Соловьева Елена

Не будите во мне ведьму

Елена Соловьева

Не будите во мне ведьму

Глава 1

– Может, с этим еще можно что-то сделать? – осторожно спросила Машка, выглядывая из-за моего плеча. Поморщилась и попыталась выдавить улыбку.

Ну да, видок у меня был жутковатый. С непривычки можно и в обморок грохнуться. И если тело еще ничего, почти не пострадало. То лицо…

– Попросить маму родить меня обратно? – поинтересовалась я в ответ и изогнула бровь.

Точнее, попыталась. Бровей, как волос на голове и ресниц, у меня не осталось. Левую сторону лица от виска до подбородка перечеркнул изогнутый шрам. Поджившая кожа выглядела неровной и чересчур розовой. В общем, Франкенштейн отдыхает. Хорошо, хоть глаза остались целы.

– Современная медицина творит чудеса, – продолжила убеждать Машка. Еще раз глянула на мою рожу в зеркальном отражении и добавила: – Вроде бы… Но я уверена: хороший пластический хирург сделает из тебя куколку. Станешь лучше, чем была прежде.

– Надеюсь, страховка покроет его услуги, – заметила я и пощупала кончик носа с небольшим углублением. – Не смогу же я продолжать выступать в таком виде. Разве что в маске – первое время.

Повернулась к подруге и, уперев руки в бока, улыбнулась. Могу представить, как устрашающе это выглядело. Машка потупила взгляд и, нервно дернув плечами, поинтересовалась:

– Слушай, Ангелин, может, не стоило с Макаронычем так грубо?

– Что?! – меня аж затрясло от злости. – Хочешь сказать, надо было позволить ему залезть мне в трусы прямо пред гостями? Он лапал меня так, словно купил не мое выступление, а меня полностью. Я артистка, Маш, а не дешевая шлюшка. И, знаешь, если бы судьба предоставила мне второй шанс, я бы поступила так же. Несмотря на это.

Указала на свое обезображенное лицо и яростно сверкнула глазами.

Пару месяцев назад меня, артистку варьете Ангелину Громову, пригласили выступать на дне рождения известного в столице дельца Макароныча. Пригласили одну, без музыкантов и других девчонок. Разумеется, Вилли, наш продюсер, согласился. Он кипятком писал от возможности заполучить такого богатенького спонсора. И то, что Макароныч явно рассчитывал на большее, чем приватный танец, никого не волновало.

Никого, кроме меня.

Когда Макароныч усадил к себе на колени и принялся тискать, выискивая самые аппетитные местечки, я не выдержала. Изогнувшись, будто бы для поцелуя, так тяпнула наглеца за нос, что чуть не откусила. А после спрыгнула с колен и, засадив тонкую, как игла, шпильку охраннику в ногу, забрала у него пистолет. Эта огнестрельная штучка помогла мне сбежать из загородного особняка Макароныча, сохранить честь и достоинство.

Про этого дельца ходило множество слухов. Даже проститутки боялись попадать ему на глаза. Бывало, что девушек, приглашенных на виллу, через сутки находили избитыми и запуганными где-то на окраине города. А то и вовсе не находили.

– Не думай, что это сойдет тебе с рук! – крикнул Макароныч, когда я сбегала. – Месть моя будет страшна.

Обещание он сдержал. Когда я выступала в одном из клубов, меня облили чем-то горючим и подожгли, будто факел. Как назло, в тот день на мне была корона из страусовых перьев и синтетическая маска. Она-то и приклеилась к лицу, превратив его в жутковатую рожу.

– Надеюсь, этого ублюдка уже закрыли, – произнесла, сводя несуществующие брови к переносице. – Вилли обещал сделать все, чтобы добиться этого.

Машка опустила голову еще ниже и вздохнула.

– Что?! – ужаснулась я.

– Даже не знаю, как тебе сказать… Понимаешь, того, кто поджег тебя, действительно нашли, но выйти на Макароныча не удалось. Тот парень во всем признался и все взял на себя. У его сестры проблемы со здоровьем, которые, кстати, решились сразу после поджога. Макароныч заплатил ему, парень его не сдаст. А у самого нет денег, чтобы оплатить тебе лечении.

– Дьявольщина!

Ударила по зеркалу со всей силы – оно треснуло, а я ободрала себе костяшки пальцев. Но разве это теперь важно? Лицо – моя визитная карточка. Кто возьмет выступать уродину? Все немногие накопления ушли, чтобы заплатить врачу и клинике за лекарства и палату. А ведь мне еще домой нужно помощь отправить. Я обещала маме. И сестре – она потеряла мужа этой зимой, еще и ребенок трехгодовалый на руках. Ему тоже кушать надо, а еще одеться, образование получить. Сестре и маме не заработать столько в той глухой дыре, оттуда только мне удалось вырваться.

С дипломом агротехника многого в столице не заработать. Мне нужна работа у Вилли.

– Ты же знаешь, Макаронычу все сходит с рук, – тяжко вздохнула Машка. – Никто не может найти на него управу. Я очень боюсь, что в следующий раз он вызовет меня.

– Не дрейфь, подружка, прорвемся! – заявила с уверенностью, которой не испытывала. А с Вилли я еще поговорю. Раз уж он отправил меня на это выступление, пусть оплачивает лечение. Тем более у нас есть страховки. Должны быть по договору.

Проводив Машку, достала карманное зеркальце и осмотрела лицо более придирчиво. Повыла без посторонних, растерла и без того красные глаза. Я чудовище! И не представляю, сколько сил и средств нужно, чтобы вернуть былую красу. Где, спрашивается, мои смолисто-черные волосы аж до самой задницы? Где густые соболиные брови, которыми так гордилась мама? Где нежная, белая, точно лилия, кожа?

Задница одна и осталась. Притом полная.

Надавала себе мысленных пощечин, собрала яичники в кулак: действовать надо! На поплакать нет времени.

Добралась до телефона. Набрала номер Вилли – все же он отправил к Макаронычу, так что тоже замешан. Почти соучастник. Вот пусть и поможет.

– Гелечка, солнышко! – голос его как медок: сладкий и липкий. Так и представила полнощекую красную от излишних возлияний физиономию и маленькие мутные глазки-бусинки. – Как я рад тебя слышать. Как ты себя чувствуешь?

– Паршиво, Вилли, – морщусь, едва вспомнив свое отражение. – Мне деньги нужны, много. Понадобится пластика, иначе я тебе всех клиентов распугаю. Машка сказала, с Макароныча не стрясти, но ведь для того и имеются страховки, верно?

Представила, как Вилли напряженно размышляет. Он, поди, и не думал, что я про страховку в курсе. Но я точно помню: заполняла какие-то бланки при трудоустройстве. Мы ж, вроде как, профессионалы, а не какой-нибудь харумум-бурум.

– Видишь ли, Ангелина, есть проблемы… – откашлявшись, произнес Вилли.

Та-а-к… Приехали!

– Вилли, я не хочу есть проблемы. Я хочу их решить. У меня тут такая мерзкая рожа в зеркале, что мне с ней спать страшно.

– Макароныч славно постарался, заблокировал все наши счета, в том числе страховые, – пустился в оправдания продюсер. – А еще попросил тебя уволить, иначе наше варьете вообще закроют. Ты была лучшей танцовщицей, Гелечка. Но ты же понимаешь: куда мне против Макароныча? А у меня дети, пятеро, между прочим. Я тебе кину денег на карту – чуть-чуть, сколько могу. А дальше уж ты сама…

Рука выпустила телефонную трубку прежде, чем в ней раздались короткие гудки.

Была! Он сказал: я была лучшей танцовщицей.

Прошлое – это все, что от меня осталось. Я никогда не кичилась внешностью, да и к травмам относилась спокойно. Не то болевой порог высокий, не то характер железный. Но когда тебя вот так опускают – тут уж никаких сил не хватит.

Того, что оторвал от сердца и детей (которых мы, кстати, никогда не видели) Вилли, хватило лишь на билет до дома. Да на пару пирожков по дороге. Да еще в электричке какое-то хамло бандитской наружности пялилось на меня так откровенно, что я не выдержала:

– Если не отвернешься, пожалеешь!

– Пф, как страшно!.. – хам похабно улыбнулся и стал рассматривать внимательнее мое лицо. – Тебе бы в цирке выступать, с таким таблищем. Я б пришел позырить.

Между прочим, сам он был далеко не красавцем. И это еще сильнее задело.

– Не сможешь позырить, – произнесла и достала из кармана спортивной куртки финку. Скинула капюшон и осклабилась так, что фильмы ужасов отдыхают. – Потому как оттуда, куда я твой глаз сейчас запихаю, смотреть в принципе сложно.

Пялиться на меня прекратили. Не только хам, но и остальные пассажиры. Так что до родных мест я добралась в практически пустующем вагоне.

По узенькой проселочной тропинке добралась до знакомого с детства дома. И застала семью и какого-то мужиковатого вида бабу (или мужика бабоватого, я точно не разобрала, в тени сидел) аккурат за ужином.

– Ну, привет, родные! – объявила радостно. – Простите, что без предупреждения. Сюрпри-и-из!..

– А-а-а! Чудовище!

Это племянничек завыл и под стол спрятался. Сестра побледнела и что-то стала нашептывать в оттопыренное красное ухо гостя. Мама попыталась изобразить улыбку – получилось плохо.

– Ну, я пойду, руки помою с дороги! – радостно объявила я. – А вы тут пока это… попривыкните. Тарелочку что ли еще одну на стол поставьте.

Прошла в свою комнату, но, оказалось, ее уже плотно занял племянничек. Пришлось поставить вещи в чулан, а потом пройти к умывальнику – освежиться.

Там-то и застала мама.

– Зинаида, доченька, – обратилась, заламывая руки, словно не решаясь ко мне прикоснуться, чтоб не заразиться случайно. – Ты бы хоть предупредила о приезде. Мы бы как-то приготовились.

– Мам, я просила не называть меня этим дурацким именем. Я Ангелина.

Ага, ангел с обезображенным лицом. И чего они так всполошились, я ведь по телефону предупредила: выгляжу не очень. Наверное, не до конца объяснила степень того «не очень».

– А чего это за баба в мужской рубашке у нас за столом? – поинтересовалась, увиливая от разговора о внешности.

– Ой, так это ж Максим, жених Степанидушки нашей. У них свадьба через два дня. Мы думали… ты не успеешь приехать.

Не думали, надеялись: по глазам различила. Конечно, такое украшение свадебного стола, как я, кому надобно?

– Не знала, что Степанида замуж собралась, – буркнула, продолжая умываться. Будто можно водой смыть раны и следы от ожогов. – Я тут поживу у вас пару недель. Пока не придумаю, как дальше быть.

Радости на лице матери не прибавилось. А подоспевшая сестра и вовсе набросилась с обвинениями:

– Ты чего в таком виде заявилась? Максимку испугаешь, еще передумает жениться. Вон, и Славика напужала. Он даже картошку не доел. Уехала бы ты, Зин…

– Чего это у тебя мужики какие пугливые? – поинтересовалась я таким же «вежливым» тоном. – А ничего, что я за этот дом плачу, да еще и ремонт делаю? Крышу вы на какие шиши починили? Даже столовое серебро, с которого вы пугливого Максимку кормите, я вам прислала. Думала, семья у меня, любящая. Все понимающая.

Не выдержала – расплакалась. Скрылась в чулане, чтоб нареветься всласть. А с кухни доносились льстивые речи сестренки, лившиеся в уши будущего мужа. Потом ссора мамы и Степашки. Она всегда была склочной, но все равно младшенькой. Любила я ее, ежкин кот!

– Ты не расстраивайся, Зин…

Мама все же пришла успокоить. Даже по облысевшей макушке погладила. Хорошо, что в чулане темно было, я слез ее не видела.

– Вот, – мама протянула какой-то свиток.

– Что это? – удивилась я. – Не можете прямо из дома выгнать, письмо написали?

– Нет, это свидетельство о наследстве. Бабка Глафира тебе домик завещала. Степанида хотела сначала продать и деньги поделить. Но тебе, вижу, нужнее. Домик на окраине и не очень… гм, новый.

Я даже не знала, что у меня такая бабка была. Хотя в нашей семье знаются с родственниками до седьмого колена. И ни от кого я даже имя Глафиры не слышала.

– Она это… отшельницей была, в гости не приглашала, – пояснила мама. – А домик продать можно. Даже выгодно. Говорят, в тех местах раньше замок стоял, сейчас одни развалины остались. А пару месяцев назад чудак какой-то объявился: не то принц потомственный, не то лорд. Вот он и хочет родовое гнездо восстановить. А домик Глафиры аккурат на краю владений. Понимаешь, к чему клоню?

Ага, вот только принцев наследных мне не хватало. Нет, в другое время я бы даже порадовалась. Но не сейчас, не в моем нынешнем состоянии «чудакам» радоваться.

– Спасибо, мам, – проглотила слезы и сжала документ на наследство. – Заночевать-то хоть можно?

Мне постелили все в том же чулане. Жестко на раскладушке, неудобно, но дома.

А утром «в гости» прискакала тетка Дуня – первая сплетница на деревне. Поглядеть на меня пришла. Я как раз блины с вишневым вареньем кушать изволила. А что? Кому теперь есть дело до моей фигуры, с такой-то мордой?

– Вот правду говорят, Бог шельму метит, – покачала головой гостья, Глядя, разумеется, на меня.

– Теть Дунь, у вас голова, случаем, не болит? – радушно осведомилась я. Утерла рот салфеткой и улыбнулась: приветливо-приветливо.

– Нет, а что? – подпрыгнула тетка и икнула от страха.

– Да я тут с утречка куклу вуду испытывала, – пожала плечами. – Странно, что не сработала. Пойду, еще попробую.

Дошла до чулана, похватала не распакованные вещи и свалила подальше от таких вот любопытствующих. Чай, не зверек диковинный, чтоб меня соседушки разглядывали.

В полученных документах значился адрес того самого не очень нового домика, вот туда и отправилась. И всю дорогу не покидало ощущение подвоха. С чего это незнакомая бабка так расщедрилась? Почему мне такое счастье привалило?

Глава 2

Обозначенное наследство оказалось настолько ветхим, что сперва я приняла его за груду кирпичей. Некогда двухэтажный домик ютился на самой окраине, в стороне от небольшой деревеньки. Покатая крыша, покосившиеся стены и вырванные ставни – вот что предстало перед моими глазами. Внутрь войти даже не решилась, лишь заглянула в помутневшее разбитое оконное стекло: внутри «наследство» выглядело еще печальнее.

К входной двери был прибит белоснежный листочек бумаги – он так резко выделялся на фоне облупившейся краски и паутины, что тут же привлек внимание:

«Куплю дом за любую сумму, плачу наличными. Князь Каллистрат Долгорукий».

Далее значился номер телефона и адрес – по забавному стечению обстоятельств, совпадающий с тем, что указан на моем доме. Приподняв взгляд, вгляделась в даль: от замка, который решил восстановить потомок, остались жалкие руины. Как зубья гигантского дракона, они возвышались на холме.

– М-да, кое-кому не повезло даже больше, чем мне, – заключила вслух, – и с наследством, и с имечком. Могу себе представить, как дразнили Каллистрата в детстве.

И все же, между нами гигантская разница: у этого князька местного разлива определенно есть деньги, раз он отважился восстанавливать замок предков. Мне бы наскрести на пластику.

Достав из кармана сотовый, пристроилась на крылечке: так сказать, примостила остатки своей роскоши на остатках роскоши бабули. Успела почувствовать себя Золушкой у разбитой тыквы. Хотя, моя сказочка пострашнее будет – у той девицы только карета пропала и платье, зато личико осталось гладеньким и сладеньким.

– Добрый день, слушаю вас! – Каллистрат ответил после первого же гудка, будто дежурил у телефона. – Дайте угадаю: вы насчет продажи дома?

Что ж, в интуиции ему не откажешь. И голос какой: мужественный, с хрипловатыми нотками. У меня даже дыхание на несколько секунд перехватило.

– Э-э-э… добрый, – согласилась после некоторой заминки. – Как догадались? Я же еще ничего не сказала, вроде бы…

– Я так на это надеялся, – пояснил все тот же брутальный голос. У меня мурашки по телу побежали от чувственных ноток. – Дело в том, что я уже выкупил все земли предка, и только этот дом остался. Точнее, не только он, ведь к дому прилагается приличный клок земли. Как насчет?..

Он озвучил сумму, и у меня отпала челюсть. Поддерживая ее одной рукой, второй крепче сжала телефон и тут же согласилась – не торгуясь.

– Не возражаете, если я подъеду к вам сегодня вечером? – спросили у меня так уверенно, будто не сомневались в ответе. – Скажем, в шесть? Вам будет удобно? К сожалению, пригласить к себе не могу, у меня тут разруха полная.

Снова удивленно покосилась на руины замка: этот Каллистрат, он что, реально там живет? Так и захотелось спросить: не поддувает?

– Конечно, мне удобно.

Сидеть на крыльце три часа кряду – не самая лучшая идея. Потому решилась все же войти. Чуть толкнула массивную на вид дверь, как она с приглашающим скрипом распахнулась. Даже удивительно, что никто до меня не вошел. А как же любопытные деревенские мальчишки? А девчонки? Я бы в детстве любые сокровища отдала, лишь бы побывать в подобном домишке. Это ж просто рай для любителей пощекотать нервы: паутина по всей прихожей, запах сырости и плесени, половицы скрипят при каждом шаге.

– М-да, такое ощущение, что бабуля лет тысячу не убиралась и не делала ремонта.

Что больше всего поразило, так это мебель: будто не для деревенской избы делалась, а как минимум для дворянских хором. Деревянная, обитая выцветшим бархатом. На потолке в холле висела огромная люстра, но она была так плотно обмотана паутиной, что не рассмотреть ― из чего.

– Фу, мерзость!..

Отпихнула ногой странного вида чучело: не то крыса-переросток, не то кошак – неприлично худой, с выступающими ребрами. Зато глаза, будто горящие бусины – косые и зеленые.

Ну, у бабули и вкусы! Как можно такого монстра поставить на видное место, так можно гостей до инфаркта довести.

– Чего пялишься, жрать давай! – отчетливо проговорил кошка-крыс.

– Чур меня! – взвыла я и отпрыгнула. Попыталась перекреститься, но не вспомнила как. Ограничилась матюками вперемешку с икотой.

– Ты дура или как? – добавило существо подозрительно глухим, точно доносящимся из другого измерения голосом.

Отряхнулось и сладко потянулось, высунув раздвоенный синий язык.

Подавив порыв и таки не грохнувшись в обморок, я вооружилась метлой и поперла на чудовище. Пару раз махнула перед усатой мордой:

– Брысь, говорю! Хочешь жрать, мышей иди лови: вон развелось сколько. Ты ж это… кот?

Существо вопросительно приподняло бровь. Нет, это точно не кот, коты так делать не умеют. К тому же не говорят, да еще так нагло.

– Ну и ведьмы пошли нынче… – вздохнул недокот. Сел и, неприлично подняв заднюю лапу, стал вылизывать под облезлым хвостом. – Ни уважения к хранителю, ни знаний. Поставь метлу, раз пользоваться не умеешь.

– Ты вообще кто? – офигела я от наглости. Но метлу все же вернула на место. – Вернее, что? Какие такие ведьмы?

– Злые, в основном, – вздохнул облезлый. – Ты ж наследство принимать пришла?

Кивнула и икнула от страха. Хлопнула себя по щеке – вдруг сплю?

– Ой, ты б так посильней сделала, а то без слез не взглянешь, – поморщился нахал. – Мышей не хочу, мне от них уже тошно. Могла бы задобрить хранителя, вкусняшку с собой привести. Тоже мне, наследница.

– Мог бы проявить уважение к хозяйке и не вылизывать при ней задницу, – не сдержалась я от такого нахальства.

Ведьмы там, хранители – с этим после разберемся. Сначала кое-кого на место поставим. Тоже мне, ожившее чучело!

– И вообще, мое лицо – это мое дело. Сам-то ты тоже не красавец. А вот если извинишься, получишь половинку пирога с рыбой – я на вокзале купила. Вроде так ничего, по запаху.

Судя по скривившейся роже, существо пироги с вокзала вообще не уважало. Хотя, при его комплекции грех было жаловаться.

– Издеваешься? – переспросило оно с раздражением.

Но вылизываться перестало и, задрав ободранный хвост, направилось к лестнице. – Ладно уж, идем наследство брать. Лучше долбанутая ведьма, чем вообще никакой.

Сгорая от злости, пошла следом. Хрупкие на вид ступени едва выдерживали мой вес.

– Это кто тут долбанутая? – раздраженно переспросила. – Будешь так себя вести, выгоню. Тоже мне, хранитель…

– Ладно-ладно, на первый раз прощаю, – «смилостивился» плешивый. – Но кормить не забывай, не то самой хуже будет.

Забрались на чердак: тьма кромешная. Не представляю, что за сокровища там хранила бабуля, но идти дальше без фонарика я не собиралась. О чем прямо заявила коту.

– Вот сюда руку протяни, – предложил недокот и мерзковато хихикнул. – Выключатель тут, ога.

Ну, хоть какие-то признаки цивилизации. Ощупала стену: никаких выключателей. Только голые бревна и куча паутины.

– Ниже, ниже опусти! – раскомандовался нервотреп. – И чуть левее. Вот, резко опускай!

– Ой! – вздрогнула, уколовшись обо что-то острое. – Ты куда меня завел, крыса-переросток?

– Слушай, а ты что – девственница? – мурлыкнул котяра. – Мать моя бездна, я такой кровушки веков семь не нюхал. Тем более у ведьмы.

– Я, может и девственница, да и ты не сомелье! – рявкнула и попыталась пнуть гада, ориентируясь на голос. – Что тут у тебя за колья понаставлены? Щас вот…

Договорить угрозу не успела: дом затрясся так, что пришлось опуститься на корточки и сжаться. Затрещали балки, заходил ходуном пол. Кажется, хлипкий домишко все же не выдержал моего веса и начал разваливаться.

Доигралась в ведьм и хранителей!

Не то от испуга, не то еще из-за какой ерунды, но сознание покинуло мою дурную башку. А когда очнулась, обнаружила себя все так же лежащей на полу. Вот только пол – совсем не тот, каким был прежде. Да и весь дом в целом. Приложилась я к голым, плесневым доскам, а сейчас они превратились в качественный такой, дорогущий ламинат. На чердаке зажглись удивительной красоты светильники, на вид напоминающие чаши из золота. И что-то мне подсказывало, что золото – вовсе не бутафория, а самое что ни наесть настоящее.

– Офигеть! – принялась и поднялась на ноги.

То, обо что поранилась, оказалось прялкой. Необычного вида и, кажется, тоже из золота. А веретено вообще непонятное: не то слоновая кость, не то сосулька из белого мрамора.

– Вообще-то, рог единорога, – самодовольно улыбнулся крысокот. В отличие от дома, он былую красоту не вернул. Как и я. Да и нахальства не утратил, к сожалению. – Это хорошо, что ты девственницей оказалась, тебе дом с первой попытки покорился. Глянь, как славно откликнулся.

Кончик рога действительно окрасился в багрянец. Но вот что странно: ранка моя моментально затянулась. А рог, точно губка, впитывал кровь – через секунду и следа не осталось.

– Ничего объяснить не хочешь? – обратилась к коту. – Давай выкладывай, что знаешь!

Кот как-то мстительно улыбнулся и, изобразив на облезлой моське надменное выражение, кивнул:

– Позвольте представиться: хранитель в трехсотом поколении, Драголован Антуан Тулот третий. Приставлен присматривать за порталом и помогать ведьме-хозяйке.

Ну, насчет Драголована, да еще и третьего он явно привирал. Такого облезлого даже Барсиком назвать стыдно. А что там насчет портала? И ведьмы-хозяйки?

– Я так понимаю, бабуля моя была того… – сделала неопределенный жест рукой и все же произнесла: – Ведьма?

– Не самая могущественная из всех моих хозяек, зато кормила до отвала. Не то, что некоторые…

Его облейзешество в трехсотом поколении презрительно хмыкнуло и отвернулось. Вслед за этим внизу послышались глухие удары: как будто кто-то фигачил по входной двери гигантской кувалдой.

– Драго, что это? – поинтересовалась, не решившись ломануться вниз. Кто знает, что еще за сюрпризы подготовило бабулино наследство?

Кот демонстративно повернулся ко мне задом, снова хмыкнул и задрал морду.

– Драголав? – решила немного потешить его самолюбие.

Немного самолюбивца не устроило. Он продолжил делать вид, будто не к нему обращаются. А меж тем удары кувалдой стали сильнее, и к ним добавился вполне себе угрожающий рык.

– Драголован! – прикрикнула я. – Ну же, не вредничай, я твое полное имя ни за что не выговорю. Ты ж, вроде как, хранитель? Вот и храни добро, пока дом не разнесли по щепкам.

– Ой, до чего ведьмы пошли туповатые, такое простое имя запомнить не могут, – вздохнул нахал. Поднялся и направился к лестнице. – Иди уж, открывай, или не слышишь: гости пожаловали!

Застыла, как вкопанная. Мы так не договаривались!

– Эй, Драго! – окликнула хранителя. – Какие такие гости? Я никого не приглашала.

Кот и не подумал вернуться. На нижней ступени присел и, задумчиво осматривая преобразившийся холл, изволил сообщить:

– Не только необразованная, но еще и недогадливая. Разве не видишь, что это не просто дом, а гостиница. Временное убежище для жителей нижнего мира.

Нет, за этот день я уже всякой чертовщины насмотрелась, но к гостям вот совсем не была готова. Особенно к тем, из нижнего мира.

– Слушай, а нельзя их не принимать? – задумалась всерьез. – Ну, или там попросить прийти в другое время. После уборки.

Домик-то бабулин распрямился, а вот паутина и пыль никуда не делись.

– Ты в своем уме, ведьма? – Драго покрутил хвостом у виска и шире растопырил косые глаза – зрелище, надо сказать, впечатляющее. – Откажешь одним, другие не придут! Нижние сущности крайне обидчивы.

Да я, в принципе, и не против. Пусть себе обижаются и не приходят. Мне от них какой толк?

И все же поплелась вслед за котом – больше из любопытства. Никогда не видела потусторонних гостей, интересно до ужаса.

– Отпирай! – распорядился Драго, оказавшись в подвале. – Я сам не могу, у меня лапки.

Нахал продемонстрировал когтистые худосочные оглобли и мерзковато усмехнулся. Сел на тощий зад возле гигантской двери, расположенной аккурат в центре пола.

– А может, не надо?.. – едва не взмолилась я.

Дверь сотрясалась и подпрыгивала на петлях, но не открывалась, хотя ни замка, ни засова я не видела. Только два гигантских кольца. Уцепилась за них и нервно глянула на кота-дармоеда. Этот хилый хранитель вряд ли убережет от нежданных гостей.

– Надо, ведьма, надо! – объявил он.

Дернула за кольца, распахивая проход. Из него вывалились два гигантских дымчатых шара на коротеньких ножках. Я глянула вниз и побыстрее захлопнула створки. Под бабулиным домиком имелся гигантский провал – такой, что ни конца ни края. Я даже дна не рассмотрела, только черную пустоту.

– Ох, ну наконец-то! – объявил один из шаров. – Мы заждались с милой. Места свободные есть?

Кивнула, рассматривая пришельцев из дыры: полупрозрачные субстанции с огромными красными глазами, безгубыми ртами и отростками по всему телу.

– Е-есть, наверное, – от испуга и любопытства я начала икать.

Решила, что надо как-то проявить любезность и пожала один из отростков говорящего шара. Тот как-то подозрительно булькнул и порозовел. А вот его спутник стал черным и протараторил визгливым голосом:

– Эй, ведьма, оставь Тарантина в покое. Нам комната нужна, а не помощники. Мы с милым семь веков не виделись, так что сами справимся.

Видать, я все ж сотворила что-то не то, потому попыталась исправиться. Проводила гостей на второй этаж и открыла первую попавшуюся комнату. Взору предстала укутанное паутиной помещение. Пыль, как серое покрывало, устилала пол, стол со стульями и даже кровать. Мне стало стыдно. А гости пришли в неописуемый восторг.

– Уютненько как! – воскликнул тот, которому я пыталась пожать руку. – Берем!

Закрыв за парочкой дверь, я обессиленно сползла на пол и прикрыла глаза. Рядом гаденько хихикнул Драго.

– Что? – спросила, не открывая глаз.

– Если что, это была не рука, – прыснул со смеху хранитель. – В другой раз будь аккуратнее, а то мне придется новую ведьму дожидаться. Или хоть завещание напиши – на всякий случай.

– Лучше бы помог, чем издеваться! – психанула и нацелилась проучить паршивца. – Не мог предупредить?

Глядя на разбушевавшуюся меня, котейка даже не дрогнул. Лишь прикрыл один глаз и менторским тоном заметил:

– У прошлой ведьмы библиотека была, там ты найдешь все, что нужно. При желании. Надеюсь, читать ты умеешь?

Ну все, достал! Засучив рукава, двинулась на облезлого зазнайку.

И тут раздался новый стук в дверь.

На этот раз колотили сдержанно, почти любезно. Но не в подвале. Глянув на часы, я догадалась, кто пожаловал. Вот только встречать Каллистрата, когда тут такая бесовщина творится – как-то не айс.

– Не надо так стучать, я не глухая! – объявила закрытой двери.

Не успела подумать, как в центре образовалось округлое окошечко – вполне себе приличный дверной глазок. На пороге стоял представительного вида мужчина. Широкоплечий, с орлиным носом и породистыми чертами лица. Голубые, как васильки, глаза точно прожигали дверь насквозь. Вполне себе представительный дворянин, я бы сказала – обалденный. Возможно, Каллистрата и дразнили в детстве, а вот сейчас вряд ли бы кто-то осмелится. Суровое, я бы даже сказала, властное выражение лица вкупе с богатырским ростом и крепостью мышц напрочь отбивало желание шутить.

В общем, мое мнение о Каллистрате резко изменилось. Вполне себе «принц». Даже аккуратная эспаньолка ему шла, хотя я и не люблю бородатых мужчин в принципе. Вот только татуировки на руках и шее как-то не вязались с образом князя.

– Добрый вечер, любезная, – сообщил Каллистрат. ― Как видите, я пунктуален и явился в точно назначенный час. С деньгами и документами! Хотя, как я вижу, вы успели тут плотно обосноваться. Надеюсь, насчет сделки не передумали?

Он помахал перед дверью чемоданом и дьявольски обворожительно улыбнулся.

А я показалась себе до того уродливой, что чуть не зарыдала в голос. До чего же несправедлива жизнь! Почему это князь не встретился мне прежде? Как показаться перед ним сейчас, с таким-то лицом?!

– Минуточку… – брякнула и заозиралась по сторонам.

Заметила на вешалке бабулину мантию с капюшоном и тут же накинула. К слову, вещичка пришлась впору, точно на заказ шили.

Щелкнула замком, низко опустила голову:

– Добрый вечер. Простите, у меня тут не прибрано…

Только хотела пропустить его через порог, как из спальни «шаров» донеслись такие душераздирающие стоны, что я покраснела. Чувствуется, эта парочка не успокоится, пока не насытится до отвала. Они там разошлись по полной, аж люстра зашаталась.

– У меня родственники гостят, – соврала я. – Простите, но не могли бы вы прийти попозже?

Вместо ответа Каллистрат пригнулся и заглянул мне под капюшон. Сверкнул зубами и, видимо, решил взять меня обаянием.

– К-р-расавица!.. – прорычал он. – Не гони, дай на тебя полюбоваться.

Ага, щас! Он что, слепой или близорукий? Или издевается?! Иначе я не могу описать его поступок.

– Что бы ты провалился! – не сдержалась я.

Где-то рядом охнул Драго. Крыльцо разверзлось и…

Каллистрат провалился!

Глава 3

Вытащить мощного красавца Калистрата из-под крыльца – работка похлеще, чем тягать бегемота из болота. К тому же из Драго помощничек так себе. Больше советы давал, чем делом занимался.

– Осторожнее тяни, а то самым ценным за колышек зацепится! – приплясывал возле кот-скелетон. – Ну что ты его как мешок с картошкой? Нежнее же нужно. Смотри, вон, все брюки в репьях.

Психанула! Брякнула Каллистрата наземь и поперла на Драго:

– Еще вякнешь, я тебе все усы повыдергаю! Тоже мне, советчик-доходяга.

Остатки шерсти на загривке кота встали дыбом. Синюшный раздвоенный язык угрожающе выкатился, как и глаза.

– Если б кое-кто меня кормил, я б по-иному помогал, – принялся брехать Драго. – А пока только советом.

– Мне твои советы что мертвому припарка, – буркнула в ответ.

И вернулась к оставленному занятию – к вытягиванию бегемота… ой, то есть князя. Тем более что тот стал приходить в себя и постанывать.

Кое-как затащив Калистрата в гостиную, уложила на диван. А сама метнулась в кухню: добыла стакан холодной воды, а еще достала из сумочки тканевую маску – осталась с лучших времен. Пусть князюшка лучше думает, что я о красоте забочусь, чем воочию ту «красу» наблюдает.

– Не вздумай документы подписать, тебя после этого такие несчастья постигнут, – предупредил Драго.

– Куда уж хуже?! – искренне возмутилась. ― Может, тебе плевать на свою внешность, а мне красота позарез нужна. Хотя, пожалуй, бабулин домик резко увеличился в цене.

Конечно, золотые вещички и мебель можно вывезти и продать отдельно от дома. А то и тому же князю предложить – пусть загребает ручонками своими долгорукими.

– За предательство – жуткое проклятие! – шипит котяра. – Принявшая наследство головой за него отвечает.

Вот тут меня знатно бомбануло. Зло прищурившись, ка-а-ак запульнула стаканом в Драго:

– Ах ты, скелет ходячий! Вот, значит, как! Ты специально меня не предупредил, сразу, с разбега на чердак погнал – чтоб у меня возможности продать дом не было?!

Котяра сжался и, не подумав извиниться, забился в угол между стеной и шкафом. Вооружившись кочергой, я попыталась его оттуда выковырять:

– Врешь, не уйдешь! Ща я тебя, как последний огурец из банки, вытащу. А ну, говори, как можно наследство обернуть вспять! Не хочу я держать гостиницу для монстров. И ведьмой быть не хочу!

– Поздно, – прошипел мерзавец. – Ты просто сдуру так говоришь, потому как не поняла еще своего счастья.

Ага, не поняла я, как же! Мне такого добра и даром не нать, и с позолотой! Все что хочу, так это подправить внешность и вернуться на сцену. Хотя, было б неплохо стать всемогущей и отомстить Макаронычу. Вот бы на него мор какой наслать. Или нестояк – чтоб неповадно было артисток лапать.

Последняя мысль так захватила, что Драго удалось улизнуть от нас с кочергой. И только мы хотели кинуться в погоню, как в кухню вошел князюшка собственной персоной. Расстегнутая на груди рубаха обнажала тугой торс. Даже с всклокоченными бородой и шевелюрой он умудрялся выглядеть отпадно. Так, что я на секунду потеряла дар речи.

– Ну-с, красавица, договор подписывать будем?

Расправила на лице масочку, состроила скорбную мину.

– Тут такое дело… Понимаете, открылись новые обстоятельства. Не могу я дом продать, пока кое-что не улажу.

Каллистрата определенно ответ не порадовал, но он попытался скрыть расстройство за маской любезности.

– Ничего, я могу подождать, – произнес и как бы невзначай положил горячую сильную ладонь на мою талию. – А пока можем обсудить детали будущей сделки. Как насчет чая, не угостите? И как это так получилось, что я на крыльце упал? Со мной никогда прежде такого не случалось. Наверное, всему виной ваша красота несравненная.

Опять он за старое! И не надоело ему?

Аккуратненько убрала его руку со своей талии и притворно вздохнула:

– Боюсь, с чаепитием тоже придется повременить. Я первый день здесь, не обвыклась еще. Так что вам, Каллистрат, придется повременить и с этим.

– Можете называть меня Каллисто, – разрешил князь, – а после близкого знакомства просто Кали. Уверен, мы с вами сможем быть добрыми соседями. Пока я не стану полновластным хозяином земель. А вообще… Мои подчиненные говорили, будто на этом месте избушка стоит, чуть ли не развалюха. А у вас тут, дорогая, настоящие хоромы. Ох, совсем забыл, – он стукнул себя по лбу и покривился: видать, здорово при падении приложился. – Я же так и не спросил, как вас зовут. Как имя ваша, барышня?

Ангелина – как-то не по-ведьмачьи. К тому же, это лишь сценический псевдоним. Где теперь я и где сцена? А, была не была!

– Зинаида, – представилась, как мать назвала.

– Ого! – восхитился князь. Он вообще как-то странно на меня реагировал, может того, невменяемый? – Зена, дочь грома и молнии. Вам очень идет!

А что, мне понравилось. Я как-то никогда не думала, что мое имя можно сократить так. Хотя, я и Каллисто смогла мысленно обрезать лишь до «Кал». Навряд ли князь порадовался бы такому обращению.

Наверху что-то рухнуло. Потом забарабанило, застонало. Кажется, шарообразные таки проломили кровать и продолжили любиться уже на полу. Ну, заодно и паутину немного подчистят, хоть какая-то польза.

– Прошу меня простить, но вам лучше уйти! – посоветовала и в прямом смысле стала теснить князя к двери. – У меня тут не убрано, гости шалят. В общем, приходите завтра. А лучше через недельку, тогда и дам окончательный ответ.

Вытолкала опешившего Каллистрата за дверь и обессилено присела на пол. Что предпринять дальше, понятия не имела. Все мечты о пластической операции и возвращении былой красы разбились об одну тощую и ужасно нахальную морду.

– Ну что, успокоилась? – вот и сам виновник «торжества» появился. – Теперь можем поговорить?

– Не хочу, – отмахнулась вяло. – Ты мне всю жизнь разрушил, сволочь. Вот отдышусь немного и снова убивать буду. На этот раз не кочергу, чего потяжелее возьму.

Видать, обещание котяру задело. Отошел подальше, запрыгнул на окошко и уже оттуда начал вещать:

– Да я тебе помог, а ты… Чем тебе наследство не угодило? Между прочим, этот провал-портал ― самый глубокий из всех ныне существующих. Другая бы от радости на одной ноге прыгала. А ты – убивать!

– Мне деньги нужны, долбокрыс ты эдакий, – покачала головой и указала на свое обезображенное лицо: – Я красивой хочу быть, понимаешь?

– А чего тут понимать, это дело поправимое, – еще сильнее скосился Драго. – Ведьма ты или как? Сейчас ингредиенты нужные отыщем и зелье сварим. Делов-то.

– Правда?! – опешила я.

Забыв об усталости, подпрыгнула и чуть не расцеловала котяру. Правда, вовремя спохватилась: уж больно запашок от него неаппетитный. Да и шерсть клоками выпадает. А вдруг это заразно?

– Правда! – возрадовался котяра. – Так, большинство нужных приправок у нас есть, осталось травы с могилки свежей надрать, и можно приступать. Ох, красавицу из тебя сделаю, закачаешься!

Сильно засомневалась, что полудохлый котяра разбирается в красоте, но за неимением других вариантов согласилась. Накинула уже полюбившийся бабулин плащ с капюшоном и вышла в ночь. Драго скакал рядом с азартом котенка, и не скажешь, что ему несколько сотен лет.

– Так хранитель без хозяйки выходить далеко не может, – пояснил он на мое ехидное замечание. – А прошлая ведьма старой была, даже в лес по травы давно не ходила. Вот и куковали с ней у окошка.

Деревенское кладбище встретило просто-таки замогильной тишиной, кажется, даже ветер стих, а на темное небо выплыла полная луна. Жутенько, аж дух захватило. Еще и косые зеленые глазищи Драго горели как два призрачных фонаря, перепрыгивающих с одного холмика на другой.

– Вот, нашел! – объявил хранитель и замер возле белоснежного крестика. – Трава почахонка, свеженькая, молоденькая! Дери сколько влезет.

Таких невысоких растеньиц с желтыми, слегка фосфоресцирующими цветочками прежде не видела. Так прежде я и ведьмой не бывала. Надрала целый пучок почахонки и, довольная, отправилась в обратный путь.

По дороге увязался следом какой-то коренастый мужичок. Было, приняла его за вурдалака, но быстро передумала. Навряд ли от вурдалаков самогоном за километр несет.

– Девушка-красавица, не страшно вам одной по кладбищу гулять? – обдавая запахом перегара и лука, поинтересовался ухажер. – Давай провожу?

Какие там провожания, он сам на ногах едва стоял. И, сдается, вообще не понимал, где находится. Начал с упорством бешеного барана предлагать пройти в номера.

Я на обращение «красавица» в последнее время неадекватно реагировала. Становилась злой и обидчивой, как положено ведьме. А поддатых мужичков, свято уверовавших в собственную неотразимость, и прежде недолюбливала.

– Да что там… – печально вздохнула. – Вот когда живая была, боялась. А сейчас ниче, привыкла.

И аккуратненько так капюшон скинула, да улыбнулась от уха до уха. Еще и луна точно в поддержку из-за тучи выплыла, да мое лицо осветила.

Надо было видеть, как мужик улепетывал. Он, поди, сам не знал, что умеет так быстро бегать. Перепрыгивая через низкие оградки и холмики, он несся по кладбищу с диким визгом.

И вспугнул трех гробокопателей.

– Это еще кто? – указала хранителю на трех парней с лопатами. – На завтра, что ли, могилку готовят?

– Вот еще! – фыркнул Драго. – Это ж разорители могил. Покойников обыскивают, украшения забирают, а потом обратно зарывают.

– Вот говнюки! – не сдержалась я. – Их бы самих тут прикопать…

Драго забежал вперед и сел на дорогу, преградив мне дальнейший путь. Жалостливо скосил глаза:

– А можно, я их выпью, хозяйка? Ну, хоть по чуть-чуть, не до смерти?..

– В смысле?! – охнула и впала в ступор. Впрочем, это продолжалось недолго, я наконец-то поняла, чем питается этот заносчивый монстряка. – Так ты вампир, что ли, нежить?

– Мяв, – впервые проявил кошачью натуру хранитель. – Можно, можно? Пожа-а-алуйста?

Похоже, без разрешения ведьмы-хозяйки Драго не мог опробовать угощение, и это многое объяснило. По крайней мере, стало ясно, отчего ему пирожки мерзкими показались.

– Пей сколько влезет, – благосклонно разрешила. – Я сегодня добрая.

Сзади послышались стоны и шум драки. А уже возле дома меня нагнал кот. Даже не так – Кот! Гигантский, размером с приличную лошадь, с пушистой шерстью рыжевато-серого оттенка. Лапы с острыми когтями были чуть ли не втрое больше моих ступней. Если бы не по-прежнему косые зеленые глазищи, ни за что не признала в этом мохнатом монстре Драго.

– Спасибо, Хозяйка, – учтиво поклонился он, – наелся досыта. Сначала думал, наркоманы или алкаши какие. Ан нет, здоровые волне парни, только дурные. Но кровушка у них вку-у-усная!..

Котяра облизнулся порозовевшим языком и блаженно прикрыл глазищи.

– Ты их убил? – уточнила на всякий случай. – Или они теперь тоже вампирами станут?

– Да не, живы будут. Полежат немного в крапиве, а к утру очухаются, – миролюбиво сообщил Драго. – А нежитью они не станут, коты и люди разные виды, так что тут без вариантов.

– Ну и славненько, – кивнула я. – Раз ты доволен, идем зелье делать. Твоя очередь помочь мне с преображением.

Дома в огромном котле вскипятила пучок полусгнивших травок, добавила пучок сушеных мышиных хвостиков и ножки саранчи. И последний ингредиент – почахонка. Стоило бросить травку в котел, как все забурлило, в стороны разлетелись желтоватые искорки.

Драго с видом профессионального зельевара окунул в котел мохнатый палец, обнюхал, лизнул и утвердительно кивнул:

– Готово, хозяйка. Мажь лицо с шеей и беги к зеркалу. Эффект у этого зелья – мгновенный! Красавицей станешь – зашатаешься.

Ничего так зельице, приятненькое, пусть и пахло так, будто меня кто в болоте искупал. Красота же требует жертв. В любом случае зеленая жижа приятнее скальпеля хирурга. Кожу так слегка пощипывало, точно лимоном смазали.

– О, пошел эффект! – восхищенно поговорил Драго. – Вот бы тебя сейчас князь увидел, в обморок свалился от такой красоты. Лучшей ведьмы по всей области не отыскать.

Очень мне блаженная улыбка котяры не понравилась. Как и упоминание об обмороке Каллистрата. Вообще-то такие бруталы в обморок от женской красы не падают. Если только…

Полезла в сумочку за карманным зеркалом – у бабули в ее гостинице ни одного не оказалось.

– Последний писк моды! – продолжил комплиментить Драго. И даже прищелкнул языком.

А я глянула на свое отражение и заверещала нечеловеческим голосом:

– Убью, гад! Не успокоюсь, пока твой писк не услышу – предсмертный!

Глава 4

Это ж надо! Схватила тряпку и погналась за мерзавцем. И путь он размером с лошадь – все равно кот, бояться хозяйку с полотенцем у него в крови. Да и спрятаться такой туше на кухне негде. В итоге разгромили запасы бабули: варенье из мух, сушеные грибы и летучих мышей. Сшибли набор кастрюль, пестиков и стопочек непонятного предназначения. Уронили на пол банку с чем-то синюшным, и оно распахлось тухлой черникой и копотью.

Пару раз я все же попала по боку и тупоголовой башке хранителя. Больно ему вряд ли, зато как обидно.

А нечего превращать хозяйку в жабу!

Лицо мое от зелья приобрело нежно-зеленый оттенок, а на щеках и подбородке выросли пупырчатые родинки, из которых торчали пучки черных волос.

– Да ты чего взбеленилась, хозяюшка?! – взвыл зажатый между крепким дубовым столом и стеной хранитель. – У тебя какое-то зеркало, наверное, неправильное!

– Это у тебя вкусы извращенные! – гаркнула взбешенная я. – По-твоему, зеленый цвет кожи – это красиво? А бородавки?

– Очень! – похлопал глазищами Драго. – У нежити это последний хит, говорю же. А-а-а, так ты что, по-человечески, что ль, хотела быть красивой?

Надо же, какой догадливый. А сразу спросить было нельзя? Еще меня тупой называл.

– Да не расстраивайся, хозяюшка, – попытался подлизаться кот. Потерся боком так, что я чуть не рухнула. – Эффект всего-то месяц длится. А после снова будешь бледная и гладкая. Одного не пойму, к чему такое убожество ведьме? О, времена, о нравы!

Он, зараза, даже глаза закатил. А я обреченно завыла. Хотела было сказать проштрафившемуся хранителю пару ласковых, да тут на его счастье в холл скатился шарообразный монстр.

– Что-то не так? – растерялась я. – Дать другой номер? Если что, еду не подаем, кухня… гм, на ремонте.

Вернее, в полной разрухе. То, что чудом уцелело после восстановления дома, добили мы с Драго.

– Все было просто великолепно! – пробулькал шарик. – Вот вам, хозяюшка, за приют.

И подал мешочек с какими-то светящимися зелеными шариками. Точно какой-то чудак поотрывал жопки огромным светлякам и ссыпал в полупрозрачную тару. Но я приняла, не ругаться же с постояльцем. Держа неведомое «сокровище» на вытянутой руке, проводила постояльцев до двери. Точнее до провала, в коем они благополучно и скрылись.

– Что это? – продемонстрировала «подарок» хранителю.

Он сделал жест, в народе называемый рукалицо, вернее – лицолапа. Закатил глаза и простонал что-то нечленораздельное. Я покосилась на полотенце.

– Ты что ж, всю жизнь собираешься силу черпать исключительно из травок и мухоморов? – въедливо уточнил мохнатый. – Этого добра, знаешь, сколько сожрать надо, чтоб хоть простенькое заклинание произнести? То ли дело мана…

Он почти благоговейно покосился на мешочек в моей руке.

