Ирина Снегирева

Закон притяжения

Глава

1

Снежана

Белоснежная отделка вагона выглядела одновременно нарядно и строго. В воздухе витал запах кожи, дорогих духов и того парфюма, что может позволить себе только обеспеченный человек. Я закинула ногу на ногу, поправила посмевшую задраться юбку и уставилась в окно. Показавшийся вокзал городка Волчий Бор восприняла как неизбежность. Здесь мне придётся провести несколько месяцев, чтобы затем вернуться в родной Северогорск. Но тогда я уже буду не ведущим менеджером торгового отдела, а заместителем начальника. Так распорядился сам шеф, а он слов на ветер не бросал.

– Девушка, вы просили предупредить, когда будет остановка,– раздался писклявый голос миловидной проводницы.

Кивнула в ответ. Половину дороги эта девушка любезно предлагала пассажирам чай и некрепкие напитки, не забывая при этом улыбаться молодым мужчинам. К концу пути у меня уже создалось стойкое ощущение, что она отчаянно ищет мужа. Или любовника, что иногда точно лучше.

Рассуждать на тему морали не мой путь. Я подхватила свой багаж и направилась в тамбур. О моём приезде здесь уже знали и обещали встретить, поэтому позволила себе набить целый дорожный чемодан. А если чего не хватит, куплю. Ну, не в тайгу же меня ссылают?! Хотя лесов здесь много, густая зелень так и пестрила со всех сторон.

Давайте познакомимся, я Снежана Мухина, ведущий менеджер известной фирмы по продаже нижнего белья и прочей прелести. Не знаю, чем руководствовалось местное отделение, но за последние месяцы выручка значительно уменьшилась. Поэтому наш шеф направил меня на подмогу. Заодно дал задание поучить провинциалов, как нужно работать. Личная жизнь не заладилась, поэтому я оказалась самым подходящим сотрудником для длительной командировки. Подозреваю, моему приезду заранее не рады. Я тоже не горела желанием сворачивать горы, доказывая, что они неправы. И лишь перспективы и карьерный рост примиряли с действительностью.

Хорошо хоть не настолько я тут буду одинока. Моей любимой тётке Глафире уже сорок лет и она вполне себе недозрелая аппетитная ягодка: гоняет на машине, занимается спортом и не стесняется появиться на пляже в раздельном купальнике, состоящем из узких полосок. Меня родственница обожала, я отвечала взаимностью.

Невысокие домики уже мелькали перед моими глазами, и я вдруг вспомнила одно важное дело. Быстро расстегнула карман сумки, извлекла из него маленький баллончик и окатила себя с ног до головы. Волчий Бор это город, где людей по пальцам сосчитаешь. А оборотни, они гораздо агрессивнее, даже если речь не идёт о парах. Становиться чьей-либо половинкой я не желала. Так что не стоило привлекать к себе внимание.

Накрапывал мелкий дождик, чертя дорожки по стеклу, но меня он не тревожил. Обещана машина, чего же переживать. В крайнем случае, возьму такси. Поезд остановился, двери распахнулись, и я уверенно шагнула на высокую платформу. Посмотрела по сторонам, вскользь замечая, что не мне одной пришлось здесь сойти. Какая-то парочка, пожилая дама, группа подростков с гитарой…Я тряхнула волосами, отгоняя лишние мысли. Всё. Приехала, значит, отступать уже поздно.

Прошла сквозь вокзал, вспоминая, где тут стоянка. И удивилась, поняв, что меня здесь не ждут. Только две машины с шашечками, но это точно не мой вариант. На всякий случай вернулась в здание вокзала, покрутила головой, стараясь увидеть хоть кого-нибудь, похожего на встречающего. Напрасно. Ну, ладно. Возьму такси, не маленькая. Вокзал находился отдельно от города, а в дороге могло произойти всякое. Снова вышла на стоянку и мысленно выругалась. Последняя машина показала мне хвост, увозя более расторопных пассажиров. Только огромный фургон с картинкой пиццы на обшивке и больше ни одного авто.

Переживу! Не на крайнем севере обитаю, а среди живых людей…и не только.

– Скажите, пожалуйста, где здесь остановка? – обратилась я к смуглому мужчине, сметающему сор со ступеней вокзала. – И как часто приходит автобус?

– Ушёл, ушёл твой автобус. Час или меньше нет, – сокрушённо вздохнул он, – ногой ходи. Нога длинная, раз-два и дома. Такой молодой и машина ждёшь. Деньги на такси много, это хорошо.

– Ногой? – усомнилась я, глядя на белые босоножки на скале и светлую юбку. Дождь усиливался, и мне не оставалось ничего, как только раздобыть номер телефона такси и подождать машину. Полезла в сумку, достала мобильный… – Глафира! – с затаённой радостью воскликнула я, глядя на пропущенный звонок от тётки. И как умудрилась не услышать? Тут же набрала заветный номер.

– Снежка, ты где? – раздался знакомый голос, и я улыбнулась. А заметив интерес дворника, немедленно сошла со ступенек и направилась в сторону дороги.

– Я приехала. Представляешь, за мной должны были прислать машину, а её нет.

– Знаю. Здоровый фургон видишь? Я за ним стою тебя жду.

После этих слов я свернула в сторону стоянки…И именно в этот момент мимо меня проехала большая чёрная машина. Как полагается, она подскочила на ухабе и с грохотом задела задним колесом лужу. Грязные брызги полетели в мою сторону и уже через секунду от новой безупречной юбки остались одни воспоминания. И слова, возникшие в моей вполне культурной голове. Много. Всяких. Половина из них была полна нелитературных оборотов.

– Сволочь! – вдогонку заклеймила я того, кто сейчас уносился прочь. Видимо, очень ему некогда. Торопится как на пожар. Интуиция подсказала, что за рулём оборотень. Только они такие безбашенные. Но не успела отвернуться, как наглец опомнился, резко затормозил. И также быстро начал сдавать назад. Возникло желание достать баллончик и ещё раз облиться, но я сдержала этот детский порыв.

Можно было уйти, но бегать не стала. Пустой номер, знаю. Это только подстегнёт в незнакомце инстинкт охотника. Или выставит меня обиженной дурой, что тоже не устраивало. В конце концов, надо дать водителю проявить порядочную сторону. Может быть, он раскаивается. Не верите? Ну а вдруг?

Машина остановилась напротив меня и пару секунд ничего не происходило. Я уже собиралась обойти её, потому что дождик всё ещё шёл, а до родной тётки не два шага, а двадцать. Но в этот момент затемнённое стекло со стороны водителя поехало вниз, явив мне молодого мужчину лет тридцати. Вервольфа. Его самоуверенность и убеждённость в собственном превосходстве над всеми так и пёрла из ушей. А идеальная короткая стрижка и едва уловимая нота парфюма дополнили образ самца, пользующегося спросом. Кто бы сомневался. Холодная капля дождя упала мне за шиворот, но я сдержала порыв поёжиться.

– Подвезти? – поинтересовался он, рассматривая меня с ног до головы. И снова этот взгляд оценивающий и слегка нахмурившийся. Что, разочаровала? Зря вернулся?

Прикрыть испачканную юбку я, даже если бы и хотела, то не смогла. Смотрела прямо, но без вызова. Извинений не было, как и расшаркиваний. Поэтому обязательную часть беседы я посчитала законченной.

– Нет. Мне в другую сторону, – сообщила, собираясь обойти крупную машину. Возникло сравнение её с домом, но это явно было лишнее. И без того понятно, что стоит она дороже моей однокомнатной квартиры-студии. Но едва сделала шаг, как авто снова сдало назад.

– А я не уверен. Хотя… – снова взгляд незнакомца прошёлся по мне, задержался на испачканной юбке, обуви, – не буду мешать. Приятного отдыха.

Стекло вернулось в исходное положение, а машина снова сорвалась с места, едва не обдав меня грязью из-под колёс. Я учусь быстро, отскочила. На миг прикрыла глаза, пытаясь справиться с возрастающей злостью и желанием отправить в след что-то потяжелее. Глубоко вздохнула и решила, что ни один хвостатый нарцисс не испортит мой день.

– Глафира! – радостно воскликнула я, приблизившись к машине любимой родственницы. Тётей она мне категорически запретила себя называть. Глаша сидела в машине и не торопилась покидать салон.

– Привет, пропадная. Садись, – скомандовала она, не забыв ослепительно улыбнуться. – Как ты выросла! Да ладно, Снежка, не тушуйся. Где надо выросла. Что застыла, давай садись!

Меня уговаривать не нужно. Я тут же обежала машину, сунула чемодан в багажное отделение, а сама уселась на переднее сиденье. И только оказавшись в уютном салоне, заметила на ноге тётушки нечто вроде гипса.

– Это то, что я думаю? Очередные подвиги?

– Вроде того, – не стала отрицать она и снова улыбнулась.

Машина тронулась, оставляя позади вокзал и разговорчивого дворника. Я скептически покосилась на ногу Глафире. Но заметив её усмешку, решила не отвлекать водителя. Мало ли.

– А, кстати, кто это был? За рулём домика на колёсах? – поинтересовалась я, довольно быстро налюбовавшись мельтешащими дворниками, гоняющими ручейки по стеклу. Личность неприятного незнакомца меня не привлекала, но нужно знать, кому я обязана испортившемуся наряду.

– Держись от него подальше, – сразу предупредила Глафира, перестав улыбаться. –Сынок местного богатенького Буратино. Что он от тебя хотел?

– Подвезти. Это он меня грязью окатил, – пояснила я. Нехорошие предчувствия шевельнулись в груди, но я постаралась их отогнать. – Почему Буратино?

– Лесопилка у них, – пояснила тетка. – Леса кругом, вот и обогатились. А если хочешь просто переспать с ним, тогда в путь. Но не советую.

– Отчего же? Больной?

– Уверена, этот здоров как бык. Осеменитель и производитель. Понимаешь?

На ум пришла толпа озабоченных девиц, стоящих в неглиже около спальни похотливого оборотня.

– Глаш, давай сменим тему, – попросила я, коснувшись тёткиной руки.

В этот момент мы поворачивали к знакомому одноэтажному домику, обнесённому забором.

– Давай. Например, о том, – родственница нажала невидимую мне кнопку и ворота раскрылись, пропуская нас на территорию, – почему ты сбежала из Северогорска?

– Что, даже не спросишь, как там родители поживают?

Я уже не удивлялась, когда Глафира смотрела прямо в корень, сразу вычислив проблему. Она у нас не особо склонная к витиеватым фразам и пустым расшаркиваниям. Отец не раз повторял, что я пошла именно в тётку, и никто другой из семьи не был на нас похож.

– Смеешься, Снеж? Я с ним через день общаюсь по телефону. Или у вас что-то новое? Твоя мать снова беременна, смена квартиры?

– Тут без перемен.

У меня три младших брата, сестра, а ещё мы действительно сменили несколько квартир. Но, на мой взгляд, дело исключительно в прибавлении семейства и пожелании мамы.

– Хоть что-то стабильно в этом мире, – заметила Глафира, заезжая в гараж. – Зато у меня большие перемены: ногу сломала, поход сорвался. Обидно!

– Ещё бы. – Я продолжала сидеть, глядя, как тётя ловко выбирается из машины и при помощи трости довольно сносно ходит. Эту даже если привязать к кровати, дома не удержишь. И тут мне в голову пришла нелепая мысль, которую я сперва не поверила. – Что с регенерацией?

– Не тот случай, – отмахнулась она, – не бери в голову. Стечение обстоятельств, потом расскажу. Лучше доставай багаж и пошли в дом. Ты, наверное, голодна?

Прислушиваться к себе не пришлось. Я действительно просто зверски хотела есть, но сначала требовалось переодеться. И только во время ужина Графира повторила свой вопрос:

– Снеж, всё понимаю на тему работы. А как же Макс? Так, кажется, зовут твоего последнего бойфренда? – Собеседница сделала глоток вина и поставила бокал на стол. – Или он тоже приедет за тобой?

– Нет, не приедет. – Я была уверена в том, что говорила. Пусть только попробует, выцарапаю глаза. – Не посмеет.

– Даже так, – многозначительно протянула Глафира.

Я подхватила кусочек сыра и принялась его тщательно прожёвывать, делая вид, что занята этим процессом. На самом деле в голове сама собой возникла картина двухдневной давности, когда я ещё сомневалась, ехать сюда или нет. Добил Макс, с которым мы встречались вот уже целых полгода. На корпоративной вечеринке этот козёл посмел уединиться с моей бывшей подругой. И не то, чтобы я сильно переживала в тот момент, когда застала их в подсобке. Всё же это не я стояла, уткнувшись лицом в шкаф, а пятой точкой наружу, сверкая при этом красным прыщом на ягодице. Просто как-то это неправильно и подло.

– Зверев, а ты предохраняешься? – поинтересовалась я, пытаясь сдержать то ли слёзы, то ли истерический смех. – Смотри, Зойка давно замуж хочет. Как бы не залетела.

Увлечённые ощущениями, они вдруг осознали, что не одни. Макс замер, и Зойка тоже. Стало понятно, что о подобной перспективе мой бывший даже не задумывался. Я развернулась, чтобы уйти и неожиданно наткнулась на стоящего в дверях шефа.

– Мухина, ты кремень! – уважительно произнёс он. – И вот что, Снежана, собирайся в Волчий Бор. Именно такого сотрудникам там и не хватает. За инструкциями зайдёшь ко мне утром.

Начальник ушёл, не забыв бросить заинтересованный взгляд на оттопыренный зад Зойки. Я тоже покинула помещение, прихватив стоящую в углы швабру. Ей-то и подпёрла входную металлическую дверь, посчитав это частью своей мелкой мести. Макс что-то вслед кричал, желая объяснений. Останавливаться не стала, а поспешила прочь, надеясь, что спасители этой сладкой парочки объявятся не скоро.

– Вы расстались, и ты страдаешь? – с сочувствием поинтересовалась Глафира. В знак поддержки она дотянулась и погладила меня по плечу.

– Переживу, – в тон ей ответила я, накрыв пальцы тёти своей ладонью. Макс пытался со мной встретиться, поговорить, объяснить случившееся наличием алкоголя в крови. Наивный. Думает, мне нужны его жалкие оправдания.

Глава 2

Снежана

– Нормально, – вынесла свой вердикт Глафира, глядя, как я влезла в синие джинсы и белую блузку с коротким рукавом. Вчерашние босоножки уже сверкали чистотой и сейчас красовались на моих ногах, довершая образ строгий и вместе с тем романтический. – Извини, дорогая племянница, я ничего не имею против твоего пребывания. Сколько по времени длится твоя командировка?

– Не знаю,– я оторвалась от зеркала и уставилась на родственницу. – Как только разберусь в чём дело, и попытаюсь наладить сбыт. Но главное, это понять причину падения продаж и попытаться её исправить.

– Понятно. Я немного знаю тех ребят, вроде не идиоты, – поделилась родственница, грациозно закинув загипсованную ногу на здоровую. Даже в таком виде она выглядела соблазнительно и угрожающе одновременно. Неудивительно, что мужчины послабее обходили её стороной. – Ни во что не лезь. Наблюдай. А с прочим пусть твой шеф разбирается. Это у него возможность стимулировать и наказывать рублём, не у тебя. Ваше бельё пользуется спросом, это я тебе, как постоянный клиент говорю. Почему изменились поступления? Тут ничего определённого сказать не могу. Сама разберёшься. Конкурентов у всех много, а что именно происходит у вас, понятия не имею.

Я слегка кивнула, признавая её правоту. Мне и самой не хотелось лезть в те передряги. Только возвращаться, не выполнив задания, нет смысла. Опять же, смотреть Максу и Зойке в глаза лучше с должности заместителя начальника, а не провалившего задание сотрудника.

– Снежка, главное, помни, кто ты, – многозначительно произнесла Глаша.

– Помню, Мухина, – ответила я тётке, зная, как её раздражает фамилия отца. Но не поддеть родственницу не могла. Не подумайте, все по любви.

– Райс. Твоя мать Райс. А это не какое-то там насекомое.

В ответ  промолчала, не желая задевать родственницу, потому что сама начала этот разговор.

– И ты, моя дорогая племянница, тоже Райс, хоть и не чистокровная.

Я равнодушно пожала плечами. Меня совершенно не трогал и не задевал тот факт, что я полукровка. Мама оборотень, отец человек, чего тут плохого? Чтобы избежать возможной участи множества женщин, я была вынуждена постоянно пользоваться спреем, отбивающим запах самки. То есть спрятать наше с Глафирой родство мы не пытались, это лишнее. Однако особо остро оборотни реагируют на аромат, а его я не собиралась никому демонстрировать. Вервольфы и подобные им посчитали бы меня ненормальной, но только не мама, бежавшая из собственного города в период взросления. Ещё бы! Лакомый кусочек для амбициозных мачо, желающих породниться с семейкой Райс. С тех пор прошло несколько лет и утекло очень много воды, но Глаша так и не вышла замуж. Младшая из сестёр оказалась слишком независимой, чтобы какой-нибудь хвостатый прибрал её к своим лапам и поставил метку. А от былого могущества семьи не осталось ничего, даже владений. Семейная мебельная фабрика сгорела, накрыв собой моих предков, а заодно причину произошедшего. Власти озвучили официальную версию – неисправность электропроводки и нарушение техники безопасности на огнеопасном производстве. Другой у полиции попросту не было.

– И, Снежа, если встретишь того оборотня с лесопилки, то постарайся держаться от него подальше. Он странный, – напутствовала меня Глафира, сидя в машине. Я хотела вызвать такси, но тётка предложила свою помощь. Отказываться не стала. Общение с родственницей принесло много нового, восполнило пробелы моих знаний о местном населении.

– Не волнуйся, этот сноб меня точно не интересует, – уверила я тётю.

Затем чмокнула её в щёку и покинула машину, чтобы направиться к месту своей ближайшей работы? Каторги?

***

Пятиэтажное здание сверкало, привлекая клиентов. Зеркальные парадные двери были начищены, а выложенный серой плиткой пол блестел. Едва я вошла, оказалась в просторном холле, от которого в разные стороны растеклись лучи-коридоры. Я не заметила ни одного охранника, ни уборщицы, но это не означало, что персонал отсутствовал – в разных местах под потолком торчали камеры. По-детски захотелось подмигнуть,  но я сдержала этот порыв. Я уже знала, что наш офис находится на третьем этаже, поэтому едва завидев лестницу, поспешила к ней. Уверенность в собственных силах на какой-то миг поколебалась, но это меня не остановило. Словно мантру пришлось повторить обещание шефа о повышении, а это очень действенный метод стимулирования. В конце концов, я давно мечтала о расширении собственной квартирки, а просить деньги у родителей было стыдно.

Мимо меня проходили люди и оборотни. Кто-то спешил, а кто-то оценивающе окидывал взглядом. Новое лицо, оно всегда привлекает внимание. Пришлось нацепить деловой вид и следовать избранным маршрутом. Оказывается, Глаша хорошо знает нашего ведущего менеджера Сергея Вознесенского. Несколько месяцев назад он пытался за ней ухаживать, и судя по всему, безрезультатно. Вчера у мужчины что-то случилось с машиной, поэтому он попросил тётю встретить меня.

Я уже подбирала слова, с которыми зайду в местный офис, как вдруг почувствовала на себе чей-то тяжёлый взгляд, от которого стало не по себе. Обернулась, заметив пролётом ниже вчерашнего наглого оборотня. Молодой мужчина смотрел так, словно дай ему знак и он без вопросов убьёт меня. Просто так, потому что захотелось. Наши взгляды встретились. Узнавание практически сразу мелькнуло в его глазах, но продолжения не последовало. Я приказала представить себе вместо вервольфа пустое место и равнодушно отвернулась. Это была попытка не измениться в лице и не вызвать агрессию в свой адрес. Слишком отличался вчерашний беспардонный мажор от того самца, что сейчас шёл за мной следом. Казалось, сама атмосфера давила, сгущая воздух и заставляя всех вокруг сгибаться. Разум подсказал, что так действует кровь сильного альфы, чья власть неоспорима. Только я полукровка, непривыкшая гнуть спину и не стремящаяся к подобному контролю над собой.

Вот же! Мысленно выругалась, заметив, как несколько встречных действительно упали на колени, не в силах противиться отчего-то разозлившемуся самцу. Картина маслом, но я в эти игры не играю. Поспешила убраться, чтобы лишний раз не общаться с этим нервным экземпляром. Даже уходя, чувствовала чужое присутствие за своей спиной. Словно мужчина дышал мне в затылок, касался шеи…с намерением переломить её без сожаления.

Неприятный тип, всегда держалась подальше от таких. Буду и впредь.

Глава 3

Снежана

Указатель с перечнем офисов на этаже я разглядела сразу. Нашла нужный и потопала в том направлении. Для порядка стукнула в белую дверь с надписью Flame  (пламя, огонь), и тут же толкнула её, входя внутрь. Мне открылось помещение, заставленное столами и с ещё одной дверью, ведущей непонятно куда. Может у них там склад? Или кабинет ведущего менеджера?

– Здравствуйте, – произнесла, глядя на двоих людей, уставившихся в монитор. Девушка сидела и грызла кончик ручки, а парень держался за её спинку стула. Рука одного и плечо другой соприкасались. И складывалось впечатление, что их связывают не только деловые отношения. Ну да это не моё дело.  Перед отъездом я посмотрела личные карточки сотрудников и теперь уже знала, что девушку с дредами зовут Маргарита Кислицина, а парня Фёдор Синицын. Старший из этой команды пока отсутствовал. Хотя нет, до моего чуткого слуха из-за пластиковой двери донеслось шуршание.

– Здравствуйте, – Фёдор, словно нехотя, отпрянул от девушки. – Вы по поводу поставки товара? Определились с наименованием?

Ага, то есть меня тут не ждут? Или это умелый спектакль, рассчитанный на областную гостью?

– Определилась. – После моих слов в глазах Маргариты зажёгся интерес. – Я покупаю у вас всё. За наличку.

– Всё? – с недоверием повторила девушка. На меня она смотрела оценивающе, но без вызова.

Повисла тишина, нарушаемая только приближающимися шагами. И в тот момент, когда удивлённые сотрудники прикрыли рты, дверь из соседнего помещения распахнулась, явив мне высокого мужчину. Человека. В нём я без труда определила руководителя местного отделения. Он широко улыбался, явно услышав мои слова и приняв их за шутку. Чувство юмора имелось, это неплохо.

– Снежана Райс? – с ходу обратился он ко мне.

– Снежана Мухина, – поправила я. У меня и своя фамилия вполне благозвучная. Хотя против Райс совершенно ничего не имею.

– Конечно. – Мужчина улыбнулся мне и протянул свою руку в знак приветствия. – Моё имя Сергей Вознесенский. Я возглавляю местное отделение Flame.

Сказанное выглядело несколько вычурно, но формально он прав.

Ладонь утонула в его захвате, но неприятных ощущений не возникло. Не люблю, чтобы меня трогали незнакомцы, даже за руку. Но ради дела могу потерпеть. Те двое, что в первую минуту моего появления оказались заторможёнными, сейчас вели себя иначе.

– Фёдор. – Парень протянул мне руку по примеру начальника. Отказываться не стала. Он же представил третьего сотрудника. – А это Марго.

– Маргарита, – поправила она, словно перечёркивая всю фамильярность между нами.

– Снежана, – представилась я им в свою очередь, тоже отметая всяких «Снежек» и «Снежочков». У нас деловые отношения, без панибратства.

– Ну что, пройдём ко мне в кабинет или здесь пообщаемся? – поинтересовался Вознесенский с высоты своего роста. Сам мужчина показался мне каким-то слегка помятым. Красные глаза и лопнувшие сосуды выдавали бессонную ночь. Бурная жизнь у этого товарища.

– Как удобнее. – Пожала плечами, проследовав за человеком. Дверь за мной он прикрыл сам. Видимо, разговор не для ушей обычных сотрудников. Я почувствовала волнение от собственных мыслей и возможной важной информации, что могу услышать. Ещё никогда мне не давали подобного поручения!

Вознесенский уселся за широкий стол, привалившись к спинке кресла и сложив руки на груди. Меня он рассматривал пристально, без стеснения и, не озвучивая собственные предположения. Лишь сделал пригласительный жест, чтобы и я не стояла на ногах. Покачала головой.

– Ну что же, меня предупредили, что приедет молодой специалист для помощи в сложившейся ситуации. Но глядя на вас, я понимаю, что не всё так просто. Я прав?

Кивнула, ожидая продолжения. Интересно, как ему обрисовали моё появление. Это отделение ещё не убыточно, но спасать ситуацию нужно. Или же было заявлено в лоб, что стул под ним закачался?

– Я так и думал. Вы намерены меня утопить?

Едва не хмыкнула. Какое болезненное самомнение. Мне показалось, что я даже чувствую раздражение в свой адрес.

– Мечтаете занять моё место?

Ещё одно предположение. Что же ему наговорили? Вряд ли только с шефом общался. Может, как-то приплели моё повышение. Как жаль, что после ситуации с Максом сборы были слишком короткими, чтобы побеседовать со всеми службами. Точнее, с Зойкой, которая работала непосредственно с поступающими накладными.

Возникшее непонимание грозило разрастись в пропасть, катастрофу. Как работать, если тот, кто призван помогать, будет совать палки в колёса и капризничать? Вспомнилась ситуация с Глафирой и я посочувствовала тётке, какое-то время встречавшейся с этим нервным экземпляром.

– Вы решили, что раз мои корни из Волчьего Бора, то я непременно должна хотеть сесть на ваш трон? – Не удержалась и вложила в свои слова язвительность. Не я задала подобный тон и не мне извиняться за поведение. Но пойди Вознесенский на перемирие я бы с радостью согласилась. Это всего лишь работа и не стоит выходить из себя при каждом неприятном случае.

Вместо ответа, местный босс поднялся, приблизился к шкафу, распахнул его, демонстрируя ряд чёрных папок. Затем пальцем ткнул в коробку из-под ксероксной бумаги, из которой торчал прозрачный уголок папки.

– Изучайте Снежана.

Я только и успела заглянуть внутрь  коробки и подцепить ногтем верхний документ, как поняла, что это ещё не всё. Последовало продолжение. Вознесенский развернул в мою сторону монитор, затем достал из кармана связку ключей и бросил её на стол.

– Дерзайте! Загляну ближе к вечеру.

Признаться, я была ошарашена подобным поведением. Можно подумать, что его покусал бешеный волк. А что, вполне возможно. Видела одного, пригибал народ в коридоре.

Мужчина взялся за ручку двери, а потом всё-таки обернулся, обращаясь ко мне:

– Снежана, я прекрасно понимаю, зачем вы здесь. И как бы ни повернуло, помните, без нас работать тут будет некому.

Я промолчала, когда за этим  нервным импульсивным экземпляром закрылась дверь. Сволочь. Ещё одна. Но уже человек. Что-то в последнее время часто мне везти на них стало. Кто-то сглазил, что ли? И началось всё с Макса. А что ему не жировать? Племянник шефа, вот Зойка и вцепилась.

Упрямства во мне хоть отбавляй. Я не побежала вслед Вознесенскому, а принялась изучать всё то, что подсунул мне этот истеричный человек. Надо же, какие бывают мужчины!

Глава 4

Снежана

Уже через час я сделала первый неутешительный для моего самолюбия вывод – документы Сергей Вознесенский держал в порядке. Без труда находила договора, сканы. В компьютере всё было разложено по папкам и подписано. Система есть, оставалось только понять, почему при отсутствии явных конкурентов в последнее время продажи провальные. Женщины не перестали носить нижнее бельё и прочую одежду. К тому же в том же Волчьем Бору наблюдался значительный прирост населения. Мужчин изначально больше, но ведь и женщины не в рубище ходят. Да и для сильной половины мы поставляем как обычное бельё, так и термо. Последнее зимой пользуется большим спросом. Набегаются по лесу оборотни, а после свои подмёрзшие зады прячут в тёплых одеждах. Так почему сейчас возникла эта непонятная ситуация? Пятые точки вервольфов и их собратьев покрылись дублёной кожей? Я не понимала, попутно сетуя на собственную отвратительную подготовку. Ладно, разберусь, но не с Зойкой же мириться?!

Для разминки снова обрызнулась спреем, и упрямо придвинув к себе коробку с документацией, зарылась в бумаги. Очнулась в районе обеда, когда дверь без предупреждения открылась.

– Перерыв, – оповестил меня Синицын.

Парень добродушно улыбался, демонстрируя позитив. И я почти купилась на расположение, только с нелюдями нужно держать ухо востро. Заметила, как он втянул носом воздух, пытаясь понять, чем я пахну. Выкуси! Обычной стерилизованной псиной, которая никаким образом не привлечёт склонного к размножению самца. Тень непонимания пробежала по лицу Синицына, но быстро пропала, сменившись дежурным интересом.

– И как у вас здесь принято обедать? – Я поднялась из-за стола, осознав, что действительно засиделась. Ноги затекли и шевелить ими приходилось с  трудом. Потянулась, пытаясь восстановить кровообращение, и тут же заметила на себе внимательный взгляд прибалдевшего Синицына. Проследила на его взглядом…Ёлки зелёные! Пуговица на уровне груди расстегнулась, демонстрируя новый бюстгальтер Flame. Прямо ходячая реклама, а не сотрудница. Подхватила ближайшую папку с документами. И, прижав её к груди, направилась к шкафу, попутно спешно исправляя ситуацию.

– А кто где,– раздалось от двери. – Есть микроволновка. Но все стараются куда-нибудь смотаться. Например, в кафе через дорогу. Или столовую, но она на соседней улице.

– На соседней, – повторила я, нацепляя на лицо дежурную улыбку. Недоразумение исправлено, папка водружена на свою полку. В желудке пусто и хорошо, что он не заявляет об этом открыто. – А вы куда пойдёте?

– Я?

– Да. Вы и Маргарита.

В дверном проёме за спиной Синицына показался профиль девушки и тут же исчез. Естественно, ей любопытно, что да как. Понимаю, сама такая. Взгляд сам собой упал на ключи, что бросил Вознесенский.

– В кафе. А Марго… – После его слов Кислицина соизволила показаться. Но вид этой сотрудницы был настолько независим, что я заподозрила её в глубокой симпатии к шефу. А иначе с чего мне рожи корчить? – Наша Марго сегодня дружит с микроволновкой.

У меня возникло ощущение, что последнему выяснившемуся факту девушка не слишком рада. Неужели это стало для неё сюрпризом? Как интересно… Но не мне.

– В кафе, так в кафе, – постаралась выглядеть дружелюбно. – Маргарита, может быть, вы с нами?

В глазах девушки читалось не столько упрямство, сколько согласие. Но нам помешали. Хлопнула входная дверь, что вела из коридора. Раздался женский голос:

– Ритуль, как договаривались, идём в кафе, да?

– Да я сегодня с собой захватила…Работы много, наверное, останусь, – пробормотала, словно нехотя, Кислицина. – Но если настаиваешь, пойдём в кафе.

– Брось, Сергей тебя отпустит. Работа не волк, правда, Серёж?

После этих слов блондинка с пучком на макушке заглянула к нам, словно уже не раз была здесь. И уставилась на меня, некрасиво искривив рот.

– А…а где Сергей?

– Домой ушёл, Маш. Не видишь? – вклинился в разговор Фёдор, вежливо выталкивая подруг из кабинета Вознесенского. – Ну всё, пошли, хватит тут стоять. А то сейчас ещё чего-нибудь выдавишь, потом не отмоемся.

Мой хищный оскал вышел сам собой. Ситуация нарочно не придумаешь. Я захватила с собой ключи и без стеснения заперла замок. И даже не посмотрела на реакцию сотрудников. Мне всё равно. Возможно, у хамоватого Вознесенского есть, чем открыть кабинет, но буду надеяться на лучшее. Вторую дверь запирал сам Фёдор. И удивительное дело, девушки ждали меня в коридоре. Я лишь успела уловить обрывок фразы: «…приехала проверять нас».

Ощущение «счастья» от пребывания здесь усилилось. И не то, чтобы я расстроилась. Просто вся эта ситуация была наполовину неприятной, наполовину забавной. Осталось только что-нибудь нужное отыскать, какой-нибудь важный косяк. Чтобы за него гневно спросить с Вознесенского и так же с претензией бросить ему в лицо обвинения. Хотя нет, это не вариант. Нужно исправлять ситуацию, а не усугублять её.

Коридоры здания были полны сотрудников, что говорило об общем времени перерыва. Меня это вполне устраивало, так было проще затеряться среди народа. Мы просто шли, переговариваясь ни о чём. Кто-то шёл рядом, витая на своей волне, кто-то обгонял. Всё как везде, с той лишь разницей, что концентрация оборотней на одно здание просто зашкаливала. А я просто шла, в надежде поскорее выйти на свежий воздух и разминуться с тем самым вервольфом с кровью альфы. Неприятный тип, бррр.

***

Болтовня за столом меня не угнетала, но заставляла следить за словами. Ведь несмотря на нормальное общение, я хорошо понимала, что при случае они примут сторону Вознесенского. Он их местный работодатель, а я так, досадное недоразумение, способное внести разлад в сложившийся мир. И пусть он уже давно трещал по швам по известной причине, но ведь чужачка я, а не кто-то.

– А чем ты занимаешься? – обратилась я к Маше, стремясь перевести стрелки. Вопросы в мой адрес угнетали. То и дело ловила себя на мысли, а не проговорилась ли я о чём-нибудь лишнем. Вся информация была открыта, но на всякий случай я одёргивала себя. Привычка.

– Работаю в пластиковых окнах. Нужно, обращайся, – ответила Мария, – сделаю скидку.

– Спасибо, – совершенно искренне отозвалась я, сделав себе пометку проверить окна Глафиры. Дом старый, достался ещё от родителей и, возможно, до этого просто не доходили руки и средства. Хотя даже после гибели предки обеспечили дочерей, оставив им акции.

Разговоры ни о чём немного расслабили. Все собеседники довольно милые, если не думать об условностях.

– Значит, ты живёшь не в гостинице, – произнесла Марго, допивая апельсиновый сок.

– Нет, а что? – Мы практически сразу договорились упростить общение и разговаривать на ты, поэтому манера девушки меня не задела. Только в её глазах промелькнула тень напряжения.

– У Федьки на той неделе бабушка померла, а квартира осталась. Захочется свободы от родных, скажи. Он сдаст. Да, Федь? – подала голос Марго.

О, как! От горячего предложения я едва не расплескала чай с лимоном. Всю жизнь мечтала поселиться в квартире чужой только что умершей родственницы. Надеюсь, мое лицо в этот момент оставалось бесстрастным и чуточку сочувствующим.

– Мы с тётей ладим. Но, спасибо, учту, – поблагодарила я, даже не затевая расспросы насчёт метража и удалённости от офиса. В этот момент моей ноги в районе босоножек что-то коснулось. Я уловила пристальный взгляд Синицына, который он тут же перевёл на своих знакомых. Аккуратно и в то же время не стесняясь, заглянула под стол, подтвердив догадку – кроссовка Фёдора касалась моей обуви.

Я едва не восхитилась вслух. Вот же…бабник! Оборотень! Мы знакомы всего несколько часов, а он мне уже свои ноги суёт. Ходок!

– Ой, Снежана, Маргоша, вы меня извините, – затараторила Маша, посмотрев на часы. – У меня обед вот-вот закончится. Вы сидите, а я побегу.

– И я с тобой, – Кислицина взглянула на меня с выражением «начальница, разреши остаться». Я сделала вид, что не прониклась этой просьбой. Работать надо, а не в носу ковырять. Сдержала улыбку, когда вслед за Марго поднялся Синицын.

– Подождать? – поинтересовался оборотень.

– Нет. Не волнуйтесь, я скоро приду.

Мне не хотелось обратно возвращаться вместе со всеми. Нужно было подумать, немного побыть в одиночестве и переварить услышанное. А заодно насладиться вкусом чая, который я заказала. И только убедившись, что кафе немного опустело, а мои новые знакомые покинули здание, встала из-за столика и направилась в туалетную комнату. Посетителей в ней не оказалось, что было мне только на руку. И когда зазвонил телефон, я предпочла разговаривать здесь, а не на улице.

– Всё в порядке, Глаша, не волнуйся. Вознесенский? – Сама собой на моих губах заиграла кривая ухмылка, но я её не замечала. – Извини, конечно…

– Снежка, колись, что тебе сказал этот смертник? – Голос тёти был полон подозрения. Кажется, прорывались даже рычащие нотки, но тут я могла ошибаться.– Он тебя обидел?

– Нет, что ты. – Я приблизилась к подоконнику и уселась на него. Смотреть на белые дверцы мало интереса, поэтому предпочла отвернуться и уставиться в окно. Вид со второго этажа не так уж плох. Стоящее напротив знакомое здание уже гудело, словно улей. Подъезжали и отъезжали машины, спешил народ. Я почувствовала себя маленькой песчинкой, которую зачем-то забросило на соседний пляж. И вроде всё такое же, но точно не оно.

– Снежана, – упрямо повторила Глафира, которой не понравился мой ответ. Она настаивала, а у меня не было желания молчать. К тому же я точно знала, что поблизости никого нет. – Он тебе помогает? Или палки в колёса ставит?

– Умыл руки и не мешает. Совсем не мешает. Ушёл с работы, – пояснила я, перестав рассматривать здание. На этот раз объектом моих исследований стали машины. На парковке их стояло много всяких. Сразу видно, обеспеченный народ тут живёт и работает. Вон даже домик на колёсах тут припарковался. Не иначе владелец на работу приехал.

– То есть даже подсказать поленился? – Угрозу в голосе тётушка попыталась скрыть. Но меня не проведёшь. Представила её воинственную и оскалившуюся с гипсом на ноге и палкой-тростью  в руке. – И ничего не объяснил?

Мне стало жалко Вознесенского. Но ненадолго. В конце концов, Глафира права, это его обязанность, а не привилегия.

– Я сейчас с ним разберусь! – раздалось в трубке.

– Не надо! – Я встрепенулась, едва не свалившись с подоконника. На всякий случай прислонилась спиной к боковому откосу. – Сама разберусь! К тому же удобно, он перед глазами не мельтешит…

Я замолчала, так и не договорив. Осознала, что смотрю не просто на движущийся объект, а на конкретного оборотня. Того самого, что то и дело попадался мне на пути. Сейчас он появился из стеклянных дверей пятиэтажки. Вышел не один, а с девушкой. Блондинкой. Белое короткое платье, высокий каблук, причёска каре, всё выдавало в ней знающую себе цену модницу. Вервольф же был всё таким же брутальным и внушительным. Я даже напрягла зрение, чтобы получше рассмотреть эту пару. Девушка что-то говорила, не забывая при этом улыбаться. Мужчина подставил ей локоть, но рта не раскрыл. Слов ему, что ли, для своей красотки жалко?

