Приемыш

Пролог

— А-а-аргх! — простонал я, пытаясь открыть глаза, что, впрочем, у меня не получилось от слова никак. Голова гудела, словно пятничный вечер плавно и неожиданно перетек в похмельное утро понедельника.

— Matt, you awoke? How do you feel yourself? (Мэтт, ты проснулся? Как себя чувствуешь?) — женский голос раздался на отдалении, но по мере речи, слышался все ближе. Странно, вроде вчера ни с какими туристками не тусил, из бывших посетительниц моего дома никто зайти не обещал. Тогда чей это голос? Глаза не открываются, в голове как будто басы кто-то включил в своей «ласточке», долбит «нормально», в горле сухость, как будто последним моим блюдом был песок, с остатками верблюжьих испражнений. Эх, жалко, если я закадрил какую-нибудь европеечку в клубе, а остальное не помню. Женщина всё время, пока я думал, тараторила что-то на своем, но стук в голове не давал нормально разобрать, о чем она говорит. Да и глаза всё еще не открывались.

— Пить! — шепчу я, чувствуя, как мое нёбо трескается от выпускаемого воздуха. Надеюсь незнакомка принесет вместо стакана, ведро воды. Пить хочется ужасно.

— What? Pete? Who is he? (что? Пит? Кто это?) — незнакомка похоже, вообще не понимает, о чем я, и чего хочет среднестатистический мужчина после бурной, тяжелой ночи.

— Matthey, stop talking and drink this mixture, you should get a good night's sleep, and your wounds haven't healed yet. Here, have a little drink — женщина приподнимает мою голову, и подносит к губам стакан с чем-то, пахнущим жасмином. Приоткрываю рот, жидкость по капле, а затем уже струйкой течет по глотке, смывая всё, как тропический дождь в пустыне. Жадными глотками утоляю жажду, удивляясь, какая сильная женщина, так запросто приподнять мужчину нормальных габаритов не каждая сможет! Надеюсь я не закадрил какую-нибудь бодибилдершу, у них, за бугром такие, я слышал, бывают. «Она назвала меня Мэттью!? Какого хе…»- и я отрубаюсь.

За день до этого…

Я шел домой после работы, немного уставший и загруженный. Весь день переводил документы для очередной инвест-компании из-за границы. В голове крутилась вся эта юридическая лабуда, перегружая мозг остаточной информацией. Вечерняя Москва, как всегда, была яркой и шумной, в сумерках ярко светили рекламные баннеры, завлекая люд, спешащий по домам и по злачным заведениям после работы. Как же хочется в отпуск! В теплые края и море или горы, а не этот осточертевший серо-черный снег, лежащий вдоль бордюра, и не эти серые коробки многоквартирных домов с черными, авангардными рисунками битума на стенах. Но работа есть работа и ближайший отпуск намечается не раньше августа, и, я надеюсь, тогда-то я немного отдохну от суеты. Надо бы еще и в родной городок на Урал съездить, навестить приют, присмотреть за домом. Хотя в доме жить не собираюсь, продавать его не хочу, это всё что осталось на память о семье, приютившей меня. Да и продавать там нечего, уже лет 7 я туда наведываюсь раз в год-два, так что дом уже начал умирать без хозяев. Мама… так и не смог попрощаться с приемной родительницей, которая забрала меня из приюта. Когда она слегла, я служил по контракту в одной из стран Средней Азии, оставшись там после срочки. Мама как-то резко заболела, быстро слегла, и покинула этот мир, пока я пытался отпроситься со службы. Не могу сказать, что мы были очень близки, я уже с 5 класса жил в интернате гимназии областного центра, наведываясь домой в село только на каникулы. Вот и получилось, что с 5 класса я у приемной матери бывал наездами 3–4 раза в год. Потом армия, мотострелковая бригада и разведрота, которую переводят в одну из соседних дружественных стран на ППД (пункт постоянной дислокации). Зарплату, даже нам, срочникам, увеличивают, а контрактники вообще стали получать ЗП выше чем в среднем у нас в регионе.

В общем, служба служилась, я съездил домой, похоронил единственного, хоть и не родного, но близкого человека, и вернувшись, решил остаться на контрактную службу на 3 года. Вот там-то я и понял, какую профессию выбрать. В целях обмена опытом и противодействия терроризму с коллегами из страны-«потенциального противника», чья база стояла в сотне километров от нашей, были проведены учения, где я и пообщался, на ломаном английском, конечно, с ребятами из НАТО. Ребята эти, в конце разговора похвалили, «ха-ха», мой английский, и пригашали в гости. А мне стал интересен язык, да и способности к нему у меня оказались.

После завершения контракта, поступил в ВУЗ в областном центре. Отучился, параллельно подрабатывая версткой сайтов и 3д моделизмом. Да-а, пришлось очень быстро обучаться, деньги от контракта не тратил, отложил. Хотел переехать в столицу, купить там квартиру.

Вот уже как 2 года, как я переехал в Москву, недавно взял в ипотеку квартирку на Нагатинском Затоне на юге Москвы, вложив все накопленные за службу и учебу деньги на первоначальный взнос. Квартирка, конечно, маленькая, убогая, зато своя, точнее пока наша общая с банком. Банк! Точно, надо же внести оплату на следующий месяц! Пришлось свернуть, и сокращая по дворикам, в быстром темпе идти обратно к банкомату на Судостроительной.

Подходя к магазину, услышал хлопки, чей-то визг, крики и звуки сигналок машин. Не знаю зачем, но я повернул в ту сторону, побежал, пригибаясь за машинами, припаркованными вдоль пешеходной дорожки. Выглядываю из-за машины, а там пьяное тело в темно-синей куртке размахивает пистолетом и орет на кого-то:

— Да пускай приезжают! Что они мне сделают? Я сам из полиции!

Вдруг замечаю, что у его ног лежит девочка, лет наверно 12–13, стонет и держится за бедро, откуда расползается темное пятно на ее джинсах и на грязно-обледенелом асфальте тротуара. А этот урод тычет пистолетом на неё, что-то крича. Люди вокруг кричат, кто-то только начинает убегать, а я понимаю, что девчушку, похоже, сейчас застрелят.

Пытаясь успеть, выбегаю из-за машины, в прыжке пинаю в грудь бухого мужика, но сваливаюсь вместе с ним. Делаю попытки резко встать, но этот мент хватает меня за рукав и дергает. Я падаю, и мы с бухим телом начинаем бороться на земле. Я замечаю, что он тянется к выпавшему стволу, стараюсь ему помешать, наконец встаю на карачки, делаю пару шагов на четвереньках в нужную строну и хватаю пистолет, чтобы выкинуть подальше. Замечаю подбегающих людей в форме. Крики «руки вверх», мат, мужик лёжа кричит что он «свой», перемежая всё это с матом. Подняв руки пытаюсь встать с колен, но тут этот бухой мужик, лежащий на асфальте рядом, боковым ударом попадает мне в пах. Я от неожиданности вскрикиваю и опускаю руки к больному месту. И тут меня ослепляет вспышка, я, чувствуя возрастающую боль в груди, и смотря на черное дуло пистолета со струйкой дыма над ним, перевожу глаза на полицейского, держащего пистолет, замечаю округленные глаза и заваливаюсь вперед, уходя во тьму.

Глава 1 пробуждение

— А-а-а! — придя в себя, я резко поднялся с кровати. Похоже, в меня выстрелил этот чертов полицейский. Ну да, логично, ствол у меня в руках, рядом лежащий мужик орёт что он свой. Но блин, как же обидно. Зато, хотя бы, живой. Как ни странно, ничего не болело. В глазах всё ещё мерцание люстры ментовозки, и вспышка из дула пистолета. Меня прошиб холодный пот, по спине пробежали мурашки. Пощупал свое тело, но ни бинтов, ни дырок не заметил, что странно. Открыл глаза, начал оглядываться. Да, похоже попал в больничку. Небольшая комната в светлых тонах, кровать, на которой я сижу, справа большое окно, сквозь крону деревьев льется солнечный день. У окна стоит тумбочка, на ней горшок с полуживым растением с толстыми листьями, и графин с водой, прикрытый прозрачным стаканом. Слева обычный пошарканный офисный стул у кровати, дверь и напольная вешалка с зеркалом в дальнем углу. За дверью слышались чьи-то голоса, но так тихо что я не разбирал речь. Похоже, меня успели разместить в больницу. Откинув легкое одеяло, решил проверить, куда делась рана.

— Да что за фигня?! — на теле ран не было, а руки казались маленькими, как будто детскими. Неужели я так сильно исхудал? Провожу руками по лицу, по голове: лицо гладкое, щетины, так привычной мне, нет, вместо моей причёски короткий ёжик волос…

Мигом выскочив из кровати, подбегаю к зеркалу. В отражении с выпученными глазами на меня смотрит мальчик, лет двенадцати-четырнадцати на вид. Чем-то похож на меня самого, только волосы чуть светлее, да глаза более голубые. У меня глаза раньше глаза были голубые, но посеревшие во время службы. Бывает такое. А в отражении на меня смотрели ярко голубые, даже синеватые глаза. Голову наполнили тысячи мыслей, в кровь хлынул адреналин. Так, Захар, успокаивайся. Всему должно быть объяснение. Вдох-выдох, повторить, ещё… Я медленно поплелся к кровати и осторожно уселся, положил локти на колени и схватился за волосы обеими руками. Что случилось? Почему так произошло? Вариантов ответа в голове роилось множество: я вернулся во времени назад в прошлое?.. мне это всё (вся моя долбанная жизнь!) привиделось или приснилось?.. меня клонировали в новом детском теле?.. я сошел с ума, а на самом деле я лежу, пуская слюни, в психушке в комнате с очень мягкими стенами?.. Но ни один из ответов не походил на правду, точнее, я надеялся, что всё не так. Оказаться ни клоном, ни сумасшедшим мне не хотелось. Да и в возвращение во времени я совсем не верил.

А во что верить? Как понимать то, что вот он я, сижу в скрипучей кровати, чувствую в ладонях свои (свои ли?) волосы, чувствую боль от вырываемых волос и прохладу кафельного пола на своих ступнях. Если я все это чувствую, значит я существую? Да и мысли вроде в голове есть.

— Та-а-к! — лохмачу свои волосы, резко встаю с кровати, начинаю ходить по комнате, но мысли всё те же, новых нет. Смотрю в окно, там кроме деревьев под окном ничего и не видно. Падаю обратно на кровать. Не зная, что делать, решаю дождаться врачей или тех, кто тут за мной следит, разузнать что случилось и понять где или, когда это я очнулся. Тут вспоминаю, что перед тем как проснуться, видел, а точнее слышал странный сон, где девушка или женщина на английском расспрашивала меня, дала попить и обзывала меня каким-то странным именем, то ли Стью, то ли Мэттью. Точно, Мэттью… Слышу приближающиеся шаги в коридоре и быстро ныряю в кровать прикрывшись одеялом.

— Ты всё еще спишь? — в комнату заходит невысокая и чуть полненькая женщина, в темно-зеленом халате, лицо было бы милым если бы не губы, опущенные как будто в отвращении. Хмм. Обращается она ко мне на английском. — Когда же ты перестанешь попадать ко мне, Мэттью? Ты думаешь я тут работаю для того, чтобы штопать тебя постоянно после ваших драк? Перестань уже вести себя как сопляк, или не нарывайся на неприятности. Только за последние 3 месяца после Рождества половина моих кристаллов ушло на тебя, слышишь? Следующий раз, если опять сюда попадешь, буду лечить тебя не эфиром, а обычными лекарствами! — говоря всё это, медсестра, сперва подойдя к кровати, прикладывала руки к разным частям моего тела, начиная со лба и далее вниз. Ничего не понимаю, о чем она. Что за Мэттью, какие драки, кристаллы, эфир? Мысли вились в голове, клубок не распутывался, похоже я и вправду скинул шифер. Но ладно, раз это мои глюки, надо посмотреть, что напридумывало мое больное воображение.

— Пр-ст-те-е… (на русском) — с горла кое-как выходит одно слово.

— Что?.. Подожди, на, выпей воды… — похоже, не поняла.

Женщина отходит к тумбе, наливает воды. Передав стакан с водой в мои руки, женщина, обойдя кровать, садится на стул, с ожиданием смотря на меня. Я же, смотря ей в глаза, выпил предложенный стакан воды и опустил руки, не убирая стакан. Молчим… Я не знаю, что сказать, она, похоже ждет ответа на свои вопросы. Попробуем разобраться, что же тут к чему. Надо порасспрашивать ее, что ли. Только, всё-таки похоже, что на русском она не поймет, спрошу на английском.

— Где я? — мой же голос, начавший ломаться голос подростка, вводит меня в ступор.

У женщины брови поднимаются вверх, руки прикрывают удивленный рот.

— Мой Лорд! Всё таки амнезия!? Ты не помнишь, где ты и как тебя зовут?

И как ей ответить? «Меня зовут Захар Лакин, приятно познакомиться»? Если она называла меня этим странным именем, тьфу ты, Мэттью, то представившись своим настоящим именем я могу просто заработать себе проблемы, а их похоже у меня уже немало.

— Да, я Мэттью… Мэт — говорю я, вспомнив как сокращается это имя. — а больше ничего не помню…

— А меня помнишь? — у женщины в голосе явно чувствуется беспокойство.

Я делаю смущенный вид, упускаю взгляд в пол, и произношу. — Нет…

Лучше и вправду изобразить амнезию, пока я тут ничего не понимаю. Сознаться потом, если что, надеюсь, будет возможность.

— Да… — протягивает женщина. — Похоже в этот раз всё серьезно, доигрались вы, мальчики, в рыцарей… Так, ты лежи, отдыхай, а я скоро приду. — с этими словами женщина, которая так и не представилась, споро поднялась со стула и выбежала за дверь, хлопнув ей напоследок.

Интерлюдия

В комнате, совмещающей в себе современные технологии и аристократическую вычурность, за тяжелым дубовым столом сидел пожилой мужчина, с пенсне на носу. Седые волосы зачесаны назад, аккуратные, такие же седые усы и борода подстрижены в испанском стиле. Одет он был вполне по молодежному, белая рубашка в тонкую голубую полоску, поверх нее темно серая безрукавка, на ногах белые кеды и светлые джинсовые брюки. Мужчина корпел над документами, то и дело поглядывая на широкий белый монитор, стоящий справа от него. Нет, он, конечно, мог доверить это дело и кому-нибудь из сотрудников приюта или секретарю в своем клане. Но, дожив до преклонных лет, мужчина понял, что лучше держать руку на пульсе, знать, что и где происходит, да и не хотелось ему, как его сверстникам, сидеть часами за бинго (игра похожая на наше лото), тратить время на поле для гольфа или на стадионе поло. Не чувствовал он, что доживает последние годы. Да и боялся он смерти. Лучше работать, не покладая рук, пряча страшные мысли о смерти за рутиной рабочих будней. Вот и сейчас он разбирал отчеты за первые три месяца нового года в приюте, сверял работу бухгалтера приюта и финансистов клана. С одной стороны, решение Короля, с предложением каждому клану построить минимум по одному приюту, и каждому клану отвечать за свой участок и сирот на этом участке, воспринимался Стивеном положительно. Расходы, в общем финансовом потоке клана хоть и заметные, но ипользы много. Это и повышение репутации в глазах народа, и небольшие льготы от Короны (имеется в виду и Королевство и Королевский клан. Прим. ав.). Плюс, можно подобрать из перспективных воспитанников работников и, если повезет ребенку, Слуг клана. Но и недостатки конечно имеются. Как ни посмотри бывают и беспризорники, попадающие в приют — это дети, не получившие никакого воспитания и образования, следовательно, проблем они доставляют тоже немало. Раз в неделю кто-нибудь постарается сбежать, кто-то подожжёт что-нибудь, разобьет, сломает, украдет. Конечно не все такие, но прецеденты, как говорится, налицо. Вот опять позавчера один воспитанник что-то не поделил со старшими товарищами, получил тумаков, да так, что Дороти пришлось всю ночь с ним возиться, тратить кристаллы с Эфиром. А кристаллы не дешёвые, хорошо, что корона продает их приютам по льготной цене. В дверь мягко постучали.

— Входите!

В дверь заходит Дороти, чем-то обеспокоенная.

— Сэр Хьюстон, у нас проблемы… Мэттью Грей… мальчик, попавший позавчера в медблок… — женщина, похоже запыхалась, пока поднималась на второй этаж. Лицо красное, стоит, чуть согнувшись, тяжело дышит.

— Неужели не смогли вылечить? — брови директора поднимаются в удивлении. Потерять третьего ребенка за два года, это уже тенденция. Опасная тенденция. — Вы же говорили, что смогли вылечить его?

— Да, сэр, вылечила… уфф… он очнулся, но, похоже ничего не помнит… Помнит только свое имя. — Дороти наконец отдышалась и выпрямилась.

— Что же, очнулся — это хорошо. А с памятью разберемся, надеюсь. Может это даже выйдет ему в плюс. Я бы тоже предпочел забыть всё то, с чем столкнулся этот мальчик. Пойдемте, Дотти, посмотрим на этого, хмм… Амнемэтта (тут Стивен соединяет болезнь, амнезию и имя Мэттью).

Глава 2 Прошлого память

Когда медичка ушла, я начал размышлять. Похоже, вариант с потерей памяти прошел удачно. Да и другие варианты вполне могли сказаться отрицательно в дальнейшем. Итак, что мы имеем? Я в чужом теле. В теле ребенка, хорошо, что мальчика. Тело некоего Мэттью. Фамилию не знаю. Нахожусь в каком-то приюте имени кого-то там, точно, Георга Мюллера. Надеюсь не того Мюллера, который всем известен по Великой отечественной. Судя по тому, что медичка говорит на английском, я где-то в Англии, или в Шотландии, или в Австралии, или в США… Да где только на английском не разговаривают, в принципе. Но, в универе на парах говорили, что приютов в Великобритании нет уже давно. Значит я… да чёрт его знает, где я. Похоже, мне придется со всем этим разбираться, если я хочу тут жить. А хочу ли? Почему бы и нет? Ехать домой, в Россию, по крайней мере в ближайшее время, у меня возможности не будет. Да и есть ли он, дом? Надо сперва всё-таки во всём разобраться, и потом уже решать, что делать и как быть…

За дверью послышались шаги, я напрягся. Похоже, медсестра привела начальство. Наверное, врача, или кто тут у них главный. Дверь открылась и в проеме показались уже знакомая мне медичка, и высокий старик. Точнее пожилой мужчина, очень стильный. Если бы Московские хипстеры постарели, они бы так и выглядели. Хе-хе, точно, старый хипстер, только татушек не хватает! А может я попал в будущее? И вот передо мной образец такого мужчины, привыкшего ходить в барбершопы, фитнесы и смузи-бары. Ладно, чего гадать, играем юнца, потерявшего память и испуганного ситуацией…

***

…Стивен Хьюстон быстро зашел в медблок приюта, и остановился перед кроватью мальчика. Сперва Стиву показалось, что мальчик, оглядев его, немного улыбнулся, но через мгновенье улыбка пропала, а Мэтт вопросительно и с испугом стал смотреть то на Стива, то на Дотти.

— Привет, Мэт. — начал разговор Стивен, — Как ты?

— Доброе… эээ… утро? Хорошо… сэр.

Мальчик, похоже совсем растерян.

— Дотти сказала, что ты потерял память. Не мог бы ты рассказать, как себя чувствуешь, может что-нибудь вспомнил?

Мальчик кивнул, отвел взгляд наверх и задумался. Через пару мгновений он посмотрел на мужчину.

— Я совсем ничего не помню. Очнулся здесь, на кровати. Как я сюда попал и где я, тоже не знаю. Понял, что меня зовут Мэттью, только со слов… — и с показным смущением посмотрел на медсестру.

— Миссис Дороти Пиллз. Хилер приюта. — представилась Дотти, поняв вопрошающий взгляд мальчика.

— Рад познакомиться, миссис Пиллз. Спасибо. Со слов миссис Пиллз. — закончил Мэтт.

— В таком случае, мне тоже следует представиться. Сэр Стивен Хьюстон, директор этого чудесного приюта и, по совместительству, глава клана Хьюстонз. Очень приятно, молодой человек! — с этими словами Стив протянул руку мальчику. Мэтт несмело улыбнулся и пожал протянутую руку.

***

— …Очень приятно, молодой человек!

Ничего себе! Этот старый хипстер оказался не просто директором, а целым главой клана. Про кланы я знаю только то, что когда-то среди аристократов были кланы и рода, да и то последние кланы в Британии остались только в Шотландских нагорьях. Ну ладно, это всё потом. Сейчас надо выведать побольше информации о моей дислокации, хе-хе, и тайм позиции.

— А где я сейчас?

Директор в задумчивости потер переносицу под маленькими очками без дужек.

— Ну… — протянул он, — сейчас ты находишься в медблоке приюта Георга Мюллера, Саут Окендон, в пригороде Лондона, Соединённое Королевство Британии… Хмм, дальше продолжать? — с улыбкой спросил он. После моего кивка он продолжил. — Соединенное Королевство находится на северном полушарии планеты Земля…

Так, ничего нового пока я не услышал, но то, что оказался в Лондоне уже немного сбивает с толку. Всё-таки приюты тут, оказывается есть, и меня каким-то чудом угораздило попасть в один из них. Слушаем дальше.

— По поводу тебя: ты, похоже, потерял память после инцидента, который произошел позавчера. Ты подрался с ребятами постарше с приюта…

— А из-за чего? — прервал я его.

— Точную причину я тебе не скажу. — виновато улыбнулся он. — эти вопросы задашь Дотти или мисс Троттл, она твой воспитатель. Но могу точно сказать, что у миссис Пиллз ты частый гость. Вот как раз она сейчас и расскажет твою биографию, а точнее что нам известно. Дороти? — Директор указал на медичку или хилера, как она сама себя обозвала. Хе, хилер это как в компьютерных ролевых игрушках? Тогда старик-хипстер это кланлид (Глава клана на английском — clanleader, или head of clan. прим. ав.). А ведь точно, всё сходится. А я тогда кто? Получается, я нуб, который слил катку…

— Тебя зовут Мэттью Грей, фамилия, конечно, данная приютом, тебя так записали, когда ты попал сюда 12 лет назад. Тебя нашли в районе Грей, недалеко, к югу отсюда. Сколько тебе лет, точно мы не знаем. Когда ты попал сюда, мы решили, что тебе около двух. Днём рождения записали тот же день, когда ты попал в приют. Получается, ты родился 3 мая 1999 года. О твоих родителях нам тоже ничего неизвестно. Тебя нашли патрульные клана на улицах района Грей, идущим в обношенной взрослой футболке, изможденного и голодного. Когда мы спросили, как тебя зовут, ты сказал Мэтти, больше ничего ты сказать не мог. В приюте ты, как я и говорила, уже 12 лет, для нас это рекорд, обычно детей с приютов забирают намного раньше…

— А почему? — вырвалось у меня.

— Причина в самом тебе. — ухмыльнулась Дороти и сухо продолжила, — когда был малышом, ты с криками “это не мама!” убегал ото всех, кто хотел тебя забрать, когда стал постарше, стало только хуже, ты кричал на потенциальных приёмных родителей, убегал, прятался, и ни в какую не соглашался уехать в приёмную семью, или приходил на встречи весь побитый. Вчера, кстати, приезжала семья Виллисов, но ты пролежал здесь. Они уехали, так и не увидев тебя. Да и кто возьмет в семью такого непослушного…

— Дороти! — строго прервал его директор. У меня аж мурашки по спине пробежали от его голоса. Теперь директор ощущался не как старый хипстер, а настоящий кланлид. — Прости Мэтт, но миссис Пиллз тоже в чем-то права. Так что, надеюсь, эта амнезия даст тебе возможность взглянуть на свою жизнь по-новому и исправить свое поведение в лучшую сторону. — вопросительно посмотрел он мне в глаза.

— Да, конечно, мистер Хьюстон. — кивнул я, делая вид что смущаюсь. — Я постараюсь исправиться.

— Что ж, надеюсь на тебя, Мэттью. И если будут какие-нибудь вопросы или просьбы, можешь обратиться ко мне. — степенно кивнул глава клана и, развернувшись, пошагал к выходу. — Дотти, если у вас нет неотложных дел, пройдемте со мной.

Дороти, покосившись на меня напоследок, последовала за ним.

Вопросов, конечно, у меня было множество, но они все покажутся директору либо странными, либо подозрительными. Лучше познавать этот мир самостоятельно, шаг за шагом, чтобы мой, уже, детский мозг смог разложить это по полочкам…

***

Идя по коридору, Стивен чувствовал некую странную двойственность. Вроде все тот же забияка Мэтти, но его поведение и речь его удивляли. Не было его обычных пререканий, бурчания в нос и обиженных взглядов. Вместо этого цепкий взгляд, правильная речь, спокойные и уравновешенные движения. Как будто взрослый человек. Что же, похоже, амнезия пошла мальчику на пользу.

— Дотти, пригляди за юнцом, ему сейчас как никогда нужна будет помощь, как твоя, так и мисс Троттл. Сообщи ей, чтобы навестила воспитанника, и помогла, чем сможет. Может наконец, и этого буяна наконец пристроим в хорошую семью.

— Хорошо, мистер Хьюстон. — отозвалась хилер приюта, шагавшая чуть позади за своим руководителем и главой. В душе женщины тоже появилась надежда, что скоро она распрощается с таким надоевшим ей ребенком, хотя за прошедшее время она и привыкла к Мэттью, но его постоянные дебоши, истерики и драки уже сидели в печенках персонала всего небольшого приюта. Единственная, мисс Эмбер Троттл, воспитатель, начавшая работать в приюте только в прошлом году, в меру небольшого опыта и, наверное, юношеского максимализма, «ей же всего 26 лет», пыталась наладить контакт с этим маленьким буяном и помочь ему интегрироваться в небольшое общество приюта и в дальнейшем в новую семью…

***

После того, как меня покинули мои посетители, я сел думы думать. Думы были тяжкие. То, что я попал в тело ребенка, это еще ладно. Но то, что я сейчас в приюте, и меня, похоже, тут нередко избивают старшие дети, это уже повод задуматься. Если несколько “ребят”, как тут мне сказали, да еще и старших, подрались со мной, то это не драка, а избиение. А бить избитым у меня желания нет. Хватит в прошлой жизни. Насчёт этого тоже вопрос: это я вспомнил прошлую жизнь и забыл настоящую или моя душа нашла новое вместилище? Или та, прошлая жизнь была хорошо оформленной иллюзией? Или есть еще варианты? Хотя, если здраво рассудить, какая мне сейчас разница? Как говорил ротный что хером в лоб, хером по лбу. Нужно воспринять себя как нового человека с эфемерным опытом прошлой жизни, на который можно опереться. Нужно заполнить и запомнить свою биографию. Для этого нужно сперва узнать какой год. Так, год рождения мне известен — девяносто девятый приблизительно, прожил я, или точнее не я, а прежний хозяин этого тела, здесь, в приюте, двенадцать лет. Получается, сейчас две тысячи тринадцатый год. Хе, было бы забавно очутиться в 2007-ом, тогда все, кто кричал “Верни мне мой две тыщи седьмой!” просто обзавидовались бы. Продолжим. Родителей нет, родных, судя по всему, нет, или Мэттью им не нужен… Как же странно называть себя другим именем. Прожил столько лет с именем Захар, а теперь я Мэттью, блин. Кстати, что-то кушать захотелось, только сейчас вспомнил о еде. Выходить из комнаты не хочется, надеюсь тётя Дотти вспомнит обо мне и о моем растущем организме. Или она решила, что, раз у меня амнезия, я забыл, что такое еда? Ладно, подождем пол часика, может, хе-хе, вспомнят. А пока продолжу разбирать свежие данные по полочкам новенького мозга… кстати, если я помню прошлую жизнь, или жизнь Захара Лакина, то это значит, что память хранится не только в мозге, но и в душе? Интересно…

***

После уроков у детей в приюте было свободное время до пятичасового чаепития. Дети могли поиграть, посидеть за лэптопами (прим. авт. компьютеры) и смартфонами. Кто-то смотрел TV, кто-то учил уроки или просто читал книгу. Но только трое, уже почти взрослых, парней стояли в классе перед столом учителя, и, угрюмо опустив глаза, делали вид, что слушают воспитателя. Эмбер Троттл, молодая высокая и стройная девушка двадцати шести лет, с объёмными волосами каштанового цвета и светло карими глазами, одетая в строгий черный брючный костюм и белую блузку, отсчитывала трёх шестнадцатилетних подростков. Хотя и понимала, что эти проказники забудут всё, что она постарается им вдолбить в процессе вербальной экзекуции, как только перейдут порог этого кабинета. Ребята были стандартными “трудными подростками”. Постоянное избиение младших, отъем еды и сладостей, курение и драки за стенами приюта — они на полную пользовались своим старшинством и грубой силой.

— Вы хоть понимаете, что чуть не убили Мэттью? Миссис Пиллз с заметным трудом вытащила его, можно сказать, с того света! Потратила два кристалла Эфира, два! — с бессильной яростью возглашала Эмбер. — ну что, и стоил того всего лишь кусок хлеба с джемом? А? Чего молчите? Стоил того?

Малькольм, парень, что стоял посередине, не поднимая взгляда с пола, отрицательно помотал головой. Эмбер хотела еще что-то сказать, но, дверь приоткрылась, и появившаяся голова миссис Пиллз пригласила Эмбер к директору.

— Надеюсь, с Мэттью всё в порядке, — продолжила Эмбер, уже повернувшись и направляясь к двери. — Запомните, юные сэры, вы в шаге от реформатории! Свободны! — Эмбер открыла дверь нараспашку, рукой указывая на выход.

— Да, мисс Троттл, мы поняли, мисс Троттл, — забубнило трио и быстренько свалило из кабинета. За ними, обведя напоследок взглядом кабинет, вышла и сама девушка. Заперев кабинет, пару раз потянув за ручку двери, она быстрой походкой направилась в кабинет директора, на ходу поправляя прическу.

Кабинет директора.

Легонько постучав, Эмбер зашла в кабинет. Тут же и стояла миссис Пиллз, слушая речь директора.

— …В принципе, ничего страшного, кроме потери памяти не произошло, поэтому не стоит устраивать переполох. Наверно, даже через недельку можно устроить встречу с мистером и миссис Виллис или другой семьей. К этому времени надо помочь ему разобраться с тем, чего он не помнит… Хм, а ведь похоже, что речь у него стала лучше, да и поведение… В общем, Дотти, на тебе здоровье мальчика, сегодня пусть останется у тебя, а завтра с утра, под присмотром мисс Троттл, пусть отправляется на занятия. Сейчас же, попросите на кухне еду нашему Амнемэтту и проследите за ним. Кушать же он не забыл! Идите и проверьте, Дороти. — ухмыльнувшись, закончил мистер Хьюстон. Миссис Дороти выйдя, прикрыла дверь, а мистер Хьюстон, повернув голову к Эмбер, продолжил. — То, что Мэттью Грей потерял память, вы в курсе? — девушка кивнула. — Так вот, вас я прошу помочь ему если и не восстановить память, то хотя бы восполнить пробелы в базовых знаниях. Покажите ему приют, если что, научите как пользоваться техникой и приборами. Пусть посидит за лэптопом, раньше он это дело любил, может это поможет емучто-то вспомнить. Если возникнут вопросы, звоните мне или обращайтесь к миссис Пиллз, меня до завтрашнего вечера не будет. Вопросы?

— Нет, мистер Хьюстон. — отрицательно помотала головой Эмбер.

— Хорошо. Беседу с господами Греббс, Койл и Портер провели?

— Да, сэр, только что закончила.

— Хорошо. Как приеду, я с ними тоже побеседую. Можете быть свободны, мисс Троттл, всего доброго.

— Всего хорошего, мистер Хьюстон. — поняв, что разговор закончен, Эмбер быстро развернувшись, вышла за дверь и спустилась на первый этаж. В голове она пыталась придумать план по возвращению памяти Мэтти, и представляла, как бы она себя вела, окажись она в такой ситуации. Её аж передернуло, представив такую ситуацию и поняв, как тяжело сейчас мальчику.

***

Пока я сидел и размышлял о том, как меня так угораздило, и что, собственно, делать, прошло немало времени. К никаким выводам я не пришел, кроме того, что надо держать эту же линию поведения с потерей памяти, побыстрее ассимилироваться, и попасть в какую-нибудь хорошую семью. А почему бы и нет? Здесь в приюте мне определенно делать нечего, перспектив на горизонте, кроме новой семьи, никаких, да еще есть шанс оказаться снова в койке медблока. Или вообще потерять эту, только приобретенную, жизнь. Дать сдачи всем им троим, в моем состоянии, точнее в этом теле, пока не вариант. Разве что переловить их поодиночке, да и то, мелковато тело, похоже Мэттью совсем не любил спорт и активные игры. Это все нужно будет исправить, но на развитие тела хоть в какое-никакое нормальное состояние, потребуется как минимум месяц. Это в лучшем случае. Для проверки состояния своего тела, я упал с кровати на пол, и начал "толкать землю". Уфф, м-да, всего пять раз, да и то, последний раз руки выпрямились кое-как, на чистом упрямстве. Зато потом даже встать не смог, лежу сейчас, любуюсь пылью под кроватью. В это время дверь открылась, я увидел чьи-то стройные ножки, обутые в черные туфли на невысоком каблуке. Выше ножки были спрятаны в узкие черные брюки со строчкой. Интересно, кто это такой красивый к нам пожаловал? Уверен, что это не ноги миссис Пиллз. Да и директор вроде был обут в классические оксфорды (прим. ав. мужские туфли).

— Мэтти, ты тут? — спросила милым, но обеспокоенным голосом, девушка. Не ответить я не мог, поэтому, ответив "Ага!" и отряхнувшись, встал. Передо мной оказалась симпатичная девушка. На вид лет двадцать-двадцать пять, милое лицо, немного веснушек, приподнятый острый нос, большие карие глаза, небольшой рот с изящными розовыми губами. Лицо обрамляла копна распущенных, каштановых, слегка кудрявых волос. Я даже слегка подзавис, смотря на девушку. Стоим, молчим. Через некоторое время девушка вспомнила, похоже, что хотела что-то сказать и оживилась.

— Что случилось? — спросила она, кивком показывая за кровать, где я и встретил её.

— Ничего, мэм, просто смотрел что есть под кроватью. — почему-то не хотелось говорить ей, что я пытался отжиматься.

— И что-нибудь нашел? — с улыбкой склонила она голову на бок.

— Только ваши красивые ножки. — ответил я, не успев сообразить, что такая фраза из уст четырнадцатилетнего мальчика слегка неправильно. Но я-то смотрю на нее, да и на всё глазами 29-летнего парня. У девушки сперва от удивления приоткрылся ротик, бровки приподнялись, затем она несмело улыбнулась и ее щеки немного заалели. Но довольно быстро придя в себя, она сперва посмотрела на меня немного хмурым взглядом, затем, снова улыбнувшись, спросила.

— Как ты себя чувствуешь, Мэтти?

— спасибо, хорошо, мэм. — что-то никто не учитывает, что я их никого не знаю, и не представляется.

— Ничего не вспомнил?

— Нет, мэм. — меня этот вопрос немного начал раздражать. Может табличку на шею повесить, с надписью: «Я потерял память и ничего не помню!»? Было бы забавно.

Девушка, подошла к кровати, села.

— Ну что же, приляг, Мэтти, тебе не следует напрягаться.

Я послушно залез на кровать, сел, скрестив ноги под собой. Лежать перед ней было как-то неудобно и стыдно. Она всё это время следила за моими действиями, с какой-то грустной улыбкой, затем продолжила.

— Мне тебе следует многое рассказать и объяснить. Но сначала может у тебя есть вопросы?

Вопросы у меня были, и очень много. Но начнем наверно с главного.

— Да, мэм. А где я могу покушать?

Девушка сперва удивилась, затем заливисто рассмеялась.

— Да, конечно, Мэтти. Сейчас миссис Пиллз принесет тебе обед. Подожди немного, она сразу же после кабинета директора направилась в столовую. Может еще какие-нибудь вопросы? Не стесняйся, Мэтти, спрашивай!

— Если честно, мэм, вопросов у меня очень много, но я не знаю, с чего начать…

— Начинай с любого, Мэтти, а там уже определимся. — улыбнулась она снова.

— Ну тогда, как вас зовут?

Девушка неожиданно хлопнула себя по лбу, и пять заливисто засмеялась. Какой же он у нее приятный. Как будто слушаешь звон маленьких колокольчиков, слушал бы и слушал.

Насмеявшись, девушка представилась.

— извини, Мэтти, совсем из головы вылетело. Ты же… — чуть нахмурилась. — Мы же с тобой новым не знакомы! Давай знакомиться! Меня зовут мисс Эмбер Троттл, я твой воспитатель! — с этими словами девушка протянула мне правую руку.

— Очень приятно, мисс Эмбер, меня зовут Мэттью Грей, ваш воспитанник. — я взял протянутую руку девушки в свою руку, и наклонившись, поцеловал ее. Эмбер снова чуть смутилась и как-то судорожно убрала свою руку.

— очень приятно, мистер Грей, — выделила она последнее слово, — прошу обращается ко мне мисс Троттл или мисс Эмбер Троттл. По имени обращаются либо хорошо и давно знакомые друзья, либо так может обращаться начальник к подчиненному.

Хм, смотри-ка, поняла намёк. Надо додавить, чтобы и она ко мне обращалась нормально, а не этим сюсюкающим «Мэтти», как к малышу.

— Тогда, мисс Троттл, я тоже прошу обращаться ко мне полным именем, либо с сокращением «Мэтт», если вам будет угодно.

Девушка вновь рассмеялась.

— Хорошо, мистер Мэттью Грей, — смеясь, Эмбер сидя сделала нечто похожее на книксен.

Дверь отворилась, на пороге появилась Дороти с подносом.

— Я смотрю, у вас тут очень весело, Мэтт. О чем болтаете? — хилер прошла за кровать и поставила поднос на тумбочку. Я, уже глотая слюну, следил за ее действиями, поэтому отвечать не стал. Вместо меня ответила Эмбер.

— Да вот юному мистеру Грею не нравится, что к нему обращаются как к ребенку.

— Что же, мистер Грей, прошу отведать сии блюда! — женщина поднесла один из контейнеров, внутри которого оказался наваристый куриный бульон. — Пока более изысканные блюда вам не положены, так что, угощайтесь тем, что есть.

Я ее уже не слушал. Не найдя взглядом ложку на подносе, стал пить мелкими глотками горячую жидкость прямо из контейнера. Эмбер смотрела на меня с мягкой улыбкой, женщина просто покачала головой. Я же, кое-как оторвавшись от божественного нектара, обратился к воспитательнице.

— Мисс Троттл, а не могли бы вы, пока я занят принятием этой вкуснейшей пищи, рассказать о том, чего я не помню? И обратите внимание, что я не знаю ничего, и любая информация для меня будет новой, поэтому, прошу, начните с общих сведений.

Мисс Троттл умилилась, прижав кулачки к щекам, а Дороти ухмыльнувшись, сделала что-то наподобие книксена. — Мистер Грей, если бы я не знала вас уже двенадцать лет, подумала бы, что к нам в палату медблока случайно попал сын лорда. Неужели всё это время ты скрывал в себе такого воспитанного и разумного юношу?

Я же, улыбнувшись ей, просто продолжил пить бульон прямо из контейнера. Я и не знал, как себя вести в этой ситуации, играть в зашуганного мальчика, который не знает даже как себя вести, не хотелось, да и не получилось бы, уверен. А так, если что, скажу… а что сказать? Просто буду самим собой. Это самый простой путь. Единственное, не называть своего имени. Хотя наверно и это спишут на потерю памяти.

— Ну что же. Твой вопрос вполне понятен. — начала отвечать на мой вопрос Эмбер. — начнем наверно с нашего приюта…

Глава 3 Принятие

Итак, начнем с самого важного. Этот мир точно не мой родной! Да-да, не знаю, как так получилось. Но этот мир похож на наш и одновременно не похож. Например, у нас Великобритания официально называется Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии, а здесь Соединённое Королевство Великобритании, Ирландии и Австралии. Королевство сохранило за собой весь остров Ирландии, и вся Австралия тоже осталась под гегемонией бриттов. Дальше интереснее. В мире еще есть 3 империи. Российская, Американская, Индокитайская. В Средней Азии множество султанатов и ханств, но все в основном под рукой османского ханства, хотя по влиянию и размерам, с учетом сателлитов, может соперничать с империями. Европа поделена на королевства. Кроме Франции. Там республика, и даже президент есть. Европейские королевства и Республика Франция, хоть и считаются суверенными государствами, но остаются под неприметным, но чувствительным влиянием Лондона и Москвы. Всё это я узнал конечно, не только со слов Эмбер, но и с помощью лэптопа и сети. После еды и рассказа воспитатель принесла мне планшетник, показала, как пользоваться, и убежала, сказав, что ей нужно заниматься и с другими детьми приюта.

Я, если честно, был этому только рад. Как-то непривычно, что за тобой ухаживает красивая девушка, а все твои ухаживания и заигрывания принимаются как шутка. Ну и ладно. Зато у меня в руках планшетник, довольно привычный для меня, разве что размером он размером с экран обычного ноута и такой же тонкий. Управление такое же, жесты, касания, двойные тапы. Интерфейс так же очень похож на привычный мне. Эмбер даже не удивилась тому, что я легко обращаюсь с лэптопом. Объяснила это тем, что пользование привычными вещами сохраняются на уровне инстинктов, и они будут вспоминаться автоматически. А я даже не подумал, как это покажется необычным, впервые взяв планшет в руки и сразу же уметь им пользоваться. Я бы еще сразу, зайдя в WebExplorer (браузер, обозреватель сети. — прим. ав.), начал вбивать «скачать хром». Да-а, такое инстинктами уже не прикрыть. Впредь надо вести себя более осмотрительно. Так, на чем я остановился? В общем, Эмбер, поняв, что помогать с лэптопом мне не нужно, оставила меня одного. Дороти тоже давно ушла, как только я доел все, что было на подносе, пообещав, что придет вечером с ужином и с последней дозой лечения. И я сижу, точнее лежу, уже 4 часа за лэптопом, изучая всё подряд. Гуглить не получалось, гугла в Этом мире не оказалось, вместо нее Bing, такой же, в принципе, поисковик. В первую очередь узнал дату: 7 апреля 2014 года. Значит это не параллельная земля? Или параллельная, но с разным летоисчислением? Или я перенесся не только в пространстве, но и во времени? От всех этих мыслей распухла голова, и я просто забил на это. Какая мне разница, попал я в другой мир на год вперед или на два назад? Разницы никакой, мир в любом случае другой, и мне придется в нем жить. Назад вернуться возможности может и не оказаться. Даже скорее всего этой возможности нет, иначе кто-нибудь этой возможностью бы пользовался. Но каждый раз умирать, чтобы перенестись, да еще и не в свое тело, а как в моем случае… Брр, ну их, такие мысли, к черту.

Я искал в интернете данные о себе, точнее обо мне в прошлом мире. Забил в поисковик «Захар Лакин» — нет результатов. Это меня немного огорчило, в голове я всё еще не мог поверить, что я не я, точнее не Захар, а Мэттью, мать его, Грей. Искал «нового» себя, тоже ничего особого, попал на страницу сайта приюта с моей фотографией двух-трёх летней давности. Там на меня смотрел угрюмый мальчик, с растрёпанными блондинистыми волосами и голубыми глазами, излучающими неприязнь и агрессию. Подбородок опущен, смотрит из-под насупленных бровей, руки со сжатыми кулаками выпрямлены вдоль тела. Хэх, конечно этот малец не попал ни в какую семью. Скорее всего, семьи, искавшие детей в базах приютов, сразу отказывались от такого чада, от греха подальше. Ведь всем нужны пай-мальчики, послушные, неагрессивные, которых можно спокойно показать на людях и от которых не ждешь неприятностей. А мальчик был полной противоположностью ожиданиям потенциальных родителей. Странно, что на «смотрины» еще кто-то приходил. С такой анкетой я точно не попаду ни в какую семью. Надо взять на заметку, что как только выйду из медблока, сразу поговорить с мисс Эмбер на тему внесения правок в мою, уже мою, анкету. Да и надо бы как-нибудь узнать, как осуществляется выбор приемных семей для детей. Раз есть хоть какой-то выбор, следует выбрать семью с более-менее высоким достатком, всё-таки на ноги легче вставать, если есть хорошая опора. А вставать уже скоро. Восемнадцать мне будет через 4 года. Хм-м, а когда у меня день рождения? Открыв вкладку с анкетой, увидел дату 3 мая 1999 года. Круто, скоро день рождения! Но подарков ждать в приюте не стоит, это вполне понятно. Лучшим подарком, наверное, будет покинуть этот приют.

Дальше я искал всё, что придет в голову. Главой, а точнее императором Российской империи Оказался Николай III Алексеевич Романов, это получается внук Николашки II, которого я знаю из прошлой жизни. Или из прошлого мира. Не суть, в общем. Кстати, чем-то мне он напоминает Дмитрия Анатольевича (Медведев и правда похож на Николая II — прим. ав.), забавно. Значит, революция либо не произошла, либо не увенчалась успехом. Ленин, Сталин и иже с ними в поиске не выдаются.

Здесь, в Британии, королева всё та же Елизавета II, но Филипп, её муж, не принц-консорт, а полноценный король. И главой является именно он. Принц Чарльз, единственный сын королевских особ, женат на принцессе Диане, и дети у них те же, герцог Уильям и принц Гарри. Всё это конечно, интересно, но пока никак не влияет на меня. Мне надо подготовиться к выходу из медблока, для этого лучше узнать, кто отправил меня сюда, за что и что мне с этим делать.

Я отложил планшет, потянулся, поднялся и сел на край кровати, уставившись на окно, за котором уже темнело. Снова хотелось кушать. Дороти наверно опять забыла меня покормить. Немного подумав, встал и пошлёпал босыми ногами к двери, решив сходить до кухни, или найти хилершу. Кстати, хилером в играх называли магов-лекарей. Забавно было бы… Стоп! В голове пронеслись воспоминания, как когда я только очнулся, эта медичка проводила руками по моему телу, начиная со лба и опуская ладони ниже по телу, лишь едва касаясь его. Затем ее слова про кристаллы, которые она потратила на мое, точнее старого обладателя этого тела, лечение. Мигом поворачиваюсь к кровати, перепрыгиваю ее и хватаюсь за планшет. Так… веб-эксплорер… бинг… кристаллы… поиск… есть!..

Следующий час я облазил первые несколько десятков ссылок, натыкаясь в основном на новости про то, что кристаллы дорожают, какое-то мелкое королевство напало на соседнее, с целью захвата шахт по добыче кристаллов, какой-то русский клан нашел новое месторождение и сразу поднялся в рейтинге кланов Российской империи на несколько строк. В общем, по всему миру все повернуты на этих кристаллах: за их месторождения воюют, те, кто остался без кристаллов, опускаются на самое дно, те, кто находит, или отбирает чужое, поднимают свою значимость. Почти как с нефтью в моем мире, в моем прошлом мире. Дальше — больше. Кристаллы в этом мире, если по-простому, это энергоячейки, батарейки, для хранения и использования Эфира. А Эфир — это энергия, движущая этот мир. Технологии основаны на этой энергии, моторы мобилей, дирижаблей, кораблей, и вообще всего, что не использует электричество, использует силу энергии Эфира. Что еще важнее, на мой взгляд, так это то, что в этом мире существуют эфирники — люди, использующие Эфир, как энергию для каста, то есть для использования эфира. Как я понял, это что-то вроде волшебства, магии, колдовства. Но они не колдуны и не маги, а «иферы» (aether(и: зер) — эфирник на английском, ether(э: зер) — эфир). И вот эти иферы используют Эфир, хранящийся в кристаллах, для каста спеллов, то есть для воздействия на пространство энергией Эфира. Выражается это всё в метании огненных шаров, в возведении защитных куполов, и всё такое прочее, в полном соответствии с жанром.

Научно же Эфир объяснялся как связующее вещество, существующее между частицами, еще Рене Декарт предположил, что существует нечто, объединяющее всё в этом мире, и назвал это Эфиром. Менделеев так же предположил ее существование Эфира, и даже добавил ее в свою таблицу на нулевую позицию. После, в начале двадцатого века великий ученый и первый ифер Никола Тесла в 1911 году доказал существование Эфира, создал «трактат об использовании Эфира» и навсегда изменил мир, научив людей, у которых есть предрасположенность к восприятию Эфира, управлять Эфиром с помощью особых кристаллов — адуляров, также называемых лунным камнем. После этого в мире начался период волнений, страны, которые имели месторождения адуляра, если смогли отстоять его, становились сильнее, а те кто не мог, либо принимал протекторат от более сильного, либо становился частью более сильного государства. Например, Индия и Китай объединив усилия, захватили весь полуостров Индокитай и на сдачу получили полуострова Корея и Малакка, США быстренько захватили весь свой и соседский южный материки, Российская империя воевала с Финнами, которых поддержали три прибалта в попытке захватить Кольский полуостров, где имелось большое месторождение лунного камня, в итоге потеряли все свои территории. Англия смогла отстоять Австралию, но потеряла все свои азиатские колонии. И только Африка осталась сборищем племен, которые постоянно воевали за территории Танзании и Мадагаскара, которые каждые 5-20 лет менял своего хозяина.

А всё из-за того, что люди, предрасположенные к управлению Эфиром, которых в мире всего около 10 процентов, могут им, соответственно, управлять, только имея на себе кусок кристалла адуляра, который является резервуаром и концентратором Эфира. Неважно в каком виде кристалл, но обычно его встраивают в перстни и кольца. Так легче формировать спеллы, как писал сам Тесла. От размера кристалла не зависит мощность применяемых спеллов, то есть заклятий, только количество Эфира, доступного оперирования ифером. Мощность зависит от концентрации и силы.

Всё это было очень интересно, но мне больше всего было интересно, смогу ли я стать магом, точнее ифером, и кидаться фаерболами, как в играх и мультиках? Было бы круто! Сразу стал бы ощущать себя более защищенным, уверенным хоть в каком-то будущем.

Так, ищу в Бинге «как узнать, что я»… ну конечно, сразу выпала подсказка с дополнением «как узнать, что я ифер бесплатно и без регистрации». Мир, похоже не очень-то и изменился. Люди всё те же. Первые несколько страниц были откровенным разводиловом, прося либо номер карты, либо прислать кристалл, который ты должен был держать в руке 5 минут. В общем на поиски нормального сайта ушло еще минут 15 и в итоге я нашел официальный, надеюсь, сайт Министерства по Эфирным Делам Объединённого Королевства Великобритании, где и нашел порядок обряда проверки на возможность взаимодействия с Эфиром. Ничего сложного в обряде не оказалось, бралось два кристалла, один полный Эфиром, другой пустой. Кандидат в ифера должен пропустить Эфир из одного кристалла в другой. По яркости свечения наполняемого кристалла определялась сила, а по времени наполнения — концентрация ифера.

Всё ясно, осталось только найти пару кристаллов, пустой и полный, и я узнаю, тварь я дрожащая или силу имею?!

Как раз Дороти должна принести ужин, может у нее одолжить кристаллы? Ну да конечно. «Дотти, одолжи мне пару таких оберегаемых тобой кристаллов, тебе ведь не жалко?» Так точно запишут в сумасшедшие. Она же меня за эти кристаллы отчитывала, что истратила сколько-то штук, когда лечила, а точнее, буквально, доставала меня с того света. Значит пустой кристалл точно есть, только где они хранятся? Скорее всего в сейфе, либо у директора, либо у Дороти в кабинете. Её кабинет, наверное, здесь в медблоке, надо узнать где этот кабинет, пока хилер не ушла долой или куда-нибудь еще. Повод тоже есть, кушать всё еще хочется. Решено, идем искать тётю Дотти. Отложив лэптоп, лежащий у меня на коленях, пошёл совершать свои, маленькие для этого человечества, но большие для меня самого, шаги.

Открыв дверь, сперва оглянулся по сторонам, коридор был немного темноватым, и не очень длинным, со стороны моей двери было 7 дверей, все, кроме моей в данный момент закрытые, напротив было 3 широких окна, сквозь которые было видно двор иП-образное двухэтажное здание, левым крылом которого и оказался медблок. двор был пуст, посреди двора был небольшой не работающий фонтан, у правого крыла, за небольшой аллеей из 2 рядов деревьев, стоял детский городок, слева виднелась такая же аллея, примыкающая к большим резным воротам с будкой с левой стороны. За воротами виднелись двухэтажные кирпичные и каменные дома, в основном с черепичной крышей, подсвеченные желтыми фонарями, расположенными вдоль узких дорог с тротуарами.

Света в коридоре хватало, я повернулся направо, расценив, что кабинет миссис Дороти Пиллз находится ближе к главной части здания, и пошёл вдоль коридора, сперва стуча, затем дергая ручки дверей. Все двери были закрыты, кроме последней, в которой и обнаружилась хилерша, сидящая за столом, и занимающаяся заполнением каких-то бумаг.

— Войдите!

— Добрый вечер, миссис Пиллз, простите, что потревожил. — начал я разговор, зайдя в кабинет и прикрыв за собой дверь.

— Ничего страшного, Мэтти. Что-то случилось? — женщина даже не оторвала взгляда от своих бумаг. Я же немного скривился от обращения Мэтти, почему-то мне оно не нравилось.

— Нет, миссис Пиллз, просто хотел узнать, когда будет ужин, и могу ли я в нем присутствовать. — смиренно произнес я.

— Хмм. — хилерша взглянула на экран, стоящий на краю стола. — Ой прости, малыш, я немного заработалась, сейчас я схожу в столовую и попрошу кого-нибудь из ребят принести тебе твой ужин. А ты пока иди в свою кровать, Мэтти, сегодня тебе лучше еще полежать. Завтра может быть выпишу тебя, если все последствия, хмм, недуга, пройдут.

Меня опять сморщило. Немного подумав, пока Дороти встает и идет к двери, которую я открыл перед ней, я решаюсь всё-таки разобраться с этим.

— Ещё один вопрос, миссис Пиллз, когдараньше ко мне обращались «Мэтти», как я реагировал?

Женщина чуть приостановилась, затем, улыбнувшись, продолжила свой ход к выходу из кабинета.

Уже в коридоре, закрыв, но не заперев, дверь, хилерша ответила.

— Ты так же морщился, Мэтт, и даже дрался с ребятами из приюта, когда они тебя так называли. Не знаю почему, но ты очень не любил такое обращение. И похоже, всё еще не любишь?

— Не знаю, миссис Пиллз, но похоже это уже на уровне инстинкта. — пожал я плечами.