О, так это что-то вроде ведьмовской силы? Вот для чего бабуля гостиницу содержала.

– И что с этой маной делать? – уточнила я. Развязала мешочек, принюхалась: лимончиком пахнет и мятой. Видать, не светляки это, ошибочка вышла.

– Жри, дура, пока не выветрилось! – распорядился хранитель. – Прошлая ведьма слабая была, гостиницу запустила, так что следующие посетители не скоро явятся.

М-да, легко сказать, жри. Один раз я уже последовала совету Драго, результат, как говорится, на лицо. Страшно представить, что будет после приема маны внутрь.

А, была не была. Хуже, кажется, уже не бывает.

Зачерпнула пригоршню зеленой фигни и отправила в рот. От малейшего прикосновения языка пузырьки лопались, выпуская сладковатое содержимое. Ничего так, терпимо. А главное, от горла по всему телу стало распространяться непривычное тепло.

Слопала, короче, весь мешочек.

Глянула на руки: от них словно шел зеленоватый дымок. Щелкнула пальцами, и рядом с Драго что-то взорвалось. Кот подпрыгнул и забился в угол, пугливо поджав хвост.

– Ты давай с этим завязывай, хозяюшка, – посоветовал пугливо. – Лучше силу на другое направь. Ты ж, вроде, хотела облик сменить? Вот и давай, действуй!

То есть я? Мне теперь все-все можно? Только как?!

Этот вопрос адресовала хранителю. Экспериментировать боялась, даже дышала неглубоко – уж больно грудь жгло с непривычки. Еще взорвусь от переизбытка маны этой.

– Я хранитель, а не учитель, – покачал головой Драго. – Тебе постигать дело ведьмовское надо, хозяюшка, а не за хранителем с тряпкой бегать. Ступай-ка ты в библиотеку, там точно найдешь что-то полезное.

Перелопатить пришлось немало, прежде чем отыскалось нужное заклинание. Про себя отметила еще несколько весьма полезных книжечек. А еще поняла, что дом бабули требует не только уборки, но и ревизии. Оказывается, многие составляющие зелий и даже книги нельзя хранить рядом друг с другом, во избежание нештатных ситуаций.

До того умаялась, что даже с преображением решила повременить. Вместо этого заварила чай, открыла клубничное варенье (искренне надеясь, что это именно оно). Просеяла муку и – впервые в жизни – наколдовала! Решила начать практику с малого: обновила найденную в шкафчике муку, призвала масло и яйца. Правда, немного накосячила, и вместо обработанного продукта наколдовала исходник – корову и курицу. К счастью, доить я умела, а офигевшая курица снесла пять яиц подряд и лопнула, как мыльный пузырь.

– Ну ты, мать даешь!.. – прокомментировал Драго.

– Не лезь в эксперимент, – парировала я. – Лучше отведи корову в хлев, или что там за сарайка возле дома примостилась?

– Я, чистокровный хранитель, да пастухом служить?! – возмутился Драго.

Сделала вид, будто собираюсь щелкнуть пальцами. Хранитель все понял и обреченно поплелся на улицу. Коровка, точно по зову, отправилась вслед за ним. А я пока напекла блинов и удобно устроилась за столом. Давненько не позволяла себе выпечки, а блинов – тем более. Но сегодня особый день, сегодня все можно.

В самый разгар чаепития скрипнула входная дверь. Вначале я решила, будто это Драго вернулся. Но нет, на кухне возник силуэт, увидев который, ведьма-новичок, то есть я, выпустила из рук чашку.

Предо мной стоял поросший черной шерстю демон – вот самый настоящий. С рогами, копытами и надменной физиономией. Сверлил меня черными, как грех, глазами и вообще вел себя так, будто это не он, а я вломилась в его жилище.

Темный фрак и изящно повязанный красный шейный платок говорили о высоком статусе. Как и золотые часы, нарочито выглядывавшие из нагрудного кармана.

– Простите, свободных номеров нет, – произнесла опешившая я и демонстративно налила себе чай в другую кружку. – Приходите через недельку, когда тут обустроюсь.

Как он вообще мог перешагнуть порог? Как объяснил Драго, в дом могут войти только с моего разрешения: через дверь или через провал. А этого кто пустил? Не помню, чтобы давала свое разрешение.

И куда запропастился Драго? Почему хранителя нет рядом, когда он так нужен?!

– Странная трапеза для ведьмы, – меж тем фыркнул демон. – Вижу, успела тут плотно обосноваться. Но я бы настоятельно советовал не распаковывать чемоданы – надолго вы тут не задержитесь.

Это что, шутка такая? Я едва чаем не поперхнулась. Поднялась и, несмотря на то, что макушка моя находилась где-то в области широкой груди монстра, смело возразила:

– Позвольте полюбопытствовать, по какому такому праву вы заявились в мой дом? И с чего решили, будто можете указывать, что мне делать? Я, знаете ли, к незваным гостям отношусь как к тараканам. А ну, дом, вышвырни его прочь!

Глухо застонала потолочная балка. Вздрогнули ступени, а ставни закрылись. Домик стонал и плакал, кажется, не в силах выполнить волю хозяйки. То есть меня.

Демон метнул из глаз искры и зажег все свечи, что имелись в кухне. В таком освещении его шерсть отливала красным, а фигура казалась еще более внушительной. И угрожающей.

– Не думал, что вы не знаете всех высших в лицо, – недовольно произнес демон. Но все же коротко и как-то нахально представился: – Вы имеете честь беседовать с Главным Советником Его Темнейшества, так что попрошу проявить почтение и не жевать в моем присутствии.

– И?.. – вконец обалдела я.

Смерив меня пронизывающим взглядом, демон достал из кармана клочок бумаги. Встряхнул его, превращая в приличного вида грамоту с сургучной печатью.

– У меня есть ордер на проверку этого дома, – самодовольно заявил непрошенный гость. – Предъявите документы на проверку.

И тут бюрократия! А я так надеялась, что хоть в нижних мирах этого понятия не существует в принципе.

Тыкнула ему в демоническую рожу свидетельство о наследовании и надменно вскинула голову. Пусть-ка теперь попробует меня выселить. Ха!

– Та-а-ак, а где разрешение на право ведения предпринимательской деятельности? – поинтересовался демон. Ухватил мой подбородок когтистой лапой и, повертев из стороны в сторону, добавил: – А лицензия на зельеварение? А на поглощение и использование маны?

Обреченно застонала и закатила глаза. Вот дьявольщина, об этом меня Драго тоже не предупредил.

– Слушайте, товарищ, э-э-э… Как вас там по батюшке?

– Сигизмунд Варфоломей Иоаким Восьмой, – шаркнул копытом демон. – Можете обращаться ко мне: господин Советник.

Имена у этих нижних точно демонические – язык сломаешь, проговаривая. Я уж не говорю о запоминании.

– Может, как-нибудь иначе договоримся? – рискнула предложить.

Вообще я имела виду откат – ну, там, скажем, десять процентов от вырученной маны или мухоморами могу отдать. Хранитель вот не пригодился – тоже готова уступить по сходной цене. А что, с демонами в погонах прокатывает, почему с этим, во фраке, не попробовать?

Господин Советник иначе истолковал мое предложение. Усмехнувшись, подхватил на руки и, громко цокая, понес прямиком в спальню.

– Что ж, давайте посмотрим, как получится это уладить. Лицензию сразу не выдам, но похлопочу за молоденькую новую ведьму. Только и ты уж будь поласковее, поактивнее.

Ага, я и стала поактивнее. Так заехала наглецу кулаком меж рогов, что у него искры из глаз посыпались – в прямом смысле.

Воспользовалась его замешательством, высвободилась и вооружилась кованым подсвечником. Если с первого раза не понял, демонюка, готова разъяснить подробно.

– Ты что творишь?! – рассвирепел он. – Ты хоть знаешь, сколько почтенных ведьм добиваются моего расположения?

А, это те, которые все сплошь с зелеными мордами и бородавками по всему телу? Да пожалуйста, я таких козлов за свою жизнь насмотрелась меня рогами и копытами не испугать.

– Вы не волнуйтесь, господин Советник, в вашем возрасте это вредно, – решила ударить по самому больному. – Лучше поясните вашу фразу про получение лицензий. Правильно ли я понимаю, что их можно купить или получить иным способом? Какие еще варианты, кроме постели? Уж вы не печальтесь, но рогатые и с копытами не в моем вкусе.

– Да тебе в жизни экзамен не сдать, ведьма-недоучка! – погрозился демон. – Уж я за этим прослежу, не сомневайся. От моих грозных очей ничто не ускользнет, даже чернявая выскочка. А если еще раз увижу нарушение – а я его увижу – подам иск о лишении наследства. И поверь, я все дела выигрываю.

Деловито кивнув, господин Советник уверенно двинулся к выходу. Но на пороге обернулся и добавил:

– Между прочим, я демон в полном расцвете сил. Мне всего-то семь веков.

Сказал, распахнул дверь и растворился в темноте ночи.

– Драго! – позвала я. – А ну, иди сюда, паршивец эдакий. Что же ты не предупредил о визите такого «важного» гостя? Иди, кому говорю, я чувствую, что ты где-то рядом прячешься!

Кот спрыгнул с ближайшей к выходу картины – я и не знала, что он так умеет, притворяться нарисованным. Судя по испуганному виду, демонюку этого мой хранитель боялся до колик в умерщвлённых печенках.

– Давай рассказывай, как можно лицензии приобрести! – потребовала я. – У бабули-то они наверняка были.

– Так надо экзамен сдать соответствующий, – охотно разъяснил Драго. – Как ты его приложила, а, хозяйка! Здорово, конечно, но опасно.

Бесстрашие – мое второе я. После встречи с Макаронычем меня ни одним демоном не испугать. А что до экзамена: тоже легко! Книг у бабули полная библиотека. А у меня как раз уйма свободного времени нарисовалась.

Но для начала решила заняться внешностью – не век же зеленой ходить. У меня от этого настроение падало, а, как следствие, и успеваемость по ведьмовским наукам.

– Чуфирико, скофарико, – начала читать найденное заклинание. Прикоснулась к лицу дрожащими пальцами. – Тилико, далеко и нелегко расфуфыринько.

Когда-нибудь слышали об вау-эффекте? Вот это он и был. Сначала с лица пластом сползла зелень вместе с бородавками. Потом расправилась и побелела кожа. Следом появился прямо-таки яблочный румянец, а глаза засияли путеводными звездами. Густые, блестящие черные волосы отрасли до самого кончика, вернулись соболиные бровки и загнутые реснички. Пухлые от природы губки приобрели алый оттенок, даже зубки отбелились. Словом, стала лучше, чем была прежде.

– Эй, хранитель, сколько продлится действие?

– Почти всю ману на такую глупость пустила, – недовольно буркнул Драго. – До следующего полнолуния хватит. Еще и на пару небольших заклинаний осталось.

– А когда у нас ближайший экзамен?

– Так в следующее полнолуние и есть. Только не думаю, что ты успеешь подготовиться. Знаешь, кто главный экзаменатор?

Догадалась, не маленькая. Но мне вот эта вот мана, как оказалось, ух как нужна! Даже не ради красоты. Вот накоплю побольше, и ка-а-ак доберусь до Макароныча! И вообще, ведьмовская деятельность, она такие перспективы открывает – закачаешься!

Так вдохновилась, что даже кота простила. Временно.

– Слушай, я понимаю, отчего ты к демону не вышел, – заметила, подозрительно глядя на Драго. – А почему ты князя не выпил? Или ты только у преступников кровушку пьешь? Диета такая?

– Что ты, хозяйка?! – охнул хранитель. При помощи хвоста осенил себя каким-то руническим знаком. – Князь Каллистрат же из породистых, его нельзя вот просто так взять, да выпить. У меня потом проблемы будут.

– С пищеварением? – догадалась я.

– Ага, и с ним тоже, – подтвердил Драго. – Ладно уж, я, и правда, виноват, что не предупредил. За это помогу тебе с экзаменом. У меня одна из хозяек была методисткой на Лысой Горе, она много чего в похмельном бреду порассказывала. Можно сказать, сдала все секреты выдачи лицензий.

Глава 5

Князюшка явился аккурат на рассвете. Ступить на крыльцо больше не рискнул, потому принялся бросать в окно мелкие камушки. Вернее, это сначала камни были маленькие, но постепенно они становились все больше и крупнее. А мне так ужасно хотелось спать, что глаз не разлепить. Я ж легла всего пару часов назад.

– Когда ж он уже успокоится?.. – вопросила я.

– Не, этот не отстанет, – уверенно сказал Драго. Хранитель сидел возле окна и комментировал происходящее. – Так что тебе придется вставать.

– Не хочу!

Завернулась в одеяло с головой и притворилась мертвой.

– Хоть в окно выгляни, пошли куда подальше, – предложил Драго. – Пусть возвращается к своему замку вместе с пакетами и цветами. У меня, кстати, аллергия на запах роз.

– А что за пакеты?

Насторожилась и все же высунула нос из-под одеяла.

– Говорю ж, аллергия… – пробухтел кот. Поводил носом и все же выдал: – Ветчина, хлеб, сыр, кажется, сметана.

Любой кот на его месте прыгал бы от радости и требовал впустить гостя в дом. Этот же, упившийся кровосос, морду воротил.

Да что там кот, новоявленной ведьме тоже ужасно захотелось пригласить гостя в дом. Только из вежливости. Ни о какой ветчине, сыре и прочей снеди я и не помышляла.

Накинула на коротенькую сорочку шелковый пеньюар, который, к слову, скорее раздевал, чем прикрывал наготу. А что, теперь мне не страшно показаться во всей красе. Хоть перед князем, хоть перед самим королем.

Спустилась вниз, открыла дверь и приветливо улыбнулась:

– Доброе утро, Каллисто. Вижу, вы ранняя пташка.

Чего обо мне не скажешь. Конечно, в сравнении с тем, что было на моем лице вчера, красноватые от недосыпа глаза – сущие мелочи.

– Доброго утра, сударыня Зена, – восхищенно проговорил князь. – Я ведь вчера так и не успел поблагодарить вас за чудесное спасение. Если бы не ваша находчивость и самоотверженность, я мог бы остаться погребенным под вашим крыльцом.

Он покосился на место своего пленения и удивлено вскинул брови. Ну да, крылечко залатало само себя, и теперь ничто не напоминало о вчерашнем происшествии.

– Бросьте, какая самоотверженность?.. – отмахнулась и почувствовала, как краска приливает к лицу.

Пусть я теперь ведьма, совесть разыгралась с невиданной силой. Если б не случайно оброненное слово, Каллисто вообще не упал бы и не ударился головой. А теперь вот еще благодарил за спасение. Неудобненько получалось.

– Я вам тут завтрак привез, – Каллисто кивком указал на бумажные пакеты. – Не знал, что вы любите, потому смел все подряд с полок ближайшего супермаркета. Конечно, самым разумным было бы пригласить вас к себе, но реставрация начнется только сегодня. Боюсь, раньше чем через месяц, не смогу пригласить вас в гости.

Побывать в настоящем замке, пусть и отреставрированном, прозвучало весьма заманчиво. Да и сам Каллисто выглядел завлекательно: в белоснежной футболке поло, светлых брюках, весь такой ухоженный и в то же время брутальный. Адски привлекательная смесь.

Невдалеке «под парами» стоял припаркованный черный «Мерин» последней модели. Судя по водителю и тонированным стеклам авто, денег у князюшки, как у дурака стекляшек.

– Так что, позавтракаем вместе и обсудим детали сделки? – все так же любезно предложил Каллисто.

Вот как бы ему так сказать, что я передумала продавать дом бабули? Аккуратненько так, чтоб не обидеть?

Пригласила в дом, заварила чай и за чашечкой черного байхового как бы между прочим произнесла:

– Какой здесь дивный воздух! Он очень благотворно влияет на внешность, прямо таки чувствую, как становлюсь моложе и привлекательнее. А соседи какие! Как думаете, Каллисто, мы сможем жить дружно?

Князь поперхнулся чаем.

– Что вы этим хотите сказать? – аж побагровел от злости. Поднялся и, опершись кулаками о стол, навис надо мной, подобно каменному утесу. – Мы с вами будем жить дружно только в одном случае: если не будем соседями. Точнее, вы можете купить домик в поселке, отреставрировать на свой вкус – у вас ведь уже имеется опыт. И тогда сможем хоть каждое утро пить чай.

Если он решил, будто запугал меня своей могучестью, то черта с два!

– Вы как никто должны понимать, как нелегко расстаться с наследием предков, – продолжила, как ни в чем не бывало. – Здесь все мне напоминает о любимой бабушке. Так что поживу здесь… немного. А там будет видно.

Любезность и добродушие сплыли с лица князя, будто и не бывало. Сверкнув глазами, он тряхнул бородой – ну точь-в-точь как деревенский козел. Пусть привлекательный, сексуальный и аристократичный. Но все же козел.

– Мне. Нужен. Этот. Дом! – по словам, как неразумной, решил растолковать свою мысль.

– Какое совпадение! – я всплеснула руками и изобразила на лице медово-приторную радость. – Мы с вами мыслим в одном направлении. Мне тоже нужен этот дом. И земля. И… ее недра!

Князь с силой брякнул чашку на стол, совершенно не заботясь о том, что отколол ручку. Не глядя мне в глаза, заложил руки за спину и принялся расхаживать взад-вперед по кухне. Кажется, протоптал приличную такую дорожку в полу, прежде чем резко обернулся и выпалил:

– Сколько?!

– Дом не продается, – игриво пропела я. – Спасибо за ваше щедрое предложение. И за завтрак. А сейчас вам лучше уйти. Мне еще столько предстоит переделать здесь, так много всего хочется переделать. Под себя!

Последние слова произнесла со сталью в голосе. Тоже поднялась и указала гостю на дверь:

– Всего доброго! Приятно было попрощаться.

Князь не внял настойчивой просьбе покинуть жилище. Демонстративно сел на стул и, закинув ногу на ногу, хмыкнул:

– Эта территория принадлежит мне! Не хотите уходить, тогда я заберу этот дом вместе с вами. Вы, милая девушка, еще не знаете, с кем решили помериться упрямостью.

И этот туда же! Один пугал ночью, второй с самого утра притащился. Нет, мальчики, это вы еще не знаете, с кем связались.

– Дом! – рыкнула я, тряхнув копной иссиня-черных волос. – А ну, проводи гостя!

Ковровая дорожка, подобно гигантскому языку или змее, обвилась вокруг князя. Так, что тот даже не успел осознать, что происходит. Его, вместе со стулом, просто выволокли вон и выбросили на травку. Гордец-князь даже пикнуть не успел.

Стул, кстати, вернулся обратно. Просто вскочил на ножки, как молодой олененок, и поскакал обратно. Занял прежнее место на кухне и только после этого замер.

– Так-то вот! – объявила я и демонически захохотала. Прям как настоящая злая ведьма.

До чего же приятно было видеть, как обалдевший князь отползает к машине и, не слишком уверенно погрозив кулаком, убирается восвояси.

– Прошлая хозяйка осторожнее была, – заметил Драго, задумчиво кося глазами в сторону отъехавшего князя. – Зато жилось с ней куда скучнее.

Хотела было осадить хранителя, но с сожалением отметила: прав он. Меньше чем за сутки кое-кто умудрился нажить себе двух сильных врагов. Одного с того мира, другого с этого.

– А ты бы что предложил? – прищурилась и, запустив пальцы в густую шерсть котяры, начала плавно почесывать. – Переспать с демоном и отшить князя. Или наоборот, согласиться на предложение Калистратата и послать господина Советника куда подальше? И вообще: мне что, из-за них теперь во двор не выйти? Сидеть и бояться их мести?

– Кто тебя тронет, хозяйка? Ты же ведьма, – промурлыкал Драго, разомлев от ласки. – У тебя хранитель есть. Кормить только не забывай. И вот тут почеши, за левым ушком.

Нежить, а ласку любит. А мне до того обидно стало, что глаза заслезились. Тоже мне, мужчины пошли: один, едва представившись, в койку потащил. Второй вообще стал запугивать чуть ли не с порога. До чего ж несправедливо!

В одном была уверена точно – горький привкус обиды исчезнет после освежающего глотка мести. Вот получу лицензию и докажу рогатому, как он ошибался. А князь?.. И с ним придумаем, как поступить!

– Почему ж на улицу не выходить? – удивленно протянул Драго. – Ты ж не вампир. К тому же у тебя хранитель есть – я.

Гигантский кот продемонстрировал острые клыки и пасть, в которую может поместиться человек целиком. И все же меня подобная демонстрация не переубедила.

– Угу, хранитель-вампир мне мало чем поможет при солнечном свете. К тому же сам сказал, что Каллистрата ты выпить не можешь.

– Обижаешь, хозяйка, – надулся Драго и распушил шерсть, становясь похожим на дымчато-рыжее облако. Грозовое облако. – Просто так я Каллистрата не трону, но если попытается напасть – запросто. А привязка к ведьме позволяет мне находиться рядом с ней даже днем. Только не отходи дальше, чем на десять метров, иначе беда.

Вот это уже другой разговор! Я прям воспаряла духом и оживилась телом. С таким усатым-клыкастым провожатым мне никакие Каллистраты не страшны. К тому же во мне немного маны осталось.

Выучила пару простеньких боевых заклинаний, взяла из шкатулки бабули несколько золотых монет и смело отправилась в поселок. Раз уж собралась тут жить, надо обеспечить привычный комфорт. Прежде всего, навести порядок и избавиться от паутины. Плюс прикупить кое-чего из техники. Гарнитур в кухне отличный, из мореного дуба – раритетный! А вот с утварью беда… Ну нельзя же в наш продвинутый век готовить в горшках и чугунных сковородках.

– Продуктов еще надо купить, – заметила, осмотрев пустующие полки. – Одежды новой.

На свою беду, почти все, что привезла с собой – это спортивные костюмы с капюшонами и толстовки. Нельзя же порядочной ведьме в таком расхаживать. А в чем гостей встречать? Особенно таких породистых, какие в последние дни со спросом и без захаживают.

– Зеркала надо повесить, – продолжила список покупок.

– Пф!.. – фыркнул и подпрыгнул как ужаленный крутившийся возле Драго. – Ну, нельзя же так, хозяйка! Уважай права гостей на комфорт. И хранителя.

– Ладно уж, куплю только для себя – складное, – смилостивилась я. Услышала подозрительный шум на улице и переспросила: – А это что?

– Так корова же! – пояснил хранитель и коротко хихикнул. – Измаялась, бедная животина. Это я неприхотливый в уходе: раз в месяц сытно покушал и никаких проблем. А эту кормить каждый день надо.

Пришлось отложить поход за покупками и топать к корове. Подоить, накормить и привязать к вбитому возле дома колышку. Не было у ведьмы проблем, наколдовала ведьма корову.

Только после этого добралась до интернета: заказала мебель, посуду и прочие бытовые мелочи. А вот за провизией пришлось топать в ближайший магазин – везти продукты в мою Тмутаракань ни одна уважающая себя фирма не согласилась.

Драго предложил идти до магазина лесом: и он в глаза не бросается, и травок кой-каких поищем.

– Так у меня же нет лицензии? – насторожилась я.

– А мы про запас, – не по-кошачьи мудро заметил хранитель. – Некоторое сырье много лет подряд выдерживать надо, прежде чем для зелий использовать.

Идем, значит, мы по лесу, никого не трогаем. Вдруг над чутким ведьмовским ухом кто-то ка-а-ак заревет. Протяжно так, с надрывом.

– Что это? – у меня мороз по коже пошел. – Зверь, что ли, какой раненый?

– Хуже, – поморщился Драго. – Детишки. Поди, в лес по грибы-ягоды пошли и заблудились. Не люблю их: везде лезут, за усы дергают и орут по каждому поводу.

Похоже, я все же добрая ведьма. Потому как бросить детишек одних в лесу не согласилась, как Драго ни упрашивал. Пришлось ему показывать дорогу и вести меня к оврагу, в который свалились два малыша. На вид – погодки. Девочка чуть постарше, худющая, со светлой косой и огромными голубыми глазищами. Мальчику на вид лет пять – чумазый весь, тоже светленький и пугливый, как дикий зверек.

– Ну, идите сюда, – поманила их. – Если не поможете, я вас из этого оврага не вытащу.

– Ведьма это, Светочка… – шепнул мальчуган и спрятался за спину сестры. – Смотри, на ней плащ бабки Глафиры. И дед Кузьмич сказывал, что домик-то на окраине вновь жилым стал.

– Дурачок ты, Пашка, – не согласилась девочка. – Разве ж ведьмы бывают такими красивыми? Да и детей они из оврагов не вытаскивают.

– Ага, вот вытащит и сожрет, – посетовал малыш.

– Если не прекратите препираться, точно сожру! – не выдержала я. – Держитесь за руку, кому говорю! Вы сколько уже в этом овраге сидите? Не надоело, что ль? Я могу дальше по своим делам отправиться, пусть вас кто-нибудь другой вытаскивает

Малыши испугано переглянулись и решили, что добрая ведьма все же лучше, чем злой холод и голод.

– Второй день, – призналась девчушка.

Кое-как доползла к краю обрыва, подала руку, но мне так и не удалось до нее дотянуться. Дно оврага покрывала скользкая глина, по которой дети сползали. Пришлось плюнуть на все и использовать магию.

Аккуратно, черпая ману вполсилы, сплела из веток нечто наподобие плота. Как лопатой, подчерпнула им детишек и вынесла на поляну. Окутанные зеленоватой дымкой магии, детишки радостно визжали, словно забыв, что секунду назад боялись непривычно красивой ведьмы.

– Ух ты, а можно еще так покататься! – восхитился Пашка.

– Нет, – досадливо поморщилась я. – Нельзя тратить ведьмовские силы на такие глупости. Нате вот по бутерброду: лопайте и домой пойдем.

– Ой, а это что? – прищурился малыш, рассматривая непривычный сыр с плесенью. Ну да, Каллистрат сильно старался угодить, принес все самое дорогое. – Ведьмовской хлеб? А это? – указал на кровяную колбасу. – Сосиски из крови младенцев?

Сестренка его икнула и перестала жевать.

– Колбаса из крови быка, а сыр самый обыкновенный, просто с благородной плесенью, – пояснила я. – Такой сейчас в каждом большом магазине продается.

– Ну-у-у… Значит, ты всамделишная ведьма, – выдал мальчишка и приступил к трапезе.

Тут из кустов соизволил выбраться Драго. Вот его-то Пашка признал всамделишным колдовским котом. Драго так возгордился из-за комплимента (подумать только, ведьму не признали, а его – да!), что не стал возражать, когда малой дернул его за длинный ус. И даже согласился довезти детишек до дома на своей спине: после еды малыши так расслабились, что совершено обессилели. Пригревшись на пушистой спине хранителя, они мгновенно отрубились.

А мы, вместо того чтоб идти по своим делам, отправились в обратную сторону. Драго по запаху определил, где их дом, и, ломая кусты и небольшие деревца, попер сквозь чащу – коротким путем.

Далеко забрались малыши, ничего не скажешь. Мы больше трех часов подряд шли, пока к деревне выбрались. Я так устала, что наверняка стала походить на настоящую ведьму: растрепанная, запыхавшаяся и злая. Плащ полюбившийся порвала, еще и ботинок промочила.

– Эй, малышня, подъем! – стал тормошить детишек Драго.

– Дальше уж сами, – добавила я. – Нам в деревне делать нечего.

А нас уже успели заметить. Наверное, Драго с таким шумом ломился сквозь валежник, что взбаламутил всех жителей небольшой деревеньки. И на нас перли несколько женщин, вооруженных вилами и кольями.

Еще и проснувшийся Пашка не придумал ничего лучше, как заорать во все горло:

– Мам! Смотри, нас со Светкой ведьма поймала. Настоящая!

Глава 6

На меня попёрли с вилами. Вот он, побочный эффект ведьмовской деятельности. Кот встал на задние лапы и оскалил зубастую пасть. А я безразлично плюхнулась рядом. Так вымоталась, что уже и смерть не страшила.

– А ну-ка признавайся, зачем детей украла! – заорала на меня дородная баба со светлыми волосами и необъятной талией. Поди, заводила всей деревеньки. Вроде нашей тетки Дуни. – Сожрать хотела? Вот мы сейчас тебя!

Тряхнула вилами, но подойти ближе не рискнула.

– Чего тут жрать-то, одни кожа да кости! – искренне возмутилась я, оглядывая деток. Вместо того чтобы побежать к родителям, они с азартом наблюдали за боевой стойкой хранителя. И, к слову, нисколько не боялись. – Вы б их кормили лучше, глядишь, они бы и в лес не бегали.

– Ой, сударыня ве-е-едьма!.. – запричитала светловолосая, худощавая женщина. Похоже, мама ребят. – И так стараемся, бьемся изо всех сил. Одни бабы в дерене остались. Работы тут нет, наши все мужики на заработки ушли. А назад так и не вернулись. Раньше ткацкая фабрика была. А теперь и этого нет. Вот и питаемся с одних огородов.

– Да что ты ей жалишься! – осадила распричитавшуюся женщину ее товарка с вилами. – Как будто ведьме есть до нас дело. Прошлая пускай старая и страшная была, зато мух у нас покупала, жуков и лягушек всяких. Хоть какие-то деньги были. А эта? – кивнула в мою сторону. – Вишь, какая цаца! Ей одними червячками не обойтись, на такую красу, поди, кровушка нужна. Детская!

Баба многозначительно подняла вверх указательный палец, будто собиралась проткнуть в небе дырку.

Ну да, все знают, как и из чего готовить ведьмовские зелья. Все, кроме меня.

– Да никого я не собиралась ни есть, ни на припарки пускать, – выдохнула обреченно и поднялась на ноги. – Дети ваши в овраг свалились. И мне, вместо того чтоб идти на станцию, пришлось петлять кругами по лесу, чтоб их домой вернуть. А вы с вилами! Идем, Драго, нас тут не любят…

Покачала головой, запрещая хранителю даже принюхиваться к деревенским. Одно дело гробокопателей «выпить», и совсем другое – полакомиться мирным населением. Сравнительно мирным.

– Мам, она спасла нас, это правда! – опомнилась Светланка. Схватила меня за руку, не давая уйти. – А еще накормила, напоила и довезла до дому. Сама шла, а мы на коте ехали.

– А от спасибо вам, сударыня ведьма! – поклонилась светловолосая женщина. И обратилась к толпе: – Глашка, Парашка, кидайте вилы. Мы ж деток моих вон сколько по лесу искали. Да если б не она, мои ребятишки так и погибли бы в лесу. Благодарить ее надо, вон че. А мы, и правда, с вилами. Неудобно как-то…

Нас с хранителем потащили в деревню – но уже с уважением, со всеми причитающимся почестями. Марьяна, мама Светланки и Павла, особенно старалась угодить. Ради угощения сударыни ведьмы выделила каравай хлеба, несколько яиц и даже пожарила курочку. Предлагала остатки трапезы забрать с собой, но глядя на худенькие лица детей, я этого сделать не посмела.

– У меня дома полно еды, – почти не соврала я. Каллистрат натащил столько, что пару дней я точно проживу. Пусть без горячего, но не голодная. – И это, жучков и паучков сушите и приносите, я куплю.

Пообещала, еще не зная, чем за это буду расплачиваться. Судьба-злодейка закинула меня в самую глухую из всех близлежащих деревень, сюда даже добраться большая проблема. Особенно пока мне запрещено получать ману.

– Ой, сударыня, а вы, правда, ведьма? – спросила Парашка. Та самая, которая прежде настойчиво хотела насадить на вилы. – Нам бы вот с урожаем что поделать. А то ведь с голоду опухнем.

Угу, она-то, похоже, больше всех пухла. Хотя, как я поняла по разговорам, у Парашки сын взрослый в городе, от него кое-чего матери перепадало.

– Ну, овощ вам в помощь, – согласилась я.

Прикинула в уме, как бы создать заклинание, призывающее урожай, и при этом потратить как можно меньше маны. Вообще я остатки на собственную защиту хотела пустить.

Вот подводит меня доброта, ведьмам несвойственная. Если б не этот, рогатый, я бы тут ух как разгулялась.

– Что-что, сударыня ведьма? – переспросили хором все женщины.

– Хрен с вами. Пусть будет у вас урожай, – пообещала я.

Вышла во двор и, отослав посторонних прочь, выпустила из левой руки тоненькую струйку зеленоватой дымки. Она быстро впиталась в землю, и довольная я смогла отправиться в обратный путь.

– А урожай-то когда будет? – осведомилась Парашка.

Ишь, какая хитрая, думала, ей сразу овощи попрут как из рога изобилия. У меня, пардоньте, столько маны нету. И опыта.

– Через пару дней, – авторитетно заявила я. – А пока сорняки полоть, землю рыхлить, саженцы поливать.

Вернулась домой затемно. Попила чайку, слопала бутербродик и, недовольная собой, но отчего-то счастливая, завалилась спать. А на следующий день все же добралась до города, продала кое-чего из золотишка. Ну, заодно продуктов прикупила и кой-чего из одежды.

Пока по магазинам слонялась, хранителя заставила «спрятаться» в специально купленном блокноте. Пушистый Драго изумительно смотрелся на обложке, как нарисованный. Правда, даже в таком виде умудрялся отпускать едкие замечания и пугать продавцов. А заодно и смущать меня в примерочной.

Возвращаясь обратно, заметила, что восстановление замка идет полным ходом. Каллистрат нагнал столько народу и техники, что земля содрогалась и тряслась. А, между прочим, кое-кто сильно утомился и был невероятно зол.

– Достал! – объявила я, хмуро посматривая на часы.

Это ж надо, первый час ночи, а стройка все не завершается. Зуб даю коренной – Каллистратушка специально старается. Пытается выжать меня из домика всеми доступными способами.

– Может, ты его все же выпьешь, а? – обратилась к Драго, как к последней надежде. – Ну как я могу обустроиться и вплотную заняться учебой в такой обстановке?

– Сказал же, не могу, – притворно-печально вздохнул хранитель и перевернулся на другой бок. Потянулся на коврике и сверкнул косыми глазами. – Правила есть правила.

Ну да, ему-то спать необязательно. Мертвым вообще проще живется, им терять практически нечего.

– Ну, должен быть хоть какой-то способ отомстить, не используя ману! – прокричала я, заглушая шум буров. – Не могу же я пойти без всего ночью к сотне строителей и потребовать прекратить шуметь! Хотя, я сейчас уже на все способна. Ради пары часов сна душу продам!

Кот иронично приподнял мохнатые брови. Кажется, я переборщила с клятвами. При моем нынешнем положении это чревато.

– Если намекаешь на Каллистрата, то нет и еще раз нет!

– Тогда… даже не знаю, – задумался хранитель. – Можно попробовать использовать волшебную шляпу, но результат может быть непредсказуемым. На ведьмовском факультете это самый сложный предмет. Потребуются годы практики, чтобы научиться доставать из шляпы то, что нужно и…

– Хорош трепаться! – прервала разгневанная я. – Тащи сюда шляпу. Сейчас я покажу этому князю, как лишать ведьму самого ценного: крепкого и здорового сна!

Волшебной шляпой оказалось нечто бесформенное, слабо напоминающее погрызенный местами черный конус с некогда широкими полями. Теперь же эти самые поля уныло висели с боков, напоминая уши спаниеля. Такую «прэлесть» не то что носить – в руки брать страшно.

– Кажись, бабуля эту шапку не жаловала, – заметила я, держа подозрительный предмет на вытянутых руках. – Ты уверен, что она волшебная?

– Ну-у-у… – задумчиво протянул хранитель. Морда его приобрела тревожно-блаженное выражение. – Как бы это сказать…

– Как есть!

– Шляпа не всегда давала именно то, что от нее требовалось. Иногда случались… гм, накладочки.

Судя по потрепанному виду шляпы, накладочки случались постоянно, оттого шляпу неоднократно рвали, грызли и, боюсь представить, что с ней делали еще.

– Ладно, попробуем, – решила после непродолжительного замешательства. – Или есть другие варианты?

Драго развел мохнатыми лапами и сильнее скосил глаза. Смотрелось презабавно, несмотря на ситуацию.

– И как эта штука действует? – поинтересовалась, с сомнением осматривая шляпу со всех сторон. – Только не говори, что туда надо засунуть руку.

– Иного способа нет, – мрачненько усмехнулся хранитель. – Начни с кроликов или искусственных цветов. Это даже у начинающих волшебников и неодаренных ведьм получается.

Видно, я к их числу не относилась. Единственный результат, которого добилась, так это испачкала руки в какой-то золе (по неведомой мне причине устилавшей дно шляпы. Не исключаю, бабуля пару раз хотела сжечь негодницу, но до конца сие действо не довела).

– Неверие – главный враг волшебства, – скорчил из себя всезнайку Драго. – Пока не будешь уверена в результате, ничего не получится.

Ему легко говорить, лучше бы сам, своими лапками продемонстрировал класс.

Ежкин кот! Нет, эта шляпа точно нерабочая. С маной же получилось, а ведь ей пользоваться куда сложнее. Мне так казалось.

Не успела так подумать, как что-то внутри шляпы цапнуло меня за палец.

– Ой! – вздрогнула я и выронила шляпу. Из ее темных недр на меня что-то смотрело. – Не думала, что у зайцев такие зубы. Только глянь, как тяпнул!

Драго внимательно осмотрел мой едва не откушенный палец и с видом знатока заметил:

– Это не кролик! Ты о чем подумала, когда доставала?

– Не важно, ― смутилась ведьма-экспериментатор. То есть я. – Лучше скажи, как эту штуку обратно запихать?

– Проще простого: потрясти шляпу и сказать заклинание.

Что ж, избавиться от плода своей разгоряченной фантазии у меня получилось лучше, чем с кроликами и бумажными цветами. Хотя я в принципе не понимала, как мне могут помочь все эти вещи в борьбе со строителями и Каллистратом.

Хотя вру, эффект от этого был. Спать мне расхотелось. И со страшной силой захотелось убивать. Я была на грани того, чтобы отправиться к замку и от души потратить остаток маны.

Ближе к утру шляпа заработала. Вот только достала я не совсем то, что собиралась. Не кролика, а бобра с длиннющими зубами, длинными ушами и шустрыми лапами. Прежде чем мы с Драго успели поймать, этот недокролик успел попортить половину мебели, откусить полкартины и сожрать половину ковра.

– Уф! – выдохнула я, когда таки сумела запихнуть оглоеда обратно в шляпу.

– А ты повторить сможешь? – недобро оскалившись, уточнил Драго. Хохотнул и поиграл бровями.

Понятия не имею, как у кота, тем более нежити, это получается, но выходит здорово. А главное – информативно.

– Думаешь о том же, о чем и я? – уточнила, подражая улыбке хранителя.

Драго кивнул и мстительно прищурился.

Завтракать не стала, ибо творить недобрые дела гораздо проще на пустой желудок. Так злости больше копится. Вооружилась шляпой и потопала вверх по склону, заранее представляя, как удивятся строители, увидев моих недокроликов. Вот бы они сожрали их громкий инструмент, а то и остатки замка. Тогда Каллистратушке нечего будет восстанавливать, и он, возможно, оставит ведьму и ее избушку в покое.

Только б шляпа, мерзавка, не подвела.

– Тише ты! – рявкнула на хранителя. – Или ступай осторожнее, или полезай на блокнот.

Котяра с таким шумом продирался через заросли, что совершенно лишал нас преимущества – эффекта неожиданности. Правда, и дорогу неплохо расчищал могучей тушкой.

Подобрались мы к стройке так близко, как это только возможно. Строители аккурат на рассвете закончили боевые (судя по шуму) действия, подкрепились плотно приготовленным на костре мясом и завалились спать. Самое время для моей мести.

– Идите к мамочке, мои хорошие… – прошептала и стала одного за другим вытаскивать из шляпы бобро-кроликов.

Первые три были черными, еще два оказались красными. Потом вообще пошли оранжевые и зеленые. Полагаю, цвет их шерсти менялся в зависимости от моего настроения. И чем ближе была сладкая мстя, тем добрее и нежнее становилась ведьма.

– Полагаю, достаточно, – заметил Драго, когда из шляпы вместо монстра появилась обыкновенная серая мышь. – Полагаю, кое-кто растратил энергию превращений.

В общей сложности злостных грызунов я повытаскивала десятка три – вполне достаточно, чтобы подчистую сожрать всю стройку. Довольная собой ведьма смогла смело отправится на боковую, покой на ближайшие сутки был обеспечен.

Не успела пройти и половину пути, как натолкнулась на Каллистрата. Его аристократическое важнейшество изволили поохотиться с утреца. Судя по довольной физиономии и бодрому шагу, ему этой ночью выспаться удалось. И меня это несказанно рассердило.

– Доброго утречка, соседушка! – голосом настоящей лесной ведьмы поздоровалась первой.

От неожиданности Каллистрат подпрыгнул. То-то же, нечего прохаживаться по лесу, если живешь в опасном соседстве с ведьмой. Она умеет бесшумно передвигаться по чаще и оставаться невидимой до тех пор, пока сама не пожелает показаться.

– Уверяю вас, это продлится недолго! – Каллистрат быстро справился с потрясением, и на лице его вновь появилось горделиво-надменное выражение. – Как вам спалось, сударыня? Полагаю, всю ночь паковали чемоданы и узнавали расписание поездов?

– Отнюдь, – так же ехидно ответила я, – спала, как убитая. А если вы намекаете на ту колыбельную, что всю ночь пели для меня ваши строители, то огромное вам спасибо. Такие вдохновляющие были песни, я прям удовольствие получила.

Ага, особенно когда доставала из шляпы мстителей.

До чего же чертовски хорош этот Каллистрат. Надо бы издать закон, запрещающий таким вот мужским экземплярам появляться на пути у молодых одиноких девушек. От князя шла такая волна завораживающей энергетики, что у меня ноги подкашивались. В голубых глазах его блестели смешинки. С какого-то перепугу я даже заметила, как призывно изгибаются чувственные губы, когда он улыбается.

На секунду я даже подумала, что переборщила с местью. Но только на секунду, так как следующие слова Каллистрата стали роковыми – для него.

– Полагаю, в вашем возрасте рано иметь проблемы со слухом, – заявил князь. – Так что настоятельно советую вам обратиться к врачу. И слух вам подлечат, и мозги вправят. Глядишь, превратитесь в настоящую девушку, которая не желает жить уединенно в лесу и подстраивает в доме ловушки, когда к ней в гости приходит настоящий князь. Не знаю, что вы там сделали с дорожкой, но это было глупо и по-детски.

Такой отповеди я не получала давно. И так рассердилась, что готова была немедля достать из шляпы с сотню-другую разноцветных пожирателей всего подряд.

– У меня нет проблем со слухом и мозгами, – возразила гневно. – Зато есть головная боль в виде одного надменного типа, возомнившего себя пупом земли. К слову, это была не ловушка, а магия. И я бы на вашем месте не доводила меня до того, чтоб мне пришлось ее использовать вновь.

– Точно, сбрендила! – обратился неизвестно к кому Каллистрат. – А при первой встрече показалась мне такой милой девушкой. Я даже собирался познакомиться поближе. Как славно, что вовремя увидел, какой у вас мерзкий характер. Всерьез возомнила себя ведьмой?

Последнее уже точно адресовалось мне. Каллистрат даже пригнулся, вглядываясь в мои глаза. Зачем-то попытался положить руку на талию – и это после таких слов?

– Всерьез и надолго! – рявкнула я. – И вам вскоре придется в этом убедится. Неспокойного дня, князь.

Сказала и, гордо вскинув подбородок, пошагала восвояси.

– Вы не переубедите меня! – донеслось вслед. – Лучше съезжайте, пока я не перешёл к серьезным мерам. Думаю, сегодня же позвоню знакомому психиатру – пусть вас обследует. У вас явные проблемы с головой, сударыня.

Нет, не угадал, это у него проблемы. Меня и к психиатру?! Ну, уж дудки!

Потянулась к шляпе, одновременно призывая частичку маны. Вспомнила ежкиного кота и разом переместила его в штаны к хаму-князю. Никто не смеет обижать молодую, но весьма смышленую ведьму!

– А-а-а! – разорался на весь лес Каллистрат. – Что это? Что за дрянь?!

То-то же! Не оборачиваясь, я продолжила путь. Зевнула в ладошку, но тут вдруг вспомнила о корове. Поняла, что сон придется отложить еще ненадолго, и приуныла.

И только доносящиеся матюки и оханье Каллистрата вернули бодрый настрой. Надо же, князь, а ругается похлеще портового грузчика. Я бы даже записала пару заковыристых фразочек в блокнот, но не решилась тревожить задремавшего Драго.

Глава 7

– Драго! Драго-о-о! Кончай притворяться мертвым. Вылезай с блокнота и помоги с коровой. Я подою, а ты травы надери и хлеба краюху принеси с кухни. Ну же!

Что и говорить, хранитель мне попался ленивый, зато исполненный чувства собственного достоинства. Так и заявил: его темнейшеству, видите ли, не подобает подобными вещами заниматься.

– Была бы ты настоящей ведьмой, наколдовала сама и травы, и сена, – заметил он, спрыгивая на землю своей массивной мохнатой тушкой. – А меня держала исключительно из соображений помощи и безопасности.

– Была бы я настоящей ведьмой, заставила тебя помалкивать, пока твоего совета не спросят, – быстро нашлась с ответом. – У меня пока иного выхода нет, как использовать хранителя не по прямому назначению. И только посмей сказать, будто для этого нужна лицензия.

Нет, ну это форменное издевательство ― не спать столько времени подряд. Кое-как закончив дела, практически не жуя, заглотила пару бутербродов и завалилась в постель. Где-то вдалеке слышались звуки выстрелов, но меня они скорее убаюкивали, чем раздражали. Наверняка это Каллистрат гонялся по лесу за моими грызунами-мстителями. При условии, что князюшка вообще может теперь ходить. Или сидеть. И еще кое-чего.

Продрыхла до самого вечера. А разбудил меня подозрительный скрип, доносившийся из открытого окна.

– Что там? – спросила у привалившегося рядом Драго. – И вообще, кто тебе разрешил спать в моей кровати? Брысь на пол!

Нет, я в принципе не против котика в постели: он и мурлычет уютно, и бок греет. Вся фишка в комплекции Драго. Развалившись, он занял почти всю кровать, а разнесчастная ведьма примостилась где-то с краю. Даже левую руку и ногу с кровати свесила, готовясь упасть.

– Гости пожаловали на старой скрипучей телеге, – сообщил хранитель, нехотя выбираясь из койки. – Деревенские подружки твои. Поди, жучков-червячков насобирали. Вот и приехали выгодно продать. Или обменять на какое зелье.

Которого, к слову, у меня нет. И не будет в ближайшее время. Как и денег, чтобы заплатить добропорядочным соседям.

Как оказалось, явились три деревенские женщины вовсе не за этим. Приглашенные в дом и угощенные чаем, они долго мялись и переглядывались, так и не сообщив о цели визита.

– Да говорите уже! – не сдержалась я. – Зачем пожаловали?

– Сударыня ведьма, – елейным голоском запела Марьяна. – Вы нам так помогли, так помогли с урожаем. Только это… Можно, чтобы на огородах росло что-нибудь кроме хрена? Нам его в таких количествах девать некуда.

«Хрен с вами, пусть будет урожай» – припомнила я свое «инновационное» заклинание и глухо застонала.

Пришлось седлать хранителя (точнее, вновь использовать его не по назначению) и тащиться вслед за телегой, исправлять наколдованное. Сесть в телегу к деревенским я не решилась – та и без того скрипела и грозилась развалиться на каждой кочке.

Не очень веря в свои силы (а главное, способности), отдала Марьяне корову. Привязанная к все той же многострадальной телеге животинка послушно плелась к новому месту жительства и лопаться, как мыльный пузырь, явно не собиралась. Похоже, коровы ― это мой профиль. Вернее, это единственная путная вещь, которую я сумела наколдовать исправно.