Я вздрогнула, осознав, что моё присутствие не осталось незамеченным. Ни расстояние или даже стекло не могло развеять чувство опасности. В этот момент я себя почувствовала бабочкой, что нанизали на булавку и прицепили к белому полотну. Взмахнуть крыльями можно, а сбежать не получится.

И снова возникло ощущение, что мужчина пытался дотянуться до меня, просканировать мозг, а главное, подчинить как тех, из коридора. Но со мной так не получится. Не знаю в чём дело, но ещё ни разу в жизни я не ощущала в себе желания упасть на колени перед сильнейшим, склонить перед ним голову. Видимо, сказывалось влияние человеческой сущности.

Оборотень шёл рядом со спутницей, а сам смотрел на меня явно с недобрыми намерениями. Кажется, даже через расстояние виделась жёсткая складка его порочных губ. Знаю, это моё воображение так расстаралось, а не действительность. Но то, что я чем-то не угодила младшему Буратино (хихикнула придуманному прозвищу) это стопроцентно. Девушка вервольфа снова что-то быстро проговорила, привлекая к себе внимание. Мужчина повернулся к блондинке для ответа… Наш зрительный контакт был разорван, что дало мне возможность прийти в себя. Ничего себе торкнуло!

Какое счастье, что этот грозный индивид не рядом со мной. Продырявил бы взглядом дырку насквозь! Моя волчица (маленькая, видимо, из-за смеси кровей) фыркнула и призвала меня ретироваться с поля боя. Я противиться не стала. Отвернулась, спрыгнула с подоконника и направилась к выходу.

– Надеюсь, ты сегодня не допоздна? – поинтересовалась Глаша.

– Ночевать тут точно не буду, – уверила я её, покидая помещение и направляясь к выходу. Я не заметила пристальных взглядов или неуместного внимания, что не могло не радовать. Уже на улице спохватилась, что идти придётся мимо того оборотня. Но решила не тушеваться, он же с подружкой.

Быстро перешла дорогу, на ходу отметив, что чёрного внедорожника уже нет на стоянке. Вот и славно! Настроение поднималось, а с ним и мысли о работе. Впереди маячила рутина и возвращение Вознесенского. Вспомнилась корявая попытка Синицына ухаживать (имелась в виду кроссовка, прижимающаяся к моей босоножке) и я не удержала усмешку. Всё же приятно, когда после разочарования на личном фронте перед вами возникает такой Фёдор, а лучше два. Всё равно мне с ними не спать, так чего скромничать?!

Глава 5

Снежана

Вторая половина дня обещала быть неинтересной. Снова засела за бумаги, осознавая собственную бесполезность. Вернее, я боялась покрыться плесенью от тоски и однообразия. Документы то дублировали друг друга по суммам и количеству товаров, то начиналось падение, которое портило отчётность. Ситуация мне не нравилась, но в чём здесь крылся корень зла, я пока не видела. Разве что продавцы перекинулись на китайский товар? Нет, это точно не вариант. Дешёвые вещи были и будут, но это не значит, что завтра все побегут в них обряжаться.

Время медленно шло, я то и дело посматривала на часы. А когда всё надоело, отодвинула бумаги в сторону и прошлась по кабинету. Приблизилась к окну, из которого было видно всё то же кафе и стоянка. Чёрный внедорожник отсутствовал. Наверное, увёз оборотень свою блондинку и… Я представила, что именно он с ней собирается делать и как-то стало неприятно. Не то, чтобы я была мужененавистницей, вовсе нет. Скорее этот вервольф действовал на меня странным образом. И это его непонятное поведение, попытка демонстрации силы.  Как их расценить? Самым простым объяснением, к которому я могла прийти, это мой разрыв с Максом. Отсюда подозрительность и естественное недоверие к мужскому роду. Остальное всего лишь совпадение. Мало ли кто случайно встречается на улице, на лестнице или в  кафе.

От неприятных мыслей отвлёк звук хлопнувшей двери, оповестивший, что клиент ушёл. Я направилась в приёмную, где сейчас властвовали Фёдор и Марго, желая немного отвлечься и поболтать с ними. Снова ни о чём и исключительно в целях отдыха от работы. Я потянула за ручку двери, уловив слова Кислициной:

– Скоро Сергей появится. Отоспался, поди, после ночной смены.

Настала пора появиться.

– Отоспался? – подхватила я вопрос, задав его Маргарите. – Он что, ещё где-то работает?

Кредит? Нехватка денег из-за страдающей премиальной части? Мысли как тараканы завозились в голове, выдавая всё новые версии. Частично стало понятно поведение Вознесенского, его нервные всплески. Но лучше бы он их держал при себе, умнее выглядел.

– Он все выходные тут пахал, – пояснила Марго тоном учительницы. – Делал отчёты, готовился к твоему приезду. Сегодня как оказалось, так и вовсе здесь ночевал.

Приплыли. Выходит, это он меня тут активно дожидался, даже ноги стоптал, бродя все выходные по кабинету? А я, неблагодарная, не оценила?

– Начальство в курсе. Сергей сказал, что всё согласовал, – добавила Кислицина. Её глаза победно горели, словно ей удалось ткнуть меня носом во что-то неприятное.

– Это правильно, – согласилась я и улыбнулась.

Марго едва не скривилась, но удар выдержала. А шеф, тот самый, что послал меня сюда, тоже сволочь! Вдобавок ко всей свинской компании. Мог ведь предупредить? Мог. И почему я должна была догадываться об этом сама? Напрашивается вопрос, о чём ещё мне умолчали?

– Слушайте, а чем вы в свободное время занимаетесь? – поинтересовалась я, не глядя на Фёдора. Чтобы оборотень не питал надежды и не принимал вопрос на свой счёт. – По выходным или вечером, к примеру?

– Кто чем, – Марго бросила короткий взгляд на коллегу. – Кино, в кафе посидеть, потанцевать. Можно выехать на природу. Если хочешь, возьмём тебя с собой.

– Спасибо, – совершенно искренне отозвалась я. – Если получится, то с удовольствием.

На самом деле я не думала, что меня действительно куда-то позовут. Но за намерения поблагодарила. Мы с Глафирой и сами хотели куда-нибудь выбраться на природу. Моя волчица давно мечтала побегать, а тёте это тоже пойдёт на пользу. Не сможет обернуться, так позагорает.

Возвращаться в кабинет никак не хотелось. И щёлкнув кнопкой чайника, я отправилась в магазин за шоколадкой.  В голове уже выстраивался план, но насколько он был актуален и жизнеспособен, я не знала. Получится наладить контакт с Вознесенским, озвучу. А нет, так придётся обойтись одной Глашей. Кажется, с моим приездом её жизнь становится ещё беспокойнее.

Это хорошо, что магазины в Волчьем Бору всё те же, что и у нас, плюс расположены в шаговой доступности. Я быстро купила шоколадку, маленькую бутылочку минералки, закинула всё в сумку. Хотелось уйти домой, но я заставила себя повернуть обратно. Сегодня первый день знакомства и мне не хотелось, чтобы обо мне говорили как о лентяйке. К тому же я никого не предупредила, а чайник уже наверняка вскипел. В общем, нашлось несколько причин, чтобы вернуться.  До ужина ещё далеко, поэтому стоило ещё поработать. Ко всему прочему я так и не поговорила о работе с Вознесенским. И была полна решимости это исправить.

Я не знаю, как называются те люди, кто наступает на одни и те же грабли. И надо же такому случиться, что поднимаясь по лестнице, я столкнулась вовсе не с суровым мажорчиком. На этот раз судьба подкинула мне пятерых. Высоких, широкоплечих, с короткими стрижками и удивительно наглыми мордами. Меня они сразу приметили и притормозили, вынуждая идти позади. Я попыталась свернуть, чтобы подняться лифтом, но тот оказался занят. Постояв немного, решила, что мужчин уже и след простыл. Однако стоило мне оказаться на лестничной площадке, как я поняла, не простыл и даже не собирался. На этот раз вервольфы выстроились так, что желающий обогнать будет вынужден пройти между ними, словно сквозь строй. А так как мою скромную персону уже заметили и ждали, то интерес на лицах был нешуточный.

Засада полнейшая.

И можно было бы уйти, сделать вид, что я внезапно передумала и потопать обратно. Но нет, упрямство не позволили так поступить. А гордость напомнила, что я не простейшая амёба, а самая настоящая полукровка по имени Снежана Мухина. Скажете мелочь? Пусть так, но точно с характером. И отступать не намерена, поэтому шагнула вперёд.

Я ещё не приблизилась, как в нос ударили запахи самцов. Густые, тяжёлые, от которых хотелось завыть и сбежать. Угроза и удовольствие в одном флаконе. Я пожалела, что выскочила из кафе, позабыв воспользоваться спреем. Надеюсь, предыдущего раза хватит, чтобы мой собственный аромат молчал, не перебивая поддельного. Ну их, этих местных вервольфов. Какие-то перекаченные любители анаболиков, честное слово. Только Фёдор своей комплекцией и видом похож на дворового пса. Эти же отличались особой статью и пропорциями. А ещё промелькнула мысль, что тот, кто стоял впереди, был самым наглющим и надменным. Но главное, он чем-то напоминал мажорчика. Не иначе родственники или сыграл свою роль особый рацион местных оборотней? Чем их тут раскармливают?

Сделала шаг, другой, пытаясь казаться естественной и в то же время неосознанно прижимая к себе сумку, словно вокруг собрались исключительно жулики. На меня эта пятёрка смотрела сверху вниз, не пряча взглядов и не скрывая интереса и даже иронии. В груди всё обмирало, ножки не гнулись, а ещё хотелось бросить всё и сбежать. Я понимала, что эти лбы нарочно так встали. Сразу видно, они привыкли зажимать девушек и подобное развлечение только в радость. А для меня было в этом что-то сродни унижению. Конечно, ничего подобного на мордах не читалось. Скорее азарт и желание познакомиться и поразвлечься. Только мне претили подобные «смотрины». Да я от этих морд везде бегу, не только в Волчьем Бору, а они продолжают клеиться! Даже спреи приобретаю по высокий цене особые, а озабоченные хвостатые всё смотрят. Или же это вервольфы-мутанты, которым всё равно, кого и где, главное, чтобы объект был живым? Как это назвать?

Моя внутренняя волчица благоразумно упала в обморок и затаилась, отдав мне бразды правления и совершенно не отсвечивая. Словно я простой человек, а она так, приснилась мне. Внутри всё дрожало, нервы шалили, но я надеялась, что внешне всё обстояло иначе. В конце концов, я не только Мухина, но ещё и Райс. И от этого должна быть вдвойне выдержанной.

Каждый из вервольфов считал своим долгом принюхаться. Мне показалось, что я не вызываю у них особого интереса и это было огромным облегчением или большой ошибкой. Самоуверенность ещё никогда не доводила девиц до добра, но до неприятностей довольно часто.

До спасительной лестничной площадки оставалось всего ничего, как вдруг раздалось:

– Какая девочка… Познакомимся? – произнёс тот, что походил на сурового мажорчика. Этот накачанный экземпляр тоже пытался улыбаться. Ну-ну, это только начало! У того желание общаться быстро прошло.

– А надо? – я остановилась, а вместе со мной и сердце. Оно ухнуло куда-то вниз, напоследок крикнув: «Вляпалась, Мухина! Допрыгалась!»

Молодой мужчина иронично изогнул брови. Вероятно, не привык к отказам, как и его родственник. Вервольф преградил мне путь и сейчас стоял, сложив руки на груди и по-прежнему взирая сверху вниз. Он ждал моего ответа, а у меня его не было, совсем. Разве что хотелось нагрубить, послать подальше и припечатать крепким словцом. Только и ежу понятно, это будет худший из моих ответов. А жить хотелось долго, по возможности счастливо и желательно без особых проблем. Поэтому нужно было срочно придумать что-то действенное.

– У волчонка острый язычок? – мужчина сошёл на ступень ниже, но по-прежнему был слишком высок. Мордовороты по бокам не двигались, но я была уверена, их расслабление напускное. – Я точно знаю, – мерзавец склонился ко мне и снизил голос до шёпота, – куда его можно применить. Пойдём, детка, у меня есть, что показать тебе.

Такого я стерпеть не могла. В голове молниеносно пронёсся вариант, как я бью наглеца сумкой по голове, затем ближайшего оборотня и, перескочив через ступени (или перила), бросаюсь наутёк. Никакие достопримечательности у конкретных особой меня не интересуют. Даже если он в штаны наложит много-много зелёных бумажек с иностранным президентом. Точно говорю, не мой вариант! А потому я постаралась как можно ослепительнее улыбнуться, перехватить сумку поудобнее, а затем таким же приглушённым голосом произнести:

– Восхищена вашим самомнением. Только придётся любоваться этим чудом одному. – Я старалась, я очень старалась подбирать слова, дабы не нанести лишний раз оскорбление тому, кто заведомо сильнее. И всё же после слов вервольфа я не могла себе позволить мямлить и прогибаться в ответ.

Зрачки оборотня удивлённо расширились. Он явно не ожидал от мелкой девчонки подобной реакции. Но было бы слишком наивным полагать, что после этих слов мужчина извинится, предложит загладить свою вину, поцелует ручку и уйдёт. Нет, на подобное я даже не рассчитывала. Промелькнула мысль, что напрасно я согласилась на эту поездку. Возможно, с поезда сошла не с той ноги. Был знак, когда по приезду все автобусы и такси разъехались. Надо было поворачивать обратно. Так нет же, упёрлась, решила горы свернуть. Вот кого теперь повысят в должности?

Уловила волны опасности, валом мчащиеся на меня, приготовилась исполнять молниеносный план…

– Что здесь происходит? – раздалось за спиной. Голос был похож на рык, владелец явно был не в духе.

В первый момент я почувствовала облегчение. Наконец-то кто-то вспугнёт этих переростков на анаболиках. А то народ куда-то пропал, предпочитая перемещаться лифтом. Но потом поняла, это не спасение. Очередная, а точнее, первая заноза, что встретилась мне в этом городке.

Ну здравствуй, новая неприятность на мой хвост! Я здесь. Только тебя мне и не хватало.

– Я спрашиваю, что здесь происходит? – повторил сын владельца лесопилки.

Мордовороты вокруг меня подобрались, расслабленность пропала. Даже я застыла, почувствовав силу, исходящую от вервольфа. Альфа, настоящий или будущий, как есть. Повисла тишина, нарушаемая только звуками, доносившимися помимо лестничного пространства. А вот тот приставучий экземпляр, что преградил мне путь, даже не вздрогнул. Мерзавец сузил глаза, но с места не сошёл. Я хотела воспользоваться ситуацией и проскользнуть мимо него. Даже сделала маленький шажочек в сторону свободы.

Уйти не успела.

– Стой! – раздалось рычание за спиной.

Не надо ходить к гадалке, это точно мне предназначено. Но только я не собака и на подобные команды не реагирую. Я иногда вообще бываю жутко упёртая и действую исключительно на инстинкте. Вот и сейчас мозг озвучил команду: «Сваливаем!», а спорить с ним бесполезно, он же мой.

Сбежать не дал желающий выслужиться один из вервольфов, схватив меня за сумку. Я резко повернулась, чтобы посмотреть, кто такой способный.

… И встретилась взглядом с мажором. Не будь нашей встречи в день приезда, я бы его так никогда не назвала. Сейчас мужчина снова излучал силу, граничащую с абсолютной властью. Я полукровка, но кое-что понимаю. Но даже я не могу представить, что таит в себе генетика этого вервольфа. Точно мутант и питается непонятно чем. Или где-нибудь секретное радиоактивное захоронение. Вот и прут местные парни как на дрожжах.

Но это всё мелочи.

Из глубины глаз оборотня на меня смотрел волк. Он подобрался так близко, что зверя стало трудно игнорировать. Все заметили и напряглись. Но только не я. Кажется, похожий на мажорчика мерзавец тоже не особо проникся разливающимися вокруг силовыми волнами. Скорее всего, привык. Или сам так может, что сомнительно.

– Кто ты? – поинтересовался мажор. Его тон изменился, голос стал более человечным, а вот властные нотки остались.

Я удивлённо вскинула брови. Он хочет, чтобы я рассказала всю свою биографию, а заодно задание, ради которого сюда приехала? Сейчас, бегу и теряю тапки.

– Ничего не хочешь сказать? – упорствовал вервольф. А прочие продолжали стоять, пытаясь выглядеть в моих глазах независимо. Но я понимаю, что это им давалось непросто.

– Спасибо! – тут же спешно выпалила я, выдернула ручку сумочки из лап мордоворота. Тот снова протянул загребущие конечности, пытаясь схватить меня за предплечье. Но буквально в нескольких миллиметрах до моей руки раздалось:

– Не смей!

Стоит ли сомневаться, что короткая команда была немедленно исполнена. Я оторопела. Какие тут все душки и милахи. Одно загляденье! Ситуацию решила повернуть в свою пользу. Задрала голову и с гордым видом потопала прочь. Хотелось показать язык мерзавцу и услужливому мордовороту, но не стала.

За спиной стояла тишина. Но она была обманной, слишком давящей, чтобы я поверила в стабилизировавшуюся ситуацию. Напряжение никуда не делось. Живое воображение уже рисовало двух волков, готовых рвать друг другу глотки. Я поймала себя на кровожадных помыслах. Желая удостовериться в обратном, обернулась. Вся эта весёлая компания не сводила с меня изучающих взглядов.

Зачем я пошла в магазин, ну зачем?

Быстро сделала несколько шагов, ступила на площадку. Оборачиваться не стала, желая поскорее сбежать от этих озабоченных монстров. Свалились на мою голову! Свернула в сторону коридора, ведущего к нашему офису. И сразу заметила Синицына, спешащего мне навстречу.

– Снежана, тебе звонят! – Фёдор протянул телефон, на который я только теперь обратила внимание.

– Кто?

– Сам, – парень закатил глаза в сторону потолка и пояснений не потребовалось.

В этот момент я практически забыла о пережитом, желая поскорее убраться с коридора. Сейчас мне нужна была хорошая связь, уединение, и желание шефа поделиться информацией. Хотелось верить, что она есть.

Всё! Больше никаких лестниц. В крайнем случае, воспользуюсь пожарным выходом, потому как лифт тоже может стать местом опасных встреч.

Глава 6

Снежана

Я влетела в приёмную, махнула рукой Маргарите и направилась в кабинет Вознесенского, не забыв при этом плотно прикрыть дверь. Мне очень хотелось поинтересоваться, в курсе ли он, что тут работает истеричный руководитель. Может, дело в нём? Неадекватное поведение и как следствие, падение продаж.

– Снежана, докладывай! – раздался властный голос в телефоне, и я не выдержала и даже посмотрела на него. Они что, сегодня, все сговорились, командовать мной? Нет, вы не подумайте, я вполне нормально на всё это реагирую. Просто Снежана должна доложить, а шеф будет цедить информацию по крупинке.

Вздохнула. Конечно же, я не смогу наехать на шефа, серьёзного повода нет и работа нужна. И мысль осенила, самая что ни на есть ценная.

– Скажите, Игорь Андреевич, а вы специально дали Вознесенскому выходной?

– Конечно. Я подумал, в первый день Сергей только мешать тебе будет.

Вот так, он подумал. А то, что я тут как котёнок тыкалась, да до всего сама доходила, это мелочи, побочный эффект.

– Рассказывай, Мухина, не тяни, – напомнил шеф голосом, не терпящим возражений.– У меня скоро совещание.

– Пока особо нечего, Игорь Андреевич, – призналась я, опустив глаза, словно шеф меня мог увидеть. Хотя…на всякий случай задрала голову и осмотрела потолки. Ничего! Вот и ладненько. – Работаю. Хочу завтра под видом покупателя посмотреть торговые точки, куда мы поставляем свою продукцию.

– Согласен. Действуй, – одобрил мой план шеф и отключился.

Я спокойно вздохнула и направилась в приёмную, чтобы наконец-то налить себе горячего чая. Не знаю, верный ли выбрала манёвр, но другого плана пока не было. Звонок телефона раздался почти сразу. Это снова шеф. Видимо, что-то забыл.

– Да, Игорь Андреевич, – вежливо произнесла, ожидая продолжения.

– Снежа, это я, – раздался голос Макса. – Погоди, не клади трубку! Поговори со мной! Как ты там?

Я скривилась. Общаться с Максимом было всё ещё больно. Хотя прежних чувств этот мужчина у меня уже не вызывал. Я поставила его номера в чёрный список, так он теперь с чужих звонить будет? И пусть я повторяюсь, но он сволочь!

– Уже лучше, спасибо! Ты всё сказал?

– Не злись! Я был тысячу раз неправ…

– Да пошёл ты! – рявкнула я в трубку и едва не стукнула ей о стену. Вовремя спохватилась и пока телефон цел, поспешила вернуть его на стол сотрудников. Как ни странно, но настроение не упало. Оно наоборот, сменилось боевым. Сейчас я бы с удовольствием стукнула кулаками пару раз по боксёрской груше, а потом убежала в лес.

В приёмную выскочила всклокоченная, полная решимости и желанием придушить кого-нибудь. Но едва заметив, кто пришёл в наш офис, даже определила объект.

– У нас новый заказчик! – Марго цвела. Хорошо хоть хватило ума, оставаться на месте и не наброситься на оборотней. На мажора и мерзавца. Я сделала себе пометку узнать как их зовут. Кажется, случай представится раньше, чем я доберусь до дома и расспрошу Глафиру.

Уверенность на лицах клиентов процветала. А ещё я вдруг подумала, что трое из присутствующих могли слышать мой разговор с Максом. Но я попыталась отстраниться от личного, сосредоточившись на работе. А вдруг действительно удастся заинтересовать клиентов. В том, что они привыкли вести дела, сомнения не было.

Разгорячённая событиями и разговором с шефом я могла бы многое сказать. А это явный вред работе. Поэтому посчитала разумным удалиться. Тем более что озвученный шефу план требовал некоторой подготовки. Я планировала посмотреть по документам, кто из владельцев магазинов уменьшил заказы.

– Замечательно, – я натянуто улыбнулась незваным гостям, стараясь выглядеть как можно естественнее. Вервольфы (на мой взгляд) выглядели более чем неуместно здесь. Но…клиент всегда прав. А вдруг эти действительно вознамерились стать нашими клиентами? Я не в курсе, но, может быть они и этим занимаются? Так почему бы не торговать нашей продукцией?– Не буду вам мешать. Удачи всем!

Я повернулась, намереваясь уйти. Кто бы дал!

– Как зовут вашу начальницу? – обратился мажор к Маргоше. Я не видела её лицо, но по моим ощущениям, ей это не понравилось.

– Снежана Райс, – доложила предательница.

– Райс? – повторили оба посетителя. Произнесли так, словно знали что-то такое, о чём я даже не подразумевала.

Я открыла рот, чтобы внести коррективу в фамилию, а потом передумала. Какая разница?! А то зацепятся за слово. Почему-то сейчас мне казалось важным сбежать, скрыться от этих незваных гостей. Я же в ЗАГС с ними не иду, а всё прочее мелочи.

– Местная? – мерзавец оказался проницательным.

Пришлось обернуться и посмотреть на мужчин. Что за любопытство? Пришли извиниться за поведение? Так, я их даже в кабинет не могу пригласить, мало ли… Однако игнорировать вопрос не могла. Обернулась.

– Да, мои корни отсюда.

Вот так, коротко и ясно. Только неуверена, что на этом вервольфы остановятся. Зачем-то я им понадобилась. Или дело в упрямстве и неадекватном общении при встрече? Впервые почувствовала себя подопытным кроликом, которого кто-то пытается рассмотреть под микроскопом. До жути не люблю, чтобы лезли в мою жизнь.

– Надеюсь, это всё? – улыбнулась, на этот раз почти что искренне. В то же время мечтая поскорее добраться до бумаг. – Тогда не буду вам мешать…

– Мы согласны сотрудничать, – подал голос мажор, – но с условием. Вы сами будете работать с нами.

Я понимаю, что клиент всегда прав, даже если неправ. Судя по всему, эти наследники Буратино довольно обеспечены. А значит, могут сделать приличный заказ. Но я не о том. Брыкаться, когда кто-то готов расстаться с деньгами, это непрофессионально.

– Хорошо, – я подошла к Марго и встала за её спиной. Оба вервольфа казались расслабленными, но я понимала, что сейчас они следят за мной, как за маячком. Или нет, не так. Сейчас я больше похожа на зайца, за которым пытаются охотиться два матёрых волка. Шансов у мелкого нет, но попытаться сбежать он может. – Сначала давайте определимся, что именно вы хотите. Наш ассортимент достаточно широк. Посмотрите каталоги, флаеры. Если что-то заинтересует, обсудим оптовые цены. Чем крупнее заказ, тем весомее скидка. Доставка по городу бесплатная.

Я постаралась отстраниться от внимания. Говорила так, как действовала в самом начале моей карьеры в Flame. Сейчас я работаю с другими людьми, а тогда с кем только не встречалась. Порадовало, что даже Фёдор внимательно смотрел за мной, и в его глазах я видела одобрение.

Мужчины придвинули к себе журналы и начали листать. Мне показалось, что их это не особо интересует. Не удивлена. Пришли следом, после известного инцидента, а им бумаги под нос… Хорошо, что я воспользовалась спреем не так давно. Но сейчас даже эта мысль не могла утешить. Я не хотела иметь ничего общего в личной жизни с оборотнями. Конкретно с этими тем более.

– И ещё. Я пропустила момент представления. Может быть, вы назовётесь?

Уловила насмешку в глазах мужчин, словно их личности не нуждались в озвучке, и каждый житель Волчьего Бора обязан знать их в лицо. Хотя… Если знала Глаша, то, почему бы не быть в курсе остальным.

– Снежана у нас человек новый, – влезла Маргарита. Ноты извинения в голосе девицы лично мне были смешны. – Это Даниил и Виктор Беловы. Совладельцы известного мебельного производства.

Вот как… Мажор – это Даниил, а мерзавец – Виктор. Довольно приличные имена, а вот поступки не очень. Да, я долго жила в городе, где люди составляют половину населения, и многие вещи вижу иначе. Но это не повод окатывать грязью и зажимать на лестничных площадках. Я внимательнее посмотрела на посетителей. Мои бабушка и дед тоже этим занимались, а их дети нет. Да и кто бы всё это возрождал, ведь мама и тётя были далеки от производственных дел в силу возраста. И нет ничего удивительного, что ниша была занята кем-то иным. Против воли вырвалось:

– И где вы делаете мебель? В городе или за пределами?

Для тех, кто всю жизнь прожил в Волчьем Бору, не нужно было пояснять, о чём я. Не думала, что запрятанное где-то глубоко прорвётся наружу.

– На территории старой сгоревшей фабрики, – правильно понял Даниил. Карие глаза смотрели настороженно, словно от меня можно было ожидать любого подвоха. От меня-то? Да я мухи не обижу, в отличие от них.

– Ясно. – Не было желания развивать эту тему, да и неуместно. И без того понятно, что владельцы предприятия на верном пути. Лесопилка, мебельная фабрика…Семейный бизнес, иными словами. И я не могу осуждать Глафиру, не захотевшую рассказывать об этом. Когда всё произошло, мама ещё не встретила отца, а вот тётя испытала сиротство на собственной шкуре и напоминать ей об этом не желаю и не буду.

Довольно терзаний, пора работать.

Я замолчала, сделав знак продолжать изучать каталоги. И надо сказать, довольно быстро всё это стало напоминать какой-то фарс. Мажор остановился на моделях женского белья и, открывая что-то запредельно откровенное или действительно интересное (на мой взгляд), бросал задумчивые взгляды. Грудь, бёдра, подверглись особому вниманию. Словно он примерял все комплекты не на млеющую от присутствия оборотней Маргариту, а на меня. Мерзавец не отставал. И чтобы прекратить это форменное безобразие, я зашла им за спину и обратилась к Синицыну, чтобы тот уступил мне место. Фёдор, не видевший этого цирка, сразу подчинился.

Как по мысленному приказу, оба оборотня повернулись вслед за мной и продолжили свою издевательскую деятельность. Но я с радостью уселась на место Синицына и наполовину скрылась за монитором. Нате, выкусите! Волчары самодовольные. Нашли новую игрушку и теперь развлекаются. Пожалуй, следует попросить маму прислать спреи с малозаметным запахом тухлой курицы и лака для ногтей. Вонь жуткая, но для дела можно потерпеть.

Придумала!

– Марго, у тебя есть лак? – изобразила движение кисти по ногтю. Мои были в порядке, перед корпоративом посещала маникюрный салон. Но ради возможности поиздеваться над двумя самцами не пожалею! И нюха своего тоже. Потерплю, потом восстановлюсь.

Настороженный взгляд мерзавца Виктора пролился бальзамом на моё самолюбие. А вот с Даниилом номер не прошёл. Заметила, как дрогнул в улыбке уголок его губ. Хм…Незаметно сглотнула. Признаться, заманчивое зрелище. Я вдруг представила, как тянусь через стол к мужчине, взбираюсь на деревянную поверхность, опираясь руками и коленями. Вервольф обманчиво расслабленно прикрывает глаза, в то же время, подсматривая за мной и готовый в любую минуту к нападению. Я тянусь, чтобы коснуться языком уголка манящих губ оборотня…

– Прямо сейчас? – недоумённо поинтересовалась Марго, возвращая меня из неожиданных грёз в реальность.

Ничего себе торкнуло!

Что это было? Отсутствие рядом мужчины или попытка разума заменить Макса кем-то иным? Не знаю. Хотя, если отвлечься от неприятной стороны Беловых, выглядят они довольно мужественно и привлекательно.

Кислицина полезла в стол. А где все девушки держать свои сокровища? Под рукой. Значит, сейчас будем вонять.

Я молча протянула руку и довольно отдёрнула, получив желаемое.

– Вы уже определились с заказом?

– Почти, – отозвался Виктор, закрывая каталог.

– Держите прайс, – я толкнула скреплённый степлером документ. Вот интересно, они реально что-то закажут или заведут: «Мы подумаем». В принципе, я не против любого варианта.

Открыла флакон с лаком и отодвинула его в сторону за колонки. Поближе к дорогим посетителям. Понимаю, это пакостно, а нам, как никогда нужны заказы. Но отказать себе в этой мелочи не посмела.

Подействовало быстро. Синицын убежал, сославшись на срочное дело. Перед тем как уйти, он бросил укоризненный взгляд в мою сторону и чихнул. Какие мы нежные! Я пыталась не обращать внимания на ком, вставший в горле…Вервольфы… Судя по лицу Виктора, происходящее не нравилось, но он терпел, пытаясь выглядеть достойно. А надо сказать, что лак попался и в самом деле какой-то особо мерзкий и сильно отдавал ацетоном. Даниил делал вид, что всё в порядке, только крылья носа оборотня то и дело трепетали, пытаясь справиться со всепроникающим запахом. И только сама владелица пузырька улыбалась. Кажется, она относилась к тем современным девушкам, которые готовы нюхать эту пакость ежечасно.

– Снежана, – Мажор закрыл каталог и хлопнул по нему рукой. – Я могу с этим ознакомиться в более спокойной обстановке? Интересного много, но надо ещё подумать.

– Конечно,– я была само благодушие. – Возьмите с собой каталог и прайс.

После моих слов оба вервольфа подскочили, словно только и ждали момента, чтобы вежливо распрощаться. Куда только делось то нахальство, что мне было продемонстрировано вчера и сегодня. Что изменилось?

– О своём решении сообщу,– произнёс Даниил, не сводя с меня вежливого и в то же время испытывающего взгляда. Было ощущение, что он пытается проникнуть под кожу, понять, кто я и что. Скорее всего, это зверь Белова почувствовал подвох или заволновался из-за желающей смыться с глаз дичи. Охоту любят все и неважно, кто ты, девушка или настоящий заяц.

– Будьте добры! – Я тоже могла быть вежливой до зубовного скрежета. Встала, вышла из-за стола, уже мечтая, как эта парочка перекаченных мужчин покинет наш офис. Попутно завернула пузырёк, решив больше никогда так не поступать! Проветрить требовалось срочно! Задыхаюсь, но терплю. Это Маргоше ничего, а мне вот-вот поплохеет!

Вервольфы направились к двери, быстро шевеля ногами. Кажется, они пожалели, что связались с мной. Я же была готова сорваться с места и распахнуть окна, чтобы поскорее устранить это безобразие. Торопила момент, когда оборотни выйдут. И уже распахнув дверь, Даниил, глотнувший чистого воздуха, произнёс:

– Телефон. Снежана, я забыл взять ваш номер телефона!

Ответ не подразумевал возражений или пререканий. И я была благодарна Марго, которая решила выслужиться и подскочить к Белову с визиткой.

– Вот, возьмите, пожалуйста! Все номера действующие.

Мажорчик лишь мельком взглянул на глянцевый кусок картона, чтобы понять. Это не моя личная визитка, а местного отделения Flame. Спорить не стал, посчитав, что от такой ненормальной, как я, лучше поскорее отвязаться. А то вдруг ещё что-то изобрету. Как на автомате я распахнула окна, дверь в коридор. Свежий воздух единым потоком снёс неприятный запах, возвращая способность здраво мыслить. Я без объяснения отдала девушке лак и направилась в отдельный кабинет. Рабочее время уже на исходе, а мне нужно сделать себе пометки, распланировав завтрашний день.

И только оказавшись в кресле Сергея Вознесенского осознала, насколько устала. Общение с вервольфами вымотало, словно на мне пахали круглые сутки. Что это, если не страх приглянуться какому-нибудь четырёхлапому?

Я с тоской посмотрела на симпатичные папки, разбросанные на рабочем столе компьютера, и принялась их открывать. Завтрашний день обещал стать более интересным, чем сегодня. Но, надеюсь, не настолько насыщенным. Общение с вервольфами было излишне плотным, а о подобном я никогда не мечтала. Вы не подумайте, у меня нет никаких претензий к оборотням. Какой-либо скрытой травмы и личной ненависти тоже.     Просто я обожаю своего папу, а он чистокровный человек. Родители любят друг друга без всякой привязки, что только доказывает истинные чувства. И раз мама смогла найти такого мужа, то и я буду стараться. С Максом вышла промашка, но это даже к лучшему. Заранее узнать дряную натуру тоже неплохо. Болезненно для самолюбия, но не смертельно.

Отогнав от себя неприятные воспоминания, я открыла записную книжку, чтобы занести в него план действий и важные пометки. Работа неожиданно увлекла, но через несколько минут в нашу приемную заглянул посетитель и раздалось:

– Всем привет. Ну как вы тут? Живы?

Ага, через одного. Пострадавших покусала лично. Вознесенский не мог не заметить неприкрытой двери в свой кабинет, а значит, сказанное в немалой степени было адресовано мне. Ну и характер!

Посмотрела на приоткрытую дверь, ожидая, когда войдёт Вознесенский. И он, не дожидаясь ответа работников, направился ко мне. Видимо, всё же переживал за проверку. Я ожидала продолжения хамства и уже была готова к резкому ответу. Но мужчина удивил.

– Как дела? Может, пообедаем? Обсудим, что к чему?

Вознесенский выглядел лучше, чем утром, но я не обольщалась. Скосила взгляд на часы, удивляясь, как быстро летит время. Мой рабочий день близился к концу, оставаться дольше не было желания и сил. Хотел бы сотрудничать мужик, пришёл раньше, а не после крепкого сна и хамства. Хотя… работа, чтоб её!

– Спасибо, только я уже обедала четыре часа назад. Давайте, лучшее поговорим.

Да не кусаюсь я, мужик, не кусаюсь! Не смотри так испытывающе. И тебя точно не сожру, не каннибал я и не идиотка. Мне себя жалко.

– Хорошо. Выкладывайте свои соображения, будем их обмозговывать, – произнёс мужчина, усаживаясь в кресло для посетителей.

Я едва не опешила от этой наглости. Сейчас! Спешу и падаю. Подобное заявление очень не понравилось.

– Лучше вы поделитесь своими выводами. Я, в отличие от вас, здесь всего лишь день, выводы по минимуму. – Постаралась выдавить полуулыбку. Ну и жук!

– Может, всё-таки перекусим? – с надеждой посмотрел Вознесенский.

– Нет, спасибо. Я до дома аппетит поберегу.

По лицу мужчины тут пробежала тень, словно для него было болезненным воспоминание о расставании с Глафирой. Переживает бедолага, такая женщина его бросила. Или в процессе прощания они наговорили друг другу море гадостей?

– Понятно, тогда приступим.

На моих глазах Вознесенский преобразился. Сейчас он уже не испытывал приезжую гостью, а показывал график получаемой прибыли. Вначале кривая имела минимальный наклон. А спустя месяц резко пошла вниз, словно кто-то передумал покупать нашу продукцию. И если верить шефу, то подобное явление мы наблюдаем только здесь, в Волчьем Бору.

– Может, существует негласный запрет на покупку?

– Я тоже об этом думал, продавцов знакомых пытался разговорить. Версия не сработала. Да и крупной конкуренции у нас сроду не было. Я отслеживал.

Вознесенский сделал грудь колесом, но уловив мой ироничный взгляд, сдулся. Оно, может и так, только результат очевиден – фирма страдает. А упускать этот сегмент сбыта жалко, как и собственное повышение.

– Ну что же, будем думать вместе, – отозвалась я, поднимаясь из-за стола. Работать резко надоело, к тому же сидеть в одном кабинете с этим человеком ещё то удовольствие. И вообще, домой мне пора, к Глаше! Я не знала, как относиться к словам и графикам Вознесенского. Над ними следовало подумать, всё взвесить. А так как меня прямо сейчас никто не заставлял делать выводы, постаралась выкинуть эти мысли из головы. День был богат на события, и думать о чём-то, кроме собственной семьи, не хотелось.

Я распрощалась со всеми сотрудниками, покинула офис и направилась прямиком к лифту. Была трусливая мысль, что Беловы могут меня поджидать. Но волков бояться, по коридорам не ходить. А сейчас непонятно откуда народ оживился, что мне было только на руку.