Женщина улыбнулась, и отвернувшись, пошла к повороту коридора, оказавшемуся почти напротив её дверей. А я стоял, не зная, что делать. Дверь кабинета не заперта, но успею ли найти кристаллы до возвращения хилерши? Или…

Оказавшись у себя, быстренько залез на кровать, ноги немного замерзли, хотя пол казался теплым. Но я был рад, вопрос с кристаллами почти решён, осталось дождаться ночи. В коридоре послышались шаги, затем дверь приоткрылась, показав худощавую рыжую девочку лет двенадцати, с улыбкой до веснушчатых ушей и с подносом в руках.

— Привет, Мэтт! Как дела? Я вот покушать принесла. Там миссис Дороти попросила тебе ужин принести, вот я и пришла! А как ты себя чувствуешь? Ребята рассказывали, что ты потерял память, это правда? А меня помнишь? А мисс Троттл так ругала Кребса, Гойла и Портера, что они сегодня даже никого не обижали. Ну почти. Помнишь Невилла Шорттопа? Вот они у него ужин отобрали, но не съели, а просто выкинули! Эх, я бы сама всё съела!.. — девочка успела всё это произнести, пока доходила от двери до тумбы справа от кровати. Похоже это идеальный человек, чтобы добыть информацию про жизнь в приюте. Но пора немного заткнуть рыжий словесный фонтанчик.

— Привет, хорошо, спасибо, чувствую себя в норме, память потерял, тебя не помню, да и вообще никого не помню. Я ответил на все твои вопросы? — улыбнулся я.

Девушка зависла, подняла голову с подноса и повернув её с широко раскрытыми зелеными глазами и немного приоткрытым ртом, посмотрела на меня, явно зависнув.

— Меня зовут Мэттью Грей, — решил подтолкнуть её к общению, может тоже представится, всё-таки.

— Я… я знаю, ой, то есть, приятно познакомиться, я Джинджер Коппер. — девочка, сперва зависшая, похоже, пришла в себя очень быстро. — Мне почти двенадцать, в приюте уже полгода, люблю мороженое и сливочное какао! Но здесь в столовой его не дают, говорят, что оно вредное для детей. Но как оно может быть вредном если оно со вкусом шоколадного мороженого? Вот и я говорю, что оно нисколечко не вредное, а вкусное и полезное…

— Стой, стой, стой, Джинджер, остановись! — словесный поток начинал забивать мозг, и я чувствовал, что перестаю понимать нить повествования этой рыжей девочки.

— Давай ты будешь говорить медленно и только о главном, а я пока покушаю. Хорошо?

— Д-да… — девочка немного смутилась, но, подумав секунды две, кивнула своим мыслям и спросила. — что тебе рассказать? Я всё-всё знаю!

— Ну расскажи сначала про приют. — решил я, усевшись на кровати повыше и поставив поднос с ужином себе на ноги. Посмотрим, чем же потчуют детей в приютах по вечерам. Так, жареная картошка с куском рыбы. Неплохо.

Рыжая болтливая девочка, которая разрешила по-дружески называть себя Джи, просидела и проболтала со мной до 9 часов вечера. Точнее, она болтала, я ел, потом… она болтала дальше, а я, взяв лэптоп, записывал интересные моменты в заметки, попутно блуждая в сети. Рассказала она много интересного, но ничего необычного. Всё, в какой-то мере, понятно и привычно для того, кто жил в приюте или интернате. Те же неписанные правила, закон силы и наглости. Все вот эти «кто успел того и тапки». В приюте я уже жил в прошлой жизни, пока меня в 7 лет не забрала приемная мама, работающая библиотекарем. Но всё что там происходило мой детский мозг постарался забыть, как страшный сон. А вот сейчас немного вспомнил, и сразу стало неудобно, кошки заскреблись в душе, даже расхотелось выписываться из медблока. Джи, увидев мое лицо, сразу забеспокоилась, спросила, не позвать ли миссис Дороти, и увидев, что качаю головой в отрицании, стала выпытывать у меня что случилось. Я ей постарался объяснить, что не очень горю желанием встречаться с теми парнями, которые меня избили.

— А давай я тебя буду защищать! — расправила она плечи. — я знаешь какая сильная! Меня никто не обижает! Вот! С этими словами девочка расправила плечи и, подняв руки, согнула их, сжав кулаки. — Смотри какие у меня мускулы!

От вида хрупкой конопатой девочки, показывающей свои тонкие ручки с еле заметными мышцами, меня отпустило и я засмеялся. Девочка сперва хмурилась смотря на мой ухохатывающийся вид, затем не выдержала, и заливисто засмеялась, повалившись на кровать у моих ног.

Мы проболтали с ней допоздна, пока миссис Дороти не отправила Джи к себе в комнату спать. Затем миссис Пиллз провела свои, не понятные мне манипуляции над моим организмом, удовлетворенно кивнула своим мыслям, пожелала спокойной ночи и покинула комнату, выключив в ней свет.

Я лежал в кровати после ухода хилерши уже около двух часов, борясь со сном и планируя ночную вылазку. Дождавшись четырех нулей на экране лэптопа, встал с кровати и спокойненько потопал до заветной комнаты. Вот дверь кабинета миссис Пиллз, дверь заперта, но это не проблема. Достаю из кармана пижамы металлическую скрепку, которую я «одолжил» еще вечером с этого же кабинета во время отсутствия хозяйки, и начинаю копошиться в замке. Хэх, а руки-то помнят! Спустя минуты слышу щелчок, отворяю дверь и на цыпочках подхожу к столу, под которым оказался комод с маленьким сейфом, беру розовый стикер с двумя рядами цифр, приклеенный к монитору снизу, и начинаю вбивать первый код. Щелчок замкового механизма и вуаля! Мистер Грей, сейчас мы узнаем наше будущее. В сейфе оказались медицинские карты детей, какие-то ампулы с лекарствами и деревянный ящик. Вытаскиваю его и открываю. Внутри оказалось то, что нужно. Шесть кристаллов размером с половину ногтя мизинца, лежали в отдельной секции, каждый в своём ложе, четыре штуки просто лежали врассыпную в другом отсеке. Решаю взять в руки сперва те, что лежат россыпью, предположив, что они пустые, и их отсутствие будет не заметно, если вдруг Дороти понадобятся заряженные кристаллы. Хотя, мне нужен заряженный. Значит, меняю один заряженный кристалл посередине ряда на разряженный. По виду они вроде ничем не отличаются, так что шанс того, что не заметят подмену, есть. Сую кристаллики в карман пижамы, закрываю ящик, сейф, кручу фиксатор замка двери на автоматическое запирание при закрытии, и со спокойной душой шлёпаю до своей комнаты. Задача выполнена. Ложусь на кровать, кристаллы лежат под подушкой, нужно уточнить как правильно провести обряд. Беру лэптоп с полки, открываю вкладку с сайта Министерства по Эфирным Делам, с подробным описанием обряда. Так, заряженный кристалл в левую руку, разряженный в правую, закрыть глаза, сконцентрироваться на правом кристалле, сжав его посильнее между сжатым указательным и большим пальцами. Если все сделали верно, то кристалл засветится бледно-голубым светом. Вроде всё понятно, достаю мои добытые в вылазке кристаллы. А который из них заряжен? М-да, лопухнулись мы с тобой, Мэттью, мать твою, Грей.

Ладно, надо пробовать. Беру первый попавшийся кристалл в правую руку, второй в левую. Закрываю глаза, пытаюсь тактильно сконцентрироваться в правом. Не знаю, сколько я так просидел. Иногда приоткрывал один глаз, чтобы взглянуть на кристалл, но темнота в комнате стояла такая, что я не видел даже своих рук, только с окна еле заметно шел лучик света, пробившийся сквозь еще голые ветки деревьев, растущих вплотную к окну. С каждым мгновением сидения в такой позе надежда истончалась, руки начинали дрожать от напряжения, по спине и по лбу катились холодные бисеринки пота. Ну что, Мэтти, не сбылась наша мечта, не будем мы, похоже, кидаться фаерболами во врагов своих. Не будем защищать дам от прекрасных драконов. Но сдаваться не хотелось, раз я попал в этот мир, то должен же быть и бонус! очутиться в другом, МАГИЧЕСКОМ мире, и не владеть магией? Это до какой степени надо быть неудачником, а, Мэттью, мать твою, Грей? Вдруг сквозь закрытые веки ощутил свечение. Как будто фары машины посветили в окно. Но свет усиливался, а правую руку начало жечь. Открываю глаза, а там… Меня бросило в жар, потом в холод, сердце стучит, гоняя разгоряченную кровь в мозг, в котором, среди мыслей страха перед необычным и надежды, предвкушающей, чтО я смогу и кем могу стать, красной линией шла одна мысль: «Ты волшебник, Мэтти». Светились оба кристалла. Но если левый светился равномерно, то правый мерцал, переливался от голубого к зеленому и заметно сильно грелся. Я быстренько положил оба камня на прикроватный комод, потряс немного обожженную руку и задумался. Если засветились оба кристалла, это значит, что? Не понятно. Надо искать в Бинге. Полчаса поисков одновременно и дали, и не дали ответа. Оба кристалла светиться не могли. Никак. Один источник, второй заряжаемый. И ифер проводник. Это непреложная аксиома Эфира. Можно поменять кристаллы местами, тогда засветится левый, тот что пустой. А по поводу нагрева кристалла тут еще проще. Если заполнить кристалл до краев, то он начнет тратить лишнюю энергию при помощи тепла и света, если довести свечение до красного, то кристалл разрушится. Понятно, значит я перепутал кристаллы. Пытался наполнить заведомо полный, чуть не взорвав его. Но почему светился пустой кристалл? я взял его в правую руку, и постарался вновь на нем сконцентрироваться. На что ушло еще минут пять-семь. Кристалл засветился ярко голубым светом и начал понемногу, почти незаметно нагреваться. Переложил кристалл на левую руку. На этот раз сконцентрироваться удалось чуть побыстрее, свечение, бледнее, чем в предыдущий раз, появилось минуты через три. Принцип похоже я уловил. Но не уловил, почему в уравнении полный кристалл-ифер-пустой кристалл я замещаю две переменные. Если подумать логически, то получается, что и проводником, и полным кристаллом в данный момент выступаю я. Я сам себе кристалл лунного камня. Вот жеж Лунтик! Если об этом узнают, то меня либо разберут на запчасти в поисках неизвестного кристалла внутри моего организма, либо посадят в подвал на цепи заряжать кристаллы для какой-нибудь страны или клана. Оба варианта кажутся не очень соблазнительными. И тут вырисовываются две задачи: первая — не показывать свои возможности по оперированию эфиром до лучших времен, вторая — научится эти возможности применять. В сети такие данные вряд ли есть, даже если есть, достоверность этих данных стремится к нулю. Учителя искать — тоже не вариант, может попасться шарлатан какой-нибудь, либо учитель сдаст меня властям, ведь обучаясь, мне придется раскрыться, либо случайно раскроюсь. Хотя эти все вопросы решаемы, сейчас же нужно спокойненько покинуть сиё благопристойное заведение, желательно в хорошо обеспеченную семью, да и самому начать думать о своем будущем. Пока в голове нет никаких мыслей, кроме стать самым богатым и самым счастливым, при этом сделать весь мир счастливым тоже. Естественно, счастливым так, как ты это видишь. Наивно, банально, клишировано, опасно, и, пожалуй, скучно. Насчет личного обогащения, наверно, стоит подумать, но делать мир счастливым это для героев и иже с ними.

Решив, что дальше мучить кристаллы смысла нет, да и спать хотелось, отнес обратно кристаллы в кабинет Дороти и положил их на место. Благо, сейчас мог определить, который из них какой. Пора мне баиньки. Если выпишут, то завтра будет сложный день.

Глава 4 Проблемы с сиротами

Меня разбудили в семь утра. Я, хоть и не выспался, был вполне в хорошем настроении. Дороти проверила меня, похвалила за быстрое выздоровление, выдала форму приюта, которой оказались обычные черные брюки, светлые кеды и белая рубашка с черным джемпером с гербом то ли приюта, то ли клана Хьюстонз, и отправила на завтрак. Узнав у неё как дойти до столовой, я потопал до неё, главным образом ориентируясь на запах какой-то каши гомон детей. Как вчера рассказывала Джи, в приюте сейчас всего двенадцать детей, от лет пяти до семнадцати, Джи одиннадцать, дальше трое парней пятнадцати-шестнадцати лет, и еще две девушки почти семнадцати. У всех своя история попадания в приют, конечно же совсем не весёлая. Но система приютов королевства, при помощи кланов, помогает детям справляться с этой бедой, работая с психологами и подбирая подходящие приёмные семьи. Обычно дети в приютах не задерживаются больше полугода, исключением являются редкие кадры вроде меня и трёх избивших меня парней. Но я в этом плане рекордсмен. Хотя в ближайшее время я собираюсь это исправить.

Под эти мысли я прошел коридор медблока, свернул налево, где передо мной открылся большой холл с колоннами и высокими потолками. Вдоль стен стояли вазоны с растениями, на стенах висели картины и фотографии счастливых семей. Первая же дверь холла вела в столовую, за которой слышался обычный шум: перестук посуды и ложек, гул детских голосов, скрип мебели и еще не пойми какие звуки.

Заходить я, если честно, побаивался. Но, усмехнувшись своему страху, я толкнул дверь и широкими шагами зашел внутрь столовой. Столовая представляла собой большую комнату в светло-сером тоне с множеством растений у окна, которое занимало всю стену с противоположной от двери стороны. За окном простирался сад, в это время года голый и мрачноватый. В столовой стояло три стола, за одним из которых сидели двое взрослых мужчин в чёрных костюмах и три женщины в строгих серых платьях. второй и третий стол занимали дети вперемешку по возрасту, но я увидев пустое место рядом с Джи, направился к ней.

Моё появление в столовой, естественно было замечено всеми. Почти два десятка пар глаз уставились на меня, кто-то с удивлением, кто-то с насмешкой, кто-то с опаской. Только Джинджер весело улыбнулась, помахав рукой указала на стул рядом с ней. Я ей кивнул, уже подойдя к столу остановился так, чтобы видеть большинство, главным образом взрослых, кивнул уже им и поздоровался.

— Доброе утро! Прошу простить за опоздание, миссис Пиллз освободила меня только недавно, что никоим образом меня не извиняет. Прошу прощения за прерванную трапезу, и прошу не обращать на меня внимания и продолжить свой завтрак. — не замечая реакции людей, уселся за стол, и начал присматриваться к еде. Круглый стол посередине был заставлен маленькими кастрюльками с кашами, тарелками с жареным яйцом и беконом. отдельно на широкой тарелке лежали тосты с разными начинками, от сыра до мёда. Так же стоял прозрачный кувшин с компотом или соком, чайник с чаем и термос с кофе. Я начал набирать себе плотный завтрак из яичницы, бекона и тостов, краем глаза присматриваясь к окружавшим меня людям. Кто-то уже забыл о моем существовании, отвлёкшись на беседу с соседями и на еду, самые маленькие уже вовсю баловались. Но несколько человек всё еще не отрываясь, смотрели на меня. Это были трое парней и две девушки, сидящие за соседним столом. Во взгляде парней было скорее недоумение, чем угроза. Девушки смотрели с явным презрением и с жалостью. Странная реакция, ну да черт с ними. Сейчас это не важно. Джи уже что-то ворковала с пулеметной скоростью на весь стол, не обращая внимания ни на кого, но прислушавшись я понял, что она обращается ко мне.

— А у нас сегодня семь занятий до обеда. Ты пойдешь с нами занятия? А как ты будешь сдавать тест в конце недели по арифметике? Ты же всё забыл… А ты цифры тоже забыл? Сколько будет пять плюс сто? А я вот знаю. Это будет…

— Пятьсот? — прерываю её я. Девчушка замолкает на мгновенье, затем заливисто смеётся.

— Нет, Мэтт, будет сто пять. — говорит она, успокоившись. — Неужели и вправду забыл?

— Нет, Джи, не забыл, я пошутил, чтобы ты остановилась хоть на пару секунд. — улыбаюсь я ей. Детишки, сидящие с нами, начали смеяться, а рыжая засмущалась и опустила глаза.

— Прости, Мэтт. я постараюсь говорить меньше. — с опущенным лицом проговорила она, ковыряя свои кашу ложкой. Какое прелестное дитя. Пока молчит.

— Говорить во время еды, во-первых, некультурно, во-вторых опасно, поэтому во время приема пищи лучше много не болтать, а вот потом…

— Можно говорить сколько угодно? — девчонка, вдохновившись, подняла зеленые глаза, полные надежды.

— Да, — решил не расстраивать рыжую я. — но только там и с теми, с кем это можно. С друзьями и близкими знакомыми. Со взрослыми лучше много не болтать, так ты покажешься невоспитанной, глупой и грубой. А сейчас давай покушаем. Нам нужно еще успеть к занятиям. — с этими словами я принялся за трапезу. Дети сперва смотрели на меня с удивлением, затем, похоже прислушавшись к моим словам, тоже молча принялись за еду. Только Джи сидела с красными ушами и надутыми щеками, показывая свои обиду. Но и она не смогла так долго сидеть, начала ковырять кашку, бурча почти неслышно что-то себе под нос.

В общем завтрак прошёл спокойно. Наш стол молча съел завтрак, и под удивленные взгляды воспитателей, быстро покинул столовую. Как только вышли, Джи снова присела мне на ухо. Но в этом был и положительный момент. Джи рассказала, как здесь устроен учебный процесс, зачем столько воспитателей, и чем дети занимаются на занятиях. Так как полноценных классов создавать бессмысленно, в приюте воспитатели работали как репетиторы, то есть фактически с каждым ребенком индивидуально. Детей не отправляли в обычные школы во избежание эксцессов. Ведь приютских всегда морально унижают обычные дети, что нередко может довести до суицида, поэтому министерство образования решило отделить сирот от обычных детей в плане обучения.

Уроки проходили в правом крыле на первом этаже, на втором были комнаты детей. Первым уроком у всех оказалась арифметика. Учитель, очень высокий и худой мужчина с вытянутым лицом и крупными зубами, просто зашёл в кабинет, поздоровался, осмотрел детей и зашагал вдоль парт, проверяя домашние задания учеников и давая новые темы к изучению. Дойдя до нашей парты, где я сидел с рыжей, учитель сперва проверил задания у девочки, затем обратился ко мне.

— Мистер Грей, я слышал, что с вами случилось, и признаюсь, сейчас нахожусь в затруднении. Я совершенно не понимаю, как вас обучать. Может вы сами мне подскажете? — высоченный мужчина забавно кивал своей головой в такт каждому своему слову, держа руки за спиной.

Я же растерялся. В принципе, я более-менее помнил школьную программу и курс высшей математики универа, но всё это было так давно, что я почти всё забыл. Но выход из ситуации я знал.

— Сэр, я и сам к сожалению, затрудняюсь ответить на ваш вопрос, но возможно оптимальным способом решения данной проблемы будет тест?

Мужчина задумался на секунд пять, затем кивнул.

— Хорошая мысль, мистер Грей. Подождите пару минут, я раздам задания для класса и принесу вам тест. — с этими словами мужчина продолжил ход по классу, так и не представившись. Джи тихонько хихикнула и представила мне длинного математика.

— Это Таллкот Гатлинг, но мы его называем Таллгат (tallgut — длинная кишка, прим. ав.)

Да уж, кличка — лучше не придумаешь.

В общем, учитель, после проверки заданий детей, принёс стандартный лист формата а4, где были простенькие задания. Я их решил, стараясь делать ошибки в самых сложных задачах, чтобы не вызывать большого внимания к моей персоне. Лучше всего пока не высовываться, дабы не вызывать лишних подозрений. Не зная нюансов, могу просто-напросто влезть в проблемы. А смысла в хороших оценках я не вижу. Красный диплом мне здесь не выдадут.

Так и прошли все занятия. Учителя, точнее воспитатели в роли учителей, работали, скорее, как репетиторы, занимаясь с детьми одного возраста отдельно. Мне в основном давали тесты, которые я решал, стараясь не показывать сверх того, что, по моим представлениям должен знать ребенок 14 лет. Но с некоторыми предметами проблемы возникли. По истории вопросы касались, в основном, саму Британию, поэтому там я ответил от силы на пять вопросов из двадцати пяти. Ну не помню я, сколько было жён у Карла Восьмого, или из какого рода была Анна Болейн. С литературой то же самое, годы жизни Шекспира, для какого театра он писал пьесы. А точные науки здесь давались поверхностно, как я понял, только для того, чтобы чем-то занять детей.

После занятий прошёл обед, где ничего особого не произошло. Наш стол так же молча кушал, даже рыжая умудрилась уложиться в пару десятков слов. Стол с пятёркой старших детей на нас демонстративно не обращал внимания, о чём-то полушёпотом споря между собой, изредка бросая взгляды на меня. Чует моя, кхм, пятая точка, ждут меня неприятности. Надо быть осторожнее и почаще оглядываться. Ладно бы, если это будет просто безобидная шалость, но последняя такая шалость привела к тому, что я, точнее Мэтт, точнее мы провалялись в медблоке 4 дня. А я даже не помню, за что. Может спросить у рыжей? Или у них самих? Хмм, а чего я боюсь? Может лучше просто их немного повалять по земле, для профилактики, так сказать? Если я сразу покажу силу и поставлю себя выше их в приютской иерархии, это может сработать, но на всякий случай мне нужно что-нибудь, похожее на оружие последнего шанса…

После того как я доел, я встал и ушел гулять по приюту. Он был совсем не похож на приюты из моей прошлой жизни. Это был полноценный двухэтажный кирпичный особняк с высокими потолками и окнами, по краям которых висели плотные бордовые шторы. Ощущения такие, как будто я оказался в музее или выставке. На стенах висели картины, гобелены, фотографии и детские рисунки. Кое-где даже встречались статуи и бюсты неизвестных мне людей. Я же бродил по всем этим коридорам, размышляя о том, как мне быть и что делать. Быть побитым я не боялся, или боялся, но не боли или унижения, а того, что снова умру. Будет ли новая жизнь после этой, я совсем не уверен. Один раз повезло, а будет ли второй желательно узнать, как можно позже. Этот мир интересен, хотя бы тем, что здесь есть Эфир, и я могу им управлять. Это уже даёт кое-какие шансы устроить себе хорошую жизнь, не отягощенными поисками пропитания и жилья. Как я понял, иферов мало, и любой клан или государство примет ифера с радостью. Но служить кому-то тоже нет желания, совсем. Отслужился, пяти лет хватит. А защищать чью-то богатую задницу или убивать за кого-то, нет, такие дела совсем не по мне. Нет, я не боюсь крови, приходилось убивать. В армии стрелять по врагу нас учили в первую очередь, а в разведроте в Средней Азии мы эти знания улучшали и дополняли. Я, наверное, боюсь стать такой же пешкой в руках кого-нибудь. Жить по приказу, стрелять по приказу, умирать… Хватит того, что я всю прошлую жизнь жил, подчиняясь. В приюте и в школе-интернате, в армии срочником и на контракте, в универе, и даже на работе. Если что и понял за всю прошлую жизнь, так это то, что никто не оценит то, как ты хорошо служишь. Все воспринимают это как должное: «Перевыполнил план? Молодец! Я в тебе не сомневался!», «Сделал работу в свой выходной? Отлично! Смотрите, каким должен быть сотрудник, радеющий за свою фирму!» Я этого наелся на несколько жизней, хе-хе. Вот и шанс всё исправить. Только как? Стать наглее, увереннее, поставить себе цели и идти к ним. Примеры таких людей у меня сохранились в памяти с прошлой жизни. Я читал про них, и удивлялся, как можно быть таким удачливым. Но потом понял, что это не удача, а планомерное взбирание на вершину, оступаясь и падая, совершая ошибки, но всё равно шаг за шагом эти люди поднимались на вершину, добиваясь своих целей, попутно меняя мир и людей. А что мне мешает стать таким? Лучше разбиться, поднимаясь на вершину, чем всю жизнь лежать на дне и довольствоваться этим. Решено! Буду покорять этот мир, стану настолько влиятельным, что короли будут в приемной топтаться! Почему бы и нет. Как говорили в прошлом мире, главное не цель, а путь к ней. Первая цель уже оформилась. Но путь только начинается.

Первая задача — выглядеть увереннее. Уверенные в себе люди притягивают. Их слушают внимательнее, относятся с уважением. Первые шаги к этому я уже сделал, став вести себя как культурный человек, а не угрюмый сирота. Надо продолжать придерживаться этой линии.

Вторая задача — стать сильнее. Это во всех смыслах, и физически, и ментально, и магически. Если физическое развитие — дело долгое и муторное, то ментально, то есть внутренне, стать сильнее — дело привычки и характера. Но привычки можно выработать, а характер закалить. Осталось дело за Эфиром, к тренировкам с которым я не знаю даже как подойти, чтобы не выдать себя. Остается пока гонять Эфир по кристаллам, может что-нибудь и пойму. Кристаллы пока придется «одалживать» у хилерши по ночам.

Третья задача — покинуть приют, устроиться в новой семье, ну это задача простая в принципе, главное — чтобы приемные родители были понимающие и открытые к новому. Ведь им тоже придется подниматься вверх по иерархической лестнице вслед за мной. Еще семья — это опора, которая может дать мне толчок к более быстрому движению к цели. Поэтому, семья должна быть богатой и аристократичной. Как минимум одно из двух, а в идеале королевская семья. Но это, конечно, из разряда сказок.

Размышляя об этом всём, я обошел весь особняк и оказался у выхода к заднему двору приюта. Отворив тяжелую деревянную дверь, я оказался на каменной тропинке в прохладной рощице из голых деревьев. Тропинка вела вглубь рощи, за которой виднелась поляна с зеленым газоном и беговой дорожкой из спрессованного песка вокруг нее. На поляне было очерчено прямоугольное поле для футбола, за одними воротами была натянута сетка для волейбола, за другими стояли разные снаряды, вроде турников, брусьев и еще не пойми чего. От двери не было видно достаточно хорошо. Отлично, место для утренней и вечерней зарядки есть. Осталось найти форму для занятий спортом.

Слева от основного здания стояло приземистое каменное здание с двумя высокими металлическими трубами. Судя по трубам, из которых сейчас шла тонкая струйка дыма, это котельная. Повернув голову направо увидел ангар, возле которых стояли несколько машин. Мне стало интересно, какие машины построили в этом мире, и пошагал в сторону ангара. Да, не зря пришёл! Машины больше всего были похожи по стилю на автомобили пятидесятых годов в моем мире, но более элегантнее, что ли. Все машины были с дутыми боками, с кучей хромированных деталей, с округлыми фарами. Стоял симпатичный минивен (Alfa Romeo Romeo) бело-красной расцветки, чёрный двухместный седан с длинной мордой (Austin Martin DB4), и… Да! С краю стоял маленький красненький неприметный Мини! Как я хотел себе Мини Купер в прошлой жизни! Я даже хотел взять его в кредит, но с ипотекой не одобрили. А тут, в другом мире, я встречаю тот самый желанный Мини Купер, да еще и образца начала производства. Эти наружные сварочные швы, наружные дверные петельки, маленькие арки с крошечными колёсами, ммм! Похоже это моя первая любовь в этом мире! Задача номер четыре — как можно быстрее приобрести себе такую симпапульку!

— Любуешься машинами? — похоже я так залюбовался на Мини, что не заметил подходящего мужика. Мужик выглядел… как мужик. Грязный джинсовый комбинезон, заправленный в сапоги, красная клетчатая рубашка, с закатанными рукавами, серо чёрная кепка-восьмиклинка, сдвинутая набок на голове с вихрастыми, чёрными волосами с проседью и бледно-зелёными глазами, глядящими с хитрецой из-под густых бровей. Да и голос, мужицкий такой, прокуренный, но не низкий. Мужик, улыбаясь, стоял и ждал, держа в уголке губ наполовину выкуренную сигарету.

— Да, сэр, очень понравилась вот эта машина. — указал я на красную лупоглазую красавицу.

— А что это ты сэрами обзываешься, Мэттью? Неужто забыл дядьку Альфа? — мужик похоже не в курсе про потерю памяти Мэтти.

— Да, сэр Альф… — а как его имя полностью то звучит? — Альфред?

— Называй меня дядя Альф, Мэтт, мы ж с тобой уже лет пять знакомы. Я хоть и рыцарь, но не люблю официальщину. — махнул он рукой с грустной ухмылкой, затем потянулся за следующей сигаретой. — Слышал я, что с тобой случилось, Мэттью. — его вид стал серьёзным, а взгляд колючим. — Ох и доиграются они когда-нибудь, не знаю, как Стивен их еще в реформаторию не отправил. Они так просто не исправятся, говорил же я ему уже. Но кто же послушает простого садовника.

Ух ты, разговор только начался, а уже сколько вопросов возникает. Почему главу клана он называет по имени, даже за спиной, это странно, что за реформатория — судя по смыслу, это колония для трудных подростков или что-то типа того. И похоже Мэттью часто с ним общался, раз знакомы пять лет. Надо это знакомство возобновить, мужик вроде нормальный, да и информацией владеет.

— Дядя Альф, а что такое реформатория? — решил я начать полноценный диалог с мужиком, надо сдружиться, может даст покататься на Мини.

— А сам как думаешь? — глаза мужика сузились с хитринкой.

— Ну, судя по смыслу, это исправительное учреждение для несовершеннолетних.

Мужик ухмыльнулся.

— Всё верно, Мэтт. Фактически это тюрьма для детей, откуда путь либо на рудники, либо в армию, либо на выход в деревянной шкатулке. Есть конечно те, кто исправляется, но их мизерное количество.

— А вы уверены?..

Мужик, продолжая ухмыляться, прервал меня.

— Давай на ты, Мэтт, иначе я буду тебя звать Мэтти.

Я инстинктивно сморщился, а мужик, увидев мою реакцию, засмеялся. Долбанные привычки прошлого тела. Справившись с собой, я продолжил.

— А ты уверен, дядя Альф, что они заслужили пойти в тюрьму? Это всё-таки дети, тем более сироты.

— А ты изменился, Мэтт, стал добрее. Раньше ты просил научить тебя драться, чтобы их избить, а сейчас их оправдываешь.

— Я просто не помню, что они делали раньше. Но в любом случае, не уверен, что они собирались покалечить меня до такой степени, что я потерял память.

— Не знаю, Мэтт, не знаю. Помнил бы ты, сколько раз только за последний год я находил тебя здесь, в гараже, зарёванным. Один раз ты даже собирался украсть у меня баллонный ключ, чтобы избить их ночью. Еле тебя отговорил. Понимаешь, что случилось бы, если бы пришел к ним в комнату с большой металлической трубой ночью? — Альфред с прищуром посмотрел на меня зажигая следующую сигарету.

Я задумался ненадолго, и ответил.

— Тут два варианта. Первый — если хватило бы сил оглушить или убить с одного удара, то после трех убийств меня отправили бы в психушку или реформаторию, Второй — если не смог бы оглушить, кто-то из них проснулся бы, и тут тоже два варианта, медблок с возможной инвалидностью, или, худший вариант, убили бы уже меня.

Мужик смотрел с расширенными глазами и открытым ртом, сигарета висела, чуть не упав и приклеившись к нижней губе. Я просто пожал плечами.

— Да, Мэтт, удивил ты меня. Похоже твоя потеря памяти расставила у тебя в голове всё по полочкам. Давай-ка присядем, вон у гаража скамейка.

— Похоже, что так, дядя Альф. — я снова пожал плечами и направился за мужиком к скамейке.

Сидим, молчим. Я думаю, что делать с этими парнями и вообще, Альфред курит. Спустя минут пять я решил прервать молчание.

— Слушай, дядя Альф, а ты и правда можешь обучить самообороне?

— Правильные, ты, вопросы задаешь, Мэтт. Я могу обучить самообороне, но не хочу, чтобы ты стал таким же, как тройка Мэла Греббса. Если ты пообещаешь, что никогда не применишь силу против слабых, если, конечно, это не угрожает кому-нибудь еще, то я могу попробовать научить тебя чему-нибудь такому. — Альф изобразил шуточные удары перед собой. Я засмеялся, Альф ухмыльнулся в усы.

— Но для того, чтобы стать сильней этого недостаточно, Мэтт.

— Я знаю, дядя Альф, тело тоже должно быть подготовлено, да?

— Верно. Тело должно быть приучено к нагрузкам, перед тем как мы начнем.

— Тогда я не уверен, что мы успеем даже начать.

— Почему?

— Я хочу покинуть приют… — Альф хотел что-то сказать, но я остановил его, улыбнувшись. — Нет, дядя Альф, не убежать, а согласиться на усыновление.

— Неужели ты решился? Что поменялось?

— Всё, дядь, всё. Я сам поменялся, а для меня поменялся весь мир. — я нисколечко не врал. Почему-то этот простой мужик располагал к себе, а мне, наверное, хотелось выговориться. — В этом приюте оставаться нет смысла, передо мной вся жизнь, и с опорой в виде семьи вступать во взрослую жизнь намного легче, не так ли? — я посмотрел на Альфреда.

— Слова не мальчика, но мужа.

— Взрослые — это просто переросшие дети.

Мужик расхохотался, похлопал меня по плечу и встал, а я улыбнулся.

— А чем тебе Купер-то приглянулся? Раньше тебе Роверы нравились.

— Не знаю, просто в ней, наверно, чувствую родственную душу. Снаружи невзрачная, а внутри гонщик, стремящийся к победе.

— Это да. С хорошим кристаллом она, говорят до ста сорока миль разгоняется.

Вот еще одно удивительное открытие. Я читал, что кристаллы используют в машинах, но думал вместо аккумулятора, а если они на скорость влияют, то..

— Дядя Альф, а покажи, как она устроена, пожалуйста.

— Давай в следующий раз, а сейчас иди, у вас время самостоятельных занятий должно быть.

Мужчина пошёл к гаражу, а я пошел обратно в сторону особняка. Домашку делать я не собирался, разве что по литературе и истории, там хоть что-то новое. На остальное можно пока забить. Вместо этого нужно поработать за лэптопом.

Занятия по самостоятельной подготовке проходят в том же кабинете. Все занимаются своей работой, Пятерка старших сидят за лэптопами, о чем-то болтают, только полненькая что-то пишет в тетради, посматривая на учебник. Остальные дети, в основном сидели за учебниками. За столом сидела Эмбер, пролистывая глянцевый журнал. Я зашёл, поздоровался с ней и сел за парту к Джи. Она стала спрашивать где я был, я ответил, и рыжая отстала, повернувшись к учебнику. Я же достал Лэптоп и стал искать информацию про Эфир и тренировки с эфиром. Интересные моменты сохранял, решив попробовать их ночью. Везде нужно было, чтобы заряженный кристалл был в руке или в виде украшения. Тоже интересная тема, украшения с кристаллом, которые все иферы носят в виде аккумулятора и концентратора. Они вбирают с него Эфир для каста спеллов, то есть для формирования конструктов заклинаний. Чтобы сформировать конструкт, нужно его представить перед собой, и влить нужное количество Эфира. Вроде всё просто, но дальше показывались примеры конструктов. Обычный шар плазмы, а по-простому фаербол, выглядит как трехмерная сфера с кучей узоров внутри, которые запомнить просто невозможно. Как иферы запоминают конструкты интересно. тут вся жизнь может уйти только на то, чтобы запомнить один, ну два разных конструкта. Еще ведь нужно влить нужное количество Эфира. Жесть, короче. Нужно посмотреть, как происходят бои иферов, что они применяют, чтобы понять к чему стремиться. Нашёл, посмотрел, охренел. Мальчики и девочки примерно восемнадцати лет кидались друг в друга огнем, льдом, камнем и воздушными лезвиями. И это не одноразовая акция. Они защищались прозрачными щитами и куполами, каменными и ледяными стенами, огненной плёнкой, покрывающей всё тело. И почему я эти видео раньше не посмотрел, может не стал бы… Хотя нет, у самурая нет цели, ну и пусть, зато у меня есть и цель, и путь. говорил же уже, надо быть увереннее в себе, отступать некуда, позади бесчестье и безденежье. М-да.

До конца самоподготовки Эмбер не сказала ни слова, затем просто встала и ушла, что и стало звонком для детей. Младшие с гамом высыпались в коридор, затем на двор перед особняком, успев каким-то чудом переодеться. Рыжая убежала с ними, а пятерка, не обращая на меня, сидящего за лэптопом, внимания, вальяжно прошагала за дверь последними. Я не стал никуда выходить, тут в сети я нарыл интересный форум 4USL, где, судя по всему, делились своими проблемами и способами их решения. Там то я и узнал, по косвенным признакам, что Эфир используют не только для конструктов, но и для того чтобы напитать нужные части тела. Вот отрывок, где это упоминалось.

" BigbrainRdick: С мышцами всё просто и понятно, это даже лузер, как я, знает! Вопрос в другом. Когда я качаю глаза, то остальное отваливается! Что делать? Апать концентрацию или проблема в чём-то другом?

Ololuser: Точно лузер, концентрация важнее, апай.

Aliisautumn: Мне наставник советовал каналы расширять. Сказал, что через узкие каналы эфира в разные точки не хватает.

Ololuser: Ну и как, расширил наставник каналы? LOL

BigbrainRdick: у меня тоже был опыт по расширению каналов, могу помочь, если чё…

Ololuser: Тебе тоже их твой наставник расширил? бедняга… ROFL "

Значит Эфиром напитать глаза и остальные части тела. Жалко не расписали, что должно получиться в результате. Но, за неимением учебника, набиваем шишки сами.

Воспользовавшись тем, что в кабинете никого не было, я устроился поудобнее, закрыл глаза и вспомнил те ощущения, которые были при накачке кристаллов. Кончики пальцев обоих рук потеплели и начали тонко подрагивать. Я постарался представить, как то, что у меня на пальцах, поднимается вверх вдоль рук, напитывая мышцы, идут дальше вдоль торса, опускаясь к ступням. По мере того, как я представлял прохождение Эфира вдоль тела, сначала руки, потом туловище и ноги начали греться, а мышцы бил мелкий озноб, как будто вибрация телефона шла по всему телу. Появилось ощущение легкости. Стараясь не потерять это состояние, я открыл глаза. Ощущение лёгкости тут же пропало. попробовав еще пару десятков раз, я понял, что делаю что-то не то. полез обратно в сеть, курить форум, затем, не найдя ничего подходящего, зарегистрировался под левым именем с одноразовой почты, и задал свой вопрос форумчанам, но так, чтобы на него обратили внимание.

" NomgkAlien: Встречайте короля нубов, анонимусы! Король хочет видеть всех Кэпов данного форума! Тема такая, как зафиксить орган (можно даже тот, о котором ты подумал, маленький изврат) после накачки? Концентрируюсь, качаю, открываю глаза, сдуваюсь. SOS, форумчане. Лучшему Кэпу — судно на его вкус!

Pickupmaster: Еще один самоучка? тикай з форума, тоби…

Ololuser: Юморист. таких королей у нас каждый день по 3 пачки. Если всем отвечать, то жить некогда.

User 7778: Да там же всё просто! зайди по этой ссылке: "спойлер"

User 5491: верно говорит, я сам оттуда узнал! советую! THUMBSUP

BigbrainRdick: Есть дедовский метод, берешь два карандаша и изоленту…

и делаешь носилки! ROFL

2 Old 2 Mix : опять боты, куда не зайди! @Модератор

Moderator 347: спасибо, чистим. Топик Стартер, тебе на ветку / newer / FAQ .Топик можешь закрывать.

NomgkAlien: @ Moderator 347 TNX , понял, закрываю. C меня горшок — тоже судно. LOLWFWT »

В общем, как и ожидалось, в форуме одни тролли и скамеры. Зато модератор подсказал нужную ссылку. Изучив её, я хлопнул себя по лбу. Ну конечно, во всём, что связано Эфиром, важную роль играет концентрация. Нужно научиться фиксировать поток Эфира, идущего к конструкту или к нужной части тела, для этого просто нужно…

Я просидел в кабинете до ужина. Зайдя в столовую, сразу обратил внимание на притихшую малышню за моим столом. Рыжей там не было. Я,почувствовав, что что-то случилось, сразу подсел к нашему столу и обратился к белобрысому мальчику лет десяти, сидящему через стул от меня.

— Хей, что случилось?

Мальчик посмотрел на меня с непонятной обидой.

— А ты как будто не знаешь. — зло сказал он, вытерев рукавом нос.

— Я не знаю, поэтому расскажи, пожалуйста. — я присел поближе к нему, а детишки за столом начали переглядываться. Одна из девочек, лет восьми, с чуть раскосыми глазами и черными волосами, не выдержала и начала говорить тонким голоском.

— Когда мы играли на улице, старшие начали смеяться над нами, обзывались и толкали мальчиков. — белобрысый возле меня опустив голову хлюпнул носом, вытерев нос рукавом еще раз. Я подал ему салфетку с середины стола, кивнул девочке, мол, продолжай. — Когда Невилл упал и заплакал, прибежала Джинджер и сказала, чтобы они прекратили. Но старшие её не послушались и начали толкать и обзывать её нехорошими словами. Потом Чарли повалил её на землю, а Мэл пнул землю у лица Джинджер. Ей на лицо попала грязь, и она заплакала. А Малькольм обозвал её шахтёркой и сказал, что она должна всегда ходить с грязным лицом, или они ее побьют.

Девочка сама уже чуть не плакала, хныкая с каждым словом. Во мне же разгоралась ярость. Хотелось открутить этим дебилам головы. А почему бы и нет? Сделав несколько вздохов, постарался успокоиться, и взять ярость под контроль. Наставники в роте говорили, что главное холодный ум и трезвая голова, иначе ты пехота.

Взяв себя в руки, встал со стола и направился к соседнему столу, где сидела «пятёрка старших». Две девушки, одна симпатичная стройная блондинка с длинными волосами и голубыми глазами, вторая невысокая, чуть полноватая шатенка с волосами до плеч и кареглазая. Трое парней, сидящая рядом с девушками, были разными, больше всего они напоминали молодую копию трио Гайдая, «Трус, Балбес, Бывалый». Один толстый с короткой стрижкой русых волос, второй высокий кареглазый брюнет, третий низкий худощавый блондин с мутно-серыми глазами. Девочки демонстративно старались на меня не смотреть, а вот парни смотрели на меня с ухмылками и ожиданием.

— Прошу прощения, господа и дамы, что прерываю ваш обед. Представляться не буду, вы меня знаете, а вас я знать, если честно, не хочу. Но вы обидели мою подругу, да за эти несколько дней в медблоке у меня накопилось к вам парочка вопросов, и хотелось бы эти вопросы разрешить… — меня грубо прервали.

— Слышал, Рон? — это высокий, который Малькольм, или Мэл, обратился к толстому. — похоже этот и впрямь память потерял, если сам решил к нам подойти!

— Ага! — мелкий с писклявым голосом, скорее всего Чарли, решил поддержать своего друга. — наверно пришел извиниться! Ты решил извиниться, Мэ-этти?

Толстый просто с ухмылкой кивал, смотря на меня, и не прекращая поглощать еду.

— Тебе чё надо, Мэдди? (Мэтти+mad- безумный) — высокий решил сострить. — Вместе с памятью потерял и страх? Или думаешь, раз тебя запретили трогать, мы не сможем тебе ничего сделать? Не нарывайся и иди спрячься под юбкой мисс Троттл. — Все трое заржали, девочки смотрели с презрительной ухмылкой.

Нормально поговорить не получиться, да и не хотел я разговаривать, хотел здесь же свернуть им шеи, и сказать, что так и было. Короче, надо брать быков за рога, иначе просто задолбят они нас с рыжей знатно. Джинджер, почему-то, уже воспринималась как сестренка, которой у меня не было никогда, и то что её тронули эти утырки, просто заставляло кипеть меня яростью. Хоть сил нет, но придется с ними драться, и желательно покалечить. Да и опыт армейки, надеюсь, всё-таки остался, хотя бы в памяти. Лучше сразу разобраться с ними, пока они не сделали чего-нибудь похуже против мелких или меня. А они уже начали. Похоже, специально обидели мелкую, чтобы я сам набросился на них с кулаками. Тогда они будут защищающимися, и виновником драки стану я. Надо подкорректировать их планы.

— Слушайте сюда, три перерослых олигофрена, я хотел с вами поговорить, но, раз вы нормальную речь не понимаете, придется объяснять на пальцах. Я, — указываю на себя — и три аутиста, — показываю пальцем на них, — пойдем за котельную, — показываю пальцами идущего человека. — и решим наши вопросы. — и уже нормальным тоном, обратился к парочке подруг — А вы, леди, — выделил я слово презрением, — проследите, пожалуйста, чтобы туда никто не пришёл, хорошо?

Девушки, переглянувшись, кивнули. Парни же аж покраснели от злости, но присутствие воспитателя, того самого высокого математика, который не обращал на детей никакого внимания, рядом, не дало им возможности к активным действиям. Высокий первый справился с собой, бросил «ждем тебя за котельной, суицидник» и встав, вышел из столовой. Мелкий провел рукой по шее, надеясь меня напугать, а толстый просто рассовал по карманам выпечку и потопал за ними. Девушки смотрели то на выходящие спины своих друзей то на меня.

— Еще раз прошу прощения за испорченный прием пищи, леди. Но сейчас позвольте откланяться. Меня ждут, хе-хе, неотложные тела. — похоже адреналин включил режим юмориста. Выходя из столовой, подошел к своему столу, незаметно взял вилку и спрятал в рукав…

***

Лилиан Чейз

Лили ненавидела этот приют. Когда родители умерли год назад, её не оставили, как она хотела, с пожилой бабушкой, которая уже не могла ходить, а привезли сюда. И первым, кого она встретила, был этот Мэттью Грей, который своим угрюмым видом и агрессивным поведением нагнетал негативную обстановку. Парень в основном ни с кем не разговаривал, если к нему обращались обзывался, дрался из-за пустяков, мог часами сидеть и смотреть на одну точку. В общем, вел себя как псих. Когда Лили узнала, что он в приюте уже одиннадцать лет, она опешила. Ведь ей сотрудники службы опеки и психологи обещали, что в приюте она на долго не задержится, максимум год-полтора. Но какой год, если вот этот психанутый мальчик здесь больше десяти лет. Лили испугалась, что и она останется здесь навсегда и тоже станет безумной, возненавидела врачей за их вранье, а Мэтти, наверно за то, что он был образцом того, что с ней будет. Остальные ребята постарше тоже чувствовали эти чувства, это их и объединило. Они стали издеваться над мальчиком, зло подшучивали над ним. Парни его провоцировали на драки, а из-за несдержанности Мэтти это всегда получалось. В итоге мальчика избивали, вымещая злобу на приют, на несправедливый мир и родителей, покинувших или бросивших детей.

В последний раз тоже всё шло так же. На ужине обычно воспитатели разъезжаются по домам, Малькольм Греббс и Рональд Койл воспользовавшись их отсутствием, подговорили Чарли Портера пролить на Мэттью сок, потом отобрали его еду. Мэтт отреагировал, как всегда, мгновенно, бросившись с кулаками на обидчиков, в итоге был побит, да так, что, после пинка Рона, из разбитой о край стола головы мелкого психа пошла кровь, а сам мальчик лежал, не подавая признаков жизни. Сначала Лили на мгновенье обрадовалась, что он умер, затем испугалась, что их всех отправят на реформаторию, но прибежавшая на крик детей миссис Дороти, проверив лежавшего в собственной крови мальчика, заявила, что он жив, и на руках унесла его к себе в медблок. Лили больше боялась за себя и товарищей, чем за Мэтти, но, узнав, что с ним всё в порядке, вздохнула облегченно. А то что он потерял память даже обрадовало её, ведь если начнутся разбирательства, Мэтти не сможет ничего рассказать.

Но вернувшийся Мэтти совсем не был похож на себя старого. Лили думала, что он будет растерянным, ничего не помнящим и зашуганным инвалидом. Но зашедший утром в столовую Мэттью был каким угодно, но не зашуганным и не инвалидом. Его уверенный взгляд, спокойная походка и манеры больше подошли бы взрослому мужчине, но никак не к четырнадцатилетнему, вечно агрессивному мальчику. Он как будто даже подрос и похорошел. Она очень удивилась такому преображению и украдкой подглядывала за ним все занятия. Вот и сейчас, мальчик сам подошёл к ним, культурно и даже как-то пафосно начал разговор. Но после издевки Мэла, его как будто подменили. Взгляд стал хищным, девушка почувствовала, что ее пробирают мурашки от его взгляда и голоса. Она старалась держать лицо, кое-как держа натянутую улыбку. Но с каждой секундой это получалось всё сложнее. Но, когда девушка уже хотела, убежать отсюда подальше, давление пропало, а Мэттью, что-то сказав напоследок, Лили послышалось что что-то про тела, спокойной походкой направился в сторону выхода из столовой.

Глава 5 Принципы Эфира

Мэттью.

Пока я шёл к котельной, обдумывал свои будущие шаги в предстоящей драке. План был прост: не дать всем троим напасть одновременно. Судя по их характерам, наступающим и принимающим удары будет толстяк Рон, Мэл, как главный будет ждать подходящего момента, одновременно отвлекая ударами сбоку и координируя своих, Чарли, мелкий из троицы с крысиным лицом, будет обходить сзади и бить в спину. Но если я нарушу их планы, мелкий один побоится вступить в бой, толстый туповат для своих инициатив, а с главой их шайки один на один я скорее всего разберусь. Надо только нарушить их порядок. Всё просто — рассредоточить, забрать инициативу, перебить по одному.

Уже подходя к котельной, я наклонился, делая вид, что перевязываю узелки кед. Встал, отряхнул руки, засунул их в карманы брюк и потопал дальше. Из-за угла котельной выглядывала крысиная морда Чарли. Как только я подошёл, он отбежал за Мэла и Рона, стоящих рядом с изгородью у дальней стены котельной.

— Смотри-ка, припёрся, смертник! — разговор, как и ожидалось, начал Малькольм. — Что-то ты не торопился, Мэтти, забыл дорогу? — Троица расхохоталась.

— Да нет, решил дать вам время поиграться друг с другом. — оскалился я. — Успели?

— Ты чё то больно дерзкий вышел из медблока, или сразу обратно захотелось? Так мы сейчас тебе в этом поможем. — Мэл подтолкнул Рона локтем. Я поднял руки в останавливающем жесте.

— Что как шакальё все втроем на младшего? Храбрыми вас не назовёшь. — покачал я головой.

Мэл гадко осклабился.

— Просто не хотим тратить на тебя время, вечный приемыш, у нас есть дела.

— Всё-таки не успели наиграться, малолетние пидорасы? — ответил я им, ожидая атаки. И не зря, Малькольм взревел и первым побежал на меня, размахивая руками. Никакой постановки рук, положения тела, ни-че-го. Просто машет руками, как мельница, и бежит. Да-а, я-то ожидал хорошего боя, но похоже всё будет проще. Быстро отступаю назад, доставая из кармана булыжник, припрятанный при подходе, и, когда между нами осталось метра два, кидаю в лицо нападающему Мэлу. Тот инстинктивно прикрывает лицо, я же подшагиваю к нему и прямой ногой пинаю его между ног, затем сразу отбегаю на несколько шагов назад. Двое оставшихся сначала дёргаются к завывающему на земле главному, но, опомнившись, идут ко мне. Толстый идет полубоком, с поднятыми на уровень глаз руками, прижав локти к телу. Похоже, есть кое-какая школа. Мелкий начинает обходить большим полукругом, не отрывая от меня взгляда. В прямую атаку не решается. Ну и зря. Я встал спокойно, руки снова в карманы брюк, жду. Что-то медленно идут. Решил ускорить их.

— Девочки, ваш любовник теперь не сможет вас ублажать, что же будете делать? — наигранно покачал я головой. Как только Толстый дёрнулся, я достал руки из кармана, в одной из них тоже лежал камень, размером чуть меньше моего кулака. Толстый приостановился, снова подняв руки, и зарычал.

— Думашь тебе пможет камешек? — интересный диалект, или дефект речи? — я тя порву, как токо кинешь камень! — ха, не угадал, камень не для него, а для крысы, что подкрадывается сзади, сопя так, что его, наверно, слышно у Биг Бена. Резко оборачиваюсь, целясь в крысёнка, оказавшемуся в паре метров от меня. Тот инстинктивно прикрывается руками и закрывает глаза. Я, подбегая, пинаю по коленке опорной ноги, слышу хруст, толкаю мелкого на землю, и, пока толстый не успел подбежать, от всей силы наступаю ему по ладони, которую он, визжа, тянет к сломанной ноге. Визг усилился, а я ускорился. Отбежал на десяток шагов, оценил результат первого раунда, остался доволен. На ногах только толстый, он же самый опасный, видна выучка, но есть пара недостатков — вес и тупизна. Малькольм не в состоянии подняться еще минут пять, мелкий Чарли точно выбыл. Значит, работаем с толстым, как с быком на корриде. Загоняем бычка.

Рон уже бежал ко мне, грозно, тяжело и неотвратимо. Я успевал отбежать метров на десять, подождать секунды две-три, пока он добегал до меня. Примерно рассчитав свои невеликие силы, я начал манёвр отступления в сторону спортгородка, там моя маневренность даст мне преимущества еще больше.

Забег в сто метров дался толстому нелегко, он тяжело дышал, весь покрылся потом, но не терял боевого настроя. Что же, зря. Я дождался его у турников, и когда он подбежал почти вплотную, решил проверить его реакцию, резко дёрнулся вперед к нему, подняв правую руку. Он сразу поднял руки, прикрыв лицо. Не угадал! Левой рукой, зажавшей вилку, бью по боку пуза и сразу отпрыгиваю за опорные трубы турников. Толстый закричал, зажав рукой бок, но не отступил, начал обходить трубы. Так мы резвились еще минуты две, я колол и отходил, он рычал и наступал. Мне было интересно, что случится раньше — он отступит или потеряет сознание от потери крови. Случилось совсем другое. Прибежал высокий Таллгат, математик, и остановил нас. Рон его не послушал, ничего не замечая он пёр на меня, рыча и прикрывая самые больные дырки в своем теле. Математик просто отшвырнул его, после того как его слова не возымели действия. Толстый упал, и, похоже, потерял сознание. Я же выдохнул, со спокойной душой усевшись на траву. Руки всё еще подрагивали, адреналин отпускал медленно.

У рощицы между особняком и поляной толпилась малышня. Оттуда же быстрым шагом приближались Альфред и миссис Пиллз. Хилерша была взволнована, что-то объясняла идущему рядом садовнику слэш охраннику. Уже подходя к нам с математиком, который стоял рядом, ожидая их подхода, медичка с тревогой в голосе, обратилась ко мне.