Женщины так порадовались подарку, что почти забыли о цели визита. А уж как торжествовал Драго – не описать. Так ликовал, что даже не возражал против того, что я еду на нем верхом. Теперь-то ему не придется ухаживать за животиной.

А я так пригрелась к его теплой (да-да, теплой! Откормленный хранитель сохранял все качества живого кота) кошачьей спине, что снова задремала. Очнулась лишь, когда услышала восклицание Драго, первым увидевшего творение моих рук:

– Вот это да!

– М-да, неувязочка вышла, – пришлось признавать свою ошибку.

Посаженный с помощью магии хрен вымахал выше домов. В его зарослях могли бы запросто жить динозавры или еще какие крупные звери. А вот людям приходилось трудновато.

И только дети пришли в неописуемый восторг от моего волшебства: в зарослях гигантских листьев оказалось ужасно удобно играть в прятки. И вообще, кому еще выпало такое приключение? Наконец-то обыденный деревенский пейзаж так кардинально преобразился.

– Колдуешь ты еще хуже, чем готовишь, – заметил хранитель, оглядывая окрестности.

– Нормально готовлю, – обиделась я. – Это у тебя вкусы… странные. А вот колдую я и правда – не очень

Пришлось потратить часть драгоценной маны, чтобы исправить положение – полоть в этом случае уже не вариант. Вместо хрена посадила картошку, капусту, свеклу, репу… В общем, все, что услужливо нашептывала на ухо Параська. Она так разошлась, что начала требовать бананов и ананасов.

– Это уже лишнее, – остановила я. – Хватит пока и этого.

– Какая вы славная, сударыня ведьма, – льстиво округлила глазки женщина. И тут же добавила: – А кучу денег наколдовать можете?

Нет, ну какова нахалка?! Я тут последнее отдала, можно сказать от сердца оторвала, а ей все мало.

– Кучу могу, – с полной уверенность откликнулась на предложение, – денег ― нет. Не научилась пока. Но я буду стараться. Если получится, обязательно сообщу.

На этом и расстались.

Мы с Драго вернулись домой, я наконец-то занялась готовкой, а хранитель пошел обходить владения. И все было прекрасно до тех пор, пока на пороге не возникла массивная и грозная фигура господина Советника. С надменным выражением лица он поглаживал лежащего на руках маленького зверька. Забавного такого, дымчатого, с красными-глазками бусинками. Размером с некрупное яблоко, он бы походил на свернувшегося в клубок котенка. Если бы не зубы.

Вот их-то я признала сразу (укушеный палец заныл, стоило увидеть). Присмотревшись, заметила, что вместо шерсти у существа имелись тонкие коротенькие иголки. Правда, грубой руке демона это никак не мешало поглаживать его по колючей «шерсти». И моему ежкиному коту это определенно нравилось. Он блаженно покрывал глазки и издавал булькающие звуки.

– И как ты это объяснишь, Зена? – басовито уточнил Советник, почесывая ежкиного кота за едва заметным среди иголок розовым ушком.

– Что именно? – притворилась непонимающей. – То, что вы уже в который раз являетесь в дом к одинокой молодой ведьме без приглашения? Или что пытаетесь казаться таким грозным, лаская маленького зверька – к слову, совершенно мне неведомого.

– Неведомого? – господин Советник изогнул демонически красивую черную бровь. Взял за шкирку ежкиного кота (аккуратненько так, двумя пальцами) и сунул мне под нос. – Наверное, тебе неведомо, что призыв высших существ, как и их создание, требуют не только лицензии, но и особого дозволения Его Темнейшества?

Вот так да, это я сдуру создала новый вид демонической сущности? Или призвала?

– Ну-у-у, не беда, получу на это лицензию, – улыбнулась и погладила игольчатую круглую голову. И совсем не колючий, совсем как пихта: только на вид грозная. А на деле мягкая и пушистая.

– Ну и самомнение у некоторых, – заметил Советник слегка восхищенно. – За существом присматривать нужно, изучать его свойства. Через неделю жду от тебя подробный доклад.

Не поняла, это он что, задание мне дает?

– Эм-м-м… – задумалась и спрятала ладони подмышки, подавляя желание потискать ежкиного кота. – Так, может быть, вы его у себя оставите? Гляжу, оно к вам очень привязалось.

– Не могу. В ответе за существо тот, кто его призвал. Так что с тебя спрос, Зена.

Ежкиного кота мне все же вручили, и это игольчатое нечто тотчас уютно устроилось у меня в декольте.

– Доклад, так доклад, – сдалась я. – Полагаю, на этом разговор окончен? Я так-то спать собиралась. Потому настоятельно попросила бы вас покинуть помещение.

– Разговор не окончен! – объявил демонюка.

Без приглашения расселся на диване и, закинув ногу на ногу, осмотрел меня с головы до ног. Под этим пронзительным взглядом мне захотелось сжаться в комок. И одновременно выйти на воздух освежиться. Отчего-то краска прилила к щекам, а сердце тоскливо заныло.

Вот уж не думала, что проявлю такую реакцию на рога и копыта. Наверное, все дело в магии. И этот демонический Советник меня не просто гипнотизировал, но и привораживал.

– Отчего же? – уперла руки в бока и встряхнула головой, прогоняя наваждение. – Вы что-то еще хотели сказать?

– Именно, – важно кивнул Советник. – За одно утро ты нарушила сразу несколько пунктов темного устава. Оставила без присмотра неизученное существо, да еще и засунула его в штаны князя. Даже для меня, высшего демона, это уже слишком.

Оно и понятно, мужская солидарность, все дела. Но Каллистрат сам напросился: нечего было не давать мне спать, да еще хамить с утра пораньше. К тому же, он не поверил в магию. И я справедливо рассудила, что для потомственной ведьмы это огромное оскорбление. Оттого тоже нанесла удар по самому дорогому.

– Это все? – поинтересовалась обреченно.

Что-то мне подсказывало: Советник только и ищет способ избавиться от меня или наказать. Буквально ко всему придирается.

– Этого всего достаточно, чтобы оштрафовать тебя на три мешка маны, – любезно сообщил он. – Или отправить на исправительные работы на три ночи. К примеру, в мое поместье.

Ох, ну конечно, как я сразу-то не поняла! Не получилось уговорами и угрозами, так решил изменить тактику. Не-а, не угадал. Я лучше год буду работать, скоплю мешок маны и отдам, чем отправлюсь к нему в качестве грелки для постели.

– Запишите долг на мое имя, – отозвалась тем же горделивым тоном. – Слово ведьмы: отдам, как только получу лицензию. Надеюсь, рассрочка предусмотрена?

– Еще как! – подозрительно резво отозвался демон.

В мгновение ока очутился рядом, обнял за талию и, прижав к себе, впился в губы обжигающе-чувственным поцелуем. Обалдев от такой наглости, я на секунду замешкалась. А когда очнулась и хотела тяпнуть наглеца за удивительно нежную для демона губу, он уже стоял на другом конце гостиной.

– Считай, что рассрочка тобой получена, – улыбнулся самодовольно.

Щелкнул пальцами и – исчез!

А я отправилась чистить зубы и умываться, бормоча на ходу проклятия.

После водных процедур и плотного ужина ко мне вернулось бодрое расположение духа, и я решила изучить нового питомца. Вот только ежкин кот куда-то запропастился. Пришлось искать.

– Драго, ты не видел мелкую игольчатую демоническую сущность? – поинтересовалась на весь дом.

– Это ту, у которой язык как терка, коровьи глаза и период полового созревания?! – послышался недовольный ответ.

Не совсем та характеристика, какую я дала бы ежкиному котейке. Но мой хранитель вообще склонен преувеличивать.

– Очень может быть, – рассудила я.

– Иди и попробуй отцепить от меня эту дрянь, – каким-то умоляющим тоном попросил Даго.

Впервые слышала, чтобы он так разговаривал. Голос его подрагивал, будто от страха.

Поднялась на чердак и заметила буквально вжавшегося в угол Драго. Ежкин кот разместился у него на макушке и с упоением вылизывал затылок. Хранитель сбрасывал его лапой, но тот настойчиво возвращался обратно и пытал хранителя лаской.

– Знаешь, мне кажется, это не ежкин кот, а ежкина котейка, – сообщила я, прыснув со смеху. Вид у хранителя был не просто ошалелый, а прям таки дурацкий. – И она к тебе неровно дышит.

– Мы так не договаривались! – завопил кот и предпринял новую вялую попытку отвязаться от влюбленной кошечки. – Ты призвала, ты и водись. Или засунь обратно в шляпу.

– Вот еще! Мне, между прочим, по ней еще доклад писать.

– От одного рогатого дармоеда не успели избавиться, так другого притащила, – распричитался хранитель. – Никакого покоя с этой ведьмой!

– Ой, нет, только не морду, не вылизывай, не надо-о-о! – это он уже ежкиной кошке.

– Если ты имел в виду Советника, то я полностью согласна: дармоед и хам. Решил полакомиться сладеньким без разрешения. А если речь о корове, то это напрасно. Вот получу ману и разведу целое стадо, деревенским на радость.

Ослепительно улыбнулась и отправилась по своим ведьмачьим делам, оставив хранителя наедине с ежкиной котейкой.

Хотела было начать уборку, но надолго не хватило: через три часа руки заныли, стало тянуть спину. В общем, устроила перерыв с чашкой чая и печеньками. Взяла из бабулиной библиотеки книгу по зельеварению, но не успела прочесть и одного рецепта, как в дверь начали ломиться. В нижнюю.

– Гостинница на ремонте! – закричала я. – Приходит через месяцок.

– Хозя-я-яйка, у меня один выходной за вечность, дай отоспаться! – донесся плаксивый вой.

У меня аж мурашки по телу побежали, до чего проникновенно голосил некто. Так жаль его стало.

Потопала к выходу, откинула створки врат. Из провала явилась волчица, точнее оборотень. Самка: с опухшими глазами, повешенным на плечо языком и всклокоченной шерстью.

– Кто тебя так, бедная? – посочувствовала я. – Охотники загнали?

– Куда там, – она закатила глаза и махнула лапой. – У меня в новом выводке пятнадцать малышей. Только представь: пятнадцать орущих дебоширов с зубами волка и характером оборотня. А сегодня в гости мама приехала из соседнего леса. У меня один выходной, только один. Мне плевать на ремонт и удобства. Только б поспать. Даже кровати не надо, просто брось какую подстилку, и я буду счастлива. Не гони, хозяйка, а? Что угодно отдам!..

Что ж, я ее прекрасно понимала. Я после одной бессонной ночи готова была взвыть от усталости. А тут – вечность с пятнадцатью малышами.

– Не вздумай соглашаться! – предупредил возникший словно из ниоткуда хранитель. Ежкина кошка восседала на нем верхом и, кажется оставлять в покое так и не собиралась. Отчего у Драго был обреченный вид. – Господин Советник тебя убьет!

Да плевать я хотела на этого демона. А как же женская солидарность? Он-то вон как за Каллистрата вступился.

– Это бизнесом заниматься нельзя и ману получать, – припомнила я. – Приглашать в свой дом подруг мне никто не запретит.

Махнула рукой оборотнице и отправилась готовить для нее уютное логово.

Глава 8

Днем доставили мебель и технику, так что пришлось мне отложить учебу. Расставив все по местам, я вооружилась новомодным моющим пылесосом, тряпками, средствами от пыли и насекомых. Пришла пора избавиться от паутины и запаха плесени.

– Что это за ведьма, с пылесосом? – стонал Драго. – Только посмотри, на кого ты похожа?

– На бабушку, – уверенно заявила я. И продолжила свое занятие.

Во время генеральной уборки действительно отыскались пара снимков безвременно почившей родственницы. Так вот, похожа я на нее, как две капли ведьмовского зелья из одного чана. С одной небольшой разницей: у бабуси еще в молодости взгляд был тяжелый, а лицо суровое. Мне до ее «порядочной ведьмачести», как заявил Драго, еще пакостить и пакостить людишкам.

Не знаю, как насчет всех, глобально я пока не мыслила. Но паре человечков страстно мечтала испоганить жизнь. Остались у меня, знаете ли, старые счеты. И новые появились.

– Гостям из нижнего мира такая чистота не понравится, – предупредил хранитель, осматривая вычищенные хоромы. – Это что за убежище без пыли, плесени и паутины? Непорядок. Приличной ведьме было б стыдно в такое жилище даже ногой ступить. Тьфу, какая чистотень.

– Можешь считать меня неприличной, – разрешила и рукавом старой рубахи утерла лоб.

Ну и упарилась с этой уборкой. Успела почувствовать себя не только Золушкой, а Гераклом, вычищающим авгиевы конюшни. Даже удивительно, как пылесос не сломался от такого объема работы. Вот, что значит – чудо техники. Что бы там ни говорил Драго, это лучше, чем старая бабулина метла.

– И вообще, если уж не хочешь помогать, то не мешайся, – предупредила хранителя. – Лучше поди, займись своей подружкой. Кстати, где ежкина кошка?

С утра не видела мелкую игольчатую. Неужели остыла к Драго? Или вообще – лопнула? Так-то у меня с заклятиями не очень.

– Делать мне больше нечего, как за всякой дичью приглядывать, – фыркнул хранитель. Похмурился для приличия и все же добавил: – Заболела она. Похоже. Или просто голодная. И вообще, это у тебя надо спросить, что с ней. Как там Советник сказал: ты в ответе за того, кого призвала.

Пришлось отложить пылесос и топать на поиски ежкиной кошки. Я действительно за нее в ответе, но только сейчас поняла, что ничегошеньки о ней не знаю. Как правильно ухаживать? Чем кормить? Сколько раз?

– Кис-кис-кис… – позвала котейку. – Иди ко мне, ежечка…

Рядом фыркнул Драго.

– Меня ты никогда так не звала, – пробубнил обиженно и поводил усами. – Там она, на чердаке.

Ежкина кошечка уныло сидела на стульчике и пялилась вверх, изредка издавая фыркающие звуки. Присмотревшись, я заметила, что она так пристально рассматривает: старенькая кованая люстра, ничего особенного.

– Ты, наверно голодная, – взяла бедняжку на руки. – Идем-ка, я тебя покормлю.

От мяса и молока ежкина кошка отказалась. Как и от сушеных летучих мышей, кузнечиков и прочей снеди, оставшейся от бабки. Стоило кошке вырваться из рук, как она вновь утопала на чердак и заняла то же место.

– М-да, незадачка, – расстроилась я. – И чем же ее кормить?

– На меня даже не смотри, – предупредил Драго. – Я такую финтифлюшку впервые в жизни вижу. Но, если хочешь, смотаюсь вниз и расспрошу знакомых. Туда я и без тебя могу. Вдруг кто из демонов встречался с этой непонятной ежкой. Или чем похожим.

Довольно улыбнулась и разрешила. Выходит, Драго сам прикипел к кошке, хотя всячески показывал, будто не нуждался в ее внимании.

– Только недолго, – предупредила хранителя, направившегося в подвал. – Вдруг мне понадобится помощь. Или защита.

Взяв с хранителя обещание прийти по первому же зову, снова взялась за уборку. Пожалела, что не могу использовать магию для этого утомительного дела. А еще – задумалась над словами Драго: гостям и правда может не понравиться идеальная чистота. Вон, тот, шарообразный, в какой восторг пришел, рассматривая паутину.

Пришлось идти на компромисс. Вернее, заказать на Мали-Экспресс всяких финтифлюшек, вроде пластмассовых паутин, мохнатых пауков и даже накладной плесени. А что: и гостям приятно, и мне не противно.

К тому моменту, как закончила, вниз спустилась волчица:

– Спасибо, хозяйка, отоспалась на славу! Теперь еще подкрепиться, и можно домой, к детушкам.

Недобро так сверкнула глазами и принюхалась к моей ноге. Ведьма я или нет, но по спине пополз неприятный такой холодок.

– Простите, но деликатесы для оборотней тут не подают, – сказала и спрятала обе ноги под стол. – Так что всего доброго, приходите еще.

Оборотница улыбнулась, вернее – оскалилась, и протянула мешочек с маной. Объемный такой, раза в два больше чем тот, что прошлый гость отдал.

У меня аж глаза загорелись и затряслись руки. Пришлось сунуть предательские ладони подмышки и покачать головой:

– Спасибо, конечно, но я платы не возьму. Будем считать это бесплатной рекламной акцией.

– Лицензии нет, что ль? – подозрительно быстро догадалась волчица.

– Угу, – вздохнула я в ответ.

Оборотница тяжко вздохнула и полезла в карман платья – объемный такой, пухлый – и принялась выкладывать его содержимое. На кухонном столе стали появляться горки обкусанных костей (полагаю, заменяющим ее деткам соски), вязанные из собственной шерсти пинетки, ключи, обрывки одежды. И вот, наконец, поверх всего этого добра лег увесистый кожаный кошель.

– Это возьмешь? – предложила оборотница. Заметила мое недовольное выражение лица и поспешно добавила: – Да нет, хозяйка, ты все не так поняла. Это не кошель сожранной мной жертвы. А получка мужа – он у меня на станции переливания крови работает. Так что все честно. Кое-что домой носит, а вот зарплата его нам, сама понимаешь, ни к чему. Так что пользуйся.

Я аж просияла от такого подарка. А еще – договорилась о ежемесячной поставке крови для Драго. Больше не будет нужды искать для него подходящую жертву. Хотя, в случае экстренной ситуации, зубы хранителя пригодятся вполне.

Не успела проводить волчицу, как наверху что-то рухнуло. Как оказалось, ежкина кошка все же добралась до люстры. Мало того, с упоением слизывала с подвески медные монетки и проглатывала их. Напрасно я пыталась ее остановить: котейка не успокоилась, пока не спорола все.

– Правильно ли я понимаю, что ты питаешься медью? – спросила, тыкая пальцем в подозрительно звенящее пузико кошки. И как в такую малышку уместилось столько?

Вместо ответа ежка принялась икать. А после выплевывать медяки обратно. Но вот что удивительно – отрыгнутого добра было втрое больше, чем сожранного.

– Та-а-а, – задумчиво произнесла я и потянулась за кошельком. Достала несколько монет и предложила ежкиной кошке: – А это будешь?

Она согласилась. Даже изволила отведать несколько бумажных купюр, возвращая обратно в троекратном размере. Только когда кошелек набился до отказа, ежка презрительно отвернулась от «обеда» и отправилась почивать.

А офигевшая я еще долго сидела на чердаке и смеялась, как настоящая ведьма. Вот только не злая, а, скорее, изумленная и радостная. То есть волшебнутая на всю голову.

Ведьмовство мне нравилось все больше и больше. И это несмотря на все трудности, сыпавшиеся на мою голову крупным градом.

Не успела вдоволь нарадоваться, как кто-то забарабанил в дверь. Пришлось идти открывать.

Вот только расслабишься, придумаешь, куда потратить баснословную сумму, как на тебе, снова жалуют гости. И как всегда – непрошенные.

– Князь Каллистрат собственной персоной! – притворно восхитилась, открыв входную дверь. Соблазнительно прислонилась крутым бочком к косяку и откинула назад только что вымытые и высушенные волосы. – Чем обязана столь позднему визиту?

Неугомонный сосед ломился в дверь так, словно хотел ее разнести. Я уж было хотела приказать дому вышвырнуть его как можно дальше, но передумала. Интересно же узнать, как закончилась его охота на моих боброзайцев. О том, как он избавился от ежкиной кошки, я уже догадалась. Кажется, в порыве гнева князюшка вызвал демона. И не какого-нибудь, а высшего.

Интересно, какую плату взял с него господин Советник за избавление от ежки?

– Мне тут люди донесли, что вы имеете причастность к непонятной живности, так неожиданно нарушившей строительные работы, – суровым тоном произнес князь. – Это правда?

Интересно, кто же на меня настучал? Советник, или деревенские женщины поделились новостью о ведьме? А, может, Каллистрат все же уверовал в потусторонние сущности?

– Я же сказала, с ведьмами связываться опасно, – напомнила и ослепительно улыбнулась. Игриво накрутила длинный локон на палец. – Может быть, все же заключим мир?

Вообще я не из тех, кто любит откровенную вражду. С меня было бы достаточно, если Каллистрат извинился за ночную побудку и брошенные в гневе слова. Так и быть, я бы тоже попросила прощения за зверушек.

Но его упрямейшество никак не хотело мириться с моим соседством.

– Вы не ведьма! – фыркнул он, старательно отводя взгляд от моего декольте. Получалось не очень: примерно так же вел себя Драго, когда в гости приходили живые – вроде бы и сыт, но как не облизнуться при виде лакомого кусочка? – Всего лишь мелкая пакостница и шарлатанка! Боюсь представить, сколько денег вы потратили, чтобы привести в этот лес диковинных чудовищ. Кстати, зубастую дрянь, что каким-то образом забралась мне в штанину, я прикончил.

Вот уж дудки! Ежкина кошка была жива и здорова. А Советника надо будет поблагодарить за спасение живности. Вот вроде и демон, а с душой. А этот, человек и аристократ, а никакого уважения и такта.

– В последний раз повторяю: съезжать я не собираюсь, – пришлось напомнить о своем решении. – Но так и быть, дам вам последний шанс исправиться. Как насчет сесть за стол переговоров и подписать мирное соглашение?

Не дождавшись ответа, прошла в дом. Возвратилась за стол – к ужину, от которого меня так бесцеремонно оторвали. Выставила на стол бабушкины запасы, из небольшой тарелочки взяла мармеладного червяка (такого черненького, противненького – специально купила для таких вот случаев) и закидываю себе в рот. А тарелочку борща отодвинула подальше.

– Вы всерьез верите, будто стали ведьмой? – фыркнул сзади Каллистрат.

Ага, все же пошел за мной следом. Он еще не знал, что дом полностью подчиняется мне. Это такая огромная ловушка, из которой он не выйдет, пока не согласится на мои условия.

– Представьте себе, – пожала плечиком.

От этого отточенного годами жеста тонкая бретелька легкого платья сползла, и я аккуратненько возвратила ее на место, неотрывно смотря князю в глаза.

Он нервно сглотнул и рассердился. Но вовсе не на меня, а на собственную реакцию. Так-то вот, в искусстве флирта я неплохо поднаторела. Вот только заходить дальше не собиралась. Это отвлекающий маневр, а не способ добиться расположения.

– Подпишите вот тут и тут, – указала на лежащий на столе лист. Больше получаса придумывала текст, как знала, что князюшка заявится в гости. – Думаю, такой вариант добрососедства устроит нас обоих. Вы не мешаете мне, я не трогаю вас. Все просто.

– Просто?! – взревел и покраснел с досады князь. Так это он еще только половину листа прочел и не дошел до пункта о неистреблении лесной живности. А то, понимаешь, придумал, с ружьем по лесу прохаживаться.

– Не охотиться в собственных владениях?!

Ан нет, все же дочитал. Тем лучше, пусть знает все мои требования.

– Вы! – Каллистрат ткнул в меня аристократичным длинным пальцем и совершенно разъярился. – Напоили моих работников каким-то галлюциногенным веществом, что они начали видеть разноцветных существ, лопающихся от одного неосторожного прикосновения. Вы! Испортили инструмент и материалы! Чуть не сделали меня евнухом, а теперь хотите запретить охотиться? Да кто вы такая и что о себе возомнили?!

И не думала отступать. Смело выдержала взгляд князя и выслушала его требования. Но на этом терпение иссякло,

– Говорю же, ведьма я, потомственная! И все что хочу, так это чтоб меня оставили в покое. Но если вам показалось мало прошлых инцидентов, что ж, придется разговаривать иначе.

– Это я в последний раз предупреждаю, – наседал Каллистрат, – по- хорошему! Собирайте вещи и съезжайте отсюда! Клянусь, если бы не ваша внешность, я бы давно…

– Что?! – зарычала от злости. А вот не надо давить на больное! – Хотите сказать, что будь я уродиной, вы бы не стали церемониться? И что бы сделали? Сожгли вместе с домом? Так вы разделываетесь с неугодными?!

Князь слегка опешил от моего напора. Говоря, я сделала несколько шагов вперед, чем заставила Каллистрата прижаться спиной к стене. Но даже в этом положении он не выглядел испуганным. Кажется, этому аристократу все нипочем.

Что ж, он встретил равного себе по упорству.

– Я говорил не о внешности, а о вашем поле, – подозрительно хрипловатым тоном заметил Каллистрат. Осмотрел сверху вниз мою фигуру. Задержал взгляд на высоко вздымающейся от гнева груди. – Не хотелось бы причинять вам боль, но вы не оставляете мне выбора.

– Дом! – крикнула я. Все надоело! Достаточно уступок: не хочет мира, получит войну: – Наш гость желает убраться как можно скорее. Помоги ему в этом.

Два высоких стула подхватили князя под мышки и уверенно поволокли к выходу. Такого захвата я еще не видала. Каллистрат – тоже. Надо отдать ему должное: он не орал от испуга и даже не дрогнул, но тщетно пытался вырваться.

– Разговор не окончен! – ругнулся он, оказавшись за порогом.

– Ну, если вам удобно общаться, сидя мягким местом на муравейнике, можем продолжить, – разрешила я. – Теперь-то верите, что я ведьма?

– Самая мерзкая из всех, что я встречал! – объявил он, поднимаясь и, сохраняя достоинство, отряхнул штаны. Хотел бросить угрожающий взгляд, но вместо этого расплылся в глуповатой улыбке: – Я хотел…

– Пригласить на свидание? – осведомилась я.

Уж больно у него вид был забавный, как у блаженного.

Впрочем, Каллистрат быстро справился с наваждением. Похоже, он действительно уже встречался с ведьмами. Не исключаю, что уже выбрасывал их из домов, а то и вовсе устраивал охоту.

– У нас будет свидание, – вскинув голову, заявил он. – Незабываемое! Такое бывает только раз в жизни.

– Полагаете? – усомнилась я.

– О, да! Посмотрим, как ты с этим справишься… гхм, ведьма.

Откланявшись, он, как ни в чем не бывало, направился к машине. А я вернулась в дом и смазала угодившие стульчики полиролем – заслужили. Мой дом – моя крепость. Теперь особенно. Ведьмовское чутье подсказывало: Каллистрат затеял что-то недоброе. И оно уже мне не нравилось.

Глава 9

На следующее утро меня разбудили громкие голоса под окном. И кому это понадобилось распевать серенады, да еще и таким унылым голосом? К тому же на латыни?!

Подпрыгнула и, поджимая босые пятки, поплелась к окну. По раме и стеклу барабанил дождь, сильные порывы ветра дергали ставни. Ну и погодка сегодня!

– Дом, а можно чуток потеплее?

Сказала, и тотчас почувствовала, как прогрелся пол. Вот так гораздо лучше, приятно и комфортно. Теперь можно было выяснить, кто там так распелся.

Под окном, невзирая на ливень, толпились подозрительного вида мужички в белых одеждах до пят. С всклокоченными бородами, промокшие до нитки, возбужденные. Я насчитала десяток сумасшедших. Все с факелами (которые периодически затухали, не желая гореть под дождем) и блаженными лицами. Рядом – телега с клеткой, сплетенной из колючих веток. Кажись, из терновых.

– Ну и что это за представление? – поинтересовалась через окно.

Дом услужливо прибавил громкости моему голосу, и мужички присели. Заозирались по сторонам и, заметив меня в окне, смущенно потупились.

Ну да, спать я предпочитаю в хорошем белье, к тому же, теперь могу себе это позволить. Наверняка эти длиннобородые давно не видели кружевных пеньюаров и красивых девушек, в них облаченных.

– А ну, выходи, ведьма! – приказал самый старый, седобородый и худой, как жердь. Зыркнул так недобро и приказал спутникам помоложе: – Отвернитесь, братья! Негоже смотреть на непростительное непотребство. Помните, все ведьмы существа мерзкие и мужской природе отвратительные!

Ничего себе заявочки с самого утра. Если они хотели испортить мне настроение, то преуспели.

– Выходи, ведьма! – приказал все тот же старец. – Забирайся в клетку и прими с благостью положенное тебе наказание.

– Это за что, позволите узнать? – заинтересовалась я.

Присела на подоконник и, приказав дому подбавить жару, распахнула окно. Так, чтоб мужичкам лучше было видно мое непотребство. Кстати, молодые бородачи и не подумали отвернуться. Один так засмотрелся, что сделал три шага в моем направлении. За что получил ударом трости от старшего.

– Одно твое существование претит нашему взору! – донесся неоднозначный ответ.

– Так не смотрите, – предложила любезно. – Ступайте себе с миром и жгите факелы подальше от моего дома. Кстати, вы когда-нибудь слышали о частной собственности?

Мое спокойствие и даже некоторое равнодушие к происходящему несказанно разбесило пришедших. Старичок аж на месте закрутился и погрозил мне посохом:

– Выходи немедля, ведьма, и прими свою участь!

– В клетку, что ль, залезать? – вяло поинтересовалась в ответ. – Не, это без меня. Я на такие развлечения не подписывалась.

Демонстративно взяла пилочку и решила заняться ногтями. После вчерашней уборки руки не слабо пострадали.

– Залазь в клетку и проследуй с нами к месту сожжения! – раскомандовался все тот же полоумный старец. – Очистись с помощью огня и воссияй!

– Нет, спасибо, – снова отказалась. Недобро глянула на мужичков: если вначале они вызвали острый приступ сочувствия (все ж под дождем в одних ночнушках), то теперь и он сошел на нет. Осталось только раздражение и злость. – Вы вообще кто такие, откуда явились на мою голову?

– Такому мерзкому существу даже имена хороших людей знать не следует! – взвыл старче.

– Храмовники мы из ближайшего села, – залебезил моложавый и, похоже, самый адекватный. – Выходите, сударыня ведьма, не заставляйте нас применять силу. Вы же девушка… хоть и богомерзкая.

М-да, кажется, я погорячилась с его адекватностью.

– А вы не охрамели часом, храмовники?! – поинтересовалась зло. – Я нахожусь в своем доме, на своей земле. Так что валите-ка отсюда подобру-поздорову. Не вынуждайте применять магию и на деле доказывать, что значит мерзость. Вот превращу в лягушек, будете знать, как квакать по утрам под окнами приличных ведьм и отвлекать от сладкого сна.

Пламенную речь мужички не дослушали. И даже самые молодые не заметили, как я в гневе практически вывесилась из окна, демонстрируя прелести.

Не до того им стало. Охромели они – все на одну ногу, а предводитель аж на обе. Пришлось двум товарищам взять его под мышки и погрузить в ту самую телегу, что для меня приготовили.

– Ах ты, тварь! – голос у старца, к моему превеликому сожалению, не пострадал. И он не преминул воспользоваться сим преимуществом: – А ну-ка, братья, выломайте дверь! А лучше подожгите дом – все равно сгорит, пусть и праху от нее не останется.

Как оказалось, под соломкой в телеге были припрятаны канистры с горючим. Бравые бородачи, преисполненные решимости, наступали.

– Дом, разрешаю все! – объявила я. – Можешь защищаться любым доступным тебе способом.

Кажется, я услышала не просто скрип половиц, а ехидное хихиканье. Дом с удовольствием впитал горючее, а после вылил его на храмовников и их телегу. И подпалил, выдохнув жар от печи прямо из раскрытой двери. Прям не дом, а дракон огнедышащий.

Что тут началось!

Подпаленные храмовники принялись кататься по земле и тушить пламя. По ходу из их вроде бы святых уст изрыгались такие проклятия, что любая черная ведьма лопнет от зависти.

– Так-то вот! – объявила я, наблюдая за их метаниями. – Скажите спасибо, что этим отделалась. На первый раз. А теперь валите откуда пришли и больше на моей территории не появляйтесь!

Храмовники ушли и укатили с собой полу сгоревшую телегу. Без бород, в обгорелых платьишках хромали они особенно уныло. Но мне не было жалко. Вот нисколечки!

Может быть потом, когда осознают свою ошибку и извинятся, я их и подлечу. А пока – пусть получат то, что другому пожелали.

Несмотря на отмщение, настроение стало дурное-предурное. Во-первых, храмовники наверняка на этом не успокоятся и еще не раз попытаются меня сжечь. А во-вторых: догадывалась я, откуда ветер дует. Не иначе, как Каллистрат решил избавиться от меня таким образом. Так сказать, испытанным веками методом.

– Врешь, не возьмешь! – предупредила я и погрозила кулаком невидимому собеседнику.

Это уже дело принципа. От злости решила втрое серьезнее подойти к подготовке, ведь именно от этого зависело мое будущее. Не только как для ведьмы, но и вообще.

В двенадцать ночи оглушительно хлопнули створки нижней «двери».

От неожиданности и испуга я вздрогнула и выронила из рук талмуд по зельеварению. Повернула голову в сторону двери, заранее представляя, кто пожаловал. Так мог войти только один наглый и озабоченный властью демон.

– Что на этот раз? – поинтересовалась, когда господин Советник вошел в гостиную, гулко стуча копытами по полу.

– А ты как думаешь? – возмутился он и приподнял густые темные брови. В полумраке комнаты ослепительно сверкнули его белоснежные зубы. – Не далее, как сегодня утром одна своенравная ведьма наслала проклятие. Не знаете такую, случаем?

– Опять лицензия нужна, да? – уныло переспросила я.

Демон кивнул и улыбнулся еще шире.

Да что же это за волшебство такое, что ничего нельзя! Иметь силы и не использовать их еще сложнее, чем не иметь вовсе. Вот уж где настоящее проклятие.

– Сегодня не станешь предлагать договориться? – намекнул демон.

Придирчиво осмотрела его с головы до ног, точнее с рогов до копыт. И, к собственному немалому удивлению, не нашла к чему придраться. Рога сверкают, точно натерты полиролем. Копыта чистейшие, бородка и шерсть на груди аккуратно подстрижены. Даже пахнет совсем не демоном – хвоей и древесной корой. А еще мускусом. Так отчетливо, что мне стало дурно.

Засиделась я в глухомани. Уже демонов за мужчин принимать начала. Такими темпами, еще Каллистрата прощу и вновь попытаюсь помириться.

– Нет! – ответила небрежно и с самым залихватским видом подтянула себе тарелочку с вкусняшками с Мали-Экспресса. На вид – глаза (выпученные такие, с красными прожилками сосудов). А на вкус – белый шоколад и мармеладки. Ням-ням!

Демонюка намек не понял и шагнул ближе. Принюхался к угощению и потянулся за самым лакомым кусочком. Нет, не к самому крупному зеленоватому глазу. А к моим губам.

– Слов кое-кто не понимает?! – гаркнула я.

– Не-а, – безмятежно отозвался Советник. Положил руки мне на плечи, запрещая подняться. – Ты все же меня провоцируешь. Нарочно! Набиваешь себе цену?

– Вот еще! И в мыслях подобного не было.

Мне бы как-нибудь дожить до ближайшего сборища на Лысой горе и получить парочку лицензий. О романтике и отношениях и не помышляла. Тут бы выжить.

– Я очень ласковый, несмотря на демоническую внешность, – совершенно охамел Советник. Принялся массировать мне плечи, заставляя толпу мурашек устроить шествие вдоль моего позвоночника. – И характер у меня нордический. Такая красотка не должна оставаться одна так долго.

Так я и поверила. Вопреки словам, в глазах демона зажглись настоящие факелы. С чего это он так воспылал чувствами? Неужели возбуждает вид ведьм, поедающих глазки? Или это все из-за отказа? Не привык и хочет доказать, что может покорить любую?

Поставила на второе.

– Вам, господин Советник, не заманить меня подобными обещаниями. У меня, знаете ли, аллергия на мед в таких количествах. А на лесть иммунитет. Так оставьте ухаживания ведьме посговорчивей.

Кто там говорил, будто за ним выстроилась целая толпа воздыхательниц? Вот к ним пусть и отправляется. У меня без того дел было по горло.

– Не верю! – воскликнул демон и склонился еще ближе. – Я тебе нравлюсь, так что хватит сопротивляться!

Теперь я чувствовала его теплое дыхание на своем лице и нервно сглотнула. Мысленно дала себе оплеуху и пропела:

– Дом! У нас тут еще один гость засиделся.

Два давешних стула подбежали к Советнику, но не решились тут же выставить его вон. С Каллистратом у них дело шло куда веселее.

– Угрожаешь? – и не подумал испугаться демон. – Между прочим, ты оторвала меня от важных темных дел.

– И?.. – не поняла намека.

Если он решил, что я растаю от одного его прикосновения и замечания о моей красоте, то напрасно. Прошлая работа действительно закалила и привила неплохой такой иммунитет к пустозвонству.

– Хоть чаем напои? – вроде бы попросил Советник.

А по делу, плюхнулся рядом и без разрешения начал поедать глазки из тарелки. На пятом осознал, что никакие это не демонические вкусняшки, а вполне себе человеческие. Поморщился, но жрать продолжил.

– Чашечку яда? – предложила с улыбкой и сделала вид, будто тянусь за одной из бабусиных мензурок.

Господин Советник поперхнулся. Прокашлялся и воззрился на меня с обиженным видом.

– Что? – невинно похлопала ресницами. – Мне казалось, демоны пьют исключительно сильнодействующие напитки.

– Это такой намек, что мне пора уходить? – предположил демон.

Просто мистер догадливость!

– Я вообще вас не приглашала, – ответила правду, несмотря на грозный вид Советника. – А что до тех храмовников – как должна поступить ведьма, если ей угрожают сожжением? Неужели нужно было согласиться только ради того, чтобы не нарушить глупые уставы и правила? Это было не простое насылание проклятия. А защита, так и знайте! Если бы я не колданула, меня бы сожгли. Заживо, между прочим. А для начала посадили в плетеную клетку, как какую-то дикую тварь, и прокатили по всем окрестностям под проливным дождем.

– Но не сожгли же! – брякнул Советник после секундного размышления.

Схватил из вазочки целую пригоршню мармеладно-шоколадных пиявок и запихал себе в пасть. А после ушел, растворившись во мраке ночи.

И оставив одну ведьму очень злой и жаждущей мести.

На рассвете возвратился Драго и заплетающимся языком доложил, что ничего не нашел ни по ежкиным котам, ни по ежкиным кошкам. Зато, судя по запаху из пасти, нашел коктейльчики из крови и кошачьей мяты.

– Ты где шлялся больше суток?! – не сдержалась я и схватилась за кухонное полотенце.

– Да мы с приятелями-хранителями по парочке всего пропустили, – попытался оправдаться непутевый хранитель и бочком стал продвигаться к выходу. – Засиделись немного, потеряли счет времени. С кем не бывает?..

Скрученное полотенце врезалось в пушистый бок. Впрочем, не причинив Драго никакого вреда, разве что обиду.

– Я тебя за делом отправила, а ты! Меня, между прочим, за это время пытались выселить из дома, отправить на костер и принудить к интиму.

– Нескучно ты провела время, хозяйка, – хохотнул хранитель и икнул в лапу: – Покорнейше прошу простить, не удержался.

Он еще и издеваться?! Нет, это было выше моих сил.

– Вот бы тебе на своей шкуре испытать все это! – обрушилась я, снова замахиваясь полотенцем – А знаешь?..

Остановилась и задумчиво постучала по краешку губ. Улыбнулась, придумав чудесный способ заставить Драго пожалеть о проделках.

– Только не это! – взвыл хранитель. Кажется, догадался о моем плане.

– Ежка, фас! – скомандовала я. – Драго в твоем полном распоряжении. А то, понимаешь, шастает по преисподней, пока его дома дожидаются.

Обожравшаяся (или приумножившаяся?) монет ежка с особым остервенением принялась домогаться хранительского тела. Драго хотел спрятаться на чердаке, но он еще не знал, что там у ежки припрятан запас монет. После меди она была особенно любвеобильна.

А я отоспалась до самого обеда, позавтракала и, вроде бы, пришла в прекрасное расположение духа. Ливень давно прошел, земля высохла и птички за окном устроили соревнование: кто кого перепоет. И я с удовольствием прислушивалась к их концерту, изредка отвлекаясь от книг по накладыванию проклятий и правил управления метлой.

Пока к пению птиц не начали примешиваться другие звуки.

Ко мне опять явились гости. Женщины из уже знакомой мне деревни: с пылающими глазами, возбужденные, нервные.

– Что? – осторожно спросила, выходя на порог.

– Нам бы приворотных зелий, госпожа ведьма! – взмолилась первой Парашка.

Я чуть не рухнула прямо на пороге. Это кого это они собрались совращать в глухом лесу?

– В честь начала стройки князь Долгорукий решил устроить пир под открытым небом, – поделилась Марьяна. Обещаны жаркое, шампанское и музыка. Для всех жительниц близлежащих деревень вход бесплатный!

Сразу стало понятно, отчего у женщин загорелись глаза. Там же строители, столько мужчин, изголодавшихся по ласке и вниманию. Для местных дам это приглашение все равно, что красная тряпка для быка.

– Приходите ближе к вечеру, – согласилась я. – За три часа до начала праздника.

Попрощалась и потопала в кухню. Там-то меня и встретил порядком потрепанный, вылизанный дочиста Драго.

– Так-то у тебя лицензии нет, – напомнил хмуро.

– Про плацебо что-нибудь слышал? – скорчила надменную мину и продолжила изучение содержимого кухонных ящиков.

– Такая маленькая, еще и века нет, а уже ругается неприлично! – бросил в спину хранитель. – Не слышит тебя твоя бабушка.

– Да не ругань это-о… – протянула, не оборачиваясь. – И колдовать я не собираюсь. А вот очищающие маски и успокоительные травки пропишу.

– Крапивы им прописать надо по задницам, чтоб дурью не маялись.

– Это все Каллистрат, мухомор ему в горло! Придумал новый способ не дать мне ночью уснуть. А еще наверняка попытается настроить против меня местное население, как сделал это с храмовниками. Не тут-то было!

Топнула ногой и коротко хохотнула. Я ему устрою праздник. С огоньком, как и он мне.

– Ты чего задумала? – прищуривается Драго.

– Так сказали же – все женщины приглашены! Разве нет? – напомнила с усмешкой. – Если уж не могу остановить шабаш, то я его возглавлю! Бойся, князюшка, ужасающе красивая и обворожительно злая ведьма идет к тебе.

Глава 10

Женщины пришли в точно назначенный час. Драго без особого энтузиазма пригласил гостий в гостиную, временно переоборудованную в салон красоты. Сам не зашел, ибо зеркал боялся больше, чем обычный кот воды. А их в гостиной пришлось выставить немало.

– Ой, а что это? – несмело спросила Марьяна, осматриваясь вокруг.

Заметила длинный ряд вешалок с платьями различных фасонов и размеров, и глаза ее загорелись, как два дискотечных шара. Еще бы! Одна не в меру добрая ведьма, то есть я, не поскупилась и приготовила все самое лучшее. Косметику, средства для укладки волос, одежду и даже туфли. Пришлось снова покормить ежкину кошку, и теперь она отсыпалась на чердаке после трудов.

– Мы же за всю жизнь с вами не расплатимся, сударыня ведьма, – мрачновато добавила Парашка. – Может, ну его?..

Женщины, а их пришло с десяток, и две совсем молоденькие девушки переглянулись. Пождали губки, посматривая на свои сарафаны. Конечно, для деревенских плясок возле костра – очень даже ничего. Но для приема у целого князя явно не годятся наряды.

– Не помню, чтобы просила с вас плату, – напомнила я. – Считайте это подарком, от всего сердца.

– А разве у ведьм оно есть? – всерьез удивилась светловолосая Марыська. Покраснела до кончиков ушей и, потупившись, добавила: – Простите, сударыня ведьма, если обидела.

Вот и старайся после этого.

– Вообще-то я это не для вас делаю, а для себя, – сообщила полагающимся вредным тоном. – Хочу утереть нос одному зазнавшемуся князьку. И его работникам. Они-то ждут деревенских на все согласных. А придем мы: красивые и гордые.

В такое объяснение поверили сразу же. И больше глупых вопросов не задавали и намеков на расплату не делали. Правда, пообещали, что наберут и насушат для меня самых лучших жаб, пауков и летучих мышей, каких только найдут в лесу.

Меня аж передернуло, стоило представить, как придется принимать эти весьма сомнительные «сокровища». Но пришлось выдавить улыбку и поблагодарить: они ж тоже от чистого сердца пообещали. К тому же, стоит держать марку. Назвалась ведьмой, вот и получай… жаб да пауков.

С укладкой и даже одеванием женщинам пришлось помогать. И дело даже не в том, что они не могли сами застегнуть молнию на спине или накрутить волосы на плойку. Им требовалось волшебство. Вот прям самое настоящее, дельное.

– Да вы же и так красавицы! – не выдержала я. Показала на зеркала: – Только посмотрите на свои отражения!

Нет. Не помогло. Пришлось хитрить: налить в пробирки сладкого чая, добавить мятных леденцов, светящихся зеленым, и преподнести это в качестве приворотного зелья.

– Вот это другое дело, сударыня ведьма! – восхищенно проговорила Парашка и первой опрокинула в себя сразу три пробирки. – Теперь-то мы точно найдем себе женихов. Хоть каких-нибудь завалящих.

Зачем им хоть какие-нибудь и тем более завалящие, уточнять не стала. Хочется, пусть находят, в этом им даже ведьма помешать не сможет.

– Одну минуту, сейчас я тоже соберусь и поедем!

Для себя выбрала длинное черное кружевное платье с разрезом до начала бедра. Распустила волосы по белоснежным плечам, подвела глаза и накрасила губы алым. Поразмыслила, и таки напялила на голову шляпу (не волшебную, ту вообще страшно на голову надевать – мало ли?) Получилась вполне себе классическая ведьма, можно сказать страшно красивая – по всем канонам. Туфли на высоченной шпильке подчеркнули длину ног и прибавили росту.

– Как же вы в таких черевичках до замка добираться будете? – покачала головой Марьяна. – Может, как мы, резиновые сапоги, а туфли с собой в мешочке?

Ой нет, со сменкой я в последний раз в школу ходила. Так что увольте.

– Сейчас за нами лимузин приедет, – хмыкнула я. – так что резиновые сапоги скидывайте, а туфли надевайте. Приедем к замку при параде.

Как по мановению волшебной палочки, к моему домику подкатил лимузин. Черный, разумеется, тонированный. Адаптированный к местному бездорожью и бронированный.

– Девочки, вы садитесь, я сейчас! – распорядилась и проводила женщин за дверь.

Перед самым уходом приказала дому никого не впускать и, на всякий случай, никого не выпускать. Драго запрыгнул на обложку блокнота и притворился нарисованным. Ежкина кошка осталась за главную.

На крыльцо я вышла как королева, только вместо короны – шляпа, а вместо кареты – лимузин.

– Позволите полюбопытствовать, по какому-такому случаю веселье? – поинтересовался водитель, моложавый парнишка с комплекцией Стального Арни. – Впервые меня в лес вызвали. Это что, новое развлекалово для бомонда – устраивать ночные пикники в глухомани?

– Ага, – согласилась я, присаживаясь рядом с Марьяной. – А еще есть новая фишка: устраивать охоту на крепких парней вроде тебя. Не слышал, как неделю назад в местных лесах парень пропал?

– А что с ним случилось? – заинтересовался парень. Ни один мускул на его фактурном лице не дрогнул.

Ну, ничего, это дело поправимое.

– Много любопытствовал, – призналась я. – Так что поехали!

Водитель все же побледнел и всю дорогу до замка помалкивал, лишь изредка бросая на нас подозрительные взгляды и что-то прикидывая в уме. Он морщил лоб и хмурился. И только возле пункта назначения решился еще раз уточнить:

– Вы кто вообще такие? Кажется, где-то я вас уже видел. Музыкальная группа, что ль, какая, типа «ВиаГра»?

– Да ведьмы мы! – хихикнула не погодам шустрая Марыська. – Че-е-ерные!

Если парень и усомнился, то виду не подал. Припарковался возле двух сросшихся дубов и обещал ждать до утренней зорьки – как и договаривались.