Глава 7

Снежана

– Ну и долго мы с тобой тут будем сидеть? – Глафира без стеснения закинула больную ногу на резную скамеечку.

День на удивление выдался жарким и солнечным. Первоначальная моя затея взять с собой тётю сейчас казалась уже не столь привлекательной. Мы с ней удачно посетили два  магазина специализированной одежды для оборотней, что поставляет наша фирма,  заглянули в торговый центр, в котором каждый второй отдел продавал бельё с этикетками Flame. И вот теперь, спустя несколько часов, всё в том же торговом центре, мы сидели в кафе и ели мороженое. Лично я умяла целых две порции и посматривала на третью.

– Снеж, что произошло? Ты как ужаленная выскочила из последнего отдела.

– Я ужаленная? – сделала круглые глаза и натянула улыбку. – Нет, это от излишка мозговой деятельности. И потом, это мороженое как воспоминания из детства, – заливала я, старательно делала честное выражение лица. Надеюсь, получалось неплохо. Как сказать Глафире, что мне на глаза попалась та белобрысая, что была с Даниилом Беловым? Она выбирала комплект нижнего белья Flame и была увлечена процессом. Холёная, одетая с иголочки, она наверняка вызывала зависть у собственных подруг и соперниц. Мне до её внешнего вида не было дела, хотя признаю, выглядела девушка замечательно. Только настроение неожиданно подпортилось, и я с трудом заставила себя не скривиться.

– Ладно, не хочешь говорить, потом расскажешь. А что с наблюдениями? Выводы сделала?

– Сделала, – я кивнула, отправив ложку мороженого в рот. Вкусное лакомство приятно таяло во рту и холодило. Я прикрыла глаза от удовольствия.  В этот момент сбоку от нас раздался грохот роняемой посуды.

– Осторожнее, молодой человек,– усмехнулась тётя, с ходу поняв, в чём дело. – А ты, Снежка, ешь поаккуратнее. Не нужно травмировать мужчин даже в таком простом деле. Ему ещё работать.

– Что? – Я спешно соображала. Упс! Только сейчас дошло, что у парня разыгралась фантазия. Произошедшее неожиданно повлияло на настроение, оно рвануло вверх. – Я ни при чём!

– Отпирайся, – усмехнулась Глафира. – Какие планы на сегодня? Что ещё?

– Планы… – я зачерпнула ещё одну ложечку мороженого и быстро отправила в рот, не желая кого-нибудь ещё спровоцировать.  – Можно поискать ещё какие-нибудь торговые точки или возвращаться в офис.

– А туда тебе не хочется? – догадалась проницательная Глаша.

– Нет.

– Сергей? Это из-за него? – тётка нахмурилась, подобралась. Вот будь сейчас рядом Вознесенский не сносить ему головы. – Ничего не скрывай. Ты же моя кровь!

– Не он, успокойся, – я дотянулась до плеча Глафиры и погладила. – Так, мелкая неприятность.

– И как зовут эту неприятность? – в глазах женщины загорелся интерес. – Может, хватит обливаться всякой ерундой? Я давно говорю, вот только родители идут у тебя на поводу.

– Это мой выбор, – остановила я череду вопросов Глаши. Конечно, это ей всё равно, кем окажется её избранник, а я хочу человека.

– Ладно, ладно,– волчица подняла обе руки в знак капитуляции,– мир! И всё равно так хочется, чтобы из всего выводка моей сестрицы именно ты жила рядом.

– Я тоже тебя люблю! – ответила я и на секунду отвлеклась. В нашу сторону шёл очень интересный мужчина. Оборотень. Не буду описывать его телосложение, так как всё просто супер идеально. Поджарый, пропорционально сложённый, с волевым подбородком и очень короткими волосами. У меня даже создалось впечатление, что ещё пару недель назад вервольф стригся налысо. Тётя мужчину не видела, а вот я любовалась от души. Жалко, что он много меня старше, а так ничего, интересный.

– Отдыхаете? – поинтересовался незнакомец, едва сравнялся с нами.

Я мороженое не ела, нет. На сей раз отличилась тётя. Её ложка звонко стукнула о креманку, нарушив нашу идиллию.

– Ты?

– Я, Глафира.

Бархатные нотки в голосе мужчины ласкали, обволакивая и туманя разум. Не мой, тётин. Я заметила, как она судорожно сглотнула, что на неё очень не похоже. Но надо знать Глашу, чтобы не сомневаться в её выдержке. Я уловила тень мучительной борьбы на прекрасном лице, из чего сделала вывод, этот вервольф ей не безразличен.  Только что-то мешало. И эта преграда должна быть очень существенной. К примеру, жена и дети.

Подумав о таком, я тоже быстро пришла в себя. И дотянулась под столом носком босоножки до здоровой ноги тётки. Несильно пнула её, чтобы не таяла. Глаша моргнула, нахмурилась. Затем криво усмехнувшись, посмотрела на меня. Спасибо, аплодисментов не надо!

– Как ты? Это твоя…

Внимательный взгляд карих глаз мне не понравился. Ещё один экземпляр мужественности, пытающийся влезть мне в голову. А сейчас он силился понять, кто я волчице, если детей у неё нет, а мы очень похожи.

– Клим, это моя племянница. – Протараторила с улыбкой-оскалом Глафира. – Рада была увидеть, но мы уже уходим.

Женщина быстро поднялась…И тут оборотень увидел гипс. Его глаза округлились, сверкнули.

– Тебе помочь? – он сделал шаг, протягивая руки к моей родственнице. Ситуация могла показаться милой или даже смешной, если бы не выражение лица тёти. Она злилась, закипая как чайник. Я бы в таком случае спрятала руки за спину, во избежание…А этот ничего, смелый. Нахрапом лезет, пытаясь подхватить Глашу на руки.

– Только попробуй прикоснись! – прорычала моя родственница. Мужчина дураком не был, застыл.

– Глафира…

– Снежа, мы уходим! Приятно было увидеться, Клим!– Рявкнула тётя, и я не стала спорить. Уходим, так уходим, чего орать.

Он даже не дёрнулся и не сошёл с места, когда моя воинственная родственница протопала мимо, опираясь на палку. На всякий случай я подставила своё плечо, а то мало ли. Но подобная помощь не потребовалась. И только оказавшись в машине, я повернулась лицом к Глафире и поинтересовалась:

– Что это было? Кто он?

– Он? – женщина уставилась в переднее стекло. Я поняла, что только что при мне произошла не просто встреча, а гораздо больше. Показалось, что искры сыпались из глаз обоих во время разговора, настолько бились их чувства, эмоции. – Это, Снежа, Клим Белов, один из подозреваемых в поджоге мебельной фабрики, брат владельца лесопилки.  В общем-то, небедный вервольф. Когда-то он пытался ухаживать за мной… Но захочешь об этом расспрашивать, то не советую. – Оборотница повернулась ко мне. На её лице не было и слезинки. Но я видела, насколько глубоко задела её эта встреча.

Какое-то время мы ехали молча. Я следила за дорогой, а Глафира нервно постукивала пальцами по коленям. Она переживала, а я сдерживала желание залезть к ней в душу. И нет ничего удивительного в том, что вечер прошёл очень скомкано: ужин и телевизор, без задушевных бесед и откровений. Я никогда не видела родственницы такой задумчивой и подавленной. Поэтому предпочла пораньше завалиться спать и не лезть со своими умозаключениями относительно прошедшего дня.

Глава 8

Снежана

Наутро всё изменилось. Тётя проснулась ни свет ни заря. Свалила нам кофе и приготовила омлет с ветчиной. К тому моменту, когда я заглянула на кухню, она уже успела накраситься и приодеться.

– Ты куда-то собралась? – поинтересовалась я, усаживаясь напротив. Кофе оказался на редкость бодрящим, а лёгкий омлет так и таял во рту.

– На приём к врачу. Надеюсь, сегодня снимут это безобразие с ноги, – сообщила она, покрутив ногой. – Хочу, как все нормальные ходить на каблуках. А кстати, к каким выводам ты пришла? Извини, я вчера была не в духе.

– Выводы относительно магазинов? – я похлопала ресницами, словно передо мной стояла не мудрая Глафира, а кто-то из школьных подруг. Что поделать, любопытство за ночь не уменьшилось ни на грамм.

– Не юли, Снежа,– понизила голос драгоценная тётушка, предупреждающе сверкнув карими глазами. – Рассказывай, потом про меня поговорим.

Ну вот, а утро так хорошо начиналось.

– А что рассказывать, Глаш? – Я скомкала бумажную салфетку и небрежно бросила её на стол. – Продажи есть. Ты видела, при нас народ покупал и костюмчики, и бельё. Всё как полагается. Возможно, это не всегда. Но эти продавцы предлагают то, что мы производим. И выкладка товара довольно приличная, всё на видном месте.

– И какой вывод? – собеседница присела, откинулась на спинку стула и осторожно погладила пострадавшую ногу. Что-то я стала сомневаться, что она быстро восстановится. Не получится, предложу поехать со мной в Северогорск.

– Ничего определённого. – Я пожала плечами. А что ещё могла сказать, если не было возможности отследить все продажи хотя бы в масштабе одного магазина. Камеры не навесишь, подробный отчёт мне тоже никто не покажет. – Буду думать. А у тебя что было с этим Беловым?

Судорожная тень пробежала на лице любимой тётушки, но она быстро справилась. На сей раз не стала отнекиваться или откладывать на потом. Ответила предельно чётко и внятно, не сводя с меня взгляда:

– А всё что можно, Снеж. Я тогда ещё наивная была. Верила в любовь и светлые чувства, а ещё, что из лохматой образины можно принца выковать. Не вышло.

– Почему? Разве ты не знала, что он подозревался в поджоге? – Я прикинула и выходило, что в момент гибели родителей Глафире было чуть больше десяти. Какое-то время после случившегося они жили вместе с мамой, а после разъехались, устраивая каждый собственную жизнь. И раз у тёти с Беловым было «всё, что можно» спустя несколько лет после пожара, то почему вдруг прошлое стало для неё откровением?

– Представь себе! Только не думай, что я до твоего возраста дурой пугливой ходила и шарахалась ото всех. Просто так вышло, понимаешь?

– Да я и не думаю, – отмахнулась я. Это точно не про мою Райс. – Когда ты прозрела-то?

– Виолка просветила. Помнишь такую?

– Конечно. – Помнила ли я тётину одноклассницу, которая сейчас замужем за каким-то важным чиновником? Достаточно хорошо, потому что видела её раз пять за всё время, а провалами памяти пока не страдаю.

– Мы встречались с Климом несколько месяцев. Мне тогда все завидовали. – Лёгкая улыбка набежала на лицо Глафиры. Кажется, она на миг окунулась в прошлые воспоминания. Мне стало очень больно за неё, защемило сердце. – Казалось, Клим хотел сделать предложение, но никак не решался. Знаешь, Снежка, он мне тоже очень нравился. Хотя…ты не щенок, поймёшь. Я была влюблена в Белова и не оглядывалась по сторонам, – тётя прищёлкнула языком. Воспоминания давались ей непросто, но я не вмешивалась, боясь вспугнуть откровения.– С Виолкой мы дружили со школы, потом в университете просидели за одной партой. Твоя мать…она была старше и разница в возрасте заставляла меня искать ровесницу. Хотя ничего плохого я о сестре сказать не могу, сама знаешь. Она для меня всё. Одноклассница, с которой можно поделиться секретами относительно парня это иное. В общем, когда она поинтересовалась, насколько у нас с Климом серьёзно, я скрывать не стала. Чего таиться, если все чувства вросли в сердце и написаны на лице? Он встречал меня, провожал. Общие друзья, знакомые…

Глафира рассказывала, а я словно видела её, несколькими годами раньше. Молодой и красивой, влюблённой в того мужчину, что мне сегодня понравился. Только сейчас, зная их прошлое и чувства, я бы на него засматриваться не стала. Исключительно из-за уважения к Глаше.

– Что сделала Виола?

– Она рассказала, что не стоит мне обращать внимание на такого, как Клим. И что весь город знает, кто поджёг фабрику. – Тётя замолчала, окунувшись теперь в иные воспоминания. Я её не торопила.– Когда я вернулась домой, то потребовала у Ларисы (мать Снежаны***) рассказать мне правду. Знаешь, никогда не думала, что захочу узнать всё. В тот день пришлось. Я не поверила Виоле, но оказалось, не так уж она была неправа. Деньги, Снежка, деньги решили всё.

– Вы расстались? – Моя душа плакала вместе с Глашиной, сопереживая и сочувствуя. У меня ещё не было по-настоящему любимого мужчины. Но даже Макс оставил в глубине свои зарубки.

– Я настояла. – Тётя тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли. –  Клим не давал мне прохода достаточно долго. Почти год я видела его лицо, стоило мне выйти на улицу. Но, как видишь, я его победила.

– Вижу, – произнесла я, только чтобы поддержать тётю. Но на самом деле моя уверенность была далека. Как пешком до Парижа. Кто кого победил, и кто над кем все эти годы измывался, ещё вопрос.  Я не могла усидеть на месте, зная, что эта идеальная во всех смыслах для меня женщина страдает. Подскочила и бросилась к тёте, чтобы обнять её и поцеловать в знак признательности.– Глаш, прости, что я поковырялась в твоих болячках.

– Ладно, ребёнок, живи, – усмехнулась она, похлопывая меня по руке. Глафира снова заулыбалась, став для всех прежней сильной женщиной, у которой истинные чувства не напоказ.

Мы закрыли разговор. Я воспользовалась машиной Глаши и высадила её у местной поликлиники. От дальнейшей моей помощи она оказалась. И пока я ехала до работы, из головы не шла история, рассказанная тётей. Мне показалось, что по прошествии лет чувства между этой пары никуда не делись. Увиденное отличалось от обычной Глафиры и её ухажёров (на ум пришёл Вознесенский). Клим показался мне притягательным, а в остальном… посмотрим. Не нравилась мне откровенность подруги, хотя, рано или поздно, кто-то всё равно бы проболтался. Наверное, дело в том, что я лично не переживала той трагедии, а знаю о ней лишь понаслышке.

Глава 9

Снежана

Заняв место на парковке, я какое-то время сидела в машине, стараясь думать не о себе и родне, а переключиться на работу. Мысли стали укладываться в нужный лад, а я в очередной раз анализировала вчерашний день. Равновесие было достигнуто. Отработанным жестом достала спрей, воспользовалась им. Только после этого с чувством удовлетворения взялась за ручку тётиной иномарки.

И застыла, глядя, как на парковку въезжает знакомый внедорожник.

Машина остановилась. Я отругала себя за то, что не приехала немногим раньше, чтобы не встречаться  с вервольфом. Подсказывало внутреннее чутьё, что волк не даст пройти мимо, не задержав меня. А когда дверцы внедорожника распахнулись, поняла, что рада и недовольна одновременно. Белов опять был со своей блондинистой подружкой. Девушка снова выглядела идеально: короткое голубое платье придавало нежности и убавляло возраст. Беспроигрышный вариант для той, что хочет показать, насколько она нуждается в сильном и надёжном защитнике. Вот стерва. Играет! Мажорчик подставил девушке руку, и они вместе двинулись в сторону здания. Несмотря на непонятный с моей стороны негатив, пара смотрелась изумительно.

Нахлынувшие эмоции довольно быстро удалось разделить. Это не совсем я, это волчица вздумала проявлять себя. Вот она, природа в действии. Но я не желала себе самой этих переживаний, а потому всевозможные недовольства пришлось задавить на корню. Пожалела, что не накрасилась по полной программе и не надела платье. И причёска сегодня у меня самая обычная – хвост на макушке. В остальном тоже без особых перемен: джинсы, футболка и кроссовки. Даже босоножки остались дома, а без них я выглядела ниже, чем есть.

И всё же, несмотря на довольно критический обзор, внешним видом я была довольна. А кому не нравится, пусть проваливают! На этой дерзкой ноте покинула машину, несколько резко хлопнув дверцей…

Пара обернулась. Девушка насмешливо сморщила носик и двинулась в сторону здания. А Белов застыл на месте, не сводя с меня взгляда. О чём он думал, понятия не имею. Далеко, к тому же мужчина был в очках.  Эти двое продолжили путь, я же решила полностью игнорировать факт внимания мужчины ко мне. Интересно, куда Даниил повёл блондинку? Она тоже здесь работает или так, привёл продемонстрировать собственное приобретение? Дамы носят болонок на руках, а он водит туда-сюда перед коллегами красотку. Почему бы и нет.

На самом деле язвительность не была моей излюбленной стороной. Я вообще девушка мирная, если меня не задевают и не трогают. А тут что-то случилось. Видимо, сказалось знакомство с мажором и его попытка увязаться за мной вчера под предлогом изучения каталога. Оборотни, что с них взять?

Я прошла мимо стеклянных дверей, на секунду замедлилась перед лестницей. А потом свернула в сторону лифта, с удовлетворением заметив, что около него никого нет. Мне не хотелось идти вчерашним путём и встречаться с Беловым. Надумает, придёт, какая проблема. Признаться, я сомневалась, что Даниил и Виктор сделают весомый заказ. Идти к нам ради пары штанов…это как-то мелко. Лифт подъехал довольно быстро, я вошла, нажав на цифру три…

А на втором этаже ко мне присоединился Белов. Собственной персоной.

– Снежана, – произнёс вервольф, приветствуя меня. Удивления в его голосе не было ни на грамм.

Сразу догадалась, что его появление не случайно. Только где бледную подружку оставил, хвостатый? Или сбежал от неё? А когда неожиданно погас свет и практически сразу остановился лифт, вздрогнула. Глаза оборотня светились, словно он воспользовался фосфорными каплями. Мутант.

Лицо опалило горячее дыхание, и почти мгновенно я оказалась прижатой к стенке кабины. Попыталась оттолкнуть озабоченного мужчину, но вместо этого мои руки стиснуло, словно стальным захватом. Белов зафиксировал их за моей поясницей, ухватив запястья одной рукой. В нос ударил запах самца, опалило его желанием. Мне было некогда разбираться в этих терпких и немного резких нотах. Я удачно лягнула мажора ногой, вызвав его рык, но это и меня привело в невыгодное положение. Вместо победы, ощутила, как вервольф одним движением вклинил свою ногу между моих коленей, найдя новую опору.

– Сволочь! – зашипела, я, яростно вырываясь. – А ну пусти!

Я видела, как в фильмах пленённые бьют головами противников и побеждают. Несмотря на то, что моя голова плотно прилегала к стенке, сама попыталась использовать этот приём. Но вместо этого взвыла, ударившись своим лбом, словно о камень. Мозгов у него нет, что ли? Вот сразу мажор мне не понравился и братец его тоже. Больные! Сейчас этот образец мужской привлекательности раздражал даже мою волчицу. Наконец-то до неё дошло, что люди хоть слабее, но лучше!

– Стой ты! – прикрикнул на меня вервольф, пытаясь утихомирить.  – Не обижу, не бойся!

– Так я тебе и поверила. Маньяк! – выкрикнула я, попытавшись убрать чужую ногу, которая между моих двоих уж никак не смотрелась. Провокатор в чистом виде. А если сейчас лифт запустится и нас увидят?

– Снежана помолчи! – рыкнул оборотень, снова попытавшись применить на мне свою силу альфы. Не на ту нарвался!

– Не действует, не пытайся! – со злорадством выплюнула я слова и, надеясь, что это хоть как-то заденет мужчину. Кое-как треснула кроссовкой по ноге Белова. – Ненормальный! Скотина волосатая!

– Кажется, твой язык слишком острый. Сейчас узнаем, так ли это на самом деле, – с ноткой злости ответил Даниил.

Я задохнулась от возмущения. Пристал, а я виновата?

– Сам ты…

В ту же секунду язык наглеца соскользнул в мой рот, заполняя его, лишая дыхания. Если до этого момента у меня была хоть какая-то свобода, то после соприкосновения губ мы стали ещё теснее, плотнее. Вервольф терзал мой рот, заставляя запрокидывать голову, продолжая удерживать руки. Его наглая свободная конечность скользнула мне под футболку, добравшись до груди, сжав её, проверяя округлость. С первой имитацией движения бёдер мужчины моё сердце забилось сильнее, а внизу живота свернулся горячий пульсирующий узел. Я чувствовала запах возбуждения Даниила, но и он, наверняка понял, что его действия не остаются без внимания. Моя злость смешалась с желанием, а волчица довольно урчала, требуя показать, какая она миниатюрная и хорошенькая по сравнению с мускулистыми крепкими оборотницами. Дыхание Белова стало тяжелее, а это грозило уже не просто поцелуем и зажиманием.

– Отвали! – пискляво рыкнула я, так как в горле пересохло, а мне приходилось ещё держать оборону.

– Смешная, – прохрипел Белов, снова попытавшись меня поцеловать…

Смешная? Я?

Обиделась. Укусила его, почувствовав на губах металлический привкус крови. Отвернулась, стараясь застыть, словно памятник с пешеходной улицы. И даже слезам не позволяла разгуляться. Много чести! В голове проносились мысли о некачественном спрее и желании срочно вернуться к родителям. Туда, где нет ни озабоченной семейки Беловых, ни конкретно этого маньяка. Сейчас должность заместителя начальника казалась не слишком привлекательной.

Мужчина охнул, но не отпустил. Я представила, как он слизывает кровь с губы, как морщится от неприятного ощущения. Это принесло пусть мелкое, но удовлетворение. Повторно бодать вервольфа головой не решилась, да и больно.

– Пожалуйста, не двигайся. Я не обижу, обещаю, – впервые в голосе оборотня мне послышались просящие нотки. Показалось.

– Ага! А чем это ты до сих пор занимался? – съехидничала я, не сумев промолчать.

– Сама виновата. Незачем было меня провоцировать, – не остался он в долгу.

– Я? – Возмущению не было предела. А когда Даниил неожиданно коснулся носом моей шеи, провёл им от ключицы к уху, замерла. Страх, что меня раскроют, когтистой лапой сжал притихшее сердце.

Белов застыл, что-то соображая. А потом повторил всё в обратном направлении. Чихнул. Я только недавно нанесла спрей и надеялась, что он не филькина грамота. Надёжный и устойчивый, как обещала реклама. До сего момента проблем с этим производителем у меня не было. Кажется, кто-то слишком долго возит носом и сопит, что непроизвольно вызвало улыбку.

– Щекотно! – сообщила я, пытаясь отгородиться.

– Ты пахнешь неправильно, – выдохнул наконец-то оборотень и к огромному облегчению отпустил меня. – Так недолжно быть.

– Ну-ну. – Я криво ухмыльнулась, потирая затёкшие запястья. Только бы следов не осталось. А то придётся ехать домой и менять одежду, прикрывая руки. – Ты об этом моим родителям расскажи. Я полукровка, неужели не понял?

После случившегося обращаться на Вы к вервольфу было как-то не с руки. Да и обстановка располагала к упрощённому общению. Это там, за дверями, я вновь отгорожусь. А здесь все иначе.

– Понял, только дело не в этом. А в чём, пока не понял, – задумчиво протянул Белов, сверкнув глазами.

– А-а-а, тогда всё ясно. – Я усмехнулась. Острит товарищ. Зажал, поцеловал, пощупал, а теперь умничает. Хорошо хоть штаны с меня не начал снимать. А то, как бы его слова звучали? Вот именно, странно. – Лифт твоих рук дело?

– Нет. – Без зазрения совести отозвался вервольф.

Так я ему и поверила.

– Раз ты такой сильный, может, разожмёшь двери, я выберусь? А там помощь приведу? – предложила я, поправляя причёску на ощупь.

– А если забудешь? – не скрывая иронии, поинтересовался оборотень. – Нет уж, с тобой веселее.

– Цирк! – фыркнула я, чуть сдвинувшись в сторону дверей. И тут в голову пришла простая мысль, какая только могла в этой ситуации. Кричать дурным голосом и звать на помощь это не мой вариант. А позвонить в офис, это запросто. Я поморщилась, глядя на контакт Сергея Вознесенского. Но ничего не поделаешь, придётся обращаться к нему. Вчера сама сглупила, не взяла номера у Фёдора и Марго.

– Добрый день, Снежана. Вы снова в поисках?

– Добрый. – Я выставила руку вперёд, осознав, что Белов снова двинулся ко мне. Погрозила пальцем, прося не отвлекать. Оборотень послушался и сделал шаг навстречу, явно грея уши. – Нет. Застряла в лифте. У вас поблизости. Если освободите, расскажу о своих наблюдениях за вчерашний день.

На мои признания Сергей выругался и заверил, что сейчас будет. Микрофон в телефоне был хорошим, кабинка способствовала усилению звука. Оборотень всё слышал. И нет ничего удивительного, что к приходу Вознесенского я стояла на лестничной площадке и отряхивалась. Если что-то и могло показаться в моём внешнем виде неопрятным, то всё всегда можно было списать на неуместно остановившийся лифт, из-за которого мне пришлось выбираться на коленях. Белов выбрался сам и, не прощаясь, скрылся в полумрачном коридоре. Надо будет непременно узнать, где у них офис и обходить его стороной.

Глава 10

Снежана

В обед, когда Марго и Фёдор не закрывали рот от обсуждений какого-то клиента, похожего манерами на женщину, а я ушла в размышления. И признаться, было отчего. Сейчас всего лишь полдень, а два события уже заставили подумать о неслучайности жизненных путей.

Во-первых, это встреча в лифте. Она просто выбила почву из-под ног, заставив изрядно понервничать. То, что творил оборотень, не поддавалось разумному объяснению. А это обнюхивание? При воспоминании о процессе я невольно ощутила, как загорелись щёки. А ещё сам процесс освобождения…Лифт остановился между вторым и третьим этажом, и в любом случае выбираться мне было неудобно. Поэтому в тот момент, когда Белов с усилием разжал двери, мне пришлось немного подтянуться и встать на колени. И я со стыдом вспомнила, как вервольф изменил положение, после которого плечо и рука продолжали удерживать двери. Другая наглая конечность подхватила меня под ягодицы, подталкивая наверх. Желание лягнуть наглеца было ключевым. Однако после этого я сама помогала Белову выбраться. К счастью, целоваться он больше не пытался, поспешив покинуть место нашего боя.

Во-вторых… Моя волчица повела себя очень странно после того, как оборотень ушёл. Вы когда-нибудь слышали, как скулит обиженный щенок, которого занятый хозяин забыл погладить, лишил куска колбасы? Сейчас я об этом вспомнила и удивлялась такой реакции. Мажор мужчина интересный, пахнет хорошо и целуется неплохо, но гад, каких свет не видывал. Бабник, одним словом. Не в моём вкусе!

– Смотри, вон пошли наши вчерашние клиенты, – усмехнулась Марго, ткнув вилкой в сторону окна. – Закажем, закажем…А сами не появились. Тебе не перезванивали?

– Нет. Может, думают ещё? – отозвался Фёдор.

Я вынырнула из своих мыслей и заинтересованно уставилась в окно. Представшая картина не была чем-то удивительным или новым. Но сразу не понравилась. Белов со своей белобрысой левреткой покидал офисное здание, а она снова висела у вервольфа на руке. Я смотрю, этот товарищ руками работать мастер. Куда не глянь, везде их использует!

Вздохнула, пожалев, что нет под рукой дартса. Так бы и мазнула в упрямый лоб для просветления. Непонятная злость поднималась из глубины души. И я решила, что надо размяться. Скинуть напряжение последних дней.

– Слушайте, а в вашем городе есть тир?

– Тир? – заинтересованно переспросил Фёдор. Мне оставалось только кивнуть. – Есть, но он сейчас на ремонте. Бездельем по вечерам маешься? – участливо поинтересовался оборотень.

Я неопределённо пожала плечами, осознавая, что так и есть. Спустя короткое время после освобождения из лифта позвонила Глафира и порадовала, что гипс снят. И теперь она, как нормальная женщина, вызволенная из плена, желает оторваться в массажном салоне. Вполне законное желание, между прочим. А я…эх! Надо и мне как-нибудь записаться, что ли.

– Пойдём с нами. Да, Федь? – Марго округлила глаза, уставившись на Синицына. Тот в ответ тут же расплылся хищной улыбкой. И если вчера я думала, что эта парочка встречается, то уже сегодня сомневалась. Нужна была бы мне какая-то заезжая штучка рядом с парнем? Ни в коем случае! Зойка и Макс наглядный пример. Значит, и тут просто дружеские отношения. Они ведь у всех по-разному выражаются.

– А где сбор?  И что за тема?

– Сбор у меня, в конце недели, – сообщила Маргарита, довольно сверкнув глазами. – Праздник в честь выходного дня. Субботник.

– Придёшь? – поинтересовался Фёдор, открыто улыбнувшись. – Будут только свои. Человек десять – пятнадцать, не больше. Приходи, не укусим.

– Подумаю, – не согласилась и не отказала я, но улыбнулась в знак признательности. В воскресенье поедем с Глафирой на природу. Я давно не выгуливала свою подружку, а побегать очень хотелось. А в субботу не знаю ещё. Не решила.

Остаток обеда пролетел незаметно и уже спустя какое-то время мы с новыми знакомыми покинули гостеприимное кафе. Марго отправилась за шоколадкой. Фёдор где-то по пути отстал, пообещав догнать. Ну да ладно, не маленькая, дорогу знаю. Доберусь, как-нибудь. Не каждый раз приключения будут сыпаться на мою голову.

Едва попала в офис, поняла, что Вознесенский уже здесь. Он-то мне и нужен! Направилась к нему в кабинет, распахнула дверь… Тень неудовольствия мелькнула на лице мужчины и тут же пропала. Я понятливо кивнула и вышла, решив, что это он с женщиной общается. Ждёт её, судя по обрывкам фраз.  Криво улыбнулась, осознавая, что мужику неловко такое обсуждать в моём присутствии. Наверняка рассчитывает на интим, даже лицо пятнами пошло, пока Сергей не отвернулся. А тут я со своими идеями. А мужику без жены никак, этому тем более. Глядишь, добрее станет, разумнее.

Я уселась на стул Фёдора и откинулась на спинку. Хозяин рабочего места не замедлил явиться.

– А ничего смотришься, – заметил он с каким-то подтекстом. – Меня ждёшь?

Ха! Размечтался.

– Снежана? – Кабинет Вознесенского распахнулся, явив нам ведущего менеджера. – Вы почему не заходите?

Я без слов поднялась, протискиваясь мимо Синицына и стола. Этот пёс нарочно не двинулся с места, сложив руки на груди и не сводя с меня весёлого взгляда. Не иначе решил, что прямо сейчас кинусь обтираться об него своим бюстом? Разбежалась!

– За работу? – Фёдор вопросительно приподнял правую бровь, когда его коварный манёвр не удался.

– Да. И тебе советую.

И надо сказать, все мы трудились не покладая рук. Синицын и Кислицина – щёлкая клавиатурой и нажимая пальцем на мышь. Я – споря с Вознесенским и предлагая новые способы рекламы на товар Flame. В частности, планировала задействовать местное телевидение и газеты. А что? В наше время нужно пользоваться любыми общедоступными средствами.

– Ну что, по домам? – раздался звонкий голос Маргариты.– Всем пока!

– Я немного задержусь, – отозвался Вознесенский и вопросительно посмотрел на меня. Вместо ответа, я закрыла выделенный ноутбук и поднялась. Спина затекла, захотелось потянуться, но из-за присутствия рядом чужого мужчины сдержалась. И без того сегодня уже не раз ловила на себе внимательные взгляды Сергея. О чём он в эти моменты думал, было непонятно.

– Пожалуй, пойду, – сообщила я. С радостью отметила, что Фёдор тоже собрался, а заметив меня, пропустил вперёд, придержав дверь. Страха не было, но встречаться с Беловым совершенно не хотелось.

К моей радости, Синицын всю дорогу болтал, развлекая и смеша. Даже когда на лестнице попался знакомый мордоворот, то не испугалась. Оборотень нёс большую коробку, а заметив меня, кивнул в знак приветствия.

– Ты его знаешь? – удивился Федор.

– Немного, – уклончиво ответила я, не желая вспоминать неприятные обстоятельства нашего знакомства. Тема мне не нравлюсь, поэтому я попыталась её сменить. – А что там насчёт вечеринки? Она стоящая? Как на твой взгляд?

– Думаешь пойти, но сомневаешься? – хитро прищурился Синицын. – Не бойся, я присмотрю за тобой. Потанцуем, за столом с хорошим народом посидим.

– Ты не сказал, что только с людьми. То есть там будут все?

– За это не волнуйся, у нас неправильных нет. – Фёдор обнял меня, словно желая приободрить. – Не переживай, говорю же!

– Остынь, – я резко дёрнула плечом, сбрасывая руку пса. Поморщилась. Подобного обращения с собой от постороннего мужчины я никогда не принимала, да и повода не было.

Синицын заметил мою реакцию и убрал конечность.

– Извини, я не думал, что тебя это задевает.

– Проехали, – отмахнулась я, не желая развивать эту тему. – Ладно, до завтра.

– Погоди! – Оборотень удержал меня за запястье. И чуть помедлив, задал очень неожиданный вопрос.– Что делаешь вечером?

– Извини, – состроила рожицу, – вечер занят.

– Жаль, – отозвался молодой мужчина, отпуская мою руку. – Но если передумаешь, звони.

– Договорились. – Я быстрым шагом направилась к своей машине, даже не посмотрев, на чём приехал Синицын. Какая мне до этого разница? Признаю, он не плохой пёс, но точно не мой. В этот раз волчица со мной была солидарна.

Едва я вырулила с парковки, как раздался звонок. Он был от тётки, поэтому я притормозила, чтобы услышать:

– Снеж, ты там разогревай всё и ешь без меня, ладно?

– А что такое? – Сразу на ум пришёл Клим. Неужели он сумел пробить Глашин панцирь? И тут же сама себя одёрнула. Нет, здесь что-то другое.

– Встретилась в салоне с Виолкой, решили вечерком сходить куда-нибудь, посидеть. Ты ведь не против?

– Я? Нет, что ты! Расслабься, конечно. И не забудь надеть туфли на шпильке.

– В другой раз, – рассмеялась довольная Глафира. – Сегодня обойдусь чем-то менее радикальным.

– Удачи!

Глава 11

Снежана

Я без проблем добралась домой, поужинала перед телевизором, ненадолго заглянула в социальные сети, чтобы перекинуться парой фраз со знакомыми. Какое-то время принимала душ, наслаждаясь тяжёлыми струями, стекающими по моему телу. А после вдохнула полной грудью, радуясь, что спрей наконец-то смыт. Он ведь не только на посторонних оборотней действует, но и на меня. Я не чувствую себя такой, какая есть и это несколько раздражает. Хорошо хоть сюда приехала не на всю жизнь, а на несколько месяцев. Как-нибудь выдержу.

Накрутила на голову полотенце, накинула махровый халат, прилепила к лицу тканую маску для увлажнения кожи и прикрыла глаза. Лежать в тишине оказалось скучным занятием. Поэтому я с радостью откликнулась на входящий звонок. И судя по громкому маршу, звонил сам шеф, что изрядно удивило.

– Да, Игорь Андреевич.

– Снежана, приветствую. Докладывай. Что нового?

Говорить с начальством в горизонтальном положении несколько неудобно – голос звучит иначе. Мало ли что он подумает. Поэтому я резко села, успев придержать маску.

– Пока особо сказать нечего, – призналась я. А чего он хотел? Бухгалтерия и сам шеф не могли разгадать причину, а я за сутки всё должна понять и исправить ситуацию? Но с начальством так не разговаривают, поэтому поспешила продолжить. – Но есть кое-какие намётки! Хочу пустить рекламу на местном телевидении, в газетах. Но для интереса населения объявить скидку, которую к чему-то надо приурочить. Пусть народ вспомнит, что мы были, есть и будем.

– Вон о чём ты. А то мне Вознесенский уши прожужжал, что прислали зелёную девчонку, она портит всю политику.

– Я политику порчу? – вскочила на ноги, забыв про маску. Она сырой тряпочкой упала мне на ногу. – Это он предложение насчёт билбордов на смех меня поднял. Представляете?

– А они зачем? Решила за счёт фирмы добить последних конкурентов? – съязвил шеф.

Я была зла. Сжала свободную руку в кулак, представив, что даю в морду Вознесенскому. Вот козёл! Обидели его, видите ли. Прислали девчонку. Сама не заметила, как верхняя губа начала дёргаться, демонстрируя зубы.

– И что бы ты хотела на них запечатлеть? Не боишься, что фирме штраф за это выпишут? За нарушение моральных норм?

Игорь Андреевич всё не унимался. Промелькнула мысль, что как раз именно он не против тех самых фоток с каталога. Но я не о том, я о приличном! Вот как с шефом говорить? Ведь не попросишь дыхнуть в трубочку на проверку наличия алкоголя. А иначе, отчего он какой разговорчивый?

– Я хотела бы разместить эти щиты на выезде из города. А в качестве моделей использовать оборотней в камуфляжной форме. Фотографии попадутся на глаза рыболовам, охотникам и просто грибникам. Про оборотней, спешащих в лес, вообще не говорю.  И непременно разместить в рекламе слоган, упоминающий или указывающий на одежду Flame.

Шеф какое-то время молчал, что-то там перелистывал. А потом раздалось:

– А что, пробуй. Почему бы нет. Завтра дам задание и в кратчайшие сроки билборды будут у тебя. Хорошее дело придумала, чего Вознесенский ерепенится.

Я промолчала. Это же очевидно. Приехала искать недостатки, пытается командовать. Какому мужчине понравится?

– Скажите, Игорь Андреевич, а что с продажами в других отделениях? Такая же беда или это исключительно проблема Волчьего Бора?

Я не успела пообщаться с Зойкой на эту тему и вот теперь страдала. Хорошо хоть шеф нам позвонил. А то мне самой тревожить его, да ещё вечером, как-то неудобно. Наши продажи зачастую зависят от сезона, праздников или каких-то грядущих событий. Поэтому требовалось расшевелить народ, стимулировать его на покупки. А для уверенности в своих решениях мне нужна была полная картина.

– Нет, Мухина, только в твой Бор стал смотреть в сторону нудистов, – задумчиво произнёс шеф. Я заподозрила, что он выпил, а потом отмахнулась. Нет, мужчина не пьёт. Устал, наверное, после трудового дня. Вот и городит чушь.

– Нудистов?

– Так одежду-то не покупают? Значит, нудисты завелись.

Я разумно промолчала, не желая комментировать. Хотя в чём-то с шефом была согласна – почему упали продажи?