— Ты в порядке, Мэттью? Как себя чувствуешь? Что болит?

Я пожал плечами.

— На этот раз, миссис Пиллз, помощь нужна не мне. Тут ребята споткнулись. Тут Койл, а у котельной Греббс и Портер. Помогите им, пожалуйста. Последний сильно упал, я отсюда хруст слышал.

— Да-да, конечно, — заторопилась она. — Альфред, Мистер Гатлинг, помогите мне пожалуйста с переносом детей в медблок.

Альфред легко поднял пухлого на руки, подмигнул мне с ухмылкой, и зашагал к главному корпусу, а медик и математик споро зашагали к котельной, оставив меня одного. Но ненадолго. Ко мне подошла и присела на траву зарёванная рыжая Джинджер.

— Прости-и! — девочка вновь начала хныкать. — Это из-за меня, да?

— Почему ты так решила? — удивился я её догадливости.

— Ну, мне ребята рассказали, что ты сильно разозлился, когда узнал, что они-и…

— Перестань реветь. — погладил я её по волосам.

— Не буду. Из-за меня? — хныкать перестала, но сидела, надув губы.

— Нет конечно. — постарался извернуться я.

— Врёшь. — с укоризной посмотрела она на меня.

— Вру. — признался я.

— Спасибо. — она оперлась плечом на мою руку, положила голову на плечо.

— Нет проблем. — что я мог ей еще сказать. — А кто-то в медблоке обещал меня защищать, помнишь?

Девочка с удивлением посмотрела на меня, но увидев, что я улыбаюсь, весело засмеялась, упав спиной на траву.

***

Кабинет директора приюта, Стивен Хьюстон

— Ну и кто мне объяснит, что на этот раз случилось?

Голос директора подавлял людей, стоящих перед его столом, сам директор расхаживался у присутствующих за спинами, меряя кабинет шагами.

Ответить решил Таллкот Гатлинг, дежурный сегодня воспитатель.

— Сэр, в свободное время после самостоятельных занятий старшая группа воспитанников агрессивно вела себя в отношении младших. Конфликт заглох сам собой, но возник снова, когда об этом узнал недавно выздоровевший Грей. Во время ужина, дети ему рассказали о случившемся. Грей отнёсся к этому достаточно спокойно, не так агрессивно, как раньше. Он подошел к Греббсу и его кампании, они о чем-то поговорили. Затем старшие ушли. Ожидаемого мной конфликта не случилось, и я успокоился. Затем меня отвлекли воспитанницы Лили и Дженнифер, которым я объяснял непонятные моменты по моему предмету. Узнал о драке только когда ребята младшей группы оповестили меня, и я вышел на стадион вместе с миссис Пиллз…

— Как Мэттью, сильно покалечен? — прервал его Стивен.

— Никаких травм, сэр. — сухо ответила хилерша.

— Никаких… Что? — удивился директор, даже остановил свой шаг.

— Пострадали воспитанники Греббс, Портер и Койл. Если коротко, то Малькольм — рваная рана на лице, сильный ушиб паховой области. Чарльз — закрытый перелом правой ноги в области колена и множественные переломы правой кисти. Рональд — множественные проникающие колотые раны в области живота, голеней и области рук, потеря сознания из-за потери крови. Все трое сейчас в медблоке, первая помощь оказана, опасности нет, но лечение продлится не меньше недели, с учетом того что я работаю одна.

Сказать, что Стивен Хьюстон удивился — это ничего не сказать. Он на не гнущихся ногах прошел к своему стулу, присел. Спустя пару минут он ожил.

— Миссис Хиллз, позовите пожалуйста, Мэттью, и займитесь дальнейшим лечением пострадавших, а вы, мистер Гатлинг, проследите за остальными воспитанниками, успокойте их, пускай готовятся ко сну…

***

Альфред Макхафл

Альфред стоял и улыбался, наблюдая за реакцией своего начальника. Видеть удивление на лице у пожилого главы клана ему пришлось впервые за более чем тридцать лет работы на клан Хьюстонз. А это уже говорило о многом, Стивен всегда был как скала, невозмутим и сосредоточен. Честно сказать, он и сам сильно удивился результату драки Мэтта. Хотя еще днем Мэтт удивил его своим поведением и суждениями. Сильно повзрослел парень за последние дни. Дороти Альфреду по секрету сказала, что он умер на несколько секунд у нее на кушетке, и пришлось использовать «последний шанс» — конструкт, который может перезапустить весь организм, включая мозг. Альф и сам во время службы в гвардии клана нередко ходил по краю, но никогда не ступал за него. А Мэтт ступил. И вернулся. Странно, что парень вообще не сошёл с ума. Бывали и такие случаи после «последнего шанса». Но судя по тому, что он, явно намеренно, только покалечил парней, а не пытался убить, то парень всё заранее просчитал. Да и справиться с тремя парнями старше себя на два-три года, это не два пальца…

— Что ты улыбаешься, Альф? Твоя работа? — Стивен обратил внимание на своего бывшего гвардейца, теперь уже завхоза, садовника и охранника приюта в одном лице, улыбающегося в усы.

— Да когда б я успел? Мы с ним только сегодня пол часика поболтали, и всё. А парень сам, всё сам! — Альф продолжал улыбаться, открещиваясь от подозрений директора. — Да и по словам Таллкота, шайка сама нарвалась. А я тебе говорил…

— Говорил, говорил. — Стивен махнул рукой на Альфа. — А сейчас что скажешь? Отправить Мэттью в реформаторию? Или в психическую лечебницу?

— А Мэтта за что? — опешил Альф, — Он же защищался!

— Хороша защита, трое в медблоке, а сам целёхонький. — покачал головой Стивен. — А если бы он их убил? Что бы мне Министерству пришлось говорить? Если они уже не знают. Ты понимаешь, что здесь тогда началось бы? Да конечно знаешь, проходили уже такое…

Альф вспомнив, опустил голову. Был уже несчастный случай похуже. Больше полугода назад один ребенок повесился у себя в комнате. Приют трясли так, как будто персонал сам загнал ребенка в петлю. Кого только не было с проверкой после несчастья: отдел опеки, полиция округа и города, Следственный отдел Его Величества, и конечно толпы журналистов, оккупировавших территорию у ворот на пару недель. Несколько человек персонала уволилось: кто-то не выдержал давления, кого-то попросили уйти. Такой черной полосы у приюта давно не было. И вот теперь приют снова стоит на пороге скандала. Хотя вроде и обошлось. Все целы, а раны Дороти излечит, и следа не останется. Это и решил озвучить Альфред.

— Ну так никто же сильно не пострадал. И вообще, у меня такое ощущение, что Мэттью специально старался не нанести сильного вреда.

— Старался он… — Стивен никак не мог успокоиться. — Вот сейчас придет, и спросим у него, чего он хотел. Присядь давай, не стой как столб.

***

Мэттью

До кабинета директора меня молча проводил Таллгат, и едва мы дошли до двери кабинета, сразу ретировался. Я стоял у массивной дубовой двери директора и продумывал ответы на предполагаемые вопросы. Долго стоять не пришлось, из за двери послышался голос директора с разрешением входить. Что же, ни пуха мне…

Зайдя в кабинет, я увидел Альфреда, вальяжно сидящего справа в резном деревянном кресле. Такое ощущение, будто он не у своего начальника, а в гостях у хорошего друга. Понятно. Давние друзья. С Альфом отношения хорошие, можно будет, если что, заручиться его поддержкой. Увидев меня, он кивнул головой и незаметно подмигнул, едва заметно улыбаясь. Меня это немного успокоило.

Директор сидел у себя за тяжелым резным столом из тёмного дерева. Точнее, в большом коричневом кожаном кресле, сделанным по старину, с деревянными вставками вдоль подлокотников. То, что кресло современное, говорили едва заметные кнопочки сбоку правого подлокотника. Сам директор, как всегда выглядел стильно и одет был с иголочки, в идеально сидящий на нем костюм-тройку с бантом вместо галстука, единственное — не было очков, да и пара седых локонов выбились из зачесанных назад волос.

— Проходи, Мэттью, присаживайся. — указал он на обычный офисный стул, стоящий в паре шагов от стола.

— Доброго вечера, мистер Хьюстон, сэр Альфред. — поочередно кивнул я мужчинам и присел на кресло.

Молчание затягивалось. Директор буравит меня тяжелым взглядом, я смотрю ему в глаза, стараясь не поддаться давлению. Не знаю, сколько мы так просидели, играя в гляделки, но Стивен Хьюстон, директор приюта Георга Мюллера и глава клана Хьюстонз, отвёл глаза первым, переведя взгляд на дядю Альфа.

— Ну, что ты скажешь? — задал он странный вопрос Альфреду, как всегда прячущему ухмылку в усы.

— Есть стержень, уверен в себе, виноватым себя не чувствует. — кратко изложил он, перестав улыбаться.

— Это я вижу. Думаешь, стоит? — продолжил директор странный опрос Альфреда.

— Потенциал есть, — Альф был краток.

— Мэттью, задам тебе два вопроса, отвечай честно, от твоих ответов зависит, каким будет третий вопрос. — директор вновь вперил в меня взгляд. — За что ты их побил, и хотел ли ты их убить?

Вроде нормальные вопросы для данной ситуации, но не для почти четырнадцатилетнего подростка. Ответы у меня есть, но главное, как их преподнести, не усугубив ситуацию.

— Ответ на первый вопрос у вас, наверное, уже есть, сэр Хьюстон, они обидели детей, особенно Джинджер. Я хотел им просто показать, что за любым действием следует ответ, и нужно быть готовым к этому.

— Следуя твоей логике, они могут тоже тебе ответить? — приподнял бровь директор.

— Нет, сэр, ответ должен быть пропорциональным, ударили по щеке — выбей зуб, если не поняли и выбили зуб в ответ — снеси голову. А если не можешь — прими и становись сильней, чтобы такого не повторилось.

— И где ты такое услышал? — спросил он меня, но покосился с подозрением на Альфреда.

— Нигде, сэр. Во время нахождения в медблоке было много времени для того, чтобы расставить приоритеты и сформировать жизненные принципы. — пожал я плечами.

— Я тебя понял. — директор слегка удивлённо кивнул. — А какой твой ответ на второй вопрос?

— Нет, сэр. Цели убить не было, но был такой риск с толс… с Рональдом. Я боялся, что его хватит инфаркт. Остальное могла бы поправить миссис Хиллз.

— А если хватил бы? — спросил уже Альфред, до этого молчавший весь диалог.

— Непрямой массаж сердца, протянул бы до прихода помощи. — вновь пожал я плечами.

Вопросов не последовало, оба мужчин задумались, по-новому осматривая меня. Так и сидели минуты три. Затем директор и Альф переглянулись, и Стивен прервал молчание.

— Что же, я тебя понял. И рад, что инцидент с потерей памяти дал тебе по-новому взглянуть на свою жизнь. И готов задать третий вопрос. — директор вновь задумался.

— Что ты думаешь по поводу вступления в клан Хьюстонз в качестве гвардейца клана и в будущем стать слугой клана?

***

Стивен Хьюстон

Ну вот и прозвучал тот вопрос, который решал судьбу Мэттью Грея. Это хороший вариант, тем более, шанс, что его примут в какую-то другую семью, был ничтожен, с учетом того, что он большую часть своей жизни провел в приюте. Семьи очень нечасто соглашаются принять в семью сироту из приюта, если ребенок прожил там долго, обосновывая это тем, что приютские дети растут без должного образования и воспитания, что часто оказывается правдой. Хоть в приюте и стараются дать максимум из того что могут, но отсутствие возможности ходить в обычную школу, отсутствие наставлений и советов родителей в разных ситуациях не дает ребенку шансов стать полноценным членом общества. Думая в этом ключе, приемные семьи стараются взять детей, которые провели в приюте недолгое время и не успели позабыть семейную жизнь. Поэтому с Мэттью и были сложности. Он всю сознательную жизнь провел в приюте, не сближался с воспитателями, пытавшимися стать хоть какой-то заменой нормальным родителям. И с каждым годом претендентов на опекунство для Мэттью только уменьшалось. Стивен давно подумывал отправить его в лечебницу или кадетскую школу, и ждал его четырнадцатилетия. Но с потерей памяти мальчик изменился, стал более адекватным, а судя по его высказываниям, стал более ясно воспринимать мир и свое место в нем. Вот и сейчас он задумался над вопросом. Стивен не торопил его, хотя предложение очень заманчивое для сироты. Те же Греббс, Койл и Портер несколько раз прямо изъявляли такое желание. Но их поведение не давало им и шанса.

— Нет. — наконец, подал голос мальчик, подняв взгляд на Стивена.

— Что нет? — директор сразу не понял, о чем Мэттью.

— Ваше предложение интересное, сэр Хьюстон. Но у меня на жизнь другие планы. Прошу прощения, но быть солдатом клана в эти планы совсем не входит. — прямо посмотрел он в глаза Стивена.

— Почему? — от удивления Стивен даже не знал, как реагировать.

— Всё просто, я хочу стать кем-то больше, чем солдатом. Хочу быть успешным бизнесменом, как минимум.

— Ты же понимаешь, что шансы попасть в приёмную семью у тебя маленькие?..

Мэттью прервал Стивена, подняв ладонь чуть вверх, что было вовсе ему непривычно.

— Кстати. Насчет этого я хотел и сам с вами поговорить, сэр. Я хотел бы внести несколько правок в анкету на странице приюта в Сети. Обновить фото, хотя бы. Старая фотография на анкете не совсем, точнее совсем не похожа на меня настоящего.

— Ты согласен на опекунство? — обрадовался и огорчился одновременно Стивен.

— Да, сэр, я хочу покинуть приют, где не могут обеспечить безопасность воспитанникам, как можно быстрее. — жёстко сказал Мэттью.

Стивен не знал, что ему ответить. Мэттью был прав, но он и сам был виноват в своих бедах, нередко начиная драку первым просто за обидные слова. Но сказать такое — обвинить ребенка в том, в чем виноваты так же и сотрудники приюта. Что же, раз Мэттью решился на такой шаг, нужно его поддержать, за двенадцать лет он стал уже частью приюта и Стивен желал ему только хорошего.

— Ну, раз таково твое желание, я не могу не согласиться с этим.

— Спасибо, сэр Хьюстон. — мальчик, встав, сделал неглубокий поклон.

— Ну раз мы всё решили, то можешь быть свободен, на анкету завтра мисс Троттл сделает фотографию, так что подготовься. По поводу драки не волнуйся, я сам проведу с мальчиками беседу. — решил окончить разговор Стивен.

— Я и не волнуюсь, если не поймут в первый раз, второй будет жёстче. — ответил на это Мэттью, и ухмыльнувшись, покинул кабинет.

Мужчины сидели в молчании. Стивен встал, подошел к секретеру, и достал оттуда два хрустальных бокала и графин, наполненный двадцатилетним виски.

— Будешь?

— Я же на работе. Да еще и с начальством… — протянул Альф, как всегда, ухмыляясь.

— Разрешаю. — махнул Стивен рукой. — сегодня есть повод.

— Какой же?

— Наш Мэтти вырос. Чем не повод? — Стивен расставил наполненные бокалы.

— Согласен! Чирз! (Cheers — Ваше здоровье! Выпьем! Тост! — всё это вместе или ситуативно что-то одно. Прим. ав.)

— Слушай, Альфи, а ты в четырнадцать знал, чего ты хочешь от жизни?

Глава 6 Приемные родители

Следующий день оказался выходным. Воскресенье! Как же я удивился, когда проснулся и посмотрел на время. Одиннадцать утра. Я проспал десять часов, и если бы не настойчивый стук в дверь, чувствую, проспал бы еще часик как минимум. Накинув штаны с футболкой, пошёл открывать дверь. Я конечно знал кто за дверью — бесчувственное, злобное, но милое рыжее существо, мешающее спать подрастающему организму. Едва я открыл дверь, в комнату забежала Джи, и залезла на кресло возле письменного стола, где лежал мой лэптоп. Устроилась поудобнее, поджав под себя ноги и начала допрос.

— Почему ты не был на завтраке? Мы тебя ждали! Даже твои любимые тосты с тунцом не трогали. Что тебе сказал вчера директор? Ругал? Ты теперь уедешь? — голос девочки дрогнул, но это её не остановило. — Лили на завтраке сказала, что тебя нет, потому что тебя отправили в реформаторию или больницу для психов. Мы так испугались, но мисс Троттл сказала, что это неправда. И мы успокоились. И съели твои тосты. А Невилл…

У меня уши начали сворачиваться в трубочку, и я решил прервать рыжий фонтан.

— Привет, Джи. На какой вопрос тебе ответить сперва?

Девочка сделала вид, что задумалась, даже указательный палец ко рту приложила.

— А какие вопросы я задавала?

Я не выдержал и рассмеялся. Джи сперва сделала обиженную моську, потом улыбнулась. Я завалился обратно на кровать, прикрыл глаза и начал рассказывать про вчерашний разговор, не упоминая всех деталей. Где-то на середине повествования рыжая прервала меня.

— Слушай, Мэтт, слушать других так скучно… Давай ты у меня что-нибудь спросишь?

Я сделал фейспалм (facepalm — удар ладонью по лицу. Прим. ав.) и тихо захохотал от непосредственности рыжей.

— Мэтт, если меня заберут новые мама с папой, ты будешь скучать?

Мое хорошее настроение исчезло за мгновение.

— Конечно буду скучать, — ответил я, немного подумав, — Но мы же всегда можем списаться или созвониться по лэптопу. Хоть каждый день, хотя нет, раз в два дня можем созваниваться, а переписываться можем каждый день.

— Правда? — у рыжей глазки на мокром месте.

— Конечно. — подтверждаю я, даже пару раз кивнув в лежачем положении.

— Спасибо. — было мне ответом.

***

После обеда я сидел в комнате отдыха, где мисс Эмбер Троттл сфотографировала меня на новую анкету, что не заняло много времени. Но после того, как она ушла, я остался осмотреть комнату, благо здесь было кое-что что меня заинтересовало. Большая комната представляла из себя кучу всего разного, сваленного по углам. В одном углу стоял шкаф, заполненный всякой пёстрой одеждой, явно для спектаклей или концертов, В другом углу лежали ракетки для бадминтона, диски для сквош и разнообразные мячи. Третий угол занимал полноценный черный рояль, на который было закинуто всё, чему не нашлось места в других углах. вплоть до разных фанерных декораций в виде деревьев, избушек и замков. Но меня больше всего заинтересовал последний угол. Точнее то, что я там увидел среди разноразмерных барабанов, микрофонных стоек, усилителей и колонок, заваленных сверху десятками метров кабелей и проводов. На одном из комбоусилителей стояла она. Гитара. Обычная акустическая гитара со стальными струнами. Смотря на неё в голове проносились воспоминания о беззаботной школьной и тяжелой армейской жизни, когда похожая гитара окрашивала красками мою жизнь. В моменты одиночества составляла мне компанию, позволяя выразить эмоции через мелодию, в те моменты, когда был в кампании друзей и подруг, помогала делиться радостью встречи и общения с помощью песен. Эх, сколько времени я провел, держа такую же деревяшку, наполненную чудом мелодии.

И вот я сижу, смотрю на гитару, не решаюсь её взять. Непонятный страх не давал подойти к ней. Что-то вроде: «а вдруг я забыл, как играть?». Но я пересилил себя и, подойдя к гитаре, протянул руку, осторожно касаясь струн. Гитара зазвучала звонко, глубоко, как будто призывая продолжать. Я осторожно взялся за гриф, и, осторожно достав гитару, вернулся к стулу, на котором сидел до этого. Уселся поудобнее, закинув ногу на ногу, взял инструмент, начал перебирать струны. Хоть пальцы и не слушались, и начали сразу побаливать кончики пальцев руки, которой я зажимал металлические струны к ладу, но мелодия звучала всё увереннее с каждой минутой. Играл я незатейливую мелодию «nothing else matters». Даже не понял, когда начал петь, но осознал, что голос вполне неплохо звучал, справляясь со сложной вокальной партией, затем меня захватила мелодия, и я самозабвенно начал петь и играть, отвлёкшись от всего мира.

«И не важно, что плетут…

Мне не важно и давно…

Всё равно…

Мы разделим все пополам

Наша жизнь — принадлежит нам

Поверь всем моим словам

Иное не важно…

В тебе есть все, что я искал

Каждый день с тобой, что-то дал

И всегда, мне напоминал

Иное не важно…

И не важно, что плетут…

Мне не важно и давно…

Все равно…

Близки на расстоянии

И искренны в сердцах

Друг другу доверяя

Иное не важно…»

Когда доиграл коду, услышал, как закрылась дверь. Не обратив на это никакого внимания, поиграл еще несколько песен, держа в голове, что лучше играть песни на местном языке, если вдруг еще кто-нибудь решить заглянуть на звуки гитары. Но никого больше я не заметил. Отведя душу, и чувствуя, что кончики пальцев уже стали сплошной мозолью, я решил заняться более важными делами. Например, попрактиковаться с концентрацией Эфира. Решив оставить гитару себе, хотя бы на оставшееся время пребывания в приюте, захватил её с собой в комнату.

Вернулся к себе в комнату, положил гитару на кровать, и занялся работой с Эфиром. Достав из складок матраца «одолженный» вчера ночью у миссис Пиллз пустой кристалл, уселся на кресло. Практика вчерашней ночи показала, что для заполнения пустого кристалл, мне требуется около получаса. Главной задачей для меня было научиться дозировать поток кристалла, поэтому я старался то увеличить, то уменьшить поток, тщетно добиваясь изменения скорости наполнения кристалла. Опустошать кристалл я научился, просто, наоборот, высасывая мысленно Эфир из кристалла, затем практикуясь направлять полученный Эфир в мышцы, затем намеренно сбивал концентрацию и Эфир сам исчезал из тела. Без мысленной концентрации оставлять Эфир так и не получалось. Для этого, судя по топику «для новичков» в форуме, нужно сперва научиться формировать конструкты из тог же потока эфира, а я всё не мог выпустить Эфир вне тела.

Так и просидел бы до ночи «играясь» с Эфиром, если бы меня не позвали на ужин. За мной, как начало складываться, пришла рыжая, заявила, что после ужина идем смотреть мультфильм с ребятами, а потом всю дорогу до столовой и во время ужина пересказывала сюжет самые смешные моменты предстоящего мультика, чем обидела всех детей, сидевших с нами за столом. В итоге, после ужина дети решили поиграть во дворе, рыжая присоединилась к ним, а я пошёл приводить свое новое тело в форму, с помощью спортивного инвентаря и пробежки.

Начать решил с бега, чтобы понять уровень запущенности организма и сформировать план будущих действий. Нужно понять, так сказать, вектор развития своего тела в перспективе роста и развития организма. Это сила, выносливость и скорость. Они еще делятся на подвиды, например, сила может быть взрывная, когда мышечная масса тренируется для максимального усилия в короткий момент времени, или быстрая сила, которая похожа на взрывную, но рассчитана на большое количество движений на короткий промежуток времени. Так же есть относительная и абсолютная сила, каждая из которых тренируется по-своему и также немало зависят от конструкции тела и врождённых способностей. Так же свои подвиды есть у скорости и выносливости. Но есть и плюсы. Тренируя относительную силу хорошо развивается и выносливость, а с быстрой силой развиваются и скорость, и выносливость. Но всё равно не получится развиться сразу в трёх направлениях, тем более за короткий срок. Если только не тратить на тренировки всё свое время, чего мне категорически не хотелось. Хочется всё-таки жить, а не готовиться двенадцати подвигам Геракла. Думая об этом всём, дошёл до поляны, которую я мысленно обозвал стадионом, вокруг которой была беговая дорожка, засыпанная песком, и медленно начал ускоряться, подбирая оптимальный темп.

Там то, во время пробежки я и заметил интересный момент. После пробежки первого круга, длиной примерно метров пятьсот, я выдохся, но продолжил бег, пытаясь выжать из тела максимум. Тело сопротивлялось и болело, но я, закрепив свои мысли только на дыхании, делал шаг за шагом, заставляя ноги двигаться вперед. Два шага — вдох, два шага — выдох. Затем начал ощущать, что каждый шаг становится всё легче. Подумав над этим, сбился со счета, едва не свалившись на утоптанную дорожку. Начинать бег пришлось заново, не отвлекаясь на боли в груди и в мышцах ног. И снова, как только я концентрировался на дыхании и счёте, бежать становилось легче, колющее чувство в груди утихало. Догадка догнала меня быстро: Эфир. Во время бега я думаю только о беге, что подсознание воспринимает как необходимость помощи организму, автоматически пуская потоки Эфира в нужные органы. Это, конечно, хорошо, но пока я не отвлекусь. Как сейчас… Не успев додумать, я споткнулся о свою ногу, и покатился колобком по едва вылезшей траве у дорожки. Мышцы вспомнили, что не привыкли к таким нагрузкам и заболели, Легкие пытались набрать побольше воздуха, коля грудь при каждом вдохе. М-да, тяжело в учении… Постарался лёжа наполнить тело эфиром. Получилось, но только наполовину. Пускаю Эфир в мышцы, боль в ногах отпускает, но лёгкие не перестают болеть. Пускаю в лёгкие, наоборот, боль в груди отпускает, ноги схватывают судороги. Всё вместе не получается никак. Сделав несколько бессмысленных попыток, встаю и ковыляю в сторону спортивных снарядов. Пока дошел, боль отпустила, подопытный организм стал потихоньку приходить в себя. Заниматься сегодня больше не хотелось, но было очень интересно, что будет на турниках. В принципе, как и ожидалось, при концентрации на мышцах я подтягивался несколько десятков раз, затем отвлекался, падал. Повторив самоистязание еще пару раз, совсем выдохшись и не чувствуя уже свое тело, поплелся, еле волоча ноги, в сторону своей комнаты. Весь путь занял минут двадцать. Едва зашел к себе в комнату, упал на кровать, каким-то чудом успев убрать гитару из-под себя. Голова коснулась подушки, струны гитары зазвенели от удара корпуса о пол, и я провалился в пустоту.

***

Лили гуляла по коридорам приюта, не зная, чем заняться. Её подруга осталась сидеть за учебником арифметики, повторяя материал, который объяснял им мистер Гатлинг во время вчерашнего отвлекающего маневра. Девушка очень пожалела, что не оставила Дженни одну с математиком и не пошла подглядеть за дракой её друзей и Грея. За друзей она совсем не волновалась. Сколько раз в её памяти «вечный сирота» сам начинал драку и получал взбучку, девушка и сама уже не помнила. Так было почти всегда с момента её попадания в этот приют. Но вчерашний инцидент… не попадал ни в какие рамки обычного. Начиная с поведения Мэтти, хотя ему и вправду сейчас больше подходит имя Мэттью, заканчивая результатом драки. Всё перевернулось местами: друзья Лили в медблоке, а Мэттью вызывали к директору. Девушка была уверена, что ему пригрозили реформаторией, сделали «последнее» предупреждение и отпустили. Так всегда делали с Мэлом, Роном и Чарли, если они что-нибудь отчебучивали.

Проходя мимо комнаты отдыха, девушка резко остановилась. Ушки девушки уловили звуки гитары, доносящиеся из-за двери. Лили подошла, приложила одно ухо к деревянной поверхности возле замочной скважины, и услышала красивую мелодию гитары. Затем девушка не выдержала, легонько приоткрыла дверь, желая узнать, кто же так красиво играет. Заглянув в образовавшуюся щель, девушка не поверила своим глазам.

Мэттью сидел на стуле, полубоком к двери, с прикрытыми глазами, мягко дергал струны, наклонив голову вбок, как будто пытаясь услышать что-то, известное только ему, в мелодии, льющейся из-под его пальцев. Девушка застыла, стараясь не издать ни звука, чтобы не прервать эту красивую мелодию и не отвлечь Грея от игры. Звуки гитары завлекали Лилиан, она хотела подойти поближе, чтобы лучше слышать каждую ноту, хотелось позвать кого-нибудь, чтобы ей подтвердили, что это точно Мэттью Грей и её глаза её не обманывают, но тут… Грей запел. Глубокий чистый голос мягко и гармонично вплёлся в мелодию струн. Тут девушка вспомнила, что у нее в кармане телефон с камерой, на который можно записать происходящее и показать подруге. Она быстро достала его из кармана пиджака, включила запись и направила объектив на парня. Когда песня подходила к концу, что Лили поняла по затуханию интенсивности мелодии, девушка тихо прикрыла дверь и, остановив съемку, быстрым шагом ушла к себе в комнату, где жила с Дженни.

***

В просторах Сети. Форум «Мьюзикворлд»

JamesHatt: Народ, есть у кого полная версия этой песни? Ссылка

NotAPirate: Это чья песня? Не слышал такую ни разу…

JamesHatt: Это видео сейчас во всех женских форумах гуляет, там услышал

LOnelyLover: О! и здесь эта песня. Автора так и не нашли?

JamesHatt: нет. SAD Я уже все наши форумы облазил, подробностей нет. Знают только, что выложил некто «SillyLilly» и всё. Ей писали в ЛС, она никому не ответила. Народ решил, что это такой необычный пиар ход нового певца перед выпуском альбома. На никого из известных певцов парень на видео не похож, хотя это может быть и монтаж.

NotAPirate: а может это кто-то из заграничных? Мало ли, откуда видос. SHRUGGING

LOnelyLover: нее, заскочи в соседнюю ветку, там лига конспирологов по кадрам разобрали видео и, по теням, времени записи и еще чему-то, решили, что видео местное, даже город определили.

NotAPirate: дай угадаю! Лондон?

LOnelyLover: Ага!

NotAPirate: Если у нас что-то происходит, то только в Лондоне! А у нас в Факенхаме тишина. SAD

JamesHatt: в таком городе я бы тоже сидел тише церковной мыши. ROFL

LOnelyLover: а у нас в Пити Ми недавно фура с тёмным элем перевернулась THUMBSUP

(PityMe — пожалей меня, реальная деревня в Англии. Прим. ав.)

Trolothron: Если вам скучно, приезжайте в графство Уэльс, к нам в деревеньку Llanfairpwllgwyngyllgogerychwyrndrobwllllantysiliogogogoch. (даже транспонировать на русский лень. Прим. ав.)

NotAPirate: Trolothron, это баян, придумай что-то своё. FACEPALM

***

Семья Виллисов, Утро понедельника.

— Сэр Джеймс, ваш кофе. — Эмма, служанка дома Виллис, поставила поднос с кофе и тостами с тунцом на резной столик у камина, у которого сидел высокий и стройный зеленоглазый мужчина сорока лет, с черными волосами с редкой проседью у висков. Мужчина был начисто выбрит, ухожен и красиво причёсан, словно был готов тотчас же отправиться хоть на бал, хоть на прием к императору. Единственной деталью несоответствия были тяжелый тёмно-зелёный бархатный халат и такого же цвета тапочки, на носке которых, в такт покачиваниям ноги мужчины, болтались серые мохнатые пампушки. Мужчина читал новости на лэптопе, установленном на подставку на краю стола.

Кивнув на обращение, он, не глядя, взял чашку с кофе, которую любил пить по утрам, и продолжил листать страницы с новостями. Баронету, как дворянину, не престало быть невежественным ни в чем, особенно в жизни королевства. Вот и сейчас он ознакамливался со статьями аналитиков на только начавшийся год. Джеймс Виллис, как бизнесмен и собственник сети мастерских по ремонту автомобилей, должен был знать, какие веяния сейчас в стране, какие машины покупаются, чтобы планировать заказы для поставщиков запчастей. Мужчина скривился, подумав об этом. Когда-то, всего лишь чуть больше сотни лет назад, род Виллисов занимался постройкой карет даже для королевского двора, а затем, с появлением Эфирных, паровых и топливных моторов, дед Джеймса — Клиффорд Виллис, не удержал нос по ветру. Производством автомобилей занялись лорды, у которых была финансовая возможность купить дорогое оборудование и перенастроить технический процесс, а старик решил, что все эти новомодные игрушки лишь на краткое время станут популярными, а затем всё вернется на круги своя. Не вернулось, и род потерял свое положение. Отец Джеймса постарался немного подправить положение рода, открыв пару мастерских по ремонту карет и автомобилей в окрестностях Лондона, но вернуть былую славу это не помогло. Джеймс продолжил дело отца, увеличив количество мастерских до семи, но пришла беда откуда не ждали. Оказалось, что Джеймс не может иметь детей. Об этом они узнали с супругой, Беллой, два года назад, пройдя осмотр в больнице святого Варфоломея. А такое заведение, обслуживающее только пэров и сэров королевства, ошибиться не может. Джеймс было сник, потерял ко всему интерес, забросил свое дело, но Белла помогла ему вернуться к жизни и уговорила взять ребенка в приюте. Было много споров, обид и компромиссов, но, в итоге, они решились. При совместном просмотре анкет в одном из приютов через лэптоп, Белла обратила внимания на фото мальчика, Мэттью Грея, который, по её словам, был очень похож на её братишку, умершего в детстве. Золотоволосый голубоглазый мальчик на фото угрюмо, из-под бровей смотрел на зрителя, сжав кулачки и всем видом показывая, что не покорится никому. Мальчик Джеймсу понравился своим характером, но он боялся, что они с женой не справятся с его тяжелым, судя по фото, характером. Но Белла заверила, что найдет путь к сердцу мальчика.

И вот на днях они снова едут в приют. На прошлой неделе Джеймс с женой уже должны были поехать знакомиться с мальчиком, но утром в день встречи позвонил директор, сэр Стивен, тоже баронет, кстати, и сообщил, что Мэттью заболел, и знакомство придется отложить на неделю. Белла уговорила мужа не искать другие варианты, что ей «подсказывает материнское сердце», что Мэттью будет самым лучшим вариантом для их семьи. Джеймс подивился логике своей жены, но противиться не стал. Вспомнив о мальчике, Джеймс решил еще раз пробежать глазами по анкете, чтобы узнать, чем увлекается их возможный будущий сын, и приготовить какой-нибудь подарок для сближения с ребенком. Открыв анкету, первым делом Джеймс увидел новую фотографию. На ней, опёршись на спинку стула спиной, стоял молодой светловолосый юноша с серо-голубыми глазами и острым лицом, и открыто смотрел на камеру, едва заметно улыбаясь. Парень был одет в обычную форму приюта: идеально белые кеды, черные брюки с ровной строчкой, белая рубашка с приподнятым воротником и черный джемпер с нарочитой небрежностью завернутыми рукавами. Джеймс даже не поверил сперва, что это Мэттью. Парень на фото был больше похож на сына какого-нибудь аристократа, а не на сироту из приюта. Проверил имя на анкете, но там всё оказалось верно — Мэттью Грей, дата рождения: третье мая девяносто девятого года рождения. Не зная, что делать, Джеймс через служанку попросил супругу спуститься в гостиную, где он и сидел, принимая утренний кофе.

— Дорогой, звал? — со второго этажа спускалась невысокая миловидная женщина с кудрявыми светло-русыми волосами и васильково голубыми глазами, на ходу поглубже укутываясь в свой шёлковый халат.

— Да, булочка, смотри, в анкете Мэттью поменяли фото. — мужчина чуть отодвинул столик, чтобы супруга смогла усесться ему на колени. — Это точно тот же мальчик?

Женщина застыла, рассматривая фотографию мужа, затем, спустя секунд тридцать, резко встала и побежала вверх по лестнице, бросив на ходу «Жди здесь».

Удивленный Джеймс сидел, не сводя взгляда с лестницы, не понимая, что случилось. Но, не прошло и минуты, появилась Белла со своим лэптопом, быстро перешагивая ступени, на ходу что-то тыкая на экране устройства в её руках.

— Вот! Нашла! — женщина уселась обратно на колени к мужу, держа лэптоп так, чтобы и ему было видно происходящее на экране. А там Мэттью играл на гитаре и пел песню. Мужчину завлекла музыка, что он окунулся в неё так, что Белле пришлось несколько раз тыкнуть его вбок.

— Это же он? Это точно он! — женщина тыкала то на лэптоп, то в мужа, желая привлечь внимание мужа, который никак не мог отойти от чарующей мелодии песни.

— Что? Д…да, да, это он, Мэттью, без сомнений. — справившись с сухостью в горле, произнес мужчина, затем, едва дотянувшись, касанием включил экран своего лэптопа, на котором всё еще стояла фотография парня, в той же одежде и в тех же декорациях.

— Я же говорила тебе, что мальчик необычный! Все форумы сбились с ног, узнавая кто поёт эту песню, а мы с ним встретимся на этой неделе! разве не здорово? — женщина развернулась и, обняв мужа, со страстью его поцеловала в губы.

Глава 7 Прощание

Следующая неделя началась с хороших новостей. Директор объявил мне, что в субботу ко мне приедет моя потенциально новая семья. Это не могло не радовать, тем более, то сэр Хьюстон сказал, что это за семья. Чета Виллис, Джеймс и Белла, представители древнего рода дворян, получившая этот титул еще в семнадцатом веке, баронет и баронетесса соответственно, изготовители карет в прошлом, сейчас владельцы нескольких мастерских по ремонту авто и постройкой и наладкой карет. Никогда бы не подумал, что кто-то всё еще пользуется каретами с конной упряжью. Но семья вполне себе достойная, и вполне вписывается в мои планы. Всю информацию про них я узнал по сети, найдя сайт со всеми актуальными данными про аристократию и дворян королевства, немного прифигев от всего нового, даже будучи переводчиком в родном мире. В универе нам рассказывали про палаты лордов и общин, и… на этом всё. Тут, в этом мире, лорды, то есть высшая аристократия делилась на баронов, виконтов, маркизов, графов и герцогов. Но дальше следовали не простолюдины, как я раньше думал, а мелкопоместное дворянство: баронеты, рыцари, эсквайры и джентльмены. С титулом сэр можно обращаться только к рыцарям и баронетам, к мужчина выше по титулу обращаются по титулу, либо с приставкой «лорд» перед фамилией или титулом. Со старшими и младшими детьми лордов всё еще запутаннее. Например, старший, наследный сын герцога, до вступления в наследство имеет титул на ступеньку ниже — маркиз, старший сын маркиза — граф, и так далее. В общем голову можно сломать, пока разберешься в этом клубке званий, регалий, титулов и обращений. Ладно хоть угадал с обращением сэр к директору, он баронет, а с мужиковатым охранником и садовником Альфредом я немного слажал. Помнится, несколько раз называл его «сэр», причем, один раз при директоре. Странно, что меня не поправили, ну и ладно. Спишем на потерю памяти.

Занятия под патронажем воспитателей проходили размеренно. Они ходили от ученика к ученику, давая задания прочитать учебник от сих до сих, затем — задания из этого же учебника на решение. Процесс был скучный и не интересный, но ученики я читал, стараясь вникнуть в детали читаемого, благо попадалось много интересных моментов, раскрывающих нюансы нового для меня мира. Но в основном я зависал в сети, изучая некоторые моменты его строения, для реализации плана, возникшего у меня в голове. а для этого нужно было изучить много чего нового…

Вся неделя прошла, точнее пролетела, за мгновение ока. Я учился на занятиях, тренировался на стадионе и в комнате с эфиром, общался с рыжей, которая всё больше воспринималась мной как сестренка, по вечерам поигрывал на гитаре, ночами качал эфир и строил планы по запуску нескольких, новых для этого мира, проектов. По многим аспектам уже чувствовались результаты, например, я научился держать концентрацию почти на автомате, не используя конструкты для закрепления, что вылилось в неприятную ситуацию с тренировками. Оказалось, что при использовании Эфира мышцы не развивались. Пришлось учиться, теперь уже наоборот, контролировать Эфир, чтобы он не распространялся по телу и не помогал мышцам при нагрузках. В итоге, решил утром бегать с Эфиром, вечером без него, что тоже дало свои положительные результаты в контроле. На занятия я так же учился на «и так сойдет», стараясь не привлекать внимания, хотя многие уже стали на меня подозрительно коситься, даже воспитатели. А я пользовался железной отмазкой про потерю памяти. Джинджер, как узнала, что в субботу у меня знакомство с приемной семьей, с каждым днем ходила всё мрачнее, перестав устраивать словесные цунами, даже ее волосы как будто стали темнее. Я старался ее успокоить словами, что и она скоро найдет новую семью, на что рыжая заявила, что она не хочет ни в какую семью и останется в приюте навсегда. Не зная, что ей на это ответить, я просто промолчал, стараясь придумать хоть что-нибудь, чтобы ей помочь.

В субботу с утра ко мне, к моему удивлению, зашла мисс Троттл, решив помочь с моей подготовкой к важной встрече. По-моему, она волновалась больше, чем я. Ещё бы, рекордсмен приюта по пребыванию в нём наконец-то готов познакомиться с новой своей семьей, еще и без истерик и криков. Вот Эмбер и старается сделать так, чтобы всё было идеально. Она выбрала всё, вплоть до того какие носки мне лучше надеть, дабы произвести должное впечатление. Я же, весь процесс подготовки посмеивался про себя, для меня всё это было как-то непривычно и дико.

Заметив мою ухмылку, Эмбер спросила:

— Я что-то смешное сказала?

— Да нет, просто вы, как старшая сестра, собирающая братишку к первому свиданию. — высказался я, улыбнувшись.

Девушка не ответила, лишь улыбнулась чуть смущенно, потрепала меня по волосам и продолжила подбирать галстуки к рубашке и пиджаку, лежащим на моей кровати. Я же любовался видом процесса и… хмм… формы. а вид открывался замечательный, про формы я вообще молчу.

Встреча должна была состояться в специально подготовленной Эмбер Троттл комнате. Которая получилась похожей на холл в каком-нибудь элитном пятизвёздочном отеле. Большая просторная комната с большими окнами с видом на внутренний двор приюта с фонтаном. Четыре кресла вокруг круглого журнального столика у камина, еще два кожаных дивана посередине комнаты, стоящие друг напротив друга. С краю комнаты стоял стол, похожий на барный, с чашками для чая, кофемашиной и тарелками с печеньками и пирожными. За столом стояла девушка- работница кухни, которая сегодня исполняла роль официанта и, скорее всего, от имени приюта приглядывала за ходом знакомства, дабы не допустить курьёзов.

Когда я зашёл, сэр и леди Виллис сидели на диванчике, держась за руки, и о чем-то тихо переговаривались. Заметив меня у дверей, они замолчали, встали и сделали пару шагов на встречу. Я, не сказать, чтобы волновался, но волнение всё-таки немного чувствовал. Похоже, эмоции Мэттью дают о себе знать, что я и раньше, кстати, замечал. Подойдя к паре, я начал разговор первым, протягивая руку к мужчине.

— Здравствуйте, сэр Джеймс, — пожал я руку мужчине, затем чуть повернулся корпусом к его паре, чуть поклонился — леди Белла. Прекрасно выглядите. Очень рад с вами познакомиться.

Парочка, ничего не ответив, кидала взгляды на меня и друг на друга. Похоже разговор придется вести мне. Что-то они стеснительные, что ли.

— Прошу, присаживайтесь, — указал я на диван за ними. — судя по всему, вас что-то смутило? Если так, заранее прошу прощения. — улыбнулся я, чуть кивнув и присев на диван напротив. Ответ пришлось ждать секунд тридцать, всё это время они как-то нервно смотрели на меня, я же оглядывал их. Высокий черноволосый мужчина и невысокая, миленькая белобрысая женщина, ничего необычного. Разглядывают меня с заметным удивлением, но похоже начали приходить в себя.

— Здравствуй, Мэттью… — начал Джеймс. — можно к тебе так обращаться?

— Можно просто Мэтт, но не Мэтти, пожалуйста, — кивнул я.

— Хорошо, Мэтт, — мужчина кивнул и продолжил. — ты тоже если что извини, просто мы впервые на такой… — помахал рукой неопределенно, — на такой встрече, поэтому можем не знать чего-то, что считается нормой. И не совсем понимаем, как вести с тобой разговор… — Джеймса прервала его жена.

— Это ты написал песню «Иное не важно»?..

…Да, веселые получились встреча и знакомство, но семейка мне понравилась. Но кто успел заснять на телефон, как я играл на гитаре, я так и не понял. А в это время видео оказалось настолько популярным, что разлетелось по всей сети. Я даже подумал, может стать певцом и автором песен, но, немного подумав, решил пока отказаться от этой затеи. Песен из прошлой жизни я знаю немного, точнее штук, наверно, двадцать, именно популярных и на английском языке, помню вместе с аккордами, а остальные даже не заучивал, просто время от времени слушая их в дороге на работу и обратно на метро. Да и как-то стыдно мне было, что ли. Но, сделанного не воротишь, если начну паниковать и стараться удалить из сети все копии видео, получится «эффект Барбары Стрейзанд» — это когда пытаешься что-то из интернета, но в результате получаешь обратный эффект и еще большее распространение. Так что будем помалкивать и загадочно улыбаться, если кто-то еще прознает о песне. Джеймса с Беллой я тоже попросил не распространяться. Джеймс на это потупился и признался, что собирался мне подарить гитару и студийное оборудование, в честь становления частью их семьи, так сказать. Я заверил его, что подарок очень хороший, и я очень буду рад. Я и на самом деле обрадовался, ведь в моих нескольких будущих проектах это оборудование, точнее комп, а по-местному лэптоп точно пригодится. Джеймс и Белла ушли, вроде бы удовлетворенные встречей, сказали, что завершение процесса усыновления займет пару-тройку дней, максимум неделя, и я переберусь в мой новый дом. Что же, план начинает осуществляться, и это радует. Люди они, как мне показалось, добрые и понятливые, да еще и дворяне, так что в этом мне повезло. Ну, я же Лакин! Еще бы мне не везло.

***

— Я же говорила! — Белла всю дорогу по пути домой донимала мужа разговорами о юноше, нахваливая его со всех сторон. — Он точно станет нам хорошим сыном! Дорогой, ты заметил, как он себя вел с нами? Такой воспитанный, если бы не знала, что мальчик сирота и так долго жил в приюте, я бы подумала, что он точно сын какого-нибудь дворянина или даже аристократа! Его манеры!.. — женщина прижала руки к груди сжав кулачки, даже чуть взвизгнула, умильно зажмурив глаза. — У-у-у! Он такой воспитанный, культурный, спокойный и… Ну что ты молчишь, Джеймс?

Мужчина, сидевший рядом с ней на заднем сидении, был задумчив, невпопад поддакивал супруге. Его тоже донимали мысли о Мэттью, но не его воспитанность или культурность, даже, в какой-то мере куртуазность, а взгляд. Взгляд повидавшего смерть и даже встречавшегося с Ней лицом к лицу. Так смотрели ветераны, прошедшие войну, теперь служившие в охране у дома Виллис. Так смотрел его младший брат, вернувшийся с войны в Африке инвалидом и не доживший до сегодняшнего дня. Взгляд, смотрящий сквозь тебя, пронизывающий душу, Взгляд хищника, ищущего добычу, леденящий кровь. Но откуда такой взгляд у юнца, всю жизнь прожившего в приюте?

— Да, булочка… Ты права, дорогая…

— Опять ты меня не слушаешь. — обиженно надула губки Белла, скрестила руки на груди и отвернулась к своему окну. — И о чем ты можешь думать в такой момент? — бубнила она, — Мэттью скоро станет частью нашей семьи, а ты… Пфф! — не найдя подходящих слов, просто фыркнула. А Джеймс всё еще думал о странном взгляде мальчика, так неприсущему столь юному возрасту.

***

Следующая неделя прошла под знаком прощания. Учителя и воспитатели, как будто сговорившись, насели на меняв попытках вдолбить побольше знаний, объясняя это тем, чтобы я не посрамил честь приюта Георга Мюллера в обычной школе, и вообще показал себя в дворянском и аристократическом кругах только с положительной стороны. Ведь я буду представлять не только новую семью, но и приют, так как аристократия в любом случае узнает, где я вырос. Она всегда узнает, кто, откуда и чего стоит.

Рыжая ходила всё еще смурная, со мной разговаривала нечасто. Да и я не знал, как смягчить расставание, которое, возможно, будет навсегда. Я к ней за прошедшее время в новом для меня мире прикипел, привязался, как к настоящей сестренке, но вариантов остаться вместе не было. Либо её, либо меня усыновили или удочерили бы, и нам все равно пришлось бы распрощаться. Хотя… Можно же попробовать поговорить с семьей Виллис! Надо будет это с ними обсудить, надеюсь они не будут против еще одного ребенка из приюта. Но пока об этих планах рыжей говорить не стал, вдруг откажутся, а я пока не в том положении, чтобы настаивать.

Во вторник меня на разговор вызвал сэр Стивен Хьюстон.

— Проходи, Мэтт, присаживайся. — директор указал на всё тот же обычный офисный стул, хотя сам сидел в своем псевдостаром кожаном кресле.

— Ну, вот наконец, и ты покидаешь наш дом. И я счастлив, что ты преодолел свои мысленные препятствия, и согласился на усыновление. Хотя есть и толика сожаления, ведь мы все привязались к тебе. За столько времени невозможно не привязаться. И мне немного жаль, что ты не согласился на мое предложение. — улыбнулся директор грустно.

Я же чуть приподнял бровь в удивлении. К чему это он ведет? Он же понимает, что я не откажусь от усыновления четой Виллис, это же огромная разница, быть слугой клана или сыном хоть маленького, но дворянского рода. А если понимает, но всё равно напоминает о своем предложении, значит ему что-то нужно? Может он знает, что я использую Эфир без кристалла? Вряд ли. В этом случае я бы давно был бы разобран на мелкие части в попытках понять и изучить мою, так скажем, патологию. Я читал в форумах, что такое невозможно с научной точки зрения. Байки и легенды вроде и есть про безкристальных или «Ноучипчитерах» (Nochipcheater — мошенник без кристалла, ифер не использующий кристалл адуляра как хранилище и концентратор Эфира), вроде Мерлина, но все официальные страницы Сети говорят, что это невозможно. Так что вариант с моим разоблачением отставляем. А, в принципе, чего я разволновался? Спрошу у него самого. Посмотрим, что он скажет. Может он и вправду привязался ко мне?

— А зачем я вам, сэр Стивен?

Директор так и остается сидеть с каменным лицом, только правая бровь немного приподнимается.

— А той причины, что я назвал, недостаточно?

— Вполне, сэр. Но это же не единственная причина?

— Ну… почему нет? Ты вполне боевитый парень, и как оказалось, довольно умный и талантливый… — улыбается старик-хипстер, хитро прищурив глаза.

Теперь моя очередь приподнять бровь в удивлении. На что он намекает?

— Сэр, не совсем понимаю, о чем вы?

— Да брось, Мэттью, Видео с твоей песней уже по TV крутят. Думаешь я не узнал бы стены своего же приюта? Да и ты там вполне хорошо узнаваем, хотя сидишь почти спиной к камере.

М-да, поиграл, блин, на гитаре. Штирлиц никогда не был так близок к провалу, пока не запел «день победы» на корпоративе. Варианта два: сказать, что я что-то вспомнил, или признаваться в том, что я не местный. В чудесную гениальность поверить еще сложнее. Поэтому…

— Сэр, я сам не понял, как так получилось, но, когда я взял гитару, руки сами вспомнили, как играть и что петь. Наверно до потери памяти я умел играть? — делаю смущенное лицо, опускаю взгляд.

— Ну, на уроках музыки вас учат играть на разных инструментах. Возможно там и научился… — пробормотал директор, немного покряхтев. — И я рад, что в стенах нашего приюта зарождаются такие таланты! — уже улыбаясь, гордо заканчивает он.

— Спасибо, сэр. — взгляд не поднимаю, надо добить эту историю, чтобы в дальнейшем не получить проблем. — И у меня есть просьба.

— Да, говори, Мэттью. — директор вновь становится серьезным.

— Я бы не хотел известности и было бы здорово, если бы вы не стали афишировать, что на видео именно я. Можете говорить, что это ваш воспитанник, но, прошу, не надо сообщать что это Мэтт Грей.

— Я тебя понял, но не понимаю, зачем тебе это? — нахмурился Стивен Хьюстон.

— Хм-м, как бы вам объяснить… — задумался я. Я и сам не совсем понимал, зачем скрываться, но непонятное чувство стучало в подсознании, настаивая на нежелательности преждевременного раскрытия автора песни. — Просто, чувствую, что пока я не обвыкнусь в новом обществе, не стоит привлекать к себе лишнее внимание. Ведь оно, внимание, и так будет немаленьким, верно?

— Согласен, с этой стороны я не подумал. А не думаешь, что тебе будет легче влиться в общество, будучи популярным человеком?

— Тут палка о двух концах, сэр Стивен. Судя по нынешней популярности видео, кто-то станет дружелюбнее, а кто-то, наоборот, станет реагировать агрессивнее. Зависть и всё такое, помноженное на чувство превосходства над приемным простолюдином.

— М-да. Врагов в этом случае тебе прибавится. Да и просто недоброжелателей. Спасибо, что объяснил. — чуть склонил он голову. — Хорошо, что ты смотришь на проблему со всех сторон. Мне бы такой слуга пригодился…

— Сэр…

— Ладно-ладно, сам понимаешь, жалко отпускать такого ценного человека. — улыбается старик, смотря поверх очков. — Ну что ж, просьбу твою я понял, с моей стороны информация не вылезет, но за всех я говорить не могу, сам понимаешь.

— Конечно, спасибо, сэр. Могу идти?

— Да, иди. Хотя подожди… — старик встал с кресла и прошёл к шкафу. Повозившись внутри него, он присел обратно на свое кресло и выложил на стол коробку. Обычная картонная коробка размером с ладонь, с наклейкой сверху Мэттью Грей. Директор раскрыл коробку, пододвинул ее на столе в мою сторону. Подойдя к столу, я увидел, что внутри лежало нечто круглое, металлическое, похожее на небольшую медаль, с серебряной цепочкой.

— Этот медальон — единственное, кроме одежды, что было с тобой, когда ты попал к нам в приют. Что это такое я не знаю, это не артефакт и не какая-нибудь памятная медалька, по которой мы могли бы найти твою родню. Но, скорее всего, это что-то важное для тебя или твоей бывшей семьи.

G. Грей? Вряд ли. Эту фамилию мне дали тут. Но это определенно поможет мне в будущем, если я решу разобраться с прошлым мальца, чье тело я занял.

— Спасибо, сэр Стивен. Это определенно интересная вещь…

Больше ничего особо интересного до пятницы не происходило, Джеймс позвонил мне в четверг и сообщил, что все документы составлены, одобрены и в пятницу меня заберут. Троица все еще лежала в медблоке, похоже, их специально держат подальше от меня, дабы не случился еще один конфликт. Хмм, интересно получается, может они раньше чмырили Мэттью, как раз для того, чтобы он решил покинуть приют и согласился на усыновление? Жестоко, конечно, но вполне возможно. Если Мэтти был таким упёртым и не хотел уйти, а сотрудники приюта не могли повлиять на забияку.