А мы с девчонками вышли из лимузина и сразили наповал местный «бомонд». Таких красоток они встретить не ожидали. Хоть и подготовились так, будто встречали королевских особ.

– Добро пожаловать в мою пока скромную обитель! – князь лично приветствовал прибывших гостий. – Будьте как дома и повеселитесь на славу. Ни в чем себе не отказывайте!

Возле руин замка, высветленных специальной подсветкой, разместились шатры с накрытыми столами. Играл живой оркестр, а мужчины все как один были во фраках. Кроме строителей и работников князя, прибыли еще несколько представительных особ – судя по внешнему сходству, близких родственников князя.

– Как здесь краси-и-иво! – не сдержала восхищения Марьяна. – Точно в сказку попали.

Я выходила из лимузина последней. Специально продемонстрировала длину ноги, выставленной в разрез платья. Откинула волосы и натянула на голову шляпу.

Каллистрат покосился на нее, словно на огромную скользкую жабу. Но все же выдавил подобие улыбки и подал мне руку:

– Рад вас видеть, соседка!

Вежливо кивнула, но к ладони не прикоснулась. Позволила себе легкую полуулыбку и замечание:

– Я вам не верю, князь. Но все же спасибо, что пригласили «всех» соседок. Очень надеюсь, что еда так же изысканна на вкус, как и ароматна. И что для меня не готовили отдельно. К примеру, пирожков с волчьими ягодами. Или особых развлечений вроде костра или клетки из колючих веток.

– Не знал, что вы любите подобные кулинарные изыски и увеселения, – заметил князь, не скрывая ехидства. – Иначе бы непременно приготовил нечто подобное. А так, придется довольствоваться более скромными, я бы даже сказал гуманными развлечениями.

Предложил опереться на его локоть, и я мешкала ровно секунду. Удостоила подозрительным взглядом и, взяв под руку, пошла рядом. Надо отметить, князюшка черной работы явно не чурался – судя по мускулатуре, сам складывал каменные блоки и замешивал цемент. Это ж не руки, а какие то каменные столбы. Даже удивительно как при такой крепкой комплекции можно элегантно выглядеть во фраке.

И все же, если присмотреться, можно было заметить края татуировок, выглядывающих из-под щегольской бабочки, белого ворота рубашки и манжет. И поступь у Каллистрата тяжелая, уверенная. Будто и не по тропинке идет, а по плацу марширует.

– Даже не верю, что удостоился вашего внимания, сударыня ведьма, – произнес князь, поймав мой взгляд.

Кстати, обращение он произнес с долей ехидства, явно намекая, что так и не поверил в мои способности. Что за упрямец?!

– Правильно делаете, что не верите, – предупредила в ответ. – Так как мной движет не интерес и даже не любопытство. Скажем так, ведьма решила изучить врага поближе. На его территории.

Каллистрат прокашлялся в кулак и глянул с удивлением. Если бы не знала о его дурном нраве, поверила в этот невинный, обожающий взгляд обжигающе-голубых глаз.

– Я не воюю с женщинами, – сообщил он. – Это ниже моего достоинства. Все что я хочу, так это быть полновластным хозяином земель предков. Всех земель без исключения!

Он снова завел разговор о необходимости продать дом и переселиться куда-нибудь в другое место. Князюшка красочно расписывал мой переезд и даже грозился помочь с обустройством. Так, словно это дело уже решенное.

Я практически не слушала, вместо этого изучала территорию врага. Надо сказать, стройка далеко продвинулась, уже можно было различить очертания будущего великолепного замка. Я бы не отказалась гостить в нем чаще, если бы не его упрямец-хозяин.

– Вы слушаете меня? – Калллистрат, наконец, заметил мой отсутствующий вид.

– А?.. – повернулась к нему с самым невинным видом. – Что говорите, воздух здесь прекрасный? Для здоровья полезный?

Воздух действительно был свеж, а к запахам хвои прибавлялся заманчивый аромат дичи, которую готовили работники на вертелах над кострами. Вот они-то и напоминали мне, что я здесь не на увеселительной прогулке. А, значит, не стоит расслабляться.

Тем более покупаться на магнетическое обаяние князя.

Он остановился возле самой большой из палаток, сдается – для особых гостей. Подоспевший официант предложил бокалы с шампанским.

– Не беспокойтесь, оно не отравлено, – уверенно заявил князь, заметив мои колебания. – Не знаю, что вы там себе напридумывали, но я не прибегаю к столь радикальным методам.

– Да неужели?! – возмутилась я. Гневно сверкнула глазами и чуть не вылила шампанское прямо на чернявую голову князя. – А как насчет храмовников и их желания меня сжечь? Только не говорите, что не имеете к этому отношения. Я все равно не поверю.

Так и сделала – не поверила. Даже когда князь торжественно поклялся, что если бы хотел меня сжечь, то действовал наверняка. И не полагался в этой работе на каких-то там старцев в женских одеяниях.

– Ах вот как! – возмутилась я. – Значит, вы не отрицаете того факта, что были бы счастливы избавиться от меня таким порочным образом?!

– Порочно, моя дорогая, надевать такое откровенное платье, собираясь на встречу с холостыми мужчинами, – быстренько сменил тему разговора князь. – Вы хоть представляете, какой эффект производите на окружающих?

Так именно этого я и добивалась. Пусть все меня запомнят. Запомнят и поймут: я тут надолго и съезжать не собираюсь.

И вообще, выбранное мной платье не было таким уж откровенным, в сравнении с тем, какие наряды приходилось надевать для выступлений. Декольте небольшое, хотя под тонкой тканью вполне угадывались соблазнительные полушария. И Каллистрат не мог от них отвести взгляд.

– Если не прекратите пялиться на мою грудь, получите оплеуху, – предупредила я. – Только что рассуждали о приличиях, а сами? Мне казалось, в высшем обществе, да и не только, принято смотреть собеседнику в лицо при разговоре. А не на всякие там выпирающие части тела.

Мне показалось, или князь тихонько простонал? Резко вскинул голову и завораживающе улыбнулся:

– Клянусь, если бы не ваш дурной нрав, я бы за вами приударил. И даже снес ваше навязчивое желание считать себя ведьмой.

– Клянусь, если бы не ваш дурной нрав, я бы позволила вам за мной приударить, – сообщила в ответ. – Вот только ваши неверие и нежелание замечать очевидное не умаляют того факта, что в нашем мире действительно есть место волшебству.

Надо отдать ему должное: Каллистрат оценил мое умение парировать словесные выпады. И на секунду в его взгляде зажглось нечто вроде восхищения.

– Настоящим волшебством было бы заставить вас замолчать хоть на секунду, – предупредил он. Подал знак музыкантам, и те заиграли вальс. – И я, кажется, знаю один верный способ. Наверняка он действует даже на тех, кто считает себя ведьмами.

Прежде чем я успела отреагировать, он одной рукой обхватил мою талию, а вторую крепко, но нежно, сжал в своей сильной ладони. Начал вальсировать – да так, что спустя пару минут у меня закружилась голова. Не только от танцев. Вел Каллистрат уверенно, даже дерзко, буквально на грани приличий. И я почему-то позволила ему это.

И искренне пожалела, что у этого шикарного мужчины есть один огромный недостаток: он отчего-то желал избавиться от моего соседства. А я не могла покинуть дом бабули и отказаться от наследства. Даже представить боялась, что будет, приди на праздник не восхитительная красотка в ведьмовском платье, а уродка с обезображенным лицом.

Вот тогда бы Каллистрата хватил настоящий удар.

– Спасибо, что согласились потанцевать, – сообщил князь, когда музыка стихла, и поцеловал мне ручку. – Так и знал, что вы еще прекрасней, когда молчите.

– Не помню, чтобы давала разрешение! – рассердилась не на шутку. Вытерла руку о платье и добавила: – И я не прекрасна, это лишь иллюзия.

Дабы не вводить себя в искушение, отошла подальше от главного шатра. Нашла женщин, с которыми приехала, в компании развеселых строителей. Приняла из рук одного тарелку с ароматным мясом и овощами, присела на любезно предложенный другим стул.

Мясо оказалось отменного качества, а из самого молодого в компании мужчины вышел отличный рассказчик. Приукрашивая и приумножая детали, он вдохновенно рассказывал о неудавшейся охоте на разноцветных невиданных зверей.

– Вы бы видели, какие это чудовища! – все сильнее распалялся он, заметив мой интерес. – Зубищи размером с ладонь. Глаза, что чайные чашки. А какие они грозные, вы бы слышали, как рычат!

Вот что значит: у страха глаза велики – аж с чайные чашки стали. Я ужасно восхитилась рассказчиком.

– А ноги, наверное, были как у страуса? – спросила с тем же азартом. А что, я тоже умею фантазировать. – А передние лапы как у динозавров?

– Вы тоже их видели? – ужаснулись женщины. – Ой, как же теперь в лес-то ходить?..

Я рассмеялась в голос. Во-первых, мои мстители были гораздо меньшего размера. А уж таких жутких атрибутов, как придумали строители, у них изначально не было. Да и грызли они исключительно вещи, так что скорее сами стали жертвами охотничьего произвола.

– Не волнуйтесь, мы их истребили! – заметил один из мужчин и приосанился. – Можете ходить по лесу без страха. А если появится что, так мы всегда на страже.

– Жаль, что после выстрела они лопались, – добавил другой. – А то бы мы и из них приготовили жаркое.

Так мои маленькие боброзайцы стали местной легендой. Я почти гордилась изобретением.

И вообще, праздник удался на славу. Я вдоволь натанцевалась, наелась и на год вперед наслушалась мужицких баек. Если станет нечем кормиться, смогла бы еще год питаться лапшой, скручивая ее с собственных ушей.

А ближе к полуночи князюшка куда-то заторопился. Попрощался с гостями и в одиночку направился к руинам замка. Разумеется, это не укрылось от проницательного ведьминого взгляда. И я решила проследить.

Правда, составить мне компанию решили сразу трое строителей.

– Не можем же мы оставить даму одну в ночи! – разбушевались они.

Все мои попытки объяснить, что ведьмы так-то темноты не боятся, успехом не увенчались. Пришлось взять с собой провожатых. Но только мы ступили в руины, как один из них одеревенел, второй окаменел, а третий остекленел. От магических чар, разумеется. Не моих! У меня на это ни маны, ни знаний, ни лицензии.

Что стало со мной?

Да я вообще обалдела, когда почувствовала чью-то мощную лапу на своей талии. Даже дар речи на секунду потеряла от такой наглости.

Глава 11

– Да ты хоть знаешь, на кого покусился?! – взревела, когда оцепенение сгинуло. Попыталась извернуться в захвате и обнаружила, что эти мохнатые руки мне знакомы. Как и отполированные до блеска копыта. – А вы не ополоумели часом, господин Советник?!

Он как-то подозрительно дернулся развернул меня к себе лицом и, щелчком пальцев запечатал мне уста. Вот в самом прямом смысле. Рот мой будто склеился – ни психануть, ни послать куда подальше.

Меж тем демонюка сграбастал меня в охапку (ага, пока не отошла от шока и не придумала, как отомстить) и, закинув на плечо, понес вглубь леса. Поставил на один из пеньков и пригвоздил к месту взглядом.

– Это еще неизвестно, кто из нас ополоумел! – прорычал он. – Кто тебе дал такое право – накладывать на верного слугу Его Темнейшества заклятие?!

А-а-а, так вот чего он охнул. В порыве испуга и гнева я опять не рассчитала силы и чуть было не истратила последнюю ману. А вот нечего было подкрадываться сзади, как преступнику. И вообще, что господин Советник делал на стройке?

Спросить не позволяли склеенные губы. Но с руками-то был полный порядок и они сами по себе (шляпой клянусь!) сложились в неприличный жест.

– Ах так! – взвыл демонюка и грозно топнул. – Все, мне надоело терпеть твои выходки! Ты заслужила наказание, ведьма!

Сказал и снова сграбастал в охапку.

Мы так быстро помчались по лесу, что у меня перед глазами все замелькало. Почти любимая шляпа свалилась с головы и покатилась под откос. Но вместо того чтобы расстроиться, я только сильнее озверела.

Настолько, что все-таки извернулась и пнула Советника. Попала по колену, хотя метилась гораздо выше.

– Трепка тебе обеспечена! – пригрозил он.

Ответить не успела, так как повторила «подвиг» одного из строителей – одеревенела. И только глаза функционировали по-прежнему. Они-то и приметили, что спешил демон не куда-нибудь, а к моему дому.

Как всегда без спроса распахнул дверь и поставил меня посреди прихожей. Так резко, что я начала заваливаться набок, подобно пизанской башне. Все что смогла – так это яростно засверкать глазами.

Поймал Советник в нескольких миллиметрах у пола. И вновь поставил в вертикальное положение. Обошел вокруг, пристально рассматривая наряд и принюхиваясь. Будто решил сожрать и выбирал, с какой части начать.

– За несколько дней ты нарушила почти все правила, какие только существуют, – рассудил Советник надменным тоном. Остановился напротив и, сложив руки на могучей груди, вскинул голову. – Такая дерзкая ведьма не попадалась мне еще никогда! И я впервые в жизни не могу придумать достойное наказание!

Он сказал, почти все? Что ж, это давало надежду на исправление. Вот только бы отмереть, а там можно и еще что-нибудь придумать.

– Ничего не скажешь в свое оправдание? – поинтересовался Советник.

Нет, точно не в себе! Попробовал бы он сам разговаривать с залепленными губами. Конечно, может, у демонов есть и другой способ общения. Но я не нашла иного способа, как вновь сверкнуть глазами – так яростно, что чуть не полопались сосуды.

– Г-хм, – демонюка откашлялся в кулак. – Действительно, забыл.

Щелкнул пальцами, возвращая мне дар речи. И тут же пожалел об этом, потому что вместо оправданий услышал все, что я о нем думаю. И о похищении с праздника среди ночи, и пробежке по лесу, и, тем более, об использовании магии против ничего не подозревающей ведьмы.

– У вас самого, Советник, есть лицензия на применение магии против людей? – поинтересовалась я в конце длиннющего монолога, щедро разбавленного ругательствами и нелестными эпитетами. – Не думаю, что Его Темнейшество позволил вам околдовывать ни в чем не повинных людей. Зачем вы окаменили строителей? И почему оказались в руинах замка именно тогда, когда туда отправился князь Каллистрат? Не в сговоре ли вы с ним?

Из приоткрытой двери кухни вынырнула унылая мордашка ежкиной кошки. Она сочувствующе фыркнула, покосилась на демона и ощетинилась. За что удостоилась грозного взгляда Советника и была вынуждена снова скрыться.

Ну, хоть кто-то за меня беспокоился. Пусть невиданная зверушка, а все же свидетель демонического самоуправства. А вот с хранителем я еще потолкую. Надо же, сидел себе тихонечко в блокноте и даже не попытался спасти хозяйку. Хоть бы мяукнул для приличия.

– За Каллистратом мы… присматриваем, – соизволил ответить Советник. – И лицензия у меня имеется – генеральная, на все и в любых количествах. А люди и не вспомнят, что замерли на несколько минут.

– Ух ты, вот это лицензия! – не сдержала восхищенного возгласа. – Тоже такую хочу!

Советник снова встал в позу и, обдав жарким взглядом, заявил:

– Если бы сразу согласилась на мое весьма выгодное предложение, могла и получить желаемое. Со временем. А теперь придется немало потрудиться, чтобы получить хоть одну лицензию.

Опять он за старое. Снова шантаж и попытки надавить на больное. Это все мы уже проходили. А вот разговор о Каллистрате не закончили.

– Кто это «мы»? – поинтересовалась я. Хотела сложить руки на груди, на манер Советника, да не вышло. Заклятие с меня еще не сняли. – Кажется, не так прост князь Каллистрат, раз за ним присматривают демоны высшего уровня.

– Мудрая ведьма, похвально, – кивнул. Но без лицензии – никаких фамильных тайн!

Кто бы сомневался! Закатила глаза и фыркнула:

– Не могли бы вы придумывать наказание поскорее, – попросила грозно. – Или уж и глаза залепите, чтоб я не видела, как ваши грязные копыта пачкают мой свежевымытый пол.

Это ж надо – похитил, ворвался в дом без приглашения, да еще и угрожает! А я даже шевельнуться не могу, чтобы хоть как-то этому помешать.

– Разговор еще не окончен, ведьма! – предупредил демон.

Хлопнул в ладоши, и откуда ни возьмись прибежали пять серых мышат и принялись до блеска натирать его копыта – так ловко, что через минуту на них не осталось и следов грязи. А ведь пробежал Советник не мало, да еще и с ношей на плече.

Что ж, надо отдать ему должное: прислушивается к пожеланиям. Почистив его копыта, мышки дочиста выскребли пол и снова убежали в норки. Полагаю, это были какие-то особенные животинки, ибо на шкурках не осталось и следа грязи, будто они впитали ее, как губки, или растворили вовсе.

– Как ты могла уйти и оставить без присмотра портал?! – снова напустился демон. – И это в такие времена?

Кажется, кое-кто нашел новый повод для ссоры. И что ему не живется спокойно?

– Не знала, что его нужно охранять, – честно призналась я. – Вроде бы, гости прибывают только с моего разрешения. А что за времена нынче, не подскажете?

Если бы он опять ляпнул что-то про лицензию, клянусь, не пожалела бы остатков маны и вновь наслала проклятие. По крайней мере, попыталась бы. Но Советник отделался иным оправданием:

– Об этом в курсе только высшие демоны Его Темнейшества, всем остальным стоит строго соблюдать установленные правила и не нарушать заведенный веками порядок. Уходя, ведьма-хозяйка запирает портал на магический замок. И вообще, всячески оберегает его от незваных гостей как с той, так и с этой стороны.

– Лицензии на магический замок у меня тоже нет, – пропела ехидно. – Так что извиняйте…

Хотела развести руками для пущей убедительности, да не смогла. От чего неслабо так осерчала.

– Выдам замок! – поразмыслив с секунду, сообщил Советник. Пошарил в кармане фрака и добыл из его недр приличный такой замок, размером с арбуз. – Вот, навесишь, когда отправишься на Лысую гору. А пока… – он дьявольски подмигнул, – я придумал достойное наказание. До получения лицензий запрещаю тебе выходить из дома. Если понадобится еда или еще чего, зови!

Он самодовольно усмехнулся, а меня затрясло, несмотря на скованное состояние. Это ж надо придумать такую месть? Да любая ведьма обзавидуется! Мало того, что сделал меня заложницей дома, так еще и поставил в зависимое от себя положение.

Одно слово – демон!

Щелчок его пальцев, и мои ноги подкосились, точно превратились в желе. Это он так рывком, без предупреждения снял заклятье. И снова поймал меня в нескольких сантиметрах от пола.

– Могу помочь расслабить затекшие мышцы, – предложил с придыханием. – Как насчет расслабляющего массажа?

– Лучше сдохну! – зло призналась в ответ. Поморщилась: до того затекло все тело, что его даже не иголочками, а будто бы осиновыми кольями протыкало. – Сгинь с глаз моих, нечистый! Вон из дома!

Он и не подумал послушаться: поднял стонущую меня на руки и понес на второй этаж. Ударом ноги распахнул дверь и бережно (будто наложил заклятие хрустальности) уложил на кровать. Потянулся к ногам и бесцеремонно начал массировать пятки удивительно нежными, хотя и грубоватыми пальцами.

Терпела, потому как помогало. Но когда ладони демонюки перебрались к коленям, а после вообще решили стянуть с меня платье, возмутилась:

– Достаточно! Мне уже гораздо лучше!

– Точно? – досадливо поинтересовался Советник. – У меня полно свободного времени и я не прочь еще… гм, помассировать. Все же это я наложил заклятие, так что…

Ну да, разумеется, он тут меня лапал исключительно из благих побуждений. Так я и поверила!

– Мне. Уже. Лучше! – проговорила по словам, как для особо непонятливых, и указала на дверь: – Вам пора! У вас наверняка много важных темных дел, о которых мне знать не положено. И еще эта, очередь из страждущих ведьм.

– Каких ведьм? – слегка опешил демон.

– Тех, которые жаждут вашего могучего волосатого тела, – напомнила я. – Выстраиваются в очередь, чтобы получить хоть мимолетную улыбку. А лучше: приглашения на сожительство.

Господину Советнику мое замечание не понравилось. От слова совсем. Он грозненько так подбоченился и надменно заявил:

– Не веришь, что я пользуюсь популярностью у женщин?

Да какая разница, во что я верю? Меньше месяца назад казалось: жизнь моя кончилась. Пару недель назад я не верила ни в волшебство, ни, тем более, в демонов и ведьм. Боюсь представить, что узнаю завтра.

– Мне все равно, сколько у вас женщин было и будет, господин Советник. Просто уходите! Всего вам недоброго!

Демон осерчал и, после того как испарился, за окном послышался подозрительный скрип, точно кто-то пилит камни ножовкой. Кажется, его темное хамство придумал какую-то демоническую месть.

Проверять не стала, отложив до утра. Приказала дому наглухо закрыть ставни и не пропускать внутрь посторонние шумы. После чего отрубилась и продрыхла до самого обеда.

– Эй! – кто-то бесцеремонно похлопал по лицу чем-то мягким. – Ты живая вообще?

– Нет! – призналась и перевернулась на другой бок.

А что еще остается делать? Выходить из дома нельзя, гостей принимать за ману тоже нельзя… Мрак и тоска кругом.

Кстати, а что это так темно?

– Дом, распахни ставни! – приказала лениво.

Светлее не стало. Единственным источником света остались огромные глазищи Драго. Кстати, хранитель опять забрался ко мне под бок и, кажется, дрых там с тех пор, как отбыл Советник.

– Я, кажется, просила ночевать отдельно – желательно на коврике, – напомнила хранителю. Пихнула его босой пяткой. – Предатель! Снова скрывался, пока меня пытал этот бессовестный демон.

– Так уж и пытал?.. – промурлыкал Драго. – А нам с ежкой показалось, тебе нравилось. Ведьмы вообще любят прикидываться несчастными и обессиленными, когда им это выгодно.

– Много вы знаете, – пробормотала недовольно.

Из-под одеяла высунулась игольчатая голова ежкиной кошки. А я-то все гадала: что так колет в боку?

– Почему темно?! – возмутилась с удвоенной силой. – Кто наколдовал вечную ночь?

– Так это Советник вчера постарался, – хохотнул Драго. – Зря ты его так разозлила. Демоны, они в гневе такого натворить могут.

Пришлось вылезать из теплой постели и топать к окну. Потом зажигать пару свечей, чтобы разобраться, что к чему.

– Ну ни фига себе!..

За окнами возвышались мощные стволы фиолетовых деревьев с черными листьями в виде перевернутых сердечек. Верхушки гигантов сплетались над крышей, заслоняя солнце. На некоторых ветвях я рассмотрела ядовито-красные побеги, напоминающие волчьи ягоды.

– Что это за абстракция? – спросила обалдевшая я.

По крайней мере, стало понятно, что так скрипело вчера ночью – это невиданные деревья прорубались наружу – поди, из самой преисподней.

– Кримбридикрамбодигрях обыкновенный, адский, – деловито определил на глазок Драго. – Очень редкий и весьма ценный экземпляр.

Мне-то что от его ценности?

– В среде демонов ходит легенда, будто это растение когда-то являлось символом верности, – продолжил рассуждать Драго. Не удержался и заржал. Поскользнулся на шелковой простыне. Свалился.

Тоже мне, мститель высшего разряда. И сколько мне теперь сидеть в заточении? Неужели придется ждать, когда явится какой-нибудь принц и вырубит деревья-монстры на пути к заточенной в доме принцессе? Точнее, к ведьме.

– Эх… – вздохнула и вернулась в постель.

Решила притвориться спящей красавицей, но уснуть вновь так и не смогла. Отправилась готовить поздний завтрак и читать бабулины книги. На этот раз выбрала трактат по травам и небольшую, но очень поучительную книженцию про яды.

Взамен принца на белом коне явился князь Каллистрат на черном «Мерине». Вместе со своими людьми он попытался прорваться сквозь заросли и даже самолично перерубил несколько крепких стволов. Я даже залюбовалась из окна на его усилия. Но вот беда, на месте одного дерева тотчас вырастали два новых.

– Если вы продолжите в том же духе, я вообще никогда отсюда не выберусь! – предупредила лесоруба-неудачника. – Зачем вы вообще явились?

– Проверить, жива ли одна прекрасная сумасшедшая, именующая себя ведьмой, – признался князь. – Вы вчера так незаметно ушли с праздника.

Тут я бы поспорила. Если бы Каллистрат не отправился осматривать замок поздней ночью, я бы сейчас не сидела взаперти. Возможно.

– Зря надеялись, что вам удалось от меня избавиться! – выкрикнула в ответ. – Как видите, я тут надолго.

– Это мы еще посмотрим! – возразил князь, закатывая рукава белоснежной рубашки. Точнее, это до рубки она была таковой. Сейчас же густой темный сок от растений (название которых я не повторила бы даже при угрозе смертью) испачкал ткань рубашки, волосы и лицо самого князя. – Сейчас вот прорублю дорожку, а после вернусь с ордером на выселение. Скажу судье, что ваши «цветочки» наносят вред окружающей среде.

– Они не мои! – отмахнулась ядовито. – И тем более не цветочки. И вообще, на вашем месте я бы прекратила бесплотные попытки: рубить деревья – это не ваше. Выселять ведьм из их домов – тоже.

Разумеется, Каллистрат не прислушался. Он и его люди продолжили вырубку фиолетовых монстров, а я полностью погрузилась в чтение. Заранее представляя при этом, кому приготовлю первое в своей жизни ядовитое зелье.

Через несколько часов рубщики скрылись из виду, сдавая территорию наступающим деревьям. Спустя еще немного до моего чуткого нюха донесся аромат копченого мяса и дымок с примесью ольховых веток. Это уставшие лесорубы решили сготовить пойманного зайца и развели костерок из подручного материала.

Драго громко вздохнул, привлекая внимание, и покосился на часы:

– Жить бедолагам осталось не больше получаса.

– Это кому? – не сразу поняла я.

– Спасителям твоим, неудачникам, – хохотнул Драго. – Кримбридикрамбодигрях обыкновенный очень ядовит. Особенно его дым. Что удивительно: животным ничего, а людей губит. Слушай, хозяйка, раз уж они все равно помрут, может, и я позавтракаю?

– Не смей! – рявкнула я. И быстро-быстро принялась перелистывать книгу, ища раздел с противоядиями.

Глава 12

Отведать отравленного кроля мужчины успели до того, как я смогла предупредить об опасности.

На их счастье, все необходимые компоненты отыскались в бабушкиных запасах. Осталось уповать на то, что пересохшие крылья летучих мышей и слегка протухшие (чего уж там) мухоморы не утратили своих свойств.

Быстренько смешав все, размолола в ступке в порошок и призадумалась. А вот как доставить противоядие князю и его людям через непроходимые заросли фиолетовых гигантов?

– Ежка! – догадалась я. – Поди сюда, маленькая проказница. Да отцепись ты уже от хвоста Драго, хватит его вылизывать. У нас тут люди умирают, а ты со своей любовью!

Колючка вняла уговорам и отцепилась от хранителя, отчего тот облегченно мурлыкнул:

– Если задержишься на той стороне зарослей, я буду не против.

Я ему не поверила. С каждым днем он все охотнее принимал ухаживания ежкиной кошки и только делал вид, будто ему это не нравится. Полагаю, все дело в гордости: как это ― породистый нежить и непонятная зверушка?

– Князь, эй, Князь! – выкрикнула, вывесившись из окна. – Вам уже плохо или еще нет?

– Руки ломит, но я не успокоюсь, пока не вырублю это безобразие, – признался он. – А вот с моими помощниками беда. Животы скрутило так, что вряд ли мы освободим вас до вечера.

«Да вы умрете быстрее, чем прорубите проход к моему жилищу», – подумала я, а вслух выдала следующее:

– Сейчас я пришлю к вам помощницу с противоядием. Все примете по чайной ложке. И вот еще что: животинку мою не трогать, ясно?

– Парламентеров в плен не берем! – пафосно объявил Калллистрат.

Это было до того, как он увидел ежкину кошку. А рассмотрев вблизи, ужаснулся:

– Что за чудо-юдо?! Вы там у себя химикаты разводите, сударыня? Точно говорю, надо подать на вас в суд за нарушение экологии.

– Сначала себя спасите и своих людей! – прокричала в ответ.

Про себя усмехнулась: надо же, какой луженый желудок у князя. Его помощники давно прекратили вырубать фиолетовые гиганты и принялись их удобрять. А ему хоть бы что! Даже не стонал и все еще мечтал меня выселить.

– И что это за зелье тут у нас? – он еще и привередничал.

– Да пейте вы быстрее, пока не скрутило! – посоветовала я. – Не знаю, хочется ли вам нанимать новых людей на стройку. Но мне неохота оттаскивать трупы от своего дома. Это ж их потом обращать в пепел, развеивать по ветру. Или вы, князь, нарочно хотите подставить ведьму и сказать, будто это я наслала на ваших людей чары?

– Кто ж вас, ведьм, знает?.. – все еще сомневался Каллистрат. И поспешно добавил: – Точнее, тех странных женщин, кто себя таковыми считает.

Я была на грани того, чтоб прорубиться к нему и прикончить собственными руками. И прежде славилась взрывным характером, а ведьмой стала и вовсе вспыльчивой. Так что не надо меня провоцировать.

– Можно, я приму первым?.. – простонал один из людей князя.

И тому пришлось согласиться. А когда первому стало лучше, остальные мужчины тоже потянулись за чудодейственным снадобьем.

Мне полегчало. Неважно, что не я сажала эти долбанные деревья, не желаю, чтоб под моими окнами умирали люди. А вообще, господин Советник неплохо придумал с защитой дома. Теперь я смело могу отправиться на шабаш, не боясь гостей с этой стороны.

– А где животинка? – забеспокоился Каллистрат.

Ежкина кошка под шумок сбежала из зарослей и теперь преспокойненько отдыхала, привалившись к боку Драго.

– Зачем она вам? – решила выяснить я.

– Рассмотреть поближе хотел, – легко признался князь. – А лучше, сдать в лабораторию на опыты.

– Не сметь и думать об этом! – приказала я. Во мне аж вскипели остатки маны, призывая совершить нечто злое и темное. – Лучше тоже примите противоядие. А то самого будут изучать в лаборатории. Посмертно.

Лекарство Каллистрат все же принял, потому как спустя час как ни в чем не бывало разговаривал и все еще пытался прорубить себе проход к двери. Работникам тоже похорошело, но переквалифицироваться из строителей в лесорубы они не спешили.

А мне стало интересно: почему князь не узнал ежку? Выходит, он так и не сумел рассмотреть ее как следует.

Впрочем, если и узнал, то ни за что в этом не признался, ведь такая малышка не могла обидеть всесильного и брутального князя.

– Вам еще не надоело? – спросила я спустя пару часов. – Все равно не поучится до меня добраться, разве не понятно? Предлагаю вам, князь, убраться восвояси и на время отложить попытки меня выселить.

– А как же шляпа? – донесся удивленный вопрос.

– Какая? – я тоже слегка опешила.

– Та, которую я нашел в лесу, – признался князь. – Хотел вернуть ее вам. Все же вчера вы были моей гостьей, и это долг джентльмена возвратить даме ее вещь.

Подумать только, какое благородство! То есть, сначала князь собирался поиграть в рыцаря, а уж после выселить разнесчастную ведьму из дому? Отличный план!

Вот только не сработал – на мое счастье.

– Оставьте шляпу себе, – милостиво разрешила я. А что? Дамы же оставляли своим рыцарям носовые платки, отчего ведьма не может оставить шляпу? – Она мне все равно не нужна. У меня другая есть, магическая.

– А как насчет поцелуя за спасение? – не унимался князь. – Точнее, за его попытку, потому как эти деревья, кажется, топором не вырубить. Придется вернуться и подкатить сюда технику посерьезнее.

Что-то мне подсказывало: фиолетовые гиганты не выкорчевать и экскаватором. Впрочем, пусть князюшка старается, раз больше нечем заняться. Ведь чем больше рубить деревья, тем больше их вырастает.

– Это еще ведьма надвое сказала: кто кого спасал! – возмутилась я. – Ваша попытка провалилась. А моя удалась, судя по тому, что вы все еще живы. Так что никаких поцелуев!

– А если все же доберусь?

– Пф! Попробуйте, мне-то что? И вообще, у меня шабаш скоро, мне готовиться нужно, а не с вами тут препираться. Постарайтесь не есть незнакомые растения и не готовить на них еду, пока я не вернусь с важного мероприятия. Хотя… не уверена, что захочу спасать вас еще раз. До нескорой встречи!

Хотела захлопнуть ставни, но князь остановил вопросом:

– Какого?

– Фига или числа? – поинтересовалась в ответ.

– Когда вернетесь с мероприятия? – исправился князь. – Вдруг мне удастся расправиться с растениями, а заодно и снести мешающий домик, пока вы отсутствуете?

– И не надейтесь! – рявкнула в ответ и с грохотом захлопнула ставни.

Приказала дому не пропускать внутрь звуки и полностью погрузилась в учебу. Не желая обращаться за помощью к Советнику, доела все запасы продовольствия – в итоге последние три дня питалась исключительно запасенной впрок гречкой, кою возненавидела всеми фибрами ведьминской души. Зато мозги на ней работали отлично. Впрочем, память меня никогда не подводила.

В ночь полнолуния я была полностью готова: если не получить вожделенную генеральную лицензию на все, то как минимум за нее побороться. И пусть только попробует один знакомый демонюка вставлять мне палки в колеса (или что там, на Лысой горе, делают высшие демоны с не сдавшими экзамен?)

– Ты в этом собираешься на шабаш? – отчего-то отругал меня Драго. – Вот прям так?

А что? Черное платье, распущенные волосы, туфли на шпильке – разве не прелесть?

– По-моему, вполне подходящий наряд! – возразила и нахмурилась. – Ну, хочешь, могу еще шляпу надеть.

Шабаш ведьм мне всегда казался чем-то вроде восьмого марта. То есть девятого, когда у всех приличных дам наступает отходняк от празднества, и они все поголовно становятся черными и злыми ведьмами.

– Не поможет! – живо возразил хранитель. – Ты похожа не на ведьму. А на школьницу перед выпускным. Даже в академию магии сопливые девчонки так не наряжаются.

Я приуныла. Но, вспомнив один неудачный опыт, процедила сквозь зубы:

– Лицо в зеленый красить не дам!

– Ха, сейчас в моде фиолетовый! – возразил Драго.

Поднялся на задние лапы и сложит на груди передние. Демонстративно отвернулся, вскинув подбородок.

– Между прочим, я большой знаток в современной моде, и ты зря отказываешься от моих услуг, – надулся, точно взаправдашний мастер мейк-апа. – А ведь внешний вид мог бы дать тебе дополнительный балл для получения лицензий.

Призадумалась. С одной стороны, отдавать себя в руки (точнее – в лапы) заносчивого хранителя казалось весьма сомнительной перспективой. А с другой – уж очень хотелось дополнительных баллов, я в них позарез нуждалась. Да и вообще: при моей реальной внешности глупо привередничать.

– Хорошо, попробуем, – согласилась, подавив горестный вздох. – Но ты сделаешь только то, что легко исправить. А не как в прошлый раз.

Драго поохал из вредности, но все же принялся помогать. Усадил в кресло и, вооружившись расческами, баночками и скляночками из бабулиных запасов, принялся колдовать. При этом намурлыкивал себе что-то под нос – и вряд ли это была просто песенка. Какой-никакой магией хранитель все же обладал, иначе с чего бы нескольким склянкам поменять цвет, а обычным картофельным кожуркам превратиться в золотистую пыльцу?

Я добросовестно терпела, пока меня дергали за волосы и терли кожу лица и плеч чем-то пахнущим серой и солеными огурцами. Но вот когда Драго решил намазать мне губы синим, завопила:

– Нет! Плевать на ведьминские каноны красоты, не хочу губы как у покойницы!

Драго покачал головой, поводил усами, но все же разрешил бордово-красную помаду. В конце концов, кровавый – его любимый цвет.

– Скоро уже? – поинтересовалась я спустя час.

– Нет! – буркнул Драго. – Тут море крови надо выпить, чтоб придать тебе порядочный вид. Вот зачем, спрашивается, ты так часто бывала на солнце? Ведьме положено быть бледной. А этот нос? Он чересчур прямой! И щеки совсем не впалые…

Он все еще перечислял мои недостатки, когда где-то вдалеке завыли волки. А это – все равно, что первый звонок в театре. Сигнал, что пора бы ведьмам поторопиться.

Но Драго все не отпускал. А из-за его нетерпимости к зеркалам я не могла даже увидеть свое отражение. Пробовала спросить у ежкиной кошки (так сказать, посоветоваться с единственной подругой в доме), но она интересовалась исключительно Драго. Глаз с него не сводила.

– Готово! – наконец, меня оставили в покое настойчивые когтистые лапы.

Правда, прежде чем отпустить, хранитель порвал когтями подол моего платья и надушил меня смесью сушеных комаров, пижмы и волчьих ягод.

Вытерпела и это. Но, как только получила свободу, бегом метнулась в свою комнату, стащила плотное покрывало с огромного зеркала и замерла.

Нет, не от восхищения. Но и не от отвращения. Предо мной явилась настоящая ведьма – такая, какими их рисуют в страшилках: волосы всклокочены и напоминают куст ежевики, глаза горят алым, щеки впалые, и на их фоне сильно выделяются скулы. Коже стала бледновато-серой, как и мечтал Драго. Рискнуть и покрасить в модный фиолетовый он не рискнул, и ограничился тенями того же оттенка. Нанес их, разумеется, не на веки, а под глаза.

– Панночка померла… – пробормотала я.

На всякий случай ущипнула себя за запястье – мое ли? Только в этот момент заметила, что ногти стали длинными, зеленоватыми и загнутыми книзу. Ужаснулась догадке и нерешительно улыбнулась.

Так и есть: Драго почернил мне зубы.

– Если не получу за это баллы, убью, – предупредила строго. Даже голос стал каким-то другим: хрипловатым что ли, будто простуженным.

– Остался последний штрих! – не стал возражать хранитель. – Тогда точно получишь балл.

То есть ему казалось мало, что я выгляжу так, будто померла пару месяцев назад, а потом долго бегала по лесу, раздирая в клочья платье и путая волосы?

– Твой настоящий вид! – пояснил Драго нетерпящим возражения тоном, не заходя в комнату. – Я специально нанес макияж так, чтобы подчеркнуть эти достоинства.

У меня пальцы непроизвольно дрогнули, представляя, как сжимаются на горле хранителя. Хотя, что с него возьмешь, с нежити?

– Это обязательно? – поинтересовалась уныло.

– Угу, – поддакнул котяра. – Если не тратить ману на внешность, можно сотворить из нее что-то стоящее. С твоим характером и манерами, клянусь, тебе понадобятся все силы.

– Чтобы получить лицензию?

– Хотя бы вернуться…

Ничего не скажешь, обнадежил ответом. А я лучше б и не спрашивала. Впрочем, кто не рискует, тот не пьет валидола. Но и маны не получает тоже.

Повздыхала, попричитала и занавесила зеркало, чтобы не разбить ненароком. Хотя, отражая мою внешность, оно могло и само треснуть, без дополнительной помощи.

– Держи! – Драго вручил метлу. – Пользоваться как, помнишь?

Кивнула, мысленно скрестив пальцы на удачу. Все же тренироваться полетам в замкнутом пространстве – совсем не то, что на свободе. Да и бабкина метелка оказалась уж очень норовистой, взбрыкивала и никак не хотела признавать новую владелицу.

– С Претемным! – махнул лапой Драго.

Поднялся вместе со мной на чердак, распахнул окно и понаблюдал, хорошо ли сажусь на метлу. Оно и правильно: сдвинешься на сантиметр и потеряешь равновесие в самый неподходящий момент.

– Ну, полетела!

Выпорхнула в окно и не без удивления отметила, как быстренько расцепились верхушки фиолетовых гигантов. Будто только и ждали, когда я соберусь на шабаш. Полная луна осветила мой путь. Безоблачное черное небо приветливо мигало звездами, попутный ветер подталкивал в спину.

Снова завыли волки – второй звонок! Явлюсь после третьего, еще год не смогу прилететь на шабаш.

Почуяв свободу, метла взвилась ввысь. Потом резко крутанулась – так, что перевернула меня вверх тормашками, явив ночному небу мой зад в кружевных белых трусиках. Совсем не ведьмовских (хорошо хоть, до нижнего белья Драго не добрался, и у меня осталось что-то свое).

– Сожгу! – грозно рыкнула я.

Метла тотчас исправилась и прекратила брыкаться. Даже прошелестела веточками, извиняясь.

– Опозорится!.. – донеслось до меня не то предупреждение Драго, не то проклятие. – Придется ждать новую ведьму. А я только начал привыкать к этой…

Глава 13

Драго был дьявольски прав: фиолетовый нынче в моде. Все ведьмы от мала до велика явились на шабаш с перекрашенными лицами. Главные модницы украсили себя фингалами всех оттенков этого благородного цвета: от нежно-сиреневого до сине-лилового. Платья (пардон, лохмотья, – что тоже по моде) выбирали в тон боевому раскрасу. Про волосы молчу: сразу вспомнилась училка начальных классов, Клара Демидовна, красившая волосы при помощи копирки. Каждое утро нашей классной начиналось с того, что она не меньше получаса натирала седоватые волосы, пока ученики пытались повторить у доски домашку.

– Вот умора! – развеселилась я, едва завидев ведьмочек. – Сколько же их прибыло на шабаш?

Место для парковки метлы отыскалось с трудом – пришлось пристроить строптивую подружку между двумя лакированными ступами. Кстати, на каждой были выгравированы вензеля с инициалами хозяек.

– Куда вперлась, деревенщина! – заорала на меня какая-то горбатая баба с фиолетовыми космами до самого пола. Огромной бородавке на подбородке с торчащим из нее сизым пучком волос позавидовала бы любая жаба.

– Кто первый прилетел, того и место, – ехидно пропела я. – И вообще, с чего это вы решили, мадам, будто я деревенщина?

Окинула ведьму надменным взглядом и, уперев руки в бока, потопала каблучком по серому камешку, кои в огромном количестве устилали дорожку перед замком, расположившимся в центре высоченной горы.

– Таких уродок надо запретить приглашать на шабаш, – фыркнула все та же горбатая ведьма. – Сидела б в своем болоте и не высовывалась, не позорила проклятое место своим присутствием. Брысь с моего парковочного места, я сюда уже триста лет метлу ставлю!

– И не подумаю! – психанула я. Нет, ну если б вежливо попросила, можно было и подвинуться. А при таком нахрапе… Да и вообще: где ведьмы, а где вежливость? – Было ваше, стало наше.

Демонстративно прошла мимо и направилась к перекидному мосту. Вслед донеслись ругательства и проклятия – только словесные. Ведь колдовать без разрешения Нижайшей комиссии на Лысой горе нельзя.

– Ох и нажила ты себе врагиню… – шепнула мне какая-то рыжеватая, тоненькая, как былинка, девчушка. – Это ж сама Зелена!

Она боязливо оглянулась, и я заметила сеть глубоких морщин на ее лице. Надо же, а я думала это тоже какая-то новенькая, типа меня.

– И что с этой Зеленой не так? – поинтересовалась без тени опаски.

Вообще-то я закаленная от всех видов ядовитых укусов. Долгое пребывание в чисто женском коллективе развило у меня небывалый иммунитет на всякого рода проклятия.

– Ты никогда не слышала о Зелене? – охнула рыженькая. – Ну, ты точно из глубинки. Это ж самая знаменитая ведьма современности. Ее порчу только высшие демоны снять могут. От одного взгляда Зелены мухи дохнут, а от дыхания цветы загибаются. Ее на костре аж трижды жгли!

– Жаль, не до конца сгорела, – посочувствовала я. – А вот мозги, похоже, вытопились. И вообще: все ее заслуги не дают права так обращаться с другими ведьмами. А как же кодекс бесчестия? А ведьмовская солидарность?

Все это и многое другое Драго заставил вызубрить досконально. И что мне больше всего запомнилось из всего бреда, так это то, что ведьмы не должны открыто враждовать друг с другом и ворожить на чужой территории. А на шабаше вообще положено вести себя сдержанно, даже если до одурения хочется колдануть.

– Зелене все можно, – вздохнула рыженькая. – Меня, кстати, Миланьей кличут, я всего пятый раз на шабаше. Так что будем держаться вместе.

– Зена, – представилась в ответ. Осмотрела новую знакомую и подмигнула: – А тебе, похоже, здесь нравится, раз в пятый раз прилетаешь.

– Какое там… Все пытаюсь лицензию на зельеварение получить. Учу-учу, тренируюсь-тренируюсь. А как увижу комиссию, так все словно из головы выветривается. Особенно этого боюсь, господина Советника. Ух и злобный демон, от одного взгляда словно кол в сердце вбивают.

Это наш-то господин Советник страшный? Пф… да я людей пострашнее видела, чем этот демон. Не по внешности, по сути. Тот же Макароныч – такая тварь, что у него в природе не должно существовать пары.

– Знаешь, я раньше тоже боялась выступлений, вот прям ступор был, – поделилась, подхватив новую знакомую под хрупкий, почти детский локоток. – Пока подружка не посоветовала один проверенный метод.

– Какой же? – желтые, как у кошки, глаза Миланьи загорелись маяками.

– Надо представить всех членов комиссии раздетыми. И пусть тогда они стесняются. Помогает – стопроцентно!

Миланья покраснела, отчего на ее бледных щеках пробился румянец. И она стала еще больше похожа на маленькую девчушку, несмотря на морщины и заметную вблизи проплешину на затылке.

До главных ворот добирались в полном молчании. А когда вошли внутрь замка, и вовсе стало не до разговоров, до того тут было атмосферно. Вот прям жутковатенько, до сладкой дрожи в печенках. Стрельчатые серые арки с ребристыми сводами, замутненные стекла, сквозняки гуляют по коридорам и треплют портьеры из паутины.

– Красота-а-а… – восхищенно произнесла я.

– Подожди, ты еще главного зала не видела, – хихикнула Миланья.

Низший демон в ливрее, вышедший прямо из стены, провел нас в каминный зал. Стены его были обиты красным бархатом, точно облиты кровью. Жарко пылающие камины отбрасывали алые блики на старинную мебель из красного дерева. Массивная люстра под сводом была выполнена из причудливо скрепленных цепями черепов. Глаза их излучали призрачный свет, а челюсти изредка поскрипывали, заставляя вздрагивать особо впечатлительных ведьм.

Левую часть зала занимал помост с кованым из бронзы столом и такими же стульями, выполненными наподобие тронов. Занимали их тринадцать высших демонов – членов комиссии. Жюри конкурса красоты, ни больше ни меньше. У всех морды породистые, надменные.

В центре, разумеется, восседал уже знакомый мне господин Советник.

– Ох… – заметив его, Миланья приложила ладонь к сердцу и побелела.

– Да ладно тебе, – толкнула ее в бок. – Он на нас и не смотрит – только глянь, как морду задрал. Того гляди, рогами за трон зацепится.

Миланья прыснула в кулачок, а Советник глянул в нашу сторону. Ну и слух у него – демонический!

– Э-э-э… злого вечерочка, – поздоровалась я. – Погода, говорю, сегодня мрачная. В самый раз для шабаша.

Демонюка кивнул надменно, но уголок губ его дрогнул.

– Сюда, – демон в ливрее указал нам на самый удаленный столик. – Тут вам будет неудобно.

Н-да, если вызывать будут по номерам столиков, то мы с Миланьей можем и не успеть до первых петухов. Сразу понятно стало, отчего моя новая знакомая с пятого раза сдать не смогла – до нее тупо не дошла очередь.

