состоянии, будто её кто-то пытался расколоть. Взявшись руками за голову, Мартов попытался приподнять её — это удалось сделать лишь чуть. Но всё же теперь, поведя глазами по сторонам ему удалось рассмотреть помещение в котором он находился.

Это был большой светлый зал светло-серого цвета, какие бывают в космических кораблях, в котором находились какие-то разновеликие устройства различных форм и цветов. Около одного из таких устройств в креслах, неподалёку друг от друга сидели Марчела и древний трой в фиолетовой одежде. Губы зевсы шевельнулись.

— Очнулся? — раздался её голос.

Лицо Мартова вытянулось, челюсть отвисла.

— Ты адекватен? В состоянии осознавать происходящее? — поинтересовалась зевса через некоторое время молчания.

— Я очень хочу пить, — прохрипел Мартов, проигнорировав вопрос зевсы.

Марчела тут же поднялась с кресла и подойдя к ложе, на котором сидел Мартов, вытянула руку в сторону, донёсся лёгкий щелчок и в следующее мгновение перед лицом Мартова висела баночка, похожая на такую, в которой у землян содержался тоник.

— Пей! — произнесла зевса.

Взяв баночку подрагивающей рукой, Мартов поднёс её ко рту и смочил губы. Напиток в баночке был резким, но не отталкивающим. Жажда пересилила его осторожность и не отдавая себе отчёт о последствиях, он принялся пить и остановился лишь когда при следующем глотке во рту никакой жидкости не оказалось. Мартов отстранил баночку ото рта и протянул её Марчеле.

— Благодарю! — его голос звучал теперь почти как и прежде, да и голова уже не висела, а держалась вполне нормально. — Где мы?

— Не знаю! — зевса взяла баночку и шагнув от землянина, протянула руку с баночкой в сторону.

Мартов повернул голову в том направлении: рядом с ложе стоял какой-то высокий аппарат белого цвета, в нише которого стояли несколько таких же баночек, как из которой он только что пил и видимо зевса туда и поставила пустую баночку.

— Каким образом ты начала разговаривать, — поинтересовался Мартов подняв взгляд на Марчелу.

— Жуат Карр Лоз реанимировал мои голосовые связки. Для него это оказалось не сложно, хотя мне было неприятно, так как я была в сознании, — произнесла Марчела.

— Его потомки утверждали, что это невозможно. Странно! — Мартов состроил гримасу недоумения. — Жуа… Не запомнил. Это его имя? Звучит вполне обычно. Он реаниматор?

— Он не назвал свою профессию. Он назвал себя лишь древним троем. Одним из команды древних троев, которые пришли в нашу галактику, чтобы познакомиться с нашими цивилизациями и оценить степень их опасности для цивилизаций галактики «Асториана», — начала говорить Марчела тем своим голосом, который Мартов слышал от неё изначально. — Они нашли заброшенную планетную систему, звезда которой уже проколлапсировала и по их мнению не могла представлять интерес для живущих в нашей галактике разумов, построили под поверхностью планеты свою базу и начали осторожно изучать нашу галактику. Но через какое-то время они столкнулись с очень продвинутой цивилизацией нашей галактики, с которой у них возник конфликт, так как та цивилизация не захотела признать цивилизацию троев за дружественную. Многие древние трои погибли, но всё же им удалось сохранить в тайне расположение своей базы. Дальнейшее изучение нашей галактики у древних троев оказалось под угрозой, так как их исследовательский корабль оказался сильно повреждён и они решили вернуться в свою галактику, но построенный ими портал стал нестабилен. Видимо на него начала действовать появившаяся в этом пространстве аномалия. Но всё же часть выживших троев решилась на портацию и скорее всего они стали энергией внутреннего мира, так никакого обратного ответа о завершении портации получено не было. На планете осталось лишь двое троев. Через какое-то время один из них погиб, пытаясь восстановить работу портала и Жуат Карр Лоз остался один, надеясь разобраться в симптомах воздействия аномалии на работу портала и стабилизировав его работу, вернуться в свою галактику. В конце концов ему удалось принять причину нестабильности в работе портала. Дело оказалось в том, что красная звезда периодически выбрасывает в пространство мощный поток высокоэнергичных квантов, которые заполняют пространство местной планетной системы дестабилизируя, как работу энергосистем в пространстве, так и оказывая негативное влияние на биологические организмы, являющиеся носителями некоторого поля разума. Особенно активны эти квантовые поля выбросов, в атмосфере планеты, становятся по ночам и потому в ночное время он не покидает базу. Затем в соседнюю планетную систему пришли мы. Жуат подумал, что это новая угроза для него и для базы и начал посылать на Таксану свои летательные аппараты управляемые силаями, чтобы попытаться запугать нас, чтобы мы ушли оттуда. Но получилось то, что получилось, — Марчела закончила свой долгий монолог, будто решила наговориться за то долгое время, пока не могла разговаривать.

— Скорее всего они столкнулись с цивилизацией ирригов. Н-да! — Мартов удручённо покачал головой. — Теперь понятно, почему умер Эрт Кройт. Он являлся носителем сильного психотронного поля. У меня такого поля нет и потому на меня возникающая аномалия такого сильного воздействия не оказывает. Однако, этот древний трой выбрал странный метод контакта с нами, — Мартов громко хмыкнул. — Ведь можно было, просто, прийти в колонию на Таксане и попытаться наладить с нами контакт. Возможно, что мы смогли бы помочь ему восстановить портал.

— Он находился под большим негативным впечатлением от встречи с агрессивным разумом нашей галактики и не решился на контакт, опасаясь повторения.

— Но мы ведь сами приходили сюда с предложением мирного контакта, а он отверг его, — в голосе Мартова послышалось возмущение.

— Он решил, что мы новая завуалированная угроза для него.

— Но от золота он не отказался.

— Этот минерал очень нужен ему при синтезе силаев. На этой планете его, практически нет и ему пришлось остановить синтез силаев.

— Они, как и трасты — искусственные организмы?

— Это те же трасты, только усовершенствованные для пилотирования лаггеров и потому древние трои их назвали силаями.

— А зачем силаи носятся по астероидному кольцу, да ещё атакуя друг друга? Смерть ищут среди астероидов?

— Так они оттачивают своё мастерство для противостояния цивилизациям нашей галактики.

— Неплохо придумано, хотя и безнравственно. — Мартов состроил гримасу досады. — А каким образом, он изменил своё мнение о нас?

— Он прочитал информацию из информационных полей Вурда и тебя. Он огорчён, что между нашими цивилизациями произошёл конфликт, но скорее всего на данном этапе нашего знакомства уже ничего изменить невозможно.

— Скорее всего, — Мартов покачал головой. — Коммандер начал обстрел его базы и теперь не остановится, пока не уничтожит её. Он очень решительно настроен.

— Жуат Карр Лоз уверен, что мы не сможем с поверхности планеты уничтожить базу. Она надёжно защищена. К тому же он заблокировал все возможности попасть в неё с поверхности планеты.

— Но мы же попали! — невольно воскликнул Мартов.

— Это было его желание.

— Такое впечатление, что вы подружились, — Мартов громко хмыкнул.