– И ещё, Снежана. Максим…

– Не надо, – попросила я. – Не надо за него ходатайствовать.

– Зря. Как родня ты бы меня очень устраивала, – смешок раздался на том конце связи. – Может, простишь парня, а? На ошибках учатся.

– Нет. – Я сжала губы в узкую полочку, отчаянно жалея, что нельзя послать начальника куда подальше. Вслед за Максом.

– Подумай. Не руби сплеча, – примирительно произнёс шеф.

Памятуя о мужской солидарности, я не осуждала начальника. К тому же мой бывший парень его племянник. И как за такого не походатайствовать? Разговор затянулся и я нахмурилась.

– Ладно, Мухина, не будем о личном. Тем более что Максим скоро сам появится. А там и поговорите.

– Зачем? – насторожённо и не совсем вежливо поинтересовалась я.

– Командировка, – одним словом ответил шеф. Но мне не требовалось расшифровки, чтобы догадаться об истинной цели визита – я. Бывшему другу что-то захотелось мне доказать.

Разговор с начальством навёл на грустные мысли, ведь видеть Макса я совершенно не готова. И чтобы выбить эту дурь из головы, воткнула в уши наушники и включила сборник лунных композиций. Дабы время прошло с пользой, распаковала вторую маску и приложила её к лицу. Диван из белой кожи в гостиной Глафиры показался мне подходящим местом для процедуры и расслабления.  Классика подействовала усыпляюще и я провалилась в сон. Но ровно до того момента, когда раздался грохот и донеслась ругань:

– А! Ёлки зелёные…Снежа! Что ты творишь?

– А! Я? – вскочила, едва не свалившись с дивана. Почти сразу зажёгся свет. Увидела Глафиру, вытаращившуюся на меня. Тётка точно была навеселе. Запах алкоголя я унюхала даже со своего места. Сорвала маску с лица, стащила полотенце с волос и непонимающе уставилась на родственницу. – Что случилось?

Не говоря ни слова, тётя глубоко вздохнула и направилась на кухню. До меня донёсся звон бокалов. Я пошла за ней, чтобы убедиться в своих предположениях. Зябко кутаясь в махровый халат, наблюдала, как Глаша наполняет два бокала.

– Как погуляла? – я прошла и села напротив тёти. Оборотница скинула туфли. Те громыхнули, но поднимать никто не кинулся.

– Неплохо, – Глафира попыталась улыбнуться, отсалютовав бокалом.– Хотели посидеть с Виолкой, а к нам её муж присоединился и другие знакомые. Пришла домой, а тут кто-то лежит весь белый и в белом…И лицо…Как… Не ожидала.

Женщина хотела рассмеяться, но вместо этого хрюкнула.

– Прости, – покаянно произнесла я, дотягиваясь до руки тёти. – Не вовремя уснула.

– Ясно. Что нового на работе? Вознесенский опять был идиотом или ничего? Исправляется мужик?

Пришлось рассказать про наши споры и про звонок шефа.

– Вот козёл! – сделала вывод тётя.

Я согласно кивнула.

– А кто именно?

– Оба, Вознесенский и Макс. И шеф твой тоже не отстаёт.

Не согласиться с таким аргументом было бы глупо. Я потянулась к бокалу.

– Что нового у Виолы? – На самом деле меня не интересовали дела тётиной подруги. Но без нас у Глаши всегда существовал свой круг общения, и хотелось её поддержать, показать интерес.

– У Виолы, – улыбка сошла с красивого лица оборотницы. Она задумалась. И прежде чем ответить, сделала глоток вина. – Снеж, кажется, я услышала то, что не предназначено для моих ушей. Возможно, ошибаюсь и дело в совпадениях. Но как-то это выглядело слишком цинично и одновременно алчно, что ли. Не понравилось.

– Ты о чём? – я поставила свой бокал и покрутила его, не сводя взгляда с Глафиры. – Рассказывай, не усну ведь теперь.

– Расскажу. От тебя теперь не отвяжешься, сама такая. В общем, – тут тётя взъерошила свои шикарные волосы, неосознанно придав им вид растрёпанной метлы, – Снеж, я сама дурею от собственных мыслей и боюсь напрасно обвинить невиновных.

– Ты о чём, Глаш?

Оборотница снова налила нам вина, но пить не стала, предпочтя сосредоточиться на воспоминаниях.

– Виолкин муж, Шаров, он сказал очень странную фразу… Не сразу, конечно, позднее… Мы выпили за встречу, потом ещё. Я несколько раз танцевала. Знаешь, после гипса ощущение просто кайф.

Я не перебивала. Слушала, стараясь пропустить суть. Видела, как Глафира волнуется, пытаясь всё вспомнить и правильно оценить. У меня же сон прошёл, оставив неприятное ощущение головной боли.

– Мы ведь сначала только с Виолой сидели, а Шаров со своими партнёрами потом присоединился. Они что-то подписывали, после чего решили отметить.

– Глаш, ты чего-то боишься? – рассказ тётки мне показался каким-то сумбурным. Я понимаю, что сейчас ночь, а она после хорошего отдыха. Но обычно родственница более прямолинейна.

– Да, – коротко призналась она. – Боюсь обвинить близких мне людей. Это низко и…мне не хочется этого. Только не получается.

Я нахмурилась. Подобное никого не красит, но хотелось бы знать, о чём, собственно, речь.

– Все уже были достаточно навеселе, когда один из знакомых Шарова пригласил меня потанцевать. Я была не против. И всё шло довольно неплохо, пока не услышала важную фразу, что донеслась из-за стоящего неподалёку столика.

Я напряглась, уже чувствуя, что услышу нечто важное. Перебивать Глафиру не решилась, боясь сбить её откровенный настрой.

– Один мужик спросил Шарова, как ему удалось завладеть землёй на юге района. Видимо, тесть, в то время мэр, помог. На что муж Виолы ответил, что это дело давнее и он действительно доволен приобретением. – Тут тётя, видя моё непонимание, пояснила. – Это была наша земля, Снежка. Мы с твоей матерью продали её, когда поняли, что Лариска не останется в городе. К тому же дорого это. Сама понимаешь, не миллионеры.

– И что? – Признаться, я не понимала сути трагедии, услышанной от Глаши. Продали и продали, что такого? Да кто их в этом винит?

Оборотница понимающе кивнула и продолжила:

– Там, на тех полях, проложены трубы «Нефтьэнерго». Через год случилась утечка, которую довольно быстро ликвидировали. Но за порчу плодородных полей, нанесение вреда разнотравью, – некоторые слова Глафира выделяла особым тоном, словно пародируя кого-то, – Виола и её семья получили крупную сумму. Но это только начало. Через год землями уже пользовался «Газэнэрго».  Прибыль сама понимаешь, не с одним нулём.

– Ничего себе предприимчивые! – воскликнула я.

– Да,– согласилась женщина, и её рот немного скривился. – Может быть, я слишком жадная или злая…Не знаю, Снеж. Только Шаров всё это так произнёс…будто бы всё исключительно его заслуга.  Неприятно осознавать, что подозреваю их семейство. Они нам так помогли с похоронами…  но ничего с собой поделать не могу.

– А Беловы? – зачем-то ляпнула я.

На мои слова тётя вскинулась, уставилась на меня, словно впервые увидела.

– А что Беловы? Фабрика на соседних землях, они к шаровским не имеют отношения. А то, что в аренде на пятьдесят лет, так это юристу нашему спасибо. Он надоумил не отдавать в вечное пользование. Правда, Беловым тошно, периодически пытаются уговорить меня пересмотреть договор и продать всё. Не знаю. Пока не хочется.

– Если это не они, Глаш? – осторожно поинтересовалась я, боясь задеть родственницу и одновременно, намекая на то самое… Дело вовсе не в Климе Белове, который так нравился и продолжает нравиться моей тёте. Но как-то несправедливо обвинять одних и не видеть ошибок других.

– Знаешь, Снеж, не береди рану. Не советую. – Глафира посмотрела на меня усталыми карими глазами. Сейчас она уже не выглядела моложе своего возраста. – Я о многом думала. Лучше не будем об этом. Ты ещё щенок, а я столько слышала и видела, что не на одну жизнь хватит.

Я замолчала, пытаясь подобрать слова. Пожевала губу, намотала на палец прядь волос. Конечно, легко говорить со своей колокольни, когда оцениваешь только отдельные факты, которые тебе передали. Я не видела всей картины, в отличие от мамы и тёти. Глаша поднялась и поплелась к себе. Мне же оставалось только помыть бокалы и тоже отправляться спать, но уже в свою комнату, которую когда-то занимала мама. Какое-то время я ворочалась, то и дело вспоминая то, о чём со мной поделилась Глафира. А после заснула, провалившись в тяжёлый туман.

Глава 12

Снежана

– Дурак ты, Федька. Спорим, Райс на тебя не клюнет?! – донёсся голос Марго в тот момент, когда я подходила к местному офису Flame. Дверь была прикрыта, но неплотно. И вот этот самый сантиметр дал возможность услышать неожиданную новость. Вот это тема!

– Спорим, – чуть нараспев отозвался пёс. – А на что?

Фыркнула. Зная о чутком слухе оборотней, я была уверена, что Синицын оповещён о моём приходе. У родителей живёт кот Барсик, так он всегда знает, кто звонит в дом. Маму встречает у дверей кухни, сестру сразу в её комнату ведёт, чтобы брюшко ему почесала. От братьев предпочитает заранее прятаться. И когда те приходят, кот уже благополучно сбегает через окно или отсиживается у сестры за диваном. А раз так, зачем Фёдор играет? Решил позлить девушку или понравиться мне?

– На щелбан. Прилюдный, – озвучила ставку Маргарита, – и мороженое в кафе напротив.

– Идёт, – довольным тоном отозвался Синицын.

Ну и ну… Ни за что не пошла на такое. Не иначе каждый из них не сомневался в собственной победе. Мне даже как-то стало интересно понаблюдать за процессом. А придётся ещё и участвовать. Поморщилась. Шеф вчера сказал про Макса, не иначе вот-вот свалится на мою голову. Хотя, пусть посмотрит, как Синицын будет стараться. Потешу самолюбие.

Я решительно распахнула дверь, улыбнувшись новым коллегам. Хотелось подмигнуть, но не стала портить их игру.

– Всем привет! – поздоровалась я, остановившись посередине приёмной. Накатило осознание, что не хочу сегодня работать в одном кабинете с Вознесенским. Мутный он какой-то, непонятный.

– Привет! Ты надумала идти с нами отдохнуть? – поинтересовалась Марго, подмигивая Фёдору. Вроде как я должна была этого не заметить. Ну-ну. Просто цирк с конями.

– Пока не знаю. Время есть подумать?

– Сколько угодно. Закусь, выпивка – кто что сможет. Ближе к делу определимся. Идёт? Не напрягает? – Марго сегодня была сама любезность. Я просто была готова прослезиться от такой услужливости.

– Конечно. А,– ткнула пальцем в сторону двери, из-за которой не доносилось ни звука, – здесь?

– Нет пока ещё. Задержится, какие-то семейные дела, – пояснил Фёдор. Оборотень ёрзал, словно от нетерпения. Неужели настолько интересен выигрыш? Нет, эти точно не встречаются между собой, раз щелбан на кону. Попробовал бы мне кто-то такое предложить!

– Понятно, – я пожала плечами и направилась в кабинет. Бумаги, которые снова хотела ворошить, интерес не вызывали. Но я взяла себя в руки и решительно достала коробку с договорами. Чего в них хотела найти, сама не знаю.

Видимо, я с самого утра знала, что затея никакая, раз уже к обеду вымоталась как никогда. Бумаги примелькались. И неудивительно, что началась самая настоящая зевота. К тому же сказывалась бессонная ночь с её непростыми откровениями. Захотелось развеяться. И словно поддерживая мои мысли, в кабинет заглянул Фёдор:

– Снежана, через пять минут обед. Закрывай дела, пора перекусить. А то скоро ноги носить не будут, – тут он бросил выразительный взгляд в мою сторону и сглотнул.

Сегодня я надела ту самую новую светлую юбку, легкую коралловую блузку и босоножки на скале. Захотелось сменить стиль одежды и выглядеть более женственной. Очки нулёвки в вишнёвой оправе только дополнили образ. А вот волосы в пучок стянула с трудом. Не укладывались, к тому же больно!

– Я сегодня не с вами, – порадовала коллегу, заметив, как изменилось его лицо. Синицын быстро взял себя в руки. Скорее всего, решил, что ещё не проиграл. Ха! Эти умники не обсудили, когда подведение итогов спора. Но я им подсказывать не буду.

– Ты насовсем? – Пёс стёр с лица улыбку.

– Что, даже чаю не попьёте? – не могла не съязвить, припомнив строчки анекдота. Вон уже и чемоданы поковать готовы. Знал бы Вознесенский, прыгал от радости. Но нет, рановато выпихиваете. – Вернусь. Нужно кое-что проверить.

Из офиса мы вышли вместе, так же дружно покинули здание. А вот дальше я направилась на стоянку, а новые знакомые прямиком в кафе. У меня не было определённой цели, но точно не домой. Решила посмотреть на набережную, немного прогуляться и подумать о рабочих моментах. Кроме усиления рекламы, в голову пока ничего не пришло. Разве что в дополнение ко всему заказать в местных газетёнках пару статей с восхвалениями нашей фирмы и товара? Почему бы нет? Согласую с шефом и займусь.

Машину бросила на крайней стоянке около какого-то продуктового магазина, а сама неспешно направилась по дорожке, выложенной брусчаткой. Я шла и любовалась окружающей красотой: деревянными лавочками, фонарями и кованым ограждением набережной, из-за которого виднелась широкая полоска реки. Волчий Бор – это не только ежегодно разрастающийся город оборотней с развитой инфраструктурой. Ко всему этому прилагалась водная артерия, украшающая эту местность. Мне здесь нравилось, но оставаться навсегда не планировала.

Мимо меня пронеслись подростки-велосипедисты, затем какие-то дети, решившие поиграть в догонялки. Набережная притягивала местных жителей и пользовалась спросом. В какой-то момент потянуло дымом, шашлычком. Я вдруг представила, как сочное мясо тает на зубах и рот наполнился слюной. Вот же! Купить не купить…а если попадёт на одежду? Ладно, в другой раз. Хоть бы шоколадку в сумку сунула. Даже бутылочка с питьевой водой сталась на сиденье. Пришлось повернуть обратно.

Глава 13

Снежана

Стоянка оказалась заставленной и я не сразу заметила свою машину. Какой-то самоуверенный дебил с затемнёнными стёклами на авто припарковался так, что закрыл мне выезд. Как будто он один ездит, а остальные так, в носу ковыряют! Хотела пнуть колесо в надежде на сработку сигнализации, но решила отложить это дело. Спокойно, Снежка, сейчас владелец найдётся. Направилась в стоящий рядом магазин и купила для перекуса жареный арахис и шоколад. Когда вернулась, ситуация не изменилась. Оглянулась, в поисках подходящего кандидата на роль жертвы. Пока ещё я была довольно вежлива, но нетерпение уже давало о себе знать. Вдруг хозяин авто сидит в каком-нибудь кафе и уплетает шашлык, при этом совершенно не торопится. От злости я всё-таки пнула чужое колесо, затем ещё раз.

И именно в этот момент затемнённое стекло поехало вниз. Надеюсь, выражение моего лица было не слишком эмоциональным, когда увидела, кто именно сидит за рулём. Виктор Белов. Он меня узнал, не без этого. Улыбка мужчины была больше похожа на оскал. Я вдруг почувствовала себя подопытным кроликом, за которым наблюдали. В груди что-то дрогнуло, оставляя холодок. Это был не страх, а скорее предчувствие неприятностей.

– Снежана, какая встреча, – нараспев протянул Белов, не сводя с меня пристального взгляда. Карие глаза горели, выдавая нетерпеливый характер обладателя. Он ведь не забыл, как брат не дал ко мне пристать. Но ведь сам потом пришёл к нам в офис, каталоги листал. Не рычал и не скалился. Или я что-то не понимаю?

– Здравствуйте, Виктор. Не могли бы немного отъехать? Вы заперли мою машину.

– Отъехать? – вервольф хитро усмехнулся, поворачиваясь, чтобы распахнуть заднюю дверцу. – Пожалуй. Я как раз хотел предложить прокатиться.

Отказаться не успела. В тот же момент кто-то втолкнул меня в машину, предварительно зажав рот рукой.

– Сиди смирно, девочка, – не без угрозы произнёс на ухо тот, кто вместе со мной влез на заднее сиденье.

Происходящее напугало. Кто знает, что творится в голове у этих любителей анаболиков? Я не сомневалась, что ему не по нутру ситуация, когда Даниил проявил себя сильнейшим. Но не думала, что это произойдёт так скоро и подобным образом. Придурки!

Чужой нос ткнулся мне в волосы. Стало не по себе. Втянула голову в плечи, но избежать неприятного контакта это точно не помогло. Я даже задержала дыхание, боясь ненароком выдать себя настоящую.

– Оставь нас, – несколько жёстко произнёс Белов. Хватка, сдерживающая меня, немного ослабла. Мои ногти тут же впились в обветренные руки похитителя. Мужик даже не пискнул, лишь зло зашипел. Боится вызвать недовольство мерзавца?

– Вик, ты уверен? – раздалось над ухом. – Она же как кошка, сразу видно.

Белов перестал смотреть на нас в зеркало заднего вида и повернулся.

– Снежана, – вкрадчивый голос Виктора пробирал до мурашек, – ты ведь не будешь дурить? Иначе свидетелей нашей беседы станет больше. А мне бы этого не хотелось.

Я понимала, что меня позвали не цветочки сажать. Но само похищение и эти слова звучали слишком странно. О чём разговор? Не понимаю.

– Вы хотите поговорить…об особом, – я выделила слово интонаций, – заказе?

Предположение было не таким уж и сложным. Мало ли мужик запал на какую-нибудь модель нижнего белья. Есть у нас такой раздел в каталоге. Белов как раз держал этот журнал и задерживал взгляд на некоторых страничках. Я помню! Возможно, вервольф хочет подарить подруге подарок.

– Вроде того, – подтвердил молодой мужчина и как-то слишком внимательно посмотрел на меня. К чему такая секретность?

Я словно невзначай толкнула локтем того, кто уже не удерживал меня, но продолжал неприятно сопеть за спиной, не давая возможности повернуться. Хорошо хоть прижиматься перестал. Моей мелкой зверюшке было не по себе от такого соседства. И я была с ней солидарна. Снова мысленно пролистнула тот каталог, гадая, что именно заинтересовало мерзавца, и почему он продолжает сопеть и сверлить меня немигающим взглядом. Подумала…и ужаснулась собственному предположению. Опешила от догадки, казавшейся сейчас полной дурью. Неужели это он себе? Ну а вдруг? Может, не зря Виктор пытается своего друга выпроводить из машины? Чтобы тот не слышал его предпочтений. Ситуация могла бы вызвать смех и недоумение, но оскорблять прямым вопросом Белова лично я не решусь. И стыдно как-то озвучивать такое. Всё-таки из пары братцев Даниил получше будет. Хоть маньяк, но маньяк правильный, о бабских вещах в лифте со мной не заговаривал.

– Ну что, поговорим или как? – повторил вопрос вервольф. И в этот момент до моего слуха донёсся угрожающий треск суставов. Кулаки сжал, не иначе. Предупреждает.

– Поговорим, – ответила я. Воевать с этими перекаченными оборотнями? Увольте.

Виктор взглянул на своего друга и того словно ветром сдуло, только дверца глухо прикрылась. В спину толкать его даже из мести не стала. Мало ли сдачи даст. Успела заметить поворот головы…Надо же! Старый знакомый. Тот, кто пытался удержать меня на лестнице. Снова стало не по себе.

В этот момент Виктор завёл машину и тронулся с места, освобождая проезд для моей иномарки. И если бы оборотень остановился, то я была спокойна. Вместо этого, мужчина нажал на газ, и мы через тротуар вылетели на проезжую часть, распугав голубей.

– Эй! Ты что творишь?! – зашипела я, ухватившись за переднее сиденье. – Остановись, ненормальный!

– Не забывайся, – тоном, не лишённым злости, оборвал меня Белов. – Сядь!

– Остановись! Помогите, похищение! – завопила, с надеждой глядя на приоткрытое стекло с левого бока Виктора. Естественно, оно тут же закрылось, уменьшая мои шансы на спасение.

Я замолчала. Отчаянно захотелось показать средний палец и на ходу выпрыгнуть…Но это точно не мой вариант. Вервольфы, особенно чистокровные и при власти, они завсегда сильнее каких-то там полукровок. И страшнее во много раз.

– Да как… Как тебя остановить-то? Куда ты меня везёшь? – Взвизгнула я, опасаясь уже за собственную жизнь. А потом схватила за сумочку и замахнулась на Белова. Ударила по голове не успевшего отклониться мерзавца, и мы на полном ходу едва не врезались в столб.

– Что творишь, дура? – Визг колёс, отборная брань водителя, пытающегося справиться с управлением…Фух! Остановились. Прямо посреди придорожной клумбы. Эстет, чтоб его! Дёрнулась, дабы сбежать, но дверцы оказались заблокированными.

Ну всё, мне капец. Отодвинулась как можно дальше, но зажмуриваться не стала, предпочитая встречать смерть лицом к лицу. Разъярённый вервольф очень медленно повернул свою голову в мою сторону. Несколько капель крови вытекли из ранки на виске, являясь немым укором моему позору. Попала пряжкой, не иначе. Хотела остановить мужика на скаку? Остановила.

– Если ещё раз, ты позволишь себе что-то подобное, сломаю руку. Поняла? – с ненавистью произнёс Белов. – И не визжи. Отъедем недалеко, разговор будет.

– А-а-а сразу поговорить нельзя? – трясясь как осиновый лист, поинтересовалась я. Мне б молчать, но открылось второе дыхание. Вокруг многолюдно. Вдруг дорожная патрульная служба обратит внимание на неадекватного водителя и остановит его?

Мерзавец ничего не ответил, но спустя несколько минут свернул с основной улицы и остановился в незнакомом мне месте. Какие-то то ли склады, то ли гаражи. Я насторожённо  смотрела на молчащего вервольфа, мысленно ругая себя за неудачную попытку к бегству. Трясущейся рукой нашла в сумочке пачку салфеток и протянула злющему оборотню:

– Держи…те.

Белов резко повернулся, и я отшатнулась. Вжалась в заднее сиденье, осознав, как оплошала. Верхняя губа мужчины дёргалась, то и дело открывая внушительного вида клыки. А из глаз Белова на меня смотрел самый настоящий волк. Я тут же поняла, что вервольф пытается справиться с собой, чтобы не измениться, не кинуться и не разорвать обидчицу в клочья. Отодвинулась как можно дальше, продолжая держать перед собой салфетки как некий щит.

– У…у вас тут немного испачкалось, – я провела пальцем по своему виску. Виктор тут же повернулся к зеркалу, увидел проделанную мной работу и глухо зарычал. Я бросила салфетки на соседнее с ним сиденье и прижала руку к груди, словно её могли откусить.

– Кто? Кто так делает? – прорычал он, но помощь принял.

– А зачем ты меня украл? Нельзя по-хорошему?

– Бабы! – выругался Белов.

Я обиженно засопела. Ненормальный. Тётя всегда любила сильных мужчин. Подозреваю, её Клим такой же. А так ли уж он невиновен? Не рановато ли я решила свахой заделаться? Мысли как ураган пронеслись у меня в голове в то время, пока я смотрела на мерзавца.

– В общем, так, Снежана, – угрожающе начал вервольф, снова сверкнув звериными глазами. Открыл свою сумку, достал из неё пачку пятитысячных купюр, а затем бросил её мне. – Держи, на дорогу хватит.

– Дорогу куда? – не поняла я. Могла бы, отодвинулась. –  И с чего такие подарки?

– Это не подарки, – криво ухмыльнулся Белов. – Откуп. Чтобы ты уехала и никогда сюда больше не возвращалась.

– Не поняла. – Я ещё раз посмотрела на аккуратную красно-оранжевую пачку и на всякий случай отодвинула её сумкой в сторону Виктора. Даже рукой касаться не стала. – За что?

Вервольф нахмурился. Он уже практически справился со своей агрессией и сейчас выглядел вполне прилично. Разве что я точно знала, что передо мной не человек. Оборотень, способный на многое. Кажется, даже на убийство.

– Ты действительно ничего не понимаешь? – Принюхался, словно это могло помочь отличить ложь от правды.

– Нет. А должна?

Слов вертелось на языке очень много. Но я сдержалась. Хватит, отличилась. Надо дать мужчине высказаться. Надеюсь, ему полегчает, и он меня освободит.

– Я хочу, чтобы ты исчезла из Волчьего Бора и не мешала жить моему брату.

Наверное, в этот момент я выглядела слишком глупо. Открыла удивлённо рот, потом закрыла. Слов не было, как и иной реакции.

– У семьи большие планы. У Дана есть невеста. А благодаря тебе наш договор с соседним кланом вот-вот треснет по швам.

– А при чём тут я и ваши планы. Стройте, решайте. Кто вам мешает?

Я по привычке противилась, но сердце подсказывало, что не всё так просто. И этот нервный вервольф может высказывать не только свою точку зрения. А значит, нужно быть внимательнее и осторожнее.

– Ты. Ты нам мешаешь. Я видел, как на тебя смотрит брат, можешь не отрицать. И как бы он ни старался казаться равнодушным, таким увлечённым Дан ещё никогда не был.

Вот незадача! Я нахожусь в этом городе всего нечего, а у меня уже куча проблем. И было бы с кем?! С бешеными оборотнями, у которых в организме сплошной адреналин и тестостерон. А ещё злость, льющаяся через край.

– Зверь брата отреагировал на тебя, я в этом точно уверен.

Сглотнула. В голове тут же пронеслись все встречи с Беловым. При первой он меня окатил грязью, при последней напал. Стоило представить ту самую темноту, когда я ощущала запах Даниила, его дыхание, напор, как сами собой на ум пришли поцелуи и касания. Жадные, не позволяющие возразить, сводящие с ума. Мажор действительно завёлся, едва его язык скользнул в мой рот, а рука коснулась тела. Это могло показаться нормальным (мало ли какой темперамент у мужчины, всё-таки, он наследник альф, а не ленивца), но ведь у меня был запах. Тот самый, приобретённый. А он не оставляет зверю шанса на потомство, заставляя отворачиваться от подобных самок.

– И что теперь делать? – На всякий случай постаралась выглядеть миролюбиво и даже шмыгнула носом. Вроде как всё понимаю и я тут ни при чём. Я действительно была ни при чём, но разве оборотню это докажешь? А сама продолжила наблюдать за Виктором, пытаясь считать с его лица мимику, взгляд. Где она грань, когда можно возразить без последствий для себя? – Раз вам так нужна эта девушка и тот клан. Попробуй сам на ней жениться, – ляпнула я.

– Значит, отношений с братом ты не отрицаешь?

– Да нет никаких отношений! Встретились на лестнице, потом вы пришли ко мне выбирать для себя бельё… – Я благоразумно не стала упоминать про ситуацию в лифте. Она слишком личная. И вряд ли Даниил станет распространяться об этом случае.

– Что? – поперхнулся Белов. – Какое бельё?

– Всякое, – я передёрнула плечами.

Вот ведь оборотень! Так и вынудит сказать, что о нём думаю. А заодно о его озабоченном братце. Вот зачем он на меня так отреагировал, когда только-только перед этим я нанесла спрей. Разве что не зверю, а человеку, захотелось секса. Прямо там, в лифте? Экстремально и необычно. Но не мой вариант.

– Что у тебя в голове? – Белов не был оригинален. Мне и Макс раньше говорил, что я могу одновременно думать обо всём.

– Мысли. Всякие. Вот, к примеру, почему твой брат обратил на меня внимание. Его ливре…девушка вроде не урод, интересная.

– Даже если бы она быта страшилищем, – прервал меня Виктор, – это не изменило сути. Дан не может отказаться и подвести клан ради прихоти.

– А я при чём? Пусть не отказывается. У меня своя жизнь, у него своя. Подумай хорошенько, – я пыталась мирным путём убедить упёртого волка. – Если бы вервольф испытывал ко мне настоящий интерес, то вряд ли позволил невесте сопровождать его и уж тем более виснуть на руке. А она так постоянно делает, я видела.

Заметила, как дёрнулся уголок губ Белова. Видимо, не одна я заметила эту особенность девушки. Но раз Даниил не стряхивает её, значит, нравится. Поморщилась, испытав неприятный укол ревности. Откуда он?

– Думаю, тебе показалось, – поспешила ответить, стремясь выбросить из головы тот сумасшедший поступок Даниила. Мысли о нём вызывали странные чувства, слишком собственнические.

– Ты уедешь? – нетерпеливо перебил меня Виктор. В этот момент его волчья сущность снова попыталась взглянуть глазами человека. Стало не по себе. Звериный взгляд гипнотизировал, заставляя пригибать голову слабому. В его жилах тоже течёт кровь альфы. Только меня она не касается. Я полукровка, чья воля немало зависит от человеческой составляющей. А она у меня не из покладистых.

– Нет, – твёрдо ответила я, глядя в волчьи глаза.– Пока нет.

Белов наклонил голову к плечу, как делают звери, когда объект их заинтересовал. Только ушами осталось подвигать.

– Мне нельзя уезжать. Вариантов нет.

– Почему? Тебе угрожают?

Я не собиралась рассказывать о проблемах Flame. Слишком важная информация, чтобы о ней кричать на всех перекрёстках. Смотрела на Белова и думала, как бы безболезненно выпутаться из всей этой ситуации.

Глава 14

Снежана

Наверное, я страх потеряла, раз позволила себе отвлечься от основной угрозы и обратить внимание на что-то иное. Сбоку от мерзавца проехал грузовой фургон и остановился в трёх метрах от нас. Я узнала эту транспортную фирму, мы работаем с ней по всем направлениям. Видимо, и здесь тоже сфера её интересов. Хороший партнёр, обязательный. Дверь ближайшего склада к гаражу открылась, и из него вышел мужчина в спецодежде. Ничего себе…Вознесенский! Он шёл целенаправленно к фургону. А когда с пассажирской стороны кабины грузовика показался Максим, я зажмурилась, не веря в происходящее.

– Спрашиваю, тебе угрожают? Кто тебя подкупил, на кого работаешь? – В голосе Белова звучало нетерпение. Мужчина ещё больше развернулся корпусом, закрывая обзор.       Я вытянула шею, выглядывая из-за него, стараясь понять, что здесь происходит. В то, что Вознесенский предпочёл лично встретить кого-то из начальства, не верилось. Не то место и ситуация точно не та.

– Отодвинься, пожалуйста, – попросила я, пытаясь разыскать в своей сумочке телефон. Вся ситуация напоминала шпионские игры и мне срочно нужно было это сфотографировать.

– Что ты делаешь? – нетерпеливо поинтересовался вервольф, но мою просьбу исполнил. Я сделала снимок один, второй, третий…Удобно было скрываться за сиденьем и, высунув руку, веером отщёлкивать кадры.

– Подожди, пожалуйста, – Я снова проявила чудеса вежливости, изогнувшись под нужным мне углом. Но на этот раз включила видео. А когда к этой парочке подошёл водитель и они вместе направились к дверям фургона, замерла, стараясь не пропустить ни единого шажочка. Только бы памяти на карте хватило, только бы не подвела!

– Дай сюда! – Белов выхватил мой телефон и нарочно положил его к переднему стеклу, тем самым только приблизив камеру для съёмки. Помощник нашёлся.

Я хотела было возмутиться, но слова сами замерли в горле. То, что происходило наружу, повергло меня в лёгкий шок. Несколько довольно крупных коробок из фургона были перенесены на склад Вознесенского. И я точно знала, что это не наш рабочий склад. Тогда зачем столько продукции? Кому?  И тут же возникло понимание. Кажется, я догадываюсь, почему конкретно это направление торговли просело. Но рано выдвигать обвинения, нужно всё обдумать.

– Снежана, ты меня слышишь? – снова попытался до меня достучаться Белов. Бесполезно. Я смотрела во все глаза на Максима. Он о чём-то расспрашивал Сергея Вознесенского, они смеялись. Водитель сел в фургон, и мой бывший друг полез за ним следом. Машину уехала, а спустя короткое время это место покинул Вознесенский, предварительно заперев склад.

– А ты интересная, – заметил мерзавец.

Я бросила на него короткий взгляд и произнесла:

– Верни телефон.

– Мой? – полушутя поинтересовался вервольф. Похоже, у него поднялось настроение. А вот у меня наоборот. Мозговая деятельность требовала сосредоточения и уединения. Желательно подальше отсюда.

– Я серьёзно. Отдай телефон и отвези меня на место.

Оборотень дотянулся до аппарата. Но вместо того, чтобы вернуть, начал листать. Я закатила глаза. Там много было нужного и интересного, чего совершенно не стоит показывать посторонним. В знак предупреждения провела ногтями по сумке. Неприятный звук привлёк внимание Виктора.

– Боишься, – заметил он. – Ладно, держи. Твой номер я запомнил.

– Зачем? – поинтересовалась и сама ответила на свой вопрос. Чтобы при случае угрожать. Я принялась листать телефон, рассматривая фотографии. Всё новые и новые детали бросались мне в глаза.

– Пожелать доброго пути, – ухмыльнулся оборотень. Я оторвала взгляд от экрана и внимательно посмотрела на мужчину. Вроде не дурак, а ведёт себя в сто раз хуже.

– Скажи, у тебя есть девушка?

От моего вопроса вервольф  застыл, словно ещё никто и никогда не интересовался подобным у бешеного волка.

– Нет. А ты что, набиваешься?

Хотела ответить: «Всё потому что ты придурок!», но промолчала. Дело не в этом. Скорее всего, у вервольфа нет постоянной пары. А зря. Думаю, он бы мог измениться в лучшую сторону.

– Нет. Меня оборотни не интересуют, – честно призналась я, решив прояснить ситуацию. Может, цепляться меньше станет. И своему брату передаст. Глядишь, проймёт старшенького, отстанет. В последнее верилось с трудом. И даже волчица попыталась затянуть грустную песню, но я её приструнила. Нечего понапрасну слёзы лить. Поедем в выходной на природу, тогда и развлечёшься.

– Тебя обидели?

– Нет. Зачем расспрашиваешь?

Волки чудной народ. А эти Беловы и подавно. Ещё недавно грозился руку сломать, а теперь интересуется. Он бы ещё спросил, какие секции и кружки я в школе посещала. Вспомню всё, пусть попробует не выслушать.

Наверное, мой вид был несколько неадекватным, раз Виктор проникся жалостью. Или дело в сумке, что волшебным образом как-то повлияла на ход мыслей вервольфа? Оборотень как-то по-детски сморщил нос, взъерошил и без того торчащие короткие волосы.

– Слушай, я не хочу тебя обижать. Странная ты какая-то. И брат… Уезжай послушай совет. У Дана невеста, а то, что он тобой заинтересовался, дело времени. У клана договор на скрепление отношений родством. Только слёз не лей, не ты первая, не ты последняя. Обожжёшься. Подумай, если однажды тебя за шкирку поймаю не я, а отец. Разрушить планы альфы, – Белов многозначительно поиграл бровями и неприятно ухмыльнулся, – глупое решение.

Я слушала, воспринимая так, словно это всё происходит со мной и не со мной одновременно. Какие договора, какие кланы? При этом Даниила даже как-то жалко стало. Столько обязанностей, что поневоле начнёшь смотреть по сторонам. А родня? Один точно псих, и он передо мной сейчас сидит.

Нахмурилась. Сочувствие сильному мужчине до добра не доведёт. Было бы к кому! Вон у него какая левретка. Как вспомню, даже противно становится!

Глава 15

Снежана

Мощный удар произошел внезапно. Виктор отреагировал мгновенно: распахнул дверцу и выпрыгнул наружу готовый противостоять внезапному натиску. Я же вздрогнула от покачнувшейся машины, тут же решив, что в нас кто-то врезался. Дёрнулась, повернувшись в сторону столкновения. И застыла, пораженно глядя на представшую картину. Рядом с машиной стоял взбешённый Даниил Белов. Сверкая злыми глазами, он смотрел на собственного брата и, кажется, был готов его разорвать. На миг мне показалось, что очертания человека поплыли, являя мощное волчье тело. Но потом всё пропало.

Я замерла, осознавая происходящее, разбирая его на составляющие и пытаясь проанализировать то, что вижу. Разум чётко фиксировал настороженный взгляд Даниила, его ненависть к собственному брату, требование подчиниться, согнуть оборотня, посмевшего не угодить тому, кто сильнее. Виктор стоял боком, но от меня не укрылось его стремление противостоять силе, напору того, и тому, кто заведомо сильнее.  Младший из братьев далеко не задохлик или слабак, вовсе нет. Только не зря первый является наследником клана. Даже я чувствовала мощь, исходящую от будущего альфы. Неожиданно меня посетила мысль – он прекрасен. Грозный, злой, со сжатыми кулаками и горящими глазами… Не знаю, что именно не понравилось Даниилу, но увидеть такое стоило. Неудивительно, что блондинка выбрала его. Хотя младший тоже интересный экземпляр, пока  сидит смирно и молча.

Моя волчица встрепенулась, запросилась наружу, чтобы покрасоваться. Вдруг действительно всё из-за неё. Наивная, ты всего лишь способ решения спора матёрых самцов. У них гормоны играют, период такой. Попадёшь под этот каток по фамилии клан Беловых. Раздавят, не помилуют. Вон даже мерзавец и тот готов склониться перед силой брата . Хотя…я же не склоняюсь. Я вообще не стопроцентный оборотень и мужа искать среди них не собираюсь. Вроде бы… Невольно снова залюбовалась вервольфом. Хорош!

Я подвинулась ближе, чтобы слышать всё, что говорят мужчины. Коснулась рукой закрытой дверцы, словно так мне будет проще принять информацию. И в ту же секунду Даниил повернул в мою сторону голову, словно почувствовал, что я здесь. Отдёрнула ладонь, словно её обожгло.

– Почему она у тебя в машине? – прозвучало так жёстко, что я едва не подпрыгнула.

– А ты догадайся. С трёх попыток, – съязвил Виктор.