Господин Советник поднялся, и все в зале дрогнули. Сопровождающий нас демон аж присел на своих козлиных ножках.

– Бэ-э-э… – проблеял жалобно. – Что-то не так, господин Советник?

– Сюда их! – демонюка указал на столик напротив его трона. – Пусть им здесь будет неудобно.

Вот ведь гад! Неужели не знал, как на его присутствие реагируют ведьмы и низшие демоны? Миланья посинела, бедная, и едва не рухнула в обморок. Да ее до нужного столика нам с «козленком» чуть ли не нести пришлось.

– Спасибо за мерзость, – искренне поблагодарила я Советника.

Плеснула в бокал вина из стоящего на столе графина и подала Миланье. Та жадно выпила и вжалась в стул, будто это могло помочь ей избежать внимания Советника.

– Улыбайся, это всех раздражает, – посоветовала ей. – Хочешь еще вина?

К тому моменту, как мы практически опустошили графин, Миланья немного расслабилась и даже стала внятно отвечать на мои вопросы. Но так было ровно до того момента, пока в зал, прихрамывая, не заперлась Зелена и не указала на нас крючковатым пальцем.

– Это мой столик! – ее раздражённый визг прокатился под сводами зала. – Кто посмел посадить сюда деревенщин?!

– Я, допустим! – объявил главный Советник и поднялся.

– Ой, что бу-у-дет… – пискнула Миланья и снова вжалась в стул.

– В фаворитки?.. Эту?! – Зелена указала на меня пальцем так, будто видела пред собой мерзкую жабу. – Какую-то неизвестную ведьму, впервые явившуюся на шабаш – и усаживать на мое место? Не мухоморами ли вы объелись, господин Советник?

Демон побагровел. В глубине его темных глаз загорелись огни.

– Это не твое место, Зелена! – прорычал он и обрушил мощный кулак на стол, отчего тот едва не сложился вдвое. Даже остальные демоны притихли и вжали головы в плечи. – И шабаш не твой! Комиссия рассаживает гостий по своему усмотрению и не обязана ничего объяснять. А вот что действительно твое – так это куча жалоб от местного населения.

Советник достал из кармана стопку бумаг, вначале принятую мной за колоду карт, брякнул на стол, подул… И на глазах всех присутствующих стопочка принялась расти, как на дрожжах. Через секунду весь стол был завален рукописными бумагами. Некоторые даже не поместились и попадали на пол.

– Как ты объяснишь это, Зелена?! – рявкнул Советник. – Мы дали тебе шанс заселиться не где-нибудь, а в человеческой столице. А ты, вместо того чтобы налаживать контакты, разжигаешь вражду между верхним и нижним миром?

Советник разбушевался не на шутку. Даже когда я треснула его промеж рогов, он не был таким яростным. И все же Зелена не дрогнула. Сделала несколько шагов ему навстречу и, бесстыдно выпятив грудь, проговорила:

– Я настоящая ведьма и веду себя соответственно!

Приятное расслабление после выпитого вина покинуло меня. Внутри, будто в огромном котле, вскипело негодование. Да что эта дамочка себе позволяет? И почему это она та-а-к смотрит на господина Советника?! Еще и смеет возражать, тогда как все остальные съеживаются под его взглядом.

Ой, чуяло потемневшее ведьминское сердце: Зелене тоже предлагали «безвозмездную» помощь через постель. И в отличие от меня эта ведьма согласилась. Иначе нечем объяснить ее поведение и негодование Советника.

И почему, собственно, меня это волнует?

– В таком случае сегодня ты легко подтвердишь все выданные тебе лицензии! – мстительно объявил Советник. – А пока займи свободный столик. Любой. Но желательно, подальше от моих глаз, чтоб я ненароком не испепелил до начала испытаний.

Зелена чуть не задохнулась от бешенства, но возразить не рискнула. Раскраснелась, несмотря на плотный слой белил и фиолетовой пудры, пробубнила что-то нечленораздельное и ушла, словно ненароком задев меня крутым бедром.

– Поосторожнее, милочка! – проговорила я сквозь зубы. – По-моему это ты сильно налегала на тушеные со шкварками поганочки, вон как раздобрела.

Господин Советник улыбнулся краешком губ. Но если решил, будто я встала на его сторону, то напрасно. В данном случае защищала лишь себя. И вообще, на шабаш я прилетела исключительно ради того, чтобы получить лицензии и стать полноправной ведьмой. А не слушать, кто чья фаворитка, совсем нет! Мне это вообще было не интересно. Вот ни капельки.

Наконец прибыли все ведьмы, и Советник объявил шабаш открытым. Зачитал последние новости из нижнего мира, которые я слушала вполуха. Затем поблагодарил всех за прибытие, отметил особо отличившихся за последнее время ведьм.

– Уа-а-а… – я зевнула в ладошку.

Вроде бы незаметно, но Советник зыркнул предупреждающе. Пришлось выпрямить спину и притвориться очень внимательной.

– Итак, если ни у кого не осталось вопросов, приступим к экзаменам! – объявил рогатый председатель комиссии. – Начнем с тех, кто не получил лицензии на прошлом шабаше.

Он потянулся за свитком, а я прокашлялась. Как это не осталось вопросов? Очень даже остались!

– Господин Советник! – подняла руку и встала. – Тут такое дело… Вот, предположим, ведьме надо сдать экзамен на получение лицензии на сбор маны. Так ведь колдовать надо. А маны нет. А колдовать надо. Замкнутый круг, однако!

Это, пожалуй, был главный волновавший меня вопрос. Если с остальным более-менее разобралась, благодаря книгам бабули и помощи Драго, то вот тут оказалась бессильна.

– Действительно, накладочка, – согласился Советник. Достал из-за пазухи приличный такой мешочек со светящейся зеленым маной и помахал им у меня перед носом. – Полагаю, этой ведьме придется попросить оказать ей помощь. Вежливо попросить, убедительно. Иначе она не сдаст экзамен. И, следовательно, не получит лицензии.

Вот сволочь!

Нет, ну можно так поступать? Оно и понятно, демон, к тому же высший, но должен же быть предел хамству?

– Думаю, она попросит, – кивнула я и со спокойным лицом заняла свое место. Принялась рассматривать покрытые темным лаком ноготки, чтобы отвлечься от вожделенного мешочка с маной. – Когда придет время испытаний. Не раньше.

Господин Советник осерчал – ой, осерчал! У него аж лицо перекосилось от такого ответа. А он что думал? Неужели ждал, что я вот прямо сейчас брошусь на глазах у всех умолять его мне помочь? Нет уж, не выйдет. А пока рассматривают других претенденток, успею что-нибудь придумать.

Что-нибудь дерзкое и действенное. Ведьма я, в конце концов, или нежный ангелочек?

– Миланья, с тебя начнем! – объявил Советник. – Готова?

Моя соседка по столу неуверенно кивнула и шумно сглотнула. Поднялась, и стало заметно, как у нее подрагивают руки. Пока подходила к комиссии, дважды чуть не шлепнулась.

По щелчку пальцев Советника перед ведьмой возник стол со всем необходимым для варки зелий: самонагревающимся котлом, склянками с компонентами, связками трав и пучками сушеных грибов, ягод и мелкой живности.

– Сделай-ка нам чего-нибудь… – задумался гориллоподобный демон с рыжей бородой и носом Буратино, – освежающего!

Миланья кивнула и побросала в котел нужных травок, пробормотала заклинание. Я, конечно, не ахти какой эксперт, но, на мой взгляд, делала она все верно. Вот только, несмотря на старания, зелье так и не получилось. Оттого, что не было головного ингредиента: веры в себя у ведьмы.

А ведьма без веры в себя, как мухомор без шляпки: вроде бы, тоже гриб, а совсем не тот эффект.

– Голыми… – шепнула я. – Представь их голыми…

Миланья покосилась на членов комиссии, сильнее побледнела. Вытерла кончиками дрожащих пальцев вспотевший лоб. Но снова не сумела сварить зелье. А ведь делала-то все правильно.

Какая несправедливость! Ну, разве так сложно представить демонов раздетыми. Хотя, почему представить?

Я щелкнула пальцами под столом и мстительно улыбнулась. Хорошо, что сумела сэкономить немного маны, вот она и пригодилась. Благодаря нехитрому заклинанию, Миланья теперь видела членов комиссии без одежды. Густо покраснела, но принялась вдвое активнее помешивать зелье венчиком. Содержимое котла зажглось алым – пошел процесс!

Пришлось отвести взгляд от членов комиссии. Не только Миланья видела демонов без одежды, но и я, как создательница заклинания. Для всех остальных присутствующих ничего не изменилось. Почти для всех.

– Если хотела рассмотреть меня во всей красе, могла просто попросить! – раздался над моим ухом ехидный голос господина Советника. Хотя сам он не произнес ни слова.

Вот это способности! От удивления я приоткрыла рот. Спохватилась, захлопнула, и пробормотала:

– У меня подобного и в мыслях не было. Мне ваши, гм… прелести без надобности. Вы мне и в одежде не нравитесь, и без.

– Ведьма Зена оштрафована на минус три балла! – объявил Советник с мстительной усмешкой. – У нас тут не институт благородных девиц: за подсказку страдают сами помогающие. Так-то!

Да и пес с ним! Зато у Миланьи зелье получилось что надо. Над членами комиссии сгустились тучи, и ледяной ливень обрушился на гориллоподобного демона.

Ну а что? Хотел же освежающего.

Глава 14

На этот раз Миланья лицензию получила – из рук самого господина Советника. При этом так краснела, путалась в словах и заикалась, что едва сумела произнести положенные слова благодарности. Хотя действие моего заклинания длилось всего несколько минут – ровно до тех пор, пока я не отказалась рассматривать «достопримечательности» демона.

– Теперь меня сочтут полной идиоткой, – произнесла Миланья, опускаясь на стул и пряча лицо в ладонях. – Мычала, как корова…

– Главное, лицензия у тебя в кармане, – поддержала я. – Расслабься, все самое страшное позади.

Как бы ни так! Говоря это, я еще не знала, как долго придется дожидаться своей очереди. Господин Советник наверняка специально томил меня ожиданием, мстил – и весьма изощренно. Терпеливость вообще не моя сильная сторона, а тут еще приходилось буквально на себе испытывать всю силу заклятий и проклятий раздраженных ведьм.

Один раз на нас с Миланьей направили огненный шар – это одна из ведьм пыталась получить лицензию на боевые заклинания. Решила, видите ли, стать ведьмой-воительницей. Неудачно решила. Она не получила лицензию, один из высших демонов лишился шикарнейшей бороды, а мы с Миланьей едва не взорвались: сначала в прямом смысле, а после в переносном.

– Если так пойдет дальше, к тому временим, как придет моя очередь, от меня останутся рожки и ножки, – произнесла я с досадой.

– У тебя же их нет! – ужаснулась Миланья. Посмотрела на меня как-то странно и добавила: – Или ты их скрываешь? Только высшие демоны рождаются с копытами, а рога отрастают у них к совершеннолетию.

– Вот как… – удивленно произнесла я.

Не то, чтобы меня сильно заботили особенности демонов, скорее хотелось немного отвлечься.

Одной из последних выступала Зелена. Ух, и постаралась она! Подтверждать ей пришлось лицензию ни на что иное, как на гадание, любовные привороты и насылание венца безбрачия. Последнее получалось лучше всего. Только на мне Зелена потренировалась аж трижды, но каждый раз бдительный Советник зачем-то снимал чары. Хотя, наглядевшись на некоторых представителей сильной половины, я порой сомневалась, что это проклятие. Иногда – избавление если не ото всех, то от многих женских бед.

Миланья поддержала мою мысль, и мы принялись обсуждать своих бывших, сумев, наконец-то, отвлечься и от Зелены, и от всего шабаша в целом.

– Стыдно такой молодой ведьме думать подобное, – раздался надо мной недовольный голос главного Советника. – Надо смотреть лучше и выбирать тщательней, а не прятаться за своими страхами.

– Стыдно высшему демону лезть без спроса в чужие разговоры, – парировала я раздражённым шепотом. – Лучше займитесь Зеленой. А то пока отвлекаетесь, она вам такого напредсказывает.

Как по волшебству (я тут ни при чем. Честно-честно!), в хрустальном шаре Зелены вспыхнули алые сердца, а сгустившийся белесый туман принял весьма фривольные очертания.

– Ого, это ж кому так повезло? – заинтересовались и высшие демоны и ведьмы.

– Вроде как мне гадали, – расплылся в улыбке Советник. И посмотрел отчего-то на меня.

– Поздравляю, – бросила я и отвернулась, не желая смотреть на дымчатые иллюстрации из Камасутры.

– Это неправильный шар! – взревела Зелена. – И он дает неправильные предсказания!

Она хотела разбить шар, но Советник не позволил. Переместил его себе на стол, дабы рассмотреть поближе. Бросал взгляд то на призрачные очертания фигур, то на меня и довольно хмыкал.

Я недовольно краснела и бесилась.

– Может, достаточно испытаний? – не выдержала на пятой минуте экзекуции. – Так-то еще полно желающих получить лицензию. Посмотреть бред из шара вы, господин Советник, сможете и без чужого присутствия.

– Почему же бред? – он вопросительно изогнул дьявольски черную бровь. – Я, кажется, узнаю очертания фигуры девушки. Не могли бы вы, Зена, чуть-чуть наклониться? Ради чистоты эксперимента.

– Что-о-о? – от возмущения я позеленела. – Не много ли вы себе позволяете?!

Зелена выпустила из руки молнию и разбила шар вдребезги. Так, что по столу рассыпались мелкие стеклышки, а магический дымок взвился к люстре из черепов и исчез.

– Как сказали сторонние наблюдатели, гадание оказалось бредом, – заявил Советник, игнорируя мой вопрос.

– Вы полагаетесь на мнение этой деревенщины? – взвыла Зелена.

– На собственное чутье, – возразил он. – Ты, Зелена, не можешь контролировать силы, а, следовательно, не получишь лицензию. Впредь, перед тем как приходить на шабаш, постарайся развить в себе терпеливость. Или хоть успокоительного выпей. Пока я не могу допустить тебя к работе с людьми. Многие из них способны вывести из себя даже опытного демона, не говоря о вспыльчивой ведьме.

Зелена, изрыгнув пару проклятий (тут же развеянные в пух Советником) удалилась с шабаша. А я получила высочайшее приглашение занять ее место перед членами комиссии.

– Итак, ты замахнулась на получение сразу нескольких лицензий, – усмехнулся Советник. – Дай-ка вспомнить: зельеварение, получение маны, насылание порчи и проклятий… Ничего не забыл?

– Забыли, – спокойно подтвердила я. – Мне нужны не несколько лицензий, а только одна. Генеральная. На все!

По рядам ведьм прокатил удивленный шепоток. Высшие демоны переглянулись и покачали головами.

– Наглости у этой девицы на целое стадо коров! – выкрикнул кто-то сзади. Предательски так, скрываясь под заклинанием неопознанного голоса.

– А самомнения на целое ведро жаб! – вторил другой голос.

– Ничего, вот прогонят ее с шабаша, мы ей и займемся, – хохотнул третий сиплый голосок. – Покажем, где ведьмы зимуют. Чтоб неповадно было обскакивать на шабаше именитых ведьм!

Кажется, среди «товарок» не осталось ни одной, кто бы не пожелал мне в ту секунду зла. Разве что Миланья промолчала, но от нее помощи я вряд ли дождалась бы. Одно было ясно: не получу лицензий – не смогу воспользоваться силой. И стану изгоем не только среди людей, но и среди ведьм. Уж они-то сделают все, чтобы я не дожила до следующего шабаша.

Ставки выросли в мгновение.

– Что ж, начнем с чего-нибудь попроще, – подложил Советник. – К примеру, с зелья. Сотвори-ка мне чего-нибудь интересненького. Заставь неживое ожить.

Ничего себе, простенькое. Да это одно из самых сложных зелий, не говоря уже о зубодробительном заклинании.

Ничего, справилась. Даже не пришлось для этого представлять демона раздетым. Мне сила ненависти помогла. Зелье получилось ядреное, кипучее. Стоило нанести каплю на обычный лист бумаги, как он принялся складываться в оригами. Сложился, и стал удивительно похожим на маленькую ведьму, да как пошел всех костерить почем зря. Да не просто так болтать, а сыпать проклятиями и насылать порчу.

То-то пошла потеха!

Ведьмы под столы попрятались. Демоны, что повпечатлительнее, позатыкали уши и вытаращили глаза. И только Советник наблюдал за действом с видом победителя. И лишь успевал отклоняться от брошенных в свой адрес проклятий.

Когда же ему надоело, он поснимал заклинания, бумажную ведьму усадил к себе в карман, предварительно заклеив рот.

– Что ж, одна лицензия у вас в кармане, – произнес он восхищенно. – Но иного я не ожидал. Но для генеральной лицензии нужно нечто особенное. Такое, чего мы никогда прежде не видели и не слышали. Есть у тебя, Зена, особые таланты?

За спиной у меня снова зашипели ведьмы. Посыпались угрозы и пожелания долгой смерти – Советнику даже пришлось шикнуть, чтобы усмирить особо обозленных.

И я решила раскрепоститься по полной. Чего это я должна бояться кого-то обидеть, если никто не боится меня? Надо исправлять это досадное недоразумение.

Только бы маны раздобыть… Желательно так, чтобы не пришлось просить ее у Советника.

Начать решила с малого. Достала из кармана магический узелок, встряхнула, рассыпая содержимое. Сребристые буквы заплясали в воздухе, скалываясь в слова.

– Что это? – заинтересовался один из высших демонов – единственный, который носил очки. Оно и не удивительно, при таких-то маленьких, как две бисеринки, глазках.

– Доклад по новому виду нежити! – не без гордости произнесла я. – По ежкиной кошке. И ее особых свойствах.

Нижайшая комиссия животинкой заинтересовалась. Особенно ее способностями к размножению. Многие пожелали иметь у себя такую котейку.

– Данное свойство пока не изучено, – со вздохом призналась я. – Так что очередь за котятками покамест не занимать.

– Не засчитано! – объявил господин Советник. – Доклад неполон, а потому неинформативен. Придумай еще что-нибудь.

– Господин демон, – обратилась я к одному из членов комиссии. Не к Советнику, к другому – тому, что так заинтересовался ежкиной кошечкой. – Если я пообещаю, что вы станете первым обладателем потомства новой нежити (при условии, что оно появится), то могу ли я попросить немного маны вперед? Разумеется, если потомства не будет, верну все до последней крошки.

Глазастый думал недолго, а Советник обозлился так, что скрипнул зубами. Я даже хотела отправить его на прием к стоматологу, но вовремя передумала. Какое мне дело до его поломанных зубов?

– Нижайше благодарю, – слегка поклонилась и приняла из рук глазастого мешочек маны – между прочим, гораздо тяжелее того, что представляла в самой смелой фантазии.

Проглотила все до капли. Вот теперь-то можно разгуляться!

Щелкнула пальцами, раздвигая столы и освобождая место для импровизированной сцены. Установила в середине пилон. Поменяла освещение и собственное платье – на облегающее, полупрозрачное и фиолетовое, отдавая дань местной моде.

– Когда предлагал сделать нечто необычное, я не совсем это имел в виду, – пошел на попятный господин Советник. – Знал бы, что будет так жарко, не надевал такой душный фрак.

Ой, так это он еще самого выступления не видел!

Мстительно улыбнулась и вновь щелкнула пальцами. Заиграла бодрая музыка, заглушая роптание остальных ведьм. Нет, девочки, сегодня не ваш день. Это мой звездный час, и я докажу, что не зря получила по наследству ведьминский титул.

– Браво! – Миланья зааплодировала.

А я начала выступление. И пусть публика не совсем обычная, главное сноровка. Ее я не утратила, несмотря на все последние события. Начала с самого простого варианта крутки на пилоне – «лягушки». Такому приему учат всех новичков, но даже его можно превратить в нечто особенное. Ведьмы могут быть грациозными и легкими, я это доказала на деле.

– Очень горячо! – восхищено воскликнул Советник и расстегнул галстук.

Потом ворот рубашки. У меня стало складываться ощущение, что он вот-вот присоединится. Вернее, стащит меня с пилона и испортит всю задумку.

Добавила действу магии. Щелкнула пальцами, крутанулась и подула на пол. И тут же вокруг меня образовалось непроходимое болото. Пилон превратился в тоненькую березку, на которой я и зависла.

Сделала так называемую «птичку», задержалась в таком положении ненадолго. Для опытной танцовщицы ничего особенного, но у демонов аж рога задрожали.

– Это не имеет никакого отношения к ведьмовству! – заорали ведьмы.

– Прогнать ее!

Они попытались, но я отреагировала молниеносно. Взмахнула рукой, и негодяйки тут же превратились в лягушек. Они очень мило смотрелись на моем болоте, а их кваканье подбадривало сильнее музыки.

– Так их! – заулюлюкала разошедшаяся не на шутку Миланья.

Я еще раз взмахнула рукой, и на болоте разрослись диковинные цветы и растения. В небе закружили вороны, взошла полная луна. Каюсь, сперла идею у царевны-лягушки. Обязательно поблагодарю ее за находку, если встречу.

Выступление завершила «веером», и демоны взвыли.

– Достаточно! – объявил господин Советник.

Хлопнул в ладоши, и мое волшебство исчезло. И платье драное вернулось – мне показалось, или оно, и правда, несколько удлинилось? Верно, и декольте стало выше.

Вот ведь ревнивый бес, этот господин Советник!

– Значит ли это, что я получу лицензию на все? – поинтересовалась я.

Ведьмы вновь затараторили, отмерев от заклинания. А так хорошо смотрелись лягушками, и зачем Советник их расколдовал?

– Я подумаю над твоим предложением, – ответил так, будто услышал от меня что-то неприличное.

А меж тем это он делал мне всяческие намеки и даже обещал покровительство в обмен на мое расположение. Не учел господин Советник моих талантов. И очень даже напрасно.

– И сколько же будет продолжаться раздумье? – я не собиралась так просто сдаваться. – Надеюсь, шабаш к тому времени не закончится?

Советник не ответил, а вместо этого приказал всем проследовать в бальный зал. И нас всех, прямо со столами, перенесло в другое помещение. Здесь было темнее и прохладнее. Под мрачными сводами потолка клубился пар. В небольшой нише мелкие демоны играли на свирелях. Несколько козлоподобных существ заканчивали расставлять блюда с едой на расположенных вдоль стен столах. Огромный кабан с мордой лошади вкатил в зал бочонок с вином.

– Прошу отведать нашего угощения! – распорядился Советник.

Миланья схватила меня за руку и поволокла к столу. Прежде чем я успела хоть что-то возразить, она наложила мне целую тарелку маринованных жучков, божьих коровок в меду и копченых пауков.

– Может, не надо?.. – взмолилась я.

– Очень даже надо! – возразила новая подружка. – Ты очень худая, скоро меня догонишь. Так что ешь, кормят тут очень вкусно.

Я засомневалась. Вяла двумя пальчиками паучка, что поменьше, принюхалась. Но так и не решилась попробовать, несмотря на то, что сильно проголодалась.

– Привередничаешь? – уточнил подошедший Советник. – Не привыкла быть настоящей ведьмой?

Не успела достойно ответить, как он подал мне блюдо с шоколадным кексом. Вот будто только из духовки: пышным, еще горячим. За него я была так благодарна, что чуть не простила демонюке его выходки.

– Спасибо, я не голодная! – отвернулась, сглотнув предательски набежавшую слюну.

– Врешь, у тебя живот урчит, – возразил Советник и сунул под нос свой обалденный кексик. – Ну, попробуй, сам пек.

– Лучше сам испеки лицензию, – буркнула я. – Что это за наказание ожиданием? За что? Вот не верю, что надо так много времени, чтобы решить: давать лицензию ли нет.

– Так я уже решил, – фыркнул демон и выпятил могучую грудь, отчего чуть не отлетели пуговицы на фраке. – Но что-то мне подсказывает, что ты сбежишь сразу, как только получишь желаемое. И даже туфельку не оставишь на память.

Ну, что сказать, в проницательности ему не откажешь. Я сюда не развлекаться прилетела и тем более не заводить неприятные знакомства. Мне нужна эта чертова лицензия!

– Я уже потеряла из-за вас шляпу, – проговорила сердито, – лишаться еще и туфель желанием не горю. Так как насчет лицензии?

– А как насчет потанцевать? – ответил вопросом на вопрос господин Советник.

Подал руку, и я приняла ее прежде, чем успела осознать, что творю. Это магия, не иначе!

Глава 15

Советник вывел меня в центр зала, и остальные пары благоговейно уступали ему место. Мою спину сканировали взгляды ведьм-соперниц, но меня это никогда не смущало. Всегда мечтала сделать что-нибудь такое, чтоб стало мучительно больно – завистникам.

– Надеюсь, парные танцы ты танцуешь так же хорошо, как и одиночные, – поддел господин Советник.

– Вы вообще можете просто стоять на месте и не двигаться, – отозвалась я. – Такие профессионалы, как я, даже бревно могут превратить в партнера для танцев.

Демона задел мой ответ. Губы его сложились в тонкую линию, а глаза опасно сверкнули. Он склонился ко мне и жарко прошептал на ушко:

– Я не так плох, как тебе кажется. И ты просто вынуждаешь меня это доказать.

Грянула музыка. Под страстные мелодии вальса Советник уверенно обнял, и мы закружились по залу. У демона, несмотря на кажущуюся грузность, обнаружились прекрасный слух и чувство ритма. Его звериная грация вкупе с уверенностью и ловкостью заставили меня ненадолго подчиниться и позволить себе невиданную роскошь – быть ведомой. Голова закружилась, все плыло перед глазами. Горячая ладонь демона слишком явственно ощущалась через тонкую ткань платья. Вторая его рука сжимала мою – так нежно и уверенно одновременно, что я поразилась собственной реакции.

– Весь вечер мечтал об этом моменте! – признался Советник.

А я не смогла ответить. Во рту пересохло, как после длительной пробежки. Язык прилип к небу, а меня все кружили и кружили по залу. Я будто бы уплывала куда-то далеко, парила, не чувствуя под собою пола. Летела, свободная и счастливая.

В какой-то момент поняла, что все это мне не мерещилось. Не будто бы парила, а действительно приподнялась над полом. С каждым новым кругом демон уверенно направлялся к окну, но я была не в силах остановить его.

– Не волнуйся, не упадешь! – сообщил он с улыбкой.

Заметил, демонюка, что я крепче в него вцепилась. Его выходка в прямом смысле вывела меня из состояния равновесия. А уж когда мы покинули стены замка и закружились сначала по мосту, а после по пустынному саду, стало совсем не по себе. И атмосфера еще такая… Как бы то получше описать? Соответствующая, вот!

Полная луна сияла на черном небе, вдалеке ухала сова, перебивая льющуюся из окон замка музыку. И мы – демон и ведьма, вальсировали среди голых, причудливо изогнутых стволов деревьев.

– Прекрасная ночь! – восхитился Советник.

– Для чего? – заинтересовалась я.

Приказала себе не поддаваться его демоническому обаянию, но сердце как бешеное стучало в груди. Не чувствовала усталости и сонливости. Эйфория, как драгоценное вино чашу, переполняла меня и выплескивалась через края.

Советник внезапно остановился, и я буквально впечаталась в его грудь. Хотела отстраниться, но он не позволил:

– Как насчет сбежать с этого шабаша и продолжить банкет где-нибудь в другом месте? К примеру, в моем особняке?

И бровь так вопросительно изогнул – тем жестом, от которого любая ведьмочка упала бы в обморок от переизбытка чувств.

Только не я. Давно перестала обращать внимание на внешний лоск и красивые слова. Мне подавай дело!

– Как насчет прямо сейчас дать мне генеральную лицензию и отпустить домой? – спросила напрямую. Заметила обиду в глазах демона и добавила: – Вы, господин Советник, умеете красиво ухаживать. Но мне сейчас немного не до этого.

– По меркам ведьм ты еще молода и неопытна, – Советник попытался взять штурмом неприступную меня и положил обе ладони на мою талию. – Тебе просто необходим опытный наставник. Тем более, учитывая то, каким делом ты решила заняться.

Щелкнула пальцами, и вместо платья оказалась закованной в рыцарские доспехи. Когти демона жалобно клацнули о сталь, и ладони непроизвольно разжались. Скорее от неожиданности, чем от испуга. И все же моя талия, да и вся я, оказались спасенными от демонически будоражащих объятий.

– А какое дело? – переспросила невинно. – Подумаешь, туристический бизнес. Любая ведьма с этим справится. А у меня есть способности, рвение и неистовое желание стать лучшей в своем деле.

– Почему ты так противишься отношениям? – Он и не думал переключать разговор на другую тему. – Что плохого в том, чтобы иметь покровителя? Или любовника? Я же вижу, что нравлюсь тебе. Даже под этой чертовой броней видно, как высоко вздымается твоя грудь. Так к чему эти излишние отговорки? В низшем мире не приняты долгие ухаживания, хоть жизнь наша гораздо дольше людской. Но разве это причина тратить ее на долгие размышления и лишние сомнения? Стоит оно того?

Та-то я никогда не была против завести роман. А, может быть, даже семью. Правда, никогда не представляла, что мужем и отцом детей станет рогатый и упрямый демон.

Не доверяла я ему. Никому тогда не доверяла, слишком привыкла надеяться только на себя. Я только-только начала делать первые важные шаги в новом для меня деле, можно сказать, в профессии. И очень не хотела давления со стороны. Часто видела, как девочки соглашались на ухаживания продюсеров и спонсоров. А после оказывались у разбитого корыта: брошенные, никому не нужные.

Все же хотелось отношений, которые стали бы спасением от дерьмовой и не всегда справедливой жизни, а не ее причиной.

– Мы друг друга совсем не знаем, – сообщила я. – Не понимаю, как там принято у демонов, но я слишком долго была человеком и как-то привыкла. И, знаете, господин Советник, не хочу изменять этой привычке. Просто потрясающе, когда тебя добиваются, совершенно не зная. Но куда приятнее, когда любят, зная и принимая со всеми недостатками.

Что-то мне проперло на разглагольствования, демон аж опешил от такого признания. Да я и сама поразилась. Хотя, все что сказала в романтическом припадке, было чистейшей правдой. Пусть и не свойственной ведьмам.

Демон заметно приуныл. Постучал по моей броне в области груди, точно по звуку проверяя – есть ли внутри сердце. Весьма странный жест для демона.

Но меня он отчего-то тронул.

– Я подумаю над твоим предложением, – сообщил господин Советник после непродолжительной паузы.

– Над каким именно? – уточнила я. Сложила руки на груди и прищурилась. – Надеюсь, вы имеете в виду генеральную лицензию?

– И ее тоже.

– То есть я получу то, что заслужила? Ведь я сдала экзамены, выполнила все задания комиссии. И даже немного больше. Когда можно приступать к работе?

Моя настойчивость поразила и восхитила демона. Он даже прищелкнул языком и сверкнул глазами.

– Да хоть сегодня, – ответ поразил в самое сердце. Сильнее, чем стрела амура. – Но при одном условии.

– Каком же?

Буквально всеми фибрами души чувствовала подвох. И он не заставил себя ждать.

– Я буду присматривать за тобой и твоей работой, – сообщил Советник. – Выделишь мне одну из комнат в отеле, которую я смогу посещать в любое время. Понаблюдаю пару человеческих месяцев, а там решу, стоит ли давать лицензию. Обещаю, что не стану досаждать гостям.

– А хозяйке?

– Вот этого, к вашему сожалению и моему счастью, обещать не могу и не буду. И вообще, я бы назвал это не досаждением, а ухаживанием. Ты ведь этого добивалась, ведьма?

Да ни фига подобного! Я в страшном сне не могла представить, что этот демонюка будет жить со мной в одном доме. Будто мало мне было того, что он заявлялся в любое удобное ему время. Теперь вообще пропишется?!

Врешь, не возьмешь!

– Если вы надеетесь, что ради вас я стану изменять своим привычкам или позволю вмешаться в бизнес, то сильно ошибаетесь. По неуживчивости и коварству я могу сдать экзамен на отлично. Так что пообещайте не будить во мне ведьму и попадайтесь на глаза пореже, иначе я за себя не ручаюсь, господин Советник.

– Бизнес – неправильное слово, – заверили меня, – для ведьмы. У нас это принято называть работой по лицензии.

Как же он меня достал с этими лицензиями! С чего вдруг демоны стали такими правильными, готовыми соблюдать правила и законы. Неправильное у меня было представление о нижнем мире. Ох, и неправильное! Второго такого сноба, как Советник, еще поискать.

И все же…

Господин Советник не навредил мне, несмотря на отказ стать его фавориткой. И даже не был предвзят во время экзамена. Так что надо отдать должное: не зря он занимает высокий пост. И хоть и демон, ведет себя по-человечески. Почти всегда. Особенно когда не пытается затащить в койку и не смотрит так, как сейчас.

У меня доспехи едва не плавились под его обжигающим взглядом. И сама я.

– Все равно, как это называется, – проговорила внезапно охрипшим голосом и облизала пересохшие губы. – Суть от этого не изменяется. Я буду заниматься делом бабки и стану получать за это ману. А если вы, господин Советник, еще раз скажете слово «лицензия», я вас покусаю, клянусь.

На демонически красивом, мужественном лице отобразилось ехидство, помноженное на плохо скрываемую страсть. В глазах черти заплясали ламбаду.

– Ли-цен-зи-я, – по слогам проговорил демон. Скинул смокинг и развел руки в стороны: – С какого места начнете кусать, сударыня ведьма? Я весь в вашем полном распоряжении.

Нахмурилась и скрестила на груди руки, запрещая себе даже думать о том, чтобы прикоснуться к могучему телу Советника. Ох, и провокатор! Одно слово – демон.

– Не уверена, что на вкус вы хороши, – призналась вслух и принюхалась. – Как бы не отравиться. Или не обжечься ненароком.

К слову, пахло от него вовсе не серой или смрадом (именно так по моим прежним представлениям должны были пахнуть демоны). От мощного тела Советника исходил едва заметный аромат хвои, древесной коры и мускуса. Весьма заманчивый аромат для молодой ведьмы. Тем более такой неопытной и молодой.

– Ведьма не может отравиться демоном, – уверил Советник.

– Проверяли на собственном опыте? – уточнила я и ехидно прищурилась. – Уж не с Зеленой ли? Это после встреч с вами она изрыгает сильнейшие проклятия? Побочный эффект, так сказать?

Вместо ответа Советник рассмеялся. Запрокинул голову и хохотал так, что деревья едва ходуном не заходили. А когда отсмеялся, утер уголки глаз когтистыми пальцами и игриво поинтересовался:

– Ревнуешь?

– Вот еще! – фыркнула в ответ и отвернулась. Нетерпеливо притопнула, добавив: – Мне вообще все равно, сколько ведьм побывало в вашей постели. Я туда не собираюсь.

– Согласен! – объявил демон. Объявил громко и радостно. – Будем спать в твоей постели.

– Что-о-о?.. – от негодования я на секунду потеряла дар речи.

Повернулась и обдала демонюгу таким взглядом, что мухоморы съежились. А Советнику хоть бы что: стоял, улыбался.

– Нет у вас на это лицензии! – объявила гордо.

А что, ему можно отмахиваться от любых моих просьб подобными методами. Вот пусть сам попробует свое лекарство.

– Придумаем! – тут же нашелся Советник. – Так уж вышло, прекрасная Зена, что именно я отвечаю в нижнем мире за разработку новых видов лицензий.

Удивилась ли я? Разумеется, нет! Вполне ожидаемый ответ. Для демона. Вот только вопреки гласу рассудка губы мои дрогнули в улыбке. Всегда любила находчивых мужчин. Настырных и острых на язык, как я сама. Почувствовала, как в душе словно началась оттепель: чаще забилось сердце, стали распускаться бутоны первого, тревожного и одновременно прекрасного чувства. Почувствовала себя смелой, готовой на самые сумасбродные поступки.

Влюбилась в демона? Чистой воды сумасшествие!

Но ведь никогда не узнаешь, насколько глубоко твое безумие, пока не встретишь того, кто сведет тебя с ума.

– Всего недоброго, господин Советник! – проговорила чопорно.

Не придумала ничего лучше, чем сбежать, оставив в этот день Советника с носом, рогами и копытами. Ага, и несколькими десятками ведьм, жаждущих демонически притягательного тела.

– Арихарм, торибам, морибам! – проговорила заклинание и выставила вперед руку. – Ко мне!

Метла угодила точно в раскрытую ладонь. А вот выдержать мой вес в доспехах не смогла, и едва не сложилась вдвое от тяжести.

– Кое-кто забыл, что наколдовал! – хохотнул демон. – Пагубная привычка для ведьмы.

– Ничего я не забыла, – буркнула недовольно. – Решила поставить эксперимент, только и всего.

Щелкнула пальцами, возвращая платью прежний облик. Удобнее утроилась на метле, крепко обхватив ее руками и ногами. Паршивка хотела было кувырнуться, как любила это делать. Пришлось слегка осадить:

– Только попробуй показать Советнику мои трусы – сожгу собственноручно!

Метла скрипнула веточками и перестала брыкаться. Даже скорости прибавила от страху.

– До скорой встречи, воинствующая Зена! – донесся окрик Советника снизу. – Кстати, с Зеленой мы никогда не встречались.

– Мне все равно! – выкрикнула в ответ.

Соврала. На самом деле было дьявольски приятно знать, что у господина Советника не настолько дурной вкус, чтобы встречаться с такими противными ведьмами. В конце концов, он в моем доме станет жить, еще принесет от мерзавки какое-нибудь проклятье. Лечись потом.

То есть, придумывай заклинание, очищай от скверны дом и прилегающие территории.

Глава 16

Домой вернулась на рассвете и первым, что увидела, были, конечно же, заросли фиолетовых гигантов. Эх, и разрослись они за ночь. Уже на холм поползли, подбираясь к замку. А все почему? Да потому, что один неугомонный князь не мог смириться с мыслью, что ему не под силу выкорчевать какие-то там сорняки.

Он до сих пор пилил одно из деревьев, вооружившись бензопилой. В каске, очках, с обнаженным торсом, смотрелся он весьма мужественно в лучах восходящего солнца. Ну и пусть, что рабочие брюки, руки и грудь изляпаны фиолетовым соком. Зато сколько азарта, сколько удали!

Стерла «косметику», «зашила» платье. Словом, вернула себе обычный вид. Даже метлу отправила в дом, отдыхать. Подкралась к Каллистрату и похлопала по плечу:

– Не надоело?

К моему удивлению и некоторому расстройству, он даже не подпрыгнул от удивления. Обернулся так, словно только и ждал моего возвращения.

– И как это вы оказались на этой стороне? – спросил и, осмотрев с головы до ног, уточнил так, будто имел на это право: – Да еще и в таком виде?

То ли от усталости, то ли от врожденной вредности, но лохмотья я зачем-то сменила на пижаму – розовую такую, с забавными уточками и сердечками. А на ноги напялила домашние тапочки в виде пушистых зайцев. В общем, наряд, совершено не подходящий ведьме. Да и девушке, прогуливающейся по утреннему лесочку.

– Моя территория, в чем хочу, в том и расхаживаю! – предупредила князя. Щелкнула пальцами и от злости и подаренной демоном маны разом выкорчевала все гиганты. Бесследно. – Может быть, теперь вы успокоитесь и отправитесь восвояси?

Громко зевнула, прикрывая рот ладонью. Спать хотелось так, что хоть прямо на травку ложись, не сходя с места.

А вот Каллистрат, похоже, совершенно не устал. Напротив, был так воодушевлен, что решил напроситься на чай. А еще вручил мне потрепанную, порядком испачканную, но мою шляпу. Ту самую, в которой я явилась на его торжество. И которую потеряла, пока демон пер меня через весь лес.

– За шляпу спасибо, но чая не будет, – отозвалась ворчливо. – Теперь я могу пойти к себе и нормально выспаться? Да, и технику свою заберите, пока и ее не развеяла в пух.

– Где же вы были всю ночь? – недовольно прищурился князь.

– На шабаше, – устало отозвалась и снова зевнула. – Это что-то вроде светского раута, только с участием ведьм и демонов. Еще будут вопросы?

И кто дал этому князю право меня допрашивать? А главное, почему я отвечала? Наверное, хотела поскорее избавиться от преграды на пути и была на грани того, чтобы призвать метлу и мгновенно переместиться домой. Приказать запереть окна и двери. И, наконец, провалиться в глубокий сон.

Но упрямец князь все не отставал. И даже взял за руку, точно почуяв, что я вот-вот сбегу.

– Демоны, говорите?.. ― произнес задумчиво и недовольно. – Теперь вы представляетесь не только ведьмой, но еще и общаетесь с потусторонними силами? Регресс налицо. Вам срочно нужно в больничку.

– В кроватку! – возразила я. – Отоспаться, пока не начудила чего-нибудь. К примеру, не превратила вас в мухомор и не закусила на завтрак.

Князь меня будто не слышал. Заглянул в глаза, прищурился и выдал новый вопрос:

– И что же за демоны вам мерещатся? Мускулистые особи с шикарными рогами и кулаками размером с перезревшую тыкву? Может быть, с узкими бедрами и сильными ногами?

– Не, не такие, – отмахнулась я. – Пришлось всю ночь отбиваться от ухаживаний одного козлобородого громилы с замашками повелителя мира. И с чего он решил, будто я буду рада его покровительству? Не такой уж он и притягательный, каким себя мнит.

– Что-о-о?.. – охнул и вытаращил глаза Каллистрат. Впрочем, быстро взял себя в руки и вернул лицу привычное надменное выражение. – Говорю же, регресс налицо. Вам срочно нужна помощь.

Как же меня достали эти помощники. Навязались на мою разнесчастную голову, как мухи на мед налипли. А я ведь вовсе не собиралась в ближайшее время обзаводиться отношениями. Даже ради собственной выгоды и спокойной жизни.

– Идите уже в ад, князь Долгорукий! – посоветовала я, одновременно освобождаясь из его цепкого захвата.

– Что, простите? – он снова притворился глухим и не собирался отходить с дороги.

– В сад, говорю, идите, погуляйте, – снова предложила я. – Может быть, отыщете там другую девушку, нуждающуюся в защите и покровительстве. Мне сейчас не до вас и ваших предложений. Все о чем могу мечтать, это крепкий и продолжительный сон. К тому же…

Договорить не успела. Из распахнутого чердачного окна послышался нечеловеческий вопль. В нем смешались боль, страх и отчаяние. И, что самое главное, голос этот я узнала по первой надрывной ноте. Принадлежал он не кому-нибудь, а Драго.

– Что это было? – уточнил Каллистрат.

– Понятия не имею, – призналась я. – Будем разбираться.

Сон – и крепкий, и продолжительный – пришлось отложить. И, расправив плечи и приказав себе не дрейфить, идти навстречу неизвестности. Точнее, по направлению к дому.

– Я с вами! – шагнул вперед Каллистрат.

– Настоятельно не рекомендую, – буркнула на ходу. – Если вы уж в ведьм не можете поверить, то встреча с гостем из другого мира может стоить вам рассудка.

– Ха! – возразил он. – Вы напрасно считаете меня впечатлительным трусом. Между прочим, мой предок боролся с сущим злом задолго до вашего рождения. Доставшиеся по наследству гены не позволят мне бросить в беде хрупкую девушку. Даже если та мнит себя ведьмой.

Да и бесы с ним, разрешила идти со мной. Если человек, да еще и такой упертый, решил, будто бессметный, ему даже ведьма не поможет. А меж тем в дом могло пробраться что угодно из нижнего мира. Хотя господин Советник и выдал мне вроде бы надежный замок, его сила тоже может оказаться не так велика.

Из дома донеслось утробное рычание. И принадлежало оно уже не Драго, а кому-то более крупному, голодному и злому.

– Вы завели тигра и забыли покормить? – поинтересовался князь, стоя на пороге.

– Нет, – вяло отмахнулась я. – Поверьте, соседушка, тварь с таким голосом может сожрать парочку тигров на завтрак и попросить добавки.

Осторожно приоткрыла дверь, заглянула внутрь. Каллистрат, как истинный джентльмен, оттеснил меня и вошел в дом первым. Пришлось позволить – даже не из вежливости. Раз такой смелый, пусть его и сожрут первым.

– Никого нет, – произнес он и приглашающе махнул рукой. – Можете войти.

Да неужели? Мне любезно разрешили войти в собственный дом?

– Драго? – позвала я, едва ступив за порог. – Что тут стряслось.

– Тише!.. – послышался громкий шепот хранителя. – Она только уснула…

– Кто? – так же шепотом уточнила я. – Ты где вообще? Почему не встречаешь хозяйку?

– Тут…

Пошла на шепот и обнаружила Драго на чердаке. Хранитель прятался в сундуке, под старыми одеяниями бабули. Он трясся так, точно был обычным котом, застигнутым за поеданием сметаны. Даже в объемах уменьшился, став размером едва ли не с крысу.

– И что это значит? – не поняла я. – Почему хранитель прячется в сундуке, пока какая-то неизвестная тварь хозяйничает в доме? Она что, прорвалась через замок демона? Не верю!

– Да тише ты! – шикнул на меня Драго и сильнее съежился. – Найдет нас, мало не покажется.

Каллистрат кашлянул, привлекая к себе внимание. Забавно, но его не удивил ни говорящий кот, ни разговор про демона. А вот наличие существа с нижнего мира, похоже, почуял. Потому как стал принюхиваться и зыркать по сторонам так, словно сканировал пространство.

– Здесь явно попахивает колдовством, – со знанием дела произнес он. – Очень сильным, я бы даже сказал могущественным.

Да неужели?! Мы с Драго переглянулись, котяра даже незаметно покрутил пальцем у виска. Я нервно хихикнула.

Веселье быстро сошло на нет, когда из распахнутой двери дохнуло сквознячком, а пред нами предстал Монстр. Именно так, с большой буквы.

Серый, с красными глазищами и раздутыми боками, незваный гость походил на волосатый воздушный шар невероятных размеров. Он оскалил пасть и издал пронзительный вопль, от которого у нас заложило уши. Вот только в крике этом не было угрозы. Это было похоже на вопль ужаса и боли одновременно.

– Уберите ее от меня! – Заорал Драго. – Она хочет меня сожрать!..

Она? Мы с князем переглянулись: с чего это котик так точно определил пол существа?

– Ежка?.. – предположила я.

В этом огромном звере сложно было признать милое, беззащитное создание. И все же при упоминании своего имени, кошечка издала новый вопль и ринулась ко мне. Навалилась всем телом и попыталась лизнуть лицо.

Бока ее подозрительно шевелились. Но сожрать меня, в отличие от Драго, ежка не собиралась. Кажется, она сама не понимала, что с ней происходило. И просила защиты.

Или спасения.

Каллистрат с умным видом обошел вокруг нас с кошечкой, присмотрелся. Попытался ощупать тело страдалицы, за что чуть не лишился головы.

– Поздравляю, ваш зверек бременен! – авторитетно заявил князь. – И он, вернее она, рожает.

– Эк тебя угораздило, – посочувствовала я ежкиной кошке. И прикрикнула на притаившегося в сундуке хранителя: – Драго! Не хочешь ничего мне объяснить?

Послышалась возня, и хранитель опасливо выглянул из-под крышки:

– А сама будто маленькая, не понимаешь… Ты же знаешь, хозяйка, как долго я сопротивлялся. Но она меня все же уговорила. Я уменьшился в размерах и… Вот! А так все хорошо начиналось…

Я погладила ежкину кошечку, попыталась успокоить. Это какой же у девочки, должно быть, шок? Только добилась кота своей мечты, как на тебе – уже беременна и готовишься к родам. Тут любая озвереет. Так что я не удивилась, что она пыталась сожрать Драго. Так сказать, избавиться от первопричины своих бед.

– Согласился на свою голову, – продолжил жаловаться хранитель. – Она высосала из меня все силы. А когда я попытался вырваться, чуть не сожрала. Только вот в сундуке и удалось спрятаться, пока она, набегавшись, уснула.