— Насколько я чувствовала, восстановление моих голосовых связок длилось около четырёх стандартных часов. Всё это время Жуат Карр Лоз добровольно рассказывал о произошедших с ним событиях в нашей галактике.

— Какие-то странные решения принимал этот древний трой. Совершенно нелогичные. Такое впечатление, что он хотел не мира для наших галактик, а войны между ними, — Мартов вдруг наморщил лоб. — Ну и ну! Я странным образом начал забывать те события, которые произошли со мной в галактике «Асториана». Неужели и на меня начала действовать аномалия? Или это он постарался? — он перевёл взгляд на троя. — Гад! Я сомневаюсь в его искренности. Нужно убираться отсюда, как можно скорее. Где Вурд?

— Жуат Карр Лоз намерен немедленно вернуться в свою галактику, так как портал сейчас находится в стабильной фазе, что подтверждает наш возврат. Аномалия, нарушающая его работу или исчезла или куда-то переместилась из этого пространства. Возможно это временное явление и он намерен поторопиться. Он хочет забрать Вурда с собой и надеется, что его потомки смогут наладить дружеские отношения между нашими цивилизациями и вместе выработать надлежащие меры, которые позволят пережить могущие возникнуть угрозы при столкновении галактик. Он установил, что носитель информационного поля Вурда очень продвинут. Такие индивидуумы очень редки и Жуат надеется, что он послужит эталоном для создания новых продвинутых рас галактики «Асториана». По крайней мере, он донесёт до своих потомков информацию, что в нашей галактике есть цивилизации с которыми возможно обоюдовыгодное мирное сотрудничество.

— Исходя из того, что нам удалось узнать в его галактике — это сделать ему будет непросто. И что он намерен делать сейчас? — Мартов повернул голову в сторону древнего троя.

— Он предлагает пройти с ним к энергогенератору, чтобы он показал, как остановить его работу после того, как он и Вурд уйдут из нашей галактики. Затем он и разбудил тебя. — Марчела тоже повернула голову в сторону троя.

Видимо предположив, что представители местной галактики приняли его предложение, древний трой поднялся и повернувшись, куда-то пошёл. Марчела направилась за ним. Мартов вдруг осознал, что чувствует себя вполне хорошо, поднялся и направился следом за зевсой.

* * *

Им пришлось пройти через два небольших светлых зала, прежде чем Мартов оказался в большом зале, где находился тот самый огромный цилиндр чёрного цвета от пола до потолка.

Едва он вошёл в этот зал и увидел цилиндр, как тут же замер, вдруг вспомнив, какие неприятные у него были ощущения, когда он в первый раз оказался в этом зале.

Видимо не услышав его шаги за своей спиной, Марчела остановилась и оглянулась.

— Проблема? — поинтересовалась она.

Мартов уже приоткрыл рот, чтобы сказать причину своей остановки, как вдруг не ощутил того жжения в теле, которое испытывал при первом посещении этого зала. Ничего не сказав, он покрутил головой и возобновил свой путь.

Пока Мартов и зевса выясняли отношения, трой скрылся из вида и забеспокоившись этим, Мартов заторопился, даже перегнав Марчелу и подойдя к цилиндру, пошёл вдоль него.

Трой нашёлся с обратной стороны цилиндра. Он стоял напротив ниши в цилиндре и дотрагивался до каких-то сенсоров на панели в нише. Видимо почувствовав, что Мартов и Марчела подошли к нему, он повернулся в их сторону и тут же донеслась долгая мелодия.

— Он сказал, — начала переводить зевса, — что для остановки энергогенератора нужно опустить рычаг, который находится в нише, до упора, тем самым снизив мощность генератора до нуля и он прекратит выработку энергии. Так как производство сейчас остановлено, то энергогенератор задействован лишь на десятую часть своей мощности. Внутри генератора есть накопитель, запасённая энергия в котором позволит нам покинуть базу. Если мы задержимся, то щиты будут заблокированы и мы останемся здесь навсегда и потому он советует нам поторопиться. Лаггер, на котором мы сможем покинуть базу находится, — Марчела покрутила головой и вытянула руку в сторону, — там.

Мартов повернул голову в сторону вытянутой руки зевсы и увидел дверной проём во внешней стене зала.

— Жуат сказал, что остановить работу энергогенератора нужно будет после того, как он покинет базу, — Марчела умолкла.

— Такое впечатление, что большую часть своего рассказа ты выдумала, — заговорил Мартов, поняв, что зевса закончила свой монолог. — Его мелодия была не такой уж долгой.

— Мелодия троев имеет разные степени сжатия информации, как и два вида письменности, — принялась объяснять Марчела. — Есть мелодия, когда они передают в ней свою информацию не сжатой — это при коротком диалоге. А когда они передают большой объём информации, они сжимают её и тогда может быть, что мелодия кажется короткой, но объём переданной информации достаточно большой.

Будто желая подтвердить слова зевсы, донеслась недолгая мелодия.

— Сейчас он передал не сжатую информацию о том, что нужно поторопиться, так как он обеспокоен работой портала, — произнесла зевса.

— Пусть уходит, — Мартов дёрнул плечами. — Мы выполним его просьбу.

Прошло некоторое время, но никакой мелодии от Марчелы не прозвучало.

— Почему ты не пропела наше согласие? — с долей возмущения произнёс Мартов.

— Восстановив мои голосовые связки, трой лишил меня возможности разговаривать на их языке.

Видимо решив, что Марчела и Мартов готовы выполнить его просьбу, трой развернулся и пошёл в сторону внешней стены. Мартов направился за ним.

— Ты думаешь, что…

— Я хочу увидеть, как он уйдёт, — не оглядываясь, перебил Мартов высказывание зевсы.

Когда древнему трою до внешней стены оказалось пара шагов, в стене появился дверной проём и чтобы успеть увидеть, что за ним, Мартов сделал несколько быстрых широких шагов и вошёл в дверной проём вслед за троем, не давая ему закрыться.

Это, скорее всего, был зал портации, так как на полу зала отчётливо просматривалась бледная розовая окружность. Рядом с окружностью лежал человек. Сердце Мартова невольно сжалось — это был Вурд.

Подойдя к уйгуру, трой поднял его и вдруг оглянулся — Мартов невольно попятился и вышел из дверного проёма. Дверь тут же выскользнула из стены, но перед тем, как она стала на место, Мартов успел увидеть, как трой шагнул в окружность и сверху тут же будто упал белый туман и…

Дверной проём исчез.

Глубоко и шумно вздохнув, землянин развернулся и торопливо направился в сторону, продолжающей стоять у чёрного цилиндра, зевсы.

— Они ушли, — будто не сказал, а выдохнул Мартов, оказавшись около цилиндра и вытянул руку в сторону рычага на панели в нише и резким движением опустил его вниз.

Зал тут же наполнился пронзительным воем и на панели в нише замигал яркий красный терминал с какими-то непонятными символами.

Мартов невольно сделал шаг назад и закрутил головой и вдруг увидел, что прежде белые полосы, идущие по потолку зала стали красными и зал наполнился кровавым светом. Он повернул голову в сторону зевсы.