Я даже не успела мысленно назвать его придурком. Кто же с сильнейшим спорит? Хоть и брат, но со зверем, а тот может и не пойти на уступки. В ту же секунду Даниил бросился на Виктора, меняясь прямо на лету. И встретил его не человек, а  такой же крупный зверь, что был немногим меньше, чем у старшего брата. Ещё никогда, никогда я не видела такого! Как заворожённая смотрела на сцепившихся, скалящихся волков, без труда различая, кто из них кто. Зверь Даниила холодного серого оттенка, а у Виктора тот же окрас кажется более тёплым. Это у нас в Северогорске подобные открытые стычки крайне редки. А в этом городе оборотней прямо белым днём, два монстра рычали и рвали когтями шкуры друг друга. Грязь, клочки шерсти, всё летало по сторонам. Огромный пыльный клубок то разрастался, то делился надвое.

Мне казалось, что воинственные звуки должны привлечь к нам любопытных, но я не увидела ни одного человека. Обошлось без посторонних. Разве что вдалеке мелькали случайные прохожие. Сама же от нетерпения выскользнула из машины с твёрдым намерением бежать, уйти от этих ненормальных. И снова мой взгляд привлёк огромный серый волк. Он как магнит притягивал, заставляя смотреть только на него. Грация хищника даже в драке поражала. Наверное, по щелчку пальцев самки сами укладываются штабелями перед таким. А одна особо надоедливая и днём не даёт вервольфу прохода. Ррр!

Волчица поскуливала, просясь выпустить её наружу. Она хотела приблизиться к самцам, но так, на безопасном расстоянии. Но нет, я не могла себе позволить подобной роскоши. Только не сейчас. Она в отличие от человека имеет собственный натуральный  запах, не сокрытый никакими спреями. Не факт, что именно он подсознательно притягивал Белова, но гарантировать не берусь.

Я боялась привлечь к себе ненужное внимание и в то же время понимала, пора уходить. Не думаю, что эти хищники нанесут друг другу хоть сколь серьёзное увечье. Они мощные и явно не в первый раз проворачивают подобные дела. Столкновение в стае, обычное дело. Но я не с ними, я свободный человек. И подобная драка для меня лишь антураж, часть чьей-то жизни, но не моей.

С этой мыслью я поспешила прочь, как можно дальше огибая треплющих друг друга оборотней. Моя четырёхлапая половинка притихла, недовольная таким решением. Хорошо хоть не бунтовала, требуя освобождения. Судя по реакции, ей очень понравился серый волк. Тот самый, холодного оттенка. Хотя другой тоже выглядел неплохо. И всё же, сильнейшим в её представлении по-любому мог быть только Даниил. Вот и пойми её, плутовку. Сама мелкая, а засматривается на тех, кто гораздо крупнее её.

Глава 16

Снежана

Я вышла на многолюдную улицу и всё так же торопливо направилась в сторону набережной. Увиденное взбудоражило, и какое-то время я не могла думать ни о чём другом, как об этом бое самцов. Перед глазами мелькала картина сцепившихся волков, и у меня не хватало слов, чтобы описать то впечатление, что они произвели. Слишком яркими пока ещё были эти картинки.

Уйти далеко не удалось. Через несколько коротких минут рядом со мной притормозил большой внедорожник. И даже не глядя на водителя я знала, кто за рулём.

– Садись,– ровным голосом скомандовал Даниил. Именно скомандовал и никак иначе.

– Пешком пройдусь, – буркнула я, мысленно добавив, что от вас, Беловых, хорошего ждать приходится слишком долго. Так что лучше прогуляюсь, всё полезнее.

– Снежана не дури. Я сейчас не в том настроении, чтобы услужничать. – Хоть и пытался вервольф заглушить рычащие нотки, но они прорывались. И мне стало не по себе. Кто знает, сумел ли его зверь выплеснуть всю свою злость?

– Нам нужно поговорить, ты так не считаешь? – Он продолжал за мной медленно ехать.

– О чём? – Я остановилась и посмотрела на молодого мужчину, чьё лицо, несмотря на наличие затемнённых очков, было немного потрёпано. Ссадина на скуле, запёкшаяся кровь в уголках губ. Это, наверное, больно. Захотелось подойти и тихонько подуть, а потом поцеловать. Но не ранку, а рядом…

Что за наваждение?

– Садись, прошу, – уже тише произнёс вервольф. – Иначе я тебя сейчас на руках занесу.

Он прав, но…

– Манипуляторы! Один рот затыкает, другой на руках грозится занести, – бурчала я себе под нос, намереваясь сесть позади Даниила.

– Не туда, рядом, – коротко скомандовал Белов.

Я чуть не взвыла! Вот она, кровь альфы. Нормально уже и общаться не умеет. Одни приказы.

– Послушай, если ты так будешь со мной разговаривать, то я не то что рядом, а вообще…

Он не дал мне договорить. Выскочил из машины, подхватил на руки и посадил на переднее сиденье, как и грозился, предварительно пристегнув ремнём безопасности. Даже не успела рассмотреть, как он хорош в джинсах и светлой футболке.

– Так быстрее получится, – прокомментировал всё Даниил, и мы тронулись с места.

– У меня на набережной машина, – буркнула я, боясь повернуть голову в сторону вервольфа. Это было как-то странно, я и он в одной машине. Да ещё этот способ доставки.

– Знаю. Сейчас пообедаем, потом я отвезу тебя туда.

Этот план мне понравился больше. Поэтому я промолчала, гадая, о чём будем говорить. Вряд ли про бельё и заказ. Не то место, и не то время. С оживлённого проспекта мы свернули на набережную, выбрав несколько иной маршрут, чем тот, каким прибыла туда я. Внедорожник остановился у невысокого двухэтажного здания с видом на изгиб реки и всё те же скамеечки, фонарики и ограждение. Сердце тревожно билось, осознавая, что разговор предстоит непростой. И всё же это было лучше, чем находиться в одном салоне с Виктором.

– Снежана, – позвал меня Белов. И в его голосе больше не было приказа.

– А? – успела сказать я, как прозвучали слова:

– Всё, не могу больше терпеть.

Рука мужчины легла на моё плечо, притягивая к себе, заставляя сдвинуться, насколько позволяла машина. Я не успела возмутиться, как Даниил снова поцеловал меня. Так же напористо и жадно, как в самый первый раз в лифте. Это было как гром, молния, пронзившая до основания. И я забыла о собственных принципах и предпочтениях, о стремлении иметь отношения только с людьми. Чувствовала тот необычайно плотный и вместе с тем приятный аромат, что окутывал его тело. А ещё солоноватый привкус крови, что запеклась в уголке мягких губ мужчины.

Наше дыхание сбилось, а запах, что витал в салоне, грозил вот-вот допустить новую ноту. Желание собственной волчицы могло выдать её запах, а это катастрофа.

– Что ты творишь? – прошептала я, пытаясь отстраниться. И странное дело, волк позволил, а мне вдруг захотелось попросить его, чтобы не отпускал.

– Пошли. Здесь прилично кормят, – пояснил Белов, проигнорировав мой чисто риторический вопрос. Похоже, мы оба несколько не в себе, раз позволяем такое.

***

Я ещё сомневалась, стоит ли мне покидать уютный салон. Ошеломлённая произошедшим, всеми силами старалась прийти в себя прежнюю. И когда Даниил покинул машину, замешкалась, что только дало ему повод открыть мне дверь и попытаться вытащить наружу.

– Сама, – запротестовала я, отводя руки мужчины. К счастью, он не стал настаивать. Подождал, пока выйду. Мне показалось, что в какой-то момент рука вервольфа дрогнула, словно по привычке была готова позволить повиснуть на ней. Мысленно усмехнулась такой реакции. Нет, я не буду этого делать, ты ошибся.

Мы вместе поднялись по ступенькам кафе. Белов открыл мне дверь, пропуская вперёд. Затылком почувствовала дыхание мужчины, словно он пытался меня обнюхать и незаметно улыбнулась. Приятно.

Стоило нам оказаться в просторном светлом помещении, как я убедилась в собственном предположении – Белов здесь не впервые. Зал пока пустовал, лишь светловолосая девушка сидела на высоком стуле у барной стойки, закинув ногу на ногу.

– Дан! – раздался её радостный возглас.

Мне стало неприятно. Я сразу заметила её широкую улыбку, подаренную вервольфу. Мне же достался цепкий, настороженный взгляд. Она рассматривала меня как невиданную зверюшку, чей удел только сочувствие и жалость. Женщин много, а Белов один. Девица словно нарочно перекинула ногу на ногу, демонстрируя стройность конечностей и то, что почти не скрывало платье. Я тихо фыркнула, сдержав усмешку.

– Привет, – коротко бросил Белов, не обратив на манеры блондинки никакого внимания. – Где все?

– Сейчас позову, – она изящно приземлилась на шпильки и удалилась, не забыв при этом вильнуть задом. Ну что за навязчивая особа?!

– Пошли наверх, – сообщил мне Даниил, протягивая руку. – Там есть отдельный кабинет с хорошим видом, поговорим.

Волчица довольно зажмурилась, готовясь произвести впечатление на подходящего по её мнению самца. Я же была не столь безответственна. Маленькая передышка привела меня в чувство, и выбирать отдельные кабинки было глупо. Человеческая сущность сопротивлялась возможности воздействия на неё. Поцелуй с Беловым был наваждением, способным снести барьер, который я так тщательно возводила ото всех оборотней. А потеря разума грозила настоящей катастрофой. Привычный мир, то, к чему я так стремилась, может рухнуть сменившись… А собственно говоря, чем он сменится? Временной интрижкой с переполненным тестостероном самцом?

Это хорошо, что та девица красовалась перед вервольфом, вызвав у меня непривычный пока ещё тихий приступ ревности. Окунуться в действительность не помешает. Как никогда осознавала, что я не просто случайная встречная Белова. Новая кровь в их социуме, которая волей-неволей притягивает случайные взгляды. Та, что отличилась, не попав под обаяние серых волков. Подозреваю, из-за того и интерес. Или же зверь чувствует несоответствие моей волчицы и запаха, оттого и заволновался?  Что только обращает внимание. В общем, как сумела, так и выделилась. Не сотрёшь.

– Идём,– повторил Даниил.

Слова, сказанные Беловым, напомнили приказ альфы, что не могло радовать. Уединиться с ним в закрытом помещении с уютными диванчиками (наверняка хоть один, да есть), чтобы потерять контроль? Увольте. Я считала себя самодостаточной личностью и не нуждаюсь в жёсткой опеке. Хотя мелкая волчица была готова подчиниться понравившемуся самцу.

– Предлагаю иной вариант. Тут, в общем зале поедим. А поговорим на улице. Прогуляемся по набережной. Ты же почувствуешь, если кто-то подобный будет рядом.

Конечно, почувствует, он ведь настоящий вервольф, не то что я. Мне очень хотелось побыть с Даниилом наедине. Губы помнили сминающий огонь и невообразимую нежность. Только чувствовала, что этот водоворот может меня захватить. А потому отчаянно сопротивлялась.

– Наверху нас не посмеют подслушать, – уверил меня Белов.

Я же только покачала головой, спешно придумывая аргументы, какие могу озвучить. И тут же боковым зрением заметила, как появились наблюдатели: девица и официант. Последний спешил к нам, словно старался загладить вину своего отсутствия.

– Чего ты боишься? – Оборотень был убийственно прямолинеен. Я чувствовала, что иду по тонкому льду, но сдаваться не собиралась.

– Тебя. – А чего врать? Да мало ли что от них, хвостатых, можно ожидать?

– Хорошо, – наверное, Белов что-то прочитал в моём взгляде, раз прозвучало, – терраса свободна?

– Хозяин приказал туда никого не пускать. Но для вас всегда она открыта, – заверил сияющий официант. – Проводить?

– Сами доберёмся. – Даниил отвечал уверенно, не распыляясь на долгие объяснения. Сказывалась привычка командовать и говорить только по существу. Я не знаю, связанно ли это с характером вервольфа или повлияло моё присутствие, но мне нравилось. – Снежана, – позвал он меня, снова протягивая руку.

На этот раз отказывать не стала. Послушно вложила свои пальцы в широкую мужскую ладонь, и сердце снова бросилось вскачь. Соприкосновение рук за невозможностью чего-то иного, это как интимный разговор по телефону в темноте. Есть какие-то рамки, но ты выше их. Лёгкие пожатия, поглаживание большим пальцем моей ладони… Я еле сдерживала дыхание, наслаждаясь каждой секундой этого нового и такого манящего ощущения.

Глава 17

Снежана

На небольшом пятачке всего два круглых столика, сияющих матовой белизной. А вокруг лёгкие ткани, раздуваемые ветром. Отличное место. Можно спрятаться от солнца и подглядывающих жителей соседних домов, а заодно побыть на свежем воздухе.

–Что желаете? – вездесущий официант не шёл по пятам. Но едва мы поднялись, прискакал за нами.

– Мне как обычно, – бросил, не глядя вервольф. – А девушка сделает заказ сама, на свой вкус.

Заказала от души свежий салат из капусты, хорошо прожаренный стейк и какао с пирожным. Волк, услышав про мясо, согласно кивнул. Словно я могла выбрать что-то иное?!  Еда Белова отличалась количеством, а ещё к ней прилагался мясной пирог. И это неудивительно, после такой-то драки и оборотов зверь наверняка голоден.

Мы сели напротив друг друга. С одной стороны, не соприкасаться было легче, трезвее разум. С другой, взгляд Даниэля то и дело останавливался на мне и это несколько нервировало. А когда я практически насытилась и добралась до пирожного, вервольф посмотрел на меня так…ну как смотрят на своих несмышлёных детей.

– Любишь сладкое? – Уголок губ дёрнулся в намёке на улыбку.

– Почему бы нет. – Пожала плечами, не отказав себе в удовольствии улыбнуться в ответ. Я сытая, погода прекрасная, что ещё нужно?

– Поговорим? – Вервольф придвинулся торсом к столу, и мне показалось, что ему ничего не стоит его раздавить.

– Давай. Рассказывай, – вырвалось у меня. Пальцы нервно сжались под столом, выдавая переживания. Напускное спокойствие куда-то подевалось и осталось лишь желание понять, что происходит, зачем.

Белов такой постановке вопроса ухмыльнулся, потёр подбородок и неожиданно выдал:

– Снежана, я не понимаю в чём дело, но меня тянет к тебе.

Вспомнилось из фильма: «Хочется устроить скандал!» Сейчас у меня возникло такое же ощущение.

– Э…а…То есть тянуть ко мне не может? И ты этим удивлён?

Сама принимала решение пользоваться спреем, не желая демонстрировать свой истинный запах. Так отчего сейчас слова вервольфа не понравились?

Оборотень какое-то время молчал, подбирая слова. Но, видимо, свойственная ему прямолинейность не отказала и сейчас.

– Не хочу тебя обижать, но это неправильно. И я действительно удивлён поведением своего зверя.

Однако.

– Ты ему не доверяешь? – Сейчас я чувствовала себя собакой на сене. Уже мечтала сходить в туалетную комнату, чтобы возвести очередной щит, воспользовавшись спреем. И вместе с тем млела от присутствия рядом Белова. Нервный смешок удалось сдержать. Женщины, они такие непостоянные. Было трудно не смотреть на кажущегося расслабленным мужчину, на его сильные руки, перевитые канатами вен, на прямой и пронзительный взгляд. Я терялась под напором несомненного обаяния вервольфа, но, к счастью, всё ещё оставалась собой.

– В том-то и дело, что это первый сбой. Я привык доверять своему волку. А сейчас он растерян.

Выходит, спрей действительно отличное средство. Так почему же я чувствую себя неуютно под этим тяжёлым испытывающим взглядом?

– А ты? Ты, который человек? – не сдержалась я.

– Провоцируешь? – тут же отозвался оборотень, перехватывая разговор. – Скажи, что в тебе не так?

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам и повернула голову в сторону лёгкого ветерка. Своими короткими фразами Белов слишком быстро выбивал у меня почву из-под ног. Это недопустимо. И левретка эта…невеста которая.

– Дан. Для тебя Дан, – отмахнулся мужчина и, сдвинув салфетницу в сторону, протянул мне свою ладонь.

– Зачем? – Сжала руки, боясь не сдержаться и ответить на призыв. А он был. И не только от человека. Зверь пытался найти подход к моей волчице, настаивая, чтобы она проявила себя и обернулась. Но чем это могло грозить? Срывом планов или очередным разочарованием? Я та, что не бросилась золотому мальчику на шею, и это его откровенно бесило. – Что ты хочешь? У тебя ведь и подружка имеется.

Стряхнула с руки несуществующую соринку, скрыто намекая на блондинистую вешалку.

– Имеется, – не стал отрицать Белов. – Но это не проблема.

Странная встреча. И разговоры не менее непривычные. Мы чужие, не связанные ничем кроме животного притяжения.

Вру. Самой себе. И человеческого тоже.

И чтобы не дать разуму помутиться поинтересовалась:

– Ты собираешься бросить свою девушку? А как же соблюдение клановых интересов?

Даниил вздрогнул, а я неожиданно развеселилась от этого напоминания. Как ты выкрутишься, серый волчище? И тут же от души посыпала свою рану солью:

– Она ведь твоя невеста. Вы расстаётесь? – Я потянулась за чашкой в надежде, что это поможет мне ненадолго спрятаться от пристального внимания.

Белову справиться с ситуацией хватило всего лишь пары секунд. Не дождавшись руки, он выпрямился, отодвинулся на спинку стула и с не меньшим интересом принялся меня изучать. Похоже, я снова раздразнила мужчину, увеличив его интерес.

– Нет. У меня совершенно иной план.

Я едва не поперхнулась какао.

Видели, как в мультфильмах челюсть с грохотом трескается об пол? Моя была близка к этому состоянию. Не хватило завершающих и разъясняющих слов. А пока я задумывалась над возможными вариантами, первая реакция прошла.

– Озвучивай, жуть как интересно. – Я не без иронии сложила руки на груди, ожидая продолжения.

– Снежана… – Вервольф поднялся из-за стола с грацией хищника и двинулся в мою сторону.

Я гадала, что он предпримет, и в душе ждала продолжения сцены в машине. Оборотень обошёл столик, остановился рядом. Единым порывом поднял меня из-за стола. А потом занял мой стул, пересадив к себе на колени.  Всё было проделано так быстро, словно мой вес был килограмм на двадцать меньше. Указательный палец мужчины очертил контур моих губ, надавив на самый центр. Я стиснула зубы и сомкнула губы, отстранившись от слишком интимных движений.

– Ты не договорил. – Я тоже позволила себе скользнуть рукой по приятной    ткани футболки, коснулась пальцем открытой части шеи, затем уткнулась носом в ключицу. И тут же отстранилась,  мысленно дав себе подзатыльник. Запах вервольфа был умопомрачительным,  а мне сейчас, как никогда, нужен ясный разум. Волчица скулила, требуя дать ей волю и покрасоваться перед самцом. Такой генофонд рядом, а человеческая часть меня руководствуется какими-то надуманными принципами. – Продолжай.

Дан отозвался практически сразу, едва поймал мой взгляд и приблизил своё лицо.

– Эта странная тяга к тебе пугает. Ещё никогда я не чувствовал ничего подобного. – Рука Белова касалась моей спины и сквозь ткань ощущала приятное тепло его ладони. Но это не успокаивало. – Я должен проверить, что это. Парность ощущается иначе. Помешательство, желание заполучить тебя?

– Но я полукровка, – повторила то, что Белов и без меня видел. Я совершенно не комплексовала по этому поводу. Но напомнить была должна.

– Ещё одна странность. Зачем моему волку полукровка.

– Каким образом хочешь проверять? – Как заворожённая, смотрела в карие глаза мужчины, в которых отражалась только я.

– Ты будешь со мной, постоянно. Уверен, скоро станет легче, – заявил вервольф.

– Даже так, – признаться, я растерялась. И тут же перед глазами предстала картина – я на одной руке вишу, левретка на другой. Прямо как пальто в гардеробной. Идиллия.

– Только не обижайся. – Оборотень попытался улыбнуться.

А в результате снова впился в мои губы поцелуем, удерживая и заставляя подчиняться. И я расслабилась. Позволила себе обхватить крепкую шею рукой и почувствовала, как пульсирует вена. Мы слились, разделяя одно дыхание на двоих, застревая в коконе рук и чувств друг друга. И выбраться было очень сложно.

– Снежана, – прошептал Дан, задирая мою блузку и касаясь оголившегося живота ладонью. Горячее к холодному заставило вздрогнуть и раскрыть глаза, увернуться от поцелуя. Оборотень попытался меня вернуть, но лишь губами скользнул по виску. –Иди ко мне.. – Голос вервольфа очаровывал, отдавая хрипотцой и неоспоримой мужественностью.

И я бы точно сдалась, подбадривая мелкой четырёхлапой предательницей. Но какая-то часть меня упорно напоминала, что это бабник. Мажор! У которого девушек куча, а я точно мечу на место одной из них. Вон даже в план вписалась.

Я заёрзала, пытаясь встать. Дан, не подозревающей о моём коварстве, отпустил, чтобы без каких-либо условностей огладить мою пятую точку, при этом довольно урча.

Но всему приходит конец и я чувствовала, что пора завязывать с этими ласками. Сытая, довольная, своё место в жизни Белова уяснила. А теперь пора уходить, если не передумала.

Подхватила сумочку, поймав удивлённый взгляд вервольфа.

– Расплатиться пора, – пояснила ему, расстёгивая молнию.

– Ты считаешь, я не в состоянии? – В голосе Белова проскальзывало скрытое недовольство.

– Не знаю. Я просто не хочу быть должной, – ответила я, доставая деньги.

– Не советую, – прищурился вервольф. Теперь в его голосе отчётливо проскальзывали рычащие нотки. Белов поднялся, навис надо мной. Только страха не было. Не сейчас, после того, как у нас обоих сносило крышу от простейших ласк.– Что происходит?

Моя рука вместе с купюрой зависла над столом, а после вернула всё в сумку.

– Не хочешь как хочешь. – А что мне оставалось, кидаться в драку или спорить?

Звонок телефона раздался очень не вовремя. Я даже не хотела отвечать, но мелодия была уж слишком настойчивой, чтобы её игнорировать.

– Снежа, ты где? – голос тёти показался подозрительным.

– Гуляю, а что?

– Не поняла, а где гуляешь? Тут к тебе один…гость (Глаша произнесла, словно выругалась) пожаловал. Из бывших. На, поговори с ним.

Я сразу догадалась, кто это. Рука зависла над экраном, словно были сомнения, стоит ли общаться. А потом подумала и решилась. Разговор с Максом генерировал злость, поэтому я не стала себе в нём отказывать. Это поможет и в случае с Даном. Отрезвит.

– Да.

– Привет,– на том конце провода ощущалась лёгкая нервозность. – Ты где? Нужно увидеться.

– Зачем? – Глупый вопрос, но из чувства противоречия и справедливости я была должна его задать. – Неужели соскучился?

– Снежинка, мне без тебя очень плохо.

Сказанное было произнесено так проникновенно, что я поёжилась. Снежинка…Раньше мне нравилось, как он меня звал, а теперь нет. Оглянулась, едва не врезавшись в грудь вервольфа. Дан стоял позади меня с каменным лицом и сжатыми добела кулаками. Он точно всё слышал. Не уши, а локаторы какие-то!

– Кто это? – без предварительных вопросов поинтересовался Белов. Я сделала шаг назад, увеличивая расстояние между нами. Уж слишком настороженным выглядел оборотень.

– Ты слышишь меня? – вторил ему Макс. – Где ты?

– Спешу на работу. – Ответила бывшему, стараясь не смотреть на Даниила. А  кто он, собственно говоря, мне? Не прошлое и не настоящее. Его будущее связано с блондинкой, а моё, при удачном раскладе, с новым рабочим креслом.

– Я сейчас приеду, – тут же среагировал Макс и положил трубку.

На миг замялась. Совершенно не хотелось с ним встречаться. И ещё эта щекотливая ситуация с коробками. Но ведь от неё не отвертишься. Я посмотрела на время, прикидывая, где сейчас находится шеф Игорь Андреевич.  Нет, с ним свяжусь позднее. Мало ли что расскажет Вознесенский. Голова шла кругом от открывшейся информации и множества версий произошедшего. И у меня не было права на ошибку. Напрасно обвинишь племянника шефа – получишь пинка под зад. Так что все аргументы должны были быть вескими и подкреплены доказательствами.

– С кем ты разговаривала? – повторил свой вопрос Белов.

Скользящей тенью сделал шаг, другой, а затем снова оказался рядом, нависая надо мной своей мощью. Я постаралась сосредоточиться на работе, ведь если взгляну в бездонные карие глаза, если коснусь мягких и в то же время настойчивых губ, то будет сложнее уходить. Близость вервольфа, его запах, дурманили и отнимали рассудок. Волчица сопротивлялась, но человеческая я уже приняла решение. Сбежать и как можно скорее.

– Мне нужно идти. Работа, – я бросила телефон в сумочку и с характерным звуком застегнула молнию. – Спасибо за компанию. Было очень…познавательно.

– Снежана, постой. – Оборотень поймал мою руку железной хваткой. В месте соприкосновения кожу опалило, вызвав мурашки.– Ты так мне и не ответила.

Вот упёртый. Чего же тут непонятного?

– А чего тут отвечать, Дан? – я дёрнула рукой, затем ещё раз. Снова. Бесполезно. – Нет. Мой ответ нет.

– Ты уверена? – Его шаг навстречу, в результате которого я только носом не упираюсь в широкую грудную клетку. Ладони вервольфа скользнули по моим плечам, фиксируя их, отрезая путь к отступлению. – Не думаю, что это правильный выход. Тебя тоже тянет ко мне, я чувствую. И волк зовёт волчицу. Так зачем отказываться?

Белов говорил, склоняясь ко мне. Как заворожённая, я смотрела на шею мужчины, его манящие губы, горящие глаза. Был порыв обнять, наплевав на всё и позволить себе понежиться в объятиях оборотня ещё хотя бы несколько минут. Но это могло продолжаться бесконечно. А потому настало время действовать.

– Отпусти. Мне больно.

Хватка ослабла, но Белов даже не подумал прислушаться, продолжая сверлить меня прищуренным взглядом… Я боялась, что сейчас этот сгусток мышц закинет меня на плечо и потащит в свою берло…нет! Конуру? Тоже не вариант! Пусть там левретка живёт.

А раз так, так чего я тут забыла?

– Отпусти. Всё равно не удержишь.

– Почему, Снежана? Разве я тебе соврал?

Похоже, Белов совершенно искренне полагал, что от его предложения я должна была растаять. Ещё раз внимательно посмотрела в его глаза, стараясь рассмотреть хоть одну смешинку. Но нет, Дан был серьёзен. Что же это за менталитет у них?

– Знаешь, наверное, я плохой специалист по оборотням. – Попыталась скинуть руки вервольфа со своих плеч, но не вышло. Снова дёрнулась и оборотень меня отпустил. – Раз не понимаю и не принимаю твои слова. Но делить мужчину с кем-то другим… Нет. Не мой вариант. К тому же оборотни точно не моя мечта.

– Мужчина, что звонил…Ты к нему спешишь? – Прищуренный карий взгляд выглядел потрясающе, да только на одном этом далеко не уедешь. – Он человек?

– Человек. А тороплюсь я на работу. Перерыв давно закончился. Спасибо за обед и за то, что спас меня от своего брата. Надеюсь, он жив?

Оборотень недовольно рыкнул, но ответил:

– Жив. Потрёпан, но жив.

Повернулась по направлению к выходу. Сделала шаг, другой. Дан не догонял меня и не просил задержаться. Судя по звукам, он уселся за стол, чтобы заняться недоеденным пирогом. Всё верно. Такого зверя прокормить надо. А женщины, они были и будут. Кто-то уходит, а некоторые мечтают вернуться. Я спускалась со ступенек и уже жалела, что последний поцелуй, он так и не случился. Но это точно к лучшему. Затягивать непонятные отношения всегда мучительно и больно.

Глава 18

Снежана

Пока спускалась, уверенность в правильности действий окрепла. Каждому своё, как говорится. Для меня сейчас важным моментом являлась работа и Макс, чью рожу видеть совершенно не хотелось. Подогреваемая собственными размышлениями о бывшем бойфренде, я нарочно старалась не думать о Белове. Воспоминания о нём казались болезненными. И даже проскользнула трусливая мысль, может, разок забить на спрей и пройти мимо Даниила. Вдруг реакция оборотня снова удивит. Только глупости всё это. Там есть невеста, и законное место рядом принадлежит ей. А у меня есть мечта, в которой нет Дана, но обязательно будет любимый человек, для которого я единственная.

Машина оказалась стоящей всё там же на стоянке. Когда к ней приближалась, промелькнуло опасение, а вдруг снова появится Виктор. К счастью, мерзавец так и не показался. И уже спустя пятнадцать минут я поднималась по знакомой лестнице. Ещё на подходе к офису услышала голоса Фёдора и Марго, а вместе с ними Макса.

– Ещё раз всем привет, – с невозмутимым видом задержалась я, осмотрев компанию.

– И где ты задержалась… – начала девушка, но от моего осаживающего взгляда прикрыла рот и уткнулась в свои бумаги.  Не знаю, перед кем именно она решила покрасоваться, но, думается, не перед Синицыным. Макс уже ездил в командировки. Возможно, у Кислициной с ним более тесное знакомство, чем я считала до этого момента? Подобная мысль не вызвала никакой бурной реакции. И зажило как-то слишком быстро. Объяснение с Беловым было куда как болезненным, нежели это.

– Привет, – Макс дёрнулся, но остался на месте. – Работы вал, как всегда?

– Как видишь, – я даже не попыталась натянуть улыбку. Смотреть на предателя, находиться рядом с ним было…противно.

– Поговорим? С глазу на глаз? – предложил Макс. В ту же секунду моё более острое зрение уловило нервное подёргивание уголка его рта. Переживает. Тем лучше. Сейчас я была не настроена на мирное общение или выяснение отношений. Но без этого никак.

– Без проблем, – нервно дёрнула плечом. И как мне мог нравиться этот человек? Черты лица, что когда-то нравились, сейчас казались неинтересными, а точнее, никакими. Вон даже Синицын выглядит куда как более привлекательно. Бросила взгляд в сторону пса… А он не дурак. Сделал вид, что зарылся в бумаги, а сам подслушивает. Как и Марго, прикрывшаяся волосами и поворачивающая голову в нашу сторону.– А где Вознесенский?

– Сказано, уехал по делам, – ответил за работников Макс. Его голос звучал обычно и вместе с тем были в нём какие-то осторожные, я бы даже сказала излишне наигранные  нотки. Так поступает зверь, когда подкрадывается к добыче или недруг, пытающийся втереться в твоё доверие. – Но ведь нам с тобой есть, о чём поговорить до его прихода.

– Конечно. Третий лишний, – вот теперь я улыбалась. А бросив взгляд в книжный стеллаж поняла, что выражение лица больше похоже на оскал. Бывший бойфренд, братцы Беловы, они все как-то разом вызвали в моей душе протест.

Можно было бы поговорить вне этих стен, но я решила не бегать кругами. Придётся контролировать разговор с Максом, ведь Синицын слышит лучше Марго. Однако бывший меня удивил. Едва дверь за нами закрылась, как он нажал клавишу обычного выключателя на стене.

– Не горит. – Констатировала я факт. – Зачем тебе свет, сейчас день?

– Это не свет. Защитный контур от подслушивания. Думаешь, я не заметил, что там оборотень? – ухмыльнулся Макс. Я теперь уже с вниманием посмотрела на кнопку.

– Здорово придумано. Так о чём ты со мной хотел поговорить? – обошла длинный стол, усевшись напротив мужчины. – О доставке? Или поделиться планами на будущее?

Я старательно обходила случившееся в подсобке. Это неприятно.

– Снежана, Мне жаль, что всё так произошло, но я здесь не за этим. Точнее, не только для того, чтобы вымолить у тебя прощение. – Макс приблизился, опёрся о столешницу, чуть подавшись в мою сторону. – Но будь уверена,  я тебя не отпущу.

– Ты здесь надолго? – проигнорировала я эту тираду.

– Хочешь сказать, мне здесь не рады?

– А ты как думаешь? Гостиница за счет фирмы, суточные тоже… Или у тебя полный безлимит? Бухгалтерия одобрит.

– Ревнуешь, – заулыбался Макс выпрямляясь.

– Перебьёшься. Лучше расскажи, что привёз. Какой товар?

– Работа …Это важно, – снова ухмыльнулся мужчина. – Документы у Маргариты. Сейчас она их в базу забьёт и тебе отдаст.

Я понимающе кивнула, потому что не Вознесенскому это разносить. Барин переломится, мозоли набьёт. Думала, что Макс перестанет говорить о нас и остановится на работе. Но видимо, сам он так не считал.

– Шеф пообещал тебе место заместителя?

Хороший вопрос. И задан верно. Но отчего же бывший сжал пальцы добела?

– А он тебе не сказал?

– Не остри. Знаешь, в чём твоя главная ошибка?

– Интересно, в чём же?

– Ты забываешь, что у Игоря дочь, а не сын. И ей совершенно не нравится дело отца. Есть шанс, что семейное предприятие придётся возглавить мне.

Жирный намёк на положение дел? И как же я такого червяка сразу не разглядела?

– Ну, об этом все знают. – Я придала лицу скучающий вид. На самом деле ситуация была далеко не сказочной. И в очередной раз мысленно подбирала слова, призванные помочь  преподнести Игорю Андреевичу увиденное. Вдруг будущее предприятия он видит за племянником? А дочка будет владеть пакетом акций, получать деньги и их же транжирить. Тогда получается, что если я плохо объясню, меня уволят. Если промолчу, то эта же перспектива может ожидать в далёком будущем. Я, конечно, увольняться пока не собираюсь, но обезопасить себя стоит. И чисто из принципа хочется насолить этому зарвавшемуся человеку.

– Так что у тебя здесь за дело? Вознесенского подсиживаешь?

– Типа того. Ты же знаешь, что у меня тут родня?– Моя ложь ради дела, это не выдумка, а так, сокрытие информации ради выполнения задания. О, как завернула!

– Помню. Решила остаться?

– Почему бы нет. Мне здесь нравится. Присмотрюсь, может, и останусь.

– Врёшь.– Кривая ухмылка отразилась на лице Макса. – Я знаю цель твоего приезда. Продажи просели. Не может дядька принять факт наличия жёсткой конкуренции.

– А раз знаешь, не спрашивай. – Я тоже умею огрызаться. Что же мне сегодня везёт на придурков, а? Виктор, теперь Макс…

– Злишься?

В этот момент телефон Максима зазвонил и тот сразу снял трубку, продолжая смотреть на меня с насмешкой и превосходством:

– Да, Сергей. Жду у тебя в кабинете. Торопись, времени нет.

– Это Вознесенский?– Приятно было переключить разговор, пустив его в иное русло. А сейчас придёт ещё один член шайки. Как-то некомфортно мне с ними сегодня. Уйти? Пока рано. Нужно посмотреть, что за товар поступил.

– Он самый.

Макс щёлкнул клавишей выключателя, и мы замолчали, ожидая Вознесенского. К моей радости, бывший не стал долго задерживаться, а почти сразу же уехал. Сергей вызвался его проводить, и я вздохнула спокойно. Дождалась, когда Марго занесёт поступление, а потом принялась размышлять. И, признаться, было над чем.

И всё же я была рада, что бывший бойфренд не бросился с извинениями и объятиями. А то, на что он намекал, без труда вписывалось в моё новое представление об этом человеке.

Глава 19

Снежана

Настало время отправляться домой, и я не стала задерживаться. День был тяжёлым, богатым на события. А там Глафира, родная, упрямая и уютная одновременно. Она-то точно меня ждёт без каких-либо условий. Пока шла, опасалась, что встречу Дана, но этого не произошло. Знакомый внедорожник стоял, а хозяина рядом не было. Не стала вертеть головой в поисках владельца машины, ни к чему это. Села в тётину иномарку и поехала домой.

Я практически вырулила на главную улицу, когда на телефон пришло сообщение от Фёдора: «Как насчёт вечеринки? Решилась?»  А что, собственно говоря, я теряю? Глаша после снятия гипса летает, как на крыльях. Неизвестно, получится ли выбраться в воскресенье на природу. Сидеть дома одной хорошо, но зимой или в дождь. Сейчас точно не подходящая погода для подобной хандры. Хочется прогулок, свежего воздуха, признаний… Ох, нет. С последним я погорячилась. И без того перебор.

«Договорились»,– таким был мой ответ. А уж когда мчалась по проспекту с открытыми окнами, а ветер трепал мои волосы и вовсе расхохоталась. Синицын прислал сияющий смайлик. И ведь мы оба знаем, что его стремление ухаживать не из-за меня самой, а результат обычного спора. А всё равно приятно.

Я даже стала громко подпевать иностранной песне, льющейся из динамиков, хотя ни слова не понимала. Какая разница, чем поднимать настроение. На подъезде к дому, мой голос резко оборвался. Всё потому что у нашего забора припарковалась большая чёрная машина. Холодок пробежал по спине, и тут же бросило в жар от понимания, что обозналась. Это не Даниил. Может, Виола приехала в гости? После того как Глафира рассказала о её подозрениях насчёт родни подруги, я иначе оценивала их отношения. Знала ли человечка, какие мысли бродят в головах её мужчины? Лично я сомневалась в честности женщины. Или я неправа? Как общаться с той, что обмануло твоё семейство? Кажется, я плохо разбираюсь в людях. Хуже, чем считала до недавнего времени.

Быстро поднялась по степеням, открыла дверь. До моего слуха донеслись напряженные голоса из гостиной. Мужской определила сразу, хоть с его владельцем мы встречались всего лишь раз. А ещё запах. В прихожей разливался аромат самца. Волка. Клима Белова.

И как мне поступить? Стоит показаться или прошмыгнуть к себе? Пока решала, раздался голос Глафиры:

– Снежа, не топчись. Заходи.

– Здравствуйте! – Я сама вежливость.

– Доброго дня, Снежана, – бархатным голосом отозвался Клим.

Какие нотки! Да ему бабы будут деньги платить, только чтобы он на ночь желал им по телефону спокойной ночи! А за секс по телефону и вовсе озолотится.

Тётя сидела в кресле и взглядом сверлила стоящего у окна гостя. Я прошла к Глаше, поцеловала её в щёку.

– Не помешала? – поинтересовалась я, дабы разрядить обстановку. Сама вижу – помешала. Нахохлившаяся и кажущаяся независимой Глафира и притворно-спокойный вервольф лично у меня вызывали…умиление. Прошлое прошлым, но разве между ними не искрит?

– Присядь, – родственница указала взглядом на соседнее кресло. Я послушалась. Думала, оборотень был против моего внезапного появления. Всё-таки явился, когда тётя была одна. Но мужчина удивил. В глазах Белова проявился интерес относительно меня. Хотелось бы знать, о чём он думает?

– Снеж, возник вопрос. Клан Беловых намерен выкупить землю, на которой сейчас стоит их производство. А я против. Аренда и точка. Что ты думаешь по этому поводу?

Хм…Вот как это называется. Может, настоящий интерес Клима ко мне вызван клановыми перспективами? Подмигнёт, улыбнётся, девчонка и клюнет на вервольфа. У-у-у, мохнатый!

– Я? – На этот счёт особых возражений не было. – Раз ты против, то и я тоже.

Спрашивать, почему Глафира не поинтересовалась мнением мамы, не имело смысла. Они всё равно заодно.

– Вот видишь, Клим, – улыбка оборотницы была сродни оскалу. Милому такому, многообещающему. Хочешь – зубами клацнет, хочешь – руку по локоть откусит. – Ты напрасно приехал. Ближайший пару десятков лет у нас нет желания расторгать с вами договор.

– Ну почему же напрасно, – ухмыльнулся волчище, – я для себя уяснил очень важную вещь. – Взгляд мужчины был скорее ироничным, нежели недовольным.

Я заподозрила, что настоящей причиной этого визита является вовсе не желание поторговаться. Глаша, вот из-за кого он приехал. Или это мои наивные фантазии. Мне стало интересно, о чём речь. Но тётя обрубила:

– Рада за тебя. А сейчас извини. Снежка, ты голодная?

– Немного. Не переживай, от меня не убудет. – Я искренне улыбнулась тёте. Но она своими словами сходу приклеила мою улыбку.

– Растущий организм голодать не должен.

Я растущий? Мне двадцать пять!

Украдкой бросила взгляд на вервольфа… Судя по лицу мужчины, тот был с Глашей солидарен! Смотрел на меня как на…волчонка. Дожила.

– Ну ладно, Клим, пока. Нужно девочку кормить. Сам понимаешь, она с работы, а нам с ней есть что обсудить.

От удивления я едва не подпрыгнула. Ну, Глафира! Я сразу пожалела, что так рано вернулась. Так качественно выпроважить гостя ещё суметь нужно! И как быть? Если пригласить его на чашку кофе, тётя не поймёт. Обидится. Но ведь нужно что-то делать.

– Ну я пойду, переоденусь. – Быстро подскочила, чтобы Глафира не успела меня остановить. А чтобы её порадовать, попрощалась с вервольфом. – Всего доброго.

Даже если тётя поймёт, что сбежала я не просто так, придраться будет не к чему. Я уходила, а за спиной продолжалась беседа:

– Ну что же, раз больше нет вопросов, то всего доброго. – Добродушным голосом Глаша словно указывала на дверь. Подозреваю, выражение лица оборотницы сейчас слаще мёда. – Надеюсь, мы поняли друг друга.

– Знаешь, Глаша…

Хотелось обернуться и даже подслушать. Но я не позволила опуститься до такого. И сгорая от любопытства, свернула в туалетную комнату. Открыла кран и дважды нажала кнопку смывного бачка. Я здесь за делом! Но прежде чем всё это провернуть, до меня донёсся подозрительный шум. Кажется, что-то прогремело, затем послышалась возня.

Улыбка расплылась по моему лицу. Тётя сопротивляется. Так держать! Я поспешила уйти к себе, продолжая сгорать от любопытства. Думаю, если что-то пойдёт не так, Глаша молчать не станет. Но кажется мне, что вервольф её не обидит.

Переодевалась медленно, давая возможность пообщаться двум оборотням. Ну раз до меня у них всё гладко шло, так, может быть теперь, придут к какому-нибудь выводу вместе? Я на это очень надеялась. А когда послышался звук двигателя, поспешила на кухню к Глафире. Припухшие губы тёти, румянец и упрямый взгляд сказали о многом. Порадоваться не успела.

– Ремень по тебе плачет, – заявила Глафира. – Садись.

Я покаянно чмокнула тётю в щёчку и скользнула за стол. Сама могла накрыть, тут проблем нет. Но блеск глаз оборотницы, её быстрые движения, поджатые губы и умение управляться ножом не оставили выбора. Глаша нервничала, а в такие моменты лучше её не трогать. Движения ножом были быстрыми, словно не колбаса попалась в руки, а хвост того наглого волка, что посмел заявиться в наш дом. За колбасой в ход пошёл сыр, батон. От ударов ножа о разделочную доску и огурец задёргался, за что тут же был пойман тётей. Мои глаза всё больше округлялись. И когда несчастный овощ был зарезан «до самой пупочки», я решилась на подвиг. Глафиру нужно отвлечь. Выход виделся мне только один.

– Он ведь из-за тебя пришёл, да? Дело не в аренде.

Волчица резко обернулась, сверкнув глазищами. Держа нож в руке поинтересовалась:

– Снеж, ты куда лезешь? Я же просила! – она махнула рукой, позабыв, что в ней нож. Я непроизвольно дёрнулась. Тётка, уловив моё нервное движение, спохватилась. – А, это…Извини. Так зачем ты это сделала?

– Глаш, дай ему шанс, а? Он ведь любит тебя.

– Клим об этом тебе сам сказал?

– Нет. Но я не слепая, – я поднялась, чтобы отобрать у родственницы нож из рук. – Сядь, а то без пальцев останешься.

После моих слов Глафира обратила внимание на горку нарезанных продуктов.

– Ну что же…будем есть.

– Ага, – согласилась я, хрустя огурцом.

Тема Клима больше не поднималась. Мы обе стремились избегать щекотливых моментов, но не вышло. Беловы, так или иначе, напоминали о себе.

– Как продвигается твоё расследование?

– Кажется, у меня что-то наклёвывается. Я видела, как Макс отгружал Вознесенскому товар, которого не было в накладных.

– Да? – Тётя перестала жевать, сразу уловив суть. – А где это было, раз ты увидела?

– Склады на окраине. Ближе к реке.

– Не поняла. А ты что там делала? Только не говори, что следила за Серёгой.

Это был сложный момент признания о странном поведении братцев Беловых. Я не знала, как относиться к случившемуся. А главное, зачем всё это. И чем обернётся. Ведь если всплеск эмоций Дана уловил Виктор, то как насчёт остальных родственников? Проблем не хотелось. А если так, то замалчивать не хотелось. Кто у нас главный специалист по местным вервольфам? Точно не одна любопытная полукровка.

– Глаш, тут такое дело, – я с сожалением отложила недоеденный кусочек колбаски, отодвинула в сторону тарелку с зеленью. И рассказала всё, что случилось начиная с мерзавца и заканчивая Вознесенским с Максом.

Тётя слушала не перебивая.

– То есть, гадёныш пытался тебе угрожать? – негодование грозило вылиться в скандал. – И ты промолчала, когда увидела у нас Клима? Зря Снежа, зря! Я бы Белову всё сказала, что думаю об их блохастой породе.

– А он тут причём? – попыталась я заступиться на мужика. Жалко его стало. Глафира, когда разойдётся, морду и вервольфу способна начистить. Она у нас огонь!

– Неважно! По башке Виктор от дяди бы точно огрести мог. В любом случае твоё похищение не осталось бы без внимания семейки. И я не дам это замолчать. Молодец, что рассказала. Пожалуй, я встречусь с Климом и проясню ситуацию.

Как-то вот не рада я, что по этому поводу она встретиться с оборотнем хочет. А впрочем, был бы повод! Надеюсь, мужчина этим умело воспользуется.

– Э…Ну… А оно и не осталось без внимания. – Самый тяжёлый момент, как не хотелось его касаться. Поцелуи с Даниилом, моя реакция на него, это слишком личное. Как то, что мы годами храним в душе, доставая, чтобы полюбоваться в одиночестве. Даже сейчас воспоминания о произошедшем вызывали жар, дрожь и гнев. Последнее исключительно из-за планов Белова относительно меня.

От внимательного взгляда мудрой Глафиры не укрылись мои метания. Пришлось продолжить.

– А что, собственно говоря, рассказывать? Пришёл Дан и навалял Виктору. Они обернулись волками и подрались.

– Дан? – брови Глаши взлетели, а в глазах мелькнула хитринка. – Вы уж на ты? Милая племянница, не так давно ты фыркала на мажора, окатившего тебя грязью. Что изменилось? Чего я не знаю?

– Чего-чего…Того, что сказал этот вервольф!

Тётя выжидала, придерживая комментарии.

– Сказал, что его тянет ко мне.

– А как же Вика Перова? Дочь альфы соседнего клана.

– Левретка? Она остаётся невестой. А я так, следую рядом, пока мужик не остынет.

– Кобель!

– Я тоже так считаю! – Эмоции, чувства, они бурлили, вызывая желание что-то сокрушить и покусать. Начался оборот и я запуталась в одежде, свалившись прямо под стол. Лучше всех смотрелся топик. Стрингам и бюстгальтеру не повезло – они некрасиво висели, служа немым укором мне, как полукровке. Практически слетевшие бриджи принялась сдирать зубами, вымещая на них всю злость. Тётя вмешалась.

– Снежа, Снежа, – Глафира бросилась ко мне, встав для удобства на колени. – Давно не оборачивалась, да? Приходи в себя! Давай, девочка. Можешь носиться по дому, сколько хочешь. Только не вздумай показываться на улицу. Не вздумай, слышишь!

Я уставилась на тётку. Сейчас, когда запахи усилились, в нос проник аромат колбасы и мужчины. Глафира пахла Беловым, с которым целовалась и обнималась. Волчица довольно заурчала, согласная с тёткой. Клим Белов отличный генофонд! Дан тоже, но он с белобрысой.

– Ну что ты, – голос Глаши стал мягче.

Она протянула руку и погладила мне между ушей. Нагнула голову, чтобы тётке было удобнее чесать. Нравится…ммм

– Я бы на месте будущего альфы не спускала с тебя глаз. А если выйдешь на улицу, то какой-нибудь волчара сможет унюхать. Рано или поздно, но это дойдёт до твоего мажора. И пусть запах волчицы будет наркотиком только для избранного, но ты заранее реши, нужно ли это тебе. Не факт, что твоя половинка живёт в Волчьем Бору. И всё же, Снеж, разберись вначале с собой.

Ткнулась мордой в ладонь Глаши, лизнула её пальцы. Колбаской пахнут, вку-у-усно. А потом понеслась, подбрасывая коврики и сбивая стулья. Спустя час за погрызенные тапки было стыдно. Только тётя совершенно не сердилась. Она умилялась моим проказам и называла щенком. Я-то?! Замуж, замуж её надо! За Клима. А там уж до своих волчат доберутся.

Глава 20

Снежана

«Я задержусь», – отправила сообщение Фёдору и вместо офиса с Глафирой отправилась по магазинам. Усмехнулась, представив, как Синицын докладывает обо мне Вознесенскому, а заодно показывает СМС Марго. Не зря я за щелбан этой выскочке. Нечего перед Максом выслуживаться.

« Всё понял, жду», – прилетело в ответ. Синицын сам того не зная, явился отдыхом от Макса, Вознесенского и закидонов Белова. Последний мне сегодня взял и приснился. Точнее, его волк. Зверь звал, скулил, грозился покусать. И я была благодарна будильнику, позволившему прервать это состояние.

Магазин с неплохой проходимостью помогла мне выбрать Глаша. Именно с ней я советовалась вчера вечером, разрабатывая план действий. Торговая точка была той самой, где можно зайти купить носки, халат, полотенце, а заодно трусы себе и мужу. Последних у нас с тётей не наблюдалось, поэтому решено было присматриваться к женскому ассортименту. В последний момент я уговорила Глафиру остаться в машине и подождать меня. Она личность приметная, а я так, полукровка, чья клановая принадлежность не определена.

– Снеж, если что, скупай всё! Но с умом, – напутствовала родственница.

– Так и сделаю, – пообещала я, закрывая дверь авто.

План, родившийся в моей голове, был прост и почти надёжен. Вчера мне удалось сфотографировать несколько накладных и счетов-фактур. Осталось выяснить фактическое количество товара в точке и проанализировать полученную информацию. Возможен пересорт, скажете вы. Не спорю. Такой вариант тоже рассматривался. На моё счастье в эту отгрузку включили новый вишнёвый комплект, состоящий из пеньюара и трусиков. Мне предстояло выяснить, сколько их, перемерив имеющиеся.

***

– Что вам показать? – услужливая продавщица была мила, молода. И самый главный плюс – она человек. Если уж придётся переодеваться, то, хотя бы не в обществе нюхачей. И ведь воспользовалась спреем, а всё равно нервничала.

– Хочется чего-то особого. Понимаете, мой парень, он… козёл! Засматривается на другую. На оборотницу!

Сочувствие тут же отразилось в глазах человечки. Мне стало стыдно. Но дело есть дело. А если у девочки похожая проблема, глядишь, и она сделает себе приятное.

– Вы хотите, чтобы это было для вас или для него? – уточнила продавщица.

– Для меня, конечно же! Но пусть думает, что для него. – Было немного неудобно за свою маленькую ложь перед девушкой. Но роль отрабатывать нужно.

– Может, вот это платье? Домашнее, очень милое. Напеките пирогов, накормите своего мужчину. У них же всё через желудок начинается, – посоветовала собеседница, предложив … халатик. Коротенький такой, в ромашечку.

– Миленький, – согласилась я. – Но не то.

Поражать и завлекать мужчину, на мой взгляд, ни халатами, ни намёками не стоит.

– Вы хотя бы направьте, – попросила продавщица. Я же старательно изучала ассортимент, выискивая продукцию Flame.

– Может, бельё? – задумчиво произнесла я, ткнув пальцем в ряд разодетых обрубленных манекенов. С неудовольствием заметила чужие модели. И выглядели они не хуже наших. Неприятно, но факт. И всё же это не поколебало моей уверенности в виновности Макса и Сергея. Нутром чувствовала, неспроста эти отношения.

– Очень красивый вариант эти красные атласные трусики и такой же бюстгальтер с широкими резинками и намеренно увеличенным объёмом.– Девушка приставила его к себе, пытаясь продемонстрировать товар.

Смотрелось …очень мило, но не больше. У меня есть такой оттенок, но там ткани минимум. А здесь наряд призван вместить как можно больше груди, скрыв её тканью наглухо.

– Нет, что-то иное. – Пояснять не стала.

Сомнение промелькнуло на лице продавщицы. Скорее всего, она засомневалась в моём намерении что-то приобрести. И несмотря на свои подозрения, собеседница вежливо произнесла:

– Хорошая мысль. Если вы хотите поразить мужчину этим, почему бы нет. Сейчас покажу, что есть именно вашего размера. Вон тот белоснеж..

– Нет! Только не белое. Не хочу сливаться с простыней.

И тут девушка густо покраснела. Вот она, её главная проблема – стеснительность и старомодность. Хотя с другой стороны, у меня этих черт характера нет, только личное счастье всё в том же месте, что и у продавщицы. Застряло глубоко и надолго.

– Ой! А у нас новое поступление. Только привезли. Я ещё не развесила, но уже видела, что там. Цвет спелой вишни вам нравится?

– Вишнёвый? А, давайте! – Представление явно затягивалось.

Два, всего два комплекта нашлось в магазине. Находясь в примерочной, посмотрела фото накладной. Официально мы поставили сюда лишь одну позицию товара. Владелец магазина пока что осторожен. Или Макс не даёт разыграться аппетиту и постепенно приучает к своим поставкам. Изучает спрос, налаживает контакты? Просело только здесь и нигде больше. Проба возможностей, не иначе.

– Ну что? – в очередной раз поинтересовалась девушка.

– Беру. Оба! – вынесла я свой вердикт, находясь в примерочной.

– Но ведь один из них вам немного великоват.

– Про запас. Вдруг поправлюсь. Или, мало ли, порву, – выкрутилась я.

– Пожалуй, в следующий раз я себе тоже такой возьму, – донеслось тихое бормотание человечки.

Расплатившись, я поспешила к Глафире.

– Держи, это тебе, – я протянула тёте тот самый комплект, что побольше.

– Хм…– Она заглянула внутрь подарочной упаковки. – Миленько. А у тебя какого цвета? Тоже вишнёвый? – Вопросительный взгляд в мою сторону. – Мы что, будем как двое из ларца?

– Почему? Спим-то мы с тобой по отдельности,– напомнила я.

Глафира кивнула.

– Ну что, тебя на работу подбросить или домой?

– На работу. Нужно создать видимость деятельности, – ответила я, уже готовясь к разговору с шефом. Это ведь вопрос времени, когда с ним связаться. Сегодня или завтра.

– Слушай, Снеж, может, мало одного доказательства?

Мы сделали ещё одну закупку. На этот раз посетителем была Глаша. Мне же оставалось догадываться, что она там приобретёт. И я удивилась, обнаружив ещё один вишнёвый комплект.

– А там больше ничего не было?

– Не парься, износишь, – парировала Глафира, пряча улыбку.

– Конечно, – ели сдерживая смех, ответила я. Третье доказательство приобретать не стали. Достаточно.

Тётя высадила меня перед знакомой пятиэтажкой, отданной под офисы, и уехала. Я помахала ей вслед рукой и направилась к временному месту работы. Настроение было просто отличным. Погода стояла чудесная. Задача, поставленная шефом, была выполнена в кратчайшие сроки, так что обещанное повышение уже не за горами. Неожиданно стало жалко Глафиру. Мне ведь придётся уехать, а она снова останется одна. А как же мой план по устройству счастья тёти? Я ведь думала, что впереди целый месяц, а то и больше. Нет, сегодня я ничего не скажу шефу. Продлю пребывание. И потом, это может быть не единственная причина падения продаж. И какова роль во всём этом Вознесенского? За что продался? Хотя, о чём это я. Мы все работаем за деньги. А кто-то за них же способен предать. Ничего нового.

Глава 21

Снежана

– Ну что, вечером заеду за тобой, готовься,– пообещал Фёдор, глядя на меня так ласково и призывно, что не знай я об истинных мотивах, никогда не поверила в его игру. Пёс был убедителен и натурален до кончика спрятанного хвоста. Марго только хмыкнула, но комментировать не стала. А зря. Я бы Федьку подразнила.

– Я и сама доберусь. Только адрес дайте. Рит, ты где живёшь?

– Да заедет Федя за тобой, не переживай. Все уши прожужжал, – неожиданно заявила девушка. – Клеит тебя как может.

Последнее замечание я проигнорировала. Знаю, чего он хочет. Готовь лоб, Марго.

– А Маша (продавщица окон) там будет? – поинтересовалась я, чтобы сменить тему.

– Куда она денется! Все наши в сборе.Так что готовься, будем тебя знакомить.

На этой весёлой ноте мы расстались.

Собиралась я недолго. Решила, что раз посиделки на дому, то и вид должен быть соответствующий. Джинсы и футболка в таком случае самая незаменимая одежда. И спустя два часа Синицын заехал за мной на сверкающем… вишнёвом мотоцикле.

– Вот это байк! – воскликнула я, принимая из рук Синицына синий, украшенный огненными разводами шлем. – А ты крут!

– Должен же я произвести на приезжую девушку впечатление, – довольно улыбнулся Фёдор, застёгивая ремешки.

– Произвёл. – Я не сдержалась и улыбнулась в ответ. Подобного приключения точно не ожидала. – Сто лет не каталась! – взвизгнула я от восторга, когда мы рванули с места.

– Не думал, что ты такая древняя. В виду не скажешь, – попытался острить Синицын. Его слова вызвали у меня лишь смех. Пожалуй, вечер начался лучше, чем я предполагала.

– Прокатимся по городу? – предложил мой спутник.

– Без проблем! – крикнула я, едва не пища от восторга. Мы мчались, лавируя между машинами. Один раз даже мне показалось, что на светофоре обогнали машину Виктора. Но оглядываться было попросту некогда. Я уцепилась на талию пса и спряталась за его широкую спину, чтобы не свалиться. Вдруг потеряет на поворотах.

Мы подъехали к обычному деревянному дому за плотным дощатым забором. Запах шашлыка и дым костра будоражили наше воображение и наверняка соседское. Я сглотнула слюну и спрыгнула на землю.

– Ну как? – поинтересовался Фёдор.

– Здорово! Мне понравилось, – призналась я и не лукавила.

На это заявление Синицын положил мне руку на плечо и, склонившись к уху прошептал:

– Детка, обещаю тебе, мы покатаемся ещё. И не раз, если захочешь.

Сказанное прозвучало двусмысленно, но я решила не заморачиваться над каждым словом. В компании оборотни, наверняка нас слышат. Пусть Фёдор порадуется. Но чтобы пёс не зазнавался и не придумал лишнего, пихнула его рукой в плечо. Забываться не стоит.

Стоило нам войти через калитку, как раздались радостные приветствия:

– Опаздываете! – крикнул кто-то из парней.

– А вот и вы, – Марго была сама любезность. Шортики, топик и кружевной белый фартук явно со школьных времён, два хвостика по бокам, создавали ощущение девочки-одуванчика. Этакая фигуристая невинность. Но выглядит заманчиво, заявляю со всей ответственностью.

– Привет, – поздоровалась я сразу со всеми.

– У нас новенькая? – сразу сориентировался незнакомый рыжий парень.

Лис? Какая тут всё же интересная компания. Разношёрстная.

– Ромка, ты опоздал, – раздался весёлый голос Маши. Девушка в этот момент раскладывала одноразовую посуду на стоящий под яблоней стол. – Федька уже приватизировал себе Снежану.

Рука Синицына легла на мою талию притиснула к мужскому боку, словно подтверждая слова девушки. Так как сказанное здесь может быть услышано, я попросту ткнула пальцем под рёбра пса. Хватка ослабла. А вот улыбаться наглец не перестал. И держа в одной руке телефон что-то быстро набрал. Сообщение « Не забудь! Пусть все думают, что мы вместе!» прилетело незамедлительно. Завершало это чудо-послание умильная рожица. «А разве глядя на нас они об этом не подумали?» – ответила я и приложила смайлик с высунутым языком.

– Говорите, что нужно помочь, – произнесла я, стараясь отделаться от излишнего внимания.

Мы с Синицыным успели вовремя. То есть, к самому концу приготовлений. Я быстро освоилась и уже через какое-то время знала, кого и как зовут. Парни шутили, кто-то незаметно пытался принюхиваться. Но почувствовав мой запах, у некоторых проскальзывало удивление. Не понимали, как с пустой самкой мог сойтись пёс?

А не ваше дело!

– Давайте по рюмочке! – послышалось на улице.

Я в это время мыла на кухне петрушку и укроп. Стряхнув воду в раковину, повернулась, чтобы идти ко всем. И совершенно неожиданно для себя заметила Фёдора. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и задумчиво посматривал на меня. Не услышала его шаги, это плохо.

– Идёшь? – Взгляд мужчины пробежался по мне с ног до головы и остановился на лице.

– Пожалуй, – сделала шаг навстречу. Но когда приблизилась к приоткрытой двери, пёс не двинулся с места. Лёгкий запах алкоголя коснулся моего носа. Всё, мужчины приложились к стратегическим запасам.

– Пришёл поддержать легенду,– улыбнулся Фёдор. – Давай сюда, помогу.

– Валяй. – Я вручила ему пучок зелени. Наши руки соприкоснулись. Пальцы пса оказались горячими, как у всех оборотней. Но дотронуться ещё раз до них не тянуло. Этот экземпляр мне точно был безразличен как мужчина. А как собеседник очень приятный.

– Шагай,– скомандовала я полушутливым тоном. Умом понимала, что с чужим мужчиной заигрывать всерьёз не стоит. Не хочешь отношений, будь осторожна. Хотя… Разве я что-то теряю? Это взаимный флирт, не более того. Мне, как девушке одинокой, он очень даже полезен.

– Не переживай, это вписывается в общую картину.

– Если только в общую, – иронично заметила я и подтолкнула Синицына. – Нас там ждут, слышал призыв?

– Вполне, – полушутя ответил Фёдор, поддев согнутым пальцем мой кончик носа.

– Двигай веселее, а то неправильно поймут наше уединение.

Засмеяться пёс не успел. Приближающиеся шаги мы оба хорошо расслышали.

– Федь, Снежана, вы где? – послышался голос Маринки. Заботница, предупреждает нас о своём появлении. Только мы и без того знали, кто именно заглянет. Шумная она, поступь тяжёлая.

Не знаю, что подумал в этот момент оборотень, но я точно была рада выйти к народу и освободиться от уединения с псом.

Я совершенно не удивилась, что Фёдор уселся рядом, по-хозяйски закинув руку на спинку скамьи позади меня. Признаться, очередная столь выраженная попытка показать всем мою принадлежность стала надоедать. Это временно, а Синицын забылся. Позже последовал второй тост, и положение пса изменилось.

Вечеринка была в самом разгаре. Марго оказалась неплохой хозяйкой: не выпячивалась, но и не забывала о гостях. Я расслабилась, то и дело болтая ни о чём с новыми знакомыми. Народ подобрался мирный и затейливый. То и дело звучали смешные анекдоты, музыка, некоторые даже танцевали. Всё это смотрелось довольно мило, особенно на фоне темнеющего неба.

Эх! Завтра выходной. Отлежусь, уберусь, а там с Глашей решим, куда двинем в воскресенье. Хотелось побегать на природе, порезвиться. И то, что я вчера устроила, явилось результатом моей неразумности. Нужно зверя выгуливать, а не за компьютером допоздна сидеть и работать.

– Рит, ты не против, если я поставлю чайник?

Вино как-то быстро пить перехотелось. Мне была важна компания, а не неустойчивое шатание нетрезвого тела. А вот чаёк с мятой лучше всего в такое время.

– Снежана, поставь сама, ладно? – отмахнулась захмелевшая девушка. – Он там, у окна.

Я сорвала листочки у примеченного кустика мяты и направилась в дом. Уже стемнело, но пока уходить не хотелось. С улицы доносился смех и музыка, здесь же было тихо и спокойно. Без труда нашла чайник, налила в него воды и нажала кнопку. Пожалуй, ещё час и нужно собираться.

– Наконец-то ты одна, – раздался голос прямо за моей спиной. Вздрогнула и тут же обернулась.

– Слушай, как ты умеешь подкрадываться. Научи,– я попыталась отвлечь внимание оборотня. Присутствие подвыпившего пса нервировало. Мне вообще надоело подыгрывать Синицыну. Это напоминало шутку, над которой два раза подряд смеяться скучно. Меня же за вечер Фёдор просто достал. Не скажу, что он не давал мне прохода. Но ничего хорошего я в этом не находила.

– А мне нравится, как ты пугаешься,– глаза пса довольно блеснули. Синицын попытался меня обнять, но я не позволила.

– Остынь. Здесь нет свидетелей.

– Они мне и не нужны, – наглая ухмылка расцвела на лице оборотня.

– Убери руки, – попросила спокойным тоном, чётко и внятно проговаривая все слова. Волчица обеспокоенно заворочалась, скалясь и рыча.

– А девочка с характером. – Фёдор всё верно понял, но рук не убрал. В голосе пса зазвучали неприятные нотки. – Думаешь, не достоин?

– Я ничего не думаю. Отпусти.

– Непременно, – криво улыбнулся Синицын и попытался обнять крепче, понуждая запрокинуть голову. Пьяное дыхание мужчины показалось мне отвратительнейшим из запахов. Целоваться захотелось?

Я вцепилась ногтями что есть силы в его руки, пытаясь оторвать от себя. Провела по широкой шее мужчины, ухватилась за уши, а волосы дёрнула. Кажется, кому-то основательно проредила макушку

– Что ты делаешь, ненормальная? – зашипел от неожиданной боли оборотень, хватаясь обеими руками за голову.

Я же отскочила в сторону и бросилась к выходу. И уже там, спеша коридором, столкнулась с Марго.

– Снежана, ты чего? Ошпарилась что ли? – по-своему расценила мой вид Кислицина.

– Всё в порядке. Скажи лучше свой адрес. За мной уже едут.

– Вишнёвая пять, – тут же отозвалась девушка.

Что? Снова вишнёвый?

– Спасибо! Всё было чудесно. В понедельник увидимся. Пока! – выпалила я и выскочила на улицу. За спиной уже раздавался топот, когда я выбежала за калитку. Плевать, если кто-то заметит наши с Фёдором манёвры. Пусть думают, что я на него за что-то обиделась. А так и есть! Только в чем причина, знаем только мы.

Глава 22

Снежана

Улица, на которой жила Марго, петляла, словно её разметку наносили по заячьим следам. Я не стала вызывать такси прямо к дому, предпочитая отойти на приличное расстояние. А то начнутся расспросы, что да почему. Появятся провожающие. К тому же мне не давала спокойствия возможность пса передвигаться бесшумно. Пьяный оборотень сам себе враг, а на меня у него какая-то нездоровая реакция. Синицын своим поступком просто раздражал!

Окативший летней прохладой ветерок немного остудил моё возмущение. Оборачиваться и раскидывать свои вещи по улицам не хотелось. Не было у меня такой привычки – разбрасываться нижним бельём в непонятном месте.

Где-то за спиной раздавались смешки, послышалось обращение к Фёдору. Кажется, он задержался. Надолго ли, неизвестно. Ждать Синицына я точно не собиралась. И если правильно поняла пса, сработал инстинкт охотника. Не самый лучший вариант, но ничего не поделаешь. Давненько я не сбегала от назойливых кавалеров. В последний раз лет пять назад, когда моей волчице пришлось удирать от незнакомого самца. Чудом спасли братья!

Извилистая дорожка вывела на довольно широкую, ярко освещённую улицу с остановками и работающими магазинами. Я облегчённо вздохнула, усмехнувшись собственной везучести. Набрала номер такси и продиктовала номер ближайшего дома. Уселась на скамейку и принялась ждать. Пятничный вечер подталкивал жителей Волчьего Бора на подвиги, а потому в это время суток праздношатающихся было много. Особенно если учесть, что неподалёку мерцала вывеска небольшого ресторанчика. Запахи еды, носившиеся в воздухе, меня совершенно не отвлекали. Я была сытая и немного злая. Впрочем, ситуация с псом временами вызывала нервный смех. Он думал, что я растаю от внимания? Прокатил на байке и всё, «Федя, я ваша навеки?» Дудки!

Я засмотрелась спешащее такси, но оно прокатило мимо. В ожидании машины перебралась поближе к магазину, снова присела на скамью. Синицын отстал или передумал, что не могло не радовать. Вот и хорошо! В понедельник полный игнор ему! А приз…Нет, не хочу, чтобы кобель бил по лбу слабую Марго. Обойдётся. Я достала телефон и быстро набрала СМС « Ты выиграла, я на него не клюнула». Пусть сами между собой разбираются.

Похоже, я всё-таки устала, раз пропустила появление пса. Оборотень был метрах в десяти, когда попался мне на глаза. Он был очень, очень недоволен. Более того, Синицын был просто зол, толкая плечом нечаянно зазевавшихся прохожих. Неужели компания подняла его на смех или дело в моём отказе? Вот придурок! Разве каждая девушка, что ему понравилась, обязана выполнять любую блажь? Обойдётся!

Договариваться и выяснять отношения с пьяным псом, не было никакого желания. Поэтому я перепрыгнула скамейку, на которой сидела и рванула в сторону остановки. Синицын, видя манёвр, припустил за мной.  Как хорошо, что я сегодня надела кроссовки!

Проскочив мимо магазина, я добежала до ресторана, миновала его… Рык за спиной подхлестнул. Не страх, но азарт бурлил в моей крови. Волчица требовала оборота, чтобы встретить паршивую собаку во всеоружии. Вот если такое случится, возможно, и изменюсь. А сейчас пусть попробует догнать!

Наверное, мне всё-таки не стоило пить. Визг колёс затормозившей машины прошёлся по нервам, словно ножом по стеклу. Я остановилась и обернулась, уже испугавшись за неугомонного пса. И тут же оказалась пойманной упёртым Синицыным.

– А ну отпусти! – грозно зашипела я, ткнув кулачком Фёдора под дых. Пёс даже не поморщился.

– Мы на проезжей части, открой глаза. Или у вас так принято? – с ехидством отозвался оборотень и сдвинул меня с места. Вернее сказать, приподнял и поставил чуть левее. – Правила знаешь?

– Слушай, отвали, а? Чего ты ко мне прицепился?!

– Это ты мне сказала? – удивление и недовольство слилось в едином вдохе. – Да откуда ты взялась такая мелкая и вредная? Скачешь, как блоха, строишь из себя!– Пёс уцепился за мои плечи и навис сверху, в очередной раз обдав винными парами.

В наше противостояние неожиданно ворвался рык. Он достиг наших ушей, а также тех, кто гулял в районе видимости. Стёкла в домах не задрожали, а вот сигнализация у некоторых машин сработала.

– Руки убери! – сказанное спокойным тоном привлекло внимание. О! Спокойствия в глазах того, кто был неподалёку, не было ни капли. Я заметила, как нервно пульсирует жилка на шее вервольфа, как темнеют его глаза, глядя на застывшего дурной дубиной пса. Рот, который неистово целовал меня, сейчас нервно дёргался, выдавая бурю эмоций Даниила. – Вали отсюда, но завтра явишься.

Пёс дёрнулся, но не ушёл. Лишь послушался вервольфа и отпустил меня, а заодно сделал спасительные полшага назад. Даже я ощущала силу будущего альфы, что говорить про Синицына. Данная природой, она била по нервам и воле Фёдора.

– Она моя девушка, – с вызовом прохрипел пёс, всеми силами стараясь удержаться.

Я даже удивилась такой упёртости и тут же пожалела Синицына. Идиот, против кого прёшь? Но оборотни презирают слабых противников и, похоже, именно таким и не хотел выставить себя незадачливый коллега. На мой взгляд, держался он из последних сил. Только сочувствовать псу я не собиралась.

Дан так же удивился, отреагировав на слова приподнятой бровью. Синицын же решил подкрепить своё заявление …нашей перепиской. Это я его недавно пожалела? Вот стручок мохнатый! Быстро выхватив суть сообщения, оборотень направил своё повышенное внимание в мою сторону. Обжигающий взгляд вервольфа мог испепелить. Похоже, теперь настала моя очередь бояться? Ничего подобного! Мне незачем оправдываться. А если кто-то копит претензии, то пусть пораскинет мозгами, имеет ли он право что-то от меня требовать.

Я непонимающе подняла брови и, не скрывая иронии, посмотрела на обоих. Ждут, что кинусь что-то им пояснять? Перебьются. Оборотни сверлили меня взглядами, а я мечтала поскорее смотаться отсюда. Подальше от непонятных самовлюблённых мужчин.

В этот момент дверца машины открылась, тут же приковав к себе моё внимание. Да уж… Несравненная левретка оказалась довольно неприятным сюрпризом. Вот чего она привязалась к оборотню? Таскается везде за ним как за своим. Моя волчица недовольно заворочалась. Рядом с достойным её самцом ошивается непонятно кто. Нужно исправить! Я проигнорировала порывы мелкой задиры, сконцентрировавшись на довольно симпатичной блондинке. Сегодня Вика Перова была в коротком серебристом платье и на шпильках. Словно побывала на вечеринке или на банкете.

– Белов, мы тут надолго?

Я уловила вспышку недовольства на лице вервольфа. Будто он забыл о существовании невесты, а она не вовремя напомнила. Ха! Только сейчас я заметила, что сам Даниил выглядит несколько иначе, чем днём. Не тот формат одежды.

Сдерживая ухмылку, я не удержалась:

– Интересно, какая кухня в местном ресторане? – Скорее всего, Белов с подружкой едут именно оттуда. А тут я со своими разборками. Надо же, второй раз мне помогает.

– Нормальная, – ответила вместо Дана левретка. – Что стоим?

Смотреть на "серебристое чудо" не хотелось. Ну не нравилась она мне, прямо до зубовного скрежета! Я перевела взгляд на пса и поразилась изменению. Синицын выглядел жутко, хоть пока ещё держался на ногах. И стоит ли удивляться, что прекративший давить Белов явно чувствовал себя победителем. Словно он одним махом вырвал меня из лап настойчивого поклонника, а заодно победил его по всем фронтам.

– Садись в машину, – бросил через плечо Даниил, так и не повернувшись к девице.

Недовольство и даже растерянность промелькнула на холёном лице оборотницы. Левретка потопталась на месте, пытаясь изображать самостоятельную леди, но потом была вынуждена повернуть обратно. Какое подчинение! Наверное, такой же он видел меня? Послушной, приносящей в зубах тапки? За мной не стоит клан, а значит, точно была бы на побегушках. Нет уж, подальше от этой своры.

– Ты домой? – карие глаза, что ещё недавно обжигали, теперь буравили меня, пытаясь проникнуть не только в мысли, но и в душу, а заодно в самое сердце. Эмоции, что были спрятаны на лице вервольфа, я отчего-то хорошо чувствовала. И странное дело, Белов следил за каждым моим движением, жестом.

– Домой,– согласилась я. А какие были варианты? Остаться с Синицыным? Ни за что! Хватит с меня этого вечера.

– Снежана, нам нужно поговорить,– попытался вмешаться пёс. Но под моим взглядом быстро умолк.

– Тогда поехали,– скомандовал вервольф. – Садись в машину.

– А ты? – встревоженно поинтересовалась я, сделав шаг и видя, что сам Белов остаётся на месте. Происходящее всё больше мне не нравилось, а уж глядя на осунувшегося Синицына и вовсе заподозрила неладное. Дан прибьёт его, болезного.

– Я? – лёгкое удивление скользнуло в карих глазах. – Я сейчас приду.

Повторного приглашения ждать не стала. Не нужно дёргать грозного волка за хвост в момент его дурного настроения. Я шла нарочито медленно, заодно прислушивалась, что сейчас произойдёт. Даже промелькнула мысль, что придётся защищать излишне самоуверенного пса. Приблизилась к машине Белова, гадая, как на это отреагирует левретка. Стекло с пассажирской стороны поехало вниз, явив мне холёное личико беловской невесты. Манящий запах веровольфа и противный, до зубовного скрежета, блондинки тут же ударил мне в нос. Она не пахнет, а воняет! Дело даже не в средствах гигиены и косметики. И как Даниил может с такой встречаться? Задохнуться можно.

– Ты с нами? – немного резко поинтересовалась Вика. Она тоже не была в восторге от моего присутствия.

– Вроде бы, – передёрнула плечами. Мне совершенно не хотелось ехать в этой компании. Такси моё наверняка вот-вот подъедет.

– Если думаешь уйти, то сваливай сейчас. – Девица скорчила надменное лицо и стекло поехало вверх. Эта блонда пыталась мной командовать? Конечно. Ей явно не нравилось присутствие других девушек. Мне её тоже и даже очень. Однако я не собиралась следовать чужому приказу. Коварная моя часть неожиданно развеселилась от пришедшей в голову мысли. Устала что-то за сегодняшний день: работа, вечеринка, побег от пса. Поэтому "мило" улыбнувшись левретке, взялась за ручку дверцы. Пусть блондинка "порадуется" наличию посторонней в машине.

Я быстро забралась на заднее сиденье, посмотрела вперёд…А пса уже не было. Лишь Белов, который направлялся к нам. Когда машина тронулась с места, прильнула к стеклу, страшась увидеть переломанного Синицына. Но ничего такого не заметила, как не всматривалась. К тому же неподалёку гулял народ. Значит, Фёдор поспешил уйти, получив напутствия вервольфа.

До моего дома добирались молча, только музыка лилась со всех сторон из динамиков, заполняя пространство. А ещё я сходила с ума от запаха Дана, в то же время злясь на присутствие оборотницы. В какой-то момент ситуация показалась мне просто невыносимой.

– Останови мне, пожалуйста, здесь.

– Здесь? – С того момента, как мы тронулись с места, Белов впервые заговорил. – Кажется, ваш дом дальше.

Скажите, какой любознательный! Всё-то он знает.

– Не очень далеко. Я возьму такси.

– Это был твой дружок, да? – неожиданно встряла в наш разговор левретка. Она повернулась ко мне с хищной улыбкой, которая не обещала ничего хорошего. Иного я и не ждала. В этот момент машина сделала крутой вираж, и девушку сильно мотнуло. – Дан!

– Яму объезжал, – сообщил невесте вервольф. В его голосе не было и капли раскаяния.  Со своего места видела глаза мужчины, и казалось, что он что-то хочет мне сказать. Или понять, что-то важное для него самого.

– Скорее коллега, – равнодушно ответила я девушке, потому что игнорировать её было бы невежливо.

Никто и не подумал мне остановить, поэтому я не стала настаивать. Конечно, совершенно не хотелось, чтобы Вика Перова знала, где я живу. Но эта информация и без того лежит на поверхности. А присутствие девушки это всё же гарант, что сумасшествие между мной и Даном не повторится. Всё слишком запутано. И как бы я ни хотела отстраниться, проблема существует. Меня действительно тянет к этому мужчине.

Путь домой оказался слишком коротким. А когда машина остановилась у моего забора, то показалось, что вервольф даже дёрнулся, чтобы выйти вместе со мной из машины. Стало грустно. И в тот момент, когда Перова положила свою ладонь на руку оборотня, я решилась. Открыла дверь и покинула салон.

– Спасибо! – крикнула, не повернувшись к присутствующим. И пока шла до дома, чувствовала на себе тяжёлый взгляд. Не Виктории, от неё я отмахнулась, как от назойливой мухи. Было ощущение, что Белов вот-вот выскочит вслед за мной.

Хотя…у него невеста. Всё прочее лишь плод моей фантазии.

Уже заходя в дом, я вдруг поняла, что рада окончанию этого дня. Слишком затянувшийся, он отнял много сил. И всё же, несмотря на усталость и внутреннее напряжение последнего часа, я была благодарна вовремя появившемуся вервольфу.

Глава 23

Снежана

Я тихо вошла в прихожую и замерла. Странные непривычные звуки донеслись до моего слуха. И расценить их могла только как истерический смех и всхлипывания одновременно. Сняла кроссовки и, не глядя, отодвинула их ногой в сторону. Быстрым шагом направилась к Глафире. Что там происходит?

– Глаш, всё в порядке? – поинтересовалась я, глядя на пьющую в одиночестве тётушку. Она сидела на полу, на ворсистом ковре. Перед ней на подносе стояла бутылка вина, бокал, а рядом тарелка нарезки форели. – Что празднуешь?

– Нагулялась? – тётушка потянулась за бокалом, сделала приличный глоток. – А я вот скучаю. Представляешь, даже посмотреть нечего.

– Как это нечего, – я присела рядом с Глашей прямо на ковёр, дотянулась до валяющегося в стороне пульта. – А чего это он? Батарейки вылетели. Вот! Всё. Сейчас найдём какую-нибудь старую комедию.

Кажется, состояние волчицы было несколько неадекватным. И дело вовсе не в алкоголе. Оборотница хихкнула и снова уткнулась в бокал. Детский сад, честное слово!

– Сейчас найду мой любимый канал…– мой палец лёг на пульт, нажала на кнопку… Я сразу поняла, что панель показывает Клима Белова. Изображение застыло. – Сейчас, погоди. Сигнал неустойчивый…И снова та же картина. Что это?

С непониманием уставилась на Глашу.

– У нас какой-то сбой?

– Ты думаешь? – веселье плескалось в карих глазах родственницы. – Снеж, выпить хочешь?

– Нет. От чая с лимоном не откажусь. – Пусть выпила за вечер я немного, но алкоголь был уже поперёк горла. Вот-вот забулькает в ушах!

– Пожалуй, нам с тобой следует переместиться на кухню. Эта картина мне уже порядком надоела,– поддержала меня Глафира, одновременно поднимаясь с ковра.

– Так это не ты тут накрутила? Кстати, как удалось провернуть? Классный ход, – похвалила я тётю. Но видя её недоуменное лицо, прекратила петь дифирамбы. – То есть это не ты? – пальцем ткнула в экран.

Глаша демонстративно прошла мимо, виляя бёдрами. И тут до меня стало доходить, что же сейчас происходит. Клим! Только он мог провернуть подобную аферу.

Ну артист!

Щёлкнула кнопкой чайника, а затем к набору Глафиры достала сыр из холодильника, лимон. Оборотница в это же время уселась за стол.

– Может, вина?

– Нет, спасибо. Ты лучше расскажи, как твой Клим пробрался в наш телевизор.

– А чего рассказывать. Поговорила с Виолкой, потом решила посмотреть что-нибудь интересное. Нажала на кнопку. – Для наглядности Глафира взяла пульт и повторила сказанное. Висящая на стене панель вспыхнула… Вы с трёх попыток догадаетесь, кого она нам показала. Клим, собственной персоной. – Вот собака, и сюда пробрался!

– К тебе поближе, – съязвила я, совершенно не желая обидеть любимую родственницу.

– Поближе, говоришь, – Глаша решительно отодвинула бокал. Достала из кармана телефон и что-то там набрала. – Он у меня сейчас попляшет! Клим! Это ты? Не помешала?

Связь была отличная, и какие-то фразы удалось расслышать. В отличие от решительной Глафиры, мужчина был настроен более чем благодушно.

– Нет, ты же знаешь, что для тебя я…

– Чудесно. Как ты объяснишь своё появление в моём телевизоре? В двух?!

– Это сюрприз, дорогая, – с рычащими нотками проворковал вервольф. Мог бы – мурлыкнул, настолько в этот Белов напоминал озабоченного кота.

Чайник вскипел, щёлкнув кнопкой, но я не обратила внимания. Какое там! Мне кажется, Клим затеял игру по завоеванию Глафиры. И что скрывать, эта мысль мне нравилась.

– Шанс, дай ему шанс, – чуть слышно прошептала я, тщательно проговаривая каждое слово.

– Какой сюрприз! Племянница кино весь вечер ждала, а тут твоя рожа. Нам теперь что, до скончания века на неё смотреть?

Я ждала?

Глафира фыркнула и нажала кнопку отбой.

– Кстати, Снежа, а как ты погуляла? Судя по тому, что ты не сбежала через полчаса, вечеринка удалась?

Я в момент речи Глаши пила чай. Но стоило тёте произнести последнее слово, я закашлялась. На вопросительный взгляд любимой родственницы пришлось пояснить:

– Синицын забылся, что это просто игра. Пришлось с ним распрощаться.

– Пёс тебя обидел? – встревоженный взгляд оборотницы заметался по мне в поисках царапин и прочих повреждений. Ох, не поздоровилось бы ему, случись что-то похожее со мной.

– Не смог. – Я впервые задумалась, что могло произойти, если бы Фёдор справился, победил в нашем противостоянии. Гнала от себя эту мысль, а теперь стало неприятно. В каком мутном коллективе я работаю.

– Ему…Белов не дал.

– Да ладно?! – удивилась тётушка. – А он-то, откуда взялся? Караулил?

– Нет. – Ощутила горький осадок от осознания собственной правоты. – Он свою швабру в ресторан возил, а меня спас по ходу пьесы.

– Герой!

Я фыркнула, подвергнув слова тёти сомнению. Такому, как этот вервольф, ничего не стоило припугнуть Синицына.

– Он просто имеет на меня виды, но и от своей подруги не откажется никогда.

– Ну-ну, тешь себя надеждой. Уверена, гипс – это малое, что грозит псу.

Я вздохнула, признавая правоту Глафиры.

– Снеж, оставайся со мной жить. С тобой так весело.

Весело?! Просто обхохочешься.

– Я тоже тебя люблю, – честно призналась Глаше. У кого ещё есть такая замечательная тётя? Только у меня.

Какое-то время мы ещё сидели, а потом отправились по своим комнатам. Я сразу направилась в душ. В голове образовалась пустота и я окончательно осознала, что если сейчас не лягу, то упаду и усну прямо на полу. Усталость как-то разом навалилась. Но ложиться в постель прямо сейчас было бы неправильным. Поэтому направилась в душ, чтобы настроить воду. Открыла кран, и пока холодная вода сливалась, я успела стянуть с себя верхнюю одежду. Уже предвкушала, как тёплые струи коснутся тела и смоют то неприятное, что принёс сегодняшний день, включая прикосновения Синицына.

И тут тишину ночи разрезал Глашин крик.

В чём была, я рванула к ней, даже не задумываясь, как могу предстать перед кем-то ещё. Глафира в опасности, скорее!

– Сволочь! Расчётливая мохнатая сволочь! – донеслось до меня.

Распахнула дверь спальни и…шок, недоумение и смех накрыли меня поочерёдно.

А как нужно было реагировать на присутствие в постели Глафиры картонного макета Клима во весь рост? Сама тётя ругалась, сидя в тончайших кружевах на постели.

– Гад! Какой же он…

– Предприимчивый, – подсказала я, своевременно утаскивая «Белова» с кровати и запихивая его в Глашину гардеробную.

– Снеж, и ты предлагаешь мне с ним помириться?! – возмутилась оборотница.

– Да. Он такой… – я подняла глаза к потолку, подбирая слова. Всё же пусть мы с тётей общаемся на равных. Но всё же неудобно говорить пошлости. – Затейник!

Кажется, кто-то покраснел. Я же поспешила ретироваться.

– Спокойной ночи. Завтра нам рано вставать.

Свой смешок заглушила на корню, а то будет перебор. Мало ли, Глафира обидится.

Глава 24

Снежана

Утром по негласному соглашению мы с Глашей избегали неудобных, волнующих душу тем. И совершенно спокойно отнеслись к тому, что панель любезно нам демонстрировала всё того же Белова.

– Не оригинал, – заметила тётя и отвернулась от экрана.

– Надеюсь, когда вернёмся, увидим что-то другое, – пошутила я.

Глаша встрепенулась.

– Точно! – Она схватилась за телефон, что-то там быстро набрала, отправила. И только потом принялась за свой завтрак.

Погода с самого утра была замечательной. И нет ничего удивительного, что мы поспешили покинуть наш дом. Ехать нам предстояло неблизко. Глафира обещала прокатиться до какого-то небольшого, но удивительного озера. И я ждала встречи с обещанным чудом, вспоминая, а всё ли прихватили. Наскоро собрав сумки, мы погрузили их в машину и отправились в путь. Как оказалось, вчера тётя отсутствовала. И именно в это время она не включала сигнализацию. Сегодня мы всё сделали по всем правилам и сдали дом на охрану.

Остановка на заправке была короткой. После неё довольная Глаша снова красовалась за рулём.

– Ты рада, что мы вырвались из города? – поинтересовалась я, глядя на сияющую родственницу.

– Очень. А знаешь, какая мысль меня сейчас греет? – проникновенно поинтересовалась оборотница и подмигнула зазевавшемуся встречному велосипедисту. Свою канаву он нашёл очень быстро. Надеюсь, травка оказалась достаточно мягкой.

– Какая? – хитрый взгляд тётки о многом говорил. И всё равно о сути я не догадывалась.

– Я велела Белову исправить то, что натворил. Иначе месяц точно не скажу ему ни слова. Даже на возможных переговорах.

– А они будут? Переговоры? – заинтересованно спросила я.

– Нет. Это в теории.

– А…Понятно. – Я представила, как вервольф без нас проникает в дом, настраивает телевизор и незаметно уходит, не забыв прихватить картонного мужчину… – Глаш, сигнализация сработает!

– Ну и что. Его проблемы, – усмехнулась родственница. А я с ней спорить не стала. Да, мне жалко Белова. Но раз взялся покорять такую женщину – дерзай. И потом, ведь он действительно проник в наш дом. Вот пусть и исправляет ситуацию.

***

Незнакомое озеро встретило нас полосой практически заросшего пляжа и небольшим песчаным спуском. Несмотря на довольно скромный вид, место мне сразу понравилось. Вокруг смешанный лес, а в прозрачном озере отражалось яркое солнце. Ароматы трав и пение птиц создавали приятное впечатление. Я раскинула руки и вздохнула полной грудью:

– Красота!

– Какой же ты ещё щенок, – рассмеялась Глафира.

Едва я босыми ногами коснулась сочной травы, как поняла – пропала. Место, наполненное силой природы, поражало красотой и умиротворением. Всего здесь было достаточно: цветов, птичьих трелей и воздуха. Свежего, заполнившего все мои лёгкие. Не до конца осознавая происходящее, я скинула одежду и под смеющийся взгляд Глафиры обернулась. Обежала вокруг тётки, подставила ей голову для нехитрой ласки. А потом отошла в сторону, приглашая родственницу побегать. Она сразу все поняла. И спустя минуту мы резвились, бегая вокруг сказочного озера, берег которого наполовину зарос рогозом и мелким ивняком.

А как было весело спугнуть засевших в зарослях на мели уток! Кажется, я ещё никогда так не радовалась, как здесь и сейчас.

Погода и природа постепенно вымывали из меня события вчерашнего вечера. Я только украдкой вспоминала о проделках Клима. А заодно сочувствовала мужчине из-за упорства обожаемой тёти.

Через какое-то время родственница обернулась. Потёрла то место на ноге, где ещё не так давно был перелом. А затем направилась к расстеленному покрывалу. Мне же загорать не хотелось. Волчица давненько так не веселилась, и лишать её заслуженного удовольствия было бы ошибкой. Натянув на себя то милое безобразие, что именовалось купальником, Глафира разлеглась.

– Снеж, ты только без меня далеко не уходи, ладно?

Я шумно фыркнула, демонстрирую своё отношение к подобным наказам. А потом сорвалась с места, на ходу сбивая бабочек, цветы и топча травинки, оказавшиеся у меня на пути. Добежала до опушки, наступила на раскрывшуюся шишку лиственницы, развернулась обратно и бросилась прямо к озеру. Вернувшиеся утки снова были вынуждены покинуть своё место. Лишь одна зазевавшаяся птица решила быть самой умной. Она сместилась влево, демонстрируя полную независимость. Открытый участок, лишённый зарослей, что может быть интереснее?! Эту дичь есть я не собиралась, то, что мы захватили с собой гораздо вкуснее. А вот повеселиться, это с удовольствием.

Я припала на брюхо и поползла из зарослей поближе к самоуверенной утке. До открытого участка остался всего лишь метр, как вдруг обоняние уловило посторонний запах. Сильный, тягучий, принадлежать такой мог только самцу. Но откуда?! Вытянула шею и завертела головой. Почти сразу наткнулась на стоящего в отдалении волка. Зверь старательно принюхивался, словно почувствовал что-то очень важное. Меня словно прострелило. Огромный хищник просто не мог быть обычным вервольфом. Оборотень из высших!? Здесь!?

Первая волна паники спала мгновенно. За ней пришла другая, вместе с пониманием, что этот грозный волк был мне знаком. Как тесен мир, и кругом одни Беловы!

Сердце задрожало, а затем ухнуло в пятки от единственной мысли – спасение у Глафиры. Там, в сумочке, лежит мой драгоценный баллончик со спреем. Не имело смысла расходовать его на волчицу. А вот на человека – самое то.

Даже не думая о том, что оборотень может увидеть меня голой, бросилась в воду, на ходу оборачиваясь. Вервольф увидит мой голый зад, это не смертельно. Хуже если поймёт, чей запах растекается вокруг. Возможно, аромат мелкой волчицы для Белова окажется не настолько хорошим. Но думается мне, так безопаснее.

Тёплая вода коснулась тела, заскользила по нему, помогая двигаться, сбежать. Дыхания пока хватало, и я постаралась как можно дальше отплыть, не показываясь на поверхность. Оборотень, конечно же, увидел моего зверя. Но надеюсь, пока ещё не понял кто я.

Рывок за ногу был столь неожиданным и сильным, что я забарахталась, хлебнув озёрной воды. Меня резко потянуло обратно.

Еще не видя того, кто схватил меня, ударила свободной ногой, едва не уйдя от этого под воду. Обернулась, удостоверившись в собственном предположении.

Даниил.

В одно движение он оказался рядом. Крепкие руки, что скользили по телу в попытке удержать, даже под водой казались раскалёнными. Меня жгло от уверенных прикосновений, от мужского запаха, что усиливала вода. Я изворачивалась, отталкивая Дана, а заодно боролась с собой, с желанием прекратить сопротивление и сдаться на милость победителя. Губы помнили поцелуи, а тело реакцию на вервольфа. В какой-то момент поймала злой, разбирающий на составляющие взгляд и осознала – теперь мне конец. Если не утащит к себе в клан, так утопит. В крайнем случае, прикопает и скажет, что так и было.

– Снежана, – с рычащими нотами выдохнул он, резким движением впечатывая меня в свою грудь. – Убью!

– Перебьёшься! – сквозь зубы прошипела я.

Это было единственное, что успела сказать. Остуженное водой тело обожгло, стоило вершинкам груди коснуться вервольфа. Двусмысленность положения обостряло противостояние. Будь на мне шорты или хотя бы нижнее бельё, я могла совершить прыжок на Белова, вцепиться в волосы, укусить за уши или нос. Но на мне нет даже трусов! Не говоря о руках Дана, от которых шло тепло. Манящее, не дающее ускользнуть. Оборотень и сам похож на вулкан, наполненный сметающим всё стоящее на пути огнём.

Как сопротивляться, если именно этот мужчина сейчас рядом и тоже без одежды?! В моей душе родилась буря, которая билась волнами о сознание, устои, принципы и желания. Последние совсем никак не были похожи на целомудренные.

Поцелуй вервольфа затмил все предыдущие. А ведь о каждом, каждом я помнила!

Дыхание сбилось, а нам было всё мало. Я уже не пиналась и не царапалась, пытаясь защититься. Человеческая часть меня почти не сопротивлялась, а волчья и подавно. Мелкая шалунья млела, довольная произведённым эффектом от собственного появления. Волчица требовала выпустить её, ведь она чувствовала зов оборотня, его стремление к ней, повышенное внимание. А уж о том самом мужском органе, что нагло упёрся в мой живот и говорить не буду. Это хорошо, что мы в воде, иначе запах моего желания конкретно этого вервольфа почувствовал бы не только он, но и вся округа.

Это неправда, что с ума только поодиночке сходят. Мы с упрямой настойчивостью делали это вдвоём.

Глава 25

Даниил

Совет было решено собрать на нейтральной территории. По старинному обычаю вожаки кланов и их приближённые прибывали в звериной шкуре. Этот раз тоже не стал исключением. Повестка дня – пропажа разных представителей оборотней. Чутьё вервольвов лучший вариант при расследовании. Но никаких следов во всех случаях так и не было обнаружено. Это было странным и неприятным фактом для всех хвостатых. Пощёчина каждому зверю.  Подобные моменты сплачивали кланы, готовые до того вцепиться друг другу в глотку.

Возвращаясь, Даниил обогнал всех, чтобы остаться одному и подумать. И было о чём. Виктория просила ускорить свадьбу. Когда-то Белов был бы с этим согласен. Выгода, помноженная на усиление стаи в случае объединения кланов, разве это плохо? Но в последнее время появилась проблема. И имя этой занозе – Снежана Райс, она же Мухина, как доложили Белову. Вот тут начались проблемы для всех, потому как вервольф тянул с назначением даты свадьбы, ссылаясь на занятость и пропавших оборотней. Не может сын альфы радоваться, когда вокруг происходит подобное.

Но главным препятствием стало беспокойство волка. Он сходил с ума, едва чувствовал запах полукровки. Сколько раз Даниил замечал за собой, что приходится сдерживать странный порыв покусать девушку, а потом зацеловать. Первый пункт пока удавалось благополучно пропустить. Второй…он был ни с чем не сравним. Разве что ощущением отголоска счастья. И это было откровением. Но волк мог жить без Райс, к тому же он был с Викторией, спал с ней. Правда, невеста временами стала вызывать отторжение. Но оно было списано исключительно на поведение оборотницы. Приходилось осаживать девушку, показывая, кто в их будущей семье хозяин.

Странное беспокойство началось на небольшой поляне в лесу. Запах, что тонкой струйкой проник в ноздри волка, впился в мозг, разнёсся по кровотоку и ударил в самое сердце. Отдавшись инстинкту, Даниил кинулся на поиски. Незнакомая самка была здесь недавно, возможно, она всё ещё неподалёку и это затмевало все клановые дела.

Вервольф приблизился почти к самой кромке озера, разбирая тонкие нити запаха на составляющие. Уши улавливали сотни звуков и лишь некоторые приковывали внимание волка. Глупая утка, плавающая на мели, могла стать неплохим перекусом в дороге, но сейчас было не до еды. Неожиданно что-то мелькнуло в кустах…

Натренированное тело хищника сработало прежде, чем человек оценил произошедшее. Маленькая волчица прыгнула в воду, на ходу оборачиваясь длинноволосой девушкой. Дан увидел только спину, округлую пятую точку и стройные ноги, стрелой вошедшие в воду. Он даже не думал, её ли этот запах или нет. Некогда размышлять, время действовать.

Оборотень схватил за первое, что попалось под руку – за ногу. И рванул на себя, удерживая беглянку. Эту добычу вырвать из захвата у Белова не смог бы никто. Отпор самой обладательницы аппетитных форм и аромата было яростным. Белов подтаскивал девчонку к себе. А она отчаянно сопротивлялась, лягаясь, выворачиваясь, словно уж на сковородке. Чего дёргается, словно её собираются покусать?!

Ещё никогда Даниил не общался таким образом с голыми девушками или женщинами. Оборотницы и человечки сами прыгали к нему в постель. Кто-то из них был слишком весёлым, кто-то серьёзным. Но ещё ни одна из них не пыталась оттолкнуть вервольфа будучи голой. Мир сошёл с ума!

Удар острой розовой пяточкой пришёлся в бедро и не принёс особого вреда. В результате этого манёвра упрямая оборотница потеряла драгоценные секунды и наглоталась воды. Волосы светлой серой шапкой сомкнулись над головой незнакомки. Дан перехватил девчонку повыше, чтобы она наконец-то вынырнула, снова продемонстрировав соблазнительную попу. Кому-то всё это могло показаться смешным, но только не Белову. Беглянка всё-таки встала на одну ногу и удержалась не упав. Она быстро смахнула прилипшие волосы, фыркнула.

А затем обернулась.

Снежана?!

Поверив собственным глазам, Дан едва не выпустил девчонку. И почти сразу борьба перешла на новый виток. Полукровка сопротивлялась. Она царапалась, кусалась, вырывалась так, словно он враг, насильник и нарушитель правил движения одновременно. Но главное, враг. Волна протеста вырвалась из горла вервольфа, смешав человеческий голос и звериный рык. Хотелось прибить эту упрямую занозу, которая так восхитительно пахла.

Белов злился. На себя, не сумевшего сразу распознать суть исключительности этой девчонки. На неё, посмевшую каким-то образом приглушить свой необыкновенный аромат, проникающий в каждую клетку организма, врастающий в неё.

Дан не думал о ситуации вокруг них. Сейчас всё ушло на задний план. Лишь строптивая Райс волновала вервольфа. Волк давно сделал стойку и только человек не доверял. Какой же он был слепец!

Касание вершинок груди Снежаны, её гладкой кожи, сладкого рта… Всё, всё в ней вызывало желание единолично обладать и никогда не отпускать. Белов ухватил растрепавшиеся волосы оборотницы и потянул за них, заставляя девушку откинуть голову, прогнуться назад. Созерцание бесстыдно высунувшихся из воды манящих выпуклостей груди и открытой шеи было слишком заманчивым. Хищник требовал сделать Снежану своей, поставив метку, И чтобы ни один самец не посмел смотреть на нее, капая слюнями на собственные башмаки.

В голове пулей пролетели воспоминания о коллегах Райс, особенно о псе, которому теперь минимум неделю регенерировать. Дан сломал Синицыну наглые конечности, что тянулись к девушке. Сейчас же, осознав, что его половинка могла целоваться с псом, Белов пожалел, как мало приложил соперника.

– Снежана…– Нежное имя прокатилось на языке веровольфа, обдав радостью и удовольствием. Нашёл её. Свою единственную,

Да, упряма, своевольна и не слишком покладиста. Только послушный прикроватный коврик оборотню тоже был не нужен. Девушка устраивала Даниила целиком и полностью. Сейчас же она забыла про сопротивление, обвила руками шею Белова и отвечала на ласки, поцелуи, заводя оборотня. А он, зная, что Райс не упадёт и не уплывёт, прижимал её к себе, получая такое колоссальное удовольствие, какого не было ни с одной другой даже в момент соития.

***

Снежана

Мне было хорошо, очень. Лишь хватка Даниила не давала глубоко вздохнуть.

– Отпусти, медведь, раздавишь, – пошутила я, отстранившись от очередного поцелуя. Они стали мне необходимы как воздух, вода или тепло. Но немного свободы, даже будучи в объятиях, не помешает. Хватка ослабла. Но вместо того, чтобы продолжить столь увлекательное занятие, вервольф приглушённо поинтересовался:

– Что с твоим запахом? Почему он изменился?

Руки Белова не просто удерживали. Они гладили меня, ласкали, отвлекая от важных…или не очень…моментов.

– Какой любопытный. – Я решила не признаваться и показала Дану язык.

– Ах, вот ты как!

Белов снова впечатал меня в своё мускулистое тело, сам запрокинул мою голову, чтобы приникнуть ко рту и без промедления углубить поцелуй. От такой наглости и захвата моей собственности я дёрнулась, не преминув укусить вервольфа за губу. У нас вопросы важные на повестке, а он соблазняет всеми доступными способами. Я уже не говорю про внушительного размера детородный орган, который так и хочется потрогать. Только у нашего безумия будет свидетель – Глафира. А она точно почувствует, что со мной было. Глухотой оборотнца тоже не страдала.

Я задёргалась и укусила Даниила за губу. Это отрезвило мужчину, чьи глаза временами напоминали звериные. Хищник стремится наружу? Нам нужно поговорить, поэтому маленькую волчицу пока рано выпускать.

– За что? – правильно понял моё поведение оборотень.

– Со своей левреткой разберись, а потом лезь!

Злость вспыхнула во мне сухой спичкой, даря каплю отрезвления и остужая порыв всё-таки запрыгнуть на вервольфа, а затем обнять его ногами…

– С береткой? – с недоумением переспросил нахмурившийся волк и почему-то потрогал ладонью мой лоб.

– С невестой! Которая как левретка постоянно цепляется за твой рукав.  Это такая сутулая собака из борзых. – Я нарочно высказалась о Виктории в таком тоне. Она мне не нравилась!

– Ненормальная полукровка, куда я теперь от тебя?

Пальцы оборотня тыльной стороной коснулись моего лица. Приятное тепло и запах мужчины вызвали желание мурлыкнуть и потереться о ладонь, словно кошка. Закрыла глаза, чувствуя, как снова уплываю в мир желаний. Поэтому пришлось перехватить столь наглую конечность.

Я? Ненормальная?

– Что за оскорбления? – Прямо обидно стало. Снова захотелось пнуть ногу Белова. Несильно.

– Никуда теперь тебя не отпущу, – уверенно произнёс Даниил. Он словно не обратил внимания на мои слова. Подхватил на руки и попытался вытащить на берег. Мои руки снова сами обвили крепкую мужскую шею.  Не подумайте, что я сдалась и готова делить вервольфа с кем-то ещё. Это исключительно в целях безопасности. Вдруг уронит!

Едва ноги коснулись мягкой травы, Дан разорвал наш зрительный контакт и уставился на моё обнажённое дело, поблёскивающее от стекающей воды. Глаза оборотня горели, а то орудие, что находилось у мужчины пониже пупка, кажется, стало ещё больше. Без одежды вервольф выглядел ещё внушительнее и привлекательнее, чем я видела до сих пор. Широкие пластины груди, узкая талия, крепкие ноги. Даниил был хорош всем, это мы с волчицей признали раз и навсегда. Сомнению вывод девичьих экспертов не подлежал. Я сглотнула, гоня от себя настойчивые мысли о собственном желании конкретного мужчины.

– Снежа, где ты? – встревоженный голос Глафиры ворвался в наше уединение, напоминая, что мир вокруг всё-таки существует и он живой.

– Иду! – крикнула в ответ и тут же была поймана за руки.

– Нет! Теперь только со мной, – заявил будущий альфа.

– Пусти! – упёрлась ладонями в грудь мужчины, стараясь не смотреть вниз. Иначе мысли будут исключительно о сексе. Я ведь живая! А он так умопомрачительно пахнет. И волк…Хочу увидеть волка Даниила. – Не пойду с тобой! Сначала со своей невестой разберись, а потом приставай!

Дан посмотрел на меня как-то слишком пристально, пронзительно. В его глазах отражалось понимание и какой-то глубокий, пока ещё непонятный мне смысл.

– Я это я и никого рядом не потерплю, – добавила уже тихо. Это ведь так естественно, быть собственником.

– Понимаю, – уголок губ оборотня чуть приподнялся. – Сам такой.

Дан отпустил меня, давая возможности уйти первой. Я сделала только шаг в сторону озера, как острая необходимость, ощущение невозможности расстаться бросило нас навстречу друг другу. Снова поцелуй, заставляющий обо всём. Я горела в руках вервольфа, а он плавился вместе со мной. Нас снова накрыло.

Где-то там, на другом конце озера раздался хлопок дверцы машины. Я с трудом заставила себя оторваться от Даниила.

– Тебе пора, – не скрывая сожаления в голосе, произнёс он. – Как вернёшься, сразу одевайся. В таком виде ходить и даже загорать небезопасно. – Шлепок пониже спины напомнил ласку, смешанную с заигрыванием.

– Ты о чём?

– Я постараюсь увести волков, если они выберут эту дорогу. – Нежность, пробирающаяся из глубины его души, пропала. В голосе Белова проскользнули недовольные и в то же время самоуверенные нотки.

Ещё один поцелуй был слишком коротким, чтобы успеть им насладиться. Жаль. Мы оба, не сговариваясь, отстранились. Необычайно светлая улыбка тронула губы оборотня. Он подмигнул мне, сделал ещё несколько шагов назад и начался оборот. С огромным зверем я уже была знакома. А теперь этот хищник не вызывал у меня и капли страха. Лишь желание прикоснуться и потискать. Покататься… О последнем прямо сейчас не скажу. Пусть сюрприз будет. А то мало ли что нафантазирует этот вервольф.

Прежде чем уйти, зверь приблизился ко мне. Я раскрыла ладонь, желая запустить руки в густую шерсть и почесать макушку между ушей. Вместо этого оборотень мимоходом лизнул мои пальцы, ткнулся носом между ног и довольно заурчал. Волчица царапалась изнутри, требуя выпустить, уступить место. Ей-то было понятно, ради кого красуется горделивый самец.

Я была в шоке.

Отпихнуть хищника не успела. Он сбежал, демонстрируя мне свой мохнатый зад. Но даже в таком виде выглядел вервольф о-о-очень привлекательно. Ёлки зелёные! Кажется, я пускаю слюни по самоуверенному самцу, чьё присутствие ещё недавно выводило меня из себя. Прямо сейчас анализировать произошедшее не стала, пусть всё немного уляжется в голове.

С разбегу нырнула в воду, остужая разгорячённое тело и голову. Заодно смывая терпкий запах желания и самца, что так нагло тёрся об меня. Ой! А вот о последнем лучше совсем не думать. Пришлось несколько раз нырнуть, заставляя себя сосредотачиваться на чистоту воды вокруг и цветущие по берегам кувшинки и кубышки.

Глава 26

Снежана

– Снеж, я без тебя умираю с голоду. – В желании пристыдить Глаша внимательно смотрела за моим лицом. Но не найдя на нём ничего нового, обречённо вздохнула. Не вышло.

– Уже иду. – Я выбралась на берег и принялась выжимать намокшие волосы. С потяжелевших прядей текла вода. А когда тётка кинула полотенце, сразу намотала его на голову. Без портков, но в шляпе.

– Что-то не так? – цепкий взгляд оборотницы прошёлся по моему мокрому телу. – Мне кажется, или на той стороне кто-то был?

Я поджала губы, не зная, как ответить, вывернуться из этой щекотливой ситуации. Врать не хотелось.

– Глаш, а чьи это земли?

– Земли? Нейтральные, а что?

Она насторожённо посмотрела на меня, затем принюхалась, завертела головой. Я покраснела, догадавшись, в чём дело.

– Волчий запах, – нахмурилась она.

Ещё бы! От меня просто несло Беловым. Я уже собралась рассказать, в чём дело. Признаться, с кем именно встретилась на той стороне. И что за волчара помешал нашему приятному уединению. Глафира опередила:

– Собирайся, быстро! Чувствую их приближение!

В считанные секунды одежда оказалась на нас. Вовремя, потому как в поле зрения попал не десяток волков. Много!  Больших, породистых, среди которых я не увидела ни одной знакомой морды (если иметь в виду братцев Беловых).

– Не бойся, прорвёмся! – не глядя на меня произнесла Глафира. Всё её внимание было обращено на волков.

–Кто это? – Я оставалась на месте, превозмогая желание сбежать.

– Альфы и их приближённые.

Кивнула соглашаясь. Такие отборные экземпляры просто так по лесу не гуляют.

– Не иначе был сбор, – коротко пояснила тётя. Затем совершенно неожиданно скомандовала. – Снежка, принеси косметичку. Быстрее!

Подобное пожелание показалось мне абсурдным. Но я не стала это обсуждать. Открыла машину и на заднем сиденье в сумке нашла косметичку. А когда повернулась, чтобы вручить её Глафире, поняла, что я зелёный лопух. Обманный манёвр родственницы удался. Вместо стаи волков, к нам приближались полуголые мужчины в коротких бриджах. Откуда такое богатство, догадалась сразу. Между шагающими сновали волки с рюкзаками на спинах. Оруженцы-портконосцы, одним словом. Знала о таких, но встретила впервые. А ещё я ни разу не видела столь пышного сурового общества в реальности, а не на экране. Полуголые накаченные самцы (язык не повернулся назвать эти особи мужчинами) приблизились и остановились. Нас они рассматривали, не скрывая интереса.

– Приветствую семью Райс, – произнёс незнакомый вервольф, который находился к нам ближе всех. Он вполне мирно и даже с уважением посмотрел на Глашу, Мне же достался слишком испытывающий и внимательный взгляд. Если бы только этим дело и ограничилось. Так нет же! Этот ходячий рентген подозрительно напоминал Беловых. Только он был старше.

– Приветствуем, – отозвалась за нас обеих Глаша. Сейчас она выглядела вполне себе уверенной леди. Я постаралась скопировать тётю не только позой, но и лицом. Оборотница знает, что делать. К тому же, если мы семья без стаи, то это не означает, что нас можно легко обидеть. То же общество не позволит.

– Глафира Райс? Давненько не виделись, – подал голос высокий мускулистый блондин лет пятидесяти. Проблески седых волос нисколько его не портили, чего не скажешь о выражении лица. Оно настораживало. И как оказалось, не зря.

– Она самая, Богдан Перов. – Этой простой фразой, сказанной Глафирой, можно было зарезать. Каждое слово выверенное, точное, отдельное. Словно за этой многозначительностью что-то скрывалось. Мне показалось, что Глашу передёрнуло.

Перов? Отец Виктории?! Не об этой ли своре предупреждал Даниил? А раз его нет, то они разминулись? Или я чего-то недопонимаю в правилах. Типа: «Вперёд батьки в пекло не лезь».  И всё равно сын альфы должен быть неподалёку. А тут даже Клима нет.

Я сама не заметила, как наследник клана Беловых удивительно быстро переквалифицировался из мажора в защитника.

А тем временем напряжение возрастало. Моя волчица, почувствовав обострение ситуации, благоразумно затаилась, предпочитая не привлекать к себе внимание. Чего не скажешь о Глафире и Богдане. Эти двое смотрели друг на друга слишком странно. А затем они начали кружить, словно перед броском или боем.

Глаша не просто красивая женщина, она сильная самка. В моей голове крутилась только одна мысль – Перов почувствовал в её звере нечто особенное. Он смотрел на тётю так, словно она уже проиграла, а он всего лишь растягивал удовольствие, чтобы позлить волчицу. Этот вервольф только не облизывался, глядя на Глафиру! Кобель! Происходящее его явно забавляло. В окружении монстров я почувствовала себя зелёным щенком. Я не спец по ритуальным танцам. Но сейчас точно было что-то похожее. Словно самец пытается заполучить самку и укусить её за шею сзади.

Что происходит?!

Когда верхняя губа Глафиры угрожающе приподнялась я вышла из состояния задумчивой коровы. Перехватила косметичку удобнее, чтобы в случае чего бить на поражение. Прямо в лоб.