– Интересный вид, – заметил Каллистрат. – Удивительно короткий период вынашивания. А силы, скорее всего, самке крайне необходимы, чтобы не умереть самой. Это инстинкт – убей самца, но выноси и произведи потомство.

– Не удивительно, что ежкины кошки такие редкие создания, – мявкнул Драго. – Вымерли все, при таком жестоком истреблении половозрелых самцов. Это ж надо: сожрать ради продолжения рода. Я ж не богомол какой-нибудь, а целый потомственный хранитель!

– Придурок ты редкостный, – оборвал его жалобы князь. – Надо было изучить объект, а уж потом на него наскакивать. Так что сам виноват.

– И вообще, хватит жаловаться, помогай лучше, – добавила я. – Не знаю почему, но мне кажется, твои отпрыски вот-вот появятся на свет. Так что тащи чистые простыни, горячую воду. А я пока приготовлю обезболивающее – надо помочь девочке.

– То есть то, что она пыталась меня сожрать, вас не волнует?! – возмутился хранитель.

Позабыв о страхе, выполз из сундука и состроил обиженную физиономию.

– Не делай вид, что тут ни при чем, – посоветовал ему князь.

– И выполняй указания хозяйки, – добавила я. – Сначала примем роды, а уж после разберемся, кто кого сожрет.

Князь любезно согласился присмотреть за ежкиной кошкой, пока я готовлю снадобья. Расстелил для нее чистое покрывало на полу, подал воды и даже показал, как правильно дышать. Такой милый.

Ежка тоже оценила старания и даже позволила Каллистрату себя осмотреть. И я спокойно отправилась на кухню. Посетила было идея помочь ежке с помощью магии, но я не решилась на подобный шаг. Существо действительно неизученное, так что мана могла навредить. Да и вмешиваться в процесс родов без подготовки – слишком опасно.

О самом процессе я знала не так много. Когда-то спросила у мамы, как это, когда рожаешь. На что получила исчерпывающий ответ: помнишь, ты как-то слопала ведро слив и сутки маялась несварением? Вот примерно так же, только в сто раз хуже.

После подобных объяснений испытывать процесс на себе не слишком-то хотелось. Да и не было рядом того, кого могла бы представить отцом своих деток. А ежке вон как «повезло».

– Драго, кончай причитать! – осадила я распричитавшегося хранителя. – Не делай вид, будто тебе хуже, чем ежкиной кошке.

– Она меня покусала вообще-то! – возразил он. И продемонстрировал небольшую ранку на шее. Ну, такую, какую могла оставить самочка острыми зубками в порыве страсти.

– Ты серьезно?! – едва не треснула хранителя ковшиком. – Считаешь, что тебе больнее? А ты представь, что тебе нужно вытолкать арбуз через отверстие для персика, тогда сразу полегчает.

Впечатлившись, Драго набрал таз воды и отправился наверх – ассистировать князю. Из того получился неплохой акушер, хотя он впервые столкнулся с ежкиной кошкой.

– Я нащупал шесть детенышей, – поделился он результатами осмотра. – Роды будут долгими.

О крепком и продолжительном сне мне пришлось забыть. Хоть после обезболивающего кошечке стало чуток легче, когда пришло время потуг, от ее криков пробудилась вся округа. Драго трясся от страха в углу и боялся приблизиться. Я откровенно паниковала, переживая за ежку, как за саму себя. И только князь был невозмутим и активен.

– Голова родилась, глазом хлопает! – радостно объявил он. – Скоро появится первенец!

Я присмотрелась к Драго. Он фыркнул:

– В нашем роду циклопов не встречалось. Похоже, ежка путалась с кем-то еще. Вот его бы и сожрала. А то придумали, понимаешь, кто последний – тот и папа.

– Ошибочка, это была не голова, – сообщил Каллистрат. – И не глаз. Я вообще не понимаю, что и где у этих маленьких колючек!

Через три минуты на свет появился первый котеночек. А потом еще пять – все, как на подбор, девочки. Хорошенькие такие, пушистые, просто загляденье.

Их вместе с усталой, но счастливой мамой разместили в сундуке. Малыши ежки тут же принялись пить мамино молоко (или что там у ежкиных кошек?) Чем больше пили, тем быстрее уменьшалась в размерах мамочка. Похоже, питались они не только молоком, но и высасывали силу. Которую ежка, в свою очередь, получила от Драго.

– Теперь-то вы верите в ведьм и магию, князь? – поинтересовалась я.

Каллистрат утер рукавом выступившую на лбу испарину, облегченно выдохнул. Видок у него был, как после ядерного взрыва. И все же князь справился на отлично. Я бы не отказалась, чтобы во время моих родов именно он стал акушером.

– Теперь я во что угодно готов поверить, – признался он. – В розовых единорогов, Деда Мороза и Пасхального зайца. А еще в настоящую любовь. Только она могла соединить кота с ежом, да еще и подарить им потомство.

Глава 17

– Может быть, угостить вас чаем? – решилась предложить, несмотря на усталость.

Каллистрат заслужил, несмотря на все прошлые прегрешения. Не каждый мужчина согласится принимать роды, да еще и у неведомой зверушки. К тому же он наконец-то поверил, что я ведьма. А это многое значит. Может быть, теперь он передумает выгонять меня с насиженного места?

– Было бы неплохо, – согласился князь. – А как насчет блинчиков? Обожаю их со сметаной и вареньем.

Нет, я ему благодарна. Но не до такой степени, чтобы в моем-то состоянии готовить блинчики.

– Бутерброды с сыром и колбасой сойдут? – решила пойти на компромисс.

Каллистрат согласился, хотя заметно расстроился. Но вместо того, чтобы обидеться, решил испечь блинчики сам. Вернее, оладьи, потому как хранившееся в холодильнике молоко успело скиснуть.

Надо сказать, в фартуке и с венчиком в руке князь смотрелся аппетитнее самих оладий. Когда замешивал тесто, мышцы его спины так заманчиво напрягались, что мне пришлось настучать себе по рукам. Искушение было слишком велико.

– Не знала, что аристократы умеют готовить, – поделилась мыслями. Вернее, решила отвлечься разговорами.

– Это одно из многих моих увлечений, – насмешливо сообщил Каллистрат. Обернулся и подарил обворожительную улыбку. – Еще я изучаю вымирающие виды животных, увлекаюсь археологией и коллекционирую старинные рукописи. И просто обожаю женщин, чей ум соперничает с красотой.

Последнее замечание было произнесено с такими чувственными нотками, что у меня сильнее заколотилось сердце. Все же приятно встретить того, кто ценит тебя не за красивую мордашку и аппетитные формы, за взрывоопасный нрав и демоническое упорство.

– То есть вы передумали выселять меня? – поинтересовалась с легким сомнением в голосе.

Каллистрат обернулся, держа в руках сковородку. Подкинул оладьи, и они ловко перевернулись в воздухе. Пожалуй, такой ловкости мог бы позавидовать и фокусник, и опытный повар.

А запах по кухне плыл такой, что я едва слюной не захлебнулась.

– Так что насчет мирного соседства? – проявила настойчивость. – Вы готовы смириться с тем, что рядом с вами поселилась ведьма? Да еще и завела у себя весьма плодовитую любимицу с замашками самки богомола.

Князь улыбнулся. Поставил сковороду на плиту и только после этого ответил:

– Скажем так: я еще не принял окончательного решения. Присмотрюсь к вам, сударыня, понаблюдаю. Если ваше соседство не будет доставлять мне проблем и неудобств, думаю, мы сможем ужиться в мире.

Что ж, не самый желанный ответ. Но уже что-то.

Оладьи оказались такими вкусными, что я слопала приличную стопку, начисто забыв о фигуре. Каллистрат что-то рассказывал об исследованиях, но его слова практически не достигали моего разума. Усталость навалилась тяжким грузом, и я рисковала опозорить звание ведьмы, уснув лицом в тарелке.

– А-уа-а… – зевнула, да так сладко, что прослезилась.

– Не возражаете, если я еще понаблюдаю за вашей кошечкой? – спросил князь.

Этот вопрос ненадолго вернул меня к реальности. Встрепенулась, тряхнула головой и потерла глаза.

– Да-да, буду только рада, – проговорила сбивчиво. – Я тоже мало знаю о ежкиных кошках и тем более не умею ухаживать за ее потомством. Вдруг маленькие ежки решат полакомиться не только маминым молоком и папиной силой? Не хотелось бы проснуться в чужом желудке.

– Не думаю, что до такого дойдет, – не сдержал короткого смешка князь.

Но все же оставил свой телефон и разрешил звонить в любое время.

Я слопала еще порцию оладий, и начала откровенно клевать носом. Каллистрат, кажется, не уставал в принципе. Он ведь все утро рубил фиолетовые деревья, потом помогал ежкиной кошке, кормил ведьму. А теперь вот убрал со стола и вымыл посуду.

Может быть, это гадко с моей стороны, но засыпать под шум воды и перезвякивание тарелок в раковине было чертовски уютно. К тому же Каллистрат пел – надо отметить, не самым противным голосом. Только вот делал это на старом языке, похожем на латынь. И от этих звуков меня срубило окончательно

Каллистрат поднял меня на руки и уверенно понес в сторону спальни. Я мгновенно проснулась, но не подала виду. Пусть только попробует приставать к уставшей и полусонной ведьме. Я ему покажу, где демоны зимуют.

– Брысь с постели! – Каллистрат прогнал развалившегося на моем покрывале хранителя. – Иди лучше проверь, как там твоя кошечка. Воды ей принеси.

– Я к ней близко не подойду, – буркнул Драго.

Как ни странно, но приказа князя он послушался. Спрыгнул с постели и посторонился, позволяя уложить меня на кровать. Сильнее скосил глаза а, заметив, что я не сплю, подмигнул.

– Трус! – обругал его Каллистрат. – Ладно, напою кошку сам, а ты пока… не знаю, крыс, что ли, полови. Только тихо, не мешай хозяйке спать.

Драго свалил так быстро, точно ветром сдуло. А Каллистрат укрыл меня покрывалом, присел рядом и поцеловал. В щеку, почти невинно. Но я напряглась.

– Надеюсь, вы не собираетесь воспользоваться моим беззащитным состоянием, – пробубнила опасливо.

Нет, не потому, что боялась князя. Скорее опасалась собственной на него реакции.

– Это вы-то беззащитная, сударыня ведьма? – хохотнул он. – Проще сунуть голову в пасть тигра, чем попытаться взять вас силой.

– То есть, если бы не мои способности к магии, вы бы воспользовались? – уточнила, прищурившись.

– Я предпочитаю иные методы, – возразил он.

Сон как рукой сняло. Села в постели и, сложив руки на груди, поинтересовалась:

– Это какие же?

– Для них вы слишком устали, – разочаровал князь. Поднялся и направился к двери: – Доброй ночи. Если понадоблюсь, вы всегда знаете, где меня найти.

Дрыхла я до рассвета следующего дня. Наверное, проспала бы еще, но разбудили дикие, нечеловеческие (и даже не кошачьи) вопли Драго. Дом буквально сотрясался от его топота, падали шкафы, звенела посуда.

Пришлось вставать, пока все бабулино наследство не превратилось в руины.

– Драго! – рявкнула я. – Как не стыдно будить уставшую хозяйку?

– Как не стыдно порядочной ведьме оставлять хранителя на растерзание неизвестной зверушке? – раздался вопль с чердака.

Котяра вновь спрятался шкафу и захлопнул дверцу. Ежка фыркала, топорщила колючки и пыталась добраться до своего неудачливого суженого. На ее коротеньких лапках обнаружились вполне себе приличные коготки – такими запросто можно открывать консервные банки. Кованая дверка тоже почти поддалась, так что прибыла я вовремя.

– Ежечка, не ешь его, он ядовитый, – на полном серьезе посоветовала малышке.

Кошечка вдвое уменьшилась в размерах и выглядела какой-то помятой. Что, в принципе, не удивительно, при шести-то оглоедах.

– Между прочим, я все слышу! – недовольно буркнул Драго. – Слушай, давай, ты засунешь ее обратно в шляпу, и все дела. И котят ее туда же.

– Между прочим, ты говоришь о собственных детях! – рявкнула я. Каков наглец: на любовь, значит, согласился, а «саночки» ежка одна должна тягать? Нет уж, милый, не прокатит. – Полагаю, девочке нужны силы, чтобы кормить малышей. А ты сразу в шкаф.

Ежка кивнула, подтверждая мои слова. И с удвоенной энергией начала ковырять дверцу, добывая кормильца из укрытия.

– Да? А кто запретил мне питаться местными? – испуганно взвизгнул Драго. – О моих обязанностях ты помнишь, а как насчет своих? Когда ты меня в последний раз кормила?

Незадачливая ведьма (то бишь я) приуныла. Есть такой косяк, забыла про хранителя со всеми этими передрягами. Так ведь я не знала, что ему понадобится столько мощи. Он же не предупредил, что собирается обзаводиться потомством, еще и так быстро и в таких количествах.

– Твоя взяла, виновата, – созналась уныло. – Сейчас попробую исправиться.

Поманила за собой ежку и предложила ей целую тарелку денег. Слопала малышка с удовольствием, но лишь подкормилась сама. Для маленьких ежкиных котят нужна была иная сила. Пришлось отдать ей часть маны, что так любезно передал мне господин Советник.

– Драго! – скомандовала, когда кошечка отправилась к малышам, забыв на время об их непутевом папаше. – Выходи из шкафа, уже можно!

– Точно?..

Хранитель в мгновение ока очутился рядом, но разговаривал шепотом и принюхивался.

– Не волнуйся, наша кормящая мамочка сыта и довольна, – рассказала я. – И тебя покормлю, есть у меня одна знакомая оборотница, у которой муж на станции переливания крови работает. А пока берись за работу.

– Это какую же? – Драго уселся на пятую точку, задрал лапу и начал вылизываться. – Дом ф полфомпоряфке, гофтей не прифло…

Нет, ну он достал своими замашками! Вытянула ногу и легонько толкнула, чтоб не смел больше при мне вылизываться.

– Тоже мне, породистый аристократ! – съязвила ворчливо. – Нет, я, конечно, понимаю, когда коту делать нечего он… гм, зад вылизывает. Но ты-то хранитель в третьем поколении!

– В трехсотом! – возразил Драго раздраженно и передумал вылизываться. – А что мне прикажешь делать? Вот с прошлыми ведьмами скучать не приходилось: то морок на путников наведут и в болото заманят. То бурю призовут или туман – красота, только и остается, что вылавливать заблудших «овечек» да спасать от этой мерзкой погоды и опостылевшей жизни. А с тобой что? Тех не тронь, к этим не приставай…

– Сейчас еще раз пну! На сей раз ощутимо, – предупредила строго. – Ишь, распричитался. Не нравится со мной, поищи другую хозяйку. А я другого хранителя возьму, посговорчивей.

Вообще-то я блефовала, так сказать брала на понт. Но это сработало. Драго подпрыгнул на месте, сильнее скосил глаза и жалобно мявкнул:

– Ты чего, хозяйка, давно белены не ела? Так я пойду, наберу пару кувшинчиков, мне не трудно. Или мухоморчиков наберу понаваристее, супчик сварганю. Предложил бы дите непослушное, так ты ведь откажешься?

Он посмотрел вопросительно, и я кивнула.

– Ведьма-веган мне впервые достается, – протараторил Драго. Поймал злобный ведьминский взгляд и продолжил подмазываться: – Так, может, это, поспишь еще часок? Слу-у-ушай, а может, тебе мужичка привести какого посговорчивей. Или понаваристей. А что: у Каллистрата вон такие экземпляры работают – не люди, а овощи. Запечешь со сметанкой, скушаешь, а совести скажешь, что это репка была.

– Как бы у меня с той «репки» несварение не случилось, – воспротивилась я. – А вообще, знаешь, есть у меня на примете один недомужчинка, вот его бы я с удовольствием запекла.

Драго сверкнул глазищами и довольно облизнулся.

– Вот это я понимаю, ведьма! Совсем другой разговор. Куда идти, кого брать? Давай так: мне кровушку, тебе мяско.

Искушение было велико. Но для Макароныча смерть – слишком легкое наказание. Для него я приготовила кое-что посерьезнее.

– Идти тебе в нижний мир, – проговорила и, щелкнув пальцами, создала стопку приглашений. – Вот с этим.

– Что это? – заинтересовался хранитель.

Цапнул со стола один флаер и принялся рассматривать. Прочел надписи и хмыкнул. А что? Так-то к нам давно никто из гостей не захаживал. А мне на заклинания мана позарез нужна.

– Реклама – двигатель торговли! – произнесла я, многозначительно подняв указательный палец. – Раздашь в барах, на улицах и… где там у вас еще низшие жители собираются?

– Так в котельные можно зайти, в пыточные, – начал перечислять хранитель. – Еще много демонов на лесных тропинках обитает и в каменных ущельях.

– В общем, раздашь все, и сразу назад, – приказала. – И не вздумай напиться, как в прошлый раз. Ослушаешься… – призадумалась, подбирая наказание. – Ежку на тебя спущу, вот!

Такой угрозы оказалось достаточно, чтобы Драго схватил флаеры и галопом поскакал в подвал.

А я плотно подкрепилась и принялась за колдовство. Первым делом нашла номер телефона Макароныча, и отправила ему послание:

«Сикабисоланболи болинескули неибинепыхти».

О, это очень древнее и очень сильное заклинание, найденное в пещере одной из самых первых ведьм. Оно полностью избавляет проклятого от контактов с женщинами путем завязывания кое-чего в морской узел. Как только прочла его, так сразу о Макароныче подумала. Правда, раньше у меня маны не было. Зато теперь я не поскупилась и к этому заклинанию добавила понос и кашель – пусть долго меня вспоминает.

Потратила почти всю ману, но нисколько не жалела о содеянном. Оставила совсем немного – себе на красоту да на случай, если во время приема гостей что-то пойдет не так. Внутреннее чутье и пусть малый, но ведьмовской опыт так и кричали: не так пойдет обязательно. Со мной по-другому не бывает.

Глава 18

Ближе к обеду прикатили на старой телеге деревенские женщины. Судя по удивленным лицам, они уже приходили в гости, но натолкнулись на стену непонимания… То есть на стену из фиолетовых деревьев. Теперь же очень удивились и обрадовались свободному проходу.

Марьяна передала вожжи Парашке и взошла на крыльцо. Оправила старенькое платье, подпоясала меховую, выцветшую и местами покусанную молью, жилетку. Осторожно постучала.

– Доброго денечка! – поприветствовала я, распахнув дверь силой мысли.

Фокус удался: глаза Марьяны стали размером с чайные чашки, когда она заметила меня стоящей в дальнем конце коридора.

– И в-вам доброе, с-сударыня ведьма, – поприветствовала женщина, слегка заикаясь. Подумала секунду и поклонилась в пояс.

Другие женщины тоже соскочили с телеги и последовали ее примеру. Даже не знаю, что на них нашло. Прежде мне таких почестей не оказывали. Одно из двух: либо им что-то срочно и сильно понадобилось (из того, что может дать ведьма), либо получение лицензий изменило меня до неузнаваемости. Настолько, что даже люди верхнего мира стали замечать это.

– Проходите, не стоит стоять в дверях, – приглашающе махнула рукой, а дом, не дожидаясь просьбы, выкатил ковровую дорожку – как для почётных гостий.

Женщины постарше застыли, как каменные изваяния. Девушка лет восемнадцати (Иванна, если не ошибаюсь) пронзительно пискнула и чуть не грохнулась в обморок. Что, в принципе, не удивительно при ее хрупком сложении и впечатлительности. Это она еще с Драго не знакомилась. И с ежкиной кошкой и ее прожорливыми котятками.

– Не смеем отвлекать вас от важных дел, сударыня ведьма, – боязливо проговорила Марьяна. – Ой, а мы ведь к вам не с пустыми руками пришли.

Она кивнула женщинам, и Глашка достала из телеги несколько холщовых мешочков. От них исходил едкий, специфический аромат.

– Вот, насобирали, сколько могли, – с придыханием произнесла Параша и положила «сокровища» к моим ногам. – Так старались, так старались… Вы ведь просили запасы пополнить, помните?

Конечно, я помнила о данном обещании покупать у них компоненты для зелий и снадобий. Но никак не ожидала такой прыти. Это ж не спать и не есть надо, чтоб за столь короткий срок столько набрать. Даже высохнуть сырью не дали, вот оно и завоняло. К тому же наверняка лишилось магических свойств.

– Все так плохо, да? – уточнила я.

Только крайняя нужда могла заставить женщин собрать по болотам лягушек, вылавливать в полях кузнечиков, сушить мышей и паков.

– Ой, и не говорите, сударыня-я… – запричитала Парашка, картинно заламывая руки. – Дождей уж почти месяц не бывало. А теперь вот еще и вода из колодцев куда-то сгинула. Как кто сглазил…

– Мы ж в основном с огородов и питались, а тут такая оказия… – покачала головой Глашка. – Как теперь быть, ума не приложим. Вот и решили…

Она кивнула на мешочки, и мне стало так грустно и обидно за этих женщин. Дождь им призвать, в принципе, я могла. Как и вернуть воду в колодцы. Но это лишь временные меры, решение требовалось кардинальное.

– Я с удовольствием куплю у вас сырье, – пообещала я.

Дала знак дому, и три металлических таза важно выплыли наружу, забрали мешочки и утащили в подвал – чтоб недосушенные жучки-паучки всю кухню не провоняли.

– Вот вам за работу, приходит еще, – поблагодарила и передала женщинам большую часть «наеденного» ежкой добра. Мне не жалко, вопреки распространённому мнению, я так и не стала настоящей злой ведьмой. И человеческая моя сторона рыдала от чувства несправедливости.

Глаза Парашки алчно загорелись. Но только она потянулась к набитой купюрами корзине (ну да, что было под рукой, туда ведьма и складывала добро), как Марьяна треснула ее по загребущей ручонке.

– Здесь слишком много, сударыня ведьма, – женщина оказалась гордой, хоть и бедной. – Мы не можем столько взять, это неправильно.

– Да вы не бойтесь, они честным путем добыты, – заметила слегка обиженно. Ежку же я сама сделала, так что, и правда, честно.

– Нет, сударыня ведьма, это неправильно ― у вас деньги брать, – отказалась Глашка и спрятала предательски подрагивающие руки за спину. – Вот если бы дождичка…

– Или мужей вернуть… – вздохнула Марьяна. – Хотя у них, наверное, уж другие семьи. Но денег мы за просто так все одно не возьмем. Овощи созреют, грибов-ягод наберем, еще и поохотимся – мы этому тоже научились. Как-нибудь зиму переживем.

Вот ведь упрямицы! Давненько мне не попадались такие экземпляры. Похоже, в местных лесах водится вымирающий вид русских женщин, которых надо бы занести в «Красную книгу».

– Нет девочки, хватит горбатиться, – решила я. – Овощи ― это хорошо, а вот согнутые знаком вопроса спины – совсем не тот крючок, на который стоит ловить мужчин. Предлагаю подработать в отеле!

Женщины переглянулись. Те, что помоложе, испуганно вздрогнули, но в глазах их горела решимость.

– А что делать надо будет? – деловито осведомилась Марьяна. – У нас особых навыков-то нет. А если гости капризные?

– За это не волнуйтесь, жильцы ко мне приходят непривередливые, – сообщила я. И задумалась: как бы так сказать, чтобы не напугать и всю суть объяснить. – Непривередливые, но не совсем обычные. Точнее, очень необычные. Словом, впечатлительным лучше с ними не встречаться.

– Сударыня ведьма, мы столько пережили, столько повидали, что нам уже ничего не страшно, – ответила за всех Марьяна. – Лишь бы платили исправно да не обижали. Правда, девочки?

Женщины дружно покивали.

– Тогда прошу за мной, – я снова приглашающе махнула рукой. – Дел предстоит немало. Сегодня ночью должно прибыть больше пятидесяти гостей. Им нужно оказать должный прием. Так что работы у нас навалом!

До самой темноты мы готовили комнаты: развешивали паутину, засыпали полы пылью и наносили на окна толстый слой копоти. Еще расставляли свечи, фигурно раздирали и обрабатывали хлоркой шторы – так, чтоб походили на старинные, порванные и выцветшие от времени. А еще готовили нехитрое угощение. Даже принесенные женщинами запасы в ход пошли – докопчённые и выложенные на блюдо, они смотрелись отвратительно и даже тошнотворно. Гости просто обязаны были прийти в восторг от одного запаха.

С первой звездой вернулся Драго. Довольнющий, как настоящий кот, обожравшийся сметаной, он доложил:

– Задание выполнено и перевыполнено, хозяйка. Скоро начнут прибывать гости.

– Ой, какой хоро-о-ошенький! – восхитилась Иванна. Она впервые увидела хранителя и пришла в неописуемый восторг. Потянулась к нему, словно не замечая, что он так-то нечисть. – Еще и говорящий!

– Руки прочь, барышня! – рявкнул на девчонку Драго. – Я уже поддался один раз, больше меня литром крови в эту кабалу не затащишь. Знаю я вас, сначала «давай за ушком почешу», потом «шерстку приглажу» – а потом бац! У тебя уже шестеро спиногрызов и бешеная самка, которая так и норовит последние силы высосать. А то и сожрать целиком.

– Не расстраивайся, – успокоила я едва не плачущую Иванну. – Драго у нас молодой отец, оттого такой нервный: послеродовая депрессия, все дела. А тебе сегодня еще удастся и мохнатеньких посмотреть, лысеньких, и даже желеобразных. Потерпи немного.

Гости начали прибывать в полночь. Первым явился всадник без головы и с порога потребовал горючего и закуски. Глаза его загорелись при виде молоденькой Иванны, а та едва не брякнулась в обморок. Пришлось дать девушке успокоительного, а гостю напомнить про обязательное правило: не притрагиваться к персоналу и не вредить хозяйке и ее имуществу.

– Иванночка, принеси господину всаднику горилки и сушеных тараканчиков на закуску, – попросила я. – А еще поднос с чистой салфеточкой – неудобно же держать голову в руках.

Все шло идеально. Гости прибывали, вдохновившись рекламой и обещанием бесплатного угощения. Видать, халяву и в нижнем мире уважают страстно.

Вот только на шестидесятом госте я забеспокоилась: комнаты кончились, угощение таяло, как снег по весне. А желающие все не иссякали.

– Драго! – взревела я. Зыркнула на съёжившегося в углу хранителя и потребовала отчета: – Ты сколько, кость тебе в горло, флаеров раздал? Я же их ровно по количеству комнат сделала!

– Так я размножил… – мявкнул Драго и прикрыл лапами голову. – Как лучше же хотел, хозяйка.

А получилось как всегда.

Мы с девчонками сбились с ног, пытаясь разместить гостей. В моей спальне поселилось семейство снежных людей – до того волосатых, что проще будет комнату сжечь, чем вычистить шерсть. Кухню оккупировали осьминоги, оставлявшие на полу, стенах и потолке липкие следы. В коридоре тусили и грызли мебель горгульи.

В час ночи входная дверь распахнулась, и на пороге возникла мощная фигура господина Советника. Разумеется, его комнату тоже пришлось сдать – одной очень огненной (в прямом смысле) паре драконов.

– И что здесь происходит? – поинтересовался Советник, оглядывая творящееся в доме безобразие.

В этот момент горгульи решили поиграть в боулинг головой опьяневшего рыцаря. Кстати, тот был совсем не против и подбадривал каменных проказников. Голова проехалась по оставленной осьминогами слизи и едва не угодила в самого Советника.

Он ловко поймал летящий в него снаряд и, дав для порядку щелбана, отравил обратно горгульям.

– Я так чувствую, отдых мне сегодня не светит? – спросил надменно и одновременно насмешливо. – Рано я выдал тебе лицензию, Зена. Пожалуй, надо пересмотреть этот вопрос.

– Ой, только не пугайте, мне тут и без ваших нравоучений несладко, – махнула рукой и потопала встречать следующего гостя.

Им оказался снежный человек с супругой – огромные такие, прожорливые. У меня опустились руки. И не только они. Стоило представить, как эта снежная парочка бомбит кухню в поисках еды, как захотелось наложить проклятие на саму себя.

– Зачем вы принимаете гостей, если мест больше нет? – поинтересовался Советник, склонившись к моему плечу. Он, как наставник (а скорее как надзиратель), не мог оставить в покое и просто свалить до лучших времен.

– Потому что я добрая и гостеприимная! – рявкнула с упреком. Услышала короткий смешок демона и добавила: – А еще потому, что один неблагоразумный хранитель раздал рекламных флаеров больше, чем положено. Услужил, ничего не скажешь.

Послышался подозрительный шорох: кажется, Драго забился в свободный от гостей угол и притворился мертвым. Окончательно мертвым и восстановлению не подлежащим.

– А что было во флаерах? – деловито осведомился Советник.

– Комната каждому предъявителю и бесплатное угощение, – убитым тоном произнесла я. – У нас даже в ванной русалки гостят. Свободных мест больше нет. Еды тоже, так что…

Развела руками и чуть не плача взглянула в лицо Советника:

– Кажется, вы были правы. Никудышная из меня ведьма-хозяйка. Да и хранитель из Драго так себе.

– Не верю, что ты ― и вдруг опустила руки! – укорил Демон. – Ведьмы не плачут и не сдаются. Так что слезы подтереть, мозги включить.

Легко сказать. Дом-то у меня не резиновый. Хотя…

– А есть у вас лицензия на размножение? – поинтересовалась я.

Господин Советник обнял меня за талию и похвалил довольным тоном:

– Вот это выдержка! В такой момент не каждый думает о приятном. А вообще я только за: пусть гости сами справляются, а мы уйдем ко мне. Или по лесу прогуляемся – тут недалеко видел ужасающую полянку с мягким мхом и выводком светлячков. Кстати, мне для этого лицензия не нужна. Я могу размножаться в любое время суток и сутки напролет.

Тоже мне, герой-любовник! Еще и романтик (что для демона неожиданно). Вот только о любовных утехах я в тот момент вообще не думала. Оттолкнула наглеца и, расстроенная и злая, выпалила, глядя в его нахальную морду:

– Кому чего, а лысому все о расческе! Я вообще-то дом хотела размножить, а не вас. С меня и одного Советника более чем достаточно.

– Эвона как… – вздохнул господин Советник. Провел рукой по черной гриве и немного расстроенно произнес: – И ничего я не лысый. Мне не так много столетий. Дядюшка мой, царство ему подземное, до двух тысяч лет сохранял шкуру нетронутой, даже не седел. И воздержанием не страдал.

Еще слово, и я бы его прибила. Не смотря на то, что не имела лицензии и опыта по уничтожению высших демонов.

– С домом что?! – выкрикнула, обрывая его речь, пока не перебрал всех любвеобильных родственников по мужской линии. – Можно его увеличить? Или сделать три экземпляра вместо одного?

Советник явно был не рад смене темы разговора, да его и мало волновало происходящее. Подумаешь, не его же резиденцию разнесут пришлые в пух и прах.

– Теоретически это возможно, – он все же соизволил ответить. – Правда, в этом случае магические свойства дома передадутся его копиям. И когда те исчезнут, магию придется долго восстанавливать. Не исключено, что некоторые процессы пройдут необратимо.

Мебель испуганно задрожала. Пол затрясся, а двери и ставни оглушительно захлопали, протестуя против подобных экспериментов. Я даже услышала шум сточных вод, журчащих под подвалом.

– Это нам не подходит, – решила моментально.

Села прямо на пол, невзирая на покрывающую его слизь. Подперла голову руками. Призадумалась.

– А что, если комнаты сделать не в доме, а вне его? – предложил Советник. – В рекламе же не было сказано, какие именно апартаменты предоставляются гостям?

– А что с угощением? – заинтересовалась я. – Наколдованная пища не подойдет многим демонам и низшим существам.

Советник погладил меня по волосам, и я на секунду растаяла, прислонившись к его мощной ноге.

Встрепенулась, подпрыгнула и помотала головой, прогоняя наваждение. Ну и демон, вот провокатор!

– Не злись, лучше направь силы на работу, – посоветовал он (Советник же, у него работа такая). – К примеру, предложи устроить ночную охоту. А после барбекю на открытом воздухе. Думаю, многим станет интересно.

– Есть одна проблема, – вздохнула я. – Вернее, один несговорчивый и не совсем адекватный сосед. Князь по совместительству.

– Его я беру на себя, – хохотнул демон. – Так и быть, еще и защитный купол вокруг дома сделаю, чтоб гости далеко не разбредались. А ты пока шалашей вокруг настрой – для вновь прибывших. Используй минимум магии и максимум фантазии, глядишь, до утра и продержишься.

Этот демон нравился мне все больше. Если б еще не задавался и не важничал, я бы на многое согласилась (невзирая на рога, копыта и вздорный характер).

Благодаря подсказкам Советника, удалось исправить косяк хранителя. Гости успешно разместились в импровизированных шалашах-палатках, многие отправились на охоту за ночными обитателями леса. Мне же осталось следить за порядком в доме и его окрестностях, успокаивая особо расшалившихся гостей.

– Уф, сударыня ведьма, кажется, все прибыли! – утирая пот со лба, сообщила Марьяна.

Она вместе с Драго принимала гостей, доказывая, что настоящую женщину ничем не напугаешь. Что ей синяя шерсть, клыки и перепончатые крылья демонов? Она двух детей в одиночку поднимает в глухой деревне!

– Спасибо тебе, – устало улыбнулась я. – И всем остальным девочкам. Не знаю, чтобы я делала без вас. Осталось нам ночь продержаться и рассвет пережить, ух тогда и отоспимся!

С первыми петухами господин Советник подал сигнал к отбытию. И сам лично проводил в подвал тех, кто жаждал продолжить веселье. Хватало одного строгого взгляда высшего, чтоб проказники и шалуны и думать забыли о неповиновении.

– Спасибо, что помогаете, – поблагодарила Советника и помахала рукой последним гостям: – Счастливого пути! Приходите еще, только не забудьте осведомиться о наличии свободных мест.

– Вообще-то я пришел сюда отдохнуть, а не поработать, – хмуро заметил Советник. – Комнату мне не выделила, так что придется занять твою.

Он поиграл бровями, а я усмехнулась:

– Надеюсь, у вас нет аллергии на шерсть снежных людей. А что до вашего труда, я с удовольствием за него заплачу. Хоть гости и прибыли бесплатно в качестве рекламной акции, многие оставили вознаграждение. Особо хвалили ночную охоту и ваш фирменный суп из пресмыкающихся. Так что пятьдесят процентов заработка ваши по праву.

Пошарила за пазухой и извлекла увесистый мешочек с маной. Но Советник на нее даже не глянул.

– Я бы предпочел другой вид вознаграждения, – хмыкнул он. – Как насчет поцелуя?

Ох и нахал! Подался вперед, слегка нагнулся, не сомневаясь в моем согласии. Нет, так-то он заслужил. Но вот губы в трубочку вытянул зря.

Чмокнула в мохнатую щеку и тут же отстранилась – не приведи нижайший, услышит, как громко бьется ведьминское сердце.

– И это все?.. – расстроился Советник.

– Мои поцелуи дорого стоят, – возразила я. Уперла руки в бока и тем же нахальным тоном (ага, неплохой был наставник) добавила: – Мы бы и без вас бы справились. Пусть не так хорошо, но все же.

Я ожидала чего угодно после такого замечания: раздражения, злости или ехидства. Но никак не восхищения.

– Настоящая ведьма! – выдал Советник. – Точно Зена – дочь грома и молнии! Горячая, мощная и непредсказуемая.

Я аж зарделась от подобного комплимента.

– Спасибо, господин Советник, – произнесла сдержанно и, прищурившись хитро, задала давно мучавший вопрос: – А как ваше настоящее имя? Не могли же маленького демона сразу назвать Советником да еще и господином…

Если вопрос и удивил демона, то он не подал вида.

– Сигизмунд Варфоломей Иоаким Восьмой, – представился он и галантно поклонился.

– Да что у вас, у нижних, какие имена заковыристые?! – не выдержала я. – Язык сломаешь произносимши. Или это так и задумано?

– Обращайся «господин», – мне милостиво разрешили.

– Э-э-э… Господин Советник?

– Можно просто господин, мне нравится. Ты это с таким придыханием произносишь.

– Неправда!

– Румянец тебе идет, хоть это и не свойственно ведьме.

– Да это пламя от свечи, – отмахнулась я. И как он рассмотрел мои пылающие щеки в почти кромешной тьме? – Так что не выдумывайте всякое…

– А сердце быстрее тоже от костра бьется? – не сдался демон.

– Идите спать, го… Советник! – посоветовала в ответ. Круто развернулась на каблуках и направилась в кухню. – Так и быть, можете занять мою спальню. Неспокойного утречка!

Глава 19

Ночевать (вернее утревать) Советник не остался, сославшись на важные нижайшие дела. Обещал прийти через пару дней, когда дом станет пригодным для проживания. Мне осталось лишь вздохнуть: уборки после оравы низших предстояло немало.

Но прежде чем приняться за это грязное и неблагодарное дело, решила отоспаться. Проводила помощниц (те напрочь отказались спать в ведьмином доме, правда, честно отработанное вознаграждения взяли), с помощью магии очистила свою комнату и, прямо не раздеваясь, рухнула на постель. Сил хватило лишь на то, чтобы приказать дому никого не впускать.

За закрытыми ставнями надрывались ранние пташки, но я их практически не слышала. А вот громкий стук в дверь заставил оторвать голову от подушки и сердито прикрикнуть:

– Кто посмел будить уставшую ведьму?! Прокляну!

– Там князь явился, – недовольно пробормотал Драго и перевернулся на другой бок. – Буйствует.

И чего ему понадобилось в такую рань? Не иначе как крики ночных гостей лишили его сладкого сна. Так это даже к лучшему – пусть прочувствует на себе метод избавления от неугодных соседей.

– Скажи, чтоб завтра пришел! – приказала Драго. – И брысь с моей постели! Сколько раз говорила, чтоб подыскал другое место для сна? Ты так-то давно не маленький котенок, больше полкровати занимаешь.

– Привыкай, – фыркнул Драго и по-быстрому спрыгнул, пока моя нога не достигла его пушистого бока.

– С чего бы вдруг? – разъярилась я.

Мало того, что спать мешают, так еще и гнусные предположения выслушивай.

– С того, что князь и господин Советник тебя в покое не оставят, – мрачным тоном предрек Драго. – Кому-нибудь да сдашься.

Вот еще! У меня и в мыслях не было выбирать одного из них. И вообще, я натура свободолюбивая и вздорная. Со мной ангелу не ужиться, не то что демону или князю.

– Еще слово, и тебя прокляну, – пообещала и закуталась с головой в одеяло.

Драго отправился вниз – отшивать Каллистрата, но вернулся ни с чем. Ежка, благодарная князю за помощь, уже впустила гостя и даже позволила ему хозяйничать на моей кухне.

«Плевать, – подумала я, прежде чем снова провалилась в сон. – Большего урона, чем нанесли вчерашние гости, князь причинить не сможет. Вот встану, тогда и прогоню».

Прогонять передумала, потому как в качестве извинения за вторжение Каллистрат приготовил чай и шикарный завтрак: яичницу с беконом, рисовую кашку и даже блинчики. К счастью моему и моих помощниц, гости питались совершенно другими угощениями, оттого человеческую еду не тронули.

– Доброго утра, – улыбнулся Каллистрат, когда я, зевая, остановилась на пороге кухни. – Точнее, вечера. Как спалось?

– Хорошо, но мало, – честно призналась и без приглашения уселась за стол, положила себе добрую порцию яичницы в тарелку. А что, кухня и продукты мои – выходит, имею полное право. – По какому случаю прибыли, товарищ князь? И почему так бесцеремонно воспользовались доверчивостью ежки и сном хозяйки?

Каллистрат хмыкнул, сложил руки на груди и откинулся на стуле. Сегодня на нем была футболка-поло, открывающая взорам накачанные руки. И мне впервые удалось рассмотреть причудливые татуировки. Черепа, алые розы, какие-то вензеля – не странное ли украшение для князя?

– В молодости сделал, по глупости, – сообщил Каллистрат, заметив мой любопытствующий взгляд. – Как завтрак?

– Неплохо, – призналась я, подкладывая еще порцию. – Это даже извиняет вас за вторжение. Почти.

– Все, что я делаю, только с добрыми намерениями, – сообщил князь. – Чего не скажешь о вас. Что это за сборища вы устроили этой ночью?

– Шабаш, – искренне ответила я. – А что? Вам же можно приглашать гостей и гулять ночь напролет. Я поступила так же.

– Не сравнивайте бал под открытым небом с тусовкой ведьм, – недовольно возразил Каллистрат. – Не помню, чтобы мои гости разгуливали по лесу в карнавальных костюмах и орали нечеловеческими голосами.

– Они делали это на моей земле, – напомнила я.

Каллистрат поднялся и стал ходить по кухне, видимо, продумывая дальнейшую тактику. По-хорошему, надо было извиниться за неудобство, но манера поведения князя не позволяла мне этого сделать.

– Вы ведете себя непозволительно! – объявил он. – Надо с этим что-то делать.

Он схватил с полки одну из банок и начал крутить в руке, будто в ней, как в магическом шаре, мог отыскать ответы на все вопросы. Потом попытался сорвать крышку и даже нюхнуть.

– Категорически не советую вам этого делать, – предупредила я.

– Это что за настойка тут у вас? – полюбопытствовал князь. – Никогда прежде не видел такого оранжевого цвета. Что за травку использовали?

– Нестоянку, – с долей ехидства ответила я. – Сами догадаетесь о действии или объяснить?

Банка тотчас вернулась на место. На лице князя отобразилось такое возмущение, будто это я вручила ему настойку. Это, между прочим, был всего лишь эксперимент, сделанный в порыве отчаяния. Не моего, а бабули. Ну не решилась я выкинуть сей артефакт.

– Не волнуйтесь, князь, если из баночки не отхлебывать, с вами ничего плохого не случится, – пообещала я миролюбивым тоном. – И вообще, давайте жить дружно. Обещаю, что больше не стану устраивать таких шумных много… многолюдных и не только людных вечеринок.

Каллистрат фыркнул и отошел подальше от полочки с настойками. Сел напротив меня за стол и, глянув подозрительно, выдал:

– Я вам не верю. Вот, возьмите и ознакомьтесь.

Он достал из внутреннего кармана сложенные в трубочку документы (перевязанные зачем-то алой ленточкой) и вручил мне.

– Что это? – отдернула руку, точно мне предложили ядовитую змею.

Ведьмовским нутром чуяла: не обошлось без подвоха. Этот Каллистрат просто не может долго оставаться милым.

– Откройте! – Каллистрат кивком головы указал на документы. – Вы же ведьма, неужели боитесь каких-то бумаг?

И действительно, чего мне бояться? Развернула и неверяще уставилась на договор о приобретении жилья (на мое, кстати, имя) и фотографии.

– Что это? – повторила вопрос. На сей раз гораздо злее, даже угрожающе.

– Тада-а-ам! – Каллистрат картинно развел руками. – Новый дом, гораздо новее прежнего. К тому же находящийся в экологически чистом районе. Осталось поставить вашу подпись. Вы тут присмотритесь, а я завтра приду. С грузчиками и машиной – помогу с переездом.

От такой наглости я на несколько секунд утратила дар речи. Чем князь тут же воспользовался и смылся по-тихому.

Драго подобрался бесшумно и выглянул из-за плеча. Печально вздохнул и как-то обреченно заметил:

– А домик-то ведьмовской. Пожалуй, посильнее этого. Там, поди, и хранитель более родовитый…

Вот это новости! Кто же такой этот князь, раз так запросто разбрасывается магическим имуществом? Надо расспросить об этом господина Советника. А пока…

– Прекрати хандрить! – приказала хранителю. – Никуда я не переезжаю, мне тут вполне нравится. Только, понимаешь, наладила гостиничный бизнес, как на те – коллекторы пожаловали. Ну, уж нет, не позволю князю отжать мое наследство.

– Правда?.. – Драго сделал большие умоляющие глаза. При их раскосости зрелище получилось забавное.

Но мне было не до смеха. Я полыхала от ярости – так, что могла сжечь князя вместе с его замком и остальным имуществом.

– Правда! – объявила уверенно и треснула кулаком по столу. – Ведьма я или нет? Не придет завтра князь. И послезавтра тоже. Не хочет мира, пусть получает войну.

К замку князя прибыла, когда уже начало темнеть. Довольно похлопала по карману, где лежал мешочек с заветными семенами. Пусть-ка Каллистрат попробует выбраться из фиолетовых зарослей. Помнится, он сетовал, что не взял образцы для исследований. Что ж, теперь у него появится такая возможность. Пусть себе исследует, главное мне жить не мешает.

В общем, решила я быть недобренькой и посадить ему фиолетовые деревья. За этим занятием меня и застукал один из работников стройки.

– А что это вы тут делаете, сударыня ведьма? – поинтересовался он осторожно.

Вначале посадила очередное семечко, а уж после поднялась и, откинув с лица волосы, присмотрелась к говорившему. Им оказался Степан – рослый такой детина, прям косая сажень в плечах. Помнится, деревенские женщины из-за его внимания едва драку не устроили.

– Сюрприз вашему хозяину готовлю, – отозвалась едко и не без удовольствия заметила, как Степан сделал два шага назад и спрятался за ближайшую сосенку.

Вряд ли тоненький ствол мог спрятать его мощную фигуру от моего взгляда. Да и не собиралась я его проклинать – он же ничего плохого не сделал. Пока нет.

И все же мелькнувшее в его глазах уважение порадовало необычайно.

– Он нам не хозяин, – ворчливо заметил Степан. – Всего лишь тот, кто платит деньги за работу. А что за сюрприз, сударыня ведьма?

Улыбнулась и подмигнула:

– Князю понравится, вот увидите. А вот тебе и твоим товарищам я бы посоветовала смыться, пока не поздно. На недельку как минимум.

Вообще-то гиганты должны были продержаться пять дней, но я не была уверена, что все сделала правильно. Все же первый раз баловалась магическим садоводством.

– А у нас как раз получка должна быть… – расстроился Степан. – Выходные – это, конечно, хорошо, но на пустой желудок отдыхать как-то не ахти.

– Могу предложить подработку, – нашлась я. – Собираюсь подсобным хозяйством обзавестись: огородом, болотом, а еще для животинки загоны понадобятся.

Учла я прошлый печальный опыт приема гостей. А еще сообразила: если подавать в гостинице нехитрые угощения, можно неплохо так разжиться маной. Или рыбалку устроить: на лягушек, пиявок и прочие лакомства нечисти.

– Правильно, сударыня ведьма, полезное это дело, – еще больше зауважал Степан. – Коровок развести, козочек. А болото вам зачем? Гусей держать собираетесь или уточек?

– Эм-м-м… – задумалась я и покусала нижнюю губу. Как бы так помягче рассказать, что хозяйство будет не совсем обычным? – Вообще-то мне как ведьме паучки милее, змеи, жучки всякие. Но деньги заплачу настоящие, так что какая разница, для кого загоны ставить. Правда?

Степан нервно сглотнул, побледнел слегка – видать, с детства пресмыкающихся побаивался. Но все же справился со страхом и кивнул.

– Вот и отлично! – я чуть в ладоши не захлопала от радости. Надо же: и от вредного соседа избавилась, и работниками обзавелась. – Собирай товарищей, перебирайтесь вместе с фургонами к моему дому. Князь-то у себя ночует?

– Что вы, он на ночь в город уезжает. Ближе к утру появится.

– Вот и славно. Как раз с утречка сюрприз и увидит. Только и вы меня не сдавайте, не то плохо будет.

Погрозила Степану пальчиком, как нашкодившему малышу. А он задрожал, что осиновый листик на ветру:

– Что вы, сударыня ведьма, даже в мыслях такого не было. Так и скажем князю… А что мы ему скажем?