— Насколько я понимаю: запущена программа самоликвидации, — заговорила Марчела. — до взрыва осталось десять интервалов времени, но сколько это в исчислении стандартного времени Объединённой Федерации, не знаю, — она покрутила головой.

— Взорвётся одна энергостанция или вся эта база? — поинтересовался Мартов.

Зевса молча покрутила головой.

Мартов тут же шагнул к нише и взявшись за рычаг, попытался поднять его, но тщетно. Тогда он взялся за рычаг обеими руками, но рычаг будто оказался приварен и даже не шевельнулся.

— Проклятье! — Мартов отступил от ниши и повернул голову в сторону внешней стены зала — дверной проём, через который они должны уйти отсюда, был. — Уходим! — он бросил быстрый взгляд на зевсу и развернувшись, побежал в сторону дверного проёма.

Раздавшийся частый стук у него за спиной говорил, что Марчела Трутт бежала за ним.

6

Посреди зала, в который они вбежали, стоял лаггер старой модели с длинными крыльями. Люк на потолке зала был открыт.

Не сбавляя шага, Максим Мартов запрыгнул на крыло, затем в летательный аппарат и дождавшись, когда соседнее кресло займёт зевса, ткнул пальцем в сенсор опускания стекла кокпита и дождавшись герметизации кабины, ткнул пальцем в ещё несколько сенсоров панели управления, вызывая туры и взявшись за них, резко послал летательный аппарат вверх.

«Только бы крейсеров не было поблизости», — всплыла у него тревожная мысль, когда лаггер вынырнул из под поверхности планеты.

— Пристегнись! — выкрикнул он и ткнул пальцем в один из сенсоров — выскользнувшая из спинки кресла система безопасности прижала его к креслу, однако не лишив некоторой свободы.

Отклонив один из туров, он принялся вращать лаггер, осматриваясь. Скорее всего эта была дальняя часть космодрома, так как никаких зданий нигде не просматривалось. Над этой территории планеты была ночь. Над лаггером сиял великолепный звёздный купол, хотя и из не ярких звёзд. Никаких блёсток выстрелов ни в какой из сторон не просматривалось, или крейсера, отстрелявшись ушли, или же висели где-то без включенных габаритных огней, не желая выдавать своё местонахождение.

Мартов ткнул пальцем в ещё один сенсор панели управления и перед ним тут же вспыхнул голоэкран, который был пуст.

— Проклятье! Неужели командер увёл корабли? — процедил он, бегая взглядом по голоэкрану.

— Нужно поторопиться, — заговорила Марчела. — Неизвестно, что и как здесь взорвётся.

— Даже не знаю, куда идти, — Мартов состроил гримасу досады.

— Подальше от этой планеты, — резко прозвучал голос Марчелы.

Ничего больше не сказав, Мартов отклонил один из туров и лаггер резко пошёл вверх.

* * *

Максим Мартов внимательно всматривался в голоэкран, пытаясь по удаляющемуся тёмному овалу планеты определить, как быстро лаггер удаляется от неё и увлёкшись этим просмотрел, как из-за горизонта планеты показалась пара красных точек, которая начала быстро приближаться.

— Крейсера! — будто выстрел раздался громкий голос зевсы.

От громкого возгласа, прозвучавшего неожиданно, Мартов вздрогнул, но прошло несколько мгновений, прежде чем он осознал произнесённое зевсой слово и закрутил головой, скользя взглядом по голоэкрану.

«Проклятье! Неужели будут атаковать? — всплыла у него мысль тревоги, когда он увидел в голоэкране красные точки и будто подтверждая его опасение в пространстве сверкнул красный штрих и скользнув по стеклу кокпита, оставил на нём чёрный дымящийся след.

Мартов тут же активно заработал турами, бросая лаггер по сторонам. В пространстве засверкали красные штрихи, но насколько понимал землянин, атаку на лаггер вёл лишь один крейсер. Но умелые действия Максима Мартова по управлению летательным аппаратом уворачивали лаггер от жгучих лазерных лучей крейсера.

— У лаггера должно быть защитное поле. Включи его! — выкрикнул Мартов с досадой отмечая, что стрельба экипажа крейсера становится всё прицельнее и ещё один энергетический луч скользнул по стеклу кокпита, оставив на нём ещё один чёрный след.

В кабине донеслось несколько шорохов и Мартов увидел, как вокруг лаггера заиграла фиолетовая вуаль от поглощённой энергии полученного лазерного луча.

От выросшего в голоэкране чёрного сегмента планеты, Мартов вдруг осознал, что своими действиями не уводит лаггер от неё, а приближается к ней.

— Чёрт бы вас забрал, — отправил он нелестный эпитет в адрес экипажа обстреливающего лаггер крейсера. — Сейчас будет взрыв. Нужно уходить от планеты, а не приближаться к ней, — громко произнёс он, будто таким способом намереваясь предупредить экипажи крейсеров.

Будто в подтверждение его слов снизу стекла кокпита вдруг появилось большое красное пятно, которое начало стремительно разрастаться в размерах и уже через мгновение вверх брызнул огромный яркий огненный смерч.

Прошло мгновение и лаггер бросило в сторону, он завертелся, будто получил сильный пинок и неуправляемый закувыркался в неизвестном Мартову направлении. Все попытки землянина стабилизировать летательный аппарат ни к чему не приводили, тот оставался неуправляем.

* * *

Прошло долгое время, прежде чем кувыркание лаггера начало сходить на нет и наконец он, покачиваясь, боком заскользил в пространстве неизвестно куда В кабине летательного аппарата было достаточно светло непонятно от чего.

Система безопасности надёжно удержала Мартова и Марчелу в креслах и они не пострадали.

Мартов покачал туры, но никакой реакции со стороны лаггера на его действия не последовало, лаггер продолжил неуправляемый скользить боком. Землянин вдруг осознал, что голоэкрана перед ним нет. Он скользнул взглядом по пульту управления и с досадой отметил, что ни один индикатор на нём не светится, а светло в кабине от света идущего извне. Он приподнял голову, смотря в стекло кокпита — далеко внизу бушевало море огня, языки пламени которого казалось доставали до орбиты планеты. Периодически в пламени появлялись ещё более яркие вспышки, показывая, что там что-то взрывается.

— Чёрт возьми! — заговорил Мартов, повернув голову в сторону зевсы. — Генератор лаггера, определённо, сдох. Даже не представляю, что теперь с нами будет.

— Я чувствую большую массу, которая приближается к нам. Она идёт с другой стороны от того крейсера, что обстреливал нас.

— Теперь мы прекрасная мишень. Один залп и мы будем таким же заревом, какое внизу, — Мартов громко хмыкнул. — Ты хочешь сказать, что пока нас гонял один крейсер, второй зашёл с другой стороны?

— Масса приближающегося объекта больше массы крейсера.

— Проклятье! Коммандер говорил о каком-то носителе, который приходил на космодром колонии. Вдруг это он? — едва ли не шёпотом произнёс Мартов, будто экипаж приближающегося корабля мог его услышать.

— Его масса напоминает массу транспорта.

— Проклятье! Он тоже вооружён, — Мартов глубоко вздохнул. — Мы отличная мишень. Что могло произойти с генератором лаггера? Мы ведь были достаточно далеко от взрыва. Ну и гад же древний трой. Хорошо, что хотя бы позволил уйти. Гад! Другого имени для него нет.

— Почему ты считаешь его гадом? — поинтересовалась Марчела.

— Несомненно, он подсунул нам проблемный лаггер. И мог бы оставить базу нам, чтобы мы могли познакомиться с их технологиями. Вдруг что-то полезное удалось бы узнать.

— Ты бы поступил так, как говоришь, если бы у тебя был выбор?

— Конечно! Хотя… — Мартов состроил гримасу досады. — Транспорт далеко?

— Почти рядом.

— Странно, почему его экипаж не стреляет?

— У меня такое чувство, что лаггер или горит или сильно дымит. Предполагаю, что кроссфлектор лаггера взрывом был закупорен и оказался повреждён. Видимо потому экипаж транспорта и не стреляет, что уверен, что лаггер не представляет угрозы для него, — высказала свою причину не обстрела лаггера зевса.

— Будем надеяться, что ты права. Если бы они ещё подобрали нас… — Мартов протяжно вздохнул. — У меня уже спина заболела сидеть в таком положении. Хорошо, что ещё не вверх ногами. Интересно, мы упадём на планету раньше, чем они догадаются подобрать нас?

— Насколько я чувствую, мы на орбите планеты. У неё ведь атмосфера совсем невысокая, её торможение невелико и потому упадём мы не скоро. Темно стало. Мы уже далеко от места взрыва, — негромко произнесла зевса.

— Проклятье! Хоть высунься и помаши им рукой, чтобы подобрали.

— Транспорт подошёл. — Марчела закрутила головой.

Мартов тоже покрутил головой, но в таком положении, в каком он находился, что-то увидеть в стекло кокпита практически было невозможно. Странно было и то, что ни с какой стороны звёзды не просматривались, хотя Мартов мог утверждать, что совсем недавно в одной стороне он их наблюдал.

«Транспорт заслонил собой, — замелькали у него тревожные мысли. — Значит он висит над лаггером. И что дальше? Тащите уже к себе. Чёрт бы вас забрал!»

Мартов вдруг увидел над головой большой светлый прямоугольник, будто экипаж подошедшего корабля, словно услышав нелестный эпитет в свой адрес, открыл люк своего нижнего ангара. Прямоугольник света начал расти в размерах и вскоре лаггер задёргался, будто его кто-то принялся трясти снаружи, словно намереваясь вытрясти из него экипаж.

Прошло ещё некоторое время и Мартов почувствовал, что лаггер пошёл вверх и ещё через недолгое время он увидел достаточно яркий свет идущий через стекло кокпита.

Лаггер начал трястись сильнее и вдруг перевернулся так, что его экипаж принял правильное положение. Прошло ещё несколько мгновений и Мартов увидел, как снаружи к стеклу кокпита приблизилось человеческое лицо.

* * *

Максим Мартов чувствовал, как экипаж подобравшего их корабля пытался поднять стекло кокпита, но все его усилия оказались тщетны. Тогда экипаж принёс, насколько понял Мартов, плазменный нож и принялся резать стекло. Прошло ещё долгое время, прежде, чем вырезанная часть стекла кокпита отлетела в сторону и в кабину лаггера заглянуло, определённо, лицо землянина. Мартову оно было незнакомо. Губы на лице заглянувшего землянина шевельнулись.

— Земляне! — услышал Мартов, толи констатацию увиденного человеком в кабине, толи тот спросил их принадлежность к цивилизации землян.

— Земляне! Освободите от прихватов. Уже сил нет терпеть, — процедил Мартов.

Перед Мартовым мелькнул синий сполох и он почувствовал, как будто обрёл свободу. Затем сполох мелькнул перед зевсой. Мартов пошевелился и удерживающая его система безопасности отлетела в сторону. Заглядывающее в кабину лицо исчезло. Мартов поднялся и выглянув из кокпита, покрутил головой, осматриваясь — однозначно, это был нижний ангар транспорта. Чуть в стороне от лаггера стоял капитан транспорта Ярм Стегг. Подтянувшись, Максим Мартов выпрыгнул на крыло лаггера, затем спрыгнул на пол ангара и нетвёрдой походкой направился в сторону капитана транспорта.

— Благодарю, гард капитан! — Заговорил Мартов останавливаясь перед капитаном и кивая головой в приветствии. — Я рад, что у вас хватило разума не уничтожить лаггер.

— Я почувствовал психотронное поле зевса в приближающемся летательном аппарате, — пояснил Ярм Стегг.

— Мне нужна связь с коммандером. Срочно!

— Связь с крейсером «Резвый», где находится коммандер потеряна, — по лицу капитана скользнула тень непонятной гримасы.

— Проклятье! — Мартов поморщился. — Неужели они попали во взрыв?

— Крейсера взорвали город силаев внутри планеты? — поинтересовался капитан.

— Свою подземную базу силаи взорвали сами. Вернее, её взорвал древний трой, единственный оставшийся живой представитель разумной цивилизации галактики «Андромеда». Нужно немедленно пройти над горящей поверхностью планеты и попытаться найти крейсера. Не исключено, что они, действительно попали в сполох взрыва и сейчас их экипажи нуждаются в помощи. Капитан! Я приказываю немедленно направиться на поиск крейсеров, — твёрдым голосом произнёс Мартов последнюю фразу.

Ярм Стегг обернулся на стоящего рядом с ним члена своего экипажа.

— Проводи господ Мартова и Трутт в медлабораторию, окажи им необходимую помощь и затем сопроводи в любую свободную каюту, произнёс он.

— Мне не нужна помощь, — Мартов мотнул головой. — Я в зал управления.

— Как пожелаешь, — дёрнув плечами, капитан транспорта развернулся и направился в сторону трапа, ведущего на следующий уровень корабля.

Максим Мартов оглянулся — Марчела продолжала стоять около лаггера. Ничего не сказав, Мартов отвернулся и заторопился за капитаном транспорта.

* * *

В зале управления транспорта был полумрак. Пройдя к креслу, которое предназначалось для коммандера, Мартов сел и несколько раз пробежал взглядом по экрану пространственного обзора.

По тому, что звёзды на экране были неторопливы, можно было судить, что транспорт медленно полз по орбите планеты. В нижней части экрана просматривался тёмный сегмент планеты, на котором виднелось большое красное колеблющееся пятно. Однозначно, на поверхности планеты что-то горело. Никаких ни красных ни зелёных точек, которые соответствовали бы каким-то кораблям, на экране не отображалось.

Неожиданно взгляд Мартова остановился на небольшом синеватом овальном туманном пятне, выделяющемся своей формой среди круглых точек звёзд.