Утром пятницы, после пробежки, на поляне меня поджидал Альфред. Мужик сидел на одной из скамеек возле турников, дожидаясь, пока я не пробегу последний круг.

— Здорова спортсменам! — начал он разговор, не вытаскивая сигареты изо рта.

— И тебе привет, дядя Альф. — подсел я к нему.

— Смотрю, ты взялся всерьёз. — кивнул он в сторону тропинки, по которой я бежал.

— Да, я же говорил, надо подготовить тело. Хоть вы и не сможете меня тренировать, но новые родители, надеюсь, помогут в этом. В будущем мне не повредит, не так ли?

— Конечно, Мэтт, конечно. Как говорил наш наставник, развиваясь физически, вы развиваетесь здесь, — постучал он себе пальцем по виску. — Тренируясь ты развиваешь не только мышцы, но и силу воли.

— А где ты учился?

Мужик чуть смутился.

— Я не учился, Мэтт, наставник был у нас в армии. — погрустнел он сразу. — Королевству всегда нужны солдаты, а войны и враги для этих солдат всегда найдутся.

— я понял, дядя Альф. Простите, что напомнил.

— Да ладно, дело прошлое. — мужик закурил очередную сигарету о бычок старой. Заметив, что я слежу за его действиями, ухмыльнулся, — Что, хочешь попробовать?

Я никогда не курил, и начинать не собирался, поэтому просто отшутился:

— Капля никотина убивает лошадь, дядя Альф.

— А каждая выкуренная сигарета дает жизнь бычку! — засмеялся он.

Сделав пару затягов и выпустив сизый дым в утренний туман, Альфред встал, вмиг посерьезнел, положил свою широкую ладонь мне на плечо и произнес.

— Я рад, малыш, что ты решил измениться, и поверь, доволен тем, кем ты становишься. Надеюсь мы еще увидимся. И, Мэттью, береги себя и своё имя.

Мужик похлопал меня по плечу, развернулся и ушел. А я остался сидеть на скамейке, обдумывая его последние слова.

Прощание с приютом прошло тихо и мирно. Даже директор вышел меня проводить к машине моей новой семьи. Мы все стояли на аллее у ворот приюта. Единственная, кого я хотел и одновременно боялся увидеть была Джинджер. Она так и не вышла, выглядывая из окна второго этажа. Боялся я прощания с ней, так как не знал что сказать. Сразу вспоминались её слова про то что она никогда не покинет приют. И я чувствовал вину за эту девочку, что стала мне близка за прошедшие две недели.

Попрощавшись со всеми детьми и персоналом приюта, я подошел к Джеймсу и Белле, стоявшими у машины, похожей на лондонское такси, только черного цвета.

— Готов? — спросил меня Джеймс.

— Да, конечно.

Белла просто подошла и обняла меня.

Джеймс взял у водителя коробку и отнес её директору.

— Это от нашей семьи, прошу, пусть дети сегодня отметят прибавление в роду Виллис.

Директор улыбнулся, передал коробку стоящему поблизости кухонному работнику и пожал протянутую руку Джеймса.

— Сэр Джеймс, поздравляю! Надеюсь род Виллис вернет былую мощь с таким наследником!

— Уверен в этом, сэр Стивен, уверен. — мужчина осмотрел провожающих с улыбкой и вернулся к машине. — хочешь что-нибудь сказать на прощание, Мэтт?

— Да, пожалуй. — попрощаться с приютом, где Мэттью прожил двенадцать лет было необходимо. Я сделал пашу шагов к провожающим и поклонился по пояс, задержав поклон на 3 секунды.

— Спасибо большое, славный приют Георга Мюллера, за то, что позволил маленькому двухлетнему мальчику выжить и стать человеком! Я постараюсь не посрамить честь приюта и буду нести частички ваших душ, вложенных в меня и всегда буду горд тем, что у меня были такие воспитатели, наставники и учителя! Уверен вы еще услышите обо мне, и знайте, в каждой новой вершине, покоренной мной, есть большая доля вашей поддержки и воспитания. Моя каждая победа будет посвящена и вам! — момент располагал к пафосу, но я, похоже, немного переборщил, и, дабы не случилось конфузов с соплями и слезами, развернулся и залез на задний ряд машины, где сидели Белла и Джеймс.

Глава 8 Прогулки и Признания

— Поехали. — Джеймс дал знак водителю.

— Да, сэр.

Машина почти беззвучно покатилась вдоль двухэтажных таунхаусов, я же пытался успокоиться. Похоже, эмоции прежнего носителя тела пробиваются в подсознание. Это не есть гуд. Мало ли как эти эмоции будут влиять на мое поведение.

— Грустно? — молчание решила прервать Белла, сидевшая возле меня.

— Немного, леди Белла, ведь я всю жизнь, что помню, прожил в этих стенах.

— Понимаю, но надеюсь мы сможем развеять твою грусть. Может заедем куда-нибудь, дорогой? — повернулась она к мужу, сидевшему слева от нее.

— Хорошая идея! — оживился он, — Куда ты хочешь, Мэттью?

Я задумался. Хочется домой, к обещанному студийному оборудованию, и начать реализовывать свои проекты, но и увидеть Лондон, столицу королевства, тоже хотелось. В универе весь наш курс мечтал тут побывать, точнее там, в тамошнем Лондоне, но не суть. Решено…

— Биг Бэн, Площадь Пикадилли, Гайд парк, Тауэрский мост, Колесо обозрения, Британский Музей, что-то из этого можем посмотреть?

Джеймс с Беллой Стушевались, но мужчина пришел в себя первым.

— Мы хотели заехать покушать, но, если ты так хочешь, устроим экскурсию! — и уже водителю, — Вилсон, слышал? давай по всем популярным местам, Начиная с Тауэрского моста.

— Принято, сэр. но смею заметить, сегодня пятница, и мы не успеем везде побывать.

— Мистер Вилсон, давайте тогда вдоль Темзы после Тауэра и до Букингемского дворца, а там уже свернем к Гайд парку.

— Согласен с тобой, Мэтт. Давай так и поступим.

Так мы и провели весь день, гуляя по Лондону, Джеймс рассказывал интересные истории про Свою молодость и знакомство с Беллой. Я в основном молчал, ведь мне рассказывать об этой жизни нечего. Не буду же я рассказывать про прошлую жизнь, на самом деле. Обходился общими фразами: всякое бывало, было скучно, друзей было немного. Уже медленно идя в сторону парковки возле парка, Джеймс начал разговор про учебу

— А как у тебя с учебой, Мэтт? Решил, чем хочешь заниматься в будущем?

— Ну, особо не решал еще, но сейчас думаю в направлении менеджмента. Так я смогу помочь тебе в будущем. — Джеймс настоял, чтобы я обращался к ним на ты, да и мне так проще. А про обучение я и вправду еще не думал. А вот сообщать им, что я ифер, наверное, стоит, без их помощи дальнейшее развитие будет необоснованно медлительным. Но такой разговор всё-таки лучше вести в спокойной домашней обстановке, а не посреди парка с кучей народа.

— А я думала ты захочешь развиваться в направлении музыки — Белла, что шла слева от Джеймса, в то время как я шел справа, выглянула из-за мужа.

— Нет, — улыбнулся я ответной улыбкой, — Музыка для меня как хобби, что-то для души, и делать из нее работу не хочу.

— Не помню кто сказал: Занимайтесь любимым делом, и…

Джеймса я прервал, засмеявшись.

— И вам не придется работать ни дня. Конфуций? А я слышал такую интерпретацию: Хочешь возненавидеть свое хобби — сделай её своей работой! — поднял я шутливо указательный палец вверх. — Нет, Джеймс, как только хобби начинает приносить ощутимые деньги, оно превращается в работу. Так что я лучше займусь чем-нибудь, чтобы помочь нашей семье подняться наверх. — я вновь поднял руку с указующим перстом в небо, затем опустил её и направил ее в сторону так кстати показавшемуся неподалёку Букингемского дворца. Джеймс приподнял бровь, а Белла прикрыла рукой рот в удивлении.

— Мэттью…

Я искренне засмеялся их реакции.

— Нет, конечно, я не собираюсь устраивать революцию или захватывать трон! — начал открещиваться я со смехом, — Просто хочу быть поближе к нему. И это планы не на ближайшее время, а на десятилетия.

Джеймс вмиг стал серьезным.

— Хороший план, Мэтт. Надеюсь, ты понимаешь, что это будет непросто?

— Конечно, Джеймс. Я уверен в своих силах и надеюсь на помощь моей новой семьи. Но подробно об этом я хотел бы поговорить попозже в более уютной обстановке.

— Согласен, это лучше обсудим на ужине. — Джемс подошел к машине, на которой мы приехали и открыл дверь перед Беллой. Как только мы разместились и тронулись, на улице заморосил дождь.

До дома мы доехали уже затемно. Лондонские пробки! Машин на дорогах полно, плюс даблдекеры- двухэтажные автобусы и куча таксистов на черных кэбах. В общем, Лондон оказался таким каким я его и представлял в прошлой жизни. Единственное отличие — почти никаких биллбордов и светящейся рекламы. Фасады зданий опрятны и чисты, вывески не бросаются на глаза, но при этом вполне хорошо читаются. При всей присущей двадцать первому веку стеклу и бетону британцы стараются сохранить исторический вид города. Я ехал молча, наслаждался видом и думал о том, что этот мир хоть и похож на мой, всё же отличатся в мелочах, и я не понимал, почему. Неужели единственная деталь, как Эфир, могла так сильно повлиять не него? Автомобилестроение развито хуже, точнее по виду они напоминают ретро автомобили моего мира. При этом, у многих есть аналоги смартфонов или планшетов, и они по удобству использования и по виду ощутимо продвинутее. От мыслей меня отвлекла Белла.

— Мэтт, что ты хочешь на ужин?

Хм, попросить борща со сметанкой наверно будет перебором. А из местных блюд ничего особенного я и не знаю, поэтому немного сжульничаю.

— Наверно у вас в семье есть какое-нибудь блюдо, рецепт которого передается от поколения к поколению. Я был бы рад его попробовать. — улыбаюсь я женщине, повернув голову направо, где между нами с Джеймсом она и сидела. Машина, кстати, хоть и выглядела небольшой, но на заднем диване мы вполне комфортно разместились втроем, хотя перед нами был еще один ряд, повёрнутый к нам лицом. Настоящий лимузин в теле седана. Белла улыбнулась, потрепала меня по щеке и начала что-то набирать в телефоне.

— Кстати, Мэттью, давно у тебя хочу спросить нескромный вопрос? — Джеймс полуобернулся ко мне, немного подав корпус вперед. А я напрягся, и даже сердце стало стучать сильнее. Неужели я чем-то себя выдал? Если да, то чем? И что делать? Тикать или не тикать, вот в чем вопрос. Прыгать из машины на ходу? Был у меня такой неприятный опыт, нет уж, увольте, больше не хочу. Вдох-выдох, так, Захар, разведка не паникует, а сжимает яйца в кулак, обычно чужие, как иногда говорил нам прапор на службе. Беру контроль над собой, и повернувшись и улыбнувшись, киваю, мол, «задавай свой каверзный вопрос, контра».

— Ты где учился так разговаривать и вести себя?

Похоже, спалился…

— Так это как? — спрашиваю я, чтобы дать себе время найти варианты правдоподобных ответов.

— Ну… — задумывается Джеймс, — наверно, как литературный персонаж, герой из кино или книги. — улыбается он. — Слишком правильное произношение, никакого акцента и чистота произношения как у дикторов из TV.

Эх, как бы была рада Елена Сергеевна, наш преподаватель многих предметов связанных с английским языком, услышав такие слова. Спасибо ей, что вдолбила нам в головы всё, что туда влезло, и сверху еще и словарем Мюллера утрамбовала. А Джеймсу немного приоткроемся, скажем часть правды, чтобы скрыть саму правду.

— Никогда не думал, что язык может быть слишком чистым. — улыбнулся я ему. — Просто недавно в приюте случился инцидент, я упал и частично потерял память. После этого речь тоже поменялась. Хилер сказала, что это нормально и со временем всё придет в норму.

Белла отложила телефон и обняв, начала меня жалеть, прижав к себе и поглаживая по голове, а Джеймс задумался.

— А не это ли стало причиной отложить нашу встречу в первый раз? — спросил он меня.

— Да, что-то такое помню. Сэр Стивен Хьюстон говорил, что вы должны были приехать. — прохрипел я еле-еле в объятиях женщины

— Ясно. Белла, отпусти юношу, он уже красный как свекла.

— Ну как не пообнимать такого красавчика! — выдает Белла, и, отпустив наконец меня, восклицает — А на ужин нас ждёт Виллистонская говядина!

***

К дому мы подъехали уже затемно. Поэтому особо разглядеть ничего не успел. Да и дождь уже лил серьезно. Так что мы остановились у главного входа двухэтажного дома и сразу же проскочили внутрь. Я сразу же начал оглядываться, рассматривая помещение. Большая гостиная, с камином и коврами на полу. Все сделано во вполне английском аристократическом стиле: много дерева, кожи, и бронзы. Прямо напротив входа вычурная лестница, ведущая наверх, возле которой стояли две женщины в костюмах горничных. Женщины обе пожилые, полненькие, блондинки, с небольшой сединой, заметной на локонах под чепчиком. Женщины стояли, выпрямившись, словно по стойке смирно, только руки были сцеплены ладонями спереди. Похоже, это слуги дома. Третий слуга, точнее, наверное, дворецкий, помогал Белле снимать легкий плащ. Я же стоял, не зная, что делать. Джеймс же, уже снявший свой плащ и цилиндр и передавший их дворецкому, подошел поближе ко мне, и похлопав по плечу, с пафосом заявил:

— Добро пожаловать домой, Мэттью!

Служанки и чудом оказавшийся возле них дворецкий сделали поклон, со словами «Здравствуйте, сэр». А я не знал, как реагировать. Сказать «Я дома» как в Японии? Поклониться в ответ? Вопросительно смотрю на Джеймса, тот просто ухмыляется, поэтому я просто помахал рукой.

— На первый раз сойдет, Мэттью, но этикетом следует заняться в ближайшее время, займись. — хмыкнул Джеймс, переведя взгляд на дворецкого. Тот еще раз поклонился, но уже Джеймсу.

— Учитель этикета будет послезавтра, сэр Джеймс. Если изволите, ужин ожидает вас в трапезной. — Старик указывает рукой в сторону приоткрытой двустворчатой двери справа от лестницы, ведущей на второй этаж.

— Спасибо Квентин. Кстати — поворачивается Джеймс ко мне, — это Квентин, дворецкий, батлер, камердинер и много чего еще. Если возникнут вопросы, то можешь смело обращаться к нему. Он работает в нашем доме больше пятидесяти лет, так что поможет или подскажет, кто может тебе помочь. А эти милые женщины — Эмма — одна из женщин сделала книксен, — и Люси, — поклон от второй. — наши служанки, прошу, не обижай их, если не хочешь по утрам пережаренных тостов. — улыбаясь, закончил Джеймс. — А сейчас пойдем, отведаем Виллистонской говядины!

Ужин прошел спокойно. Мясо оказалось очень вкусным и непривычным, с привкусом имбиря и мандаринов. Почему-то напомнил новый год. Пока ели, Джеймс и Белла рассказывали, как устроен их быт и чем они занимаются. Джеймс, как я уже знал, руководил сетью мастерских по ремонту автомобилей в Лондоне и его окрестностях. Белла, как оказалось, помогает ему с бухгалтерией и документами. Меня заинтересовала эта тема, Ведь Альф в приюте так и не показал принцип действия Эфирных двигателей. На этой теме я и решил остановиться.

— Джеймс, а как работает Эфирный двигатель?

— Ну, все двигатели работают примерно по одним и тем же принципам, например бензиновые — ось вала крутится в результате взрыва топлива и давления на поршни, паровые — давление пара на те же поршни, Хотя такие двигатели сейчас редко используют.

— Низкий КПД? — встреваю я.

Джеймс немного удивленно кивает. — Да, правильно. А Эфирные — машет он рукой с вилкой перед собой, — объединяют несколько из этих принципов, а бывает и все. Эфирный кристалл создает точечные взрывы над поршнями, создавая нужное давление на вращение коленчатого вала, которое передается через коробку передач на колёса.

— Это я понял, а как кристалл настраивают на нужное количество взрывов? Ведь от частоты взрывов зависит скорость движения, правильно?

— Всё правильно, кристалл не настраивают, частотой подачи управляет котроллер, который передает Эфир из кристалла адуляра в двигатель по титановым трубкам. Заранее накладывая узор, нужного типа, мощности и интенсивности, в зависимости от типа двигателя. Например, есть двигатели морских кораблей, где не важна скорость детонации, то есть взрыва, а важнее мощность и длительность, используют огненную стихию Эфирного преобразования. Большие поршни требуют большего и длительного усилия. На автомобилях используют водную стихию, которая разделяет водород и кислород, создает «гремучую смесь» — взрывоопасную смесь водорода и кислорода. Которая детонирует уже электрическими импульсами от аккумулятора.

— А почему не использовать тот же воздух, чтобы ветер толкал сзади машину или корабль? — задал я вопрос, казавшийся для меня логичным.

— А ты представь, какие потоки ветра гуляли бы от автомобилей посреди города. — улыбнулся Джеймс. — да и КПД воздействия очень низкий, стандартного кристалла эфира не хватило бы даже на день использования, да и титановые трубки не выдержали бы большого потока Эфира при постоянном воздействии. Хотя эксперименты были, и даже есть соревнования по парусному спорту, но они проходят среди воздушников в основном.

— Воздушники? — останавливаю я на интересном моменте.

— Это иферы, использующие стихию воздуха. — Джеймс легко переключается на нужную мне тему.

— А какие еще есть стихии?

— Ну, про воздух я сказал. Есть еще пять стихий, элемента или силы, называют по разному. Всего их шесть: Воздух, Вода, Огонь, Земля, Человек и Пространство.

— Человек? — меня покоробило название стихии.

— Да, Человек, или Существо, или же Персона. Тип воздействия Эфиром на тело человека в лечебных, или наоборот, губительных целях. Например, хилеры используют эту стихию. Но таких людей немного. Если иферов в мире около десяти процентов, то хилеров чуть меньше десяти процентов от общего количества иферов.

— Почему? Разве есть предрасположенности к стихиям? — Я слушал Джеймса со всем вниманием, таких подробностей в сети я не находил.

— Нет, насчет предрасположенностей споры идут до сих пор. Стихию ифер выбирает сам, но для развития и использования нужны спеллы, эфирные узоры, а их свободное распространение не принято. Ведь это личный козырь. обычно узоры охраняют пуще зеницы ока, ведь это в каком-то роде стратегический ресурс для кланов и родов. Поэтому развиться ифер может только в своем роду или став слугой рода. После принятия в род он уже не сможет передать эти спеллы на сторону.

— Ну как-то же эти спеллы появлялись и распространялись.

— Правильно, что знают двое — знает весь Лондон. Но обычно спеллы дарит король, за заслуги перед короной. Еще работа шпионов, войны между родами, исследовательская деятельность на уровне родов, кланов, стран и есть даже международный институт изучения Эфира в Париже. И раз или два в год они создают новый спелл, который выкупается главами стран или кланов в аукционах.

Нас прервала Белла.

— Квентин, вели подать чаю. Мне как обычно, зеленый с молоком. Милый?..

— Да, булочка, спасибо, а то я разболтался, хэ-хэ, Квентин, мне тоже такой же.

Зеленый чай с молоком? Ничего себе вкусы! Я зеленый чай пил только из пакетиков, во время босоногого студенчества, и подливать в зеленый чай молоко считал кощунством. Да и редко, когда оно стояло в холодильнике. Если есть сахар — уже хорошо. Но может что-то в этом есть?

— Квентин, будьте любезны, мне так же зеленый чай с молоком, и две ложки сахара.

— Сладкоежка! — улыбнулась Белла и дотянувшись до меня рукой, потрепала по волосам. Дворецкий просто кивнул и удалился, как всегда, прямой как жердь.

Я же поправив волосы повернулся к Джеймсу, дабы продолжить разговор.

— А в вашей семье есть иферы? — задал я вопрос, интересующий меня с момента знакомства в приюте. Чета переглянулись как-то грустно, Белла кивнула, и Джеймс откашлявшись, подготовился отвечать, но вид был поникший и потухший.

— Был, мой младший брат. Но он умер несколько лет назад, сердце не выдержало последствий от ранений. Он воевал за корону в Африке, где потерял обе ноги и вернулся домой инвалидом. Он должен был стать главой нашего рода, но он всегда мечтал стать военным, и как только узнал, что может управлять Эфиром, выбрал себе свой путь, переложив бремя правления родом на меня. До этого у нас в роду иферов не было. — грустно закончил Джеймс, подперев голову рукой и опустив взгляд на стол.

— Теперь есть. — решил вмешаться я. Не хотелось портить такой день грустной концовкой. Да и нужно было признаться, ведь они могут помочь мне с развитием. Я хотел это сделать еще в парке, но решил отложить на вечер, так что, время признаний пришло. Да и прикольно видеть, как они удивляются.

— О чем ты? — первой подняла взгляд на меня Белла.

— Не стоит над этим шутить. — всё так же грустно произнес Джеймс.

— Я и не шучу. — уже серьезно произнес я, стараясь поймать взгляд Джеймса.

— Тебе же только четырнадцать, а способность управления Эфиром проявляется после пятнадцатилетия.

— Об этом не знал, но точно знаю, что Эфир я чувствую. — честно сказать, я даже немного испугался нового факта об определенных условиях проявления Эфира. Надо было просто чуть глубже изучить тему и не попал бы в такую ситуацию. Хотя… Терять год, скрывая свои возможности мне абсолютно не хочется. Раньше начну изучение — раньше будет результат. Да и в мире, где каждый десятый может пульнуть в тебя огнем, камнем и БГ знает, чем еще, хочется чувствовать себя защищенным.

— И как ты об этом узнал? — подозрительно спросила Белла. — Ведь для этого нужно пройти какой-то ритуал?

— Нет, булочка, ритуал просто показывает, может ли человек оперировать Эфиром. — вмешался Джеймс, — А для этого нужны кристаллы. И вопрос, где ты мог взять кристаллы? Хм… — задумался немного он. — Ты недавно лежал в медблоке, где вполне могли оказаться кристаллы, верно?

Я просто ему кивнул, удивляясь его догадливости. Но признаваться, что я их украл, было стыдно.

— И ты?.. — вопросительно уставились на меня оба, давая закончить фразу.

— Миссис Пиллз оставила коробку случайно на полке после лечения, и мне было интересно, что это такое, поискал в сети, узнал про ритуал и…

Джеймс прервал меня.

— Кристалл засветился? — с надеждой спросил он.

— Да.

— Как сильно? — похоже, он в этом что-то смыслит. Наверно, наблюдал за обрядом своего братишки. Но я не хотел полностью раскрываться, тем более говорить, что я ноучипчитер. Скажу, что средне, если что, чтобы были пути отхода.

— Ну, средне, как свеча или маленькая лампочка.

— Повторить сможешь? — резко встал он из-за стола, опершись на него.

— Да, конечно, но…

Мужчина даже не дослушав, выбежал из трапезной, а Белла пристально следила за мной, с непонятной озорной улыбкой на лице.

— Ты не перестаешь нас удивлять, Мэттью. — с улыбкой сказала она мне, и, с озорным блеском в глазах, стала пить свой зеленый чай с молоком.

***

Джеймс появился через пару минут, и, предложив перейти в его кабинет, скрылся за дверью. Мы последовали за ним. Кабинет оказался с левой стороны лестницы. Он был в том же стиле, что и гостиная — старинное дерево, кожа, бронзовая фурнитура и зеленые стены, как будто обитые тканью.

— Рассаживайтесь. — Джеймс сам первый уселся на диванчик у круглого стеклянного столика с бронзовыми ножками в форме лап какого-то животного. Мы уселись рядом с ним в похожие на диван кожаные кресла, образовав своеобразный правильный треугольник. У меня в голове почему-то пронеслась мысль, что не хватает линии, пересекающий круг по диагонали от одного из углов треугольника. Но мысль я не догнал. Устроился поудобнее и постарался сбросить волнение, ведь я впервые кому-то покажу, что владею Эфиром. И нужно показать что-то средненькое, пропустив небольшое количество Эфира. В прошлой жизни прапор нам говорил, что лучше показать половину того, что можешь, чтобы всегда оставался туз в рукаве. Да и чтобы потом можно было расти, так сказать в глазах общества, а не сразу вываливать на него факт того, что я могу прямо сейчас заставить светиться адуляр так, что все в комнате ослепнут на несколько мгновений. А я могу. Уже пробовал в приюте, даже сквозь прикрытые веки ослепнув на несколько секунд от свечения кристалла.

— Вот. — Джеймс положил на столик два кристалла, размером с половину моего небольшого, по сравнению со взрослым, кулака. — Но давай так. Я хочу тебе верить, и очень надеюсь, что ты прав. Но если ты так решил пошутить, я… — мужчина провел ладонями по волосам, похоже, сильно волнуется. — я просто обижусь. Ведь с такими вещами не шутят, Мэттью. Так что у тебя сейчас есть шанс признаться, что это всего лишь неудачная шутка, и мы забудем этот момент.

— Я тебя понял, — с улыбкой произнес я, недоумевая, почему он так волнуется. Да и Белла вон сидит, кусая закрученные в пальчик кончики волос. — Я не шутил, и никогда бы не стал шутить таким образом. — уже серьезно проговорил я, и потянувшись взял кристаллы в обе руки. Так, определим, где полный, для этого просто мысленно стал вытягивать Эфир с обоих кристаллов, пустой, который в левой руке, согрелся сразу. Этот метод я экспериментально выяснил около полутора недели назад, пытаясь вытянуть Эфир из пустого кристалла, чуть не обжёгшись об него. Переложил увесистые кристаллы с руки на руку таким образом, чтобы пустой оказался в правой, и начал процесс перекачки. Прикрыв глаза, сконцентрировался. Свой внутренний эфир практически не использовал, просто замещая его тем, что внутри меня. Кристаллы непривычно большие, поэтому стал подавать эфир помаленьку, контролируя свечение правого кристалла. Дело шло с трудом. Поток в пустой кристалл рвался наружу, не понимая, почему ему не дают утечь большим потоком.

Джеймс Виллис

Джеймса одолевала буря из сомнений и надежд. Надежда, что роду Виллис наконец, повезло, и они смогут подняться на уровень аристократии, ведь наследник-ифер уже показывал силу рода и король мог такому роду подарить титул, хоть баронский, но это уже большая разница. Это место в палате Лордов, новые знакомства, связи и возможности для ныне захудалого рода баронета. Хоть баронет и не считался простолюдином, но и до лорда не дотягивал. Поэтому среди его знакомых выше баронета никого не было, ведь аристократия пренебрегала общаться и вести дела с людьми ниже по рангу, а простолюдины не могли просто так подойти к дворянину. Сомнения же в основном касались того, что вспыхнувшая надежда окажется шуткой зарвавшегося юнца. И он боялся этого, ведь если это всё же шутка, придется наказывать Мэтта, а это никак не способствует построению хороших отношений. Но парень вел себя вполне естественно и уверенно, что распаляло надежду Джеймса. Вот Мэттью взял в руки кристаллы, что Джеймс принес из гаража, где и хранились только привезенные кристаллы для мастерских и пустые, снятые с автомобилей клиентов и которые необходимо было сдать на заправку и обслуживание. Юноша взял в руки кристаллы, прикрыл глаза, и чуть застыв, переложил кристаллы с руки на руку так, чтобы пустой оказался в правой. Джеймс знал, который пустой, а Мэтт этого знать не мог, но, похоже, почувствовал и определил все правильно. Сердце главы рода забилось учащённо, а на лице непроизвольно стала наползать радостная улыбка. Парень не врет, это уже почти доказанный факт, осталось дождаться, что адуляр засветится. У брата Джеймса, лет 20 назад, во время ритуала выявления предрасположенности, это заняло минуту, и это было хорошим результатом. И свечение было довольно сильное, для новичка, конечно же. Так что Джеймс немного расслабившись стал ждать, но ждать долго не пришлось, не прошло и пяти секунд, как кристалл засветился, мерцая, как лампочка при скачках напряжения. Джеймс, увидев это, просто откинулся на диване, расслабившись и улыбаясь как дурак. Белла же, застыв, не отрывала взгляда от мерцающего кристалла, пока парень не открыл глаза, и не положил кристаллы на стол. Джеймс даже не мог двинуться и что-либо сказать, мысли скакали, ион уже мало обращал внимания на то, что происходит в его кабинете. А в кабинете тем временем, Белла прыгала вокруг стола, радостно восклицая что-то невразумительное, поднимая руки вверх, и кружась вокруг себя. Временами она оказывалась рядом с юношей, с ожиданием смотрящего на Джеймса, и, то обнимала его за плечи, то целовала в щеки или затылок. Джеймсу тоже хотелось как-то выразить свою радость, но он не мог заставить себя даже пошевелиться. Напряжение последних минут разом схлынуло, и мужчина просто полулежал на диване, даже не пытаясь задавить улыбку.

Глава 9 Принятие в Род

Да-а, вчерашнее представление удалось на славу. Ну откуда я мог знать, что произведу такое впечатление на моих опекунов. Когда Белла, что-то визжа, начала исполнять нечто похожее на шаманский танец, то и дело целуя и обнимая меня, я чуть не засмеялся в голос. Было даже нестерпимое желание заснять этот танец восторга, но я старался держать себя в руках, сконцентрировавшись на Джеймсе. Его вид тоже заставлял уголки моих губ подниматься вверх, а на глазах начала скапливаться слеза от едва-едва сдерживаемого смеха. Мужчина развалился на диване как безвольная кукла, взгляд расфокусирован, а улыбка «от уха до уха» придавала ему вид жутковато-забавный вид. Я даже заволновался, не хватало еще свести с ума мою новую семью, едва попав в неё. Это был бы номер. Но всё обошлось, минут пять я просидел, ожидая пока они угомонятся, и, дождавшись, получил много радостных восхвалений, похвалы, и в итоге чета удалилась праздновать, а меня отправили спать. Ведь «растущему организму требуется хороший сон, да и день был насыщенный». Спорить не стал, и последовал за дворецким в мою новую комнату, которую подготовили специально для меня. Ночью я её даже осматривать не стал, под свет ночника доплелся до кровати и повалился спать.

А утром меня разбудила одна из служанок, приглашая на завтрак. Время было почти девять утра. Похоже, я даже успею на завтрак. В трапезной уже сидели Джеймс и Белла, как будто со следами вчерашней попойки. Я лишь улыбнулся этому и уселся за свое место, то есть слева от Джеймса, который сидел во главе небольшого овального стола на четыре персоны, а справа от него сидела Белла.

— Всем доброе утро! — решил поздороваться первым.

— Привет, Мэтт! — Белла мило улыбнулась, Джеймс же просто что-то буркнул в тарелку перед собой.

— Неплохо погуляли? — решил уточнить я, глядя на Беллу.

— Угу, — засмеялась Белла, — «у меня появился сын, да еще и ифер!», это вчера выдал Джеймс, запивая виски тёмным элем! — женщина с любовью погладила мужа по плечу.

— Хе-хе, так значит у нас похмельный синдром? — ну конечно это же, практически, ёрш получается. Эко он заотмечался. А что это, леди Белла разве не праздновала прибавление в семье? — с ухмылкой спросил я женщину.

Та немного покраснела и, смущенно, еле слышно произнесла:

— Просто у меня предки из Шотландии и… вот.

Я же беззвучно засмеялся, наблюдая за смущенной Беллой и бледным Джеймсом. Даже как-то роднее, что ли, стали, показав себя с этой стороны, чем-то родным повеяло. Только чуть позже понял, что веяло перегаром.

— Какие планы на сегодня? — решил я прервать молчание, доев кашу, ну конечно же овсяную.

— До обеда планов нет, а вечером нужно провести обряд принятия в Род.

— А разве такой есть? — всерьез удивился я. Ни разу не слышал об этом, и в сети не попадалось. Это я и озвучил.

— Ну, — слегка смутилась Белла, мельком взглянув на не ожившего еще мужа, — У старых родов есть свои ритуалы или обряды, на разные случаи жизни, и о них не принято распространяться, но дворяне и аристократия все об этом знают, но помалкивают. Один из этих обрядов — это принятие в Род.

— А какие еще есть обряды? — меня заинтересовала эта тема.

— Ну, естественно, обряд бракосочетания, погребения, и отторжения от Рода. Вроде всё.

— Еще обряд возглавления Рода, назначения наследника и…

— А разве обряды бракосочетания и погребения не проходят в церкви? — вроде эти обряды в Британии всегда проходили в церквях.

— Ну, в церкви тоже проходят обряды, но-о… — замялась она.

— Остальное узнаешь после ритуала. — как-то резко и грубовато прервал наш разговор Джеймс. Затем уже более мягко добавил. — Прости, Мэтт, но таковы правила. О ритуалах знают только дворяне и аристократия, и пока ты не вошел в род мы не имеем права об этом говорить.

— А что-то об этом ритуале я могу узнать заранее? Просто не хочется окунаться головой в неизвестное и, хотя бы морально, подготовиться. — спросил я, уже предполагая ответ.

Белла пожала плечами, и кивнула на мужа, а он просто развел руками. Ну что ж, накручивать себя не буду, ну не на жертвенник же они меня положат, во славу СОТОНЕ, так что и волноваться бессмысленно. Если что, будем брыкаться.

Этот день был забит заботами обо мне. Меня возила Белла по всяким ателье и магазинам, подбирали одежду на все случаи жизни, заказали несколько костюмов на пошив, особенно мне понравилась тёмно-синяя двубортная тройка с серой строчкой, которую даже не пришлось перешивать под меня. Белла тоже умилилась моему виду в этом костюме и категорично заявила, что это мой стиль и вся остальная одежда должна быть подобрана под неё. Я с этим не спорил, мне было как-то без разницы, главное, чтобы было удобно и смотрелось нормально и не броско. Дальше мы посетили обувное ателье, где я при выборе ботинок сдуру ляпнул «оксфорды но не броуги». Что после этого началось… Белла заявила что ребенку лучше носить броги, ведь ноги лучше дышат, Пожилой худенький обувной мастер тряс седой кучерявой головой, не соглашаясь и напирал на то, что молодежь сейчас ходит в джинсах и в моде стиль кежуал, и мне непременно нужны дерби, затем в спор вклинился дородный мужчина с пенсне на носу, который с брызгами изо рта утверждал, что юному джентльмену следует выглядеть как джентльмен, и ничто, кроме оксфордов, не покажет благовоспитанность юного дворянина. Я же, ничего не понимая, сидел на пуфике и слушал, пытаясь понять, в чем же разница. А разница была «огромная»: Оксфорды — классические туфли с закрытой шнуровкой, то есть боковые части, берцы, с отверстиями для шнурков пришиты к туфлям, Дерби — туфли с открытой шнуровкой и если развязать шнурки, берцы раздвигаются, делая более удобным одевание, и облегчают носку обуви. А броги, или броуги, — это просто эти же оксфорды или дерби, но с узорной перфорацией. То есть с дырочками. С дырками, Мэттью! Из-за этого три взрослых человека чуть не кидаются друг на друга! Я встал, прошелся вдоль стены, где были выставлены образцы, и выбрал классические, привычные для меня, черные туфли, с острым носком, без шнурков, и с невысоким каблуком. Ну обычные такие туфли, которые когда-то ребята из Мытищ носили с трёхполосными спортивными трико.

— Белла, а может эти? — указал я на выбранную обувь, дождавшись мгновения, когда никто не высказывался. Все обернусь на меня. Посмотрели на обувь.

— Монки? — приподнял бровь дородный мужчина.

— Монки. — выдохнул мастер, кивнув седыми кудряшками.

— Монки! — воскликнула Белла, указав пальцем на выбранную мной обувь. — Но с перфорацией! — закончила она, направив указующий перст вверх. Все согласились.

Пообедав в небольшом ресторанчике возле Маргарет стрит, мы дождались подгонки одежды и направились домой, готовиться к ритуалу принятия в Род. За всеми этими одеваниями, измерениями и раздеваниями я совсем забыл, что вечером произойдет нечто, от чего я не знал, чего ожидать. Это было и страшновато, и интересно. Ведь в мире где есть магия, а Эфир для меня всё еще магия, можно ждать чего угодно. В голову приходят обряды Майя с вырезанием сердец, сатанинские обряды с жертвоприношениями на черном алтаре, и вся такая муть, почерпнутая из телека и инета в прошлой жизни. Белла эту тему старалась не затрагивать, щебеча обо всём, что придет на ум, как будто стараясь отвлечь меня. Джеймса дома не было, как сообщил нам дворецкий, он отъехал к знакомым дворянам, с приглашением быть свидетелями на обряде. Не зная, чем себя занять, я попросил дворецкого показать комнату — студию, про которую обмолвился Джеймс. Меня проводить вызвалась сама Белла, желая увидеть мою реакцию.

— Жалко, что Джеймс не может сам показать тебе наш подарок. — с улыбкой произнесла она, заходя в часть особняка, где находился гараж. Я же встал колом. Гараж производил впечатление. Это было больше похоже на ангар, чем на гараж. Четыре машиноместа, и каждое машиноместо с подъёмником, что давало возможность разместить восемь машин, вдоль стены стеллажи с инструментами, коробки, запчасти, …

Два места на подъёмниках были заняты, на одном стоял внедорожник, похожий на предка Лэнд Ровер, а на втором стояла карета. Ка-ре-та! Золоченая карета обитая красным бархатом, с узкими колесами с деревянными спицами. Такие кареты я видел только на фотографиях в учебнике английского. Я даже постарался заглянуть в боковое окно, не сидит ли там Елизавета, помахивая рукой.

Белла с улыбкой следила за мной, затем сообщила.

— Это последняя карета, сделанная дедом Джеймса по заказу Короны. Но он не успел ее доделать, а заказ отменили. И сейчас это семейная реликвия, напоминающая о былом. — с грустью закончила она. — Пойдем, вход в твою рабочую-игровую комнату здесь. Сама комната под гаражом.

— Хорошее место, не буду мешать вам и соседям, если что. — улыбнулся я.

Белла кивнула.

— Джеймс тоже так подумал, поэтому мы освободили старую рабочую мастерскую деда и сделали там ремонт.

— И это за неделю? — удивился я. Мне это очень польстило, если честно.

— Ну да. Джеймс очень старается, чтобы тебе понравилось в новой семье.

— Спасибо. Я правда очень благодарен. — чуть кивнул я Белле. Она просто показала глазами, что приняла благодарность.

В углу гаража оказалась широкая лестница, ведущая вниз и заканчивающаяся двустворчатыми дверями. Белла Подошла, ввела код в табло на стене и двери со щелчком открылась. Женщина отошла к стенке и сделала приглашающий жест.

— Проходи, Мэттью. Это твоя мастерская, студия или игровая. Здесь можешь заниматься чем тебе интересно. Только не курить, не пить и девушек не водить! — сделала она смешливо-суровый вид, даже пальцем потрясла перед лицом. — Хотя бы до шестнадцатилетия.

Я улыбнулся ей, сделал шаг к дверям и оттолкнул их. Свет в помещении автоматически включился и перед моим взором предстала мечта подростка. Большая, по размерам чуть меньше самого гаража, комната, обитая темным деревом черными шумоподавляющим поролоном, освещенная не ярким теплым светом. Свет исходил из квадратных светильников на невысоком потолке, освещая всё, что находится в комнате. А находилось тут много чего. В первую очередь взгляд привлек блеск хрома и отполированной меди барабанной установки, стоявшей в дальнем правом углу комнаты. Рядом на стойке висели две электрогитары, с корпусами в стиле комнаты — темное дерево с уходом в черный по краям, одна привычная, другая побольше, но с четырьмя струнами. Наверное, бас-гитара. Справа и слева от барабанов в тени утопали черные короба с половину моего роста размером, с едва различимыми сквозь решетку динамиками. Слева расположился стол, над котором расположился огромный монитор, а на самом столе стоял микшерный пульт с кучей ползунков, клавиатура и привычная мышка. У стола стояло даже на вид удобное, черное, с бордовыми полосками, кресло на колесиках. Ближе у стены стоял диванчик с журнальным столиком, холодильник и барный стол. Джеймс, похоже, не только для меня готовил эту хижину — мечту любого мужика. У правой стены, но не вплотную, стоял бильярдный стол, хе-хе, наконец-то научусь играть в эту игру, и полка для шаров и киёв, наверное, как эти палки называются, да еще и во множественном числе.

— Похоже, я из этой комнаты буду выбираться только по нужде. — вслух пробормотал я, медленно шагая вглубь комнаты. Белла меня услышала и рассмеялась, затем указала на неприметную дверь в ту сторону, откуда мы зашли.

— Вот тут душевая и санузел. Но надеюсь, что, хотя-бы покушать и поспать, ты будешь выходить из этой комнаты.

Я еще раз осмотрелся в помещении. Для меня, взрослого мужчины это была почти идеальная мужская берлога. И я был рад, что есть место где можно и поработать, и отдохнуть, и пригласить друзей, если они появятся, конечно. Как-то странно было мне представить, что я бегаю по дворам с ребятней лет четырнадцати, играя в «казаков-разбойников», или во что-то подобное. По моему, дружить с подростками в два раза младше тебя, это пахнет либо уголовкой, либо серьезными расстройствами головы. Но, раз уж я в теле подростка, нужно носить эту маску.

Я повернулся еще раз к Белле, подбежал ней и обнял.

— Спасибо, Белла, я даже не мечтал о такой комнате! — произнес я, прижимаясь к женщине. Надеюсь, не переигрываю.

Белла погладила меня по голове и негромко прошептала:

— Не за что, Мэттью, я очень рада, что тебе понравился наш подарок. А теперь, не мог бы ты что-нибудь сыграть мне? — убрав руку с моих волос, она, вероятно, указала в сторону инструментов за моей спиной.

Хм, я и сам хотел послушать и рассмотреть новую гитару, тем более электрическую, такой у меня лично никогда не было. Только в комнате отдыха в казарме стояла старенькая ГДРовская Музима, которая была подключена к музыкальному центру в разъем микрофона. А тут целая система, с микшерным пультом, усилителями, колонками. Я в душе не чаю, что, куда и как подключать. Ну, будем разбираться…

(пол часа спустя)

Так, вроде разобрался. Точнее, включил комп, и в сети нашел нужную информацию. Что я вынес из опыта подключения электрогитары к сети, так это то, что никогда нельзя прислонять гитару к колонкам. Звук был такой громкий и противный, что Белла, уже прикорнувшая на диванчике возле барной стойки, взвизгнув, аж подпрыгнула от испуга. Что уж она, я сам труханул так, что на пару секунд впал в панику, не зная, что делать, пока не додумался сдвинуть ползунок основной громкости микшера. Ну хоть не пришлось самому будить Беллу, да-а.

Настроив гитару на слух, уселся на кресло и вопросительно взглянул на женщину, сидящую в ожидании на том же диванчике, но уже с бокалом чего-то в руке.

— Ну я не знаю какие песни ты любишь и знаешь, поэтому сыграй что-нибудь на свой вкус, но романтичное или лиричное, пожалуйста.

— Да, конечно, как пожелает леди. — сымитировал я поклон, не вставая с кресла.

Романтичные и лиричные песни я знал во множестве, но все, или почти все, были на русском языке. Ну, значит вариантов нет. Романтика — это к Эду Ширану. Как-то услышал я его песню в фильме Хоббит. Она так мне понравилась, что я её даже выучил с аккордами. Интересно, а книги про хоббита в этом мире написаны?

Аккуратно добавил громкость на ползунке микшера, дернул струны, проверив, не слишком ли громко. Убедившись, что все нормально, гитара строит, я начал петь.

Коль суждено погибнуть, мы в огне сгорим все вместе. Ты увидишь сам, как пламя рвется ввысь. Да помогут предки, бой принять с честью. Склоны древних гор в ночи огнями Зажглись. И если смерть придет, вместе в эту ночь умрем Так наполни кубки в последний раз вином. Вознеси молитву, страху дай отпор! Полыхнут огнями склоны древних гор, Станет пустошью небес простор! И все в огне: леса и долины. Он горит в сердце горы. Это пламя кровью по ветру Забирает души в иные миры, Но будем друг о друге помнить мы…

(Кто хочет послушать как это звучало, примерно так: https://youtu.be/lMhWGQKDK24)

Пока я пел, в комнату спустился Джеймс, кивнул мне, и уселся рядом с женой. Дослушав песню, они похлопали мне, Белла даже прослезилась.

— Спасибо, Мэтт, за песню. Она очень близка мне по духу. И похожа на те песни, что пели мои предки в Шотландии.

Хм, и верно, если не петь начало, где поётся про Дурина и его сынов, песня вполне подходит для горцев — шотландцев.

— Ну как тебе наш подарок? — ко мне подошел Джеймс и поздоровался за руку.

— Очень понравился. Спасибо, Джеймс. — кивнул я ему. Кидаться на шею не стану, перебор.

— Я очень рад. И песня твоя тоже очень красивая. Сам написал?

И что ему ответить? Не хочется рисковать, ведь вполне возможно, что эта песня существует и в этом мире. А если скажу, что где-то слышал, а её вдруг решат найти и потом не найдут? Тоже риск. Эх, надо прошерстить сеть и проверить такие моменты, дабы не загнать себя в ловушку. А пока…

— Я не помню, Джеймс, после амнезии иногда всплывают вот такие моменты, как песни. Возможно я их где-то слышал, возможно написал сам, но точно не скажу, пока сам все не вспомню.

— Ну хорошо. — он похлопал меня по плечу, утешительно подмигнул и громко объявил:

— Прошу, баронетесса Белла Виллис, мистер Мэттью Грей, в обрядную залу! Сегодня в роду Виллис родится наследник! — и, взяв жену под руку, направился к выходу из комнаты. Мне ничего не оставалось, как последовать за ними.

Обряд проходил, как ни странно, тоже в подвальном помещении. Большая зала, размерами чуть ли не сам дом, по краям был украшен черными гранитными полуколоннами высотой метра в три, вплоть до потолка цвета красной глазури. Пол тоже был красным, но намного более тёмным. Между колоннами проглядывала белая мраморная стена, и общая композиция мне больше напоминало зебру, перевернутую наизнанку. У дальней стены от лестницы, по которой мы спустились, стояло пятеро человек, одетых в белые одеяния, с накинутыми на головы капюшонами и вложившие руки в рукава у живота. Посередине залы, в правильно очерченном треугольнике, с ребром в пару-тройку шагов, со странной, на вид бронзовой, глубокой тарелкой в центре, стоял еще один человек, судя по фигуре — высокий толстый мужчина, только одетый в черную мантию и в золотой маске с мужским лицом, чьи волосы, усы и борода, как лучи солнца, обрамляли лицо. Остальная часть головы так же была закрыта чёрным капюшоном.

Увидев весь этот маскарад, у меня аж ладони вспотели, а сердце порывалось, как и я сам, впрочем, свалить отсюда подальше. Но я переборов свой неожиданный страх, медленными шагами пошел вслед за четой Виллис, искренне надеясь, что эти милые люди не ведут меня на заклание какому-нибудь божеству или демону.

Джеймс и Белла заняли ближайшие два угла треугольника и припали на колени. Мне мужик в маске указал на место между ними и встал на оставшийся угол треугольника.

— На колени! — приказал Маска, глядя на меня. Голос его внушал, как раскаты первого весеннего грома, как сход камней с горного склона, как шум воды, что бьется о скалы. Я даже не заметил, как встал на колени перед ним. А он продолжил:

О Мать и Дева! Старуха Мудрости полна!

Триада пребудет с нами всегда!

Во тьме согрей, даруй нам побед.

Триада пребудет и укроет от бед!

Слава тебе, Дану, Мать!

Взгляни на отрока младого!

Ты, Дану, Матерь Богов!

Дай силы сплотить семью кровным родством.

Запомни его, твоего ребенка любви и благости!

В этот день и во все дни всех времен!

Во все дни помни о нем!

Морриган! Дадб! Махи!

Даруйте силу во полях сражений!

Славная Бригита, в тени своих яблонь

Спаси его от ран и напряжений!

О Мать и Дева! Старуха Мудрости полна!

Как время придет, он вступит в ладью!

И пусть вновь душа увидит рассвет!

И вновь Триада укроет от бед!

Триада пребудет и укроет от бед! — последнюю фразу вновь и вновь повторяли все люди в белых одеяниях за Маской. А он взял бронзовую тарелку, и подойдя к Джеймсу, остановился.

— Кровь Отца, что силу даст Сыну!

Джеймс вытянул правую руку. Маска с непонятно откуда взявшимся маленьким ножом провел по ладони, от запястья к пальцам, и подставил посудину под струйку крови, что начала течь. Подождав несколько мгновений, Маска повернулся и направился к Белле.

— Матери кровь, что любовью согреет!

Операция с разрезом повторилась, только на левой руке. А Белла даже не пикнула.

— И кровь Сына, что озарит род рассветом

И, укрытый Триадой, прославит в Абреде!

Я сперва вытянул правую руку, но под взглядом Маски понял, что нужны обе. Я уже ничему не удивлялся, находясь в состоянии сюра. Сперва правую руку, затем левую ожгло болью, которая спустя мгновение пропала. Маска своим ножиком помешивая кровь в посудине, продолжил речь:

— Кубок, в который, волей Триады,

Стеклись все благословенья!

Кубок с силой, дарованной богами!

Разделяя напиток богов,

Разделите путь в этом Абреде!

— Маска подошел ко мне.

— Повторяй за мной, отрок, и выпивай глоток.

Я кивнул. Голос Маски не терпел отказа.

— Разделяя напиток богов…

— Разделяя напиток богов… — делаю первый глоток, ожидая, что меня вырвет.

— Я принимаю силу творить, принося свой свет миру…

— Я принимаю силу творить, принося свой свет миру- хм, а на вкус неплохо.

— Теперь завершаю обряд…

— Теперь завершаю обряд… — о, похоже скоро закончится представление.

— Благодаря тех, кто мне помог…

— Благодаря тех, кто мне помог… — в основном крепкий желудок…

— Дану, за защиту, за силу, за возвращение света…

— Дану, за защиту, за силу, за возвращение света… — шутки про Чубайса уже не в моде же?

— Я благодарю тебя…

— Я благодарю тебя…

— Бригита, за свет твоих знаний, за силу в бою…

— Бригита, за свет твоих знаний, за силу в бою… — сейчас силы нужны, чтобы вытерпеть это всё.

— Я благодарю тебя…

— Я благодарю тебя…

— Дагда, старуха, одарившая мудростью…

— Дагда, старуха, одарившая мудростью…

— Я благодарю тебя…

— Я благодарю тебя… — посуда опустошилась, а у меня закружилась голова, и я начал проваливаться в темноту, всё еще продолжая слышать речитатив Маски и белых капюшонов.

— О Мать и Дева! Старуха Мудрости полна!

Триада пребудет с нами всегда!

Во тьме согрей, даруй нам побед.

Триада пребудет и укроет от бед!

Глава 10 Прощай… Привет?!

Танатолюдия

Я падал в бездну. Падал, не ощущая падения, не чувствуя тела, но, как пыль, завлекаемая в сопло пылесоса, неотвратимо. Время так же не ощущалось, оно как будто сокращалось в такт биениям сердца. Паники не было. Было ощущение неопределенности, предвкушения, приближающегося тепла, но не жара, а телесного, родного.

— Может уже откроешь глаза? — странный голос, будто его слепили изо всех женских голосов, оглушил своей неожиданностью. В этом голосе слышались чувства матери к ребенку, страсть девушки к любимому, наставляющий старчески трескуче-слабый голос старушки к внукам, и еще сотни и сотни голосов, каждый из которых, если захочешь, можно было различить.

Я приоткрыл глаза, хотя не понял, как. Ведь тела своего я не чувствовал. В хаосе серого марева, клубящегося вокруг, сквозь которое проглядывали кроны деревьев и черный скалистый массив, стояла женщина, точнее Женщина. Такое ощущение, как будто тысячи женских лиц, от детских до старческих, сменяли друг друга быстрее, чем в мгновение. Не выдержав долгий взгляд на это лицо, я отвел взгляд.

— Не хочешь смотреть на свою богиню? — голос женщины шел отовсюду.

Ну и что мне ей ответить?

— Говори, что думаешь. И коль помыслы чисты, не вернешься с ладьей в дальний берег.

Пафоса дамочке не занимать. Ну ладья и другой берег — это смерть, это я уже понял. Но что с помыслами?

— Зачем явился в мой мир вновь? — прервала мои мысли Женщина.

— Что? В каком смысле вновь? — я совсем потерял смысл её речи, может с кем-то спутала?

— То, что ты не помнишь прошлые круги Абреда, не дает тебе повода нарушать мой запрет! — в голосе Женщины злые, угрожающие оттенки стали громче, но не на долго. — Но раз Абред принял тебя вновь в этом мире, значит так и нужно. — Женщина оказалась рядом, почти вплотную, протянула руки, и я, хоть и не видел своих рук, ощутил её прикосновение. Прикосновение, как будто мама гладит мягкими ладонями, как будто впервые осмелился взять за руку возлюбленную, как будто старушка проводит по внешней стороне ладони своей сухой, морщинистой ладонью. — Я принимаю твою душу! Живи, чтобы творить, принося свой свет миру!.. И да, передай мальчику, что прошлое утекло и его ладья ждет к новым берегам…

— Спасибо, Триада… — только и успел я сказать, поняв, кто передо мной, пока она не исчезла в мареве, что всё сгущалась и темнела.

И вновь я дрейфую во тьме незнамо сколько времени, пока не оказываюсь в комнате медблока, где впервые очнулся в этом мире, но не кровати, а стоящим перед кроватью, на которой, обняв руками колени, сидел белобрысый мальчик

— Мэттью… — только и смог выдавить из себя. От взгляда, с бессильной злобой смотрящих на меня глаз, весь воздух как будто выдавило.

Мальчик смотрел сперва рассеянно, как будто не понимая, что не один, затем его глаза вспыхнули огнем ярости и он, вскочив, закричал:

— Это ты! Ты! Верни меня! Я не хочу здесь быть! Верни меня обратно! — в меня полетели подушки, ваза, ночник. Я просто стоял, не зная, что делать и принимая на свое тело все эти снаряды, пока мальчик не обессилел, пытаясь поднять прикроватный стул, и не сел на него, опустив голову, и заревев. Я тихо подошел к нему ближе, опустился на корточки перед ним и обнял его. Я понимал всю его ненависть ко мне, ведь это я занял его тело, живу его жизнью, называюсь его именем. Как бы я отнявшему у меня буквально всё? Уж точно не любил бы.