Нервно хихикнула и снова опустилась на корточки, чтобы высадить еще одно семечко.

– Ничего не говорите, – посоветовала Степану. – Князь как сюрприз увидит, сам все поймет. Если что, валите все на меня. Вы ж не лесорубы, а строители. Как справится с моим подарочком, я ему вас верну.

Степан перемялся с ноги на ногу, но все же согласился. Через полчаса в окрестностях замка не осталось ни одной живой души. Кроме ведьмы, зачарованно наблюдающей за всходами. Ох и здорово росли фиолетовые гиганты под светом луны. Загляденье просто!

Так бы и стояла до утра. Если бы чья-то мохнатая лапа не обняла за талию да не прижала к крепкому боку.

– Очаровательно! – похвалил господин Советник, словно не замечая моих попыток высвободиться. – Вместо того чтобы выполнить обещание и подготовить для меня комнату, ты тут балуешься. И где только семена взяла?

– Сама наколдовала, – с гордостью созналась я. – Может быть, не такие живучие и крепкие, как у вас получатся. Но свойства я воспроизвела идеально. Комнату вашу подготовлю в срок. А что до моего соседа – не подскажете, Советник, какого такого демона князь Долгорукий умеет обращаться с редкими видами нижнемирной фауны и ведьминскими домами? Кто он вообще такой?

Демон и не думал отвечать. Пригладил лапой мохнатый подбородок, хитро и смешливо прищурился:

– Какое тебе до него дело, Зена? Не влюбилась ли часом?

– Вот еще! – гневно воскликнула и таки вырвалась из объятий. Тряхнула копной распущенных волос и добавила: – Мне ваши князья даром не нужны: ни с замками, ни с домами. Вот то, что он ежке помог – это большая заслуга. За это я ядовитые свойства у деревьев убрала. Но строиться он не будет, пока со мной мирный договор не подпишет. Даже если вы, господин Советник, станете за него заступаться.

– А я должен?

– Понятия не имею! Вы же скрываете его истинную суть? Ну не верю я, что у вас под носом проживает такой подозрительный субъект, а вы ни сном ни духом.

– Не лезь не в свое дело, Зена! – Советник, как всегда, принялся советовать. – Лучше тщательней за своим порталом следи. И не забудь мне комнату подготовить.

Сказав это, он вдруг в один прыжок преодолел разделяющее нас расстояние, сгреб меня в охапку и поцеловал в губы. И только хотела куснуть его за губу, как он исчез, растворившись во мраке ночи.

А я отправилась домой: чистить зубы и мыть рот с хозяйственным мылом. И вроде бы злилась на демона и даже придумывала достойную месть. Но сердце отчего-то трепетало, как угодившая в паутину бабочка.

– Это чем это ты тут занимаешься? – поинтересовался подкравшийся Драго. – Князь раскусил твой коварный план и наслал проклятие в ответ? Склеил рот?

Хранитель поднялся на задние лапы и даже потрогал лапой мои губы. Вернее, попытался, потому получил грозный взгляд и предупредительное рычание.

– Что, проклятие озверина? – Драго сделал вид, будто не понял.

– Нет! – возразила я. – Господин Советник застукал меня на месте несанкционированной высадки демонических деревьев.

– И наказал?

– Э-э-э… Да!

Ответила и вернулась к оставленному занятию. Нет, спать не лягу, пока не избавлюсь от мыслей о Советнике и его запаха.

А с чего это вдруг князь должен был наложить заклятие?

– Дра-а-го?.. – повернулась к хранителю и пригвоздила к месту взглядом. – Давай, выкладывай, что тебе известно о Каллистрате? Кто он такой и почему так жаждет от меня избавиться?

– Не от тебя, ото всех соседей. Ну, любит он одиночество, с кем не бывает?

Не очень-то поверила такому ответу. Но пока не придумала, как вытянуть из хранителя правду. Эти нижние такие скользкие – что Драго, что Советник.

Вспомнила о последнем и прополоскала рот мятной настойкой.

– Ну, я пойду, – захотел смыться хранитель.

– Куда? – уточнила я. – Надеюсь, не ябедничать Каллистрату о моем «подарочке»?

– Проведать семейство, – с видом мученика проворчал Драго. – Кстати, ты уже нашла, кому котят раздать? Не пора ли?

– Рано! – осадила бесчувственного папашу. – Ты, главное, при ежке так не высказывайся. А то мне придется искать нового хранителя.

Драго испуганно вздрогнул, поджал хвост и нехотя поплелся на чердак. А я усмехнулась ему вслед: как бы он ни пытался выглядеть недовольным и брыкаться, все больше привязывался к ежке и к деткам. Вон, даже семейством «обозвал».

Закончила терзать собственный рот и решила заняться делом. Добыла из недр чемодана давно заброшенный сотовый и набрала номер Машки. Почему бы не узнать, как там дела в немагическом мире? Не перестал ли Макароныч интересоваться девушками? Все же я впервые проклинала так сильно и жестоко.

Впрочем, Макароныч это заслужил.

Глава 20

Машка ответила сразу же, будто дежурила у телефона.

– Ангелинка, твою кастаньету, неужели ты обо мне вспомнила! – раздался в трубке такой знакомый, почти родной голос. – Я уже раз триста пыталась дозвониться: то абонент недоступен, то не подходишь. Ты как, жива, подружка?

– Вроде, да, – пошутила я. Сжала телефон крепче, прикрыла глаза, представляя лицо Машки. Я же ей только раз отзвонилась: сообщила о наследстве и своем бегстве в глухие леса. – Закрутилась так, что не продохнуть. Вот, бизнес свой наладила: гостиничным делом занялась, и это – отношения с соседями налаживаю. Почти получается. Почти со всеми. Ну, за редким исключением.

– Гостиница в лесу, рядом с болотами и непроходимыми топями? – засомневалась Машка. – Медведей и белок, что ль, привечаешь? Как эта, так ее растак… – подружка задумалась. – О, Белоснежка! Может, у тебя там и семь гномов завелись? А кукушка, часом не поехала?

Машка в своем репертуаре. По языкастости и черному юмору она даст фору любой опытной ведьме.

– С кукушкой все в норме, живет в часах, – отшутилась я. – Семи гномов нет, но есть один зловредный князь, решивший отгрохать замок по соседству. И еще один… особь мужского пола – нахальный, как демон.

– Ого, я смотрю, ты неплохо устроилась, – порадовалась Машка. – Как насчет подробностей?

– Лучше один раз увидеть, чем тысячу раз услышать, – намекнула в ответ. – Будет время, приезжай в гости. Или в отпуск.

– С радостью бы, но пока никак не могу, – вздохнула Машка. – Вилли пообещал мне сольную карьеру. И я согласилась. Понимаешь?..

Конечно, я понимала. Наш продюсер уже не впервой выбирал хорошеньких танцовщиц и превращал их в звезд. Разумеется, не за просто так. Девчонки были на пике популярности, пока оставались любовницами Вилли. И пусть я не очень представляю, как можно крутить роман с этим толстым коротышкой – Машка большая девочка.

– Мне за тебя порадоваться или погрустить? – спросила я осторожно.

– Сама еще не знаю, – вздохнула подружка. Я прям представила, как она пожимает плечами и накручивает на палец длинный локон.

– В любом случае удачи, – проговорила я. – Только не бросайся в омут с головой, хорошенько взвесь все за и против. Ну, да ты сама все знаешь. И на счет погостить я не шутила. Буду рада тебе в любое время дня и ночи. Записывай адрес.

Продиктовала подружке номер дома и совсем не в шутку спросила искать ведьму Зену. Ее в округе уже хорошо все знали. Машка посмеялась, хотя и заметила, что это имя мне очень идет. И обещала найти способ вырваться с гастролей и навестить как-нибудь.

– Как там Макароныч? – спросила я, скрестив пальцы наудачу. – Случайно не приболел?

– Ой, он замолк на несколько дней, говорят, даже лечиться ездил заграницу, – на одном дыхании протараторила Машка. – А как вернулся, сильнее прежнего лютовать стал. Три девушки пропало, и мы все уверены – его рук дело.

Та-а-ак! От злости я так сильно сжала сотовый, что едва не сломала. Выходит, заклятие мое подействовало, но ненадолго. Либо Макароныч нашел способ от него избавиться. К примеру, нашел другую ведьму, снявшую заклятие.

– Непорядок, – проговорила в трубку. – Придется избавляться от него другим способом. Чтоб наверняка!

– Ты что задумала? – испуганно переспросила Машка. – Не связывайся с ним, не надо. Ты же знаешь, чем подобные случаи заканчивались. Хорошо, что я сейчас с Вилли, не то…

Подружка не договорила, но я буквально физически ощутила, как она вздрогнула.

– Не дрейфь, на каждый винт с хитрой резьбой найдется подходящая гайка, – предупредила я. – И не бойся за меня, я теперь сильнее, чем прежде.

Поболтав еще немного, я положила сотовый обратно на дно чемодана – все равно, кроме Машки, мне звонить некому. Несколько раз сжала и разжала ладони – мана так и перла из меня, так и рвалась уничтожить или покалечить как минимум. Вот только Советник запретил мне надолго оставлять дом без присмотра. Но у меня нашелся вариант, как и обещание не нарушить, и с Макаронычем распрощаться.

– Драго! – крикнула зычно. Так, что, наверное, князь на секунду позабыл о фиолетовых зарослях.

Хранитель прискакал так быстро, что я решила почаще пользоваться таким приемом. Орать погроме, в смысле, и вкладывать в голос частичку маны.

– Кто-то умер? – Драго сел посреди комнаты и огляделся. – Потоп? Пожар или наводнение?

– Ни то, ни другое, – хохотнула я. – А вот умереть кое-кому придется! Что ты там говорил насчет невкусной донорской крови?

Принесенный волчицей-оборотнем «корм» не слишком понравился хранителю. Даже разогретый в микроволновке и поданный в высоком стакане с трубочкой. Драго, видите ли, свежатинки хотелось, так сказать, испить кровушки без посредников.

А у меня как раз амулет появился – тот, что позволит хранителю некоторое время обходиться без ведьмы-хозяйки. Контрафакт, конечно, но честно заработанный мною контрафакт. Один из нижних гостей «подогнал», а я не смогла отказаться.

– Вот это разговор! – хранитель выпучил раскосые глаза и сцапал амулет. Прижал к груди, как великое сокровище. – Кто же тебе, хозяйка, дорогу перешел? Куда бежать, кого пить?

Снова достала сотовый, отыскала в интернете фото Макароныча и адрес его загородной резиденции. Драго едва успел прочесть, как помчался исполнять приказание. Всегда бы он был таким расторопным.

Со спокойной ведьмовской совестью, в прекрасном расположении духа я отправилась заниматься хозяйством. Показала строителям, что и как обустраивать, взялась за уборку. Такая, прям, сила во мне образовалась. Наверное, мстить – это, прям, мое. Призвание и неиссякаемый источник энергии.

Драго возвратился только поздно вечером – весь какой-то всклокоченный, уменьшившийся в размерах чуть ли не до мышонка. Юркнул в ванную и долго «призывал Ихтиандра», а после стал чистить рот с мылом. Совсем как я после принудительного поцелуя демона.

– Так-то я тебя умертвить Макароныча отправляла, – заметила скептически, наблюдая за мучениями хранителя. – А ты что сделал? Только не говори, что соблазнился его богатством.

Драго обернулся: морду его покрывала густая мыльная пена, глаза стали кроваво-красными, так же как и нос. Я даже приняла это за симптомы аллергии. Видать, Макароныч ядовитым оказался – в прямом смысле слова. Вон, даже кровопийца траванулся.

– Ты не сказала, что Макароныч твой не человек! – обиженно заметил Драго. – Предупреждать о таком надо.

– А кто же он?.. – опешила я.

– Демон! – фыркнул Драго. Икнул и болезненно поморщился. – Один их низших, но все же. Что теперь буде-е-ет…

– Он что, тебя преследует?! – я испугалась не на шутку.

Став ведьмой, перестала опасаться Макароныча и даже почти позабыла об изуродованном лице. Но демон! Это в корне меняет дело. Он наверняка захочет отомстить – мне и Драго.

– Не сможет, – фыркнул хранитель. – Я его выпил. Вернее, мне пришлось это сделать, чтобы самому не стать жертвой. До чего же отвратная у него кровь. Фу!..

Он протер язык лапами и, закатив глаза, простонал. Схватился за живот.

– Если Макароныч мертв, чего ты тогда боишься? – не поняла я.

Интересно, какие способности были у этого демона? Может быть, тот поджог тоже был магическим, и именно поэтому следователям не удалось обнаружить следов горючего? А вспыхнула я как факел…

– Чего-чего – последствий! – объявил Драго. – У меня же разрешения на умерщвление демона не было. А пить себе подобных противозаконно. Амулет уничтожить пришлось, чтоб по нему не засекли. Жалко-то как…

Офигеть, вот это правила! То есть я могла разрешить Драго выпить кого-то из людей, но не демона?!

– А то, что он мой враг – не считается? – уточнила сердито.

– Лицензия! – мяукнул Драго.

Стоило ему произнести это почти магическое слово, как задрожал пол под чьими-то тяжелыми шагами. Хранитель забрался в кухонный шкаф и затаился.

– Трус! – объявила я. – Может быть, это вовсе не Советник.

Но это был он. В свете люстры его черные рога блестели, как драгоценные ониксы. Строгий взгляд прошелся по мне, точно сканируя.

– Насколько я помню, здесь служит Драголован Антуан Тулот третий?

Господин Советник начал с расспроса. А, может, и самого настоящего допроса. Напрасно я понадеялась, будто он явился по другому поводу.

– Дайте-ка припомнить… – наморщила лоб. Сделала вид, будто глубоко задумалась. – Имечко знакомое, а вот где слыхала, никак не вспомню. Это, случайно, не настоящее имя князя Долгорукого?

– Не води меня за нос, ведьма! – приказал Советник.

– Что вы?! – искренне возмутилась в ответ. – Я к вашему шнобелю даже не притрагивалась. Как и к другим частям тела.

Господин Советник едва заметно улыбнулся, но быстренько вернул на лицо суровое выражение.

– К вопросу о частях тела и касаниях мы еще вернемся, – многозначительно пообещал он. – Где твой хранитель, Зена?

– Погулять пошел, – соврала я. – Вы что-то хотели ему передать? Можете смело оставить сообщение мне. В конце концов, я хозяйка дома и несу ответственность за всех его обитателей.

– Похвально, – заметил Советник, – хоть и не свойственно ведьмам. Но мне бы хотелось переговорить с Драголованом лично.

– О чем же?

Насторожилась и приготовилась защищать Драго от любых нападок. Это я заставила его прикончить Макароныча, выходит, и вина моя. Вот меня пусть и наказывает. И вообще, о содеянном я нисколько не сожалела. Надо было наплевать на запрет Советника и самой отправиться совершать преступление.

Хотя – разве ж это преступление? Нет, я бы назвала содеянное справедливым возмездием. Сколько жизней загубил Макароныч? У него-то имелась лицензия на убийства ни в чем не повинных девушек?

– Об уничтоженном им демоне, разумеется, – хмыкнул господин Советник. – Не томи, Зена, зови уже своего хранителя. У меня мало времени.

И никого я не томила, как-то не похож был Советник на горшочек с жарким. И вообще я его не задерживала, даже не приглашала. Сам явился, да еще и с расспросами.

И тут Драго икнул. Громко так, отчетливо. Аж кухонный шкаф дрогнул.

– Кто там у тебя? – заинтересовался Советник.

– Любовник! – мстительно соврала я. – А что, не имею права в собственном доме? Или и на это лицензия нужна?

Советник не поверил. Окинул взглядом шкаф и презрительно хмыкнул:

– Он что, карлик? Или лилипут?

– Высший демон, который обладает способностью уменьшаться и увеличиваться в размерах. Очень сильно увеличиваться, к вашему сведению.

Советник прищелкнул языком и хмыкнул. Постучал по шкафчику, в котором прятался Драго, приказав:

– Вылезай давай, можно подумать, я твой запах сразу не почуял.

Из приоткрытой дверцы выглянула обреченная морда хранителя. А после и весь он буквально распластался перед копытами Советника. До чего же потрепанный был вид у некогда могучего кота. До того его стало жалко, что я приготовилась сражаться за него до последней капли маны.

– Хорош любовничек, – сообщил мне демон. – Эк его потрепало, видать, перемудрил с увеличиванием в размерах. Так, Драголован Антуан Тулот третий?

– Простите, господин Советник, я нечаянно, – пискнул хранитель. – Больше не буду, правда-правда. Клянусь нечестным словом хранителя.

– Поднимайся! – объявил Советник. – И покажи-ка мне твою дурную башку.

– Уничтожать будете? – испуганно переспросил Драго, но приказ выполнил.

– Нет, награждать, – буркнул Совтеник. И только я подумала, что не стоило бы язвить в такой ситуации, как он добавил: – За уничтожение опасного преступника. Мы этого демона давно ищем, а он, оказывается, скрывался под личиной человека. Хотя, надо было его допросить сначала. Он что-то сказал перед смертью?

– Те, кто не с Темным Канцлером, тот против нас, – признался Драго. – Это он обмолвился, когда понял, кто я. А больше ничего не сказал, не успел.

Драго развел лапами и снова поморщился. Нежный желудок хранителя не вынес протухшей кровушки Макароныча.

– Этого достаточно, – сообщил господин Советник и поднял Драго на руки: – Со мной пойдешь, подлечим тебя слегка. Зена, к тебе приставить другого хранителя на пару дней?

– Не нужно, – отказалась тут же. – Пусть пока ежка побудет хранительницей. Что за Темный Канцлер?

– Изгнанник, – нехотя сообщил Советник. – Темным Канцлером его величают прислужники, вроде того, которого прикончил твой хранитель.

– А зачем он похищал девушек и что с ними делал? – ужаснулась я. По всему выходило, что ситуация еще страшнее, чем казалась прежде.

– Есть у меня мысли на этот счет, – произнес Советник. – Но вначале ты, Зена, расскажи, что знала об этом демоне. И почему направила к нему хранителя. Это ведь ты отправила Драголована к нему?

Созналась. Рассказала и о выступлении, и о побеге, и о последующем поджигании.

– Тебе повезло, что уже тогда ты стала наследницей ведьмы, – сообщил на это Советник. – Если бы не это, сгорела бы дотла.

– Расскажите побольше о Канцлере, – попросила я. – Кто и что он такое?

– Ты и так узнала больше положенного, – недовольно отозвался Советник. Поймал мой пылающий взгляд и добавил: – Не дави, ведьма. Многие знания опасны для здоровья. А некоторые и вовсе угрожают жизни.

Глава 21

Угу, значит, незнание – сила, а знание опасно для здоровья. Ну а чего еще я хотела от демона? Для него свет это тьма, а тьма это свет – как-то так. И только я не то ведьма полусвета, не то дама полутени. Не могла привыкнуть к новой роли и жить, как все досточтимые ведьмы, то есть исключительно для себя.

А еще не могла определиться, кого хочу заколдовать вусмерть первым: Каллистрата или Советника. Оба порядком достали. Но и нравились тоже оба…

– Пойду-ка я зелье, что ли, какое сварю! – решила, поймав себя на последней мысли.

Нет, ну, правда, тут вокруг такое творится: канцлеры, заговоры, интриги, расследования. А я о чувствах задумалась.

Зелья получились непредсказуемые, прямо как я сама. Приворотное оказалось отравой. Отворотное прожгло дыру в столе. В общем, все, чтобы ни делала, превращалось в яд. Потому сварила борщ – вот он-то, как ни странно, получился – и уселась за дырявый кухонный стол обедать. Подобрела, воодушевилась. Даже поняла, где сделала ошибки.

– Вот говорила моя мама, лучшее приворотное зелье – это борщ, – вспомнила добрым словом родительницу. И тут же воскресила в памяти плохое: – А еще мама говорила, что с моим характером даже борщ не поможет. Не найти мне того, кто станет меня терпеть, и точка.

Снова расстроилась, передумала варить зелье. Подперла щеку ладонью и уныло уставилась в окно. На небе, словно в такт моим хмурым мыслям, кучковались тяжелые облака. Поднялся ветер, и на землю упали первые тяжелые капли дождя. Громыхнул гром.

Но вот из лесу вывернула и на полном ходу, точно собираясь протаранить дом, вылетела машина. Каллистратова, приехал-таки в гости, не иначе как запах борща учуял. Ну, или обнаружил, наконец, фиолетовые заросли возле дома. И теперь, грозный и могучий, двигался по направлению к моему крылечку.

– Недоброго денечка! – прокричала, приказав окну распахнуться. А дверям закрыться, чтоб неповадно было всяким там князьям без приглашения являться. – С чем пожаловали?

– Это все ты! – Каллистрат погрозил пальцем, став под окном. Сверкнул глазами – ярче, чем недавно молния. – Мало того, что загородила проход к замку своими деревьями, так еще и строителей моих свела?

А что мне оставалось? Не думал же он, что я вот так просто соберу вещички и покину полюбившийся домик. И вообще – где это видано, чтоб грозным ведьмам кулаками грозили? Еще и на «ты» со злости перешел. Никуда не годится.

– Ваши картинки я посмотрела, – сообщила притворно-ласково и вышвырнула фотографии дома. Того, что Каллистрат пообещал взамен моего. – Не понравились. И не трудитесь больше искать мне жилье. Я остаюсь!

Последнее произнесла как можно громче, отчетливее. Так, чтобы у князя не осталось больше никаких сомнений: за наследство бабули буду сражаться до последнего.

– Я же для тебя стараюсь, разве не понимаешь?! – воскликнул князь с таким видом, будто луну с неба достал. Перевязал ленточкой и преподнес на блюдечке. А я, противная, отказалась.

– Молодец, возьми отворотное зелье с полочки, – разрешила в ответ. – Оставь меня уже в покое, никуда я не поеду. Тут мое наследство, тут мой дом родной.

– Какая же упрямая! – не то упрекнул, не то восхитился князь. – И мстительная! Ничего умнее не придумала, как деревья посадить?

– Да они сами… – развела руками. – Понятия не имею, что за сорт и почему им наша местность так полюбилась. Загадка природы, вот.

Хихикнула почти незаметно и вернула на лицо строгое выражение. Настроение стало лучше некуда. По всему выходило, что словесные баталии с князем начали доставлять мне удовольствие. Одно из двух: либо стала настоящей ведьмой и полюбила пакостить. Либо Каллистрат подсадил меня на перепалки как на наркотик. И теперь я ужасно себя чувствую, если не могу «прободаться» с князем.

– Хочешь сказать, что это была не месть? Ха! – князь вскинул голову и, окинув меня взглядом, добавил: – Не верю!

– Как вы могли подумать, достопочтенный князь?.. – охнула и приложила ладонь к сердцу. – Чтоб ведьма ― и мстить? Никогда о таком не слышала.

Каллистрат не поверил. Приподнял темную дугу брови и хмыкнул:

– Что ж, раз не мстила, избавь меня от этих надоедливых деревьев. Возле своего-то дома ты их выкосила.

– Не могу, – охнула, принялась демонстративно растирать шею. – Устала, сил нет. Давай как-нибудь в другой раз, а? Вот, к примеру… – достала из кармана платья блокнот, полистала и предложила: – Как насчет следующего тысячелетия?

Вопреки ожиданиям князь рассмеялся. Вот прям заржал, невзирая на чины и величие. А отсмеявшись, подошел, зацепился за подоконник и подтянулся на руках. Чуть ли не преданно взглянув в глаза, проговорил неровным, чуть хрипловатым тоном:

– У меня есть другое предложение: давай, сделаю тебе расслабляющий массаж, а после ты избавишь меня от своих проклятий. Вернешь строителей и все же переедешь. Идет?

У меня аж глаз задергался от такой наглости. Слишком быстро князюшка переходил от кнута к прянику. Сориентироваться не сразу успевала. То, понимаешь, выгоняет меня из дому, то напрашивается на близость.

Да за это проклясть мало!

– Никто никуда не идет! – объявила жутким голосом (тем самым, которого так слушался Драго). – А строители вернутся, когда кое-кто освободить им место для работы. И этим кое-кем будете вы, князь. Я и пальцем не пошевелю, чтобы вам помочь.

От моего воя у Каллистрата встали дыбом волосы на макушке и распушилась борода. Он ловко пригладил все это безобразие и даже не дрогнул. Кажется, ему вообще такое обращение нравилось: взгляд стал жадным, я бы даже сказала ― алчным.

– То есть массаж не хочешь? – переспросил он, бесстрашно положив руки на подоконник.

Какую бы гадость я ни сделала, как бы ни капризничала, ему все нравится. Может, это любовь? Или мазохизм чистой воды? Разум мой ставил на второе, а вот сердце трепетало от одной мысли о первом.

– Нет! – сообщила и отошла на два шага назад. Не приведи темная сила, еще соглашусь.

Зачем-то посмотрела на руки князя. Такие сильные и в то же время аристократичные. С длинными пальцами, широкими запястьями и четко обозначенными венами. Ногти ровные, овальные, без тени грязи (терпеть не могу обкусанные или грязные ногти. Что мужские, что женские. Вот, пунктик у меня такой).

А тут такая красота. У меня шея заныла и лопатки, а вдоль спины пробежалось стадо мурашек от предвкушения. На долю секунды почти ощутила, как руки Каллистрата ложатся мне на плечи, и едва не застонала.

– Дом, спать! – приказала дрогнувшим голосом.

Каллистрат еле успел ретироваться.

А когда ставни закрылись, я хлопнула себе по щеке – чтоб и не думала о всякой чуши. Ишь, размечталась!

– Наверное, я слишком долго была одна, – проговорила, пытаясь рассмотреть хоть что-то в окружившей тьме. – Вот и мерещится всякая нечестивость.

Поведение князя напрягало все сильнее. И все больше разбирало любопытство: кто он вообще такой? Не тот ли Канцлер, которого ищут всем нижним миром? В этом случае можно понять его желание избавиться от меня, конкурентки.

Но тогда зачем Советник покрывает Каллистрата? Следит за ним или в сговоре?

От дурных мыслей по-дурному разболелась голова. Еще и погода разошлась не на шутку – даже строителям пришлось свернуть деятельность и скрыться в моем доме.

– Ничего, сударыня ведьма, как чуток подсохнет, так сразу закончим, – подбодрили меня. – Князь-то наш наверняка долго не победит заросли. Пойти, подсобить ему, что ли?..

Мужчины переглянулись, потом покосились на меня. Один даже отставил тарелку с борщом и печально так вздохнул:

– Он там один, под дождем…

– Так пусть уедет в город и там отсидится, – как можно небрежнее бросила я. – Заодно и поищет средство от моего проклятия. Что-то посерьезнее топора и пилы.

Строители снова переглянулись, повздыхали. Но вслух ничего не высказали, лишь покосились на полки со снадобьями и зельями, впечатлились и активнее заработали ложками. Как говорится, иногда лучше жевать, чем говорить. Особенно, если жуешь на кухне у ведьмы.

– Считаете, надо его помиловать? – я и сама поняла, что переборщила.

Зная упорство князя, понимала: он просто так не сдастся. Будет бороться с фиолетовыми гигантами до последнего, невзирая на непогоду. Промокнет и заболеет. Может, заработает воспаление легких.

Стало его жаль. Наверное, потому, что сама была такой же упрямой и не терпела бездействия. Можно сказать, нашла в князе родственную душу. И все могло бы сложиться. Если бы не его маниакальное желание избавиться от моего соседства.

– Ладно уж, помилую! – объявила, поднимаясь из-за стола. – Но при одном условии: князь Долгорукий оставит всякие попытки выселить меня из дома.

– Он так-то у нас добрый, – сообщили мне. – И не злопамятный.

– Не в моем случае, – отозвалась ворчливо. – Ко мне он предвзят.

– Скорее влюблен, – донеслось тихое.

Вот уж не думала, что строители такие романтики. Промолчала, хотя ответить было что. Так-то возлюбленных не отправляют подальше, а, напротив, радуются близкому соседству.

– Подожди, князь, я все равно выведаю твой секрет, – ворчливо пообещала себе под нос. – Дай только срок.

Накинула плащ с капюшоном, влезла в старые бабушкины резиновые сапоги и вышла под дождь. Стоя на крыльце, обхватила себя за плечи: холодно стало, как в морозильнике.

– Надеюсь, князь, ты заслуживаешь таких мучений.

Шагнула под проливной дождь и уверенными шагами направилась к фиолетовым зарослям. Задумавшись над заклинанием, поскользнулась, и, как в детстве, съехала с горки на пятой точке.

– Что б тебя, Каллистрат!

Виноватым сделала, разумеется, князя. Потом устыдилась, припомнила, что все-таки ведьма. С помощью маны очистила и высушила одежду. Но настроение от этого не улучшилось.

Еще хуже оно стало, когда заметила, что князь самостоятельно избавился от зарослей. В одном из окон недавно отстроенной надвратной башни горел свет. Стоило представить, как Каллистрат преспокойненько попивает чай и дожидается, когда закончится ливень, как на душе стало так гадко, словно мухоморов прокисших отведала.

Потащилась обратно домой: злая и унылая.

Тут еще и Драго вернулся: исцеленный, в полнейшем восторге от Советника. Так восхвалял его, так благодарил, что у меня чуть уши в трубочку не свернулись.

– Зря ты, хозяйка, не согласилась с ним… – начал было хранитель. Поймал мой озверевший взгляд и поспешно добавил: – сотрудничать. С таким покровителем и ведьма будет при деле, и хранитель останется целым и невредимым в любой нештатной ситуации.

– Эгоист! – упрекнула в ответ. – Поди лучше, с семьей своей посотрудничай.

Каллистрат объявился ближе к вечеру. Строителям пришлось попрощаться со мной и перебраться к нему. Но многое они сделать успели, и на том спасибо.

Не успели уйти одни, как объявились другие.

Этим вечером я ожидала гостей из нижнего мира и попросила деревенских женщин помочь. Не за бесплатно, разумеется. Не все явились, а только самые стойкие: Марьяна с детками, Парашка, Глашка и Иванна.

После торжества весть о моей гостинице разлетелась очень глубоко под землей. Многие решили своими глазами (а некоторые и другими частями тела, так как не у всех демонов глаза имеются как таковые) увидеть дом ведьмы. Так что запись на комнаты выстроилась чуть не на год вперед. И мне позарез нужны были помощницы.

– И вы здесь? Какая неожиданность…

Прибывшие женщины заметили строителей и расплылись в улыбках. Кажется, совершенно забыли и о цели визита, и о предстоящей работе.

– Мальчики уже уходят! – объявила я.

И те, быстренько попрощавшись, отправились к князю. Женщины остались и начали терзать вопросами:

– Как вы думаете, сударыня ведьма, кто из мужчин самый надежный?

– А есть ли у них жены?

– Не пьют ли, не гуляют ли?

– Может, погадаем?

– Некогда! – объявила я. – И, если честно, гадать в таком серьезном деле лучше не стоит. Мужчин надо делом проверять.

– А приворотное зелье? – не унялась Парашка. – Вы ведь наверняка умеете так приворожить, что не оторвешь.

– Нет, так не пойдет, – отказалась, хоть и руки чесались опробовать способности. – Ни одно приворотное зелье не обеспечит долгую и счастливую жизнь.

– А как же быть? – всерьез задумалась Иванна.

– Проверить их надо, – сообщила строго. – Желательно огнем, водой и медными трубами.

– Это как же, сударыня ведьма?

– Пока не знаю, но обязательно придумаю. А пока за работу: скоро начнут прибывать гости.

Глава 22

Ночь выдалась дивная, хоть и суетливая. На сей раз гостей было ровно столько, сколько мог вместить дом. Закуски тоже хватило с лихвой. Прибывшим пришлись по нраву пирожки с лягушатиной и варенье из мухоморов. Но особый изыск гости нашли в распивании коктейлей, приготовленных мной самолично.

Так уж вышло, что тренируясь в изготовлении зелий, я создала (не то случайно, не то по воле провидения) веселящий напиток, бодрящий, возбуждающий и даже тот, что заставлял плакать и навевал меланхолию. Такой вот потрясающий побочный эффект самоучения.

Марьяна перевелась в разряд барменов и принялась смешивать разные зелья. От многих эффект был неожиданным. Один из плазменных демонов даже разорвался, получив порцию неудержимого веселья. Взорвался в прямом смысле: с громким хлопком он разлетелся по стенам, не на шутку испугав моих помощниц.

Да чего там, я сама от неожиданности аж присела. Помчалась на звук, успев подумать, что придется выплачивать немалую компенсацию родственникам опьяненно-убиенного. Еще и Советник наверняка прознает и накажет. И стены мыть придется…

– Я не специально, сударыня ведьма, – едва не плакала Марьяна. – Он сам попросил чего-нибудь необычного.

– Все последствия беру на себя! – пообещала я.

В отличие от персонала, гости пришли в полный восторг от фейерверка. Даже те, кто получил по морде сгустком зеленой плазмы – тоже в прямом смысле.

А вот когда разлетевшийся демон начал собираться воедино – приуныли.

– Ну, так не честно! – заявил один из низших демонов. Колобкообразный такой, розовощекий и румяный. – Что это за праздник такой, раз никто не умер? Может, его съесть?

Он продемонстрировал массивные челюсти и острые зубки, а я засомневалась в правдивости детской сказки. Той самой, про колобка. Если прототипом стал бы вот этот милый на вид демон, концовка была бы совсем другой.

– Никого в моем доме не едят! – объявила всем демонам, у кого заблестели глаза. – Отдыхать и коктейлить можно, но никаких убийств! Нет у меня такой лицензии. И не будет.

Меж тем плазмообразный демон собрался, вылепил себе глаза, нос и рот. И затрясся от смеха.

– Вот это да! – восхищенно шлепнул себя по бокам. Потопал к стойке и потребовал у Марьяны: – Повторить!

– И мне! И мне!!! – восклицали другие гости, жаждавшие экстрима.

Кое-кто даже заказал двойной взрывоопасный коктейль. Но я запретила.

Остальная часть ночи прошла спокойно и, кое-как убрав за гостями, мы с помощницами завалились спать. И все бы ничего, да ближе к вечеру нас разбудил подозрительный шум. Кто-то бросал в закрытые ставни камни. Не камушки, пытаясь привлечь внимание, а огромные булыжники, от чего дом начал скрипеть и всячески жаловаться, пытаясь добудиться хозяйку. То бишь меня.

Ох, и злая я поднялась с постели. Не ведьма, а сущий демон в ночнушке!

– Кто посмел?! – гаркнула в распахнутое окно.

Возле дома толпились с десяток мужчин в одеяниях, похожих на монашеские. Светлые рясы доходили до пят, длинные бороды воинственно топорщились, а взгляды пришлых горели фанатичной ненавистью. То были вовсе не храмовники, явившиеся в прошлый раз. Эти выглядели посерьезнее, я бы даже сказала, повнушительнее. Чего стоил их бронированный «мерин» с прицепом в виде клетки.

К тому же, эти мужички в платьях каким-то образом пробили защиту дома. И вскоре я поняла почему. У одного из них – самого грозного на вид: широкоплечего, надменного – в руках был посох, увенчанный магическим камнем. Не слишком сильным, но достаточным, чтобы изловчиться бросить камень в ведьмин дом.

– Не повышай голос на представителей священной инквизиции, ведьма! – заорал мужик и стукнул посохом. – Ты и твои помощницы обвиняются в незаконных связях с миром демонов. Немедленно выходите и проследуйте с нами к месту сожжения ― ближайшему храму!

Вот те раз, снова за старое. Интересно, это хромые храмовники пожаловались или Каллистрат придумал месть?

Больше склонялась к последнему. И негодовала от гнева.

– Чего это в незаконных? – переспросила, потягиваясь. Заметила, как отвернулись инквизиторы, и мстительно улыбнулась. – У меня даже лицензия имеется. И вообще, на костер не хочу, давайте в другой раз, а?

Пусть у них и камень магический, и напор. Да и сами инквизиторы куда строже и злее храмовников. Во мне после ночи маны столько, могу сама их сжечь одним щелчком пальцев.

– Ой, сударыня ведьма, и нас тоже… того?

Это помощницы проснулись и теперь сиротливо жались в углу моей комнаты, лишь изредка бросая испуганные взгляды на инквизиторов.

– Эти не могут того, они обет целомудрия давали, – фыркнула я. – И вообще: не паниковать, все под контролем. А знаете что?..

Тут мне в голову пришла грандиозная идея. Я вообще, когда злая и не выспавшаяся, способна на подвиги.

– Расчесывайте и распускайте волосы, берите из шкафа мои сорочки и переодевайтесь, – приказала женщинам. – Погода хорошая, солнечная. Отчего бы и не прокатиться, раз нас так настойчиво просят.

– Вы это серьезно? – ушам своим не поверила Парашка.

– Угу, ― согласилась и злорадненько хихикнула. – Прокатимся с ветерком. Зададим жару этой унылой местности.

Женщины переглянулись, но принялись выполнять поручение. Хоть и весьма неохотно. Светка взяла братика за руку и, широко улыбнувшись, спросила:

– Это игра такая, да? А мне тоже переодеваться?

– Тебе рано, – возразила я. – Если твоей маме понравится, поиграем еще годочков через десять. А пока ступайте-ка вы с братом к строителям.

– Что-то передать? – догадался не по годам смышленый Пашка. – Наябедничать? Это я могу!

Он ударил себя кулачком в грудь, за что получил знатную оплеуху от сестры. Видать, ябедничать он действительно умел. И нередко практиковал.

– Никакого вранья! – распорядилась я. – Просто расскажите строителям правду. Вот и посмотрим, на что они способны ради понравившихся женщин. Проверим, так сказать, огнем. А там и насчет воды и медных труб подумаем.

Надо отдать должное инквизиторам: пусть повозка их была увита терновыми ветвями, пол застлали теплым покрывалом и даже положили несколько подушек. И мы с девчонками воспользовались ими по назначению. Ехали медленно, повозка мерно покачивалась, лишь изредка подпрыгивая на ухабах.

Когда выехали на пригорок, стал отчетливо виден почти достроенный замок Каллистрата.

– У-у-у!.. – погрозила ему кулаком. – Если это твоих длинных рук дело, князюшка, жить тебе осталось несколько часов.

Возле храма мои хромые «друзья» уже сложили костер. Завидев меня, заулюлюкали, как деревенские мальчишки. За что получили посохом по головам от главного инквизитора.

– Ниче такое сооружение, крепкое! – оценила я. – Профессионалы, что ли?

– Молчи, ведьма! – приказали в ответ. – Молись, пока не поздно. А лучше покайся и отрекись от мракобесия.

– А дальше что? – спросила, хоть и не слишком впечатлилась предложением.

– В монастырь отправим, грехи замаливать, – деловито ответили мне. – Проводить дни в покаянии и труде. А ежели не захочешь, сожжем!

– Монастырь мужской? – уточнила, не слишком надеясь на положительный ответ.

Надо было видеть перекосившиеся лица храмовников и инквизиторов. Будто ветер подул с очистных в их сторонку, и все как один сморщились, что вяленые помидоры. Можно подумать, не они только что рассматривали меня и помощниц в кружевных сорочках.

Марьяна нервно хихикнула и взяла меня за руку.

– Прощайся с жизнью, ведьма! – приказал инквизитор с посохом.

– Лучше попрощаюсь с вами, – сообщила равнодушно. Покосилась на дорогу, но, не заметив мчащихся на выручку строителей, добавила: – Чуть позднее ― обязательно.

Нас взяли под руки и с почетным караулом провели к помосту. Поставили к столбам и связали руки веревками.

– Не паникуем, девочки! – распорядилась я, заметив побледневшие лица помощниц. – Все идет по плану.

Пока нас вязали и подкладывали поленьев, на площадь успели опуститься сумерки. Оттого зажженные факелы смотрелись впечатляюще. Их свет искажал черты и без того не слишком привлекательных храмовников и инквизиторов. Ладно, последние хотя бы без пыток решили обойтись. А то с них станется.

– Признаешься ли ты в грехопадении, ведьма? – уточнил балбес с посохом.

Напрасно я прежде решила, будто пыток не предвидится. Слушать его противный, скрипучий, будто бы проржавевший голос ― то еще удовольствие. Теперь я болезненно поморщилась – так, словно кто-то провел когтями по стеклу.

Или это нервы мои были на пределе?

– Никуда я не падала, – призналась откровенно. – И не собиралась, вроде бы… Хотя, нет, постойте-ка! Не далее как вчера поскользнулась на скользкой от дождя почве и приложилась пятой точкой. Еще и синяк остался. Предъявить?

Выставила в боковой разрез длинной сорочки ножку и зазывненько так улыбнулась. Вот как на курсах актерского мастерства когда-то учили: вокруг неприятные люди с сальными взглядами, пренебрежение или ненависть. А ты не парься – улыбайся, это всех раздражает.

– Дьявольское отродье! – заверещал инквизитор и крепче сжал посох. Ударил им об землю, и к моим ногам (незаметно человеческому взгляду, но вполне ощутимо для магического) поползли алые всполохи заклинания. Призваны они были запечатать мне уста.

Да не тут-то было! Для меня, не только как для ведьмы, но и как просто женщины, запретных плодов не существовало со времен Адама. И вообще, бесполезно запрещать то, чего я и так делать не собиралась. Пустая трата времени и магических свойств камня.

Одним взмахом ресниц я отправила заклятье обратно, к инквизитору. Тот с перепугу замычал и чуть не наложил в штаны. Не заклинаний, разумеется.

Правда, отошел довольно быстро, сориентировался и жестом приказал помощникам поджигать.

– Да, как раз пора, – согласилась я, заметив вдалеке клубы пыли. Строители таки явились на помощь. – Все зрители и участники в сборе, пора зажигать!

От уверенности, прозвучавшей в моем голосе, факелы в руках инквизиторов дрогнули. Но тут главный инквизитор (не без помощи магического камешка, разумеется) справился с моим заклятием. Его грозный окрик быстро вернул подчиненным самолюбие и ненависть к ведьмам.

– Умри, тварь! – взревел один. Косматый такой, с безумными выпученными глазами и растрепанной белесой бородой. – Ишь, совращать придумала!

– Да было б кого! – фыркнула в отместку.

Дрова все никак не хотели загораться, видать, промокли во время дождя. Один их храмовников поковылял за бензином. Строители остановились в низинке – похоже, разрабатывали план спасения.

А я откровенно заскучала. Признаться, рассчитывала на более завораживающее действо. А тут тебе ни экспрессии, ни эмоциональности. Тоска зеленая.

Наблюдая за стараниями инквизитора с факелом, наколдовала себе кубинскую сигару. Вообще-то я не курила, но ради такого случая рискнула здоровьем.

– Огоньку не найдется, любезный? – уточнила у пучеглазого.

Тот аж дар речи потерял от такой самоуверенности. Несколько раз открыл и закрыл рот, точно выброшенная на берег рыбина. Потряс башкой, точно прогоняя видение, и ка-а-ак заорет:

– Изыди!

И – тыц мне перед лицом факелом. Опалить не сумел благодаря охранному заклинанию, а вот сигару прикурил.

– Благодарю, любезнейший, – отозвалась я. – Вот это понимаю, сервис.

– Да ты… Ты!.. – У инквизитора было туго с эпитетами. – Тварь несусветная. Жаба подколодная. Змеюка си…

Договорить ему не дала, хоть и было любопытно, что еще он сумеет придумать. Выдохнула благородный дым в его неблагородную морду и мурлычащим тоном проговорила:

– Твое сердце остановится через пять, четыре, три, два…

– Вы ж это не серьезно? – испуганно переспросил пучеглазый.

– Очень даже серьезно, – возразила я. И добавила: – Один!

Тут ближайшие к помосту кусты зашебуршились, и из них, как горох из прохудившейся торбы, посыпались строители. Мужчины, вооруженные охотничьими ружьями и пылающими взорами, накинулись на инквизиторов. Те сбились в кучку, пытаясь призвать к порядку.

– Это же ведьма! – ревели инквизиторы. – Тварь богомерзкая. И помощницы ее.

– Это наши женщины! – возражали строители, все сильнее ярясь. – И наша ведьма! Не сметь их касаться своими похотливыми ручонками и тем более жечь.

– Аврато кедавра брум! – выкрикнул старший инквизитор.

Ударил посохом о землю, и из моих зубов выпала сигара. Вот это кедавра началась – полнейшая! Вокруг инквизиторов загорелась алая дымка. Строители пальнули по ней, но напрасно. Пули отскакивали от магического щита, как вишневые косточки от стенки.

А от самого щита стали отделяться полупризрачные клешни на длинных гибких плодоножках и нападать на самих строителей. Те только успевали отстреливаться. Но на месте одной отстреленной клешни тут же вырастало две, а то и три других.

– Ведьма спешит на по-о-омощь! – жутко завыла я. Освободила от пут себя, девчонок и скомандовала: – Наших обижают!

Храмовники поспешили скрыться, а факелы побросали на землю. Нам они пригодились – прижженные клешни не так стремительно «плодились». Создаваемые мной огненные лучи тоже неплохо справлялись с задачей.

Вот тут и началось настоящее веселье. С выстрелами, руганью и мракобесием. И все мы так распалились, что не сразу заметили, как к месту действа подкатила запряженная тремя церберами карета господина Советника. И только когда трехглавые псы оглушительно завыли, бой на секунду стих.

– И что здесь происходит, не подскажете?

Сигизмунд Варфоломей Иоаким Восьмой сложил мощные лапы на широченной груди и воззрился на нас так, как смотрит воспитатель ясельной группы на расшалившихся малышей.

Глава 23

Мне показалось, или он действительно обращался именно ко мне? Словно увидел главную зачинщицу мракобесия.

– Э-э-э… – начала, комкая порядком изодранный и опаленный подол ночнушки. Поджала босые ступни (только сейчас заметила, как похолодало с наступлением темноты). – Тут это, приходил Сережка… То есть приперлись инквизиторы. Ну, мы и решили поиграться с ними немножко.

– Жечь нас хотели, господин Советник! – наябедничала Парашка. Она еще в первую встречу так впечатлилась внешним видом демона, что бесспорно принимала его за главного в любом деле. – Обижают! А мы отбиваемся, как можем.

– Зена, тебя хоть на секунду можно оставить одну? – обреченно уточнил Советник и устало потер переносицу. – Ночи не проходит, чтобы ты куда-нибудь не впуталась.

– Так я же не специально! – даже и не думала привирать. – Отдыхала после работы, никого не трогала. И тут эти с приглашением.

– А отказать ты не смогла? – Советник окинул подозрительным взглядом притихших инквизиторов и покачал головой: – Что же тебя убедило отправиться с ними?

– Э-э-э… – снова замялась. Так сразу и не придумаешь подходящую отмазку. А правду демон вряд ли поймет и примет.

– У них вон чего! – вступилась Марьяна, указывая на посох. – Штука какая-то магическая.

– Это я уже и сам понял, – согласился Советник. На время оставил меня в покое и обратился уже к инквизиторам: – Не согласовано с нами сожжение. Если вы нарушите мирный договор, то нам придется сделать то же самое. Кто вас подкупил, господа?

Инквизиторы потупили взоры. Главный даже не думал применять против высшего демона свою магическую пукалку, но и экран защитный не убрал.

– Так храмовники пожаловались… – произнес едва слышно. – И еще кое-кто.

– И вы откликнулись на призыв каких-то деревенских?! – возмущенно произнес демон. – Не верю! А ну-ка, предъявите свои лицензии?!

Вот это поворот! А я и не знала, что инквизиторы тоже должны получать лицензии и тем более согласовывать сожжение с демонами. Надо перечитать историю, а заодно и подучить демонологию.

– Не привезли с собой, – развел руками инквизитор с посохом.

По мановению руки Советника к нему подоспели с десяток помощников – боевых демонов, рогатых, грозных, от макушки до копыт закованных в броню.

– Взять их! – приказал Советник. – Допросить. С пристрастием, если понадобится.