«Андромеда», — замелькали у него грустные мысли. — Неужели цивилизациям наших галактик не хватит планет в новой галактике, образованной после слияния, что нам нужно начинать враждовать между собой ещё за миллиарды лет до этого события? Ну и что, что звёзды и планетные системы галактик ближе к центру погибнут, но ведь их периферийные области, скорее всего не пострадают или почти не пострадают и несомненно, там в большом количестве сохранятся планетные системы с планетами, пригодными для колонизации и значит разумам, населяющим обе галактики, будет где жить. Места в новой галактике хватит всем разумам обоих галактик. Неужели наши потомки не смогут жить в мире и не воевать между собой? Да и какими они будут? Всё ещё похожими на нас или станут такими, какими уже стали трои из «Асторианы» или загадочные ирриги из «Млечного пути»? Какая она бестелесная жизнь? С одной стороны прекрасно, что долгая, к чему и стремятся земляне. Ведь главное в человеке не его тело, а его разум — странная эфемерная организация какого-то непонятного поля, существующего за счёт энергии. А энергия вечна, а значит и разум может существовать вечно. Но с другой стороны… Ведь исчезают радости, так называемого, бытия: любовь, смех, наслаждение, рождение потомства, забота о нём. Ведь исчезновение этого всего делает разум, какой бы он не был развитый, чёрствым и жестоким, неспособным понимать эти самые радости бытия. Да и к чему они ему? Ему ведь не нужны дети, дома, города, летательные аппараты, да и сами планеты ему, скорее всего, тоже будут не нужны. Ему нужны лишь энергия и пространство, в котором он мог бы перемещаться куда угодно и как угодно. Всё это бесконечно в бесконечной Вселенной. А значит высшим разумам двух столкнувшихся галактик совершенно не зачем враждовать за что-то материальное. Грустно всё это», — Мартов невольно шумно вздохнул.

— Господин Мартов!

Громкий голос заставил Максима Мартова выйти из невольных размышлений и закрутить головой, пытаясь осознать, кто обращается к нему.

— Господин Мартов! — опять раздался тот же голос.

— Да! — подтвердил своё присутствие в зале управления Мартов.

— Впереди на орбите наблюдается большой чёрный предмет.

Мартов тут же забегал взглядом по экрану пространственного обзора и вскоре увидел несколько в стороне от его центра небольшой тёмный объект, достаточно хорошо выделяющийся в тёмном пространстве.

— Пока никакой угрозы от него не исходит, — продолжил говорить тот же голос. — Ни на какие запросы он не отвечает. Нужно приблизиться к нему для выяснения его происхождения?

— Приближайся! — дал своё согласие Мартов.

Звёзды на экране пространственного обзора начали смещаться и вскоре тёмный непонятный объект занял место в центре экрана.

* * *

Чем ближе транспорт подходил к тёмному объекту, тем больше он разрастался в размерах и тем тревожнее становилось на сердце у Мартова от того, что объект всё больше приобретал очертания крейсера. Вахтенный офицер включил прожектор в свете которого объект вскоре вырос до таких размеров, что стало окончательно понятно, что это земной крейсер, но изуродованный до такой степени, что он превратился в какую-то трудноузнаваемую конструкцию.

— Вахтенный! — произнёс Мартов.

— Да, господин Мартов.

— Синхронизируй скорость транспорта со скоростью объекта.

— Да, господин Мартов.

Прошло несколько мгновений и объект на экране пространственного обзора начал смещаться и через некоторое время он уже отображался почти у самого края экрана — развернувшись, транспорт лёг на параллельный курс с объектом.

— Капитана мне! — произнёс Мартов.

— Я здесь, господин Мартов.

По услышанному голосу Мартов понял, что капитан сейчас исполняет обязанности вахтенного офицера.

— Организуй экспедицию к объекту. Пусть попытаются определить, что это за крейсер и если будет возможность, пусть попытаются проникнуть в него. Трансляция их действий обязательна. И вызови крейсер, оставшийся за астероидным кольцом. Пусть идёт к планете.

— Да, господин Мартов!

— Я старший офицер! — неожиданно возмутился Мартов. — Изволь обращаться по уставу!

— Да, гард старший офицер! Второй вахте на выход! Обследовать объект и установить его принадлежность. Вести непрерывную трансляцию своих действий, — отдал капитан транспорта чёткие указания членам своего экипажа. — Капитану «Стремительного» срочно направиться к первой планете для соединения с транспортом «Старлайн 3», — отдал он приказ уже капитану крейсера.

Прошло достаточно долгое время, прежде, чем на экране пространственного обзора появился глайдер, идущий в сторону изуродованного крейсера и на экране появилась врезка с отображением приближающегося объекта, освещаемого прожектором транспорта.

По мере приближения глайдера к крейсеру, лицо Мартова приобретало всё более кислое выражение, так как начинали проступать детали корпуса крейсера, которые пугали своей обгорелой бесформенностью.

Глайдер включил свой прожектор и пошёл вокруг крейсера и стало понятно, что на крейсере, скорее всего произошёл взрыв.

— Это «Резвый», — донёсся голос в зале управления кого-то из экипажа глайдера. — Видимо взорвался генераторный модуль крейсера, так как от него почти ничего не осталось. Толстая переборка между модулями видимо спасли модуль управления от полного разрушения, но просматриваемый дефект переборки привёл, скорее всего к разгерметизации модуля управления. Люк нижнего ангара крейсера открыт. Возможно, что экипаж покинул крейсер. Зайти внутрь?

— Зайти! — приказал Мартов.

— Заходите! — произнёс капитан.

Изуродованный корпус крейсера на экране врезки начал расти в размере и вскоре Мартов понял, что глайдер вошёл внутрь нижнего ангара крейсера и начал вращаться, освещая его. На экране мелькнул лежащий на боку глайдер.

— Стоп! Обследовать глайдер! — приказал Мартов.

— Выйти и обследовать глайдер в ангаре крейсера, — раздался голос капитана транспорта.

Изображение на врезке поползло в обратную сторону и вскоре в ней отображался лежащий на боку глайдер средней модификации. Ещё через некоторое время на врезке появился человек в скафандре, который плыл в сторону глайдера. Во врезке появилась ещё одна врезка с более крупным изображением глайдера, видимо от находящейся на скафандре камеры.

Во второй врезке появилось треснувшее стекло глайдера, и вывалившийся его кусок. Мартов невольно вжался в спинку кресла — в салоне глайдера в беспорядке лежал, несомненно, экипаж крейсера.

— Коммандер внутри? — слишком громко поинтересовался Мартов.

— Там! — донёсся далёкий голос.

— Сколько их в глайдере? — вновь очень громко произнёс Мартов.

Прошло некоторое время молчания.

— Если я не ошибся, то десять, — донёсся далёкий голос.

«Проклятье! Почему хотя бы несколько членов экипажа не облачились в скафандры? Коммандер никогда не был осторожен, — замелькали у Мартова грустные мысли. — Но там же должно было быть одиннадцать. Одиннадцатым был коммандер. Значит один где-то ещё», — мелькнула у Мартова догадка.

— Вахтенный! Пусть он поднимется на следующий уровень и осмотрит зал управления и каюты. Где-то должен быть ещё один член экипажа, — приказал Мартов.

— Марк! Остери! — раздался голос капитана. — Осмотри уровень управления.

Названный член экипажа транспорта в скафандре Марком Остери, оттолкнулся от лежащего на боку глайдера и куда-то поплыл. Вскоре в луче прожектора скафандра показался трап, ведущий на следующий уровень крейсера. По врезке замелькали ступеньки и затем стены коридора и вдруг во врезке показался человек в скафандре. Брови Мартова подпрыгнули.

«Камеру потерял, что ли?» — мелькнула у Мартова досадная мысль.

Он уже открыл рот, чтобы высказать своё недовольство капитану, как в сторону человека в скафандре вытянулась ещё одна рука в скафандре шлем плывущего человека занял всю врезку.

— Гард капитан! Он жив! — донёсся далёкий голос. — Только без сознания.

— В глайдер его! На транспорт! Срочно! — выкрикнул Мартов.

На врезке замелькали стены коридора, затем ступеньки, пол ангара крейсера и наконец появился глайдер, дверь которого скользнула вверх и тут же опустилась.

Вторая врезка исчезла и в луче прожектора оставшейся врезки замелькали стены ангара, а затем появились звёзды, говоря о том, что глайдер вышел в пространство.

— Реаниматора в нижний ангар, — произнёс Мартов и поднявшись, направился к выходу из зала управления.

* * *

Ждать возвращения глайдера по непонятной причине пришлось очень долго. Мартов всё это время нервно ходил по полу нижнего ангара, периодически бросая взгляд в сторону открытого большого люка в полу. Никаких заслуживающих внимания мыслей у него не было, так как он прекрасно представлял произошедшие события, так как в некотором роде сам их спровоцировал, запустив самоуничтожение базы древних троев.

Наконец в проёме люка показалась крыша глайдера и полностью войдя в ангар, летательный аппарат скользнул в сторону и мягко опустился на пол. Быстрым шагом Мартов направился в его сторону.

Пока он шёл, дверь глайдера скользнула вверх и из него начали выпрыгивать члены экипажа транспорта. Последним, поддерживаемый под руки вышел, скорее всего, выживший член экипажа крейсера. Подойдя ближе, Мартов узнал в нём капитана крейсера «Резвый» Никиту Серого. Видимо поняв, что Мартов идёт к нему, Серый дёрнул плечами, освобождаясь от поддерживающих его людей, остановился и повернулся в сторону Мартова.

— Что произошло? — задал Максим Мартов резкий вопрос, остановившись напротив Серого.

— Когда мы гнались за лаггером — его пилоты оказались очень проворными. Гады! — неторопливо заговорил Серый. — То вдруг из недр планеты вырвался мощный столб огня. — «Быстрый» утонул в нём и скорее всего мгновенно сгорел. Край огненного сполоха попал в корму «Резвого» и генераторный модуль взорвался. Межмодульная переборка деформировалась, но разгерметизация модуля управления появилась не сразу. Коммандер приказал эвакуироваться. Так как генератор масс перестал работать, то наступила невесомость. Мы слетели в нижний ангар и сели в глайдер. Люк нижнего ангара не открылся, хотя он имеет резервный источник энергии для эвакуации экипажа, на случай серьёзной аварии. Видимо источник оказался повреждён. Можно вручную открыть большой люк, но для этого нужен ключ от люка, ведущего к механизму открытия. Никто никогда вручную большой люк не открывал. Видимо от того, что на крышку этого аварийного люка часто попадали летательные аппараты при посадке в ангар, то он слегка деформировался и торчал из пола и об него все спотыкались. Я приказал его запереть, а ключ хранил в своей каюте. Я облачился в скафандр, так как где-то всё же была утечка атмосферы и уже было трудно дышать и направился за ключом. Когда вручную открыл большой люк ангара и уже направился к глайдеру, в ангаре произошёл мощный взрыв, видимо взорвался какой-то резервуар с газом, которые хранятся в хелпах ангара, которые находятся рядом с переборкой, видимо от высокой температуры переборки, которая перегрела резервуары с газами. Меня бросило в стену ангара и я потерял сознание. Как я оказался на втором уровне модуля управления не представляю, — он покрутил головой. — где меня и нашёл Остери. В глайдере ребята меня привели в чувство. Они сказали, что все, кто находился в глайдере крейсера погибли. И коммандер тоже. Я сожалею, — Серый опустил голову.

— В медлабораторию! — Мартов отвернулся от капитана крейсера и упёрся взглядом в капитана транспорта, который тоже был в ангаре. — Размести экипаж крейсера у себя в холодильную камеру. На Таксане похороним их согласно принятой у землян традиции. Идёшь навстречу «Стремительному». Уходим отсюда. Слишком неприветливы оказались древние трои. Если Регат Объединённой Федерации захочет, пусть присылает сюда экспедицию. Может быть что-то полезное и удастся найти. Хотя… — состроив гримасу досады, Мартов покрутил головой. — Колонисты у тебя?

— Четверо! Остальных коммандер отправил на «Быстрый».

— В какой каюте Марчела Трутт?

— В четвёртой.

— Я к ней. Докладывать туда.

— Я предлагаю вам занять мою каюту капитана. Её занимал коммандер Лосев. Там два зала и есть дублирующий экран сканера пространственного обзора. И связь с каютой надёжная.

— Как скажешь? — дёрнув плечами, Мартов развернулся и направился к трапу, ведущему на уровень управления транспорта «Старлайн 3».

* * *

Максим Мартов и Марчела Трутт перебрались в каюту капитана транспорта.

Усевшись на диван, Мартов взял пульт управления голоэкраном каюты в руку, вдруг повернулся в сторону зевсы.

— Мы знакомы уже долгое время, прошли через многие испытания, а до сих пор о тебе почти ничего не знаю, — заговорил он. — Почему ты скрывала, что ты женщина? Я знаю многих женщин, которые служат в космическом флоте Объединённой Федерации и они не скрывают этого.

— Это произошло, когда мне исполнилось двенадцать лет, — негромко заговорила Марчела, держась рукой за плечо. — Мои родители были биологами. Они получили назначение на биологические исследования на планете Селе системы Тоор. Там обитают полугуманоиды, которые могут генерировать очень мощные электрические разряды. Они плохо изучены…

— Без личных подробностей. Я слышал о них, — перебил монолог зевсы Мартов.

— Эта планетная система контролируется вестами и они никаким другим цивилизациям не разрешают заниматься исследованиями на Селе, — продолжила говорить Марчела. — Были долгие учебные каникулы и родители взяли меня с собой на Селе. Их биологические исследования уже подходили у к концу. Они описали двух полугуманоидов, сняли большое видео о жизни самки и её детёныша, что редко кому из исследователей удаётся. Чтобы видео было высокого качества они очень близко подошли к самке с детёнышем. Это, скорее всего, не понравилось самцу и он атаковал наш глайдер, разрядив в него всю свою запасённую энергию. Глайдер потерял управление, ударился о скалу и упал на поверхность планеты. От удара, от скалы откололся кусок, упал на глайдер и пробил его корпус. Защищая меня, отец лёг на меня. Скала пробила ему спину и свалилась на мать. Они умерли сразу. Меня тоже прижало скалой и я двое суток провела под ней. Меня вытащили из-под скалы спасатели, которые отправились на наши поиски через двое суток, так как не смогли связаться с нами. Нижняя часть моего тела была повреждена. Я не могла ходить. В Медицинском Центре Риганы меня реанимировали, но мои репродуктивные функции были полностью уничтожены. Реаниматоры сказали, что это ещё не восстанавливается. Я поклялась сама себе, что вырасту, стану капитаном большого военного корабля — корбоута, приду на Селе и уничтожу этих гадов, которые убили моих родителей и изуродовали меня. Закончив школу, я поступила в Академию Космофлота на Весте и закончив её получила назначение в космический флот грузовых перевозок. Но так как девушек в военный космический флот принимали ограниченное количество, то я начала выдавать себя за мужчину. Для меня это оказалось несложно. Я быстро продвинулась по карьерной лестнице и вскоре стала капитаном транспорта и начала ходить на Таксану. Но случилось то, что случилось, — Марчела глубоко и протяжно вздохнула, видимо закончив свой монолог.

— У меня есть друзья в штабе объединённого космического флота, — заговорил Мартов после некоторой паузы. — Но как быть с твоей клятвой? Если ты вознамеришься её выполнить, то пострадает и моя репутация.

— Я уже отказалась от своей клятвы, — Марчела вдруг провела руками по своим щекам и Мартов увидел блестящие следы на её щеках. Твоя репутация, гард старший офицер не пострадает. Что-то плечо разболелось. Пойду прилягу. — Поднявшись, зевса направилась в спальную комнату каюты.

Проводив её долгим взглядом, Мартов включил голоэкран и принялся наблюдать за пространством, но всё же иногда поднимаясь с дивана и подходя к дверному проёму спальной комнаты, заглядывал в неё и насколько видел, состояние Марчелы было неоднозначным. В конце концов, он вызвал в каюту реаниматора транспорта.

Несмотря на заверения реаниматора, что плечо у зевсы должно восстанавливаться, его воспаление никак не проходило и она периодически впрыскивала в себя стабилизатор, находясь в каком-то полузабытье, практически не поднимаясь со спальной платформы капитана транспорта. Реаниматор на этот рецидив лишь пожимал плечами.

Мартов изрядно разнервничался и почувствовал себя изрядно уставшим и никуда не выходил из каюты, сидя на диване перед голоэкраном, через него наблюдая о происходящем в пространстве.

* * *

Закончив все мероприятия на орбите планеты, транспорт, наконец, направился в сторону Сетранской планетной системы. На полпути к астероидному кольцу ему повстречался крейсер «Стремительный», изрядно удивив Мартова своей неторопливостью. Он тут же приказал вахтенному офицеру связаться с капитаном крейсера.

— Ты где шляешься? — недовольным голосом заговорил Мартов, едва в экране появилась врезка с изображением капитана крейсера, оставив без внимания традиционное приветствие.

— Мне нужен коммандер, — произнёс капитан негромким голосом.

— Коммандер Лосев погиб. Я исполняю обязанности коммандера, — резким голосом ответил Мартов.

— По приказу коммандера, — капитан на мгновение запнулся, — Лосева, я наблюдал за порталом. Через какое-то время в его сторону, определённо, проскользнула какая-то масса, накрытая каким-то полем скрытия. Я выстрелил в эту массу, но энергетический луч странным образом отразился от этой массы и вернувшись к крейсеру уничтожил турель из которой был произведён выстрел. Я попытался воспрепятствовать подходу массы к порталу, став на её пути, но она странным образом, будто прошла сквозь крейсер и вошла в портал. Портал тут же закрылся. Все мои попытки найти портал с помощью детектора скрытых масс успеха не имели. Или наш детектор не может видеть его энергетическое обрамление или у чужих такая технология, которая ещё недоступна средствам нашего контроля пространства. Я даже провёл несколько раз крейсер через пространство, где предположительно был открыт портал, но на том месте лишь пустота. Затем я получил приказ от капитана транспорта и направился в сторону планеты.

— Разворачивайся! Возвращаемся! — недовольным голосом произнёс Мартов и ткнув пальцем в один из сенсоров пульта управления экраном, который держал в руке, погасил голоэкран, откинулся на диване и прикрыл глаза.

7

Когда Максим Мартов, в сопровождении капитана транспорта, сошёл на поле космодрома колонии на Таксане, то увидел большую группу колонистов, стоящих перед зданием космопорта. Скорее всего собралась вся колония, так как, насколько понял Мартов, исполняющий обязанности начальника колонии Владимир Лосев перед уходом эскадры, приказал колонистам приостановить все работы связанные с добычей таррлата, что они скорее всего и сделали.

Мартов направился к колонистам — они, всей толпой тут же направились в его сторону. Не доходя друг до друга несколько шагов все остановились.

— Силаев больше нет! — насколько мог громко заговорил Мартов. — Их база на планете уничтожена. Их коммандер покинул нашу галактику и закрыл за собой портал в свою галактику «Андромеда». Опасаться нам больше некого и вы можете приступить к нормальной безопасной работе в карьере. Но для поддержания безопасности колонии на должном уровне приказываю продолжать нести вахту: колонистам в турельных башнях по периметру колонии; лейтерам в атмосфере планеты; и крейсеру на орбите Таксаны. Хотя бы ещё некоторое время. С завтрашнего дня возобновляется нормальная деятельность колонии. Это всё что я хочу сказать.

Вперёд выступил один из колонистов в котором Мартов узнал одного из колонистов, Михаила Зайцева.

— А где коммандер Лосев? Почему вы, господин Мартов отдаёте приказы? — произнёс он.

— Коммандер Лосев погиб. Так же уничтожены два крейсера со всеми своими экипажами. Погибла и часть участвующих в операции колонистов. Все погибшие, кого удалось найти, доставлены на Таксану. Нужно организовать их похороны по всем правилам требуемого этикета. Насколько я понимаю, обязанности начальника колонии сейчас исполняешь ты и потому возлагаю на тебя эту обязанность. Погибшие находятся в холодильной камере транспорта. Как старший по званию из оставшихся колонистов, я временно назначаю себя исполняющим обязанности начальника колонии. Предоставь мне связь с Землёй. Сочтёт она нужным назначить другого начальника колонии, так и будет.

— Как я понимаю, жертв оказалось очень много, — Зайцев состроил кислую гримасу. — Хотелось бы поподробнее узнать о произошедших событиях в чужом пространстве. Чтобы в колонии не было пересудов и недомолвок.

— Я намерен доложить о них на Землю и чтобы не повторяться, буду не против, если мой доклад будет транслироваться на всю колонию.

— Резонно! — Зайцев кивнул головой.

— Капитан транспорта в твоём распоряжении. Лаггеры появлялись?

— Нет! — Зайцев мотнул головой. — Транспорт ведь не был отправлен и их не было.

— Пусть реаниматор колонии окажет медицинскую помощь капитану транспорта дипломатической миссии. Я в свою каюту. Приведу себя в порядок и затем в зал быстрой связи. Жду тебя там через два часа.

Повернувшись, Максим Мартов, обходя толпу колонистов по широкой дуге, направился в сторону входа в здание космопорта.

* * *

Доклад в Совет Федерации на Землю у Мартова получился очень долгий. Он постарался, как можно подробнее донести до Земли свой анализ намерений троев галактики «Андромеда». Однако реакция Земли была неоднозначной: с одной стороны Совет Федерации остался недоволен большим количеством погибших колонистов, уничтожением крейсеров и транспорта и остановкой на долгое время работы колонии. Но с другой стороны Земля заинтересовалась цивилизациями «Андромеды» и потребовала немедленного возврата Максима Мартова и Марчелы Трутт на Землю. Хотя Марчела находилась в подчинении Регата Объединённой Федерации, но она согласилась отправиться на Землю, так как Советом Федерации на Земле ей была обещана необходимая медицинская помощь.

Доклад Мартова транслировался на всю колонию и на следующий день проводить Мартова и Марчелу к залу портации собрались все свободные от вахт колонисты. Был среди них и бывший ведомый Мартова, Антон Мартынов. Мартов подошёл к нему и протянул руку.

— Прощай Антон, — заговорил Мартов, пожимая руку Мартынова. — Даже не представляю, увидимся ли мы когда-либо ещё. Ты был хорошим ведомым и я желаю тебе иметь такого же хорошего ведомого. Удачи! Хотя, теперь охранять колонию не от кого, — его губы вытянулись в широкой усмешке.

— А мне не хочется с тобой прощаться навсегда, командир, — Мартынов широко улыбнулся. — Как только закончится мой контракт, а это, если верить тебе, может произойти скоро, я вернусь на Землю и обязательно найду тебя. Уверен, нам есть о чём поговорить, так как подозреваю, что ты большую часть своих приключений в чужой галактике утаил и я хочу их услышать. Договорились, командир?

— Договорились! — Мартов поднял одно плечо. — Только не забудь об этом.

— Не забуду, командир. Будь спокоен, — тряхнув руку Мартова, Антон Мартынов разжал свою большую ладонь и сделал шаг назад.

— Прощайте! — Мартов сложил свои руки вместе и подняв их над головой, потряс.

— Прощайте, гард старший офицер, — раздалось разноголосое прощание колонистов.

Мартов отвернулся и подошёл к стоящей перед дверью зоны портации Марчеле Трутт.

— Ты не будешь прощаться? — поинтересовался он.

— Нет! — не глядя на Мартова, зевса покрутила головой. — Я надеюсь вернуться сюда на новом транспорте его капитаном.

Негромко хмыкнув, Мартов легонько подтолкнул её в спину.

— Прошу! На той стороне нас ждут с нетерпением.

Ничего не сказав, зевса шагнула в дверной проём и через несколько мгновений на том месте, где она остановилась в зоне портации появилась искрящаяся вуаль.

Дождавшись, когда вуаль исчезнет и в зоне портации вспыхнет зелёный цвет, глубоко и протяжно вздохнув, Максим Мартов сделал торопливые шаги и остановился посреди зоны портации и в следующее мгновение окружающее его пространство растворилось и он потерял связь с внешним миром, совсем не так, как это происходило при портации через порталы троев галактики «Асториана».

ЭПИЛОГ

Прошёл год после портации Максима Мартова и Марчелы Трутт на Землю.

Зевсе на Земле было произведено необходимое лечение, её плечо полностью восстановило свою функциональность и озвучив Совету Федерации Земли всю имеющуюся у неё информацию о своём пребывании в галактике «Асториана», она портировалась в столицу Объединённой Федерации Ригану, где, как узнал Максим Мартов, получила назначение капитаном на новый транспорт «Старлайн 5» и уже находилась на пути к Таксане. Свою принадлежность в женскому полу она теперь не скрывала.

Регат Объединённой Федерации направил большой исследовательский корабль в пространство красного карлика, надеясь исследовать, как само пространство, на присутствие в нём портала в галактику «Андромеда», так и обследовать планету, где находилась взорванная база троев, надеясь, что там что-то от базы осталось и возможно среди этих останков удастся найти какие-то полезные технологии, что вызвало у Мартова широкую усмешку снисходительности.

Максим Мартов, тоже рассказав, что помнил, о своих приключениях в чужой галактике, заключил новый контракт с Академией Космофлота Земли став её преподавателем и на свои лекции собирал переполненные аудитории слушателей академии, которые надеялись услышать от него подробности своих приключений в галактике «Асториана» и он, часто удовлетворял их любопытство, нарушая академические правила проведения лекций.

Наконец Максим Мартов нашёл для себя и ту, которая готова была идти за ним куда угодно, хоть в другую галактику. Это оказалась одна из слушательниц Академии, которая уже осчастливила его новостью, что он через недалёкое время станет отцом сына, отчего у Мартова будто выросли крылья.

Бывший ведомый Мартова, Антон Мартынов выполнил своё обещание и навестил своего командира на Земле, хотя их встреча была совсем недолгой.

В одном из дальних секторов Объединённой Федерации — Карлан, произошла новая стычка эскадры Объединённой Федерации, патрулирующей границу сектора, с эскадрой пограничных миров — сентаригов. Во время сражения эскадра сентаригов была рассеяна по пространству, но один из крейсеров Федерации был уничтожен. Погиб и весь его экипаж. Земля срочно направляла в сектор Карлан новый крейсер и предложила Антону Мартынову новый контракт вахтенного офицера на этот крейсер. Он без раздумий согласился и для вступления в экипаж крейсера портировался на Землю. У него оказалось два часа свободного времени и он связался с Максимом Мартовым, который тут же прилетел в космопорт Земли и они все эти два часа просидели в ресторане космопорта, вспоминая, как свою службу на Таксане, так и Мартов рассказал Антону Мартынову некоторые подробности своего пребывания в галактике «Андромеда», которые никому не рассказывал.

Мартынов объяснил своё согласие на новый контракт тем, что его уровень жизни был ничуть не ниже, чем контракт на Таксану и тем, что служба на Таксане стала чрезвычайно скучной, потому что охранять колонию стало не от кого и теперь основным развлечением пилотов стала гонка лейтеров и захваченного лаггера на расстояние в сто километров. Лейтеры старой модификации всегда проигрывали лаггеру и лишь лейтеры новой модификации соперничали с ним на равных.

Бывшие ведущий и ведомый расстались, но Антон Мартов пообещал, что через два года обязательно вернётся и их разговор продолжится.

И насколько до Максима Мартова доходили слухи, слушатели академии, начали поиск ближайшего к Солнечной системе подходящего астероидного кольца для проведения такой же гонки среди астероидов, как и в галактике «Асториана», только без стрельбы.

«Лиха беда начала» — всплыли у Максима Мартова грустные мысли, когда он узнал об этом, но препятствовать слушателям академии не стал.

Content

Геннадий Васильевич Иевлев
АСТОРИАНА

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ТЕНИ В ОБЛАКАХ

1

2

3

4

ЧАСТЬ ВТОРАЯ ФОРМУЛА СМЕРТИ

1

2

3

4

5

6

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ ВОЗВРАЩЕНИЕ

1

2

3

4

5

6

7

ЭПИЛОГ