— Прости, Мэттью… — я держал в объятьях мальчика, который сначала бессильно пытался освободиться, постепенно переставая брыкаться.

— Зачем… За что? Почему ты стал мной? — сквозь всхлипы и тихий плач слышал я его голос.

— Я не знаю, Мэтт, я не знаю. Я не хотел такого, прости… — тихо шептал я мальчику, понимая, что это его не успокоит. — Не я занял твое тело, оно как-то само. После моей смерти…

— Да знаю я… — пробурчал еле слышно ребенок, — я видел твою жизнь, и смерть… Здесь есть всё про нас… — провел он освободившейся левой рукой перед собой.

— Здесь, это где? — задал я логичный, так то, вопрос.

— Это мое… Твоё… Наше подсознание. — похоже, мальчик приходит в себя.

— А откуда ты знаешь? — вдруг это просто сон после странного напитка с кровью, и у меня галлюцинации.

— Не знаю. Просто, когда хочу что-то узнать, ответы появляются здесь сами собой. Иногда как просто знания, иногда как картинки, а иногда как кино.

— Как будто интернет… — пробормотал я, но Мэтти услышал.

— Да, как интернет. И не называй меня так. — он читает мысли?

— Мы тут общаемся мысленно, и я слышу то, о чем ты думаешь.

— Удобно. А про интернет?..

— узнал из твоей памяти. Здесь, вообще-то, нечем заняться, кроме как просматривать память. — со злобным блеском в глазах вновь взглянул на меня Мэттью.

— Ну прости. Я же не сам занял твое тело.

— Я знаю. Это я позвал тебя.

— Даже так?

— Когда меня… — на глазах мальчика вновь начали собираться крупинки слёз. — Когда я умирал, моим единственным желанием было отомстить этим…

— И появился я?

— Да, ты появился и сразу завладел телом, хотя сам ничего не соображал. Я видел, как твоя душа овладевает сознанием, но ничего не мог поделать… — мальчик замолчал.

— Ну я отомстил им. — попробовал я вновь растормошить мальчика.

— Да причем здесь Мэл и его подпевалы?! — вдруг резко вырвался он, и размахивая ручками, эмоционально продолжил. — Это директор! Он наверняка знал, что я из… В общем, он кое-что знал, и не хотел, чтобы я покинул приют, ведь тогда…

— Что тогда? Что знал, Мэттью?! Я ничего не понимаю! — эмоциональное напряжение передалось и мне.

— Ничего! Это тебя не касается! — Вновь истерика? — И вообще ты не должен был захватывать мое тело!

Я вздохнул и просто уселся на кровать, на которой провел первые ночи в новой жизни. В жизни, которую я не просил, но которая мне нравится, и отказываться от нее не хотелось нисколечко.

— Да и не получится… — тоже вздохнул мальчик и присел рядом, забравшись с ногами в кровать.

— Опять подсознание подсказало?

— Угу. И теперь мне пора уходить, а тебе жить, «чтобы творить, принося свой свет миру».

— Это ты тоже знаешь?

— Да, я видел Её. И как она и сказала, мне пора в новую жизнь. Надеюсь там… — и замолчал.

— Слушай, может объяснишь, что происходит? Что знал директор? Что за амулет и что мне делать, в итоге?

— Да не могу я рассказать! — вновь вспыхнул Мэттью. — Как только подумаю об этом, сразу белый шум, хотя и понимаю, что знаю!

— Ну ладно, остынь, остынь. — похлопал я его по коленке. — Сам разберусь. Просто хочу быть готовым ко всему.

— Как к выстрелу того бобби? — несмело улыбнулся Мэттью.

— Бобби? А-а-а! Того мента, что… — я изобразил пальцами пистолет.

— Ага.

— Ты еще шутишь! — засмеялся я, толкнув улыбающегося мальчика так, что он завалился на кровать. Отсмеявшись, мы замолчали, каждый думая о своем.

— И что дальше? — вдруг спросил меня мальчик, с грустной серьезностью смотря мне в глаза.

— Что дальше? Я не знаю, Мэтт… Ты… — не хотелось говорить, что он умрет окончательно.

— Я не умру, я рожусь в новом мире. Я спрашивал про тебя. Что дальше собираешься делать? Что будет с Джинджер?

— Хм-м. Ну как тебе сказать… Я пока не знаю. Насчет Джи я хотел поговорить с Виллисами после дня рождения. Я ведь даже не знаю, хотят ли они еще детей. А если я предложу, а они откажутся, это может испортить наши, еще не окрепшие, отношения. А если согласятся, но не понравятся друг другу? Я же не всегда могу быть рядом с рыжей… В общем всё сложно, но и оставлять её в приюте не хочу. Не хочу чтобы она стала…

— Как я? — с грустной улыбкой поднял взгляд Мэттью.

— Прости.

— Да ладно, я понимаю, и согласен. В приюте ей оставаться нельзя, запомни это, Лакин. — затем, как будто почувствовав что-то, встрепенулся и привстал на локтях с кровати. — И еще, Лакин, прошу, не лезь в мою память. Она откроется сама, когда будет нужно… — с этими словами мальчик начал исчезать на глазах, держа на лице прощальную улыбку. — Прощай.

— Прощай, Мэттью. Надеюсь Триада приглядит за тобой и укроет от бед…

***

Проснулся я от прикосновения ко лбу чего-то мягкого.

— Доброе утро, Мэттью, — открыв глаза, увидел сидящую у кровати Беллу, и стоявшего позади него Джеймса. Они улыбались.

— Привет… — произнес я. Голос почему-то дрожал, а в голове проносились образы, оставшиеся после сна. Вот многоликая богиня касается моих рук, Мэттью кидает в меня подушку, затем плачет в моих объятиях, исчезает. Ну и кошмары, ядреная штука, оказывается, эта муть с кровью.

— Как себя чувствуешь? — Джеймс пододвинулся чуть ближе.

— Как будто меня вчера принесли в жертву. — улыбнулся я.

— Прости Мэтт, но так было нужно. — улыбка мужчины стала грустной. — Зато теперь ты полнокровный член рода Виллис, мой наследник и наш сын. — он положил руку на плечо жены.

— Просто из-за того, что выпил вашу кровь? — мой вопрос был переполнен удивлением, вкупе с неверием.

— Нам еще много нужно тебе рассказать, но да, обряд совместил нашу кровь, и теперь любые тесты и проверки это покажут. А сейчас умойся и спускайся завтракать. Скоро придут твои учителя, нужно тебе с ними познакомиться.

— Учителя? — что за утро удивительных открытий?!

— Ну да, учителя этики, физической подготовки и учебных предметов. Пойдем, договорим после завтрака. — Джеймс подал руку Белле, помогая встать, и развернувшись направился к выходу из моей комнаты. Их вид в парных махровых халатах и тапочках с помпоном выглядел так забавно и умилительно, что я пару раз, не выдержав, хохотнул. Джеймс же, обернувшись и поняв, над чем смеется их новоявленный сын, просто указал рукой на «слугу» (это такая вешалка на ножках, на который вешается комплект одежды и не мнётся. Прим. ав.), на котором висел такой же, коричневый махровый халат, и такие же махровые тапочки с помпоном.

— Забавная семейка… — пробормотал я, встав и пошлепав в ванную комнату, на ходу делая растяжку, и вспоминая странный сон, который отпечатался в голове с невообразимой чёткостью.

Да и весь ритуал, или обряд, что прошел в вчера в подвальной зале, вызывал двоякие мысли. По словам Джеймса, выходит, что теперь я кровь от крови их с Беллой сын. Так, это хорошо. Теперь я полноценный Виллис, дворянский отпрыск, и никаких юридических казусов моя приёмность не вызовет, хотя насмешки, особенно в среде детей, будут, и не редко. Но это мы переживём. Собаки лают, как говорится, а караван идёт. А то что кровь поменялась, внутри я не ощущал. Стоп! А если из-за смены крови я потеряю свою способность пользоваться Эфиром? Я остановился как вкопанный. Закрыл глаза, представляя, как волны Эфира заполняют мышцы ног. Из-за переполнившей меня напряженности и взволнованности от возможной потери способностей, не подумав, подпрыгнул сильнее, чем нужно…

— …Мэттью, мать твою, Грей… — бубнил я про себя, сидя на полу и утирая макушку, на которой под рукой начала явно ощущаться шишка. Но, по результату эксперимента, манекен в виде моей тушки выдал результат, что ифером я быть не перестал. И это радовало неимоверно. Осталось научиться пользоваться этой силой, не угробив себя при этом ненароком.

Завтрак прошел в улыбчивой тишине. Мы, как всегда, сидели за овальным столом. Квентин, как хороший дворецкий, проглотивший лом, стоял немного в отдалении, изредка давая указания Люси, которая, впрочем, как и всегда, обслуживала нас за приемами пищи. Как только она закончила разливать чай по фарфоровым чашечкам, Джеймс бросил взгляд на Квентина, и тот подозвав Люси, покинул комнату, прикрыв за собой дверь. Джеймс повернул голову в мою сторону.

— Я знаю, что вопросов у тебя много, поэтому спрашивай.

А я сидел и выбирал из десятков вопросов тот, который тот, который лучше раскроет весь вчерашний сюр.

— Ну, вопросов много, но сначала уточняющие. Теперь во мне ваша кровь, и теперь я полноценный член семьи, Мэттью Виллис?

— Не совсем, — улыбнулась Белла, опередив Джеймса, открывшего было рот. — Теперь во всех нас общая кровь, по крайней мере так должен был сработать обряд. И да, ты теперь Мэттью Грей Виллис, член и наследник рода Виллис.

— А почему Грей? — не понял я. — Раз меня приняли в род, я не должен был поменять фамилию?

— Мэтт, — в этот раз слово взял Джеймс, поставив чашечку на блюдце, — не путай род и фамилию. В Моем случае род и фамилия тождественны, поэтому я Джеймс Виллис. В случае Беллы она приняла фамилию мужа, и тоже стала Виллис. А те, кого принимают в род, не меняют фамилию, и к ним обращаются, например, Джон Смит из рода Виллис или Джон Смит Виллис. В твоем случае, до совершеннолетия ты не можешь поменять фамилию, данную в приюте, это запрещено законом. После совершеннолетия ты вправе выбрать фамилию сам. Но если ты после меня станешь главой рода Виллис, то автоматически возьмёшь имя рода как фамилию.

— Как-то всё запутанно, но логично. Так Род не прекратит существование, даже если им стает управлять принятый со стороны человек, да?

— Ты всё понял верно.

— Другой вопрос. Триада, Дану — это же, как я понял, древние боги, правильно? — пара кивнула. — Почему я про них ничего не слышал?

— Ну, это очень сложный вопрос, на который полноценного ответа не жди. Но коротко расскажу. Во всех официальных документах Британия — христианская страна, но на самом деле христианизация прошла только по нижним и средним слоям населения. Аристократия и дворянство, по крайней мере, берущая корни с до романской эпохи, продолжили верить в своих богов, давая право выбирать себе богов простому люду. А папский престол, воспользовавшись этим и отправив огромное количество миссионеров, переманило большинство верующих. Друиды, это жрецы триединой и других наших богов, не стремились к этому никогда. Мы считаем, что человек сам должен прийти к богу. Поэтому число верующих Триаде со временем стало только уменьшаться, её известность гаснуть. И в наше время из верующих Триединой остались только старые рода и очень немногое число простых людей, главным образом в отдалённых уголках страны. Подробнее про всё это ты сможешь изучить в школе, если будет интересно, или обратись к Квентину, он позовёт в гости друида, с которым ты сможешь пообщаться.

Ну уж нет, мне пока хватит общения во сне с самой Триадой. Но ситуация вырисовывается забавная. Очень христианская страна с обложки, а высшая знать — все староверы, которые для вида посещают церкви, призывают верить в бога и сына его. Лицемерие какое-то.

— А если народ узнает, что вся аристократия не верит в Христа? — задал я этот вопрос.

— Ну… — задумался Джеймс, — именно поэтому об этом знают только внутри аристократического и дворянского общества, и эта информация считается тайной.

— Понял, про это — никому. Но что насчет королевской семьи? Они с аристократией или с народом?

— После того, как Род Стюард потерял право на престол и корону одел Род Виндзор, королевская семья — христиане, но они знают про то, что аристократия верит в Триаду. В начале двадцатого века Георг Пятый даже пытался перейти под лоно Дану и её дочерей, но не вышло. Почему, никто не знает, но скорее всего под давлением Папского престола.

— Очень интересно. Последний вопрос на эту тему. А если я не верю в богов, то есть атеист?

Джеймс с Беллой с улыбкой переглянулись, и Белла решила ответить.

— Мы не заставляем тебя верить в кого-то. Это полностью твой выбор. И не осудим, если вдруг ты начнешь ходить в церковь, мечеть или куда-то еще. — "ну, хотя бы не сайентологи", вспомнил я одну из" религий" моего прошлого мира.

— Понял, спасибо за понимание, на этом вопросы пока закончились. — и тут вспомнив сон и слова Мэттью про приют и Джи, решился всё-таки спросить. — Еще один, возможно слишком неуместный, вопрос. Вы не хотите удочерить еще и девочку?..

***

Джеймс

— …Вы не хотите удочерить еще и девочку?..

Джеймс аж поперхнулся чаем и бисквитом, что успел укусить до глотка и не успел разжевать. Откашлявшись и переглянувшись с женой, Джеймс вопросительно посмотрел на юношу. — А подробнее?

Мэтт, немного смутившись, перевел дыхание и начал речь.

— В приюте я познакомился с девочкой, ее зовут Джинджер, ей десять лет. После того случая, когда я провалялся в медицинском блоке приюта, мы с ней подружились и, не знаю, как так получилось, она стала для меня очень близким и родным человеком. Она тоже привязалась ко мне, так сильно, что, узнав о моем усыновлении, она ушла в депрессию. И я боюсь, что с ней что-то случится. Она хорошая и добрая, рыжая и красивая, хотя немного шумновата. И я думал, если Вас не затруднит еще один ребенок в семье…

Джеймс дальше не слушал, погрузившись в свои воспоминания. Когда-то давно, когда он только-только начал встречаться с Беллой, они, гуляя вдоль по Темзе, мечтали о будущей семье, представляли своих будущих детей, и их мечты сошлись в том, что они оба хотят: мальчика — старшего, будущего наследника, защитника и опору, и девочку — младшего ребенка, куколку-красавицу, за которым всем троим, родителям и старшему братцу, придется приглядывать. Может это знак? Джеймс посмотрел на свою любимую супругу, которая сидела молча, улыбаясь задумчивой и немного мечтательной улыбкой, чуть прикрыв глаза. У Джеймса защемило сердце. Ведь именно из-за него Белла не может родить ребенка, именно из-за него, вот уже семнадцать лет, таит в себе их общую мечту о полной семье. Перетерпев укол злости на самого себя, Джеймс выдавил улыбку и повернулся к Мэтту.

— Это очень сложный вопрос, Мэттью, но, уверен, мы придумаем что-нибудь. А сейчас иди готовься к занятиям, через пол часа придет миссис Литл, твой учитель этики.

Мэттью, не подав вида что расстроился, встал, поклонился и вышел, тихо прикрыв дверь.

Джеймс повернул и пододвинул свой стул ближе к Белле, взял её руки в свои ладони, и поцеловав их, спросил.

— Ты тоже вспомнила про те разговоры на Темзе?

— Да. Может это знак Бригитты? (Бригита, Бригитта — богиня войны, поэзии и семейного очага, и еще кучи всего, одна из Триады — богиня Дева, и еще она рыжая. Прим. ав.)

— Я тоже так подумал, булочка.

— Я не против… — Белла уже сама взяла ладони мужа, поцеловала их. — Даже если это не знак Богини, я хочу воспитать девочку, передать ей свои умения. Да и Мэттью вырастет более ответственным, научившись с юношества следить за сестренкой.

— И я не против, но есть пара вопросов с социальными службами, чтобы они точно одобрили опеку. Я этим тогда займусь в ближайшее время, а ты присмотри, какую комнату переделать под вторую детскую.

— Мэттью говорил, что готов спать в подвальной мастерской… — вдруг вспомнила Белла и они с мужем весело рассмеялись. Ну кто поселит ребенка в подвале, чтобы он жил под лестницей?! Это же бред.

Глава 11 Пробные тренировки

Первое занятие не задалось. Миссис Литл, вопреки своей фамилии, оказалась высокой широкой женщиной с длинным крючковатым носом, с грубым, глубоким прокуренным голосом и с повадками скорее армейского сержанта, нежели учителя этики. В общем мои ожидания рассыпались прахом, как только эта женщина при знакомстве подошла ко мне чуть ли нестроевым шагом, посмотрела сверху вниз, и протянула руку для рукопожатия. Не зная, как реагировать, я просто пожал её.

— Мдам-с, есть с чем работать, — протрубила она, еле слышно на весь дом и, сообщив Белле с Джеймсом, что она готова работать, направилась за дворецким в комнату для занятий. Отпустить мою руку, она, как я понял, не додумалась, и мне пришлось перебирать ножками полубоком, ведь держала она мою правую руку.

Начало занятий больше походило на курс молодого бойца. Я прохаживался по комнате почти строевым шагом, держа спину ровно, учился разворачиваться, поворачивать голову и тому подобное, смысла чего я не видел. Единственным плюсом было то, что она при этом цитировала правила этики, а я от скуки прислушивался к ним, анализировал, старался запомнить главное.

— Мдам-с, джентльмену, сколь юн он бы не был, не престало горбиться, либо каким-либо иным образом искажать свою фигуру. Он должен быть прям, а на костюме не должно быть складок в непредназначенных местах. Карманы пиджака и брюк не предназначены для рук. В карманы брюк позволено положить ключи, платок, небольшая сумма денег, но не монет. В нагрудном кармане должно находиться только платку, сочетающемуся с галстуком, либо с шейным платком. Ручки, очки, визитки, телефоны должны лежать во внутренних карманах пиджака так, чтобы не оттопыривались и не портили силуэт одежды… — и вот таких правил, рекомендаций и обязательств на три часа, которые я ходил взад-вперед, наклонялся «за оброненным платочком дамы», коей выступала сама миссис Литл, кидая полотенце по разным углам комнаты. Присаживался на стул, на кресло, на диван, учился с них вставать так, чтобы не оставалось складок на одежде. Нюансов и правил было столько, что к концу занятия я чувствовал себя как выжатый изюм. Поэтому, как только «маленькая» миссис объявила об окончании занятия, я ушел к себе в комнату и завалился отдохнуть, где сразу же уснул до обеда.

Обед, естественно мне пропустить не дали. Квентин, как всегда, прямой и чопорный, разбудил меня, войдя в мою комнату. Я проснулся уже немного отдохнувшим, но мышцы немного побаливали. Теперь, после трех часов муштры, я даже с уважением взглянул на этого старого, в общем-то, мужчину, который никогда не опускал плеч, не сутулился, держал ровно голову. Это ж сколько нужно так ходить, чтобы привыкнуть к этому?! Об этом я его и спросил.

— Квентин, скажите, пожалуйста, как вы умудряетесь всегда держать прямую осанку?

Показалось, что старик даже едва улыбнулся.

— Привычка, юный джентльмен, привычка. И розги в детском возрасте. — закончил он, повернувшись к двери и открывая ее передо мной.

После сытного обеда моя новая семья разбежалась по своим делам, которыми я пока особо не интересовался, меня передали в руки следующего учителя. В этот раз это был низенький полный старичок, с островком лысины посреди седых, немного лохматых волос. Старичок носил на круглом лице круглые очки на толстой оправе, с линзами с толщиной с мой палец. Мистер Дорси, так звали этого господина, оказался репетитором естественных и точных наук, и занимались мы с ним в основном математикой, немного задев физику, химию и биологию. Для меня оказалось достаточно непросто скрывать свои знания, но я, вроде как, справился. Мистер Дорси порекомендовал почаще заниматься самостоятельно, посетовал на современную молодёжь и убыл, сев в свой старенький велосипед. Забавный дедок, подумал я, глядя ему вслед.

После пятичасового чая, сиречь полдника, я оказался предоставлен себе до ужина, после которого я должен был познакомиться с инструктором по физической подготовке. Так что у меня появилось пара часов на личные дела, и я отправился к бывшей подвальной мастерской, которую я стал называть хатой (hut (хат) — хижина. Прим. Авт.) Спустившись, я уселся на диване и решил позвонить Джи, узнать, как дела и провентилировать возможный вариант с опекой семьи Виллис. Трубку взяли со второго гудка.

— Хеллоу. — голос Джи был немного уставшим, но грусти, что я ожидал услышать, не было. Я даже выдохнул с облегчением.

— Привет, Джи, это Мэттью…

В трубке повисла тишина. Только дыхание девочки и какое-то шебуршание слышались едва-едва из динамика телефона.

— Ты всё еще дуешься? — решил прервать я молчание.

— Ты обещал звонить каждый день. — пробурчала рыжая в ответ.

— Прости, но тут столько всего случилось, что у меня совсем не было времени… — повинился я, понимая, что отговорка такая себе.

— Тебя держали взаперти? — ух ты, у девочки прорезался сарказм!

— Можно и так сказать. — ухмыльнулся я, вспомнив, что со времени приезда свободного времени практически не было. — но я же уехал только позавчера! — решил оправдаться я. — Времени позвонить нисколечко не было. Вот я освободился и сразу решил набрать тебя.

В трубке слышалось лишь сопение, и спустя лишь десяток секунд рыжая решила ответить.

— Я тебя прощаю. За это. А за то, что ты не спел мне песню, я на тебя всё еще обижена.

Похоже, в приюте шум с песней набирает обороты, и ничего с этим не сделаешь.

— Ладно, это и правда было нечестно — не рассказать тебе о песне, которая немножко завирусилась в интернете. Но в этом же ничего страшного… Хочешь, я спою тебе что-нибудь? — бросил я взгляд на гитару, которая осталась прислоненной к столу. Честно сказать, я и сам хотел поиграть что-нибудь, тем более мой голос, голос Мэттью, если быть точнее, мне нравился своей чистотой и звонкостью.

— Конечно! — как обрадовалась девочка, я понял даже через трубку. — А что ты споешь?

— Не знаю. Может, что-нибудь веселое? — предложил я, передвигаясь к столу, где стоял лэптоп. Надо всё-таки позже проверить, есть ли эти песни или исполнители в этом мире. Включил микшер, усилитель и проверил строй гитары. — Но учти, через телефон качество звука будет плохое.

— Ну и что?! Я всё равно хочу послушать, как ты поешь.

— Ну хорошо, потом спою тебе как-нибудь вживую. — с этими словами я провел по струнам и… застыл, не зная, что сыграть. Хотелось весёлого, но все песни на английском были либо грустные, либо романтичные, либо лиричные. Немного подумав, решил просто помузицировать. Что, конечно же не устроило рыжую.

— Так не честно, это не песня, а просто музыка! — наигранная обида прямо сочилась сквозь трубку.

— Ну извини, Джи, больше песен я пока не знаю. Но обещаю исправиться! — заверил её я.

— Хорошо, завтра жду от тебя песню! — непринужденно заявила неугомонная и сбросила вызов, так и не попрощавшись. Я лишь хмыкнул на это, отложил телефон с гитарой и уселся за лэптоп, изучить, наконец, что же мне подарили мои новые родственники.

Разобравшись в сети понял, что всё-таки песен, которые я помню из прошлого мира, здесь нет. Да и вообще, культура немного другая. Ни книг, ни фильмов, хоть отдаленно похожих на те, что я знаю, почти нет. Почти, потому что Титаник всё таки потерпел крушение и в этом мире, и фильм по нему сняли. Но совершенно другие актеры, другой саундтрек, судя по трейлеру, что нашел в одном из форумов в Сети. Кстати, Сеть! Она вся разбита по форумам, люди регистрируются в форумах по интересам, делятся там своим мнением, песнями и видео. Ладно, хоть поиск по форуму есть, иначе приходилось бы искать по всем этим темам и подтемам. Ничего похожего на наши социальные сети и видео хостинги нет. Вот это направление для себя я и выбрал, осталось вникнуть в нюансы, найти толковых программистов, и найти денежки для оплаты всего этого. Но надеюсь, Джеймс в этом мне поможет. Тем более, скоро, меньше чем через неделю у меня день рождения.

С такими мыслями я уселся глубже изучать тему создания, размещения сайтов. На это ушло всё время до ужина, на который меня позвали, позвонив на телефон.

Ужин прошел спокойно, в кругу семьи. После него Джеймс пригласил меня на задний двор особняка, где я ни разу еще не был. Тут оказалась небольшая лужайка с парой тренажёров под навесом, на которых сейчас занимался уже знакомый мне мужчина — водитель Вилсон, только не знаю, имя это или фамилия.

— Знакомься, Мэттью, Вильям Вилсон, начальник службы безопасности и по совместительству водитель семьи.

— У нас есть служба безопасности? — удивлённо взглянул я на опекуна. Тот расхохотался.

— Да, Мэтт, есть. Правда состоит она из одного человека, из него… — указал он на Вилсона, что тоже стоял улыбаясь, — …но есть!

— Здорова, Мэттью. — мужчина протянул и пожал мою руку.

— Вилсон раньше служил в Африке, затем был инструктором рукопашного боя, так что я подумал, что он вполне подойдет на роль инструктора и тебе.

— Ну, я не против. — пожал я плечами, такой опытный инструктор и вправду поможет мне быстрее прийти в форму. Странно, что и Джеймс об этом подумал. — А чему вы будете меня учить, мистер Вилсон? Общая подготовка или рукопашный бой тоже?

— Просто Вилсон, парень. — сказал мой новый инструктор и начал излагать план тренировок. — Общая усиленная тренировка, как для иферов… — посмотрел он на Джеймса, тот кивнул. — И основы самозащиты, это на первое время.

— А вы ифер? — загорелись мои глаза любопытством и надеждой.

— Почему? Нет. — удивился Вилсон. — А-а-а. Ты про тренировку для иферов? — после моего разочарованного кивка, он продолжил. — На службе нас, инструкторов обучали к работе с иферами, в последнее время их в армии немало.

— Ясно, — вздохнул я. — С чего начнем?..

Помните, я говорил, что выдохся на занятии по этике с миссис Литл? Как же я был молод и глуп! А всё началось с фразы: «давай посмотрим, на что ты способен». Я бегали по лужайке до изнеможения, сзади меня подгонял Вилсон. В итоге я так выдохся, что решил влить Эфир. Каким-то образом Вилсон заметил это и попросил так не делать.

— Вы видите Эфир? — удивился я.

— Да нет, ты просто ускорился так, что мне стало тяжело угнаться за тобой.

— Ясно… — говорить было неудобно, лёгкие уже жгло.

После пробежки Вилсон сразу отправил на турники, где я подтянулся всего четыре раза.

— А с Эфиром попробуй. Сколько сможешь? — заинтересованно спросил Вилсон, который на соседнем турнике подтянулся, наверно, уже раз двадцать.

Послушав его, я влил в мышцы рук Эфир и подтянулся пятнадцать раз.

— Вполне неплохо. А как у тебя с рукопашной?

А как у меня с боевыми навыками я и сам не знал, инстинкты, вбитые еже в прошлой жизни остались, а рефлексов тела не было. Так что я сообщил Вилсону, что драться я совсем не умею.

— ничего страшного! — подбодрил он меня, через недельку-другую занятий начнем и рукопашку подтягивать!

— А зачем? — вдруг задал я странный, даже для себя, вопрос.

— Что зачем? Не понял меня мой новый инструктор.

— Зачем мне нужна такая усиленная и ускоренная тренировка? Мы куда-то торопимся? — задал я вертящийся в голове уже с утра, но только-только сформировавшийся вопрос.

— Э-э-э… — подзавис Вилсон. — ну, чтобы успеть подготовиться к поступлению… — пробормотал он и испуганно посмотрел на дверь. — Короче, парень, давай так, я тебе этого не говорил, хорошо? Просто сэр Джеймс просил пока не говорить об этом.

— О чем?

— Ну уж нет, парень, больше я тебе не расскажу. Хочешь узнать — спроси у сэра Джеймса… — он почесал макушку. — Только не говори, что я проболтался, лады?

— Да о чем проболтался? Что за поступление? Что за секреты? — я уселся прямо на траве, вытер лоб от стекающего пота тыльной стороной ладони. Опять какие-то секреты. Ненавижу секреты, особенно если они касаются меня. Со злости я с размаха ударил кулаком землю. В глазах резко потемнело, звуковая волна ударила по ушам и по всему телу, меня отбросило на пару шагов влево.

Ничего не понимая, я приподнялся и уселся на том же месте. Голова кружится, в ушах высокочастотный звон… Взгляд не могу сфокусировать ни на чем… Покачиваясь, сижу, наблюдая как вокруг мелькают силуэты людей, перед глазами что-то мелькает, похоже на чья-то рука… Да, рука… Вон и пальцы есть, только непонятно, сколько пальцев… Какой-то звук раздражает, хотя я его не слышу из-за звона… Или слышу? Кажется, зовут… Кого?.. Мэтти… Мэтти? Как же бесит это имя… Точно, Мэтти — это же я… Мэтти, Мэттью, Мэтт…

— Мэтт! Мэтти, ты меня слышишь? Вилсон, что случилось? — передо мной, упав на одно колено, стоял Джеймс, одной рукой держа меня за плечо, второй размахивая перед моим лицом, при этом смотря на сидящего на земле в отдалении мужчину.

— Не знаю, сэр, мы сидели, и тут он — БАХ, я — ВЖУХ… — охранник потирал ухо, которое у него покраснело. — Как будто осколочная под задом взорвалась… — пробормотал он, и продолжил. — Похоже на самоинициацию. Я видел такое раньше…

— Мэтт, ты как? — Джеймс перевел обеспокоенный взгляд на меня.

— Вроде всё… Всё в порядке… — произнес я, почти не слыша голоса. Землю перестало болтать подо мной, а писк в ушах начал потихоньку отдалятся. — что случилось? — я перевел взгляд на место, где я сидел. На том месте осталась небольшая воронка, глубиной с ладонь и с раскуроченной землей и травой в радиусе шага вокруг нее. — Что это было?

— Это была инициация Эфира. Позже расскажу подробнее, пойдем в дом, не сиди на земле. — Джеймс помог мне встать и повел, держа за локоть в сторону дома, хотя я уже достаточно пришел в себя, чтобы идти самому. Голова прояснялась и я начал понимать, что произошло. Я только что бахнул Эфиром?!

****Авторский трёп****

Огромное спасибо, что читаете историю про Захара-Мэттью. Если вам не трудно, напишите ваше мнение, как вам вообще книга? Мне трудно самому судить, но похоже, что некоторым из вас она понравилась) Если это так, нажмите сердечко, этим вы замотивируете меня быстрее написать продолжение, ведь я смогу отмазаться от жены. (Рад, лю тя! хотя, ты же не читаешь мою книгу, тебе скучно…)

Глава короткая, так как — работа) Следующая — в пятницу. Захар обещает что будет интереснее, чем эта, я не верю.

И да, пусть Триада приглядит за вами и укроет от бед!

Глава 12 Приём

Со следующего дня, с понедельника до пятницы, мое расписание осталось таким же: после завтрака Этика, после обеда естественные науки, с пятичасового чая до ужина личное время, после ужина тренировки с Вилсоном. В личное время успевал поболтать с рыжей, заняться проектами и поизучать новый мир, сравнивая его со старым. Первой необычной особенностью оказалось, что автомобили по виду не отличались от машин шестидесятых моего прошлого мира. Производители были те же, что и в моем мире: Форд, Даймлер, Кадиллак, Шевроле, Пежо — все эти рода, занимающиеся производством автомобилей. Только большой неожиданностью для меня оказалось, что фирма Мерседес здесь называлась просто Бенц, хотя трехлучевая звезда на решетке радиатора присутствовала. Фольксвагена не существовало, точнее Битл, или «Жук», производился фирмой Порше, под руководством рода Порше, соответственно. В российской империи, естественно, не было ни Вазов, ни Ижей, ни Газов. Вместо этих, советских автопроизводителей, которых в этом мире не случилось, как и самого Союза, правили балом "Руссо-Балтик", "Дуксы" Романова, "Разиппы" Пузырева, и прочие.

Здесь, в королевстве, тоже производством машин занимались аристократические и дворянские рода, и их было множество: Род Веллер с «ЭйСи карс», род Мартин с «Астон-Мартин», род Остин с одноименной фирмой «Austin», Род Бентли, рода Лайонс и Уолмсли с “SScarscompany”, и Ганны, Куперы, Старли, Моррис, Бэттманы и, конечно, Роллс и Ройс. Я так и не понял, где «ягуары» — истинно британские автомобили, известные в моем прошлом мире.

Я не просто так стал изучать тему автомобилей. Появилась пара идей, как помочь роду Виллис немножко охватить кусочек пирога автостроения, а для этого нужно больше знать, что и как в этой сфере. И теперь появились сомнения, слишком много производителей и все они как минимум бароны, у всех свои, или общие кланы, что усугубляет ситуацию. Идея была в том, чтобы начать производить автомобили в таком виде, как в моем мире, то есть с более спортивным дизайном и мощным мотором. Как например Лотус, Ламборджини, Феррари, которых в этом мире не было. Для этого я планировал использовать принцип Илона маска: взять готовые части из других машин и совместить так, как я это «вижу». Электромобили делать смысла большого не было, ведь вместо горючего используется Эфир. Тут тоже можно сэкономить, заряжая пустые кристаллы самому. А запчасти закупить можно с помощью Джеймса, он их всё равно закупает для своих мастерских. Кстати, рабочих можно одолжить и оттуда. Единственная проблема — денежки. Но их получение — дело времени. Так что я отложил это дело и направил весь свой энтузиазм в проработку проекта с видео хостингом. Для этого в принципе, ничего сложного не требовалось на первое время. Просто купить домен, найти сервера для хранения, хотя в первое время хватит и этого, домашнего лэптопа, если добавлю памяти. Осталось выучить местный язык программирования, выбрав наиболее похожий на «Питон», который я изучал еще «там».

Как ни странно, язык программирования был почти идеально схож с «Питоном», так что код сайта я написал за пару вечеров, не придумывая ничего нового, и стараясь упростить то, что можно, чтобы ничего не отвлекало от просматриваемого видео. Кодировку видео взял самую упрощенную, которая давала возможность почти не теряя качество изображения, ускорить загрузку для просмотра. Добавил возможность комментировать, оценивать видео, для этого нужно было зарегистрироваться. Я понимал, что в первое время никаких доходов я не получу, пока рекламодатели не появятся, а привлечь их — это дело времени, если всё пойдет как надо.

В пятницу вечером, после тренировки с Вилсоном, Джеймс и Белла пригласили меня в гостиную, где они обычно сидели вечерами, смотря TV или греясь у камина. Судя по их взволнованным лицам, разговор предстоял необычный. Я уселся на кресло, напротив диванчика у камина, где сидели мои опекуны, как всегда одетые в парные халаты. Разговор начал Джеймс.

— Мэтт, как-то так получилось, что мы забыли тебе сообщить, что завтра у нас в доме состоится прием…

Приплыли, они бы еще за пять минут предупредили. Или они не хотели моего присутствия в нём? Вполне может быть, ведь я только из приюта, правил этикета не знаю. И они не хотели, чтобы я опозорился, что, в принципе, я понимаю и принимаю. Да и желания особо нет, тем более мне есть чем заняться, осталось пара дней к запуску видео хостинга и его тестирования в открытом доступе.

— И вы хотите, чтобы я в нём не принимал участия? — спросил я, заканчивая за опекуном.

— Что?! Нет! — вклинилась Белла. — Это прием в твою честь, малыш, и ты там будешь главным действующим лицом. Тем более после завтра третье мая, и тебе исполняется пятнадцать лет. (кстати да, автор не умеет считать, Мэтту сейчас 14, предыдущие даты перепроверены и исправлены, где замечены. Мэтт за считанные минуты постарел на год, хотя ему и так почти тридцатка была. А вы живите с этим. Прим. Авт.)

Точно, послезавтра мой первый день рождения. Я совсем забыл про это, думать про это совсем не было времени.

— Так вот, — продолжил за супругу Джеймс, — тебе исполняется пятнадцать, и мы вполне можем объявить, что ты ифер, ведь у тебя была самоинициация.

Так вот, почему они не поправили лужайку на заднем дворе, я думал просто не до этого. А это, оказывается, доказательство!

— Это всё понятно, но что мне делать на приеме? Я ни с кем не знаком, не знаю как себя вести и что делать. Могли бы хоть предупредить заранее. — попытался я изобразить обиду.

— Прости Мэтт, — отчитаться решил сам глава рода, разведя руками. — Я думал, что Белла тебе сообщила. А она подумала, что я. Вот так и получилось. А как себя вести на приеме тебя должна была обучить миссис Литл.

— А-а-а! — осенило меня, так вот зачем такие ускоренные занятия по этике! — я и вправду сломал голову, не понимая, почему все мои занятия, что по этике, что по естественным наукам, что по спортивной подготовке. — А науки с физкультурой чем мне помогут на приеме? Планируется споры переходом в партер? — улыбнулся я.

— Вот про это мы и хотели с тобой поговорить. — улыбнулся моей шутке Джеймс. — Как ты знаешь, иферов у нас в королевстве немного, в сравнении с обычными людьми, всего десять процентов, но если посчитать, то получается чуть больше пяти миллионов человек. И это уже не так мало, да ведь? Это почти треть Лондона, если их собрать всех месте. Понимаешь, к чему я веду?

— Если честно, не совсем. — признался я.

Иферов на самом деле много, и королевство не могло просто так оставить такую силу на произвол судьбы. Поэтому все Иферы королевства находятся под контролем, И есть специальное Министерство по Эфирным делам, что руководит всем этим.

— всё еще не могу понять, к чему ты ведешь…

— Подожди, дорогой, ты не с того начал… — прервала мужа Белла, положив свою ладонь на его коленку. — Мэттью, в твоем возрасте дети должны общаться со сверстниками, дружить, влюбляться, гулять…

Я что-то совсем не понимаю ход разговора. Чем связаны министерство и дети… А-а-а! Они хотят отправить меня на учебу?

— Вы хотите, чтобы я учился в школе? — повторил я вслух вопрос.

— Не в простой школе, а в Итоне! — поднял указательный палец вверх Джеймс. — Там учатся лучшие из лучших, дети аристократии и дворян. Даже дочь принца Гарри, принцесса Шарлотта, поступила туда в прошлом году.

Хм-м. Неплохие планы у семьи. Я всеми руками за, конечно, вот только…

— А вы уверены, что я туда смогу поступить? Там наверно тяжелые экзамены, да и стоимость обучения возможно неподъемная.

— Ты, похоже, не совсем понял, Мэттью. Итон — школа для иферов, и принимают туда всех детей, к шестнадцатилетию способными оперировать Эфиром. Единственная сложность — это сдать экзамены по естественным наукам, литературе и физической подготовке.

— Три сложности — поправил я занудно.

— Ну, мистер Дорси высказался о тебе, как об очень перспективном ученике, Вилсон тоже говорит, что потенциал есть.

— Так вот к чему вы меня готовили! — понял я вдруг. — Вот какое поступление… — и заткнулся, вспомнив просьбу Вилсона.

— Ну да, хотели сделать сюрприз. — улыбнулась парочка доморощенных интриганов.

— Мдам-с, ну и сюрпризы у вас, сэр и леди… — сымитировал я злое лицо миссис Литл. И уже серьезно добавил — Прошу, в следующий раз, если ваши планы будут касаться и меня, предупреждайте заранее, иначе сюрпризом окажется, что я не захочу принимать участие в ваших планах.

***

— …иначе сюрпризом окажется, что я не захочу принимать участие в ваших планах. — сказал серьезно юноша, и встав с кресла, поклонившись, вышел из гостиной.

— Какой серьезный мальчик. — пробормотала Белла, поёжившись от пробежавших мурашек. — Иногда мне кажется, что он старше меня…

Джеймс, тоже ощутивший что-то, что заставило его молча проглотить претензию ребёнка, задумчиво кивнул.

— Наверно, тяжелое детство слишком рано заставило повзрослеть мальчика. Пожалуй, он прав, раз уж он часть нашей семьи, нужно делиться с ним нашими планами, особенно если они касается его. Иначе мы либо просто испортим отношения, либо вообще его потеряем.

— Ну ему всего четырнадцать, что он может решать? — вдруг воскликнула Белла. — Он же еще ребенок!

— Ребенок, который только что одной фразой отчитал тебя, а ты молча это съела! — прервал Джеймс начавшую было возмущаться женщину. — Как бы то ни было, мы теперь одна семья, и должны уметь договариваться.

— Даже?.. — не стала договаривать Белла, зная что муж её поймёт.

— Да, с Джей Купером я поговорю, пускай дети сначала познакомятся. А там уж посмотрим…

****

Начало приема затянулось. Гости начали приезжать в пять, последние приехали ближе к семи. Квентин встречал гостей у дверей, служанки бегали, следя за наемными официантами и за сервировкой столов, мы втроем с опекунами курсировали по гостям, стараясь пообщаться хоть немного, но со всеми. Я старался запомнить хотя бы глав родов или семей, но куда там, после десятого гостя я уже не помнил, с кем познакомился двадцать минут назад. Запомнил только такие фамилии, что так или иначе были мне более-менее знакомы с прошлой жизни: сэр Бонд, которого, к счастью звали не Джеймс, а Бенджамин, и занимался он импортом чая, баронет Дайсон, занимающийся промышленным оборудованием, и похожие на них люди. В гости на прием к нам пришли в основном дворяне и рыцари. Как объяснял Джеймс, звать на прием гостей, ниже твоего ранга на три или более ступени — показать, что не уважаешь гостей рангом равных тебе или выше и принижаешь их статус. А из высоких гостей была пара чопорных баронов и один пожилой виконт с сопровождающей его еще более пожилой дамой, который как раз и приехал последним. По словам Джеймса, это виконт Энфилд, владетельный пэр округа Энфилд, где мы, оказывается и живём. Вот к последнему мы и стали подходить, пока его не окружили дворяне, желая перекинуться парой фраз.

— Ваша Светлость. — Мы с Джеймсом неглубоко поклонились, Белла сделала реверанс. — Рады принимать вас в доме Виллис.

— Ну что ты, Джеймс… — голос сухого старика был как песок, такой же сухой и скрипучий. — Такой повод, такая радость для вашего Рода… — старый виконт как будто сперва пережевывал слова, пытаясь понять их вкус. — Да и давненько я не был у вас в гостях. Когда это было? — поднял он начавшие мутнеть серые глаза к небу. — Когда тебя объявили наследником? — вернул он взгляд на Джеймса.

— Да, Ваша Светлость, девятнадцать лет назад. — кивнул Джеймс, улыбнувшись.

— как быстро летит время… И вот сегодня ты сам уже представляешь наследника. — взгляд серых глаз упал на меня. — Юный джентльмен, вы готовы стать наследником этого молодого, но славного рода Виллис?

— Всегда готов, Ваша Светлость. — кивнул я, сдержав желание сделать пионерское приветствие и едва не улыбнувшись этому.

— Отрадно слышать эти слова, юный Виллис, отрадно. Мне, как человеку в летах, очень прискорбно видеть, что молодёжь сейчас не чтит традиции и… — дальше старик повел стандартную речь о потерянном поколении, о падении нравов и всё в таком духе, о чем любят болтать старики в любом из миров. Я изображал болванчика, стараясь кивать вовремя и изображая из себя стойкого оловянного солдатика. Впрочем, как и Джеймс с Беллой, что стояли и кивали в такт словам старика-аристократа. Я же украдкой разглядывал гостей, которых в гостиной было немало. На первый взгляд, человек пятьдесят курсировали по зале, общаясь и знакомясь друг с другом. Тут и там замечал молодых девушек, идущих в сопровождении, наверное, родителей. Так я и встретился взглядом с девушкой в алом платье. Девушка улыбнулась мне и отвернулась, а я продолжил изредка наблюдать за ней, находя по точеному силуэту в розовом платье, и по такого ж цвета банту, удерживающему непослушные, волнистые каштановые волосы, ниспадающие до плеч. Как я понял, девушка тоже изредка бросала на меня взгляд и в эти моменты наши взгляды пересекались, заставляя меня тонуть в её озорных желто-карих глазах, обрамлённых пушистыми ресницами.

Старик, похоже, заметил, что я его не слушаю.

— Эх, впасть в детство еще можно, а в юность — никогда! Идите, юный джентльмен, и будьте верны мечтам своей юности. И вы идите, Джеймс, не смею отвлекать вас от остальных гостей.

Воспользовавшись подвернувшейся возможностью, мы откланялись и продолжили блуждать по зале, то и дело останавливаясь для разговоров и знакомств.

— Доброго вечера, сэр Гаррисон, род Виллис рад видеть вас в нашем доме!

— Доброго, сэр Виллис, леди Виллис. Мы рады присутствовать в вашем приеме! Да и повод хороший! Это — юный Виллис?

— Верно, сэр Гаррисон. Позвольте представить, Мэттью Грей, наследник рода Виллис.

Я изображаю поклон, визави изображает радость знакомству и протягивает руку для рукопожатия, представляет для меня своих сопровождающих, обычно это жена и ребенок, несколько минут разговоров о погоде, о молодёжи, о ценах на пшеницу, затем прощания, заверения в дружбе, поклоны, и мы вновь втроем барражируем по морю людей в небольшом заливе нашей залы, то и дело причаливая к той или иной группе людей. И вот наконец мы остановились у четы, которую сопровождала моя знакомая незнакомка в алом.

— Джей!

— Джеймс! — мужчины поздоровались за руки, за ними повторили и женщины, я поклонился, девушка в алом сделала быстрый книксен.

— Ну как тебе вечер? — спросил Джеймс стройного блондинистого мужчину, которого назвал Джей.

— Давненько ты не устраивал таких больших приемов, Джеймс. — Улыбнувшись, мужчина похлопал моего опекуна по плечу. — И рад сообщить, что он вышел на славу!

— Спасибо, Джей. Какая причина, таков и прием! — Джеймс повернувшись, положил руку мне на плечо, немного выведя меня вперед. — Позволь представить, Мэттью Грей Виллис, будущий баронет Виллис, мой наследник! — пафос в словах Джеймса можно было мазать на сэндвич. — А это мой старинный друг, баронет Джеймс Купер, его супруга леди Камилла, и этот молодой цветок розы, мисс Элис.

— Дядя Джеймс! — смущенно произнесла девушка с алым бантом, и под хохот взрослых сделала реверанс, я поклонился ей в ответ, не отведя взгляда с её карих, с золотым отливом, глаз.

— Ну вы поболтайте, а мы тут свои, старческие темы пообсуждаем. — хохотнул Джеймс, который Джей Купер.

— Мы еще не старые! — воскликнули обе женщины, а Камилла даже стукнула кулачком мужа в бок.

— Я шучу, шучу, не надо рукоприкладства, хотя бы на людях! — восклицал мужчина, хохоча и шутливо отбиваясь от нападок жены, к которой присоединилась Белла.

Я же, как несмышлёный, стеснительный мальчик, стоял и любовался Элис.

— Ну привет. — произнесла она первой.

— Привет… — еле слышно прошептал я непослушными губами, млея от её звонкого, чистого голоса.

— Так и будем стоять? — через пару секунд молчания прозвучал такой приятный девичий голосок. А я мысленно встряхнулся. Какого чёрта! Я, взрослый мужик, стою распустив нюни перед девушкой, как будто первый день с армии. Сделал пару вдохов и выдохов. Соберись, Мэттью, мать твою, Грей. Не будь тряпкой!

— Прости, просто залюбовался. Ты веришь в любовь с первого взгляда?

Элис засмущалась так, что стала оттенять свое алое платье, опустила взгляд и произнесла:

— Нет…

— Тогда посмотри еще раз, — улыбнулся я своей самой обольстительной, как мне, во всяком случае, кажется, улыбкой, и принял позу Юлия Цезаря, пересекающего Рубикон.

— А ты смешной! — засмеялась она, и взяв меня под руку повела по зале в сторону фуршетного стола, куда направились наши родители.

После того, как мы подошли, наши родители переглянулись и улыбнулись друг другу.

Джеймс Сразу же подошел к нам.

— юная мисс, позвольте одолжить вашего кавалера на пару минут — и после кивка Элис, сообщил мне. — пойдем, Мэтт, пора сообщить гостям, настоящую причину приёма.

Мы вышли к небольшой трибуне возле камина, Джеймс обручальным кольцом трижды стукнул по бокалу в руке, что зазвенел нежным, но очень заметным звоном. Гости стали затихать и подходить ближе.

— Пэры и сэры, дамы и господа! Спасибо, что пришли на наш скромный приём! Мы очень рады поделиться нашей радостью с вами! Как многие из вас знают, мы с моей супругой не можем иметь детей, — по залу пошли шепотки, похоже знали не все. — и мы решили усыновить ребенка из приюта. Многие скажут, что это неправильно, но мы сделали выбор, и не прогадали! Позвольте представить вам, — Джеймс вытянул руку в мою сторону. — наследник рода Виллис и ифер первой ступени "Тиро", надежда и опора семьи, Мэттью Грей Виллис!..

Глава 13 Приём II и юношеские приёмы охмурения

— …надежда и опора семьи, Мэттью Грей Виллис!..

Зал застыл. Только какая-то женщина с строгом платье бежевого цвета и такого же цвета маленькой шляпке тихо ойкнула, что стало нажатием спускового крючка взведенного пистолета у виска тишины. Зал загомонил, переваривая новую информацию, появление ифера в роду было хоть и нередким, но знаменательным событием.

Виконт Энфилд, улыбаясь, медленно хлопал сухими ладонями, глядя на мальчика, что так удачно стал частью рода баронета Виллис. Он, как человек, имевший знакомство еще с дедом Джеймса и видевший, как род, только-только ставший дворянским, хиреет из поколения в поколение, был рад, такой улыбке Фортуны. Ведь ифер, отучившиеся в школе Эфира и отслуживший в армии три года может получить ненаследственный титул барона. А чем больше аристократов в его округе, тем лучше…

***

Элис стояла с приоткрытым от удивления ртом, его новый знакомый, который в будущем, по старому уговору её отца и Джеймса Виллиса, мог стать её мужем. Парень ей понравился еще до знакомства, она украдкой весь прием поглядывала на него и ловила ответные заинтересованные взгляды юноши. А его смущение при знакомстве показало, что девушка ему тоже симпатична. Но…

— Пап, а то, что он ифер, это не станет проблемой? — задала отцу, мучавший её вопрос.

— Почему? — приподнял бровь в удивлении бровь Джей Купер, — Джеймс всегда держит слово. Да и парень вроде заинтересовался тобой. Не так ли?

— Наверное… Я не знаю… Но если он отучится и отслужит, то станет бароном, и тогда заинтересованных в браке с ним родов будет больше, и не нашего полёта, аристократы…

К перешёптываниям присоединилась и Камилла, новая жена Джея и мачеха Элис.

— Дорогая, для того чтобы этого не произошло, тебе нужно успеть поженить его на себе до того, как он станет бароном. А как это сделать, я дам тебе несколько советов дома, хорошо?

— Да, маман… — кивнула девушка благодарно и повернулась в сторону трибуны, где стояли дядя Джеймс и Мэттью, и начала хлопать в ладоши, повторяя за гостями и стараясь попасть в такт.

***

Двое рыцарей и эсквайр, весь вечер общавшиеся в основном друг с другом, так как к аристократам подходить им не положено, сами аристократы их не знали и не горели желанием знакомиться, а из баронетов троица знала только Джеймса, который их и пригласил на прием. Вот они и стояли неприкаянные в дальнем углу гостиной залы, слушая речь их единственного знакомого баронета.

— Похоже, господа, не зря мы сегодня прошли на прием?

— Согласен с вами, Джеронимо. На таких мероприятиях побывать для нас… — обвёл он друзей взглядом, — честь и удача. Нужно поближе познакомиться и, возможно, сдружиться с Виллисом. Будущий баронский род в друзьях — это большое подспорье для нашего будущего.

Третий, эсквайр Макмиллан, просто кивнул. Он понимал, что для него, как эсквайра, стать даже рыцарем невелик шанс, а подружиться с аристократией — тем более.

***

Две пожилые дамы, пользуясь статусом баронесс и весьма почтенным возрастом, позволили себе выслушать обращение хозяина дома сидя на кушетке.

— Марджери, похоже, скоро появиться претендент на руку твоим правнучкам?

— Да брось, Хелен, мои золотца даже не посмотрят на этого вчерашнего баронета, тем более приемного…

— Ты же знаешь, даже если он приемный, то после ритуала он несет кровь своих опекунов и совершенно точно может считаться чистой кровью.

— Чистая кровь? У рода, которому всего двести лет? Не смеши мою седину, Хелен, откуда у молодого рода чистая кровь?

— Ну, говорят, что жена баронета, Белла, из древнего шотландского клана. Да и Виллисы, задолго до получения дворянского титула, были при королевской семье.

— Еще говорят, что Ла-Манш замёрз, а свиньи его перелетели. — тихо в веер расхохоталась Марджери. Хелен надув губы, изобразила обиду, и уже в сторону, едва слышно произнесла — Будет забавно, если он сам откажет твоим внучкам, вот тогда и увидишь летающих свиней. (Когда свиньи научаться летать “whenpigsfly”— эквивалент русского «когда рак на горе свистнет»/ Прим. Авт.)

***

После того как Джеймс объявил меня, мне ничего не оставалось, кроме как сделать пол шага вперед и поклониться. Что я и сделал под молчаливый взор гостей. Когда я поднял голову, они уже хлопали, перешептываясь между собой. Ага! Не ожидали! Это маленькая, но Первая ступенька к моему возвышению и величию рода! Тьфу ты, Мэттью! Что за пафос?! Наверное от Джеймса заразился.

Мы с Джеймсом еще раз поклонились, когда овации начали стихать, и направились к гостям. Первым нас встретил всё тот же старый виконт, Он пожал нам обоим руки своей холодной, костлявой и шершавой ладонью, но с теплом в сухом скрипучем голосе произнес:

— Удача — удел смелых, баронет Виллис, и я вижу, что вы схватили её за хвост. Смотрите не упустите её, эту капризную птицу. И если нужна будет помощь — обращайтесь, чем смогу — помогу. Воспитание молодежи — наша главная задача, как старого, мудрого поколения. И я буду рад, если в нашем боро появится еще один славный баронский род

(Боро — адм. единица города, как районы, Энфилд — это такой боро, их всего 32. Прим. Авт.)

— Благодарю, Ваша Светлость, за доверие. Постараемся ухватиться за хвост удачи покрепче.

Мы с Джеймсом еще раз поклонились и попрощались со стариком. Дрейфуя среди гостей и принимая поздравления, я тихо вёл разговор с опекуном.

— Джеймс, про что говорил тот старик?

— Ты про птицу удачи? — улыбнулся какой-то гостье он, затем взглянул на меня.

— Да нет, я про баронский род.

— А-а-а. — Джеймс вновь кивнул какому-то мужчине, проходя мимо. — Все Иферы после обучения и прохождения обязательной службы получают ненаследственный баронский титул, если такового не имеют, и, если еще чем-нибудь отличатся — титул может стать наследственным. Даже если твои дети просто будут иферами, то титул станет наследственным… Благодарю, сэр Финниган… Спасибо!.. — вновь отвлекся Джеймс, принимая поздравления от невысокого мужичка. — И вот если ты окончишь учебу в Итоне и отслужишь короне три года, то получишь аристократический титул.

Опять служить. Хотелось бы как-нибудь обойтись без этого. Но и огорчать Джеймса не хочется. Хотя, опять эти планы, про которые я узнаю постфактум. Не зная, как на всё это реагировать, я молча продолжил следовать за главой рода, пока мы не пришли к столу, у которого мы оставляли Беллу с семейством Купер.

— Ну, вы и удивили! — Джей Купер подошел и обнял за плечо друга. — Еще и молчал, как рыба. Мог бы хотя бы намекнуть старому другу. Надеюсь, наш уговор остается в силе? Мэтт, что скажешь? — мужчина вопросительно посмотрел на меня, Элис, стоящая за матерью, вновь мимикрировала под цвет платья.

— О чем вы, сэр? — о чем я еще не знаю? Меня такие дела, о которых я не знаю, но знают все вокруг, начали серьезно раздражать. Понимаю, что меня воспринимают как четырнадцатилетнего юнца, но настолько не доверять мне и не считаться с моим мнением — довольно сильно портит моё отношение к моему новому семейству.

— Давай об этом поговорим позже, — со смущением попросил Джеймс, — Такой разговор не стоит вести при гостях.

— Хорошо. — попозже, так попозже. Но это не значит, что я забуду про него. Пока отвлечемся на лучшую половину человечества. — Сэр Купер, вы позволите ненадолго украсть у вас Элис? Я Здесь мало кого знаю, и был бы рад, если меня будет сопровождать такая красивая девушка.

— Конечно! — расхохотался Джей, — идите погуляйте, дети. Но верни нашу дочь до десяти вечера, можно без руки и сердца! — продолжил смеяться он, пока не получил в бок от жены.

***

— Ну, что будем делать? — спросил я Элис, после третьего круга по гостиной. Если честно, настроение с этими загадками и интригами было на нуле, и единственное, что меня еще удерживала от того, чтобы покинуть приём, была Элис. Чувствуя, что у меня не то настроение, что было при встрече, при этом стараясь не ворошить тему наших внутриродовых отношений, девушка старалась отвлечь меня и заинтересовать разговорами. А я был не против.

— Ну не знаю… — девушка мило прикусила ноготок в задумчивости. — А ты чем обычно занимаешься в свободное время? Ну, где любишь отдохнуть? Я, например, люблю библиотеку, которую папан превратил в свою мастерскую. Там так приятно пахнет металлом… — Девушка сделала вид, будто наслаждается ароматом цветов.

— Никогда бы не подумал, что ты любишь металл. — улыбнулся я, представив, как Элис в черной одежде и вся в тату, слемится на концерте тяжелого рока. — А чем занимается твой отец?

— Ну-у, он что-то делает с двигателями, чтобы они ехали быстрее. Еще мой дед начал этим заниматься, когда участвовал в гонках.

Я остановился, словно врезавшись в стену. Джон Купер Воркс, двигатели, с которыми маленькие машинки Мини покорили ралли-мир. В моем мире комплектация МИНИ с шильдиком ДжиСиВи были самыми желанными и почитаемыми среди минипипл — сообщества любителей марки.

— А как звали твоего деда? — спросил я, чувствуя, как мурашки бегут вдоль позвоночника.

— Почему звали? Его зовут Джон, и он, слава Лорду, жив и здоров.

— Прости, я неправильно тебя понял. Это здорово! Наверно здорово быть внучкой великого человека?

— Великого? Ну не знаю, я не интересовалась историей его гонок. — легкомысленно встряхнула локонами Элис, — Да и не говорит он никогда о своих гонках. Он такой тихий и спокойный, как божий одуванчик. А хочешь, я тебя с ним познакомлю? — Элис резко повернулась она ко мне.

— Конечно хочу! — загорелся я идеей познакомиться с человеком, о котором я знал немало в прошлом мире и в какой-то мере восхищался. — Как договоришься с ним о встрече — позвони мне. Не хочу утруждать пожилого человека неожиданной встречей.

Девушка вновь миленько укусила кончик ногтя, задумавшись.

— Ты прав! Как только я договорюсь о встрече, я тебе позвоню. — тыкнула она пальцем мне в грудь.

— Спасибо! И раз уж мы возле этой двери, предлагаю посетить мое любимое место в этом доме. — указал я на дверь гаража.

— Гараж? Ты тоже любишь ковыряться в машинах? — глаза девушки засияли.

— Это тоже, конечно, — увильнул я от прямого ответа, — но мы с тобой пойдем вон туда. — указал я на проём на полу с лестницей, идущей вниз.

— Подвал? Серьезно? Мне стоить начать беспокоиться? — девушка изобразила испуг, затем засмеялась. — Если будешь меня убивать, лучше используй яд. Не хочу быть некрасивой после смерти. — произнесла она, когда мы уже спустились к дверям моей хижины.

— Нам сюда. — остановился я возле двери и повернулся к девушке, щечки который уже в который раз за вечер заалели.

— А что там? — девушку и вправду гложило любопытство, она теребила край своего алого платья в ладошках.

— Игровая комната. — я старался не засмеяться, вспомнив похожую сцену из прошлого.

— В лэптоп будем играть? — у Элис брови чуть приподнялись в удивлении и разочаровании.

Я всеми силами пытался удержать серьезное лицо.

— Помни, ты можешь уйти в любой момент… — Элис меня перебила.

— Да что там такое, Мэтт? — девушка всерьез забеспокоилась, смотря то на дверь, то на мое лицо.

— Я говорю серьезно, — я, подойдя к дверям, положил на одну из них руку. — Твои родители ждут тебя наверху, если ты вдруг передумаешь…

— Мэттью, открой дверь! — глаза девушки метались в беспокойстве и любопытстве.

Я толкнул двери, прошел вперед, и когда загорелся свет, сделал приглашающий жест рукой. — Добро пожаловать в мою игровую.

Девушка сделала пару шагов, зайдя в комнату, и стала озираться. Её взгляд бегал из одно предмета к другому, пока не остановился на стойках с гитарами.

— Ты играешь? — спросила она, повернув голову ко мне, сама направилась в сторону инструментов.

— Бывает… — пожал я плечами и последовал за ней, свернув только у барной стойки с холодильником. — Соку?

— Вишнёвый, пожалуйста, если есть.

Я хмыкнул и налил в два стеклянных стакана красного сока, думая, не перекрасить ли мне комнату в красный.

Девушка подошла к стойке с гитарами, дотронулась кончиками пальцев до головки грифа бас-гитары.

— Это бас-гитара. — пояснил я ей.

— Большая… — протянула она, и схватив за гриф, попробовала поднять. — и тяжёлая… — выдохнула она, опустив гитару на место. Затем перевела взгляд на барабаны.

— И ты на всём этом играешь? — повернулась она ко мне.

— Нет. — улыбнулся я, отмахнувшись. — Только учусь. — И, подойдя к Элис вплотную и вытянув руку за ее спину, где так удачно оказалась стойка, взял электрогитару, одновременно вдыхая запах её волос. Девушка осталась стоять, застыв и чуть прикрыв веки. Я усмехнулся про себя. Эх, молодо-зелено! Лишь об одном думают! Пройдя к барной стойке обратно, я уселся и начал дергать струны, не зная, что бы сыграть.

— Погоди! — вдруг остановила меня Элис, подняв руку. — Что ты сейчас играл?

Я с удивлением посмотрел на свои руки, пытаясь понять, что же я играл, и осознал, что, держа левой рукой стакан с соком, я просто выводил правой рукой на открытых струнах ту единственную мелодию, которую мог так сыграть. Металлику, блин. Которая уже давно гуляет по Сети.

— Да услышал в Сети песенку, вот её и играю. — решил я отмахаться на всякий случай. Хотя было желание тотчас ей спеть и признаться, что, мол, это я, тот красавчик на видео, чтобы завоевать девичье сердце.

Девушка с подозрительным прищуром посмотрела на меня, достала откуда-то свой телефон, (откуда?! У нее карманов же нет!) и начала что-то искать, быстро тыкая пальчиками на экран. Я так и сидел, держа в одной руке сок, второй придерживая гитару, стараясь не привлекать её внимания. Может, она, как рептилия, не видит неподвижные предметы? Что за бред лезет в голову. Кстати, как вообще она услышала и узнала мелодию, если гитару я даже не подключал.

Я поставил стакан на барную стойку и, перехватив гитару за гриф, направился к микшеру. Удивлять — так удивлять. Подключив всё как надо, уселся за компьютерный стул и повернулся к Элис, ожидая, когда она закончит ковыряться в Сети. Не дождавшись её, я начал вспоминать забавную песню про Элис, которая живет по соседству. Русский вариант я знал, поэтому и с оригиналом проблем не было.

— Сэлли позвонила и когда заговорила

Она сказала, Я полагаю, ты слышал

про Элис… — Девушка резко оторвала взгляд от телефона, с удивлением уставившись на меня.

— Я ринулся к окну и взглянул на соседний дом,

Я мог с трудом поверить сейчас своим глазам

Когда большой лимузин заехал к дому

Элис. — Девушка отложила телефон и так и осталась стоять.

— Не знаю почему и куда она уедет

Думаю, есть повод, но я просто не хочу знать

Потому что столько лет я жил в соседстве с Элис

Элис? Кто такая Элис?

Я столько лет ждал что выпадет мне шанс,

Сказать ей что я чувствую и увидеть её взгляд,

Теперь мне придется привыкать жить без Элис.

Элис? Кто такая Элис? — Элис тем временем начала улыбаться, топая ножкой в такт с гитарой.

— Росли мы вместе, гуляли вместе во дворе

Писали наши имена ножиком в коре:

Мэтт и Элис. — Девушка засмеялась, уже хлопая в ладоши.

— Сейчас она выходит и сядет в задний ряд,

И Лишь на миг я смог уловить ее взгляд…

Большой лимузин увозит далеко Элис. — слушательница в удивлении и недоумении даже перестала хлопать.

— Я не знаю почему и куда она уедет…

Думаю, есть повод, но я просто не хочу знать.

Потому что столько лет я жил в соседстве с Элис

Элис? Кто такая Элис?

Я столько лет ждал что выпадет мне шанс,

Сказать ей что я чувствую и увидеть её взгляд,

Теперь мне придется привыкать жить без Элис

Элис? Кто такая Элис? — последние фразы Элис уже пела сама, без меня.

Сэлли перезвонила и спросила как же я

И она сказала, я знаю как помочь

пережить уход Элис

Она сказала, теперь Элис ушла, но она еще здесь

Ты знаешь, все эти года было тяжело терпеть.

И большой лимузин скрылся — Девушка вновь надула щёки и скрестила руки на груди.

— Я не знаю почему и куда она уедет

Думаю, есть повод, но я просто не хочу знать

Потому что столько лет я жил в соседстве с Элис

Элис? Кто такая Элис?

Я столько лет ждал что выпадет мне шанс,

Сказать ей что я чувствую и увидеть её взгляд,

Теперь мне придется привыкать жить без Элис.

Теперь мне придется привыкать жить без Элис. — я допел коду и отложил гитару, любуясь реакцией Моей единственной слушательницы. Она всё еще дулась, но это выглядело так мило, что я не мог налюбоваться. Млчание продлилось почти целую миную, в течение которой Элис буравила меня взглядом.

— Значит и ту песню ты исполнял, да? А я думаю, кого ты мне напоминаешь!..

Глава 14 Прогулки полезны?

— Значит и ту песню ты исполнял, да? А я думаю, кого ты мне напоминаешь!..

— Ну да. — невинно улыбнулся я, глядя в глаза девушки.

Девушка долго смотрела на меня, нахмурив брови и скрестив руки на груди, затем затем прижала кулачки к щечкам, зарыла глаза и начала издавать звук похожий на закипающий чайник.

— У-и-и-и-и-и-и!!! Это же круто! Я наречена со звездо… О-ой! — девушка прикрыла ротик ладонями, со страхом и со страхом посмотрела на меня.

— Повтори… — тихо сказал я, встав с кресла. Сердце начало учащенно биться, выстукивая яростный ритм и наполняя мозг адреналином. Похоже мои опекуны всё таки не услышали мой совет по части планов, касаемых меня.

— Прости, Мэтти, это был секрет… — Я остановил её жестом руки.

— Никогда. Не называй. Меня. Так… — я сделала пару вдохов, пытаясь успокоиться. — Оставь меня, пожалуйста. — моя романтичное настроение смыло бушующей волной злости вперемешку с обидой. Я стоял, прикрыв глаза, пытаясь унять ту бурю эмоций, поглотивших мои мысли.

Элис, видя мое состояние, тихо подошла, поцеловала меня в щеку, прошептала "прости" и умчалась прочь, оставив меня одного.

Чтобы чем-то занять себя и успокоиться, я начал прибраться в хижине: помыв, убрал стаканы, выключил всю технику и уселся на диван, обхватив голову руками. Я не знал, как реагировать на действия приёмных родителей. С одной стороны, они считают меня ребенком, который ничего не смыслит во взрослых делах, с другой стороны, позволять решать за себя я не хочу, я всё-таки не мальчик, хоть и выгляжу таковым. Но даже в пятнадцать лет ребенок должен хоть как-то планировать свою судьбу. Если сейчас они решили в какую школу мне идти, решили, что обязан отслужить, чтобы получить аристократический титул, то дальше что? Они уже решили на ком мне жениться!..

Гнев вновь овладел моим сознанием. Я резко вскочил с дивана и даже не закрыв за собой дверь, выбежал из подвальной комнаты в поисках опекунов. Мэттью, мать твою, Грей! Почему у тебя в жизни одни загадки, интриги и манипуляторы, а? Что ты сделал в жизни, чтобы огрести столько проблем на свою детскую тушку?!

Я шел быстрым шагом к гостиной, когда навстречу мне вышел Квентин.

— Юный лорд, вас ожидают сэр Джеймс и леди Белла в малой трапезной. Прошу за мн…

— Да знаю я, где эта трапезная! Сам дойду. — мне было совсем не до любезностей. Обойдя дворецкого, я продолжил свой путь, с каждым шагом чувствуя, что злость во мне только усиливается. Вошел я в трапезную уже достаточно накрутив себя. Встал напротив сидящей с чашками чая четы, не зная с чего начать.

— Мэттью, нам надо поговорить, присядь. — Джеймс посмотрел на меня с толикой удивления.

— Уже привыкли, что я беспрекословно слушаюсь команд? — я, как будто, сам специально придавал словам мужчины другой смысл, чтобы еще больше взвинтить себя.

— О чем ты, Мэттью? — Белла отставила чашку, и начала вставать из-за стола.

Я приподнял руку в отрицании и сделал шаг назад.

— Почему вы решаете всё за меня? — начал я говорить, стараясь не заводиться, но получалось слабо. — Почему даже не советуетесь со мной? Школу выбрали за меня, служить тоже уже готовы отправить… Да даже невесту мне нашли, поставив меня перед фактом.

— Мэттью, дела рода… — начал было Джеймс, но услышав начало его фразы, меня как будто током дернуло.

— Дела рода? Настолько секретные, что я должен узнавать об этих делах с третьих рук? — Меня начало трясти от ярости. — Может для пользы рода мне надо будет умереть, и я узнаю это только из газет? Конечно! Он же маленький мальчик! Да еще и простолюдин с величайшей милости принятый в род! Челядь! Что он может знать о делах рода?! Знаете, что? Если вы хотели завести послушного мальчика, бегающего на задних лапках по вашему приказу и не лезущего в дела хозяев, завели бы себе щенка!

Я развернулся и быстрым шагом направился прочь, мечтая выбраться подальше из этого поместья.

***

— Хм-м… М-да… — Джеймс сидел задумчивый. Разговор, переросший в истерику Мэтта выбил его из колеи. Да еще и после приёма, который выпил всю энергию мужчины.

Белла сидела, глядя на одну точку в стене, не замечая, как её слёзы стекают по накрашенному лицу, смывая тушь и оставляя грязно-черные следы.

— Он же прав… — вдруг тихо произнесла она.

— Да… Но нас воспитывали по-другому. — Джеймс не хотел верить, что делает что-то не так.

— А его воспитывали не как нас.

— Наверное в приюте…

— Да при чем здесь приют?! — женщина, похоже, была близка к истерике, её голос дрожал. — Забудь, что он из приюта! Теперь он наш сын, а значит и дворянин. И ему, как будущему главе нужно быть ответственным!

— Вот именно! — теперь уже вспылил Джеймс, даже привстав со стула. — Я как мужчина, ответственный за род, должен принимать решения для пользы рода! А он… — мужчина сдулся и сел обратно. — Если это полезно для рода, то нужно следовать указаниям главы.

— Джеймс, ты же только вчера говорил, что он тоже часть рода, и даже твой наследник. Чему мы его научим, заставляя только исполнять приказы и ставя перед фактом наших решений?

— И что мне теперь делать? — Джеймс и сам понимал, что не прав, но принимать не хотел. — Если я пойду и извинюсь, это что-то исправит? Или он, наоборот, сядет нам на шею и, свесив ноги, будет нами сам командовать?

— Я не знаю, дорогой. — вздохнула Белла. — Наверное, мы всё же не были готовы стать родителями. Мэттью прав, надо было начать с собачек…

— Ну уж нет! С собакой я бы точно не гулял по вечерам. — угрюмо хохотнул Джеймс, хотя и понимал, что шутка неуместна, но пытаясь немного снизить напряжение в трапезной.

***

Я шел по широкому тротуару, не разбирая, куда иду. Ночь уже вступила в свои владения, и только столбы желтого света уличных фонарей вдоль дороги освещали мне путь. Холодный ночной воздух первых дней мая пробирал до мурашек — мой твидовый костюм довольно слабо ему сопротивлялся. Но была и польза от прохлады, она остужала мою кровь и успокаивала мысли. Я начал понимать, что вспылил, повел себя как подросток, как непослушный ребенок. Но почему? Я же понимаю, что я сам так никогда бы не сделал. Попытался вспомнить свою прошлую жизнь в том же возрасте. Вспоминалось всякое — первые глотки алкоголя, попытки покурить, поцелуи с девушками и драки в подворотне с незнакомыми ребятами, которые потом становились друзьями или приятелями. Получается я в прошлом не вел себя так? Не ругался с мамой? И тут вспомнил, как я кричал на приемную маму, уже даже не помню причины, а она только грустно улыбнулась тогда, подошла, обняла и сказала: «это пройдёт, это такой возраст» … Неужели и в этом теле меня ждёт такое же? Переходный возраст не даст фору даже тому, чьей душе уже тридцать? Бр-р-р, эти прыщи, эти мокрые…

— Эй, смарти, куда спешишь? — в мои размышления ворвался чей-то голос.

Я остановился и оглянулся. НА том же тротуаре по которому я шел, стояли, переговариваясь и ухмыляясь пятеро довольно молодых, неброско одетых парней на вид чуть старше меня.

— Это вы мне? — спросил я, понимая, что обращаться, кроме меня, в этой пустой ночной улице не к кому.

— А ты еще кого-нибудь видишь рядом? — подтвердил мои мысли самый высокий и широкий из парней, скорее всего главный в их кампании.

— Ну вижу пятерых пи***ов. — Да что с тобой сегодня не так, Мэтт?!

— А ты дерзкий… — зло ухмыльнулся главарь. — Думаешь, раз ты красиво одет, мы тебе морду об асфальт не размажем?

Да будь что будет.

— А ты попробуй, чучело. — я сделал шаг к группе парней.

— Ну коль юный господин просит… — ощерился этот высокий. — Пацаны, гасим его!

— Себя погаси, дебил… — я в три шага разбежался и прыгнул ногами вперед, целясь в грудь говорливого. Не попал. Мне в воздухе прилетело в бок чьей-то ногой, и я упал.

— А ты прыткий, смарти, но не на тех рыпнулся. — парень замахнулся ногой в попытке пнуть меня в бок.

Я резко подскочил и встал на ноги, избежав пинка. Доигрались, утятки. Я подал эфир в тело, чувствуя, как боль немного отпускает, а мышцы обретают лёгкость. В один прыжок оказываюсь вплотную к главарю и с разворота бью левой в печень, одновременно правим локтём заблокировав удар правого от меня парня, который неплохо пинается.

— Сука!.. — хрипит главный и падает на колени, пытаясь вдохнуть воздух.

Я порываюсь уработать правого, но сзади кто-то обхватывает меня, прижав мои руки к телу. Двое парней передо мной начинают наносить удары по лицу и в живот. Главарь хрипит на тротуаре, матерясь и призывая прикончить меня. Один держит сзади. Где пятый?! Я, пользуясь тем, что голова обхватившего прямо за мной, бью со всей силы затылком назад. Слышится хруст, захват ослаб и пропал совсем, я бью правой в кадык одному, пинаю промеж ног второго. Слышу крик бегущего человека сзади, начинаю оборачиваться, но не успеваю. Взрыв боли в голове, взгляд мутнеет, красные круги застилают обзор и я, сделав пару шагов вперед в попытке сохранить равновесие, падаю лицом вниз, но не долетаю, сознание меркнет. «Пятый!»- проносится последняя мысль в пульсирующей от боли голове и меня принимает мрак.

***

Перед глазами из тьмы всплывает странная картина.

Темноту салона быстро едущей машины на мгновение развеивает желтый уличный свет, затем вновь темнота и снова свет. В этом мельтешении не могу разобрать лицо женщины, сидящей со мной на заднем кресле. Женщина вела себя нервно, оглядывалась назад, торопила водителя, который молча гнал машину, как будто пытаясь оторваться от преследования. Я не мог понять, что происходит, тоже стал озираться по сторонам. И тут услышал слова женщины:

— Мэтти, не вертись, скоро доедем. — По её интонации казалось, что она и сама не верит в то, что говорит. — Скоро приедем, и всё будет хорошо… — и, повернувшись к водителю. — далеко еще?

— Госпожа, они нас догоняют, не могу оторваться! — низкий голос мужчины тоже выдавал его нервозность. — Сейчас свернем на Чаффорд, там попробую затеряться во дворах или на пирсе в Грейс. Держитесь! — машину наклонило на левый бок, и я, соскользнув со своего места, прижался к женщине, которая обняла меня правой рукой, левой же схватилась за ручку над дверью.

— Не бойся, Мэтти, скоро всё закончиться… Скоро всё будет хорошо… — причитала женщина, прижимаясь губами к моей макушке. Тут послышались хлопки, брызнули осколки стекла заднего окна, машину сперва склонило направо, а потом сразу занесло. Женщина обеими руками схватила меня, прижав вплотную к себе и мир закружился. Нас перевернуло пару раз, пока мы не остановились колёсами вверх. Шум бьющегося стекла и скрежет металла по дорожному полотну стих, и настала тишина. Женщина, не отпустившая меня, даже когда машину разматывало тонким слоем по дорожному покрытию, тяжело дышала в попытках привстать и освободить мое тело, застрявшее под ней.

— Мэтти, ты в порядке? — прошептала она, чуть приподнявшись и дав мне немного воздуха для вдоха. — Давай, малыш, выйдем… Тревор, ты как? — в темноте было непонятно, к кому она обращается, но, наверное, к водителю, который так ей и не ответил.

— Тревор?.. Тревор!.. — женщина так и не дождавшись ответа, начала выбивать остатки стекла на двери машины. Когда оконная рама освободилась от стекла и пленки, Женщина ногами вперед начала протискиваться в него.

— Мэтти, выходи, давай, малыш, дай маме руку… — женщина, называвшаяся моей мамой, засунула руку в салон и, схватив меня за одежду на груди, вытащила из салона через тот же оконный проем. В это время послышался скрип тормозов и под светом фар остановившейся машины я смог разглядеть женщину рядом. Она как раз встала и поправила платье, которое когда-то было белоснежным, а теперь зияло прорехами, открывая вид на бледную фарфоровую кожу, местами покрытую кроваво-красными следами ран и кровоподтёков. Золотистые короткие волосы растрепаны, пару локонов, смешавшись с кровью, стекающей с раны над бровью, прилипли к лицу, разглядеть которое я так и не смог.

Дверь остановившейся машины хлопнула и послышались медленные шаги. Свет фар перекрыл силуэт высокого стройного мужчины в цилиндре и с тростью в руках.

— Ваше Высочество, куда же вы так спешите? В начале мая в Лондоне дождливо, вам следовало ехать аккуратнее. — голос мужчины был издевательски учтив а речь текла медленно, словно дёготь.

— Ублюдок… — процедила сквозь зубы женщина, пряча меня от мужчины за собой.

— Полноте, мэм, мы оба знаем, кто есть кто. Кстати, что это за мальчик прячется за мамой?

Я хотел выглянуть и посмотреть на мужчину, но женщина рукой задвинула меня обратно.

— Мэтти, стой за мной… Всё будет хорошо… — успокаивая скорее себя, нежели меня, произнесла женщина.

— Мэтти, значит? Ну что ж. Мне повезло! Закончу все дела здесь и сейчас… — мужчина начал медленно двигаться в нашу сторону.

— Ты не посмеешь! — яростно крикнула женщина, сделав шаг вперед. — Я не позволю!..

— Вы, мэм, слишком высокого о себе мнения, не так ли Мэтти? Эх Мэтти, Мэтт, Мэттью…

***

— Мэттью… Мэтт, очнись!.. — из сна меня выволокли чьи-то тормошения. Открыв глаза, я увидел Джеймса, сидящего надо мной и положившего мою голову себе на колени. Свет уличного фонаря бил мне в лицо, голова всё еще пульсировала болью. Сколько я так пролежал? Судя по всему, не очень долго. Я потрогал голову и нащупал большую шишку на макушке, ощутив усилившуюся боль. Еще и этот странный сон не уходил из мыслей. Что это было? Открылась часть памяти Мэтта, о чем он и предупреждал? Что-то не согласен я раскрывать его тайны с помощью ТАКИХ терапий. Как говориться, «ну на*ер»!

— Как ты? Что случилось? — Взволнованный голос Джеймса вернул меня из размышлений.

— Нормально, — прокряхтел я, сделав попытку встать. Не получилось и моя голова вновь упала на его колени. — только голова немного болит.

— Потерпи немного, сейчас приедет скорая, и помчимся в больницу. — мой опекун стал озираться по сторонам. — Констебль, когда прибудет карета скорой? — обратился он к человеку, укрытому от моего взгляда.

— Скорая будет с минуты на минуту, сэр Виллис. — ответили ему.

— Потерпи, Мэттью, скоро все будет хорошо… — Джеймс погладил меня по голове.

— Джеймс, всё в порядке. — я снова попытался встать, но голова закружилась и я лег обратно.

— Лежи, лежи… Что с тобой случилось? — Джеймс постарался поудобнее расположить мою голову, задев шишку. Я вскрикнул от неожиданности и резкой боли. — Ой, прости, случайно.

— Всё нормально. — выдохнул я. — Хулиганы…

— Сэр Виллис, позвольте задать пару вопросов потерпевшему. — У моих ног появился человек с котелко, со знаком полиции на кокарде, на голове и в тёмном мундире с накрытым поверх него зеленым светоотражающим жилетом.

Джеймс повернулся ко мне с вопросом во взгляде. Я кивнул.

— Я эсквайр Джош Престни, констебль Лондонского боро Энфилд. Вы можете сообщить, что случилось?

Я рассказал всё, избегая подробностей про то, что сам первым напал, и про то, что использовал Эфир. Не знаю почему, но показалось, что лучше будет про это умолчать.

Констебль задал пару уточняющих вопросов про группу хулиганов и их приметы, которые я мог запомнить, записал все мои ответы в блокнот и удалился, пожелав скорейшего выздоровления. К этому моменту подъехала и скорая, в которую Джеймс и проводил меня, обняв под рукой, тем самым не давая мне упасть от головокружения.

Начало пути мы проехали не разговаривая. Я лежал на кушетке, а Джеймс сидел на скамейке возле медика, который осматривал меня, проверяя реакцию зрачков, другие рефлексы. Затем доктор положил мне на голову компресс и успокоился.

— Слава богу, всё обошлось… Есть легкая черепно мозговая травма, в больнице вас осмотрит хилер-травматолог и после процедуры лечения всё пройдет. Острый период, это пять-семь дней после лечения лучше отказаться от физических нагрузок, стрессов и каких-либо иных напряжений. ДАльнейшее лечение вам объяснит доктор. Но, скорее всего, последствий никаких не будет. А пока мы добираемся до больницы, давайте заполним анкету. Имя фамилия, дата рождения?..

Джеймс стал отвечать за меня, правильно решив, что мне немного не до этого.

— Мэттью Грей, род Виллис, третье мая тысяча девятьсот девяносто девятого года.

Врач поднял взгляд с бумаги и с удивлением посмотрел сперва на свои наручные часы, затем на меня.

— Интересно у вас начинается праздник… Ну что ж, с днем рождения, Мэттью Грей Виллис!..

Глава 15 Привет?!

В больнице пожилой доктор с козлиной бородкой отпустил меня через пятнадцать минут. Осмотрев шишку на голове, приложил руку на шишку, подержал секунд тридцать, удовлетворенно хмыкнул и, повторив рекомендации врача скорой помощи, отпустил домой, назначив контрольный осмотр через неделю и подарив мятную конфету в честь дня рождения. Я смог спокойно встать с кушетки, на которой меня и прикатили до кабинета доктора, и поблагодарив хилера, я вышел в коридор.

— Мэттью!.. — ко мне подбежала Белла с опухшими от слёз глазами, схватила за плечи, пристально и обеспокоенно осмотрела мое лицо, и, не найдя следов побоев, крепко обняла меня.

— Мы так за тебя волновались, Мэтт! Прости нас, пожалуйста… Прости… — женщина вновь заплакала, обнимая меня и гладя по волосам.

Меня такое отношение очень смутило. Не зная, как реагировать, я крепко обнял Беллу, прижавшись к ней всем телом, и положив лоб к её плечу. Глаза защемило, в уголках начали собираться слёзы. Да чтоб тебя, Мэттью, мать твою, Грей! Не реветь! Я мягко, с неохотой, освободился от объятий женщины, и отвернувшись, постарался незаметно вытереть влагу с лица.

— Давайте поедем уже домой. — Подошедший Джеймс положил свои руки нам на плечи, Белла прижалась к его боку, платочком вытирая слёзы и тихо хныкая. — День был очень непростой, а у нас еще день рождения завтра…

— Уже сегодня… — тихо прошептала Белла, улыбнувшись заплаканным лицом. — С днем рождения, милый! — она обняла нас обоих с Джеймсом, прижав к себе.

***

Утро выдалось солнечным. Солнечный луч, пробившись сквозь только-только распустившиеся листочки дуба, что рос под моим окном, посветил мне прямо в лицо, заставив меня расчихаться сквозь сон. Я укрылся подушкой в попытке спрятаться от вредного ультрафиолета. Но сон ушёл, вместе с ним ушло и желание нежиться в кровати. Подскочив с неё, по привычке начал делать утренние упражнения, пока не вспомнил, что врачи запретили активную деятельность. Вздохнув, скорее облегченно, чем огорчённо, поплёлся умываться, по пути заметив на «слуге» готовый комплект белья, и… Что?! На жердочках, вместо уже привычного мне костюма-двойки, висели джинсовые брюки, белая футболка с длинным рукавом и тонкий серый пиджак. Заканчивали композицию белые кроссовки на высокой подошве. Я встал как вкопанный, не понимая, что это значит. За неделю, что я провел в доме Виллис, я привык, что с утра меня ожидает строгий твидовый либо хлопковый костюм и неизменные туфли. Мне сделали поблажку в честь дня рождения? Или это ответочка за вчерашнее, с отсылкой на то, что я не очень-то и дворянин? Если миссис Литл увидит меня в таком виде, точно схватится за сердце, затем за розги. И второго я побаивался серьезно. Ведь, как оказалось, порка — это вполне хороший и правильный, с точки зрения жителей этой Британии, способ воспитания. Задумавшись, не заметил, как Квентин вошел в комнату.

— Доброе утро, юный господин.

Я аж подскочил от неожиданности. Увидев дворецкого, выдохнул.

— Здравствуйте, Квентин. Скажите пожалуйста, — я указал на «слугу» — мне сегодня нужно надеть это?

— Леди Белла подумала, что вы устали носить ежедневно строгую одежду, и предлагает вам сегодня одеться свободно. Если юный господин против, то ваш костюм будет готов в течении пяти минут. — пожилой старик, стоящий прямо, как всегда, и сцепивший руки за спиной, с ожиданием уставился на меня.

Как забавно, в прошлом мире для меня такой комплект был что ни на есть самым строгим, офисным вариантом. А свободная одежда — это любая футболка, которая не воняет, и джинсы, в которых уже стыдно ходить на работу. Другой мир — другие нравы.

— Спасибо, Квентин, я последую совету леди Беллы. — я кивнул дворецкому и направился в ванную комнату. Тоже интересное наблюдение, что сделал только что: моя комната, вместе с ванной и гардеробной комнатой чуть больше моей однушки в прошлом… Хм-м. Что-то я сегодня подался в ностальгию. Хотя какая ностальгия… Серая квартира в сером доме, из окна которого видны только вечно серое небо и такие же серые девятиэтажки. И беспросветно серое будущее, которого, слава кому-то, не случилось. Я только сейчас, вспомнив свою, в общем-то, серую жизнь, понял, что рад тому, что оказался здесь. Мне нравится новая жизнь, новая родня, еще вот Джи бы забрать и вообще будет здорово. Даже несмотря на такие ситуации как вчерашняя драка, заскоки опекунов и секреты прошлого, мне нравится новый я. Я неожиданно расхохотался, стоя под струёй горячего душа. Вместе с утекающей водой с меня вымывалась вся серость, пришедшая за мной из прошлого.

***

Белла не знала куда деть руки. Они сидели с мужем за столом в трапезной, ожидая Мэттью, который, как сообщил Квентин, спустится с минуты на минуту. Белла нервничала из-за вчерашней ссоры, из-за драки, в которой Мэтт мог сильно пострадать, но слава Лорду, всё обошлось визитом в больницу. Вспомнив, как вчера ночью позвонил констебль и сообщил, что патруль нашёл бессознательное тело мальчика на Ривер вью, лицо женщины нахмурилось, а ладони схватились за скатерть до побелевших костяшек пальцев. Что она пережила в тот момент, знает только она и Троица, которой Белла молилась до тех пор, пока Джеймс, который сразу после звонка поехал к Мэттью, не позвонил и не сообщил что всё в порядке, и они едут в больницу Чейз фарм, куда за ними она и поехала. А сейчас Белла не знала как встретить мальчика. Ей казалось, что если положит руки на стол, то будет выглядеть агрессивно, а если опустит под столешницу, то покажется скрытной. Женщина вздохнула и опершись на спинку стула, скрестила руки на груди, но тут же отпустила, боясь показаться закрытой. Она со злость посмотрела на Джеймса, который непринужденно сидел, положив ногу на ногу и почитывая утреннюю субботнюю газету.

— Ты совсем не волнуешься, да? — сжав губки спросила она.

— О чём, булочка? — мужчина с удивлением приподнял одну бровь и опустил край газеты.

— Сейчас спустится Мэттью, увидит, что ты тут газетку почитываешь и снова обидится.

Вторая бровь Джеймса догнала первую.

— С чего это ему обижаться? — Джеймс, аккуратно сложив, отложил газету на край стола. — Булочка, вчерашний эпизод — это просто проявление того, что Мэттью взрослеет.

— При чем тут взросление? — не поняла Белла.

— Ну ты вспомни, как ты себя вела в подростковом возрасте. Все эти перепады настроения, истерики, попытки показать себя взрослым — это всё признаки переходного возраста.

— Откуда это ты вдруг всё понял? — с прищуром взглянула она на мужа, который никогда не разбирался в психологии, особенно в детской.

Джеймс смутился, отвел взгляд, затем пробормотал. — Ну, спросил у знакомого…

— Дорогой, ты что-то от меня скрываешь? — Белла почуяла, что ей недоговаривают.

— Всем доброе утро! — в трапезную вошел Мэттью, не дав Белле возможности вывести мужа на чистую воду.

***

Из душа я вышел как будто новым человеком. Хотелось просто улыбаться, петь и плясать. Одевшись в «свободную» одежду, я покрутился перед зеркалом во весь рост, удовлетворённо кивнул своему отражению и пошёл в трапезную, на ходу напевая какую-то весёлую мелодию.

— Всем доброе утро! — произнёс я радостным голосом.

В комнате, скромно называемой малой трапезной, меня встретила странная картина: смущённый Джеймс, прячущий взгляд от нахмурившейся Беллы, нависшей над столом.

— Ой, привет, Мэттью… — женщина почему-то тоже смутилась, одернула одежду и встала из-за стола. Я с небольшим удивлением отметил, что чета Виллис, как и я, щеголяют в джинсах, кроссовках и легких свободных пиджаках, разве что у Беллы он был розовенький и с коротким рукавом, а на Джеймсе, который тоже встал из-за стола, практически черный однобортный пиджак без подкладки, полностью расстегнутый.

— Привет… — кашлянув, произнес Джеймс, — С днем рождения! — он подошел ко мне и протянул руку, которую я с недоумением пожал. Белла взглянула на мужа с нечитаемым выражением, произнесла: «Сухарь!» и подойдя ко мне, обняла, расцеловав в обе щеки.

— С днем рождения, милый! Пусть все беды останутся в прошлом, а мы всегда будем с тобой рядом! И пусть Триада пребудет с тобой всегда!

— Спасибо… — меня даже немного смутили объятия Беллы.

— Вот так надо поздравлять, тиран ты домашний! — с наигранной злостью погрозила пальцем женщина, на что Джеймс лишь пожал плечами, хмыкнув.

После праздничного завтрака, в котором служанка Люси обрадовала нас удивительно вкусным баноффи, мы расселись в гостиной в привычном для нас месте у камина.

Я хотел начать разговор, но опередил меня Джеймс.

— Мэттью… — мужчина прокашлялся. — Мэтт, прости меня, пожалуйста. Ты вчера во многом был прав. Мне не следовало принимать решения, напрямую связанные с тобой. Я, наверное, еще не совсем свыкся с ролью родителя. Я не знаю, что значит быть отцом…

Я хотел было его остановить, но мужчина поднял руку, прося возможности договорить.

— И я, честно, постараюсь исправиться. Я рос в ежовых рукавицах и привык, что слова главы рода — закон, хотя теперь и понимаю, что это не всегда так. В первую очередь я хочу быть родителем, а не главой. И очень прошу и надеюсь, что ты поймёшь и простишь меня.

Я слушал уже не пытаясь перебить, и думая, как ответить. Я его уже простил, когда он примчался выручать меня посреди ночи, и увидев, как он переживает за меня. Я молча встал, Джеймс повторил за мной. Подойдя к нему, я обнял мужчину. Тот сначала замешкался, но затем всё-таки заключил меня в объятия.

— Спасибо, Джеймс. — я отошел от него, освободившись от объятий. — Я тоже хочу извиниться перед вами обоими. Вчера я наговорил много лишних слов, и повел себя неразумно. В последнее время я как будто катаюсь на эмоциональных качелях, возможно из-за наступления переходного периода. — я пожал плечами, разведя руки в стороны. — И возможно такое будет повторяться, прошу заранее отнестись с пониманием, хотя я буду стараться держать эмоции в узде.

— Вот! — Джеймс повернулся к Белле. — Я же говорил, что это переходной возраст! Ничего страшного, Мэтт, мы понимаем и принимаем твои извинения. И поможем, чем сможем.

— Спасибо. — я поклонился опекунам. Они оба кивнули.

— И всё таки, Джеймс, с кем ты там успел проконсультироваться?.. — вдруг спросила Белла, глядя на огонь в камине. А в глазах её отражались языки пламени…

***

Когда, судя по взгляду Беллы, запахло жареным, я ретировался к себе в хижину, отмазавшись тем, что нужно доделать задания мистера Дорси. На меня уже никто не обращал внимания, так что я благополучно улизнул. Сегодня я хотел сделать себе подарок, запустив сайт-видеохостинг в бета-тестовое плавание. Сервером пока послужит домашний лэптоп, памяти точно должно хватить на месяц-два, если вообще сайт будет пользоваться популярностью. Для раскрутки я придумал самый простой из возможных, но гениальный по сути, план. Я выложу свои видео с песнями. Раз песня «иное не важно» стала популярной, то я решил воспользоваться этим, выложив клип с хорошей аудиодорожкой и полностью, а не то обрезанное безобразие, которое было снято на телефон с большого расстояния через щель в двери. И эту мутное хоум-видео еще и крутят по TV!

Запись не заняла много времени. Я просто поставил телефон с включенной камерой напротив барной стойки, посчитав его самым симпатичным фоном, что есть в хижине, сам повернулся спиной к ней, и сделал пару дублей с двух ракурсов. В одном видна только спина, во второй только гитара и руки. Просмотрев запись, удостоверился, что лица или чего-либо еще, раскрывающего мою персону, в камеру не попало. Запись самой песни прошла еще в пару дублей. Сначала попробовал записать сперва гитарную партию, поверх него голос, но не понравилось — не та подача. Помудрив еще с полчаса с микшером, микрофоном и настройками комбоусилителя, добился нужного звучания и записал вместе и голос, и гитару. Сведение заняло практически десять минут, делов-то — свести видео со звуком, наложить немного реверберации и эквалайзера для звучания и вывести готовое видео. В начале и в конце видео вставил название сайта с девизом, которые благополучно скопировал из прошлого мира.

Подключил сайт к хостингу, где давали пробный период в семь дней. Сайт, конечно, получился страшненький, угловатый, но зато ничего лишнего не бросалось в глаза. Хотя и видео ни одного ещё не было. Загрузил своё видео, подписал название, в описании добавил адрес почты с пометкой «для рекламы». Готово. Ну, мир, держись! Я обязательно тебя покорю!

Оставшийся час я просидел в сети, просто бродя по сайтам и форумам, не зная, чем себя занять. Попробовал позвонить рыжей, та так и не ответила. Затем вспомнился тот странный сон, или видение, или память прошлого Мэттью. Как ни странно, весь эпизод сохранился в памяти практически как фильм, единственное что выбивалось из колеи — лица. Ни лица того мужчины, ни лица матери Мэтта я не помню. Вместо лиц — серый туман. Я еще раз вспомнил всё, что слышал и видел в видении и решил записать всё это по пунктам. Машина, трое людей в ней. Водителя зовут Тревор, точнее звали, скорее всего он либо умер при аварии, либо получил пулю или нечто иное, что разбило заднее стекло, после чего машину повело и перевернуло. Женщина представилась матерью Мэттью, и называла его Мэтти, возможно, кстати, это причина такой нелюбви к этому имени — оно напоминает ему о матери. Что еще? Мужчина с тростью, который преследовал нас, назвал женщину «Ваше высочество» и «мэм». А это определенно сужает круг поисков. Это либо принцесса, либо герцогиня. А возможно, мужчина в цилиндре просто издевался, но сбрасывать со счетов его слова не стоит. так же он упомянул время — начало мая. В это время, точнее третьего мая две тысячи первого года, ровно тринадцать лет назад, я попал в приют. Еще, что-то мне подсказывает, что мать Мэтта была знакома с нападающим. Тоже зацепка. Машина напавшего в темноте была неразличима. А та, в которой ехали Мэтт с матерью, была уже похожа на груду лома металла. Без зацепок…

Меня отвлек звонок от Беллы.

— Милый, можешь подойти в гостиную?

— Да, леди… Что-то случилось? — я заволновался, услышав женский голос с непонятными мне интонациями.

— Нет, Мэтт, всё хорошо, просто… Мы ждем тебя в гостиной. — и связь прервалась.

Я выключил лэптоп, сохранив записи, и в быстром темпе направился в дом. Там что-то необычное, судя по голосу Беллы.

Зайдя в гостиную, первое, что я увидел это куча разноцветных шаров. Я успел подумать, что староват для таких дней рождения, пока на меня не накинулось рыжее чудо.

— Мэ-е-еттью-у-у! — Джинджер повисла у меня на плечах, обняв за шею. — Сюрпри-и-из! С днем рождения тебя! Я так по тебе соскучилась! А меня отпустили к тебе на день рождения! — девочка отпустила меня, но говорить, эмоционально размахивая руками, не перестала. — Видишь, сколько шаров?! Это тебе, подарок! Я всегда мечтала, чтобы на мой день рождения было о-очень много воздушных шаров! Ты же тоже так хотел же, да?! Я их всё утро надувала, даже голова закружилась. Ну, мне и ребята помогали, но я надула больше всех! А Невилл надул самый большой шар, но он лопнул пока мы ехали досюда. У вас классный дом! — рыжая развела руки в стороны. — Во-от такой большой! Почти как наш приют. А сколько тут человек живёт?..

Я сел на корточки перед Джи, смотря на неё и ожидая окончания её монолога. Краем глаза заметил, как Белла в умилении прижала ладони к лицу, уронив голову набок. А рыжая тараторила и тараторила, пока не заметила, что мы все смотрим на неё.

— Ой… — девочка понурилась. — я опять много говорю, да? Но мне так много тебе нужно было рассказать…

— Привет, Джи! Спасибо за поздравления! Очень приятно! Не грусти, у нас еще будет много времени поговорить…

Глава 16 Пришельцы из космоса

Приезд рыжей меня изрядно обрадовал. После того, как иссяк фонтан слов у рыжей непоседы, дворецкий пригласил нас за обеденный стол.

— Ва-ау! Это настоящий дворецкий?! — Джи смотрела на Квентина как на чудо света из старых эпох. Она подошла к нему, обошла вокруг и потрогала край смокинга. — Ва-ау! — Повторила она снова. Но, увидев мой строгий взгляд, выпрямилась, сделала быстрый книксен дворецкому и донельзя пафосным голосом произнесла. — Будьте любезны, дворецкий, сопроводите меня… — она замешкалась и вопросительно взглянула на меня. Но ответил, к моему удивлению, сам Квентин.

— В малую трапезную, миледи.

Девочка воспряла духом.

— Да. В малую трапезную. И не забудьте вымыть руки перед едой! — добавила рыжая невпопад, следуя за Квентином. Мы с Беллой и Джеймсом шли за ними, сдерживая хохотки.

Обед тоже оказался праздничным, но больше всего удивило количество мороженного, которое умудрилась слопать Джи. Я даже начал беспокоиться, но увидев, как умилялись Белла с Джеймсом, решил промолчать, дабы не портить всем настроение.

После обеда мы, уже вчетвером расположились у камина. Джи по TVсмотрела мультики, а мы с Виллисами мерно вели беседу.

— То есть, вы уже договорились с социальной службой и органами опеки?

— Да, нам повезло. Обычно на повторное опекунство дается согласие спустя полгода-год после первого, но я поговорил со старым другом-одноклассником, и он согласился помочь. Предварительное согласие и приюта, и отдела опеки уже получено, осталось поговорить только с самой… — Джеймс незаметно кивнул в сторону рыжей, беззаботно смеющейся над койотом, получившим по голове молотом. — и подготовить еще одну комнату. К концу недели представитель отдела опеки прибудет, чтобы провести с тобой беседу, и там же проверит готовое помещение для второго… — мужчина вновь кивнул на рыжую.

— Спасибо, что согласились. Это для меня очень многое значит. Я поклонился, не вставая с кресла. — Надеюсь, ничего неожиданного не произойдёт…

— И еще, дорогой… — Белла положила ладонь на колено мужа. — ты не забыл?..

Джеймс сначала с удивлением посмотрел на Беллу, затем почесал затылок, явно чувствуя себя неудобно.

— И это… — мужчина мялся, подбирая слова. — Элис хотела вечером пригласить тебя в кафе. Она там будет с друзьями, так что идти или нет, решать тебе.

Хм-м, вариант немного развеяться — неплохой, да и заводить знакомства среди аборигенов уже нужно.

— Во сколько? — решил уточнить я. Не хочется уходить, пока Джи рядом, а она вечером уеде уже в приют.

— Сам решай, время открытое, Элис сказала, что подстроятся под тебя.

Как мило с её стороны. Ну ладно, созвонюсь с ней позже.

— Хорошо, я ей позвоню позже. Кстати, когда поедете, — я кивнул на Джи, — предупредите меня. Я тоже хочу присутствовать на встрече.

— Конечно, милый! — мягко улыбнулась Белла.

— Какие планы дальше? Спросил я, когда началась реклама посреди мультфильма, на который мы все засмотрелись.

— Есть предложения? — Джеймс повернулся от экрана в мою сторону.

— Ну я не знаю, что есть рядом, а провести весь день в пробке нет желания. Может подскажете? — я взглянул на Беллу. По-моему, она скорее предложит подходящий вариант.

— Ну, поля для гольфа и крокета отпадают. — улыбнулся Джеймс. — Мэтту пока нельзя. В бары нам тоже пока рано, так что… — я уже думал, что он предложит вариант, но — Так что пусть предложит Белла. — закончил мужчина, переложив груз выбора на супругу.

— Я и сама хотела предложить, тут в паре кварталов есть кинотеатр, может сходим туда?

— В кино! — подскочила и подняла руки вверх рыжая егоза.

Кинотеатр и вправду оказался недалеко, так что направились туда пешком. Белла с Джинджер шли впереди, взявшись за ручки и болтая о своём, мы с Джеймсом чуть подотстали.

— Слушай, Джеймс, — решил я задать ряд интересующих вопросов, дабы скрасить молчаливую прогулку. — А кристаллы, которые используются в машинах, отличаются друг от друга? Ну там, скоростью или мощностью?

— И тем, и тем… У кристаллов адуляра, или лунного камня, есть три характеристики: размер, отвечающий за объем накапливаемого Эфира; плотность — от неё зависит объем и напор выдаваемого потока, то есть мощность Эфира; и последнее — чистота кристалла, от нее зависит подверженность манипуляциям, то есть, чем чище и прозрачнее кристалл — тем удобнее и легче иферам управлять Эфиром.

— А как управляют Эфиром?

— Ну в этой сфере я совсем не специалист. Знаю только, что для создания спэлла нужно научиться видеть или ощущать Эфир. Мой покойный брат научился взору в течении года, и говорил, что это хороший результат. Но кроме этого, нужно уметь выводить Эфир из тела, иначе может случится то же, что и на тренировке с Вилсоном.

Я, вспомнив взрыв, поёжился. Получается, мне еще много чему нужно учиться. А учиться смогу только в школе, куда еще нужно поступить.

— Джеймс, а когда будут экзамены в школу Итон?

— Традиционно экзамены проходят в конце мая и в начале августа: набор и добор соответственно.

— А зачем добор? Нельзя сразу выбрать поступивших без дополнительных экзаменов?

— Ну, я даже не помню точно, но вроде в наборе участвуют претенденты, впервые пришедшие на экзамен, а добор для тех, кто не смог пройти в первый этап, и решит попробовать повторно. Говорят, есть такие, кто уже десятки лет не может поступить! — Джеймс рассмеялся, я последовал его примеру, представив старушку, опёршуюся на трость и стоящую в очереди в кабинет экзаменатора, перечитывая сквозь толстые линзы очков обветшалую пожелтевшую тетрадь с конспектами.

Насмеявшись, я задал следующий вопрос.

— Джеймс, объясни, пожалуйста. На приеме, после того как ты объявил, что я ифер, зал был удивлён. Почему, если их, в принципе, немало? Ведь десять процентов — это достаточно много? Но, опять же, я их почти не встречал, если не считать врачей.

— Вот! — поднял указательный палец вверх мужчина, — иферов, использующих элемент «человек» всего десять процентов от всех иферов, но это если считать общее число. Но если считать только прошедших инициацию, обучившихся и действующих, то действительных иферов ранга Эпт и выше всего тридцать процентов, из которых десять — это хилеры и иже с ними.

— Ранги? У иферов есть ранги?

— Конечно! Государство очень пристально за этим следит.

— И какие ранги есть?

— Подожди, сейчас уточню. — Джеймс достал телефон и начал искать там информацию. Похоже он подготовился, и это мне льстит. — Вот! Ты, получается, сейчас неофициально находишься в ранге Тиро, который нужно подтвердить в Министерстве Эфира в ближайшее время.

— Какое-то обидное название. И что это значит?

— Значит, что ты только-только раскрыл свои способности и еще ничего не умеешь, то есть новичок. Та-ак, следующий ранг — Трейни, название понятное, увеличенные физические способности тела благодаря напитке тела. Кстати Вилсон говорил, что ты уже это можешь?

— Да, но ненадолго. Концентрация быстро слетает. — пожаловался я.

— Вот, а у хорошо обученных трейни концентрация может длиться до окончания Эфира в кристалле, то есть до часа в среднем. Обычно такие ребята служат в Королевской армии, в охране аристократии и богатых джентри. Следующий ранг, как я и говорил, это Эпт. Эпти, как их называют, умеют создавать один- два спелла, то есть умеют оперировать Эфиром вне тела. От этого и название эпти — способный. Дальше идут Прентис, то есть подмастерье, с разученными спеллами до десяти штук, Мастер, со спеллами уже от десяти и более, и Друид — ифер, способный управлять Эфиром на настолько тонком и большом диапазоне, что может влиять на природу, например, создать дождь, вызвать ураган и прочее, от этого и название друид. Всё зависит от выбранного элемента. У нас в королевстве друидов всего трое, кстати. И последний ранг — Мерлин — это легендарный ранг, который приписывают к личностям прошлого, как, например, к самому Мерлину. По слухам, мерлины могли почти абсолютно всё, вплоть до…

— Мэтт, смотри, кинотеатр! — к нам подбежала, прервав разговор, Джинджер и указав на обычную трехэтажную коробку из стекла и бетона, всю завешанную баннерами с рекламой. Это здание настолько не сочеталось с двухэтажными кирпичными таунхаусами с черепичной крышей по соседству, что даже густые тисовые аллеи с обеих сторон от торгового комплекса ничем не помогали. Здание как будто выдернули из моего приуральского городка и поставили сюда, как памятник безвкусицы.

— Да, Джинджер, мы пришли. — Джеймс потрепал рыжую по волосам на макушке. — пойдём посмотрим, какие сеансы есть на сегодня.

Споров по выбору фильма не было: в ближайшее время начинался фильм «Пришельцы», за который проголосовали все, но по-разному мотивируя свое решение. Джинджер сказала, что она очень любит страшные фильмы, Белле было без разницы на что идти, главное всем вместе, а Джеймс, похоже, выбрал ближайший фильм, просто из-за нежелания ждать следующий сеанс в течении двух часов. Мне же было просто интересно взглянуть на фильм, в постере которого угадывались очертания монстра, известного мне с прошлого мира. Но на месте Рипли в афише рядом с рисунком ксеноса почему-то был мужчина. В общем, я повелся на постер.

Ну что сказать, фильм меня разочаровал. Я, правда, почти не помню оригинальную историю, но главный герой-мужчина совсем не тянул на сопереживание. Фильм выглядел настолько трешовым, что я почти весь сеанс похихикивал, наблюдая за сюжетом и декорациями. В то же время рыжая половину фильма просидела с прижатыми к глазам ладошками, пугаясь вида внеземной жизни. Джеймс никаких эмоций не выказывал, просто в конце сеанса похлопал вместе с женой, которая, похоже, прониклась картиной.

— А ты видел?! Этот монстр из живота — вжу-у-х! Они такие — а-а-а! А потом герой такой: «Я не пущу тебя в этот сектор, ты заражён!», а злодей такой: «мне не нужно твое разрешение» и давай стрелять!..

— Джи, мы смотрели фильм с тобой. Мы тоже видели эту сцену. — прервав, я погладил рядом идущую вприпрыжку рыжую болтушку по голове. — Вот приедешь в приют, расскажешь ребятам, они же этот фильм не видели?

— Точно!.. — девочка заинтересованно задумалась и по огоньку в зеленых глазах я понял, что детишки в приюте попали на продолжительный пересказ с дополнениями, не входящими в оригинальный сценарий.

— Что делаем дальше? Может в кафе или еще куда? — спросила Белла, когда мы остановились в вестибюле комплекса.

— Мороженое! — Джинджер указала на симпатично оформленную в розово-голубых тонах кафешку с рисунком рожка мороженого на вывеске. Нам ничего не оставалось, кроме как следовать за великой рыжей поедательницей мороженого.

После возвращения домой и распития чая я повел Джинджер на экскурсию по дому.

— Вау! Это карета?! — рыжая, как и я пыталась заглянуть внутрь кареты, выискивая королевских особ, оставшихся в карете.

— Да, её сделал дед Джеймса, Клиффорд Виллис, по просьбе короля около ста лет назад. Видишь, вон, под дверью стоит табличка, там так и написано.

— Круто! Покатаешь меня на ней? — Джи с надеждой взглянула на меня. Я же рассмеялся, представив, как я тяну тяжеленную карету, а рыжий узурпатор, сидя на козлах, хлещет меня плёткой.

— Ну уж нет, Джи! Лошадкой я готов тебя катать разве что на спине, а в карету лучше запрягать лошадей, которых у нас нет.

Девочка взгрустнула, но через пару мгновений засияла, и прыгая на месте закричала:

— Мэтт — лошадка! Мэтт — лошадка! Ты меня покатаешь?!

В гараж мы вернулись и спустились в старую мастерскую уже через полчаса, я донельзя уставший, а рыжая наездница до невозможности довольная.

— Ну вот, это моя хижина. — я плюхнулся на диван. — Хижина, это Джинджер. Теперь вы друзья, будь как дома, а я немного полежу… — вроде лёгонькая девочка, а вымотался так, как будто разгружал фуру с картошкой. Немного поглядев, как Джинджер начала осматривать комнату, я прикрыл глаза…

***

— Мэтти, спрячься за машиной! — женщина, не поворачиваясь, оттолкнула меня подальше от себя.

Я упал и на карачках пополз к перевернутой машине. Я ощущал отголоски чувств ребенка, чьими глазами я видел происходящее вокруг, ощущал его обиду на маму, что оттолкнула и уронила его, его страх и непонимание происходящего, но ничего поделать не мог. Я был зрителем.

— Ну что же вы, Ваше Высочество, нужно быть аккуратнее с дитём. Он нам нужен живым и здоровым.

— Я не отдам его, слышишь? — закричала в ответ женщина дрожащим от ярости голосом. — Я не допущу тебя до него!

— Ну это вы зря, миледи. Вы же знаете, Истинные — есть зло, и они должны либо служить нам, либо умереть. — мужчина направил руку в сторону женщины. — Прими смерть достойно, герцогиня, покажи своему ребенку, как умирает старая аристократия. — его издевательский голос сменился пафосом, а в ладони, выставленной вперед, начал образовываться клубок, охваченный огнём.

Женщина в ответ выставила обе ладони вперед и как будто упёрлась в невидимую стену.

— Мэтти, беги, малыш! Беги подальше отсюда! Я тебя скоро найду, не волнуйся… — женщина повернув голову, обратилась ко мне.

— Ты думаешь, что сможешь меня остановить? — расхохотался мужчина, замахиваясь огненным клубком, размером с яблоко. — Ну попробуй, герцогиня, покажи, чему тебя научили! — огненный шар полетел прямо в лицо женщине, но та осталась стоять, держа ладони перед собой. Шар почти врезался в неё, но взорвался, образовав подобие купола перед и над ней. Женщина вновь обернулась на меня, прячущегося за грудой металла, бывшей нашей машиной, и я, наконец, увидел её глаза — такие же голубые, пронизывающие, как у сына, но сейчас полные скорби с искоркой надежды в глубине.

— Беги, Мэтти… — прошептала она, но затем закричала. — Беги, малыш!.. Убегай! Я скоро к тебе приду…

Я сделал пару шагов назад, споткнулся и упал.

— Куда же ты, Мэтти? Мы сейчас закончим с мамой, и я поиграю с тобой! — крикнул мужчина, формируя следующий шар, покрытый огнём, в выставленной ладони. Как только шар покрыл половину ладони, мужчина бросил его в женщину, но купол снова выдержал.

— Мэтти, убегай… — едва слышно произнесла женщина и подняла ладони над собой, где сразу же начал образовываться большой белый шар, искрящий стрекочущими молниями.

Я начал пятиться назад, вновь споткнулся, но встал и продолжил отходить, всё ускоряясь своими маленькими ножками.

— Беги, малыш, убегай… — слышал я голос женщины сквозь треск электричества. Затем громкий, задыхающийся крик женщины: — Ты!.. Не пройдёшь!..

И видение, под усиливающийся трескот молний, осветилось тысячей искр…

***

— Мэтт! Мэттью! — меня растормошила рыжая. Похоже, я уснул. — Мне ску-у-учно!..

— А?.. Что?.. — я заозирался, пытаясь понять, где я и что происходит. Сердце бешено стучало по рёбрам, а в глазах всё еще стоял силуэт женщины, держащий над собой огромный светящийся клубок молний. Я встряхнул головой и потёр лицо руками, избавляясь от остатков сна. — Сколько я проспал?

— Да прошло уже миллион часов! — Джи замахала руками, выставив растопыренные пальчики. — Ты всё-всё проспал! Я уже поиграла и на барабанах, и на пианино, и даже на лэптопе. Приходил мистер дворецкий, позвал нас на ужин, а потом…

— Я тебя понял. — остановил я начинающуюся бурную лавину болтовни. — Пойдем тогда ужинать, но сначала нужно умыться, нам в эту дверь…

В гостиной, как сегодня, похоже, принято, меня поджидал еще один сюрприз.

— Привет! — Элис сделала книксен, — С днем рождения!.. Ты не позвонил, и я решила сама заскочить к тебе, поздравить лично. — девушка смущенно потупилась.

Джинджер, так же остановившаяся возле меня, легонько потянула меня за рукав пиджака.

— Мэ-етт, а это кто? Твоя подружка?

Теперь уже немного смутился я.

— Привет, Элис! Спасибо за поздравления и спасибо что пришла. Знакомься, это Джинджер Коппер… Джинджер, это леди Элис Купер, друг семьи. — без подколки же никак…

Девочки сделали книксен друг другу, затем Джинджер подбежала к Элис. Хм, даже предупреждать Элис не буду, что её ожидает. Маленькая месть, хотя вроде и не за что.

— Квентин, будьте любезны, проследите, чтобы приборов хватило на всех. — обратился я к пожилому мужчине, что встретил гостью. — я сам помогу леди Купер снять верхнюю одежду.

Дворецкий, кивнув, ушёл, а я подошёл к подругам.

— … А у нас похожие фамилии! А что означает твоя фамилия? Вот моя означает медь, но не из-за цвета волос… Ты дворянка или аристократка? Я вот живу в приюте. У нас там бывает весело! Однажды Невилл, это мой друг, поймал лягушку… А вы с Мэттом целовались?..

Элис со смущением и с мольбой о помощи взглянула на меня.

Глава 17 Праздник и дождь. Много воды?

Почти семейный ужин проходил практически в тишине. Даже рыжая работала ложкой и вилкой, не роняя ни слова. Элис, сидящая рядом с ней, каждый раз ловя чьи-нибудь взгляды, смущённо опускала глаза. На десерт Люси подала восхитительный торт-мороженое с пятнадцатью свечами, похоже стараясь больше угодить рыжему поглотителю мороженок.

— С днем рожденья тебя!.. — начали петь все присутствующие, когда торт поставили передо мной. Я, загадав желание, задул свечи, под аплодисменты родных и близких людей. Ну, Мэтт, с днем рождения тебя… Хотя мой день рождения в прошлом был в декабре, а у Мэттью вообще неизвестна дата рождения, всё равно. Ощущение праздника создают не даты, а близкие люди, и сейчас они все здесь. Ну и Элис еще.

После того, как мы закончили с тортом, с убедительной помощью Джи, разумеется, начался процесс одаривания меня подарками. Первыми, конечно же, поздравила чета Виллис.

— С днем рождения, тебя, Мэтт! — начал Джеймс. — Мы очень рады, что в нашей семье появился ты. Понимаю, что семь дней маловато для сближения, но, поверь, для нас ты уже наш сын! Мы с Беллой долго думали, что тебе подарить, и… Вот… — Мужчина достал из кармана пиджака небольшой футляр, обитый синим бархатом. — Это, кольцо Джона, моего брата. Ему отец подарил кольцо, после того, как он прошёл инициацию. И теперь это кольцо твоё… Правда его нужно подогнать под тебя и одеть его ты сможешь только после того, как подтвердишь ранг в Министерстве. — немного потупившись, закончил мужчина и спрятал кольцо обратно к себе в карман. Печкин, блин. «У меня есть для вас колечко, только я вам его не отдам»! Ну ладно, перетерплю. Да и зачем мне кристалл, пока всё равно не умею ничего, а если сумею, то и без кристалла справлюсь.

— Хочу добавить, я очень рада, что наша семья становится такой большой. — обвела рукой нас всех Белла, дождавшись, что Джеймс закончит. Джи немного удивилась, но ложка с тортом была уже возле рта, и она не смогла устоять. Элис, естественно, засмущалась. Похоже, наш с ней брак уже подтверждённый факт, которому я еще не знаю, как относиться. — Спасибо тебе, милый, что сделал нашу семью полноценной! — Белла подошла ко мне, и обняв поцеловала в щеку. — Это лично от меня. — женщина протянула конверт из плотного картона, обёрнутый бантиком. — Пользуйся с умом. — женщина с мужем уселись обратно.

И что там, интересно? Но вскрывать здесь и сейчас — показать себя невоспитанным бескультурным человеком. Так что позже, спрятав под столом, попробую понять на ощупь.

Элис с ожиданием взглянула на рыжую. Та, поймав взгляд, в отрицании покачала головой.

— Нее, я уже поздравила! Видела кучу шаров в гостиной? Я сама надувала! — с гордостью выпятила грудь Джи, но десертную ложку не опустила, ведь бой не закончен.

Элис, неловко отодвинув свой стул, встала.

— Мэттью, мы с тобой знакомы не так давно, и я не знаю твои вкусы… — девушка смущённо опустила голову, затем решительно подняла взгляд на меня. — Поэтому дарю тебе вот этот блокнот, чтобы ты мог писать побольше песен. — девушка протянула бумажный пакет, сверху украшенный бантом.

— Спасибо, Элис. Очень нужная вещь! — я мило улыбнулся, тем самым показав, что подарок мне пришелся по душе.

Ужин завершился, и мы вышли проводить Джи обратно в приют. Естественно, глаза у неё были на мокром месте, уезжать она не хотела, но я напомнил, что ребятам нужно пересказать фильм, который она сегодня посмотрела, и пообещал, что заеду к ней в гости на неделе. Белла с Джеймсом поедут с ней, это было обязательным условием от Стивена Хьюстона, чтобы они сами лично увезли и привезли обратно Джинджер.

***

— Как тебе у нас в гостях, Джинджер? — Белла решила начать разговор, спустя минут пять безмолвной поездки. На небе вновь собирались тучи, и похоже, дождь будет лить всю ночь. В вечернем сумраке тучи как будто стелились по земле, касаясь перистыми боками черепичные крыши домов. Белле казалось, что хмурость облаков просачивается в машину, заражая грустью пассажиров в машине.

— Было здорово… — тихо произнесла девочка, тоже наблюдая за низко летящими тучами в окно. Казалось, что девочка, сев в машину, лишилась энергии, которая переполняла её весь день.

— Так почему же ты грустишь? — Белла погладила девочку по рыжим волосам.

— Не знаю. — вздохнула Джинджер, и провела по стеклу рукой. — С Мэттом весело… Он смешной.

— Расскажешь о том, как вы подружились с Мэттью, если не трудно? Мне очень интересно. — женщина мягко улыбнулась девочке, повернувшей на неё голову.

Девочка задумалась, приложив палец к губам, затем через десяток секунд раздумий задала совершенно странный и неожиданный вопрос.

— О каком Мэттью мне рассказать?

Белла опешила от вопроса. Она постаралась успокоить себя тем, что, возможно, у них в приюте был не один мальчик с таким именем.

— Ну про нашего… Мэттью Грея… — неуверенно произнесла Белла.

— Просто, когда я попала в приют полгода назад, я впервые увидела Мэттью и он был совсем другим, очень злой и ни с кем не дружил. Он дрался с мальчиками постарше, ни с кем не разговаривал и выглядел таким… Ну таким, что мы даже подходить к нему боялись. Только старшие ребята часто с ним дрались и обижали его. И недавно они так сильно подрались, что Мэтт упал и ударился головой до крови и потерял сознание. — женщина прикрыла рот рукой, в попытке остановить вскрик. — Его долго лечила миссис Пиллз. А однажды она попросила отнести ему ужин. И там я познакомилась с новым, хорошим Мэттом. Он стал вежливым, добрым и начал дружить со мной. А однажды он побил старших мальчиков, потому что они меня обидели. Они потом лечились о-очень долго. А потом Мэтт уехал… — девочка подняла взгляд, полный нескрываемой обиды, на Беллу, смутившуюся под этим взглядом ребенка.

— А те мальчики больше тебя не обижают? — спросила женщина, лишь бы перевести тему.

— Не-а, они сейчас только вышли из медблока, и один из них всё еще носит гипс. — улыбнулась чему-то своему Джинджер. — и их скоро отправят в какую-то школу. Я слышала как старшие девочки про это говорили.

— Ну это хорошо… — пробормотала Белла, вновь уйдя в задумчивость.

— Вы меня хотите забрать, да? — вдруг спросила Джинджер серьезным голосом, продолжая смотреть в окно, по которому стекали, перегоняя друг друга первые капли еще холодного, весеннего дождя.

Джеймс развернулся с переднего пассажирского сидения и посмотрел сперва на девочку, за тем на жену. Кивнул едва заметным кивком на вопросительный взгляд жены.

— А ты сама хочешь стать нашей дочкой? — неуверенно, боясь отказа, спросила Белла, стараясь не встречаться с ней глазами.

— Мне у вас понравилось… И Мэттью тоже будет рядом, а я обещала его защащать… И у вас много мороженого… Я согласна. — девочка несмело улыбнулась, вновь взглянув на Беллу.

Белла засияла и притянув к себе, обняла девочку. Разговор, казавшийся ей таким сложным, прошёл намного легче, и Белла почувствовала, что напряжение, держащее её с утра, исчезло.

— Только можно я пока буду звать вас по именам? — едва слышно спросила Джинджер, прижатая к груди женщины.

— Конечно, солнышко, называй нас как тебе нравится! — Белла еще сильнее прижала к себе ребенка.

— Тогда я буду называть вас как то мороженое с конфетами, Джелли и Белли, — едва слышно прогундосила девочка, всё еще прижатая в объятиях.

— Почему? — спросила женщина недоумённо и расслабила руки.

— Ты сладко пахнешь — уже освободившись, сказала девочка. — как сладкая булочка…

В переднем пассажирском кресле захохотал Джеймс.

***

Мы с Элис расположились в хижине. Девушка села у барной стойки, за которой я занял место бармена.

— Тебе вишнёвый?.. — спросил я, доставая пару прозрачных стаканов с полки.

— Да, пожалуйста. — девушка мялась, не зная, как устроится поудобнее, ерзала на высоком стуле, — Мэтт, скажи честно, я тебе не нравлюсь?

Я застыл, раздумывая, что ответить.

— С чего ты это взяла? — спросил я, давая себе побольше времени на размышления.

— Ну, вчера ты так отреагировал, когда узнал, что… Что наши родители уговорились о нашей помолвке… Такое ощущение, как будто ты очень не хотел этого.

Я улыбнулся.

— Ты не так поняла, Элис. Смотри, я всего неделю как стал частью семьи, и тут я узнаю, что у меня уже есть невеста, суженая или наречённая. Не суть важно. Я рад конечно, что Джеймс и Белла думают обо мне и заботятся, но выбор жены, даже потенциальной, — это перебор.

— Но так же принято! Родители выбирают на ком тебе жениться или выходить замуж. Так браки заключались испокон веков!

Хм, девушка радеет за традиции?

— Нет, Элис. Я не совсем верно сказал, точнее неправильно сформулировал. Конечно они могут выбрать невесту, но не за моей спиной, не ставя меня в известность, но ставя в неловкое положение. Вот, например, ты: тебе когда сообщили, что тебе нужно выйти замуж за меня?

Девушка прикусила ноготь указательного пальца, уйдя в задумчивость.

— Наверно, еще в детстве, но не за тебя именно, а за сына дяди Джеймса… Когда я была маленькой, помню, папан огорчался, что у дяди Джеймса еще нет сына. Тогда я спросила почему, и мне рассказали, что у папан и дяди Джеймса был уговор, что их дети поженятся. Вот тогда я и узнала, что у меня есть суженый, и я за него выйду замуж.

— То есть ты росла зная об этом, так? — Элис неуверенно кивнула, похоже, ища подвох в вопросе. — А теперь представь, что тебя ставят перед парнем, которого ты видишь в первый раз, И говорят: «Элис, это твой будущий муж, готовь наряд невесты». Какова будет твоя реакция? Еще, в добавок, учти, ты буквально только-только стала дворянкой и даже не знаешь про такие традиции. Ты всегда думала, что выйдешь замуж за того, кого полюбишь, и это будет твой — я сделал ударение на этом слове. — выбор.

— Ну с этой стороны я не смотрела… — девушка в задумчивости стала выбивать ритм кончиками пальцев по барной стойке. — Если повернуть ситуацию так, то, наверное, я бы очень сильно обиделась на родителей.

— Ну вот. Теперь, возможно, ты поняла, почему я так бурно отреагировал? А по поводу твоего первого вопроса, ты мне очень нравишься. Честно. И я буду счастлив, если мы начнем встречаться. Но, пока, я не готов обсуждать брак. Мне только исполнилось пятнадцать, я только-только стал баронетом… И встав только в начало жизненного пути, не готов обременять себя узами брака, хотя бы лет до двадцати. — я пожал плечами и, подняв стакан с соком, промочил горло.

Элис долго смотрела на меня, затем отставила свой стакан, встала и ушла, не проронив ни слова. Я не стал её останавливать, хотя очень хотелось. Пусть подумает. Может она не хочет ждать так долго. Кстати, а сколько ей лет? Я даже не подумал спросить про её возраст. Думал, что сверстница, но кто её знает? Может ей уже двадцать, и ждать еще пять лет ей просто нельзя, люди не поймут, начнутся шепотки и пойдут слухи. Вот она и обиделась на меня… Ну и ладно, главное прямо сейчас меня не тащат под венец.

***

— …Дура, дура, дура!.. — твердила Элис про себя, сидя в салоне черненького кэба, вспоминая разговор с Мэттом. И зачем вообще она начала этот разговор?! Могли бы посидеть вместе, поговорить, он спел бы ей что-нибудь красивое, и они, может быть, даже поцеловались бы. Но нет! Она сама испортила этот вечер, который должен был закончиться как в кино, поцелуем под дождём у кэба, который ждёт пассажира. Но, из-за её глупости, она сейчас едет в машине домой, и, возможно, никогда не сможет подружиться с Мэттом. С таким красивым, высоким, добрым Мэттом, который так красиво спел ей песню. В голове девушки заиграла мелодия гитары, под которую пел Мэтт:

— Я не знаю почему и куда она уедет

Думаю, есть повод, но я просто не хочу знать…

Я столько лет ждал что выпадет мне шанс,

Сказать ей что я чувствую и увидеть её взгляд,

Теперь мне придется привыкать жить без Элис…

За окном шёл дождь, барабаня по жестяной крыше черной машины и покрыв вечерний город серой пеленой. Шум дождя, сливаясь с шорохом колёс на мокрой дороге, навевал на Элис всё более грустное настроение, и капли, уже не дождя, но слёз, одна за одной стали стекать по алым щекам девушки, прижавшей лоб к холодному стеклу машины.

***

Немного посидев, уставившись в одну точку, и прокрутив в голове весь разговор, я решил, что сделал всё правильно. Возможно, что-то сказал слишком резко, либо наоборот, недоговорил того, чего хотела услышать Купер, но ход сделан, слова сказаны. Если готова встречаться, но подождать, то хорошо, если нет, то и ладно. Наверное, именно из-за того, что я говорю, или стараюсь говорить всё честно, я и не женился в прошлом. Но да пусть, будь что будет. Элис конечно, красавица и всё такое, но только из-за красоты и уговора двух друзей, жениться на человеке, которого не знаешь, это немного странно. Странно для меня, человека с другим менталитетом, с другими принципами и воспитанием. Даже если мы поженимся и не сойдёмся характерами, всегда можно развестись. Или нельзя? Про это мне ничего не рассказывала миссис Литл, да я и сам не думал, что мне нужна будет эта информация. Хотя какая разница, Георг, вон, даже с Папой Римским поссорился, чтобы развестись и жениться вновь. Я чем хуже?

Я уселся за лэптоп, чтобы отвлечься от этих мыслей и проверить состояние видеохостинга. Показатели нисколько не радовали, за весь день, что сайт доступен в сети, посетителей не было ни одного… Что, в принципе ожидаемо. Чтобы люди начали пользоваться сайтом, нужно, чтобы они хотя бы узнали про этот сайт. А для этого видео с рекламным прероллом нужно было загружать не на сам видеохостинг, а на сторонние популярные площадки, где есть большая аудитория. А так получается, что я рекламирую товар внутри товара, никому не показывая. М-да, рекламщик из меня так себе. А чтобы нанять рекламщика нужны деньги, чтобы появились деньги, нужны посетители, просмотры и только потом подтянутся рекламодатели. Что-то я совсем не с того начал. Нужны денежки, чтобы нанять нормальных специалистов по рекламе, но в первую очередь по кодингу и дизайну. Нужны хорошие алгоритмы сжатия видео- и аудио-потоков, а их нужно либо купить, либо придумать, что я, со своими шапочными знаниями не смогу, не потеряв кучу времени. Денежек нет. Из способов быстрого обогащения, применимых здесь и сейчас, ничего не приходит в голову. Разве что песни. Но эта тема так от меня далека, что не знаю, с какой стороны браться. Просто писать песни музыкантам? Я не знаю нот. Обучиться этому? Опять же, время. Замкнутый круг: чтобы получить очень много денег, нужно потратить много денег, времени и сил. Отложить это всё на потом? Нет, так не пойдёт. Потом время будет потеряно.

До самой глубокой ночи я блуждал по Сети. Я искал какие-нибудь сообщества людей, связанных с темой программирования, находил и писал личные сообщения, где это возможно. В сообщении я писал следующее:

«Дорогой незнакомый друг!

Мы с вами не знакомы, но я знаю, что вы увлечены лэптопами и всем, что с этим связано.

Я ищу таких людей. Если вы проживаете в Лондоне или окрестностях, то я буду познакомиться с вами лично и обсудить возможности сотрудничества или найма. Если же вы далеко отсюда, то тоже не проблема. Можете написать на электронный адрес, который указан под сообщением. Напишите, что вы умеете, примеры ваших прошлых работ, и желаемый оклад. И если мне понравятся ваши работы, или ваше направление, я с вами свяжусь.

Я ищу амбициозных людей, готовых творить будущее.

Если вы такой, пишите.

Мэттью Грей.»

Закончив со всем этим, я направился в свою комнату, наконец поспать, раздумывая, как найти денег на оплату этих людей, если они, конечно, откликнутся. Брать их в долю от будущих баснословных богатств не хотелось. Не потому, что жадный, а потому, что если ничего не выгорит, то эти люди не получат ничего, потратив кучу времени и сил. Инвесторов не ищу тоже по этой же причине. Не хочу получить пятно на имени будущего аристократа, чтобы люди шептались за спиной.

Зайдя в гостиную и увидев шары, вспомнил про подарки, забрал один оранжевый шар, бумажный свёрток от Элис и конверт от Беллы, поднялся к себе. Уселся на кровать и начал разворачивать подарки. В бумажном свёртке оказался блокнот, точнее даже ежедневник в два пальца толщиной. Кожаная коричневая обложка выдавала в вещи дороговизну и долговечность. Что ж, хороший подарок, Спасибо, Элис, надо будет сказать еще раз.

Раскрыв конверт от Беллы, я обнаружил там… Деньги? Небольшая стопочка банкнот номиналом сто фунтов стерлингов. Вот и появились у меня первые денежки в этом мире. Только я даже не знаю, много тут, или мало. Сам я ничего не покупал, но помню что за ботинки Белла заплатила тысячу двести фунтов. И это не даёт никакой информации о покупательской способности фунтов. Но если сейчас начну искать информацию в сети, то запросто застряну в телефоне на всю ночь. А завтра снова с утра занятия. Хотя и воскресенье. Даже не пересчитав, вернул банкноты обратно в конверт, убрал ежедневник на прикроватную тумбу и выключил свет. Решил, блин, разбогатеть… Бизнесмен, блин, одомашненный…

Глава 18 Проект и проступки

Джеймс после завтрака остался в трапезной один дочитывать газету вприкуску с утренним кофе, когда затрезвонил его телефон. Звонок шёл от Купера, и Джеймс с радостью в голосе ответил.

— Привет!

— Привет, привет, Джеймс. — голос его друга и тезки был отнюдь не жизнерадостным, как обычно, в нем слышалась задумчивость и огорчение. Виллис не мог понять, отчего.

— Джей, что-то случилось? — обеспокоенно спросил он Купера.

— Что случилось? — переспросил тот в трубку с со злой короткой усмешкой. Случилось, сэр Виллис, случилось. — Купер замолк на мгновение, в течение которого Джеймс пытался придумать причину такой злости друга. — Ты же знаешь, как я люблю свою дочку Элис… — хм-м, вот в чём дело… Похоже Мэтт что-то натворил. — И я очень не люблю, когда она плачет. А вчера вечером она приехала домой со слезами, ни с кем с тех пор не говорит. Ни поесть, ни чаю попить не выходит из комнаты. А теперь, скажи мне ты, что случилось?

Джеймс не знал, что ответить, Мэтт утром ни о какой размолвке не говорил. Но и совершить что-то плохое в отношении девушки Мэтт не мог. Джеймс на это надеялся.

— Джей, слушай, давай мы с Мэттью приедем к вам, и там всё узнаем от него самого. Мне не верится, что Мэттью мог обидеть Элис.

— Приезжать не нужно, я уже сам еду к вам, заезжаю в Редбридж, минут через двадцать буду у тебя. Надеюсь Мэтт за это время никуда не уйдёт? — больше угрожающе, чем вопросительно закончил Джеймс Купер и повесил трубку.

Джеймс отложил телефон на стол, потер лицо рукой. Ну не мог Мэтт обидеть Элис, никак не мог. Но что тогда случилось? Джеймс окликнул Люси, убирающую со стола, и попросил найти и позвать Мэттью в гостиную. Вздохнул, встал из-за стола и направился к камину, предчувствуя тяжелое начало дня.

***

Когда я только устроился в хижине после пробежки по заднему двору и душа, мне сообщили, что в гостиной меня ждет Джеймс. Интересно, что-то важное, интересное, или снова поставят перед каким-нибудь фактом. Раздумывая над эти, я дошёл до любимого кресла у камина и сел напротив Джеймса. Тот задумчиво глядел на тлеющие угли камина.

— Мэтт, расскажи, что вчера у вас случилось с Элис? — мужчина не поднимал взгляда от оранжевых углей.

Мое сердце ёкнуло. Неужели Элис что-то сделала с собой? От подростков, особенно на почве отношений, может всякое прийти в голову.

— С ней что-то случилось? — решил я уточнить подробности, вместо гаданий на кофейной гуще.

— Это я и хочу узнать от тебя. Мне только что звонил её отец. Он очень расстроен и хочет поговорить с тобой.

Да договори уже причину!

— Чем расстроен-то? Джеймс, давай, пожалуйста, без загадок! — от его недомолвок я порядком взбесился.

Джеймс с удивлением поднял на меня взгляд.

— Хм-м… Элис вчера вернусь домой заплаканная и с тех пор ни с кем не разговаривает и отказывается есть. Это всё, что сообщил мне Джей. Он как раз едет сюда и с минуты на минуту прибудет. И я хотел узнать у тебя лично, не при нём, что случилось между вами и есть ли в этом твоя вина.

Уфф… Гора с плеч… Элис просто пришла домой заплаканная, а её отец уже поднял панику на половину Лондона. Представляю, что будет, если мы с ней поссоримся уже после свадьбы. Как минимум война родов!

— Есть ли моя вина?.. В слезах женщины всегда виноват мужчина, так что вина моя в этом, конечно, есть… — Джеймс нахмурился. — как и ваша с сэром Купером. — нахмуренность мужчины плавно перетекло в удивление. — Но дважды повторяться я не хочу, я всё расскажу вам обоим, когда сэр Купер прибудет, хорошо?

Джеймс пару секунд буравил меня, изображающего искреннюю невинность и благообразность, взглядом, выдохнул и кивнул. И мы остались сидеть в молчании, ожидая приезда разъярённого отца.

Джеймс Купер вломился в дом, и, даже не сняв пальто, уселся возле Джеймса, вперив в меня взгляд. Джеймс Виллис с удивлением и опаской косился на друга, который даже с ним не поздоровался, он как будто не видел никого, кроме младшего Виллиса. Я же попробовал его немного успокоить.

— Здравствуйте, сэр Купер. Мы рады видеть вас в нашем…

— Что ты сделал? — не дав мне договорить, сквозь зубы процедил Купер, не спускал с меня нахмуренных глаз. — Если ты как-то обидел мою дочку, я…

Я решил прервать его, Джеймс Виллис тоже положил руку другу на плечо, в надежде успокоить, но тот движением плеча сбросил её.

— Сэр Купер, прежде чем вы продолжите, имейте ввиду, что вы можете наговорить много лишних слов, даже не разобравшись в ситуации. Что может привести к уже более серьёзным последствиям.

Джеймс Купер молча продолжил глядеть на меня, топая в быстром темпе носком ботинка по полу. Затем, выдохнув, откинулся на спинку дивана.

— Говори.

Я и пересказал наш вчерашний разговор. Мужчины выслушали не перебивая, затем Джеймс, который Купер, повернулся к Виллису.

— Ты и правда не сообщил ему о том уговоре?

Мой опекун с извиняющимся выражением лица пожал плечами.

— Ясно… Мэтт, почему ты не хочешь жениться? Элис красивая, умная девушка, которая, по твоему пересказу, тебе нравится. Да и она, похоже, влюбилась. — я уже хотел ответить, но Купер продолжил. — Я понял, что ты считаешь, что тебе ещё рано. Но женитьба в шестнадцать среди дворян и аристократии — это нормально.

И что мне ответить? Что я вырос совсем в другом обществе и моральные принципы нам вбивались совсем другие? Что от брака в таком детском, по сути, возрасте ничего хорошего в будущем не будет?

— Сэр Купер…

— Просто Джей… — махнул тот рукой.

— Сэр Джей, — продолжил я, приняв его поправку. — я могу сказать вам то же, что я сказал Элис: я не готов жениться так рано. Можете считать это моими принципами либо глупостью вчерашнего сироты, но, до того, как жениться, я хочу встать на ноги… Прошу, не перебивайте… У меня большие стремления в этой жизни, и, чтобы достичь их, я хочу придерживаться плана, который даст мне возможности удовлетворить эти стремления.

— И когда ты планируешь жениться? — подозрительно посмотрел на меня Джей Купер.

— Ну уж точно не в пятнадцать лет. — улыбнулся я. — Я еще зелен, как крыжовник.

Джей хохотнул, впервые, как пришёл к нам домой сегодня. Хороший знак, надеюсь…

— И каковы же твои стремления? — с недоверчивой улыбкой спросил меня Купер.

Я задумался, стоит ли говорить. Но, взвесив все за и против, решил, что стоит. Сам я этот проект просто-напросто не вытяну.

— Обо всех планах я не расскажу. Они слишком затратные, и н факт, что они реализуемы сейчас. Я могу рассказать свою идею, где оба наших рода могут поучаствовать и, если всё получится, то неплохо заработать. Но, прежде чем рассказать, я прошу чтобы то, что будет сказано мной сейчас осталось между нами.

Джеймсы кивнули, Виллис сразу, а Купер после недолгих раздумий.

— Хорошо. Учтите, это только идея, но я уверен, что она реализуема, и я займусь ей рано или поздно, с вами или без вас.

— Не тяни, Мэттью. — поторопил меня Купер.

— Прошу, не перебивайте, я не был готов к такой ранней презентации моей идеи. Сперва спрошу, на какие автомобили больше всего спроса?

Вопрос мужчин позабавил. Они же оба работают в этой сфере. Но первым ответить решил Купер.

— На быстрые спортивные автомобили, как Астон Мартин, Эсэс карз, Порше, Бенц…

Виллис включился в перечисление.

— Или комфортные, дорогие и надёжные как Бентли, Роллс-Ройс, Кадиллак, Шевроле, Руссо-Балт…

— Но скорость важнее…

Начался спор двух Джеймсов. Один, разработчик двигателей и сын гонщика, твердил что скорость и двигатель важнее, второй, хозяин мастерских, убеждал первого, что комфорт и надёжность более импонируют настоящему дворянину и аристократу. Первый бросал аргументы, что чем быстрее машина, тем быстрее ты будешь на нужном месте, второй отвечал, что невместно аристократу спешить, а не спешить в комфортном сидении Роллс-Ройса еще и приятно.

Послушав немного этих увлечённых, каждый по-своему, автолюбителей и поняв, что они — те, кто нужен, я решил закончить их спор.

— А если соединить эти два типа в одной машине?

Мужчины прервались, но поняв, что я спросил, Купер махнул рукой.

— Да пробовали уже, многие. Но получалась либо огромная тяжелая телега, с мощным кристаллом и двигателем, уничтожающим кристаллы своей прожорливостью, либо двухместное купе, в котором из-за облегчения нет и намёка на комфорт. Да и аристократ за рулём машины — это нонсенс. Такие машины обычно берут сыновья аристократов или богатые простолюдины.

Да, есть о чем подумать.

— Сейчас другой вопрос, к Джеймсу — мужчины переглянулись с улыбкой, а я немного стушевался, но продолжил. — К сэру Виллису. Есть ли машины, работающие на электричестве?

Виллис задумался, а Купер рассмеялся.

— Табуретки для инвалидов! Ни скорости, ни комфорта, ни внешности!

— Согласен. На машины с электрической тягой нужны кристаллы с очень высокой плотностью и объёмом, при том, и кристаллы очень часто трескаются или мутнеют, не выдерживая напряжения. Да и разряжаются быстрее.

— Почему? — не понял я.

— Если Эфир преобразовывать из обычных адуляров, используемых в автомобилях, с помощью спеллов напрямую в электричество, то получается слишком много вольт и ампер, что не выдержит ни один мотор, поэтому для электромобилей используют дорогие кристаллы с очень высокой чистотой и с малой плотностью потока, чтобы подачу Эфира из кристалла можно было контролировать. А высокочистые кристаллы пользуются высоким спросом у иферов и очень сложно добываются, тем более чистота кристалла часто равна плотности. Соответственно такие автомобили будут стоить в сотни раз дороже, нужно менять кристаллы и заряжать в десятки раз чаще и поедут они в итоге в два-три раза медленнее, чем обычные автомобили на двигателях с детонирующим эффектом.

— Электричество? — вроде среди шести Эфирных элементов его я не встречал.

— Это стихия воздуха, специализация электричество. — правильно понял меня Виллис. — у каждой стихии есть подвиды: электричество, сам воздух и другие газы у воздушников, лёд и сама вода у водников, плазма у огня, и так далее. Но эти подвиды условны, и границы весьма размыты.

— Понятно… Кстати, о зарядке кристаллов. Где и как это происходит?

Виллис и Купер вновь переглянулись, и хозяин дома решил ответить.

— Вообще зарядка кристаллов — это прерогатива Королевского рода. Подробности неизвестны, как они это делают является тайной Короны. Но ходят слухи, что зарядка кристалла происходит в местах силы — мифических местах, где кристаллы самозаряжаются. Хотя некоторые говорят, что кристаллы не заряжаются, а меняются на идентичные. Но это, по моему мнению, тоже бред. Если бы у нашего королевства было столько кристаллов, мы бы не потеряли в начале века столько колоний. А кристаллы в кольцах иферов заряжаются в течении десяти-двадцати часов, в зависимости от размера. Ифер сам способен накапливать Эфир из окружающей среды, но о-очень медленно, и если есть ёмкость, куда можно накопить Эфир, то есть кольцо или другой кристалл.

Как интересно. Об этом я не знал, хотя и задумывался. Я думал, иферы закупают кристаллы пачками, чтобы не остаться ненароком без Эфира в неподходящее время.

— А сколько стоит обычный кристалл? — спросил я.

— Смотря какой. — ответить решил Купер. — Например кристалл на автомобиль в среднем стоит три с половиной тысячи фунтов, есть и за тысячу фунтов, на маленькие маломощные автомобили, есть за пять-шесть тысяч, которые устанавливаются на машины с высокой мощностью.

— А если поставить кристалл от первого во второй? — улыбнулся я, предвидя очевидный результат.

— То быстрый ДиБи четыре поедет хуже, чем, например, Мини, с которого взяли кристалл, и кристалл с низкой плотностью, не рассчитанный на мощность приёма контроллера, может быстро опустеть и, в самом худшем случае, взорвётся.

— А если наоборот? — заинтересовался я.

— А вот тут есть нюанс! — поднял палец вверх Купер. — Если просто поставить мощный кристалл в Мини, то скорее всего сгорит контроллер, не рассчитанный на высокую плотность потока Эфира, перед этим еще сплавятся титановые трубки подачи Эфира. Если всё это поменять на подходящие, не выдержит двигатель, настроенный на другую частоту, мощность и время детонаций.

— Логично. — кивнул я, более-менее понимая, о чем говорит отец Элис. — Вы же этим и занимаетесь? — Спросил я у него. — вы рассчитываете двигатели и улучшаете их?

— Да, всё верно.

— То есть вы можете двигатель от того же Астон Мартина раскачать на прибавку мощности хотя бы процентов на двадцать?

Купер задумался, а опекун, с разочарованием обратился ко мне.

— В этом твоя идея? Просто улучшить двигатели?

— Нет, — улыбнулся я ему, — просто в первое время понадобится двигатель для тестов кузова и ходовой, и он по мощности должен соответствовать другому, новому двигателю.

Джеймсы заинтересованно уставились на меня.

— Продолжай…

Дальнейший час я рассказывал Джеймсам свою идею, которая по сути, звучала как скрестить ужа с ежом. Прочная, но лёгкая алюминиевая периферийная рама, можно даже несущий пол. Двигатель и контроллер пока от любой спортивной машины, переделанный Купером. Ходовая тоже пока из любой машины, главное — независимая подвеска и полный привод, в дальнейшем выберем что получше, когда поймём приблизительный вес. Кузов, в первое время из стекловолокна, который будем делать по макету и по которому в дальнейшем сделаем форму для пресса или литья кузовных частей. Салон продумаем уже после того, как выберем и утвердим формы кузова.

— Так это же получается точь-в-точь как у сэра Смита, его полноприводный купе Дженсен ФФ. Разве что, там задняя подвеска на рессорах с мостом. Да и рама лестничная стальная, и кузов металлический. В остальном, он уже внёс почти все изменения, о чём ты сказал. — огорошил меня Купер.

— Ну, и сколько весит его машина? — задал я вопрос, улыбаясь от предсказуемого ответа.

— Да где-то тонну семьсот, тонну восемьсот, наверно… — подумав, ответил Купер, Виллис в подтверждение кивнул.

— А наша будет весить чуть меньше, это если оставим детонационный двигатель. Потом масса увеличится, но и мощность добавится.

— Что за двигатель-то? — заинтересованно спросил Купер.

— Пока не скажу, — пожал плечами я. — но мне нужно будет пообщаться с сэром Дайсоном, который был у нас на приёме.

— Баронет Джеймс Дайсон? — удивился Виллис. — Промышленник?

— Да, он, как я понял, занимается промышленным вентиляционным и климатическим оборудованием, верно?

— Да, что-то такое. — кивнул Купер. — Он-то тебе зачем? Ты решил собрать всех баронетов по имени Джеймс? — Он хохотнул.

— Для него тоже есть идея, которую сможет реализовать только он. — улыбнулся загадочно я. — И, Джеймс, — я обратился к опекуну. — я хотел бы попросить организовать с ним встречу, если это возможно.

Виллис задумчиво кивнул, но вмешался Купер.

— У меня через две недели будет поездка в графство Уилтшир, и к сэру Дайсону я могу заскочить с тобой. Баронет наш давний приятель.

— Хорошая идея. Я согласен. — кивнул я благодарно отцу Элис, а в голове крутилось это название, Уилтшир. Откуда-то я его знаю, но откуда?

Дальше Джеймсы начали задавать уточняющие вопросы по проекту автомобиля. Мы обсудили возможность изготовления алюминиевой рамы с помощью литья прямо в мастерской, плюсы и минусы подвесок, и много чего еще. Единственное, я отмалчивался по поводу формы кузова и зачем я спрашивал про электромобили и баронета Дайсона. Для Джеймсов было непонятно, зачем нам может понадобиться промышленник, и, тем более, что ему может предложить юноша пятнадцати лет от роду. А я раздумывал параллельно, как так получилось, что развитие в этом мире пошло как-то разнобоко. С одной стороны — телефоны и лэптопы, вполне конкурирующие с аналогами моего прошлого мира, с другой стороны автомобильное производство отстало чуть ли не в пол века… Чудеса, да и только.

— Мэтт, а что ты хочешь получить в результате? — улыбаясь, спросил меня Джей, когда расселись мы за столом с чашками чая.

— Сэр Купер, это уже секретная информация, и просто так разглашать её я не буду.

— Я могу дать клятву Триадой. — уже серьезно произнес Джей.

— Не стоит, я доверюсь вам, если Джеймс… — я перевел взгляд на опекуна. — поручится за вас.

Виллис старший кивнул, я же отпил приятного зеленого чая с молоком в прикуску с бисквитом, после чего начал посвящать Джеймсов в мой план:

— Идея в целом такова: универсальная платформа с мотором нового типа и с лёгким кузовом. Унификация платформы позволит производить разные автомобили, от спортивных купэ-кабриолетов до легких рамных внедорожников.

— Но разве кузов внедорожника не будет тяжеловат для алюминиевой рамы? — спросил Виллис с сомнением.

— Нет. Кузов ведь тоже будет алюминиевый, с навеской из стекловолокна, в дальнейшем заменим на углепластик.

— Стекловолокно хрупкое, и изготовление занимает больше времени, чем штамповка металла.

— У нас еще нет оборудования для штамповки, а сделать матрицу в мастерской для одной-двух тестовых образцов будет легче и выгоднее в первое время. И по готовым матрицам в дальнейшем легче сделать формы для пресса.

— Ну, идея понятна. Что тебе сейчас нужно? — спросил Виллис, взглянув на друга и дождавшись от него кивка.

— Сейчас мне нужно время для проектирования рамы… хотя-а… А есть возможность купить этот Дженсен ФФ? В любом состоянии, главное не после аварии и с ровной рамой?

— Хочешь взять за основу? — понял меня Купер.

— Да, из нее и сделаем форму для литья, если получится. Потом мне нужно будет много алюминия и доступ к печам для плавки металла.

— Зачем? — улыбнулся загадочно Джей Купер. — У меня есть знакомый ифер-огневик.

— Ещё лучше. Кстати, есть иферы, работающие с металлом?

— Конечно! — обрадовался Джеймс Виллис, — у меня пара мастеров, хоть слабые, но металл править могут.

— Отлично! — улыбнулся я. — И почему вы этим раньше не занялись, если у вас всё есть?

— Вообще-то, — ухмыльнулся Купер. — мы и собирались начать заниматься чем-то подобным. После твоей свадьбы с Элис мы хотели создать клан, который будет заниматься производством Мини.

— Мини? Так их же кто-то производит уже. — удивился я. Я не помню, кому принадлежит юренд сейчас, но точно производится.

— Мини производит сейчас Королевская автокомпания, но они выставили её на продажу еще год назад, но убыточное предприятие никто не хочет выкупить. Мы и хотели на её мощностях что-нибудь производить, скорее всего купить у французов права на старые Пежо.

Ух ты, производить Мини, да еще и полноценные Мини Купер?! Заверните два!

Идея с Мини мне нравится, Пежо, наверное, брать не стоит. Мы еще сделаем Мини снова великим!

Глава 19 Проверка

Машина катила по мощёным узким улицам Лондона, то и дело останавливаясь в небольших пробках. Машин хоть было и немного, в сравнение с прошлым, конечно, но вечером, когда многие возвращались домой с работы, столица Соединённого Королевства вставала в такие заторы, что впору было основной час пик прождать где-нибудь в кафе.

Мы ехали с Джеймсом и Беллой из Саут-Окендонского приюта. Встреча прошла не так эмоционально, как я предполагал, а всё потому, что Белла с Джеймсом уже проговорились рыжей, что примут её в семью. Джинджер была счастлива, и, как всегда, не замолкала ни на минуту. В остальном все остались довольны, а я был рад вновь увидеть Эмбер, симпатичную воспитательницу, что помогла мне в первые дни моего «заселения». Директора в приюте не было, и это даже хорошо, почему-то не хотелось его встречать после разговора с Мэттью в видении. Мэтт говорил, что он в чём-то виноват и представляет опасность, и я ему верил, хотя причин подозревать Стивена не было. Остальные дети были на занятиях, так что их я не увидел. Да и зачем? Ни с кем из них я не подружился, а встреча с троицей Мэлла Греббса могла привести к нежелательным последствиям. Главное, чтобы они не навредили Джинджер, когда узнают, что её забирает та же семья, что и меня. После того как я высказал эти опасения, Эмбер меня успокоила, сказав, что сама присмотрит до субботы за Джи и в обиду её не даст.

— Надо было всё-таки ехать по двадцать пятой… — проворчал Джеймс, сидящий на переднем пассажирском сидении.

— Мы можем еще свернуть, сэр… — неизменный Вилсон рулил машиной, что в данный момент плелась за красным автобусом. — Тут можем проехать по Меин роуд и выедем на трассу.

— Давай, Вилсон. — Джеймс обернулся ко мне. — может заедем в мастерскую? Она как раз по пути будет.

Интересно. Я уже думал, что Джеймс забыл про наш проект. Я, конечно же, за.

— Да, если вы не устали. — я с вопросом в глазах взглянул на Беллу, но та лишь улыбнулась.

— Отлично! Вилсон, тогда едем в мастерскую на Кингсхедхилл. Кстати, Мэтт, там как раз должны привезти раму от Дженсеновского «Перехватчика», она всего на пару десятков сантиметров короче «ФФ», так что на неё можно опереться в первое время. Хотя бы для расчётов.

— Кстати, дорогой, ты так и не рассказал, что вы задумали с Мэттом. — Женщина положила руку на плечо мужу, сидящему перед ней.

— Дорогая, давай мы сперва попробуем, и если получится, то и покажем и расскажем, хорошо? — Джеймс погладил руку жены на своем плече. Похоже, он боится неудачи, но согласен попытаться. Если это только ради меня и моего отношения к нему, то за это ему еще один плюсик.

— Хорошо… — Белла, надула щёчки, показывая, как сильно обиделась, но по пляшущим чертенятам в глазах было видно, что она просто подначивает мужа.

— Мэтт, ты тоже пока не распространяйся среди… Друзей. — Джеймс закончил фразу, хотя Белла и пыталась его остановить, сжав его плечо и выражением лица прося замолкнуть.

Я улыбнулся. Как-то получается, что друзей в этом мире у меня нет, только новая родня и Джинджер, которая официально и даже по крови скоро станет сестрёнкой. А вот с друзьями напряжёнка. В принципе, как и «там», только начинаешь с кем-то близко общаться, так вас раскидывает по разным частям страны и света. А на работе было не до дружбы. Надеюсь, хоть в этом мире появятся люди, которых я смогу назвать друзьями.

Я даже не заметил, как загрустил, смотря в окно, но меня попыталась успокоить Белла, прижавшись к плечу.

— Не расстраивайся, Мэтт! Вот поступишь в Итон, и у тебя появится столько друзей, что телефонная книга заполнится! Да и нас с Джелли ты можешь считать друзьями.

— Спасибо, Белла, но вы не друзья… — Белла отстранилась удивлённо. — Вы гораздо больше, вы моя семья. — и я вновь был затискан русоволосой женщиной.

***

— Ну вот, Мэттью, проходи, это наша мастерская, которую основал еще мой дедушка Клиффорд Виллис. Именно тут он строил кареты, которые потом возили королевских особ!

Здание было хоть и большим, но, как будто, «немного» обветшалым. Каменные стены, местами потресканные, местами с глубокими трещинами, по которым ползли вверх вьюны, крыша из черепицы, которая уже покрылась мхом, а некоторые из них уже отвалились и зияли дырами. Большие двустворчатые ворота, сколоченные из толстых и старых, уже почерневших снизу, досок, слегка покосились, из-за чего перед воротами на асфальтированном подъезде к мастерской остались следы шкрябающих об него воротин. И под вечерним пасмурным небом мастерская выглядела весьма удручающе. М-да, в такой мастерской только кареты и собирать…

— Как тебе? — словно издеваясь, но явно гордясь, спросил Джеймс, ожидая моей реакции.

Я молча подбирал слова, чтобы не обидеть Джеймса, но всё-таки высказать своё мнение относительно этих руин.

— Очень… исторично… — произнес я, делая первые шаги по помещению и глазами выискивая хоть что-то, что можно было бы похвалить. — Большое помещение…

— Ещё бы! Это здание подарила моему деду сама королева Виктория…

— Я так и понял, хотя сперва показалось, что здание еще старше. — сделал я сомнительный комплимент.

— Да! — обрадовался Джеймс, — До того, как подарили это здание вместе с землей, это была конюшня Ланкастеров. Представь, какая история… Может быть именно в этой конюшне стояли кони, что потом участвовали в войне алой и белой роз… — Джеймс, так и стоящий у входа в мастерскую, погладил каменную кладку стены, при этом уронив один из камней кладки.

Я изо всех сил старался сдержать смех, а вот Белла не выдержала.

— Дорогой, — произнесла она, задавив свой смех под взглядом слегка обиженного мужа. — это историческое здание нуждается в реставрации или даже реконструкции. Поймут ли наши предки, если мы так небрежно будем относиться к подарку королевы и к конюшне самой графини Ричмонд…

Тут уже не выдержав, рассмеялся я.

— Ничего вы не понимаете… — обиженно вздохнул Джеймс и пошел внутрь здания, где на подъёмнике висел автомобиль, напоминающий «Победу» из моего прошлого, только в люксовом исполнении. Длинная машина, окрашенная в белоснежный цвет с множеством зеркальных хромированных деталей, начиная от дисков и заканчивая небольшим спойлером на крыше багажника. Это была единственная машина в мастерской и вокруг неё ходило несколько мужчин в чистых джинсовых комбинезонах. Откуда-то из глубины мастерской слышались звонкие стуки молота по жести, прокатывающиеся эхом по всему каменному строению. Мужчины, увидев нас, прекратили работу и, отложив инструменты, поклонились. Один из них, на вид самый старый, вышел вперед.

— Сэр Виллис, добро пожаловать!

— Привет, Робин, как дела?

— Всё идёт по плану, сэр, заказы сегодня есть, работники все на местах, инцидентов не было.

— Спасибо. Бен у себя?

— Да, сэр, недавно приехал и привёз «перехватчик» на эвакуаторе… — пожилой мужчина замялся, явно что-то собираясь сказать, но не решаясь.

— Говори. — Джеймс добавил немного раздражения в голос. Похоже, всё еще дуется на нас с Беллой, явно обычно он так не общается с работниками.

— Этот Дженсен, сэр… Он после аварии, упал на крышу, и отремонтировать его вряд ли получится, разве что взять целый кузов из донора… Там, наверное, только рама и целая.

— Отлично, Робин. — Джеймс улыбнулся. — нам только рама от неё и нужна. Пойдём, — он махнул нам, стоящим всё ещё у входа, рукой, позвав за собой вглубь ангара, откуда были слышны стуки.

Когда мы подошли к мужчине, который молотком выправлял кабину чего-то похожего на американскую классику, вроде Мустанга или Доджа Чарджер, только участвовавшего на соревнованиях дерби, тот не обратил на нас никакого внимания, продолжая методично бить по скомканной жести кузова автомобиля.

— Бэн… Бэн!.. — Джеймс, не дождавшись реакции, подошёл к нему и потормошил за плечо. Мужчина от испуга подпрыгнул на пару шагов от Джеймса и встал в защитную позу с занесённой для удара рукой, державшей немаленький такой молот. Но, увидев нас, мужчина расслабился, опустил руку и неглубоко поклонился.