Тут произошло то, чего я меньше всего ожидала. Вместо того чтобы беспрекословно подчиниться приказу и сдаться, инквизиторы решили покончить с собой.

– Во славу Канцлера! – взревел главный и, использовав весь магический запас камня, попытался сжать свой магический щит с тем, чтобы превратиться в лепешку. Странное решение. Хотя, учитывая упоминание Советника о пристрастии, может быть, и правильный.

– Не угадали! – объявил Советник.

Одним прикосновением его коготь проткнул магический щит, как мыльный пузырь, и поднял главного инквизитора за шкирку в воздух. Лишившись магической подпитки камня, тот стал менять личину, превращаясь из человека в одного из низших демонов. С другими «инквизиторами» происходило то же.

Ну, точно, кедавра полная!

– Так они и не инквизиторы вовсе? – слегка расстроилась я. – Ну вот, нечем теперь будет похвалиться перед Зеленой. Ее-то настоящие, поди, жгли.

– Ох уж эти ведьмы!.. – фыркнул господин Советник. – Мы тут целую шайку приспешников Канцлера поймали, а она думает, как похвастать перед подружкой.

– Никакая она мне не подружка! – теперь фыркнула я. – А эти, – кивком головы указала на пойманных демонами бывших инквизиторов, – вообще ноли без палочки.

Тот, что прикурил мне сигару, схватился за сердце, охнул и рухнул наземь.

– Что это с ним? – не понял Советник. Легонько толкнул его копытом: – Эй, мы тебя еще не умерщвляли.

– Ой! – воскликнула я и поспешно зажала рот ладонью. Забыла, что не досчитала в прошлый раз. Надо же, демон, а такой впечатлительный.

– Что значит «ой»? – насторожился господин Советник. – Зена, ты что, наложила на него проклятие?

– Это была шутка, – призналась испуганно. – Так-то я ведьма, мне положено гадости делать. Но не смертельные.

– Раз не накладывала заклятие, то от чего он умер? Или придуривается?

В дополнение к словам, Советник опустился на корточки и принялся тормошить «инквизитора». Тот слабо застонал и вздрогнул всем телом.

– То не заклинание, а самовнушение, – мрачно заметила я. – Штука пострашнее всяких там проклятий.

Советник приказал помощников Канцлера скрутить и увести. А мне наколдовал теплый плед и бережно накинул на плечи. Заметил босые ноги, бесцеремонно поднял на руки. Завернутая, как куколка, согревшаяся и счастливая, я не стала противиться. Даже когда демон прижал крепко. Так, будто бы все отколотые когда-то и кем-то от меня кусочки собрались воедино. Стало так легко и уютно. Я видела много мужчин, пытавшихся сломать женщину. Но впервые на пути повстречался тот, кто мог собрать воедино.

– Ну что, Зена, пошли домой? – спросил он. – Надеюсь, ты успела приготовить для меня комнату.

Утвердительно кивнула и бросила довольный взгляд на женщин и строителей. Шалость удалась! Мужчины вдохновились поступком Советника, отдали дамам свои куртки и усадили в изъятую у «инквизиторов» машину.

– Держись крепче! – предупредил демон.

Накрыл нас обоих с головой своим плащом, а когда раскрыл, мы были уже в моем доме. Подсуетившийся хранитель предложил Советнику показать его апартаменты. Но тот не спешил соглашаться. Прежде чем уйти, скрестил руки на груди и, окинув меня подозрительным взглядом, уточнил:

– Надеюсь, остаток ночи пройдет спокойно?

– Я тоже, – согласилась и первой отправилась в свою комнату.

Вообще-то у меня осталось дело, которое требовалось сделать немедленно. Сердцем чуяла: не обошлось в этом деле без Каллистрата. Вон, и «инквизиторы» сказали, что не только храмовники на меня жаловались.

Достала сотовый и не без удивления заметила несколько пропущенных от князя. Перезвонила.

– Алло!.. – голос его звучал приглушенно, будто доносился из выгребной ямы.

– Это ты, соседушка, прислал ко мне инквизиторов? – начала с главного. – Признавайся немедленно!

– А нельзя все вопросы оставить до завтра? – спросил он и зевнул. – Вообще-то я спать собирался.

– Хочу знать правду прямо сейчас! – рявкнула в ответ. – Немедленно отвечай: твоих долгих рук дело, а, Долгорукий?

– Нет… – князь снова зевнул.

– Неубедительно! – объявила я. – Если хочешь от меня избавиться, попробуй сделать это сам, а не подсылай других.

– Перспектива, конечно, заманчивая. Но я слишком устал даже для того, чтобы сжечь в пожаре страсти хорошенькую ведьмочку. Я с кровати не встану, чтобы переться к тебе в столь поздний час.

Его поведение довело меня до белого каления. Нет, чтобы сознаться и попросить прощения. Или хоть убедительно солгать.

– Не вставай, не надо… – хихикнула мстительно и щелкнула пальцами, одновременно произнеся заклинание.

– Что ты там шипишь, ведьма? – вяло осведомился князь.

– Заклинание, – созналась довольно. – Ты когда-нибудь сказку про Емелю читал? А, в общем, не важно, встретимся через пару минут.

Довольнющая, отключила сотовый, приняла дерзко соблазнительную позу и приготовилась ждать.

Специально расширила оконный проем – на случай, если кровать Каллистрата окажется двуспальной. Задумалась: интересно, в чем спит князь? В сорочке? Пижаме или вовсе раздетый?

Развить эту мысль и дать вовсю расшалиться фантазии не успела. За дверью послышался душераздирающий скрип, а уже через секунду кровать с Советником въехала в мою спальню. Демон восседал на ней с воинственным видом, наблюдая за тем, как его «корабль» вплывает в комнату и берет на абордаж мое ложе.

– Ой!.. – не на шутку испугалась я. – Простите, что побеспокоила. Вообще-то я не вас вызывала.

– А кого же? – Советник надменно изогнул бровь. – Как часто ты проделывала такой трюк прежде, Зена? Сколько мужчин приглашала к себе под покровом ночи таким вот действенным способом?

Мне стало не по себе. Я нервно сглотнула и принялась повторять про себя заклинание. Вроде бы, ничего не напутала. Разве что с силой переборщила? Или подумала о демоне, когда должна была представлять князя?

Или?

– Ах, ты, гадский потрох! – вскочила и воззрилась на демона со всей силой ведьминского негодования. – Так все это время ты притворялся? Зачем ты надевал личину князя?!

– Ничего я не притворялся, – возразил Советник и, расправляя складки одеяла, добавил, – не было в том нужды. И личины мне без надобности. Днем выгляжу как человек, и только с восходом луны принимаю истинный облик. И я действительно один из потомков князя Долгорукого, и замок на горе принадлежит мне по праву.

– Ты… ты! – не могла подобрать слов, чтобы описать свое состояние.

Как ловко все это время он морочил мне голову. И не только мне! Днем красавец, вечером чудовище…

Или наоборот?

– Я, – согласился демон и учтиво кивнул. – Главный Советник Его Темнейшества. Каллистрат Сигизмунд Варфоломей Иоаким Восьмой, к твоим услугам. Прости, что не могу поклониться – ведь для этого придется вставать, а я не одет.

– Так и знала! – воскликнула прежде, чем успела обдумать свои слова. Густо покраснела и, сделав глубокий вздох, попыталась взять себя в руки и унять бешено бьющееся сердце. – Знала, что с Каллистратом не все так просто! И зачем нужно было притворяться, играть в плохого князя и добренького демона?

– Как иначе я мог тебя испытать? – переспросил он и самодовольно усмехнулся. Окинул демонически притягательным взглядом. – А ты умница, Зена, справилась со всеми ловушками. И даже помогла изловить пособников Канцлера. Дважды! Но все же ты совсем еще юная ведьма и не понимаешь, в какую аферу случайно ввязалась.

– Так потрудитесь объяснить! – я вся кипела от злости и негодования. – Будьте так любезны, Советник Каллистрат, говорите все до конца. Уверяю вас, я не настолько хрупкая и нежная, какой могу показаться. И если мое будущее и моя жизнь зависят от ваших темномирных разборок, я должна знать, к чему готовиться.

Он поджал губы и долго рассматривал меня из-под полуопущенных ресниц. Пушистых таких, загнутых кверху. Совсем не демонических.

– В верхний мир выбрался изгнанный, темный Канцлер. Сущее зло. Впрочем, ты уже прознала об этом, – сообщил Советник после долгих раздумий. – Он хочет нарушить равновесие и призвать других изгнанных. И твой источник – самый вероятный путь возвращения. Сейчас он где-то затаился, наращивает мощь. Составляет что-то для призыва всей армии отверженных. Предлагая тебе съехать и подыскать другой дом, я действительно хотел помочь, Зена. Оставаться здесь дольше крайне опасно.

Только этого мне не хватало! Только обустроилась, начала жить по-человечески. Точнее по-ведьмачьи.

– Я не могу уехать, не хочу! – чуть не зарыдала от досады. – Это мой дом! И я буду защищать его до последнего.

– Не глупи, Зена. – Каллистрат протянул лапу и осторожно взял за руку. Легонько потянул, и я присела рядом с ним на его кровать. – В этот раз Канцлер прислал своих пешек, наверняка, чтобы лишь проверить твои способности. Следующий шаг будет более жестоким. Пойми ты, наконец: Канцлер не щадит никого – ни людей, ни демонов.

– Не уеду… – покачала головой.

– Ты из-за этого? – он коснулся моего лица в том месте, где располагался самый большой шрам от ожога. И пусть на мне был морок, Каллистрат легко видел все, что скрыто. – Ты прекрасна, Зена! Я сказал тебе это при первой же нашей встрече. И сейчас могу повторить то же самое. Ты сильная ведьма, на новом месте легко уживешься. Я выдам тебе любую лицензию – маны у тебя будет достаточно, чтобы выглядеть прекрасно даже по человеческим меркам. Хотя я искренне не понимаю, зачем тебе это.

Да разве в этом дело? После того как я обзавелась ежкой, мне стало доступно столько наличности, что легко можно заплатить не только лучшему пластическому хирургу, но и построить собственную клинику. Вот только мне это действительно было уже не нужно. Не нужно и не важно. Больше нет.

За последние дни мне стало все равно, понравлюсь я окружающим или нет. Каллистрат, другие демоны, женщины из деревни, строители – все видели меня настоящей, и никто не ужаснулся, никто не прогнал. Здесь, среди странных существ и еще более странных людей я нашла свое место.

И не могла потерять его.

– Я давно забыла об особенностях своей внешности, – призналась едва слышно. – Но дом все равно не оставлю, тем более, если какой-то там Канцлер собирается воспользоваться им не по назначению. Вы можете разместить здесь свою армию, я готова предоставить комнаты. Установите дополнительную защиту портала, заложите магическую бомбу – все что угодно. Но я отсюда не съеду!

Сверкнула глазами для убедительности. Но это было лишнее, Каллистрат и без того поразился и проникся моей речью.

– Упрямая, совсем как я! – искренне восхитился он. Снял с указательного пальца перстень с алым камнем и протянул мне: – Это один из сильнейших артефактов нижнего мира, он переместит тебя ко мне в любое время и из любого места. Носи его, не снимая. И пока никаких гостей. И женщин к себе не приглашай, пока не разберемся с канцлером.

Перстень был таким большим, что не держался у меня на пальцах. Тогда я повесила его на цепочку на шею, и алый камень уютно устроился между пышных грудей. Как будто специально был создан для того, чтобы прятаться в женском декольте.

– Хотел бы я оказаться на его месте, – размечтался Каллистрат.

Хотела ответить что-то едкое, но замерла на полуслове. Рогатая морда демона показалась такой надежной, такой до боли знакомой – почти что родной. И я не смогла удержаться от порыва поблагодарить Советника за заботу. Ну, и, наверное, за науку. Хотя, пожалуй, осталось немало вещей, по которым демон мог показать класс.

И Каллистрат решил продемонстрировать это немедленно.

Глава 24

Не знаю, чем могла закончиться эта ночь. Возможно, рождением маленького демона или будущей ведьмы через девять месяцев. Или очередной словесной потасовкой между мной и Каллистратом. В любом случае все могло сложиться иначе.

Если бы в самый разгар чувственного пира у демона не затрезвонил магический камень (что-то вроде нашего сотового, только ловит везде и стоит буквально крохи маны).

– Что?! – взревел Советник, выслушав доклад помощников. – Как вы допустили?! Как я это допустил?..

Видимо, случилось что-то, и правда, жуткое. Впервые я видела, как демону изменило его обычное равнодушие. Он сходил с ума от ярости. И чуть не выдрал себе волосы, в которые запустил лапы.

«Интересно, если демон лишится волос, человек тоже станет лысым?» – задумалась я, но вслух спросила иное:

– Что случилось? Я могу помочь?

– Нет! – рявкнул он явно резче, чем собирался. Тут же раскаялся, обнял и даже погладил по спине: – Прости, Зена… Дело дрянь. Гораздо сквернее, чем можно себе представить. Я должен отбыть, а ты никуда из дома не выходи. И ни в коем случае не снимай мой перстень, он может понадобиться в любую секунду.

Воинственно замотавшись в простыню, он по человеческой привычке направился к двери. А меж тем за окнами начинался рассвет, и я обернулась посмотреть, не обернулся ли господин Советник. Вернее, не стал ли он снова Каллистратом.

Но нет, не удалось удовлетворить любопытство. Прежде чем светлое время суток окончательно вступило в права, демон закутался в призрачный плащ и растворился в серости утра.

– На самом интересном месте… – вздохнула я ему вслед.

Устыдилась дурных мыслей: тут такое вокруг творится, а я все о себе. И вообще, этот демон-князь светло-темная лошадка. Его еще изучать и исследовать.

Интересно, что стряслось, раз он так резво ускакал?

Мучимая размышлениями, решила позвонить подружке. Раз уж мне придется долгое время сидеть в заточении (заметьте, добровольном) в собственном доме, можно ненадолго забыть о делах гостиницы и вспомнить о подружках.

– Ангелинка, я как раз о тебе подумала! – воскликнула Машка вместо приветствия. – У тебя что, дар?

– Ага, – легко согласилась и не слишком весело усмехнулась. – Дар притягивать неприятности. Как твои дела, что новенького? Ты ведь не просто так вспомнила обо мне?

– Завтра мы отправляемся на гастроли! – восхищенно воскликнула подружка. – Разумеется, я еду как солистка во многих номерах программы. Кругосветное турне, небывалые возможности и огромные деньги. Вилли такой лапочка! Ты рада за меня, подружка?

Хотела было сказать, что Вилли никакой не лапочка. Он – продюсер, делец и, чего уж там, жуткий бабник. Но не посмела портить Машке настроение.

– Очень рада! – воскликнула в ответ. Но все же добавила: – Только будь осторожнее, береги себя.

Сама не знаю, отчего так сказала. Слова будто бы слетели с языка прежде, чем я успела их осмыслить.

А ведь Советник Каллистрат не выдавал мне лицензии на предсказательскую деятельность.

Поболтав с подружкой, я все же улеглась спать. А проснулась от того, что кто-то ласково гладит по волосам.

– М-м-м?.. – спросила сонно и едва разлепила глаза.

Рядом сидел Каллистрат – с небывало задумчивым выражением на породистом лице. Но, что хуже всего, на нем был белый фрак, а в нагрудном кармашке торчала алая роза.

Это у людей белый – цвет радости. Демоны в нем скорбят по ушедшим навсегда родственникам и знакомым. Одна алая роза означала, что погибла женщина.

– Кто? – охнула я.

Сон мгновенно слетел, словно пепел от резкого порыва ветра. Я вскочила с кровати и зябко обняла себя руками.

– Зелена, – сообщил Каллистрат. Кивнул на край кровати и добавил: – Собирайся, нам пора идти.

Только сейчас я заметила, что Советник принес для меня белое платье. Увидев такое пару месяцев назад, я пришла бы в неописуемый восторг: длинное, с глубоким декольте и провокационными разрезами сбоку. Оно словно было соткано из шелковой паутины и украшено драгоценными алмазами.

Сейчас наряд нагонял тоску. И пусть мы с Зеленой не были подругами, кодекс бесчестия приказывал проводить ее в последний путь.

Вместе с Каллистратом мы отправились на Лысую гору, где вместе с демонами, ведьмами и прочими сочувствующими соорудили для Зелены последний в ее жизни костер.

– Она была настоящей ведьмой! – произнесла Миланья и бросила в костер веточку от своей метлы.

– Ничего, на том свете ей будет еще веселее, – высказалась я и повторила действия рыженькой ведьмы. – Эх, и задаст она жару тамошним жителям.

Я пыталась мыслить позитивно, хотя на душе скребли кошки. Хоть Советник и не рассказал многого, все знали: Зелена – еще одна жертва Канцлера. И теперь все ведьмы боялись. А демоны злились и не знали, что предпринять. От чего злились еще сильнее.

После церемонии мы с Каллистратом отправились ко мне. Засели на кухне за чашкой травяного чая. Вернее, это я пила отвар из ромашки и мяты, демон же сильно разбавил его успокоительным зельем. Абсентом по-нашему.

– Как она погибла? – решилась спросить я.

– Тебе лучше не знать, – рыкнул он и потянулся за новой порцией зелья. Передумал, обрушил кулак на ни в чем не повинный стол и воскликнул: – Больше никаких заточений в камне! Поймаю Канцлера и лично испепелю, плевать на его родственные связи и силу. Лучше сам лишусь всей маны, чем позволю ему хозяйничать в двух мирах.

Молча поддержала и погладила по руке. Хотела накапать еще чайку, но тихий стук в дверь меня отвлек.

– Я открою, – сообщила и, было, рыпнулась.

Демон удержал за руку.

– Сначала посмотрим, кто там, – предупредил строго. Поднялся и своим демоническим зрением просканировал дверь. – Тебе знакома молодая особа с длинными светлыми волосами, серыми глазами и татуировкой на бедре в виде черной кошечки?

– Машка? – удивленно переспросила я. И только после возмутилась: – А как ты рассмотрел ее татушку?

– Это не трудно в таком-то наряде, – не поддался на провокацию демон. – На ней только топик, маленькие трусики, туфли на шпильках и головное украшение из перьев.

Похоже, подружка прибыла ко мне прямиком с выступления. И сделала это явно из безысходности, в противном случае не решилась бы гулять по лесу в таком виде.

– Скройся, – попросила я демона. – Не пугай мою подружку своим видом. Ей, похоже, и без того пришлось несладко.

Я открыла дверь, и дрожащая от холода и страха подружка буквально упала мне на руки.

– Как хорошо, что я тебя нашла… – всхлипнула она и подняла на меня полные слез глаза. – Ничего, что я без приглашения? Мне просто некуда было пойти…

Конечно же, я заверила подружку, что рада ей в любое время дня или ночи. Налила успокоительного зелья, закутала в плед, а только после решилась на расспросы:

– Как ты оказалась здесь, да еще и в таком виде?

– На попутках, – шмыгнула носом Машка. – Пришлось отдать любимое колечко с изумрудом и сережки, но это мелочи. Главное, что осталась жива. Знаешь, после того, что пережила, мне, наверное, уже ничего не страшно. Даже странные баночки на твоей кухне и то, что таксист назвал тебя ведьмой.

– Об этом потом, – отмахнулась я. – Про себя расскажи. Ты что, с концерта сбежала? С Вилли поссорились?

– Хуже! Даже не знаю, как сказать… Наверное, ты сочтешь меня сумасшедшей. Но я не принимала никаких галлюциногенов, клянусь, даже шампанское не пила. Только пару бутербродов с икрой и какую-то закуску с чесноком.

– Это сейчас не важно! Что случилось после?

Я сгорала от нетерпения, а Машка, всегда имевшая склонность к полноте и долгому хождению вокруг да около, не торопилась с ответами.

– Знаешь сколько там калорий! – возразила она, словно позабыв о сути разговора.

– Это сейчас тоже не важно. Я тебя с любым весом любить буду. Что дальше?

Машка поерзала на стуле, залпом допила зелье и подставила стакан для добавки. Уставилась на мутноватую зеленоватую жидкость и призналась:

– Вилли пригласил нас не для выступления, вернее, не только для этого. Мы приехали в какой-то мрачноватый особняк и сначала распсиховались. Но продюсер сказал, что это конкурс – будут выбирать мисс варьете и всюду скрытые камеры. Мы по одной должны были заходить в комнату. Но я подсмотрела. И пришла в ужас от того, что там происходило за закрытыми дверями. Вилли словно сжирал девчонок. Вытягивал из них жизненную силу, и она уходила в перстень. Красивый камень. Я всегда засматривалась на него. Такой краси-и-ивый…

Машка принялась рыдать, а я – успокаивать. Мне тоже был знаком перстенек, я не раз восхищалась им, особенно когда, задумавшись, Вилли прокручивал его на пальце. Тогда еще не была ведьмой и не могла видеть, что камешек явно магического происхождения. Наподобие того, каким снабдил меня Каллистрат.

– И ты сбежала? – спросила я осторожно.

Машка кивнула, всхлипнула и вздрогнула всем телом:

– Я хотела забрать других девочек. Но они мне не поверили, только подняли на смех. Тогда я выбежала на улицу в чем была, добралась до трассы, поймала попутку и рванула к тебе.

– Ты все сделала верно, – произнесла я как можно увереннее. И не сказала, что остальные девчонки наверняка погибли. – Идем, я отведу тебя спать. Тебе явно нужен отдых.

Дождалась, пока подруга задремлет, а сама направилась к комнате демона. Он ждал, лежа на кровати и закинув руки за голову. Завидев меня, похлопал по матрацу рядом с собой, и я осторожненько присела на кушеточку – подальше. Как можно дальше от дьявольски привлекательного демона, осознающего всю дьвольщину своей привлекательности.

– Надо поговорить, – сообщила, отводя взгляд от едва прикрытого простыней тела Каллистрата. Слишком отчетливо помнила, что спать он предпочитает обнаженным.

– Я надеялся на другое продолжение ночи, – сообщил он, стерев с лица радостную улыбку. ― Но так тоже сойдет. Полагаю, речь пойдет о твоей странной подруге, расхаживающей по лесу в нижнем белье. Кстати, из нее бы вышла неплохая ведьма.

– Из любой женщины выйдет ведьма, если ее до этого довести, – парировала со вздохом. – Но ты прав, речь пойдет о ней. И не только.

Я рассказала все, что знала о Вилли, и описала его камень. Не забыла и про то, что поведала мне Машка. Советник слушал так внимательно, с таким напряжением, что в какой-то момент резко подался вперед, и простыня сползла с него до самых бедер. Я резко замолчала, а он, пробубнив что-то про слишком впечатлительных ведьм, прикрылся до самого горла.

Разговор продолжился.

– Может ли быть, что наш продюсер как-то связан с Темным Канцлером? – спросила, завершив полную драмы историю. – А возможно…

Не договорила, страшась произнести вслух. Говорят, мысли имеют свойство материализоваться. И пусть я слишком суеверна для ведьмы, но прежде чем подумать плохо, решила подумать хорошо.

– Зена, он связан с этим самым прямым образом! – воскликнул Советник. Резко поднялся и, завернувшись в простыню, стал расхаживать взад-вперед по комнате. – Спасибо за ценные сведения, кажется, теперь мы знаем, под чьей личиной скрывается Канцлер. А его камень, это носимый портал. Выходит, он питается определенной магией, возможно – это талант, способности и красота вкупе. Зелену пустили в расход. Как и твоих подружек. Но больше мы не допустим смертей. Надо тщательно, учитывая каждую деталь, разработать план по захвату этого одуревшего демона. Ничто не должно ускользнуть от моего взгляда.

Я прочла все, что смогла найти о порталах между верхним и нижним мирами. И вот что выяснила: существуют переходы двух видов. Первые, так называемые провалы, прорвавшиеся границы между мирами. Один из самых крупных как раз находился под моим домом. Вторые – магические камни, способные создавать проходы из одного мира в другой. Обычно энергетические порталы заключают в какое-нибудь украшение и носят с собой, как перстень Вилли. И почему мне раньше не пришло в голову присмотреться к этой вещичке?

Впрочем, многие звезды шоу-бизнеса носят экстравагантные украшения, этим никого уже не удивить.

– Значит, мой портал Канцлеру не нужен? – поинтересовалась я.

– Нет, опасаться стоит, пока мы его не поймаем, – предупредил Советник.

– Но почему из меня не выпили дар? Я едва не сгорела, но осталась сильной.

– Об этом спроси свою бабулю, полагаю, она знает ответ на этот вопрос.

Прежде чем отправится за канцлером, Каллистрат порывисто меня обнял и поцеловал. В щеку, потому как я вовремя успела увернуться и не подставить губы. О чем слегка жалела, но не подавала виду.

И, чтобы не думать о плохом (и о хорошем тоже), решила переговорить с собственной бабушкой. Давно собиралась опробовать себя в спиритических сеансах, а тут такой случай. Это по пустякам нельзя беспокоить умерших. Но я же по делу! Ну, и так, заодно… По мелочи.

Глава 25

Бабка Глафира оказалась именно такой, какой я ее себе представляла: едкой на язык и доброй в душе. На ее призрачном, испещренном тонкой сеткой морщин лице сохранились остатки былой красоты, а собранные в тугую косу седые волосы и сейчас были такими густыми и гладкими, что девчонки из рекламы шампуней могли обзавидоваться. В мертвых черных глазах сохранился живой блеск.

– Как же приятно видеть тебя, внученька! – провозгласила бабуля, оказавшись на время сеанса в мире живых. Обвела взглядом чердачное помещение, и блестящая слезинка умиления скатилась по ее пергаментной щеке. – Еще радостнее видеть дом процветающим и сильным. Таким же, как ты.

– И мне приятно, наконец, с тобой познакомиться, бабушка. Пусть и посмертно, – с улыбкой произнесла я. – Спасибо тебе за такой шикарный подарок. Твое наследство изменило мою жизнь, да и меня саму к лучшему.

Бабуля распахнула объятия, и я сделала вид, что обнимаю. И пусть мои пальцы проходили сквозь призрачное тело, на душе стало тепло и светло.

– Никто другой не справился бы с домом! И с его хранителем – Драголован тот еще мерзавец. Но мерзавец полезный, а иногда даже добрый, – совсем не по-старчески подмигнула ведьма Глафира. – Я еще в детстве выбрала тебя наследницей, как только увидела, поняла, что это ты. Но на время сковала твою врожденную магию. Потратила огромное количество маны, но заперла твой дар до своей смерти. Решила дать тебе пожить обычной жизнью

– И за это тебе спасибо, – расчувствовалась я.

Ну, хоть один человек нашёлся, кто верил в меня и желал прекрасного будущего. Как же дьявольски приятно знать, что не все мои родственники черствые и эгоистичные.

– Жаль, что мы не общались при жизни, – вздохнула я, вкладывая еще частичку маны в начерченную на полу пентаграмму: Глафира таяла, как эскимо на солнце. – Скажи, а Темный Канцлер, случаем, не приложил лапу к твоей смерти?

Бабка махнула рукой и вздохнула:

– Нет, сама я ушла. Как все ведьмы, почувствовала приближение смерти и приготовилась, как могла. А что с Канцлером? Неужто снова лютует?

– Угу, – кивнула я. – На ведьм нападает и на красивых девушек, собирает силы на призыв темной орды.

– Все как всегда, – вздохнула бабушка. – А как ты тут устроилась? Во всем разобралась, книги все мои прочла?

Бабуля устроила мне настоящий экзамен с пристрастием. Я даже немного припотела, отвечая на ее вопросы. Но осталась довольна – похвалу ведьмы Глафиры получила заслуженно.

Удовлетворенная ответами не меньше меня, бабуля пришла в игривое настроение. Повела маленьким носиком и искренне изумилась:

– А кто это у нас в дальней комнате живет? Запашок знакомый… – Она задумалась и, постучав иссохшим пальчиком по бледным губам, лукаво улыбнулась: – Ну, точно, это ж наследник Долгоруких, по совместительству демон. Помню, мы с его прадедом – огненным старым бесом, так чудили! Однажды заперлись на чердаке и не выходили, пока пол не проломили. А еще раз…

– Не до этого сейчас, бабуль, – предупредила я. – У нас тут такое творится: убийства, заговоры.

– Мне мертвой еще до этого, а ей живой нет! – всплеснула руками Глафира. – А чего это вы в разных комнатах – храпит, что ль? Помню, прадед его тоже спал беспокойно. А все равно: ляжешь рядом, уткнешься в плечо. Только задремлешь, как эта сволочь храпеть начинает. Треснешь по морде тапком и снова засыпаешь – счастлива-а-ая…

Я закатила глаза и стыдливо покраснела. Меньше всего мне хотелось обсуждать с бабушкой мою личную жизнь, да и ее тоже.

– А там, где ты сейчас, про Канцлера ничего не слышно? – я попыталась сменить тему и обойти неудобный разговор.

– Нет, далека я сейчас от этого, – отмахнулась бабуля. Посмотрела на потолок и громко вздохнула: – Эх, а у нас там сейчас перловку подают: с пиявками, укропчиком, чесночком и перцем – мою любимую. Пойду я, ладно?

– Обиделась? – уточнила я.

– Да что ты, внученька, Претемный с тобой! Я как ведьма только злопамятна, а как бабушка вполне адекватна, несмотря на преклонный возраст и даже смерть. Просто помочь не могу, а попусту тратить твою драгоценную ману не желаю. Пойду я, пора.

Мы еще раз обнялись и распрощались. Я занялась домашними и ведьмовскими делами, подготовила морально хранителя и ежку к встрече с новым жильцом. Осталось только приготовить саму Машку к встрече с представителями нижнего мира.

Пока же решила приготовить для подруги ее любимый греческий салат. Наколдовала спелых помидор, свежий сыр прямиком из Греции, маслины, зелень. Даже напевать взялась что-то из репертуара Сакиса Руваса.

– Зена! – услышала оклик Каллистрата.

Он так неожиданно возник в кухне, что я едва не порезалась.

– Разве можно так пугать ничего не подозревающих ведьм?! – рыкнула и крепче сжала ручку ножа.

– Прости, не хотел пугать. Но тут такое дело… Дурную весть я принес в твой дом, ведьма. Снова.

Я крепче сжала рукоятку ножа – от страха. Сделала три глубоких вздоха и предупредила:

– В Греции гонцу, принесшему дурную весть, отрубали голову.

– Я заслужил это, – неожиданно признался он. – Кое-что от взгляда моего и моих помощников ускользнуло. И мы должны понести за это наказание.

Он уселся на стул и с обреченным видом уставился на нож в моих руках. Как будто я и вправду могла его казнить.

«Нет уж, демон, ты мне еще живым нужен, – подумала я. – Надо же повторить мастер-класс бабули: услышать, как ты храпишь и хоть разок треснуть тапком по морде. Вдруг мне и правда понравится?»

А пока отложила нож и провела рукой по его спутанной темной шерсти:

– И что же от тебя ускользнуло?

– Мы не предусмотрели, что пособниками Канцлера могут оказаться совсем не подозрительные личности, – признался он. Поднял печальную морду: – Я не смог ничем помочь, Зена.

– Кому? – ужаснулась я.

– Миланье, – сознался Советник. – Знаю, она была твоей подругой, хотя это и странно для ведьм.

– Что с ней стало?

– Миланья притворилась, будто Канцлер держит ее в своем замке заложницей. А сама помогла ему ускользнуть. Кажется, они заключили договор привязки: он дал ей могущество ведьмы, а взамен забрал красоту и молодость. Подобные практики давно запрещены Его Темнейшеством. Но многих это не останавливает.

– Она?.. – я не решилась произнести страшную догадку вслух.

– Мертва, – подтвердил худшее Каллистрат. – Канцлер не щадит никого, даже помощников. И не оставляет в живых тех, кто может хоть что-то о нем поведать.

– Мы забрали у Канцлера перстень – это плюс, – продолжил Советник. – Теперь у него один путь призвать свое войско – твой подвал. Это минус.

От таких вестей стало совсем плохо. Мало того, что погибла еще одна ведьма, так теперь и моя жизнь была под большой угрозой.

– Твой дом будет постоянно под наблюдением, – опередил мои мысли Каллистрат. – Но я бы все же посоветовал уехать.

Помотала головой, не в силах ответить. По щекам моим текли слезы, и демон стер их тыльной стороной своей лапы:

– Будь сильной, ведьма. Может быть, вот это немного облегчит твою боль?

Он достал из кармана небольшой сверток. На нем было указано мое имя.

– Что это! – удивилась я.

– Кажется, Миланья хотела передать тебе подарок, да не успела. Он хранился в ящике ее комода, мы нашли при обыске.

Внутри свертка оказалось лишь несколько безделушек: черепаший гребень, несколько булавок, старые монетки, какие-то обертки и ко всему этому прилагалась головка чеснока. В вещицах не было ничего магического, но для меня это было не важно. Я сложила подарочки в карман и поблагодарила демона за заботу.

– Ты сделал все, что мог, – произнесла без тени укора. – Я в этом уверена.

От моих слов у него загорелись глаза. Он рассказал подробнее о неудачной попытке поймать Канцлера, выпил чашку чая и даже помог закончить с салатом. Удивительно было наблюдать, как его неуклюжие на вид лапы с когтями тоненько и ровно шинкуют помидоры.

Мне было очень жаль Миланью, она была хорошей ведьмой и доброй подругой. Но кодекс бесчестия не позволял даже проститься с предательницей. Она сама выбрала свой путь, связавшись с Канцлером. Теперь стала понятна ее необычная внешность.

От расстройства мои слезы капали прямо в салат, так что его даже не пришлось подсаливать. Кусок не лез у меня в горло, но Каллистрат приказал быть сильной и насильно накормил. Не только салатом, но и запеченной дичью, которую он сам же приготовил.

К тому времени, как проснулась Машка, на улице посветлело. Потому подруга увидела в кухне вовсе не демона, а самого настоящего князя. И осталась под впечатлением от знакомства – как и я, впервые познакомившись с Каллистратом.

После дружеского обеда (или поминок – в нашем случае), князь Долгорукий отправился по делам, а я познакомила Машку с ежкиной кошкой и Драго. Рассказала о гостинице для демонов и даже упомянула о спиритическом сеансе.

– Вот это здорово! – только и успевала удивляться Машка. – И что же тебе рассказала бабуля?

– Горячий рецепт перловки, – улыбнулась я. – Но мы не станем им пользоваться.

Дни потянулись за днями, и я постоянно жила в напряжении. Наверное, как настоящая ведьма, предчувствовала, что вскоре произойдет нечто важное. Но что именно – так и не могла понять.

И даже когда в одно хмурое утро на крыльце объявилась Парашка, я не разобрала, где тут подвох. Деревенские не впервые обращались за помощью. И мне никогда и в голову не приходило отказывать. Тем более, в такой ситуации.

– Со Светой и Пашкой беда, сударыня ведьма, – сообщила женщина, поклонившись. – Снова потерялись: ушли в лес по ягоды, да заблудились. Не поможете найти?

– А мама их где? – слегка опешила я. Обычно Марьяна сама обращалась за помощью, не стесняясь.

– Так она с ними ушла, сударыня ведьма, – запричитала Парашка. Утерла выступившие слезы краем косынки и молитвенно сложила ручки: – Помогите, не побрезгуйте. Понимаю, у вас много важных дел. Но в лесу так много волков развелось…

Да не было у меня никаких дел. После того, как гостиничный бизнес временно пришлось прикрыть, я только и делала, что целыми днями слонялась по дому. Окна намыла – дважды и без помощи магии. А тут такой случай. Деток Марьяны я любила как своих, к тому же давно собиралась опробовать поисковую магию.

– Драго! – крикнула хранителю. – Остаешься за главного, я отлучусь ненадолго. Присматривай за ежкой, детками и Машкой. А главное – за подвалом.

– А ты мне мяты кошачьей принеси, – отозвался Драго. – Мои после нее дрыхнут, как убитые. Хоть пару часов отдохну.

Как бы ни пытался хранитель притвориться равнодушным отцом, я давно перестала верить. Кошачью мяту ежкины котята и вправду любили, тем более что от нее у них проходили колики. Оттого и спали малыши спокойно.

– Принесу, – пообещала я с улыбкой. – Парашка, показывай, в какую сторону ушла Марьяна с детьми.

Шли долго, я успела порядком притомиться. С поисковой рогатиной творилось нечто невообразимое: то упрямо показывала на север, то вдруг круто разворачивалась на юг. Я уж было решила, что плохо изучила науку, когда заметила на кряжистом деревце ленточку из розового шелка. Я ее сама Светланке дарила.

– Ох, не в том ли овражке укрылись! – затараторила Парашка и с небывалой прытью поскакала вперед.

Поскользнулась и чуть не съехала в овраг. Пришлось вытаскивать. А весу, между прочим, в дамочке, как в кадушке с солеными огурцами.

– Что ж ты так неосторожно… – буркнула я, налегая изо всех сил.

– Простите, сударыня ведьма, – отозвалась Парашка, цепляясь за мои плечи.

Отдышались, отдохнули и отправились дальше. Меня не покидало странное ощущение, что ходим мы кругами.

– Что-то мне все это не нравится! – объявила я, останавливаясь. – Придется вернуться и взять с собой Драго – с его чутьем дело пойдет лучше.

– Как же ты портал оставишь без присмотра? – с ехидцей переспросила Парашка. – Демоны, это, конечно, хорошо. Но что за ведьмин дом без хранителя?

Тут я окончательно поняла, какую глупость сотворила, отправившись в лес без охраны. Парашке не знакомо слово «портал». Все, что она поняла, будучи моей помощницей, так это то, что в мой подвал приходят демоны. А вот увидеть призрачное воинство, что согнал к моему дому Каллистрат, деревенская женщина не может обычным человеческим зрением.

– Так вот где теперь прячется Канцлер! – воскликнула я, одновременно запуская руку себе в декольте. – Это тело тебе идет. Ты что, специально выбираешь маленьких и толстых? И самых вредных характером?

На провокацию Канцлер не обратил внимания. Зато достал из вместительного бюстгальтера Парашки кольцо Калистрата и помахал им у меня перед лицом:

– Не это ищешь, ведьма?

– Ах ты, сволочь! – не сдержалась я.

Вот и помогай после этого людям, то есть демонам. Я его, понимаешь, из оврага тащила, а он в это время колечко скоммуниздил! Хотя, скорее всего, то было заранее спланированное падение.

– Умри, вор и убийца! – выкрикнула я.

Произнесла боевое заклинание и подпитала его таким количеством маны, что хватило бы, чтобы разрушить небольшой городок.

Канцлер легко отразил удар, и в местном лесу образовался глубокий каньон. Когда-нибудь он станет достопримечательностью нашей местности.

А пока сие действо разозлило меня необыкновенно. Дрожа от злости, я приготовилась к новой атаке.

– Ну не надо, – поморщился Канцлер, будто бы увидел перед собой жалкую букашку. – Ничего ты мне не сделаешь. Артефакт твой я забрал, хранитель к тебе не придет – слишком далеко, а сейчас день. Ты ведь не хочешь, чтобы он превратился в пепел? А чем это от тебя так мерзко пахнет?..

Канцлер болезненно скривился и глянул на мой карман.

А что там такого? Монетки, гребень и булавки не пахнут. Только если чеснок?

– Ты об этом? – Достала головку из кармана.

Канцлер стал серо-зеленым, словно плесень. На лице его отразилось не раздражение и даже не омерзение, а самый настоящий страх.

– Где ты это взяла?! – заревел он и отошел на несколько шагов. – Выброси немедленно!

Не сводя с него гневного взгляда, стала чистить чеснок и есть дольку за долькой. Плакала, давилась, но ела. Вспомнила любимую присказку покойного дедули: «Хочешь стать сильной духом? Жри чеснок». Вот я прям чувствовала, как сил прибавляется.

– Ты это брось!.. – приказал Канцлер, дрожа, и продолжил пятиться.

Тогда я поняла, что иду верным путем. Доела чесночок, облизнула пальцы и, подкрепив дыхание всей маной, что имелась в запасе, притворилась огнедышащим драконом. Страшно представить, какой по лесу разнесся смрад, у меня самой аж глаза заслезились.

А Канцлер в теле Парашки шлепнулся в обморок.

Я опустилась возле него на колени, прощупала пульс. Пока размышляла, как бы уничтожить демона, не убивая Парашку, из ее рта, как из гнилого яблока, выползла козявочка размером с мизинец. Мальчик с пальчик с замашками злого гения.

– Так вот ты какой, Темный Канцлер! – рассмеялась я.

Посадила малявку себе на ладонь, чтобы рассмотреть поближе. После чесночка высший демон не только уменьшился, но и потерял силу. И все, что теперь мог, так это сыпать еле слышными угрозами и топать копытами. Ну, плюс, попытался тяпнуть меня за палец.

– Но-но! – погрозила строго. – Не озорничать мне тут! Не то отдам ежкиным деткам на потеху. Они любят все ползающее и писклявое. Всех мышей в округе извели.

Судя по глазам и писку Канцлера – для него это было худшее наказание. Он даже попытался произнести нечто вроде извинений. Ну да, к тому же пообещал мне мировое господство. И даже замуж позвал – эвона как!

Достойно ответить я не успела.

Над лесом закружилась воронка, загудела, почернела. И выплюнула из своих недр Советника с армией демонов. Видно, охрана дома все же заметила взрыв. Или, что тоже не исключено, почуяла смрад моего дыхания.

– Ты как раз вовремя! – объявила я и, брезгливо держа двумя пальчиками, вручила Каллистрату мелкого Канцлера. – Делай с ним что хочешь, но я бы посоветовала закопать на чесночном поле.

Шум и гам, поднятый ликующими демонами, пробудил Парашку. Приоткрыв один глаз, она глянула на толпу демонов и, заикаясь, проговорила

– Пожалуй, я ещё немного отдохну.

Хлопнулась в глубокий обморок и не возражала, когда демоны бережно грузили ее на повозку, чтобы в целости и невредимости доставить домой.

– Ты невероятная ведьма, Зена! – объявил Каллистрат. – Генеральная лицензия твоя по праву.

Сказал и полез целоваться, хотя у самого глаза слезились от запаха чеснока. У меня и самой горло жгло, хоть волком вой. Так что поцелуй получился короткий, я бы даже сказала стремительный.

– Надеюсь, ты не уменьшишься, как Канцлер? – уточнила я, лукаво прищурившись.

– Напротив, я готов увеличиться, по крайней мере, отдельными частями тела, – заверил Каллистрат. – Мне очень понравилось!

– Ага, я вижу – до слез! – рассмеялась я. – Так и быть, поцелую еще раз. Но только после того, как почищу зубы и прополощу рот освежающим зельем.

Эпилог

Сегодня была свадьба!

Нет, не моя. Пока что не моя. Я решила присмотреться к Каллистрату, так сказать привыкнуть к двум его ипостасям. А сделать это не так просто. С другой стороны – не пришлось выбирать между двумя. Хотя, пожалуй, в каждом мужчине живет демон. Так же как и в каждой женщине – ведьма.

Мы с Драго стояли на резном балкончике и наблюдали, как внизу, в огромном зале замка князя Долгорукого, празднуют бракосочетание сразу несколько пар. Милена, Парашка, Глашка и Иванна выходили замуж за строителей – тех самых, спасавших их от костра. С тех пор пары стали неразлучны.

Кстати, многие строители остались, даже когда закончили с замком – ведь мне пришла в голову идея расшириться. Пристройку к основному дому как раз вчера закончили. А вот с отдельными домиками на склоне предстояло еще повозиться. Каллистрат любезно позволил мне приглашать «в гости» не только демонов, но и людей, готовых пощекотать себе нервишки демоническим соседством.

– О чем задумалась, хозяйка? – спросил Драго и тронул мягкой лапой.

– О будущем, – призналась я и улыбнулась.

Представила, как буду смотреться в белом платье под руку с Каллистратом. Или лучше выбрать красное и провести церемонию в нижнем мире с демоном? А, может, решиться и на то и на другое?

Интересно, а какие у нас получатся малыши? Они будут демонами? Или ведьмами?

– Тоже замуж хочешь? – фыркнул хранитель.

– Вот еще! – не согласилась я. – Мне и одной неплохо живется: хочу – зелье варю, хочу – не варю. И вообще – свадьба, дело нехитрое и даже веселое. А вот замужество… Тут трижды подумать надо. А потом еще и дети.

– Пф, подумаешь! – фыркнул Драго. – Раздашь!

– Кого?! – опешила я. Потом вспомнила, какая очередь выстроилась за ежкиными котятками и присмирела. – Моих не возьмут. Да я и не отдам.

Помолчали немного, подумали каждый о своем. Я вспомнила, как впервые познакомилась с Драго, и как он не понравился мне. Сейчас же стал одним из самых близких и дорогих друзей.

– Слушай, а помнишь, при первой встрече ты сказал, что если я не соглашусь принять наследство, меня ждет страшное проклятье?

– Угу, – согласился Драго.

– А что за проклятье? – не удовлетворилась таким ответом. – Интересно же, что могло случиться в случае отказа.

– Лишилась бы дара и возможности занимать пост ведьмы ближайшие сто сотен лет, – мрачным тоном предрек Драго. – Ну, и ко всему прочему, не получила бы такого опытного и мудрого советчика, как я.

– Пф! – фыркнула я и закатила глаза. – Тогда бы меня это скорее обрадовало, чем расстроило.

– А сейчас? – раздался над ухом бархатный баритон. – Хочешь отказаться?

Это Каллистрат объявился в полночь. По-свойски обнял меня за талию и прижал, как самое ценное, что у него есть на свете.

– Нет, ты что! – возмутилась я и, развернувшись к нему лицом, закинула руки на его мощную шею. – Это все теперь мое, родненькое.

Драго попытался встрять в разговор, но демон кивком головы приказал ему раствориться. Что хранитель тотчас исполнил. Наверняка отправился хлебнуть пару лишних рюмочек венозной крови, пока ежка не видит.

– А ты все еще хочешь лишиться моего соседства? – лукаво уточнила я и склонила голову к плечу.

– Я никогда этого не хотел, всего лишь пытался избавить от проблем одну очень красивую, но невероятно упрямую ведьму.

– Ты это серьезно? Насчет красоты, разумеется.

Я давно перестала исправлять свое лицо и даже привыкла. В конце концов, шрамы не были такими уж гадкими, какими казались мне прежде. К тому же, они напоминали об одной истине: все, что ни делается – к лучшему.

– Ты демоническая женщина! – восхитился Каллистрат. – И дело не только в красоте. А что до внешности – ты бы видела фотографию «Мисс ада нынешнего года».

– Ой, ну зачем ты?.. – я скривилась так, будто скушала лимон. Все дело в том, что этот снимок совсем недавно продемонстрировал мне Драго. – Я столько вкусного съела.

– Для лучшего пищеварения предлагаю размяться, – тут же нашелся демон. – Как насчет прогуляться этой дивной лунной ночью до твоей пустующей гостиницы? А там запереться в спальне и…

Он склонился к моему ушку и нашептал таких фантазий, что я покраснела, кажется, до корней волос.

– Подумаю, подумаю… – сообщила уклончиво. – Давай начнем с прогулки, а там будет видно.

– То есть сегодня я смогу остаться в твоем доме? – настаивал Каллистрат. – Не как гость?

В его напряженном взгляде читалась такая мольба, что отказаться от такого предложения могла только совершенно равнодушная особа. А я к таковым себя не относила.

– Только, чур, не храпеть! – наигранно-строго предупредила в ответ.

– А то что? – хитро прищурился он.

– Получишь тапком по рогам, – рассмеялась в ответ. – Как бабушка завещала.

Он согласился, а я твердо решила не посрамить гордое звание ведьмы. Зачаровать, заворожить, зацеловать и залюбить так, чтоб он сознание потерял от счастья.

А после привести в чувство и продолжить.

КОНЕЦ

Content

Соловьева Елена Не будите во мне ведьму

Елена Соловьева Не будите во мне ведьму

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог