Марина Ленти

Джоан Роулинг. Неофициальная биография создательницы вселенной «Гарри Поттера»

Посвящается Лису и Маленькому принцу: «Ты всегда в ответе за тех, кого приручил»

Marina Lenti

J. K. Rowling. L’incantatrice di 450 millioni di lettori. Saggio biografico non ufficiale sulla creatrice di Harry Potter

First published in Italy by Ares Editore, Milano, 2016.

This Russian edition has been realized by arrangement with Silvia Vassena @Milano Consulting

Copyright © 2016 Marina Lenti and Ares edizioni All rights reserved

© А. М. Левшин, перевод на русский язык, 2021

© ООО «Издательство „Этерна“», издание на русском языке, оформление, 2021

* * *

Предисловие

Открывая Дж. K. Роулинг

Есть биографии, жизненные события которых превосходят любые вымышленные истории, и они столь же увлекательны, как художественный роман. Биография Дж. K. Роулинг, представленная вашему вниманию, одна из них. Марина Ленти не первый год бродит по зачарованным мирам, созданным английской писательницей. Ей известны их самые отдаленные уголки, она даже знает, что за яства стояли на столах Хогвартса. Погружение в эти воображаемые миры позволило Марине Ленти также довольно хорошо узнать и придумавшего их автора, раскрыть ее особенности, достоинства и недостатки. Эта книга не агиография[1], не житие, не работа маниакального фаната Джоан Роулинг или ее произведений. Автор кропотлив, обстоятельно информирован, но в то же время полон энтузиазма.

Биография женщины, победившей многие жизненные трудности, пока ее не поцеловал огромный и совершенно неожиданный успех, представлена без ретуши, так, как есть, с чередованием всполохов света и пятен тени. Читателя не просят мысленно следовать за превратностями судьбы Роулинг в образе верного поклонника. Некоторые ее убеждения в области культуры или политики могут даже не понравиться вам, как мне, скажем, не нравятся ее недавние высказывания в пользу проанглийского интервенционизма в Шотландии, земле, которая в течение многих лет давала писательнице пищу и кров и, кроме того, подарила ей мужа.

Некоторые ее взгляды могут показаться вам спорными и в моральном плане. Например, грозные юридические действия и нападение с адвокатами на отдельных читателей, чтобы отстоять эксклюзивность своих авторских прав. Это и есть Роулинг, нравится вам это или не нравится. Но ее гениальные произведения оставили неповторимый след в «литературе воображения» конца XX века. Сага о Гарри Поттере дала новую жизнь «сказочной» и фантастической литературе.

Да, это книги для детей и подростков, но не только.

«Знаешь, Венди, когда первый младенец впервые засмеялся, смех его разлетелся на тысячи кусочков — вот откуда пошли феи», — говорит Питер Пэн. Это объяснение рождения фей мы позаимствовали у одного из самых известных в начале XX века литературных персонажей шотландского писателя Дж. M. Барри. Теперь оно всемирно известно и напоминает нам, что традиция сказочной литературы началась в Британии еще в Викторианскую эпоху, и Роулинг является ее последней представительницей. Глубокая восприимчивость к детским проблемам всегда была свойственна английской литературе, а великой фигуре Чарльза Диккенса — в особенности. Именно он в своих книгах решительно осудил эксплуатацию детей в викторианской Англии и тот факт, что общество допустило эксплуатацию детского труда на заводах. Он описал мир взрослых, в котором никто не собирался не только помогать детям, но мир этот даже препятствовал их нормальному развитию и образованию. Дети-бродяги в романах Диккенса ищут свою собственную личность, и этот внутренний путь часто символизирует физическое путешествие, в которое пускаются главные диккенсовские герои, такие как Оливер Твист и Дэвид Копперфильд.

После Диккенса викторианская культура приняла проблемы ребенка близко к сердцу, проявив даже определенную литературную идеализацию детских персонажей. Будучи главными героями многих историй, дети всегда представлялись в них необычайно добрыми и чуткими, наделенными красотой и обаянием ангелов, поэтому ангелы часто забирали их с собой. Но ранняя смерть этих детей совершенно не воспринимается трагически, потому что ребенок, который никогда не станет взрослым, получает возможность избежать уродств и страданий мира, оставшись навечно чистым и счастливым.

Сказочная и волшебная литература имеет древние корни, идущие от мифа и эпоса. Жанр развлекательной сказки для детей возник лишь в эпоху Просвещения. Кэтрин Бриггс, специалист по фольклору и английской литературе, уверяет, что в начале 1900-х годов эта тенденция достигла своего апогея: «В начале двадцатого века сладкая нежность и чувствительность к детям низвела сказочных существ до эфемерных, слабых, бесплотных созданий, как будто сделанных из легкой пены».

К счастью, фантастическая литература 1900-х годов возвращается к древней эпической глубине сказки, начиная с таких авторов, как Дж. Р. Толкиен, который в своем «Эссе о сказках» оспаривал идею чисто утешительной, детской, игривой фантазии. Роулинг поместила себя в эту традицию как в смысле эмоциональном, литературном, так и в собственном личном опыте. Ее биография, таким образом, дает один из основных ключей для проникновения в мир Гарри Поттера.

Ведь откуда берутся сказки, как не от сердца, внимательно воспринимающего реальность, сердца, которое в то же время умудряется представить некое «иное царство», разрушая принятые представления о вещах и раскрывая нечто совершенно новое за горизонтами, никоим образом при этом не предавая абсолютную реальность окружающих нас предметов. Человек удивляется, видя, что в вещах есть основополагающая доброта, и от этого хочет понять их лучше. «Сама по себе жизнь уже интересна, — замечает Г. К. Честертон. — Семилетний мальчик взволнован, услышав, что Томми открыл дверь и увидел дракона; но ведь и трехлетний мальчик взволнован, просто услышав, что Томми сказал, что он открыл дверь».

В связи с этим К. С. Льюис в своей речи, посвященной литературе для детей, настаивал, что напрасно утверждают, будто детская литература дает ложный образ того мира, в котором мы живем. «Я не верю, что есть такой тип литературы для детей, который может дать им неправильное впечатление о нашей жизни в какой бы то ни было мере. Я уверен, что истории для детей, исповедующие принципы реализма, обманывают их гораздо больше. У меня никогда не было ожиданий, что реальный мир вдруг станет сказочным, я, скорее, всегда ожидал, что школа будет намного более похожей на школу, которую нам дарят романы. Фантазии ни разу не обманывали меня, рассказы о школах — да. Все истории, в которых дети переживают приключения и где они совершают подвиги, возможные в том смысле, что эти приключения и подвиги не нарушают законы природы, но при этом совершают они их постоянно и беспрепятственно, рискуют породить больше фальшивых ожиданий, нежели волшебные сказки».

Легко думать, что действительность осознается нами только через призму реализма, но мы можем задаться вопросом, а является ли этот реализм искренним в том смысле, что не хочет окрашиваться в цвета тайны и страшится фатазии, как призрака, от которого надо спасаться. Реализм, лишенный изумления и защищенный иммунитетом при столкновении с воображением, может рассказать только историю о жизни, состоящей из химических реакций, биологических и физиологических процессов, грязных туалетов, моющих средств, мрачных хроник про объявленные пандемии и заявлять, подобно шекспировскому Макбету, что «жизнь — это только тень, комедиант, паясничавший полчаса на сцене и тут же позабытый; это повесть, которую пересказал дурак: в ней много слов и страсти, нет лишь смысла» (перевод Ю. Корнеева. — Прим. ред.).

Фантазия — это не способ отвести ваше внимание от реальности, а, наоборот, возможность разглядеть ее лучше и понять — с удивлением — то, что не сразу постижимо чувствами.

Мир фантазии открыл свои освежающие врата для души Роулинг, всегда наполненной энтузиазмом, но и отягощенной горечью разочарований, дал ей решение многих проблем и надежную гавань, где можно отдышаться от жизненных бурь. Марина Ленти сегодня дарит нам возможность проследовать человеческим и творческим путем писательницы, чтобы понять ее выборы, ее неудачи, ее успехи. Отправимся по следам этой женщины в ее зачарованный мир.

Паоло Гулисано

Введение

Еще в 2006 году я опубликовала первое итальянское эссе, которое описывало круг в 360° вокруг саги о Гарри Поттере. Теперь же я представляю читателям результат работы, длившейся более трех лет: первый биографический очерк, первую неофициальную биографию создательницы «поттерианы», полностью сделанную в Италии.

Несмотря на беспрецедентный и повсеместный успех «Гарри Поттера», в нашей стране (автор имеет в виду Италию. — Прим. ред.) так и не появилась еще достойная биография писательницы. Единственное подобное итальянское издание — это буклет 2002 года, по тону и стилю явно предназначенный для детей. К тому же речь все же не об оригинальном итальянском издании, а о переводе биографии Роулинг с английского языка.

Нелишне заметить, что «взрослые» биографии Джоан Роулинг, опубликованные на родине писательницы, можно тоже легко пересчитать по пальцам одной руки, причем преобладают издания объемом от 30 до 100 страниц, которые — судя по формату — ориентированы на молодежную аудиторию.

Каким бы ни был ракурс, под которым ведется рассказ, имеются в виду произведения самовольные, потому как писательница никогда не соглашалась на выпуск официальной биографии. Следовательно, вся информация исходит из заявлений, почерпнутых то здесь, то там в средствах массовой информации, которые делала либо сама Роулинг, либо те, кто с ней связан, в течение последних двадцати с лишним лет; или же это информация из новостных публикаций про писательницу с тех пор, как она стала мировой знаменитостью.

Эта книга основана на том же материале, что и упомянутые биографии, но мы пытались прежде всего дать как можно более полный портрет писательницы; затем отследить и добавить, насколько это возможно, такую информацию, которую нельзя найти в других биографических исследованиях.

Кроме того, на данный момент это наиболее современная книга, тогда как предыдущие, все еще востребованные книжным рынком, изданы довольно давно, за исключением краткой биографии, подписанной именем Линдси Фрейзер (она же автор известных интервью, собранных в небольшой томик «Разговоры с Дж. К. Роулинг»), которая была опубликована в 2011 году.

В книге, которую вы сейчас читаете, есть еще одна особенность. В ней сделана попытка собрать и описать, насколько это возможно, многочисленные отблески событий жизни писательницы, которые либо напрямую, либо косвенно, как мне кажется, могли послужить материалом для саги о Гарри Поттере. Там, где соответствие между прожитой жизнью и текстом не было таким явным, я излагала гипотезы других исследователей, все же подчеркивая, что зачастую это именно тот случай, когда теоретические домыслы не подкреплены системой ясных доказательств. Однако же я отказалась рассматривать все подобные неточные выводы, включая даже правдоподобные реконструкции — исходя из соображения, что они основаны на привычках того времени, когда были высказаны, — от описаний определенных сцен и семейных нравов, вроде бы имевших место. Этим часто грешат даже наиболее серьезные биографии Роулинг.

Иногда источники противоречат друг другу, и речь в данном случае не только о журналистах и репортерах, но и о самой писательнице, которая в различных интервью утверждает совершенно противоречащие друг другу вещи. В таких случаях я следовала версиям, которые одновременно подтверждаются наибольшим количеством источников. Или же делала несоответствие явным, представляя читателю оба варианта и пытаясь «размышлять вслух», чтобы понять, какой вариант может быть наиболее правдоподобен. Однако допускаю, что, несмотря на сделанный отбор, некоторые неточности все же просочились в книгу, и это объяснимо. Ведь если вы не имеете возможности напрямую связаться с главной героиней биографии для подтверждения или опровержения, всегда существует риск неточности, хотя настоящий долг интеллектуала немедленно распознать ее.

На сегодняшний день объем информации, взятой из публикаций, статей, письменных интервью и видеодокументов, действительно внушителен. Надеюсь, что я суммировала его самым исчерпывающим образом, чтобы вы могли приобщиться к деталям этой невероятной «истории в истории», которая была жизнью «мамы» Гарри Поттера, — истории такой же захватывающей, как и полет на спине гиппогрифа…

Пролог

Семь жизней Джоан Роулинг

Литературная биография Джоан Кэтлин Роулинг не имеет аналогов в истории книгоиздания. Никогда раньше автор так быстро не достигал известности и богатства. С момента публикации первой книги в 1997 году слава писательницы шла по головокружительно восходящей параболе, а она сама прошла путь от жизни на социальное пособие по безработице в 278 фунтов в месяц до статуса мультимиллионерши (по данным газеты Telegraph на июль 2011 года, ее состояние оценивалось в 530 миллионов фунтов)[2]. Роулинг стала явлением издательским, кинематографическим и медийным.

На первый взгляд, казалось бы, это классическая история современной Золушки, которая достигает вершины, невзирая на рядовое происхождение, хотя на этот раз превращение происходит не благодаря прекрасному принцу, а благодаря ее культуре, таланту, а также значительной удаче. И все же, хотя эти элементы, несомненно, важны, такое прочтение биографии писательницы отражает только фрагмент ее многогранной истории жизни.

На самом деле, при более внимательном рассмотрении прошлого, можно различить тонкую нить, которая связывает события ее судьбы, и понять, что 32 года, отделяющие дату ее рождения от даты публикации книги «Гарри Поттер и философский камень», это словно большое поле, засеянное ростками всего, что призойдет позже и на что англосаксонская пресса навесит наскоро выдуманный ярлык простой истории «из грязи в князи». Или, как сказали бы мы, итальянцы, перефразируя известную поговорку, — «из хлева к звездам». Но если бы все было только так, жизнь Роулинг не привлекала бы читателей своим сказочным ореолом. Может оказаться, при ближайшем рассмотрении, что первая реальная сказка ее жизни (хотя соседство этих двух существительных кажется оксюмороном) еще более чудесна, чем ее сказка на бумаге о волшебных существах. Так в чем же тогда секрет?

С 1970-х годов журналист Кристофер Букер начал работу над эссе в семьсот страниц, где он изучил в свете юнгианского учения, анализа литературы и различных культурных традиций современного мира структуру историй, которые люди любят рассказывать везде и повсюду. Результатом его исследования стала книга «Семь основных сюжетов: почему мы рассказываем истории». В ней он пришел к выводу, что архетипических паттернов, повторяющихся в разных сюжетах, независимо от географической широты, где они впервые появились, ровно семь (от читателя «поттерианы» не укроется это приятное совпадение, учитывая важность числа «семь» в истории мальчика-мага): Победа над чудовищем, Из грязи в князи, Поиск — Приключение, Путешествие Туда и Обратно, Комедия, Трагедия и, наконец, Воскресение.

Что ж, судьба Джоан Роулинг, несмотря на то что она достигла только среднего возраста, содержит — необязательно в том же порядке — все перечисленные семь моделей, и именно это, вероятно, и делает ее жизнь такой уникальной и увлекательной.

Поиск — Приключение, продолжавшийся все детство, отрочество и раннюю юность, — это поиск ее собственного Истинного Пути; Трагедия в ее жизни — смерть матери; Путешествием Туда и Обратно были ложные обещания новой жизни за границей с «обязательным» возвращением домой; Победой над чудовищем стала ее битва против глубокой депрессии, жертвой которой она стала за несколько лет до прорыва; Воскресение — это была скоростная работа над «Философским камнем» вплоть до публикации книги небольшим издательством; Переход из грязи в князи — стремительный прыжок на небосвод знаменитостей; а Комедией — с блестящими и романтическими элементами, а не классическим юмором, свойственным жанру, — стал период после вспышки поттеромании, когда писательница не только нанизывала одно художественное удовлетворение за другим, но прежде всего выстраивала собственный излюбленный мир, к которому, согласно ее признанию, она стремилась еще девочкой. Также не стоит забывать — ведь даже самая яркая жизнь никогда не бывает полностью свободной от проблем, — что даже в этой фазе, самой красивой из всех, возникли серьезные неудобства, порожденные гипертрофированной известностью писательницы.

Отсюда следуют два вывода: либо Роулинг действительно замаскированная ведьма, как те, о которых она говорит на страницах «Гарри Поттера» (возможно, даже и с волшебной палочкой, скрытой в зонтике, как палочка Рубеуса Хагрида, а ведь в ее случае действительно существует некоторая привязанность к розовому зонтику, который мне видится тщательно спрятанным в кладовой ее эдинбургского особняка). Или же она живая демонстрация того факта, что мечты на самом деле сбываются и деньги в конечном итоге обязательно придут. Утверждение, которое на циничный и ни во что не верящий взгляд нашего общества может показаться риторическим, иллюзорным и глупым… Но все же жизнь этой писательницы — доказательство того, что, как гласит старая поговорка, бойтесь своих желаний. Потому что они могут сбыться…

Часть I

Поиск-приключение

Глава 1

Галеотом была шинель

Кингс-Кросс — известный лондонский вокзал, построенный в 1851 году по проекту архитектора Льюиса Кубитта на месте, где ранее была больница. Согласно легенде, на этом же самом месте произошла последняя битва римлян и народа иценов во главе с их королевой Боудиккой. Этот восставший народ яростно выступал против римских завоевателей, поднимая на борьбу и другие племена.

Биография этой государыни была передана потомкам латинским историком Тацитом и греческим историком Кассио Дионом. В Викторианскую эпоху фигура непокорной королевы приобрела торжественный ореол славы и по сей день является важным ориентиром для британской культуры. Литература фэнтези, со своей стороны, тоже вдохновилась ее образом: подвиги королевы, на самом деле выдуманные, были описаны в первом томе «Воронов Авалона», чьим автором выступили известная американская писательница Марион Циммер Брэдли и ее невестка Диана Л. Паксон.

Один из вариантов старинной легенды рассказывает, что как раз на том месте, где в настоящее время высится вокзал Кингс-Кросс, а точнее между путями восьмым, девятым и десятым, находится захоронение Боудикки.

Известно, что Дж. К. Роулинг хорошо знает информацию об этих древних событиях, потому как упоминает о них на интернет-портале Pottermore. Тем не менее вокзал Кингс-Кросс занимает особое место в саге о Гарри Поттере вовсе не по соображениям логистики или исторических и культурных ассоциаций, а по чисто эмоциональной причине: на самом деле, именно на этой станции все началось, потому что именно здесь родители писательницы впервые встретились, когда летним днем 1963 года Энн Волан (Anne Volant) села на прямой поезд в Шотландию. Вовсе не удивительно, что это направление будет иметь центральное значение в «поттериане», ведь в этом регионе и будет находиться Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс. Девушку ждут в городе Арброте, в женском отделе Королевского флота, вспомогательном воинском подразделении для женщин, основанном в 1917 году, затем распущенном в конце Первой мировой войны и восстановленном накануне Второй мировой.

Вскоре после того, как Энн села в поезд, невысокий молодой человек с темными волосами и с чубом, появляется в вагоне: это Питер Джеймс Роулинг, только что зачисленный в военно-морской флот и направленный по воле судьбы в ту же команду. Оценив дислокацию и наличие свободных мест, незнакомец решительно направляется к ней и занимает соседнее сиденье. Ехать долго, и, несмотря на теплую погоду, в вагоне очень холодно; семейная легенда гласит, что, как истинный джентльмен, Питер предложил Энн разделить с ним его морскую шинель (той самой модели дафлкот фельдмаршала Монтгомери[3]). Вспыхнула любовь с первого взгляда, она разгорелась за время девятичасового путешествия, ведь у двух молодых людей было достаточно времени, чтобы признать друг в друге «родственную душу». Эту судьбоносную встречу Роулинг иронично комментировала следующим образом: «Учитывая самодовольную гримасу моей матери, когда она рассказывала эту историю, я пришла к выводу, что под шинелью могли быть проверены такие вещи, которые мы обычно не хотим ассоциировать с нашими родителями»[4].

Поэтому, как сказано у Данте Алигьери о любви Паоло и Франчески, «нам Галеотом послужила книга и тот, кто написал ее…»[5]. А на шесть веков позже певец и автор песен Ренато Зеро перефразировал эту известную стихотворную строку в трагикомической песне под названием «Галеотом была лодка». В данном случае мы можем с уверенностью сказать, что «Галеотом была шинель»…

С тех пор отношения молодых людей укрепляются до такой степени, что в ноябре 1964 года Энн забеременела и пара покидает вооруженные силы, чтобы переехать в Йет — старинную деревню на юго-западе Англии, где они поселились по адресу: Сандридж-парк, 109.

Питер нанялся в соседнем Бристоле на место инженера-стажера на завод по производству авиационных двигателей Bristol Siddeley, который был основан шесть лет назад в результате слияния четырех других компаний. Через два года он будет поглощен компанией Rolls Royce Limited.

Брак зарегистрирован 14 марта следующего года в приходской церкви Св. Георгия и Всех Святых в Туфнелл-парк, на севере Лондона, неподалеку от дома родителей Энн на Фэрмид-роуд.

Джоан Роулинг, которую семья и друзья всю жизнь будут звать уменьшительно Джо, появляется в мире маглов (так в саге будет определен обычный, лишенный магии, мир людей) 31 июля 1965 года, и эта же дата станет днем рождения ее героя со шрамом на лбу в форме молнии. В письме от сентября 2006 года, адресованном группе южноамериканских фанатов сообщества www.harrypotterlo.com, писательница призналась, что дала волшебнику свою собственную дату рождения, потому что в то время, когда она это писала, она и не думала о публикации. Так что это был совершенно личный ироничный жест, также продиктованный чувством некоторой обделенности от того, что никто по-настоящему знаменитый не родился в этот день.

Честно говоря, Энн и Питер были немного разочарованы рождением девочки: пара на самом деле хотела мальчика, которого они собирались назвать Саймон Джон. Несколькими годами позже оба наивно признаются в этом Джоан, которая не так уж хорошо воспримет их откровение.

Поначалу место рождения писательницы породило немало сюжетов в желтой прессе. Первым поднял этот вопрос журналист Шон Смит: согласно свидетельству о рождении, которое он отыскал и присовокупил к биографии Роулинг собственного авторства[6], Джоан родилась не в Чиппинг-Содбери, как она всегда заявляла в своих первых интервью, а в Йете, в Коттедж-Госпитале.

Это была маленькая больница на двенадцать кроватей, расположенная на Стэйшн-роуд, 240, где матери могли спокойно находиться около десяти дней — период времени в пять раз более длительный по сравнению с принятым в среднем в наши дни в Великобритании, если речь идет об естественных родах без осложнений.

Смит предположил, что причина неточной информации может быть в том, что Роулинг хотела уберечь город своего рождения и, следовательно, свою личную жизнь от толпы журналистов, рыскающих в поисках сенсации. При ближайшем рассмотрении очевидно, что это все же не слишком надежный способ защиты. Скорее упрямство, подобное случайному неожиданному оправданию, как явно доказывают некоторые сногсшибательные эпизоды, за которые она будет нести ответственность с первого же всплеска потерромании. Таким образом, убедительнее выглядит альтернативная гипотеза: по сравнению со старинным Йетом, Чиппинг-Содбери, расположенный почти в двух милях к востоку, считается более респектабельным местом. Сопоставление «Чиппинг-Содбери — Йет» дает, помимо прочего, идею возможного противостояния городов Ярвила и Пэгфорда, изображенных в ее романе «Случайная вакансия» (The Casual Vacancy), первом после Поттера.

Вопрос наконец-то окончательно прояснился, так как после завершения саги на старой версии сайта Роулинг в разделе «Дневник» появилась ее краткая биография, где Йет упоминается как официальное место ее рождения. Более того, в 2008 году главное заинтересованное лицо подтвердило место своего рождения под присягой во время судебного разбирательства касательно дела о плагиате, о котором мы упомянем позже.

Если бы мы спросили профессора Сивиллу Трелони, преподававшую в Хогвартсе прорицание, каковы основные черты характера новорожденной, она бы решительно посоветовала нам довериться астрологии и взглянуть на гороскоп ее рождения.

Давайте попробуем шутки ради это сделать, опираясь на очень подробный астральный профиль, выданный сайтом www.astroprofile.com, и посмотрим, на самом ли деле можно заранее отгадать будущее младенца. В конце концов, та же Роулинг двадцать девять лет спустя рискнула составить аналогичный тест, исписав двенадцать страниц словами и рисунками, который был продан с аукциона в 2010 году[8], — тест для Джека Дэвида Бьюкенена, сына одной дружественной супружеской пары…[7]

Джоан родилась под знаком Льва, который принадлежит стихии Огня и характеризуется потребностью создавать и выражать себя: черта характера, которая, если речь идет о писательнице, несомненно, должна проявляться ярко. Асцендент[9] в Скорпионе, знаке густой воды, знаке, который, как правило, очень ревностно охраняет личную сферу жизни. Поведение писательницы не раз это показывало, она всегда защищает свою семью от вторжения средств массовой информации, вплоть до того, что подала в суд на Sunday Express, опубликовавший фотографию, на которой они с мужем на прогулке везут в коляске своего младшего ребенка.

Присутствие пяти планет в Деве, очень конкретном знаке Земли, «делает» из Роулинг человека, который никогда не бывает удовлетворен чем-либо, что ниже его собственных стандартов, и это также относится к сфере чувств. И действительно, как мы увидим далее, после провала ее первого брака она ждала семь лет, прежде чем приняла решение соединить свою жизнь с будущим вторым мужем, и восемь лет — для повторения семейного опыта. В 2010 году во время почетного интервью для американского ток-шоу Опры Уинфри[10] писательница сказала, что прошедшие семь лет были важны для нее, потому что они дали ей возможность проанализировать собственные психологические проблемы, из-за которых ранее все так плохо складывалось в ее личной жизни.

Дева также дает своим обладателям привычку дотошно следовать деталям. Это явно проявляется в маниакальности, с которой Джоан разработала историю о Гарри Поттере. Продолжая чтение ее астральной карты, можно распознать также и другие аспекты, которые хорошо сочетаются с некоторыми чертами характера, заложенными у новорожденной и развившимися в подростковом возрасте. Например, неуверенность и желание убежать в мир фантазии, а также то, что она продемонстрирует публично в те годы, когда окажется в лучах софитов, — решимость и интуицию. Поэтому даже те, кто не верит в гороскопы, не смогут совсем отрицать эти явные совпадения черт в характере Роулинг.

Продолжая тему ее рождения или, правильнее сказать, анекдотов о ее рождении, стоит отметить, что американский доктор Уолтер Семкив (Walter Semkiw) даже включил Роулинг в свою книгу, посвященную знаменитым реинкарнациям, «Рожденный снова. Случаи реинкарнации среди международных знаменитостей». В шестой главе он утверждает, что британская блондинка является не кем иным, как ожившим воплощением Чарльза Диккенса. Семкив объясняет, что его «отчеты» были получены путем ченнелинга (тоннелирования) сущности по имени «Ахтун Ре» и признаны действительными благодаря использованию «объективных криминалистских критериев», таких как, например, сходство черт характера и черт лица. По уверениям доктора, совпадения в области психологии, сравнительной физиогномики, включая все неочевидные аспекты данного сопоставления, объективнее судебной экспертизы. Этот анекдот заслуживает упоминания, по крайней мере, на фольклорном уровне, потому что, как мы увидим, это не единственное странное совпадение применительно к личности Джоан Роулинг.

Если верить психологам, наш характер определяется отчасти генетикой, отчасти социальной средой, в которой мы вырастаем. Проанализировав первый аспект даже в шутливой форме, полезно более пристально изучить, где, когда и в какой среде выросла Джоан.

Если смотреть на «макроуровне», Британия в шестидесятые годы двадцатого века была страной, охваченной глубокими преобразованиями: в экономике население еще ощущало тяжелые последствия военного периода, ритм жизни был несколько замедлен, а общество еще оставалось довольно религиозным и привязанным к общим европейским ценностям.

Однако брожение новизны уже ощутимо: именно в ту эпоху появляются первые супермаркеты, во все дома приходит электричество; машины и бытовая техника, даже если их не так много, становятся лучше и облегчают повседневную жизнь. К концу десятилетия большинство семей имеют дома телевизор, в это же время появляются прототипы первых видеомагнитофонов. В 1964 году на британском телевидении открылся второй канал, BBC2, который через два года начнет первым транслировать цветные передачи. В 1965 году умер Уинстон Черчилль, и его уход как бы подвел черту под эпохой войны, с этого момента отправляемой в исторические архивы.

С точки зрения культурной жизни, эпоха наполнена противоречиями и крайностями: в год рождения Джоан Соединенное Королевство, с одной стороны, полностью поглощено битломанией, вызвавшей небывалую массовую истерию; с другой — молодежь, которой не нравится ясный образ четырех битлов-«жучков», выбирает по контрасту трансгрессивных Rolling Stones, а Pink Floyd, как капитаны психоделики, начинают пробивать себе дорогу.

То же наблюдается и в кино, и в литературе. Следуя тогдашней эволюции внешнего облика человека и его костюма, они начинают заниматься темами, которые до этого были табуированы: употребление наркотиков, движение гомосексуалистов, полная эмансипация женщины. В социальной сфере феминистское движение одерживает верх, громко звучит и пацифистский протест, который является ответом на трагедию американского военного вторжения во Вьетнам.

Даже в Йете, по образу жизни скорее небольшом поселке городского типа, находящемся на обочине перечисленных выше событий, как раз в эти годы разворачиваются новые процессы, которые превращают его из поселка в небольшой город. Там обустраивается обширная территория, где располагаются магазины, кинотеатр, спортивные залы и развлекательные заведения.

Давайте теперь внимательнее приглядимся к «микрокосму», который представляет собой семья Роулинг. В данном случае налицо абсолютно традиционная картина: Питер обеспечивает экономическую базу, а Энн отвечает за семейный очаг и воспитание детей. Сама выросшая в неблагополучной и хаотичной семье[11], миссис Роулинг разработала для психологической защиты совершенно противоположный идеал настоящей семьи, над поддержанием и реализацией которого она будет трудиться на протяжении всей своей короткой жизни.

Прежде всего, это проявлялось в том, что она была истинной домохозяйкой, обладающей замечательными кулинарными талантами, даже если ее прославленная дочь и заявила однажды, что вкусы Питера не позволяли ей экспериментировать на кухне с блюдами, которые бы не укладывались в традицию строго british, где свобода ей была оставлена только в области тортов, лепешек и хлеба[12]. Энн требовала, помимо всего прочего, чтобы вся семья вместе ела макароны, считая этот ритуал формой незаменимого общения. Еще она поддерживала дом в безупречной чистоте и порядке: Джоан рассказывала, что она никогда не садилась, пока не была выглажена последняя салфетка[13].

Возможно, вовсе не случайно, что в саге о Гарри Поттере почти все материнские персонажи ведут себя как львицы в домашней жизни, и прежде всего по отношению к своим детям. Эта черта характера наблюдается даже у тех женских героинь, которые не служат примерами настоящей человечности. Мамы из потеррианской саги готовы умереть за своих (Лили Поттер), предать свою среду (Нарцисса Малфой), убить (Молли Уизли) и совершить несправедливость (Петуния Дурсли), чтобы защитить, спасти и продвинуть свое собственное потомство.

Что касается матери, Джоан ностальгически вспоминает о ее заразительном смехе, хоть и нечастом, она могла задыхаться от смеха или даже досмеяться до слез. И еще о ее безграничной любви к книгам, которая, в отличие от ее страсти к глажке, перейдет к дочерям.

Если рассматривать личность Энн не только в семейном контексте, то она была человеком непьющим, некурящим и предпочитающим поддерживать себя в форме, то есть вела активный образ жизни, который сегодня мы бы назвали здоровым. Кроме того, у нее много разносторонних интересов. Прежде всего, она всеядная читательница: желтая пресса, классическая литература, биографии, любовные романы проходят через ее руки с такой скоростью, что мужу трудно поверить, что она действительно прочитала их от корки до корки. В свободное время она слушает записи Beatles и любит играть на гитаре (два увлечения, которые она передаст Джоан). Еще Энн играет в бадминтон, плавает, занимается садоводством или выгуливает Тампера, первую собаку семьи Роулинг[14].

Если воскрешение материнского образа полно тоски и ностальгии, то холодность, с которой Джоан говорит о своем отце, который еще жив, означает, что между ними непростые отношения.

Писательница сообщила однажды[15], что всегда — начиная с довольно раннего возраста и заканчивая вполне взрослым — очень боялась своего родителя и в то же время отчаянно пыталась угодить ему и получить его одобрение. Она добавляет, что отказалась от этого типа поведения только в последние годы, потеряв с отцом контакт на сегодняшний день. В интервью на ток-шоу Опры Уинфри в 2010 году она добавила, что у нее были очень веские причины для того, чтобы принять решение не видеться с Питером Роулингом и считать примирение невозможным.

В появившейся до этого в Mail Online[16] статье ее отец заявлял, что их отношения ухудшились за годы болезни матери. Однако есть основания полагать, что причины полного разрыва между отцом и дочерью имеют не столь давние корни. На самом деле, по крайней мере до 2000 года, Питер всегда получал копию первого издания каждого романа с особо нежным посвящением от дочери, и, согласно заявлению писательницы в 2012 году[17], разрыв общения между ними происходит только в 2003-м, как раз перед тем, как ее отец в декабре того же года — согласно его признаниям в Daily Mail — был вынужден выставить на аукцион эти драгоценные первые именные издания[18].

Дабы наглядно подтвердить вышесказанное, стоит обратиться к одному из очень редких интервью Питера газете Sunday Mirror, датированному концом июня 2003 года[19], опубликованному на сайте www.multsclerosis.оrg, в котором он говорит о своей дочери в исключительно нежных выражениях. Ссылка на первоисточник больше не активна, и следует заметить, что сайт не является официальным ресурсом медицинских исследований рассеянного склероза, однако все же данная статья подтверждает хронологию разрыва, описанную выше.

Тайна сгущается еще более, если проанализировать некоторые статьи британской прессы в 2012 году, в течение ровно недели после публикации первого романа постпоттерианы: в них сообщается, что отец и дочь помирились[20], хотя по отношению к этим сообщениям не было никаких комментариев со стороны Джоан, решившей ситуацию не прояснять.

Вне зависимости от того факта, помирились они или нет, перед лицом этих превратностей кажется подозрительным, что сага о Гарри Поттере усеяна персонажами отцов, которые не могли бы служить хорошим примером. Среди них Люциус Малфой, Том Реддл-старший или Барти Крауч-старший, хотя в то же время в саге присутствуют суррогаты идеализированных отцов — Рубеус Хагрид, Альбус Дамблдор и Сириус Блэк.

Если взглянуть на эти две противоположные категории, то неожиданно на первый план выходит персонаж, представляющий собой почти архетипический синтез, к которому в идеале склоняется автор: речь об Артуре Уизли. В отличие от неблагополучных отцов, он уравновешен и мудр, к тому же он не суррогатный, а подлинный отец семерых детей. Он и человек, и чистокровный маг, обожает маглов и их изобретения; кроме того, он преданный и любящий муж, а также у него щедрое сердце, всегда готовое приветить у себя в доме сироту Гарри, с которым он ведет себя как с собственным сыном. По причине его достоинств Артур даже был помилован Роулинг и избавлен ею от смерти в пятой книге: «Я обменяла его кое с кем другим […], поэтому в седьмой книге убивают двух персонажей. Итак, мистер Уизли подвергся нападению, как вы знаете, в пятой книге. Он должен был умереть, если бы я осталась привержена первоначальному плану. Но он выжил. Я оставила его в живых отчасти потому, что не смогла его убить […]. Если и есть персонаж, от которого я не могу избавиться, так это Артур Уизли. И я думаю, что одна из причин в том, что наблюдается нехватка хороших отцов в моих книгах. На самом деле, можно утверждать, не боясь ошибиться, что Артур Уизли — единственный хороший отец во всей серии»[21].

Действительно, в самом первом конспекте окончательной главы саги, написанном в первый год работы над историей Гарри Поттера, одним из выживших персонажей-отцов был Римус Люпин, который вместо этого погибает в битве при Хогвартсе, описанной в седьмой книге.

В свете того, что Роулинг говорила об отношениях со своим собственным отцом, можно задаться вопросом, случайно ли Гарри сначала считает своего покойного родителя Джеймса Поттера героем, а в пятой книге крайне разочарован, поняв, что он на самом деле сильно отличается от созданного его воображением идеала. Отчасти его оправдывает великая любовь, которую он питает по отношению к своей жене и маленькому сыну, ради этой любви он пожертвует своей жизнью в тщетной попытке защитить их от Волан-де-Морта, главного антагониста серии романов о Гарри Поттере.

Нам остается только догадываться о том, как некоторые биографические аспекты жизни писательницы могли повлиять на тип характера того или другого отца из саги. Однако, согласно явному признанию автора, мы можем быть уверены, что в историю Гарри Поттера влились три реальных семейных персонажа. С одной стороны, это Эрни Прэнг и Стэн Шанпайк (эти имена носили соответственно сумасшедший водитель и контролер-сплетник в автобусе «Ночной Рыцарь»). С другой — тетя Мардж, невыносимая сестра Вернона Дурсли.

Эрни — таково было на самом деле домашнее прозвище деда писательницы по отцовской линии, Эрнста Артура Роулинга, родившегося в 1916 году. Он был владельцем продуктового магазина, расположенного под его домом, и после закрытия позволял своим внучкам играть с товарами и реальными деньгами при условии, что они все вернут на место.

Стэнли Джордж Волан — имя ее дедушки по материнской линии, 1909 года рождения, последнего в семье из четырех детей. Стэн был мечтателем, проводившим большую часть своего времени в сарае среди инструментов, изобретая различные вещи, и, по словам прославленной внучки, еще он очень хорошо умел рассказывать истории. В раннем детстве Джоан также познакомилась с двумя сестрами дедушки, которых она запомнила женщинами утонченными. Впечатление это возникло то ли благодаря их наполовину французскому происхождению, то ли чувству независимости, сформировавшемуся под влиянием полученного образования. Старшая из них, Глэдис, была учительницей начальных классов, она осталась незамужней, проводила каникулы, путешествуя по миру одна, и знала, как сделать так, чтобы тебя уважали. С «высоты» своего небольшого роста в метр пятьдесят, она — как рассказывали в семье, — заметив однажды у ученика опухшее и кровоточащее ухо — всего лишь одним решительным визитом в дом мальчика сумела навсегда поставить на место его грубого отца. Айви, младшая, была учительницей классической литературы и состояла в браке с профессором физики. Джоан запомнила ее атеизм, доброту к внучке и тот факт, что она была курильщица.

Дедушка Стэнли женился в 1938 году на Луизе Кэролайн Уоттс Смит, которая была незаконнорожденным ребенком[22]. В свое время ее оставили в лондонском приюте, где руководители приюта удочерили девочку, переименовав ее во Фриду. В саге о Гарри Поттере эта бабушка подарила персонажу Мардж Дурсли неумеренную страсть к собакам, которых, по мнению Джоан, «она с большим отрывом предпочитает людям»[23]. Эта бабушка родилась 16 мая 1916 года. Похоже, что Фрида была плодом внебрачных отношений между шотландским доктором Дугальдом Кэмп беллом, сыном преподобного Колина Фишера Кэмпбелла, и молодой библиотекаршей по имени Мэри Смит.

На протяжении всей своей карьеры доктор Кэмпбелл много путешествовал, а в книгах по истории Гавайев он упоминается как человек, собравший средства для местной больницы, чтобы она могла лечить пациентов бесплатно. Он приехал в Лондон за год до рождения Фриды, и хотя следы Мэри затерялись после того, как девочка была оставлена в приюте, Кэмпбелл, должно быть, и был тем таинственным благотворителем, который заплатил за частное образование ребенка, а также периодически посещал удочеривших ее людей и возместил Уоттсам траты на уход за ней. Мэриэнн Волан, в замужестве Фокс, тетя Джоан по материнской линии, вспоминает, что мать рассказывала ей о двух джентльменах, с которыми Уоттсы один раз в год заставляли ее пить чай. Эти визиты, а также перечисление денег прекратились на исходе ее восемнадцатилетия, когда доктор Кэмпбелл вернулся в Шотландию.

Поскольку, по воспоминаниям матери, у двух гостей был особый акцент, Мэриэнн подозревает, что это был именно шотландский акцент. Однако Фрида до своего девятнадцатилетия не знала, что ее удочерили, когда случайно услышала разговор, где упоминалась эта история. Она умерла в 1997 году — успев испытать боль от потери своей дочери Энн, но прежде, чем ее внучка была удостоена чести появиться в заголовках прессы, а сама она могла бы увидеть черты собственного характера, увековеченные в третьем романе саги «Узник Азкабана».

Четвертая бабушка Джоан, Кэтлин Ада Булген, родившаяся в 1923 году и вышедшая замуж уже в двадцать лет, не то чтобы забыта и отсутствует в списке. Она, самая любимая, будет удостоена особой награды, гораздо большей, что мы позже и увидим.

Судя по фамилиям, отцовская ветвь писательницы, которую можно проследить до шестого поколения, состоит только из английских и шотландских предков, имея нормандское происхождение: Роулинг — это фактически вариант фамилии Ролло, латинской формы нормандского имени Рон или Рул, которое в свою очередь образовано от германской формы Рольф, корни которой — слова hrōd (слава) и wulf (волк). Материнская ветвь, помимо предполагаемой принадлежности к клану Кэмпбелл, о чем рассказывалось выше, явно французского происхождения: Volant — в таком написании встречается фамилия предков в английских документах XVIII века, но есть также варианты Volante и Volonte, и, если следовать интуиции, происходит она от глагола «летать». Более того, мы точно знаем, что прадед писательницы, Луи Волан, родился в Париже 31 июля 1877 года. (Любопытно: он родился в тот же самый день, что и его знаменитая правнучка, и, следовательно, в тот же день, что и Гарри Поттер.) Незаконнорожденный сын французской горничной Саломе Шух, он позже был усыновлен ее мужем, портным Луи Пьером Воланом, и взял его фамилию. После смерти матери, под прессом экономических трудностей, вызванных политической нестабильностью в его родной стране, он переехал в Лондон, как и многие его молодые соотечественники того времени. Здесь он нанялся официантом-стажером в престижный ресторан Princess в 1899 году. 22 января следующего года, в Горлестоне, он женится на Элизе Мэри Энн Смит, родившейся в 1874-м.

Элиза, известная как «Лиззи», работала няней в семье, проживавшей в районе Мраморной арки[24]. Возможно, от постоянного контакта с детьми она, как вспоминает тетя Джоан с материнской стороны, приобрела естественную склонность вести себя как бабушка, которая ласкает своих внучек и учит их молитвам.

Брак, однако, был непродолжителен: по данным переписи 1911 года, пара фактически уже распалась, хотя между ними продолжается переписка. Луи перешел на работу в отель Savoy, где с 1919 по 1927 год он поднимается все выше по карьерной лестнице и становится главным официантом, ответственным за винный погреб. В 1922 году он был удостоен звания кавалера ордена Сельскохозяйственных заслуг от Министерства сельского хозяйства Франции. Награда эта предназначалась для поощрения тех, кто своей работой или же исследованиями внес особый вклад в развитие сельского хозяйства. В 1914 году на какое-то время Луи был отозван во Францию на армейскую службу во время Первой мировой войны. В звании капрала 16-го пехотного полка он получил медаль за особые заслуги в битве при населенном пункте Курсель-ле-Конт.

Можно и дальше углубляться в исследование материнской ветви родословной Джоан, но давайте вернемся к тому моменту ее биографии, когда в два года она перестает быть единственной дочерью в семье — 28 июня 1967 года, на этот раз дома, а не в больнице, родилась ее сестра Диана, по прозвищу Ди. Это событие — самое первое воспоминание писательницы: «Отец дал мне пластилин, чтобы отвлечь меня, пока сам бегал в спальню и обратно. Я не помню, увидела ли я тогда маленькую новорожденную девочку, но помню, что съела пластилин»[25].

Некоторое время спустя, помня разочарование родителей по поводу рождения дочки, Джоан не преминет спросить их, не стало ли появление в семье второй девочки причиной похожего разочарования. На этот раз родительский ответ был отрицательным, и на какое-то мгновение у нее проснулась надежда, что их изменившаяся реакция была продиктована положительными переживаниями, связанными с ее, первой дочки, ростом. Джоан высказала вслух это предположение, но, получив грубоватый отрицательный ответ, ушла к себе в комнату и заплакала.

С появлением Дианы семья Роулинг наконец-то чувствует себя готовой начать новый этап своей жизни. Даже несмотря на неизбежные повседневные неурядицы, это будет один из самых безмятежных периодов. Это потом в жизни Джоан настанут темные времена, которые принесут ей боль, обиду и чувство вины — отголоски этих переживаний впоследствии мощно отразятся на сюжете «Гарри Поттера».

Глава 2

Волшебники, кролики и клубника

Вскоре после рождения Дианы и в то время, когда Питер делает карьеру на заводе авиационных двигателей Bristol Siddeley, семья решает переехать в близлежащий Уинтербурн. Йет стремительно развивается, тогда как в Уинтербурне сохранилась деревенская атмосфера, предпочтительная для спокойной жизни молодой четы.

Роулинги поселились в доме 35 по Никольс Лэйн, в одном из серых каменных домов с тремя спальнями — вся улица была сплошь застроена такими домами, представлявшими собой часть комплекса, возведенного в 1963 году. Биограф писательницы Шон Смит сообщает некоторые интересные детали по поводу супругов — владельцев дома, у которых арендуют Роулинги. Возможно, с ними связано происхождение имен некоторых персонажей поттерианской саги. Во-первых, их фамилия Эванс, как и фамилия мамы Гарри Поттера. И хотя в одном видео из сборника «Коллекции Волшебников» Роулинг ясно дала понять, что она позаимствовала эту фамилию у писательницы Джордж Элиот (настоящее имя которой — Мэри Энн Эванс), ничто не мешает нам предположить, что на более глубоком подсознательном уровне эта фамилия уже оставила свой след в ее памяти с детских времен. Кроме того, имя продавщицы на Никольс Лэйн — Ровена, такое же, как и у привидения Серой Дамы из Дома Равенкло в Хогвартсе… С тех пор как Роулинг публично сообщила, что она всегда коллекционировала фамилии и заполняла ими целые тетради[26], предположение о подсознательной работе памяти становится еще более очевидным. Явное упоминание фамилии Элиот может также пролить свет на происхождение другой необычной фамилии саги. Речь в данном случае о возможной родственнице Пенелопы Пуффендуй Хепзибе Смит, поскольку Хефзибой зовут одного из женских персонажей романа Джордж Элиот «Сайлас Марнер».

В Уинтербурне Джоан и Диана проведут первые школьные годы. Как это часто случается между братьями и сестрами с небольшой разницей в возрасте, у сестер в раннем детстве развиваются отношения «как у кошки с собакой». Возможно, одной из причин такого соперничества, как рассказала Роулинг на своем сайте, стало как раз то различие между сестрами, которое хотели утвердить их родители, решив, что Диана будет «красивой», а Джоан «умной». Очевидно, что ни один ребенок никогда не смирится с таким манихейским[27] и даже немного глупым разделением, даже если оно продиктовано доброжелательными родительскими намерениями.

Энн Роулинг долгое время совершала еще одну грубую педагогическую ошибку — она одинаково причесывала и одевала детей. Эта пагубная привычка тормозит развитие самоидентичности и индивидуальности ребенка. Молодая мать, вероятно из соображений экономии, сама подстригала дочерей, но делала она это так поспешно, что короткая стрижка или в лучшем случае волнистая с челкой часто получалась довольно неровной и была ненавистна девочкам не меньше, чем одежда, которую они обязаны были носить. В конечном итоге маленькие сестры внешне различались только цветом: у Джоан одежда была обычно синяя (возможно, это отражало родительскую мечту о так и не родившемся сыне), а у Дианы — розового цвета.

В любом случае, чувство неловкости и собственной несообразности долгое время сопровождало писательницу. И неважно, было ли оно продиктовано невольным семейным установлением или же было сопряжено с ее некоторыми физическими особенностями. Сегодня, глядя на Роулинг, никогда не скажешь, что в детстве Джоан была веснушчатой и круглой маленькой девочкой. Это ее настолько беспокоило, что на своем сайте она заявила: описание ненавистного двоюродного брата Дадли Дурсли в «Философском камне» («розовый пляжный мяч в разноцветной бейсболке») вполне было применимо и к ней самой.

Кроме того, Джоан носила довольно толстые очки, и этот факт усиливал ее чувство уязвимости: именно по этой причине дефект зрения будет передан и Гарри Поттеру. Основательная незащищенность, необычайное пристрастие к книгам, поиск утешения в общении с воображаемыми друзьями, витание в ярких фантазиях — все эти черты были присущи ее склонной к меланхолии личности. Сама писательница однажды заявила об этом прессе: «У меня была ярко выраженная склонность к депрессии, начиная с довольно детского возраста, но обычно непросто распознать, что в тебе происходит»[28]. Чтобы скрыть дискомфорт и притвориться, что защищен, приходится часто изображать из себя члена «общности» или «команды» — эти черты характера будут даны одному из центральных персонажей поттерианской саги, Гермионе Грейнджер. На самом деле, Роулинг несколько раз заявляла, что темперамент девушки очень похож на характер, который был у нее самой в этом возрасте.

В детстве ссоры между двумя маленькими сестричками-соперницами могут быть очень жесткими. Причем настолько, что Джоан как-то призналась на своем веб-сайте, что однажды рассекла сестре бровь, швырнув в нее батареей, и у Дианы навсегда остался шрам. Но, к счастью, они нередко живут в полной гармонии — играют, отдыхают вместе. Одна из общих игр это, например, переодевание в старую одежду матери, в ее красивое светло-голубое платье подружки невесты и в кокетливую шляпу из тюля, в которой мама щеголяла на свадьбе тети Мэриэнн. Еще одна любимая игра в «обрыв», где нужно висеть на последней ступеньке домашней лестницы, цепляясь за руку сестры, умоляя ее не отпускать тебя, и при этом обещать самые невообразимые награды или же самые страшные кары. Однако в этой вымышленной игре лесть и шантаж оказываются бесполезными, потому как в конце концов несчастную всегда ждет падение и «смерть». Джоан рассказывала, как ее позабавил озадаченный взгляд девятилетней старшей дочери, когда она объясняла ей эту игру.

И конечно, сестры Роулинг охотно проводят беззаботные часы досуга с детьми своих соседей, в частности с детьми Руби и Грэма Поттеров, проживающими в доме под номером 29 на той же улице: Яном, 1966 года рождения, и его сестренкой Вики, ровесницей Дианы. Джоан самая старшая в группе, и, следовательно, она «главная». Иногда к их квартету присоединяется еще один ребенок, Кристофер Уайт. Шон Смит цитирует свидетельство Руби Поттер, согласно которому «шайка» под руководством Джоан лазила по старым чемоданам своих родителей, чтобы раздобыть костюмы для магов. Биограф Конни Энн Кирк сообщает даже, что Ян обычно носил длинный старый отцовский плащ и игрушечные очки, в то время как Джоан развлекала их всех, изобретая заклинания и зелья из отвратительных ингредиентов или же придумывая истории, в центре которых, конечно, действовала вся «шайка». Поэтому в 1999 году Ян сказал прессе, что именно он был настоящим вдохновителем образа Гарри Поттера[29]. Сестра поддержала его утверждение, сказав в свою очередь: «Ян был идеальным источником вдохновения для персонажа волшебника. Это был ходячий кошмар, он постоянно устраивал розыгрыши. Однажды он убедил меня, Джоан и ее сестру Ди пробежаться по свежему цементу, что мы и сделали, совершенно не подозревая о возможных последствиях. Часто он устраивал выкрутасы на моем велосипеде, собирал головастиков в банки, а еще везде совал зеленую слизь. И еще у него была навязчивая идея по поводу улиток. Когда мы устраивали пикник, он всегда припрятывал их в тарелках…»[30]

Однако на своем сайте Роулинг опровергла эти смешные зарисовки, сказав, что о Яне она помнит единственный факт, как она ударила его по голове пластиковым мечом, потому что он бросил камень в Диану, а еще — что она всегда завидовала его «вертолету» (тип велосипеда, который был очень популярен тогда). Последний эпизод невольно напоминает зависть учеников Гриффиндора по отношению к ученикам Слизерина, когда Люциус Малфой выдает им метлы последней модели для игры в волшебный спорт квиддич. Вместо этого писательница подтвердила, что всегда ценила фамилию Поттер, потому что, в отличие от ее собственной, она не подразумевала насмешливых словесных игр. Одна из них была основана, например, на ассонансе между греблей и катанием, с добавлением слова «булавка» (pin), в результате чего ее называли «скалка», что по-английски звучит «rolling pin». Вот так и получилось, что после попытки дать своему герою еще три разных фамилии она в конечном итоге решила использовать именно фамилию давнего друга по детским играм.

Но Ян был не единственным претендентом на звание вдохновителя знаменитого персонажа Роулинг. В 2004 году вышел из тени двоюродный брат писательницы Бен Роулинг, сын Джеффри, теперь уже покойного старшего брата отца Джоан. Бен — у него с Джоан восемнадцать месяцев разница в возрасте — объявил, что всегда был ее неразлучным спутником в детстве, более того, он смело заявил: «О, я очень хорошо знаю, что Джо списала Гарри с меня, я вижу себя молодого в этом персонаже»[31]. Согласно рассказу Бена, их семьи жили всего в десяти милях (примерно 16 км) друг от друга и собирались каждые две недели по выходным.

В отличие от Джоан и Дианы, Бена отправили в дорогую школу-интернат в Йоркшире — Амплфордский колледж, и он вспоминает, что его отец часто наставлял и убеждал своего брата Питера серьезно финансово потратиться ради образования дочерей, то есть двух его племянниц. Бен также утверждает, что он и Джоан проводили выходные, рассказывая друг другу истории о своей школьной жизни, и что его двоюродная сестра всегда была очарована тем, что он вытворял в классе, упрашивая его еще и еще описывать ситуации, в которые он оказывался вовлечен.

Точно так же, как Гарри Поттер уезжает с 9-го пути лондонского вокзала Кингс-Кросс, так и, по признанию Бена, он сам отправлялся в школу, садясь на поезд на 9-м пути бристольского вокзала Темпл-Мидс, а Джоан всегда стремилась узнать о смешных историях, происходивших во время этих поездок. В его школе тоже было четыре Дома[32] (в Британии нет фиксированного числа, но оно варьируется от одного института к другому), и даже был финальный кубок, как в Хогвартсе. Помимо этого Бен утверждает, что у него есть дядя и тетя, которые жили в Дурсли, городе в Глостершире, и у них та же фамилия, что и у дяди и тети Гарри. И наконец, он уверяет, что одного из его одноклассников звали Фробишер. Викки Фробишер — гриффиндорская студентка в «Ордене Феникса», которая пробуется в сборную на позицию вратаря, но от нее отказываются, когда она заявляет, что в случае совпадения расписания между обучением квиддичу и уроками в Клубе ворожбы она предпочтет последние.

С Беном, как и в случае с Яном Поттером, Роулинг-писательница категорически отрицает его предполагаемое влияние на ее литературную работу. Однако Бен не унывает и через год после первого интервью появляется на телешоу «Детектор лжи», чтобы предстать перед полиграфом и доказать правдивость своих утверждений. Испытание было пройдено, но оно с очевидностью доказало не что иное, как тот факт, что Бен на самом деле убежден, что был вдохновителем Гарри Поттера, и что он не ищет славы или денег, а только хочет, чтобы представленные им факты были признаны его кузиной.

Бен описал Джоан времен их детства как очень тихую, застенчивую девочку, постоянно жаждущую ласки, которую, по его словам, оба ее родителя не могли ей дать из-за их излишней строгости. Казалось, единственным источником счастья для нее были лишь моменты, когда она могла рассказывать свои истории, в которых, по воспоминаниям Бена, было множество волшебных королевств, летающих ковров и говорящих животных. Еще в 1997 году Роулинг сделала заявление для пояснения концепции детства, которая пронизывает историю Гарри Поттера и, должно быть, полностью отражает состояние ее души: «Идея о том, что в мире может быть ребенок, который отдаляется от границы взрослого мира и уходит куда-то, где у него есть сила в прямом и переносном смысле, меня очень привлекает»[33].

Заявления, сделанные в 2002 году для CBS, вновь не оставляют ощущения, что детство Джоан было тем золотым веком, которым обычно ретроспективно представляется начальный период жизни человека: «Детство… У меня нет ностальгии по нему. […] Я бы не вернулась в него, даже если бы мне заплатили. Никогда. […] Взрослые удивляют меня, когда они, кажется, забывают, с какой силой ты чувствуешь свое бессилие в детстве»[34].

Как бы там ни было на самом деле, Роулинг тем не менее разорвала все отношения с этой ветвью своей семьи. Также, по словам Бена, ныне музыканта и продюсера, писательница даже не помогла ему найти работу на съемках фильмов про Гарри-волшебника, несмотря на то что вся его семья — мать, жена и сын — была в тот период полностью на его плечах. Но поскольку Роулинг никогда не комментировала это утверждение, другая версия этой истории неизвестна.

Среди информации, поведанной Беном прессе, есть еще одно красочное воспоминание: будущая писательница рассказывает во время рыбалки свою историю о кролике по имени Кролик, которую она написала в возрасте шести лет. Роулинг часто говорила об этом первом литературном герое: «Кролик делал много некроличьих вещей, но это была целая серия историй. С Кроликом происходило много разных приключений, которые были отдельными маленькими историями»[35].

В одном из эпизодов Кролик заболевает краснухой и принимает визиты всех своих друзей, включая гигантскую пчелу по имени Мисс Пчела. Автор утверждает, что она даже проиллюстрировала сама этот сюжет (что она сделает двадцать лет спустя также и для книги «Гарри Поттер и философский камень»). По ее мнению, на тот момент самой естественной вещью в мире была бы публикация этой истории. Но прежде всего она признается, что благодаря фантазиям про Кролика нашла истинное вдохновение своей жизни: «Думаю, что с той поры в буквальном смысле, как только я […] поняла, что могу написать историю, это было единственное, что я хотела делать…»[36]

Автор добавляет, что она писала «кроличьи истории» в течение пары лет. Вероятно, это происходило потому, что Джоан и ее сестра в то время очень хотели кролика, а у братьев Поттеров был завидный черно-белый кролик по имени Фламп. В краткой автобиографии, написанной для сайта британского издательства Bloomsbury, под названием «Не особо увлекательная жизнь Дж. K. Роулинг до сего дня», писательница вспоминает, в частности, одну историю, в которой Диана попадает в заячью нору, а живущая в ней семья зайцев кормит ее земляникой. Истории эти часто становились играми, в которых Джоан была режиссером, а младшая сестра — главной героиней. Роулинг признается, что в то время беззастенчиво копировала романы автора и иллюстратора Ричарда Скарри[37]. Биограф Кирк выдвигает гипотезу, что основное влияние на девочку было оказано книгой «Я — зайчик», опубликованной в 1967 году. Это история о зайце Николасе, который обитает в дупле дерева и наблюдает за жизнью всех маленьких зверушек в лесу в разные времена года. Но в данном случае Скарри выступает просто как иллюстратор, а автором рассказа является Оле Ризом.

Более вероятно, что Роулинг имела в виду сериал комиксов, написанный Скарри под названием Busytown («Занятый город»). Это город, населенный очеловеченными животными, включая крольчиху Лили, которая носит комбинезон и дружит с кошкой Гекл. Лили — еще одно имя, вызывающее в нас отклик, ведь так звали мать Гарри.

Однако любовь ребенка к написанию историй проявляется не только в семейном кругу, но и в школе, где по крайней мере пара учителей поощряет ее, предлагая читать вслух в классе свои письменные работы. Внимание, которое заставляет ее чувствовать себя особенной, — этим воспоминанием она будет дорожить даже в зрелом возрасте.

Глава 3

Отголоски прочитанных книг

Невероятная предрасположенность со столь раннего возраста к созданию законченных историй является не случайностью, а следствием того факта, что Джоан растет в доме, полном книг. Ян Поттер в разговоре с биографом писательницы Смитом высказался по этому поводу: «Когда вы приходили в дом Роулингов, то сначала видели забитые книжные шкафы, а уже за ними обычные шкафы»[38].

Добавьте к этому уже упоминавшуюся любовь Энн к чтению и ободряющее отношение Питера к ее увлечению, и станет понятно, что многочисленные книги с раннего возраста вселяли в будущую писательницу ощущение особых чар, слетающих с их страниц.

На самом деле, в доме Роулингов письменное слово всегда преобладало над телевизором, который редко включали. Первое воспоминание Джоан относительно магии чтения связано с отцом, читающим ей, четырехлетней, когда она болела, знаменитую классическую книгу Кеннета Грэма «Ветер в ивах»: «Я совсем не помню, как болела, а только то, что я находилась в кровати и слушала истории»[39].

Это утверждение не должно вызывать удивления, поскольку оно не является детской гиперболой: в прекрасном эссе о фантастической литературе «Дракон как реальность» писательница и психотерапевт Сильвана де Мари фактически доказывает, почему сказка представляет собой повествование с гипнотической структурой. «Ребенок на руках матери, папы, дедушки, свернувшись калачиком от тепла взрослого, слушает его голос, рассказывающий историю, которая периодически теряется в изгибах повторений и описаний, и чувствует абсолютный покой, глаза его закрываются. Рациональное левое полушарие, наделяющее его чувством реальности, словно засыпает, а правое может блуждать в волшебных странах. Активизируется выработка эндорфинов (гормоны гипофиза и гипоталамуса, которые способны снизить боль, уменьшить чувство страха или просто сделать человека счастливым). Реальность становится реальностью сказки»[40].

Говоря о своей матери, Джоан вспоминает, что читала вместе с ней книги Энид Блайтон[41], такие как серия историй «Нодди» и «Великолепная пятерка». Хотя Роулинг их не особенно любила, вполне возможно, что идея создания цикла о Гарри Поттере также бессознательно коренится в этих сюжетах, прочитанных в детстве.

Ее отец также упоминает в интервью «паровоз Томас»[42] как один из самых любимых персонажей его дочери из серии историй, написанных преподобным Уилбертом Одри[43], где действуют человекообразные локомотивы. И, возможно, не случайно более половины членов чистокровной семьи волшебников Уизли носят ровно те же имена, что и поезда в этих книгах: Артур, Молли, Джордж, Фредди, Перси и Билл.

Что еще читает Джоан в эти годы взросления? «Черный красавчик» Анны Сьюэлл[44] и «Маленькие женщины» Луизы Мэй Олкотт. Джоан уверяла, что над первой книгой, где повествование ведется от первого лица, от лица лошади, она пролила реки слез[45]. Что касается второй книги, то, по ее собственному признанию, она не смогла избежать отождествления с главной героиней, нонконформисткой Джо Марч. Ведь помимо того, что их обеих звали Джо, героиня романа к тому же имела призвание писательницы[46].

Еще один прочитанный в детстве роман оказал несомненное влияние на поттерианскую сагу — это конечно же «Белая лошадка» Элизабет Гоудж[47]. В нем тринадцатилетняя Мария Мэриуэзер обнаруживает существование древнего проклятия, довлеющего над жизнью ее семьи, и после различных приключений наконец побеждает его. В 2008 году вышел фильм по мотивам книги под названием «Тайна Мунакра — секреты последней луны», с Дакотой Блю Ричардс в главной роли.

Невозможно не заметить, как аура этого произведения проникла в сагу Роулинг тысячами тонких и едва заметных отражений. На бессознательном уровне очарование, которым окутало ее в детстве повествование Элизабет Гоудж — речь не идет ни в малейшей степени ни о каком плагиате, — явно глубоко запало в душу писательницы. Прежде всего, главная героиня «Белой лошадки» — сирота с рыжими волосами (что типично для семьи Уизли), она уезжает жить в старинный замок, где займет комнату, расположенную на вершине круглой башни, и там есть кровать с балдахином, как и в общежитии Гриффиндора.

Здесь она познакомится с волшебным миром Мунакра, где среди прочего ей встретятся единорог, подземный туннель, напоминающий тот, который соединяет Хогвартс с Хогсмидом. Еще там есть волшебное зеркало, которое отражает образ внутренней сущности того, кто в него смотрится, а не его тело (следовательно, это возможный предшественник поттерианского зеркала желаний). Как и Гарри, Мария тоже не знает, что она избранная. Так же как мальчик обнаруживает, что он не только маг, но и единственный маг, переживший Проклятие-Которое-Убивает, девочка обнаруживает, что она последняя Лунная Принцесса. Как и Гарри, Мария узнает о своей миссии по ходу приключений, и подобно Гарри она живет среди существ, которые вроде бы уже знают свою истинную природу.

Вот, например, эпизод, в котором домашний пес немедленно демонстрирует свою преданность Марии: «Она обернулась и, к своему огромному удивлению, увидела, что Вролф встал рядом с ней на задние лапы, лизнул ее руку, а его большой хвост ходил из стороны в сторону. „Смотрите! — торжествующе воскликнул сэр Бенджамен. — Вролф знает! Вы сделаны из чистой стали, Мэриуэзер, моя дорогая, и Вролф знает это!“»[48].

И еще один эпизод, в котором священник и деревенские дети собираются вокруг девочки, как будто празднуя ее возвращение домой: «„Дети! — воскликнул старый приходской священник, ведя Марию к свободному пространству за ступенями. — Дети, Мария Мэриуэзер теперь здесь с нами“. Он сказал это так, как будто это было что-то очень важное, и дети, очевидно, думали так же, потому что они оставили свои игры и окружили Марию, улыбаясь с дружелюбной застенчивостью»[49].

Как и у Волан-де-Морта, у антагониста истории Гоудж тоже французская фамилия: Уильям Кок Де Нуар, и здесь тоже присутствуют темные коннотации (хотя, по сравнению с Волан-де-Мортом, он гораздо более «карикатурный» злодей): «Кок де Нуара иногда называли Черносердечным, потому что он был жестоким по отношению к животным, деспотичным со слугами, мрачным и подлым… Уильям, Черный как ночь, хранил все, что имел, в темноте, чтобы ни с кем не делиться»[50].

Подобно формуле «Тот-Кого-Нельзя-Называть» (или «Сами-Знаете-Кто»), которую почти все маги «Гарри Поттера» используют для обозначения Волан-де-Морта из-за боязни назвать его по имени, приспешники антагониста у Гоудж никогда не обозначаются иначе, как демонстративным местоимением «Эти» или же универсальным словосочетанием «Люди Черного леса».

Даже двоюродный брат Марии, которого Гоудж описывает как человека настолько высокого и большого, что он, казалось, занимал весь дверной проем, заставляет вспомнить гигантскую фигуру Рубеуса Хагрида. А независимый и очень умный большой кот Захария, который сыграет важную роль в приключениях героини благодаря его необычайной чувствительности и способности открывать двери, наводит на мысль о таинственном коте Живоглоте, помеси кота и жмыра (низзла)[51], принадлежащего Гермионе Грейнджер. Живоглот имел способность чувствовать самозванцев в разных обличьях и знал, как обойти Драчливый дуб[52]. И уж если говорить о совпадении с волшебными растениями, то в парке замка Мунакр нет недостатка в заколдованных деревьях, которые отказываются быть обрезанными иначе, чем в форме, изначально им предписанной; точно так же в истории Гоудж присутствует образ Запретного леса. Это густой, темный и таинственный сосновый лес, который поднимается по холму к северу от замка, и только лишь взгляд на него вселяет в Марию страх.

Подобно тому как в Хогвартсе домашними делами и приготовлением пищи занимаются тихие и почти невидимые домашние эльфы, в поместье Мунакр похожие задачи выполняются таким же тихим и почти невидимым гномом-домовым, Мармадьюком Скарлетом, описание которого напоминает гномов из ирландского фольклора.

Наконец, девиз семьи Мэриуэзер включает в себя четыре конкретных человеческих достоинства (смелость, чистота, любовь и жизнерадостность). Можно предположить, что уже тогда в голове будущей писательницы зародилась идея различного предназначения четырех факультетов Хогвартса, каждый из которых имеет свои специфические особенности[53].

Уважение к животным — тема, постоянно развиваемая у Гоудж, и Роулинг, похоже, хорошо усвоила урок. Это видно в главе «Забота о волшебных существах», где Хагрид учит школьников кланяться гиппогрифу Клювокрылу.

В «Белой лошадке» мы находим похожий эпизод, где Мария кланяется большому коту Захарии, который очень ценит уважение: «Этот добрый жест, должно быть, понравился ему, потому что он пошел к ней навстречу, свернувши хвост в три спиралевидных витка, ступая по ковру аквамаринового цвета с необычайным достоинством»[54].

Что касается отношений между человеком и животным, то дружба Марии с огромным и загадочным псом Вролфом, существом гораздо большим, чем собака, напоминает о первом общении Гарри с необычайным псом Гримом, который позже оказывается его крестным отцом Сириусом Блэком, принявшим «анимагическую» форму[55].

Конечно, сами по себе все вышеупомянутые сюжетные совпадения встречаются во многих других историях. Но факт, что они также отражены все вместе во вселенной Гарри Поттера, весьма показателен, тем более что Роулинг во всех интервью называла эту книгу своей самой любимой в детстве.

Так или иначе, но абсолютно не вызывает сомнений, что автор «Гарри Поттера» находила чрезвычайно достойным внимания у Гоудж описание в мельчайших подробностях блюд, которые ели ее персонажи. Она повторит этот прием, когда придет очередь рассказать о событиях жизни Гарри[56]. И на самом деле, Гоудж принадлежит к разряду гиперописательных авторов, тщательно вырисовывающих не только место действия, одежду персонажей, но и список блюд, подаваемых за столом. Это настоящий экстаз гастрономических подробностей, начиная с первого ужина, который подают Марии Мэриуэзер в волшебном замке: «Ужин был потрясающим: домашний хрустящий хлеб, луковый суп, кроличье рагу, печеные яблоки на серебряных тарелках, мед. Масло золотого цвета, большой синий графин с теплым кларетом и жареные каштаны, завернутые в салфетку»[57].

Среди других любимых книг автор также упоминает в интервью «Книгу Джунглей» Редьярда Киплинга и фильм, по ней снятый. Конечно, в списке давней любительницы семейства заячьих нельзя пропустить чудесную одиссею Ричарда Адамса «Заячий холм», посвященную этим милым животным. Тетя писательницы сотрудничала с издательством розовой серии Mills & Boon, что тем более способствовало контакту юной Джоан с этим типом литературы.

В других различных интервью она упоминала «Балетки» Ноэля Стрейтфилда, «Я захватываю замок» Доди Смит, «Гримбл» Клемента Фрейда (на обложке этой книги, как ни странно, изображен мальчик с челкой, в круглых очках и школьной форме, и он выглядит как прямой предшественник Гарри Поттера) и «Мышь, которая не знала страха» Пола Гэллико.

Похоже, что эта последняя книга послужила отправной точкой для разработки линии метаморфов[58] в поттерианской вселенной, поскольку в ней рассказывается о приключениях мыши без хвоста. Клаттербамф — существо, созданное фантазией Гэллико, и он описывает его так: «Что-то, чего не существует, пока кто-то не вообразит его. И так как никогда не бывает двух людей, которые могут вообразить одно и то же, не бывает и совершенно одинаковых Клаттербамфов. Все, что вас пугает, плюс что-то еще худшее, думаю, именно так и выглядит Клаттербамф»[59].

Однако существо, придуманное Гэллико, появляется в гораздо более юмористическом контексте, нежели контекст книг Роулинг, к тому же создатель керамической мыши не позаботился вселить в вас тот страх, который является неотъемлемым компонентом успеха устрашающего воздействия Клаттербамфа.

Будучи ребенком, Джоан очень любила Эдит Несбит, и, возможно, не случайно, что в одной из книг этой писательницы, «Феникс и ковер», рассказывается история, которая начинается 5 ноября, и среди главных героев присутствует Феникс. Как известно, Феникс играет важную роль в саге о Гарри Поттере, но тот факт, что на языке оригинала его зовут Фоукс, наводит на мысль, что на Роулинг явно повлияло чтение книг Несбит в детском возрасте. Гай Фоукс (Guy Fawkes) — так на самом деле звали английского заговорщика, который 5 ноября 1605 года должен был убить короля Якова I и членов парламента, а для этого поджечь и взорвать бочки с порохом. Этот неудавшийся заговор окрестили позже Пороховым. С тех пор в Соединенном Королевстве в память об этом заговоре в ночь с 4 на 5 ноября принято отмечать Ночь Гая Фоукса. Участники шествия несут чучело, которое символизирует заговорщика, а потом сжигают его на костре. В вышеупомянутом романе Несбит три главных героя также пытаются участвовать в празднованиях 5 ноября, но, к сожалению, они поджигают ковер в своей комнате, который потом заменяют другим, где и будет запрятано яйцо мифологической птицы.

Еще одно детское классическое произведение фантастической литературы, упомянутое писательницей, это «Хроники Нарнии» К. С. Льюиса, о которых она высказывает весьма противоречивые оценки. В 1998 году Роулинг заявила прессе: «Даже сейчас, если бы я оказалась в комнате наедине с одной из книг „Нарнии“, я бы схватила ее мигом и прочла бы еще раз»[60]. Но в 2005 году она призналась, что ее раздражает сентиментальность Льюиса: «Наступает момент, когда для Сьюзен, старшей сестры, Нарния потеряна, потому что она начала интересоваться помадой. По сути, она стала нерелигиозной, потому как открыла для себя секс. У меня большая проблема с этим»[61].

Возможно, противоречие разъяснилось бы благодаря третьему заявлению, хронологически оказавшемуся в промежутке между двумя только что упомянутыми. На сей раз автор вспоминает о влиянии хроник Клайва Льюиса на генезис перехода Гарри из одного мира в другой: «Я обнаружила, что думаю о пути в Нарнию через платяной шкаф, когда Гарри приказывают пройти сквозь стену на вокзале Кингс-Кросс: [он] растворяется в воздухе, и Гарри оказывается на платформе 9 ¾ и садится на поезд до Хогвартса. Нарния — это буквально другой мир, а в книгах про Гарри вы попадаете в мир внутри мира, который вы можете увидеть, если решаете, что к нему принадлежите […]. Обычно в книгах Нарнии не так много юмора, хотя я любила их, когда была ребенком. Я была настолько взволнована историей, что не чувствовала, что К. С. Льюис был довольно склонен к проповеди»[62].

Возможно, в 1998 году Джоан говорила о своих детских впечатлениях, а позже перечитала хроники «взрослыми глазами» и отметила некоторые особенности, на которые раньше даже не обратила бы внимания.

На веб-сайте передачи «Шоу Опры» Роулинг позже заявила, что ее любимая книга — «Эмма» Джейн Остин, три карманных экземпляра которой она зачитала до дыр, а еще среди ее любимых — «Шери» французской писательницы Колетт, «Искатели сокровищ» Э. Несбит и совсем недавно опубликованная книга «Скеллиг» Дэвида Алмонда.

Также она назвала Родди Дойла[63] своим самым любимым писателем из ныне живущих и призналась, что все еще читает его при любом удобном случае и где угодно, даже когда сушит волосы или принимает ванну[64], если только есть возможность свободной рукой перелистывать страницы.

В 2006 году в статье, написанной для журнала Королевского литературного общества, она предложила свой личный список базовой литературы, с которым дети должны ознакомиться, прежде чем прочитать про приключения ее волшебника. Список, впоследствии опубликованный газетой The Herald, включает в себя «Грозовой перевал» Эмили Бронте, «Робинзона Крузо» Даниэля Дефо, «Дэвида Копперфильда» Чарльза Диккенса, «Поправка 22» Джозефа Хеллера, «Убить пересмешника» Харпер Ли, «Скотный двор» Джорджа Оруэлла, «Повесть о двух плохих мышах» Беатрикс Поттер, «Над пропастью во ржи» Дж. Д. Сэлинджера, «Гамлет» Уильяма Шекспира и «Чарли и Шоколадная фабрика» Роальда Даля.

И если, как мы видели выше, вкус к описанию застолий в Хогвартсе был позаимствован из «Белой лошадки», история Даля, похоже, дала Роулинг некоторые четкие ориентиры для описания вкусных прелестей кондитерской «Сладкое королевство», где особая сладость каждого десерта сочетается с его своеобразной игривостью. Чтобы утвердиться в совпадениях, достаточно сравнить, например, следующие отрывки, взятые соответственно из «Узника Азкабана» и «Шоколадной фабрики»:

«Блоки сливочной нуги, блестящие розовые квадраты, покрытые кокосовой глазурью, ириски медового цвета […], взрывающаяся Супер-Жвачка Друбблс, наполнившая комнату воздушными шариками фиалкового цвета, которые отказывались лопаться в течение нескольких дней, любопытные Мятные Нитки для чистки зубов, крошечные Перечные Чертики („изрыгайте огонь на ваших друзей!“), мороженое в виде мышей („чтобы ваши зубы скрипели!“), Мятные Жабы („прыгают в живот, будто они настоящие!“), хрупкие сахарные перья из сладкой ваты и карамельные бомбы»[65].

«Вилли Вонка может делать салфетки со вкусом фиалки, сочные карамельки, которые меняют цвет каждые десять секунд, пока вы их едите, конфеты, легкие как перышки, которые плавно тают во рту. Он знает, как сделать жевательную резинку, которая никогда не теряет вкуса, и сахарные шарики, которые могут раздуваться до чудовищных размеров, пока вы не проколете их иголкой и не съедите одним махом. Кроме того, […] он умеет изготавливать красивые синие яйца с черными крапинками, которые, когда вы кладете их в рот, становятся все меньше и меньше, пока ничего не остается, кроме маленькой птички из розового сахара, сидящей на кончике вашего языка»[66].

Похоже, Роальд Даль повлиял на писательницу и другими своими образами, которые она сознательно или бессознательно заимствует — толстый, испорченный и отвратительный Август Глуп и обожающая его мать кажутся идеальными предшественниками Дадли и Петунии Дурсли. Или тот факт, что один из детей, приехавших на фабрику, раздувается до безумных размеров, принимая облик гигантской черники, точно так же как тетя Мардж Дурсли в итоге раздувается и взлетает, как воздушный шар. Кроме того, от известного писателя она заимствует и вкус к абсурдным животным, которые живут в стране Умпа-Лумпа. Многороги, сарконогие и разинутороты вызывают в памяти читателей «Гарри Поттера» причудливых фантастических животных, таких как морщерогий кизляк, мозгошмыги и нарглы, упомянутые Полумной и Ксенофилиусом Лавгудами.

К тому же на Шоколадной фабрике герои сталкиваются с ликерами, которые называются горькоскотч[67] и горькоджин, и точно так же оригинальное название сливочного пива в «Сладком королевстве» не более чем горькопиво, из чего нетрудно понять, какой глубокий след этот классик детской литературы оставил в сознании Джоан Роулинг, когда она была ребенком.

Наконец, нам известно, что Роулинг также читала книгу Даля «Джеймс и гигантский персик», которую назвала гениальной[68]. Поразительное сходство наблюдается между двумя тетушками двух главных героев (у Даля его зовут Джеймс Генри Троттер) и семейной парой Дурсли, и хотя тетя Губка низкая и толстая, а тетя Стекко высокая и неуклюжая, обе они ведут себя с племянником как мучительницы. Кроме того, в книге упоминается уникальный глагол, который в истории Гарри Поттера будет играть центральную роль, и можно предположить, что именно у Даля писательница познакомилась с ним.

Когда маленький Джеймс обнаруживает, что «путешествует» в животе рыбы с группой говорящих животных, в определенный момент происходит следующий диалог: «In my opinion, — the Earthworm said, — the really marvellous thing is to have no legs at all and to be able to walk just the same». «You call that walking! — cried the Centipede. — You’re a slitherer, that’s all you are! You just slither along!»[69]. («По моему мнению, — сказал Земляной Червяк, — это действительно изумительно не иметь ног вообще и ходить всем телом». — «Ты называешь это ходьбой! — воскликнула Сороконожка. — Ты — ползопуз, вот что ты на самом деле! Ты просто ползешь и все!»)

Как видно из оригинальной английской версии, глагол to slither сначала в виде имени действующего лица, а затем в качестве настоящей формы глагола, которая напоминает характерное движение змей (а также некоторых червей, как в данном случае), обозначает продвижение ползком на боку. В оригинальной версии «Гарри Поттера» название Дома Слизерин (Slytherin) напоминает деепричастную форму этого глагола — «скользя». Вполне возможно, это совпадение, хотя может быть и импринтингом из далекого детства, бессознательно спрятанным в памяти Роулинг…

Однако касательно Роальда Даля Роулинг поспешила открыто заявить о существенных различиях в их писательских установках: «По моему мнению, Даль — мастер в том, что он сделал, но мои книги, как мне видится, преследуют более моральные цели, чем его. К тому же его персонажи чрезмерно комичны, тогда как мои — существенно объемнее»[70].

Есть еще одна фантастическая книга, на которую косвенно указала Роулинг и которая могла подсознательно повлиять на описание шрама Гарри, — это «Волшебник страны Оз» Фрэнка Л. Баума. По мнению писательницы, в этой книге рассказывается о колдовстве не меньше, чем в саге о Гарри Поттере, но которая, несмотря на это, не подвергалась критике. Там добрая волшебница Севера целует в лоб главную героиню истории Дороти, и у нее остается круглая и блестящая отметина — знак этот будет служить ей защитой. Здесь та же идея внешней приметы, являющейся доказательством того, что ребенка коснулась магия. Точно так же это происходит с Гарри: его шрам-молния появляется, когда воландемортовское смертоносное заклятие ударяет в него.

Кроме того, путешествуя в сказочной стране Оз, Дороти и ее друзья встречаются с заколдованным деревом, которое выглядит как явный предшественник Драчливого дуба, ведь оно хватает людей своими ветвями и бросает их на землю, не давая им пройти дальше: «Все следующее утро они бодро продвигались вперед, пока не достигли густого-густого леса; обойти его было невозможно, — казалось, что он простирается далеко-далеко во все стороны, куда ни глянь, а четверым друзьям не хотелось менять направление, потому как они боялись заблудиться. Тогда они начали искать место, откуда было бы легче войти в лес. Страшила, который шел первым, в конце концов обнаружил большое дерево с ветвями, настолько длинными, что под ними было достаточно места для прохода; но едва он приблизился, как ветви сразу же обвились вокруг него, а через мгновение подняли и швырнули его в сторону его друзей»[71].

Но прежде чем маленькая Джоан смогла насладиться всеми упомянутыми выше книгами и извлечь из них выводы спустя десятилетия, ей, разумеется, надо было научиться читать.

Итак, однажды утром в сентябре мы видим Энн, сопровождающую свою старшую дочь в начальную школу Святого Михаила, расположенную на Хай-стрит, что в пяти минутах ходьбы от дома. Роулинг вспоминает[72], что, когда мать пришла забирать ее на обед, она подумала, будто со школой все решено раз и навсегда и ей никогда больше не придется туда возвращаться. Осознание того, что ты вынуждена будешь делать это каждый день, однако, оказалось не настолько уж травмирующим, поскольку на своем сайте она признается: «Мне нравилось ходить в школу в Уинтербурне, там была очень спокойная обстановка. Я помню многочасовые занятия по керамике, рисованию и сочинению историй, это были мероприятия, которые меня устраивали». В то время директором школы Святого Михаила был Альфред Данн, и его профессия вместе с инициалами позже не раз служила основанием для предположения, будто бы он стал прообразом фигуры Альбуса Дамблдора. Тем не менее прямого подтверждения этого факта от самой Роулинг не поступало. Она утверждала, что присвоила директору Хогвартса такую фамилию, потому что «дамблдор» — древнее название шмеля, и она сразу представляла этого персонажа как «доброжелательного мага, никогда не сидящего на месте, склонного бормотать себе под нос»[73]. Слово было ухвачено ею при чтении романа Томаса Харди «Мэр Кастербриджа»[74]. Но, очевидно, английский классик особенно любил это слово, поскольку шмель в старинном написании появляется рядом с танцующим пауком и мотыльком в его стихотворении «Августовская полночь»[75].

Уинтербурнская идиллия в школе Святого Михаила продлится совсем немного лет, потому как чете Роулинг, по-прежнему преследующей свои мечты о жизни в сельской глуши, предстоит новый переезд туда, где жизнь, к сожалению, преподнесет первые горестные переживания маленькой Джоан.

Глава 4

Северус Снегг и бирюзовый автомобиль

Джоан девять лет, и ее родители решают переехать в Татсхилл, деревню в Уэльсе неподалеку от города Чепстоу, которая в конечном итоге будет увековечена в «Гарри Поттере» благодаря команде по квиддичу «Татсхилл Торнадос». Роулинги поселились в Чёрч-коттедже, каменном сооружении XIX века, спроектированном архитектором Генри Вудиером. Первоначально здесь находилась местная школа, рассчитанная на сотню учеников и открытая при королеве Виктории после издания Указа об образовании 1880 года, в соответствии с которым бесплатное государственное образование детей до десяти лет было признано обязательным.

Дом расположен рядом с каналом Оффа на реке Уай, где Джоан долгими часами исследует с друзьями местные скалы. Кроме того, он стоит возле церкви Святого Луки и кладбища: правда, эта последняя деталь никогда особенно не беспокоила семью Роулинг. Действительно, писательница однажды призналась, что ей нравятся кладбища, потому что они являются неисчерпаемым источником имен и фамилий.

Возможно, готическая архитектура здания с ее характерными сводчатыми потолками нашла отражение в некоторых деталях внутренней обстановки Хогвартса. Но по крайней мере две особенности дома с большой степенью вероятности были использованы в поттерианской саге: прежде всего, это чулан под лестницей, в точности напоминающий тот, где Дурсли заставляют Гарри спать до одиннадцати лет и где он получает свое первое пригласительное письмо из Хогвартса. А также люк в столовой, который открывается в столовую под полом этажом ниже и который, возможно, вдохновил автора на образ входа в подземелья Хогвартса, где профессора-волшебники скрывают от Волан-де-Морта философский камень.

Джоан вспоминает, как проводила много времени в своей комнате наверху. Ее окно расположено в дальнем правом углу фасада, из него юная девочка-подросток имеет обыкновение бросать окурки сигарет. Курит она втайне от отца, а потом говорит, что это посетители близлежащего паба бросают их в сад через забор.

Помимо переживаний от переезда в Татсхилл Джоан все еще тоскует по любимой бабушке по отцовской линии, скончавшейся от инфаркта чуть менее двух лет назад. Это первый большой траур в ее жизни, и она не отрицает, что чувство утраты влияет на настрой начала новой главы ее жизни. Но уход бабушки Кэтлин лишь первое звено в цепочке многих похорон, которые коснутся девочек Роулинг в подростковом возрасте, поскольку среди родственников Питера и Энн довольно много старых людей. К примеру, через три года после их переезда умрет дедушка Стэнли, дедушка Джоан по материнской линии, а через три года после него — ее дед по отцовской линии Эрни. Эти повторяющиеся столкновения подростка со смертью в сочетании с грядущей трагедией раннего ухода из жизни ее матери, о которой мы вскоре расскажем, сделают мимолетность существования одной из основных тем размышления Джоан, а во взрослом возрасте эта тема будет постоянно прорываться к читателю со страниц ее книг.

Даже новая школа, которую Роулинг не колеблясь определила как школу из диккенсовских романов, явно не придает ее новой жизни ярких красок, потому что среди учителей Английской начальной школы Татхилл-Чёрч есть некая Сильвия Морган, преподавательница старой закалки; она пользуется ужасными методами обучения, такими как распределение мест в классе на основе результатов теста, проведенного в первый день занятий. Следуя этой своей установившейся практике, Морган немедленно подвергает класс Джоан заданию на дроби, которым в старой школе девочку еще не обучали. Таким образом, она набирает всего пол-очка и оказывается на соответствующей правой скамье, предназначенной, по сугубо личной ментальной схеме Морган, для глупых учеников. В течение года Джоан шаг за шагом сможет завоевать место, отведенное для блестящих учеников, но какой ценой? Произойдет это за счет солидарности с подругами, и ее возросшая непопулярность снова представит ей опыт, который она подарит персонажу Гермионы, объясняя ее изоляцию как отчуждение «ботаника» в классе.

Говоря о Морган, Роулинг признается: «Есть несколько человек, которые послужили прототипами для характера Снегга — а та учительница, разумеется, одна из них. Она действительно нагоняла на меня страх…»[76]

Муж ужасной преподавательницы, Джон, который был назначен директором школы через год после появления Джоан, к счастью, оказался профессором из другого теста. Однако этого будет недостаточно, чтобы стереть общее неприятное впечатление, которое школа произвела на писательницу.

Похоже, единственная примечательная памятная зарубка, помимо эпизода с дробями, это воспоминание о своей парте, за которой сидишь целый день и глядишь на доску. Самое интересное в тот период, о чем Роулинг рассказывает на своем сайте, это придуманный ею способ, которым можно было долго расковыривать дыру в стуле с помощью циркуля, продолжая достойное дело, начатое учеником, ранее на нем сидевшим.

По поводу списка литературы Джоан вспоминает, что открыла для себя в то время книги о Джеймсе Бонде. Начав с «Шаровой молнии» (Thunderball), она была совершенно очарована коктейлем «Кровавая Мэри», поглощаемым в избытке персонажами Яна Флеминга.

Помимо нового дома и новой школы, окружающий пейзаж Татсхилла также оставил свой след в поттерианской саге. В городе доминирующим зданием является замок Чепстоу, который стоит на стратегически важном холме и представляет собой старейшее каменное фортификационное сооружение в Великобритании. Роулинг уверяет, что этот факт может многое разъяснить, все же уточняя, что она никогда в реальной жизни не видела замка, который бы в точности напоминал явившийся ей в воображении Хогвартс. Кстати, среди возможных прототипов следует учесть, по крайней мере, второго претендента — замок Дуарт на острове Малл в Шотландии. Эту информацию можно почерпнуть из книги «В поисках Гарри Поттера»[77], а ее источником, пожалуй, является пресс-релиз телеканала ITV касательно документального фильма «Дж. К. Роулинг. Год жизни», в котором данный топоним упоминается наряду с другими, более известными, такими как лес Дин[78] и вокзал Кингс-Кросс. Хотя в самом документальном фильме никакой речи об этом прототипе не идет, и остается предположить, что информация про замок оказалась вырезана при монтаже. Если все же рассуждать о влиянии реальных топонимов, упомянутых непосредственно Роулинг, то, возможно, не случайно Хогвартс стоит на крутом берегу озера, что описано в «Философском камне», когда студенты-первокурсники приближаются к Хогвартсу: «Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд».

В замке Чепстоу, строительство которого началось всего лишь через год после того, как Вильгельм Завоеватель захватил трон Англии, также есть крыло с видом на реку Уай. И это не единственная особенность, выглядящая позаимствованной писательницей: даже Большой зал Хогвартса, кажется, смоделирован подобно залу в вышеупомянутом норманнском замке. Зал представляет собой сердцевину здания, вокруг которой впоследствии постройка разрослась, это было место, где могущественные владыки собирались, дабы планировать пункты военной стратегии. В западном крыле была платформа, и возможно, опять же не случайно, что аналогичным образом профессорский стол Хогвартса стоит на возвышении[79].

На противоположной стороне зала расположены три двери, ведущие на кухню и в кладовые, откуда прислуга доставляла гостям еду и напитки. С левой стороны самая большая дверь вела в комнаты графа Уильяма Фитца Осберна, верного сторонника Вильгельма Завоевателя, который отдал приказ строить это поместье в 1067 году. Сегодня руины Большого зала находятся под открытым небом, и на ум приходит естественная догадка, что, вероятно, третья и известная особенность Хогвартса также была связана с этим наследием прошлого. Конечно же, я имею в виду волшебный потолок: «Гарри посмотрел вверх и увидел над собой бархатный черный потолок, усыпанный звездами.

— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала опять оказавшаяся рядом Гермиона. — Я вычитала это в „Истории Хогвартса“.

Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок. Гарри казалось, что Большой зал находится под открытым небом».

Любопытства ради обращаю внимание на то, что писательница Джейн Йолен обвинила Роулинг, будто в саге о Гарри Поттере она использует различные элементы ее предыдущего романа и что среди совпадений (в действительности же очень расплывчатых) в нем тоже можно найти волшебный потолок. Но мы рассмотрим эти предполагаемые параллели более подробно в главе 13.

В окрестностях Татсхилла есть еще одна особенность. Это конечно же древний лес Дин, первый национальный лесопарк площадью 110 квадратных километров, зарегистрированный в этом статусе в 1938 году. В нем, среди прочего, отмечен самый большой дубовый массив в Соединенном Королевстве. Расположенный между реками Уай, Лидон и Северн, лес представляет собой особый мир, создающий впечатление, что он действительно магический и в нем обитают сказочные существа. Помимо того что это место для игр в свободное время, лесные просторы также использует местная женская группа скаутов «Божьи коровки из Татсхилла», в которую Энн и Питер не преминули в свое время зачислить дочерей.

В статье, посвященной анализу творчества Дж. К. Роулинг[80], доктор Энн Лофтус Макгриви из Салемского государственного колледжа замечает, что существует многочисленная литература, где доказывается тот факт, что интенсивный контакт с природой в возрасте от 6 до 12 лет помогает формированию личности ребенка, а в зрелом возрасте становится источником творческой энергии. В связи с этим Макгриви приводит исследования педагога Дэвида Собела (Children Special Places, 1993) и психолога-эколога Эдит Кобб. Нет никакого сомнения, что на мечтательную душу Джоан лес Дин, этот остров природы, над которым не властно время, оказал большое влияние, и она уже тогда могла придумывать истории о лошадях и фантазировать о летающих экипажах (которые позже, по ее собственному признанию[81], появятся в «Кубке огня»). Отражение впечатлений от этого леса встречается в поттерианской саге либо косвенно, через изображение Запретного Леса, в глубине которого скрываются фантастические и тайные существа, либо когда лес Дин непосредственно появляется в эпизоде побега Гарри, Рона и Гермионы в седьмом романе. Кроме всего, эти естественные лесные массивы запечатлены в первой части фильма «Гарри Поттер и Дары Смерти». Съемки сделаны с панорамной перспективы со скалы Симондс-Ят, на высоте 120 метров над рекой Уай.

В 1976 году Джоан переходит из начальной школы Татсхилла в Уэйданскую общеобразовательную среднюю школу, на чьем сайте сегодня с гордостью сообщается об обучении в стенах школы прославленной ученицы. А вот писательница, со своей стороны, до сих пор вспоминает — с гораздо меньшим восторгом — ужасную желто-коричневую школьную форму, которую она вынуждена была носить. В Уэйдане, расположенном неподалеку от городка Садбери, Джоан проведет семь лет, что в точности соответствует периоду магического обучения в Хогвартсе, а в последний год она станет старостой класса.

Через два года после поступления девочки в школу ее мать найдет работу техника в лаборатории департамента науки. В это же время Джоан, единственный член семьи, кто регулярно посещает местную церковь Святого Луки, принимает крещение. Родители воспитывают ее формально в протестантской вере, но семья не была религиозной: отец — человек неверующий, а мать ходит в церковь изредка, и в основном на Рождество. Вместе с Дианой, которая полностью разделяет отцовские убеждения в вопросах религии, будущая писательница в те годы начинает зарабатывать немного пенсов на карманные расходы как раз уборкой этой самой церкви. Она до сих пор вспоминает, что зимой там царил смертельный холод. Здесь также ведется реестр прихожан, в который Джоан и ее сестра весело заносят все новые и новые фамилии.

Некоторые из придуманных фамилий, которые появляются в пресловутом реестре, в конечном итоге будут зафиксированы и использованы в романах о Гарри Поттере.

В возрасте двенадцати лет Джоан открывает для себя еще одно базовое произведение своего литературного списка — роман «Гордость и предубеждение». Он сделает Джейн Остин увлечением ее жизни и позже побудит назвать скучную кошку завхоза Аргуса Филча «миссис Норрис» — именно такую фамилию носил крайне неприятный женский персонаж из романа Остин «Мэнсфилд-Парк».

Вместо трепета влюбленных сердец на бумаге наступает время испытать биение настоящего сердца — как раз в этом возрасте, на дискотеке, у Джоан случается первый поцелуй с мальчиком намного старше ее.

В тот же период ее мать, которая уже несколько лет ощущает некоторые проблемы с равновесием, начинает чувствовать странную слабость в правой руке, что мешает ей делать даже обычные движения, например приподнять заварочный чайник. Поначалу это недомогание появляется и исчезает, и Энн связывает его с какой-либо ревматической болью или больным нервом. Но через два года симптомы усиливаются: в момент приступа у нее возникает ощущение, что конечности и правая грудь начинены булавками либо полностью «отключаются».

Посоветовавшись с врачом, миссис Роулинг проходит некоторые клинические обследования. Старшая дочь вспоминает, что когда семья пришла навестить маму в первый вечер, то обнаружила, что она помогает медсестрам раздавать подносы с едой другим пациентам — эпизод, свидетельствующий о практическом характере Энн. Но хотя внешние проявления болезни были не столь значительными, результаты лабораторных исследований окажутся чрезвычайно серьезными: в спинном мозге не хватает определенного белка. И хотя никто не удосужился тогда объяснить пациентке истинное значение того, что с ней происходит, уже через год последствия диагноза ворвутся в ее жизнь во всем их драматизме. Потребуется снова обратиться к врачу, потому что симптомы все активнее проявляются во всем теле. Врач какое-то время уклончиво отвечал на вопросы, но потом наконец-то был вынужден признать, что это рассеянный склероз. Об этом системном заболевании в то время было известно очень мало, за исключением того, что оно неизлечимо; еще знали, что нарушается связь между мозгом и мышцами. Тогда, как и сейчас, наибольшее число случаев рассеянного склероза регистрируется в Шотландии, удерживающей и поныне печальное лидерство по этому заболеванию в мире.

Джоан вспоминает, что она и ее сестра приняли решение вести себя отныне «как два ангела»[82] и лишь иногда немного отходили от своих добрых намерений, как обычно бывает в этом возрасте.

Энн, со своей стороны, решила игнорировать проблему, продолжая дома и на работе делать все как раньше. Охваченная естественным желанием понять, что с ней происходит и что ждет ее в будущем, она начнет «пожирать» любые публикации на эту тему, которые только попадают ей в руки. В начале заболевание прогрессирует довольно медленно, и даже если иногда возникают периоды заметной потери координации и равновесия, за ними следуют периоды ремиссии. Энн также охотно соблюдает рекомендации врачей, которые советуют ей безмолочную диету, и в течение некоторого времени даже пользуется услугами физиотерапевта. Однако вскоре после того, как она отказывается от физиотерапевта, наступают плохие времена: болезнь становится очень агрессивной, что приводит к разрушению ее здоровья и качества жизни.

В тринадцать лет с Джоан случаются два важных для формирования ее личности события. Прежде всего, она в первый раз «покидает дом», ненадолго уехав во французский город Лилль по школьной программе обмена студентами, где, однако, скучает до смерти. И второе событие — она впервые смотрит спектакли по пьесам Шекспира «Король Лир» и «Зимняя сказка» в Стратфорде-на-Эйвоне, родном городе их автора. Именно из второй пьесы Шекспира ей полюбится имя Гермиона.

В возрасте четырнадцати лет будущая писательница узнает о «Ярмарке тщеславия» Уильяма Теккерея и еще об одной книге, которую дарит ей тетя Мэриэнн. Книга произведет на Джоан сильное впечатление и покажет ей модель истории, которая позже вдохновит ее. Речь идет об автобиографии Джессики Митфорд «Отличница и мятежница». Митфорд родилась за пару месяцев до Октябрьской революции в аристократической британской семье и была английской политической активисткой, прожив весьма авантюрную жизнь. Она придерживалась коммунистических взглядов, несмотря на свое аристократическое происхождение, тогда как две ее сестры разделяли идеологию национал-социализма. В возрасте 19 лет Джессика бежит в Испанию, чтобы выйти замуж за своего троюродного брата, репортера на гражданской войне, которая тогда в самом разгаре. От него она рожает двух дочерей, первая дочка умирает годовалой. После гибели мужа в воздушном бою во время Второй мировой войны она вышла замуж второй раз — за американского юриста, родила от него двоих сыновей, одного из которых тоже преждевременно потеряла[83].

Еще одно произведение, с которым Джоан знакомится в те годы и которое могло бы пролить свет на особые отношения между Гарри Поттером и его совой Хедвигой (в оригинале Hedwig, в русском переводе встречается Хедвига, но чаще — Букля. — Прим. ред.). Это книга писателя Барри Хайнса[84] и снятый по ней фильм «Кес». Сама же книга носит название «Пустельга[85] для отрока» (A Kestrel for a Knave). Фильм вышел на экраны в конце 1960-х и занимает седьмое место в рейтинге пятидесяти фильмов Британского института кинематографии, которые следует посмотреть детям до 14 лет. Это трагическая история о Билли, мальчике из бедной семьи, которого преследуют в школе его одноклассники, а дома — сводный брат. Билли находит временное утешение, приручив украденную из гнезда пустельгу, пока сводный брат не убивает его питомца в отместку за своеволие.

Здесь же, в Уайдане, в возрасте семнадцати лет писательница встречает Шона Харриса, который станет ее другом на всю жизнь. У этих двух подростков есть много общего, особенно же то, что они оба не отсюда родом. Отец Шона военнослужащий, и они прежде жили на Кипре, поэтому у него нет местного акцента, что сильно отличает его от остальных учеников школы. Впоследствии некоторые черты Шона получит Рон Уизли, за исключением арахнофобии — эту деталь Джоан выдумала. Некоторые автографические пояснения в первом издании «Кубка огня», которое автор подарила своему отцу[86], наоборот, указывают, что имя персонажа было смоделировано на основе имени друга семьи, мистера (Рональда) Ридли, которому в том числе, как и ее отцу, посвящен четвертый роман.

Роулинг описывает Шона как самого привлекательного парня в школе. Он носил прическу типа Spandau Ballet[87], обожал Элвиса Пресли и умел рассмешить ее до колик. Шон также был первым из друзей Джоан, который сдал экзамен по вождению. Сама же она, напротив, экзамен по вождению провалит; и с тех пор Джоан больше не стремилась получить права, потому что, возможно, всегда боялась автомобилей, о чем она и сообщила в интервью журналу Tatler[88].

В то время Шон был счастливым обладателем бирюзового форда «Англия» 1961 года, который впоследствии будет превращен Джоан в летательный аппарат Артура Уизли. Как и в «Тайной комнате» (посвященной Шону, между прочим), Гарри и Рон полетят в Хогвартс, преодолев магическое ограничение, наложенное Добби на шлагбаум у платформы 9 ¾, так и в реальной жизни эта машина станет для Джоан и ее друга транспортным средством для побега из деревни, которая для двух подростков стала слишком тесной. Роулинг подчеркивает значимость этой конкретной ситуации, объясняя:

«Когда вы живете в сельской местности, ваши права — это все. И именно поэтому не могло быть никакого обычного автомобиля, чтобы спасти Гарри и Рона и отвезти их в Хогвартс… Эта машина спасает Гарри так же, как я спасала себя от скуки»[89].

Кроме того, следует иметь в виду, что в те годы не существовало игровых приставок (первые видеоигры находятся еще буквально в зачаточном состоянии), нет Интернета и сотовых телефонов (прототипы только исследуются). Таким образом, средства связи ограничены, мест для общения и развлечений немного: есть пабы, где можно поболтать и выпить, а также места для того, чтобы послушать живую музыку и потанцевать. И на самом деле Джоан иногда заскакивает в довольно пафосное место Chepstow Drill Hole, куда стоит ходить в основном на рок-концерты великих групп. Именно на одном из таких open air мероприятий Джоан в подростковом возрасте усвоит два незабываемых урока: следует избегать близкого общения с басистами и не давать себе прокалывать уши проворным хиппи, которые выставляются знающими экспертами, а на самом деле занесут вам опасные инфекции.

Маршруты Джоан и Шона не всегда обычны: иногда друзья ездят к мосту Северн, печально известному как место для самоубийств, и просто часами сидят в машине, выпивая и обсуждая смысл жизни. Фактически уже в этом возрасте Роулинг выработала свое собственное понимание важных вопросов бытия, таких как общественная мораль, личная ответственность и, как мы уже видели, мимолетность существования.

Возможно, она более зрелая девочка по сравнению с другими в ее возрасте, даже если по своей природе она по-прежнему излишне импульсивна (одним из таких внезапных импульсов, как мы увидим позже, будет переезд в Португалию). К меланхоличному в основе темпераменту Джоан добавляется в это же время — согласно ее собственному признанию[90] — некая форма обсессивно-компульсивного расстройства. Это синдром, характеризующийся повторением неприятных мыслей, способных породить у субъекта беспокойство, которое он пытается сдержать повторением определенных ритуалов и компульсивным, то есть самопринудительным, поведением. Для Джоан все это означает постоянную проверку и перепроверку всего и вся, вновь и вновь.

Школа Уайдана, со своей стороны, непроизвольно предоставляет материал для саги о Гарри Поттере: если нрав и повадки преподавательницы Морган из Татсхилла подтолкнули к созданию характера Северуса Снегга, то в Садбери некоторые штрихи к персонажу добавляет Джон Неттельшип, профессор химии (предмета, который Джоан ненавидит). Даже когда Роулинг прославилась, учитель так и не замечал связи между собой и преподавателем зельеварения, пока журналистка не постучалась в его дверь для интервью. В 2009 году, вспоминая обстоятельства того времени, Неттельшип признался: «Я был в ужасе, когда узнал это, я понимал, что я строгий учитель, но я понятия не имел, что я так ужасен»[91].

И на самом деле, если следующее утверждение, сделанное Роулинг десять лет назад по поводу Северуса, намекало на него, то тут нечему радоваться: «Северус Снегг — очень садистский учитель, практически списанный с моего преподавателя. […] Дети прекрасно понимают, что […] учителя иногда злоупотребляют своей властью, и этот учитель действительно ею злоупотреблял, а вовсе не был приятным человеком»[92].

Неттельшип, умерший в марте 2010-го, в последние годы своей жизни, кстати, написал и опубликовал брошюру под названием «Чепстоу Гарри Поттера» (к сожалению, ныне ее найти невозможно). В этой брошюре он рассказал о географических и социальных особенностях города, которые, по его мнению, повлияли на сагу о Гарри Поттере, и даже решился провести несколько конференций на эту тему среди местного населения.

Но среди преподавателей уайданской школы были также и те, кто положительно повлиял на будущую писательницу. Например, мисс Люси Шепард, учительница английского языка и женщина прогрессивных взглядов; она умна, увлечена своим предметом, и именно благодаря этим качествам ученики восхищаются ею. Но она также отличается строгостью и не допускает языковых небрежностей до такой степени, что невольно задаешься вопросом, не является ли эта фигура прототипом преподавательницы по искусству трансфигурации, профессора Минервы Макгонагалл. В конце концов, сама Роулинг признавала, что как Дамблдор и Макгонагалл преподавали Гарри не только магию, но и другие жизненные умения, так и мисс Шепард давала ей уроки не только литературы, но и жизни.

Восхищение этой учительницей будет негасимо жить в сердце писательницы, и когда издательство передаст Джоан письмо, написанное ей мисс Шепард с благодарностью за первый роман, ее удовлетворение превзойдет на тот момент все полученные ею хорошие отзывы. Две женщины снова встретятся лично в 2012 году на мероприятии, организованном по случаю выхода романа Роулинг «Случайная вакансия».

Еще одну грань художественной одаренности юной ученицы в те времена описывает Стив Эдди, другой учитель английского языка Уайдана, который сделал в прессе следующее заявление: «Работа Джоан в классе всегда отличалась большим воображением, и на уроках она всегда была энергичной и восторженной […]. Но когда она упоминала про свои истории, они всегда были об эльфах, пикси[93] или феях. Я постоянно говорил ей, что она уже достигла возраста, чтобы писать о вещах, основанных все же на конкретной и реальной жизни […]. В то время я никак не думал, что она станет автором бестселлера, теперь я говорю своим ученикам, что пример Джоан показывает: у всех всегда есть надежда»[94].

Оглядываясь назад, преподаватель благодарит свою ученицу, что она не приняла его совета, и смущен за него. В статье, в которой прозвучал вышеупомянутый отзыв, также высказано предположение, что кентавр Флоренц, возможно, появился под влиянием этого учителя. На самом деле в Интернете Стив Эдди представлен как автор книг по литературному чтению и английскому языку, но также и как автор руководства по астрологии. Очевидно, что это был его внеклассный интерес, и таким образом существует логическая связь между этим преподавателем и мифологическим кентавром, поэтому высказанное предположение вполне может быть и достоверным.

Английский язык и литература — любимые предметы Джоан, в школе она ненавидит только занятия по труду в мастерской, потому что ей не хватает умения что-то делать руками. Роулинг до сих пор вспоминает, что смастерила сначала плоскую и бесполезную чайную ложку, которую, однако, ее мать гордо хранила, и рамку для картин, где было больше клея, чем дерева.

Будучи, по ее собственному мнению, довольно неуклюжей (однажды она даже сломала руку, играя в баскетбол), Джоан также ненавидела спорт, за исключением плавания и танцев. Поэтому тот факт, что Гарри Поттер — ас полетов и лучший игрок в квиддич, представляет собой очередную месть подростковой реальности со стороны фантазии, и сама писательница признается в этом открыто: «То, что Гарри умеет так хорошо летать — это для меня точно полное исполнение нереализованного желания. Я была очень нескоординированной. […] В какой-то момент я захотела стать балериной, что странно, если оглянуться назад, потому что я была практически сферической формы»[95].

Еще один школьный опыт, кажется, отразился в поттерианской саге: он касается проблемы издевательств, так хорошо представленной антагонистическим трио, которое состоит из Малфоя, Крэбба и Гойла. Автор говорит, что она знала некоторых малфоев в жизни, и один эпизод, который реально произошел в Уайдане, точно может войти в ее личную «историю болезни»: однажды в атриуме школы на Джоан напала банда задирал класса, и ей пришлось яростно сражаться за шкафчик для личных вещей. Она отбивается и пробует по очереди ударить каждого нападавшего, зарабатывая, согласно мерзкому мафиозному кодексу дедовщины, достаточное уважение. Однако пережитый неприятный опыт заставит ее все же с тех пор осмотрительно оглядываться по сторонам на каждом повороте коридора, опасаясь новой засады.

Биограф писательницы Кирк также сообщает, что в школе был один тщедушный ученик, который постоянно подвергался нападкам, и она полагает, что этот мальчик мог послужить прототипом для Невилла Долгопупса — застенчивого и уязвимого персонажа.

Позже Джоан станет выглядеть жестче — полюбит носить джинсовые куртки, перейдет на контактные линзы и забросит очки для «ботанов», к тому же теперь она наконец-то может подвести глаза тушью, чтобы подчеркнуть их красоту. Это позволит ей жить спокойнее и не опасаться физического «наезда», боязнь которого по разным причинам есть у всех, кто носит очки.

Внешние перемены, вероятно, могут ввести в заблуждение ее сверстников, однако внутри самоощущение ее не изменяется, и Джоан, как и многие подростки, продолжает чувствовать себя неуверенной, несамодостаточной, многого боится и жестока к себе до самоотвращения.

Глава 5

Университет, ГАВНЭ и Живоглот

В возрасте восемнадцати лет Джоан покинула родительский дом, уехав учиться в Университет Эксетера, который находится в одноименном городе графства Девон, что в нескольких часах езды от Татсхилла.

На самом деле первым ее выбором был Оксфорд, но заявка была отклонена, несмотря на отличные оценки, полученные на вступительном экзамене: «A» (т. е. высшая оценка) в тестах по английскому и французскому языкам, и «B» по немецкому. Как ни парадоксально, вместо Джоан была принята ее сверстница, которая получила два «B» и одно «A», но окончила частную школу. Такая дискриминация представляется семье Роулинг следствием социальной несправедливости и предрассудков.

С одной стороны, Джоан хотела бы посвятить себя писательской деятельности и, следовательно, изучению английской литературы. Но ее родители небогаты и хотят, чтобы образование дало старшей дочери более солидные финансовые перспективы, чем призрачная карьера писательницы. Таким образом, выбор факультета является компромиссом между ее стремлениями и заботой родителей о будущем. Более того, любому британскому гражданину в конце 1970-х — начале 1980-х этот период кажется не таким уж радужным с точки зрения планов на будущее детей. Правительство лейбористов довело страну до грани банкротства, и в 1976 году фунт обесценился столь значительно, что страна вынуждена была обратиться за займом в Международный валютный фонд. Когда в 1979 году пришли к власти консерваторы во главе с Маргарет Тэтчер, они начали отказываться от политики социального вспомоществования своих предшественников и, игнорируя общественный консенсус, стали проводить политику свободного рынка и жесткой приватизации несостоятельных государственных компаний. Профсоюзы остро отреагировали на массовые увольнения, что привело к забастовкам и уличным столкновениям. Тем не менее «санация» Тэтчер не привела к ожидаемому росту ВВП, а вырос только патриотизм, вызванный молниеносной войной за Фолклендские острова в 1982 году. И хотя победа далась ценой значительных человеческих и денежных потерь, она позволила консерваторам повторить предыдущий успех на выборах, однако общественные движения все же не успокоились.

На глобальном уровне на рубеже этих двух десятилетий мир все еще разделен на западный и коммунистический блоки, и никто не мог предположить, что совсем скоро «железный занавес» рухнет буквально в одночасье. На самом деле, к середине 1980-х годов призрак глобальной ядерной войны был еще реален, о чем на политическом уровне свидетельствует поддержка Тэтчер проектов космического щита Рейгана. В области искусства, кино и музыки эта тема тоже актуальна: в 1983 году на экраны выходит телефильм «На следующий день», в котором реалистично показаны последствия ядерной войны между НАТО и СССР[96]. В этом же году картина «Военные игры» погружает зрителя в сердцевину похожей трагедии; вскоре группа Ultravox поднимается в чартах с пронзительной лирической песней «Танцы со слезами на глазах», сопровождаемой таким же постатомным видео, которое рисует последние часы жизни влюбленной пары накануне ядерной катастрофы.

Поэтому неудивительно, что в этой обстановке Энн и Питер чувствуют глубокое смятение и пытаются расставить некоторые точки над i, по крайней мере в тех областях жизни, где они могут иметь право голоса. Таким образом, было решено, что их старшая дочь будет изучать современные языки (французский и немецкий) — выбор, способный предоставить больше возможностей для трудоустройства. Однако после того как Джоан была доставлена в пункт назначения, машина семьи Роулинг еще даже не успела повернуть за угол на обратном пути, как молодая бунтарка в коридорах факультета классической литературы пожертвовала немецким языком.

Выбор, который Энн и Питер сочли бы тогда простой прихотью, как раз очень пригодится, когда Джоан создаст свой бестиарий фантастических животных, многие из которых, как известно, взяты из греческой и латинской мифологической литературы, даже если впоследствии они будут скрещены с животными из британского фольклора или из ее фантазии. Эту гибридизацию она отлично переживет без всякого чувства вины, которую явно, в глазах некоторых пуристов[97], она должна была бы испытывать: «Я позволила себе безумно вольное обращение с фольклором и мифологией, но мне абсолютно не стыдно, потому что британский фольклор и мифология полностью уничтожены. Как известно, мы были захвачены другими народами, мы присвоили себе их божества, мы взяли их мифических существ и объединили их всех вместе, чтобы сформировать то, что я назвала бы самым богатым фольклором в мире, потому как он чрезвычайно разнообразен. Поэтому я не испытываю угрызений совести, что заимствовала из него свободно, добавляя кое-что по собственной инициативе»[98].

Ее интерес к фольклору доказывает тот факт, что в те годы Джоан даже написала эссе для «Пегаса», журнала Департамента классической истории и литературы, основанного в 1964 году. Статья будет опубликована только в 1998-м, сразу после успеха книги «Гарри Поттер и философский камень» — признак того, что на момент написания академическое качество эссе не было превосходным, но литературный престиж, достигнутый впоследствии автором, смог придать ему несомненную документальную ценность. Эссе, озаглавленное «Как все же звали ту нимфу, Или отголоски греческих и римских исследований», было размещено на 25-й странице 41-го номера журнала на трех разворотах. Некоторые экземпляры все еще продаются в Интернете для коллекционеров, вместе с десятым выпуском приложения того же издания, в котором писательницу поздравляют с ее «чудесным детским романом».

Университетская жизнь дает Роулинг возможность соприкоснуться с образами и с опытом, которые могли ей пригодиться в качестве материала для истории о Гарри Поттере. На самом деле, университет имеет не только свою собственную эмблему и свои церемониальные туники (основа из черного шелка со вставками и нашивками разных цветов), но и свои общежития. Первоначально девушка проживала в «Дуриарде» — куда более спартанском общежитии по сравнению с «Пенсильванией», где она обосновалась позже. В новом общежитии есть небольшая библиотека и сад с обширными газонами, идеальными для ленивого отдыха под летним солнцем. Но это еще не все: в кампус «Стритхэм», один из трех университетских городков, где расположено общежитие «Пенсильвания», входят 350 акров парков, лесов и озер (примерно 1,4 кв. км). Все эти детали в сознании читателя «поттерианы» невольно отсылают к аналогичным пейзажам Хогвартса. Некоторые поклонники даже предположили, что пригороды Хогвартса, где находится Тисовая улица, были смоделированы по примеру частного района на подступах к «Пенсильвании».

Университет к тому же расположен в редком районе: Эксетер — это городок, полный пабов XVIII века и даже еще более старых улиц с множеством магазинов и других общественных заведений. Одним из таких мест является «Адмирал Ин», также известный как «Адмирал Вернон». Читатель «поттерианы» заметит созвучие с именем дяди Гарри, и хотя Роулинг сообщала, что это имя, о котором она никогда особенно не заботилась[99], предположить такое неосознанное влияние все же вполне возможно. В остальном совпадения могут быть подсознательными. Так, например, имя Петуния, по собственному признанию автора, позаимствовано из детского мультфильма[100], а название Хогвартс, возможно, происходит от одноименного сорта ландышей, которыми писательница любовалась в лондонском парке Кью Гарденс[101].

Еще одно место в Эксетере, возможно, очаровало ее своим обаянием и помогло в создании Косого переулка — это Ганди-стрит, улица саксонской эпохи. Она сохранила свой средневековый облик и усеяна ресторанами и бутиками, магазинчиками бижутерии и музыки. Помимо всего прочего, от этой улицы ответвляется переулок, соединяющий ее с параллельной улицей и который, возможно, мог послужить прообразом Лютного переулка. Любопытно, что под номером 8, где заканчивается главная улица, находится также бар, который в 1980-х годах назывался «Хранилищем Королевы», а сегодня он известен как просто «Хранилище». Его фасад полностью белого цвета, и вход расположен с угла. Невозможно не заметить эти характерные особенности, совпадающие с банком «Гринготтс», по крайней мере таким он представлен в фильмах о Гарри Поттере. Следует вспомнить, что эти фильмы были одобрены Роулинг, и поэтому если бы кинематографический «Гринготтс» сильно отличался от книжного образа (где, к сожалению, есть лишь его краткое описание как воздушного белоснежного здания с бронзовой дверью), нет сомнений, что писательница указала бы на это режиссеру, как она не преминула сделать в других случаях[102]. К тому же название «Хранилище» имеет отношение к идее бронированной комнаты, которой наверняка оснащен «Гринготтс». Что касается внутреннего убранства волшебного банка, автор всегда заявляла, что описываемые ею интерьеры и обстановка не что иное, как немного преобразованная реальность. В полном согласии с этой концепцией объяснение Роулинг, откуда возникла своеобразная подземная структура «Гринготтса». Она родилась потому, что Джоан позабавила мысль о банке, «в котором так увлекательно, что добраться до своего банковского счета можно, только прокатившись на американских горках, ведь магловские банки — самые скучные места во всей вселенной»[103].

Возможно, что на Роулинг в данном случае косвенно повлиял уже упоминавшийся Роальд Даль: при ближайшем рассмотрении тележки, движущиеся с безумной скоростью в недрах земли, могут считать своим предшественником волшебный лифт, который поднимает в разных направлениях Шоколадной фабрики. Его беспорядочное движение описывается так: «Внезапно лифт пошел по прямой, но, похоже, бешено ускоряясь, и Чарли почувствовал, как ветер засвистел в кабине, когда она поехала прямо… повернулась… встала на дыбы… пошла вниз… пошла вверх… пошла вниз»[104].

Провинциалке, склонной к интровертности, перемена обстановки дается нелегко. Эксетер к тому же считается университетом, где полно снобов и мальчиков с частным образованием, и вполне возможно, что кого-то из этих баловней она описала среди высокомерных студентов Слизерина. Однако Джоан удается создать свой собственный круг общения, некоторые из ее друзей останутся важны для нее даже в зрелые годы — с ними, по ее собственному признанию, она могла проводить много времени, и скорее в кафе, чем в аудитории. Здесь Джоан любит не только выпить и поболтать, но также набрасывать истории (эту привычку она постоянно совершенствовала в течение нескольких лет) или рассказывать их своим собеседникам, которые, как раньше ее сестра Диана, часто становятся главными героями этих историй.

Самым популярным местом для таких встреч становится гостиница Black Horse Inn, построенная в начале XVIII века. Вечером, вместе с избранной компанией, состоящей, однако, только из девушек, Джоан часто ходит в Double Locks, где три раза в неделю звучит живая музыка. Огромная привлекательность места, возможно, усугубляется тем, что добраться туда не так просто, а любое препятствие в этом возрасте притягательно и дает прилив адреналина — маршрут пролегает вдоль канала и кое-где становится очень узким. На обратном пути, если темно и человек к тому же не совсем трезв, всякое может случиться. До принятия закона об алкотестерах несколько раз люди падали в воду, иногда и с фатальными последствиями. К тому же в 1939 году в этом районе были обнаружены два пакета с человеческими ногами… Естественно, умы молодых университетских студенток не могут не поддаться «запретному очарованию» подобного места.

В те же годы Джоан все реже и реже посещает церковь и отходит от религии, проявляя более критическое отношение к ней. Она вновь обретет веру в Бога и в потустороннее, хотя и путем борьбы, уже в зрелом возрасте. Кроме того, эта этическая позиция автора проявлена в финальном романе серии «Гарри Поттер и Дары Смерти». В документальном фильме телеканала ABC «Год жизни» писательница заявляет в этой связи: «Для меня [религиозные параллели] всегда были очевидны, но я никогда не хотела говорить об этом слишком открыто, потому что думала, что это могло бы показать людям, которые хотели от меня только саму историю, направление, в котором мы шли»[105].

Вот так мало-помалу от Гермионы-всезнайки, какой она была в своем подростковом возрасте, Джоан двигается дальше и раскрывается, как цветок. Она вступает в дискуссии, размышляет и напоминает, скорее, своего рода еще одного Рона Уизли. Как и Рон, она зажигается, увлекается, предпочитает проводить время весело, в развлечениях, и выполнять заданное на дом с опозданием или не выполнять вообще. Но при этом, по словам собеседников, опрошенных Шоном Смитом, девушка никогда никому не рассказывала о болезни матери, выбрав в этом вопросе «закрытую позицию».

Что касается собственной внешности, то Джоан все еще ищет для себя подходящую модель и безуспешно экспериментирует с тем, что предлагает мода того времени. Она очаровывается идеей модных излишеств и носит светло-красный скособоченный комбинезон Miss Selfridge или платиновые светлые волосы в духе Дебби Харри[106], которые совершенно ей не идут.

Новая жизнь не заставляет ее отказаться от старых привычек заядлой читательницы: она усердно посещает университетские библиотеки, но иногда забывает возвращать книги вовремя, и поэтому однажды ей даже приходится заплатить пятьдесят фунтов штрафа.

Примерно в 20 лет Джоан знакомится с «Властелином Колец». Хотя она очень ценит это произведение, тем не менее никогда его не перечитывала, заметив однажды: «Что показательно — я обычно перечитываю свои любимые книги постоянно»[107]. Это высказывание отличается от версии, которую ее первый муж доверил прессе несколько лет назад: по его словам, девушка привезла из Англии истрепанную книгу саги Толкиена.

Как бы там ни было на самом деле, на подсознательном уровне история магического кольца могла все же немного повлиять на автора «поттерианы». Например, медальон Слизерина, превращенный в крестраж, явно навлекает на его носителя колдовские чары, физически и психологически такие же изнурительные, как и чары Кольца Всевластия в шедевре Толкиена.

Чуть позже Джоан познакомится с биографией исторической фигуры, которая окажет решающее влияние на первый том поттерианского цикла — алхимика Николаса Фламеля. В тексте, написанном специально для интернет-портала Pottermore, Роулинг также упоминает, что ей приснился исключительно яркий и подробный сон об алхимике через несколько месяцев после того, как она начала писать первый том о Гарри Поттере. Это была живая картина в стиле Ренессанса, в которой Фламель привел ее в свою лабораторию, залитую золотым светом, чтобы показать, как именно изготавливается легендарный философский камень. Хотя автор и сожалеет, что ничего не запомнила, это совершенно неважно, поскольку самой публикацией саги она доказала свою способность превращать идеи в золото и к тому же в фантасмагорическом масштабе!

В Эксетере Джоан также получила первый театральный опыт, приняв участие в постановке некоторых спектаклей и разработав, в частности, костюмы для «Сельского Космонавта». Это произведение французского драматурга Рене де Обальдиа, в котором рассказывается история двух крестьян, Эулалия и Зефирина, родом из региона Бос; на полях засуха, и все ждут, когда же прольется дождь. Вместо дождя они наблюдают падение с неба космонавта Симплициуса, который оказывается сыном одной пары, исчезнувшим из деревни в возрасте четырех лет; и теперь его катапультировали на Землю из стратосферы. Пьеса была написана после полета в космос Юрия Гагарина и опубликована в 1965 году, когда ажиотаж по поводу будущей высадки на Луну был уже довольно ощутим; сюжет развивается вокруг напряженной и фантастической метафоры об исследовании загадок Вселенной, всегда поражавших человека, и одна из них — это вопрос о его возможном одиночестве как единственного чувствующего и мыслящего существа во всей Солнечной системе.

Первая половина 1980-х также становится чрезвычайно оживленным и плодотворным периодом в музыкальной жизни: стиль панк в смысле «жизненной философии» отступает на задний план и начинает набирать силу новое течение экспериментальной поп-музыки. Появлется новый «избыточный» тип внешности, гламур, который к середине десятилетия достигает расцвета, становится чрезвычайно изощренным и обогащается тысячью различных влияний: от рока, джаза, блюза и диско до электроники. В эти годы взлетают к славе такие группы и исполнители, как Adam and The Ants, Dire Straits, U2, Culture Club, Human League, Ultravox, Madonna, Howard Jones, Depeche Mode, Simple Minds, Tears For Fears, Duran Duran, Spandau Ballet и множество других. В то время телешоу Top of the Pops настоящий референс для всех британских подростков, а музыкальные клипы, которые время от времени появлялись уже в конце предыдущего десятилетия, теперь зарекомендовали себя как современный и эффективный рекламный продукт.

На втором курсе, когда происходит бурное размежевывание в связи с противостоянием в поп-музыке между группами Duran Duran и Spandau Ballet, особенно среди девушек, Джоан открывает для себя группу The Smiths.

Во флеш-версии ее старого сайта, в разделе «Биография», были даже два значка с эмблемой группы, явно памятные сувениры того времени. Как начинающая гитаристка, Джоан смотрит на стиль Джонни Марра, но прежде всего она любит лидера группы Стивена Моррисси, чья нонконформистская, интровертная и индивидуалистическая фигура, очевидно, отрезонировала в ее сознании — в нем она узнала себя. В 2003 году в интервью газете Mirror писательница призналась: «Невозможно, когда любишь что-то до бесконечности, чтобы оно не повлияло на ваше настроение и вашу жизнь. […] Он дал мне гораздо больше, чем многие люди на этой планете»[108]. В этом же 2003 году, по случаю выхода телевизионного документального фильма «Как важно быть Моррисси», она добавляет в другом интервью: «Я думаю, что Smiths — единственная группа, распад которой меня действительно лично потряс. Мне было очень грустно»[109].

Джоан была чрезвычайно довольна, когда годы спустя фронтмен, встретив ее в ресторане, где она обедала с родственницей, пошел ей навстречу, они обменялись рукопожатиями и одновременно воскликнули: «Это ты!» Роулинг, вспоминая этот эпизод, с улыбкой замечает, что она не обратила внимания на то, что идет с уже поднятой рукой, «как Далек» (из «Доктора Кто»[110]), пока родственница не указала ей на это. Она добавляет: «Я так хотела вернуться к себе шестнадцатилетней, в те времена, когда я лежала в темноте с ароматическими палочками, слушая песню „Небеса знают, что я несчастен сейчас“ и говоря себе: „Ты встретишь его, он узнает, кто ты!“»[111]

Помимо большой любви к Моррисси, в университете Джоан не пренебрегает «заплывами» в репертуар таких икон рок-музыки, как Джими Хендрикс и Марианна Фэйтфулл (All Along The Watchtower и Guilt — это две песни, которые она взяла бы с собой на необитаемый остров), хотя в эти же годы она начинает знакомиться с классической музыкой, которую среди ее домашних никто никогда не ценил. Одно из по-прежнему наиболее любимых ее произведений — «Опус 57» Бетховена, более известный как соната Appassionata.

Самообразование в этой области было для нее крайне важно в это время, как и увлечение ирландской группой The Boomtown Rats. Группа привлекла всеобщее внимание в 1979 году благодаря синглу «Я не люблю понедельники» (I Don’t Like Mondays), в начале восьмидесятых — резко ушла в тень, пока в декабре 1984 года фронтмен Боб Гелдоф неожиданно снова не привлек к ней внимание благодаря своей приверженности благотворительному проекту Band Aid и самому продаваемому синглу «Они знают, что это Рождество?» (Do They Know It`s Christmas?) (кстати, как ни странно, раскритикованному Моррисси), затем же последовал планетарный мегаконцерт проекта Live Aid в июле 1985 года[112]. Обе инициативы были запущены, чтобы проинформировать мировую общественность об ужасном голоде в Эфиопии и собрать необходимые средства. В интервью в 2005 году в рамках телевизионного документального фильма, сделанного по случаю 25-й годовщины события, Роулинг воспользовалась возможностью открыто заявить о своей страсти к этой группе и вспомнить свое ревнивое отношение — типичное для молодых людей, когда они открывают какую-нибудь группу раньше многих, а та становится затем внезапно популярной (музыканты были инициаторами этого памятного события, и на них обрушилась слава): «Я переживала, когда пришла на концерт, а там все поклонялись алтарю Святого Боба. Я нервничала, потому что я-то была фанаткой с первой минуты!»

В этом же контексте она вспоминает этот знойный летний день 1985 года и событие, которое оставило неизгладимый отпечаток в памяти молодежи того времени (на самом деле, неудивительно, что Гэлдоф назовет это поколение «поколением Band Aid»): «Помню, как смотрела телевизор и говорила: „Никто не подходите близко — я намерена досмотреть все до конца!“ Так что в моей памяти Live Aid — это прекрасный солнечный летний день в Южном Уэльсе. Все помнят, где проходил концерт Live Aid. Каждый помнит, как он себя чувствовал и с кем он там был рядом. Это одно из самых важных и ярких наших воспоминаний».

Согласно биографу писательницы Шону Смиту, в те годы, когда Джоан посещала Эксетер, типичная неделя для студента состояла из 7–8 часов занятий или семинаров и 4–5 часов упражнений. В рамках учебного курса также можно выбрать между стажировкой во французской школе в качестве преподавателя английского языка, во французском университете в качестве студента или же, наконец, во французской компании в качестве нанятого служащего. Джоан выбирает первый вариант и переезжает в Париж, погружаясь в местную культуру. Жилье она делит с тремя другими студентами: русской студенткой, итальянцем по имени Фернандо и испанкой, с которой она не будет ладить из-за зацикленности испанской девушки на чистоте помещения.

В прошлом году у Джоан сложились серьезные отношения с однокашником, молодым человеком из среднего класса, которого одна из ее подруг описывает как высокого и несколько «пресного» брюнета. Как мы увидим, отношения эти, с их взлетами и падениями и коротким периодом совместной жизни, продлятся до 1990 года.

Пока учеба в университете, музыка и новые друзья заполняют жизнь молодой женщины, дома ситуация стремительно ухудшается. Энн только что исполнилось 40 лет, и она уже вынуждена пользоваться инвалидной коляской при каждом выходе на улицу, а в 42 года она уже не может без ходунков перемещаться по дому. Однако она упорно отказывалась установить подъемник для инвалидной коляски, хотя крайне нуждалась в этом, потому что теперь, чтобы добраться до верхнего этажа, ей приходится ползти вверх по ступенькам. В конце концов и это станет Энн недоступно, и она перестанет подниматься на второй этаж. Мало-помалу ее мир сужается как воронка: даже медицинскую и психологическую поддержку врачей она может получить только с помощью физиотерапевта и домработницы, которую поначалу прикрепили к ней, когда она перестала работать. Более того, опрос, проведенный Обществом рассеянного склероза, показал: спустя почти десять лет после случая Энн 66 % людей с этим диагнозом так по-прежнему и не получали информацию об услугах, предоставляемых службой здравоохранения, и не знали, как организовать безопасное пространство внутри дома больного и ограничить неудобства, связанные с заболеванием. Совершенно упав духом, миссис Роулинг наконец откажется от строгой диеты — последней ее опоры в борьбе против трагедии, пожирающей ее жизнь. В 1986 году она даже присутствовала в инвалидной коляске на университетской выпускной церемонии своей дочери.

Кстати, последняя учебная работа Джоан — эссе на французском языке в три тысячи слов, которое оценивается в 2,2 балла. Британская система подсчета баллов начинается с единицы (это максимальный балл), а затем падает до 2,1, 2,2 и 3 и далее до неудовлетворительного балла (что часто исключает для кандидата множество вариантов будущей работы); такая оценка наиболее распространена среди студентов и, вероятно, является свидетельством низкого интереса учащегося к выбранному предмету. В конце концов профессора и преподаватели того времени, у которых Шон Смит взял интервью несколько лет спустя, описывают Джоан как рассеянную студентку, не особо мотивированную и одаренную в области иностранных языков.

На выпускной церемонии руководит выдачей дипломов и ведет мероприятие баронесса Мэри Ворнок, философ и писательница, а также сэр Рекс Эдвард Ричардс, ученый и академик в области химии. Почетная степень присуждается актрисе Гленде Джексон[113]. Любопытное совпадение: четырнадцать лет спустя на одной из годовщин окончания университета Джоан также получит от своей альма-матер почетную степень в области литературы за «Гарри Поттера».

После завершения учебы в университете девушка переезжает в Лондон, снимает жилье в Клэпхэме, популярном районе на юго-западе столицы, вместе с некоторыми бывшими однокашницами. Здесь она посещает курсы подготовки двуязычного секретаря, но на рабочих местах, куда ее нанимают, никогда не задерживается надолго. Дело в том, что в этой роли она не слишком-то надежна: например, вместо составления протоколов заседаний Джоан заполняет блокноты именами и различными пометками для своих собственных историй. Но хорошо то, что она научилась печатать на машинке, и когда никто в офисе не обращает на нее внимания, она печатает свои собственные истории (все же однажды она была застигнута с поличным, и это стоило ей увольнения).

Самая худшая работа из ей доставшихся была в компании, производившей оборудование для слежки и шпионажа — жучки для прослушки и инфракрасные бинокли. Она сама рассказывает[114], что на рабочем месте все время читала фирменный каталог, полный очень интересных вещей (и хочется думать, что омнинокль в «поттериане» — плод этого опыта!), в отличие от окружающей обстановки и людей, от которых шли мурашки по коже.

Однажды Джоан даже устраивается на работу в издательство, где в ее функции входит отправлять письма с отказами начинающим авторам — горький опыт, который она сама испытает через несколько лет. В конце концов ей удается найти работу в исследовательском отделе организации «Международная амнистия» (Amnesty International). Это независимая правозащитная неправительственная организация, основанная в 1961 году английским адвокатом Питером Бененсоном. Восьмидесятые годы — это десятилетие, в течение которого Amnesty пользуется чрезвычайной популярностью среди молодежи, ее палатки постоянно присутствуют на концертах мировых звезд, многие из которых стремятся поддержать организацию. К примеру, Питер Габриэль записывает в 1982 году нежную песню «Желтофиоль» (Wallflower), в которой осуждает обращение с политическими заключенными в странах с тоталитарным режимом; группа Simple Minds посвящает свой мировой тур 1988 года организации Amnesty International; в том же году Стинг пишет балладу «Они танцуют в одиночестве» (They Dance Alone), посвященную драме чилийских desaparecidos, диссидентов при режиме Пиночета. Эта песня была даже совместно исполнена Гэбриэлом и Стингом на концерте в честь Нельсона Манделы, посвященном 70-летию со дня рождения этого политического деятеля, жертвы, символа и борца против политических репрессий, двумя годами ранее удостоенного Amnesty International ее высшей награды — звания «Посол совести».

Джоан нанята в качестве ассистента-исследователя и проведет в организации два года. Ее специализация — франкоязычная Африка. В ее обязанности входит чтение писем заключенных из разных стран с несправедливым политическим режимом и информирование мировой общественности о том, что с ними происходит; или же чтение писем родственников, присылающих фотографии своих близких, о которых ничего не известно с момента заключения, с просьбой навести о них хоть какие-то справки. Она также должна читать показания жертв пыток и издевательств, просматривать страшные документальные фотографии и собирать информацию от очевидцев. Многие из ее коллег сами являются бывшими политзаключенными, которым удалось сбежать из тюрьмы в своей стране.

Выступая на церемонии вручения дипломов выпускникам Гарварда в 2008 году, Роулинг вспоминала два эпизода той эпохи, которые особенно сильно повлияли на нее. Первый касается юноши практически ее возраста, психически заболевшего из-за мучений, которым он подвергся у себя на родине. Писательница вспоминает, что пока этот человек рассказывал свою историю на видеокамеру, он безостановочно дрожал. Но прощаясь с ней на станции метро, пожал ей руку с изящной вежливостью и пожелал будущего счастья, хотя сам был непоправимо искалечен пережитыми травмами, которые ожесточили бы на его месте кого угодно. Второй случай — нечеловеческий крик, который писательница услышала из-за двери, проходя по офисному коридору: это был диссидент, покинувший свою страну, которому только что сообщили, что в ответ на его заявления репрессировали и казнили его мать.

На сцене престижного американского университета Роулинг вспоминала то время: «Каждый день моей рабочей недели напоминал о том, как мне невероятно повезло жить в стране с демократически избранным правительством, где законное представительство и публичное судебное разбирательство были правом для всех. Каждый день я со все возрастающей очевидностью видела зло, которое люди причиняют другим людям, чтобы завоевать или сохранить власть…»

Этот неожиданный опыт, связанный с франкоязычной Африкой, сделал ее интересной фигурой на вечеринках — она знала все о политической ситуации в Того и Буркина-Фасо. Но хотя Джоан в то время иногда пыталась шутить о своей работе, на самом деле пройдет время и проявятся последствия: отчаяние из-за прочитанного, просмотренного или прослушанного материала станет таким сильным, что у девушки начнутся страшные ночные кошмары.

Однако, даже будучи погруженной в эту очень серьезную деятельность, писательница уделяет скрупулезное внимание определенным словам и запоминает те из них, которые будут полезны ей в будущем. Иначе никак не объяснить, как в саге о Гарри Поттере могли появиться термины и понятия из магической практики Сикиди. Это особая система гаданий, используемая в Западной Африке (особенно на Мадагаскаре) и усвоенная в свое время арабами, которая основана на интерпретации точек и линий на песке по схеме из шестнадцати фигур.

В «Гарри Поттере» Роулинг использовала фигуры первую и десятую, называемые соответственно «алохомора» и «алихотси». В показаниях на суде над издательством RDR Books (о котором мы будем говорить в главе 19) писательница пояснила, что первое слово означает «благоприятный для воров» и поэтому хорошо подходит для универсального заклинания открывания замков, в то время как вторая вокабула означает «легкость духа» и название волшебного растения, листья которого, если их проглотить, вызывают истерику.

По-видимому, горячая социальная симпатия Гермионы к домашним эльфам, которая проявилась в создании специальной правозащитной организации Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов (ГАВНЭ)[115], является отражением деятельности Роулинг в рядах «Международной амнистии», даже если автор всегда подчеркивала, что она и ее сестра уже с юности были очень чувствительны к несправедливости.

Но помимо идеи ГАВНЭ и некоторых заклинаний, период, проведенный Роулинг в «Международной амнистии», дает ей также третий источник вдохновения, о котором она сама говорила в старой версии своего сайта. В хорошую погоду она тогда ходила обедать одна в ресторан на площади неподалеку от места работы. Кот, живущий в соседнем доме, тоже заходил туда. Роулинг описывает его как плоскомордое, пушистое и рыжее животное — явно он был персом или гималайской породы — с надменным и застенчивым характером, так как он отказывался от ласк посетителей ресторана на площади. У писательницы аллергия на кошек, эту черту она подарила среди прочих Рубеусу Хагриду, и поэтому она предпочитает собак. Однако, находясь на безопасном расстоянии, она в конечном итоге привязывается к этому коту.

До такой степени, что его характеристики приходят ей на ум, когда дело доходит до выбора домашнего животного для Гермионы. Она добавляет к реальным кошачьим признакам только фантастические кривые ноги (кот Гермионы Живоглот — англ. Crookshanks, в других переводах Криволап. — Прим. ред.). Живоглот по сути является волшебным животным, полуниззлом-полукотом, с которым скрестили его предка, и представляет особый экземпляр с плоской мордой, рыжей шерстью и очень независимым характером. В экранной версии саги роль Живоглота не случайно была исполнена двумя великолепными персидскими котами, первого из которых зовут в жизни Кракерджек, а второго — Тыква.

В иных случаях во время обеденного перерыва Джоан находит прибежище в любимых кафе, чтобы писать, избегая компании коллег, которым она стесняется сказать правду, а вместо этого говорит, что ходит по магазинам. Но так как она слишком часто возвращается в офис без всяких покупок, они начинают подозревать, что у девушки отношения, которые она хочет сохранить в тайне (деталь, о которой она будет с улыбкой рассказывать в будущих интервью).

Все это время она сочиняла короткие рассказы и два романа для взрослых в разных жанрах и все время искала правильную основную идею, которая, похоже, не хотела объявляться. Тем временем ее парень обосновался в Манчестере, поэтому она приезжает к нему на поезде в выходные, чтобы провести некоторое время вместе либо поискать дом, где они могли бы жить. Погруженная в эти планы совместной жизни, молодая женщина даже не представляет себе, что находится накануне буквально эпохального поворотного момента в судьбе…

Часть II

Трагедия

Глава 6

Гарри Поттер и Зеркало Желаний[116]

Во время одного из привычных путешествий Лондон — Манчестер — Лондон Джоан поразило видение. Оно вызвало в ее душе желание, которое осуществилось в последующие годы, погрузив ее в водоворот невероятных событий… Однажды летним днем 1990 года девушка ехала в поезде домой, но состав вынужденно остановился из-за неисправности, на устранение которой уйдет четыре часа. Она скучает и смотрит в окно — на лугу пасутся коровы… а мысли ее заняты вещами, не имеющими ничего общего с литературой. Внезапно, как будто из ниоткуда, на нее налетает шквал идей — она их описывает следующим образом: «Мальчик, который не знает, что он волшебник, он идет в волшебную школу… Вспышка, вспышка, вспышка […]. В этой школе четыре Дома[117], есть призраки, есть призраки Домов […], вижу, какие предметы изучаются, кто учителя…»[118]

При всей этой сумятице мыслей Джоан, роясь в сумочке, осознает, что у нее нет с собой ручки, чтобы записать их, и она не решается одолжить ручку у кого-нибудь из окружающих. Она не может найти даже подводку для глаз, которую всегда носит с собой. Она просто сидит и позволяет мыслям течь, удивляясь про себя количеству и точности явившегося в мыслях материала: «Как будто на подсознательном уровне я годами готовилась написать „Гарри Поттера“»[119].

В этом утверждении писательницы уже есть уверенность, что подсознательно, еще в молодости, она понимала свое литературное предназначение. Теоретически это было ясно обосновано психологом Грэмом Валласом в его эссе «Искусство мысли» (1926), подобные выводы представлены и в вышеупомянутом исследовании доктора Энн Лофтус Макгриви о творческом пути Роулинг[120]. По словам Валласа, этот путь фактически делится на четыре этапа или фазы, и можно сказать, что на данный момент в жизни молодой Джоан три из них уже полностью реализованы.

1. П о д г о т о в к а. Фаза, в течение которой человек определяет и проясняет для себя проблемы, собирает информацию и исследует ее. Эта стадия может длиться дни, месяцы или годы.

2. И н к у б а ц и я. Фаза подлинной «беременности», во время которой подсознание и сознание работают над проблемой. Эта стадия обычно происходит в спокойные и рефлексивные периоды.

3. П р о с в е т л е н и е. Фаза, в которой субъекту удается словно высветлить проблему, пролить на нее свет.

В случае Роулинг необходимый для первой фазы материал дали многочисленные книги, прочитанные в детстве и в юности, первые игры в сказочный мир с сестрой Дианой и другими детьми, учеба в школе, первые попытки писать истории о кроликах, знакомство с природой леса Дин, изучение классических произведений, откуда она почерпнула материал для бестиария фантастических животных. Все это накопилось, и ударила молния озарения. И совсем скоро после этого события произойдет трагическая смерть ее матери.

Переходу к стадии инкубации способствовало формирование у Джоан крепкой привычки писать и записывать что-то в блокнот еще за несколько лет до поступления в университет. Эта привычка сохранилась в процессе учебы и работы, тем более, как мы видим, учеба в Эксетере и различные места работы после университета продолжают давать писательнице идеи, которые будут затем усвоены и переработаны.

Наступление же третьего этапа ясно проявилось в этом эпизоде видения истории Гарри Поттера и его мира в момент неожиданной остановки поезда.

4. П р о в е р к а.

На четвертой фазе, определенной Валласом как П р о в е р к а, автор доводит свое творение до завершения благодаря сосредоточенности и страсти: в случае с Роулинг это, очевидно, период работы над книгой «Гарри Поттер и философский камень». Это было также время проработки повествовательного сюжета всей саги. Этот длительный процесс (ему будут посвящены следующие главы) не останавливает течения предыдущих процессов, которые будут по-прежнему реализовываться в плавном переходе от одного этапа к другому, что в конечном итоге позволит автору создать шедевр мировой детской литературы.

Во время «волшебной» загрузки сюжета в тот памятный день в поезде не только идеи наполняют мозг Джоан, но также и яркие образы: «Я могла видеть Гарри вполне отчетливо, это был костлявый парень…»[121]. Наряду с изображениями присутствовали и физические ощущения: «Это была самая большая эмоциональная волна в моей жизни, я никогда не была так взволнована чем-либо связанным с писательской работой, у меня никогда не было идеи, которая дала бы мне такой физический толчок. Я не могу описать это человеку, который не пишет книг, кроме как сказать, что это было похоже на невероятное чувство восторга, которое вы испытываете, когда только что встретили кого-то, в кого могли бы влюбиться […], как будто вы только что встретили кого-то замечательного и [вы двое] находитесь в отправной точке великолепной истории»[122].

В течение четырех часов идеи продолжают «сыпаться» ей на голову: за́мок, самоходная лестница, таинственный шрам, ключник, профессор Альбус Дамблдор, озорной полтергейст и многие другие персонажи и детали…

С именем главного героя дело обстояло еще проще: «Имя „Гарри“ всегда было моим любимым мужским именем довольно долгое время. Если бы моя дочь была мальчиком — а я уже писала „Гарри Поттера“, когда она родилась, — она, вероятно, была бы Гарри, и тогда Гарри был бы назван по-другому»[123].

Джоан сразу понимает: для того чтобы рассказать всю историю, потребуется семь томов, по одному на каждый год, а это ровно столько времени, сколько предписано для магического образования в Хогвартсе. Курс обучения в обычных британских магловских школах тоже семилетний.

Придумать и написать свои семь книг и никогда до времени не публиковать ничего из них — идея очень амбициозная, и девушка полностью это осознает. Тем не менее это не простая прихоть: помимо логической и систематической функции, необходимой для истории, число «семь» также имеет магическое и символическое значение[124]. И не зря алхимия, стержневая идея, вокруг которой развивается первый роман, включает семь классических этапов изготовления философского камня.

До этого момента Джоан никогда не думала сочинять истории для детей, но когда она выходит из поезда на вокзале Клэпхем Джанкшн и вскоре приходит домой, она временно откладывает в сторону то, над чем уже работала, и в тот же вечер начинает с энтузиазмом записывать все, что может вспомнить. Фактически, в течение первых шести месяцев она будет пытаться писать новую историю параллельно с одной из двух своих книг для взрослых, уже запущенных в работу, но в конце концов Гарри Поттер полностью завладеет ее вниманием и предыдущий проект окажется приостановленным.

Хотя видение в поезде дало много элементов для развития сюжета, ей пока что очень мало видна повествовательная траектория: Джоан только знает, что Гарри живет с четой Дурсли, он сирота и не догадывается, что он волшебник. Таким образом, история медленно развивается, изобретая себя задом наперед, в течение пяти лет после того «удара током» в поезде. За это время соберутся коробки с блокнотами, тетрадями с пометками, пачками разрозненных листов и рисунками (писательница часто посвящает время искусству рисования), которые будут ревностно храниться. Даже сегодня она заявляет, что среди ее самых драгоценных сокровищ есть две крошечные короткие заметки, где она набросала самые первые общие идеи о Гарри и его мире. Многие из этих разработок никогда не будут использованы в ее романах и просто послужат созданию более прочного фундамента для вселенной «поттерианы», хотя они нигде не демонстрируются.

В связи с этим интересен забавный эпизод, рассказанный продюсером Дэвидом Хейманом про гобелен, изображающий генеалогическое древо семьи Блэк. Фактически, чтобы показать его в пятом фильме, понадобилось гораздо больше имен, чем указано в книге: «Я позвонил Джо и спросил: „Можешь помочь нам с какими-нибудь другими именами?“ И она сказала: „Дай мне десять минут“. Десять минут спустя она присылает мне факс с родословным древом, в котором было сто имен с датами рождения и датами смерти, обозначениями, кто на ком был женат, и так на шесть поколений…»[125]

Никакие детали, следовательно, не оставлены на волю случая. Даже тот простой факт, что Хогвартс является школой-интернатом, проистекает из очень специфических логических соображений: «Если вы являетесь частью сообщества, живущего втайне, и хотите собрать большое количество ваших детей вместе и научить их потенциально опасным и взрывным вещам, которые не должны быть известны остальному обществу, вы станете делать это в изолированном месте, и вам, вероятно, придется держать всех учеников в пансионе. Но, очевидно, […] если вы говорите о детях с детьми и об органах власти, которыми не являются фигуры родителей, это дает вам больше возможностей для маневра, у меня никогда не было безумного желания воссоздать что-то вроде школы-интерната сороковых годов»[126].

В то время как душа Джоан начинает тайно вращаться вокруг мира Гарри Поттера, в обыденной своей жизни она окончательно переселяется в Манчестер. Здесь она находит работу на один сезон в местном университете. Позже ей предложат работу в Торговой палате. Однако же ее деятельность в этой области будет настолько анонимна и эфемерна, что журналисты, которые ищут документальных подтверждений этой работы Роулинг, всегда оказываются разочарованы. Даже поиск свидетельств бывших сотрудников того периода жизни не оказался плодотворным, хотя среди последних немало поклонников саги и у них существует сильная мотивация вспомнить, что они были когда-то коллегами известной писательницы.

Из одного заявления из первых рук[127] мы знаем, как Джоан работала над главой «Платформа 9 ¾»: «Я ошибочно описала пути, и на самом деле я думала об Эйстоне[128], поэтому, если кто окажется на реальных путях 9 и 10 вокзала Кингс-Кросс, тот поймет, что они не имеют большого сходства с описанными в книге. Так что вот, я честно говорю: я была в Манчестере и не могла проконтролировать».

Что касается образа «платформы с дробным номером», то здесь мы снова свидетели отражения реальности с небольшим искажением: «Я хотела, чтобы [Гарри] поехал [в Хогвартс] на поезде, но, очевидно, это должен был бы быть невидимый поезд, иначе маглы могли бы сесть в него и поехать туда, куда им не следовало. Поэтому я подумала: „Давайте спрячем поезд и пути, и тогда логика — даже если она искажена — такова: если вам нужно спрятать путь между двумя железнодорожными путями маглов, его номер должен быть дробным“. И я выбрала 9 и ¾, потому что мне очень понравилось его название, его звучание…»[129]

В этот же период жизни Роулинг познакомится с идеей, которую решит использовать не для саги о Гарри Поттере, а для первого романа «Случайная вакансия», последовавшего за сериалом о волшебнике. Так случилось, что на работе она подружилась со своей ровесницей, девушкой из религиозного сообщества сикхов[130], от которой она узнала основы этого вероучения и была сильно впечатлена их представлениями о равных возможностях двух полов. Семнадцать лет спустя она изучит этот вопрос, чтобы достоверно воплотить персонажей семьи Джаванда.

Незадолго до Рождества 1990 года Джоан приезжает домой. Она находит мать измотанной и чрезвычайно бледной, но из-за юношеской беззаботности или, возможно, просто потому, что Энн всегда выглядела уставшей последнее время, девушка не чувствует никаких признаков опасности. Словом, повидавшись с семьей, она тут же отправляется провести каникулы впервые вдалеке от родителей, в доме родителей своего жениха. Вечером 29 декабря она рано уходит в свою комнату под предлогом, что хочет посмотреть фильм Джона Хьюстона по роману Редьярда Киплинга «Человек, который хотел стать королем». Вместо этого она начинает писать о своем любимом Гарри Поттере. На следующее утро раздался телефонный звонок от отца, который навсегда изменит ее жизнь: «Я сразу поняла, что произошло, прежде чем он заговорил. Не могло быть никакой другой причины, из-за которой отец позвонил бы мне в семь утра. Когда я бежала вниз по лестнице, я почувствовала этот белый шум паники в голове, но не могла понять чудовищность того факта, что моя мать умерла»[131].

И на этот раз писательница метко и красноречиво описала состояние своего сознания, так как выражение «белый шум» точно передает чувство выброшенности за рамки нормальных сенсорных параметров, как это и происходит, когда человека охватывает очень сильная эмоция. С технической точки зрения, согласно определению Британской энциклопедии, «белый шум — это сложный сигнал или звук, который охватывает весь спектр слышимых частот, имеющих одинаковую интенсивность». Визуально такой особый спектр может показаться человеческому глазу белым светом, который также «содержит примерно одинаковую интенсивность» всех длин волн в видимой части. На слуховом уровне к этому ощущению приближаются статические разряды, которые возникают при перемещении между различными радиостанциями диапазона FM. И нельзя не согласиться, что этот образ прекрасно сочетается с «выведением из строя», которое ощущается от первого удара большой потери.

Чтобы еще больше оценить последствия произошедшего, просто представьте, что двадцать лет спустя на «Шоу Опры» Роулинг заявила, что она относится к тому роду людей, которые не способны непрерывно плакать в течение длительного времени, и что в ее жизни были два исключения: смерть матери и когда она писала конец «Даров Смерти».

Едва пережив потрясение, вызванное этой новостью, Джоан вместе со своим женихом отправляется 1 января на машине в печальный путь в Чёрч-коттедж: «У меня менялось настроение: то частичное согласие, то состояние полного неприятия. В какой-то момент поездки я помню, как подумала: „Надо притвориться, что этого не произошло“, потому что так можно было пережить следующие десять минут»[132].

Никто не был свидетелем смерти Энн: Питер нашел ее уже мертвой после приступа удушья. Стараясь не усугублять шок, он не хочет, чтобы Джоан видела тело, а дочь соглашается, несмотря на внутренний протест. Решение оказывается ошибкой, потому что не все люди в трагических обстоятельствах реагируют одинаково: кого-то травмирует вид мертвого тела любимого человека, а таким, как Джоан, необходимо осознать потерю, «коснувшись ее рукой», поскольку этот ритуальный момент помогает действительно осознать произошедшее. Не сделать это — означает не изжить скорбь и оставить в душе непреодолимый провал. Настолько непреодолимый, что писательница все еще сожалеет, что не настояла тогда на своем в разговоре с отцом. К этому добавляется еще одно большое сожаление: она никогда не рассказывала своей матери, что начала писать историю о Гарри.

Энн кремируют на Глостерском кладбище в присутствии нескольких близких друзей. К сожалению, тетя Мэриэнн и ее муж Лесли застряли в пробке и приехали уже к окончанию церемонии. Затем Джоан возвращается в Манчестер; она посетит эти места вновь только лишь в 2001 году по случаю посвященного ей специального выпуска BBC.

Завещанием Энн ее муж признан единственным наследником, но старшей дочери в утешение достаются некоторые личные вещи, в том числе драгоценности. Однако чуть позже все эти драгоценные вещи, оставшиеся от матери, были украдены ворами, проникшими в ее манчестерский дом. В той же шкатулке для драгоценностей хранился ее самый любимый браслет, один из первых подарков, полученный в пять лет: тяжелая серебряная цепь с застежкой в форме сердца и тремя подвесками, среди которых филигранное яйцо, внутри которого находится птица (и возникает вопрос, не связано ли с этой подвеской золотое яйцо Турнира Трех Волшебников). Двадцать три года спустя Джоан расскажет в статье для журнала Harper’s Bazaar, что никогда не переставала искать эти украшения и пожирала глазами витрины в надежде разглядеть среди других драгоценностей это яичко.

После смерти жены Питер сдает в аренду Чёрч-коттедж, возможно, чтобы не переживать от наплыва воспоминаний, и наконец избавляется от него в 1995 году. Он продает дом продюсеру BBC Джулиану Мерсеру, который, несмотря на то что «Гарри Поттер» еще не вышел, а Роулинг не прославилась, интуитивно решает не соскребать надпись «Джоан Роулинг спала здесь примерно в 1982 году», выцарапанную на подоконнике в бывшей спальне писательницы. Как мы увидим, это будет не последнее «граффити», которое писательница оставила после себя… Дом был снова выставлен на продажу летом 2011 года за сумму около 400 000 фунтов стерлингов и был куплен осенью того же года лицом, пожелавшим остаться анонимным.

Потеря любимого родителя всегда вызывает у человека разрушительное чувство «обрубленных корней», и, как мы видели, Джоан не является исключением. Физическое восприятие боли, упомянутое в краткой биографии на старой версии ее сайта («как будто бетонная плита раздавила мне грудь»), точно объясняет это состояние. Любой, кто действительно пережил в жизни огромную потерю, помнит это характерное безысходное чувство угнетенности.

Траурное событие впоследствии окажет глубокое воздействие и на стиль писательницы: основная структура истории о Гарри Поттере не изменится — мальчику суждено было остаться сиротой и посвятить себя Приключению во имя мести за своих родителей. Но в то же время скрытый смысл истории станет глубже и темнее, и Роулинг прекрасно знает об этом сегодня: «Книги не были бы такими, какими они были бы, если бы она не умерла, ее смерть прямо на краю почти каждой страницы, и да, и нет; по крайней мере, цель путешествия Гарри Поттера заключается в том, чтобы встретить смерть, познать ее многочисленные формы, узнать, что она делает с живыми существами и что значит умирать, что остается после смерти […]. Если бы она не умерла, я думаю — и это не слишком преувеличено, — что Гарри Поттера бы не было. Я имею в виду, что книги такие, как они есть, именно потому, что я любила ее, и она умерла»[133].

В частности, смерть Энн неотразимо повлияет на жизнь Джеймса и Лили Поттеров, родителей Гарри: «Возможно, что через два или три дня после того, как у меня появилась идея о Гарри, я решила так жестоко распорядиться жизнью его родителей — не в кровавом смысле слова, а в том смысле, что у меня не было сомнения в целесообразности их смерти. У меня не возникало никакой проблемы с тем, как это произошло, не было и реальной внутренней дискуссии, насколько это было болезненно. Мама умерла шесть месяцев спустя после моей первой попытки написать вступительную главу, и это имело огромное значение, потому что теперь я переживала это, я переживала то, что только что написала»[134].

Позже, когда она окажется в Португалии, смерть матери станет для нее еще одним творческим стимулом, который поможет ей написать ее любимую главу «Философского камня», где Гарри сталкивается с Зеркалом Желаний. В интервью 1998 года писательница признается: «Я знала, что, если бы я смотрела в зеркало, я увидела бы именно то, что увидел Гарри. Но только когда я написала это, я полностью поняла, откуда все это взялось. И огромное сожаление, что мама никогда не знала об этом (о существовании романов о Гарри Поттере. — Прим. ред.), уступает лишь сожалению, что она не увидела мою дочь Джессику»[135].

А в телевизионном интервью 2001 года она добавляет по тому же поводу: «Зеркало Желаний полностью основано на моем опыте потери родителя. Пять минут, пожалуйста, Боже, дай мне снова пять минут. Их никогда не будет достаточно. За пять минут я расскажу ей все-все о Джессике — у нее есть внучка, которую она, разумеется, никогда не видела, — я попытаюсь рассказать ей о книгах и тогда пойму, что не спросила ее: „Как это быть мертвой?“ Прекрасный величественный вопрос […]. Но этого никогда не будет достаточно, в этом суть главы. Тому, кто остается, труднее, он должен быть в состоянии преодолеть это»[136]. Тем не менее в 2007 году она высказала предположение: «Во многих отношениях все мои персонажи определяются тем, как они справляются со смертью или с ее возможным приходом»[137].

Но «магическая» сила Гарри Поттера настолько велика, что, несмотря на болезненные предпосылки, лежащие в основе образа сказочного зеркала, Джоан сможет добавить к ним в определенный момент даже неожиданно положительный подтекст. На самом деле, как знают читатели «поттерианы», Дамблдор объясняет Гарри функцию этого волшебного предмета так: «Самый счастливый человек на земле, заглянув в Зеркало Еиналеж, увидит самого себя таким, какой он есть, — то есть для него это будет самое обычное зеркало». Точно так же, впервые гуляя по съемочной площадке первого фильма саги, в сцене с Зеркалом Желаний Джоан как будто бы смотрится в волшебное зеркало и видит в нем одно отражение — женщину, осуществившую свое самое большое сердечное желание стать известной и признанной писательницей.

Возможно — и об этом мы рассказывали выше, — образ зеркала, которое отражает тайное в человеке, а не того, кто стоит перед ним, подсознательно пришел к писательнице из обожаемой в детстве истории про Белую лошадку. В этом романе главная героиня Мария Мэриуэзер отражается в предмете, сделанном не из стекла, а из отполированного серебра, где сверху изображена фигура скачущего жеребенка: «Сердце ее бешено стучало. Мария подошла ближе и увидела по-настоящему восхитительное лицо, вернувшее ей ответный взгляд. Веснушки, казалось, исчезли, а волосы вместо красноватого оттенка приобрели оттенок чистого посеребренного золота. А над головой сиял мягкий и яркий свет, подобный лунному»[138].

Как Гарри созерцает в Зеркале Желаний главное желание своего сердца, так и Мария, глядясь в серебряное зеркало, созерцает свою душу: следовательно, ей является вовсе не образ тринадцатилетней лондонской девушки, а образ последней Лунной Принцессы, которой суждено было восстановить безмятежный мир в Мунакре после многовековой борьбы двух семейных кланов.

В течение нескольких месяцев после смерти матери Джоан испытывала помимо пустоты чувство неуверенности и беспокойства, вызванное слишком внезапными преобразованиями в жизни семьи, которая начинает разваливаться. Диана перебирается в Эдинбург, где она будет работать медсестрой, в то время как Питер переезжает в Чепстоу. Там у него сложились близкие отношения с его секретаршей Джанет Галливан, которая, согласно информации биографа Роулинг Шона Смита, оставляет ради него мужа и двоих сыновей. Опять же по словам Смита, отношения начались всего через шесть месяцев после кончины Энн, что вызвало негодование старшей дочери. Но в интервью газете Sunday Mirror Питер категорически отрицал этот факт, заявляя, что история началась в декабре 1991 года, то есть через год после смерти жены, и что Джанет и Джоан всегда проявляли друг к другу доброжелательность.