— Сэр Виллис. Рад вас видеть! — Пожилой усатый черноволосый мужчина с зелёными озорными глазами, в таком же комбинезоне, как и остальные работники мастерской, оглядел нас и еще раз поклонился. — Дама Белла Виллис, молодой сэр Виллис, добро пожаловать в мастерскую!

— Белла, Мэтт… Рад вам представить нашего самого опытного сотрудника, работающего в мастерской уже больше десяти лет, эсквайр Бенджамин Ллойд, ифер ранга Эпт. Огневик.

Я радостно начал потирать руки. Наконец-то, первый знакомый ифер!

***

По дороге домой Джеймс сообщил, что завтра с утра мы едем в Министерство Эфира для подтверждения моей способности управления Эфиром, где мне должны присудить мой первый ранг — Тиро, то есть новичок, и дать разрешение на прохождение испытаний для поступления в школу Эфира.

Оказывается, не всё так просто с поступлением, как я думал. Перед тем как поступить в школу, род или семья проходит полноценную проверку службой безопасности Его Величества, чтобы предотвратить поступление «неблагонадёжных» учеников, которые уже являются, или в дальнейшем могут стать шпионами других стран или еще хуже, совершат террористический акт в школе. А в принципе, всё логично, если учесть, что сама принцесса Соединённого Королевства учится в Итоне, и за её безопасностью нужно следить, начиная от подбора учеников, и скорее всего вплоть до проверки персонала школы, начиная с их предков и заканчивая проверкой переписок и прослушиванием звонков.

Грядущее мероприятие меня почти не волновало. Единственный нюанс, не показать способности выше каких-нибудь рамок, чтобы не вызвать нездоровый интерес к своей персоне. С процессом подтверждения я знаком, несколько раз тестировал, так что волноваться было не о чем, но какая-то отдаленная часть мозга, отвечающая за страх и панику, тихонько подбрасывала мыслишки, что это опасно, что я не пройду, или наоборот, меня там же повяжут и казнят, раззадоривали еще и воспоминания из сна, где мужчина с тростью и в цилиндре нападает на мать Мэтта, кидая огненные шары. Но я, как мог отгонял эти мысли и видения, стараясь сконцентрироваться на других мыслях, не менее важных.

Завтра вечером ждёт встреча с тремя людьми, ответившими на мое письмо. Они согласились приехать в Энфилд, чтобы обсудить со мной сотрудничество. Деталей будущей работы я им не сообщил, но даже так, на простое приглашение они откликнулись, что говорило либо об их отчаянном положении, либо о чрезмерном любопытстве. На этих обоих качествах можно будет сыграть, так что даже если один откликнется, то уже можно нормально начать работу, в дальнейшем просто добавляя в штат новых людей. А сейчас после приезда домой и ужина меня ждёт не менее важное — тренировка с Вилсоном.

***

— На проверку способности манипулирования Эфиром вызывается… — Очень высокая женщина в бежевом платье до пола и с прической в виде башни, обвязанной такой же бежевой и украшенной жемчугами, лентой, стояла около центра большой круглой залы, держа в руках папку, обитую красным бархатом с золотой каймой, и приглашала тестируемых одного за другим. — Мэттью Грей Виллис из рода Виллис.

Я вышел вперед, оставив группу поддержки в виде четы Виллис. Джеймс волнения не выказывал, как же, вокруг еще групп двадцать, и среди них вполне могут быть аристократы, перед которыми выказывать свои чувства некультурно, только прямой взгляд, излучающий уверенность в отпрыске, и гордый вид. Белла же, напротив, сцепив ладони в замок, прижала их к губам, что-то неслышно шепча, и взволнованно-испуганно провожала меня к центру зала, где стоял бронзовый постамент с ножкой-колонной в виде ажурных листьев, снизу переходящий в треногу. На столешнице постамента на красных атласных подушечках дожидались своего часа два необычайной чистоты кристалла, размером с четверть моего кулака. Свет, что падал из ока куполообразной крыши зала, переливался во множестве цветов, и казалось, что кристаллы не преломляют падающий свет, а сами испускают его.

Я медленными шагами приближался к постаменту, чувствуя с каждым шагом, как разрастается волнение. Встряхнись, Мэттью, мать твою, Грей! Ведешь себя как студент, не выучивший билеты и входящий в аудиторию… Вдох, два шага, выдох… Вдох…

— Мэттью Грей Виллис, пятнадцать лет, самоинициация прошла неделю назад, всё верно? — высокая женщина чуть повернула голову ко мне и снизила голос, чтобы её услышал только я.

— Так-х… Кхм, простите, — волнение иссушило горло, и я откашлялся. — Да, мэм.

— Хорошо. Перед вами два кристалла, под правой рукой пустой, под левой полный. Если вы левша, можете поменять их местами. Возьмите кристаллы в руки, сжав их в ладонях так, чтобы кончики кристаллов оказались между указательным и большим пальцами. Закройте глаза, и представьте, что Эфир втекает в кристалл на правой руке. У вас десять минут. Вам всё понятно?

— Да, мэм.

— Начинайте.

Я протянул руки и взял переливающиеся под потоком лучей кристаллы, оказавшиеся достаточно тяжёлыми. Они хоть и были в два раза меньше тех, что мне давал Джеймс, но весили как будто вдвое больше. Прикрыв глаза, постарался расслабиться. Итак, нам надо показать средний результат, поэтому нужно подавать Эфир по чуть-чуть, следя за реакцией зала, в особенности нужно смотреть за дамой, что стоит возле меня. Надо дождаться, когда око над куполом закроют, чтобы свечение было видно всем, и тогда можно приоткрыть глаза, чтобы следить за происходящим. Вот шторка купольного ока начинает задвигаться, погружая зал в полумрак. Значит, можно начинать.

Приоткрыв глаза, замечаю множество глаз, направленных на меня. Так, сконцентрироваться на правой руке и на кристалле на нем, почувствовать, как Эфир сам тянется к пустому кристаллу, дать волю эфиру свободно потечь маленьким тоненьким потоком в адуляр. Чёрт, чёрт, чёрт!.. Поменьше, поменьше, вот так… Поток стабилизировался, свечение из ослепительно яркого холодного белого мерцания перешло в равномерный синий цвет, осветивший зал почти полностью, только высокий купол остался в полутьме. Получилось… Хоть этот кристалл был и более управляемым, я прямо чувствовал его, но нервная дрожь всё же охватила руки, которые начало потряхивать. В первое мгновение я очень беспокоился, что не удержу поток Эфира, что сам порывался влиться в пустой кристалл, заполнив его. Вот бы такой кристалл себе получить для опытов!..

— Мэттью Грей Виллис, манипулятор Эфира ранга Тиро, от имени Короны Министерство по Эфирным делам в моем лице поздравляет вас с прохождением проверки способности манипулирования Эфиром. — голос высокой женщины был настолько пресен и сух, что казалось, что она зла на меня, что ей приходится так много говорить. — Пропускная способность ноль целых пять десятых Декарта в минуту. — Голос женщины дрогнул, и она покосилась на меня. — Хороший результат, молодой человек. — Женщина едва дёрнула уголками губ в попытке показать улыбку. Неужели я всё-таки перестарался?! Эх, ну двум смертям не бывать, хотя, опять же, не в моем случае.

Штора над куполом раскрылась и свет солнца вновь осветил зал. Я положил кристаллы, поклонился в благодарности женщине, затем повернулся к залу и, кивнув головой, направился к парочке Виллис, горделиво принимающим поздравления от соседей.

***

— Слушаю. — тихий скрипучий голос старухи прозвучал в трубку.

— Что?! — услышав что-то из динамика телефона, старуха чуть не вскочила со стула, глаза загорелись яростной злостью. — Еще один… — хозяйка кабинета с книгами успокоилась так же быстро, как и вспыхнула. — Следите и готовьтесь. Завтра подробности доложите лично.

Глава 20 Программисты бывают разные

Вечер обещал быть интересным, как минимум.

В маленьком уютном кафе на Кингс Роуд с забавным названием "Молчание цыплят", за оговоренным столом сидели трое, абсолютно не похожих друг на друга, человека. Взрослый мужчина переваливший за сорок, о чем говорила его лысая голова с остатками начавших седеть русых волос, зачёсанными к лысине в попытке прикрыть бликующую под светом ламп лысину. Мужчина был одет по-деловому, строгий чёрный костюм, явно фабричный, а не сшитый на заказ, висел на плечах, как на вешалке, в то время как в районе талии обтягивал немаленький живот. В общем типичный пожилой офисный сотрудник, вышедший после работы пропустить пару бокалов пенного, дабы скрасить одинокий вечер.

Парень, что сидел напротив него, был юн, смугловат кожей, худощав, длинноволос и одет по-простому, в джинсы и футболку с накинутой сверху когда-то черной, сейчас же посеревшей, кожаной курткой, судя по виду вытерпевшей много разного на своем веку. Длинные черные волосы были стянуты в хвост, на лице только проявлялось подобие бородки и усов. По виду парень был больше похож на хиппующего панка из двухтысячных, чем на программиста. В отличии от девушки, сидящей рядом.

Короткое каре черных прямых волос обрамляло симпатичное, немного бледноватое лицо. Карие миндалевидные глаза спрятаны за круглыми очками с почти прозрачными, голубоватыми линзами. Девушка одета была тоже неброско: вязаный растянутый свитер красных оттенков, джинсы и кеды, с красными вставками. Она единственная, кто из этих троих могла быть принята за программиста. Я уж было подумывал развернуться и уйти, не внушали мне уверенности эти ребята, но подумав о том, что эти люди потратили на меня свое время, решил всё-таки подойти.

— Привет! Я — Мэттью Грей. Скорее всего, я с вами назначал здесь встречу. — я кивнул в знак приветствия.

— Школьник? — мужчина скривился, увидев меня, явно мой вид не оправдал его ожиданий. — Это какая-то шутка? Я ехал сюда три часа для встречи с ребенком?! — мужчина уже было порывался встать, но я понял руку с просьбой сесть обратно.

— Не судите книгу по обложке, мистер… — я замолк, в ожидании ответа.

— Моэм… Дональд Моэм.

— Мистер Моэм. Спасибо. Раз уж вы потратили три часа на поездку, давайте не будем терять времени впустую еще больше. Если вы сейчас уедете, вы просто потратите шесть часов и испортите себе настроение, а если останетесь, и мы друг друга устроим, то потратив всего лишь шесть часов и выслушав «школьника», вы сможете больше не беспокоиться о времени. — Сколько пафоса, Мэтт, точно Джеймс заразил. Но понимаю, что по-другому нельзя, надо завлечь и заинтересовать людей, а там уже посмотрим, что с ними делать.

Мужчина всё же сел обратно, но разочарование на лице не исчезло. Может просто набивает себе цену? Посмотрим.

— Привет. — парень с косой и в косухе привстал и протянул руку. — Я Нил Сингх. Рад познакомиться, Мэттью. — Парень хоть и говорил чисто, но чувствовался акцент, приправляющий речь парня приправами карри и южным солнцем.

Я пожал руку Нилу, кивнул и направил взгляд на последнюю из троицы, смущённо сидящую с опущенным взглядом, но заметив наше внимание, девушка вскочила и поклонилась.

— Здравствуйте. Я Эми Эванс. Приятно познакомиться. — хм, а мне казалось, что девушка точно японка или китаянка, а тут и имя, и фамилия вполне европейские. Забавно.

— Ну что же, леди и джентльмены, давайте приступим к разговору. Только дайте закажем что-нибудь, разговор будет долгий…

***

Мы всей толпой ехали ко мне в дом. Как так получилось? Очень просто. Как только я обрисовал ситуацию, и рассказал идею будущего видеохостинга, глаза у Дональда, загорелись. Он начал спорить, что такой сайт не будет ничего приносить, а только будет поглощать деньги на обслуживание, ведь одно видео может весить до сотен и сотен гигабайт, и хранить такой объём просто негде, кристаллы лэптопов не выдержат потоки данных и быстро разрядятся, и сайт, со временем, потратив кучу сил на поддержание, просто заглохнет. Сингх поддержал его, заявив, что такие хостинги обычно делаются локально, и для ограниченного круга лиц. Я начал им отвечать, что всё это можно обойти, они не поверили и я сдуру предложил им приехать ко мне, они сдуру согласились. И вот мы вчетвером едем на нашей машине, за рулём которой сидел ошарашенный Виллис, чаще удивлённо смотрящий на троих смущённо молчащих пассажиров на заднем сидении, чем на дорогу. Выдержав едва ли три минуты, Вилсон всё-таки обратился ко мне.

— Мэтт, а кто это с тобой?

Я обернулся и взглянул на троих моих новых знакомых с улыбкой, чтобы показать дружелюбие.

— Вилсон, это мои новые приятели, и нам нужно в хижину, поработать кое-над чем.

Вилсон задумчиво кивнул, промолчал еще секунд десять и произнёс.

— Я думаю, тебе заранее нужно оповестить сэра Виллиса, да и Квентин пусть подготовится.

Хорошая идея. Джеймса нужно сразу предупредить, что сегодня у меня гости, чтобы вопросов не было. Я был уверен, что он разрешит, даже не зная, чем мы будем заниматься. Я достал телефон из внутреннего кармана пиджака и набрал Джеймса.

— Джеймс, привет.

— Привет, Мэтт. Что-то стряслось? — Джеймс, похоже, был удивлён моим звонком.

— Нет, всё хорошо, спасибо. Я звоню с вопросом.

— Слушаю.

— Помнишь я говорил про проекты? Сейчас я и трое моих приятелей хотим недолго поработать в хижине над одним из них.

— Хижина?.. Твоя игровая? — опекун хмыкнул в трубку.

— Да, старая мастерская… — закатил я глаза.

— Понял. — смешок в трубку. — А что за приятели?

— Я с ними только сегодня познакомился…

— Ясно. Хорошо, но пусть Вилсон будет поблизости на всякий случай. И познакомь меня с ними как будет время, хочу на них взглянуть.

— Хорошо, с тобой я их тоже познакомлю, если они не против…

— Ведите себя культурно, никаких сигарет и алкоголя в… В хижине.

— Нет, ты что… Только соки, кофе и чай. — улыбнулся я, взглянув на ребят сзади, внимательно слушающих мой разговор.

— Правильно, молодец. — ухмылка Джеймса слышалась через телефон. — предупреди дворецкого, пусть подготовит ужин на всех вас.

— Да, Квентина предупрежу сейчас, но, наверное, нет, мы поели в кафе…

— Молодым людям нужно много и правильно питаться… да и вдруг задержитесь, хе-хе, по работе.

— Согласен… Разве что и вправду задержимся надолго. Спасибо!

— Не за что, Мэтт. Ведите себя пристойно. Я попрошу Беллу заглянуть к вам, ты не против?

— Нет, конечно. Буду рад. Пока?

— Счастливо. Если успею, после работы заскочу к вам. Кстати, Бен сообщил, что часть салона из алюминия, тебе это важно?

— По салону пока ничего не важно, но алюминий пусть оставит, пойдёт на переплавку.

— Понял, передам. Пока.

— Пока. — я убрал телефон. — Согласие родителя получено, всё хорошо. — сказал я, обращаясь к Вилсону, но так, чтобы меня услышали троица программистов. По их виду сложно было что-то понять, но разобрать то, что они воодушевлены поездкой в гости к сыну джентри, было не сложно.

***

— Добро пожаловать в мою хижину! Располагайтесь. — я, открыв двери, пропустил гостей внутрь подвала. Страха они не выказывали, но любопытство прямо читалось на глазах. До этого они чуть ли не облизали карету, висящую на подъёмнике, и чуть ли не в пояс кланялись дворецкому, встречающему нас у ворот гаража.

Зайдя в хижину, гости разбрелись, рассматривая интерьер, Моэм остановился у барного стола, разглядывая бильярдный стол и кии на стене, Эми маленькими шажками двигалась в музыкальный угол, а Нил Сингх уже разглядывал монитор лэптопа.

— Сэр Виллис. — обратился ко мне Дональд, приглаживая прическу, в тщетных попытках скрыть лысину. — У вас очень атмосферный кабинет… — подлизывается, или, узнав о дворянстве, уже относится по-другому, серьёзнее?

— Спасибо, но несмотря на титулы и возраст, давайте обращаться по именам, так, я думаю, будет удобнее нам всем. Вы согласны?

— Да, спасибо, Мэттью. — мужчина кивнул благодарно. — так и вправду будет удобнее.

— А вы? — я обратился к молодёжи в дальней части помещения. — Не против обращения по именам?

— Я нет, — беззаботно пожал плечами индус, — так проще.

— Мисс Эванс?

— Что? Простите сэр Виллис, я отвлеклась. — бледные щёки девушки налились краской. — Повторите, пожалуйста, вопрос.

— Мы тут решили обращаться друг к другу по именам, и хотели узнать, не против ли вы?

— Не против. — девушка опустила глаза в пол.

— Вот и отлично. А пока давайте выпьем чего-нибудь, за знакомство! Правда у меня в холодильнике только соки. Кто какой будет?..

***

— … А я говорю, что смысла запускать нет! — яростно оспаривал свое мнение Дональд, прохаживаясь по комнате. — Кристалл будет захлёбываться, получая гигабайты потоков, и всё ради чего? Чтобы посмотреть коротенькое видео!

— Да причем здесь кристалл? Нагрузка будет только на сеть, но с современными скоростями видео будет загружаться в секунды.

— Это первые пару десятков загрузок! Кристалл не рассчитан на такое! Даже самый объёмный, в пару Декартов!

— Декарты? — опять это слово, но… — Причём тут эфир?

Троица недоумённо переглянулась.

— Так, Мэтт, скажи, ты разбираешься в лэптопах? — подозрительно прищурил глаза Дональд, он, как самый старший и опытный, уже взял Сингха и Эванс под крылышко.

Я задумался, припоминая. Я же смотрел как устроен лэптоп, те же материнские платы, диски памяти. Процессор. Про всё это я и сообщил Моэму.

— Мэттью, главное в лэптопе — это кристалл и контроллер. Странно, что, зная про процессоры и диски памяти, ты не упомянул про них.

И что мне ему сказать? «Простите господа и дама, я тут мимолётом, у меня в мире главным были процессоры и материнки»? Но нужно вытаскивать себя из ямы глупости, куда я, в глазах гостей, попал, еще и по собственному желанию.

— Дональд, то, что я сейчас скажу — секрет, и надеюсь вы про него никому не расскажете…

Мужчина и парень просто кивнули, а Эми произнесла своим тонким милым голоском.

— Мэттью, если это секрет, может не стоит его говорить тем, с кем знаком всего несколько часов?

Логично, но секрет и не секрет в принципе, а отмазка, и чем больше его людей будут знать, тем проще будет мне выходить из таких глупых ситуаций.

— Да нет, Эми, я вам доверяю. — улыбнулся я троице, сидящей на диване, в то время как я сидел на компьютерном кресле на колёсиках. — Дело в том, что я недавно подрался с группой людей, и получил черепно-мозговую травму. После этого я частично потерял память, которую я постепенно восстанавливаю. — я пожал плечами. — Вот и весь секрет… Но немного стесняюсь этого. — я изобразил смущённую улыбку.

— При этом ты написал код для сайта? — неверяще спросил меня смуглый Нил.

— Ну да, я изучил кодинг, когда у меня появилась идея создания видеохостинга и мне понадобилось написать код для сайта.

— А до этого… инцидента, ты этим занимался? — спросил Дональд, всё ещё не веря мне.

— Кодингом? Нет…, наверное, нет. — я вновь пожал плечами.

Троица переглянулась удивлённо и задумчиво.

— Что-то не так? — спросил я, пытаясь понять, что их так удивляет.

— Мэттью, или ты нас обманываешь и это какой-то глупый непонятный розыгрыш, или…

— Или ты гений! — улыбнулся во весь рот Нил Сингх, закончив за Дональда.

В это время двери хижины открылись и зашла Белла. Мы все встали в приветствии, Дональд с Нилом поклонились, а Эми сделала реверанс. Ну да, Беллу со слугой не спутаешь. Белоснежное строгое твидовое платье с позолоченными пуговицами, идеально лежащее на фигуре женщины и явно сшитое на заказ, правильные осанка и движения с прямым взглядом на улыбающемся лице не давало сомнений, что эта женщина высокого происхождения.

— Привет ребята! — женщина привыкла к неяркому освещению в помещении, и оглядела моих гостей, постепенно её улыбка исчезала, а брови поползли вверх в удивлении. Ну да, наверное, она ожидала увидеть плюс-минус сверстников, а у нас тут та еще солянка. Будто я подобрал на улице первых попавшихся людей: уже начавшего стареть офисного работника, спешащего после работы, волосатого хиппаря-музыканта, играющего на гитаре за мелочь, и девушку-студентку, явно бедную, судя по растянутому мужскому свитеру на ней. — Кхм… Мэттью, Подойди, пожалуйста.

— Сейчас! — я повернулся к ребятам. — подождите секунду, скоро я вас познакомлю. — быстро подошёл к ожидающей с нескрываемым удивлением женщине.

— Мэтт, кто это? — шепотом спросила меня она.

Это мои будущие сотрудники. — так же шепотом ответил я ей, улыбнувшись. — и сейчас у нас полу-собеседование, полу-брифинг.

— Это точно не прохожие? — недоверие Беллы не исчезло.

— Нет. — я, улыбаясь, чуть отошел от неё, давая пройти поближе к моим гостям. — леди Белла, позвольте познакомить вас с моими приятелями. — мы подошли поближе к так и стоявшим программистам. — мистер Дональд Моэм, Программист?.. — я вопросительно взглянул на мужчину, чтобы он сам представился.

— Да, мэм, Программист с опытом работы больше двадцати лет. — мужчина вновь поклонился.

— А это…

— Нил Сингх, мэм, кодер-любитель и музыкант. — Что? И вправду музыкант? Интересно.

— И вишенка в нашем интернациональном торте — мисс Эми Эванс…

— Приятно познакомится, мэм. — девушка вновь склонилась в реверансе, держась за протянутую руку Беллы.

— Вы тоже программист? — удивленно подняла бровь моя опекунша.

— Да, мэм, программист и Элти-дизайнер. — Ух ты, сразу все, кто мне нужен в одном милом лице!

— Ясно… — Белла улыбнулась всем троим. — Мы рады принимать друзей Мэттью в доме Виллис. И я рада познакомится с вами. — неглубокий чуть заметный кивок головой. — Вы продолжайте, а я пока распоряжусь принести вам чай. Наверное, вы голодны?

Я заметил, как троица отвела взгляд, чтобы не обижать хозяйку отказом, и решил вмешаться.

— Спасибо, Белла. Мы с соком. — я кивнул на стаканы на барной стойке. — Если хочешь, можешь присоединиться. — предложил я, с намеком, что без неё было бы легче, но, естественно, намёк был проигнорирован, оставшись незамеченным.

— Спасибо, Мэтт. С радостью посижу, послушаю вас.

***

Конечно же Белла не смогла уйти, даже услышав в предложении Мэтта намёк. Во-первых, чисто женское любопытство, что за проект у её милого сыночка, а во-вторых, эта очень странная троица выглядела как угодно, но не как программисты и женщина беспокоилась за Мэтта, чтобы его не обманули или еще как-нибудь не навредили. Ведь ему только исполнилось пятнадцать, а эта троица могла сыграть на его наивности и незнании реалий реального мира, где есть мошенники, воры и другие, упаси Лорд, негодяи.

Белла, налив себе мангового сока в прозрачный стакан, уселась за барной стойкой и повернулась в сторону троих гостей, изредка с опаской поглядывающих на неё. Что-то замыслили или просто боятся её? Неважно, главное, чтобы не причинили вред Мэтту и не обидели его…

— Итак, на чём мы остановились? — Мэтт уселся на кресло напротив троицы, рассевшихся на диване, который она сама выбирала для сыночка.

— На кодинге. — старый мужчина в фабричном костюме, с плешиной на лбу. Разве бывают такие программисты?! По TV сериалам Белла помнила, что программисты — это красивые высокие джентльмены, одетые с иголочки, уверенные в себе, с ровной осанкой. А этот?! Обычный офисный клерк в захудалой фирме…

— Точно! — Мэтт вёл себя с гостями уверенно и раскованно, и из этих троих он сам больше всех походил на программиста. — Ну написал я код для сайта за пару недель, разве это сложно?

— Я, например, всё еще учусь. — смуглый парень, явно откуда-то из Индокитайской империи, говорил с забавным акцентом, коверкая некоторые слова до неузнаваемости. — Уже лет пять как учусь программированию. А ты говоришь, что написал код за две недели. — в голосе лохматого индуса чувствовалось то ли обида, то ли недоверие.

— Так ты учишься всему сразу, а я искал только нужные данные, и, если честно, некоторые блоки я прямо списывал с примеров. — Мэтт развёл руками и улыбнулся. Он так красиво улыбается, милашка… — Но меня не устраивает результат. Я сейчас покажу, как выглядит сайт, а потом объясню, как он должен выглядеть. И мы вместе с вами подумаем, сможем ли мы это реализовать. Но сперва хочу спросить, вы точно готовы со мной работать? И что по оплате? — Что? Он еще и платить им собирается? Чем? Надо будет ему еще немного денег дать. Или попросить Джеймса открыть личный счёт? Да, так Белла и сделает. Пусть Мэттью учится распоряжаться деньгами и персоналом. Он же наследник рода. В этом случае эти трое отлично подойдут для начала. Даже если обманут — это будет уроком для Мэттью.

Странная троица переглянулась, явно замешкавшись. Слово взял плешивый.

— Мэттью, давай мы это обсудим наедине, и скажем решение. — немного смущаясь и поглядывая на Беллу, произнёс он.

— Да, конечно. Я пока отойду к Белле. — Мэтт встал и подошёл к барной стойке.

— Не скучаешь? — как-то неожиданно и легко Мэтт переходит с официального «леди Белла» на «ты». Белла не раз замечала, как парень обращается к ней с официозом, а иногда переходит на неформальное общение, как будто в настоящей семье. И Белле это нравилось. Значит Мэтт привыкает к ним. Хотя с Джеймсом они уже давно на ты. Интересно, он когда-нибудь будет называть их мама-папа? Женщина очень ждала этого…

— Леди Белла… — Мэтт дотронулся до неё рукой.

— А? Что? Прости, Мэтт… Задумалась. — Белла улыбнулась чуть виновато.

— Не отвлекаю? — спросил парень с обеспокоенным лицом.

— Нет-нет, что ты, милый?!

— Как тебе наши гости?

— Если честно, то из них на программистов больше всего похож ты.

Парень весело рассмеялся, взглянув на троицу, что-то тихо обсуждавшую на диване.

— Я тоже об этом подумал, когда увидел их впервые.

— А когда ты успел с ними познакомиться? — Белла знала, что Мэтт попросил Джеймса отпустить его на встречу со знакомыми, но не знала, что это за люди, поэтому Джеймс сам уехал за рулём, а Вилсона назначили водителем и охранником парня. Мало ли что. Вон, в прошлый раз выход за пределы дома ночью вылился… Женщина вздохнула, отгоняя страшные воспоминания.

— Мы познакомились в Сети. Я искал таких людей, и они первыми откликнулись. А лично познакомились только сегодня. Кстати, спасибо за… — Мэтт мило смутился. Такой лапушка. — за подарок…

— Не за что, милый! Если бы я знала, что у тебя такие большие планы, — Белла кивнула на троицу. — я бы подарила больше… И, Мэтт, мы хоть и не аристократия, но мы ещё, слава Лорду, не бедные. Если нужны будут деньги, можешь обращаться к нам с Джеймсом. Мы никогда не откажем. Но, естественно, в разумных пределах. — Белла улыбнулась. — Тигров и крокодилов в качестве домашних питомцев я не потерплю. — Женщина рассмеялась с Мэттом в унисон, представив, как у камина в гостиной греется аллигатор.

— Спасибо, Белла! — Мэтт порывисто обнял женщину, сам же смутившись от этого.

— Не за что, Мэттью. — Белла провела по щеке смущённого парня. — Мы же семья и должны заботиться друг о друге…

— Мэттью, можно тебя? — окликнул парня тот же мужчина в фабричном костюме. — Мы закончили.

— Отлично! — Мэт соскочил с барного стула и быстро направился обратно к дивану и уселся за свой компьютерный стул. — Внимательно вас слушаю.

— Мы готовы работать на вас, если вы не против. — Мужчина бросил взгляд на Беллу. — Оплата семьсот фунтов в неделю. Но есть еще один пункт. Мы хотим десять процентов от будущей прибыли.

Мэтт задумался, нахмурившись. Белле же требования по оплате казались неплохими. Ещё позабавил факт того, что они рассчитывают на прибыль этого, как называет Мэттью, "проекта".

— Нет. — твёрдо произнёс Мэттью. Белла даже удивилась строгому голосу приёмного сына. — Это слишком высокая оплата, тем более в первое время. И я не готов отдавать тридцать процентов от прибыли проекта…

— Прости, Мэтт, ты неправильно меня понял, точнее, я неправильно объяснил. Семьсот фунтов в неделю и десять процентов — это на всех троих. Нил и Эми получат три процента, а я, с вашего позволения возьму руководство над ними, и получу четыре процента. — Хм, неужели они так доверяют предприятию Мэтта?

— Это приемлемо. — Мэтт был сама серьёзность. — оплата меня устраивает. К следующей нашей встрече, Дональд, подготовь договор найма с указанием всех тонкостей. Пока проект в разработке, фирму регистрировать не будем, займемся этим непосредственно перед запуском. А сейчас, давайте посмотрим, что я уже сделал, и будем обсуждать, как это исправить. — парень встал и пригласил их поближе к монитору.

Троица вместе с Мэттом направилась к лэптопу, но, так как там было неудобно располагаться вчетвером, Мэтт предложил повернуть диван к лэптопу. Вдвоем со смуглым парнем Мэтт это быстро сделал, сам сел за стол, троица уселась обратно на диван. Белле тоже было видно экран лэптопа, но разобрать, что там показывалось, не могла, поэтому, тихонько встав, подошла к краю дивана.

Мэтт начал что-то быстро нажимать, перебирая пальцами по клавишам и бегая курсором мыши по экрану, пока не открылась страница в Сети со странным названием «Youtube» и с красным логотипом в форме включения проигрывателя. На странице было всего одно видео, где угадывались очертания барной стойки, у которой недавно сидела Белла. Мэтт уже хотел куда-то нажать, но женщина его остановила, увидев, что на картинке Мэтт сидит спиной с гитарой в руках.

— Мэттью, подожди… А что там за картинка?

Мэттью смутился, и даже его щёчки покраснели. Милота!

— Это та песня. — постарался намекнуть на что-то парень, но Белла его проигнорировала.

— Можешь включить? Я давно не слышала как ты поёшь…

Мэтт вздохнул обречённо.

— Хорошо… Дональд, Нил и Эми, то, что вы сейчас увидите — это еще один секрет. Но уже очень важный для меня и нашего проекта. Прошу, не распространяйтесь об этом никому.

Троица удивлённо кивнула, не понимая, что за секрет может быть связан с видео и с песней.

Мэтт на десяток секунд вперился в экран, ища по файловой системе что-то, затем что-то буркнул себе под нос и отодвинулся от лэптопа, дав остальным увидеть, что твориться на экране. А там с близкого расстояния было снято, как чьи-то пальцы перебирают струны гитары, высвобождая приятную простенькую мелодию, которую Белла сразу узнала. Это та песня, что иногда всё еще играла по TV, но тут качество было намного лучше.

— Да ладно… — Нил Сингх отвёл от экрана глаза и с удивлением уставился на Мэтта. И правда музыкант, сразу узнал песню. — Только не говори…

— Не скажу. — улыбнулся ему Мэтт. — Давай послушаем, раз уж начали…

Белла наслаждалась. Наслаждалась красивой мелодией, приятным голосом сына, но больше всего ей нравилось наблюдать, как эта троица неверяще смотрела то на экран, то на Мэттью. Ей нравилось чувствовать, что она мать этого юноши, который завлекал всех своим пением. Ей нравилось чувствовать гордость за сына.

А на экране тем временем парень, сидя спиной к камере начал петь припев:

"И не важно, что плетут…

Мне не важно и давно…

Всё равно…"

Глава 21 Признания

Проводив гостей-программистов, с которыми я просидел до десяти вечера, я вернулся обратно в хижину, чтобы всё там убрать и, может быть, поиграть на гитаре. Не знаю почему, но мне хотелось побыть одному, подумать. Было какое-то ощущение, что я что-то делаю не так. Так бывало, тогда, еще в прошлом мире, на службе. Я ощущал еле заметное щемящее чувство, будто за мной наблюдают, будто кто-то следит за мной. Помню, как-то раз, мне пришлось прыгнуть из кузова мчащего по пустынной дороге «Урала». В тот день, с самого утра щемило сердце, в голове проносились непонятные панически-параноидальные мысли. Но к офицерам со своей паранойей обращаться не стал, чего доброго, могут снять со службы или даже уволить по состоянию умственного здоровья. В дальнейшем я, конечно, жалел об этом, если бы я рассказал, если бы меня послушали, то мой взвод остался бы в живых, а не сгорел вместе с «Уралом» от гранаты, прилетевшей из-за бархана. Тогда, за пару секунд до взрыва, я, сидящий у заднего борта и взволнованно оглядывающий местность, и заметил шлейф летящего на нас снаряда, но максимум, что я успел сделать — это крикнуть «граната!» и выпрыгнуть за борт обречённого грузовика, чуть не попав под колёса следующей за нами колонны. Мы тогда отбились, но этого ничего я не помню, я лежал контуженный целую неделю, а по возвращению мне дали позывной «Лаки» и дали звание младшего сержанта. И потом пару раз ещё меня спасало это чувство. Ну, кроме последнего случая возле дома. Там это чувство опасности ничем не помогло…

К чему это я… Вот, прощаясь с программистами я почувствовал то же, уже забыто чувство опасности, подкрадывающейся угрозы, но не мог понять, из-за чего. Начал перебирать в мыслях возможную причину, в надежде что чувство подскажет. Семья? Нет… Джинджер? Нет… Кодеры может что-то задумали? Не чувствую… Странно. Эфир?.. Вот тут сердце начало биться сильнее. Эфир, Эфир… Что могло случиться? Откуда опасность? Непонятно. Вроде никто ничего не должен был узнать. Или я где-то засветился?..

— Мэтт, можно к тебе? — двери отворились, на пороге появилась чета Виллис.

— Да, проходите, конечно. — я встал с дивана в приветствии. — Прошу, располагайтесь. — указал на задвинутый обратно на свое место диван.

— Ты какой-то грустный, — подозрительно осматривая меня, заметила Белла. — что-то случилось?

— Нет… — я задумался над ответом. — Просто неспокойно почему-то.

— Может мы можем помочь? — Белла подошла ко мне и приложила ладонь к моей щеке. — Мэтт, мы желаем тебе только добра, и если что-то надо…

— Спасибо, Белла. — я накрыл её ладонь своей. — Ваша забота очень приятна. Но пока я сам не знаю, что меня беспокоит.

Джеймс, проходя мимо, похлопал меня по плечу, и уселся на диван, Белла, присоединилась к нему. Я, уже по привычке, придвинул компьютерное кресло и уселся напротив приемной семьи.

— Мэтт, — серьёзно начал Джеймс. — я, честно, очень рад, что ты пробуешь себя в разных направлениях, и машины, и музыка, и лэптопы, и понимаю, что ты ищешь себя, свой интерес в жизни, но… — мужчина замолчал, раздумывая. — Не хочу тебя обидеть, но ты хочешь усидеть на нескольких стульях. Мы с Купером, конечно, поддержим твое начинание с автомобилями, благо, это нам будет стоить немного, с учётом полученного тобой при этом опыта для дальнейшего развития наших планов…

Опять планы, о которых я не знаю? Я приподнял бровь в недоумении, напряженно смотря в глаза Джеймса.

— Подожди, не вскипай… — Джеймс поднял руки, выставив ладонями вперед. — Дай мне договорить. — он опустил руки, поняв, что я никак больше не отреагировал, застыл на пару мгновений, подбирая слова. — То, что я сейчас расскажу, возможно тебя сильно разозлит, но дай мне всё объяснить, перед тем, как будешь что-то предпринимать.

— Хорошо… — я принял расслабленную позу, хотя внутри у меня всё сжалось. Опять какие-то секреты, интриги. И, что немаловажно, я, скорее всего, опять участвую в них, ничего об этом не зная.

— С Джей Купером мы знакомы давно, — начал Виллис издалека. — мы учились в одной школе, да и наши роды тоже давно дружили. Однажды, совсем не в лучший день в моей жизни, в одном из приёмов барона Энфилда в честь дня его рождения, мы с Купером встряли в неприятности. — Джеймс замолчал, переведя дух, и, похоже, вспоминая подробности того день. — Мы повздорили с виконтом Слимом, сыном графа Стэмфорда. Дело чуть не дошло до драки, начались оскорбления с его стороны, из которых мы узнали много подробностей прошлого…

***

— …Джеймс, стой! Не стоит он того! — Джеймс Купер придерживал друга за локоть, не давая совершить непродуманный поступок.

— Отпусти, Джей! Я вызову его на дуэль! — Джеймс Виллис всё порывался освободиться, чтобы вцепиться в этого мерзкого виконта.

— Остынь, Джеймс! Тебе всё равно не позволят провести дуэль. Он аристократ.

— Мне всё равно! Отпусти, я его просто прибью!

В заднем дворе большого поместья в этот момент находились только они: Джеймс Виллис и придерживающий его Джеймс Купер, а напротив стояли двое ухмыляющихся виконтов, Слим и Келдкот.

— Дворяне… — презрительно бросил Слим, посмотрев на друга, — Что с них взять. Ни манер, ни выдержки. Конюх и бондарь! Правильно сделала твоя матушка, Виллис, что ушла от вас. Дочь барона замужем за конюхом, нонсенс!

Джеймс застыл, он не знал, что его мать, бросившая их с отцом и совсем маленьким младшим братом, была аристократкой. Эта информация повергла его в шок.

— Что, удивлён, Виллис? Твой папочка — баронет, ха-ха, об этом не рассказывал? Конечно нет! Он же больше по лошадям! И за что только титул вам дали?! Подумаешь, карету королю сделали.

— И виски! — вмешался Келдкот.

— А, ну да, бондарь! Как же мы забыли про Купера?! Получили титулы от глупого короля пару столетий назад, и уже на приёмы к аристократам ходят. Джентри… — процедил виконт сквозь зубы. — Зря вы перешли мне дорогу. Я обещаю, вы и ваша кровь никогда не станете вхожи в круг аристократии, и приложу все усилия чтобы вас никто не принимал… Кстати, ты знаешь, что стало с твоей мамочкой? После того как отец наигрался с ней и получил её баронство, он отправил её в монастырь, где она и подохла с голода, как и положено жене конюха!

Джеймса заволокла пелена безумства. Он попытался отцепиться от друга и наброситься на виконта, стереть её мерзкую издевательскую ухмылку с лица, но Купер держал крепко.

— Слим… — процедил в бессильной ярости Джеймс, — Запомни мои слова… Когда-нибудь я или мои дети станут аристократами, и тогда твой род исчезнет! Я Клянусь!!!

***

Джеймс замолчал. Он тяжело дышал, кулаки сжал так, что ногти впились в кожу.

Да уж, такая Санта-Барбара нам и не снилась. Я конечно почти половину не понял. Почему они сцепились? Почему мать Джеймса ушла к отцу этого Слима? И как так получается, что баронство матери Джеймса сейчас принадлежит другому роду? Разве нельзя это оспорить? Но тормошить Джеймса не стал. Сам, если захочет, расскажет. Меня мучал другой вопрос. Причём тут я? Мэттью, мать твою, Грей, почему тебе нельзя просто жить спокойно?! Почему вокруг тебя столько интриг?! Джеймс же не зря начал этот разговор, он же сейчас переложит свою месть на меня…

Белла погладила мужа по спине, возвращая из мира горьких воспоминании в реальный.

— Да… — вздохнул Джеймс. — Такая вот история…

— Угу… — промычал я, ожидая продолжения.

— Ты же понял к чему я веду? — Джеймс с надеждой и опаской поднял на меня взгляд.

— К тому, что весь ваш план по усыновлению меня, это маленький шаг в дороге мести? — я приподнял бровь. — Это я понял, но не понял всего плана. И не понял, зачем это мне. Вы из меня хотите сделать воина-мстителя? Но ведь вы не знали, что я ифер… Стоп, женитьба с Элис?

Джеймс неловко улыбнулся.

— Да, объединение двух родов в клан посредством брака. Мы готовились к объединению еще с того дня, когда… Когда мы повздорили со Слимом. Но потом родилась Элис, а у нас с Беллой не получалось зачать ребенка. Когда Элис уже исполнилось семь лет, а у нас всё еще не получалось, Джей предложил подождать еще, ведь его первая жена, мать Элис была вновь на сносях, и у нас появился второй шанс… Но ребенок родился мёртвым, и жена Купера не пережила роды. О плане пришлось забыть, но через некоторое время Купер женился вновь, но со второй женой у него тоже не получилось зачать ребенка. Мы уже отчаялись, и тогда я узнал, что у меня… — Джеймс смутился и отвёл взгляд от жены, боясь продолжить.

— Я понял. — кивнул я, давая возможности избежать больной темы.

— Спасибо. И тогда Белла предложила усыновить ребенка, и провести старинный обряд усыновления. О нём многие знают, но подробности полного обряда знают только жрецы Триады. Посовещавшись со жрецом, и узнав подробности о передаче крови приёмных родителей ребенку, мы поняли, что это выход. Поэтому мы выбирали из сирот мальчика примерно возраста Элис, и…

— Выбрали меня. — закончил я за него. — За что я премного благодарен. — я поклонился, сидя на кресле.

— Да… Так вот, с помощью вашего брака мы хотели не только создать клан, но и объединить наши рода в один большой род Виллис-Купер. А с учётом того, что мы оба занимаемся автомобилями и знаем, что к чему, хотели создать фирму, которая дала бы нам возможность уже в будущем, когда-нибудь, получить или купить титул барона. И тогда уже объявить войну роду виконта Слима, который сейчас уже граф Стэмфорд.

— Два мелких дворянских рода объявят войну графскому роду? — да уж, решили две мышки, что сильнее кошки, блин.

— Нет. — Джеймс улыбнулся, с нескрываемой гордостью. — Один большой клан, во главе с бароном Виллис-Купер!

— Звучит, конечно, здорово, но если мы объединим рода, то клана не получится.

— Тут есть нюанс. — Джеймс хитро подмигнул. — Если ты станешь главой рода, и получишь ранг, как минимум, Эпта, и отслужишь в армии короны три года, то получишь следующий титул, то есть станешь бароном. А баронетов и рыцарских родов, готовых вступить в аристократический клан, намного больше, чем просто в дворянский… И вот тогда мы и скорректировали наш план, с учётом твоих возможностей. И цель оказалась так близка, что мы, боясь сглазить, не говорили о плане даже тебе… Прости пожалуйста, Мэттью. — Джеймс с надеждой уставился на меня, ожидая реакции.

Да уж, задали мне задачку… Расти большой, не будь лапшой, за это вот тебе подарки: клан на управление, жена на укрощение, завод машинный с шильдиком Мини. Но есть пара нюансов: Тридцать лет и три года отслужишь короне, и видишь Дракона? Завалишь его… Задача интересная в принципе, и во многом пересекается с планами, которые я поставил себе еще в приюте, единственное — не хочется опять идти на службу, видеть снова эти крашенные газоны и затаптывать берцы до дыр на плацу. Но, если по плану это нужно, можно и потерпеть, тем более ради Беллы и Джеймса, которым я и вправду чувствовал благодарность за честный рассказ.

— Спасибо большое. Конечно, я прощаю тебя, Джеймс. И рад, что ты мне всё честно рассказал. Один вопрос — от службы никак не отвертеться?

Джеймс задумался на минуту, затем его лицо осветила догадка.

— Есть два варианта. Стать для короны очень важным лицом: обычно это учёные или политические деятели. Но это не наш вариант. — Обидно, однако. Я не гений, конечно, но всё же. — Второй: изобретение или производство оружия по заказу королевства. Вот на этом можно и сыграть. Придумаем что-нибудь, или выкупим патент. Но если не получится…

— Если не получится — пойду и отслужу, — улыбнулся я благодарно. Эти оба варианта вполне реализуемы. — раз уж королевство не может без меня.

— Еще, Мэтт, — Джеймс оглянулся на жену, которая сидела рядом с ним всё это время молча. — Белла мне рассказала про твоих приятелей, и я тоже обеспокоен твоим выбором… Не стоит приглашать в дом, и тем более принимать на работу первых встречных. Если бы ты попросил, Вилсон бы их проверил. Может они мошенники, и узнав нюансы твоей идеи, украдут её?

— Да, — задумался я, — ты во всём прав, кроме одного. Идея висит в воздухе, и кто займётся ей первый — не важно. Важно, как дальше развивать эту идею, и как преподнести её людям.

— Ну-ка, ну-ка! — Джеймс заинтересовался. А мне, сейчас, после такого честного разговора, было стыдно что-то скрывать, поэтому я начал объяснять суть проекта.

— Вот слушай, представь себе площадку в Сети, где каждый может выразить себя, прославиться перед огромной аудиторией на видео. Кто-то будет петь, кто-то танцевать. А кто-то будет просто сидеть и смотреть кино а затем обсуждать его. А ты можешь посмотреть на него. Понимаешь?

— Не совсем. Зачем мне смотреть на кого-то, кто смотрит кино у себя дома? — спросил недоумённо Джеймс.

— Нет, ты не будешь смотреть именно его. Ты можешь посмотреть, как я, например, пою. Посмотришь? — мужчина кивнул с улыбкой. — Вот! Или захочешь посмотреть, как отремонтировать ходовую в Остине, которую ты никогда не видел. Ты зайдёшь на эту площадку, найдёшь в поиске такое видео, и посмотришь.

Джеймс неверяще улыбнулся.

— Другой пример. — продолжил я напирать. — Представь, ты захотел экзотической кухни, и чтобы именно Белла приготовила. — женщина оживилась. — Вот она зайдёт на эту площадку, найдёт видео-рецепт, и приготовит тебе вкуснейшую шаурму.

— А ты уверен, что люди будут размещать свои видео на площадке? Зачем им это?

— Две причины и обе банальны: жажда популярности и жажда денег.

— Денег? Ты собираешься платить им? — это уже Белла вмешалась.

— Сперва да, но потом подключатся рекламодатели — люди, готовые платить за то, что их реклама появилась ненадолго в начале или в конце видео.

— Да не-е-ет! Никто не будет за это платить! — отмахнулся Джеймс, улыбаясь.

— Ну вот представь, ты открыл мастерскую, не здесь, а в Ливерпуле, например. Как ты её будешь рекламировать?

— Зачем, водители сами найдут, если их устроит цена и качество.

— То есть никак. А представь, если в видео, которые смотрят водители из Ливерпуля, будет твоя реклама. Как думаешь, клиентов будет больше?

— Не знаю, — пожал плечами в недоумении Джеймс.

— А я знаю! Представь миллионы просмотров рекламы только в одном городе, как минимум половина заинтересуется, половина от половины захотят приехать, и еще половина от этой половины сразу же запишутся на обслуживание. Тое есть десятая часть миллиона — это твои потенциальные клиенты.

— Да не может такого быть. — неверяще смотрел в потолок Джеймс, затем взглянул на Беллу. — Ты как думаешь?

— Я верю. — пожала та плечами и улыбнулась мне открыто. — Мэтт умненький!

— Кхм… Ладно, продолжай. Пусть будет так.

— Так вот, мои программисты — знают только про код и внешний вид. И от них многого не требуется. Просто поправить мою работу, приукрасить её. А десять процентов с дохода — это неплохой мотиватор для хорошей работы, и моя благодарность за то, что они, трое взрослых людей, доверились подростку, и согласились со мной работать. — пожал я плечами.

— А ты продуманней, чем я думал. — улыбнулся Джеймс, — значит и с автомобилем у тебя уже есть план?

— Автомобиль? — удивилась женщина, переводя взгляд с меня на Джеймса.

— Ну… Как бы… Мэтт предложил нам с Джеем идею создания автомобиля, на каких-то новых принципах. Мы с Купером ничего не поняли, но решили его поддержать. — виновато улыбнулся Джеймс жене. — Даже если ничего не получится, мы все получим опыт, а вложения не чувствительные. Тем более, всё будет делаться на наших мастерских. Как раз посмотрим, кто из мастеров проявит себя, да и Мэтт научится руководить процессом.

А что за машина? — Белла перевела горящий заинтересованностью взгляд на меня.

Ну, раз уж у нас вечер признаний, можно и рассказать.

— На самом деле не автомобиль. — Пара недоуменно переглянулась. — а несколько автомобилей…

— Подожди, Мэтт, а ты уверен, что получится создать сразу несколько? — Джеймс перебил меня, полный недоверия и, похоже, просчитывал в мыслях убытки.

— Если они будут на одной платформе, то почему бы и нет. — улыбнулся я.

Джеймс думал пару мгновений, после которых на его лице всё отчётливей начала проявляться улыбка.

— Вот что! Точно! Платформа, которую, как ты говорил, на которой мы будем тестировать двигатели и ходовую часть — это основное! А кузова можно делать какие-угодно, да?! — мужчина встал и начал расхаживать замой спиной. — А Дайсон? Он причём? думаешь согласится производить нам запчасти?

— Пока не знаю… — произнёс я, крутнувшись на стуле в сторону Джеймса. — посмотрим, на что он согласится.

— Может тогда нам поехать вместе? — остановившись, опекун с вопросом посмотрел на меня.

— Не стоит… — задумался я. — Если он не согласится, найдем другого человека.

Тут у Джеймса зазвонил телефон.

— Да? — удивлённый Джеймс ответил на звонок, недоумевая кто мог позвонить близко к полуночи из незнакомого номера.

— Сэр Виллис? Это Стивен Хьюстон, у нас проблемы…

Эпилог

Густой дым сигарет висел в кабинете, и книжные полки вдоль стенок были почти неразличимы в сизой взвеси табачного дыма. Старуха, держа между пальцев длинный мундштук из слоновой кости с почти выгоревшей сигариллой, ожидала результатов сегодняшней операции. Ей уже было всё равно, она чувствовала дыхание смерти за своим плечом, но дело, на которое она потратила всю свою жизнь, как и её предки, не давало просто уйти на дальний берег. "Нужно закончить", думала старуха, затягиваясь очередной порцией едкого дыма, и пуская струю перед собой, "во что бы то ни стало"…

— Госпожа… — в кабинет вошёл мужчина с тростью, взметнув клубы дыма просочившимся сквозь дверь сквозняком.

— Всё прошло по плану, госпожа.

— Проверили? — недоверчиво повернула старуха голову к посетителю. Неужели так просто? Старухе не верилось в такой простой способ решения проблемы.

— Да, госпожа. — Мужчина отвёл взгляд.

***

Мы втроем с Джеймсом за рулём и с Беллой в переднем левом пассажирском сидении ехали в сторону приюта. Сердце бешено билось, и я не находил себе места.

— Что именно сказал директор? — вновь начал я разговор, пытаясь узнать еще хоть что-то, кроме того, что сообщил нам Джеймс сразу после разговора.

Джеймс напряжённо взглянул на моё отражение на салонном зеркале заднего вида.

— Ничего, Мэттью… Он просто сказал, что Джинджер попала в медицинский блок приюта. Подробности обещал сообщить по приезду на место.

Неужели это Мэлл с приятелями решили мне так отомстить? Через ребёнка, черти. Если это так я…

— Джеймс! — резко закричала Белла, пытаясь ухватиться за руль, и я только сейчас заметил, что на нас мчится машина, ослепляя светом фар. Джеймс, опомнившись, резко вывернул влево, пытаясь уйти к обочине, но не успел. Встречная машина врезалась в нашу и всё пошло кувырком…

Очнулся практически сразу. Ощупал себя, проверяя состояние, но ничего смертельного не обнаружил. Я всё так же сидел на своем месте, прижатый ремнем безопасности, больно сдавливающим грудь. Огляделся мутными глазами в полутьме. Правая сторона, где сидел Джеймс и куда пришелся удар, была вмята так, что ничего не понятно. Соображалось тяжело, адреналин еще не отпускал, руки тряслись, и моя попытка освободиться от захвата ремней ничем не увенчалась. Спереди послышался сиплый кашель. Белла?!

— Белла, ты как? — я подался вперед, в тщетных попытках освободиться.

— Мэтт… Кхе-кхе… — женщина тяжело дышала, но была жива, что меня обрадовало, — милый… — женщина попыталась двинуться, но завыла от боли.

— Белла, потерпи, всё будет хорошо!.. — я нёс всякую белиберду, тщетно пытаясь справиться с ремнём, в надежде помочь маме.

— Мэт… хе-е, кхе, хе-е, тью… — тяжело и сдавленно дыша, женщина повернула ко мне окровавленное лицо, с кусками битого стекла, впившимися в кожу и запутавшимися в растрёпанных волосах. — Прости, милый…

— Нет, нет, Всё будет хорошо, мам! Скоро нам помогут! — я, дёргая неподдающийся ремень, смотрел на женщину, что подарила мне столько любви и внимания за короткие время, и не знал, как ей помочь. Она свозь кашель попыталась улыбнуться, протянула руку и сжала мою ладонь.

— Спасибо, Мэттью… — женщина вновь тяжело закашляла, — Спасибо, сын… Нам с Джеймсом, — она старалась не смотреть на груду металла, где раньше было водительское кресло. — это очень важно… — вновь хриплый кашель.

— Нет, нет… — шептал я, уже не надеясь справиться с ремнём, и вытирая глаза от влаги. — сейчас нам помогут… Потерпи!..

— Встретимся… в колесе Абреда… если Триаде будет… — женщина замолчала и уронила голову, так и не отпустив мою руку…

Content

Приемыш

Пролог

Глава 1 пробуждение

Глава 2 Прошлого память

Глава 3 Принятие

Глава 4 Проблемы с сиротами

Глава 5 Принципы Эфира

Глава 6 Приемные родители

Глава 7 Прощание

Глава 8 Прогулки и Признания

Глава 9 Принятие в Род

Глава 10 Прощай… Привет?!

Глава 11 Пробные тренировки

Глава 12 Приём

Глава 13 Приём II и юношеские приёмы охмурения

Глава 14 Прогулки полезны?

Глава 15 Привет?!

Глава 16 Пришельцы из космоса

Глава 17 Праздник и дождь. Много воды?

Глава 18 Проект и проступки

Глава 19 Проверка

Глава 20 Программисты бывают разные

Глава 21 Признания

Эпилог