К тому же отношения девушки с ее женихом также ухудшаются: она сама описала их ссору, настолько яростную, что ей пришлось провести ночь в маленькой комнате отеля Bournville в соседнем городке Дидсбери. Однако там она решила — так она будет делать в последующие годы во все кризисные моменты жизни, — что Гарри Поттер придет ей на помощь, и там, примерно через полчаса после ссоры, она изобретет игру в квиддич.

Джоан тогда думала, что радикальное изменение окружающей обстановки может помочь ей преодолеть экзистенциальный кризис, в который она погрузилась. Объявление о работе, опубликованное в газете The Guardian Стивом Кэссиди, директором и основателем Encounter English School в Порту, случайно привлекает ее внимание: школа существует уже десять лет, и ей требуется квалифицированный учитель английского языка, который должен будет переехать в этот город в Португалии.

На самом деле Джоан имеет лишь небольшой опыт преподавания английского в Париже во время ее университетской учебы, но она все же решает отправить свое резюме. Кэссиди, который регулярно каждый год отбирает учителей с целью проводить их ротацию на местах, назначает ей собеседование, воспользовавшись поездкой в Дарлингтон, чтобы навестить свою семью. Встреча проходит за чашкой кофе в отеле Leeds. Кэссиди вспоминает, что девушка выглядела несколько готически: бледная, с ярко подведенными черной тушью глазами и грустным застенчивым поведением. Он понимает, что перед ним не идеальная кандидатка, однако он дает ей шанс и нанимает ее на эту должность. Теперь школа Encounter, которая до сих пор расположена по старому адресу: Авенида Фернао Магальес, 604, с гордостью упоминает на своем сайте, что до завоевания литературных лавров Джоан Роулинг была членом его преподавательского коллектива.

Можно задаться вопросом: почему среди стольких стран Роулинг привлекла именно Португалия, или же она просто ухватилась за первую же подвернувшуюся возможность сменить обстановку? Возможный ответ есть в упомянутом выше интервью ее отца для Sunday Mirror, в котором Питер признался, что взял с собой дочерей на отдых в Португалию через шесть месяцев после смерти Энн, чтобы попытаться отвлечь их от мыслей об утрате. Так что можно предположить, что Джоан была под впечатлением от пейзажей и атмосферы страны, и это подстегнуло ее решение переехать в Португалию следующей зимой.

Поэтому в прекрасный ноябрьский день 1991 года девушка летит из серого Манчестера в солнечный Порту. Конечно, в ее багаже лежат материалы «поттерианы», поскольку Джоан предполагает, что все эти многочисленные записи должны превратиться в книгу как раз ко времени ее возвращения на родину.

Она даже не подозревает, что на данный момент у жизни на нее много других планов.

Часть III

Путешествие и возвращение

Глава 7

Португальская передышка

Джоан разместилась в четырехкомнатной квартире на улице Сентрал-де-Франкос, над аптекой De Prelada вместе с двумя коллегами: англичанкой Джилл Преуэтт и ирландкой Эйн Кили, родом из Корка. Она посвятит им третий роман, назвав их «крестными матерями свинга», где Swing имеется в виду не как музыкальный жанр, а скорее как название дискотеки, которую три девушки обычно посещали по вечерам.

Это один из старейших клубов в Порту, расположенный на улице Хулио Динис, в непосредственной близости от центра. Он отмечал свое тридцатилетие в 2011 году, и на веб-сайте дирекция клуба указывает, что завсегдатаев не должен вводить в заблуждение термин «свинг», который с 1990-х годов имеет еще одно значение — место, где пары обмениваются партнерами.

В школе девушки также подружились с Марией Инес Агиар, помощницей директора, которая возьмет их под свое крыло. Хотя в школе Джоан обучает людей разных возрастов, она предпочитает работу с подростками в возрасте от 14 до 17 лет, потому что считает, что они полны новых идей и способностей. И не случайно, что в определенный момент она становится руководителем этого подразделения.

В будние дни уроки проводятся с 17:00 до 22:00, и несколько часов в субботу утром. Это оставляет девушке свободное время, и она по своей излюбленной привычке приходит писать в кафе. Любимым становится роскошное и величественное кафе Majestic на улице Санта-Катерина, расположенное в историческом здании 1920-х годов, где много мрамора, лепнины и позолоты. Или же она приводит в порядок заметки для «Гарри Поттера», пользуясь возможностью посидеть за компьютером в школе. Но вполне вероятно, что Джоан часто витает в облаках даже во время занятий, как это уже случалось с ней в Англии на предыдущих местах работы. Так, в документальном фильме CBS «60 минут»[139] она показывает список призраков Хогвартса и различных методов, которыми пользовалась шляпа, распределяющая учеников по факультетам Хогвартса, и говорит, что эти записи были сделаны на фотокопии страницы языковых упражнений для португальских детей…

Вполне возможно, что местная культура и история, а также фигура португальского диктатора Антониу де Оливейры Салазара дали писательнице идеи для развития характера Салазара Слизерина. Кроме того, помимо общего имени у них есть еще и другие неоспоримые точки соприкосновения. Как и Слизерин, Оливейра тоже был академиком — он преподавал экономику в Университете Коимбры. Его режим длился с 1932 по 1968 год под девизом «Бог, отечество и семья», он был убежденным сторонником защиты религиозных и сельских ценностей страны от столкновения с экономической и социальной модернизацией. Известно также, что Салазар пытался противостоять модернизации и применял некоторые подходы из области магической культуры, извращая их, в частности дискриминировал португальцев, разделяя их по принципу чистоты крови[140].

Для осуществления своих планов Оливейра немедленно начинает применять всевозможные репрессивные меры: от цензуры средств массовой информации и книг до корпоративной классификации профессий и самой суровой меры наказания инакомыслящих вплоть до заключения в тюрьму Таррафаль, история которой предоставила, в свою очередь, несколько ярких идей для создания образа тюрьмы Азкабан.

Таррафаль — это тюрьма в одноименном городе, как и тюрьма магов, стоящая на острове, а именно на острове Сантьяго, который является частью архипелага Кабо-Верде (во времена Салазара остававшейся португальской колонией). Город расположен примерно в семидесяти километрах от столицы Прая; тамошний чрезвычайно жаркий и влажный климат вызывает размножение насекомых, включая грозных анофелесов — малярийных комаров. Как и Азкабан, Таррафаль медленно убивал своих узников, не зря же его так и называли — лагерь медленной смерти.

Помимо очень тяжелого и вредного климата заключенные испытывали недостаток пищи, их истязали жестокой тюремной дисциплиной и регулярно пытали. Практиковалась, например, пытка frigideira («кастрюля»): заключенного помещали в железобетонный куб без окон, а в железной двери специально оставляли щель без москитной сетки. Внутри куба не было искусственного освещения, каких-либо предметов обстановки и даже одеял или одежды, то есть человек находился весь день в раскаленной от жары бетонной камере без всякой защиты. В распоряжении заключенных было только ведро для отправления нужды и одно ведро с водой для питья. Воду и хлеб приносили через день, предполагая, что узник вряд ли выживет в условиях, где температура могла даже подняться выше 65 градусов по Цельсию[141]. Известно, что по меньшей мере 32 человека погибли в Таррафале во время режима Оливейры Салазара.

Конечно, в Азкабане заключенных пытают дементоры, и не физически, как в португальской тюрьме, однако психологические мучения там не менее зверские и невыносимые. Наконец, как и в Азкабане, управление Таррафалем было поручено Специальной полиции — PVDE (Policia de Vigilância e de Defesa do Estado), Государственной полиции наблюдения и защиты, созданной по модели гитлеровского гестапо, где заключенные находились в полном распоряжении тюремщиков точно так же, как это происходит в Азкабане с дементорами.

Джоан жила в Порту уже около пяти месяцев, когда однажды вечером она решила отправиться со своими двумя подругами-коллегами в Meia Cave, известный клуб, расположенный в Прака-да-Рибейра. Это площадь с одноименным названием в характерном районе, состоящем из узеньких средневековых улочек, которые поднимаются на холм неподалеку от реки Дору. Клуб располагается на двух этажах: бар находится на нижнем этаже, над ним дискотека.

Девушка не подозревает, что вот-вот встретит мужчину, за которого выйдет замуж, и в тот момент, когда в клуб входят три преподавательницы, Хорхе Альберто Родригес Арантес выпивает со своими друзьями на нижнем этаже. Кем был этот молодой человек, не очень понятно: некоторые источники, в том числе биография писательницы Шона Смита, описывает его как студента факультета журналистики; другие, например The Guardian, изображают его настоящим журналистом, который вроде бы даже работает на телевидении. Какой бы ни была его настоящая профессия, в тот роковой вечер Арантес, как и все молодые люди в этом клубе, выросшие на мифе о latin lover (латинском любовнике — англ.), вышел на охоту на иностранок. Иностранки более раскованны по сравнению с соотечественницами и легче становятся скорой добычей.

Роулинг всегда не решалась сообщать прессе подробности этой встречи и детали своей последующей семейной жизни, поэтому нам придется прибегнуть к версии, предоставленной самим Хорхе. В отличие от своей бывшей жены, он без колебаний, как мы увидим, продал эту историю таблоидам. По его версии события, в тот вечер он сразу обратил внимание на эту девушку с длинными густыми рыжеватыми волосами и «самыми чудесно-голубыми глазами», которые он когда-либо видел.

Хорхе на два года ее моложе, и хотя в то время Джоан еще очень мало говорит по-португальски, он хорошо владеет английским, и поэтому для нее это легкое общение: кроме прочего они обсуждают книги Джейн Остин и ее произведения, а этой писательнице она поклоняется. Как рассказывает Арантес, после нескольких часов их разговоров Джоан кратко описывает свои предыдущие отношения с английским парнем и рассказывает о другом португальце, с которым они обменялись номерами телефонов и целовались. Но юноша будет старательно выжидать два дня, прежде чем перезвонить, и когда они встретятся снова, вечер завершится в его квартире.

Как пишет Шон Смит, через несколько дней Джоан увидит, как Арантес разговаривает в другом баре с голландкой, и поэтому она сразу дает ему понять, что не намерена быть еще одной «зарубкой на стене»: если он хочет отношений с ней, он должен забыть обо всех остальных. Затем они становятся неразлучны, но Хорхе не производит хорошего впечатления на друзей своей новой подруги. Смит, бравший интервью у Стива Кэссиди и Марии Инес Агиар, сообщает, например, что Стиву он кажется человеком грубым и ненадежным, а Мария Инес видит его слишком ревнивым собственником.

Тем временем пара переехала жить в квартиру матери Арантеса, Марилии Айросо Родригес, которая доброжелательна к Джоан, хотя в силу возраста и культуры женщины не имеют между собой ничего общего. Более того, Марилия очень плохо говорит по-английски и проводит много времени в церкви.

Новая квартира, состоящая из двух спален и небольшой кухни, расположена по адресу: улица Duque de Saldanha, 59, и она гораздо ближе к школе, чем жилье, которое девушка делила со своими коллегами. Duque de Saldanha — это длинная тихая и зеленая улица, имеющая довольно скромный вид. Бок о бок стоят дома различных стилей, в том числе некоторые характерно облицованы темно-вишневой или темно-зеленой плиткой. Дом 59 как раз один из таких цветных домов и расположен почти в конце улицы, которая затем переходит в Largo do Padre Baltazar Guedes. Здесь, на противоположной стороне от квартиры Арантеса, находится кладбище Prado do Repouso и детский дом Real Colėgio de Nossa Senhora da Graa dos Meninos Orfaos (Коллегиум Богоматери Милостивой для детей-сирот).

Поэтому, с одной стороны, создается впечатление «возвращения домой», ведь Чёрч-коттедж также находился рядом с кладбищем; а с другой стороны, есть по крайней мере одно любопытное совпадение с обстоятельствами первых десяти лет жизни того, кто впоследствии станет лордом Волан-де-Мортом. Джоан постоянно лицезрела детский приют, что могло повлиять на биографию Темного Лорда, рассказанную в «Гарри Поттере и Принце-полукровке». Хотя дополнительный материал в этом отношении мог быть также связан с деятельностью Роулинг по защите сирот из стран Восточной Европы спустя десятилетие. На самом деле, интерес писательницы к этим вопросам проявился в 2004 году, когда она узнала из газеты, что в Чехии из-за нехватки персонала используют для лечения маленьких госпитализированных больных кровати-клетки. Тогда она отправила в правительственные органы официальное письмо с требованием отмены позорной практики. Благодаря поддержке ее поступка СМИ, цель была достигнута. Именно на этом этапе Роулинг узнала о некоторых особенностях возрастного развития ребенка: сканирование мозга однозначно свидетельствует о необратимых психологических последствиях у детей, разлученных с матерью в раннем возрасте. Значимость этой связи также подтверждается высказыванием упомянутой выше писательницы и психотерапевта Сильваны де Мари, которая в своем эссе о фантастической литературе указывает: «Уже за первые несколько часов после рождения ребенок учится узнавать свою мать по запаху, и когда она уходит от него, он испытывает разрушительное беспокойство. В каждом усыновленном ребенке, даже если он чудесно усыновлен, даже если его очень любят в приемной семье, живет горе утраты первой матери»[142]. Таким образом, знание о страшных последствиях лишения ребенка матери дополнительно психологически обогатило личность Тома Реддла-младшего, ведь в «Принце-полукровке» он представлен нам как сирота, который вырос с самого рождения в приюте, в отличие от Гарри Поттера, окруженного нежностью и защищенного любовью его мамы Лили.

Между тем отношения между Джоан и Хорхе по-прежнему остаются бурными.

Уже упомянутая выше Агиар сообщает в интервью Шону Смиту об одном эпизоде в кафе около языковой школы: после большой ссоры между ними Арантес сильно толкает свою подругу, которая убегает в школу вся в слезах. Реакция выглядит настолько экстремальной, что один из свидетелей вызывает полицию, но, похоже, все возвращается на круги своя, когда — точно в сцене из мыльной оперы — Арантес громко кричит о своем раскаянии и любви к Джоан, а та возвращается и принимает его извинения.

Несмотря на эмоциональные бури в их отношениях, летом 1992 года они планируют провести отпуск в Англии, чтобы Джоан могла познакомить Хорхе со своими родственниками, но поездка откладывается из-за выкидыша. Боль потери первого малыша сплачивает пару, они решают пожениться и попытаться завести еще одного ребенка. Судя по последующим заявлениям писательницы, это настойчивое ожидание ребенка является не случайным, а скорее хорошо обдуманным выбором, по крайней мере с ее стороны:

«Я получила свою дозу развлечений, я успела попутешествовать. Я довольно безбашенно пожила, я вела очень независимую жизнь. Я пожила как бездетная женщина. Перед тем как завести ребенка, полезно отбросить некоторые из этих вещей, потому что должно пройти время, прежде чем у тебя появится возможность снова вернуться к ним»[143].

Итак, 16 октября 1992 года после официального запроса, поданного Хорхе 28 августа, Джоан становится миссис Арантес. На гражданской церемонии заключения брака присутствовали мать и сестра Хорхе, а также ее жених и сестра Джоан со своим будущим мужем Роджером Муром (за которого она выйдет замуж 3 сентября следующего года). Главный отсутствующий — папа Питер. Самые серьезные (хотя и неофициальные) биографии одна за другой цитируют версию Смита, утверждающую, что девушка не хотела приглашать отца потому, что все еще была обижена на него за связь с секретаршей (на которой он женится 2 апреля следующего года, дочери на свадьбе присутствовать не будут). Однако, как следует из интервью мистера Роулинга Sunday Mirror, которое уже упоминалось[144], он считал эти аргументы несостоятельными, объясняя свое с подругой отсутствие тем фактом, что объявление о свадьбе было столь неожиданным, что они не успевали получить визы и их могли депортировать.

На фотографиях со свадьбы, которые опубликованы в биографии Смита, видно выражение лица Джоан. По правде сказать, не похоже, что это один из лучших дней в ее жизни и она «на седьмом небе от счастья». Она даже выглядит довольно своеобразно: одежда и косметика в черных тонах, единственные светлые акценты — это серьги и жемчужное ожерелье в глубоком вырезе декольте. Волосы собраны, большая челка при этом падает на лоб, в руке она держит маленький букет из папоротников, красных гвоздик и белых цветов, перевязанных белой ленточкой.

Хорхе, который должен был подать заявление на разрешение вступить в брак (поскольку он в этот момент призван на военную службу), также одет в черный пиджак, но ярким пятном выглядит красная рубашка в крупный белый горошек. На фотографии заметен алый клатч и довольно обычный ремень. По сравнению со своей женой он выглядит более расслабленно перед фотокамерой и позирует улыбаясь.

Пара никуда не уезжает на медовый месяц. В тот же вечер Джоан как ни в чем не бывало идет на работу. Она продолжает работать, даже обнаружив, что беременна. Она делит свое время между преподаванием в школе и написанием «Гарри Поттера» в кафе и живет словно в водовороте, который в конечном итоге окажется особенно стрессовым: Смит располагает свидетельством ее свекрови, что девушка, вместо того чтобы поправляться, как это было бы нормально в ее состоянии, начинает терять вес и худеет на одиннадцать килограммов.

Именно во время беременности Джоан завершает последние варианты первых трех глав «Философского камня». Спустя годы Арантес объявит прессе, что он внес свой вклад в написание первого тома, но писательница отбила его подачу, заявив: «Он сделал такой же вклад в „Гарри Поттера“, как я — в „Повесть о двух городах“»[145].

27 июля 1993 года в больнице Сан-Хуан его жена после семи часов схваток рожает девочку. Она окрестит ее именем Джессика Изабель в честь героини своей юности Джессики Митфорд. Мать на седьмом небе от счастья: в интервью она всегда заявляла, что публикация «Гарри Поттера и философского камня» была самой большой радостью в ее жизни после рождения дочери, — поэтому можно хорошо представить, что чувствовала Джоан при появлении малышки на свет. Спустя годы, оглядываясь на это мгновение и связывая его с любовью Лили к Гарри, она дает еще один комментарий к событию:

«В тот день в 1993 году я осознала, как мать неизбежно и явно сразу начинает защищать своего ребенка. Первое, что я подумала, когда посмотрела на нее, что передо мной тот человек, который для меня всегда будет важнее меня самой»[146].

Тем временем Хорхе отслужил восемь месяцев обязательной военной службы и вернулся домой. Но присутствие новорожденного ребенка с его постоянными потребностями только сгущает напряженную атмосферу в жизни семейной пары, которая и раньше казалась не особенно крепкой. Кроме того, Хорхе не может найти работу и в нем нарастает еще большая фрустрация[147], тогда как психологический и материальный вес Джоан в семье возрос. Она преподает в школе, занимается писательством, заботится о дочке и выглядит вполне состоявшейся. Но как будто этого недостаточно, и вот маленькая Джессика на целый месяц попадает в больницу из-за нарушения кровообращения в стопе, риск был такой серьезный, что ребенку могли ампутировать палец.

17 ноября 1993 года ситуация в семье сильно ухудшилась: около пяти часов утра между супругами снова происходит яростная ссора, и Арантес буквально выгоняет свою жену из дома. Согласно сообщениям в прессе[148], версия Хорхе состоит в том, что Джоан не хотела уходить без Джессики. И хотя он, мол, уверял, что на следующее утро она может вернуться за дочерью, она хотела немедленно забрать ее с собой. По словам одного из источников, Арантес вроде бы признался, что тогда он с силой вытолкал жену из дома и дал ей сильную пощечину.

После разборки Джоан просит помощи у своих ближайших подруг — Эйн, Джилл и Марии Инес, — чтобы вернуть дочь. Затем Мария Инес звонит другу-полицейскому и убеждает его сопровождать ее на следующее утро, чтобы забрать Джессику, надеясь, что при виде официальной униформы Хорхе испугается и отдаст ребенка. Когда он открывает дверь и видит Агиар, то прямо заявляет, что не хочет с ней разговаривать, и пытается снова закрыть дверь, но Мария Инес быстро вставляет ногу в дверной проем, тем самым не давая ему ее захлопнуть, и настаивает на просьбе вернуть ребенка. В конце концов Арантес сдается.

Таков финал очень короткого брака продолжительностью тринадцать месяцев и один день. В интервью на передаче Опры Уинфри Роулинг сказала, что при выборе первого мужа она повторила все те усвоенные схемы, которые были приняты в ее семье, тем самым высказавшись о них в отрицательном ключе. Десятью годами ранее она уточняла:

«Я никогда не говорю об этом, но, очевидно, вряд ли стоит расторгать брак после такого короткого периода времени, если только речь не идет о серьезных проблемах. Мои отношения с молодым человеком до этого длились семь лет. Я — девушка, предрасположенная к длительным отношениям»[149]. Как мы видели, собранные Смитом свидетельства представляют Арантеса как импульсивного и драчливого человека. Если последняя черта характера соответствует действительности, то приведенные выше утверждения выглядят вполне убедительно.

Помимо этого, Питер Роулинг в интервью газете Sunday Mirror также утверждает, что первый муж плохо обращался с его дочерью и отношения их с самого начала были сложными, поскольку Джоан никогда не могла свободно говорить по телефону. Сама писательница в интервью газете The Guardian[150] определяет этот брак как «мой вариант Памелы Андерсон и Томми Ли»[151], что подтверждает подозрения о семейном насилии. В этом же контексте любопытна информация (хотя она и единичная), которая сообщается на сайте Contact Music[152], что в 2005 году Роулинг участвовала в финансировании одного 15-минутного короткометражного фильма под названием «Ночная смена в пятницу» (Friday Night Shift), который рассказывает реальную историю молодой матери, попавшей в ситуацию семейного насилия.

Каким бы ни был фактический фон ее первого брака, писательница всегда говорила, что ни в коем случае не сожалеет об этой ошибке, потому что иначе у нее не было бы обожаемой дочери Джессики. Однако в «Гарри Поттере и узнике Азкабана» есть один факт, который, как представляется, несколько противоречит этому утверждению. Так, на уроке прорицания преподавательница Сивилла Трелони предсказывает Лаванде Браун несчастье, которое состоится в следующую пятницу, 16 октября («„Да, между прочим, то, чего вы больше всего опасаетесь, случится в пятницу, шестнадцатого октября“. Лаванду забила дрожь»). Это точная дата, вплоть до месяца и дня недели, свадьбы Джоан с Арантесом (тогда как в 1993 году, когда происходят события романа, 16 октября выпадает на субботу). И хотя автор никогда не объясняла этого странного совпадения, тем не менее однажды призналась, что когда ей нужны цифры или даты для ее книг, она склонна использовать те из них, которые имеют отношение к ее жизни[153].

Роулинг однако решительно отвергла все слухи, которые выплеснулись в прессу в 2004 году, когда газета Daily Express, опубликовав ее заявление, что для персонажа Златопуста Локонса она вдохновилась фигурой одного действительно известного человека, также сообщила, будто этот тщеславный профессор Защиты от Темных искусств был фактически списан с Арантеса. Писательница, назвав этот слух «очевидным и ядовитым мусором», высказалась на своем сайте: «Я всегда искренне признавалась, что Златопуст Локонс был списан с реального человека […]. По понятным причинам я не собираюсь раскрывать личность этого конкретного человека — каким бы раздражающим он ни был, он этого не заслуживает, но я могу категорически заявить, что никогда не выходила за него замуж. Я не лгу об источниках вдохновения для моих персонажей».

Фактически, как Роулинг имела возможность сообщить во время слушаний дела по запросу Левесона[154] на предмет этики прессы, который был санкционирован в 2011 году британским правительством после скандала с телефонной прослушкой, проведенной некоторыми газетами, что нанесло моральный ущерб нескольким высокопоставленным лицам, — прототипом Локонса был человек, с которым Джоан в течение короткого времени проживала в одной квартире. Это мог быть студент колледжа времен ее парижской стажировки или кто-то переехавший в Лондон сразу после окончания школы: «Вероятно, этот человек даже не помнит, что мы были соседями по квартире. Это было давно. Поэтому я чувствовала себя довольно спокойно, утверждая, что не раскрываю его личности. И, как я уже сказала, мое знакомство с ним было настолько поверхностным, что я чувствовала, когда писала, что не делаю ничего вредного».

Слушания на процессе помимо всего прочего вызвали немалое смущение у старшей дочери писательницы, о чем Роулинг рассказала сама в ходе расследования Левесона:

«Они говорили о ее биологическом отце, и мне пришлось сесть рядом с моей старшей дочерью, чтобы сказать ей, что это неправда и что я никогда не делала такие вещи: „Нет никакого сходства между этим человеком и твоим отцом“. И тогда она все поняла и сказала: „Я знаю, что ты не делаешь так, я знаю, что ты так не делала, я верю тебе, я верю тебе“, и это был ужасный разговор. И конечно же, есть то, что происходит вне дома. Другие дети, многие из которых читали „Гарри Поттера“, сказали моей дочери, что ее отец был прототипом неприятного персонажа, и их слова нельзя отменить, потому что дети, как правило, не читают опровержений в газетах. Так что лживая информация нанесла реальный эмоциональный ущерб, который, я уверена, совершенно безразличен человеку, запустившему эту информацию, но, как вы можете себе представить, это очень важный факт моей жизни».

После последней вопиющей ссоры Джоан поняла, что Португалии больше нечего ей предложить, и твердо вознамерилась вернуться на родину. Восемнадцать лет спустя она объяснит в интервью Опре, что неприятный опыт заставил ее осознать свой сильный инстинкт выживания, ибо почувствовав, что пора уходить, она сделала это, не оглядываясь назад. Ранее, выступая на Эдинбургском международном книжном фестивале в 2004 году, она отшутилась на этот счет, но в свете своего прошлого все же красноречиво предупредила девушек, объявлявших себя влюбленными в Северуса Снегга или Драко Малфоя: «Девушки, хватит таскаться хвостом за плохими парнями. Выберите себе хорошего человека, в этом цель. Мне понадобилось 35 лет, чтобы понять это, но я даю вам этот драгоценный совет бесплатно, прямо сейчас, в самом начале вашей личной жизни…»[155]

Тем не менее оформление бумаг требует времени, и мать и дочь переселяются в дом друзей, которых Арантес не знает, так что он не сможет их найти, пока Джоан готовится к отъезду.

Итак, через две недели после ноябрьского инцидента мать и дочь покидают Порту навсегда. В чемодане лежат три главы[156] «Гарри Поттера и философского камня» вместе с кипой новых заметок.

Единственный раз Джоан оглядывается назад, когда год спустя отправляет своей свекрови письмо с фотографией внучки. Затем над Португалией опускается окончательная завеса забвения.

Глава 8

Джоан в Стране волынок

Беглянка решила осесть в Эдинбурге, где сейчас на Марчмонт-роуд, 140, живет со своим мужем ее сестра Диана. Ей хотелось провести рождественские праздники 1993 года в тихом месте, чтобы спокойно обдумать завершение брака и сосредоточиться на мыслях о будущем, а затем она собиралась по возможности переехать на юг, где и до сих пор живут все ее друзья.

Столица Шотландии заснежена, и снежок предвещает маме с дочкой радостные ощущения праздничных дней. Но реальность совсем не такая радужная: Джоан вернулась в Великобританию в то время, когда там происходит резкий всплеск подростковой беременности, и это явление уже превратилось в стране в острую социальную проблему. С другой стороны, консерваторы во главе с Джоном Мейджором проводят кампанию по возвращению к базовым ценностям прошлого (так называемый возврат к основам), среди которых прочные семейные ценности. Поэтому в правительстве господствует негативное отношение к одиноким родителям как к попрошайкам государственной помощи. К тому же власти демонстративно не желают проводить различие между случаем пятнадцатилетней дурочки, жертвы классического «дорожного происшествия», и случаем женщины, родившей ребенка в рамках стабильных семейных отношений, которые позже распались. Последняя ситуация, согласно опросам тех лет, имеет место в 70 % случаев[157]. Какова бы ни была причина семейных драм, в 1993 году в стране уже насчитывались 1 300 000 неполных семей, из которых 65 % получали государственную субсидию, а девять из десяти составляли матери-одиночки.

Джоан чувствует себя глубоко оскорбленной и публично ошельмованной, что, безусловно, не улучшает состояние ее психики, уже травмированной недавними семейными потрясениями и ощущением провала. В 2008 году в своей речи перед выпускниками Гарварда она откровенно подводит итог под этим периодом своей жизни:

«Всего через семь лет после окончания университета я потерпела неудачу в эпическом масштабе. Разлетелся в клочки совершенно недолговечный брак, и я осталась без работы, осталась матерью-одиночкой и была настолько бедна, насколько это возможно в современной Великобритании, несмотря на то что я не была бездомной».

Во время пребывания в Эдинбурге Роулинг наконец рассказывает сестре о своих писательских амбициях, желании быть опубликованной и об истории про Гарри Поттера. Это решающий момент для хрупкой психики молодой женщины, которая в то время материально нуждается, но более всего она нуждается в одобрении.

В различных интервью Роулинг всегда говорила, что если бы Диана не засмеялась, прочитав несколько страниц «Философского камня», она, вероятно, отступила бы. Но сестру развлек юмор, пронизывающий всю историю, и не только. Диана побуждает ее продолжать писать (более того, позже она поможет Джоан справиться с растущим прессингом, когда на ее плечи свалится мировая истерия вокруг ее книги). И вот Гарри Поттер находит первого из очень многочисленной когорты своих сторонников.

Вскоре после прибытия в Шотландию Джоан подала заявку на государственную помощь. За два дня до Рождества она приходит в отдел социального обеспечения, чтобы ответить на вопросы о своей семейной жизни и о причинах, по которым она безработная и имеет на иждивении дочь. Это унизительный опыт, но девушка знает, что государственная помощь — отправная точка ее будущего, единственный способ получить первую поддержку, пусть даже небольшую, в размере 70 фунтов в неделю (чуть больше 91 евро).

Тем временем «вынужденное» пребывание в Эдинбурге обнаруживает, что город ей нравится, и поэтому первоначальная идея возвращения в Англию отложена. Хотя в столице Шотландии она никого не знает, кроме Дианы, ее мужа и разве что лучшей подруги сестры, однако Эдинбург кажется ей хорошим местом для счастливого воспитания ребенка. Чуть позже девушка даже сможет создать небольшой, но прочный круг новых знакомых. Конечно, Джоан понимает, что они с Джессикой не могут долго обременять своим присутствием жизнь молодоженов, которые временно их приютили, и ей даже удается благодаря некоторым старым сбережениям собрать сумму, достаточную для оплаты съемной квартиры и покупки предметов первой необходимости, таких как детская кроватка и детский стульчик. Итак, она с дочерью поселяется в доме 28 по Гарднер Кресчент-стрит. Это широкая и очень длинная улица, где все здания построены из типичного красновато-коричневого кирпича, популярного в Великобритании. Дом № 28 находится в тупиковом проулке, пересекающем главный проспект. Старая облюбованная мышами квартира располагается на первом этаже и состоит из ванной комнаты, спальни и столовой с мини-кухней. Узкая и длинная прихожая плохо освещена даже днем. Джоан пытается убедить себя, что стоит перекрасить стены, и квартира преобразится, но в любом случае она думает остановиться там на время, которое понадобится, чтобы взять себя в руки и наладить жизнь. Эта мысль помогает ей, по крайней мере, на начальном этапе закрыть глаза на все «прелести» нового жилья.

С этого момента начинается длинная серия ежедневных мелких унижений: необходимость одеваться в благотворительных магазинах; считать каждую копейку при покупке жалкой банки с фасолью, обнаруживая, что тебе не хватает двух пенни и банку все равно придется оставить на полке в магазине; надеяться на доброе сердце родственников, чтобы купить Джессике новую пару обуви; получать в подарок от отдела социальных услуг ужасные пластмассовые или жутко потертые плюшевые игрушки и испытывать острейшую зависть перед восхитительными, полными игрушек детскими спаленками в домах маленьких друзей дочки, тогда как все имущество ее девочки могло бы поместиться в обувной коробке… (При этом Джоан прекрасно понимает, что зависть — разрушительное чувство, и стыдится его.)

Иногда молодой матери даже приходится отказывать себе в еде, чтобы хватило на еду ребенку; в других случаях нужда заставляет ее ходить в магазин сети Mothercare, притворяясь, что она рассматривает детскую одежду (которая ей на самом деле была не по карману), и делать это только для того, чтобы в пеленальной магазина взять один или два бесплатных памперса, оставленных для клиентов. А потом ежемесячное унижение в почтовом отделении при получении социальной помощи… Роулинг никогда не забудет тех чувств, которые она испытала в первый раз на почте, — это сравнимо с ощущением собственной страшной ущербности, и кажется, все люди вокруг знают, зачем она сюда пришла.

Отображение этой бедности будет совершенно отсутствовать в ее саге, где она наделяет Гарри Поттера впечатляющим капиталом, полученным в наследство: «Деньги Гарри не так уж важны в книгах о нем, кроме того, что он может позволить себе купить форму и достойно жить. Я дала ему приличное состояние, потому что сама была без гроша в кармане, когда писала первую книгу, и это отражало мое желание не беспокоиться о таких вещах»[158].

Роулинг так стыдилась своего социального положения, что, вспоминая об этом периоде жизни более чем три десятилетия спустя, она признается: «Я чувствовала, будто у меня на лбу выбита татуировка вроде „разведенная мать-одиночка без гроша в кармане“»[159].

В годы славы эти воспоминания Джоан Роулинг о нищете породили некоторые смешные городские легенды. Так, согласно одной из них, она начала писать книгу в кафе (эта привычка, как мы видели, уже была отмечена многими), потому что квартира не отапливалась; или же легенда о том, что, не имея возможности купить пачку бумаги, она вынуждена была писать на бумажных салфетках, когда на самом деле на салфетке был нарисован единственный эскиз — набросок Почти-Безголового-Ника, который демонстрируется на ее сайте. Единственный непривычный «экспонат» коллекции, достойный внимания, это гигиенический бумажный пакетик из самолета, на котором в ряд указаны четыре факультета Хогвартса.

Пока Джоан превозмогает драматическое материальное положение, над ее головой сгущается еще одна туча: в марте 1994 года в городе появляется Хорхе Арантес собственной персоной. Джоан через юридическую фирму Blacklock & Thorley обращается к судье за судебным запретом ее мужу приближаться к ней и к Джессике. Потребность в юридическом вмешательстве такого типа означает серьезные опасения со стороны женщины и, следовательно, косвенно указывает на тяжелые условия предыдущей семейной жизни. Кроме того, по словам журналиста Питера Фирона[160], Арантес после потери своей жены и дочери фактически катится по наклонной плоскости.

Все это грозит превратиться в длинную череду зловредных заклинаний, нагромождающих трудности на жизненном пути молодой женщины, но есть все же маленький просвет — судья временно принимает ее иск о наложении ограничительного запрета на ее мужа. Джоан удалось представить двух свидетелей в свою поддержку, в то время как Арантес попросту не пришел в суд. Что касается юридических аспектов их брака, то в отсутствие какой-либо прямой информации от заинтересованной стороны можно полагаться лишь на журналистские источники, которые, однако, противоречат друг другу. По словам Шона Смита, 10 августа того же года писательница также подала на развод, который вступил в силу 26 июня 1995 года вместе с определением единственной опеки над ее дочерью и другим судебным запретом в адрес бывшего мужа, на этот раз бессрочным. Но эти юридические детали развода не согласуются с информацией, которая была опубликована в 2000 году журналистом Питером Фироном[161]: летом того же года Арантес, пожив в парижском пригороде Клиши в доме своего брата Юстино и оправившись от проблем, вернется в Эдинбург, чтобы заявить о своем праве. Он требовал получить право видеть дочь Джессику и установить порядок общения с ней, выставляя это условием согласия на развод. Поэтому возможно, что в 1995 году вместо судебного иска на развод писательница подала другое заявление, вскоре удовлетворенное, об обычном легальном разлучении супругов, поскольку британское законодательство, как и итальянское, признает обе правовые процедуры (хотя детали и практика ведения дела различны), и только в 2000 году она наконец начала планировать окончательное расторжение брака[162].

Тот факт, что Роулинг позже вступила во второй брак, подтверждает, что развод — по обоюдному согласию или нет — тем не менее произошел и что в любом случае вследствие этого неизбежно были признаны права отца на общение с дочерью Джессикой. Это подтверждается также периодическими заявлениями Арантеса прессе[163], что он общается со своей дочерью, а в 2008 году даже проводил с ней некоторое время на отдыхе.

В этот трудный период в жизни писательницы проглядывает новый луч света, когда после шести очень печальных месяцев, проведенных на Гарднер Кресчент-стрит, Джоан переступает через свою гордость и принимает деньги, которые ее друг Шон Харрис предлагает ей в кредит на какое-то время. Девушка располагает шестьюстами фунтами стерлингов и может наконец-то найти себе лучшее жилье, но вскоре обнаруживает, что она сделала расчеты без учета запросов арендодателя: во всех опрошенных агентствах недвижимости заученно отвечают, что их квартиры не сдаются в аренду людям, живущим на социальное пособие. Однако в последнем телефонном разговоре она замечает, что на другом конце телефонной линии голос звучит не устало-равнодушно, а извинительно. Прежде чем ее собеседница успевает повесить трубку, Джоан, уцепившись за этот слабенький проблеск надежды, как из пулемета выстреливает сериями объяснений, не давая нежному голосу возможности возразить. Со всей силой отчаяния девушка пытается сказать, что она — ответственный человек, который оплачивает счета, заботится о порядке в доме и просит только об одном — дать ей возможность доказать это. Речь ее кажется убедительной, потому как агент по недвижимости соглашается встретиться с ней в тот же день и показать ей две квартиры.

Так мама и дочка оказываются в доме 7 на площади Саут Лорн Плейс в теплой и чистой квартире, хотя и совсем без мебели. Но после всего пережитого это и в самом деле ерунда; вскоре Джоан обставила свое новое жилье разрозненными предметами мебели, подаренной ей Дианой и некоторыми друзьями.

В частности, среди этой мебели есть четыре разных стула для столовой, и никто в то время не предполагал, что самый удобный из них — и самый необходимый в долгие часы написания первых двух романов — станет семь лет спустя фамильной реликвией. После того как автор написала на подставке для ног, на спинке и сиденье «Гриффиндор», а также свой автограф, две молнии и фразу «Вы можете не находить меня красивым, но не судите по внешнему виду, — я написала „Гарри Поттера“, сидя на этом стуле…», 4 сентября 2002 года он будет пожертвован на благотворительный аукцион в пользу Национального общества по борьбе с жестоким обращением с детьми. На аукционе, организованном актрисой Джоанной Ламли и известным аукционным домом Christie’s, эта семейная реликвия уйдет за почти 15 000 фунтов стерлингов; позже она будет перепродана через eBay в 2009 году за значительную сумму почти в 20 000 фунтов стерлингов. Часть из них будет пожертвована благотворительной организации «Книги за рубежом», которая бесплатно рассылает книги в школы по всему миру. В марте 2016 года стул опять-таки вернется на торги в Нью-Йорк с сопроводительным письмом с автографом заголовка и подписью, подтверждающей его подлинность, и соберет на этот раз внушительные 278 000 фунтов, из которых 10 % будут пожертвованы анонимным фанатом на благотворительные цели.

Но даже если выглядит новое жилище изящнее предыдущей казармы и перед ним есть даже маленький садик, этот бытовой «шаг» не слишком удачен. Новое «обиталище» расположено в районе Лейт, портовой зоне на окраине Эдинбурга, которая вошла в черту города в 1920-х и была увековечена в конце 1980-х — начале 1990-х годов романом и снятым по нему фильмом «На игле»[164]. В последние два десятилетия район качественно улучшился за счет строительства шикарных квартир, дорогих ресторанов и магазинов, но в те времена, когда Джоан переехала туда жить, бедность и деградация, ярко описанные в книге Ирвина Уэлша и в фильме Дэнни Бойла, все еще остаются отличительными признаками квартала. За годы тэтчеризма сначала сильно выросла, а потом стала хронической безработица среди рабочего класса; к тому же молодые шотладцы воспринимают себя как британских граждан второго сорта. В пригороде, где поселилась Джоан с ребенком, нет никаких общественных, развлекательных или развивающих учреждений, которые есть в районах проживания среднего класса. В те годы в подобных районах наблюдается взрывное потребление героина, часто вперемешку с алкоголем, что кажется людям временным убежищем от жизни, лишенной всяческой перспективы. Более того, тогдашнее близорукое правительство консерваторов не торопится проводить — и до 1986 года не проводит — политику распространения одноразовых шприцев, что даст в течение последующих двух десятилетий ужасающий прирост случаев инфицирования ВИЧ и гепатитом С тех, кто умудрился ранее не погибнуть от передозировки наркотиков.

Молодая шпана просто из развлечения нередко бросает камни в окна, когда Джоан находится дома. Один раз девушка вообще сталкивается с пьяным, который пытается взломать ее дверь, а однажды — даже с вором, которому в три часа утра удается проникнуть внутрь квартиры. Истории эти ее не только явно пугают, но и ставят перед ней еще одну проблему — как найти деньги, чтобы заплатить слесарю за ремонт кухонного окна, через которое проник злоумышленник.

Что касается соседей, достаточно сказать, что в многоквартирном доме проживают еще три матери-одиночки, а девушка, арендующая квартиру этажом выше, явно страдает от побоев, поскольку она не снимает солнцезащитные очки, даже когда останавливается на лестнице поболтать с Джоан, вероятно маскируя синяки. Некоторые положительные моменты связаны с тем фактом, что начальная школа для Джессики расположена за углом в нескольких сотнях метров. Именно в этой квартире появится в полном объеме «Философский камень», вылупившись из огромной массы заметок, накопившихся за эти годы: «Мне казалось, что книга сама склеилась из кучи беспорядочных пометок. Я действительно так и сделала. Это был вопрос, как сжать, отредактировать и слепить книгу из массы всего, что было у меня про Гарри…»[165]

В 2001 и 2007 годах, по случаю посвященных ей двух телевизионных фильмов, Роулинг дважды посетит обе квартиры из своего доуспешного безызвестного прошлого. Эти встречи с прошлым оказали на нее огромное эмоциональное воздействие, в особенности посещение второй квартиры в Лейте: «Здесь я и закончила „Философский камень“. Здесь я полностью перевернула свою жизнь. Моя жизнь на самом деле полностью изменилась в этой квартире. У меня такое чувство, что здесь я действительно стала собой, в том смысле, что многое было вырвано из меня и выброшено вон, я устроила в своей душе такой беспорядок… Но это освобождало меня […], здесь был мой период „загнанности в угол“. В течение многих лет я знаю, что если все исчезнет — а иногда я спрашиваю себя: „А реально ли все происходящее?“ — именно в это место я бы вернулась, оно будет тогда моей стартовой площадкой.

[…] Если бы я знала, что десять лет спустя я вернусь сюда с телевизионной командой, а мои книги, уже опубликованные, будут стоять здесь на чужой книжной полке в чьей-то спальне… Это все действительно кажется мне невероятным»[166].

На самом деле, помимо этой квартиры, значительная часть романа была написана в разных кафе шотландской столицы. Усыпить Джессику удавалось единственным возможным способом — катая ее в коляске по улицам города, а когда она засыпала, Джоан заходила в кафе и несколько спокойных часов посвящала другому своему «ребенку» — бумажному и волшебному. Два кафе среди прочих вызывали ее предпочтение: «Дом слона» (Elephant House)[167], расположенный под № 21 у моста Георга IV, и кафе «Николсон» (Nicholson’s) в доме 6 на улице Николсона. Здесь в самые удачные дни Роулинг удается написать не только страницы, но даже целые главы, как, например, главу, посвященную первому уроку Гарри по полету на метле, которая на этапе окончательной доработки потребует лишь нескольких изменений. Elephant House располагается, кстати, рядом с кладбищем Greyfriars, и, возможно, это одно из тех мест, которое подсознательно повлияло на выбор писательницей магловского имени Волан-де-Морта: здесь находится могила семьи Ридделлов[168], где упокоился, в частности, эсквайр Томас Ридделл из Бефсборо, умерший 24 ноября 1806 года, и его сын, полный его тезка, преждевременно скончавшийся в Вест-Индии 12 сентября 1802 года в возрасте 26 лет. Эта деталь побуждает многих поклонников к паломничеству к гробнице Ридделлов, где они оставляют записки, полные галлюцинаторной смеси фантазии и реальности. На этом же кладбище покоится шотландский поэт Уильям Макгонагалл, подаривший свою фамилию хогвартскому профессору искусства трансфигурации, о чем напрямую говорится автором в Pottermore.

А вот кафе Nicholson’s все же стало любимым рабочим штабом Джоан, потому что оно только что перешло во владение ее шурина в партнерстве с его другом Дугалом Макбрайдом. Он прекрасно помнит эту молодую маму, часами просиживавшую за столиком в компании единственной чашечки кофе и стакана воды (это было все, что она могла себе позволить в то время), чаще всего она сидела за столиком у окна (которое, как ни странно, выходило на улицу с названием Potterrow): «Она качала коляску взад и вперед одной рукой и писала другой»[169].

Даже официанты в конце концов познакомились с молодой женщиной, и она иногда в шутку говорила им: «Если мне удастся опубликовать книгу, я постараюсь сделать вам большую рекламу»[170].

Почти все, да и сама Джоан, вообще-то убеждены, что это всего лишь шутка, но шутка закончится тем, что в 2006 году стараниями Эдинбургского литературного фонда на здании будет установлена мемориальная доска, на которой рядом с изображением писательницы появится следующий текст: «Дж. K. Роулинг написала некоторые из первых глав о Гарри Поттере в залах первого этажа этого здания».

Джоан до сих пор вспоминает с ностальгией кафе Nicholson’s и даже хранит в своей нынешней студии букет цветов из папье-маше, подаренный ей шурином, как воспоминание о том, что такие же букеты украшали каждый столик любимого кафе. Впоследствии это кафе заменит китайский ресторан Buffet King, который все равно останется местом постоянного паломничества фанатов, причем до такой степени, что вторую мемориальную доску, прикрепленную к входной двери этого ресторана, украдут в феврале 2008 года.

В 2009 году это помещение было окончательно передано Мойре Макфарлейн, которая уже владела двумя кафе в Эдинбурге — одним в старом городе, а другим на Royal Mile, — и преобразовано обратно в кафе под названием Spoon Cafe Bistro в надежде восстановить ту литературную ауру, которая сделала его знаменитым. Макфарлейн заявила, что более чем счастлива иметь возможность принимать у себя клиентов, ищущих убежища от шотландской зимы, тех, кто любит часами читать книги, писать и болтать с друзьями; для этой цели кафе будет также открыто для посетителей помимо обычных часов работы еще и вечером, когда будут проходить мероприятия в соседнем Фестивальном Театре. Конечно, и Elephant House не упустил возможности сообщить о своем родстве с известным волшебником. Сегодня справа от входа возле названия кафе можно увидеть надпись желтой краской: «Место рождения Гарри Поттера». Помимо этого на кафе прибита табличка: «Знаменитое место вдохновения для Дж. К. Роулинг, которая писала свои ранние романы в задней комнате, выходящей на Эдинбургский замок».

Реакция конкурирующих кафе не заставила себя долго ждать и демонстрирует сочный шотландский юмор: кафе Artisan Roast, расположенное в центральной части города, недалеко от нынешнего офиса знаменитой писательницы, вывесило столь же смелую, сколь и непочтительную табличку: «Дж. К. Роулинг здесь никогда не писала».

Хотя Джоан даже отдаленно не представляла себе в уме собственное светлое будущее, в один прекрасный день, выйдя из кафе своего шурина и гуляя по мостам недалеко от улицы Николсон, она ощутила мимолетное предчувствие. Позже на шоу Опры она призналась, что услышала, как внутренний голос воскликнул: «Опубликоваться трудно; если [книга] будет опубликована, то [успех] будет огромным». Секунду спустя ум и здравый смысл вытеснили в подсознание это словно бы абсурдное предчувствие, но она навсегда запомнила этот момент как удар электрического тока. Словно путеводная звезда, он поведет ее к цели, невзирая на голос разума, толкующий о том, что шансы никому не известного писателя достичь столь ошеломительного успеха абсолютно ничтожны.

Однако, если не считать предчувствий, здравый смысл ясно говорит девушке, что книга — проект долгосрочный, а ее экономические потребности весьма насущны, и поэтому надо как можно скорее найти работу: «У меня не было никакого намерения, никакого желания оставаться на государственном пособии. Это то, что больше всего разрушает вашу душу […]. Иллюзия, что ты намеренно хочешь все время на него жить… Тогда ты, должно быть, идиот…»[171]

В конце 1994 года Джоан нашла небольшую работу на неполный рабочий день в местном церковном приходе, где нужно было заниматься архивированием и печатать документы на машинке, что прибавило пятнадцать фунтов в неделю к скудному государственному пособию. Но несмотря на добрую волю с ее стороны, система как будто восстает против нее: фактически оказывается, что ее совокупный месячный доход теперь таков, что она теряет право на социальное пособие. Это означает, что попытка наняться на работу с частичной занятостью не поможет выйти из тупика, надо устраиваться на полную ставку, но тогда необходимо найти бесплатные ясли для Джессики. Однако в такой помощи государственные органы отказывают, потому что уровень жизни ее ребенка, несмотря на экономические трудности семьи, относительно неплох, а помощь предоставляется гораздо более нуждающимся детям. Спустя годы ее дочь, вспоминая свои первые пять лет жизни, подтвердит Джоан, что все ее усилия были не напрасны, потому что маленькая Джессика не ощущала всего драматизма ситуации: «Я никогда не думала, что мы бедны, я просто помню, как была счастлива»[172].

В тот момент еще далеко до сказочных поворотов, которое будущее только готовит для нее. Короткое замыкание, спровоцированное системой социального обеспечения, и тупик, в котором писательница внезапно оказалась, растравливают старые раны. И поэтому неудивительно, что обстоятельства как Оглушающее заклятие[173] в конечном итоге наносят удар по душе Джоан, погружая ее в самую мрачную прострацию, в которую только может попасть человек.

Часть IV

Победить зверя

Глава 9

Лицом к лицу с дементорами[174]

Когда после смерти матери Роулинг решила уехать в другую страну, это была попытка изменить обстоятельства и построить новую жизнь. В отличие от того периода, трудности, с которыми она столкнулась в Шотландии, неожиданно создали благодатную почву для развития у Джоан настоящей депрессии. Писательница позже ясно объяснила эту динамику в одном из своих интервью: «Хотя я была в дикой тоске, я не хотела оставаться на месте и страдать. Хочу сказать, что такое поведение — это как раз верный способ погрузиться в серьезную депрессию. Знаете, это важно: не примириться с реальностью, а просто продолжать идти дальше, двигаться вперед. Поэтому я уехала […] за границу, встретила своего мужа и так далее.

У меня была красивая маленькая дочка… Но когда я ушла от своего бывшего мужа, все это ошеломило меня, потому что по сути мне пришлось сидеть на месте и думать обо всем произошедшем. И вот я оказалась одна, без гроша, без работы. Впервые в моей взрослой жизни я вдруг нигде не работала. Я очень переживала по поводу денег и того, как мне растить дочь. И все вдруг взрывается одновременно. Вот я и впала в глубокую депрессию»[175].

В документальном фильме ABC «Год жизни», о котором мы упоминали уже несколько раз, Роулинг ярко описывает свое тогдашнее психическое состояние: «Онемение, холодность, неспособность поверить, что ты будешь чувствовать себя однажды счастливой и снова когда-нибудь ощутишь: нет тяжести на сердце. Из жизни пропали все краски».

Единственная радость того периода — Джессика, но все позитивные ощущения воспринимаются ее отрешенной душой как сквозь некий фильтр постоянной боязни потерять этот подлинный источник душевного здоровья: «Я боялась, что с ней что-нибудь случится. […] И каждое утро я бывала почти удивлена, что она все еще жива, и продолжала ожидать, что она умрет… Это было отвратительное время».

Двенадцать лет спустя в телепередаче «Ричард и Джуди», словно в подтверждение сказанного, писательница призналась, что ее боггарт такой же, как у миссис Уизли, которой в пятом романе он является в виде трупа одного из ее сыновей[176].

Про эту темную эпоху Роулинг сделала два других фундаментальных признания. Первое, самое громкое, замелькало в заголовках прессы в 2008 году — это ее тогдашние мысли о самоубийстве. Довольно знаковой выглядит жизненная деталь, сообщенная газетой Scotsman[177], что в том году меланхоличная баллада группы R. E. M. «Всем бывает больно» (Everybody Hurts) навязчивым и безостановочным эхом звучала в квартире Джоан. Альбом Automatic For The People, в который входит эта баллада, был подарен ей на Рождество 1993 года. Альбом вышел за год до этого, но все еще был в моде благодаря четырем появлениям на радио, которые продлили его присутствие в чартах. В моменты прострации Джоан должны были быть очень близки эти слова: «Если ты сам по себе в этой жизни, / длинными днями и ночами / ты думаешь, что сыт по горло / этой жизнью, чтобы продолжать, / ну что ж, все иногда страдают, / все плачут. / Так что держись, держись…»

Фактически песня Everybody Hurts была написана барабанщиком группы Билли Берри как некий гимн против самоубийства и предназначалась людям, которые чувствуют себя в безнадежной ситуации. За эти годы группа получила множество писем от поклонников с признаниями, насколько решающей была для них эта песня в определенные периоды их жизни. Действительно, в 1995 году песня и ее идея стали настолько популярными, что общество «Самаритянин» — британское добровольное объединение по оказанию психологической помощи людям с депрессией — создало рекламный ролик, в котором сообщался круглосуточный номер телефона организации, а саундтреком к ролику была Everybody Hurts. Роулинг, со своей стороны, открыто похвалила этот сингл за глубокий смысл и простоту, сравнив его даже с Yesterday Пола Маккартни[178].

Второе заявление писательницы касательно этого мучительного периода ее жизни осталось совершенно незамеченным, хотя может также представлять собой еще одно важное свидетельство психологического стресса. Это признание, сделанное в документальном фильме «Гарри Поттер и я», что она не убиралась в доме в течение четырех лет. Сама Роулинг, похоже, не осознает глубокого смысла такого утверждения, оправдывая этот факт простой нехваткой времени, ведь ей тогда приходилось растить дочь и одновременно писать «Философский камень».

Вот что она говорит в этом видеоматериале, описывая состояние своей тогдашней квартиры на Гарднер Кресчент-стрит: «Все было очень, очень, очень запущенным и всегда грязным, но не потому, что такой была эта квартира, а по моей вине. Очень часто люди спрашивали: „Как ты это сделала? Как тебе удалось вырастить дочку и написать книгу?“ Ответ на этот вопрос в том, что я не выполняла работу по дому четыре года. Я не суперженщина, и я жила в убожестве — вот ответ».

Однако это оправдание — прикрытие, если взглянуть глубже, потому что есть много одиноких женщин с детьми, которые работают и находят время поддерживать в доме порядок. Кроме того, не убираться четыре года — это огромный срок.

Поэтому возможно, что это еще один важный показатель серьезного недомогания, одолевшего ее, а тот факт, что Роулинг использует слово «убожество» (squalor по-английски звучит гораздо точнее, чем по-итальянски), свидетельствует об особом состоянии человека, попавшего в тяжелую депрессию. Внешне такие люди живут нормальной жизнью и иногда занимаются важными делами, но из-за психологических проблем, часто возникающих после физической или эмоциональной травмы, в определенных областях они становятся совершенно недееспособными.

Человек в депрессии может нормально взаимодействовать с окружающим миром, и часто даже члены его семьи ничего не подозревают еще и потому, что он находит тысячу оправданий, чтобы не принимать никого у себя дома. Однако в его душе, в сокровенном внутреннем пространстве царит хаос.

Люди в таком состоянии могут годами не поддерживать дома чистоту и порядок, часто этот синдром сопровождается побуждением накапливать вещи и ничего не выбрасывать, даже то, что устарело, сломалось или стало совершенно бесполезным. Конечно, в подобных случаях возможен домашний беспорядок различной степени, но у Роулинг в то время не было никаких заработков и сомнительно, что она могла бы накопить груды вещей у себя в квартире… Например, достоверно известно, что все игрушки ее дочки поместились бы в одну обувную коробку, их было очень немного. Джоан очень любила свою малышку, к тому же вокруг них все время крутились социальные службы с проверками, поэтому скорее всего беспорядок в доме не достигал критической степени и писательница пусть поверхностно, но прибиралась в доме.

Клинический опыт свидетельствует, что если подобные бытовые проявления провоцируются некой экстренной ситауцией, то рецидив неизбежен, пока не будет решена исходная психическая проблема[179]. Не случайно четыре года этой «домашней забастовки», упомянутой Роулинг, продлились вплоть до публикации «Гарри Поттера и философского камня».

Вскоре мы увидим, что она в то время старалась как могла улучшить обстоятельства своей жизни, но литературная цель оставалась главной. Достижение этой цели станет поворотным моментом в ее судьбе, даст огромный прилив жизненной энергии, успех первой книги и всех последующих сделает несовместимым с реальностью любое депрессивное состояние и его побочные эффекты наподобие «забастовки домохозяйки».

И если с психологической точки зрения болезнь оказывается разрушительным опытом, то с художественной наоборот — она предоставляет автору феноменальный материал для саги: дементоры — это подлинное воплощение ее настроения в те времена. Описание этих персонажей из уст Римуса Люпина в «Узнике Азкабана» очень красноречиво:

«Дементоры — самые отвратительные существа на свете. Они живут там, где тьма и гниль, приносят уныние и гибель. Они отовсюду высасывают счастье, надежду, мир. Даже маглы чувствуют их присутствие, хотя и не видят их. Когда ты рядом с дементором, в тебе исчезают все добрые чувства и счастливые воспоминания. Если у дементора есть возможность, он питается всем хорошим, что есть в человеке, и тот становится таким же, как он, воплощением зла. В нем остаются только самые страшные воспоминания»[180].

Сама природа этих ужасных созданий, источающих пустоту и страдания, и прежде всего их особенная злобная аура, плодящая разрушительное чувство, что вы никогда больше не сможете быть счастливы, позволяет нам полностью осознать степень реального переживания, скрытого за литературным вымыслом. Относительно разработки этих персонажей Роулинг однажды заявила: «Я „видела“ этих „существ“ и знала, что они должны делать […]. Это то, что обычно происходит со мной. Сознательно мне не приходит мысль: „А теперь я создам персонификацию депрессии“, но, описывая их, я понимаю, что делаю, и все это происходит неосознанно.

Поэтому [дементоры] персонифицируют невозможность что-либо чувствовать, которая является моим отражением депрессии»[181].

Лавируя между мыслями о самоубийстве и приступами отчаяния, Джоан ищет выход из опасной депрессии. И находит мотивацию в фундаментальном материнском инстинкте: «Тем, кто заставил меня обратиться за помощью, была, вероятно, моя дочь. Именно ее существование держало меня на ногах, и я подумала: „Это неправильно, так не должно быть, она не может расти со мной, когда я в таком состоянии“»[182].

К сожалению, первая просьба о помощи попадает на бесплодную почву. Джоан обращается к врачу общей практики, но его заменяет коллега, которая не понимает всей серьезности ситуации. К счастью, женщина-врач вернулась через две недели и проверила досье пациентов, приходивших в ее отсутствие. Открыв досье Джоан и, очевидно, оценив проблему, она решает позвонить ей. Роулинг однажды сказала, что это внимание врача спасло ее, потому что у нее не хватило бы смелости вернуться туда во второй раз.

Итак, первой конкретной помощью будет определенного типа психотерапия, называемая когнитивно-поведенческой: согласно этой технике, между эмоциями, мыслями и поведением существует сложная взаимосвязь. Активно и энергично воздействуя в данный момент времени на мысли и поведение, можно освободить человека от многих проблем, которыми он хронически страдает. Основная задача при этом — раздробить сильное чувство угнетенности на отдельные проблемные паттерны-«кирпичики», а затем исследовать их один за другим и выделить корреляцию между ними. Каждый сегмент здесь рассматривается не с позиции проблемы, а с точки зрения любого возможного решения, способного улучшить самочувствие пациента. Его заставляют реагировать на вызывающие беспокойство ситуации, обращая внимание на четыре точных показателя: мысль, эмоцию, физическую реакцию, действие. Некоторые методы этой терапии включают в себя реструктуризацию ложных или саморазрушительных убеждений, которые заменяются другими убеждениями, более полезными для пациента; желание говорить с собой в позитивном ключе; наконец, информирование пациента о значении физических симптомов, связанных с его формой депрессии.

Забота о дочери и консультирование у психолога — это психологические якоря, которые в случае Роулинг подкрепляют ее инстинктивное убежище в писательской работе. Работа эта обладает подсознательной терапевтической ценностью: «Мое самосознание было сильно травмировано неожиданным статусом матери-одиночки на государственном пособии. Поэтому я писала, чтобы улучшить свое психическое здоровье. Я всегда писала, и это был также способ оставаться собой, несмотря на все ужасные обстоятельства вокруг […]. [„Гарри Поттер“] — это книга бегства от реальности, и когда я писала ее, то находила в ней убежище…»[183]

Но стратегия восстановления собственной жизни ставила перед Джоан еще две проблемы. Прежде всего, ей требовалось вернуться к учебе, чтобы получить квалификацию для преподавания в Шотландии и затем вновь приступить к работе на полный рабочий день. Поэтому в конце января 1995 года она проходит предварительный отбор в школе Moray House, где через год обучения можно получить диплом, дополнительный к обычному диплому о высшем образовании, который необходим для сертификации на должность преподавателя. К счастью, она успешно сдает вступительный экзамен и попадает в число тридцати кандидатов, отобранных из ста двадцати претендентов.

Второе важное дело, которое ей предстоит, это глубокая и серьезная внутренняя работа по интроспекции, направленная на осознание неурядиц своей собственной жизни и извлечение уроков из допущенных ошибок. На самом деле, зачастую наши страхи или советы других людей, даже если они исходят из благих побуждений, мешают нам выбрать наиболее подходящий путь, убеждая, что он, мол, приведет к самоуничтожению. Поэтому мы часто в стремлении избежать страданий упорно шагаем разными извилистыми путями, чтобы затем, когда уже слишком поздно, обнаружить, что именно эти извилистые дороги и ведут нас к самоуничтожению, которого мы так опасались.

Когда нам кажется, что пережитая боль прошла и все мосты сожжены, в последнем отчаянном порыве нам ничего не остается, как пойти по последней оставшейся перед нами дороге. От этого пути мы упорно отказывались, хотя именно туда нас всегда и влекло, но ведь мы были убеждены, что он настолько же прекрасен, насколько и несбыточен. Затем мы обнаруживаем, что именно этот путь был единственной дорогой к счастью и самореализации.

Этот постигнутый опыт был умело сформулирован Роулинг в речи, произнесенной в Гарвардском университете, где она раскрыла молодым студентам свою основную жизненную концепцию — на первый взгляд парадоксальную, но на самом деле абсолютно обоснованную: она говорила о «пользе провала», который рассматривала как неизбежный и важный этап созревания личности. Вот трогательный фрагмент этого выступления: «Почему я говорю о пользе неудачи? Просто потому, что неудача означала уничтожение того, что не было необходимым. Я перестала притворяться кем-то другим и стала направлять всю свою энергию на завершение единственной работы, которая имела для меня значение. […] Я была свободна, ибо мой самый большой страх уже прошел, и я была все еще жива, и у меня все еще была дочь, которую я обожала, и у меня была старая пишущая машинка и отличная идея книги. И вот мое дно стало прочным фундаментом, на котором я перестроила заново свою жизнь».

Поэтому, прежде чем вернуться к преподаванию, Джоан заставляет себя закончить рукопись «Философского камня», осознавая, что ей больше нечего терять. Курс в Moray House начнется только в августе, и поэтому у девушки впереди шесть месяцев, чтобы закончить книгу. Она понимает, что это потребует от нее серьезной самодисциплины:

«Собрать волю в кулак для продолжения книги без какой бы то ни было надежды на публикацию… Очевидно, я действительно верила в эту историю, и я на самом деле по правде верила в нее. Это больше походило на понимание типа „я должна с полной отдачей работать над книгой, должна приложить все усилия“. Но в то же самое время мое здравомыслие напоминало мне, что совершенно неизвестный автор должен с ног сбиться, чтобы его издали… И кто знает, достаточно ли факта, что это настолько грандиозно для меня, чтобы дать гарантию того, что она [книга] еще кому-то понравится»[184].

С того момента, как Роулинг осуществила «прорыв», все больше и больше матерей пытались подражать ей, используя уход в декрет для начала своей литературной карьеры. Сам по себе феномен пишущих матерей не был новым уже в эпоху появления «Гарри Поттера», но пример Джоан совершенно очевидно дал ему новый импульс. В 2010 году, согласно исследованию, проведенному Daily Mail[185], лондонские литагенты сообщили о 50 %-ном увеличении такого типа рукописей. Обычно это истории для детей либо рассказы о радостях и трудностях материнства или даже изложение какой-нибудь любовной путаницы, встречаются также стихи и мемуары. Менее 1 % этих рукописей представляются литературными агентствами, а заключить договор с издательством удается единицам.

История Роулинг показала, что не так легко стать писательницей и впоследствии продолжать успешную карьеру, особенно если вы стремитесь избежать бедности: «Я окончила университет, у меня были навыки, я знала, что мои долгосрочные перспективы были хорошими. Все по-другому у женщин, которые не имеют такой убежденности и оказываются в ловушке бедности [государственной помощи. — Прим. ред]. Отсутствие надежды приводит к утрате чувства собственного достоинства»[186].

В ретроспективе особенно темные моменты судьбы матери-одиночки приобретут странное клеймо семейного заклятия, когда в 2011 году в телевизионной программе «Как ты думаешь, кто ты», посвященной генеалогии, Джоан обнаруживает, что по материнской линии у нее в роду представлена длинная вереница матерей-одиночек.

Французская прапрапрабабушка Кристина Бергтольд фактически овдовела в тридцать лет и осталась без работы с семью детьми на руках, младший из которых родился через месяц после смерти ее мужа, Жака Шуха. К тому же в это же время происходит прусское вторжение во Францию, и в августе 1870 года 18 000 солдат оккупируют деревню Брумат, где жила Кристина с семьей. Местное население, которое насчитывало от силы 3000 душ, сильно пострадало от вторжения. Однако тот факт, что Кристина скончалась лишь через шестнадцать лет после этого исторического эпизода и что ее сын жил в доме матери до самой своей смерти в 1943 году, весьма красноречив. Он свидетельствует, что Кристине удалось преодолеть все тяготы и испытания и защитить свое потомство (по крайней мере, хотя бы отчасти).

Ее собственная дочь Саломея, прапрабабушка Роулинг, превозмогла долгую череду невзгод: осталась сиротой в двенадцать лет, пережила осаду Брумата в четырнадцать лет и переселилась со своей двоюродной бабушкой в Париж в шестнадцать лет, чтобы избежать прусского господства. В двадцать три года она оказывается с внебрачным ребенком на руках, и ей приходится устроиться на унизительную и тяжелую работу горничной в богатую семью. Но даже в этом случае женщине удалось победить обстоятельства, потому что через полтора года Саломея нашла, как мы видели в первой главе, надежного спутника жизни в лице портного Пьера Волана, который не только дал ей работу в своем собственном деле, но чуть более четырех лет спустя женился на ней, признав также ее сына.

Наконец, как мы видели в той же первой главе, прабабушка Лиззи, которая вышла замуж за незаконнорожденного сына Саломеи, вскоре вынуждена была жить одна с детьми. При этом неизвестно, поддерживал ли ее Луи как-либо материально.

Оглядываясь на историю своих предков, писательница однажды сказала: «Здесь какая-то абсолютная параллель: двадцать лет назад я преподавала и писала в свободное время, и я была без гроша в кармане, поэтому я чувствую здесь совпадение. […] Меня необычайно впечатляет, как много одиноких матерей было со стороны этой ветви семейной родословной». Это были женщины-бойцы, им удалось выжить, несмотря на неблагоприятные обстоятельства, возможно, именно потому, что они были единственной опорой для своих детей и осознавали это.

Как в случае с Джоан и Джессикой.

Часть V

Возрождение

Глава 10

Конец туннеля

Приближается начало занятий в школе Moray House. И в это время некий загадочный человек, имя которого она никогда намеренно не раскрывала, оказывает Роулинг дружескую помощь и дарит ей около 4000 фунтов стерлингов. Эта сумма позволяет оплатить ясли для Джессики, а также Джоан получает возможность сосредоточиться на учебе. Некоторые предполагали, что это был друг писательницы Шон Харрис, но сама она этого не подтверждала. Поэтому есть и другие гипотезы, считающие таинственным благодетелем Фиону Уилсон, мать-одиночку с дочерью того же возраста, что и Джессика, ее соседку во времена их проживания в квартале Лейт. В 2001 году Джоан подарит Фионе свою первую квартиру, купленную на американские доходы от продаж «Философского камня», и именно это обстоятельство позволило средствам массовой информации высказать предположения на ее счет, хотя сама Уилсон всегда отказывалась от комментариев.

Кто бы ни был таинственным жертвователем, этот его жест трогает Роулинг до слез. Она считает эти деньги лишь временно взятыми в долг, хотя ее друг рассматривает их как подарок и помощь: «В то время это было для меня как полмиллиона фунтов. Это была огромная сумма. Полагаю, мы оба думали, что я никогда не смогу вернуть ее»[187].

Помимо совершенно неожиданного подарка Джоан получает стипендию от шотландского Департамента образования и промышленности. И хотя до экономической стабильности все еще далеко, матери с дочерью больше никогда не доведется переживать бедность, подобную той, в которой они очутились в течение первых восемнадцати месяцев их пребывания в Эдинбурге.

Но хорошие новости только на пороге. В начале августа, незадолго до установленного срока, Джоан заканчивает «Философский камень» и, чтобы не потерять наработанный ритм, в тот же день начинает писать книгу «Гарри Поттер и Тайная комната». Этот роман, среди прочего, ознаменует первую успешную попытку, пусть на время, избавиться от привычки курить, которую Джоан приобрела еще во времена жизни в Чёрч-коттедже.

С началом учебы в Moray House для нее становится испытанием новый распорядок дня. Во-первых, ей психологически дискомфортно надолго расставаться с Джессикой, ведь она привыкла находиться рядом с дочкой круглосуточно. Теперь же первая половина дня посвящена занятиям, а вечера — роману. Иногда Джоан так устает, что засыпает в автобусе, но ее усилия окупятся сполна.

Наблюдая, как «кирпичики» жизни наконец начинают становиться на свои места, любопытно отметить одну деталь, которая привела бы в восторг преподавательницу прорицаний Хогвартса Сивиллу Трелони и которая была зафиксирована астрологом Крисом Бреннаном[188], — это транзит Сатурна по отношению к астрологической карте рождения и к событиям, произошедшим в этот период в жизни автора. Движение этой планеты обычно отражает конец одного цикла в жизни человека и начало нового; оно также отмечает циклы достижения целей и результатов за счет предпринятых ранее действий. Сатурн совершает полный оборот вокруг Солнца за 28–29 лет. Примерно каждые семь лет он проходит точки, соотносящиеся с астрологической картой рождения человека. Эти четыре «пиковые точки» называются соединением, восходящей квадратурой, оппозицией и убывающей квадратурой. Поскольку Роулинг родилась в день, когда Сатурн находился в Рыбах, фаза соединения началась 20 мая 1993 года. Планета оставалась под этим знаком после короткого прохода через созвездие Водолея с июня 1993 года по январь 1994 года и до 7 апреля 1996 года. В этот важный период времени Роулинг, прекратив свой брак, уехала из Португалии, начала новую жизнь в Шотландии и завершила, как мы только что отметили, рукопись первого романа. В нашем повествовании мы еще вернемся к конфигурациям Сатурна в судьбе писательницы и, рассмотрев три других семилетних интервала, будем иметь возможность подивиться некоторым прочим «совпадениям»…

Когда Джоан наконец-то держит в руках плод своей многолетней кропотливой работы, Интернет еще находится в зачаточном состоянии. К тому же она слишком бедна, чтобы позволить себе купить компьютер, модем и оплатить подключение. Она не имеет возможности «напрямую» отправить рукопись в издательство, как любой дебютант сделал бы это сегодня. И у нее нет возможности оплатить подписку ни на один из специализированных журналов для начинающих писателей. Поэтому при форматировании и подготовке рукописи к отправке издателям и агентам она в конечном итоге нарушает полдюжины редакционных правил, установленных многолетней практикой. Это довольно жесткие правила, иногда совершенно неоправданные и основанные на предрассудках, но они позволяют быстро классифицировать тип писателя (определить, любитель он или профессионал) и, следовательно, спрогнозировать, будет ли книга интересна читателю.

Так, скажем, Джоан, работая почти каждый вечер за старой пишущей машинкой, печатает рукопись с одиночным интервалом, тем самым пытаясь замаскировать ее объем (около 90 000 слов). Возможно, во время посещения библиотеки в одном из тех журналов, на которые она не может себе позволить подписаться, она узнала, что оптимальный средний объем детского романа должен был быть ровно вполовину меньше. Так что шансы у неизвестного новичка опубликовать такую толстую детскую книгу были равны шансам приручить дракона из свирепой породы Венгерских Рогохвостов, даже если вы представите себе, что это не дракон, а нежный бездомный котенок.

Одна из издательских «заповедей», увы, состоит как раз в том, что межстрочный интервал должен быть двойным, чтобы облегчить редактирование, в случае если книга окажется достойной публикации. Позже Роулинг будет вынуждена все перепечатать. Она не в состоянии сделать две ксерокопии для отсылки, и ей придется напечатать роман в двух экземплярах.

После того как рукопись отпечатана, девушка обращается к ежегоднику писателей и художников в центральной библиотеке города, чтобы узнать адреса литературных агентов. Затем она посылает одному из них первую часть книги, состоящую из начальных трех глав, синопсис и краткое сопроводительное письмо. По собственному признанию писательницы, ее первый адресат вернет отправительнице конверт «так быстро, словно он отправил его обратно в тот же день, когда его получил»[189], утверждая, что портфель клиентов у него переполнен. Возможно, агент был шокирован еще одним редакционным «правонарушением» дебютанта, который осмелился прислать ему незапрошенную рукопись или часть рукописи без предварительного запроса на разрешение отправить несколько глав книги. Азартная игра, которая вполне может стоить рукописи попадания в мусорную корзину. Или, допустим, этот первый агент не переваривал и другое нарушение общепринятого порядка, например пересылку рукописи в черной пластиковой папке-скоросшивателе.

Согласно вышеупомянутым нормам, все еще действующим среди пуристов (даже если сейчас новые технологии подрывают властное доминирование издателей и правила стали более эластичными), отправленные работы больше ценятся, если они должным образом пронумерованы, по возможности в углу должны быть указаны имя автора и название книги. В таком случае, сделав ксерокопии рукописи, над ней одновременно могут работать несколько человек при подготовке текста к публикации. Кроме того, если рукопись оформлена не по правилам и привлекает внимание, то многие надменные агенты склонны классифицировать писателя как любителя, пытающегося таким образом выделить свою рукопись перед другими, будучи не в состоянии сделать это благодаря ее содержанию.

Однако в случае с Джоан папка-скоросшиватель имела практическую пользу: поскольку ей приходилось экономить на ксерокопиях, она покупала пластиковые скоросшиватели, чтобы рукопись не истрепалась, если ее отклонят и станут пересылать обратно. В таком виде она оставалась бы сохранной и готовой для отправки другим потенциальным агентам. К сожалению, однако, первый агент не возвращает ей назад рукопись, заявив, что размер папки был больше размера конверта.

Джоан приходит в ярость. Рассказывая этот эпизод три года спустя по американскому телевидению, она призналась: «Я хотела написать ему: „Ты должен мне пять фунтов!“»[190]

Но девушка не унывает и продолжает действовать. Однако она совершает еще одну грубую ошибку, возможно, самую грубую: выуживает другого агента из списка, обращая внимание только на его фамилию и даже не посмотрев на список публикаций, с которыми он имеет дело. Затем она отправляет ему три главы, синопсис и краткое уточнение от 30 июня 1995 года, в котором квалифицирует произведение как роман для детей от 9 до 12 лет и спрашивает, есть ли у него интерес к просмотру всей рукописи.

Новой ее мишенью становится Кристофер Литтл, чье литературное агентство работает уже шесть лет. Владелец агентства вырос в Йоркшире и начал работать в издательском деле в 1979 году, через 19 лет после своего профессионального дебюта в текстильной компании дяди и долгого периода работы в Гонконге в секторе поставок. Он перешел в мир книг случайно: его школьный друг, Филипп Николсон, искал человека, кто мог бы представить для публикации его первый роман — триллер под названием «Человек в огне». Литтл соглашается протянуть ему руку помощи, и книга, изданная под псевдонимом Я. А. Куиннелл (J. A. Quinnell), продается в количестве семь с половиной миллионов экземпляров, и в конце концов по ней снимают фильм.

Поскольку фамилия Литтл буквально означает «маленький», Джоан она видится гармонично рифмующейся с целью ее работы. Если посмотреть на происходящее в долгосрочной перспективе, то она, вероятно, оказалась права, однако в тактическом смысле проблема заключалась в том, что Литтл не только не занимался детскими книгами, но также был твердо убежден, что они не представляют сколь-либо существенного источника дохода, на который стоит серьезно тратить деньги и время. Вот почему печально известная черная пластиковая папка-скоросшиватель попадает прямиком в груду отвергнутых рукописей. Тем не менее именно она привлечет внимание Брайони Эванс, ассистентки мистера Литтла. Эванс, дипломированный специалист по английской филологии, у которой за плечами работа в пабе и в области телепродаж, появилась в агентстве лишь полтора года назад. Она постоянно копается для личного удовольствия в куче непринятых рукописей, и как она заявила журналу People, имея в виду известную теперь рукопись, «это был особый скоросшиватель, с интересным замком»[191].

Вот так одна из главных формальных ошибок Роулинг неожиданно переворачивает ситуацию в ее пользу и становится катализатором ее удачи. Эванс также отмечает еще одну особенность: текст сопровождался красивыми рисунками. Поэтому она решает взять эти первые три главы «Философского камня» почитать в обеденный перерыв — и вот она совершенно очарована. Текст словно вернул ее в те времена детства, когда выключали свет, а она продолжала читать книгу под одеялом с фонариком — это была «Заколдованная жизнь» Дианы Уинн Джонс. Она тут же рассказывает о своем впечатлении внештатной сотруднице Флер Хоул, которая, прочитав, разделяет ее энтузиазм. Наконец, она сообщает о своем открытии Литтлу и просит у него разрешения запросить у автора всю рукопись для просмотра. Он отвечает, что она может поступать, как ей угодно, и Эванс решает не терять времени.

Когда Джоан получила ответное письмо, она ожидала еще одного отказа, поэтому не может поверить своим глазам — агентство просит ее прислать для просмотра рукопись целиком в эксклюзивном порядке. В интервью она часто называла это лучшим письмом в своей жизни, заявляя, что прочитала его в тот день по крайней мере восемь раз подряд: «Это был необычный момент, лучик света в конце туннеля»[192].

Как только приходит по почте остальная часть рукописи, Эванс читает книгу полностью и активно настаивает, чтобы ее директор тоже прочитал роман. Хотя «Философский камень» книга не того жанра, продвижением которого занимается его агентство, Литтл наконец поддается давлению сотрудницы и также берет рукопись с собой на обеденный перерыв. Он начинает читать, ожидая своего сотрапезника, и полностью подпадает под ее чары. Позже, вспоминая эти минуты перед кинокамерами канала CBS, он утверждает:

«Я начал читать „Гарри Поттера“, и меня охватил озноб. Я все понял в одно мгновение»[193].

Поэтому Литтл решает тут же заключить контракт с перспективным автором и представлять ее в издательствах. Те, кто знает его, считают Литтла человеком с железным характером, но с приветливыми и очаровательными манерами. Именно он с этого момента будет активно подбадривать молодую неуверенную начинающую писательницу и поддерживать ее на протяжении всего периода их партнерства, которое завершилось летом 2011 года. У них, помимо прочего, есть одна общая деталь биографии, которая должна была усилить их взаимную эмпатию и сделать их человеческие отношения крепче: оба разведены и оба одни растят своих детей. Соглашение об эксклюзивном представительстве предусматривает, что агентство получит 15 % от валовых продаж в Великобритании и 20 % доходов от переводов, фильмов и различных зарегистрированных товаров. Срок действия контракта составляет пять лет с автоматическим ежегодным продлением, в случае если он не будет расторгнут по меньшей мере за три месяца до истечения срока действия.

Литтл также просит внести небольшие изменения в текст, например добавить подробные правила игры в квиддич, полагая, что читатели-мужчины могли бы оценить это, тогда как Джоан в свое время убрала их из опасения, что они будут выглядеть чересчур техническими. Эванс предлагает ей вместо этого лучше развить характер персонажа Невилла Долгопупса, но ни один из источников не сообщает, была ли эта подсказка реализована. Но мы знаем наверняка, что по крайней мере текст первых трех глав, первоначально представленных агентству, не сильно отличается от известной нам всем финальной версии.

Итак, рукопись ожидает издания и уже вызывает сверхоптимистические прогнозы, но это не означает, что с этого момента у нее наступает легкая жизнь. На самом деле пройдет еще целый год и будут получены многочисленные отказы, прежде чем она увидит свет.

Точное количество «нет», пришедших от различных издательств, сосчитать трудно. В интервью разные люди приводят разные цифры, что связано, вероятно, либо с забывчивостью, либо с нежеланием повредить репутации тех из них, кто не смог распознать с первого взгляда литературный эквивалент «Битлз». Кристофер Литтл упоминает всех известных крупных издателей[194]. Барри Каннингем, в то время консультант детского отдела издательства Bloomsbury, говорит об отказе Puffin — детской серии издательства Penguin, в которой представлены такие авторы, как Роальд Даль, а из недавних — Оуэн Колфер; также отказало издательство HarperCollins. Роулинг упоминает «четыре или пять» отказов[195], но не хочет открывать названия издательств; Найджел Ньютон, главный редактор издательства Bloomsbury, насчитывает восемь отказов[196]; в биографии писательницы Шона Смита их целых двенадцать, включая издательство Transworld, которое — можно сказать — «покинуло поезд, идущий в Хогвартс», потому что заболела сотрудница, отвечающая за первое прочтение рукописей, а Эванс, устав ждать ответа, попросила вернуть копию, чтобы передать ее другому издателю (из соображений экономии агентство напечатало только три копии, поскольку книга была очень длинной).

Несмотря на эту непонятную карусель, Джоан сильно не унывает. В то время ее жизнь все еще чрезвычайно трудна, и хотя сама она до конца не уверена в себе, в глубине души она чувствует, что написала хорошую книгу. Роулинг прекрасно знает, что даже рукописи некоторых великих писателей были поначалу отклонены издателями. Она помнит один из таких случаев с Фрэнсисом Скоттом Фицджеральдом и почти горда тем, что ни один издатель не дает согласия на публикацию.

Однажды издатель держит рукопись в течение шести месяцев — Джоан думает, что у нее все получилось, но в конечном итоге приходит еще один отказ. Это самая низкая точка параболы ее ожиданий, однако, как мы увидим, писательница впоследствии возьмет моральный реванш над этим «выжидальщиком».

Наконец Литтл связывается с вышеупомянутым Барри Каннингемом, бывшим ранее директором по маркетингу детской серии в издательстве Penguin, где он начал работать после получения диплома Кембриджа по английскому языку и литературе и где он тесно контактировал с авторами калибра Роальда Даля. После перехода в издательство Random House в 1988 году Каннингем привлекался в качестве консультанта издательством Bloomsbury, решившим открыть детскую редакцию примерно за два года до того, как Литтл обратился к нему. Bloomsbury в то время было еще небольшим издательством, основанным в 1986 году Найджелом Ньютоном с тремя партнерами.

Ньютон, родившийся и выросший в Сан-Франциско, впоследствии переехал в Великобританию и поступил в Селвин-колледж в Кембридже. После окончания университета он прошел стажировку в Лондоне в крупной издательской группе McMillan Publishers Ltd., после чего получил пост руководителя сектора продаж, а затем стал заместителем генерального директора издательского дома Sidgwick & Jackson — торговой марки, также принадлежащей группе McMillan.

Крису Литтлу известен профессиональный опыт Каннингема, который был представлен ему Ньютоном на Франкфуртской книжной ярмарке, и он знает, что тот ищет нового автора для своей новой серии, поэтому он отправляет ему рукопись «Философского камня» и просит его оценить книгу. Каннингем получает ее в дождливый вечер в Сохо и забирает домой, чтобы сразу же прочитать.

Вот как он вспоминает свою первую встречу с мальчиком-волшебником: «Я читал книгу, и небо не разверзлось, и молния не ударила, но мне действительно понравилось»[197]. Хотя, на первый взгляд, комментарий может показаться прохладным, это довольно значимый результат, если учесть, что стандартный метод чтения Каннингема предусматривает менее двадцати минут на знакомство с рукописью. На самом деле, как он сам заявил в 2009 году в интервью по случаю симпозиума «Давайте писать» Клуба писателей Verulam из Сент-Олбанса: «Если [рукопись] не захватывает меня в течение трех глав, она не монтируется со мной, абсолютно не монтируется»[198].

Что ему нравится в рукописи, так это обстановка и атмосфера истории, но прежде всего — крепкая дружба, которая связывает Гарри с Роном Уизли и Гермионой Грейнджер. В конце концов «мяч» наконец «переходит» к Ньютону, но, что любопытно, он поручает чтение первых глав своей дочери Алисе, которой на тот момент было восемь лет. Через час девочка, сияя, выходит из своей комнаты и громко восклицает: «Папа, это действительно лучше, чем все остальное!»[199]. В последующие месяцы дочка будет теребить отца, чтобы он дал ей прочитать продолжение.

Очевидно, литературные критерии детей отличаются от критериев профессиональных издателей. Как сказала Роулинг, «реакция детей — одно из самых прекрасных переживаний в работе детского писателя, они не разбирают романы по косточкам: им либо нравится, либо нет»[200].

Вот так: пока маленькая Алиса Ньютон наслаждалась юмором, магией, фантазией, которые пронизывают книгу, издательства по-своему рассматривали ее, следуя другим правилам. Прежде всего, история, описанная в синопсисе романа, не соответствует критериям детских книг того времени: в 1990-х годах наиболее популярны издания, из которых ребенок может почерпнуть точную образовательную, экологическую и/или политкорректную информацию. Сказочные сюжеты относятся к классике прошлого, как, например, книги Роальда Даля, или же к разряду книг для самых маленьких. Кроме того, кое-кто морщит нос, считая элитарной историю, где действие происходит в закрытом специальном интернате.

К тому же, как мы уже отмечали, объем рукописи более чем вдвое превышает стандарт, не говоря уже о том, что название концептуально и сложно. Наконец, издатели, постоянно имеющие дело с рукописями, вынуждены оценивать стиль и повествовательный ритм каждой новой работы всего по нескольким страницам, а первые страницы «Философского камня» пестрят многими так называемыми огрехами начинающих писателей.

Перечислим некоторые из них:

— первое предложение не особенно заманчиво, а длинная и несколько скучная вступительная экспозиция, в которой не происходит ничего особенного, не захватывает;

— история начинается намного позже, когда читатель уже перегружен подробной информацией и предшествующими фактами, которые на жаргоне издателей называются infodump (информационный мусор), тогда как золотое правило заключается в том, чтобы начинать повествование как можно ближе к динамике главного сюжета;

— Дурсли, первые персонажи, которые представлены читателю, не способствуют запуску у него какого-либо механизма идентификации или даже просто эмпатии; читатель позже обнаружит, что их показная заурядность важна для сюжета, но в начале истории читатель не может знать, кто они и почему они так важны; кроме того, в 1990-е годы многие издатели сочли бы неполиткорректным изображать толстого мальчика плохим и испорченным (хотя, как мы видели, в классической «Шоколадной фабрике» есть подобные примеры);

— и еще: физическое описание персонажей, выходящее за рамки логики диалога или не сопровождаемое действием, которое их поддерживает, считается еще одним любительским приемом, поскольку это самый простой и неуклюжий способ предоставления информации.

Поэтому вполне вероятно, что издатели отказывались от рукописи, основываясь только на впечатлении от первых страниц или первых глав. На самом деле, книга буквально преображается, когда Гарри добирается до Хогвартса, то есть к седьмой главе.

Недостатки еще более заметны даже для непрофессионала в издательском деле, если мы сравним первые страницы «Философского камня» с тем, что написано на задней стороне обложки, где упоминаются драконы, фантасмагорическая Конфедерация магов и таинственные маглы.

Несомненно, что начало книги и описание сюжета на обороте обложки преследуют различные цели (и написаны разными людьми), но если их сопоставить, может показаться, что речь идет о двух разных книгах. Более того, сама Роулинг теперь, ретроспективно, не так уж и уверена в первой главе: на своем старом сайте она утверждала, что опубликованная версия не входит в число ее лучших работ. На самом деле существует несколько черновиков этой главы[201], все они разные, с персонажами, которых в конечном итоге не осталось и в помине. Проблема заключалась в выборе варианта, который бы наилучшим образом и в должной концентрации дал бы читателю необходимую информацию, не раскрывая при этом заранее сюжет всей саги. Фактически писательница призналась, что если скомбинировать между собой все альтернативные версии первой главы «Философского камня», то в конечном итоге мы получим более или менее полную историю саги.

В то время как Литтл посвящает все усилия поиску издателя для своей новой клиентки, последняя все еще занята повышением квалификации, позволяющей получить место преподавательницы. Первый триместр обучения в Moray House — самый трудный, за ним следует второй, предусматривающий обязательную стажировку в старших классах средней школы, и Джоан назначают в школу Св. Давида в деревне Далкейт, расположенной примерно в тринадцати километрах к юго-востоку от Эдинбурга. Этот этап оказывается еще более сложным для Роулинг, поскольку за педагогическую практику при первом контроле она получает всего лишь минимальный проходной балл. К счастью, за одну ночь она успевает письменно составить методику своей образовательной программы, и ей удается повысить оценку на два балла всего за восемь дней. Однако в последнем триместре все становится проще: во-первых, стажировка теперь проходит всего в шестистах метрах от дома, в академии Лейта, в которой помимо прочего есть удобные ясли для детей учителей и студентов-преподавателей; во-вторых, фантазия как всегда приходит Джоан на помощь — наконец-то она зарабатывает максимальный балл, благодаря изобретенным ею на финальном этапе обучения особым образовательным играм. В основном она комбинирует кроссворды, диаграммы, географические и даже игральные карты, которые нарисовала сама. С их помощью ученики должны составлять предложения, формулируя рассказ из представленных объектов.

В конце обучения, в июле 1996 года, девушка получает диплом преподавателя и по этому случаю проводит памятный день на пляже в Сиклиффе в компании своих учителей и друзей. Новая профессия отныне широко распахивает перед ней двери, и ее профессиональное будущее выглядит довольно стабильным.

Так же как Литтл уступил давлению со стороны Эванс, так и Ньютон в конце концов уступает уговорам своей дочери: в октябре 1996 года агенту сообщают об оферте в 1000 фунтов стерлингов (или 1500, по некоторым источникам) на право публикации «Философского камня» в Великобритании, Ирландии, Австралии, Новой Зеландии и Южной Африке. Решение было принято после плебисцита со стороны двенадцати членов редколлегии, в которую, разумеется, входят сами Ньютон и Каннингем.

Это чрезвычайно радует недавно нанятую руководительницу отдела маркетинга Розамунду Де Ла Хей — роман увлек ее настолько, что она приехала в агентство за день до решающей встречи, чтобы обаятельным способом повлиять на положительное решение редколлегии. Вместе с помощником Каннингема они подготовили для членов редколлегии свитки с первыми тремя главами рукописи (что соответствует первым пятидесяти страницам), скрепили края скотчем, обвили их красной ленточкой и внутрь положили конфетки «Смартис» (словно чтобы предсказать писательнице одноименную литературную награду)[202].

Ловкий Литтл после десятиминутных переговоров ухитряется удвоить оферту (или, как отмечают многие источники, даже довести ее до 2500 фунтов), и к тому же ему удается сохранить за собой большую часть авторских прав на заграничные издания — шаг, который ознаменует начало обогащения для него и его клиентки. В это же время издатель, шесть месяцев державший Роулинг «на иголках», обратится к ней с просьбой возобновить переговоры, но Джоан на этот раз откажется.

HarperCollins в это время все еще рассматривает рукопись и сообщает, что в настоящее время издательсьво не готово сделать встречное предложение оферты. Поэтому Литтл закрывает сделку с Bloomsbury. Половина аванса по роялти будет выплачена немедленно, другая половина — после публикации книги, и запланирована выплата на июнь следующего года.

Чтобы сообщить о заключении сделки, Литтл звонит Джоан в пятницу днем, когда она кормит Джессику обедом. Услышав новость, девушка буквально ошеломлена и не может поверить, что книга действительно будет опубликована. Джоан кладет трубку и от неудержимой радости начинает прыгать и кричать, а дочка испуганно смотрит на нее со своего детского стульчика.

Вскоре ей назначена встреча в Лондоне с Литтлом и Каннингемом. Чтобы надолго не оставлять Джессику, Джоан планирует сгонять туда и обратно за один день, даже если это означает, что ей придется провести около десяти часов в поезде. Втроем они идут пообедать в ресторан в Сохо, и сразу же проявляется контраст между Роулинг-женщиной и Роулинг-автором: по-человечески застенчивая и сдержанная, она преображается, как только речь заходит о ее фантастическом мире, выглядит увлеченной и уверенной в себе. Как раз тогда Каннингем произносит слова, ставшие знаменитыми: он советует дебютантке не бросать свою работу, как уже до этого рекомендовал Литтл, потому как детские авторы не зарабатывают денег. Потом, в 1997 году, агент сообщал прессе:

«Думаю, пожалуй, было бы правильнее сказать, что большинство детских авторов выбиваются из сил, чтобы заработать около 2000 фунтов в год»[203].

От половины небольшого аванса, выплаченного издательством Bloomsbury, Джоан, конечно, не разбогатела, но на обратном пути она без колебаний — вероятно, помня о знаменитой обувной коробке, — заходит в большой магазин игрушек на центральной Риджент-стрит, чтобы купить Джессике подарок.

Следующий издательский этап — редактирование текста, и молодая женщина находится в ужасе от этой мысли: «Чего я действительно боялась, так это того, что мои шутки могут оказаться не смешными. На самом деле, очень трудно судить, забавен ты или нет, хотя довольно легко сказать, был ли ты устрашающим или трогательным. Но по какой-то причине всегда чувствуешь себя выставленной на всеобщее обозрение, если пишешь юмористические фрагменты, а никто не смеется. Это действительно неприятная ситуация»[204].

Джоан оказалась послушным автором, который охотно принимает почти все мелкие изменения и небольшие сокращения, предлагаемые редактором, однако она категорически отказывается изменить название книги и сократить игру в квиддич (Каннингем и по сей день заявляет, что не понимает правил этой игры), а также убрать сцену схватки с троллем в школьном туалете, потому что считает ее фундаментальной для формирования дружеской «троицы» Гарри — Рон — Гермиона.

Хотя Роулинг наконец-то получила желанный контракт, она не перестает думать о будущем: под кроватью Джоан ревностно сберегает две коробки с набросками дальнейших приключений Гарри. Она беспокоится, что Bloomsbury не захочет даже слышать о последующих публикациях, но все же доверяется Барри Каннингему, раскрывая ему вкратце основные сюжетные ходы саги. Он впечатлен не только мастерством в описании деталей волшебного мира (особенность, которая впоследствии будет поражать режиссеров, сценаристов и продюсеров), но и тем фактом, что главный герой растет «в реальном времени» вместе с романами.

Пока редакционная работа по допечатной подготовке книги идет полным ходом, начинается маркетинговое планирование. Поэтому за пару месяцев до публикации Джоан попросили слегка изменить написание ее имени, оставив только инициалы.

Когда она интересуется, зачем это нужно, ей уклончиво отвечают, что так выглядит лучше, но она не верит и спрашивает о реальной причине. Тогда ей признаются, что эта уловка позволит замаскировать, что автор женщина. По тем временам, как и сейчас, девочкам безразличен пол автора, а вот мальчики, как считалось, как раз склонны отказываться от чтения книг, написанных женщинами. Джоан, и так находясь на седьмом небе от перспективы публикации, охотно принимает этот компромисс, как и другие. Вот как она пошутила на этот счет в одном из интервью: «Честно говоря, если бы они захотели, чтобы меня знали под именем Энид Снодграсс, я бы и на это согласилась»[205].

Энид Снодграсс — такое нелепое и старомодное имя, что шутка становится понятной на любом языке. Помимо всего прочего, оно ужасно претенциозно. Ведь «Энид» — это кельтское имя, которое встречается в легендах артуровского цикла, в то время как «Снодграсс» — древняя шотландская фамилия, восходящая к эпохе, предшествующей норманнскому завоеванию.

Но все же агент и издатель не особенно ее мучают: они только просят добавить второй инициал к первому в ее имени. Джоан, у которой нет второго имени, берет имя своей любимой бабушки Кэтлин, став, таким образом, «Дж. K. Роулинг». Позже она рассказывала в телевизионной трансляции для рекламы третьего романа[206], что поначалу друзья смеялись, называя ее «Джейк» (это мужское имя действительно созвучно инициалам Дж. K.), хотя саму писательницу это совсем не веселило.

В феврале 1997 года Джоан узнаёт, что Шотландский художественный совет — организация, финансируемая местным правительством и нацеленная на поддержку, развитие и продвижение искусства, — выдает гранты авторам, проживающим на территории Шотландии и имеющим в активе хотя бы одну публикацию. Девушка планирует участвовать в конкурсе, чтобы получить финансовую поддержку на период написания «Тайной комнаты», учитывая, что она воспитывает дочь и пока не нашла работу преподавателя. Хотя ее ситуация на тот момент удовлетворяла лишь первому требованию объявления, литературный директор организации Дженни Браун принимает ее кандидатуру, рассматривая авторский договор с издательством Bloomsbury в качестве гарантии того, что книга будет опубликована.

Процедура отбора включает в себя прослушивание, во время которого Роулинг сообщает Дженни Браун о своем намерении написать серию из семи книг и дает ей для ознакомления первые сорок страниц «Философского камня». Книга вновь очаровывает читателя, и Джоан получает грант на 8000 фунтов стерлингов. Эта манна небесная позволяет ей, помимо прочего, купить для работы компьютер, отправив в отставку свою старую печатную машинку. Писательница не забудет о субсидии, предоставленной ей Советом, и, как мы увидим позже, едва став знаменитой, сразу поспешит выразить организации свою признательность.

Bloomsbury начинает предварительную весеннюю презентацию романа, прибегая к так называемым роуд-шоу. Такого типа мероприятия сопровождаются фуршетами в том или ином месте, во время которых анонсируются книги, планируемые к выходу в свет в следующем сезоне. На эти мероприятия приглашаются журналисты, книжные распространители, библиотекари, продавцы книг и вообще все те, кто мог бы с разных сторон повлиять на мнение читателей.

Обычно авторы не посещают такие издательские эвенты, но Bloomsbury решает особенным образом вложиться в раскрутку «Гарри Поттера», и поэтому Джоан участвует в двух роуд-шоу — в Эдинбурге и Глазго. В первом случае о книге упоминается двумя словами, а писательница просто встает и нервно машет публике рукой; однако во время второго мероприятия Джоан удается более подробно рассказать о своем произведении.

30 июня 1997 года «Гарри Поттер и философский камень» наконец-то опубликован, и Джоан проводит день, завороженно прогуливаясь по городу со своей изданной книгой под мышкой.

Позже она признается, что это был самый счастливый момент в ее жизни после дня рождения дочери[207] и что каждый из этих жизненных моментов в отдельности мог бы послужить достаточным условием для материализации ее Патронуса[208].

Брайони Эванс, сыгравшая значимую роль в открытии новой литературной звезды, к тому времени покинула агентство Литтла, ввергнувшись в вихрь личных потрясений, включая переезд и расставание с бойфрендом. Она не будет приглашена бывшими коллегами на мероприятия по запуску книги, однако в следующем году на литературном фестивале в Челтенхэме она встретится с Роулинг на автограф-сессии и расскажет ей о своей роли в ее литературной судьбе.

Реакция писательницы была мгновенной, она встала и обняла Эванс на глазах у всех, а затем написала ей на титульном листе «Тайной комнаты» следующее посвящение:

«Брайони — это самый важный человек, кого я встретила в очереди за автографом, и самый первый, кто увидел ценность Гарри Поттера. Огромное спасибо. Дж. К. Роулинг».

Прилагательное «огромное» подчеркнуто четыре раза. Первое издание книги выходит в мягкой обложке тиражом всего в 500 экземпляров, большинство из которых предназначено для библиотек, но вскоре чуть большее количество экземпляров допечатывается в карманном формате.

Дальнейший промоушн книги дает незначительные цифры продаж: сама Роулинг на презентации «Ордена Феникса» в лондонском королевском «Альберт-Холле» рассказала анекдот, что на ее первом публичном чтении книги, состоявшемся в книжном магазине сети Waterstone, присутствовали только два человека. Они вошли в магазин по ошибке и остались из вежливости, постеснявшись уйти.

Мероприятие по запуску романа, организованное Bloomsbury в Глазго на складе известного местного книжного магазина John Smith & Co., прошло немного лучше, но и то лишь потому, что Грейн Куни, отвечавшая в то время за детский сектор магазина, уже влюбилась в «Гарри Поттера», прочитав гранки, которые издательство прислало ей ранее, и посетив предыдущее весеннее роуд-шоу. Именно поэтому Куни делает все возможное, чтобы раскачать публику, созывает школьников и украшает место встречи увеличенным изображением поезда с обложки романа. Она настолько полна энтузиазма и воодушевлена, что даже привлекает своего друга из BBC, чтобы сымитировать звук паровоза, подающего сигнал к началу мероприятия. Джоан, нервничая, читает детям пассаж про лавку Олливандера… К счастью, когда приходит время обсудить эту главу с небольшой аудиторией, на помощь ей приходит опыт преподавания, и Роулинг удается полностью покорить детей. В итоге она надписывает автографы на книгах, пока не закончится их запас в магазине.

Несмотря на этот робкий и наивный дебют, благодаря нескольким положительным рецензиям в шотландских газетах и непрерывному медленному, но спонтанному потоку информации из уст в уста, в конце концов неожиданно продажи книги вырастут. Таким образом, за первым изданием вскоре последует дополнительный тираж в 1000 экземпляров, а затем еще три тиража по 500 экземпляров каждый. Затем начинают поступать письма от поклонников, которые, будучи обмануты хитрой игрой с инициалами, обращаются к Джоан «Уважаемый сэр».

Но настоящее удивление вызывает тот факт, что приходят также письма от взрослых читателей, от референтной группы, которую никто даже не заподозрил бы в интересе к истории для детей. Несмотря на такой обычный тихий дебют, механизмы для реального издательского и медийного взлета уже несколько месяцев как запущены. Хотя никто и не ожидает того, что скоро произойдет, и менее всего — сама писательница.

И что еще более неожиданно, театром действий будет Италия.

Часть VI

Из грязи в князи

Глава 11

Магический камень

Вернемся в март 1997 года, когда на Болонской детской книжной ярмарке появился молодой американец, который в прошлом году основал собственное издательство, назвав его своим именем. Речь об Артуре А. Ливайне и его издательстве Arthur A. Levine Books. Оно находится под эгидой издательской группы Scholastic Press, основанной в 1920-х годах, старейшины детского книгоиздания.

Артур благодаря своей тете начал читать очень рано и сразу же влюбился в такие классические шедевры детской литературы, как «Винни-Пух», «Барсук Фрэнсис», «Паутина Шарлотты» и «Шоколадная фабрика». Он буквально погрузился в мир книг, ведь он был сыном учителя начальных классов и принадлежал к семье больших книголюбов, чей дом был полон книг, газет и журналов. Учился Артур в Универститете Брауна, где специализировался на английском языке и писательском мастерстве; затем посещал Издательский курс Рэдклиффа (ныне Columbia Publishing Course), престижный семинар в Высшей школе журналистики Колумбийского университета, где студенты обучаются всей издательской цепочке, начиная с оценки рукописи и вплоть до дистрибуции в книжные магазины. Потом какое-то время он примерялся к своей профессии, стажируясь в литературном агентстве. К этому можно прибавить опыт в Dial Books — подразделении издательства Penguin, специализирующемся на книгах для детей от дошкольного возраста до юношеского, где он занимал должность старшего редактора. Позже, по объявлению в New York Times Ливайн находит работу главного редактора в издательстве G. P. Putnam & Sons, еще одном подразделении издательства Penguin, специализирующемся на беллетристике и научной литературе. Диплом курса Рэдклиффа оказался в этом случае лучшей рекомендацией, учитывая, что его рекрутер, Маргарет Фрит, также выпускница этого курса и хорошо знакома с его образовательной программой. Оттуда с той же квалификацией Ливайн перешел в «Книги для молодых читателей Альфреда А. Нопфа», подразделение издательства Random House, а затем в 1996 году ввязался в свою собственную авантюру, основав независимое издательство.

Как все люди, действительно очень любящие чтение, для издания в собственном издательстве Ливайн начинает охотиться за книгами, которые не предполагают сиюминутного успеха, но могут со временем стать классикой. Той классикой, которую маленькие читатели будут обожать и тепло вспоминать даже через двадцать лет, став взрослыми. Итак, среди стендов книжной выставки в Болонье молодой издатель не может не заметить стенд Bloomsbury, тогда еще скромного издательского дома, но уже заработавшего солидную репутацию в сегменте детской литературы. Однако ничего из того, что ему показывают в тот день, кажется, не удовлетворяет его требовательным критериям. Он уже собирается уходить, как вдруг руководитель отдела авторских прав Рут Логан разыгрывает последнюю карту. Ему предлагают взглянуть на книгу «Гарри Поттер и философский камень». В действительности у Bloomsbury не было никакого экономического интереса предложить книгу Ливайну, потому что издательские права не распространялись на территорию США. Кстати, книга все еще находится на стадии гранок[209], поэтому нет явных отчетов о продажах, которые могли бы послужить ориентиром ее потенциала. Кроме того, жанр фэнтези не слишком популярен в те времена. Несмотря ни на что, Ливайн заинтригован и берет гранки, которые читает на обратном пути в самолете. Вот что его поразило тогда: «Что мне понравилось в Гарри, так это то, что он несовершенен и поэтому воспринимается как реальный человек. Он серьезно относится ко многим важным для меня ценностям, как и его друзья, и в нем очень много любви. Я сочувствую, что у него нет родителей, сопереживаю, что у него были родители, которые его очень любили, но которых он никогда не знал […]. Он сталкивается со множеством препятствий, перед которыми я тоже мог бы оказаться […]. Пойти в новую школу, не зная там никого, совершенно не догадываясь, что ты волшебник. Открыть в себе такое, о чем еще недавно и подумать не мог. Я думаю, что Гарри демонстрирует поведение, свойственное человеку, и оно заставляет вас вступать в общение с ним. Во многих отношениях я чувствую себя так, как будто я лучший друг Гарри»[210].

Ливайн очарован романом, что подталкивает его к участию 12 июня 1997 года в телефонном аукционе наряду с другими издателями. Аукцион был организован Крисом Литтлом с целью продать права на публикацию книги в Соединенных Штатах. Источники расходятся в количестве участников: говорят о четырех или семи — это число упоминает и сам Ливайн — и даже десяти участниках. Однако ясно, что «игра» здесь идет чрезвычайно серьезная, потому как такие суммы никто раньше даже не рассматривал, особенно в случае дебютного романа.

С каждым повышением цены Ливайн все более нервничает и каждый раз консультируется с президентом издательской группы Scholastic Барбарой Маркус. Она все еще оставляет ему свободу выбора, позволяя в конце концов выиграть аукцион за 105 000 долларов, самую высокую цену, когда-либо выплаченную на тот момент за права публикации детской книги.

Около восьми часов вечера Литтл сообщает Джоан по телефону о текущем аукционе (цена к тому времени уже достигает пятизначной суммы), но сначала девушка ничего не понимает. Она воспринимает понятие «аукцион» так же, как и любой обычный человек: продажа исторических памятных вещей или антиквариата, что-то вроде Sotheby’s или Christie… Никогда она даже представить себе не могла аукцион за право издания своей книги на иностранном языке… Вскоре она улавливает смысл происходящего, и когда два часа спустя Литтл рассказывает ей, кто выиграл и по какой цене права на «Философский камень», Джоан в силах лишь пробормотать: «Сколько?.. Я не верю…»[211]. Затем она нервно выхаживает по квартире, ожидая телефонного звонка Ливайна, который, по словам Литтла, должен ей перезвонить в течение часа. В длинном списке благодарностей, появившемся на ее сайте 20 июля 2007 года через несколько часов после публикации книги «Гарри Поттер и Дары Смерти», Роулинг подытожила впечатление от этого первого телефонного общения следующим образом: «Я была в ужасе, когда взяла трубку, и он сразу же сказал: „Ты в ужасе?“ Я думаю, что полюбила его с этой поры. Он стал моим настоящим другом и доверенным лицом».

Во время разговора Ливайн отечески пытается успокоить ее, хотя и сам возбужден после только что совершенной беспрецедентной авантюры. После такого выплеска адреналина спать Джоан ложится в два часа ночи. На самом деле, она едва ли смогла отдохнуть — рано утром телефонный звонок разогнал остатки короткого сна: журналисты узнали новость и теперь хотят раскопать всё об этой литературной Золушке! Целую неделю они не дают ей передышки и покоя. Необычное внимание, предметом которого она стала впервые в жизни, заблокировало писательскую работу над «Тайной комнатой» примерно на пять недель. Чтобы отыскать вдохновение, Роулинг даже следует примеру прославленных коллег, таких как Айрис Мердок и Джон Бэйли, и посещает Национальную галерею Шотландии. К сожалению, способ оказывается безуспешным.

Но сама по себе ситуация не лишена и приятных последствий: из-за освещения сюжета в массмедиа первый тираж книги от Bloomsbury расходится в течение четырех дней. К тому же деньги от продажи американских прав позволяют Джоан наконец-то отказаться от съемной квартиры и купить дом. Выбор падает на дом с тремя спальнями по адресу Hazelbank Terrace, 19, за который Роулинг выплачивает 40 000 фунтов стерлингов. Это типичная тихая британская улица, на которой расположены традиционные домики с колоннами и одинаковыми характерными эркерами, частными садиками и цветными входными дверями: короче, что-то очень близкое к Тисовой улице, где проживают Дурсли. Джоан выбирает этот квартал, потому что он находится достаточно близко к дому ее сестры и в то же время на ближайшей улице с задней стороны дома есть хорошая начальная школа, Craiglockhart.

Джессика сможет посещать ее с сентября 1998 года, когда ей исполнится пять лет. Название учреждения наводит на мысль, что оно вдохновило автора на выбор фамилии персонажа Гилдероя Локхарта (Златопуста Локонса), но это ложный след. Сама автор говорит об обратном: «Я просматривала „Словарь фраз и басен“[212] […] и наткнулась на имя Гилдероя, привлекательного шотландского разбойника[213]. Это было именно то, что я хотела. А потом я нашла фамилию Локхарт на памятнике, посвященном Первой мировой войне. Вместе эти имя и фамилия выразили все, что я хотела сказать о персонаже…»[214]

В новом доме для Джессики будут заведены кролик Джемайма и морская свинка Жасмин. За несколько месяцев жизнь Джоан невероятно улучшилась, и наконец она может наслаждаться спокойствием и относительным благосостоянием. Символично ее заявление для прессы зимой 1997 года, оно показывает, насколько сильно изменилось ее психологическое состояние по сравнению с временами «Философского камня»:

«На днях в Эдинбурге я сходила в свою любимую кофейню, чтобы перечитать версию второй книги о Гарри с редакторской правкой. Джесси была в детском саду, потому что теперь у меня были деньги заплатить за то, что ей нравится. Передо мной был липкий кекс и чашка горячего шоколада, и я пережила момент божественного откровения. Я подумала, что я самый счастливый человек в мире. Теперь они платят мне за то, что я делала бесплатно всю свою жизнь. Я могу сидеть здесь и знать, что эта книга действительно будет опубликована»[215].

Привычка писать в кафе сохранится до четвертого романа, когда из-за ее популярности это станет невозможным. Какая работа — бесконечные просьбы автографов или приставания папарацци. Другая привычка — писать первоначальный вариант от руки (желательно черной шариковой ручкой) продлится до конца саги, и, конечно, причина не в отсутствии компьютера. На шоу Рози О’Доннелл в 1999 году Роулинг призналась, что для нее это абсолютно привычная практика, тогда как компьютер используется только на этапе окончательного редактирования. По правде говоря, привязанность к такой писательской процедуре может иметь более глубокие причины, чем просто «оригинальничанье».

Психолог Сьюзен Вайншенк ссылается на два интересных исследования по этому вопросу[216]: первое, проведенное в 1955 году М. Дойчем и Х. Б. Джерардом, которые обнаружили, что письмо от руки повышает уровень приверженности написанному; второе, проведенное в 1997 году Р. Шадмехром и Х. Х. Холкомбом, обращает внимание на активность мозга при рукописной работе и при работе на клавиатуре, обнаружив в первом случае значительно большую концентрацию памяти.

Джоан предоставит гранки второго романа в сроки, согласованные с издательством Bloomsbury, однако попросит вернуть их ей еще на шесть недель, чтобы переработать некоторые части, которыми она не до конца удовлетворена.

В итоге она приходит к доброжелательному мнению: «„Философский камень“ имеет более линейную структуру текста, который двигается к своей вершине. В „Тайной комнате“ есть несколько ложных всплесков, прежде чем Гарри наконец поймет, что ему надо делать»[217].

Все это время писательница продолжает работать неполный рабочий день учительницей, и, как это уже было в Португалии, как только появляется малейшая возможность или перерыв, трудится над рукописью про свой волшебный мир. Иногда эта ее привычка провоцирует неловкие ситуации. Например, однажды Джоан инструктировала класс, стоя спиной к своему рабочему столу, а у одной ученицы не оказалось ручки и бумаги. Учительница просит ее подойти и взять их на рабочем столе, и тогда девочка замечает несколько листов рукописи, над которыми работала Джоан. Писательница так вспоминает об этом эпизоде: «Я ждала ее лет сто, наконец обернулась и сказала: „Мэгги, ты не хочешь снова сесть?“ А она спросила: „Миссис Роулинг, вы писательница?“ Думаю, я, наверное, ответила: „Нет, это просто хобби“»[218].

В ноябре 1997 года «Философский камень» выиграл золотую медаль премии Nestle Smarties Book Prize, что вызвало новый всплеск публикаций в СМИ. Затем Bloomsbury предупреждает автора, что пришло время для телевидения, и обхаживает популярную передачу «Синий Питер». В декабре этого года Роулинг появилась на экране, развеяв перед поклонниками миф с инициалами, тщательно разработанный издателем. Тем не менее никого не волнует, что автором «Гарри Поттера» является женщина.

«Философский камень» начинает завоевывать рынок небольших розничных продавцов книг, которые, в свою очередь, рекомендуют его детям и родителям, тем самым запуская чрезвычайно действенную бесплатную рекламу. Находясь далеко и работая в своей маленькой ежедневной газете, Брайони Эванс, подобно «фее-крестной», продолжает пропагандировать свою «питомицу», не забывая называть роман вслух каждый раз, когда она посещает книжный магазин. Она даже пишет отзыв в Evening Standard в ответ на опубликованную там новость, что одна женщина-адвокат отправилась на слушание дела в Дадли, тогда как вместо этого ей следовало отправиться в городок Дурсли, расположенный в сорока милях далее. Эванс предполагает в своем отзыве, что, возможно, путаница возникла из-за того, что она читала своим детям «Гарри Поттера и философский камень», а имя и фамилия двоюродного брата главного героя — именно Дадли Дурсли — и могли быть причиной промаха. Письмо Эванс будет опубликовано в газете, и странный заголовок книги какое-то время помаячит перед глазами британцев.

На американском фронте работа тоже ускоренно продвигается к выходу романа в звездно-полосатой версии. Ливайн оказывается очень дотошным издателем с точки зрения и формы, и содержания. Что касается формы, то тут он уделяет большое внимание качеству бумаги, переплету и иллюстрациям Мэри Гран-Пре (Mary GrandPré), которые открывают каждую главу. А по содержанию Ливайн бдительно следит за тем, чтобы провести различие между придуманными выражениями и терминами, относящимися к британскому сленгу, что часто неоднозначно понимается американским читателем. Типичным примером является выражение Quidditch pitch: Роулинг использует pitch как синоним поля, то есть слова field, но непосредственное значение этого слова в американском сленге относится к смолам, битуму или в любом случае к веществу, полученному в результате химической перегонки органического материала. Поэтому Ливайн старается исправить эти недоразумения[219].

Артур вовсе не агрессивный редактор и вообще не пытается американизировать текст, а лишь разъясняет его. В свою очередь, Джоан тоже не является упрямым автором и обычно принимает его предложения. Основная замена, с которой фактически надо смириться, представлена в названии: речь о философском камне. Ливайн считает, что этот намек на философский камень звучит слишком претенциозно, интеллектуально или, что еще хуже, слишком философски. И это в конечном итоге может оттолкнуть детей, и они не захотят взять книгу в руки. В конце концов, издательский дом Scholastic выплатил за права астрономическую сумму, и теперь американский издатель намеревается охватить максимально широкую аудиторию, чтобы возместить затраты. И вот тут «неправильный» заголовок может иметь довольно большое значение, что хорошо известно в стенах маркетинговых офисов[220].

Поэтому Артур, думая о центральной роли Хогвартса в романе, предлагает Джоан альтернативный вариант названия: «Гарри Поттер и Школа магии». Джоан название не убеждает, но в конце концов она сама предлагает следующий компромисс: в Америке книга будет называться «Гарри Поттер и магический камень».

Впоследствии «выравнивание» между английским и американским текстами будет становиться все менее и менее необходимым прежде всего потому, что вышедшие фильмы немедленно проясняют сюжет благодаря универсальному визуальному языку. К тому же, начиная с четвертой книги и далее, новые романы в обеих странах будут выходить на рынок одновременно и, следовательно, издания синхронизируются. Учитывая сложившуюся обстановку, Ливайн, с которым сотрудничает в Лондоне редактор Bloomsbury Эмма Мэтьюсон, разработает специальный план редактуры, которому будет следовать до конца издания саги. В соответствии с этой процедурой его замечания и замечания его коллеги будут обобщены в одном документе, а затем представлены Роулинг, чтобы она могла высказаться по данному вопросу и, возможно, внести в текст запрошенные изменения.

1 сентября 1998 года «Гарри Поттер и философский камень», который тем временем также получил на родине Национальную книжную премию Galaxy[221], наконец выходит в Соединенных Штатах первоначальным тиражом в 50 000 экземпляров. Проводится серия рекламных чтений, которые уже собирают в среднем сотню посетителей каждое. Между тем на фронте Bloomsbury (со времени аукциона со Scholastic прошло чуть более года) тираж увеличился до 70 000 экземпляров. Показательно, что на американские чтения приходят не только возбужденные дети и не только взрослые читатели, но также и взрослые читатели в костюмах персонажей — например, пришла женщина в образе Полной Дамы с рамкой своей картины, висящей на шее. Все это ростки того, что ожидает всех в ближайшем будущем.

Между тем 2 июля того же года в Великобритании уже вышла в свет вторая книга, «Гарри Поттер и Тайная комната», которая займет верхнюю строчку в рейтинге национальных бестселлеров и получит британскую книжную премию в категории детских книг. «Философский камень» получает новый «бонус», выдвинувшись в заголовки главных национальных газет и попав в список бестселлеров журнала Time. Спустя семь месяцев статья в Entertainment Weekly свидетельствует, что книга еще не вышла из победного рейтинга. И в этот самый момент тираж издательства Scholastic превышает 700 000 экземпляров.

Поскольку к тому времени стало ясно, что книги читает совершенно разнородная аудитория, Bloomsbury будет настаивать на публикации всех последующих тиражей под двумя разными обложками. Решение продиктовано двумя причинами: первая, прагматичная, заключается в стремлении охватить еще больше взрослых читателей специальным изданием, которым также можно украсить книжную полку; вторая базируется на ошибочной уверенности, что для этой группы читателей проблематично держать в руках книгу, оформленную в детской стилистике. Эта последняя идея родилась после забавного эпизода в метро, который наблюдал один из сотрудников издательства: некий джентльмен читал «Гарри Поттера», пряча его в номере Economist, серьезного еженедельного журнала, посвященного политике, бизнесу, финансам, науке и технологиям.

Как бы то ни было, на международном уровне права на первый роман Джоан Роулинг уже приобрели за это время помимо Соединенных Штатов целых семь стран: Италия («Философский камень» здесь впервые публикуется в мае 1998 года), Франция, Германия, Греция, Нидерланды, Дания и Финляндия[222]. И это еще не всё: некоторые продюсерские студии Голливуда уже обратились к издателю, чтобы обсудить приобретение кинематографических прав на сагу, о чем подробнее речь пойдет ниже.

До последнего момента соседи, ближний круг Джоан и родители одноклассников Джессики не подозревают, что она и есть автор персонажа, который так популярен среди их детей, но новая волна в СМИ, поднявшаяся после публикации второго романа, вскоре откроет им глаза.

Для Джессики это проявляется в том, что одноклассники набрасываются на нее с вопросами по поводу разных событий в истории Гарри. Джоан запланировала начать читать про Поттера вслух, когда дочери исполнится семь, — к началу залпов медийной «тяжелой артиллерии» она еще довольно маленькая и совершенно не подозревает, что написано на листочках, которые при ней всегда то писала, то разбирала ее мать. Поэтому, чтобы не создавать дочке проблем в школе, писательница вынуждена начать чтение вслух намного раньше. Конечно, поначалу она опасается, что Джессике может не понравиться история, но маленькая девочка реагирует как все ее сверстники: она просто влюбляется в своего «брата на бумаге» и в его волшебный мир.

Но даже и теперь ребенок не может полностью удовлетворить любопытство своих сверстников, потому как ее мама-автор не намерена заранее открывать секреты и повороты истории ни своей дочери, ни кому-либо еще. Поэтому, чтобы заставить ребят снять осаду, Джоан предлагает договор: она сама будет читать детям в школе свои книги при условии, что после этого они оставят Джессику в покое.

Но если с частными лицами и соседями легко договориться, то на публичном уровне это не так просто. Оказавшись во второй раз в центре всеобщего внимания, в свете софитов, Роулинг чувствует, что, по сравнению с временами договора с издательством Scholastic, пресса стала гораздо настойчивее. Она больше не питает иллюзий, что ей дадут возможность вести замкнутую жизнь в духе Джейн Остин, о которой она всегда мечтала. Первоначально, не зная ее адреса, репортеры идут на всяческие уловки, чтобы до нее добраться. На слушаниях комиссии Левесона[223] Роулинг рассказывала: «В 1998 году мне позвонили из вроде бы почтового отделения. Звонивший объяснил, что отделение должно доставить мне посылку, на которой нет моего адреса. Мне показалось это странным: посылка, якобы адресованная мне, на которой почему-то не было моего адреса. Я сразу же спросила, кто звонит, и он быстро положил трубку».

Однако, как легко можно догадаться, домашний адрес Джоан недолго останется неизвестным. Вскоре возле дома будет припарковано множество машин, его станут осаждать толпы журналистов, ожидающих ее выхода и щелкающих затворами фотоаппаратов, они будут стучать в дверь, выматывать нервы соседям или же копаться в мусорных баках в надежде на сенсацию… Однажды писательница даже получает записку, доставленную ей Джессикой, совершенно без ее ведома: «Вечером я открыла ее папку, и между обычными школьными письмами и бумажками, которые набирает себе каждый ребенок, я нашла конверт, адресованный мне […]. Письмо было от журналиста. Помню, в письме говорилось, что он собирался попросить кого-нибудь из мам в школе положить его в ранец моей дочери»[224].

Но у славы все ж таки есть и позитивная сторона. Наконец-то осуществится вторая важная мечта ее жизни, помимо желания опубликовать книгу: вскоре Джоан сможет целиком посвятить себя писательству, окончательно отказавшись от работы преподавателя. Это важное событие произошло в июле 1997 года или же сразу после сенсационного договора с издательским домом Scholastic, о чем свидетельствует ее заявление того времени, и хотя в нем и чувствуется азарт, в то же время оно полно обеспокоенности: «Не знаю, что я собираюсь делать сейчас. Я очень нервничаю из-за идеи бросить преподавание на неполный рабочий день и стать писательницей, что называется, на полную ставку, даже если это именно то, чем я всегда хотела заниматься»[225].

На этом этапе своего жизненного пути Джоан переживет то самое ощущение чуда, которое, согласно высказыванию, приписываемому американскому писателю Генри Дэвиду Торо, находится в пределах досягаемости каждого из нас и которого, однако, мало кому удается достичь: «Если кто-либо уверенно двигается к своим мечтам и стремится жить той жизнью, которую он себе вообразил, в любой нормальной ситуации он добьется неожиданного успеха».

Но Джоан даже не представляет, что ее фантастическое приключение только начинается, и в этом — вся красота ее положения…

Глава 12

Полотно сюжета

Давайте на время прервем хронологическое изложение событий жизни писательницы, чтобы сосредоточиться на главных аспектах стиля Дж. К. Роулинг, ведь для описания личности писательницы особенности ее творческой работы важны не менее биографических данных, которые мы до сих пор подробно рассматривали.

В 2001 году на телешоу «60 минут» Роулинг кратко проиллюстрировала свой метод работы, показав таблицу на странице тетради. Автор объяснила, что один столбец предназначается для названий глав, другой для месяцев года — что помогает ей учитывать хронологию изложения фактов — и один столбец для соответствующих событий сюжета, в то время как на обратной стороне листа записываются сюжетные ответвления.

Таблица, по-видимому, изменяется и заполняется по мере написания книги или появления новых идей.

Дополнительная ясность на это счет была внесена на веб-сайте писательницы три года спустя, благодаря публикации таблицы, связанной с работой над «Орденом Феникса». Эта тетрадочная страница разделена на десять столбцов: первые четыре содержат соответственно количество глав и, как она уже объясняла по телевидению, указание времени действия, название глав и основной сюжет; остальные шесть посвящены сюжетным ответвлениям: Пророчеству, перебранке Джинни Уизли и Чжоу Чанг насчет права обладания Гарри, армии Дамблдора, Ордену Феникса, гневной речи Гарри против Снегга (с включением частей, которые связаны с фигурой Джеймса Поттера) и, наконец, событиям, в которых участвовали Хагрид и его брат Грохх. Примечания состоят из очень кратких предложений, таких как «Нагайна нападает на мистера Уизли». Другие вообще содержат только одно слово, из которого трудно вывести какое-либо указание: например, по поводу главы 23 под колонкой, относящейся к армии Дамблдора, читаем слово «здесь», очевидно имеющее смысл только для того, кем оно написано.

Не все графы заполнены — вполне возможно, что некоторые идеи не имеют значения для целей данной главы; или же в графах стоят вопросительные знаки, ясно подтверждающие, что таблица не является окончательным планом сюжета, скорее уж отправным материалом, который может и поменяться в процессе работы.

В одной специально посвященной ей телевизионной передаче[226] Роулинг показала множество других документов, частиц того великого пазла, что называется «обратная сторона Поттера». В первую очередь, это разные рисунки и заметки; затем истории некоторых персонажей, таких как Пожиратели Смерти, которые никогда не излагались в романах, но были необходимы автору для совершенства повествования. И наконец, страницы из тетради с именами учеников Хогвартса — рядом с каждым из них знак, обозначающий принадлежность к факультету, наличие волшебной крови, имена родителей…

Несмотря на неизбежные психологические неточности, упущения, огрехи и несоответствия, обнаруженные в различных романах о Гарри Поттере, неоспорим тот факт, что Дж. K. Роулинг создала гигантскую грандиозную фреску, которая поворотами неисчерпаемой фантазии, глубиной, детальными подробностями и сроком писательской работы над ней приближается к саге Дж. Р. Р. Толкиена. В «поттериане», так же как и в саге о Кольце, мы находим атмосферу волшебной истории и особые идиомы-заклинания, хотя они и менее сложны, нежели месиво языков мира Средиземья. Здесь также есть особая еда, напитки и абсолютно уникальные предметы, свои особые игры и спорт (вспомним «гоблинские камни», волшебные шахматы или квиддич), а также воображаемые печатные органы (прежде всего «Ежедневный пророк» и «Придира»), вплоть до научного журнала «Трансфигурация сегодня», сеть магических академий (это не только Хогвартс, но и Боксбатон, Дурмстранг и другие, хотя и не названные конкретно), законодательный кодекс (это видно из различных магических степеней), правительственная иерархия, глубоко укоренившаяся в Министерстве магии, и, наконец, судебная система (Визенгамот) и пенитенциарная система (Азкабан). Мы также сталкиваемся с множеством очень специфических магико-физических законов и заклинаний, с фантастической обстановкой, с характерной флорой и фауной и в заключение — с книгой «Сказки Барда Бидля» (сказочно-фольклорным текстом, в определенном смысле родственным тому мифологическому субстрату, который сотворил Толкиен для воображаемого мира своего Средиземья).

В итоге «сшивается» целостное полотно произведения с захватывающим сюжетом, который, с одной стороны, движется назад во времени, придавая истории очарование и таинственность, а с другой стороны, возвращается в настоящее и таким образом проецирует прошлое в будущее, и в этом непрерывном потоке нет лакун.

Общую структуру саги[227] можно определить как «закольцованную»; такая структура типична для древних поэм, например «Илиады», «Одиссеи» или «Беовульфа». Она характеризуется тем, что финал (A) напоминает начало (A), давая структуру A — A. В более сложных формах присутствует хиастическая структура[228] с последовательностью повторяющихся повествовательных модулей типа A — B — B — A или A — B — C–C — B — A и так далее. Такая «словесная геометрия» облегчает запоминание текста, что оказывалось особенно полезно, ведь поэмы сочинялись по большей части в устной форме.

Помимо толкований исследователей, есть признание «из первых рук» от самой Роулинг, которая подтверждает круговую структуру саги: в дополнительных материалах к DVD «Даров Смерти» (часть 2) она фактически объявляет, что гибель Римуса Люпина и Нимфадоры Тонкс в конце истории повторяет гибель Лили Эванс и Джеймса Поттера, произошедшую в начале саги, а их осиротевший сын Тедди похож на Гарри первой книги. Кроме того, спасая сына от убийственной ненависти Волан-де-Морта, мать Гарри в начале истории (Лили) и мать Драко в конце саги (Нарцисса Малфой) схожи по сути, хотя причины их действий явно различны. Наконец, писательница призналась, что не может пожертвовать Хагридом и принести его на алтарь войны с Волан-де-Мортом, потому что образ гиганта, который на руках выносит Гарри из Запретного леса, жил у нее в голове с самого начала; он перекликается с эпизодом, в котором семнадцать лет назад сам Хагрид нес спящего маленького Гарри на Тисовую улицу, 4, чтобы поручить ребенка заботам дяди и тети.

Наряду с маниакальным планированием методика работы Роулинг включает много и других элементов особого типа.

1. Внимание к внутренней последовательности истории

За пять лет, прошедшие между видением волшебного мира в поезде и окончательным вариантом «Философского камня», установились правила всего пазла о Поттере. Во время разработки саги Роулинг подготовила, как упоминалось в начале главы, огромное количество материала, который полностью никогда не использовался в романах, а послужил лишь фоном, позволяющим ей легче перемещаться по сюжету и хронологии истории. Писательница выработала именно такой подход, так как, по ее словам[229], она ненавидит произведения, которые содержат несоответствия или оставляют важные вопросы открытыми, поэтому необходимо точно объяснить, «почему» и «как» происходят определенные события в ее книгах: «Самое важное, когда вы создаете фэнтезийный мир, это решить, что ваши персонажи сделать не могут… Это прекрасно видно по Симпсонам — гениальная работа. Вы сразу понимаете, что они четко всё структурировали, что у них никогда не было сомнений относительно того, что могут делать их персонажи и чего не могут. Вот почему они так заслуживают доверия, даже если это всего лишь маленькие желтые человечки»[230].

И следует признать, что структура пазла о Поттере четко держалась вплоть до публикации седьмого романа (где, скажем, законы о палочках для еды или некоторые заклинания и названия зелий начали опасно трещать по швам).

Примером принятой за правило дотошности являются магические нормы и их исключения, такие как пять случаев, выходящих за рамки Закона Трансфигурации Гэмпа, упомянутого Гермионой в пятнадцатой главе «Даров Смерти», — речь идет о невозможности материализовать пищу из ничего. Другое правило волшебного мира в том, что мертвые не могут быть возвращены к жизни. В крайнем случае возможны только не слишком желательные предельные формы «жизнь — не-жизнь», как, например, призраки Хогвартса, инферналы-зомби Волан-де-Морта или мимолетные эманации умерших, полученные с помощью Воскрешающего камня.

Даже если некоторые правила не указаны явно, часто их можно вывести из контекста. Например, разумно предположить, что волшебники не могут создавать еду и деньги из воздуха: иначе нельзя объяснить существование таких семей, как Уизли, которым трудно сводить концы с концами. Причем, в отличие от еды, волшебники могут постоянно превращать что-то в деньги или увеличивать их количество, имея на руках определенную начальную сумму.

2. Вкус к этимологии, семантике, игре в слова и подсказкам между строк

Роулинг однажды сказала, что выбор имен является для нее решающим: «У некоторых из моих персонажей было восемь или девять имен, прежде чем я отобрала нужное. И почему-то я иногда просто не могу двигаться дальше, пока не назову их правильно»[231].

Когда вдохновение не приходит, пусть даже этот период длится совсем недолго, писательница, по ее признанию, действует следующим образом: «Я писала последнюю главу „Гарри Поттера и Принца-полукровки“, и мне нужно было придумать название для нового зелья. Я сидела перед клавиатурой десять минут, а потом просто написала „Х“. Я подумала: „Вернусь к этому моменту позже“. Иногда просто хочется продолжить историю. Иногда имена и названия приходят легко, и это прекрасное чувство, но иногда все идет трудно, и нужно какое-то время, чтобы произвести мозговой штурм. Иногда [идея] приходит, когда моешься в ванной или делаешь что-то еще…»[232]. На своем сайте Роулинг рассказывает, что ее муж уже привык слышать «Подожди!» и наблюдать, как она носится в поисках клочка бумаги и ручки, чтобы зафиксировать внезапный удар током вдохновения.

Придумывая имена, писательница играет не только с английским, блестяще смешивая фонемы и слова для получения неологизмов, но и с французским языком («Малфой» и «Волан-де-Морт»[233]), словами с саксонскими корнями («Визенгамот», «Нурменгард»[234]), с гэльским языком («Губрайтов огонь» и имя жены Арагога, Мосаг[235]) и с латынью для названий разных заклинаний.

В документальном фильме «Гарри Поттер и я» автор показала свою записную книжку, где в 1998 году были записаны разные слова, из которых потом выросло существительное «дементоры». Интересно исследовать этот сочинительский маршрут. Сначала она играла с латинскими словами cavus (пустой), angor (отчаяние), nefarius (гадкий), sceleratus/scelestus (злой), nocens (вредный или даже зловредный), sepulcrum (гробница), excubitor (стражник); затем рядом со словами отмечен эффект, производимый этими злобными существами: suck (сосать), drain (вытягивать), weaken (ослаблять). Мы еще далеки от слова «дементор», которое будет окончательно выбрано автором. В этом неологизме пересекается латынь (demens, бессмысленный) и форма отглагольного существительного, которая в английском языке представлена суффиксом «or». Однако нельзя отрицать, что присущие этим персонажам перечисленные выше особенности в итоге были включены в их характеристику.

Было замечено[236], что Роулинг также играет со словами, чтобы дать ключ к разгадке чего-либо, или использует фразы из диалогов, которые на первый взгляд кажутся просто шутками, но при ближайшем рассмотрении сами оказываются разгадкой или правдивой информацией. Пример первого типа появляется в «Узнике Азкабана», где настойчиво возникают упоминания пальцев рук, которые, как мы знаем, будут связаны с решающим моментом идентификации Питера Петтигрю, когда становится понятно, что предатель-маг таился все эти годы в теле крысы Коросты: Петуния потягивает кофе, демонстрируя свой мизинец, пальцы тети Мардж раздуваются, как салями, Корнелиус Фадж проводит пальцами по серебряной шнуровке пальто, Хагрид скользит своим гигантским указательным пальцем по корешку Чудовищной Книги о Чудовищах, чтобы успокоить ее, перья Клювокрыла скользили из-под пальцев Гарри во время полета, Загрыбасты показывают свои длинные костлявые пальцы… Примеры можно множить и множить.

Примером второго типа является диалог между Гарри и Роном в «Тайной комнате»[237]:

«— Хотел бы я знать, как Реддлу удалось получить приз за особые услуги, оказанные в Хогвартсе». — «Это может быть что угодно, — сказал Рон. — Может быть, он сдал тридцать С. О. В.[238] или спас учителя от гигантского осьминога. Может быть, он убил Миртл[239], что явно было для всех одолжением».

В конце романа читатель обнаружит, что Миртилла была действительно убита василиском, выпущенным Томом Реддлом на свободу, но вряд ли он вспомнит про этот «пророческий» диалог.

3. Использование и переработка материала, полученного из увлекательных исторических, магико-антропологических, фольклорных матриц, из алхимии, нумерологии, мифологии и метафизики

Одна из причин, по которой истории Гарри Поттера постоянно удается подогревать внимание читателя, связана с тем, что в ней используется такой тип внушения, как «дары Смерти», значимость числа «семь», идея философского камня, обряд котла, в котором восстанавливается тело Волан-де-Морта, фантастический бестиарий, символика крестражей[240]. Это лишь некоторые из многочисленных элементов, относящихся к вышеперечисленным отраслям знаний. Они обогащают сюжет, иногда даже подсознательно, и усиливают чары книги[241].

4. Использование архетипов

Роулинг не только — сознательно или неосознанно — использует такие архетипические фигуры, как Ментор, Оборотень, Трикстер, Тень, но и шаг за шагом воспроизводит идеальную схему «Приключения Героя», описанную Джозефом Кэмпбеллом[242]. И тем самым достигается главная цель — завоевать внимание читателя[243].

Кроме того, история о Гарри Поттере способна поставить перед читателем любого возраста великие экзистенциальные вопросы, такие как противостояние между добром и злом, тема жизни и смерти, любви и ненависти, идея важного выбора и обрядов инициации. Во всех этих темах и образах коллективный опыт пересекается и сливается воедино с индивидуальным, а также с личным биографическим опытом писательницы.

В связи с этим Роулинг однажды остроумно заметила, что, в отличие от многих бестселлеров для взрослых, в основном посвященных повседневным и бытовым проблемам, в больших книгах для детей рассматриваются важные вопросы «откуда мы», «куда мы идем» и «куда мы придем». Доказательством тому, что дети гораздо серьезнее, чем мы думаем, является их жадный интерес, с которым они проглатывают подобные книги.

5. Пристрастие к желтому цвету

Американский критик Джон Пауэрс очень хорошо продемонстрировал сложный смысл и интеллектуальный заряд желтого цвета, к которому имеет пристрастие автор саги[244], чему, по его мнению, могут позавидовать такие авторитетные профессионалы, как Том Клэнси[245]. Он подчеркнул, что эволюция персонажа и самой истории являются решающими моментами для поддержания внимания.

В отличие от фактически желтой книжной серии/детектива/триллера/шпионского романа[246], вроде серии об агенте 007 или «Закон и порядок» — интересного, но слишком обнадеживающего, поскольку читатель уже с самого начала знает, что герои найдут правильное решение и выйдут прославленными победителями из испытания, — «Гарри Поттер», наоборот, оставляет ощущение более близкое к реальной жизни. Сюжетные повороты в саге напоминают фильмы «На глубине шесть футов» или «Сопрано», где статичность, незаконность и непредсказуемость — главные ингредиенты: люди влюбляются и расстаются, рождаются и разоряются, кто-то из персонажей умирает или с ним случается нечто непредвиденное, что создает препятствия и проблемы для мирного развертывания сюжета истории… Любой, кто читал сагу Роулинг, сразу понимает, что это относится и к ее персонажам: смерть многих дорогих людей, опасности, которым противостоишь с открытым забралом, и не ясно, выживешь ли. Постоянно сохраняется неуверенность в судьбе Гарри (хотя именно это переживание всегда сознательно и мастерски подпитывалось автором во всех интервью — Роулинг не раскрывала своего замысла до конца).

Все это привлекает читателей, порождая более сильные и положительные эмоции и реакции по сравнению с проверенными и обнадеживающими классическими формулами.

6. «Игра» сюжета

Роулинг смогла привнести богатую жизненную фактуру в свою книгу также благодаря современному интеллектуальному использованию историографии, играя с параллелями «магловского» мира. Подобную тактику она использовала сознательно, о чем свидетельствует ее заявление: «Думаю, это добавляет доверия к книгам. Полагаю, это одна из причин, почему читатели могут так легко представить себя в волшебном мире, увидеть, как он взаимосвязан с нашим миром»[247].

Профессор средневековой истории Пизанского университета Энрика Сальватори выделила актуальные аспекты жизни, которые Роулинг удалось включить в «поттериану»[248]. Сальватори, прежде всего, произвела разбор дневника Тома Реддла и сюжета «Тайной комнаты», поставив вопрос документальной достоверности. Так, в судебной истории Сириуса Блэка она подчеркнула расплывчатость и абсолютную ненадежность свидетельских показаний (очень деликатный вопрос, который критически рассматривается также самыми современными направлениями криминологии)[249].

Касательно общественного устройства магического сообщества преподавательница также подчеркнула, что оно похоже на профессиональные сообщества в нашем мире: доминирующая раса (маги) с приукрашенной версией фактов, подслащенной по сравнению с той, которую могли бы рассказать меньшинства (не забудем свирепо-диссидентский настрой гоблинов), тогда как идея экуменизма и гармонии, которую защищает доминирующий класс, далека от реализации (не забудем рабство эльфов и отвращение многих магов по отношению к маглам). Сальватори отмечает социальную тенденцию, выраженную в Фонтане Магического Братства возле Министерства магии с чудовищно-антимагловской расистской скульптурой, установленной Волан-де-Мортом в период его второго прихода к власти.

Преподавательница также отмечает проблему в области современных средств массовой информации, когда возникает разительный контраст между газетными заголовками и объективностью содержания газетных статей. Например, статьи циничной журналистки Риты Скитер печатаются в крупнейшей волшебной газете Хогвартса «Ежедневный пророк», а абсолютно правдивое интервью Гарри опубликовано в хвастливой газете «Придира».

Наконец, Сальватори подчеркивает идею параллели между тиранами Грин-де-Вальдом и Волан-де-Мортом и периодом, когда Европа была охвачена нацизмом, и обращает внимание, как кропотливо Дамблдор восстанавливает историческую правду, анализируя события и воспоминания, хранящиеся в Омуте памяти.

Часто обсуждается, является ли Роулинг подлинным литературным гением или просто превосходным автором. Помимо аргументов отдельных людей, интересно отметить, что ее методу работы присущи характерные черты мышления гения[250]. Тип мышления гения имеет четыре признака.

а. Сделать мысли видимыми

Люди калибра Леонардо да Винчи, Галилео Галилея, Альберта Эйнштейна всегда использовали язык графики, символов, рисунков, карт и диаграмм, чтобы помочь языку слов и чисел приобрести пространственно-визуальное измерение.

Как мы уже видели, Роулинг также наработала море материала, сделала наброски персонажей, заведя их списки под символами факультетов, к которым они принадлежат, таблицы для координации содержания и хронологии романов, создала такие символы, как, например, Дары Смерти.

б. Производительность

Все гениальные люди обладали огромной продуктивностью: например, было подсчитано, что Томас Эдисон подал на рассмотрение 1093 изобретения для получения патента, а Вольфганг Амадей Моцарт написал более шестисот музыкальных произведений. Вдумаемся: Роулинг за семнадцать лет работы выпустила не только семь романов саги (общим объемом более четырех тысяч страниц) и три вымышленные псевдокниги[251], но еще и наработала огромный материал на целый штабель коробок с тетрадями, заметками, историями про волшебный мир. Согласитесь — впечатляющая производительность. Другой характеристикой гениев является способность сосредоточенно и избирательно фокусироваться на одной теме, получая наилучшие результаты именно благодаря такому хирургически отточенному взгляду. В предыдущих главах мы видели это несколько раз — каждый повод был хорош, чтобы добавить материал для саги, шла ли речь о новой информации (например, геомантия или использование африканских слов в главе 5) или это был жизненный опыт (вспомним эпизоды травли в школе, которые послужили основой для создания персонажа Малфоя и его приспешников). Любое свободное время использовалось для работы над книгами (Джоан писала и во время дневного сна Джессики).

в. Создание новых комбинаций

В своей книге «Научный гений» профессор психологии Калифорнийского университета Дин Кит Симонтон предположил, что гении потому и гении, что создают новые комбинации в гораздо большей степени, чем просто талантливые люди. Профессор опирается на этимологию, чтобы проиллюстрировать это предположение: согласно реконструкции, предоставленной филологом и лингвистом Марко Теренцио Варроне[252], латинское слово cogitare, соответствующее нашему глаголу «думать», происходит от понятия «со-действующий», что буквально означает «потрясать вместе»; а глагол intelligo, чей корень означает «ум», является производным от inter (между) и legеre (собирать, объединять), что означает «выбрать между».

Хотя Роулинг не изобрела ни самих магов, ни школы волшебства, ни многих из упомянутых ею существ, не говоря уже об изобретении романа воспитания, нет никаких сомнений, что она объединила весь этот материал, придав ему окончательную форму, подобно повару, который всегда использует масло, сахар, яйца и муку, но так комбинирует ингредиенты по сравнению с базовым рецептом, что создает совершенно новый торт. Например, использует карамелизированный сахар, высушенные и раскрошенные желтки яиц вместо сырых и не смешивает это все с обычной мукой, а добавляет предварительно разогретую в масле муку, — то есть все делается по-другому, не так, как принято при изготовлении традиционных десертов. Короче говоря, работа Роулинг была не просто созидающей, но преобразующей.

г. Умение думать метафорически

Роулинг всегда говорила, что ее волшебный мир — не что иное, как транспозиция реального мира, но с небольшим искажением. Один из многих примеров, которые можно привести, — это характер Римуса Люпина: тот факт, что он хотел громко заявить о проблеме заражения всех, кто был укушен оборотнем[253], выглядит как метафора СПИДа. И метафора эта побуждает читающую общественность взвесить социальные последствия изоляции человека по причине изнурительной и заразной болезни. Эта одна из самых гениальных идей писательницы.

Глава 13

Критика оригинальности и стиля

Несмотря на необычный и во многих отношениях «ювелирный» стиль Роулинг, после опубликования первых романов появились многочисленные попытки доказать, что автор скопировала свои идеи из других книг. «Поттериану» с чем только не сравнивали, но на самом деле почти все эти соображения «притянуты за волосы».

К примеру, историю Гарри сравнивали с романом «Школьные годы Тома Брауна», написанным Томасом Хьюзом в 1857 году. Главный герой — одиннадцатилетний мальчик Том Браун, более настроенный на спорт, чем на учебу. Его отправляют в школу-интернат, где он дружит с другим мальчиком, Гарри Истом (который выступает Роном Уизли в этой истории). В школе Том, как и другие ученики, становится жертвой издевательств местного хулигана по кличке Флэшмен (предполагаемое альтер эго Драко Малфоя).

Эти аргументы крайне сомнительны с точки зрения влияния, которое роман мог бы оказать на работу Роулинг, особенно потому, что Ист старше Брауна, а Флэшмен ведет себя как правонарушитель. Он больше напоминает персонаж Франти из романа де Амичиса[254] «Сердце», более взрослого и опасного, нежели Малфой-младший. Вернее, в случае с Гарри и Драко мы можем говорить об ожесточенном соперничестве, тогда как издевательства подразумевают физическое насилие и психологическое подчинение, которые Малфой-младший никогда не смог бы установить в школе, в то время как Флэшмен делает это еще до прибытия в школу Тома. Поэтому в романе Хьюза царит атмосфера, далекая от мирной атмосферы Хогвартса. На самом деле, Хьюз описывает то, что было нормой во всех настоящих британских школах-пансионах на протяжении веков — там процветала жесткая дедовщина казарменного типа, которая зачастую игнорировалась преподавательским составом.

Помимо этого, некоторые увидели элементы сходства между сагой о Гарри Поттере и «Властелином колец»: например, пара гигантских пауков Шелоб — Арагог (но если кому-то действительно хочется поиграть в игру «кто был раньше», то и у Шелоб есть предшественник — гигантский паук в «Волшебнике страны Оз»!) и параллели между Сауроном и Волан-де-Мортом или между Гэндальфом и Дамблдором. И опять-таки сходство между Кольцом Всевластия и Кольцом Марволо Мракса, пропитанными черной магией (но разве не было что-то похожее в истории про Кольцо Нибелунгов?). И наконец, тот факт, что Кольцо Всевластия, как и слизеринский медальон, вызывает изменение личности его владельца.

На самом деле и Толкиен, и Роулинг не делали ничего другого, кроме как играли с архетипами, такими как архетип Старого Наставника и Антагониста, а также с артефактами и магическими монстрами, которыми переполнены сказки и мифология[255]. Вспомним детское переживание писательницы, которое могло бы дать дополнительное объяснение связи между драгоценностями и злодействами, проходящей через всю сагу. Мы уже упоминали в главе 6, как в пятилетнем возрасте Джоан подарили первый браслет и украшения и она сразу же начала играть с ожерельем, восхищенная его красотой, а ее двоюродная бабушка, болтая с двумя своими сестрами, заметила, что «ни одна приличная женщина не может ценить драгоценности». Роулинг позже говорила по этому поводу: «Вряд ли она ожидала, что ее слова произведут на меня сильное впечатление, но я получила в этот день вместе с новыми звенящими подвесками ощущение связи между безнравственностью и драгоценностями, про которую с тех пор никогда не забывала»[256].

Некоторые источники усматривают возможное сходство между «Гарри Поттером» и «Заколдованной жизнью», первым томом «Хроник Крестоманси», написанных Дианой Уинн Джонс[257], но нарочно не проясняют причины, по которой эти две книги сравниваются. Единственное, что их объединяет, это факт биографии главных героев: оба они поступают на учебу в школу магии, находящуюся в замке, — откровенно говоря, маловато для настоящего сопоставления.

Еще одна очень слабая версия связана с книгой «Секрет платформы № 13» Евы Ибботсон. Помимо того что главный герой тоже подвергается преследованиям, в книге упоминается канал, находящийся в другом измерении, подводящий к обычному лондонскому железнодорожному вокзалу и соединяющий два разных мира — комбинация сама по себе не такая уж редкая, — но нет и тени сходства между стилем Ибботсон и стилем Роулинг ни в главной цели, ни с точки зрения сюжета, персонажей и обстановки. На самом деле фигуры двух главных героев диаметрально противоположны, поскольку Гарри всегда остается человеком нашего обычного мира, каким бы волшебным мальчиком он ни был, а у Ибботсон рассказывается история о маленьком принце, происходящем из иного королевства, из другого измерения и похищенном еще в пеленках богатой и коварной женщиной, которая не могла иметь детей.

«Волшебник Земноморья» Урсулы Ле Гуин — вот еще одно название, которое часто возникает в спорах, нагнетающих сомнения в самостоятельности фантазии Роулинг. В романе мальчик по имени Гед после недолгого обучения у чародея отправляется в школу магии и, как и Гарри, борется против собственной Тени, которая наносит ему явные болезненные раны. Однако между Роком и Хогвартсом нет ничего общего, так же как и между событиями, происходящими с главными героями. Атмосфера истории, сама идея магии и, наконец, сам сюжет, придуманный Урсулой Ле Гуин, в конечном итоге настолько чужды саге Роулинг, что они сравнимы примерно так же, как буквы можно сопоставить с цифрами.

Другим примером служит неожиданное совпадение с романом американской писательницы Джейн Йолен «Зал волшебников», опубликованным в 1991 году, за шесть лет до «Философского камня». В Интернете можно найти часто цитируемые различными источниками выдержки из ее интервью журналу Newsweek, ныне недоступного на его сайте, где Йолен говорит, что якобы прочитала первые три книги «Гарри Поттера» и не нашла их хорошо написанными. В том же интервью автор утверждала, что в них много от ее романа. Более того, она заявила: «Я всегда говорю людям, что хорошо бы миссис Роулинг выписать мне чек на большую сумму, я бы обналичила его».

Стоит прочитать книгу Йолен и увидеть, что эти утверждения совершенно туманны, потому как сходство между двумя сюжетами действительно очень расплывчато. Рассмотрим, что в них общего:

— одиннадцатилетний мальчик с зелеными глазами по имени Генри отправляется в школу магии, чтобы сразиться со злым волшебником и неким порабощенным им существом (что может напомнить сюжет «Тайной комнаты», но чрезвычайно отдаленно);

— веснушчатый и рыжий лучший друг — черты Рона Уизли;

— поиск в библиотеке книги, чтобы выяснить, как бороться с врагом, силами главного героя, его лучшего друга и школьной подруги (сюжетная комбинация, к которой часто прибегают авторы, и в данном случае это трио Гарри — Рон — Гермиона);

— присутствие старика с голубыми глазами и седыми волосами (в котором, очевидно, хотелось бы видеть предшественника Альбуса Дамблдора);

— использование пергаментов вместо бумаги.

При ближайшем рассмотрении самые «явные» совпадения между этими двумя книгами — обратите внимание на кавычки, в которые заключено прилагательное, — сводятся только к двум. В основном, это живые картины (как видно из нижеследующей цитаты из Йолен, в ее книгах реальность волшебного мира выраженнее, нежели реальность, которую Роулинг отдает на откуп Хогвартсу): «Неожиданно возле него очутилась невысокая крепкая женщина в заплесневелой тунике винного цвета, на которой спереди были пятна, похоже от яиц. Рама картины была пуста. Она вынула откуда-то из воздуха платок и утерла им лицо. Затем, явно успокоившись, она повела его в маленькую комнату, что находилась сразу направо, держа его двумя пальцами за руку повыше локтя»[258].

К тому же на потолке комнаты, где живет главный герой, нарисовано звездное небо, напоминающее небо Большого Зала в далеком будущем, о возможном происхождении которого мы уже упоминали в главе 4: «Он открыл глаза и зажмурил их несколько раз, не веря тому, что увидел. На потолке его комнаты была карта звездного неба вся в маленьких огоньках, которые периодически подмигивали, произнося свои имена.

„Овен“, — сказало одно созвездие.

„Стрелец“, — шепотом сказало другое»[259].

Как мы видим, подобные мелкие детали вряд ли могут всерьез заставить задуматься о плагиате, ведь они являются физическими характеристиками персонажей или же очень распространенными элементами сказочной структуры. Кроме того, книги Йолен по стилистике явно нацелены на младшую возрастную группу, и атмосфера истории не так феерична, как в Хогвартсе, она там, скорее, довольно сюрреалистична.

Отвечая читателю, который специально задал ей вопрос на эту тему в чате с фанатами, организованном Barnes & Noble[260] 19 марта 1999 года, Роулинг отрицала, что она когда-либо читала «Зал волшебников».

Однако критик Изабель Кани[261] утверждает, что Роулинг якобы скопировала материал из другой книги — «Амбар Грушема» (Groosham Grange) Энтони Горовица[262], изданной в 1988 году. Этот амбар на самом деле школа на острове Дитескио, в которой учится двенадцатилетний Давид; ему, как седьмому ребенку седьмого ребенка[263], суждено стать колдуном. Преподавательский состав включает в себя директора, у которого две головы из-за неудавшегося эксперимента по черной магии, а также вице-директора вампира и учителя французского языка. Это оборотень, которого зовут «профессор Лелу» (предположительная параллель профессору Римусу Люпину). Еще там есть призрак, зомби и домохозяйка-ведьма, миссис Холоднодыхл.

Помимо похожей идеи магической школы (Хогвартс), есть и другие параллели: отец Дэвида — устрашающая копия дяди Вернона, к главному герою присоединяются его подруга-сноб Джилл и друг Джеффри (напрямую напоминает трио Гарри — Гермиона — Рон). Кани приводит косвенные доказательства, опираясь также на чрезвычайно общие элементы сюжета, такие как подсчет баллов, на основании которого в конце года премируют лучшего ученика. Как известно, этот учебно-дидактический метод применяется многими школьными учителями, и смехотворно выглядит попытка представить его впервые заявленным в «Амбаре Грушема».

Но прежде всего Кани считает нужным «призвать» Роулинг к ответственности, ведь мальчики с фермы Грушем также ездят в школу на поезде. Чтобы доказать свою теорию, Кани неловко прибегает к фрейдистской концепции «покрывающего воспоминания»[264]: «Автор неоднократно заявляла, что идея книги впервые пришла к ней в 1990 году в поезде из Манчестера. Однако при ближайшем рассмотрении ее версия фактов кажется скорее „покрывающим воспоминанием“, чем реальной работой памяти: на самом деле это было путешествие на поезде, но не на том, о котором сообщает автор. Более вероятно, что все началось в поезде, который шел на ферму Грушема, описанную в третьей главе книги, где рассказывается о встрече трех главных героев. Видимо, Роулинг увидела в изображении поезда, идущего в Хогвартс, огромный потенциал, которым она вполне могла воспользоваться, задумывая историю Гарри Поттера. Более того, возможно, что в поезде „Манчестер — Лондон“ автор просмотрела роман Горовица: „Амбар Грушема“ был как раз опубликован в 1990 году»[265].

Да, книга Горовица впервые появилась в 1988 году, но ни начало истории о Гарри Поттере, ни первые идеи романа, пришедшие в голову Роулинг, не включали Хогвартс-экспресс. Утверждение, что Роулинг копировала Горовица, совершенно нелепо, как и упомянутая выше история про экзаменационные баллы. Кстати, в серии книг Энида Блайтона «Фантастическая пятерка» (в отличие от Горовица, Роулинг действительно их прочитала) мальчики едут на поезде в школу-интернат, а в книге «Тайны острова» из поезда их пересаживают в карету, как и второкурсников Хогвартса; наконец, как и у Роулинг, ребята там направляются на лодке к острову (Киррин), где находится разрушенный замок. Непонятно, следуя нелепым рассуждениям Кани, почему тогда Горовиц в большей степени предшественник Поттера, чем Блайтон? Следовательно, предполагаемая сенсация Кани оказывается совершенно несостоятельной.

Другим источником якобы плагиата были «Книги магии» Нила Геймана. Это изданный в 1990 году комикс про некоего Тима Хантера, 12-летнего темноволосого близорукого английского мальчика в больших очках, который должен стать самым могущественным волшебником в мире. У Тима, как и у Гарри, есть домашняя ручная птица, но не снежная сова, как Букля, а скорее сыч. И в этом случае есть совпадения (очевидно, что подростки очень часто являются главными героями детских книг, очки распространены повсеместно, а уж филины, совы и сычи всегда были связаны в коллективном бессознательном с волшебниками и ведьмами). Сам Гейман (знаменитый британский фантаст. — Прим. ред.) назвал смехотворными обвинения, выдвинутые против Роулинг некоторыми представителями прессы: «Посмотрите: все, что совпадает у наших героев, это настолько обычные, невероятно поверхностные детали, что, если бы она действительно украла что-либо, они изменились бы первыми. Поменяй цвет волос с каштанового на светлый, сними очки… Да, вот такие вещи (…) или сову сделай коршуном. И я сказал ей, что мы оба воровали у Т. Х. Уайта[266], причем напрямую»[267].

Но даже если соматические черты характера, поведение и магический «наряд» персонажа Роулинг оказываются подозрительным дежавю персонажа Геймана, атмосфера двух историй совершенно различна: тогда как Роулинг, безусловно, образна, Гейман скорее мечтатель-визионер; тогда как Гарри Поттер остается всегда в нашем измерении, Тим Хантер путешествует в другие эпохи и в другие места. Его приключения, конечно, могут напоминать историю Гарри, но примерно так, как собака напоминает кошку, ведь они оба четвероногие млекопитающие.

Однако нельзя обойти случай «Самой плохой ведьмы» (The Worst Witch), первой книги серии, начатой в 1974 году английской писательницей Джилл Мерфи. Джилл увлекалась литературой и рисунком с четырехлетнего возраста, но жизнь ее оказалась наполнена несчастьями, болезнями и проблемами в семье. В 1986 году по книге был снят фильм, а в 1998 году появился телесериал (с 2002 по 2003 год он транслировался в Италии на Rai Due, RaiSat и Disney Channel под названием «Школа ведьм»). Все это произошло на семнадцать лет раньше «Философского камня» (книги) и на пять лет раньше появления фильма. Это единственный пример действительно примечательного в целом сходства с миром Гарри Поттера, среди всех высказанных сомнений в оригинальности Роулинг. Вот что мы здесь в данном случае находим:

— волшебную школу в замке, окруженном горами и лесом (как и Хогвартс);

— понимающего руководителя с твердыми, но добрыми чертами лица (как Альбус Дамблдор);

— долговязого, одетого в черное учителя зельеварения с мрачным характером, который всегда цепляется к главному герою саги (точно так же, как Северус Снегг к Гарри Поттеру);

— учителя заклинаний (как и профессор Филиус Флитвик);

— магические формулы, составленные из смеси английского и латинского языков (точно так же, как и заклинания в «поттериане»).

Однако, несмотря на неоспоримые, бросающиеся в глаза аналогии в деталях и персонажах, сюжет Мерфи разительно отличается от саги про Гарри Поттера, и он все же легче, чем чрезвычайно сложный и четко выстроенный сюжет Роулинг. Возможно, это один из примеров того, как идеи витают в воздухе и два человека работают в одном направлении, ничего не зная друг о друге. Более того, подобная бессознательная и таинственная «телепатия» уже наблюдалась со многими изобретениями и изобретателями, и если прав К. Г. Юнг, то все мы черпаем наши идеи из общего для всего человечества коллективного бессознательного. И как это происходит в школе на уроках сочинения, одна и та же идея разными людьми развивается столь причудливо, что в итоге каждая история становится уникальной.

Ни один из вышеупомянутых авторов, тем не менее, не рассматривал возможность обвинения Роулинг в истинном или предполагаемом плагиате (хотя мы рассмотрим в главе 15 необоснованные попытки раскрутить бизнес-стратегии, чтобы извлечь выгоду из успеха саги про Гарри Поттера). Из всего этого следует единственный объективный вывод: «мама» Гарри, несомненно, использовала мотивы древней фантастической, алхимической традиции, а также мифологический, магико-антропологический, исторический и метафизический материал. Почти всегда Роулинг по-своему перемешивала эти ингредиенты, создав новую и уникальную серию книг, которая, в свою очередь, станет первоосновой для будущих авторов этого жанра.

Что касается стиля писательницы, то в его критике никогда не было недостатка. В 2007 году литературный обозреватель газеты Guardian Николас Лезар даже назвал его «ядовитым»[268], рассмотрев в качестве символического примера страницу 324 из «Ордена Феникса», где последовательно появляются шесть наречий, описывающих эмоциональные состояния персонажей: «Сказал злобно Снегг», «сказал Гарри яростно», «сказал он меланхолично», «строго сказала Гермиона», «возмущенно сказал Рон», «надменно сказала Гермиона». В английском языке каждое из этих наречий имеет суффикс «ly», который обозначает наречие образа и способа действия. Преподаватели, обучающие писательскому ремеслу, рекомендуют не использовать такие наречия для передачи настроения, а выражать их словами и действиями согласно известному девизу: Show, don’t tell (покажи, не говори). Когда читатель видит ситуацию, а не ее описание, текст делается более подвижным и легким. Поэтому интенсивное использование таких наречий свидетельствует о небрежном, с точки зрения содержания, и какофоническом, с точки зрения формы, стиле.

Ничуть не снисходительнее Лезара был в 2000 году Гарольд Блум, литературный критик и профессор Йельского университета, когда выпустил на страницах Wall Street Journal длинную статью-анафему про авторские достоинства Роулинг с красноречивым названием «Могут ли ошибаться 35 миллионов покупателей книг? Да». По мнению Блума, книги Роулинг предоставляют мало пищи для умственного и духовного развития читателя и недостаточно оригинальны, к тому же характер ее писательской работы оставляет желать лучшего: «Стиль ее прозы, насыщенный штампами, не ставит перед читателями серьезных запросов. На одной произвольно выбранной странице, к примеру странице 4 первой книги о Гарри Поттере, я насчитал семь штампов»[269].

В свете выводов Лезара и Блума о литературном стиле саги возникает вопрос: хотя автор и обязан предоставить издателю лучший вариант рукописи из всех возможных, есть еще и редактор, который должен исправлять любые погрешности текста. Тем не менее недочеты существенно не влияют на общее качество книги, поскольку она, по мнению Лезара, формально создается также и многими другими элементами. Стиль Роулинг действительно значительно улучшился по сравнению с первой книгой, постепенно приобретая элегантность, юмор и глубину даже на уровне построения фраз. Очевидно, что автор, вынужденный писать непрерывно, обретает мастерство и уверенность, так что Лезар и Блум выступают в роли классических крестоносцев и языковых пуристов, которые считают, что читать стоит только великие романы прошлого.

Вероятно, выверенный стиль, который не является ни пресным, ни слишком гладким и, следовательно, не похож на тот часто слащавый стиль, характерный для определенных эталонов жанра, — это личный «секрет» Роулинг, и вот почему ее книги читают люди, совершенно разные по возрасту и уровню образования. Структура ее романов изменялась, и, несомненно, последующие книги саги отличались от дебютного романа, который мы рассмотрели в главе 10, где предысторию формируют длинные фактологические описания в стиле инфовброса. В следующих томах автор действительно найдет блестящие альтернативные способы передачи важных понятий с помощью газетных статей, магических предметов, видений, мечтаний, воспоминаний, подслушанных разговоров или даже голосов «сверхлогических» правдоподобных персонажей, таких как Дамблдор и Гермиона.

Лингвистическая техника Роулинг не окажется новаторской и, возможно, будет лишена эпического дыхания[270], однако в хорошей книге сюжет, персонажи и атмосфера предшествуют форме, что ставит такую книгу выше заурядной нормы.

В этом отношении мы можем только согласиться с писателем Филипом Пулманом, который в своей благодарственной речи при вручении ему медали Карнеги заявил:

«Есть темы и идеи, слишком большие для взрослой художественной литературы. Их можно адекватно развить только в детских книгах. Причина в том, что во взрослой художественной литературе повествование страдает — другие вещи воспринимаются как значительно более важные: техника, стиль, литературные знания»[271].

И, возможно, неслучайно многие взрослые, сытые по горло литературной безупречностью самой по себе, за которую выступают такие люди, как Лезар, истосковавшись по хорошим историям, обратились к миру Гарри Поттера. И оно того стоило.

Часть VII

Комедия

Глава 14

Все дети в мире будут знать его имя!

Давайте теперь вернемся к рассказу о событиях, происходящих в жизни писательницы и вокруг нее. Осада массмедиа, как мы видели, форсируется, а на читательском фронте — как раз наоборот — хорошие новости: 2 июня 1999 года в Соединенных Штатах выходит «Тайная комната». Уже и без того значительное количество писем стремительно растет, так что Джоан задумывается о найме помощника, чтобы справиться с этим валом корреспонденции.

Однако не все с энтузиазмом воспринимают второй том: если, с одной стороны, критики снова присуждают автору золотую медаль премии Nestle Smarties Book Prize, а также вторую награду Galaxy Books Award за лучшую детскую книгу, то из читательской аудитории доносятся первые всплески неодобрения. В частности, одно чрезвычайно темпераментное письмо до сих пор застряло в памяти Роулинг: в нем читательница-мать жаловалась, что окончание нового романа было очень тревожным, и выражала надежду, что писательница с ее литературным талантом сможет придумать другой тип финала для следующего тома. Послание заканчивалось ультиматумом, что если в будущей книге появятся и другие неприемлемые элементы, то корреспондентка объявит ей бойкот. Но ни один художник в любой области искусства не потерпит диктата, и Роулинг в данном случае не стала исключением: она посоветовала высокомерной читательнице просто не читать ее остальные книги, потому как они становятся все более и более сложными.

Одна из мракобествующих фракций католического сообщества набрасывается на сагу, подчеркивая, что автор пропагандирует запрещенные Библией магические практики и тем самым ведет детей к сатане. Этот аспект мы рассмотрим подробнее в главе 15, однако подобные нападки, к сожалению, свидетельствуют об ограниченности некоторых людей, которые не понимают всей важности развития воображения для человеческого разума, активно работающего именно в сказочном сюжете, и прибегают к негативу и запретительным догмам.

Все это время Джоан полностью погружена в рекламную кампанию книги. Она сдерживает обещание, данное сотрудникам кафе Nicholson’s — называет их адрес как свою штаб-квартиру, где и дает большинство интервью прессе.

В то же время она участвует в серии автограф-сессий и чтений в книжных магазинах и школах Великобритании, доверяя Джессику дружественной семейной паре с детьми того же возраста, чтобы ребенок не слишком переживал, что мамы нет рядом. Этот воспитательный ход ей удается, и она сама рассказывала журналистам смешной эпизод: вернувшись однажды домой усталой, с кучей подарков, она получает от Джессики только короткое «привет». Дочка была так увлечена изучением двухъярусной кровати и коллекцией игрушек «Бэтмен», которые она получила в свое пользование на то время, что ее оставили погостить у приятеля, что и соскучиться не успела. В тот вечер даже предложение послушать по радио голос матери не слишком ее привлекает, и Джессика с обезоруживающей детской логикой наивно заявляет, что уже знает голос своей мамы…

Если закрыть глаза на эти неизбежные житейские осложнения, все же книжный тур позволяет Джоан непосредственно встретиться со своими читателями. Дети, стесняясь, показывают ей истории собственного сочинения и посылают короткие письма, в то время как многие родители описывают любовь их детей к Гарри Поттеру. Некоторые дети не смогли оторваться от книги, пока не дочитали ее до конца. Например, одна женщина со слезами на глазах рассказывает писательнице, что «Гарри Поттер» был первой книгой, которую самостоятельно прочитал ее ребенок с диагнозом «дислексия»[272]. Джоан — как мать и преподавательница — не может не ощущать одновременно волнения и гордости.

Иногда встречи с читателями приносят и неприятные сюрпризы: например, два учителя в окружении благоговейно молчащих шестидесяти детей болтают все время читки. Вспоминая этот случай, Джоан призналась: «Я хотела остановиться и сказать: „Может, нам подождать, пока вы закончите ваш разговор, а?“ Но я трусиха, и поэтому я просто стала читать громче»[273]. На таких читках присутствует и другая категория посетителей — непризнанные авторы. Роулинг до сих пор вспоминает про эти книжные туры, что стоило ей только рассказать, как издательство Bloomsbury поначалу отказалось от ее рукописи, у публики возникло множество вопросов, как же ей удалось, однако, там издаться. Самый очевидный ответ «все дело в качестве книги» явно не удовлетворял спрашивающих, и в конце концов публика решила, что все определила встреча писательницы с менеджером по маркетингу издательского дома Bloomsbury, продумавшим от «а» до «я» рекламный план, который начинающий автор уже сам заранее разработал для своего «шедевра».

Общественные обязательства Джоан никак не влияют на объем писательской работы. Напротив, здесь утверждается все более и более судорожный темп, настолько напряженный, что Джоан начала работать над третьим романом серии, «Гарри Поттер и узник Азкабана», буквально на следующий день после окончания «Тайной комнаты». Эта гонка, как мы увидим позже, выйдет ей боком перед началом работы над четвертой книгой, но пока все идет гладко, за исключением того факта, что Роулинг снова начала курить, чтобы ослабить нервное напряжение.

Необычайная «гладкость», с которой проходит работа над третьим томом, все же неслучайна: сказываются многочисленные редакционные поправки. В переписке с редактором Эммой Мэтьюсон Джоан заявляет, что никогда не перечитывала столько раз предыдущие романы, и сетует, что как только книга будет опубликована, ей будет трудно улыбаться, читая ее публично. В частности, среди востребованных издательством корректировок прозвучала просьба о большем присутствии дементоров, а также необходимость сократить историю.

Третий том вышел в свет 8 июля 1999 года в Великобритании, за первые два дня было продано почти 70 000 экземпляров. Менее чем через две недели тираж достиг в общей сложности 270 000 экземпляров. Поскольку новый роман теперь идет своим ходом, а Джоан не очень любит давать интервью СМИ, она просит редактора предоставить ей возможность общаться с ними как можно реже. Это стремление Роулинг избежать общения с журналистами будет лишь усиливаться в будущем; некоторые, как мы увидим позже, через несколько лет даже придумают тип «эксклюзивного интервью» из нарезки предыдущих высказываний автора.

8 сентября того же года «Узник Азкабана» вышел в США — разрыв по времени публикации между двумя странами становится все короче. Дело в том, что издательский концерн Scholastic отметил на примере «Тайной комнаты» наличие читателей, которые сразу ухватываются за только что вышедшее британское издание, и потеря продаж оценивается приблизительно в 20 000 экземпляров.

Между тем за месяц между этими двумя датами выхода книги Джоан нашла помощника, которого искала, благодаря знакомому, работающему в Bloomsbury. Фидди Хендерсон сразу был взят на неполный рабочий день после предварительной встречи в легендарном кафе Nicholson’s. По договору Фидди забирал корреспонденцию поклонников домой и встречался с Джоан один раз в неделю, чтобы обсудить ситуацию и приступить к чтению новой партии писем. Однако уже к концу года они будут вынуждены задуматься об аренде настоящего офиса, к крайнему облегчению Хендерсона, чей дом все больше и больше походил на филиал Хогвартса из-за невообразимого наплыва различного материала по «поттериане».

Через две недели после выхода американского издания книга публикуется на обложке журнала Time со следующей подписью: «Магия Гарри Поттера. Герой трех бестселлеров не только для детей. Вот почему книги завоевали наше воображение».

Посвященная книге статья предваряет запуск целой серии инициатив, которые в последующие годы станут неотъемлемой частью рекламного промоушена серии: некоторые книжные магазины открыли свои двери в полночь в день публикации, другие предложили участникам небольшой ассортимент чая и кексов, третьи соблазнили читателей большими скидками. В связи с этим Джейми Бродхерст, вице-президент по маркетингу издательского дома Raincoast Books (выпускающего «Гарри Поттера» в Канаде), особо отметил: «До „Гарри Поттера“ книги воспринимались как нечто индивидуальное, а чтение было опытом одиночек. Поколение Гарри Поттера показало нам через социальные сети, но также и в реальной жизни, что оно рассматривает чтение как коллективный опыт. Они хотят праздновать момент совместного чтения»[274].

Влияние книги на развитие стратегии, которая сейчас в целом уже абсолютно встроилась в издательскую политику, видно из следующего заявления Эден Росс Липсон, редактора серии детских книг от New York Times и автора «Руководства для родителей от New York Times по лучшим детским книгам», сделанного ею для канала CBS: «На американском и британском книжном рынке детской литературы эта ситуация беспрецедентная, нет ничего похожего на стремительный успех „Гарри Поттера“ […], совершенно невероятно, когда три книги с одним и тем же главным героем держатся одновременно в списке бестселлеров New York Times для детей и для взрослых»[275].

Кристофер Литтл тем временем ежедневно получает от тридцати до сорока запросов на выдачу лицензий, относящихся к самым разнообразным, сопряженным с сагой, товарам. Он придерживается аналогичного мнения: «В редакционной истории мы никогда не видели ничего подобного „Гарри Поттеру“. Произведения Толкиена и К. С. Льюиса во многом того же типа, но их успех формировался в течение многих лет»[276].

Между тем права на перевод приобрели уже двадцать восемь стран, и их число головокружительно растет, в то время как уже начинаются разговоры об аудиокнигах. Очереди за автографами становятся все длиннее, и в них много взрослых. Как ни парадоксально, именно среди взрослых иногда попадаются нарушители спокойствия. Сама писательница рассказывала прессе[277], как на одной медиасессии по продвижению «Узника Азкабана» в Великобритании она столкнулась с парнем, у которого было полно различных предметов «поттерианы», и он требовал подписи на каждом из них. В ответ на замечание, что в очереди за автографом за его спиной дожидается еще дюжина детей, парень заявил, что зато он сможет продавать эти предметы с автографом на eBay. Разумеется, Джоан потеряла терпение.

Через месяц после выхода американской версии третьей книги саги в одних только Соединенных Штатах было продано уже более восьми миллионов экземпляров, а в общей сложности во всех странах, которые приобрели права на перевод, семнадцать миллионов экземпляров.

Согласно подсчетам таблоидов, состояние Роулинг на тот момент составляет более двух с половиной миллионов фунтов. Теперь Джоан может позволить себе инвестировать 425 000 фунтов стерлингов в покупку недвижимости в достаточно спокойном квартале: это небольшая викторианская вилла на две семьи в районе Мерчистон по адресу: Эбботсфорд-Парк, 1, писательница покупает в доме верхний этаж. В дальнейшем, когда ее доход еще вырастет, она убедит соседа продать ей нижний этаж и соединит две квартиры, в которых затем установит надежную сигнализацию.

В октябре 1999 года Роулинг начинает второй трехнедельный заокеанский книжный тур, где посетит тридцать один книжный магазин в восьми городах США. В данном случае можно оценить размах феномена «поттерианы»: первая остановка — Бостон, где запланирована автограф-сессия. Джоан приезжает туда на машине в сопровождении представительницы издательской группы Scholastic. В нескольких кварталах от места встречи писательница замечает длинную очередь и спрашивает, что за рекламная распродажа происходит поблизости. Ответ сопровождающей оглушает Роулинг: это хвост из ожидающих ее поклонников! В тот день она подпишет около 1400 книг.

Нечто подобное происходит и на Манхэттене, где почти тысяча человек с рассвета начинает собираться перед дверями Books of Wonder — крупнейшего и старейшего магазина детских книг в Нью-Йорке. Люди хотят быть уверены, что попадут на мероприятие, запланированное на одиннадцать часов утра. Но Джоан тоже не много спала, потому что это была уже третья встреча за утро: в 7.00 она была гостем программы NBC Today Show, которую вела журналистка Кэти Курик, а через два часа предстала перед камерами шоу Рози О’Доннелл. Более 1000 экземпляров также будут подписаны на Манхэттене за пару часов.

В Санта-Розе, штат Калифорния, 2500 человек приветствуют ее в Высшей школе Марии Каррильо овациями и оглушительным топотом. Везде ее ждет триумф, даже если в некоторых городах, таких как Ливингстон, Нью-Джерси, возникают организационные проблемы, вызывающие недовольство фанатов.

Американские дети, как и английские, тоже рисуют ей рисунки и пишут письма, а кто-то даже делает своими руками маленькие подарки. Например, в Вашингтоне она получает от двух мальчиков, которые пришли на встречу с папой, черную метлу, имитирующую гоночную метлу для игры в квиддич; девятилетняя Анна Халковер из Рестона вместе с мамой дарит ей сверток, в котором шоколадные швейцарские конфеты, комикс Calvin & Hobbes, носовой платок с напечатанной картой Калифорнии и травяной спрей для увлажнения рук — ведь писательнице приходится давать сотни автографов. Кое-кто из детей даже застенчиво пробует замаскироваться под Гарри Поттера или же Гермиону Грейнджер.

Но речь идет не только о приветствиях публики, толпах фанатов и выраженной привязанности детей. Журналисты, фотографы, телевизионщики теперь повсюду следуют за Джоан, как если бы она была рок-звездой. И возможно, Роулинг не специально изменила имидж в этот период, скорее всего это было предложение издательства: молодежный casual look в сочетании с длинными белокурыми волосами теперь заменяется строгой одеждой, волосы укорачиваются до ключиц и становятся светло-пшеничного цвета. Все это делает из Роулинг «строгую (и скучную) английскую леди» и старит ее. К счастью, Джоан, похоже, осозна́ет это пару лет спустя, когда ей придется посещать все больше и больше светских мероприятий. Она начнет экспериментировать с нарядами в другом стиле (иногда, однако, бросаясь в другую крайность и выбирая «слишком» голливудскую одежду, которая не подходит для ее фигуры).

Писательница возвращается домой из США накануне праздника Хэллоуин, подписав на протяжении всего тура, по оценке прессы, около 40 000 своих книг.

Этой осенью Роулинг открывает первый сезон внушительных благотворительных и образовательных мероприятий, в которых в последующие годы она всегда будет принимать активное участие. Так, например, она выступает в ранге почетного гостя на балу и аукционе в отеле Sheraton в Эдинбурге, где ей удается собрать средства для открытия здесь инновационного современного центра лечения рака в Western General Hospital. Инициатива касается ее напрямую, поскольку только с новаторскими методами лечения связаны надежды на жизнь ее дорогой подруги Патриции, с тех пор как у нее диагностировали рак молочной железы с метастазами.

В тот же период писательница участвует в необычном проекте начальной школы Омахи под названием «Операция Обувная елка», в котором ученики рассылают свой вопросник знаменитостям, опрашивая их туфли об их повседневной жизни. Роулинг играет в эту игру и отвечает письмом с автографом, притворяясь парой туфель, которые она носила в то время, когда писала «Философский камень» в эдинбургских кафе. В этом остроумном интервью туфли признаются, что они завидуют черным сандалиям своей хозяйки, потому что у них была возможность познакомиться с обувью других известных людей, таких как актер Кирк Дуглас, шоумен Донни Осмонд и ведущая Рози О’Доннелл, в то время как сами они слишком изношенны, чтобы можно было носить их в общественных местах. Автор еще и прикрепляет к письму пакет с обувью, которая является героем интервью (в октябре 2011 года она будет продана с аукциона).

В ноябре журнал Glamour приглашает Джоан на торжественную церемонию, посвященную десятой годовщине вручения премии «Женщина года». Присутствуют и другие победительницы, в том числе певица Дженнифер Лопес, первая женщина-командир шаттла астронавт Эйлин Коллинз и управляющий директор eBay Мег Уитман.

Естественно, что чем больше растет популярность писательницы, тем сильнее становится натиск СМИ. Ее ближайших родственников и друзей уже начинают раздражать денежные посулы прессы за согласие поставлять журналистам какие бы то ни было пикантные подробности о жизни Роулинг. В конце концов бульварные пройдохи найдут человека, более чем подходящего для этой роли: Хорхе Арантес в конце 1999 года продаст британскому таблоиду Daily Express и журналисту Деннису Райсу свою версию помолвки и брака с известнейшей писательницей. Компенсация, на которую он согласился, составляет 15 000 фунтов стерлингов, но, по словам биографа Шона Смита, Арантес не увидит от таблоида ни копейки, потому что ежедневник будет оспаривать несоблюдение эксклюзивности в пользу другой британской газеты Daily Mail и португальской газеты Jornal de Noticias.

Джоан узнает об интервью бывшего мужа от друга, который позвонит ей, чтобы убедиться, что она не приняла это слишком близко к сердцу. Он понимает, что она совершенно ничего не подозревала, и становится невольно источником плохих вестей.

В общем, Роулинг реагирует с завидным самообладанием: «Каким-то образом это было для меня облегчением. Я знала, что это произойдет. А теперь — что сделано, то сделано»[278].

Неделю спустя в одном из таблоидов появляется первая история про нее, выдуманная от начала до конца, и в эту минуту она понимает, что плотно попала под огонь прессы. Это открытие заставляет ее заморозить работу над четвертым романом «Гарри Поттер и Кубок огня» (над которым она уже работала, заканчивая «Узника Азкабана»): в тот день, вместо того чтобы, как обычно, писать в любимом кафе, она блуждает по городу и записывает кое-какие наброски. Затем она отправляется на Принсесс-стрит, самую большую торговую улицу Эдинбурга, и покупает кольцо с огромным и дорогим аквамарином, то есть нечто настолько заметное, что одна подруга сочтет это кольцо способным оставить крупный шрам на лице любого, кто решится напасть на писательницу. То есть приобретение кольца не столько легкомысленная и утешительная прихоть, сколько символический жест самообороны — Джоан называет его своим кольцом «Никто-меня-не-сразит». Короче говоря, это своего рода обещание самой себе никогда не поддаваться давлению СМИ, скрепленное выразительной драгоценностью. Роулинг понимает, что она по сути провела пять лет в голове одиннадцатилетнего подростка, пытаясь представить, каково это — стать центром всеобщего внимания после анонимности, — и вот теперь сама оказывается словно отражением собственной истории, только в реальности. В документальном фильме «Гарри Поттер и я» автор, оглядываясь назад, заявила, что если бы кто-нибудь сказал ей, что начнется после публикации «Философского камня», она ни на секунду не поверила бы. И даже если бы собеседник в конце концов смог убедить ее, она не уверена, стоило ли продолжать, потому что невозможно даже представить себе, насколько тяжело выносить бешеную популярность. Как она объясняла на передаче «Ричард и Джуди» в 2006 году и на шоу Опры в 2010 году, ей позволило выжить под светом этих гигантских софитов по крайней мере то, что в период работы над первыми тремя книгами она постоянно внутренне отрицала очевидное. Феномен, порожденный ее романами, можно сравнить со взрывом, который произвели «Битлз» в области музыки. Но тогда четверо музыкантов группы могли поддерживать друг друга, чтобы не потерять чувство реальной жизни, а ей было не к кому обратиться. Более того, ни один другой писатель в истории литературы никогда не оказывался даже приблизительно в схожей ситуации, поэтому у Роулинг не было коллег, которые могли бы дать ей совет, как справиться с этой буквально обрушившейся на нее лавиной популярности.

На разработке четвертого романа негативно отражается не только растущее давление СМИ. Хотя Джоан планировала сюжет книги с 1993 года и уже выполнила около трети своей работы, она с ужасом осознает, что в нем есть логическая дыра, которая прерывает связь с финалом саги.

«Кубок огня» — важная книга, представляющая собой по существу сердце серии: в ней происходит кульминация событий, начавшихся в первых трех романах, и из нее растут корни событий, кульминацией которых станут следующие три книги. Поэтому сюжет требует тщательной проработки и повышенного внимания. Однако общественное давление, накопившаяся к этому моменту усталость, а также тот факт, что она больше полагается на память, чем на свои записи, будучи убежденной, что знает мир «поттерианы» как свои пять пальцев, — все это и становится опасными препятствиями в работе. Она вынуждена на этом этапе пожертвовать двумя персонажами и некоторыми ответвлениями истории, внести соответствующие изменения и наилучшим образом перестроить решающую десятую главу. Эта глава будет переписываться Роулинг тринадцать раз.

До этого момента — кроме короткого вынужденного перерыва в работе над «Тайной комнатой», вызванного шоком от контракта с издательским домом Scholastic, — Джоан работала во все более ускоряющемся темпе: пять лет ушло на первую книгу, два года на вторую, год на третью. Поэтому ее планы на четвертую книгу заключались в том, чтобы писать в среднем по восемь-девять часов в день и закончить ее примерно через восемь месяцев. Но вышеперечисленные подвохи нарушают все планы, и в какой-то момент Джоан даже отчаянно мечтает сломать руку, чтобы тем самым оправдать задержку перед издателями. И не только: проведя какое-то время без курения на жевательных резинках «Никоретте»[279], она то и дело выкуривает сигарету, не переставая жевать резинку. Возникающая при этом передозировка никотина вызывает опасные сбои сердцебиения.

Наконец пробуксовка в целом преодоляется, хотя иногда Роулинг приходилось работать по десять часов в день. Количество написанного росло в геометрической прогрессии, а дата публикации отодвинулась всего на два месяца по сравнению с изначально запланированной издательством.

Помимо сложности, важности и объема, «Кубок огня» еще требует и особого сюжетного хода: смерть персонажа должна быть показана напрямую вместо косвенного рассказа о чьей-либо гибели и воспоминания о ней, как это происходило в саге до сих пор. История становится намного более насыщенной, причем до такой степени, что Джоан признавалась, что впервые плакала в процессе работы и дважды во время написания финала. Это фундаментальный шаг, потому как после гибели Седрика Диггори от руки Волан-де-Морта в волшебном мире появляется трещина, через которую сага перетекает из безмятежной атмосферы детства на явно взрослую территорию. То есть, говоря словами Альбуса Дамблдора, читателю вдруг пришло время выбирать «между тем, что правильно, и тем, что просто», и учиться это различать.

И теперь во всем мире целое поколение маленьких маглов растет физически и, прежде всего, психологически вместе с Гарри Поттером.

Глава 15

Голливуд и прекрасный принц

Тот факт, что кино заинтересовано в успешных книгах, чтобы перевести их на свой визуальный язык, конечно, не нов. Тем более когда эти книги по своим внутренним признакам уже изначально кажутся особенно подходящими для такой трансформации, шансы на киноверсию возрастают[280]. Рано или поздно два измерения — книга и фильм — встретятся на волшебной территории Хогвартса. Но в то время интерес той или иной продюсерской компании к воплощению саги на большом экране мог свидетельствовать о настоящей проницательности, потому что «поттериана» еще находится в зачаточном состоянии и ее успех пока далеко не очевиден. К тому же детский кинематограф тогда не был тем бизнесом, которым он станет в 2000-х годах, отчасти благодаря успеху «Гарри Поттера».

Итак, события на голливудском направлении начали разворачиваться зимой 1997 года в историческое утро понедельника. В то время как ничего не подозревающая Роулинг все еще разрывается между преподавательской деятельностью и доработкой «Тайной комнаты», в пятистах километрах от нее в лондонском офисе Heyday Films — совсем молодой продюсерской компании, основанной Дэвидом Хейманом, его помощница Ниша Парти увлеченно рассказывает ему про роман «Гарри Поттер и философский камень». Девушка только что прочитала его на выходных по совету начальницы отдела развития Тани Сегатчян. Та, в свою очередь, узнала об этой книге из газетной статьи и запросила книгу у Кристофера Литтла, который, вероятно, посчитал необычным интерес кинокомпании к роману неизвестной писательницы и поэтому сделал все, чтобы срочно отправить его по назначению.

Англичанин Дэвид Хейман недавно вернулся на родину из США, где после окончания факультета истории и искусства в Гарварде он десять лет работал в киноиндустрии Лос-Анджелеса и Нью-Йорка, в кинокомпаниях Warner Bros. и United Artists. Для профессионального взлета своей кинокомпании он ищет проекты, базирующиеся на книгах, которые могли бы объединить европейское и американское кино, с прицелом на детскую и подростковую аудиторию. У Хеймана есть брат и сестра подросткового возраста, и он испытывает явный личный интерес к этому контенту кинорынка. Ниша уверяет, что «Гарри Поттер и философский камень» может как раз ему подойти, и Хейман забирает книгу домой. Сначала он рассеянно перелистывает ее, но в итоге отрывается от чтения в четыре утра, окончательно осознав, что нашел именно то, что нужно: «Я всегда ищу в истории что-то такое, к чему могу лично привязаться. Вместе с „Гарри Поттером“ мне удалось поучиться в школе, довольно похожей на мою, с похожими на моих учителями (Снеггом, Макгонагалл и Дамблдором), которыми я восхищался и с которыми соглашался во всем. Были и другие учителя, и друзья, с которыми я был близок. Персонажи Джо такие яркие…»[281]

На следующий день Хейман отправляет экземпляр книги компании Warner Bros., с которой у компании Heyday заключено соглашение о преимущественном праве на совместное производство. По правде говоря, Warner Bros. выражает сомнение, но поддержка друга детства продюсера Лайонела Уигрэма, исполнительного директора компании, позволяет Хейману действовать, несмотря на недоумение персонала. Поэтому с Кристофером Литтлом и ведутся переговоры о приобретении кинематографических прав.

Вначале Джоан колеблется дать согласие на авантюру, потому что боится неприятных сюрпризов, которые часто происходят при переносе книги на экран. Тем не менее Хейман спешит заверить ее, что они будут следовать оригиналу. Переубеждать Роулинг ему блестяще помогает Нил Блэр, в то время один из юристов Warner Bros. в Лондоне, который хорошо понимает, что речь идет не только об обычном приобретении прав и внутреннем контроле качества сериала, но и, что очевидно, о контроле над брендом, который для автора важнее, чем предлагаемые суммы гонорара.

Таким образом, за Джоан оставляют окончательное одобрение сценариев, а также право вето на некоторые товары, от продаж которых, как пишет пресса[282], она получит 5 центов за штуку (помимо одного процента от стоимости каждого проданного билета в кино). В связи с этим писательница, уточняя в 2003 году динамику бизнеса с Warner Bros., упомянула об одной из отвратительных игрушек в наборе «хэппи-мил» Макдоналдса, которую ей удалось отклонить: «Два раза в год я сажусь за стол с Warner и болтаю о товарах. Вы бы видели некоторые изделия, выпуск которых был предотвращен: будильник с лицом Плаксы Миртл на унитазе и много вещей еще куда хуже»[283].

Гарантии, предлагаемые Хейманом, а также то, что он первый из мира кино проявил интерес к саге, в конечном итоге побеждают сопротивление автора. В то же время на переговоры влияет растущая конкуренция — «Поттер-лихорадка» усиливается и в США, и в Европе. В 1999 году Хейману были предоставлены права на первые четыре книги[284] в совместном производстве с Warner Bros. по контракту на два миллиона долларов.

Несмотря на заверения киношников, Джоан все еще нервничает при мысли о возможных потерях при «переводе» романов с литературного языка на визуальный, но в то же время ей не терпится увидеть экранную версию «Гарри Поттера» и особенно визуальное решение квиддича.

Ее опасения оказываются неоправданными: компания не только сохранит абсолютную приверженность тексту «Философского камня», но и выйдет за рамки первоначальных обещаний. С Роулинг проконсультируются по всем деталям, попросят у нее список идеальных с ее точки зрения взрослых актеров (первая кандидатура, которую она предложит, — это Робби Колтрейн на роль Хагрида), учтут ее мнение о пробах детей, которым суждено стать знаменитым трио саги, и о кастинге других важных персонажей (таких как, например, Полумна Лавгуд). Кинокомпания даже предлагает Джоан стать камео в роли Лили Поттер в «Зеркале Желаний», но писательница отказывается:

«На самом деле, я не хочу быть актрисой, даже в образе кого-то, кто просто должен стоять перед всеми и махать рукой» [285].

Ей также дают право голоса в выборе сценариста и режиссера, и когда между ней и Стивеном Спилбергом, который в какой-то момент кажется наиболее вероятным кандидатом, возникают непримиримые разногласия, она выбирает очень миролюбивого Криса Коламбуса. Официально его утверждают режиссером в марте 2000 года.

В первых поставленных им двух эпизодах режиссер действительно докажет абсолютную верность ее романам, и Роулинг будет рада помочь ему непосредственно, объяснив правила квиддича или то, как кирпичная стена соединяет бар «Дырявый котел» с Косым переулком.

Еще один барьер в процессе создания фильма представляет собой общение со сценаристом Стивом Кловзом, который был выбран после нескольких отказов другим «подходящим кандидатурам». Джоан, как и все писатели, ревниво охраняет неприкосновенность своей работы и опасается, что он наложит руку на ее детище. К тому же Кловз американец, и Роулинг боится выхолащивания британского духа, о котором она рассказывала в книгах и который вдохновлял ее. Но на ланче в Лос-Анджелесе, где также присутствуют Хейман и высокопоставленный руководитель Warner Bros., страхи рассеиваются, как только Стив заявляет, что его любимый персонаж — Гермиона Грейнджер. Позже он выступает против изменений, предложенных представителем кинокомпании, и советует Джоан, как поладить с исполнительным директором. Она определенно покорена им, о чем свидетельствует ее прямое признание:

«Ланч продолжился, и старший руководитель долго говорил, доминируя в разговоре […]. Затем он начал предлагать нам, какие вещи следует изменить, и прежде всего это касалось персонажа Гарри.

„Нет, это не сработает“, — дружелюбно сказал Стив.

Когда обед закончился, Дэвид, Стив и я пошли вместе выпить кофе. Попутно Стив выразил мнение, что я должна четко сказать „им“, что будет работать, а что — нет […]. В ту минуту я была им восхищена»[286]. Потом они наладят плодотворное сотрудничество, главным образом через электронную почту, и надолго подружатся.

Со Стюартом Крэйгом, сценографом всех восьми фильмов, Роулинг будет работать тоже в полном согласии: она нарисует ему карту Хогвартса и предоставит много полезных советов, особенно на ранних стадиях разработки киноверсии. Крэйг дорожит этим доверием, сочетая идеи автора со своим собственным ярким творческим почерком. До такой степени, что при первом посещении съемочной площадки Роулинг заявляет, что у нее создалось впечатление, будто она прогуливается у себя в голове, настолько обе кинематографические постановки были близки к ее мысленным образам.

Наконец, писательница установит «привилегированные» отношения с некоторыми актерами из-за важности персонажей, которых они воплощают. Так, например, она заранее выдает Алану Рикману крошечные, но драгоценные и эксклюзивные подсказки, которые позволят ему сразу же заявить на экране об особенности персонажа Северуса Снегга. Сложность в том, что особенности эти проявятся только в пятом романе. Рикман сам признавался: «Она только дала мне крохотную информацию, которая навела меня на мысль, что у моего персонажа двусмысленная история. Я узнал, что он [Снегг] был человеком, а не автоматом и что по отношению к Гарри у него было определенное желание сберечь его или что-то подобное, но я это уловил в любом случае. Этого было достаточно, я не знал, что он двойной агент»[287]. После смерти актера в 2016 году Роулинг сама раскрыла в Твиттере, что это была за важная информация: «Я рассказала Алану, что скрывалось за словом „всегда“».

Как известно любому поклоннику «поттерианы», именно эта деталь показывает, что Снегг никогда не переставал любить мать Гарри, свою подругу детства, до такой степени, что его Патронус обретет тот же образ, что и Патронус потерянной им любимой — образ лани.

Ту же «личную» поддержку Джоан окажет и маленьким исполнителям ролей центральных персонажей. Например, Эмме Уотсон автор признается, что был момент, когда, целуя обоих ее молодых коллег, Руперта Гринта и Дэниела Рэдклиффа, услышала прямой вопрос от Дэниела: а Гарри умрет в конце саги? Она ответила ему пророческим намеком, что тогда бы он оказался на съемках «сцены смерти»[288]. (То есть Дж. Роулинг здесь проговорилась, что решила не убивать Гарри Поттера, хотя такие мысли были. — Прим. пер.)

Ее готовность сотрудничать в кинематографической области ослабеет с выходом четвертого фильма по причине, как мы увидим, огромного прессинга СМИ. Он заставит писательницу сосредоточиться в основном на писательской работе. Это произойдет еще и потому, что личная жизнь станет для нее важнее — она выйдет замуж и родит двоих детей. Джоан станет «кинематографически активной» только по случаю «Даров Смерти», и, возможно, неслучайно качество трех фильмов, снятых после первых трех, сильно упало.

В то время как кинематографисты готовятся к созданию первого фильма саги[289], 8 июля 2000 года выходит в свет «Гарри Поттер и Кубок огня». Это первая книга серии, которая издается одновременно в Великобритании и в США, став за первую неделю самой продаваемой книгой в истории. В то же время роман переведен в общей сложности на тридцать пять языков и появляется даже на китайском книжном рынке, весьма сложном и закрытом. Что касается престижных наград, то в следующем году «Кубок огня» даже получит премию Hugo[290], обойдя таких авторов, как Джордж Мартин и Роберт Сойер. В соответствии с однозначным решением Джоан, в этом году книга не номинировалась на книжную премию Nestle Smarties, поскольку автор теперь считает ее слишком взрослой по сравнению с целевой аудиторией премии.

Между тем новый офис Фидди уже работает несколько месяцев, и теперь он нанят на полный рабочий день: ассистент проводит в офисе каждый день с 8 утра до конца продленного дня своей дочери Кэти. Чтобы справиться с растущим объемом работы, нанята также секретарь Ева, которая присоединяется к нему каждый день в 9 часов утра. Они заняты не только обработкой писем фанатов и ответами на приглашения различного типа или запросы от ассоциаций и школ, но также поддерживают контакты с агентством Кристофера Литтла, с Bloomsbury, с издательством Scholastic и с кинокомпанией, которая работает над первым фильмом; кроме того, Фидди и Ева заботятся об административной документации и повестке дня Джоан, регулируя график ее деловых и личных встреч.

Возможно, предвидя увеличение объема работы в столице, теперь, когда сага вот-вот появится на большом экране, в том же году писательница покупает шестиэтажный дом в георгианском стиле стоимостью четыре с половиной миллиона фунтов стерлингов, расположенный на улице Earls Terrace, одной из самых дорогих улиц в престижном лондонском районе Кенсингтон.

В рекламной кампании «Кубка огня» в Великобритании — учитывая, что тираж превысил миллион экземпляров, что более чем в четыре раза выше среднего тиража успешных книг для детей, — сознательно или нет нагнетается загадочная голливудская аура саги, которая в том году проявлялась в новостных сюжетах о выборе съемочной команды и актерского состава фильма. Таким образом, Джоан, благодаря выделенным Bloomsbury двум миллионам фунтов стерлингов, отправляется в рекламный тур на поезде «Королева Шотландии», переименованном по случаю в «Хогвартс Экспресс». Это ультрароскошный поезд для обзора шотландских панорамных видов, вагоны которого сделаны в стиле Викторианской и Эдвардианской эпох — золотого века железнодорожного транспорта: полированные латунные ручки и краны, мебель из цельного дерева, парча, шелк и другие роскошные ткани, хрустальные люстры и настенные бра с ручной резьбой, великолепная обивка, гобелены, старинные гравюры, фарфор, хрустальная посуда, шеффилдское столовое серебро, а также безупречный сервис и прекрасная кухня. Все это в некотором смысле можно считать бонусами к Школе Чародейства и Волшебства, которой присуще удобство, изобилие, отличная эльфийская кухня и роскошные яства, появляющиеся на золотых тарелках.

В день выхода четвертого романа писательница прибывает в окружении толпы детей, родителей и журналистов на лондонскую станцию Кингс-Кросс на бирюзовом Ford Anglia, похожем на тот, в котором передвигалась семья Уизли. В пресс-релизе, опубликованном издательским домом Bloomsbury, сообщается, что поезд отправится в 11 часов утра — время, когда «Хогвартс Экспресс» отходит в Школу Волшебства 1 сентября, — но, учитывая расписание британских железных дорог, а они, как известно, магловские, поезд отправится на десять минут раньше. В 10 часов 50 минут начинается четырехдневное путешествие по стране с промежуточными остановками (Дидкот, Киддерминстер, Крю, Манчестер, Йорк, Ньюкасл, Эдинбург), которое закончится на станции Перт, в полутора часах езды от шотландской столицы.

Во время путешествия Джоан, которой ассистирует верный Фидди, дает интервью журналистам, участвующим в «магическом» туре, а где-то на полпути между Лондоном и Дидкотом у нее берет интервью известный британский актер Стивен Фрай — он озвучивает аудиокниги «поттерианы», предназначенные для британского рынка. Тем временем на станциях собираются толпы детей, которые надеются подписать свои книги у любимого автора. С организационной точки зрения сразу становится понятно, что вся эта шумиха предназначена для громкого освещения в прессе, а не для фанатов, и поэтому несколько недель спустя будут специально назначены две автограф-сессии, чтобы удовлетворить огромный интерес общественности.

Осенью, а затем и во время промотуров по Северной Америке и Канаде Роулинг проводила мегачтения не в обычных книжных магазинах или даже в театрах, а на стадионах, таких как Pacific Coliseum в Ванкувере или SkyDome в Торонто, вмещающих тысячи посетителей. В первом случае писательница выступает перед десятью тысячами поклонников и отвечает на их вопросы по случаю фестиваля «Писатели и читатели»; во втором — ей даже удается войти в Книгу рекордов Гиннесса, произведя самое большое публичное чтение в присутствии двенадцати тысяч зрителей (некоторые источники даже сообщают цифру в двадцать тысяч из тридцати пяти тысяч доступных мест[291]). Джоан боится выступать перед такой огромной аудиторией и, по ее собственному признанию, сильно дрожит. Даже ее голос дрожит, как видно из фрагмента видеозаписи события, вошедшей в документальный фильм «Гарри Поттер и я». Однако, по счастью, у нее в ушах беруши, поэтому даже в столь эмоциональном состоянии она не до конца осознает, что происходит, полагаясь не на слух, а лишь на то, что видит. Когда, закончив чтение и поблагодарив аудиторию, она вынимает один из берушей, на ее барабанную перепонку обрушивается невообразимый звуковой взрыв — гул десятков тысяч ликующих фанатов. Но в этот момент, слава богу, дело идет к концу, и она может заслуженно наслаждаться триумфом.

У этих массовых событий двойная причина: с одной стороны, были удовлетворены многочисленные просьбы по поводу ее публичных встреч с читателями со стороны организаторов; с другой стороны, Джоан выдвигает требование — она должна располагать временем, чтобы продолжить писать, и она не хочет оставлять Джессику надолго одну. Хотя теперь она может позволить себе нанять няню на полный рабочий день, которая занимается с ее дочкой после школы до пяти часов вечера, даже когда писательница дома.

Помимо публичных чтений, Роулинг дает пресс-конференции и интервью; она также посещает телевизионные шоу, такие как шоу Рози О’Доннелл, где она уже была гостьей годом ранее. Наконец, она соглашается принять участие в акциях, посвященных маленьким читателям: например, в Ванкувере десять подростков в течение тридцати минут играют роль настоящих журналистов, берущих интервью у знаменитости (острые ощущения!); в Нью-Йорке десять других счастливчиков наслаждаются завтраком в ее компании после победы в конкурсе, организованном издательством Scholastic в летние месяцы: нужно было написать эссе под названием «Как Гарри Поттер изменил мою жизнь». На конкурс было прислано десять тысяч работ; победа досталась девочке из Флориды, проживающей в приюте для бездомных, которая рассказала, как романы отвлекли ее от этого, и мальчику из Нью-Джерси, страдающему от лейкемии, ему мама читала книги Роулинг, пока он был в больнице.

После завершения периода рекламного продвижения «Кубка огня» Джоан посвятила себя созданию двух вымышленных псевдокниг[292]: «Фантастические звери и места их обитания» и «Квиддич с древности до наших дней». Поступления от авторских прав будут переданы организации Comic Relief, ассоциации, которая помогает обездоленным детям по всему миру. Ее основатель Ричард Кертис напрямую попросил Роулинг сделать пожертвование ассоциации, и Джоан, работая над этими двумя книгами, совершает для себя так называемый дальнейший шаг, руководствуясь чистым энтузиазмом: «Я пошла на это, потому что у меня было две идеи в голове, и я действительно не могла выбрать между квиддичем и фантастическими зверями, поэтому я и решила сделать обе книги»[293].

Работа была выполнена относительно быстро, потому что Роулинг использовала, по большей части, уже написанные заметки, которые не вошли в романы.

Книжки будут опубликованы впервые в марте следующего года, переизданы в 2004 году и еще раз в 2009-м, что свидетельствует об интересе к ним в фэндом-сообществе. На момент последнего переиздания продажи составили 509 473 экземпляра для «Фантастических зверей» и 491 853 экземпляра для «Квиддича», а совокупный доход — более чем семнадцать миллионов фунтов.

В октябре того же года Джоан посвящает себя еще одной благотворительной акции, близкой ее сердцу, — «Семьи с одним родителем» (One Parent Families), сегодня она получила название «Имбирный пряник» (Gingerbread). Эта благотворительная организация работает над созданием такой модели общества, в котором один родитель и его дети не находятся в неблагоприятном социальном положении и не страдают от нищеты, изоляции и отчуждения. Помимо пожертвования в 500 000 фунтов стерлингов на счет ассоциации, Роулинг также становится ее представительницей.

Кроме того, в 2000 году она основала Volant Trust — организацию, в названии которой явственно звучит фамилия ее родственников по материнской линии. Она до сих пор служит для финансирования благотворительных мер в области исследования и лечения рассеянного склероза и борьбы с социальными лишениями, особенно когда это касается женщин и детей.

Успех Джоан не остановить, он наблюдается на всех фронтах: ее преследует слава (в том же году она только что получила свою третью премию Galaxy и медаль как лучший автор; Университет Нейпир в Эдинбурге, Университет Эксетер, Университет Сент-Эндрюс и Дартмутский колледж в Нью-Гэмпшире присудили ей почетную степень по филологии), деньги идут лавиной, и, кроме того, у нее есть маленькая дочка, которую она обожает. И все же в ее жизни по-прежнему недостает одного важного элемента… До сих пор она не нашла человека, с кем могла бы разделить это новое жизненное приключение:

«Я подумала: „Никого я не встречу“ — и действительно в это поверила, без преувеличения. Я подумала: „Мне повезло, у меня была работа и моя малышка“. Мне не на что жаловаться. Я не из тех, кому нужен кто-либо просто так. Я знаю, что могу выжить одна. Много лет я была одна, но это не означает, что иногда я не чувствую одиночества»[294].

Хотя настроение у нее было и не самое оптимистичное, 2000 год, столь щедрый на профессиональные успехи, заканчивается против всех ожиданий «на ура»: на рождественском ужине в доме подруги Джоан встречает Нила Мюррея, шотландского анестезиолога немного моложе ее (он родился 30 июня 1971 года). В то время доктор был один и ожидал развода с Фионой Дункан, коллегой и сокурсницей. Они не имели детей, и заключенный в 1996 году брак прервался очень быстро и без осложнений.

Нил мало знаком с Гарри Поттером, и для Джоан это один из многих аргументов в его пользу. Этот факт доказывает, что он по-настоящему заинтересован ее личностью, а не ее известностью: «В тот вечер, когда мы встретились, он сказал мне, что прочитал десять страниц „Философского камня“ во время ночной смены в больнице и подумал, что это действительно хорошо. А я подумала, что это фантастика — он вообще не читал книги и ясно не представлял, кем я была»[295].

Всего за неделю до встречи, общаясь с подругой, писательница перечислила человеческие качества, которые она ищет в друге жизни: ум, самостоятельная карьера, порядочность, доброта и глубокий внутренний мир. Подруга посмотрела на Джоан и, покачав головой, заметила: никогда тебе не встретить такого человека. Но хотя Джоан пока еще точно ни в чем не уверена, похоже, ее одиночество наконец-то закончилось.

Глава 16

Последствия славы

«Гарри Поттер», конечно, принес своей создательнице множество неоспоримых благ и преимуществ, но у этой «медали» есть и обратная сторона, причем достаточно серьезная. С момента своего первого появления в США Роулинг была атакована разного калибра фанатиками, которые обвиняли ее в пропаганде колдовства, отравляющего молодые умы. Протесты принимали разные формы: от запрета ее романов некоторыми школьными библиотеками до реальных демонстративных аутодафе и попыток ревностных активистов отговорить людей, стоящих в очереди перед книжными магазинами, покупать ее книги.

Самой известной «жрицей» американского религиозного сопротивления, вероятно, следует считать Лору Мэл лори, домохозяйку из Атланты и мать четверых детей, которая чаще других хулителей упоминалась в национальных газетных хрониках из-за ее неутомимой антипоттерианской деятельности. Забавно то, что вся ее активность базируется всего лишь на просмотре антипоттерианского документального фильма под названием «Гарри Поттер: переупаковка колдовства. Представить зло невинным»[296], и поэтому самая католическая леди Америки без колебаний признается, что никогда даже не читала романы Роулинг[297].

Тем не менее религиозные отповеди распространяются не только в США, но и во многих других странах и в различных религиозных конфессиях: например, в православных Греции и Болгарии, в англиканской Великобритании, в исламских Арабских Эмиратах, среди евангельских христиан Италии и, конечно, в некоторой степени среди итальянских католиков. В последнем случае на поле битвы выходит Йозеф Ратцингер, бывший в тот период кардиналом, а также префектом Конгрегации доктрины веры. Поводом для антипоттерианской кампании послужила инициатива Габриэллы Куби, опубликовавшей эссе «Гарри Поттер — хорошо или плохо», в котором она исследует неявный подтекст знаменитой саги. Благоприятный отзыв его высокопреосвященства не заставил себя ждать. В ответе Ратцингера, присланном ей в марте 2003 года и все еще доступном в Интернете[298], он замечает автору эссе: «Хорошо, что вы объяснили факты о Гарри Поттере, потому что это тонкое соблазнение прелестью имеет глубокие последствия, прямые и не очевидные, подрывающие душу христианина, прежде чем она сможет развиться должным образом».

В письме Ратцингер предложил отправить копию рукописи монсеньору Питеру Флитвуду из Папского совета по культуре, который, однако, прочитав ее, направил Куби четырехстраничное письмо, в котором пояснил, где, по его мнению, она неправильно поняла текст романов или произвела слишком сложные толкования. Флитвуд, который уже высказался в пользу Роулинг[299], позже заявил прессе: «Наиболее подходящий способ судить о „Гарри Поттере“ состоит не в теологических принципах, а в критериях детской литературы»[300]. Таким образом, он невольно развеял экзегетические[301] нападки Куби.

Впоследствии Ватикан официально возьмется за молодого волшебника в январе 2008 года через газету «Римский обозреватель». В споре на страницах газеты сошлись два эссеиста — эксперты по британской литературе. Один из них, Паоло Гулисано[302] — поклонник Роулинг, уже известен любителям фэнтези в основном своими публикациями о трудах Дж. Р. Р. Толкиена; другой — Эдоардо Риальти, университетский профессор, критически настроенный к автору «поттерианы». Он считает, что идея обучения колдовству, даже в фантастическом контексте или в жанре фэнтези, этически неприемлема, так как колдовство однозначно осуждено в Библии, и этого достаточно. Следует добавить, однако, что Риальти недавно частично изменил свое мнение, продемонстрировав завидную интеллектуальную честность[303].

Завершая обзор религиозных голосов, звучащих в итальянском антипоттерианском хоре, упомянем самый выразительный из них — голос дона Габриэле Аморта, официального экзорциста Римской епархии и президента Международной ассоциации экзорцистов. В одном из своих многочисленных высказываний в Интернете он пишет: «Это начинается с Гарри Поттера, который похож на хорошего волшебника, а становится демоном. […] Читая „Гарри Поттера“, маленький ребенок будет увлечен магией, а отсюда прямой шаг к сатанизму и к дьяволу»[304].

Однако в каждой конфессии, где высказывались критика и несогласие, всегда звучали и голоса в защиту позитивного послания «поттерианы» (как в случае с Паоло Гулисано). Рассмотрим, например, два благожелательных исследования, написанных двумя разными авторами, которые даже совпали по объему и — что еще более любопытно — по названию («Евангелие от Гарри Поттера»). Это, во-первых, американка Конни Нил, эксперт по взаимосвязям христианства с поп-культурой, известный в религиозных кругах оратор и автор многочисленных книг, в том числе и двух, посвященных Гарри Поттеру[305]. Второй — итальянец Питер Чаччо, методистский пастор, окончивший в Риме Вальденский факультет теологии, специалист по взаимосвязи христианской веры и кинематографа, не пренебрегающий литературными изысканиями.

Роулинг, со своей стороны, всегда отсылала письма с религиозной критикой назад отправителям без единого ответного слова и часто, как, например, в следующем заявлении, высмеивала хулителей: «Думаю, что это просто чушь. Я абсолютно не верю в оккультизм, не практикую его… Совсем недавно я встречалась с тысячью детей. Ни один ребенок не сказал мне: „Ты действительно познакомила меня с оккультизмом“. Совершенно убеждена, что если бы этим занимались герои моих книг, нашелся бы ребенок, который пришел бы ко мне, весь в пиктограммах, и сказал: „Давайте вместе принесем в жертву козла… Пойдете со мной?“»[306]

Стоит отметить, что правоту Роулинг подтверждают не только ее личные наблюдения, но и теоретическая наука: экспертные исследования показали, что дети в возрасте от 4 лет уже способны отличать настоящих персонажей от фантастических. Они понимают, что такое «понарошку», считая это существующим, но не реальным. В частности, исследование калифорнийских профессоров-психологов Ревекки Ричерт и Эрин Смит обнаружило тенденцию, прямо противоположную опасениям Мэллори и иже с ней. Они провели эксперимент, в котором дети от 3 до 5 лет были разделены на две группы: первой группе детей рассказывали фантастическую историю, второй — реальную, но в обеих группах истории касались схожих задач и вариантов их решения. Затем, представляя детям тот же тип дилеммы в их повседневной жизни, психологи заметили, что дети, слушавшие фантастическую историю, были не склонны применить в реальности рассказанное им сказочное решение. Результат был таким же и с детьми старшего возраста, обладающими лучшей памятью и более развитыми ассоциативными способностями[307].

Но если на все подобные нападки в конце концов можно просто пожать плечами, то от обвинений в плагиате отмахнуться сложнее. Такие обвинения были выдвинуты, например, американской писательницей Нэнси Стоуффер и наследниками американского писателя Адриана Джейкобса. Их богатый адвокат с графоманскими наклонностями позже умер в нищете от инсульта, и только смерть помешала ему продолжать заниматься своим делом. Оба спора были в итоге решены в пользу Роулинг, но от этого стресс и нервотрепка меньше не стали, не говоря уже о расходах, связанных с необходимостью нанимать адвокатов, даже если мы понимаем, что деньги у нее есть.

В первом случае в ходе судебного разбирательства доказывается, что роман «Легенда о Ра и маглах», опубликованный в 1984 году, имел совершенно другой сюжет и персонажей, нежели история про Гарри Поттера. Помимо этого, было обнаружено, что Стоуффер сфальсифицировала документы, предназначенные для доказательства использования слова магл (muggle) накануне публикации «Философского камня», чтобы заявить о своем «авторстве»[308]. Чрезвычайно абсурдное утверждение, учитывая, что слово появилось в современном языке с 1920-х годов. В джазовой среде Нового Орлеана это выражение использовалось для обозначения «косяка», в то время как Луи Армстронг записал инструментальную композицию под названием Muggles еще в далеком 1928 году. Роулинг, со своей стороны, объяснила, что использовала слово «магл» в его сленговом значении, обозначающем «человека, которого легко обмануть», или же простака.

Что касается второго вышеупомянутого судебного разбирательства, наследники Адриана Джейкобса подали в суд на автора за плагиат с просьбой приостановить продажу «Кубка огня» и выплатить компенсацию за причиненный ущерб на сумму, равную пятистам миллионам фунтов стерлингов (!), или же разделить с ними прошлые и будущие прибыли от книг. В 2004 году Фонд Джейкобса через своих адвокатов связался с Bloomsbury, утверждая, что история о Гарри Поттере была скопирована с книги «Приключения волшебника Вилли». Речь шла о 36-страничной книжечке, написанной Адрианом Джейкобсом в 1987 году и опубликованной издательством Bachman & Turner, в которой молодой маг ретроспективно вспоминал свои приключения, пережитые им когда-то во времена учебы в школе магии.

По словам наследников, книжечка в то время вызвала энтузиазм у учеников многих британских школ. Но Джейкобсы не смогли обосновать свои основные претензии и точно определить, какие отрывки из романов о Гарри были скопированы с истории Вилли. После трех месяцев переписки и юридических перепалок с Bloomsbury дело было закрыто исходя из соображений здравого смысла.

Однако в 2009 году новая рота юристов вновь подняла этот вопрос, на этот раз с более конкретными отсылками на текст книги «Гарри Поттер и Кубок огня». Для обоснования своей позиции они выдвинули, во-первых, тот факт, что Адриан Джейкобс, как и Джоан Роулинг, пользовался услугами агентства Кристофера Литтла и поэтому Литтл мог скопировать рукопись Джейкобса во время написания Роулинг книг о Гарри Поттере. Во-вторых, «вопиющими» сходствами между книгами были названы присутствие в них таких предметов, как волшебные поезд, тюрьма и больница, а также состязание, в котором молодой волшебник должен спасти заложников (их удерживали в плену наполовину человеческие существа) и добиться успеха благодаря подсказке. Подсказку эту главный герой получает в ванной, что похоже на то, что случилось с Гарри в эпизоде с золотым яйцом в туалете Плаксы Миртл.

Любому читателю «Гарри Поттера» нетрудно распознать здесь намеки на поезд в Хогвартс, тюрьму Азкабан, больницу Святого Мунго и второе испытание Турнира Трех Волшебников соответственно. И тем не менее легко понять, что фэнтезийный мир во многом совпадает с нашим миром, отсюда и очевидные параллели с нашими компаниями, больницами, поездами, тюрьмами, соревнованиями и гибридными существами…

Давайте не будем говорить о молодом волшебнике и о школе магии — в этом смысле, как мы видели в главе 13, примеры из литературы фэнтези более чем разнообразны.

Еще одним доказательством «копирования» истцы считали то, что некоторые из этих «сходств» были прямо заимствованы Роулинг из второго тома приключений волшебника Вилли, который никогда не был издан! Поэтому неудивительно, что в 2011 году Джейкобсы уступили логике американского и британского правосудия.

И теперь мы подошли к третьему и самому серьезному типу проблем — вторжению в личную жизнь. Как мы уже видели, Роулинг стала объектом таких вмешательств со времени заключения соглашения с издательским домом Scholastic. С тех пор проблема только прогрессировала, пока не произошел скандал с участием News of the World и других британских газет, обвиняемых в подкупе полицейских, оказании чрезмерного давления и перехвате телефонных разговоров многочисленных VIP-персон, в том числе и разговоров писательницы, для заполучения сенсационных материалов.

В июле 2011 года премьер-министр Дэвид Кэмерон создает комиссию по расследованию под председательством судьи лорда Левесона. На слушаниях писательница выступала один час сорок минут, изложив длинный меморандум о нападках прессы, от которых она страдала на протяжении многих лет. Она подчеркнула, прежде всего, что с самого начала своей карьеры выказала решимость разделять личную и профессиональную жизнь, уделяя особое внимание частной жизни единственной тогда дочери Джессики. Именно поэтому она всегда отказывалась позировать с ребенком для какой бы то ни было фотосессии или давать конкретную информацию о дочери. По той же причине она никогда не приводила своих детей на публичные церемонии. Фотографы, однако, всегда пытались сделать снимки украдкой и любым способом: например, застав ее врасплох, используя телеобъективы или постоянно дежуря около дома. Писательнице приходилось накрывать своих детей, чтобы выйти из дома и посадить их в машину.

Роулинг также рассказала, что пострадала от статей, в которых был опубликован полный список ее недвижимости с адресами, а иногда и с фотографиями, чтобы было легко узнать, где она проживает. Так произошло, например, в 2005 году с газетами Daily Mail и Mirror (эта газета, надо добавить, даже указала, где расположены камеры наблюдения и охрана), а в 2007 году подобную акцию осуществили Evening Standard, Daily Record и Mail On Sunday. Автор также напомнила, что совершенно противозаконно публиковались выдержки и фрагменты из ее романов накануне их выхода в свет; кроме того, она призналась, что стала жертвой частных расследований, проведенных по заказу прессы, и, наконец, фальсифицированных и/ или оскорбительных статей.

Например, после ее отказа дать интервью Hello! Magazine в 2001 году журнал гордо опубликовал некий совершенно эксклюзивный материал с фотографиями о том, чего никогда не было. Затем журнал был вынужден опубликовать опровержение и принести свои извинения, но сделано это было с опозданием и в значительно более льстивой и сладкой форме, чем требовала потерпевшая сторона. Тем не менее в 2010 году около дюжины газет опубликовали историю о том, что писательница заплатила дополнительно 300 000 фунтов стерлингов за свой новый дом (купить который, кстати, она решила после просмотра одних только кухни и гостиной, а всего в доме тридцать одна комната!), чтобы побудить прежнего хозяина освободить его в течение двух недель, ведь ей, мол, хотелось организовать там роскошную рождественскую вечеринку. После категорического опровержения Роулинг некоторые газеты удалили статью, другие извинились и внесли необходимые исправления; однако следы в Интернете стереть трудно и, запасясь терпением, этот материал все еще можно отследить где-нибудь на просторах Сети на второй или третьей странице поисковика.

Среди множества различных акций прессы пальма первенства по смехотворным, бесполезным и абсурдным выпадам принадлежит газете Sunday Times. В августе 2011 года ее репортер связался с одним из сотрудников по связям с общественностью Роулинг, чтобы выяснить, какие деревья она намеревалась посадить в саду своего эдинбургского дома. Когда в информации ему было отказано, он ответил, что сам проведет расследование. После этого телефонного звонка писательница направила газете официальный протест, заявив, что эта информация абсолютно не отвечает общественным интересам. Но в газете ответили, что их репортер работал над материалом об окружающей среде Шотландии, отслеживая завезенные породы деревьев. 14-го числа того же месяца была опубликована статья, в которой, среди прочего, сообщалось: «Дж. K. Роулинг любит растения не местного происхождения и планирует посадить несколько сортов таких деревьев в своем саду в Эдинбурге»[309]. Далее перечислялись эти предполагаемые к посадке породы деревьев. В ходе слушания дела в комиссии Левесона Роулинг заявила, что все деревья в ее саду принадлежат к местным ботаническим видам.

Роулинг отслеживает различные фальшивые фотографические или текстовые публикации в СМИ через организацию, которая контролирует законность поведения британской прессы. Писательница решила обращаться к судебной власти только в самых серьезных случаях. Например, когда были преждевременно опубликованы фрагменты из ее романов или когда возникла необходимость защитить частную жизнь ее сына Дэвида. После провала внесудебных переговоров автор фактически подала в суд на фотоагентство Big Picture Limited, которое сфотографировало мальчика в ноябре 2004 года, когда она и ее муж гуляли с малышом в коляске по улицам Эдинбурга.

Решение первой инстанции 2007 года признало, что обычная прогулка по оживленной улице не создает условий и не предполагает личного уединения, к тому же ребенок не был сфотографирован во время частного мероприятия. Однако после апелляции 2008 года это решение было отменено на том основании, что в данном случае маленького ребенка прогуливали родители, а, значит, его явно сфотографировали без их согласия (тем более что всем известно, насколько упорно и последовательно писательница всегда защищала своих детей от средств массовой информации). Конечно, право ребенка жить нормальной жизнью, не опасаясь постоянно вторжения прессы, заслуживает защиты. Запрос агентства на пересмотр дела в третьей инстанции, в палате лордов, был отклонен.

Помимо широко известного дела с Big Picture Limited, в выступлении перед комиссией Левесона Роулинг упомянула множество других попыток прессы нарушить ее частное пространство. Папарацци стремились сфотографировать ее детей, отвлекая ее тем самым от основной работы и отнимая время на поиск ответственных лиц и выматывающие переговоры, направленные на заключение внесудебных соглашений, чтобы заблокировать публикацию этих фотоизображений.

Писательнице также пришлось столкнуться с очень серьезным и неприятным аспектом славы, который обычно не отражается на детских писателях. Похоже, она стала жертвой тайного преследования. Первый материал, появившийся в прессе, оказался фейком: в июле 2000 года газета Daily Mail сообщила, что за Роулинг следили, но она публично опровергла эту информацию: «Они должны были связаться со мной и рассказать об этом предполагаемом преследователе. Разумеется, не очень хорошо так говорить, но иногда у меня возникает подобное ощущение: „О да, кто-то преследует меня! Довольно слухов!“ Но ведь нет, меня никто не преследует. Поэтому я хотела бы поблагодарить Daily Mail за публикацию, это очень мило с их стороны»[310].

Однако в 2002 году гораздо более надежный источник — уважаемый онлайн-бюллетень BBC — опубликовал статью о том, что нелегально проживающая в Шотландии американка Мелисса Кумсук была выслана из Великобритании по обвинению в неоднократных звонках на домашний телефон писательницы, отправке ей неприятных писем и нахождении возле ее дома в Эдинбурге. Появлялась она и в других местах, где бывала писательница. По данным BBC, пресс-секретарь Роулинг подтвердила факт преследования, но отказалась от дальнейших комментариев[311].

В 2007 году газета Daily Mail снова атаковала ее[312], сообщив, что вот уже более двух лет некий Пол Ломакс, родом из Лондона, отец четверых детей, бомбил Роулинг письмами и телефонными звонками, умоляя увидеться с ним. Мужчина был убежден, что встретил ее в поезде несколько лет назад, прежде чем она стала знаменитой. По данным газеты, полиция была уведомлена об этих нападках в декабре 2005 года после последнего бредового письма Ломакса, в котором говорилось об убийстве драматурга Джо Ортона его любовником Кеннетом Холливеллом (впоследствии он совершил самоубийство). Ломакс уточнил, что для этого преступления использовался молоток, и сравнил себя и Джоан с двумя покойными любовниками. После игнорирования двух предыдущих предупреждений полиции с требованием отказаться от навязчивого вмешательства в жизнь писательницы Ломакс был арестован в июне 2007 года. Он признал себя виновным, и на него был наложен штраф в триста тысяч фунтов стерлингов; судья вынес постановление, запрещающее ему на неопределенный срок общаться с писательницей или ее сотрудниками и персоналом.

На этот раз информация, опубликованная в лондонской газете, оказалась обоснованной, потому что ее также обсуждали другие источники, в том числе BBC[313].

Впоследствии появился еще некий сатанист, который пытался спекулировать на успехе ее книг, предъявив Роулинг иск, шпионя за ней и донимая патологическим идолопоклонством. Но чтобы закончить эту главу на позитивной ноте, отметим и весьма забавные попытки разыграть эпатажную карту и на этой волне получить известность. Подобное произошло с норвежским режиссером Ниной Грюнфельд, которая в 2005 году спровоцировала странную дискуссию на страницах еженедельной газеты Aftenposten[314].

Идея этой дамы в двух словах следующая: за самым известным издательским феноменом в мире не стоит никакой Дж. K. Роулинг, а есть команда литературных «негров», которые и написали про приключения юного волшебника. В конце концов, как заметила Грюнфельд, это делается не в первый раз: вспомните детский сериал «Нэнси Дрю», автора которого по имени Кэролайн Кин никогда не существовало.

Заявления Грюнфельд основаны на том, что книги о Гарри слишком хороши, чтобы быть плодами трудов одной творческой личности. Она отказывалась верить, что от такой «маленькой спички» (английской писательницы) разгорелся огромный пожар, уж слишком он отдает «голливудщиной». Сказка начинается в кишащем мышами доме, проживая в котором мать-одиночка с ребенком на иждивении, получающая государственное социальное пособие, постепенно достигает мировой известности, книги ее занимают высшие строчки в рейтингах продаж на книжном рынке, и она становится одной из самых богатых женщин в мире. Фантастическая история такого типа идеально подходит для достижения подлинных целей этого проекта, то есть для придания мужества миллионам одиноких матерей, которые ежедневно борются за выживание.

Фактически Дж. К. Роулинг служит для них примером и доказательством, что изобретательность может прийти на помощь человеку там, где судьба к нему не благосклонна. Поэтому, согласно теории Грюнфельд, эта белокурая леди, которую все знают как мать Гарри Поттера, всего лишь актриса в образе. И она будет играть в фарсовом шоу, придуманном издательством Bloomsbury и студией Warner Bros., пока не устанет или пока невидимые литературные «негры» не выйдут из тени, чтобы востребовать себе свою долю славы.

Норвежские издатели Роулинг назвали эти заявления бессмысленными спекуляциями, как и фанаты, которые не преминули по-разному отшутиться на тему крайне странных заявлений режиссера.

Глава 17

Зенит

2001 год стал волшебным годом для Джоан. 2 марта она получила орден Британской империи в Букингемском дворце из рук принца Чарльза — согласно традиции, учрежденной в 1917 году Георгом V. Эта высокая честь была оказана ей за заслуги в области детской литературы. На самом деле писательница должна была получить орден уже в декабре 2000 года, но тогда заболела Джессика и церемонию отложили. По случаю награждения Джоан Роулинг орденом принц Уэльский объявляет себя большим поклонником «Гарри Поттера» и просит ее рассказать о фильме «Гарри Поттер и философский камень», который скоро должен выйти на экраны и у всех на слуху.

Двадцать дней спустя Джоан встречается с королевой Елизаветой в штаб-квартире Bloomsbury, куда Ее Величество и ее супруг наносят визит, желая ознакомиться с различными аспектами издательской индустрии. Во время встречи королева признается Джоан, что ее внучка Евгения — младшая из двух дочерей ее второго сына Эндрю от герцогини Йоркской Сары Фергюсон — большая поклонница Гарри Поттера. На самом деле и ее сестра Беатрис тоже, и вскоре обе королевские внучки будут присутствовать на премьере фильма со своей матерью в ближайшем декабре; сама же Беатрис одиннадцать лет спустя рассказала прессе, как сага помогла ей излечиться от дислексии[315].

Двенадцатого числа того же месяца вышли две книги — «Фантастические звери и места их обитания» и «Квиддич с древности до наших дней». Джоан не только автор текста, но и создатель рисунков и каракулей от имени Гарри, Рона и Гермионы, которыми пестрят страницы по краям.

Тем временем Bloomsbury разрабатывает новый проект на тему «Философского камня», о котором станут много говорить, — серию переводов на мертвые языки, такие как латынь (Harrius Potter et Philosophi Lapis), древнегреческий (Areios Poter kа́i he toû Philosо́phou Lithos) и гэльский (Нагry Potter agus an Orchloch). Первый перевод выпустят в 2003 году, остальные два будут готовы только к 2004 году. В 2006 году «Тайная комната» также выйдет на латыни под названием Harrius Potter Et Camera Secretorum. Это, без сомнения, издания для коллекционеров, даже если книги и переведены выдающимися профессорами своего времени. Отклик в СМИ гарантирован.

В конце апреля Джоан воспользуется своей популярностью для поддержки рекламной акции, посвященной открытию нового исследовательского центра в Абердине по борьбе с рассеянным склерозом, субсидируемого Шотландским обществом рассеянного склероза, официальным спонсором которого недавно стала Роулинг. Писательница пользуется возможностью, чтобы подробно рассказать прессе про неадекватную деятельность национальной службы здравоохранения по удовлетворению потребностей таких больных, и настоятельно призывает к необходимости приобретать через ее учреждения не только уход на дому, но и бета-интерферон, в настоящее время единственное лекарство, способное замедлить эволюцию этой страшной болезни.

В конце мая Джоан снова оказалась в центре внимания литературного мира — вместе с шестью другими авторами она получила вторую награду Шотландского художественного совета по детским книгам за «Кубок огня». Помня о безденежье в начале своей писательской жизни, Роулинг жертвует полученную сумму на финансирование той же самой субсидии, которую она получила во время работы над «Философским камнем», когда была еще неизвестной и даже помыслить не могла об успехе, который ей случится завоевать.

В повседневной жизни Джоан нелегко справляться со всеми обязательствами, продолжать писать и заботиться о ребенке, но теперь у Джессики есть няня, которая забирает ее из школы два дня из пяти, предоставляя ее сверхзанятой маме возможность перевести дух.

Тем временем отношения с Нилом Мюрреем становятся более тесными: Джоан, по данным «желтой» прессы, появляется с ним с начала года в городских ресторанах, пара ужинает при свечах и общается. Этот человек оказывается полной противоположностью порывистому и импульсивному Хорхе Арантесу: спокойный, сдержанный, любящий, трудолюбивый. Ему даже удалось сохранить прекрасные отношения с бывшей женой Фионой, которая теперь живет с новым партнером, родила сына и явно была очень удивлена, узнав, с кем встречается ее бывший. В июле они вдвоем вместе с Джессикой отдыхают на острове Маврикий, но Джоан приходит в ярость, обнаружив в очередной газете фотографию дочери, снятую при помощи телеобъектива. Даже Нил с самого начала их отношений находится под упорным огнем прессы: однажды, узнав, что он сменил место работы, журналисты звонят ему домой, выдавая себя за налоговых служащих, узнают его личный адрес, сумму зарплаты и номер медицинской страховки. Вскоре эти данные будут опубликованы в шотландской газете, а два дня спустя бедный доктор окажется в ситуации персонажа Хью Гранта в фильме «Ноттинг-Хилл», когда, выйдя в 6 часов утра на работу, попадет под ослепительные вспышки фотокамер.

Между светскими выходами и семейными каникулами Джоан все же берется за ручку и бумагу для работы над пятым романом, «Гарри Поттер и Орден Феникса». Но теперь ее подход, по сравнению с прошлым, совсем другой. Закончив «Кубок огня», она заметила, что находится на грани короткого замыкания, и поэтому решила разорвать цепь ежегодных публикаций, чтобы позволить себе роскошь писать более спокойно и иметь больше свободного времени.

Единственная проблема заключается в том, что два издателя — британский и американский — уже приобрели права на новую книгу. Джоан предлагает вернуть аванс, который они ей заплатили. На самом деле, уже с четвертой книгой она хотела притормозить, но в то время не смогла убедить издателей, а сейчас она действует очень решительно. «Идея броситься сломя голову в другую книгу о „Гарри Поттере“ наполнила меня ужасом и страхом, и я впервые почувствовала это. К 2000 году я писала о Гарри уже в течение десяти лет, и тогда впервые подумала: „О, Боже, я не хочу продолжать. Я могла бы это сделать, но книга оказалась бы паршивой, и я бы просто упала в обморок“»[316].

Переговоры с издателями проводятся по телефону, но, несмотря на это, Роулинг удается ясно донести до собеседников свои условия. Понятно, что последнее, чего они хотят, это предоставить ей роскошь завершить новый роман саги без какого бы то ни было дедлайна. И все же пойти на это придется: речь идет не только о естественной физической усталости автора, но и прежде всего об ее запредельной психологической усталости. Громадный успех не сломил Джоан только потому, что она притворялась, будто не замечает его. Прибавим к этому стремительные перемены в жизни, из-за которых за семь последних лет она сменила две страны, переезжала пять раз, поменяла образ жизни и вступила в новые семейные отношения. Безусловно, перерыв был ей просто необходим.

Но хотя замедление темпов было учтено, на британском рекламном фронте уже «смазываются подшипники»: Нил Блэр[317] официально становится поверенным агентства Криса Литтла (что само по себе говорит о масштабе стоящих на кону интересов), и к Джоан приставлена компания Colman Getty в лице Никки Стоунхилл. Это компания с более чем трехлетним опытом работы, среди клиентов которой такие знаменитости, как Мадонна или Найджелла Лоусон, известная в Соединенном Королевстве журналистка, специалист по кулинарным передачам и книгам. Стоунхилл — ценный кадр, который основательница компании Colman Getty Дотти Ирвинг держит при себе со времени ее работы в издательстве Penguin. В 2008 году Никки покинула Colman, чтобы основать самостоятельную компанию в партнерстве с Ребеккой Солт, и с этого времени Stonehill Salt станет заниматься пиаром для Дж. К. Роулинг. Начиная с 2011 года эта услуга будет осуществляться совместно с компанией Mark Hutchinson Management, которая появилась на рынке после запуска игрового портала Pottermore. Предположительно, это изменение произошло из-за сенсационной и неожиданной смены Роулинг литературного агента, о которой мы поговорим позже.

4 ноября 2001 года Джоан отправляется на лондонскую премьеру фильма «Гарри Поттер и философский камень» на Лестер-сквер под руку с Нилом. В черном бархатном брючном костюме, изящных серебряных сережках, со сдержанным макияжем, она выглядит сияющей. На красной дорожке торжественный парад VIP-персон, многие из которых пришли с маленькими детьми: упомянутая выше Сара Фергюсон с двумя принцессами, Евгенией и Беатрис, актеры Роб Лоу, Бен Стиллер, Дон Джонсон, Дайана Лэйн, Кейт Бланшетт, Кэтлин Тернер, певцы Стинг, Шер, Дайана Росс и Пэтси Кенсит — вот лишь некоторые из множества знаменитых гостей на той премьере.

Несмотря на плотную профессиональную и личную загруженность, Джоан не пренебрегает благотворительной деятельностью. Даже на двух гала-предпросмотрах фильма 6 и 7 ноября ей удается привлечь внимание к своим благотворительным проектам. На первой презентации в кинотеатре Ster Century в Лейте она соберет средства для Шотландского общества рассеянного склероза и для Maggie’s Cancer Caring Centre (Центра по лечению от рака). Деньги будут направлены на более широкое информирование людей о рассеянном склерозе и раке, а также методах лечения и поддержки пациентов — эти два заболевания вызывают особую обеспокоенность Роулинг, учитывая опыт ее матери и подруги Патриции.

На втором гала-предпросмотре писательница соберет средства в пользу благотворительного фонда «Семьи с одним родителем», который она поддерживает, как никто понимая изнутри проблемы неполных семей.

16 ноября долгожданный фильм выходит на экраны кинотеатров Великобритании и США, тогда как в других странах дата выхода отодвинута на несколько недель. В Италию фильм прибудет 6 декабря. Бюджет экранизации 125 миллионов долларов, в первую неделю показа фильм соберет в прокате более 90 миллионов долларов в одних только США, выйдя на первое место по кассовым сборам.

26 декабря 2001 года Джоан и Нил поженились. Предложение он сделал ей в поезде, чем в очередной раз подтвердилась решающая роль этого средства передвижения в жизни писательницы.

Церемония бракосочетания, длившаяся около двадцати минут, прошла в библиотеке Killiechassie House — шотландского особняка 1865 года постройки с шестью спальнями, расположенного недалеко от Аберфелди; Роулинг купила его месяцем раньше, уплатив, по слухам, сумму от пятисот тысяч до двух миллионов фунтов стерлингов.

Нил одет в традиционный килт, который каждый настоящий шотландец надевает в особых случаях, в петлице его пиджака белая роза. У невесты сдержанный, но выразительный пастельный макияж, ее волосы собраны в мягкий шиньон и увенчаны короной с блестками, на ней элегантное облегающее платье цвета слоновой кости с большим декольте. Джоан купила его тайком, замаскировавшись, чтобы ее не узнали папарацци и бракосочетание не было омрачено каким-нибудь неприятным инцидентом с прессой.

Если сравнить свадебные фото с первой свадьбы и нынешней, то между ними явное отличие: там невеста выглядела удрученной, а теперь она сияет от счастья.

Всего лишь пятнадцать человек присутствуют на церемонии. Со стороны невесты — ее дочь, отец, мачеха, сестра и зять; со стороны жениха — родители Барбара и Эрнест и сестра Лорна. Вместе с Дианой Роулинг Лорна выступает свидетельницей невесты, а Джессике досталась роль почетной подружки невесты. Также среди приглашенных некоторые очень близкие друзья и родственники. Мероприятие держится в секрете от средств массовой информации, которым о свадьбе будет сообщено позже в пресс-релизе, написанном сотрудниками по связям с общественностью. Джоан и Нил, помня об атаках папарацци на Маврикии, особенно на Джессику, решают не проводить медовый месяц.

Не имея никакой особенной информации, бульварная пресса пытается рассорить молодоженов, намекая, что доктор женился на писательнице из экономического интереса, но пара окажется очень сплоченной и выдержит эти нападки и тогда, и впредь. Самые близкие друзья Нила поддерживают его, называя обвинения бульварных газетенок полной ерундой.

Год заканчивается красиво: 28 декабря выходит в эфир эксклюзивный документальный фильм BBC «Гарри Поттер и я». Писательница впервые подробно рассказывает перед камерами про свою жизнь и, прежде всего, про свой невероятный литературный взлет.

2002 год проходит спокойно, он не перегружен публичными мероприятиями. Джоан, безусловно, наслаждается обретенным семейным спокойствием, деля свое время между домом в Эдинбурге, домом в Пертшире и домом в Лондоне. С прошлого года она снова бросила курить и снова с помощью жевательных резинок, что благотворно повлияло на ее здоровье. Тем временем она продолжает консультировать Стива Кловза, который занят разработкой киносценария по книге «Гарри Поттер и Тайная комната».

Приспосабливаясь к новому, более скупому характеру новостей, пресса отражает жизнь Роулинг в нескольких статьях на цветных разворотах: к примеру, в феврале отмечено ее участие вместе с другими известными личностями Великобритании в 21-й церемонии «Награды от знаменитости за достижения детей». На этом ежегодном лондонском мероприятии воздают должное 150 детям, которые проявляют особое мужество при столкновении с жизненными трудностями или вынуждены преодолевать физические ограничения, связанные с инвалидностью. Даже принцесса Диана дважды посещала эту церемонию, а последние ее выпуски транслировались по телевидению. Джоан станет предпоследней участницей: в 2004 году присуждение премии будет фактически приостановлено в связи с финансовыми злоупотреблениями (деньги жертвователей распределялись с серьезными нарушениями, и ответственные лица вынуждены будут вернуть большую их часть и уйти в отставку).

Другие истории про Роулинг из таблоидов касаются эпизодов «малого масштаба»: в марте писательница, желая сохранить целостность истории, запретила шведскому радио читать отдельные фрагменты из ее книг, хотя радио собиралось выплатить ей должные роялти; в мае она отправила по почте девочке с сердечно-сосудистым заболеванием, которая только что перенесла пересадку органа, билет и плюшевого медвежонка…

Только с начала июня происходят более значительные события: прежде всего, была опубликована антология «Магическое» — под редакцией ее подруги Сары Браун, жены будущего британского премьер-министра (в то время еще канцлера-казначея), для которой Роулинг написала предисловие, где рассказала о пережитых трудных временах. Часть доходов от книги была пожертвована ассоциации «Сéмьи с одним родителем».

Тем временем работа над «Орденом Феникса» уже достаточно продвинулась вперед, чтобы можно было объявить о выходе книги на следующий год. Джоан начала писать роман еще до свадьбы, сохраняя привычное рутинное расписание работы, но уже не беспокоясь о сроках. Сейчас она слишком известна, чтобы как раньше писать в кафе, теперь она работает дома: с утра и обычно до 12.30, после небольшого перерыва на быстрый обед снова работа до того времени, пока Джессика не вернется из школы. Она больше не одинокая мама, няня ей не нужна, и она может сама позаботиться о своей дочери. Так что у них есть время погулять с джек-рассел-терьером по имени Бутч, а после попить классический вечерний чай. Чуть позже Нил приходит домой, и с этого момента Джоан откладывает писательскую работу до завтра. Иногда она немного работает по вечерам, если не слишком устает, но в любом случае без напряжения. Один день в неделю посвящается обязательствам по благотворительной деятельности.

Еще одно счастливое событие происходит в этот спокойный год: в июне Джоан обнаруживает, что ждет ребенка. Единственное, что омрачает хорошую новость, — решающая кульминация судебной тяжбы: автор, издательство Scholastic и кинокомпания Warner Bros., с одной стороны, и американский автор Нэнси Стоуффер — с другой, выходят на финишную прямую в процессе, который начался еще в 1999 году. Это только первое из нескольких будущих дел, и Роулинг явно расстроена, говоря о нем в единственном интервью, данном в том же году BBC. В сентябре судья вынес приговор в ее пользу, и процесс был завершен. В разговоре она также дает один предварительный намек на тему нового романа, указывая, что новым преподавателем защиты от темных искусств станет женщина. У фэндома, который до сих пор простаивал, наконец-то появился хоть какой-то свежий материал в ожидании новой книги.

В ноябре 2002 года Джоан вернулась к благотворительной деятельности, организовав бал в замке Stirling, чтобы собрать деньги для Шотландского общества рассеянного склероза. Мероприятие спонсируется издательством Bloomsbury, и гостей, чей список не разглашается, встречают фокусники и статисты, одетые как маги и ведьмы. Ужин из четырех блюд подается в большом зале замка, украшенном факелами в стиле Хогвартса, а затем проводится аукцион, который соберет 275 000 фунтов стерлингов. К этой сумме чета Мюррей лично от себя еще добавляет средства, достаточные для субсидирования специальной исследовательской группы, работающей в Университете Абердина[318].

В том же месяце еще одно общественное мероприятие требует присутствия семейной пары — на 16-е число запланирована премьера второго фильма. По этому случаю Джоан, находящаяся на пятом месяце беременности, надевает черные брюки и свободную светло-синюю рубашку с расклешенными рукавами. Образ дополняют ожерелье и бирюзовые бисерные серьги, довольно скромный макияж и распущенные волосы. Нил одет в черную водолазку и бархатный черный костюм. Судя по фотографиям, они совершенно счастливы вместе.

На красную ковровую дорожку выходит череда VIP-персон, среди них актрисы Джейн Сеймур и Шерилин Фенн с детьми, певицы Мелисса Этеридж и Пэтси Кенсит, последняя с двумя детьми, актрисы Сигурни Уивер и Гленн Клоуз, актер Робин Уильямс со своей семьей, режиссер Тим Роббинс и его жена и актриса Сьюзан Сарандон и, наконец, актер Лиам Нисон со своим сыном. Второй фильм — так же как и предыдущий — произвел настоящий кассовый бум.

Незадолго до Рождества, как раз к тому моменту, когда сидеть перед компьютером с большим животом вот-вот станет слишком утомительно, рукопись «Ордена Феникса» уже завершена (снова не без слез, как это уже случилось в момент окончания «Кубка огня», когда она писала о смерти Сириуса Блэка). Для Джоан стало ясно — работа закончена.

Это для нее почти сюрприз, поскольку она могла следовать своему естественному рабочему ритму, а не «продираться сквозь сроки». Только потому, что она пока не имеет никаких обязательств, Роулинг немедленно приступает к работе уже над шестым романом, несмотря на все предостережения, связанные с беременностью.

Между тем драгоценная рукопись должна быть передана из рук Кристофера Литтла в руки Найджела Ньютона, что происходит во время странной встречи, детали которой напоминают фильм о Джеймсе Бонде. Фактически агент просит издателя тайно встретиться с ним в «Пеликан-пабе» на Фулхэм-роуд, не раскрывая заранее причину этой маскировки; затем за стойкой перед двумя кружками пива Литтл с деланой небрежностью и без упоминания вслух о Гарри Поттере передает Ньютону огромный пластиковый пакет с логотипом супермаркета Sainsbury. В тот момент Ньютон сразу все понимает, но участвует в игре.

Выйдя из паба, он кладет сумку в багажник машины и направляется домой. Там он прячет сумку под кроватью, чтобы этой же ночью вытащить рукопись и жадно читать до утра, припрятав ее заранее под первыми четырьмя страницами совсем другой рукописи. Он не хотел оказаться вынужденным сказать правду даже своей жене.

В феврале 2003 года объявлена официальная дата публикации нового тома — 21 июня. Тем временем Джоан вступает в переписку с одиннадцатилетней поклонницей, которая пишет ей из больницы, где лечится от анорексии. Для маленькой девочки писательница становится своего рода доверенным лицом, поощряет ее не поддаваться болезни, объясняя, что это разрушительный и неинтересный способ противостоять сложностям жизни. Найдя правильные и нужные слова, Джоан поможет девочке одолеть проблемы, и это займет два долгих года. Маленькая пациентка фактически призналась в своем стремлении участвовать в кастинге фильмов о Гарри, и Роулинг напоминает ей, что для этого важно полностью выздороветь. Конечно, обе они и представить себе не могут, что судьба этой девочки столкнет их в киностудии Leavesden: девочку зовут Эванна Линч, и три года спустя она получит роль Полумны Лавгуд, победив среди 15 000 кандидатов на эту роль.

24 марта 2003 года в Royal Infirnary в Эдинбурге Джоан родила своего второго ребенка, мальчика, которого назвали Дэвидом Гордоном. Теперь, когда она должна кормить малыша грудью, ей приходится отказаться от антиникотиновых жевательных резинок в пользу обычной жевательной резинки, но она на все готова ради благополучия и здоровья сына.

Пока Джоан наслаждается радостями материнства, редакторы работают над новой рукописью, которая на треть больше и так довольно объемного «Кубка огня». В частности, в издательстве Scholastic происходит знаковая «смена караула»: Ливайн остается ответственным редактором, а Сьюзен Джефферс, которая до этого была корректором первых трех романов, занимает должность редактора, чтобы помочь Артуру в работе над книгой (проверять факты и даты, следить за ясностью сюжета и стилистикой текста). Весь редакционный процесс происходит в обстановке строжайшей секретности и укладывается в очень короткие сроки. Нельзя было допустить, чтобы рукопись находилась слишком долго у кого-то одного, что увеличивало бы риск утечки.

По воспоминаниям Джефферс, ее рабочий кабинет мог бы легко пройти по реестру Отдела тайн Министерства магии: «У нас был секретный кабинет, где мы работали над книгой. Несколько человек имели доступ к этому кабинету, и никто больше не знал, где мы работаем и кто с нами в команде»[319].

Однако же, несмотря на все предпринятые усилия, было украдено более 7000 экземпляров книги, а New York Daily News удалось опубликовать несколько страниц за три дня до ее официального выхода, что, конечно, стало предметом судебного разбирательства[320].

Когда книга наконец появляется в книжных магазинах, начинается обычный ажиотаж — только в первый день продано пять миллионов экземпляров. Для рекламного продвижения нового романа Джоан на этот раз дает лишь небольшую серию интервью и проводит одно публичное чтение в королевском «Альберт-Холле», который зарезервирован для 4000 учеников из школ Соединенного Королевства. Сама она внутренне находится в фазе некоего отстранения от текста, через которую проходят все авторы сразу после публикации их книги. Поэтому она заявляет прессе: «В данный момент я нахожусь на той стадии, когда могу видеть только недостатки […]. Я позвонила своей сестре и сказала: „Книга ужасная, просто ужасная!“ Она засмеялась […] и ответила: „Ты говорила так о каждой книге“»[321].

10 сентября 2003 года писательница получает премию Принца Астурийского в Овьедо (Испания) за помощь детям всех национальностей и культур в обретении радости чтения. В приветственном слове при вручении премии она объявляет, что пожертвует полученную сумму Фонду для развивающихся стран от Международной ассоциации чтения, задачей которой является популяризация литературы во всем мире.

23 ноября Джоан дебютировала на телевидении в эпизоде знаменитого мультсериала «Симпсоны». Она долгое время была его поклонницей, тогда как создатель «Симпсонов», Мэтт Грейнинг, в свою очередь, с самого начала был поклонником «Гарри Поттера». Их взаимное восхищение находит свое естественное воплощение в серии под названием «Монологи Регины», где появляется камео Роулинг. В этом эпизоде Роулинг-мультперсонаж сталкивается на выходе из лондонского магазина с Лизой Симпсон, которая проводит отпуск в английской столице со своей семьей. Поблагодарив девочку за адресованные ей комплименты полудоброжелательным-полунадменным тоном (она называет Лизу на самом деле «молодым маглом»), писательница раздраженно отвечает на ее вопрос о том, как закончится сага, что Гарри вырастет и женится на ней. Девочка не понимает, что ее дразнят, и замирает на месте, восторженно вздыхая.

На этом этапе нашей истории интересно вернуться назад и взглянуть полушутя, как мы делали это в главе 10, на фазы движения Сатурна. Если вы посмотрите на первую квадратуру — которая растет и располагается между 9 августа 2000 года и 3 июня 2003 года, — важно отметить, что она совпадает с пиком поттермании: не только цифры продаж становятся звездными, но и первый фильм саги снят в 2001 году. Кроме того, именно в этом году Роулинг второй раз вышла замуж. В этой квадратуре Сатурн перешел в знак Близнецов, а подобная конфигурация связана с радикальными жизненными улучшениями и с изменением средств коммуникации (заметим, что как раз в это время Интернет становится мощным рекламным инструментом). В более общем плане это привносит творческие перемены в жизнь человека (включая финансовые обстоятельства и человеческие отношения). Все вышеперечисленное не кажется удивительным по крайней мере для тех, кто разделяет с профессором Трелони уверенность в предсказательном потенциале космических взаимосвязей.

Однако, по мнению астрологов, во время транзита Сатурна через четыре высших точки, что было отмечено в главе 10, часто возникают затруднения и небольшие, но раздражающие проблемы. Также интересно отметить, что во время квадратуры Сатурна в Близнецах Роулинг пришлось удлинить, как мы видели, сроки работы над «Орденом Феникса». Таким образом, прошло три года между выходом «Кубка Огня» (9 июля 2000 года, за месяц до квадратуры в Близнецах) и «Фениксом» (21 июня 2003 года, через несколько недель после того, как Сатурн перешел из созвездия Близнецов, чтобы войти в созвездие Рака и выйти из квадратуры).

Глава 18

Ближе к завершению саги

В 2004 году Джоан случайно наткнулась на статью в Sunday Times, которая заметно повлияла на ее будущую благотворительную деятельность, а также на мир «Гарри Поттера», зародив в душе писательницы идею третьей псевдокниги «Сказки барда Бидля»[322]. Там рассказывалось о скандале по поводу тяжелых физических и психологических условий содержания брошенных детей и детей-инвалидов в различных медицинских и воспитательных учреждениях Праги, да и вообще в Восточной Европе. Детей держали в клетках-кроватях из-за нехватки средств и персонала. Писательница отправляет письмо президенту Чехии Вацлаву Клаусу и премьер-министру Владимиру Шпидле с требованием пресечь это отвратительное социальное явление. Мировые СМИ так громко раструбили про инициативу Роулинг, что местное правительство через несколько месяцев просто вынуждено было объявить об отмене позорной практики.

Но Джоан не останавливается на достигнутом. Она понимает, что недостаточно просто закрыть подобные гетто. Гораздо важнее изменить старый менталитет, порожденный нищетой при коммунистической диктатуре, и провести необходимые реформы для улучшения благосостояния людей. Поэтому Роулинг основывает благотворительную организацию Children High Level Group совместно с депутатом Европарламента Эммой Николсон[323].

У себя на родине 4 марта писательница тем временем участвует в инициативах, связанных со Всемирным днем книги. Она взаимодействует через чат на веб-сайте BBC с маленькими читателями, раскрывая им небольшие детали по ходу сюжета следующей книги или разъясняя события прошлых книг. Затем она дает интервью одной телекомпании об этом опыте общения с маленькими поклонниками.

Через неделю Джоан, в костюме розового цвета, во второй раз отправляется в Букингемский дворец по случаю приема в честь успешных британских женщин. Здесь, вместе со звездами из мира науки, спорта и бизнеса, она вновь встречается с королевой Елизаветой.

В мае СМИ говорят об отказе Роулинг написать сценарий для одного из тринадцати эпизодов нового сезона сериала «Доктор Кто». Через два месяца она откажется от написания продолжения истории Питера Пэна. Предложение было направлено писательнице Лондонской детской больницей на Грейт-Ормонд-стрит, которой Джеймс Барри оставил права на театральную комедию. Учитывая приближение даты, когда права на творчество шотландского автора станут публичным достоянием, больница намеревалась выручить средства для приобретения сложного медицинского оборудования[324]. В конце концов сиквел будет написан британской писательницей Джеральдиной Маккориан, в чьем активе десятки книг, в том числе она много переписывала классику.

Также в мае, точнее 29 мая 2004 года, Джоан проходит по красной ковровой дорожке на лондонской премьере фильма «Гарри Поттер и узник Азкабана» — ритуал, ставший для нее привычным. По этому случаю на ней изумрудно-зеленое платье с воланами в сочетании с вышитым белым палантином и сумочкой того же цвета. На фотографиях видно, с какой гордостью и материнской заботой она смотрит на заметно подросшую актерскую троицу Гарри — Гермиона — Рон.

Затем последовали еще три замечательные новости: в начале июня американская Ассоциация хоррор-писателей (Horror Writers Association) присудила ей премию Брэма Стокера за «Орден Феникса»; в начале июля Эдинбургский университет присваивает ей почетную степень по литературе за вклад в школьное образование, местную и национальную жизнь и общественную жизнь в целом. И наконец, 24 июля Джоан на своем веб-сайте объявляет миру, что ожидает третьего ребенка, уточняя, что осуществляется еще одна ее мечта, кроме мечты стать писательницей, — иметь троих детей. В то же время, возможно, чтобы успокоить фанатов, которые боятся редакционных задержек из-за новой беременности, она говорит о шестом романе: «До сих пор не могу сказать, когда он будет готов, но я много писала, и мне все очень нравится».

Между периодами работы над пятым и шестым романами Роулинг нашла способ заменить курение другой привычкой-отдушиной для сброса напряжения. Она увлеклась видеоигрой «Минное поле» (также известной как «Цветущий луг»), изобретенной Робертом Доннером и Куртом Джонсоном в 1989 году, целью которой является очистка минного поля, не подорвавшись. В итоге ее средний балл чуть ниже порога рейтинга лучших 100 игроков в мире, что говорит о количестве часов, проведенных перед компьютером во время завершения шестой книги. Но для фанатов самые важные новости на ее сайте появились примерно за месяц до объявления о новой беременности.

В течение недели, с 28 июня по 2 июля, стартует первая из десяти «охот за сокровищами», которые будут происходить в течение четырех лет: после завершения романа выдается премия тому, кто угадает название новой книги. На самом деле, эта акция преследует еще одну цель — опровергнуть новости, запущенные двумя сутками ранее неким самозванцем с фальшивого сайта, похожего на официальный сайт писательницы. Мошенник выдал целый фонтан фейковых новостей, объявив невероятное название нового тома: «Гарри Поттер и Потайной столб». В связи с этим писательница не скрывает своего раздражения, уточняя: «Я никогда не публикую на сайте информацию, которую не хочу доверить фанам раньше времени. Другими словами, никто не может утверждать, что получил сообщение, которое еще не было отправлено. „Потайной столб“ — такого названия у книги не было, и я не изменила его за последние одиннадцать часов только потому, что оно был озвучено».

С 16 по 26 августа начинается вторая «охота», призом в которой является аннотация касательно нового загадочного персонажа. После публикации романа можно будет понять, что это новый министр магии. Наконец, в день Хэллоуина состоялась третья «охота», которая покажет названия 2-й, 6-й и 14-й глав. К этому времени у фанатов будет достаточно материала для размышлений, что вызовет множество интересных теорий в Сети.

Тем временем в середине месяца Джоан появляется на Эдинбургском международном книжном фестивале. Для нее это возвращение в давно знакомое место, ведь в 1997 году она уже там бывала. Тогда Роулинг, еще никому не известная писательница, читала отрывки из «Философского камня» в так называемом вигваме, который был самым маленьким павильоном мероприятия, перед аудиторией из тридцати детей. Теперь же она возвращается на фестиваль как настоящая дива, и на самой большой площадке фестиваля царит ажиотаж. Но она все равно не сможет вместить всех желающих, поскольку на 500 мест было получено 21 000 запросов. Билеты на мероприятие приходится разыгрывать. Роулинг читает некоторые фрагменты из пятого романа, и поклонники со всего мира буквально засыпают писательницу вопросами.

Как обычно, она отвечает очень осторожно, она вообще осторожно относится к распространению информации. И хотя это событие публично обсуждается в течение нескольких месяцев, в разговорах она не раскрывает ничего трансцендентного в будущем развитии сюжета, а лишь дает некоторую предысторию какого-либо персонажа или говорит о прошлых книгах. Прежде всего, за эти годы сюжет саги пройден более чем на две трети. И это хорошая возможность заявить, что за минувшие годы запланированный с самого начала сюжет претерпел некоторые неизбежные и неожиданные повороты, но по большей части он продолжал двигаться в уже намеченном направлении.

И если говорить о личном жизненном пути писательницы, то в этот период Джоан переживает, можно сказать, метафизический опыт. Так, однажды проходя с мужем мимо своей старой квартиры в Лейте, она импульсивно решает показать ее Нилу. Когда они повернули за угол, Джоан расплакалась, на нее нахлынула волна эмоций. На мгновение она испытывает чувство, похожее на раздвоение: у нее создается впечатление, что ее переносят в прошлое, и в то же время она осознает, насколько отличается ее жизнь сейчас от тогдашней ее жизни. Вот как она передает этот невероятный момент параллельного восприятия: «Я стою там и смотрю на это место, и я как будто вижу призрак самой себя, стоящий у окна, и как будто я могу общаться с той собой: „Все будет хорошо, ты знаешь, ты усердно работаешь, и все будет хорошо. Это будет намного лучше, чем хорошо, это будет сказочно“»[325]. Такое раздвоение можно рассматривать как символическое: вот Джоан работает над «Философским камнем» в кафе Nicolson’s, находясь в очень тяжелых жизненных обстоятельствах, — Джоан из будущего передает ей уверенность в успехе — та, прошлая Джоан обретает эту уверенность от Джоан из настоящего. Круг замкнулся.

Настоящее не перестает дарить ей признание, исходящее даже от людей, не имеющих ничего общего с литературным или кинематографическим миром. К примеру, в октябре распространяются новости об исследовании, проведенном командой биологов из Гарварда: ученые обнаружили ген GPR54, который участвует в механизмах полового созревания, и окрестили его «Гарри Поттером» в честь волшебника. Это только начало в серии любопытных научных подарков, которыми будет отмечена Джоан благодаря ее литературной деятельности.

Теперь популярность Роулинг настолько велика, что СМИ даже начинают подступать с расспросами к ее коллегам по цеху. Первое заявление о ее писательских достоинствах исходит от чилийской писательницы Изабель Альенде в начале ноября, которая восторженно высказывается в газете El Universal: «Я восхищаюсь этой писательницей, ее книги и фильмы, снятые по книгам, действительно очаровывают меня, и я благодарю ее как мама и бабушка за то, что они привели детей к чтению. Когда я вижу, как восьмилетние мальчики читают в автобусе гигантскую книгу о Гарри Поттере, я думаю, что Роулинг нужно присудить Нобелевскую премию. […] Чего бы я только не дала, чтобы самой иметь возможность придумать фантастические истории, подобные истории о Гарри Поттере»[326].

Несколько дней спустя следует заявление британца Терри Пратчетта, автора юмористического фэнтезийного сериала «Плоский мир». До появления «Гарри Поттера» он прочно стоял на вершине жанрового чарта фэнтези, его книги к тому времени уже были переведены на тридцать языков. В интервью австралийской ежедневной газете The Age Пратчетт высказался гораздо осторожнее и спокойнее Альенде: «Я думаю о ней как о хорошей и компетентной писательнице, определение, которое я также применил бы к себе. Я политически корректен и прост, потому что до боли осознаю, что не вы, разумеется, но многие люди радостно обалдели бы от такого классного заголовка: „Пратчетт валит Роулинг“. Я дам вам тот ответ, который считаю верным. […]. Есть лучшие писатели, чем я и Дж. K. Роулинг, но при этом они не имеют особого экономического успеха»[327].

Год спустя американец Джон Гришэм, съехав с верхней строчки в рейтинге бестселлеров, открыто, хотя и не без сожаления, признает необходимость передать Роулинг эстафету самого продаваемого автора.

Таким образом, коллеги вынуждены считаться с ее широчайшей популярностью. А Джоан тем временем принимает приглашение участвовать в благотворительной инициативе, организованной журналом Tatler, в пользу ассоциации Club 999, которая занимается помощью бездомным лондонцам. Роулинг одна из двадцати четырех знаменитостей, включая Пола Маккартни и Кассиуса Клея[328], кому отправляется буклет в кожаном переплете, который знаменитость может заполнить как угодно. Джоан рисует в нем все, что нужно волшебнику для посещения школы Хогвартс. Этот драгоценный предмет был продан 1 ноября 2004 года в знаменитом аукционном доме Sotheby’s за 11 000 фунтов стерлингов, получив третье место как самый дорогой лот. В конце месяца Джоан удостоена награды Top Personality Award британского издания знаменитого журнала Variety за ее вклад в развитие киноиндустрии.

В этот же период жизни писательница решает перейти от периферийной роли в фонде «Семьи с одним родителем» на передовую, сменив Иана Хей-Дэвисона на посту президента организации.

В декабре 2004 года рукопись «Гарри Поттер и Принц-полукровка» наконец готова для передачи в издательство. Сам момент слишком соблазнителен, чтобы не анонсировать его на сайте во время четвертой и последней за год «охоты за сокровищами», и поэтому с 20-го по 26-е число фанаты получают новости как рождественские подарки, которые сопровождаются добрыми пожеланиями и обещанием, что дата выхода новой книги будет раскрыта ровно через 24 часа. На самом деле анонс поступит задолго до обещанного срока: в полдень в пресс-релизе Bloomsbury будет сообщено, что издательство назначило дату выпуска книги в Великобритании, США, Канаде, Австралии, Новой Зеландии и Южной Африке на 16 июля 2005 года.

23 января 2005 года Джоан рожает третьего ребенка: дочка Маккензи Джин Роулинг Мюррей, как и ее старший брат, появилась на свет в эдинбургской клинике Royal Infirmary, и, как и в предыдущем случае, писательница сама объявляет о ее рождении на своем сайте.

На издательском фронте пока все спокойно, и Роулинг может посвятить себя написанию предисловия к благотворительной антологии «Город», которую планируют выпустить в свет 2 января следующего года. Книга включает в себя три коротких рассказа известных шотландских авторов (Яна Ранкина, Ирвина Уэлша и Александра Макколла Смита), и доходы от продажи будут пожертвованы одноименной ассоциации One City, чья деятельность направлена на борьбу с социальной изоляцией в Эдинбурге. В своем предисловии писательница вспоминает, как прибыла когда-то в столицу Шотландии, и рассказывает о двух противоречивых социальных приметах города. Здесь, как и во всех современных мегаполисах, на автобусе можно за десять минут добраться до центра из тех районов, где живут маргинальные слои населения и где распространены бедность, насилие, преступность, инвалидность. Это одни приметы города, тогда как центральные районы с их кашемиром и чаем со сливками, а также репутация Эдинбурга как четвертого финансового центра Европы — другие его черты.

В развитие темы маргинализации и насилия в середине февраля сайт Contact Music публикует новость[329], о которой мы объявляли в главе 7. А именно, что Джоан собирается профинансировать пятнадцатиминутный короткометражный фильм «Пятничная ночная смена» (Friday Night Shift), снятый неким Дэвидом Ньюборном, о молодой матери и ее муже, виновном в жестоком обращении с ней. Похоже, это творческое знакомство возникло благодаря заявлению автора в радиоинтервью, где она сказала, что готова финансировать проекты, направленные на повышение осведомленности о проблемах женщин среди общественности. Естественно, что пресса принялась спекулировать насчет первого брака писательницы, но как только разговоры утихли, все следы этого короткометражного фильма потерялись, и по сей день невозможно понять, имело ли это предположение хоть какую реальную основу.

В 2005 году американский издатель «Гарри Поттера» приглашает в свою команду новую сотрудницу; Шерил Кляйн, помощница редактора с конца лета 2000 года, теперь возьмет на себя роль постоянного редактора последних двух романов. Ее задача — отследить в тексте каждого тома любые отвлекающие характеристики персонажей, а также нестыковки в правилах магического мира, контролировать последовательность развития событий по сравнению с предыдущими книгами.

Шерил открыла для себя сказочный мир Гарри Поттера в августе 1999 года, путешествуя на машине со своей лучшей подругой из штата Миссури в штат Миннесота. Книга — а это был третий роман — принадлежала ее подруге, и Шерил, пока та ведет машину, берет ее в руки. Ей интересно выяснить, что же такого сенсационного в этой саге. Книга сразу же захватывает ее: «Мне понравились первые страницы, конкретность описанной магии, легкость, с которой миссис Роулинг объединила настоящее с прошлым, а волшебный мир — с реальным, понравился совершенно очаровательный Гарри и замечательный Хогвартс»[330]. Закончив эту книгу, она бежит в магазин купить «Философский камень», а затем «Тайную комнату». Затем она начинает посещать неофициальный фан-клуб Гарри Поттера, чтобы узнать информацию о «Кубке огня», который в то время находится в процессе написания. В полночь в день публикации Шерил среди тех, кто терпеливо выстаивает в очереди перед книжным магазином. К этому времени она стала настоящим Поттер-эрудитом, и отсюда до работы у Артура Ливайна остается всего один шаг.

После того как новая сотрудница издательства приступила к своим обязанностям, лихорадочная работа продолжается шесть с половиной месяцев. В итоге шестой роман о Гарри Поттере готов к выходу в свет 16 июля 2005 года по обе стороны океана.

Меры предосторожности против утечки на этот раз были доведены до такой степени, что казались местами смехотворными: можно было бы избежать нелепого патрулирования книжных складов с немецкими овчарками на поводке, спутникового слежения за фургонами для перевозки упакованных должным образом коробок с книгами, подписаний с книготорговцами соглашения, которое не позволяет им открываться до полуночи даже для пополнения складских запасов. Чрезмерная тревожность заражает также некоторых европейских издателей, к примеру немецких, которые окружили свою территорию забором, контролируемым охранниками и камерами видеонаблюдения. Кроме того, производится проверка персонала на входе и на выходе, исключающая использование мобильных телефонов или других записывающих устройств. Однако все это не мешает охраннику на складе Bloomsbury и его сообщнику украсть книгу за полтора месяца до ее выхода и попытаться продать ее таблоидам Sun и Mirror за 30 000 фунтов стерлингов. Но вскоре оба окажутся в наручниках.

Кроме того, чтобы получить представление о размахе успеха Гарри, просто осознайте, что Scholastic напечатал сразу 10 800 000 экземпляров. Это самый большой в истории тираж книги в твердом переплете в США, и он превосходит предыдущий успех «Гарри Поттера и Ордена Феникса». Bloomsbury сообщает, что было продано 2 009 574 экземпляра только в первый день. Книга принесет Джоан четвертую премию Galaxy за лучшую книгу года. В отличие от «Философского камня» и «Тайной комнаты», на этот раз награда присуждается в общей категории, без отличительной пометки «для детей», что говорит о неявном признании всеобщей популярности саги.

По случаю выхода нового тома в Великобритании начинается рекламная кампания, в прямом эфире транслируется по телеканалу ITV праздничная презентация книги в Эдинбургском замке, который в течение всех выходных будет преобразован в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Именно Джоан позаботилась распланировать основные детали акции, предусмотрев прибытие юных репортеров-счастливцев, выбранных для представления каждой газеты страны, в двенадцати конных экипажах. Дети будут ужинать в украшенном гербами дворянских домов Якобинском Зале, наслаждаясь яствами хогвартской кухни на настоящих золотых блюдах. Маленькая австралийка Эмма Коад, одержавшая победу в специальном конкурсе, даже сможет взять интервью у самой Джоан Роулинг.

В зале замка установлен механический зверь, который выдыхает пламя, а некоторые статисты одеты в демонов-гриндилоу[331] и других магических существ; снаружи факелы создают таинственную атмосферу, а на фасаде замка светится гигантская голограмма обложки романа. В передних залах уличные художники и шуты развлекают две тысячи детей школьного возраста и их родителей, которые терпеливо ждут на трибунах или в партере, чтобы не пропустить чтение — внутри на гигантском экране Джоан прочитает фрагмент из шестой главы своей новой книги. На этом мероприятии присутствует семнадцатилетняя девушка, без которой, возможно, этот вечер и не состоялся бы: речь об Алисе Ньютон, дочери президента издательского дома Bloomsbury, благодаря настойчивости которой отец купил «Философский камень» всего лишь девять лет назад. Он и предположить не мог, что тем самым начинает столь невероятную издательскую и биографическую историю.

Приближаясь к концу саги, Джоан с особой дальновидностью начинает щекотать нервы читателей на тему о возможном «постпоттерианском» курсе — эту тактику она будет активно использовать в ближайшие четыре года. Воспользовавшись пресс-конференцией по поводу «Гарри Поттера и Принца-полукровки», она объявляет публике: «Я не думаю, что буду и дальше писать фантастические книги. Причина в том, что теперь, когда я написала невероятно длинную фэнтези-сагу и она еще продолжается, может оказаться, когда я все же ее закончу, что я действительно вложила все свои лучшие фантазии в историю Гарри Поттера. Если бы я попыталась написать еще одну книгу в жанре фэнтези, она могла бы стать некой пародией или повтором. И еще мне так нравятся персонажи, которых я описала в „Гарри Поттере“, что, возможно, я бы почувствовала, что совершаю предательство, создавая второй сериал в духе фэнтези. Я бы хотела, чтобы это была моя единственная смелая вылазка в этом жанре…»[332]

В то же время почести продолжают обильно изливаться на ее голову: в начале сентября один из ее портретов, написанных художником Стюартом Пирсоном Райтом, выставлен в Национальной портретной галерее Лондона. Эта традиция была заложена в 1856 году с целью коллекционирования портретов известных людей Великобритании. Джоан Роулинг получает дань уважения за свой вклад в культурную жизнь Соединенного Королевства. В октябре, помимо всего прочего, «Принц-полукровка» получает престижную американскую книжную премию «Перо» (Quill Book Award).

Следующее светское событие датируется 6 ноября 2005 года: в Лондоне вновь совершается привычный премьерный ритуал на Лестер-сквер по случаю выхода фильма «Гарри Поттер и Кубок огня». Среди VIP-персон на красной ковровой дорожке певица Мадонна с дочерью Лурдес, актер Роб Лоу, модель Клаудия Шиффер, режиссер Алан Паркер и актрисы Кейт Бекинсейл и Имельда Стонтон (последняя в следующем фильме сыграет роль Долорес Амбридж). Но Джоан в первый и единственный раз пропустит премьеру фильма «поттерианы», предпочтя остаться у постели своего мужа, которому только что вырезали аппендицит.

В декабре писательница была наконец удостоена Почетной награды Джима Хенсона[333], высшей награды среди четырех, учрежденных в том же году компанией Джима Хенсона, известного создателя телепрограммы «Маппет-шоу». На церемонии награждения его сын Брайан объявит, что Роулинг награждается почетной премией за то, что «побудила аудиторию всех возрастов заново открыть для себя магию книг и чтения»[334], добавив, что «Джоан Роулинг действительно сделала этот мир немного лучше»[335].

Думая о предстоящей работе над седьмым романом, в начале января 2006 года Джоан впервые объявляет прессе, что готовит книгу вне тематики «Гарри Поттера» для детей более младшего возраста. Этот роман описывается как политическая сказка про монстра, и в будущих интервью Роулинг несколько раз упомянет, что работает над книгой.

Тем временем на своем сайте писательница делится списком благих намерений на новый год. Ей хотелось бы: победить беспорядок в своем кабинете, чтобы можно было спокойно работать над последним романом саги; разобраться в своих записных книжках и еще не поддаваться приглашениям на «срочные» и «важные» встречи, которые отнимают время от писательской работы.

Но есть события, на которых обязательно надо присутствовать. Одно из таких мероприятий проводится с 25 по 27 января в Румынии. Здесь, в целях рекламы деятельности Childrens’ High Level Group, она присутствует на пресс-конференции вместе с премьер-министром страны Кэлином Попеску-Тэричану и чемпионкой мира по гимнастике Надей Команечи, наносит визиты в различные общественные институты и посещает гала-ужин в здании парламента, где проходит аукцион, направленный на сбор благотворительных средств. Шесть экземпляров «Принца-полукровки» продаются за сумму от 5000 до 18 000 евро каждый, а сама писательница покупает футболку вратаря бразильской сборной Клаудио Таффарела за 7500 евро. В целом удается собрать около 170 000 евро.

В начале февраля Букингемский дворец вновь приглашает чету Роулинг — Мюррей, на сей раз на 80-летний юбилей королевы Елизаветы, который будет отмечаться роскошным чаепитием в ближайшее 25 июня. Шутливый ответ Джоан мелькает в газетах:

«Я и Гарри с нетерпением ожидаем возможности принять участие в этом празднестве, в частности потому, что мы узнали: несмотря на свое предполагаемое аристократическое происхождение, лорд Волан-де-Морт не был приглашен»[336].

На этом празднике Роулинг вместе с другими писателями, такими как Филип Пулман, будет развлекать аудиторию из двух тысяч маленьких гостей, приглашенных королевой путем розыгрыша лотереи. Она прочитает детям фрагменты из «Принца-полукровки».

Март также будет месяцем светских событий, особенно заметным среди них станет благотворительное мероприятие в пользу Шотландского общества рассеянного склероза (в первый раз сбор средств для него проводили в 2002 году). Это будет маскарад в венецианском стиле в великолепной обстановке замка Stirling. Среди специальных гостей — шотландский актер Роберт Карлайл, звезда фильма «На игле», и звезда телесериала «Негодники» Нил Морисси.

В конце того же месяца за «Принца-полукровку» Джоан получает британскую премию «Книга года». Во время церемонии награждения она объявляет, что седьмая книга продвигается быстро. Однако, чтобы развлечь свою аудиторию, лихорадочно ожидающую продолжения, она в очередной раз выдумывает на своем веб-сайте новый трюк — состоящий из четырех частей тест «Вомбат» (сокращение от английского Wizard’ Ordinary Magic and Basic Aptitude Test — «Волшебный обыкновенный магический базовый тест способностей»), по которому она будет тестировать читателей вплоть до июня 2007 года. Начиная с весны Джоан часто будет использовать свой сайт для небольших ежедневных вопросов. Например, она жалуется, что ей трудно найти в Эдинбурге магазин, который специализируется на ноутбуках — и мгновенно фанаты завалят ее предложениями помощи (придется даже попросить их остановиться). Или же опубликует отчет о своем недавнем посещении съемок «Ордена Феникса»; или, например, выступит с осуждением моды на тощих как скелеты манекенов, толкающих подростков в объятия анорексии. Вероятно, последнее замечание было связано с посещением съемочной площадки, где Джоан только что встретила свою протеже Эванну Линч, которая недавно оправилась от этой болезни.

В апреле Гордон Браун (который тем временем стал министром финансов Великобритании) впервые попросил Роулинг высказать свое мнение по политическим вопросам, чтобы помочь ему четко сформулировать видение будущего Великобритании. Как уже отмечалось, писательница — подруга его жены Сары, и она всегда питала симпатии к лейбористам[337]. Поэтому она не заставляет себя упрашивать и вместе с другими известными фигурами, такими как Нельсон Мандела, Эл Гор и Кофи Аннан, пишет краткое предисловие для книги Брауна «Британия движется вперед: избранные речи 1997–2006 годов», выход которой запланирован на следующий сентябрь.

В мае Детский музей в Индианаполисе преподносит писательнице неожиданный нелитературный сюрприз. В Южной Дакоте была совершена сенсационная находка — скелет динозавра, жившего 66 миллионов лет назад. Зверь, принадлежащий виду, длина которого составляет от 4 до 8 метров, был тут же назван Dracorex Hogwartsia в честь знаменитой Школы Чародейства и Волшебства и того факта, что голова животного с его рогами и костяными гребнями чем-то напоминает описание Венгерского Хвосторога.

Роулинг оставляет на своем сайте радостный комментарий: «Это самая высокая честь, которая когда-либо была мне оказана, благодаря публикации „Гарри Поттера“. Я очень рада, что Хогвартс оставил свой небольшой (в виде кости?) след в увлекательном мире динозавров. Так получилось, что я знаю больше о мире динозавров, чем многие могли бы это вообразить, потому как моя старшая дочь была одержима Ютараптором, и теперь у меня дома живет трехгодовалый человек, страстно влюбленный в Тираннозавра Рекса. Мой авторитет очень вырос в моей любящей науку семье, и я не могу дождаться момента, чтобы прочитать заметки доктора Баккера с описанием „моего“ динозавра, которого мне хотелось бы себе представить чуть менее пироманом, чем Венгерский Хвосторог».

В том же месяце поступили в продажу билеты на крупный хеппенинг, запланированный на 1 и 2 августа в Нью-Йорке в Radio City Hall: Джоан Роулинг, Стивен Кинг и Джон Ирвинг будут по очереди читать фрагменты из своих книг и участвовать в сессии вопросов и ответов перед собравшейся аудиторией. Доходы от этой акции для библиофилов, задуманной Кингом и Ирвингом, будут частично направлены организации «Врачи без границ», оказывающей чрезвычайную медицинскую помощь людям на территориях, затронутых эпидемиями, стихийными бедствиями или войнами. Часть денег организаторы собирались перечислить Heaven Foundation, который помогал художникам-фрилансерам, лишившимся работы из-за болезни или травмы. Разумеется, билеты, распределенные по разным ценовым категориям, мгновенно раскупаются.

В пресс-релизе мероприятия писательница заявляет: «Для меня это уникальная возможность участвовать в сборе средств по двум основным и главным причинам: впервые за шесть лет я могу прочитать отрывки из книг американским фанатам, встретиться со Стивеном Кингом и Джоном Ирвингом и читать вместе с ними. Стивен сделал вид, что удивлен моим положительным ответом, но, честно говоря, это было одно из самых соблазнительных предложений, когда-либо присланных мне в конверте».

В июне подготовка последней книги саги идет полным ходом, но дата публикации пока что не определена. Тем не менее Джоан продолжает держать фанатов на коротком поводке, разбрасывая то там, то тут всякие затравки: в передаче «Ричард и Джуди» на 4-м канале ТВ она даже сообщает о грядущей смерти двух важных персонажей саги и о «моратории», который получит третий персонаж, изначально обреченный на гибель.

Из научного мира в июле приходит известие, что астероиду номер 43 844 только что было присвоено имя писательницы. Это дань уважения со стороны Международного астрономического союза — ассоциации, продвигающей астрономическую науку посредством международного сотрудничества. Ученого, предложившего кандидатуру Роулинг, зовут доктор Марк Хаммергрен из Адлерского планетария в Чикаго, он специалист по небесным телам такого типа и явный поклонник волшебной саги. В том же месяце Джоан получает свою энную по счету почетную степень от шотландского Абердинского университета: на этот раз это степень по юриспруденции за ее приверженность делу защиты больных рассеянным склерозом.

В начале августа, в момент ее возвращения с чтений с Кингом и Ирвингом, произошел дипломатический инцидент: писательница привезла с собой в США рукопись седьмого романа с намерением продолжать работу над ней даже во время американского путешествия. За время ее нахождения в стране меры безопасности были усилены, и работники нью-йоркской таможни не разрешали ей взять громоздкий пакет в ручную кладь. Пришлось ей добиваться разрешения взять пакет с собой на борт, должным образом обвязав его резинками.

Роулинг потом говорила, что была готова поехать домой на корабле, лишь бы не отдавать драгоценные листки в руки таможни, а по спинам ее издателей, должно быть, пробежал холодок, когда они узнали о риске утери или утечки, который им всем грозил.

15 августа Джоан наслаждается перерывом в своем напряженном графике и идет с мужем воздать должное Алану Рикману — актеру, который снимается в «кинопоттериане» в роли Северуса Снегга. На Эдинбургском кинофестивале они посещают показ независимого фильма «Снежный пирог». Рикман играет роль человека, пострадавшего в автокатастрофе, где жертвой оказалась дочь аутичной женщины, которую играет Сигурни Уивер.

Но если писательница и дает себе заслуженные передышки, то остальной мир не оставляет ее в покое. Фанаты, к примеру, продолжают разрабатывать свои теории, газеты беспрерывно соревнуются, угадывая название последнего тома, и, наконец, самостийные «букмекеры», которые сорвались с цепи уже во времена выхода «Принца-полукровки», теперь заняты подсчетами «акций» персонажей быть убитыми в конце саги.

Несмотря на весь этот пыл, долгожданное название седьмого романа сообщается лишь в конце года, словно подарок читателям на Рождество: тайная дверца сайта приоткрывается 21 декабря 2006 года, и в ходе одной из традиционных «охот за сокровищами» озвучивается название последней книги саги — «Гарри Поттер и Усыпальница Смерти». Последняя пара существительных настолько загадочна и необычна, что принесет довольно много головной боли и родному Bloomsbury, и американскому Scholastic, да и различным переводчикам по всему миру. Причем до такой степени, что Роулинг придется предложить альтернативный вариант названия, попроще — «Гарри Поттер и Дары Смерти». Теперь вся издательская армада может действовать в нужном направлении.

Глава 19

Отношения с фэндомом

К 2002 году поттеромания окрепла и набрала обороты, в том числе и в соцсетях, но Роулинг дает понять, что не хочет вступать в контакт. Причина в стремлении защитить себя от давления, которое читатели имеют привычку в дальнейшем оказывать на писателя. Советы, приходившие по почте в течение последнего времени, содержали рекомендации не убивать такого-то персонажа, или же спасти другого, или же поселить одного с другим и тому подобное. Все это уже сильно раздражает писательницу.

Нельзя сказать, что она совершенно игнорирует лихорадочную активность в Интернете: из газет, а также получаемых ею по почте обычных бумажных писем она осведомлена об этом и сама даже знает названия некоторых сайтов; более того, ее пресс-служба уже наладила стабильные контакты с некоторыми веб-мастерами. Тем не менее, когда писательница в первый раз решается ввести в поисковой строке Google слова «Гарри Поттер», увиденное застает ее врасплох. На нее обрушивается нескончаемый поток фанартов, фанфиков, новостей, теорий о будущих книгах, подробных чатов, форумов, дебатов о персонажах и о том, кто умрет/выживет и кто будет обручен /женат… Все это сопровождается совершенно профессиональной графикой и смотрится круче страниц «поттерианы» на сайтах ее издателей по всему миру.

К середине мая 2004 года был сделан серьезный шаг — запущен официальный сайт писательницы www.jkrowling.com. Использующий технологию Flash, он сразу выделяется своей оригинальностью и интерактивностью, игры и загадки дают читателям подсказки на тему будущих книг и предоставляют дополнительный материал для обсуждений в Сети. Успех приходит немедленно: только в первую неделю существования сайт посетили 17 000 000 человек и 27 000 000 — в первом квартале. В течение первого года сайт получил множество наград. Среди них FWA (Favorite Website Awards) от одной из ведущих мировых компаний, присуждаемая сайтам за использование технологий в сочетании с особенно инновационным контентом или идеями, подающими пример будущим поколениям. Другая награда — Macromedia — от американской компании — производителя программного обеспечения для Интернета, мультимедиа и цифрового оборудования присуждена сайту в категории «Игры, развлечения и игровые эксперименты». И наконец, награда радиостанции BBC Radio 2, которая 26 ноября того же года присвоила сайту писательницы звание «сайта дня».

Благодаря этому Джоан сама получила возможность вручать почетные награды лучшим фанатским сайтам, таким как «Дырявый котел» (Leaky Cauldron) Мелиссы Анелли, «Маглнет» (Magglenet) Эмерсона Спартца и «Лексикон Гарри Поттера» (Harry Potter Lexicon) Стивена Вандера Арка. В случае с Анелли несколько лет спустя Роулинг даже напишет восторженное предисловие к книге этой девушки-веб-мастера об открытиях, которые сага спровоцировала в фэндоме. Мелисса Анелли работала над книгой три года, она была опубликована в 2008 году под названием «Настоящая история о мальчике-волшебнике, его фанатах и жизни внутри феномена Гарри Поттера».

Однако отношения с фэн-сайтами не были изначально идиллическими. Не столько из-за Роулинг, сколько из-за кинокомпании Warner Bros., которая не сразу поняла правила Сети и признала факт этого мощного бесплатного инструмента продвижения, который появился сам собой. Вместо этого компания первоначально пыталась заглушить сетевое фэндом-движение шумом юридических запретов и жалобами на нарушение авторских прав. В результате битва в средствах массовой информации в конечном итоге вынудила директора кинокомпании пересмотреть свои позицию, потому как судебный процесс формировал крайне негативный имидж компании — на деле она выглядела как гигант Голиаф, нападающий на множество маленьких Давидов, представленных юными энтузиастами и экспертами Сети[338].

Кроме того, контрнаступление последних во главе с Хизер Лоувер и Аластером Александером через веб-сайт www.potterwar.org.uk, которые в отместку призывали бойкотировать покупку чего-либо, кроме романов о волшебнике («единственный материал, на который Warner Bros. не имеет прав»), безусловно, могло иметь негативные финансовые последствия.

Что касается другого очень популярного в фэндоме феномена фан-фикшн[339], то Роулинг — в отличие от коллег, таких как Энн Райс[340], участвующей в напряженной и смехотворной битве за удаление фан-фикшн поклонников из Сети, — тут оказалась как раз очень терпимой. По крайней мере до тех пор, пока эта форма выражения остается ограниченной виртуальным миром. Однако в последние годы в Сети распространились многочисленные истории с жестким сексуальным содержанием (на сленге slash), и компания Warner Bros. твердо потребовала публикующих его удалить этот тип материалов. Компания опасается, что это может испортить репутацию волшебника, тем более что целевая аудитория «Гарии Поттера» в основном дети.

Благодаря широте взглядов Роулинг опыт фанфиков стал для некоторых молодых людей своеобразной стартовой площадкой для создания их собственных оригинальных романов. Так случилось, например, с чилийской студенткой-журналисткой Франсиской Солар, автором очень длинного фанфика, озаглавленного «Гарри Поттер и закат Высших эльфов»: его прочитали онлайн десятки тысяч посетителей, и в конце концов фанфик заслужил внимание испанского издателя, который впоследствии опубликовал детектив автора «Седьмая М».

Нечто подобное произошло и в Италии с веб-сайтом EFP (www.efpfanfic.net), который был создан в 2001 году для переводов английских фанфиков, а затем превратился в архив, открытый для итальянских публикаций. В 2011 году издатель UR (www.ureditore.it) отобрал двадцать авторов с сайта EFP для составления сборника рассказов под названием «Всё не как раньше». Сохранив большой раздел, посвященный исключительно Гарри Поттеру, сегодня EFP представляет крупнейший итальянский ресурс в этом секторе вместе с порталом Accio Fanfiction (www.acciofanfiction.сom), который шел по тому же пути развития.

Еще одно крупное явление, распространенное открыто (хотя с точки зрения закона отдельные производители товаров и сервисные бренды могли бы выдвигать некоторые разумные и обоснованные возражения), представлено так называемыми бэндами волшебников (wizard band). Это молодые музыкальные группы, тексты которых вдохновляются сюжетами саги, а сами группы рекламируются на веб-сайте www.wizardrock.org. Таков случай, к примеру, «Гарри и Поттеров», одной из первых и самых известных групп, участники которой выступают на сцене в круглых очках, в футболках с V-образным вырезом и в галстуках школы-интерната, исполняя песни типа «Спасти Джинни Уизли» или «Камни Гриффиндора».

Однако в данном случае возражения могут исходить не столько от Роулинг, сколько от компании Warner Bros., владельца прав на товарные знаки. Раньше некоторые кинокомпании уже начинали разбирательства такого характера: в 1980-х годах студия Paramount, владелец прав на сериал Star Trek, подала в суд на неизвестную музыкальную группу, которая имела наглость окрестить себя «Ромуланское Вторжение»[341]. В данном случае, благодаря непростой правовой эквилибристике, группа поднялась[342]. Но с «Поттерами» вопрос, на первый взгляд, выглядит гораздо менее спорным, поскольку предполагаемое нарушение не повлияет на вторичное название сериала, как это было с «Ромуланцами» («Звездный путь»). Более того, оно не зарегистрировано, но при этом привлекает внимание к главному названию, вокруг которого кружится вся карусель миллиардов — истории волшебника Гарри. Поэтому все в подобных случаях должно деликатно регулироваться продуманными и точными законодательными и судебными параметрами. Скорее всего, Warner Bros. извлекла некоторые уроки как из истории с поттероманами, так и из того факта, что сама недавно оказалась с другой стороны юридической карусели, запущенной канадской музыкальной группой «Сестры Вирд» (Wyrd Sisters). Группа эта втянула кинокомпанию в продолжительное и дорогостоящее судебное разбирательство, впоследствии урегулированное в досудебном порядке. Речь шла об использовании в четвертом фильме почти такого же названия у группы, которая выступает на Святочном Бале. Конечно же, тот факт, что Роулинг никогда не оказывала давления и не осуществляла нападок на музыкальные сообщества, способствует поддержанию некоторого здорового порога терпимости, при котором маркетинговые и имиджевые преимущества все еще намного превосходят выгоды от строгого соблюдения правил интеллектуальной собственности и отказ в возможности детям-фанатам получить небольшую денежную выгоду.

Роулинг также доказала, что она с редкой чувствительностью принимает близко к сердцу многочисленные человеческие истории, которые происходят с ее юными читателями. Некоторые из этих случаев стали известны публике, но весьма вероятно, что были и другие, которые остались в тени и о которых мы ничего не знаем…

В июле 1999 года писательница, затворившаяся в своем эдинбургском доме, работала над «Кубком огня». В это же время за тысячи километров от нее девятилетняя канадка Натали Макдональд умирала от лейкемии. Маленькая девочка была одержима историей о волшебнике, она была для нее единственным убежищем от отчаяния перед смертельной болезнью. Подруга семьи Макдональд, Энни Киддер, будучи политической активисткой, решила действовать — попытаться найти кого-либо, кто мог бы помочь девочке. Поэтому она надумала отправить письмо самой Роулинг на электронный адрес и официальный номер факса ее британского издательства. Bloomsbury должным образом переслало письмо автору, но, к сожалению, письмо прибыло на следующий день после отъезда писательницы на отдых в Испанию. Таким образом, сообщение было прочитано только через две недели.

Опасаясь, что будет слишком поздно, Роулинг позвонила Киддер, но не застала ее; поэтому она решила написать по е-мейлу самой Натали и ее матери Валери, которая даже и не подозревала о добром поступке подруги. Однако, к сожалению, накануне, 3 августа, ребенок умер. Киддер рассказывала: «Джо обращалась к Натали без снисхождения, как к человеку, переживающему тяжелые времена. Она рассказала ей о своих книгах и персонажах, о том, кто из них самые любимые»[343].

Кроме того, в электронном письме автор раскрывал ребенку секреты четвертого романа, которые жаждал узнать весь мир. Валери сердечно ответила ей, чем, в свою очередь, глубоко тронула писательницу. Так между двумя женщинами начинается переписка и неожиданная дружба, давшая им повод встретиться в Великобритании следующим летом. Но самым большим сюрпризом для канадской семьи было прочесть в только что вышедшем «Кубке огня», как Почти Безголовый Ник приветствует аплодисментами появление в Гриффиндоре новой ученицы Натали Макдональд[344].

Есть еще одна трогательная история, в которой главной героиней выступает маленькая Кэти Хох из Олбани (штат Нью-Йорк). Дружба девочки с ее любимой писательницей началась в 2000 году, примерно через три года после того, как у малышки, которой тогда было шесть лет, диагностировали нейробластому — очень агрессивную форму детского рака, который уже поразил печень, легкие, почки и позвоночник. Ее матери, Джине Пека, благодаря первым трем романам о Гарри Поттере удавалось немного отвлечь девочку от запредельно тяжелых операций и химиотерапии. После выхода «Узника Азкабана» Джина подумала, что ее ребенок не доживет до «Кубка огня», и написала на адрес издательства сообщение автору с вопросом, когда же выйдет четвертый том. В письме она рассказала о радости, которую история Гарри доставила Кэти. Несколько недель спустя Роулинг ответила ей по электронной почте: «Сейчас я очень усердно работаю над четвертой книгой — над той частью, где говорится о некоторых новых существах, которых Хагрид принес на урок по уходу за магическими созданиями. Он называет их Schiopodi Sparacoda — они похожи на омаров без головы»[345].

Она также отправила девочке плюшевую игрушку в виде совы Сычика (крошка-сова Рона Уизли). Девочка поблагодарила писательницу за подарок, но вскоре после этого ее мама сообщила Роулинг, что Кэти больше не может находиться у компьютера и обмениваться электронными письмами. Несколько дней спустя писательница позвонила девочке по телефону и предложила прочитать ей некоторые фрагменты романа, который она сейчас пишет. Так для Кэти начались сеансы чтения: она лежала на диване в гостиной и слушала вместе с мамой, папой и двумя старшими братьями, Робби и Джонни. Так продолжалось до того момента, когда она уже не могла слышать писательницу: Кэти умерла 18 мая 2000 года в возрасте девяти лет, и Роулинг не успела встретиться с ней во время запланированного будущего промотура по Америке.

Эта история осталась бы неизвестной, если бы Джоан не пожертвовала чек на 75 000 фунтов стерлингов Фонду, учрежденному семьей Хох и названному в память о Кэти ее именем. Джина Пека продала эксклюзив на нее газете Telegraph в надежде увеличить сумму пожертвований в Фонд, помогающий больным раком детям.

В другом случае Роулинг вмешалась напрямую, чтобы поддержать одну из своих поклонниц, на этот раз жертву травли. В сентябре 2006 года 16-летняя Шакья Флауэрс написала письмо Дж. К. Роулинг, в котором рассказала, как история о Гарри Поттере помогла ей справиться с ужасными обстоятельствами детства, сиротством и одиночеством в подростковом возрасте. До девяти лет Шакья жила во власти двух родителей-наркоманов, впоследствии их убили, и ей пришлось взять на себя заботу о младших сестрах и брате, пока, наконец, ее и младших детей не передали под опеку бабушки по материнской линии. В школе вплоть до старших классов она была посмешищем для одноклассников и жертвой их жестоких шуток. Когда она открыла для себя романы про Гарри, волшебник стал ее лучшим другом: как и он, она пережила ужасное испытание в детстве, над ней издевались сверстники, как и над ним, она мечтала о другой жизни, как и он. Письмо автору было способом выразить ей благодарность за то, что она «передала» девочке своего героя и свой сказочный мир. Шакья не ожидала ответа, но вдруг он пришел на восхитительно красивой бумаге для писем с рельефным изображением совы. В этом письме Роулинг благодарила ее за откровенность и рассказала, что сама была жертвой издевательств и травли в подростковом возрасте. Писательница призвала Шакью оставить страдания в прошлом и смотреть только вперед: «Сейчас ты находишься на пороге совсем другого этапа твоей жизни, где гораздо больше шансов найти родственные души и гораздо меньше — страдать от подросткового прессинга»[346].

С другой стороны, Роулинг показала, что она может быть и безжалостной. По крайней мере, так было с одним из ее фанов. Речь о Стиве Вандере Арке, ранее упоминавшемся веб-мастере сайта «Лексикон Гарри Поттера», который она хвалила вплоть до октября 2007 года, до того момента, как они начали встречаться друг с другом в присутствии адвокатов, а затем оказались в суде. Предметом спора была бумажная версия сайта энциклопедии по миру Гарри Поттера, которую Вандер Арк решил опубликовать после того, как Роулинг отказалась от высказанного им предложения нанять его в качестве составителя знаменитой официальной энциклопедии о волшебнике (писательница говорила о ней еще с 2004 года).

После ожесточенного судебного спора продолжительностью один год судья вынес семидесятистраничное заключение. Было заявлено, что «Лексикон» нарушает авторские права в качестве расширительной версии и слишком обильно прибегает к цитированию и/или простому перефразированию содержания романов о Гарри Поттере и особенно двух книг: «Фантастические звери» и «Квиддич», которые сами по себе написаны в алфавитно-энциклопедической форме и поэтому их трудно воспроизвести новым, «креативным» образом. Тем не менее судья признал книгу Вандера Арка в мягкой форме преобразующей сюжет, а не просто производной от него, как утверждали юристы Роулинг — Warner. Это отличие важно, потому что, хотя в первом случае права на создание произведения принадлежат исключительно автору (или тем, кому он законно передал права, возьмите хотя бы мюзикл, сделанный на основе книги, или перевод, или телесериал), во втором случае каждый имеет право воплотить его в жизнь (подумайте об исследованиях и критических комментариях, которые сопровождают каждую известную книгу). При условии, конечно же, что новый вариант не перечит основному произведению, как это и было в случае «Лексикона».

В конце концов в 2009 году «Лексикон» был выпущен в бумажном виде, но книга не являлась прямым отражением «Лексикона онлайн», а была версией, надлежащим образом пересмотренной в свете вышеупомянутого предложения суда и одобренной юридической группой Дж. K. Роулинг.

Результат истории, однако, оказался неудачным для всех вовлеченных в нее сторон. При всем уважении к сверхсвященным авторским правам Роулинг, вызывает недоумение странный и противоречивый подход к двум версиям «Лексикона» — бумажной и электронной. Если на самом деле имело место нарушение авторских прав, то оно должно было быть зафиксировано как для книги, опубликованной в бумажном виде, так и для версии на сайте. Непонятно, почему к ним подходят с разными мерками. Не следовало бы сначала награждать сайт премией, прославляющей его, а затем клеймить и выставлять его бумажную версию как работу низкого качества. Если сайт поддержан награждением, это означает, что его можно использовать как для написания книги, так и при создании фильмов (согласно ясному заявлению продюсера Дэвида Хеймана, хотя и полученного из вторых рук, но в любом случае не оспоренного им). Более того, коллеги-писатели, которых Роулинг вроде бы косвенно поддерживает решительными судебными действиями, также критически относятся к ее подобным акциям. Такие люди, как Орсон Скотт Кард[347]и даже почитатель «Поттера» Нил Гейман[348], выразили каждый по-своему смущение и непонимание мотивов, а то и открыто осудили действия писательницы.

Но даже и сам фан «поттерианы» и основной автор «Лексикона» (ядро контента в любом случае было плодом коллективной работы его и сотрудников) не извлек никакой пользы из этой истории. Он был вынужден отказаться от ауры гуру, заработанной на различных симпозиумах, посвященных юному магу, в обмен на обычную позорную шляпу «предателя» фэндом-сообщества. И, возможно, потому что он устал от остракизма со стороны других поклонников саги как в Интернете, так и в реальной жизни, или же из-за желания уподобиться сговорчивой коллеге по фэндому Мелиссе Анелли, он впоследствии легко согласился на запрос адвокатов Роулинг ознакомиться также с содержанием его второй рукописи — иллюстрированного путеводителя под названием «В поисках Гарри Поттера». Это удивительный путеводитель, весьма необычный по своей концепции и смелый с точки зрения композиции. Он приглашает в путешествия по магическим и магловским местам путем исследования ландшафтов, которые стали частью саги о Гарри Поттере: путешествие берет начало от платформы 9 ¾ вокзала Кингс-Кросс, через Чаринг-Кросс-роуд, чтобы дальше пройти Косой переулок, далее путь лежит в графство Суррей в поисках Литтл-Уингинга (вымышленного пригорода, где в начале саги живет Гарри Поттер), а затем в Девон в поисках дома Уизли «Нора»… А вот читатель оказывается в Корнуолле для изучения квиддича, а вот и в Шотландии для того, чтобы понять Хогвартс. В книге использован разнообразный и оригинальный материал, и передача ее адвокатам Роулинг была совсем не обязательным действием. Тем не менее после просьбы внести несколько изменений в обложку книги работа была благополучно опубликована, что закрепило своего рода перемирие между автором и ее фаном.

Глава 20

Последний акт

С ноября 2006 года Джоан поселилась в номере 552 престижного отеля Balmoral в Эдинбурге, чтобы спокойно работать над последними частями финального романа саги. Идея найти такое убежище родилась однажды, когда дома она никак не могла сосредоточиться. В тот день шумели дети, собаки (теперь джек-рассел-терьеру Бучу составляет компанию четырехлетняя борзая по имени Сапфир — ее взяли из местного собачьего питомника, куда было отправлено пожертвование в тысячу фунтов) и рабочие, которые делали ремонт. Возможность сбежать на короткое время столь приятна, что Джоан сберегает ее «на десерт» и оставляет за собой эту роскошь до самого конца проекта. Именно в отеле она понимает, что уже очень близка к долгожданному, но все же страшному для нее моменту — завершению неповторимых семнадцати лет работы. И именно здесь наступает коллапс, о чем она расскажет позже в телешоу Джонатана Росса: «Я была одна в отеле, и схватилась мгновенно за… Вы знаете, у них есть такие жалкие бутылочки шампанского… Ну, я излила свое сердце в рыданиях, открыла мини-бар и утопила в одной из этих бутылочек свою грусть, и просто сидела в полном хаосе, а потом пошла домой с размазанной тушью на щеках. Это было действительно тяжело».

Выслушав это заявление, телеведущий не может отказать себе в роскоши вышутить ее, спросив, какую заслуживающую доверия причину сказала она тогда мужу, дабы оправдать свое возвращение из отеля в таком виде. Шутка вызовет искренний смех публики и писательницы. Этот гостиничный номер впоследствии станет местом паломничества многих поклонников и фанатов, желающих потратить 1000 фунтов — столько стоит одна ночь в нем. Руководство отеля конечно же не упустило очевидной рекламной возможности и повесило на двери медную табличку с выгравированной надписью «Сьют Дж. К. Роулинг», старый дверной молоточек был заменен молоточком в виде совы, а внутри номера установили мраморный бюст, на котором сама писательница написала следующие памятные слова: «11 января 2007 года Дж. К. Роулинг закончила писать „Гарри Поттер и Дары Смерти“ в этой комнате номер 552».

В прошлом году вместе с Джоан повсюду передвигалась телевизионная съемочная группа документального фильма о ее творческом пути под названием «Год жизни», который смог по горячим следам увековечить ее комментарии о том моменте, когда она написала последние слова рукописи. Перед камерой она искренне заявляет, что некоторые наверняка полюбят книгу, а другие — наоборот — ее возненавидят за то, что она не будет соответствовать их ожиданиям, но писательница подчеркивает, что таков удел любой истории.

После того как текст романа был отпечатан, Роулинг сама доставила «трофей» Кристоферу Литтлу, который, как и она, празднует завершение «поттерианской издательской саги». Под пристальным взглядом телекамер они как всегда встречаются в 10.43 утра 12 января 2007 года в лондонском аэропорту Хитроу. Литтл, в свою очередь, лично доставляет бесценный пакет британскому издателю, который немедленно начнет работу по редактированию текста и допечатной подготовке. Что касается американского издателя, то он отправляет в Великобританию для получения рукописи адвоката Марка Сайденфельда, который весь обратный рейс, не вставая, сидит на этом драгоценном пакете, чтобы его не украли.

Между тем выход книги планируется с учетом того факта, сколько экземпляров автор сможет подписать в первый день публикации. К этому времени уже продано более трехсот миллионов книг саги по всему миру, и она переведена на шестьдесят семь языков. Поэтому ожидание дня публикации так торжественно, и Джоан переживает это в полную силу, доверяя камере свои чувства: писатель, даже если сам он вполне удовлетворен, никогда не знает, соответствует ли результат высокому уровню ожиданий.

В феврале объявляется дата выхода книги — 21 июля 2007 года. Роулинг теперь посвящает себя написанию предисловия к городскому путеводителю для детей Линдси Фрейзер (которая до этого превратила в книгу знаменитое интервью с писательницей в 2001 году), Кэтрин Росс и Адриана Макмарчи. Книга называется «Пешком по Эдинбургу, читая» (Reading Round Edinburgh) и выходит в апреле того же года.

В начале мая прессу и телевидение наводняют новости об исчезновении маленькой Мадлен Макканн — британской девочки, находившейся в отпуске с родителями в одном португальском городе[349]. Возможно, тот факт, что малышка исчезла в стране, где родилась Джессика, вызывает у Джоан сочувствие, побуждающее ее присоединиться к фонду, созданному журналом News of the World для финансирования вознаграждения всем, кто сможет предоставить информацию о нахождении ребенка. Сумма, пожертвованная писательницей, не разглашается по ее желанию, но газета заявляет, что она самая высокая из всех полученных и совершенно «ошеломляющая». Джоан выступит также с еще одной инициативой — будут изготовлены соответствующие плакаты со специальным текстом, которые в связи с будущим выходом «Даров Смерти» доставляются всем книжным магазинам, чтобы проинформировать покупателей о грустном событии до предстоящего открытия магазинов в полночь в различных странах. Супруги Макканн искренне тронуты таким вниманием, они рассказали, что их Мадлен — поклонница «Гарри Поттера» и у нее есть первые три книги саги и первые три DVD-диска сериала. Четыре года спустя через своего пресс-секретаря Роулинг, однако, сухо поправила прессу, сообщившую в новостях, что она участвовала в составлении книги об этой грустной истории, которую написала мать девочки[350]. Единственное, что объединяет двух женщин на писательской стезе, это то, что их книги представляет один и тот же литературный агент — Кристофер Литтл.

Июль 2007 года становится месяцем подарков для фанатов: помимо ожидаемого последнего романа в прокат выходит еще и пятый фильм, «Гарри Поттер и Орден Феникса», запланированный на 11 июля в США и на 12 июля в Великобритании. Обычная лондонская премьера наконец состоится на Лестер-сквер, и Джоан в золотом атласном платье будет маленькими шагами ступать по красной ковровой дорожке, часто останавливаясь, чтобы дать мини-интервью различным репортерам и подписать автографы публике, которая буквально беснуется за ограждениями. Рядом с ней ее всегдашний спутник — ласковый и улыбчивый муж.

За день до публикации «Даров Смерти» автора приглашает «Голубой Питер», известная детская программа, в которой она уже участвовала в прошлом. Здесь она отвечает на вопросы двадцати пяти детей, которые выиграли в конкурсе, и ей вручают золотой значок передачи.

Тем временем издательство Bloomsbury решило назначить празднование выхода книги и публичное чтение в полночь в Музее естественной истории Лондона, куда смогут попасть 17 000 зрителей из 90 000, запросивших билет на мероприятие. Поэтому 20 июля Джоан с мужем вновь летят в Лондон; ее принимают редактор и руководительница детского отдела Bloomsbury, которые дарят ей браслет из золота и серебра и сережки, символизирующие основные элементы саги: Золотой снитч, форд «Англия», Омут памяти, Патронус в форме оленя и гранат, представляющий собой Философский камень.

За два часа до назначенного судьбоносного времени писательница отправляется на машине в музей. Она заметно нервничает: перед камерой Джоан признается в сильном желании закурить, чтобы успокоить нервы, но она точно знает, что если даст слабину хотя бы раз, то потеряет все с таким трудом завоеванное для своего здоровья в последние годы. Прибыв в пункт назначения, где ее встречают вспышки фоторепортеров и приветствует толпа ликующих поклонников, она терпеливо ожидает момента обратного отсчета, а затем дарит публике около двадцати минут чтения. Потом проходит ритуал автограф-сессии. Принимая во внимание коллекционную ценность, которую приобретают подписанные книги, администрация писательницы, чтобы пресечь неизбежные мошенничества, уже позаботилась о мерах предосторожности — каждая книга отмаркирована специальной призматической наклейкой в двух разных версиях.

До семи утра Джоан подписывает книги всем присутствующим, а потом поправляет на руке новый браслет. Но где же гранат? Должно быть, крепление оторвалось из-за постоянного трения о стол, а Роулинг из-за сильной усталости заметит его потерю только лишь на следующее утро. Но даже если символ неисчерпаемого богатства утрачен, на деле все очень хорошо: в следующие двадцать четыре часа в одной только Великобритании продается более двух с половиной миллионов книг, а в Соединенных Штатах — более восьми.

На этом этапе ставки сделаны. Давайте обратимся к занимательной астрологической схеме профессора Сивиллы Трелони, преподавательницы прорицаний Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Вновь мы будем удивлены некоторыми совпадениями. На самом деле, если взглянуть на транзит Сатурна за период его оборота длительностью в 14 лет в целом, можно заметить, что цикл реализации саги идет в период (графически изображенный дугой в 180°) от соединения (с 20 мая 1993 года по 7 апреля 1996 года) до противостояния (между 2 сентября 2007 года и 21 июля 2010 года) по отношению к точке, представляющей дату рождения Роулинг. Это ведь факт, что идея Гарри Поттера появилась у нее в 1990 году, примерно за три года до транзита Сатурна к соединению с точкой даты рождения, и что Джоан с тех пор всегда писала. Однако пока она не сбежала из Португалии в конце 1993 года, «Философский камень» состоял всего лишь из нескольких глав и множества разрозненных заметок, а свою окончательную форму, как мы видели, он принял в Шотландии, где был завершен в 1995 году. Со своей стороны, завершение «Даров Смерти» происходит чуть более чем за месяц до того, как Сатурн оказался в позиции, противоположной к точке даты рождения Роулинг.

Но помимо удовлетворения личных амбиций автора, окончание саги о Гарри Поттере представляет собой радикальный шаг вперед в развитии книжного рынка. Можно сказать, «Гарри Поттер» полностью изменил сектор детской литературы с его привычными схемами. Все общие места, которые в конце 1990-х годов были краеугольными камнями издательско-коммерческой системы, оказались отменены. Пример саги показал: дети могут безумно любить чтение и готовы отказаться от игровых приставок в пользу книги; они способны читать объемные книги размером со старый телефонный справочник «Желтые страницы»; книги в твердом переплете их не пугают, как и рассказы о жизни в других странах, иногда культурно очень далекой от культуры их собственной страны; юным читателям все равно, написана история мужчиной или женщиной, если сюжет будет им столь же близок, как и сюжет «Гарри Поттера»; детям не нужны нравоучения, и они прекрасно способны воспринять из поведения персонажей любой истории этические понятия Добра и Зла; если у детей есть желание и интерес, они будут читать книги даже с классическим философским подтекстом. Таким образом, Роулинг показала, что старые концепции касательно детской литературы были всего лишь проекциями, придуманными взрослыми, которые позабыли, каково это быть детьми. Короче говоря, она продемонстрировала на практике собственную идею, что «детей сильно недооценивают»[351].

После ее саги книжная индустрия уже никогда не будет прежней. Тем не менее даже после того, как игра окончена, внимание публики не ослабевает. Наоборот: теперь все бдительно следят, что же еще напишет их любимица. Любой прогноз, а тем более прогноз известного человека, рискует вызвать необоснованные слухи, которые тут же подхватят все СМИ. Так и происходит, например, в августе того же года, когда Ян Ранкин, известный создатель «Инспектора Ребуса» и друг Джоан, признается, что его жена Миранда видела, как Роулинг в кафе пишет какой-то детектив, действие которого происходит в Эдинбурге. На самом деле это была откровенная шутка, запущенная со сцены книжной ярмарки в шотландской столице. Однако новость тут же подхватывается прессой как вполне обоснованная информация (даже если спустя шесть лет после этого эпизода Роулинг действительно опубликует детективный роман, где действие будет происходить в Лондоне).

Этот эпизод не только свидетельствует о том, насколько стремительно распространяются слухи, но и о степени напряженного интереса публики к писательскому будущему Джоан, который проявляют и ее коллеги. Например, Стивен Кинг примерно за месяц до шутки Ранкина, повторяя среди прочего уже известные заявления самой Роулинг, сделанные двумя годами ранее[352], пытается предположить: «Роулинг почти наверняка напишет другие вещи, и они могут быть феноменальными, но они не будут все в одном жанре, и я уверен, что она это знает»[353].

Писательница, со своей стороны, двадцать дней спустя заявила газетам Guardian[354] и USA Today[355], что на повестку дня уже поставлены два проекта — для детей и для взрослых, из которых один достаточно многообещающий. Кроме всего прочего, одновременно работать над двумя произведениями очень благотворно для автора. Когда Гарри Поттер предстал перед ее мысленным взором во всем своем «молниеносном» великолепии, она писала два других произведения для взрослой аудитории, но отодвинула их во имя саги и никогда не заявляла о намерении вернуться к ним.

Тем не менее окончание романов не отменяет выполнения обязательств, и осень оказывается довольно загруженной: в начале октября Джоан возобновляет работу, связанную с Children High Level Group. Она посещает детские учреждения в Бухаресте и Праге, затем вылетает в Лондон, чтобы принять участие в церемонии награждения премией «Гордость Британии» (Pride Of Britain) актрисы Эммы Уотсон за роль Гермионы в сериале. Вскоре, после семилетнего перерыва, Роулинг начинает книжный мини-тур по США, который открывается 15 октября в театре Kodak в Лос-Анджелесе, где она выступает перед 1600 учениками, отобранными из 40 разных институтов. 18 октября ее принимают в Ernest N. Morial Auditorium в Новом Орлеане, где присутствуют ученики из 80 городских школ. Наконец, 19-го она оказывается в Carnegie Hall в Нью-Йорке, где 1000 фанатов, отобранных из 50 000 участников конкурса, организованного издательским домом Scholastic, имеют возможность встретиться с ней лично.

В течение этого тура в ответ на вопрос читательницы она делает известное шокирующее заявление о гомосексуальной ориентации Дамблдора. Эта информация гарантированно обеспечит ей внимание СМИ еще как минимум на двадцать ближайших дней.

Как раз во время путешествия на самолете в Америку Джоан снова посещает идея новой истории. Речь идет о муниципальных выборах в маленьком вымышленном британском городке, которые саботируются некоторыми подростками. Что же стало отправной точкой для первого постпоттерианского романа «Случайная вакансия»? «Я не могу вспомнить, что навеяло сюжет. Мне просто пришла в голову тогда еще расплывчатая идея про историю выборов в маленьком городке, которые явно были сорваны. И я сразу поняла, что это был бы идеальный способ погрузиться в небольшое сообщество и изучить множество персонажей разного возраста»[356].

В это время автор находится на полпути к очередной интересной детской книге, о которой она говорила уже несколько раз, и у нее в голове вертятся еще два-три замысла, но она все откладывает, чтобы в полной тайне посвятить себя проекту этой взрослой книги.

Конец октября диссонирует с удачными результатами этого года: на Хэллоуин начинается судебное разбирательство со Стивом Вандером Арком, автором «Лексикона Гарри Поттера», о котором мы уже упоминали выше. Однако на тот момент у Роулинг не столь много времени, чтобы застревать на этой проблеме, потому как в начале ноября в жизни писательницы происходит нечто новое. После окончания саги она заявила, что хочет взять длительный отпуск, но, очевидно, расставание с волшебным миром Гарри Поттера было довольно трудным. Поэтому Джоан втайне от всех задержалась в нем еще на какое-то время — ведь уже в предыдущие месяцы она начала писать и делать иллюстрации к третьей псевдокниге «Сказки барда Бидля». Она упоминается в «Дарах Смерти» и содержит пять самых популярных рассказов о волшебном мире, которые сопровождены предисловием и заметками Альбуса Дамблдора. Комментарий и предисловие к этой маленькой книге, как сообщает автор, написаны примерно за полтора года до смерти ректора Хогвартса.

Роулинг решила сделать семь рукописных копий книги: шесть, чтобы подарить их тем, кто больше всего способствовал издательскому успеху саги, а еще одну копию выставить на продажу с аукциона в благотворительных целях. Коктейльная вечеринка 10 декабря 2007 года в присутствии автора предваряет аукцион, который состоится 13-го числа этого же месяца в аукционном доме Sotheby’s. Тогда седьмой рукописный экземпляр книги приобретет фирма Amazon почти за два миллиона фунтов стерлингов, что в 65 раз превышает предполагаемую выручку.

30 декабря из документального фильма «Год жизни» широкая публика узнает некоторые конкретные детали планов Джоан «после Поттера». Она говорит, что новая книга находится в процессе разработки и может быть определена как «политическая сказка» для детей, но также заявляет, что не спешит ее публиковать: «Я десять лет жила в тисках установленных сроков и сейчас могу наслаждаться роскошью ощущения, что никто ничего от меня не ждет и никто ничего не знает о том, что я пишу. Мне кажется, что я вернулась в то же состояние, в котором находилась во время работы над „Философским камнем“, когда это был мой личный мир, и я хочу и теперь хотя бы некоторое время наслаждаться этим миром в одиночку».

На самом деле, ко времени выхода фильма в эфир признания, которые она делала в интервью перед камерой Джеймсу Ранси, несколько устарели. Фильм был снят, самое позднее, в последние месяцы 2006 года, а замысел сюжета «Случайной вакансии» ударил Джоан как электрическим током во время американского тура 2007 года. Но поклонники и пресса не могут этого знать, потому что писательница расскажет историю эпизода в самолете только в 2012 году, в период продвижения нового романа. И поэтому каждый строит собственные предположения о новой книге писательницы с политическим сюжетом.

Джоан спокойно втайне обдумывает свои литературные планы. Тем временем, 29 января 2008 года, она отправляется в Лондон, где ей вручена награда South Bank Show Awards в категории «Выдающиеся достижения» — последние лавровые венки за «поттериану». 9 апреля настает очередь ее пятой премии Galaxy, на этот раз за исключительный успех книг. Получив награду в зале отеля Grosvenor в Лондоне, автор заметно тронута, хотя можно было ожидать, что она уже давно привыкла к вручению премий. И прежде всего она развеивает принятый в сфере развлечений предрассудок, что фиолетовый цвет приносит несчастье, — на Роулинг вечернее платье как раз фиолетового цвета.

Пять дней спустя в Нью-Йорке она дает показания в суде против Вандера Арка и его издателя. Перед лицом международной прессы она высказывается о побудительных мотивах своего обращения в суд в том же духе, как на своем веб-сайте прошлой осенью, и жалуется, что мысли об этой тяжбе мешают ей сосредоточиться на творческих планах.

На той же неделе, словно вспомнив про свою незабываемую работу в «Международной амнистии» и лишний раз доказав свое неугасающее внимание к миру детства, она вместе с другими четырнадцатью детскими авторами, среди которых Корнелия Функе и Роберт Лоуренс Стайн[357], подписывает открытое письмо в адрес международного сообщества. Письмо призывает мир вмешаться и положить конец пятилетней войне в Дарфуре[358] и систематическому нарушению прав человека по отношению к местному населению.

Между тем также официально объявлено, что фрагменты из «Даров Смерти» будут опубликованы в благотворительном издании по случаю шестидесятилетия принца Уэльского. Они будут сопровождены двумя страницами авторских иллюстраций Квентина Блейка, который был иллюстратором романов Роальда Даля.

5 июня 2008 года Джоан вылетела в Кембридж, штат Массачусетс, чтобы посетить церемонию вручения дипломов Гарвардского университета и удостоиться очередной (энной по счету) почетной университетской степени. На церемонии она признается, что несколько недель ее буквально тошнило от страха и она похудела, потому что искала достойную тему для выступления. Она произносит перед аудиторией великолепную речь, подчеркивая «дополнительную пользу от жизненных неудач и важность воображения».

И когда после церемонии некоторые свежеиспеченные доктора Гарварда воспользовались случаем взять у нее автограф, писательнице некуда было деться от этой привычной обязанности.

В июне того же года Роулинг отзывается на еще одно полезное предложение: книжная сеть Waterstone собирает коллектив из тринадцати авторов, чтобы они написали каждый по короткому рассказу, который мог бы быть продан на аукционе. Джоан пишет рассказ (800 слов) о приключении Джеймса Поттера и Сириуса Блэка в юности. Рассказ будет куплен за 25 000 фунтов стерлингов Хирой Дигпал, президентом банковской и инвестиционной консалтинговой фирмы. Вырученные средства пойдут на борьбу с дислексией и на развитие дружбы и сотрудничества между писателями.

В конце августа сага о Гарри Поттере получает премию «Мифопоэтическая фантазия» (Mythopoetic Fantasy Award) от Общества мифопоэтов. Эта некоммерческая организация занимается изучением мифопоэтической литературы и, в частности, работами Оксфордского литературного кружка, известного под названием Inklings, в который также входили Дж. Р. Р. Толкиен и С. К. Льюис. Устав премии предусматривает, что входящие в сагу произведения могут быть оценены только после ее окончания, и это единственная причина, почему автор не получил эту премию раньше. В тот же период Джоан присуждено третье место после Энида Блайтона и Роальда Даля среди самых любимых писателей Великобритании по итогам опроса, посвященного вручению премии Costa Books Award, одной из самых престижных литературных премий в стране.

8 сентября, после почти целого года юридических сражений, десятков показаний заинтересованных сторон и их экспертов, сотен страниц документов, приговор по делу «Лексикона» «сжато» изложен на шестидесяти восьми страницах: публикация энциклопедии в том виде, в котором она была задумана, запрещена, и только последующий пересмотр и сокращение содержания, согласованные с адвокатами Роулинг, позволят Вандеру Арку наконец осуществить свою издательскую мечту.

В конце сентября имя писательницы возвращается в заголовки на первых газетных полосах по двум совершенно отдельным причинам. Первая причина художественного характера — речь об Эдинбургской премии, которая вручается значимым людям, позволившим городу выделиться на общенациональном и международном уровнях. Лауреат премии получает кубок, а отпечатки его рук запечатляются на каменной плите в четырехугольном дворе Городских Палат. Это явно запоздалый реванш за моральную рану, нанесенную когда-то Джоном Мейджором в его знаменитой речи, где он высказался против одиноких родителей в те времена, когда Джоан приехала в Шотландию (о чем мы упоминали в главе 8). Роулинг — второй писатель после шотландского криминального романиста Яна Ранкина, удостоенный этой чести.

А вторая причина газетной шумихи не имеет никакого отношения к ее литературной карьере. На самом деле это чисто политическая деталь, попавшая в луч прожекторов. Мы уже видели, что Роулинг никогда не скрывала лейбористских симпатий и своей дружбы с Гордоном и Сарой Браунами, и факт ее удивительно щедрого пожертвования миллиона фунтов стерлингов партии лейбористов никак не может избежать огласки на первых страницах газет и журналов. Мотивация этого жеста — в стремлении поддержать меры лейбористов по борьбе с детской бедностью, тогда как политика консерваторов совершенно противоположна и предусматривает освобождение от налогов только для супружеских пар.

Всегда, когда мысли Роулинг обращены к наиболее дорогим для нее благотворительным целям, таким как необходимость собрать больше денег для Children High Level Group, она может пойти на пересмотр своего решения. Так и произошло с решением не публиковать «Сказки барда Бидля». 4 декабря 2008 года книга становится доступна широкой публике. За день до этого события Джоан с Артуром Ливайном присутствуют на чаепитии с 200 детьми в Национальной библиотеке Эдинбурга. Перед этой очень молодой аудиторией она читает фрагмент из новой книги, затем отвечает на вопросы и раздает автографы.

По сравнению с рекламной кампанией «Квиддича» и «Фантастических зверей», в этой акции больше внимания уделяется коллекционерам, для чего реализовано еще одно специальное издание книги тиражом в 100 000 экземпляров, включая эксклюзивное воспроизведение рукописного вступления автора, а также десять дополнительных иллюстраций, которых нет в стандартном варианте книги и которые отсутствуют даже в семи оригинальных версиях.

В книге воспроизведены каменные и серебряные орнаменты, которые украшали издание, как это описано в саге о Гарри Поттере, оформление стилизовано под объемный и древний магический фолиант. Изнутри книга обтянута бархатом, на котором вышит автограф Дж. К. Роулинг.

Глава 21

После Поттера

3 февраля 2009 года на церемонии в Елисейском дворце Джоан Роулинг награждается французским орденом Почетного легиона из рук тогдашнего президента Франции Николя Саркози. Этой высокой награды удостаиваются, как правило, французские граждане, и лишь в исключительных случаях — иностранцы, которые послужили стране или ее идеалам. Но награда особенно значима для Джоан еще и потому, что писательница гордится своими французскими корнями по линии матери.

В начале апреля Джоан фактически подала в отставку с поста руководительницы Общества рассеянного склероза, с которым так долго сотрудничала, но теперь их пути разошлись. Дело в том, что между руководством организации в Лондоне и в Эдинбурге разразился сильный скандал, и несмотря на попытки личного посредничества Роулинг, он подорвал моральный дух шотландского персонала и вызвал несколько отставок и кадровых перестановок. Роулинг больше не чувствует себя публичным лицом организации, которая так резко изменилась. Тем не менее она продолжит жертвовать свое время и средства на дело Общества рассеянного склероза и поддерживать исследования Эдинбургского университета.

В тот же период писательница вместе с другими знаменитыми женщинами была приглашена принять участие в ужине по случаю саммита G20, организованном ее подругой Сарой Браун на Даунинг-стрит. Американский президент Барак Обама на этом приеме объявляет себя большим поклонником писательницы и признается, что прочитал все книги о Гарри Поттере вместе со своей дочерью Малией, а президент России Дмитрий Медведев идет еще дальше — просит у нее автограф.

В начале июня Джоан снова привлекла внимание средств массовой информации, посетив мероприятие светского характера: 300 гостей приглашено на благотворительный гала-концерт, организованный в Hampton Court Palace Фондом Раисы Горбачевой, супруги бывшего российского президента, которая умерла десять лет назад от лейкемии. Половина вырученных средств (всего собрали полтора миллиона фунтов стерлингов) предназначена для самого Фонда, который занимается детской онкологией, а вторая половина — для организации Marie Curie Cancer Care, которая осуществляет заботу о неизлечимо больных пациентах. Среди присутствующих, помимо Михаила Горбачева, отмечены такие политики и деятели сферы развлечений, как Ванесса Редгрейв, Сара Браун, Крисси Хайнде, Саймон и Ясмин Ле Бон. По этому случаю Роулинг одета в небесно-голубую юбку-колокол с глубоким разрезом — такой стиль анонсирует курс на новую внешность, и, как мы скоро увидим, за ним последует целая серия дерзких образов.

В конце того же месяца Роулинг опять оказалась в центре внимания газет по гораздо менее приятному поводу — распространился слух, что наследники Адриана Джейкобса подали на нее в суд за плагиат. Подробности этой истории были рассмотрены в главе 16; два года спустя судебное дело решится в пользу писательницы.

На 7 июля назначена лондонская премьера фильма «Гарри Поттер и Принц-полукровка». Возможно, вдохновившись своим недавним экспериментом в Hampton Court Palace, на этот раз писательница появляется на премьере в образе роковой женщины типа тех, которые чаще красуются на красных ковровых дорожках в США, нежели в старой, сонной Англии. В платье с вырезом кобальтово-синего цвета от Alberta Ferretti, сумочкой цвета «синий металлик» и в очень дорогих сережках, на вид прямиком из восьмидесятых, Роулинг в золотых лабутенах, блестя алыми ногтями, пружинистой походкой идет по ковровой дорожке, точно собирается прыгнуть с трамплина. Трансформация в ее гардеробе заметна значительно больше, чем изменения макияжа и прически, которые начались пару лет назад. Уже тогда эти перемены не ускользнули от газетчиков, объединивших ее прошлые фотографии с более свежими по известному принципу «до» и «после». Репортеры сразу же бросились за консультациями к известным пластическим хирургам, чтобы выяснить, подвергалась ли Роулинг пластической «корректировке» с помощью скальпеля или только химическим путем. Газета Daily Mail даже сообщала о заявлениях некоей анонимной подруги Джоан, которая связывала изменения в ее внешности и более сдержанный макияж с потерей веса из-за диеты, исключающей насыщенные жиры, добавки, кофе, жареные блюда и красное мясо, в сочетании с занятиями пилатесом, бегом и йогой. Тем не менее писательница отвергла все инсинуации на своем сайте: «Большинство людей перестают иметь воображаемых друзей, когда становятся взрослыми, но мои друзья иногда бегут к журналистам, чтобы предоставить им совершенно необъяснимые репортажи о моей жизни […]. В интересах точной информации, однако, должна подчеркнуть, что я не теряла вес, а, наоборот, его набрала по сравнению с фотографиями „до“ в статье. Итак, вот совет дня от Дж. K. Роулинг: ешьте больше!»

Интерес Джоан к моде в октябре этого года также провоцирует ее публичное появление на парижском показе мод известного дизайнера одежды Стеллы Маккартни, дочери Пола Маккартни. Писательница получила билеты на модное дефиле как раз на торжественном вечере Фонда Горбачевой в июне, и журналисты сообщают, будто слышали, как она рассказывала двум сопровождавшим ее подругам, что работает над проектом «пост-Гарри Поттер». В общем-то, этот слух соответствовал тому, что уже было заявлено в предыдущие два месяца: сначала на MTV[359], где она вновь упомянула историю о «политической притче» и заявила, что не спешит ее публиковать; а затем и через Твиттер, где месяцем ранее она официально появилась и где до 2010 года включительно будет публиковать сообщения, одержимо повторяя: «Ручка и бумага — мои приоритеты на данный момент». Никаких подробностей ко всем вышеперечисленным заявлениям не добавляется.

Той же осенью Джоан получила еще одно общественное признание: DQ Entertainment, крупная компания в области анимации, развлечений и игр, сотрудничающая с такими гигантами, как Walt Disney, Nickelodeon Animation, Electronic Arts и Marvel Comics, вручает ей награду DQE Life Achievement Award 2009 за выдающийся вклад в развитие детских развлечений. Церемония проходит 4 октября в отеле Matinez в Каннах, и награда будет вручена в отсутствие Роулинг Джошу Бергеру, президенту Warner Bros. Entertainment U. K.

Еще один год заканчивается позитивно, и в преддверии декабря писательница покупает новый дом в эдинбургском районе Барнтон на Уайтхаус-роуд, куда она переезжает со своей семьей в следующем году.

Тем временем отдается заключительная дань уважения карьере «Гарри Поттера», на этот раз со стороны американского издательства Bluewater, которое «перекладывает» биографию Джоан в форму комикса (автор Адам Грэгг). Комикс выпускается в двух форматах — простой вариант из 23 страниц и двойной, предназначенный для коллекционеров — и входит в серию «Женская сила», где до этого героинями были Хиллари Клинтон, Опра Уинфри и Стефани Майер.

Упомянем еще одно проявление внимания к биографии писательницы: в феврале 2010 года распространяются слухи, что режиссер Пол А. Кауфман будет снимать телевизионный фильм под названием «Волшебство за гранью слов» (Magic Beyond Words), посвященный жизни Роулинг. Сценарий основывается, главным образом, на биографии Шона Смита и охватывает только те жизненные эпизоды, которые Роулинг имела возможность осветить в своих интервью, опубликованных в прессе, дабы фильм стал данью уважения писательнице, а не потенциальной сенсацией. Тем не менее речь идет о несанкционированной кинематографической биографии, как и в случае всех биографических книг о Роулинг, представленных в настоящее время на книжном рынке. Главную роль предложили Поппи Монтгомери, чье настоящее неполное имя — Poppy Petal (Лепесток), а творческий псевдоним Монтгомери — это фамилия ее матери. Актриса известна прежде всего по роли агента ФБР Саманты Спейд в сериале «Без следа» (сериал выходил с 2002 по 2009 год). Поппи родилась 19 июня 1975 года в Сиднее, она старшая из пяти сестер с одинаково странными цветочными именами: Rosie Thorn (Роза в шипах), Daisy Yellow (Желтая Ромашка), Lily Belle (Прекрасная Лилия) и Marigold Sun (Солнечная Календула).

Девочка отличалась буйным темпераментом, за что ее исключили из шести школ, но актерская профессия привлекала ее с детства. В 15 лет Поппи бросила школу и пошла работать, но ее отовсюду увольняли, в том числе и из отцовского ресторана. В 19 лет девушка переехала в США и тогда уже начала серьезно заниматься актерским мастерством. Прочитав книгу «Как состояться в Голливуде», она начинает бомбардировать просьбами агента Джулии Робертс Боба Макгоуэна представлять и ее тоже. В конце концов продюсер, никогда не принимающий новичков, помогает ей найти коллегу, который может ею заняться, и Монтгомери получает роли в сериалах «Нас пятеро», «Полиция Нью-Йорка» и «Относительность». Ее дебют на большом экране состоялся в 1998 году в фильме «Мертвец в колледже», а в следующем году — в фильме «Другая сестра». В 2001 году она участвует в кастинге сериала «Блондинка», который посвящен Мэрилин Монро (кумир Монтгомери с 12-летнего возраста). Актриса получает главную роль, ей удается выделиться, а затем персонаж в ее исполнении покоряет зрителя в сериале «Без следа» и приносит ей довольно широкую известность.

Поначалу Монтгомери не хотела участвовать в проекте Кауфмана, поскольку Роулинг не дала своего одобрения на съемки фильма, но, прочитав сценарий, она поняла, что это вдохновляющая история, а не кинопродукт, вызывающий шумиху.

В любом случае кинематографическая биография всего лишь один из бесчисленных знаков внимания, которые делают Джоан Роулинг символом нашего времени. В том же месяце она получает еще один подарок, говорящий об ее общественной значимости, — фирма Mattel выпускает эксклюзивную Барби — Джоан Роулинг. Кукла не предназначена для продажи, в течение недели, с 4 по 9 февраля, она представлена на Нюрнбергской ярмарке игрушек. Наряду с кукольной репродукцией писательницы есть и куклы, изображающие шведскую принцессу Викторию и чемпионку по теннису Ким Клийстерс.

Весной международные обязательства писательницы снова выдвигаются на передний план: прежде всего, ассоциация High Children’s Level Group разделяется: в Румынии баронесса Николсон продолжает руководить организацией под старым именем, а Роулинг встает во главе ассоциации под новым названием — Lumos, которая будет работать с Чешской Республикой и Республикой Молдова для расширения деятельности организации в других странах Восточной Европы.

Кроме того, она выполняет свои литературные обязанности: в пасхальный понедельник Роулинг отправляется в Белый дом на пасхальное катание яиц[360]: она читает отрывок из «Философского камня» и отвечает на вопросы детей. В то время писательница осознает, что находится в конце очень длинного рабочего периода и обязательно завершит рукопись новой книги «в не столь отдаленном будущем».

И тем не менее летом и осенью 2010 года «за кулисами» происходит много важных событий. В конце июня Джоан посещает предпоказ Wizarding World — новый аттракцион по мотивам «поттерианы», выстроенный в городе Орландо (штат Флорида), где воссоздан мир саги. В частности, писательница отмечает, что сама соблазнилась сластями кондитерской «Сладкое королевство» и потратила там триста фунтов стерлингов. Через месяц она вернется сюда вместе с Дэном Рэдклиффом, Рупертом Гринтом и многими актерами фильмов о Гарри Поттере на официальное открытие парка развлечений.

1 октября Роулинг становится гостем одного из самых известных американских телевизионных ток-шоу в мире — шоу Опры Уинфри. Длинный специальный выпуск посвящен ее переходу «из грязи в князи», как любят называть журналисты историю успеха писательницы. Шоу проходит в виде фрагментов интенсивного интервью, которое Опра определит позже как одно из самых захватывающих за все время своей карьеры. Интервью раскрывает некоторые необнародованные подробности как о феномене Гарри Поттера, так и о важных событиях биографии его знаменитой создательницы.

20-го числа того же месяца Роулинг приезжает в датский город Оденсе, где ей вручают литературную премию Ганса Христиана Андерсена, только что учрежденную (не путать с одноименной исторической медалью, учрежденной еще с 1956 года). Материальное выражение премии составляет 60 000 фунтов стерлингов.

С этого момента ее деловой календарь все-таки наполняется событиями, которые происходят на родине и не менее важны: 11 ноября 2010 года — дата лондонской премьеры первой части «Даров Смерти». И если конец саги в бумажной версии уже слегка нарушил покой многих ее поклонников и вроде бы все знают, что впереди еще три фильма сериала, все же ощущение быстро приближающегося конца целой эпохи уже витает в воздухе. Джоан приходит на премьеру в довольно классическом вечернем туалете — на ней длинное черное платье с вышивкой спереди и кружевными рукавами. Пока ее муж скромно остается на заднем плане, на красной ковровой дорожке она сообщает телевизионным репортерам, что история Гарри закончилась седьмым романом и любое возможное будущее повторение этого мира не будет касаться истории про «мальчика, который выжил»[361].

И в этом году Роулинг конечно же не оставляет мыслей о поддержке людей, больных рассеянным склерозом. По правде говоря, это гораздо больше, чем просто мысли: в конце августа Эдинбургский университет сообщил прессе, что им было получено пожертвование в десять миллионов фунтов стерлингов на строительство новой клиники имени матери писательницы. Открытие Клиники регенеративной неврологии им. Энн Роулинг запланировано через два года. Клиника будет проводить исследования и оказывать поддержку не только больным с рассеянным склерозом, но и людям с другими нейродегенеративными заболеваниями, такими как болезни Альцгеймера, Паркинсона и Хантингтона.

В 2011 году присутствие Джоан Роулинг в средствах массовой информации отражено относительно скромно, но писательница не бездействует. В феврале 2007 года она уже пообещала, что будет много рассуждений и дискуссий о Поттере даже после публикации «Гарри Поттера и Даров Смерти». Можно предположить, что в то время она попросту искала способ привлечь внимание своих активных поклонников, понимая, что после завершения книжного цикла саги вскоре завершится также и киноцикл. Таким образом, когда в июне 2011 года на Youtube появился новый таинственный канал с обратным отсчетом и с анимированной картинкой в виде почтовых сов, нетрудно было догадаться — что-то новое варится в этой кастрюле. Вскоре выйдет видео, в котором автор, благодаря впечатляющей анимации бумажных фигур, оживающих со страниц книги, объяснит замысел интерактивного нового проекта: это будет портал под названием Pottermore, параллельно еще и виртуальный магазин (где наконец появятся электронные версии романов и псевдокниг). На портале есть также чаты в социальных сетях, книги-игры, а также ролевые игры для многих игроков и архивы дополнительной информации о персонажах саги.

Неделю спустя Pottermore подробно и стильно представлен на пресс-конференции в Музее Виктории и Альберта в Лондоне. Впоследствии, используя привычную и теперь уже хорошо отлаженную тактику «охоты за сокровищами», начиная с 31 июля и в течение всей недели Роулинг позволит миллиону бета-тестеров получить премиальный доступ к новому порталу, который должен быть открыт только в октябре. На самом деле технических ошибок — и весьма серьезных — на портале будет немало, поэтому сайт откроют только в середине апреля 2012 года, и даже после запуска он будет несколько раз отключаться для поправок и наладки.

7 июля 2011 года состоялся Большой Финал саги, занавес над четырнадцатью волшебными годами падает. На премьере второй части «Даров Смерти» Джоан, одетая в длинное цветастое платье от Оскара де ла Ренты, произносит короткую речь, в которой благодарит съемочную группу, режиссеров, актеров (особенно Мэтта Льюиса, Эванну Линч, Тома Фелтона, Бонни Райт и, конечно, ведущее трио) и, наконец, саму публику.

В заключение она произносит фразу, которая тут же станет очень известной цитатой в фэндоме: «Истории, которые мы любим больше всего, живут в нас вечно, поэтому независимо от того, возвращаетесь ли вы к ним посредством книжной страницы или же через большой экран, Хогвартс всегда будет ждать вас, чтобы приветствовать вас как дома».

Толпа потрясенных людей охвачена непередаваемыми эмоциями — реки слез текут на сцене и в зале. Но праздничный «фейерверк» прощания на этом не заканчивается: на вечеринке после показа фильма исполнительный директор Warner Bros. Барри Мейер вручает Роулинг браслет из белого золота с сорока бриллиантами в знак благодарности за представленную возможность воплотить волшебную сагу на большом экране.

Главный «отсутствующий» на праздничном вечере — это Кристофер Литтл, который всегда бывал на официальных премьерах предыдущих фильмов. Несколькими днями ранее агент получил сообщение от Роулинг. В нем писательница высказала намерение прекратить сотрудничество с его компанией и перейти к агентству Blair Partnership, которое собирается основать Нил Блэр, бывший юрист Литтла, тоже подавший в отставку.

Согласно газете Daily Mail[362], близкие к Литтлу люди сообщают, что он опустошен и «отчаянно пытается понять, что пошло не так». Он чувствует себя оскорбленным и брошенным в момент, когда его здоровье пошатнулось (Литтл в это время болен, но точный медицинский диагноз не афишируется). Дело не столько в том, что он потерял «курицу, несущую золотые яйца», ведь Литтл теперь очень богат. Удар ощущается им скорее с человеческой стороны: ведь Роулинг стала суперзвездой именно благодаря ему, он один из первых поверил в Гарри Поттера и усердно трудился для его успеха. И вот она оставляет свое постоянное агентство и переходит к его адвокату, тоже покидающему его, оформив свой уход официальным письмом из юридической конторы Блэра. Объявление о расставании писательницы и литагента удивляет весь издательский мир, в котором этот профессиональный союз всегда считался одним из самых надежных и долговечных, хотя некоторые хорошо осведомленные люди говорят, что некоторый разлад в их отношениях длится уже четыре года. Литтл, однако, не соглашается быть просто выставленным за дверь и, по свидетельству газеты Telegraph[363], подает против Роулинг судебный иск, который в январе 2012 года будет урегулирован внесудебным соглашением. Однако же условия соглашения останутся конфиденциальными.

Также в июле 2011 года был выпущен телевизионный фильм, уже анонсированный в прошлом году, а именно «Волшебство за гранью слов». И хотя в нем масса сладеньких сцен, а порой и не хватает ожидаемой глубины, которая, как мы видели, часто присутствует в событиях жизни Роулинг, получился приятный телепродукт, в том числе благодаря хорошей игре основной актрисы. Однако же критики встречают его очень вяло, даже не похвалив за скромный бюджет, в то время как официальная команда Роулинг просто решила проигнорировать фильм.

17 августа в телевизионном эфире выходит передача BBC из серии «Как ты думаешь, кто ты» — специальный выпуск, посвященный генеалогии писательницы. Роулинг с большим энтузиазмом принимает участие в передаче, потому что знает, насколько ее мать была бы довольна освещением ее французских корней, — при жизни у нее не было никакой возможности этим заняться. Именно поэтому данное исследование воспринимается Роулинг как своего рода подарок матери, пусть даже посмертный. Среди прочего, программа выявляет неожиданное недоразумение: в своей речи во Франции на церемонии награждения орденом Почетного легиона Джоан во всеуслышание упомянула, что ее прадедушка также получил подобный орден за военные заслуги. Но в ходе генеалогического исследования обнаруживается сенсационное совпадение: существовало два Луи Волана, хронологические и фактологические данные о которых могли сохраниться в семейном предании. Помимо того, что Луи Волан это полный тезка, родившийся с интервалом всего лишь в 12 месяцев с прадедом Джоан, оба мужчины были награждены за воинскую доблесть: орденом Почетного легиона — один, и Военным Крестом — другой. Прадед Джоан, однако, не получал орден Почетного легиона, поскольку он вручался только офицерам, в то время как он тогда был простым солдатом полка, защищавшего дороги и мосты. Это также объясняет, почему медаль прадеда, принадлежащая семье, сильно отличается от ордена, полученного писательницей двумя годами ранее: среди прочего, та медаль, которую тетя Мэриэнн доверила Джоан для телевизионной программы, считая, что это военная реликвия, оказалась даже не военной наградой, а профсоюзной. Напомним, что точная копия настоящего Военного Креста, завоеванного Луи, будет передана Роулинг как раз во время этой передачи военным историком капитаном Иваном Кадо, координировавшим этот сегмент генеалогических изысканий для BBC. В документальном фильме не только интересно рассказывается о родне Роулинг по материнской линии, но также по-новому раскрывается личность писательницы, обычно не любящей находиться в свете софитов. Здесь она выступает как обычный ранимый человек, который раньше мало любил говорить перед телекамерами, но вот она на глазах у телезрителей шаг за шагом узнает истории о мужестве и стойкости своих предков.

Деловой график этого года заканчивается двумя акциями с участием Роулинг. Первая — проект «Дорого́й я: письма ко мне самому, когда мне было шестнадцать» в конце августа. Это книга под редакцией Джозефа Гальяно, доходы от которой предназначены, в частности, организации «Врачи без границ». В этом проекте различные знаменитости будто обращаются из будущего с письмом к себе самому в прошлом, в те времена, когда они были подростками, предупреждая об ошибках и предвидя будущие успехи. Джоан пишет не только такое письмо, но и предисловие к этой книге, которая будет опубликована в США 25 октября 2011 года.

Вторая акция датируется 26 сентября: принцесса Анна вручает Роулинг награду Благотворителя (Benefactor’s award) от имени Эдинбургского университета в благодарность за прошлогоднее пожертвование 10 миллионов фунтов стерлингов на строительство неврологической клиники.

Глава 22

«Случайная вакансия» и Корморан Страйк

Вероятно, тот факт, что в последние два года Роулинг участвовала в создании портала Pottermore, объясняет, почему она ждала до 23 февраля 2012 года, чтобы объявить о готовности нового романа. Он вот-вот выйдет, и как мы видели, писательница уже работала над большим количеством сюжетов по крайней мере с 2007 года. Не исключено и некоторое влияние психологического фактора: осознавая серьезные «клубящиеся» со всех сторон ожидания читателей, она понимает, что у ворот нового проекта ее подстерегают как поклонники, так и хулители. Одни продолжат восхищаться ее работой, а вторые скажут, что «Гарри Поттер» был просто неожиданной удачей, хотя с миллионов точек зрения текст чрезвычайно сомнителен, но как-то ему удалось укорениться даже в умах тех людей, кто из предвзятого снобизма не открыл ни одной книги этой волшебной саги. Не вызывает сомнений и то, что волшебник отбрасывал тень на ее обыденную жизнь все это время, и сама Джоан знала об этом с 2000 года, когда она заявила: «Я никогда не забуду А. А. Милна. Когда он писал для взрослых, каждый полученный им отзыв подразумевал [Винни]-Пуха, Тигру и Пятачка. Что меня привлекает больше всего, так это отправка рукописей других книг под псевдонимом. Анонимность может быть хорошим прибежищем для автора»[364].

Именно благодаря этому осознанию во время работы над рукописью первого романа эры «после Поттера», она позволяла себе думать, что ее могут и не опубликовать. Хотя в глубине души она знает, что в конечном итоге роман напечатают, эта «мантра» оказывается полезной как своего рода дренажный клапан, чтобы противостоять напору громадных ожиданий, которые давят на нее снаружи.

Развитие идеи сюжета происходит в соответствии с уже опробованным поттерианским методом: для начала вы должны быть уверены, что точно знаете все о микромире, в котором намечается действие. Джоан рисует карту города, где происходят события романа, и разрабатывает истории персонажей, хотя затем бо́льшая часть этой информации будет удалена из книги.

В отличие от «Гарри Поттера», у которого никогда не было бета-ридера[365], до того как рукопись отправлялась в издательство, новый роман передан на рассмотрение ее мужу Нилу, который охотно и щедро выдает комментарии и впечатления. И вопреки тому, что произошло с правами на «Гарри Поттера» в Америке, на этот раз аукциона по приобретению прав не будет. Переговоры ведутся в частном порядке: новый агент автора Нил Блэр представляет Джоан на ланче в Лондоне Дэвиду Шелли, редактору Little, Brown (в этом издательстве была опубликована сага Стефани Майер «Сумерки»). На самом деле, когда Шелли приезжает в ресторан, чтобы встретиться с Блэром, он понятия не имеет, что за столом также будет находиться самый известный автор в мире, и он ошеломлен: «Да у меня челюсть отвисла до пола. Я сразу узнал ее […]. Она сказала: „Я — Джо“, а я сказал: „Я знаю, знаю, кто вы“. Это был необычайный момент»[366].

Блэр мотивирует смену писательницей издательского «стойла» изменением типа книги. Как только соглашение заключено, произведение немедленно засекречивается, а сумма, выплаченная издателем, остается неизвестной.

Дата выпуска и задняя сторона обложки с характеристикой сюжета будут доведены до сведения публики только во вторую неделю апреля. Объявлено также своеобразное название романа — «Случайная вакансия» (The Casual Vacancy). В то же самое время запускается новый веб-сайт автора, который теперь имеет удручающе минималистский дизайн, далекий от того, к которому все привыкли в старой версии. Даже содержание оставляет желать лучшего: старая информация и курьезные заметки о Гарри Поттере исчезли, уступив место лаконичным и аскетичным резюме, биографии и списку наград.

Ореол секретности, окружающий книгу, сохраняется даже в рекламной кампании ее запуска: журналисты смогут предварительно прочитать текст только в офисах издательства, а не получив лично рекламный экземпляр, как это обычно принято. Прессу даже попросят договориться заранее об интервью с автором и подписать конфиденциальное соглашение о неразглашении содержания книги заранее.

Между тем 8 мая Джоан получает награду «Свобода города» (Freedom of the City) за проведенные для детей чтения. Это знак муниципального признания (в данном случае от имени лондонского муниципалитета), который обычно присуждается именитым членам городского сообщества.

Однако на издательской ниве она возвращается к своей великой страсти, к огромной привязанности, которую невозможно полностью выбросить из жизни: итак, в начале июня 2012 года объявлен выход четвертой псевдокниги — «Книги заклинаний Миранды Гуссокл». Выпуск книги запланирован на следующий ноябрь. В соответствии с новым экспериментальным курсом писательница уже запустила электронные книги и игры, и на этот раз речь идет не об обычной, а об интерактивной книге для Playstation 3, являющейся частью специальной серии Sony под названием «Чудо-книга» (Wonderbook)[367].

В тот же период в Лондоне проходят последние этапы подготовки к проведению тридцатых летних Олимпийских игр, и Дэнни Бойл, директор церемонии открытия, хотел, чтобы Джоан приняла в ней участие. Сначала она дважды отвечает отказом из чувства страха, но затем соглашается. 27 июля 2012 года Роулинг читает отрывок из «Питера Пэна», предваряя сказочную хореографию волшебных существ, в том числе десятков Мэри Поппинс и восемнадцатиметровой куклы Волан-де-Морта[368]. Для нее это был действительно уникальный опыт, который писательница прокомментировала следующим образом: «Когда огромный Волан-де-Морт появился в середине арены, со мной произошло то, что часто случалось: тело словно окоченело, и я подумала: „Как, черт возьми, это вышло?“ […]. Когда-то в моей голове возникла идея, о которой никто не знал. На обратной стороне конверта было набросано всего несколько строк, — и вот теперь они представлены на чуть ли не самой большой сцене в мире»[369].

После ажиотажа спортивных соревнований и праздничных дней Олимпиады жизнь Джоан возвращается в привычное русло, к строгим издательским обязательствам: 27 сентября 2012 года наступает назначенный день великого дебюта без Гарри Поттера. В то утро она летит в компании своего мужа и старшей дочери из Эдинбурга в Лондон, где на вечер запланированы ее чтение и интервью в Southbank Centre. В ожидании события она старается не читать газеты с первыми отзывами на ее роман и, чтобы потянуть время, наслаждается просмотром фильма «Люди в черном — 3» в отеле в семейном кругу.

Как и ожидалось, «Случайная вакансия» быстро взлетела на вершину книжного хит-парада. История происходит в некоем придуманном городе Пэгфорде, пародирующем типичный английский городок, где под видимостью идиллии бурлят внутренние распри. В сюжет проникли различные биографические переживания автора: мелочность маленькой провинции, в которой выросла Джоан, бедность и маргинализация, знакомые ей не понаслышке, моральная деградация и психические отклонения, которые она наблюдала, живя в рабочих кварталах, и даже опыт ее мужа, когда он искал работу и обратился в ее поиске в наркологическую клинику…

Из-за непривычной структуры с ее полифоничностью и отсутствием центрального характера роман было, безусловно, не так легко создать. После прочтения остается ощущение довольно многословного текста, где тщательно описаны все персонажи и все детали сюжета. Кроме того, в романе довольно жесткое содержание и грубый язык, что обусловлено описанием среды, в которой человек социально деградирует и скатывается в вульгарность. Что касается содержания, то оно не может не быть жестким, когда речь идет об инцесте и изнасиловании; о семейном насилии мужей и отцов; о людях, которые спекулируют, воруют, перепродают и занимаются проституцией ради дозы наркотиков; о подростковом сексе и тайных подростковых беременностях; о психотическом самоистязании; о детях, брошенных на произвол судьбы и подвергающихся физическому и моральному насилию. Автор выбрал для отображения этих социальных язв оптику реализма, однако ее настройки непроизвольно сбиваются гротеском, и не получается отделаться от подозрения, что Роулинг хотела самой себе «наступить на руку», чтобы избавиться от образа детской писательницы.

Однако затронутые в романе проблемы в «дистиллированном» виде погружены в поток истории, которая должна пробудить в читателе мысль об ответственности за свое счастье и счастье тех, кто нас окружает. Эта тема настолько важна, что Роулинг призналась: очень долго рабочее название книги было «Ответственный»[370]. Но окончательное название Джоан нашла, когда натолкнулась на юридическое определение «случайной вакансии». Это ситуация, когда место остается вакантным, если занимавший его политик умирает до истечения срока мандата. Такое название особенно подчеркивает основную идею книги, поскольку все жители Пэгфорда испытывают ущербность или пустоту собственной жизни.

В отличие от «Гарри Поттера», критики этого романа разделились на два лагеря, и недоброжелательные отзывы преобладают. Даже обычные читатели высказываются полярно, и многие бросят книгу на сороковой странице или раньше. Из опроса социальной сети Goodreads, выпущенного в августе 2013 года, следует, что «Случайная вакансия» даже попала в список первых пяти «лучших» книг, оставленных читателями недочитанными.

Как всегда рекламное продвижение книги планируется очень избирательно. В дополнение к лондонской презентации программа включает в себя два публичных мероприятия в Соединенном Королевстве и одно в США, из них некоторые будут транслироваться онлайн: литературный фестиваль в Челтенхэме (6 октября), книжный фестиваль Леннокслав в Хаддингтоне (2 ноября) и прием в Линкольн-центре в Нью-Йорке (16 октября). Последней дате будет предшествовать сбор фанатов в Центральном парке. Что касается появлений в СМИ, то привилегию на интервью получают BBC-2 в Великобритании, ABC и спутниковый канал Comedy Central (интервью в «Ежедневном шоу Джона Стюарта») в США, ABC1 в Австралии и канадское радио CBC (интервью для программы Q). Издательскому дому Scholastic также предоставляется возможность провести онлайн-диалог, в ходе которого писательница будет отвечать на вопросы учащихся начальной школы. Еще одно живое «приложение» выйдет в марте 2013 года по случаю Литературного фестиваля в Бате.

Спустя две недели после книжного тура у Роулинг выходит официальная страница на Facebook, а в декабре она подписывает контракт с BBC по правам на телесериал, сюжет которого основан на новом романе. Роулинг предоставит сценаристке Саре Фелпс свободу; просматривая и комментируя ее работу, она в конце концов выскажет удовлетворение, несмотря на внесенные в сюжет значительные изменения. Например, персонаж Барри Фейрбразер умирает на самых первых страницах книги, а в сериале он остается живым более долгое время, в то время как история, в романе не имеющая центрального персонажа, в сериале сосредоточена вокруг подростка Кристал Уидон. Киноверсия романа, снятая режиссером Джонни Кэмпбеллом, состояла из трех одночасовых эпизодов, запуск которых должен был начаться 15 февраля 2015 года, но еще за двадцать дней до выхода в эфир она вызывает небольшой скандал в реальном английском городе Пейнсвик. В этом городе для съемок фильма был воссоздан магазин нижнего белья, витрина которого будет признана настолько неприличной приезжими туристами, что они напишут в мэрию жалобу, будто центр города превращен в лондонский квартал Сохо или же «квартал красных фонарей» в Амстердаме.

Что касается домашних дел, то в конце сентября писательница выставила на продажу за два миллиона фунтов стерлингов особняк с восемью спальнями, который она купила когда-то в Эбботсфорд-парке. Двумя годами ранее она переехала на постоянное жительство в особняк, который купила за аналогичную сумму в декабре 2009 года. Здесь она построит два гигантских деревянных дома для двух своих младших детей в глубине сада с башнями в стиле Хогвартса. Стоимость идеи оценена прессой примерно в 150 000 фунтов стерлингов, и строительство будет проводиться с одобрения муниципалитета, но, по сплетням таблоидов, вызовет неприятие некоторых жителей района.

Между тем благотворительные проекты требуют ее внимания: после присуждения 6 февраля 2013 года филантропической премии Beacon Award Джоан участвует 21 мая в аукционе Sotheby’s, представив там первое издание «Философского камня» с ее личным автографом. Вырученные средства в размере 150 000 фунтов стерлингов, выплаченные ей коллекционером, будут разделены поровну и пойдут в ассоциацию Lumos и на счет организации English PEN’s First Editions, которая защищает свободу слова и работает над устранением литературных барьеров.

Летом неожиданно происходит еще одна вылазка в «поттериану». Это новый проект, совершенно идентичный проекту прошлого года: в июне анонсирована пятая псевдокнига, вторая в серии Playstation 3 Wonderbook. «Книга зелий» написана Роулинг от имени упоминавшегося в саге древнего волшебника Зигмунта Баджа; она ожидается в следующем ноябре. Со своей стороны Sony удается улучшить интерактивность по сравнению с предыдущим годом, что, например, позволяет читателю наслаждаться панорамным обзором в 360° в каждом эпизоде, распознавать скрытые предметы с помощью виртуальной лупы и даже изменять пространство и времена года в историях, вращая книгу. В одном из демонстрационных видеороликов четко представлены все эти новшества в действии: у каждого зелья, которое предложено сделать, есть своя собственная история, и пользователь может в ней поучаствовать. Так, например, в одном конкретном случае надо вначале вырастить Абиссинскую смоковницу, чтобы ее плоды впоследствии послужили для составления Уменьшающего зелья; плоды надо собрать, раздавить и вылить их сок в котел. Зелье следует использовать для заражения рыбы, которая должна быть выловлена игроком в ближайшем водоеме; впоследствии эта рыба будет предложена троллю, который захватил Зачарованный сад, что тем самым позволит уменьшить его до безобидных размеров.

В интервью BBC по случаю выхода «Случайной вакансии» у Джоан вырвалось признание, которое постфактум выглядит как подсказка: когда журналист Джеймс Ранси спросил, не было ли у нее искушения когда-либо опубликоваться под псевдонимом, автор ответила «нет», но призналась, что имела соблазн взять некий литературный псевдоним (что также подтвердило ее высказывание 2000 года об А. А. Милне).

Никто не мог тогда знать, что у писательницы в запасе уже была новая книга, причем почти законченная, и что она может быть опубликована уже в апреле следующего года. Первоначально она пройдет незамеченной именно потому, что Джоан поддастся искушению выступить «под прикрытием» псевдонима, чтобы избежать давления читательских ожиданий и снова испытать свой талант как бы с нуля. Автор выбирает мужские имя и фамилию — она становится Робертом Гэлбрейтом. Роулинг стремится не иметь никаких общих черт с вымышленным автором; имя Роберт она выбрала не только потому, что это одно из ее любимых имен, но также и потому, что это имя брата президента Кеннеди, которого она считает своим любимым героем. Что касается фамилии псевдонима с гэльским (шотландским) привкусом, то Роулинг позже рассказала любопытную деталь, которая легла бы на душу любого убежденного сторонника реинкарнации: в детстве ей всегда хотелось, чтобы ее звали Эллой Гэлбрейт, хотя никто из ее знакомых не носил это имя и, следовательно, неизвестно, почему оно пришло ей в голову.

Новый роман — детектив под названием «Зов кукушки»; название навеяно короткой траурной поэмой «Поминки» Кристины Джорджины Россетти, поэтессы XIX века и сестры известного английского художника-прерафаэлита Данте Габриэля Россетти. Зов кукушки, упомянутый в названии книги Роулинг, появляется во второй строфе стихотворения, где говорится о преждевременной смерти: «Почему ты родился, когда выпал снег? / Ты должен был успеть на зов кукушки».

Главный герой криминального романа Роулинг — Корморан Страйк, ветеран войны в Афганистане, который переквалифицировался в следователя лондонской полиции. Он инвалид, потерявший ногу на минном поле. Страйка нанимает адвокат Джон Бристоу, приемный брат модели Лулы Лэндри, которому требуется пролить свет на самоубийство последней.

По сравнению со «Случайной вакансией», нарративный ритм «Зова кукушки», учитывая сам жанр, несомненно, более сдержан. Однако же зачастую проявляется самоуверенный сверхописательный стиль, который временами отягощает действие. Зная биографию Роулинг, нетрудно увидеть по крайней мере в двух персонажах некоторые автобиографические черты. Например, Корморан чувствует себя неудачником как раз в возрасте 35 лет, потому как не достиг ничего к этому возрасту — это ведь отголоски проблем, которые испытала писательница на пороге своего тридцатилетия в течение первых восемнадцати месяцев жизни в Эдинбурге. Или же погоня массмедиа за информацией об убитой модели (подробности личных телефонных разговоров, перехваченные прессой) и глупые статьи — все это напоминает обстоятельства, в которых так часто находилась писательница и о которых мы говорили в главе 16.

На самом деле, в детективе есть одна небольшая деталь, благодаря которой создается впечатление, что все же эхо Гарри Поттера звучит и здесь: Волан-де-Морт связывал свои убийства с символичными для него предметами, то есть создавал крестражи, а убийца в «Зове кукушки» использует дату своего первого убийства как ПИН-код для телефона. Типично психопатическая черта, которая вызывает у читателя инстинктивное отвращение и тревогу.

Когда рукопись детектива закончена, Джоан отправляет ее некоторым издателям напрямую, без посредников. На этот раз автор и издателям представляется под псевдонимом. Недостатка в отказах нет, в том числе от представителя «сливок издательского сообщества» издательского дома Constable & Robinson. Роулинг даже позже призналась, что первым издателем, который отклонил ее рукопись, был тот же самый, что и много лет назад первым отказался от Гарри Поттера. Среди пришедших по почте отказов есть и отказ от Orion Books: редактор Кейт Миллс заявляет, что нашла рукопись «хорошо написанной, но скромной»[371].

Наконец книга приобретена издательством Sphere (суббрендом издательства Little, Brown, которое выпустило «Случайную вакансию»), и почти за три месяца оно продает 8500 экземпляров в печатном виде, электронных книг и аудиокниг, хотя на выходе уже фигурирует несколько предложений по приобретению прав на экранизацию.

Очень немногие знают правду, кто такой Гэлбрейт: среди этих людей ее предыдущий редактор Дэвид Шелли (поначалу сюжет затянул его «в сети», он и не подозревал о настоящей личности его автора), а также адвокаты известной лондонской конторы Studio Russels Solicitors. Один из них, Крис Госсэйдж, как раз и позволит себе с непростительной легкостью разоблачить всю операцию, пусть даже и невольно. Молодой юрист руководит бизнес-отделом Studio Russells, а также является специалистом в области индустрии развлечений, где занимается, в частности, вопросами цифровых и онлайн-прав для телевидения, а также для кино и театра. Но, несмотря на свой опыт, в июле 2013 года он совершает серьезную ошибку, доверив лучшей подруге своей жены, некоей Джудит Каллегари, правду о том, кто такой на самом деле Роберт Гэлбрейт. Каллегари, в свою очередь, не может устоять перед искушением выдать свежеиспеченный секрет через Твиттер журналистке газеты Sunday Times Индии Найт, запустив тем самым неизбежные газетные расследования достоверности «сенсации». Газета сразу обращается за содействием к организации Juola & Associates, специализирующейся на проверке авторства документов в юридических спорах. Проанализировав с помощью специального программного обеспечения «Зов кукушки», «Случайную вакансию» и три триллера других известных женщин — авторов детективного жанра («Общество Св. Зиты» Рут Ренделл, «Частный пациент» Ф. Д. Джеймс и «Тугая струна» Вэл Макдермид), эксперты незамедлительно приходят к выводу, что Корморан Страйк, скорее всего, рожден тем же пером, которое создало Гарри Поттера[372].

Вооруженный этими выводами, редактор Sunday Times обращается в издательство Little, Brown с просьбой назначить интервью с Гэлбрейтом. Видя, что издатель явно отказывается, он достает свой козырь из кармана, спрашивая, а не скрывается ли за Гэлбрейтом Дж. К. Роулинг. Тогда издатель и автор вынуждены начать открытую игру. После разоблачения скандального секрета книга сразу же поднялась на вершину рейтинга продаж (через неделю после установления авторства продалось почти 18 000 экземпляров), и вот что было объявлено Роулинг в пресс-релизе: «Всего несколько человек знали тайну моего псевдонима, и было очень неприятно выяснять в течение нескольких дней, как женщина, о которой я никогда не слышала вплоть до воскресного вечера, могла обнаружить что-то, чего не знали даже многие мои старые друзья. Сказать, что я разочарована — значит ничего не сказать. Я верила, что могу ожидать полной конфиденциальности от общества Russells, известной профессиональной компании, и я очень рассержена, что мое доверие оказалось обманутым».

В данном случае очевидно, что извинения самой юридической фирмы, Госсэйджа и Каллегари явно бесполезны: Роулинг будет судиться с ними, вынудив их заключить соглашение, предусматривающее помимо возмещения морального ущерба выплату неуказанной суммы в пользу ABF Soldier’s Charity, благотворительной организации, уже получающей роялти за книгу. Эта организация помогает бывшим солдатам и их семьям, оказавшимся в тяжелом положении. За нарушение этических профессиональных норм Госсэйджу также будет сделан выговор и предъявлен штраф в размере одной тысячи фунтов стерлингов от Управления по регулированию деятельности Russels Solicitors.

Хотя секрет больше не так важен, автор все равно заявит о своем намерении продолжать, как и предполагалось изначально, разработку целой детективной серии, посвященной Корморану Страйку. Второй том будет опубликован, как мы увидим, в июне 2014 года[373].

Глава 23

«Фантастические твари», «Проклятое дитя» и не только

Сделав перерыв во «взрослой» издательской деятельности, автор возвращается в середине сентября к циклу «Гарри Поттера»: Warner Bros. объявляет о дебюте Роулинг в качестве сценариста фильма «Фантастические твари и где они обитают». Речь идет о запуске первой акции из стратегической серии побочных продуктов, связанных с «поттерианой». Кинокомпания стремится охватить различные категории: кинопроизводство, сферу развлечений и распространение продуктов саги в образовательном, кинематографическом, анимационном, театральном и видеоигровом сегментах, а также в Интернете. Формируется новый список брендов. Среди них, помимо названий всех производных книг из цикла «Библиотека Хогвартса», пестрят такие поттерианские термины, имена и названия, как квиддич, Ньют Саламандер, команда «Уимбурнские осы», команда «Палящие пушки», команда «Кенмарские коршуны», Кеннилуорти Уисп.

Как следует из названия, новый фильм вдохновлен учебным томом, которым пользуются в Хогвартсе на уроках по уходу за магическими существами, и в фильме будет действовать автор этого учебника натуралист Ньют Саламандер, чья история развернется в волшебном мире Нью-Йорка за семьдесят лет до знаменитых событий «поттерианы». Роулинг также выступит сопродюсером фильма, съемки которого запланированы на лето 2015 года.

В последние месяцы того же 2013 года Роулинг активно занимается благотворительной деятельностью. Так, 8 октября вместе с принцессой Анной Джоан открывает неврологическую клинику, носящую имя ее матери; строительство клиники заняло два года. Через месяц она становится гостьей мероприятия, организованного Warner Bros. в пользу проекта Lumos. Вечер, программа которого включает в себя посещение киностудии Leavesden Studios, эксклюзивный ужин с многочисленными знаменитостями, аукцион и шоу с фокусниками, различными артистами и животными, снимавшимися в киносаге, собирает миллион фунтов стерлингов. На тот момент ассоциация под руководством Роулинг уже помогла 12 000 детей в Восточной Европе покинуть сиротские учреждения и оказала благотворное влияние на законодательные реформы и финансирование здравоохранения, образования и социальных услуг.

Также исключительно в интересах Lumos Джоан наконец-то находит время для разработки дизайна браслета Lumos Maxima, который бесплатно изготавливается ювелирной компанией из Эдинбурга Hamilton & Inches и будет выставлен на аукцион 10 декабря того же года. Ювелирный браслет состоит из цепочки из чистого серебра с подвесками поттерианской тематики, украшенными драгоценными камнями и золотыми вставками: молния, пара круглых очков, Золотой снитч, Черная метка, медальон-крестраж Салазара Слизерина, крылатый ключ, сборник сказок Барда Бидля, Распределяющая Шляпа, Дары Смерти, летающая метла. Между ключом и сборником сказок подвешен одиннадцатый кулон, символ ассоциации Lumos — бабочка, как олицетворение превращения и освобождения. Застежка браслета сделана в виде волшебной палочки, вставляемой в большое кольцо рыцарской кольчуги. Это сверхэксклюзивное произведение досталось за двадцать тысяч фунтов стерлингов шотландскому бизнесмену Алану Фергюссону, который купил его в качестве рождественского подарка для своей жены Ивонны, большой поклонницы саги.

Наконец, что касается славы и медных труб — то они не смолкают. По итогам конкурса, проводимого Национальным фондом грамотности по инициативе герцогини Корнуолльской, 15 декабря 2013 года Джоан Роулинг вошла в список десяти британцев, вдохновивших людей на обучение и имеющих особые заслуги в распространении грамотности. За исключением Роулинг (получившей награду в том числе за превращение целого поколения детей в читателей книг) и Генри Уинклера (актера, который прославился исполнением роли Фонзи в сериале «Счастливые дни», а впоследствии и соавтора серии романов, посвященных мальчику с особенностями развития по имени Хэнк Зипцер), в список этих героев входят и обычные люди: студенты, библиотекари, учителя и даже один заключенный, участвующий в проекте «Сборник рассказов пап» (содействие заключенным в более чем ста тюремных учреждениях в записи компакт-дисков и DVD, чтобы с их помощью рассказывать сказки на ночь своим детям).

2013 год заканчивается красивым событием, принесшим еще один сюрприз от Гарри Поттера: 20 декабря объявляется о создании новой театральной постановки для английского сезона 2014 года. Согласно официальному пресс-релизу, она «посвящена сюжету, который не был рассказан в саге, — первым годам Гарри в мире маглов, где он сирота и изгой». Эта новость стала кульминацией года работы над проектом, где Джоан выступает сопродюсером наравне с Соней Фридман и Колином Каллендером, а также консультантом (но не сценаристом-драматургом).

В прошлом писательница даже отклонила предложение Майкла Джексона, который хотел создать мюзикл на основе саги. Теперь ясно, что идея этого нового театрального события и проект нового кинофильма о Ньюте Саламандере полностью соответствуют требованиям, которые она сама сформулировала после выхода «Случайной вакансии», обозначив их в качестве обязательного условия при обращении к работе над волшебной сагой: «Если бы у меня была невероятная идея, которая связана с этим миром […], я бы сделала это […]. Но я не хочу возвращаться туда механически, подбирая кучу хлама, склеивая его и говоря: „Вот это мы сможем продать“»[374].

2014 год отмечен нечастым присутствием Джоан на светской орбите, за исключением краткого появления в газетах сюжета об ее иске к газете Daily Mail, которую она обвиняет в искажении смысла ее статьи на сайте ассоциации «Имбирный пряник», в результате чего нанесен ущерб репутации писательницы. Роулинг выиграет этот судебный спор шестнадцать месяцев спустя, пожертвовав на благотворительность сумму, которую получит в качестве компенсации за моральный ущерб.

Только в начале июня фамилия Роулинг появится в новостных заголовках в контексте ее пожертвования миллиона фунтов стерлингов на поддержку кампании по объединению «Лучше вместе» в связи с референдумом о независимости Шотландии. Роулинг позволила себе сравнить некоторые идеи националистов и экстремистов с аргументацией приспешников Волан-де-Морта — Пожирателей смерти[375]. Многим сторонникам выхода Шотландии из состава Великобритании не понравятся позиция и заявления Роулинг, и писательница будет подвергнута столь многочисленным и негативным нападкам в Сети, что шотландская полиция вынуждена через несколько дней открыть досье на предмет преследования самых оскорбительных сообщений.

Но центральным событием года все же явилась публикация «Шелкопряда», второго романа детективной серии о Корморане Страйке. Роман был выпущен на английском языке 19 июня 2014 года. В новом детективе бывший ветеран должен расследовать исчезновение романиста Оуэна Куайна, который в своей последней рукописи выбрал мишенью литературный мир, включая его издателя и агента.

Сюжет, естественно, вызвал предположения и гипотезы, что Роулинг в этом вымышленном повествовании захотела изобличить нравы издательской среды или, говоря пословицей, вытащить соринку из глаза. Автор шутливо ответила на этот счет через Твиттер, который теперь стал ее любимым каналом для коммуникации с фанатами, а также с журналистами, VIP-знаменитостями и политиками, что ее альтер эго Роберт Гэлбрейт разделяет с ней только одну суеверную привычку: печатать название романа на первой странице, только когда рукопись закончена.

Через несколько дней после издания книги в Великобритании Джоан была удостоена Международной писательской премии за 2014 год (за вклад в детскую литературу), а 8 июля, благодаря порталу Pottermore она на несколько мгновений возвращается к своей волшебной саге, публикуя отчет о Кубке мира по квиддичу от имени невообразимой и колкой Риты Скитер[376]. В отчете писательница устами журналистки Хогвартса рисует тридцатичетырехлетнего Гарри Поттера в компании старых друзей из «Отряда Дамблдора» и пользуется возможностью подвести итоги семейной жизни каждого из них.

13 июля писательница летит в Осаку, чтобы накануне инаугурации посетить второй тематический мировой аттракцион «Волшебный мир», а 18-го числа она возвращается на родину для участия в фестивале в Харрогэйте, посвященном криминальной и детективной литературе. Во время этого единственного публичного выступления в рамках рекламного продвижения романа «Шелкопряд» она сообщает, что уже работает над третьим романом серии и что намерена сделать этот книжный сериал длиннее «Гарри Поттера».

В марте 2015 года Красный Крест вручает Роулинг премию «Человечество» (Humanity Award) за ее активную деятельность в благотворительной и гуманитарной сферах.

В том же месяце она впервые посещает Непал, где находится ее старинный друг Шон Харрис, с тех пор ставший полковником дипломатического корпуса Министерства обороны Великобритании. Джоан читает отрывок из «Философского камня» перед 400 учениками Британской школы в районе Лалитпур, а затем беседует с мальчиками.

В июне писательница правит текст пьесы (впоследствии разделенной на две части, учитывая ее общую пятичасовую продолжительность), которая будет называться «Проклятое дитя». По сравнению с анонсом, данным шесть месяцев назад, сюжет явно и таинственно изменился, поскольку теперь главные герои истории — это Гарри Поттер, ныне работающий в Министерстве магии и озабоченный отцовскими обязанностями, и его сын Альбус Северус. Для написания пьесы Джоан намерена обратиться за неоценимой помощью к драматургу Джеку Торну[377] и режиссеру Джону Тиффани[378], поскольку официальная премьера запланирована на июль 2016 года (но с двумя предварительными просмотрами, превью, зарезервированными для критиков — в течение двух первых недель июня). Событие состоится в лондонском «Палас-театре». Когда в ближайший октябрь откроют предварительную продажу билетов, 175 000 мест будут «сметены» в первые восемь часов, такой ажиотаж заставит поначалу перенести на рекламных билбордах дату выхода премьеры на январь 2017 года, а затем на апрель того же года.

В том же октябре 2015 года на англоязычном книжном рынке выходит третий роман Роберта Гэл брейта — «На службе зла». В нем мы снова встречаемся с секретаршей Корморана Робин Эллакотт, ставшей его официальной напарницей. Они расследуют новое дело, в которое замешаны старые враги Страйка. В истории есть мешки с конечностями, отрезанными серийным убийцей, цитаты из песни хеви-метал-группы Blue Oyster Cult, много теневых и мутных персонажей, таких как гангстер, педофил, убийца и жестокий отец семейства.

В конце сентября портал Pottermore, в значительной степени разочаровавший пользователей в их информационных ожиданиях и совсем было ставший интерактивным игровым сайтом для молодежи, был полностью переработан по графике и содержанию и обновлен. Удалены почти все шутливые интерактивы, в то время как акцент делается на связанные с миром Гарри Поттера текущие дела и на неопубликованную еще до конца информацию о «волшебном мире», которую Роулинг периодически продолжает доверять фанатам. В том же месяце BBC объявляет, что книги из серии про Корморана Страйка вот-вот станут телесериалом, съемки которого начнутся осенью 2016 года.

В декабре также объявлено, что речь, ранее произнесенная писательницей в Гарварде, будет опубликована издательством Little, Brown в виде книги под названием «Примеры очень хорошей жизни: дополнительные преимущества от неудач и важность воображения» (Very Good Lives: The Fringe Benefits of Failure and the Importance of Imagination).

В феврале 2016 года выясняется, что пьеса «Проклятое дитя» будет опубликована в виде книги 31 июля этого года, в знаменательный для фэндома день[379].

В марте Джоан получает через Твиттер приглашение от библиотеки Керкуолла на Оркнейских островах (почти в 500 км от Эдинбурга) принять участие в собрании местного книжного клуба, которое должно состояться на следующий день и где будет обсуждаться «Зов кукушки». Автор замечает, что мероприятие выглядит забавно, а библиотека обещает, если она примет приглашение, угостить ее вкусным тортом. Писательница тщательно осведомляется о составе тортика, сообщая, что Роберт Гэлбрейт и Корморан Страйк питают слабость к фруктовым тортам, тогда как она как раз тяготеет к drizzle cake (своеобразный кекс с изюмом, приправленный лимоном и пропитанный сиропом с лимонным вкусом). На следующий день Роулинг предстала перед лицом изумленных членов книжного клуба во плоти, принеся с собой Распределяющую шляпу и презентовав ее деревянной статуе библиотеки. Затем она приняла участие в обсуждении книги и, что немаловажно, насладилась желанным лимонным угощением и чашкой чая в придачу.

Также в Твиттере в те же дни писательница обнародует информацию, которая некоторое время циркулировала только в виде слухов: «Фантастические твари» будут на самом деле трилогией, поскольку она уже завершила второй сценарий цикла, фильм по которому выйдет в 2019 году, и у нее уже имеются идеи для третьей части. В то же время она уверенно опровергает слухи о своем желании увидеть фильм по пьесе о Гарри Поттере.

14 апреля, как было объявлено четырьмя месяцами ранее, выходит книга «Примеры очень хорошей жизни: дополнительные преимущества от неудач и важность воображения». А 23 апреля 2016 года, по случаю визита в Великобританию четы Обама, Джоан и другие гости в компании с английским премьер-министром Гордоном Брауном присутствуют на эксклюзивном ужине в лондонской резиденции посла США.

16 мая на ежегодном гала-концерте отделения PEN America, крупнейшей американской организации, продвигающей свободу слова и поддерживающей гуманитарные проекты, Роулинг получает литературную премию PEN America Literary Awards от PEN Allen Foundation, вручаемую тем признанным авторам, чья работа основана на принципах этой организации. Джоан Роулинг, благодаря своим книгам, а также деятельности по борьбе с рассеянным склерозом и борьбе против помещения несовершеннолетних детей в детские дома в странах Восточной Европы, что осуществляется с помощью фонда Volant и благотворительной организации Lumos, воплощает идеального кандидата для вышеупомянутой премии. После страстного вступительного слова актрисы Сары Джессики Паркер Джоан в своей благодарственной речи напоминает общественности о свободе слова, о том, что она считается само собой разумеющейся в западных странах, тогда как в других странах может стоить людям мучительных пыток и даже жизни. Со свойственным ей юмором она также шутливо сообщает примеры случаев, когда ее «Гарри Поттер» подвергался цензуре со стороны воинствующих фанатиков (это часто случалось), попадал в списки запрещенных книг или же становился мишенью нелепых обвинений в пропаганде колдовства и сатанизма. Об этом мы уже много и подробно говорили выше.

6 октября 2016 года весь мир вновь переживает дежавю: поклонники «поттерианы» атакуют книжные магазины, чтобы купить пьесу «Проклятое дитя» на языке оригинала или принять участие в серии тематических развлечений. В Италии, где к первому дню продажи будет выпущено всего 11 000 экземпляров, самое большое событие состоится в Милане, в сети Eataly, которая двумя годами ранее переняла инициативу у известного театра Smeraldo. На мероприятии предлагаются дегустация тематических меню на целый день и различные аттракционы и киоски, а также компьютеризированные викторины, курируемые порталом HarryWeb.net, и небольшое шоу от компании Punto Teatro Studio. Как и предполагалось, новый рекорд взят: учитывая, что за первую неделю в Великобритании было продано 850 тысяч экземпляров, «Проклятое дитя» становится самой продаваемой пьесой в стране, опередив шекспировских «Ромео и Джульетту». Рецензии на книгу, однако, довольно прохладны, и это неудивительно. Несмотря на бойкий стиль, приправленный чувством юмора, создается впечатление, что вы читаете историю на полпути между фильмами «Назад в будущее» и «Эта прекрасная жизнь»[380] с «театральными эффектами» в духе банальных фанфик-опусов от фикрайтеров.

Накануне Роулинг вместе с мужем присутствует на оперной премьере в лондонском «Палас-театре», представ перед фоторепортерами в строгом темно-синем платье-футляре и в золотых сандалиях с узором в виде эффектных крыльев бабочки, которые вызовут восторг модных журналов. Присутствующим журналистам она заявляет, что пьеса официально завершает серию историй о Гарри Поттере. Таким образом, длившаяся двадцать лет эпоха, похоже, подходит к концу, и последний праздничный салют разразится в первой декаде августа 2016 года, когда пресса сообщает новость о фантасмагорическом соглашении между Warner Bros. и NBC Universal. Последняя компания за 154 миллиона фунтов стерлингов фактически приобретает права на транслирование на своих платных каналах первых восьми фильмов саги о Гарри Поттере и последующих трех из цикла «Фантастические твари», а также права на проведение мероприятий в своих парках развлечений, на тематические и рекламные мероприятия и показы, связанные с обоими сериалами.

Однако даже в этом случае речь идет о ложной тревоге, потому что всего лишь через пару недель после выхода в книжном формате пьесы «Гарри Поттер и Проклятое дитя» в прессе объявляется, что 6 сентября 2016 года Роулинг опубликует три новые книги, куда включит информацию, вышедшую на портале Pottermore, с добавлением еще неизданных материалов. Сообщается, что в книги войдут: «Короткие рассказы из Хогвартса о власти, политике и назойливых полтергейстах», «Короткие рассказы из Хогвартса о героизме, лишениях и опасных хобби» и — наконец — «Хогвартс: неполный и ненадежный путеводитель». Первый том включает в себя рассказы о профессоре Амбридж, про волшебную тюрьму Азкабан, а также о первых годах жизни мастера зелий профессора Слизнорта в Хогвартсе и о его знакомстве с учеником, который впоследствии станет лордом Волан-де-Мортом. Второй том содержит рассказы об оборотне Римусе Люпине, о профессоре трансфигурации Минерве Макгонагалл, о преподавательнице прорицания Сивилле Трелони и преподавателе по уходу за магическими существами Сильванусе Кеттлберне. А третий том посвящен раскрытию секретов Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс.

Последний светский выход писательницы в 2016 году состоится, как ни странно, 13 сентября в Лондоне, где проходило международное фанатское мероприятие, на которое приехали поклонники саги из Лос-Анджелеса, Рима, Сан-Паулу и Мехико. Режиссер, актеры и продюсеры отвечали на вопросы публики. По этому случаю Роулинг заявит, что новая история развернется аж в целых пяти фильмах.

Чего же можно ожидать в будущем от Джоан Роулинг, помимо продолжения работы с порталом Pottermore, дальнейших книг из серии о Корморане Страйке (четвертый эпизод детективного сериала вышел в 2018 году) и объявленной выше информации по новым фильмам? В интервью газете Telegraph[381], опубликованном в октябре 2012 года, писательница сказала, что работает над двумя книгами для детей помладше целевой аудитории Гарри Поттера. При условии, что источник был информационно точен, первая книга должна быть политической сказкой, о которой уже многократно упоминалось[382], а вот вторая — полнейший сюрприз. В том же интервью Роулинг также призналась, что начала новый роман для взрослых, для которого она написала еще только пару глав, но сюжет уже полностью разработан. Возможно, эту вещь она имела в виду, работая над «Зовом кукушки». Поэтому довольно неожиданно заявленное автором возвращение к новым проектам для детей.

Несмотря на ее собственные сомнения и сомнения, высказанные на ее счет Стивеном Кингом, смогут ли эти новые замыслы хотя бы частично избавить Роулинг от постоянного присутствия волшебника Гарри в ее жизни? 450 миллионов книг о волшебном мальчике были проданы по всему миру и переведены на семьдесят три языка, и это не считая фильмов, множества акций и тому подобного. В действительности Гарри Поттер рискует стать для его автора куда более выразительным знаком отличия, нежели Черная метка[383], которая посылалась Пожирателям смерти в знак причисления их к приспешникам Волан-де-Морта. Тем более что она сама, продолжая создавать новые побочные продукты «поттерианы» в различных формах, похоже, не хочет от них отказываться, несмотря на ее программные заявления, утверждающие обратное. Тем не менее после многих лет безраздельного господства Джоан Роулинг на первых строчках списков книжных бестселлеров, перед писательницей сегодня стоят новые задачи. Очевидно, что толпы поклонников и фанатов мечтают о новых произведениях и только ждут знака, чтобы снова окунуться в мир, созданный искусством самой опытной волшебницы, очаровавшей маглов с конца прошедшего столетия.

Эпилог

«Мастер зельеварения»

Роулинг, как мы видели в главе 6, в саге о Гарри Поттере неосознанно реализовала в общих чертах четыре правила художественного творчества. Более того, теперь, в конце нашего исследования, стало ясно, что труд писательницы соответствовал — причем также совершенно неосознанно — восьми основным факторам успеха, которые сформулировал гуру маркетинга Ричард Сент-Джон. Он проанализировал более пятисот интервью, взятых у таких известных людей, как Билл Гейтс, Марта Стюарт, Ричард Брэнсон, Руперт Мердок и основатели Google, чтобы определить общую для них всех «формулу» успеха. Она описана в его книге «Большая восьмерка. Результаты самого масштабного исследования успешных людей». Все эти восемь характеристик применимы и к Джоан Роулинг. К тому же надо учесть, что она обладает теми же природными способностями, которые сделали из Снегга и Лили Поттер отличных мастеров зельеварения.

1. Страсть: успешные люди любят то, что делают, а не деньги, которые приносит их дело.

Как мы видели, Роулинг на протяжении всей своей жизни придумывала истории, получая от этого удовольствие. Она продолжала бы это делать на любой работе, если бы не смогла состояться как знаменитая писательница.

2. Работай усердно, но получай удовольствие.

Нет никаких сомнений, что Роулинг, спланировав сагу на семнадцать лет вперед, трудолюбиво работала. Не подвергается сомнению также и то, что ее деятельность не только приносила ей удовольствие, но и служила внутренним убежищем и настоящим спасательным кругом в самые темные периоды жизни. В конце концов, даже тяжелый труд, если вы его любите, всегда неизбежно приносит массу удовольствия.

3. Совершенствуйтесь в своем деле с помощью практики.

Мы видели, что, по сравнению с несколько дилетантской писательской манерой времен «Философского камня», Роулинг смогла выработать свой собственный авторский стиль повествования, для которого характерны элегантность, воображение и чувство юмора.

4. Концентрация: успешные люди умеют сосредоточиваться на чем-то одном.

В течение семнадцати лет «Гарри Поттер» и все с ним связанное было центром ее жизни, уступая только ее человеческим привязанностям. Фактически все это время история Гарри Поттера «совпадала» с ее собственной жизнью.

5. Умение преодолевать себя, свои физические и умственные возможности: такие люди заставляют себя действовать, преодолевая застенчивость и неуверенность.

Как мы видели в главе 10, когда Роулинг поняла, что ее дела плохи, она уцепилась за идею написать свой первый роман как за единственную мечту, которую реальность еще не смогла развеять. Таким образом, она решилась пойти на риск и испытать себя, понимая, что может получить отказ вообще от всех издателей.

6. Умение служить людям, создавая ценность, за которую люди готовы заплатить.

Сага о «Гарри Поттере», безусловно, послужила не только развлечению огромного количества читателей, но и приобщила детей к чтению книг. Как мы вам рассказали в этой книге, часто в жизни многих людей, открывших для себя эту волшебную сагу, происходили трогательные изменения. Кроме того, «Гарри Поттер» помог Роулинг инициировать ряд полезных общественных инициатив в пользу детей, больных людей, маргинальных слоев населения и людей, испытывающих экономические трудности.

7. Креативность: успешные люди рождают новые идеи на основе умения слушать, наблюдать, базируясь на собственном жизненном опыте.

Творческий путь Роулинг наглядно свидетельствует, что различные детали, переживания, впечатления от мест и людей переплавлялись в ее истории, возможно даже и подсознательно. С другой стороны, она сама всегда заявляла, что ее находки — это всего-навсего реальность, приправленная щепоткой магии.

8. Упорство: они продолжают работать, независимо от неудач и превратностей судьбы.

Роулинг сама признавалась в своей знаменитой речи в Гарварде, что ее жизнь после возвращения из Португалии представлялась полным провалом. Писательница нашла в себе силы распрямиться и попытаться сделать то, что она всегда любила больше всего. Затем, когда «Философский камень» был написан и первая цель достигнута, ее не обескуражили ни отказ первого агента, ни долгое ожидание и отказы издателей, которым Крис Литтл предлагал ее рукопись.

Таким образом, совершенно однозначно, что за последние двадцать лет история Джоан Роулинг — это пример вдохновляющего жизненного пути и достижения поставленной цели.

Никто лучше, чем она, на рубеже веков не понимал и не доказывал своей судьбой, что такое «волшебство и сила», конечно, не в том смысле, в каком это понимал лорд Воланде-Морт, а скорее как воплощение магии наших мечтаний. Поэтому, вопреки теориям выдающегося доктора Уолтера Семкив, упомянутым в первой главе этой биографии, автор выглядит гораздо лучше реинкарнации Чарльза Диккенса. Скорее, она напоминает реинкарнацию ее столь же прославленного, но более старинного соотечественника. Ведь это он когда-то устами своего персонажа по имени Просперо подарил Истории Литературы важное послание о творчестве: «Мы созданы из вещества того же, что наши сны» (Уильям Шекспир, «Буря», акт 4, сцена 1).

Я верю, что этот «секрет» может пронизывать жизнь каждого из нас!

Библиография

Статьи и интервью

ABEL K. Harry Potter author works her magic. Family Education, estate 1999, www.accio-quote.org.

ADLER S. J. K. Rowling talks about Christian Imagery. MTV Online, 10.06.2008, www.mtv.com.

APPLEYARD B. On the Set of Harry Potter and the Philosopher’s Stone. Sunday Times, 07.10.2001.

BAKKE D. Riverton woman says copy editing «Potter» books was topsecret job. The State Journal Register, 24.03.2011, www.sj-r.com.

BARBER J. How Harry Potter rewrote the book on reading. The Globe and Mail, 16.07.2011, www.theglobeandmail.com.

BARLEY S. Barry Cunningham on childrens’ publishing and That Book. 21.02.2009, www.stevenbarley.com.

BETHUNE B. The Rowling Connection: How a young Toronto girl’s story touched an author’s heart. Maclean’s, 6 November 2000, www.accioquote.com.

BLOOM H. Can 35 Million Book Buyers Be Wrong? Yes. Wall Street Journal, 11.07.2000, www.accio-quote.org.

BOQUET T. J. K. Rowling: The Wizard Behind «Harry Potter». Reader’s Digest, dicembre 2000, www.accio-quote.org.

BOURNE B. Rowling marries her doctor friend. Sunday Times, 30.12.2001, www.thesundaytimes.co.uk.

BRENNAN C. The Cycle of Saturn in the Life of J. K. Rowling. Saturn Return Stories, 27.10.2011, www.saturnreturnstories.com.

CHEBATORIS J. — GONZALEZ N. — PHILLIPS A. — SPRINGEN K., [Senza titolo]. Newsweek, 30.06.2003, www.accio-quote.org.

CHIDELL A. J. K. Rowling already writing post-Potter novel. The Guardian, 27.07.2007, www.theguardian.com.

COPPING J. Harry Potter helped me overcome dyslexia, says Princess Beatrice. The Telegraph, 05.07.2013, www.telegraph.co.uk.

CORNFORTH D. Exter Memories, www.exetermemories.co.uk.

COURIC K. Interview with J. K. Rowling. Dateline NBC, 20.06.2003, www.accio-quote.org.

COURIC K. J. K. Rowling, the author with the magic touch: «It’s going to be really emotional to say goodbye», says Rowling as she writes the last book in the Harry Potter saga. Dateline NBC, 17.07.2005, www.accioquote.org.

COWELL A. All Aboard the Potter Express. New York Times, 10.07.2000, www.cesnur.org.

CRUZ V. O tesouro da criadora de Harry Potter. Expresso, 12.07.2009, www.expresso.sapo.pt.

BERTODANO H. DE. Harry Potter Charms a Nation. Eletronic Telegraph, 25.07.1998, www.accio-quote.org.

DEMETRIOU D. Harry Potter and the source of inspiration. The Daily Telegraph, 01.07.2000, www.telegraph.co.uk.

DITZIAN E. Harry Potter’ Author J. K. Rowling Writing A «Political Fairy Tale». MTV, 17.07.2009, www.mtv.com.

DUNN E. From the dole to Hollywood. Electronic Telegraph, 02.07.1997, www.accio-quote.org.

EDEN R. Harry Potter author J. K Rowling dumps the man who conjured up her millions. 08.01.2011, www.telegraph.co.uk.

ELLWOOD G. Alan Rickman clarifies just how much J. K. Rowling told him about Snape’s fate in the Harry Potter series. Hitfix, 08.12.2011, www.hitfix.com.

EZARD J. Harry Potter’s real life model was no sluggard on tricks. The Guardian, 12.07.1999 www.accio-quoteorg.

FEARON P. A Dark Flashback in «Potter» Author’s Tale. New York Post, 11.07.2000, www.newyorkpost.com e www.foxnews.com.

FRASER L. Harry Potter — Harry and me. The Scotsman, novembre 2002, www.scotsman.com.

GAIMAN N. Fair use and other things. 19.04.2008, www.journal.neilgaiman.com.

GARCIA F. Harry Pottermania in Vancouver, with J. K. Rowling: At the author’s press conference, adults take a back seat to kids. Cinescape, 16.11.2000, www.accio-quote.org.

GIBB E. Tales from a single mother. Sunday Times, 29.06.1997, www.thesundaytimes.co.uk.

GOMPERTZ W. J. K. Rowling on swearing for adults. BBC News, 26.09.2012, www.bbc.co.uk.

GOMPERTZ W. Transcript of J. K. Rowling’s Casual Vacancy interview. BBC, 26.09.2012, www.bbc.co.uk.

GREIG G. There would be so much to tell her… Tatler Magazine, 10.01.2006, www.accio-quote.org.

GRICE E. Harry’s on fire again, casting a spell his creator can no longer ignore. The Daily Telegraph, 10.07.2000, www.accio-quote.org.

GROSSMAN L. J. K. Rowling Hogwarts And All. Time, 17.07.2005, www.time.com.

GRUNFELD N. F. Finnes J. K. Rowling? Aftenposten, 01.12.2005, www.aftenposten.no.

HABER D. J. K.’s cousin Ben takes polygraph test tonight. Beyond Hogwarts, 22.03.2005, www.beyondhogwarts.com.

HAMILTON M. Potter Author Rowling’s Father Tells of Her Agony. Sunday Mirror, 22.06.2003, www.multsclerosis.org.

HARRISON A. J. K. Rowling among top 10 «literacy heroes» named by charity. BBC News, 04.12.2013, www.bbc.co.uk.

HASTINGS C. — BISSETT S. Literary agent made ￡15m because J. K. Rowling liked his name. 15.06.2003, www.telegraph.co.uk.

HATTENSTONE S. Harry, Jessie and me. The Guardian, 08.07.2000, www.guardian.com.

HIND L. Chepstow inspiration for Harry Potter prof dies. 16.03.2011, www.southwalesargus.co.uk.

HOOVER B. Rowling enchants fans at SkyDome. Pittsburg Post Gazette, 25.10.2000, www.news.google.com.

IESB Staff, IESB Exclusive: Richard Zanuck and David Heyman are YES MEN! IESB, 10.12.2008, www.iesb.net.

JARRETT C. Fantasy-prone Children Struggle to Apply Lessons from Fantasy Stories. Research Digest, 15.08.2011, www.bps-researchdigest.blogspot.it.

JEFFERIES M. J. K. Rowling’s tears over family’s hidden past. Daily Record, 02.08.2011, www.dailyrecord.co.uk.

JOHNSON S. J. K. Rowling contemplated suicide. The Telegraph, 23.03.2008, www.telegraph.co.uk.

JOHNSON A. How J. K. Rowling dismissed her Dumbledore: Despite helping her make a ￡500m fortune, Harry Potter author has made her book agent disappear. Mail Online, 16.07.2011, www.dailymail.co.uk.

JOHNSON S. J. K. Rowling to sell 2 million home where Harry Potter books were written. The Telegraph, 20.09.2012, www.telegraph.co.uk.

JOHNSTONE A. Happy ending, and that’s for beginners. The Herald, 24.06.1997, www.accio-quote.org.

JOHNSTONE A. We are wild about Harry. The Herald, 26.01.1999, www.accioquote.com.

J. K. Rowling’s Diary. Sunday Times, 26.07.1998, www.accio-quote.org.

JONES O. One-on-one interview with J. K. Rowling. ITV Network, 17.07.2005, www.accio-quote.org.

JONES H. Teacher, it seems, didn’t know best. Western mail, 09.07.2007, www.thefreelibrary.com.

JUOLA P. Rowling and «Galbraith»: an authorial analysis. Language Log, 16.07.2013, languagelog.ldc.upenn.edu.

JUOLA P. How a Computer Program Helped Reveal J. K. Rowling as Author of A Cuckoo’s Calling. Scientific American, 20.08.2013, www.scientificamerican.com.

KAY R. Dad reveals J.K’s Potter secrets. Mail Online, 24.11.2003, www.dailymail.co.uk.

KAY R. What a wizard party! The night J. K. Rowling danced with Peter Kay, Boris met Gorby and Sophie towered over her fiancé. Daily mail, 08.06.2009, www.dailymail.co.uk.

KING S. Goodbye, Harry. Entertainment Magazine, 06.07.2007, www.ew.com.

LAURENCE C. J. K. Rowling read unfinished book to dying girl. The Telegraph, 29.12.2002, www.telegraph.co.uk.

LAVERNE L. J. K. Rowling meets Lauren Laverne: «Success never fels the way you think it will». The Guardian, 28.11.2015, www.theguardian.com.

LAWLESS J. Revealed: The eight-year-old girl who saved Harry Potter. The New Zealand Herald, 03.07.2005, www.nzherald.co.nz.

LAWLEY S. J. K. Rowling, Desert Island Disc. BBC News, 10.11.2000, www.bbc.co.uk.

LEZARD N. Harry Potter big con is the prose. The Guardian, 17.07.2007, www.theguardian.com.

LOFTUS MCGREEVY A. Under her spell: an analysis of the creativity of J. K. Rowling. Gifted Education International, vol. 19, 2004.

LOWTHER E. J. K. Rowling revealed as author of The Cuckoo’s Calling. BBC News, 14.07.2013, www.bbc.co.uk

LYDON C. J. K. Rowling interview transcript. The Connection (WBUR Radio), 12.10.1999, www.accio-quote.org.

MACPHERSON K. Harry Potter’goes to Washington. Post-Gazette National Bureau (Pittsburgh), 21.10.1999, www.accioquote.org.

MADELEY G. Court orders stalker to leave J. K. Rowling alone. Mail Online, 27.07.2007, www.dailymail.co.uk.

MANRY K. Sacia’s Promise: Marysville student’s drive for college and a better future. Herald Net, 20.09.2009, www.heraldnet.com.

MATSUDA N. Everyone’s just wild about Harry, www.courier-newspapersoxford.co.uk, gennaio 2001, www.accioquote.org.

McGINTY S. Pottermania — Focus — Profile — J. K. Rowling. The Sunday Times (UK), 17.10.1999, www.accio-quote.org.

McGINTY S. J. K. Rowling and Harry Potter — The J. K. Rowling story. The Scotsman, 16.06.2003, www.scotsman.com.

McPHERSON L. Trick & Treat: J. K. Rowling turns Stirling Castle into Hogwarts for Halloween fundraiser. Sunday mail, novembre 2002, www.accioquote.org.

MEMMOTT C. J. K. Rowling’s fond look back at Harry Potter. Usa Today, 26.7.2007, www.usatoday.com.

MEMMOTT C. Exclusive: J. K. Rowling takes career in new direction. USA Today, 25.09.2012, www.usatoday.com.

MICHALKO M. How geniuses think. The Creativity Post, 28.04.2012, www.creativitypost.com.

MORREALE M. Harry Potter V — the magic continues: meet the editor Arthur Levine, www.scholastic.com.

MOYES S. Morrissey is magical. 07.06.2003, www.highbeam.com; www.thefreelibrary.com.

NIELSEN J. B. Cheryl Kein: Potter from the inside. 2011, in www.therustkey.com.

NIKKHAH R. J. K. Rowling: I will return to writing children’s books. The Telegraph, 06.10.2012, www.telegraph.co.uk.

OLSWANGER A. Editor as Writer: A Conversation with Arthur A. Levine. 1998, www.underdown.org.

OWEN J. One-on-one interview with J. K. Rowling. ITV Network, 17.07.2005, www.accio-quote.org.

PAXMAN J. J. K Rowling interview in full. BBC News, 19.06.2003, www.bbc.co.uk.

PEARCE S. More «Potter» magic ahead. The Cincinnati Enquirer, 22.10.2000, www.enquirer.com.

PENDREIGH B. Hogwarts’ all, www.iofilm.co.uk.

PETERKIN T. How 4,000 loan gave rise to Harry Potter. The Telegraph, 22.03.2004, www.telegraph.co.uk.

POTTER A. L. Reunited: J. K. Rowling and the father who sold rare Harry Potter books to pay 100,000 debts. Mail Online, 29.09.2012, www.dailymail.co.uk.

POWELL K. J. K. Rowling Family Tree, Genealogy, www.about.com.

POWELL K. The French Ancestry of J. K. Rowling, Genealogy, www.about.com.

POWERS J. Harry Potter: More than the Marketing Hype. NPR, 28.07.2005, www.npr.org.

RENTON J. The story behind the Potter legend: J. K. Rowling talks about how she created the Harry Potter books and the magic of Harry Potter’s world. Sydney Morning Herald, 28.10.2001, www.accio-quote-org.

REYNOLDS N. $100,000 Success Story for Penniless Mother. The Telegraph, 07.07.1997, www.accio-quote.org.

RHYS W. The spotty schoolboy and single mother taking the mantle from Roald Dahl. The Independent, 29.01.1999, www.accio-quote-org.

RIALTI E. Harry Potter e la discussione sul fantasy. Fantasy Magazine, 27.05.2013, www.fantasymagazine.it.

RICHARDS L. L. January interview — Neil Gaiman. January Magazine, August 2001, www.januarymagazine.com.

ROBERTS L. J. K. Rowling: I considered suicide as a struggling single mother. Mail Online, 23.03.2008, www.dailymail.co.uk.

ROWLING J. K. I miss my mother so much — J. K. Rowling’s narrative of her mother’s battle with multiple sclerosis. Inside MS, Summer 2002, www.multsclerosis.org.

ROWLING J. K. When Steve Met Jo — Harry Potter’s creator remembers her collaboration with Steve Kloves. Written by, WGAW Magazine, april/may 2011, www.bluetoad.com.

ROWLING J. K. I am prouder of my years as a single mother than of any other part of my life. Gingerbread, 19.09.2013, www.gingerbread.org.uk.

RUNCIE J. Writing for grown ups. BBC News, 26.09.2012, www.bbc.co.uk.

SCHWARTZ T. — GENET D. J. K. Rowling Writing «A Lot» Since Finishing Harry Potter, www.mtv.com.

SEATON M. If I could talk to my mum again I’d tell her I had a daughter — and I wrote some books and guess what happened? The Guardian, 18.04.2001, www.theguardian.com.

SEPPER D. L. Descartes’s Imagination: Proportion, Images, and the Activity of Thinking. University of California Press, London, 1996.

SIMPSON R. The magical J. K. is Rowling back the years. Daily Mail, 11.10.2007, www.dailymail.co.uk.

SLIPMAN S. Who’s left holding the baby? Single parents do not want a life of dependency, but they have little option unless the Government acts to help them. The Independent, 06.07.1993, www.independent.co.uk.

SMITH D. Harry Potter and the man who conjured up Rowling’s millions. The Guardian,15.07.2007, www. guardian.co.uk.

SMITH D. Dumbledore was gay, J. K, tells amazed fans. The Guardian, 21.10.2007, www.theguardian.com.

SOLOMON E. J. K. Rowling Interview. CBC News World, 13.07.2000, www.accio-quote.org.

TRENEMAN A. Joanne Rowling’s secret is out. The Independent, 21.11.1997, www.independent.co.uk.

TRENEMAN A. J. K. Rowling, the interview. The Times (UK), 30.06.2000, www.accio-quote.org.

TRENEMAN A. Depression, fame and Hollywood — after 30 million books and 15 million, the reclusive J. K. Rowling opens up. The Times, 30.06.2000, www.accio-quote.org.

TRENEMAN A. I’m not writing for the money: It’s for me and out of loyalty to fans. The Times (London), 20.06.2003, www.accio-quote.org.

UNDERDOWN H. D. Trends in Children’s Books: The Business Side of the 1990’s, 1995–2009, www.underdown.org.

VIEIRA M. Harry Potter: The final chapter. MS NBC, 30.07.2007, www.msnbc.msn.com.

VINEYARD J. Daniel Radcliffe Loses It In «December Boys» Before Getting Back To Harry Potter. MTV, 12.09.2007, www.mtv.com.

WALKER T. Harry Potter author J. K. Rowling is wooed with 40 diamonds by Hollywood mogul. The Telegraph, 21.07.2011, www.telegraph.co.uk.

WALSH T. Interview: Barry Cunningham. Part 1, Writer Unboxed, 08.12.2008, www.writerunboxed.com.

WEINSCHENK S. Top 10 Things Every Presenter Needs To Know About People: #2 — Writing By Hand Can Increase Commitment. The W Blog, 02.04.2012, www.theteamw.com.

WEIR M. On Magic and Single Motherhood. Salon, 31.03.1999, www.salon.com.

WHITE C. E. J. K. Rowling and the Extraordinary Life, (Part 1 of 2). The Internet Writing Journal, agosto 2005, www.internetwritingjournal.com.

WHITE D. J. K. Finds secret Scots family: Harry Potter and the long lost relatives. Sunday Mail, 14.08.2005, www.thefreelibrary.com.

WILKIE S. Harry Potter fans flock to real life grave of evil Lord Voldemort. Scottish Express, 30.08.2013, www.express.co.uk.

WINDFIELD N. Vatican backs Harry Potter. AP, 04.02.2003, www.cesnur.org.

WOODEN C. New attention given to 2003 Cardinal Ratzinger letter on Harry Potter. Catholic News Service, 14.07.2005, www.catholicnews.com.

WOODS J. Coffee in One Hand, Baby in Another — A Recipe for Success. The Scotsman, 20.11.1997, www.scotsman.com.

WOOD G. J. K. Rowling: Secret darkness behind The Casual Vacancy.

The Telegraph, 27.09.2012, www.telegraph.co.uk.

s. a.[384], 60,000 for novel written in cafe. Western Morning News, 08.07.1997, www.accio-quote-org.

s. a., Baby joy for Potter author. Contact Music, 25.03.2003, www.contactmusic.com.

s. a., Frome publisher wanted to change name of Harry Potter. Frome Times, 23.06.2014, www.frometimes.co.uk.

s. a., Harry Potter boost for charities. Daily Mail, november 2001, www.dailymail.co.uk.

s. a., Harry Potter «goes home» for premiere. BBC News, 06.11.2001, www.news.bbc.co.uk.

s. a., Isabel Allende pide el Nobel para J. K Rowling por Harry Potter. El Universal, 01.11.2004, www.eluniversal.com.

s. a., I’ve really exhausted the magical. Der Spiegel, 27.09.2012, www.spiegel.de.

s. a., I was the one who. People, vol. 61 n. 14, 12.04.2004, www.people.com.

s. a., Kids to join stars at royal party. CBBC Newsround, 01.02.2006, www.bbc.co.uk.

s. a., J. K. Rowling by the book. The New York Times, 11.10.2012, www.nytimes.com.

s. a., J. K. Rowling «Lures Kids To Satan». Contact Music, 01.03.2006, www.contactmusic.com.

s. a., J. K. Rowling on Charm Bracelets. Harper’s Bazaar, 06.12.2013, www.harpersbazaar.co.uk.

s. a., J. K. Rowling «stalker» deported. BBC News, 18.07.2002, www.bbc.co.uk.

s. a., J. K. Rowling’s Books That Made a Difference. O, The Oprah Magazine, January 2001, www.oprah.com.

s. a., Man harassed Harry Potter author. BBC News, 27.07.2007, www.bbc.co.uk.

s. a., Meet the real Harry Potter: he’s a 32-year-old damp proofer. Sunday Mirror, 11.07.1999, www.thefreelibrary.com.

s. a., Mystery lord of the Discworld. The Age, 06.11.2004, www.theage.com.au.

s. a., New mothers in «novel boom» as they battle to emulate success of Harry Potter creator J. K. Rowling. Mail Online, 21.05.2010, www.dailymail.co.uk.

s. a., Potter Magic helps charity. BBC News, 12.03.2001, www.bbc.co.uk.

s. a., Rare J. K. Rowling work on the market for 25,000. Edinburgh Evening News, 30.07.2010, in www. edinburghnews.scotsman.com.

s. a., Rowling backs MS research. BBC News, 04.12.2002, www.bbc.co.uk.

s. a., Rowling Funds Domestic Violence Film. Contact Music, 15.02.2005, www. contactmusic.com.

s. a., Ser invisible… eso seria lo mas. El Pais, 08.02.2008, www.elpais.com. s.a., Telly talk: Morrissey makes his mark. Manchester Evening News, 16.02.2007, www.manchestereveningnews.co.uk.

s. a, The Jim Henson Company Announces Recipients of the First Annual Jim Henson Honors. PR Newswire, 21.12.2005, www.prnewswire.com.

s. a., What’s the next chapter, J. K. Rowling? Adelaide Now, 13.06.2012, www.adelaidenow.com.au.

s. a. World Exclusive Interview with J. K. Rowling. South West News Service, 08.07. 2000, www.accio-quote.org.

Книги

ANELLI M. Harry — A History. Pocket Books, New York, 2008.

BAUM L. F. The Wonderful Wizard of Oz. George M. Hill Company, Chicago IL, 1900, trad. it. Pacchiano F. Il mago di Oz. De Agostini, Torino, 2012.

BUCKLEY D. R. E. M. Fiction. An Alternative Biography. Virgin, London, 2002; trad. it. R. E. M. Fiction. Una storia vera. Arcana, Roma, 2003.

CANI I. Harry Potter ou l’anti-Peter Pan — Pour en finir avec la magie de l’enfance. Fayard, Paris, 2007; trad. it. X. Rodriguez B., Harry Potter o l’anti Peter Pan — La magia della lettura, Bruno Mondadori, Milano, 2008.

COMPSON W. J. K. Rowling. Rosen Publishing Group, New York, 2003.

DAHL R. James and the Giant Peach. Kindle edition, Puffin Books, London, 2007.

DAHL R. James and the Giant Peach, Alfred A. Knopf, New York, 1961, trad. it. Zannini M. James e la pesca gigante. Salani, Milano, 2008.

DAHL R. Charlie and The Chocolate Factory. Alfred A. Knopf, New York, 1964, trad. it. Duranti R. La fabbrica di cioccolato. Salani, Milano, 2012.

CATALDO NEUBURGER L. DE. La testimonianza nel processo penale e i suoi limiti come prova di verita, in Il peso e la misura, a cura di F.

SCAPARRO e M. VAGAGGINI, Teti, Milano, 1993.

MARI S. DE. Il drago come realta — I significati storici e metaforici della letteratura fantastica. Salani, Milano, 2007.

FENSKE C. Muggles, Monsters and Magicians: A literary analysis of the Harry Potter series. Peter Lang, Frankfurt, 2008.

FRASER L. Telling tales, an interview with J. K. Rowling. Egmont Books, London, 2000, trad. it. Daniele V. Conversazione con J. K. Rowling, Ponte alle Grazie, Milano, 2002.

FRASER L. J. K. Rowling and the Harry Potter phenomenon. Polygon, Edinburgh, 2011.

GAIMAN N. The books of magic. DC Comics, New York, 2001.

GALLAGHER T. Portugal: a twentiethcentury interpretation. Manchester University Press, Manchester, 1983.

GALLICO P. Manxmouse. William Heinemann Ltd, London, 1968, rist. Harper-Collins, London, 2012.

GAMBARO C. Scozia. Mondadori, Milano, 1991.

GOUDGE E. The little white horse. University of London Press, London,1948, trad. it. Daniele S. Il cavallino bianco — Moonacre. BUR, Milano, 2010.

GRANGER J. The Hogwarts Saga as Ring Composition and Ring Cycle. Unlocking Press, 2010.

GUNELIUS S. Harry Potter: The Story of a Global Business Phenomenon. Palgrave Macmillan, New York, 2008; trad. it. Vegetti M. Harry Potter. Come creare un business da favola. EGEA, Milano, 2008.

HOROWITZ A. Groosham Grange. Walker Books Ltd, London, 1988, trad. it. Ragusa A. Villa Ghiacciaossa. Mondadori, Milano, 1997.

IBBOTSON E. The secret of Platform 13. Puffin, London, 1999, trad. it. Zannini M. Passaggio segreto al Binario 13. Salani, Milano, 2005.

KATERINOV I. Lucchetti babbani e medaglioni magici. Camelopardus, Este (PD), 2007 e Camelozampa, Este (PD), 2012.

KIRK C. A. J. K. Rowling, A biography. Greenwood Press, Westport, 2003.

LEGUIN U. A Wizard of Earthsea, The Tombs of Atuan, The Farthest Shore,Tehanu: The Last Book of Earthsea, The Other Wind, trad. it. Valla R. La Leggenda di Earthsea. Nord, Milano, 2007.

LENTI M. L’Incantesimo Harry Potter. Delos Books, Milano, 2006.

LENTI M. Harry Potter a test. Alphatest, Milano, 2007.

LENTI M. La Metafisica di Harry Potter. Camelozampa, Este (PD), 2012.

LENTI M. Harry Potter: il cibo come strumento letterario. Runa, Padova, 2015.

MURPHY J. The Worst Witch at school. Candlewick Press, Cambdrige MA, 1981.

NALLA M. K. Crime and Punishment around the world — vol I: Africa. ABC CLIO, S. Barbara CA, 2010.

NEAL C. What’s a Christian to Do with Harry Potter? WaterBrook Press, Colorado Springs, CO, 2000.

NEAL C. Wizards, Wardrobes, and Wookiees: Navigating Good and Evil in Harry Potter, Narnia, and Star Wars. InterVarsity Press, Westmont, IL, 2007.

NEL P. J. K. Rowling’s Harry Potter novels: a reader’s guide. Continuum, London, 2003.

OPPEZZO V. Harry Potter al cinema. Le Mani, Genova, 2010.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Philosopher’s Stone. Bloomsbury, London, 1997, trad. it. Astrologo M. Harry Potter e la Pietra Filosofale. Salani, Milano, 1998.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Chamber of Secrets. Bloomsbury, London, 1998, trad. it. Astrologo M. Harry Potter e la Camera dei Segreti. Salani,Milano, 1999.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Prisoner of Azkaban. Bloomsbury, London, 1999, trad. it. Masini B. Harry Potter e il Prigioniero di Azkaban. Salani, Milano, 2000.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Goblet of Fire. Bloomsbury, London, 2000, trad. it. Harry Potter e il Calice di Fuoco. Salani, Milano, 2001.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Order of Phoenix. Bloomsbury, London, 2003, trad. it. Masini B., Daniele V., Ragusa A. Harry Potter e l’Ordine della Fenice. Salani, Milano, 2005.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Half-Blood Prince. Bloomsbury, London, 2005, trad. it. Masini B. Harry Potter e il Principe Mezzosangue. Salani, Milano, 2006.

ROWLING J. K. Harry Potter and the Deathly Hallows. Bloomsbury, London, 2007, trad. it. Masini B. Harry Potter e I Doni della Morte. Salani, Milano, 2008.

SEPPER. Descartes’s Imagination: Proportion, Images, and the Activity of Thinking. University of California Press, London, 1996.

SEXTON C. A. J. K. Rowling. Twenty First Century Books, Minneapolis, 2008.

SIBLEY B. Harry Potter film Wizardry. Harper Design, New York, 2010, trad. it. Vitali V. e Toscani A. Harry Potter — la magia dei film. Panini, Modena, 2010.

SMITH S. J. K. Rowling: The genius behind Harry Potter. Michael O’Mara Books Limited, London, 2001.

SMITH S. J. K. Rowling: a biography. Michael O’Mara Books, London, 2003.

VANDER ARK S. In search of Harry Potter. Methuen Publishing Ltd, London, 2008.

VANDER ARK S. The Lexicon — An unauthorized to Harry Potter Fition and Related Materials. RDR Books, Muskegon, 2009, trad. it. Abbaterusso V., Beccaletto A., Damiani E., Martignoni M., Novajra F., Viviani S. Lexicon-Guida non autorizzata ai romanzi e al mondo di Harry Potter. Piemme,Milano, 2009.

WALTERS G. — MITHRANDIR A. Ultimate Unofficial Guide to the Mysteries of Harry Potter (Analysis of Books 1–4). Wizarding World Press, Niles, IL, 2003.

YOLEN J. Wizard’s hall. Magic Carpet Books, S. Diego CA, 1999.

Видеоинтервью и выпуски телепередач

AITKENHEAD D. J. K. Rowling: «The worst that can happen is that everyone says, That’s shockingly bad». The Guardian, 22.09.2012, www.guardian.co.uk.

BYRNE J. J. K. Rowling: life after Harry Potter. ABC1, 27.09.2012, www.youtube.com.

McFADDEN C. J. K. Rowling’s next step. ABC News, 26.09.2012, www.youtube.com.

McFADDEN C. J. K. Rowling’s adults only. ABC News, 27.09.2012, www.youtube.com.

GOMPERTZ W. Arts editor J. K. Rowling on swearing for adults. BBC, 26.09.2012, www.bb.co.uk.

WINFREY O. J. K. Rowling — Intervista all’ «Oprah show». 01.10.2010, www.youtube.com.

RUNCIE J. A year in the life. ITV, 2007, www.youtube.com.

RUNCIE J. J. K. Rowling — Writing For Grown Ups. BBC, 30.09.2012, www.youtube.com.

RUNCIE J. Bath Literature Festival: J. K. Rowling on the freedom of Potter to bed, a new book for children… and her first snog. The Independent, 11.03.2013, www.theindependent.co.uk.

STAHL L. The Magic behind Harry Potter. Sixty Minutes (CBS News), 03.10.2002, www.cbsnews.com.

SUTHERLAND J. Live Aid against all odds. BBC, 2005, www.youtube.com.

SUTHERLAND J. Live Aid — Rockin’ All Over The World. BBC, 2005, www.youtube.com.

Harry Potter and Me. A&E Biography, 13.11.2002, www.youtube.com.

Harry Potter at the Castle — Magic at midnight. ITV special, 16.07.2007, www.youtube.com.

J. K. Rowling at Southbank Theatre. 27.09.2012, www.youtube.com.

Lie detector Ben Rowling, www.youtube.com.

Panel session on Harry Potter, British Business Embassy Creative Content Summit. 31.07.2012, www.youtube.com.

Who do you think you are? BBC1, Series 8, 2. J. K. Rowling, 17.08.2011, www.youtube.com.

Радиоинтервью и выпуски радиопередач

ANELLI M. Interview of Arthur Levine. Pottercast#22 — the origins of Harry potter, 17.01.2006, www.the-leaky-cauldron.org.

J. K. Rowling. BBC podcast, 01.08.1999, www.bbc.co.uk/podcasts.

NAUGHTIE J. James Naughtie talks to J. K. Rowling about one of her novels, Harry Potter and the Philosophers Stone. BBC, 01.08.1999, www.bbc.co.uk/podcasts.

SALVATORI E. Harry Potter e l’apologia della Storia. Historycast, 16.07.2011, www.historycast.org.

Различные источники

FRY S. Living with Harry Potter. BBC Radio 4 transcript, 10.12.2005, www.accio-quote.org.

KING L. J. K. Rowling Discusses the Surprising Success of Harry Potter transcript, Larry King Live (CNN), 20.10.2000, www.accio-quote.org.

PULLMAN P. Carnegie Medal Acceptance Speech transcript, 1996, www.randomhouse.com.

A conversation with J. K. Rowling and Dan Radcliffe — contenuti speciali DVD Harry Potter e i Doni della Morte pt. 2. Barnes & Noble chat transcript, 08.08.1999, www.accio-quote.org.

Famous Scots: J. K. Rowling, www.rampantscotland.com.

Harry Potter and the Half-Blood Prince press conference transcript, CBBC Newsround, 18.07.2005, www.bbc.co.uk/newsround.

J. K. Rowling at the Edinburgh Book Festival transcript. Mugglenet, 15.08.2004, www.mugglenet.com.

J. K. Rowling interview transcript. The Connection (WBUR Radio), 12.10.1999, www.accio-quote.org.

Paramount Pictures Corp. v. Romulan Invasions, 7 United States Patents Quarterly 2d 1897. Red Nose Day Chat transcript. BBC Online, 12.03.2001, www.accio-quote.org.

The Rosie O’Donnell Show transcript. 21.06.1999, www.accio-quote.org.

Trascrizione dei verbali processuali relativi alla causa J. K. Rowling — Warner Bros v.RDR Books, 14–16 aprile 2008, Federal District Court, Souther District of New York. Leveson InquiryTranscript of Afternoon Hearing 24.11.2011. Leveson Inquiry Witness Statement of J. K. Rowling.

Pottermore in www.pottermore.com.

www.astroprofile.com.

www.fpa.es.

www.leaky-cauldron.org.

www.lifesite.net.

www.queenofscots.co.uk.

Благодарности

Выражаю огромную благодарность за помощь моим «поисковикам»: Андреа Боббиези, Массимо Лонгони, Биллу и Гленде Макни, Франческе Сегато, Винченцо Витальяно. Они отследили некоторые редкие источники, предоставив информацию, которая мне требовалась для отдельных разделов.

Спасибо Ливии Рокки, бета-ридеру и редактору бета-версии, а также Амнерис Ди Чезаре за поддержку и одобрение.

Спасибо Паоло Гулисано за прекрасное предисловие и Чезаре Кавалери из издательства Ares, оказавшему мне доверие, несмотря на объем моей книги. Благодарю его сотрудников, с энтузиазмом работавших со мной для того, чтобы книга оказалась в книжных магазинах. Среди них не могу не отметить редакторов Алессандро Ривали, Микелу Дольз и Маттео Андольфо.

Наконец, спасибо тем, кто решил потратить время и прочитать эту книгу. Я надеюсь, что они оценили ее по достоинству.

Выходные данные

Ленти Марина

Джоан Роулинг. Неофициальная биография создательницы вселенной «Гарри Поттера»

Перевод с итальянского А. М. Левшина

Редактор И. В. Кулюкина

Художественное оформление: А. П. Зарубин

Корректоры: В. А. Нэй, О. В. Круподер

Подписано в печать с готовых файлов 24.09.2020

Формат 60 × 90/16, Гарнитура Times

Печ. л. Тираж 3000 экз.

Заказ №

ООО «Издательство „Этерна“»

115477, г. Москва, Кантемировская ул., д. 59а

Тел./факс: (495) 755-81-23

E-mail: info@eterna-izdat.ru

www.eterna-izdat.ru

Примечания

1

Агиография — в данном контексте это литература в жанре жизнеописания святых. — Здесь и далее прим. ред.

2

По оценкам Sunday Times Rich List, состояние писательницы на 2020 год оценивается в 795 млн фунтов стерлингов. По данным Forbes, в 2019 году она получила доход в $92 млн.

3

Знаменитый британский военачальник, фельдмаршал (с 1944 года), всю Вторую мировую войну ходил исключительно в простом дафлкоте и таком же простом темном берете. Этот его мужественный образ запомнился многим англичанам, а пальто получило «народное» имя monty coat. Возможно, дело в том, что слово «дафлкот» было знакомо только морякам, а все прочие называли пальто необычного фасона по первой ассоциации — monty coat, «монтикот» — пальто Монтгомери.

4

Rowling J. K. I miss my mother so much. J. K. Rowling’s narranive of her mother’s battle with multiple sclerosis. Inside MS, 2002, www.mult-sclerosis.org.

5

Влюбленные Паоло и Франческа, воспетые Данте в Пятой песни Ада, читают книгу «Ланселот». Поэт бегло упоминает Галеота как посредника между Ланселотом и королевой и уподобляет роль книги и ее автора в отношениях Паоло и Франчески роли Галеота в отношениях Ланселота и Гиневры (знаменитая в Италии строка Galeotto fu ‘l libro e chi lo scrisse).

6

Smith S. J. K. Rowling: a biography. Michael O’Mara Books. London, 2003.

7

www.astroprofile.com/celastropdf/RowlingWoman.pdf.

8

Rare J. K. Rowling work on the market for £25 000. Edinburgh Evening News, 07.07.2010, www.edinburghnews.scotsman.com.

9

Восходящий знак, который по-другому называется асцендентом, это знак зодиака, который восходит на восточном горизонте в момент рождения человека.

10

Шоу Опры Уинфри (The Oprah Winfrey Show) — известнейшее и влиятельное американское ток-шоу, выходившее в течение 25 сезонов, с 1986 по 2011 год.

11

Rowling J. K. I miss my mother so much. J. K. Rowling’s narranive of her mother’s battle with multiple sclerosis. Inside MS, 2002, www.mult-sclerosis.org.

12

Runcie J. A year of the life. ITV, 2007, www.youtube.com.

13

Rowling J. K. I miss my mother so much. J. K. Rowling’s narranive of her mother’s battle with multiple sclerosis. Inside MS, 2002, www.mult-sclerosis.org.

14

На одной из семейных фотографий, показанных в передаче BBC «Ты то, о чем ты думаешь», маленькая Джоан позирует вместе с мамой, сестрой и белым вест-терьером, который как раз и может быть Тампером. — Прим. авт.

15

Runcie J. A year of the life. ITV, 2007, www.youtube.com.

16

Kay R. Dad reveals J. K’s Potter secrets. Mail Online, 24.11.2003, www.dailymail.co.uk.

17

Runcie J. J. K. Rowling — Writing for Groun Ups. BBC, 30.09.2012, www.youtube.com.

18

Potter A. L. Reunited: J. K. Rowling and the father who sold rare Harry Potter books to pay £100 000 debts. Mail Online, 29.09.2012, www.dailymail.co.uk.

19

Hamilton М. Potter Author Rowling’s Father Tells of Her Agony. Sunday Mirror, 22.06.2003, www.mult-sclerosis.org.

20

Potter A. L. Op. cit.

21

Vieira M. Harry Potter: The final chapter. MS NBC, 30.07.2007, www.msnbc.msn.com.

22

Demetriou D. Harry Potter and the source of inspiration. The Daily Тelegrah, 01.07.2000, www.telegraph.co.uk.

23

Fraser L. Telling tales, an interview with J. K. Rowling. Egmont Books, London, 2000.

24

Мраморная арка (англ. Marble Arch) — триумфальная арка, стоящая возле Ораторского уголка в Гайд-парке, на западном конце Оксфорд-стрит в Лондоне.

25

Fraser L. Op. cit.

26

Стенограмма интервью Дж. К. Роулинг. The Connection (WBUR Radio), 12.10.1999, www.accio-quote.org.

27

Здесь имеется в виду двойственное противопоставление.

28

Roberts L. J. K. Rowling: I considered suicide as a struggling single mother. Mail Online, 23.03.2008, www.dailymail.co.uk.

29

Meet the real Harry Potter: he’s a 32-year-old damp proofer. Sunday Mirror, 11.07.1999, www.thefreelibrary.com.

30

Ezard J. Harry Potter’s real life model was no sluggard on tricks The Guardian, 12.07.1999, www.accio-quote-org.

31

Haber D. J. K’s cousin Ben takes polygraph test tonight. Beyond Hogwarts, 22.03.2005, www.beyondhogwarts.com.

32

Гриффиндор, Слизерин, Когтевран и Пуффендуй — факультеты знаменитой школы Хогвартс. Впрочем, «факультеты» — не совсем точный перевод: в оригинале это houses, «дома». Такая образовательная модель не выдумка автора, она взята из классической британской House system, сформировавшейся еще несколько веков назад.

33

Johnstone A. Happy ending, and that’s for beginners. The Herald, 24.06.1997, www.accio-quote.org.

34

Stahl L. The Magic behind Harry Potter. Sixty Minutes (CBS News), 03.10.2002, www.cbsnews.com.

35

Byrne J. J. K. Rowling: life after Harry Potter. ABC1, 27.09.2012, www.youtube.com.

36

Там же.

37

С к а р р и, Ричард (1919–1994) — популярный американский детский писатель и иллюстратор, написавший около 300 книг общим тиражом более 100 млн экземпляров по всему миру. Некоторые из них переведены на русский язык.

38

Smith S. J. K. Rowling. A biography. Op. cit., p. 21.

39

Fraser L. Conversazione con J. K. Rowling. Op. cit., p. 7.

40

Mari S. De. Il drago come realta — I significati storici e metaforici della letteratura fantastica. Salani, Milano, 2007, p. 43.

41

Б л а й т о н, Энид Мэри (1897–1968) — известная британская писательница, работавшая в жанре детской и юношеской литературы.

42

Hamilton M. Potter Author Rowling’s Father Tells of Her Agony. Op. cit.

43

О д р и Уилберт (1911–1997) — священник, детский писатель, великий железнодорожный энтузиаст, придумавший знаменитый персонаж — паровозик Томас.

44

С ь ю э л л, Анна (1820–1878) — британская писательница, автор романа «Черный красавчик», отмеченного некоторыми источниками как одно из самых популярных произведений мировой детской литературы.

45

Fraser L. Conversazione con J. K. Rowling. Op. cit.,p. 15, e H. De Bertodano, «Harry Potter Charms a Nation». Eletronic Telegraph, 25.07.1998, www.accio-quote.org.

46

J. K. Rowling by the book. The New York Times, 11.10.2012, www.nytimes.com.

47

Г о у д ж, Элизабет (1900–1984) — английская писательница, автор повестей, рассказов и детских книг.

48

Goudge E. The little white horse. University of London Press, 1948, trad. it. Il cavallino bianco — Moonacre, BUR, Milano 2010, p. 57 (tr. it. a cura di S. Daniele).

49

Там же, с. 128.

50

Goudge E. Op. cit., p. 141.

51

Низзл — это небольшой зверек, похожий на кошку, с пестрым, крапчатым или пятнистым мехом, несоразмерно большими ушами и со львиным хвостом.

52

Драчливый дуб — дерево в Хогвартсе, служившее заслоном перед секретным входом в то место, где оборотень Римус Люпин мог спокойно прятаться в момент своего превращения-трансформации.

53

В Гриффиндор попадают храбрые и благородные; умные и сметливые — в Когтевран, упорные и честные — в Пуффендуй, а хитрые и изворотливые (до победы над Волан-де-Мортом — в основном чистокровные) — в Слизерин.

54

Goudge E. Moonacre, segreti dell’ultima luna. Op. cit., p. 113.

55

Анимаги — это маги, обладающие редкой способностью превращаться в конкретное животное.

56

Harry Potter and Me. A&E Biography, 13.11.2002, www.youtube.com.

57

Goudge E. Il cavallino bianco. Op. cit., p. 38.

58

Метаморфы (метаморфомаг) — волшебник, который способен изменять черты своего тела (форму носа, цвет волос, форму бровей, цвет кожи, рост и т. д.) по своему желанию, не прибегая к заклинаниям или зельям.

59

Gallico P. Manxmouse. William Heinemann Ltd, London, 1968, rist. HarperCollins, London, 2012, p. 32.

60

Bertodano H. De. Harry Potter Charms a Nation. Op. cit.

61

Grossman L. J. K. Rowling Hogwarts And All. Time, 17.07.2005, www.time.com.

62

Renton J. The story behind the Potter legend: J. K. Rowling talks about how she created the Harry Potter books and the magic of Harry Potter’s world. Sydney Morning Herald, 28.10.2001, www.accio-quote.org.

63

Д о й л, Родди (англ. Roddy Doyle, род. 1958) — ирландский писатель, драматург и сценарист, лауреат Букеровской премии. Романы Дойла полны живыми диалогами, жаргонизмами, просторечиями. Его персонажи — простые люди «типичной страны» «третьего мира», как именует один из них Ирландию.

64

J. K. Rowling’s Books That Made a Difference. O, The Oprah Magazine, January 2001, www.oprah.com.

65

Цит. по: Rowling J. K. Harry Potter and The Prisoner of Azkaban. Bloomsbury, 1997. Перевод М. Д. Литвиновой.

66

Dahl R. Charlie and The Chocolate Factory. Alfred A. Knopf, NY, 1964, trad. it. La fabbrica di cioccolato. Salani, Milano, 2012, p. 19 (tr. it. a cura di R. Duranti).

67

Горькоскотч — это еще и название карамели, приготовленной из сливочного масла и коричневого тростникового сахара, но у Даля это ликер, хотя нельзя исключать, что он имел в виду ликер со вкусом этой карамели. Для получения дополнительной информации по этому вопросу и другим сходствам с Роальдом Далем см. мое эссе Harry Potter: il cibo come strumento letterario. Runa editrice, Padova, 2015, capitolo 5. — Прим. авт.

68

Rhys W. The spotty schoolboy and single mother taking the mantle from Roald Dahl. The Independent, 29.01.1999, www.accio-quote-org.

69

Dahl R. James and the Giant Peach. Kindle edition. Puffin Books, London, 2007.

70

Renton J. The story behind the Harry Potter legend: J. K. Rowling talks about how she created the Harry Potter books and the magic of Harry Potter’s world. Op. cit.

71

Baum L. F. The Wonderful Wizard of Oz. George M. Hill Company,Chigago, 1990, tr. it. Il mago di Oz. De Agostini,Torino, 2012, p. 134. (tr. it. a cura di F. Pacchiano).

72

Sexton C. A. J. K. Rowling. Twenty First Century Books. Minneapolis, 2008, p. 15.

73

Fraser L. Conversazione con J. K. Rowling. Op. cit., p. 33.

74

Lawley S. J. K. Rowling, BBC, Desert Island Disc, 10.11.2000, www.bbc.co.uk.

75

A shaded lamp and a waving blind / and a beat of a clock from a distant floor: on this scene enter — winged, horned, and spined — a longlegs, a moth, and a dumbledore / While ‘mid my page there idly stands / a sleepy fly, that rubs its hands. (Светильник в тени, и шторка колышется / и стучат часы далеко на полу: вот крылатые, рогатые и шипастые — паук-косиножка, мотылек и шмель / В то время как в середине моей страницы лениво сидит / сонная муха, которая потирает лапки.)

76

Fraser L. Conversazione con J. K. Rowling. Op. cit., p. 11.

77

Vander Ark S. In Search of Harry Potter. Methuen, London, 2008, p. 159.

78

Лес Дин (англ. Forest of Dean) — древний лес и одновременно историческая и географическая область в графстве Глостершир, Англия. Лес имеет форму треугольника и простирается от реки Уай на севере и западе, реки Северн на юге и города Глостер на востоке.

79

Rowling J. K. Harry Potter and the Deathly Hallows. Bloomsbury, London 2007, trad. it. Harry Potter e I Doni della Morte. Salani, Milano, 2008, p. 562 (tr. a cura di B. Masini).

80

Loftus McGreevy A. Under her spell: an analysis of the creativity of J. K. Rowling. Gifted Education International, vol. 19, 2004, pp. 37–38.

81

Harry Potter at the Castle — Magic at midnight. Itv special, 16.07.2007, www.youtube.com.

82

Rowling J. K. I miss my mother so much. J. K. Rowling’s narranive of her mother’s battle with multiple sclerosis. Inside MS, 2002, www.mult-sclerosis.org.

83

Джессика Митфорд широко известна как общественная деятельница и борец за гражданские права; много занималась расследовательской журналистикой. Джоан Роулинг говорила, что мемуары Джессики Митфорд произвели на нее большое впечатление, она назвала свою дочь Джессику в честь нее.

84

Х а й н с, Барри (1939–2016) — английский писатель, драматург, сценарист.

85

Пустельга — небольшой сокол, послушный и легко приручаемый.

86

Этот том был в числе тех семи, которые Питер Роулинг, как мы видели в первой главе, выставил на аукцион. Ему удалось продать четыре; экземпляр «Кубка огня» все еще доступен для покупки на веб-сайте www.abebooks по цене более 85 000 фунтов стерлингов. На титульном листе первая часть печатного посвящения («Питеру Роулингу, в память о мистере Ридли») была обведена автором в кружок; от кружка отходит стрелка, указывающая на персонализированное посвящение, которое гласит: «Дорогой папа, если бы я написала „Рональд“ (Уизли) Ридли, они бы преследовали беднягу… Именно поэтому Рона зовут Рон! Счастливого праздника Дня отца 2000 года и теплый привет от твоей старшей дочери. Дж. K. Роулинг». За надписью следуют девять поцелуев в форме X и рисунок гнома, который спасается от руки, на которой написано «Пестицид». — Прим. авт.

87

Spandau Ballet — британская группа, созданная в 1979 году, легенда 1980-х.

88

Greig G. There would be so much to tell her… Tatler Magazine, 10.01.2006, www.accioquote.org.

89

Fraser L. Conversazione con J. K. Rowling. Op. cit., p. 12–13.

90

McFadden C. J. K. Rowling’s next step. ABC News, 26.09.2012, www.youtube.com.

91

The name’s Snape, Severus Snape. Gloucester Citizen, 25.06.2009, www.thisisgloucestershire.co.uk.

92

Lydon C. J. K. Rowling interview transcript. The Connection (WBUR Radio), 12.10.1999, www.accio-quote.org.

93

Пикси — небольшие создания из английской мифологии, считаются разновидностью эльфов или фей.

94

Jones H.Teacher, it seems, didn’t know best. Western mail, 09.07.2007, www.thefreelibrary.com.

95

Gibb E. Tales from a single mother. Sunday Times, 29.06.1997, www.thesundaytimes.co.uk.

96

Аудитория показа составила более 100 миллионов человек, что является рекордом среди телевизионных фильмов.

97

Пурист — последователь пуризма. Пуризм (лат. purus, «чистый») — повышенная требовательность к сохранению изначальной чистоты, строгости стиля, приверженности канонам в языке, искусстве, спорте и т. п.

98

Fry S. Living with Harry Potter. BBC Radio4 transcript, 10.12.2005, www.accio-quote.org.

99

См. www.pottermore.com.

100

Там же.

101

Abel K. Harry Potter author works her magic. Family Education, estate 1999, www.accioquote.org.

102

Smith D. Dumbledore was gay. J. K. tells amazed fans. The Guardian, 21.10.2007, www.theguardian.com.

103

Naughtie J. James Naughtie talks to J. K. Rowling about one of her novels, Harry Potter and the Philosophers Stone. BBC, 01.08.1999, www.bbc.co.uk/podcasts.

104

Dahl R. The Chocolate Factory. Op. cit., p. 160.

105

Adler S. J. K. Rowling talks about Christian Imagery. MTV Online, 10.06.2008, www.mtv.com.

106

Х а р р и, Дебора Энн (р. 1945) — американская певица и актриса, автор песен, лидер new-wave-группы Blondie. Сыграла более чем в 30 фильмах.

107

Red Nose Day Chat, BBC Online, 12.03.2001, www.accio-quote.org.

108

Moyes S. Morrissey is magical. 07.06.2003, www.highbeam.com and www.thefreelibrary.com.

109

Telly talk: Morrissey makes his mark. Manchester Evening News, 16.02.2007, www.menmedia.co.uk.

110

«Доктор Кто» (англ. Doctor Who) — британский научно-фантастический телесериал компании BBC об инопланетном путешественнике во времени, известном как Доктор. Вместе со своими спутниками он путешествует во времени и пространстве как для спасения целых цивилизаций или отдельных людей, так и для собственного удовольствия.

111

Laverne L. J. K. Rowling meets Lauren Laverne: «Success never feels the way you think it will». The Guardian, 28.11.2015, www.theguardian.com.

112

Live Aid — международный благотворительный музыкальный фестиваль, состоявшийся 13 июля 1985 года. Мероприятие было организовано британскими музыкантами Бобом Гелдофом и Миджем Юром с целью сбора средств для помощи пострадавшим от страшного голода в Эфиопии 1984–1985 годов.

113

Д ж е к с о н, Гленда (р. 1936) — известная британская актриса и политик 1960–1970-х годов.

114

Barnes & Noble chat transcript, 08.08.1999, www.accio-quote.org, cit.

115

ГАВНЭ (Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов) (англ. Society for Promotion of Elfish Welfare) — организация, основанная Гермионой Грейнджер в четвертой книге, главная цель которой — освобождение домовых эльфов от рабства. Организация потерпела полный крах и в конце концов самоликвидировалась. Аббревиатура SPEW переводится как «рвота» или «пукнуть», и есть мнение, что таким «неприличным» названием организации Роулинг как бы намекает на ее полную бесполезность.

116

В оригинале книги «Гарри Поттер и философский камень» зеркало называется The Mirror of Erised. Если последнее слово прочитать задом наперед, «отзеркаливая», то получится The Mirror of Desire — дословно «Зеркало Желаний». Поэтому в русском переводе оно звучит как «Зеркало Еиналеж».

117

См. сноску на с. 44.

118

Winfrey O. J. K. Rowling in «Oprah Show», 01.10.2010, www.youtube.com.

119

Matsuda N. Everyone’s just wild about Harry, www.courier-newspapers-oxford.co.uk, gennaio 2001, www.accio-quote.org.

120

Loftus McGreevy A. Under her spell: an analysis of the creativity of J. K. Rowling. Op. cit.

121

Harry Potter and me. Op. cit.

122

Harry Potter and me. Op. cit.

123

King L. J. K. Rowling Discusses the Surprising Success of Harry Potter, trascript, Larry King Live (CNN), 20.10.2000, www.accio-quote.org.

124

Lenti M. La metafizica di Harry Potter. Camelozampa, Este, 2012.

125

Panel session on Harry Potter. British Business Embassy Creative Content Summit, 31.07.2012, www.youtube.com.

126

A conversation with J. K. Rowling and Dan Radcliffe — contenuti speciali DVD Harry Potter e i Doni della Morte pt. 2.

127

Harry Potter and Me. Op. cit.

128

Еще один крупный лондонский вокзал, седьмой в столице по пассажиропотоку. — Прим. пер.

129

Rowling J. K., BBC podcast, 01.08.1999, www.bbc.co.uk/podcasts.

130

Монотеистическая религиозная община, основанная в Пенджабе (Северо-Западная Индия) в XV веке гуру Нанаком и возникшая из индуизма, у которого она отказалась заимствовать деление на касты.

131

Greig G. There would be so much to tell her… Op. cit.

132

Там же.

133

Winfrey O. J. K. Rowling — Intervista all’ «Oprah Show». Op. cit.

134

Harry Potter and Me. Op. cit.

135

Bertodano De. Harry Potter Charms a Nation. Op. cit.

136

Harry Potter and Me. Op. cit.

137

Veira M. Harry Potter: The final chapter. Op. cit.

138

Goudge E. Moonacre, i segreti dell’ultima luna. Op. cit., p. 168.

139

Stahl L. The Magic Behind Harry Potter. Op. cit.

140

Салазар Слизерин был величайшим волшебником, одним из четырех основателей Хогвартса. Увлекался Темной магией и был известен как ярый борец за чистоту крови Волшебного Сообщества. — Прим. ред.

141

Nalla M. K. Crime and Punishment around the world — vol. I: Africa, ABC CLIO, S. Barbara CA, 2010, p. 34.

142

Mari S. De. Il Drago come realta. Op. cit., p. 62.

143

Grice E. Harry’s on fire again, casting a spell his creator can no longer ignore. The Daily Telegraph, 10.07.2000, www.accio-quote.org.

144

Hamilton M. Potter Author Rowling’s Father Tells of Her Agony. Op. cit.

145

Cowell A. All Aboard the Potter Express. New York Times, 10.07.2000, www.cesnur.org. «Повесть о двух городах» — изданный в 1859 году исторический роман Чарльза Диккенса о временах Французской революции.

146

Grice E. Harry’s on fire again, casting a spell his creator can no longer ignore. Op. cit.

147

Фрустрация — это состояние, которое возникает при невозможности удовлетворения какой-либо потребности, когда человек не может получить того, чего хочет.

148

Fearon P. A Dark Flashback in «Potter» Author’s Tale. New York Post, 11.07.2000, www.newyorkpost.com; www.foxnews.com.

149

Treneman A. J. K. Rowling, the interview. The Times (UK), 30.06.2000, www.accioquote.org.

150

Seaton M. If I could talk to my mum again I’d tell her I had a daughter — and I wrote some books and guess what happened? The Guardian, 18.04.2001, www.guardian.com.

151

Недолгий брак актрисы, модели и звезды журнала Playboy Памелы Андерсон с рок-музыкантом Томми Ли сопровождался скандалами, интригами и рукоприкладством, о чем писали все таблиоды.

152

Rowling Funds Domestic Violence Film. Contact Music, 15.02.2005, www.contactmusic.com.

153

Ser invisible… eso seria lo mas. El Pais, 08.02.2008, www.elpais.com.

154

Известный британский судья лорд Брайан Левесон инициировал запрос, предполагающий ужесточить контроль над СМИ. Поводом для расследования стал скандал вокруг таблоида News of the World, журналисты которого занимались незаконной прослушкой. При подготовке было использовано более 600 свидетельств ведущих издателей, репортеров, политиков и общественных деятелей.

155

J. K. Rowling at the Edinburgh Book Festival. Mugglenet, 15.08.2004, www.mugglenet.com.

156

Число глав взято из заявления самой Роулинг в документальном фильме «Гарри Поттер и я», однако в биографии «Шотландский человек» сообщается, что полных глав было десять. — Прим. авт.

157

Slipman S. Who’s left holding the baby? Single parents do not want a life of dependency, but they have little option unless the Government acts to help them. The Independent, 06.07.1993, www.independent.co.uk.

158

Owen J. One-on-one interview with J. K. Rowling. ITV Network, 17.07.2005, www.accioquote.org.

159

Jefferies M. J. K. Rowling’s tears over family’s hidden past. Daily Record, 02.08.2011, www.dailyrecord.co.uk.

160

Fearon P. A Dark Flashback in «Potter» Author’s Tale. Op. cit.

161

Там же.

162

Процедура прекращения брачных отношений в Англии предусматривает не только собственно развод. В Соединенном Королевстве существуют и другие формы: неофициальное разлучение; разлучение через соглашение о раздельном проживании; судебное разлучение супругов; официальный развод.

163

Cruz V. Tesouro da criadora de Harry Potter. Expresso, 12.07.2009, www.expresso.sapo.pt.

164

«На игле» (англ. Trainspotting) — дебютный роман шотландского писателя Ирвина Уэлша (1993). В названии обыгрывается жаргонизм trainspotting — «искать вену для инъекций (наркотиков)». Сюжет произведения вращается вокруг обычной жизни молодых людей Эдинбурга, конкретнее его припортового района Лейта. Большинство главных и второстепенных героев страдают от героиновой зависимости.

165

Harry Potter and me. Op. cit.

166

Runcie J. J. K. Rowling: A year in the life. Op. cit.

167

Долго считалось, что в этом эдинбургском кафе Роулинг придумала Гарри Поттера, вывеска у входа гласила «Место рождения „Гарри Поттера“». Кафе было местом паломничества фанатов, внутри есть стена с фотографиями Роулинг в Elephant House, а туалет весь расписан благодарностями. В конце мая 2020 года у себя в твиттере писательница развеяла этот миф, заявив, что настоящим местом, где «зародилось волшебство», была квартира в лондонском районе Клэпхем-Джанкшен. Там она начала переносить свои задумки на бумагу.

168

В английском оригинале Темный Лорд Tom Riddle, в русских переводах — Реддл.

169

Famous Scots: J. K. Rowling, in www.rampantscotland.com.

170

Harry Potter and me. Op. cit.

171

Dunn E. From the dole to Hollywood. Electronic Telegraph, 02.07.1997, www.accioquote.org.

172

Rowling J. K. I am prouder of my years as a single mother than of any other part of my life. Gingerbread, 19.09.2013, www.gingerbread.org.uk.

173

Оглушающее заклятие в «поттериане» — это заклинание, чтобы оглушить противника или любые двигающиеся объекты.

174

Дементоры (англ. Dementor) — слепые существа, внешне напоминающие парящие мертвые тела в черных балахонах. Питаются человеческими светлыми эмоциями, высасывая счастье и радость из всего живого. В особых случаях, если предоставляется такая возможность, дементор высасывает душу человека, примыкая ко рту жертвы (отсюда возникло выражение «поцелуй дементора»).

175

Solomon E. J. K. Rowling Interview. CBC NewsWorld, 13.07.2000, www.accioquote.org.

176

Боггарт (англ. boggart — привидение, домовой) — дух или домовой в английской мифологии. В мире Гарри Поттера боггарт отличается от прочих привидений тем, что умеет превращаться в существо, объект или предмет, которого человек боится больше всего.

177

McGinty S. J. K. Rowling and Harry Potter. The J. K. Rowling story. The Scotsman, 16.06.2003, www.scotsman.com.

178

Lawley S. J. K. Rowling. Desert Island Disc. Op. cit.

179

Известны случаи «убогой жизни», трагедий, о которых кричали заголовки газет или которые описаны в некоторых литературных произведениях. И раз уж, как мы видели, Джоан Роулинг сравнивали с Чарльзом Диккенсом, можно вспомнить печальную историю Элизы Эмили Донниторн. Эта девушка переехала в Австралию вместе с отцом в середине XIX века. В 1889 году газета Сиднея опубликовала про нее статью, в которой говорилось, что невесту бросил жених прямо перед бракосочетанием, и девушка приказала прислуге ни к чему не прикасаться и даже оставила свадебное угощение на столе, пока еда не превратилась в пыль. Существует предположение, что ее судьба, должно быть, вдохновила Диккенса на создание персонажа мисс Хэвишем из романа «Большие надежды». Мисс Хэвишем — брошенная невеста, бродившая в свадебном платье, ожидая возвращения суженого. Жених так никогда и не появился. — Прим. авт.

180

Перевод М. Д. Литвиновой.

181

Solomon E. J. K. Rowling Interview. Op. cit.

182

Johnson S. J. K. Rowling contemplated suicide. The Telegraph, 23.03.2008, www.telegraph.co.uk.

183

Woods J. Coffee in One Hand, Baby in Another — A Recipe for Success. The Scotsman, 20.11.1997, www.scotsman.com.

184

Harry Potter and Me. Op. cit.

185

New mothers in «novel boom» as they battle to emulate success of Harry Potter creator J. K. Rowling. Mail Online. 21.05.2010, www.dailymail.co.uk.

186

Dunn E. From the dole to Hollywood. Op. cit.

187

Peterkin T. How 4,000 loan gave rise to Harry Potter. The Telegraph, 22.03.2004, www.telegraph.co.uk.

188

Brennan C. The Cycle of Saturn in the Life of J. K. Rowling. Saturn Return Stories, 27.10.2011, www.saturnreturnstories.com.

189

Fraser L. Conversazione con J. K. Rowling. Op. cit., p. 25.

190

The Rosie O’Donnell Show, transcript. 21.06.1999, www.accio-quote.org.

191

I was the one who. People, vol. 61 n. 14, 12.04.2004, in www.people.com.

192

Treneman A. Joanne Rowling’s secret is out. The Independent, 21.11.1997, www.independent.co.uk.

193

Stahl L. The Magic behind Harry Potter. Op. cit.

194

Stahl L. The Magic behind Harry Potter. Op. cit.

195

Stahl L. The Magic behind Harry Potter. Op. cit.

196

Lawless J. Revealed: The eight-year-old girl who saved Harry Potter. The New Zealand Herald, 03.07.2005, www.nzherald.co.nz.

197

Walsh T. Interview: Barry Cunningham, Part 1. Writer Unboxed, 08.12.2008, www.writerunboxed.com.

198

Barley S. Barry Cunningham on childrens’ publishing and That Book. 21.02.2009, www.stevenbarley.com.

199

Lawless J. Revealed: The eight-year-old girl who saved Harry Potter. Op. cit.

200

White C. E. J. K. Rowling and the Extraordinary Life (Part 1 of 2). The Internet Writing Journal, august 2005, www.internetwritingjournal.com.

201

В разных интервью Дж. K. Роулинг дает разное число вариантов, от десяти до пятнадцати. — Прим. авт.

202

Вскоре после выхода «Гарри Поттер и философский камень» в 1997 году книга получила свою первую награду — Nestlé Smarties Book Prize. Продолжение первого романа, «Гарри Поттер и Тайная комната», было опубликовано в июле 1998 года. За него Роулинг снова получила премию Smarties. В декабре 1999 года вышел третий роман, «Гарри Поттер и узник Азкабана», который тоже выиграл в премии Smarties, после чего Роулинг стала первым писателем, получившим эту награду три раза подряд.

203

Reynolds N. $100,000 Success Story for Penniless Mother. The Telegraph, 07.07.1997, www.accio-quote.org.

204

Interview with J. K. Rowling. BBC Radio, 01.08.1999, www.bbc.co.uk/podcasts.

205

MacPherson K. «Harry Potter» goes to Washington. Post-Gazette National Bureau (Pittsburgh), 21.10.1999, www.accio-quote.org.

206

The Rosie O’Donnell Show, 21.06.1999. Op. cit.

207

Позже она обновит список самых счастливых моментов жизни, включив в него дни рождения двух младших детей, рожденных во втором браке.

208

В мире «Гарри Поттера» Патронус (от лат. patronus — «заступник») — магическая сущность, которая защищает от дементоров или смеркутов. Телесные Патронусы принимают обычно вид какого-либо животного, соответствующего характеру вызвавшего его волшебника. Чтобы вызвать его, маг должен сосредоточиться на одном из самых счастливых своих воспоминаний.

209

Гранки в издательском деле — это набор оттисков напечатанного материала на больших листах бумаги без разделения его на отдельные страницы, для проверки и правки. Это пробная (черновая) печать текста газеты, статьи или книги.

210

Morreale M. Harry Potter V — the magic continues: meet the editor Arthur Levine, www.scholastic.com.

211

J. K. Rowling’s Diary. Sunday Times, 26.07.1998, www.accio-quote.org.

212

Очень популярный в Великобритании словарь, также известный как «Словарь Бревера». Объясняет происхождение, источник или этимологию идиом, словосочетаний и слов, вошедших в историю. — Прим. пер.

213

В «Словаре Бревера» указано, что было два персонажа с таким именем, оба бандиты: один ограбил Оливера Кромвеля и кардинала Ришелье; другой, шотландец, на которого ссылается Роулинг, жил во времена королевы Марии. Оба отличались прекрасной внешностью, и оба были повешены. — Прим. пер.

214

Fraser L. Harry Potter — Harry and me. The Scotsman, 11.2002, www.scotsman.com.

215

Treneman A. Joanne Rowling’s secret is out. Op. cit.

216

Weinschenk S. Top 10 Things Every Presenter Needs To Know About People: #2 — Writing By Hand Can Increase Commitment. The W Blog, 02.04.2012, www.theteamw.com.

217

Johnstone A. We are wild about Harry. The Herald, 26.01.1999, www.accioquote.org.

218

Hattenstone S. Harry, Jessie and me. The Guardian, 08.07.2000, www.guardian.com.

219

Подробный анализ американского и английского вариантов романов см. Katerinov I. Lucchetti babbani e medaglioni magici. Camelozampa, Este, 2012.

220

Французский издатель также изменит название на Harry Potter et Ecole des Sorciers, то есть «Гарри Поттер и Школа волшебников».

221

Премия Galaxy — это «Оскар» британской литературы, также известный как «Перо», из-за характерной формы награды. — Прим. пер.

222

В России издательство «РОСМЭН» приобрело исключительное право на издание книг Джоан Роулинг в 1999 году.

223

Leveson InquiryTranscript of Afternoon Hearing, 24.11.2011.

224

Там же.

225

60,000 for novel written in cafe. Western Morning News, 08.07.1997, www.accio-quote-org.

226

Harry Potter and Me. Op. cit.

227

Granger J. The Hogwarts Saga as Ring Composition and Ring Cycle. Unlocking Press, 2010.

228

Хиастическая структура в данном контексте подразумевает циклическое вращение сюжета вокруг той или иной предпосылки или идеи и постоянное к ней возвращение.

229

Renton J. The story behind the Potter legend: J. K. Rowling talks about how she created the Harry Potter books and the magic of Harry Potter’s world. Sydney Morning Herald, 28.10.2001, www.accio-quote.org.

230

World Exclusive Interview with J. K. Rowling. South West News Service, 08.07.2000, www.accio-quote.org.

231

Lydon C. J. K. Rowling interview transcript. The Connection (WBUR Radio), 12.10.1999, www.accio-quote.com.

232

J. K. Rowling at the Edinburgh Book Festival. Op. cit.

233

Имя Малфой созвучно французскому «злопыхатель», Волан-де-Морт — «ворующий смерть или летящий над смертью». — Прим. пер.

234

Визенгамот (англ. Wizengamot; также существует перевод Мудрейх, обыгрывающий корень английского слова wisdom — мудрость) — верховный суд магов Великобритании; Нурменгард (англ. Nurmengard) — находящаяся в Альпах тюрьма, созданная Геллертом Грин-де-Вальдом для своих политических оппонентов.

235

Губрайтов огонь (англ. Gubraithian Fire) — мощное заклинание, создающее вечный огонь; Мосаг (англ. Mosague) — паучиха-акромантул, которую нашел для Арагога Рубеус Хагрид, чтобы у его «домашнего любимца» была жена.

236

Waters G., Mithrandir A. Ultimate Unofficial Guide to the Mysteries of Harry Potter (Analysis of Books 1–4).Wizarding World Press, Niles, IL, 2003.

237

Rowling J. K. Harry Potter e la Camera dei Segreti. Op. cit., p. 232.

238

С. О. В. является аббревиатурой от «Стандарт Обучения Волшебству» и относится к выпускным экзаменам пятого курса, принятым в Хогвартсе.

239

Плакса Миртл — чрезвычайно занудный призрак девушки, убитой в Хогвартсе за 49 лет до того, как Гарри начал посещать школу; она обитает в женском туалете замка на втором этаже.

240

Крестражи — это волшебные артефакты, в которые Волан-де-Морт вложил частички своей души, чтобы сделать себя бессмертным.

241

Для получения дополнительной информации по этим вопросам см. эссе автора La Mtafisica di Harry Potter. Delos Books, Milano, 2007.

242

К э м п б е л л, Джозеф (1904–1987) — американский исследователь мифологии, наиболее известный своими трудами по сравнительной мифологии и религиоведению, а также знаменитым исследованием мифов о герое — «Герой с тысячью лицами» (1949). По словам Джорджа Лукаса, именно книга Кэмпбелла вдохновила его на «Звездные войны».

243

Оборотень — это архетипическая фигура, обозначающая того, кто через метафорическую маску скрывает от героя свои истинные намерения. Трикстер — наоборот, персонаж, стремящийся устроить забавный хаос, чтобы сломить драматическое напряжение. Для более подробной информации см. главу 3 эссе автора L’Incantesimo Harry Potter. Delos Books, Milano, 2007.

244

Powers J. Harry Potter: More than the Marketing Hype. NPR, 28.07.2005 www.npr.org.

245

К л э н с и, Том (р. 1947) — знаменитый американский писатель, работает в жанре технотриллера и описывает альтернативную историю.

246

Книги этих жанров издаются в Англии под желтыми обложками. — Прим. пер.

247

Jones O. One-on-one interview with J. K. Rowling. ITV Network, 17.07.2005, www.accioquote.org.

248

Salvatori E. Harry Potter e l’apologia della Storia. Historycast, 16.07.2011 www.historycast.org.

249

De Сataldo Neuburger L. La testimonianza nel processo penale e i suoi limiti come prova di verita, in Il peso e la misura, a cura di Scaparro F. e Vagaggini M. Teti, Milano, 1993.

250

Michalko M. How geniuses think. The Creativity Post, 28.04.2012, www.creativitypost.com.

251

Повествовательная выдумка писательницы: в романе упоминаются вроде бы реальные книги, которых на самом деле не существует вообще. Например, учебники, по которым учатся в Хогвартсе.

252

Sepper D. L. Descartes’s Imagination: Proportion, Images, and the Activity of Thinking. University of California Press, London 1996, p. 134.

253

Метафора с укусом оборотня легко расшифровывается читателем самостоятельно, но Роулинг сама напрямую подтвердила это объяснение в ходе процесса, когда она пыталась заблокировать публикацию Harry Potter Lexicon. (В 2008 году издательство RDR собиралось напечатать «Лексикон», существовавший в виде веб-сайта, поддерживаемого фанатом книг о Гарри Поттере Стивом Вандер Арком. Однако Роулинг заблокировала эту инициативу, посчитав, что подобная публикация означает попытку нажиться на ее труде. Об этом в книге будет рассказано далее. — Прим. ред.).

254

Д е А м и ч и с, Эдмондо (1845–1908) — итальянский писатель, поэт и журналист. В 1886 году была опубликована его детская повесть «Сердце» («Записки школьника», Cuore), созданная в форме дневника ученика одной из школ. Книга быстро принесла де Амичису мировую известность и была переведена на десятки языков мира, в том числе и на русский.

255

Более глубокий анализ этих топосов саги см. в главе 3 L’incantesimo Harry Potter и в главах 5 и 6 Metafisica di Harry Potter. Op. cit.

256

J. K. Rowling on Charm Bracelets. Harper’s Bazaar, 06.12.2013, www.harpersbazaar.co.uk.

257

Д ж о н с, Диана Уинн (1934–2011) — британская писательница, автор фантастических романов для детей и взрослых.

258

Yolen J. Wizard’s Hall, Magic Carpet Books. S. Diego, CA 1999, p. 13.

259

Там же, с. 15.

260

Barnes & Noble — крупнейшая компания в США по продажам книг.

261

Cani I. Harry Potter ou l’anti-Peter Pan — Pour en finir avec la magie de l’enfance. Fayard, Paris, 2007; tr. it. Harry Potter o l’anti Peter Pan — La magia della lettura. Bruno Mondadori, Milano, 2008.

262

Г о р о в и ц, Энтони (р. 1955) — британский писатель, сценарист и телевизионный продюсер. В его романах и книжных сериях героями приключений и детективных историй выступают дети школьного возраста.

263

Древняя фольклорная /сказочная традиция дает седьмому ребенку необычайные способности; Джинни Уизли, последняя из семи детей в семье, станет особенно одаренной волшебницей, вплоть до того, что ее допустили в Хогвартсе в ближний круг профессора Слизнорта, даже при отсутствии богатой родословной.

264

В психоанализе это воспоминания о незначительных эпизодах детства, которые скрывают более значительные, но «удаленные» эпизоды.

265

Cani I. Harry Potter o l’anti-Peter Pan. Op. cit., pp. 83–84.

266

У а й т, Теренс Хэнбери (1906–1964) — английский писатель, получивший всемирную известность за свои произведения, написанные по мотивам легенд о короле Артуре.

267

Richards L. L. January interview — Neil Gaiman. January Magazine, agosto 2001, www.januarymagazine.com.

268

Lezard N. Harry Potter big con is the prose. The Guardian, 17.07.2007, www.guardian.com.

269

Bloom H. Can 35 Million Book Buyers Be Wrong? Yes. Wall Street Journal, 11.07.2000, www.accio-quote.org.

270

Интересный анализ положительных и отрицательных сторон лингвистического контента саги см. в статье Fenske C. Muggles, Monsters and Magicians: A literary analysis of the Harry Potter series. Peter Lang, Frankfurt, 2008.

271

Pullman P. Carnegie Medal Acceptance Speech. 1996, www.randomhouse.com.

272

Дислексия — расстройство навыков чтения.

273

J. K. Rowling’s Diary. Sunday Times, 26.07.1998, www.accio-quote.org.

274

Barber J. How Harry Potter rewrote the book on reading. The Global and Mail,16.07.2011, www.theglobeandmail.com.

275

Stahl L. The Magic behind Harry Potter. Op. cit.

276

McGinty S. Pottermania — Focus — Profile — J. K. Rowling. The Sunday Times (UK), 17.10.1999, www.accio-quote.org.

277

Garcia F. Harry Pottermania in Vancouver, with J. K. Rowling: At the author’s pressconference, adults take a back seat to kids. Cinescape, 16.11.2000, www.accio-quote.org.

278

Treneman A. Depression, fame and Hollywood — after 30 million books and — 15 million, the reclusive J. K. Rowling opens up. The Times 30.06.2000, www.accio-quote.org.

279

Жевательные резинки с пониженным содержанием никотина, специально разработанные для желающих бросить курить.

280

В случае с «Гарри Поттером» эти внутренние признаки глубоко проанализированы в эссе Oppezzo V. Harry Potter al cinema. Le Mani, Genova, 2010, pp. 32–47.

281

IESB Staff, IESB Exclusive: Richard Zanuck and David Heyman are YES MEN! IESB, 10.12.2008, www.iesb.net.

282

Bourne B. Rowling marries her doctor friend. Sunday Times, 30.12.2001, www.thesundaytimes.co.uk.

283

Paxman J. J. K. Rowling interview in full. BBC News, 19.06.2003, www.bbc.co.uk.

284

Другие источники сообщают о первых трех книгах.

285

Со старой версии официального сайта Джоан Роулинг.

286

Rowling J. K. When Steve Met Jo — Harry Potter’s creator remembers her collaboration with Steve Kloves. WGAW Magazine, aprile/maggio, 2011, www.bluetoad.com.

287

Ellwood G. Alan Rickman clarifies just how much J. K. Rowling told him about Snape’s fate in the Harry Potter series. Hitfix, 08.12.2011, www.hitfix.com.

288

Vineyard J. Daniel Radcliffe Loses It In «December Boys» Before Getting Back To Harry Potter. MTV, 12.09.2007, www.mtv.com.

289

За всеми подробностями жизни «за кадром» автор адресует читателя к своему эссе L’Incantesimo Harry Potter, op. cit.; al volume illustrato Sibley B. Harry Potter film Wizardry. Harper Design, New York, 2010, tr. it. Harry Potter — la magia dei film, Panini, Modena, 2010 (tr. it. a cura di V. Vitali e A. Toscani).

290

Премия Hugo (Hugo Award) — литературная премия в области научной фантастики, учрежденная в 1953 году, вручаемая на Всемирном конвенте любителей фантастики Worldcon за лучшие произведения, написанные в жанре научной фантастики или фэнтези и опубликованные или переведенные на английский язык в предыдущем календарном году.

291

Hoover B. Rowling enchants fans at SkyDome. Pittsburg Post Gazette, 25.10.2000, www.news.google.com.

292

См. сноску на с. 144. Реальная книга является копией вымышленной, находящейся в библиотеке Хогвартса. «Фантастические звери и места их обитания» — это копия книги, принадлежащей Гарри Поттеру, написанной Ньютом Саламандером, известным магическим зоологом. В романах о Гарри Поттере автором книги про историю квиддича является Кеннилуорти Уисп, знаменитый эксперт по квиддичу.

293

Potter Magic helps charity. BBC News, 12.03.2001, www.bbc.co.uk.

294

Greig G. There would be so much to tell her… Op. cit.

295

What’s the next chapter, J. K. Rowling? Adelaide Now, 13.06.2012, www.adelaidenow.com.au.

296

Anelli M. Harry, A History. Pocket Books, New York, 2008.

297

Там же, с. 200–201.

298

www.lifesite.net/ldn/2005_docs/ratzingerletter.pdf.

299

Windfield N. Vatican backs Harry Potter. AP, 04.02.2003, www.cesnur.org.

300

Wooden C. New attention given to 2003 Cardinal Ratzinger letter on Harry Potter. Catholic News Service, 14.07.2005, www.catholicnews.com.

301

Экзегетика (от греч. — толкование, объяснение) — раздел богословия, занимающийся истолкованием смысла Священного Писания.

302

Автор предисловия к этой книге.

303

Rialti E. Harry Potter e la discussione sul fantasy. Fantasy Magazine, 27.05.2013, www.fantasymagazine.it.

304

J. K. Rowling «Lures Kids To Satan». Contact Music, 01.03.2006, www.contactmusic.com.

305

Neal C. What’s a Christian to Do with Harry Potter? WaterBrook Press, Colorado Springs, CO, 2000; Neal C. Wizards, Wardrobes, and Wookiees: Navigating Good and Evil in Harry Potter, Narnia, and Star Wars. InterVarsity Press, Westmont, IL, 2007.

306

Couric K. Interview with J. K. Rowling. Dateline NBC, 20.06.2003, www.accioquote.org.

307

Jarrett C. Fantasy-prone Children Struggle to Apply Lessons from Fantasy Stories. Research Digest, 15.08.2011, www.bps-research-digest.blogspot.it.

308

Для желающих уточнить юридические подробности этого судебного разбирательства — см. эссе автора L’Incantesimo Harry Potter, 0p. cit, pp. 115–119.

309

Trascrizione dell’audizione di J. K. Rowling dinanzi alla commissione Leveson, 89, 10–12.

310

Solomon E. J. K. Rowling Interview. Op. cit.

311

J. K. Rowling «stalker» deported. BBC News, 18.07.2002, www.bbc.co.uk.

312

Madeley G. Court orders stalker to leave J. K. Rowling alone. Mail Online, 27.07.2007, www.dailymail.co.uk.

313

Man harassed Harry Potter author. BBC News, 27.07.2007, www.bbc.co.uk.

314

Grunfeld N. F. Finnes J. K. Rowling? Aftenposten, 01.12.2005, www.aftenposten.no.

315

Copping J. Harry Potter helped me overcome dyslexia, says Princess Beatrice. The Telegraph, 05.07.2013, www.telegraph.co.uk.

316

Treneman A. I’m not writing for the money: It’s for me and out of loyalty to fans. The Times (London), 20.06.2003, www.accio-quote.org.

317

Нил Блэр — исполнительный продюсер серии фильмов о приключениях Ньюта Саламандера «Фантастические твари» (2016) и сериалов «Случайная вакансия» (2015) и «Страйк» (2017–2018).

318

McPherson L. Trick & Treat: J. K. Rowling turns Stirling Castle into Hogwarts for Halloween fundraiser. Sunday Mail, november 2002, www.accio-quote.org.

319

Bakke D. Riverton woman says copy editing «Potter» books was top-secret job. The State Journal Register, 24.03.2011, www.sj-r.com.

320

Lenti M. L’Incantesimo Harry Potter. Op. cit., p. 122.

321

Chebatoris J. — Gonzalez N. — Phillips A. — Springen K. [Senza titolo]. Newsweek, 30.06.2003, www.accio-quote.org.

322

«Сказки Барда Бидля» (англ. The Tales of Beedle The Bard) входит в цикл «Библиотека Хогвартса». Первое упоминание «Сказок» происходит в седьмой книге о Гарри Поттере, «Дары Смерти». Сказки рассказывают о волшебниках, которые жили в Йоркшире. Выпущено только семь экземпляров книги, все они написаны от руки и иллюстрированы самой Роулинг. Все копии переплетены в кожу и украшены серебром и полудрагоценными камнями.

323

Деятельность CHLG сосредоточена на здравоохранении, образовании и социальном обеспечении и нацелена на помощь детям по всей Европе, которые все еще проживают в больших интернатных учреждениях, на улучшение благосостояния таких обездоленных детей. В 2010 году CHLG была преобразована в организацию Lumos. Название Lumos происходит от заклинания, дающего свет, в книгах о Гарри Поттере.

324

В июле 2012 года Роулинг принимала участие в церемонии открытия летних Олимпийских игр в Лондоне, где она прочла несколько строк из «Питера Пэна» Дж. М. Барри, как посвящение этой детской больнице Great Ormond Street Hospital.

325

Couric K. J. K. Rowling, the author with the magic touch: «It’s going to be really emotional to say goodbye», says Rowling as she writes the last book in the Harry Potter saga. Dateline NBC, 17.07.2005, www.accio-quote.org.

326

Isabel Allende pide el Nobel para J. K. Rowling por Harry Potter. El Universal, 01.11.2004, www.eluniversal.com.

327

Mystery lord of the Discworld. The Age, 06.11.2004, www.theage.com.au.

328

Кассиус Клей — так звали при рождении Мухаммеда Али (1942–2016), одного из самых известных боксеров в истории мирового бокса.

329

Rowling Funds Domestic Violence Film. Contact Music, 15.02.2005, www.contactmusic.com.

330

Nielsen J. B. Cheryl Klein: Potter from the inside. 2011, www.therustkey.com.

331

Гриндилоу — озерные демоны-русалки в фольклоре Великобритании и Ирландии.

332

Harry Potter and the Half-Blood Prince press conference. CBBC New-sround,18.07.2005, www.bbc.co.uk/newsround.

333

Х е н с о н, Джим (1936–1990) — американский кукольник, актер, режиссер, сценарист, продюсер. Придумал кукол-маппетов.

334

The Jim Henson Company Announces Recipients of the First Annual Jim Henson Honors. PR Newswire, 21.12.2005, www.prnewswire.com.

335

Там же.

336

Kids to join stars at royal party. CBBC Newsround, 01.02.2006, www.bbc.co.uk.

337

В сентябре 2008 года Роулинг даже пожертвовала в пользу партии лейбористов миллион фунтов стерлингов.

338

Для подробного изучения эпизода см. L’Incantesimo Harry Potter. Указ. соч., с. 127–129.

339

Фан-фикшн — это истории, сочиненные фанатами, главными героями которых являются персонажи и контекст саги, что с точки зрения закона нарушает авторские права.

340

Американская писательница, сценарист и продюсер Энн Райс прославилась романом «Интервью с вампиром», по которому был снят одноименный фильм.

341

Ромуланцы — инопланетная третья раса из медиафраншизы «Звездный путь».

342

Paramount Pictures Corp. v. Romulan Invasions, 7 United States Patents Quarterly 2d1897.

343

Bethune B. The Rowling Connection: How a young Toronto girl’s story touched an author’s heart. Maclean’s, 06.11.2000, www.accio-quote.org.

344

См. «Гарри Поттер и Кубок огня». М.: РОСМЭН, 2002. С. 171 (глава 12).

345

Laurence C. K. Rowling read unfinished book to dying girl. The Telegraph, 29.12.2002, www.telegraph.co.uk.

346

Manry K. Sacia’s Promise: Marysville student’s drive for college and a better future. Herald Net, 20.09.2009, www.heraldnet.com.

347

Орсон Скотт Кард — известный американский писатель-фантаст, автор ряда книг в жанрах научной фантастики, фэнтези и альтернативной истории. Его высказывание см. www.linearpublishing.com/RhinoStory.html.

348

Gaiman N. Fair use and other things.19.04.2008, www.journal.neilgaiman.com.

349

Эта история потрясла всю Европу. В мае 2007 британская семья Макканн отправились на отдых в курортное местечко Прайя-да-Луш в Португалии. Четырехлетняя Мадлен загадочно исчезла из номера, поиски ребенка ничего не дали. Несмотря на современные средства криминалистики, полиция расследовала это дело ровно 13 лет. Недавно в деле всплыло имя немца Кристиана Брюкнера, подозреваемого в педофилии и других преступлениях. Теперь родители девочки, Кейт и Джерри Макканн, ждут, что, возможно, удастся пролить свет на их семейную трагедию.

350

В 2011 году мать девочки Кейт издает мемуары, которые так и называются — «Мадлен», гонорар и выручка от продаж поступят в одноименный фонд.

351

Stahl L. The Magic behind Harry Potter. Op. cit.

352

Harry Potter and the Half-Blood Prince press conference. CBBC Newsround, 18.07.2005, www.bbc.co.uk/newsround.

353

King S. Goodbye, Harry. Entertaiment Weekly, 06.07.2007, www.ew.com.

354

Chidell A. J. K. Rowling already writing post-Potter novel. The Guardian, 27.07.2007, www.guardian.com.

355

Memmott C. J. K. Rowling’s fond look back at Harry Potter. USA Today, 26.7.2007, www.usatoday.com.

356

Memmott C. Exclusive: J. K. Rowling takes career in new direction. USA Today, 25.09.2012, www.usatoday.com.

357

Корнелия Функе — немецкая писательница, автор более 40 детских книг, за которые получила множество наград. Преимущественно пишет в жанре фэнтези; Роберт Лоуренс Стайн — знаменитый американский автор «литературы ужасов» для детей и подростков, так называемый Стивен Кинг детской литературы.

358

Война в Дарфуре — межэтнический конфликт в Судане. Гуманитарная катастрофа, которая привела к сотням тысяч погибших и миллионам беженцев.

359

Ditzian E. Harry Potter’ Author J. K. Rowling Writing A «Political Fairy Tale». MTV, 17.07.2009, www.mtv.com.

360

Катание пасхальных яиц перед Белым домом на следующий день после Пасхи — традиционная забава в США. Соревнуясь, дети катают деревянными ложками с длинными ручками вареные яйца через лужайку резиденции президента. Первое катание яиц было проведено в Белом доме в 1878 году.

361

Так называют Гарри Поттера в «Философском камне», поскольку он пережил убивающее заклятие Авада Кедавра.

362

Johnson A. How J. K. Rowling dismissed her Dumbledore: Despite helping her make a 500m fortune, Harry Potter author has made her book agent disappear. Mail Online, 16.07.2011, www.dailymail.co.uk.

363

Wood G. J. K. Rowling: Secret darkness behind The Casual Vacancy. The Telegraph, 27.09.2012, www.telegraph.co.uk.

364

Boquet T. J. K. Rowling: The Wizard Behind «Harry Potter». Reader’s Digest, December 2000, www.accio-quote.org.

365

Так называемые бета-ридеры — непрофессиональные читатели, к которым автор обращается за первым мнением о своей работе, это могут быть его родственники и друзья.

366

Wood G. J. K. Rowling: Secret darkness behind The Casual Vacancy. Op. cit.

367

Wonderbook — периферийное устройство дополненной реальности для консоли Playstation 3. Пользователь, владея физическим объектом, похожим на книгу, может ознакомиться с его содержимым при помощи программного обеспечения, отображающего цифровое изображение на экран Playstation 3. Продаваемый под лозунгом «Одна книга, тысяча историй», он был выпущен одновременно с игрой «Книга заклинаний» летом 2012 года.

368

Церемония открытия состоялась на новом, специально сооруженном к Играм, 80-тысячном Олимпийском стадионе и называлась «Острова чудес».

369

Memmott C. Exclusive: J. K. Rowling takes career in new direction. USA Today, 25.09.2012, www.usatoday.com.

370

Runcie J. Writing for grown ups. BBC News, 26.09.2012, www.bbc.co.uk.

371

Lowther E. J. K. Rowling revealed as author of The Cuckoo’s Calling. BBC News, 14.07.2013, www.bbc.co.uk.

372

Для подробного анализа процедуры сравнения текста см. Juola P. Rowling and «Galbraith»: an authorial analysis. Language Log, 16.07.2013, www.languagelog.ldc.upenn.edu и Juola P. How a Computer Program Helped Reveal J. K. Rowling as Author of A Cuckoo’s Calling. Scientific American, 20.08.2013, www.scientificamerican.com.

373

Речь идет о романе «Шелкопряд». 22 октября 2015 года вышла третья книга под названием «На службе зла»; четвертый роман «Смертельная белизна» был выпущен 18 сентября 2018 года. Все эти книги Роулинг становились бестселлерами. В 2016 году состоялась премьера телесериала «Страйк». 26 мая 2020 года на специальном сайте началась публикация новой книги Роулинг для детей «Икабог».

374

Gompertz W. J. K. Rowling on swearing for adults. BBC News, 26.09.2012, www.bbc.co.uk.

375

Пожиратели смерти — группа злых волшебников — боролись за чистоту магической крови.

376

Рита Скитер — в саге о Гарри Поттере специальный корреспондент «Ежевневного пророка», любительница скандалов и сенсаций.

377

Т о р н, Джек (р. 1978) — британский сценарист и драматург. Пишет сценарии для радио, театра и кино. Стал известен благодаря многим популярным сериалам, таким как «Молокососы», «Отбросы», «Это Англия ‘86», «Это Англия ‘88», «Бесстыдники», и фильму «Разведка — книга для мальчиков».

378

Т и ф ф а н и, Джон Ричард (р. 1971) — английский театральный режиссер. Руководил всемирно успешными постановками «Гарри Поттер и Проклятое дитя», «Черный Дозор» и др. Лауреат многих театральных премий.

379

31 июля — день рождения Джоан Роулинг. В этот день в 1980 году родился Гарри Поттер. Том Реддл, зная из пророчества о мальчике, который родится в конце июля и покончит с ним, убил Лили и Джеймса Поттеров. Фанаты «поттерианы» отмечают этот день еще и как торжество всей вселенной волшебников. Также это последняя дата для мальчиков и девочек, чтобы успеть принять предложение поступить в Хогвартс.

380

«Назад в будущее» — американский приключенческий фильм 1985 года с элементами фантастики режиссера Роберта Земекиса о подростке Марти Макфлае, случайно попавшем в прошлое, в 1955 год, где он встречает своих юных родителей; «Эта прекрасная жизнь» — кинофильм Фрэнка Капры 1946 года, снятый по рассказу Филипа Ван Дорен Стерна «Величайший подарок». Главный герой фильма, не выдержав череды проблем, решает совершить самоубийство, но ангел-хранитель помогает ему увидеть, насколько его жизнь нужна другим людям.

381

Nikkhah R. J. K. Rowling: I will return to writing children’s books. The Telegraph, 06.10.2012, www.telegraph.co.uk.

382

Как уже отмечалось выше, 26 мая 2020 года на специальном сайте началась публикация новой книги Роулинг для детей «Икабог». Одновременно начался детский конкурс иллюстраций, лучшие из которых будут опубликованы в будущем бумажном издании книги.

383

Черная метка — магическая отметка лорда Волан-де-Морта. Все Пожиратели смерти имеют такой знак на внутренней части предплечья левой руки, он служит как для узнавания ими друг друга (Тёмный Лорд ставит эту метку самолично), так и для связи между Пожирателями и самим Волан-де-Мортом. При прикосновении волшебной палочкой к темной метке на руке одного из них все остальные чувствуют на аналогичном месте жжение, это служит знаком.

384

s. a. = senza autore (итал.) — без автора.

Content

Марина Ленти
Джоан Роулинг. Неофициальная биография создательницы вселенной «Гарри Поттера»

Предисловие Открывая Дж. K. Роулинг

Введение

Пролог Семь жизней Джоан Роулинг

Часть I Поиск-приключение

Глава 1 Галеотом была шинель

Глава 2 Волшебники, кролики и клубника

Глава 3 Отголоски прочитанных книг

Глава 4 Северус Снегг и бирюзовый автомобиль

Глава 5 Университет, ГАВНЭ и Живоглот

Часть II Трагедия

Глава 6 Гарри Поттер и Зеркало Желаний

Часть III Путешествие и возвращение

Глава 7 Португальская передышка

Глава 8 Джоан в Стране волынок

Часть IV Победить зверя

Глава 9 Лицом к лицу с дементорами

Часть V Возрождение

Глава 10 Конец туннеля

Часть VI Из грязи в князи

Глава 11 Магический камень

Глава 12 Полотно сюжета

Глава 13 Критика оригинальности и стиля

Часть VII Комедия

Глава 14 Все дети в мире будут знать его имя!

Глава 15 Голливуд и прекрасный принц

Глава 16 Последствия славы

Глава 17 Зенит

Глава 18 Ближе к завершению саги

Глава 19 Отношения с фэндомом

Глава 20 Последний акт

Глава 21 После Поттера

Глава 22 «Случайная вакансия» и Корморан Страйк

Глава 23 «Фантастические твари», «Проклятое дитя» и не только

Эпилог «Мастер зельеварения»

Библиография

Благодарности

Выходные данные

Примечания