Боковым зрением я заметила какое-то движение, повернулась…И рядом со мной оказался Даниил. Его непутёвый братец появился следом. Вервольфы встали рядом, закрывая меня и заодно страхуя Глашу.

Белов! Расцелую, когда выберемся!

– Они под моей защитой. Обе, – произнёс Даниил. И до этих слов народ молчал, с интересом наблюдая за противостоянием строптивой Райс и Перова. А теперь так и вовсе любопытство отражалось на каждом лице или морде.

Раздалось удивлённое от Белова-старшего:

– Сын?! – рычащие нотки могли бы порвать перепонки. Но к счастью, среди присутствующих слабонервных не было.

– Что?! – взревел раненым зверем Перов. Он всё ещё стоял неподалёку от Глафиры. Только на этот раз центром внимания была я.

– Я беру их под свою защиту,– спокойно произнёс Дан. И добавил, – разве мужчины могут нападать на двух  женщин?

Я терялась дать определение происходящему. То ли трагикомедия, то ли цирк.

– Спасибо, наследник клана Беловых, – неожиданно произнесла Глафира, нарочно выделяя положение Даниила. Она переступила с ноги на ногу. И сделала это так грациозно, что глаза некоторые особей заинтересованно сверкнули. – Меня назвать беззащитной…это приятно.

В этот момент я поняла, что ещё очень многое не знаю о своей тёте. Столько белых пятен. Нужно заняться их восполнением!  Я всё ещё не знала, как оценить происходящее, как вдруг с задних рядов вервольфов раздался всё возрастающий хохот. Все, как по команде, обернулись. Я даже поднялась на цыпочках, чтобы увидеть весельчака из-за рослых оборотней. Удалось заметить пожилого поджарого мужчину. Кажется, он не мог быть портконосцем. Столько властности в глазах и самоуверенности. А ещё почтение, которое не скрывали некоторые оборотни.

– Приветствую тебя, Глафира. А ну-ка, напомни мне, старому. Не из-за тебя ли когда-то Перов сцепился с Беловым? Жаль, что сегодня Клим отсутствует. Я бы посмотрел.

Ну и ну. Похоже, моя родственница не просто умница с характером, но и роковая красавица! А что?! Она у нас хоть куда!

– Надеюсь, мы можем спокойно продолжать отдыхать? – поинтересовалась Глаша и сделала шаг в мою сторону.

– Совет приносит свои извинения, что помешали вашему уединению, – произнёс всё тот же вервольф. Его глаза озорно блеснули. Кажется, кому-то понравилось представление. А ещё появится повод подкалывать Перова. Шутки мужчин порой такие беспардонные.

Оборотни двинулись дальше. Кто-то просто прошёл мимо, кто-то подмигивал, бросая заинтересованные взгляды. Лишь Даниил и Виктор оставались на своих местах. Я наблюдала за тем самым пожилым мужчиной. Он сравнялся с нами, встал напротив Глаши, но уходить не спешил.

– Юная Райс пошла в вашу породу? Можешь не отвечать, сам вижу. – Кивнул в мою сторону. – Это хорошо. Но будьте осторожны. На территории Волчьего Бора пропало несколько оборотней.

– Я всё поняла. Спасибо вам, – ответила Глаша. Я же молча согласилась.

Мужчина похлопал Глафиру по плечу. После чего незваные гости, включая Перова, покинули нас. Но последний успел шепнуть тёте:

– Мы ещё встретимся, – прошептал отец Виктории. – Твой запах будоражит.

Глаша оскалила зубы, но мужчина лишь самодовольно улыбнулся.

– Ты тоже уходишь? – поинтересовалась я у Даниила. Наша небольшая компания выглядела немного странно. Такое разнообразие персонажей. Сказка!

– Нет. Ты слышала, что сказал один из старейшин Совета?

– Не стоит. Мы сейчас будем собираться обратно, – вставила своё слово тётя.

– Испорченный выходной, да? – мерзавчик Виктор не мог промолчать. Похоже, кривая ухмылка – это его фирменный стиль. – Брат, тебе нельзя. Я останусь.

– Хорошо, – слишком быстро согласился Дан. Похоже, ему действительно некогда. А жаль! – Только вместо тебя я оставлю двоих, кому могу доверять.

– Так, мальчики! – вклинилась в беседу Глафира. – Никого оставлять не нужно. У меня всё предусмотрено.

– Нет, – отрезал Даниил. – Не обсуждается. Они не покажутся на глаза, но будут сопровождать вас до самого города. Можете продолжить отдых.

Произнеся свою речь, словно приказ,  вервольф привлёк меня к себе…и поцеловал на глазах изумлённой тёти. Тепло мгновенно растеклось по моей крови, откликнувшейся на столь дерзкий поступок. И что скрывать, он мне понравился. Как и всё, что случились между нами. На всякий случай ткнула пальцем в рёбра Дана, чтобы не зазнавался! Только довольное выражение с лица оборотня было не стереть.

Глава 27

Снежана

– Снеж, ну что, домой поедем или ещё позагораем?

Я осмотрелась по сторонам, пытаясь определить, где наша охрана. Но никого не заметила. Молча вздохнула, вспомнив про свой несовершенный (по сравнению с оборотнями) слух и обоняние.

– Не переживай. Даже я их не чувствую, – верно истолковала мои телодвижения Глафира.

– Может, ещё тут побудем? Толпа прошла, нужно прийти в себя, – высказала я своё мнение.

– Согласна. – Тётя уселась на покрывало, но раздеваться не стала.

Я придвинулась к ней поближе и заглянула в глаза:

– А чего этот хвост к тебе пристаёт? Вы с ним встречались?

– Сто лет назад. Богдан Перов мужик одинокий, жена давно умерла. Вот и мечется. А меня с него воротит.

– Неприятный и слюнявый? – тихо произнесла я, оглянувшись. Хотелось понять, в каких кустах прячутся эти двое. Охрана это хорошо, но как-то неуютно ощущать себя под колпаком. – А как же тогда Вознесенский? Он тоже кажется противным?

На мой взгляд, так и было. Сергей Вознесенский напоминал сундук с нехорошими сюрпризами внутри. На что Глаша без стеснения ответила:

– А при чём тут Сергей? Он же не вервольф. И потом, женщине тоже иногда нужно размяться, разогнать кровь. Секс, он вообще для организма полезный. Передачу о здоровье на прошлой неделе смотрела? Там докторша пригрозила женщинам, не испытывающим оргазма в течение двух недель, сердечными болями и сокращением жизненного срока. А я ещё молода! Врачей слушаюсь и рекомендации выполняю.

– Вон как оно называется, – не без иронии отозвалась я. – И всё же, Глаш?

– Не приставай! Лучше объясни, что сейчас было?! Почему этот мажор, как ты его ещё вчера называла, полез целоваться?

Ну вот. Стрелки переведены. И ведь не отвертишься. Эх, а так хотелось понять, что происходит в головах настоящий оборотней, когда почему-то от одного тошнит, а другого она прогоняет.

– Тебя только это интересует, Глаш? А почему оба Белова выскочили, вопросов нет?

– Да как сказать. Я подумала, что о нас с Климом им известно. Вот и стараются ради родственника. Так что там с мажором? Или теперь он подрос до Даниила? Или Даника?

Я вздохнула, открыла контейнер с бутербродами. Протянула один тёте, чтобы она не спросила ещё что-то каверзное вдогонку. Тут же налила ей чай. И только потом нехотя ответила:

– Глаш, мы встретились на том берегу… У меня от этого вервольфа крышу сносит.

– Крышу, значит, – задумчиво протянула родственница, глядя на озёрную гладь. – Очередные проблемы на нижние девяносто?

– Посмотрим. Меня и замуж-то ещё никто не позвал. – Я пожала плечами. А что тут ещё говорить.

– Ну да, – многозначительно протянула Глафира, хитро сверкнув карими глазами. – Посмотрим, как этот Белов будет изворачиваться.

– Ты про картонного мужика? – прыснула со смеху я.

– И про него тоже. Надо предупредить. Пусть чередуют свои лица, а то и телевизор из-за них не посмотрим,– поддержала меня родственница. – Придётся новости из ноутбука узнавать.

– Думаю, они и ноут заспамить способны, – призналась я и тоже уставилась на озерную гладь. Всё-таки есть что-то умиротворяющее в здешней природе.

У меня вначале было желание уехать. Всё-таки «табун» вервольфов, проскакавший мимо это вам не случайный прохожий. А потом расслабились. Даже поиграли в угадайку, где спрятались волки. Знакомая стайка уток вспорхнула через час на том самом противоположном конце озера. И мы решили, что один охранник залёг в тех кустах. Возможно, тоже решился искупаться. Глаша потом сплавала и проверила, даже помахала мужчине рукой. Второго не определили. Но тётя была уверена, что он в лесу. Уж больно густой кустарник растёт по краю.

Глава 28

Снежана

– Слушай, а хорошо отдохнули, да?– произнесла Глафира, едва мы вошли в дом. Она бросила сумку прямо на пол и уселась на пуфик, вытянув стройные ноги.

– Неплохо, – согласилась я и упала на диван в гостиной. – Только ощущение, что на мне пахали, а потом я перегрелась.

– Это солнце. Говорила тебе – шляпу надень. А ты всё: « Очки, очки!» Иди выпей аспирин, прими душ и полежи. Может, вызвать врача?

– Пока достаточно холодной воды, – отмахнулась я. Но видя суровое лицо тёти, исправилась. – Аспирин будет наготове. Не волнуйся. Давай лучше проверим, что там с телевизором.

– Стрелочница, – обозвала меня Глафира, которая сразу просекла обманный манёвр. Однако сама тут же дотянулась до пульта, нажала…– Новости! – с досадой произнесла оборотница.– И как, спрашивается, он в дом попал? Может, Белов медвежатник, спец по охранным системам? Снял сигнализацию, потом обратно поставил. Или обошёл её. А что, носило его непонятно где несколько лет, а теперь объявился. А ручки-то помнят!

– Чудеса… – протянула я, нисколько не веря в криминальную основу всего. Поднялась, чтобы проследовать к себе. – Ладно, не переживай. Зато у тебя осталась картонная копия. С ней можно спать, в душ на стенку приклеить…

Последние слова я говорила, убегая к себе с хохотом, в то время как Глаша запустила в меня подушкой. Попала.

Через полчаса я, освежившаяся и переодетая, отправилась к Глафире. Вело меня любопытство. Хотелось узнать, куда она дела копию Клима. Могла ведь в окно выкинуть или приспособить вместо пугала. Я постучала в дверь для порядка, а после открыла. Тётя сидела в кресле с полотенцем на голове и читала какое-то письмо.

– Снеж, ты что-то хотела?

– Я? Нет. Помешала? – Рассеянный взгляд родственницы и лёгкая полуулыбка…Что бы это могло значить?– От Клима? Поясняет, каким образом пробрался в наш дом и не наследил?

– Ох и язык у тебя, дорогая племянница. – Тётя хитро подмигнула. – Это наша личная переписка.

– Гены, – с намёком вздохнула я, глядя на Глафиру. Смех сдержать не удалось. А когда минута веселья спала, снова пристала к оборотнице. – Нам ждать его на чай? Или на ужин?

– Без намеков! Ни на ужин, ни на завтрак. Клим уехал. Сказал, что я изгрызла ему всю душу, и отправился по делам.

– Сбежал? – не поняла я.

– Угу. Но обещал вернуться. Настаивал, чтобы ждала. – Последние слова Глаша выделила с каким-то особенным оттенком. И как бы тётя ни острила, я понимала, что ей приятно. И чего они друг друга мучают?! – Мне интересно, у сестры все такие дети как ты?

– Нет. Я такая одна. – Гордо задрала нос, сдерживаясь от смеха. – За то ты меня и любишь.

– Это я поторопилась… – протянула мстительная Глафира.

Я ей не поверила, потому что любовь тётки относительно меня с каждым днём росла и ширилась. И грани терпения искать не было смысла.

– Снеж, тебе звонят.

– Да? – Я хлопнула себя по карманам. – Точно. Телефон в комнате.

Направилась к себе, ожидая, что звонит соскучившийся по мне Даниил. После «рассекречивания» запаха и очень нежной сценки на озере можно было не скрывать своё отношение к Белову. И чем больше я об этом думала, тем острее чувствовала притяжение к вервольфу. Одновременно страшась впасть в зависимость.

Я ошиблась. В выходной день мой телефон разрывался от настойчивого желания шефа пообщаться. А я сегодня о нём даже не вспоминала. Наскоро обменявшись приветствиями с руководством, начался разговор:

– Ну что, Мухина, как твои успехи? – Бодрый голос шефа указывал на хорошее настроение.

Вот я и добралась до момента истины. Пора раскрыть карты. Держать всё в секрете и дальше не видела смысла. Подошла к окну, радуясь пышной зелени вокруг дома. Это успокаивало. Я набрала побольше воздуха в лёгкие и всё рассказала. Про каждое своё действие, зачем и почему. Про увиденную разгрузку товара и контрольные закупки. Я выплёскивала всё, что удалось узнать. Шеф упорно молчал.

– Игорь Андреевич? – позвала я, не уверенная в том, что меня слушают. Он мужчина умный, внимательный, но мало ли что отвлекло. Информация не из лучших, но не критичная. Выводы делать не мне. Только правда очевидна. И она, на мой взгляд, неприглядна – шеф пригрел на родственной груди змея (Макса).

– Надо подумать, – глухо отозвался начальник. Голос подал и то хорошо. Он, конечно, мужик крепкий, в обморок от подобных новостей не упадёт, но неприятно. – Снежана, у тебя всё?

– Почти. Я кое-что успела снять на телефон.

– Присылай! Ну и задачу ты задала.

Я промолчала, потому что моя поездка в Волчий Бор это инициатива самого шефа.

– Когда мне нужно возвращаться…

– Пока оставайся в Бору. Подумаю, проверю и перезвоню.

Шеф попрощался и тут же положил трубку. Мне же остались только размышления. Несколько дней назад поездка воспринималась как временное явление. Теперь многое изменилось. Появился Даниил. И пусть наше будущее не определено, к тому же есть ещё Виктория. Искренне надеюсь, что оборотница явление временное и выбор вервольфа это я. Хотелось в это верить.

Глава 29

Снежана

Луна настойчиво выделялась даже сквозь затемнённую штору, которая то и дело вздувалась пузырями от дуновения ветра. Вот уже час я боролась с бессонницей, ворочаясь с боку на бок. Сосчитала овец, поросят, гусей и уток. Прикинула, куда мог пропасть Даниил. День закончился, и я до конца надеялась, что вервольф позвонит или хотя бы напомнит о себе. Мы не обменивались номерами, но мечтать, что Белов самостоятельно узнает его, никто не запрещал. Думать о том, что пропавший оборотень эту ночь проводит со своей невестой, не хотелось.

Рассердившись на себя саму, я повернулась на другой бок. Не помогло. Смотреть на тёмную стену оказалось скучно. Некоторые в таком случае спасаются при помощи содержимого холодильника. Может, и мне чай с лимоном попить? Идея показалась не такой уж и глупой. И когда рука дёрнулась, чтобы откинуть одеяло, на подсвеченной луной занавеске появился размытый контур. Он двигался, как и сама ткань, что непроизвольно вызвало страх. Зажмурилась, быстро протёрла глаза, дабы увериться, что всё же не уснула. Не помогло. Незнакомец осторожно распахнул створки, перекинул ногу через подоконник… Сердце вздрогнуло. О Данииле в этот момент я даже не думала. Грабитель! Неподалёку от кровати на подставке раскинулась пышная пуансеттия. Я дотянулась до кромки керамического горшка, потянула его на себя, едва не свалившись от тяжести. Кое-как вернулась на место и запустила цветок в незнакомца.

Надеялась, я очень надеялась, что после встречи чьей-то головы с керамическим горшком победит пуансеттия. И даже придвинулась к краю кровати, чтобы в случае опасности бежать, прикрыв за собой дверь.

Всё произошло мгновенно. Вопреки моим ожиданиям, цветок был пойман на подлёте. Некто словно крыльями взмахнул руками и, невзирая на препятствие в виде шторы, удержал горшок. Оборотень?! Я подпрыгнула, разрываемая желанием кинуть вслед саму стойку или сразу сбежать. Как вдруг раздалось глухое:

– Снежана, это я! Убьёшь, ненормальная!

Последнее слово было сказано слишком тихо и выглядело как ругательство. Но я расслышала. Уже намеревалась рвануть к двери, когда раздались эти слова. С детства знаю, что я бывают разные. Поэтому попыталась принюхаться. Но ничего кроме запаха свежего ветра и бензина…

– Что ты тут забыл?! – Воинственно уткнула руки в бока. Порадовалась, что на мне пижамка с принтом серого волчка в профиль, а не соблазнительные кружева. Возмущению не было предела.

– Нет, мой братец, – фыркнул из-за занавеси Виктор. – Ну что, возьмёшь это или выбросить? Шум твою родственницу разбудит, если твой крик пока ещё не поднял.

Настала моя очередь фыркать. Цветок забрала, вернула на место. Сложив руки на груди, застыла гордым памятником в стороне.

– Зачем пришёл?

– Навестить. По-родственному, – заявил этот нахал.

– Тамбовский волк тебе родственник, а не я.

– И что брату в тебе понравилось? – Белов откинул штору в сторону и теперь рассматривал меня. Свет в комнате был выключен, но яркая луна и отличное зрение  помогали вервольфу оценить обстановку.

– Ого! Какая маечка! – Виктор протянул руку, чтобы коснуться нарисованного волка.

– Убери! – Я шлёпнула по наглой конечности. Не сильно. Прекрасно осознавая, что Белов позволяет так с собой обращаться. Он не пушистый зайчик, а серый волчище, чьи клыки в несколько раз сильнее и мощнее моих. Но прикасаться ко мне точно не стоит.

– Зачем пришёл? Соскучился? – Напустила на себя грозный вид.

– Какая колючая, – усмехнулся нежданный гость, совершенно не впечатлившись моим настроем. – Поговорить нужно.

– Так и подумала. А где твой брат?

– О нём и разговор.

Хотела напомнить, при каких обстоятельствах мы уже беседовали. Но не стала. В прошлый раз сумкой вервольфа огрела, в этот цветком метнула. Вдруг Белов злопамятный?!

–Я, вообще-то, пошла чай пить. Пойдёшь со мной? – Общаться в комнате при разобранной постели было как-то неудобно. Словно оборотень заглянул ко мне под одеяло.

– Пошли, – как ни в чём не бывало, согласился Виктор и передвинул цветок к окну. Видимо опасался, что я снова решу воспользоваться озеленением некоторых буйных голов.

– Только тише, – предупредила я, перейдя на шёпот. И надо ли говорить, что идя по коридору, я слышала только собственные шаги. Вот как он такой большой умеет передвигаться, словно пушинка?

Привычно щёлкнув кнопкой, включила чайник. А пока он греется, уселась напротив Виктора.

– Рассказывай. Где твой брат? Почему прислал парламентёра?

– Остришь? Зря. – Белов протянул руку к вазочке с конфетами и вытянул шоколадный батончик. – Дан поссорился с отцом. Серьёзно поссорился.

– Это из-за меня? – Я знала, что будет непросто. Но слышать об этом не очень приятно.

– Других причин нет. Предстоит принести официальные извинения соседнему клану. Как думаешь, это поднимет наш авторитет?

– А при чём тут это? – Я с непониманием пожала плечами. – Разве что в случае с тобой невесты будут более осмотрительны. Вдруг тоже найдёшь себе пару.

– Я ещё молод и жениться не собираюсь, – Белов многозначительно изогнул правую  бровь. – А брату помогу.

– Да? С чего такая щедрая перемена? Недели не прошло с нашего разговора. Или беседа с братом помогла? – Я намекала на ту драку двух вервольфов.

На что Белов без малейшего стеснения ответил:

– У брата были весомые аргументы.

Уточнять не стала, разумно полагая, что речь о кулаках.

– Кто бы сомневался, – раздался Глашин голос из коридора. – У нас поздний гость?

– Да..это…это Виктор, брат Даниила.

– Я помню, – вошедшая на кухню Глафира осмотрела нашу компанию. – Странно, что сам молодой человек отсутствует. Всё-таки ночь за окном.

– Глаш, чай будешь с нами?

– Налей, пожалуйста, – согласилась тётя и уселась рядом со мной. Оборотница, в отличие от меня , пришла не в цветной пижамке, а в персиковом шёлковом халате, доходившем до середины бедра.

– Классный прикид, – оценил Белов.

Я удивлённо посмотрела на молодого мужчину. Но на лице и в глазах не было и капли фальши. Скорее искреннее восхищение. Глафира действительно выглядела идеально. Хоть сейчас бери и фотографируй для глянцевых журналов.

– Спасибо, – чуть кокетливо отозвалась моя родственница, в свою очередь, запуская руку в вазу с конфетами.– Так в чём причина этого визита? Или нет, не так. Что за острая необходимость заставила второго сына клана Беловых прийти к нам ночью?

– Дану нужна помощь! Его свобода ограничена! – догадалась я, спешно перебирая варианты: посадили на цепь, заперли в подвале. Мысли смешные и неправдоподобные, если не знать, что этот вервольф необычайно силён. – Мне надо к нему!

Я поймала удивлённый взгляд тёти и скептический Виктора. Последний в очередной раз выудил конфетку из вазочки, не спеша её разворачивать.

– Не угадала. Один ноль в мою пользу, – улыбнулся наглый волчара. – Ещё одна попытка.

– Ты сюда что, в игрушки играть пришёл? – прищурилась я, оценивающе глядя на оборотня.

– Снежа, достань нарезку, – попросила тётя. Она явно не хотела нашего конфликта.

И в тот момент, когда открыла дверцу холодильника, раздался грохот. Затем полная тишина, не предвещающая ничего хорошего. Мы, не сговариваясь, рванули по коридору. А так как именно в том направлении была моя комната, то все спешили туда.

Когда Виктор первый распахнул дверь, Дан уже стоял посреди моей комнаты, а рядом валялась цветочная подставка. Сама пуансеттия сиротливо лежала на разбитых черепках, олицетворяя собой грустную картину. Я смотрела на зелёные листочки, избегая встретиться взглядом с вервольфом. Моё сердце радостно стучало от присутствия Белова. Пришёл. Только перед тётей было немного неудобно, за то, что оборотень пришёл через окно. А вот Виктор подобных чувств не вызывал, исключительно досаду.

– Глаш, ты по-прежнему считаешь, что со мной весело?

– Жуть как, – кивнула она, в то же время, нагибаясь за многострадальным цветком. – Беловы! – одним словом припечатала она. Сказано это было так, словно фамилия оборотней была клеймом, причём не самого лучшего качества.

Я забрала из её рук растение. И только потом, словно невзначай, взглянула на Даниила. Ну не могла я так долго таиться и дуться из-за того, что не он первый ко мне пришёл.

– Привет! – тут же исправился Дан и сделал шаг навстречу. Разбитые черепки под ногами грустно хрустнули, но оборотня это не остановило. Оказавшись рядом, этот индивид тут же сграбастал меня к себе поближе, положив руку на талию. Горячая ладонь обожгла сквозь ткань плотной пижамы. И только почувствовав меня рядом, вервольф обратился к своему родственнику:

– Брат? – вопросительно с, каким-то особым нажимом произнёс Даниил. Тон не обещал ничего хорошего. Я внутренне порадовалась за Виктора. Воспитание лишним не бывает.

– За тебя переживаю. Пришёл налаживать контакт с будущей родственницей, – как ни в чём не бывало, сообщил мерзавец, посмевший влезть через моё окно.

Решила пока не озвучивать все свои мысли и планы мщения за собственный испуг от появления Виктора. Вдруг он и впрямь решил мирно пообщаться, а двери не нашёл.

– Через окно? – неожиданно резко прорычал вервольф. Вот нюхач, догадался! Попыталась на всякий случай сбежать. Не отпустил, успокаивающе погладив по спине. И кому из нас этот процесс больше нравится, затрудняюсь ответить.

– Иначе они бы не пустили. А так мы сидели вполне мирно, чай пили, пока ты не пришёл. – В голосе Виктора промелькнула досада.

– Чай? – изумился Дан. Словно его собрат пользовался сказочным преимуществом.

– Самцы, – воскликнула Глафира и закатила глаза. – Снеж, у нас и для твоего волка найдётся чашка. Пойдёмте уже. А то мы век будем грязь по комнате развозить и растаптывать.

Пока Глаша ставила чайник, я не утерпела и занялась своей комнатой. Луна-насмешница ярко светила и улыбалась, подшучивая надо мной. Я не удержалась, завесила окно, чтобы ничто не отвлекало. Смела всё на совок. Цветок с остатками земли сунула в пакет и немного полила, оставив растение в ванной. Утром займусь, сейчас не до «огорода». Дан не пожелал остаться с братом и Глашей, выбрав моё общество. Меня же всё устраивало. Я боялась, что эта парочка в попытке выяснения отношений может разрушить всю мою комнату, а то и гостиную. Кто знает, какой радиус поражения у братьев Беловых.

– Кажется, всё. – Я вытерла насухо чистые руки и повернулась. Мы оба находились в ванной. Большое зеркало во весь рост отражало меня и молодого мужчину за спиной. И если я сама выглядела обыкновенно, то Дан притягивал взгляд, заставляя тайно пускать по нему слюни. Чёрные джинсы, такого же цвета футболка отлично смотрелись на вервольфе, рождённом совершенным. И только глаза выделялись на загорелом лице. Дан обнял меня со спины, прижал к своей груди и положил подбородок на макушку. Выглядел Белов чрезвычайно довольным.

– Как ты? – поинтересовалась я, глядя на отражение оборотня, чьё присутствие окрыляло, толкало на глупости и заставляло нервничать. Вопрос был задан с подтекстом:  «У тебя по-прежнему есть невеста?»

– Поссорился с отцом, – криво усмехнулся Даниил, одной рукой придерживая меня под грудью, второй поглаживая живот. Двигал конечностью Дан словно вскользь, не задумываясь. Но от этих ощущений у меня сладко замирало внизу между ног, требуя продолжения.

А вот насчёт невесты не ответил.

– Причина я?

– Нет. Скорее, наше недопонимание.

Снова ничего не сказал про Викторию. Может, у них не размолвка, а небольшая ссора? А я тут стою как дура, в любимой уютной пижамке.

– Интересный волк. – Ладонь вервольфа переместилась на грудь, словно нарисованный мохнатый зверёк был поводом для прикосновений.

– Возможно, – попыталась вырваться, но лишь неуклюже дёрнулась. Известно, что попав в лапы хищника, вырваться сложнее. Но ничего, это я быстро исправлю.

– Иди, там Глаша. Она наверняка всем чай налила.

– А ты? – почувствовала за спиной напряжение.

– Мне нужно уединиться, понимаешь?

– Снежка, врёшь, – криво улыбнулся волк, продолжая смотреть мне в глаза через зеркало.

– Вот ещё! – возмутилась я. Фантазии ему мои не нравятся. – И не смей так мне говорить. Свою лев…невесту воспитывай! – Я начала злиться. И как бы ни пыталась скрыть настрой, он начал прорываться. В воздухе витала неопределённость, и она меня нервировала.

– Не волнуйся, – по-своему понял меня Дан. – Машина запущена. Я решу этот вопрос.

Я не выдержала и двинула локтем в живот вервольфа. Что за привычка говорить загадками! Мой удар был сродни укусу комара, но эффект произвёл. Белов расплылся в улыбке:

– Ты ревнуешь! – заявил Даниил, не скрывая радости.

Захотелось намазать горчицей и жгучим перцем печенье и скормить его вервольфу, чтобы приземлился.

– Снежка, даже не думай. Не отпущу. – Наглое чудовище сжало меня в объятиях, не забыв прикусить мочку уха. – Не буду оправдываться, это дело прошлого. Сейчас я всеми силами приближаю момент, когда смогу сказать, что всё кончено.

– Что мешает? – упрямства мне было не занимать.

– Мелочь.

– То есть?

– Формальность. Официальное письмо с намерениями, и извинениями. – Дан передёрнул плечами, словно ему это  было неприятно. Понятно, такой облом для обоих кланов. Свинью наследничек подложил!

– Я не понимаю, – честно призналась. А что такого, не все в кланах рождаются.

– Письмо о том, что разрыв между мной и Викторией не повлечёт враждебные отношения между кланами.

Я не стала комментировать, что считаю такой способ чисто формальным. Кто мешает при встрече отворачивать морды или настраивать соседей друг против друга?

– Отец сказал, что всё обдумает и сообщит своё решение.

– Но ведь он против меня.

– Это неважно. Мы расстаёмся. Я сегодня встречался с Викой и всё ей сказал, – сообщил мне Белов. Имя девушки прозвучало, на мой взгляд, слишком мягко. Стало не по себе. Они ведь не в гляделки глядели всё это время.  Обнимались, целовались, делили постель. Последнее вызвало у моей волчицы обиду и глухую ярость. Вот нет этой Перовой рядом, а то так бы и вцепилась в блондинистые волосёнки, проредила.

Что со мной?! Удивиться собственному порыву не успела. Вервольф, словно почувствовав настроение, попытку оттолкнуть, развернул меня. Заставил поднять голову и посмотреть в его удивительного оттенка карие глаза.

– Снежана, – мягко произнёс Дан, проведя тыльной стороной руки по щеке. – У меня есть прошлое, от этого не избавиться. Но и у тебя тоже. И я буду счастлив знать, что оно тебя не держит так, как меня.

– Но твоё цепляется, – протянула я как-то жалобно. И тут же отругала себя за эти эмоции. Что за нытьё?!

– Ерунда. Прорвёмся, – пообещал Даниил и накрыл мои губы своими.

В столовую шли, держась за руки.  Вервольф попытался меня понести на руках, но я не дала. Не хотелось насмешек, даже не злых со стороны Глафиры и того же Виктора.

Насмешек не было. Лишь хитрые и многозначительные взгляды, которые я благополучно проигнорировала. А чего вы хотите от уставшей девушки? Овцы, которых считала, наконец-то сработали, зовя угомониться и отправиться спать.

Хотела разместиться рядом с Даном, но он не дал мне такой возможности. Посадил к себе на колени и придвинул чашку. Глаша смотрела то нахмурено, то улыбаясь. Мне и самой было не по себе, стоило подумать про официальные извинения. А если их не примут? Если из-за меня разразится скандал? Неприятно чувствовать себя виновной в проблемах всего клана. Или это только Беловых касается?

Чай ночью в меня не лился. Какое там! Тепло, что шло от Даниила, расслабляло, даря ощущение правильности. Так и должно быть. Иногда я замечала,  как вервольф принюхивался, прижимаясь носом к волосам. Наверное, я всё-таки больше человек, раз в этот момент чувствовала стеснение. А вот Глаша и Виктор никак на это не реагировали. Видимо, сказывалась природа чистокровных оборотней.

– Глафира, а что было на фабрике в левом крыле? Вы помните? – неожиданно поинтересовался Даниил.

Тётя удивлённо посмотрела на оборотня, оживилась. Воспоминания и разговоры захватили их троих. Окружённая теплом и убаюканная спокойной беседой, я всё-таки задремала. И вывел меня из этого состояния звонок телефона и удивлённый возглас Дана:

– Надо же!

Я с трудом открыла глаза, провела ладонью по лицу, пытаясь прийти в себя. Хотела встать, но вервольф снова удержал. Лишь заботливо подвинул телефон. Присланное сообщение гласило: «Снежана! Настало время познакомиться. Буду ждать тебя в ресторанчике на Светлой улице. Альбина»

Вот так-то. Ни тебе «Предлагаю, давай вместе…» Сразу: «Буду ждать!»

– Альбина? – переспросила я, глядя на время. Кому-то не спится. Два часа ночи.

– Это мама, – пояснил Дан.

Я многозначительно промолчала, сонно раздумывая, стоит ли отвечать сейчас или оставить всё до завтра. Мысль о том, чтобы отправить ответ в пять утра, задушила на корню. Мстительно, но с кандидаткой в свекрови так не поступают.

– Ну что, молодёжь, по домам? – Глаша была сама любезность. Чаем напоила, на дверь указала. Пора и честь знать.

Мне отпускать Даниила очень не хотелось, но оставлять этих двоих у нас тоже не вариант. А потому я разумно промолчала.

– Пора, – согласно подхватил Виктор и подмигнул. Рука Дана, поддерживающая меня под спину, напряглась. Какой он нервный!

То, что в это времени суток я могу понадобиться кому-то ещё, было неожиданно. Снова пропищал телефон. Все оживились. Лично я думала, что никаких сюрпризов в ближайшее время не будет. Лимит исчерпан. Ан нет, бросив взгляд на экран, Дан вынес вердикт:

– Отец. Его номер.

– Читай, – разрешила я, даже не прикасаясь к аппарату. Было ощущение, что родители вервольфов по очереди встают ночью в туалет или бегают уединяться на кухню, чтобы со мной связаться. Иначе, зачем тянуть так долго?

– Пообедать с ним? – Как Дан не старался, рычание скрыть не удалось. Я даже сочувственно погладила его по плечу. Бедный, до чего родители довели. Вместо ответа Даниил снова прижал меня к себе и незаметно лизнул в ухо. Стало щекотно. Детский сад какой-то! И всё равно приятно.

– Надо собрать всех в одном месте, чтобы не бегать кругами, – Предложил Виктор, вытаскивая из вазочки очередную конфету. Может ведь разумные вещи изрекать, когда захочет. Горка блестящих фантиков красовалась на столе аккуратной стопочкой, рассказывая о пристрастиях сладкоежки.

– Снежа, если ты не против, то с Альбиной я сама встречусь, – предложила мне Глаша.

– А это удобно? – Едва не подпрыгнула от радости, но вовремя сдержалась.

– Думаю, мама не обидится, – заявил Дан. – А с отцом мы встретимся вместе.

Спорить не стала. Я не горела желанием видеться с глазу на глаз с главой клана.

– До полного комплекта не хватает только вашего дядюшки, – заметила Глафира.

Она подхватила опустевшие чашки и поставила их в раковину. Дан с Виктором быстро переглянулись, что не укрылось от наблюдательной тёти.

– Что-то не так? – тут же поинтересовалась она. – Вы подумали о Климе?

– О нём? Нет. Было бы о ком, – отмахнулся Виктор. – Вернётся скоро.

– А где он? – Тётя наверняка вспомнила о содержании записки. В ней белов ничего конкретного не написал.

– Уехал по делам. Отец послал, – спешно сообщил Даниил. Мне это показалось подозрительным. Думаю, Глаше тоже. – Завтра позвонит.

Рука на талии снова потяжелела, пальцы оборотня слегка сжались. Словно Дан переживал за родственника. Или же это мои ночные выдумки.

Гости долго не засиделись и спустя несколько минут потянулись к выходу. Я проводила Даниила до ворот. Несмотря на свою усталость, всё же сумела прочувствовать поцелуй вервольфа.

– Я завтра за тобой заеду утром, – пообещал Дан, глядя мне в глаза.

Светила яркая луна, тёплый ветерок шевелил мои распущенные волосы, а находящийся рядом мужчина делал эту ночь по-своему незабываемой. Ещё несколько дней назад мне совершенно не хотелось прикасаться к оборотню и уж тем более нежиться в его объятиях. Сейчас всё кардинально изменилось.

– Сама, – попыталась возразить. На 100% я Белову всё ещё не доверяла. С момента знакомства прошло слишком мало времени. И кинуться с головой в новые отношения была не готова. Волчица  напротив, была полна надежд и оптимизма. Звери порой так наивны.

– Почему? – мой ответ Дану не понравился.

– А что будет со мной через неделю, если ты охладеешь? – На самом деле червяк сомнения никуда не исчезал. Он затаился, чтобы при удобном случае напомнить о себе.

– Не будет этого. Вот увидишь, – с абсолютной уверенностью заявил вервольф. Он прикоснулся губами к моему виску. А затем подтолкнул в сторону дома. – Иди. Чтобы я видел, как за тобой закроется дверь.

Верить ему очень хотелось.

Противиться не стала. Что толку стоять у ворот, если они автоматические. Сами закроются, как нажму на пульт.

Глава 30

Снежана

Я шла по дорожке с полной уверенностью, что сейчас приду к себе, откину одеялко, упаду на постель и усну. Сразу.  Но стоило зайти в дом, как сон пропал, словно это не я ещё недавно клевала носом, сидя на коленях у Даниила. Не включая свет, я подошла к окну. Луна сегодня освещала территорию, выделяя кусты цветов, скамейку. Ночная темнота, имеющая своих поклонников. Послышался звук удаляющейся машины. Всё, неугомонные братцы Беловы уехали.

Наши отношения с Даном были слишком стремительными, и я до сих пор не знала, как к этому относиться. Он привлекал меня, притягивал сильнее любых магнитов. Только я не наивная школьница и не готова бежать сломя голову за интересным мужчиной. Но то, что я чувствовала к нему, было новым.

В какой-то момент осознала, что после внезапных визитёров комната полна ароматов. Тут же попыталась выделить тот, самый притягательный. Он кружил, обволакивал, заполняя лёгкие и отвлекая разум. Мне очень нравился запах Даниила. Сильный мужчина не должен купаться в парфюме. Только тонкая нота, намёк. Чтобы притягивать к себе как можно больше девушек. И я попалась в те же сети, подкреплённые словами и нежностью. Решительностью и напором. Это как тоннель, из которого виден выход, но я не уверена, что он мне действительно нужен.

– О чём думаешь? – раздалось за спиной.

– А! – только и успела пискнуть я, когда широкая мужская ладонь закрыла мой рот. Обиженно укусила, уже осознав, кто здесь. – Ты меня напугал! – Прошипела я, ткнув локтем в стоящего за спиной Белова. – Заколочу окно. Решетку поставлю!

– Суровая мне досталась половинка, – приглушённо рассмеялся вервольф, разворачивая меня лицом к себе. – Снежа, я не смог от тебя уйти, понимаешь?

– Нет, не понимаю. – Я смотрела в глаза оборотня и думала, что на самом деле не против. Его присутствие пьянило, будоражило, вовлекая в некую зависимость.

– Ты нужна мне.

– Да? А как же невеста? Снова предложишь быть третьей? – Ничего не могла с собой поделать. Но кристаллик соли я должна была бросить на рану. Не только ему и себе тоже. Отрезвляет особо пропавших.

Тут же сильные руки сжали меня до боли, а из груди оборотня вырвался недовольный рык.

– Прости, я был идиотом. Но и ты водила меня за нос, обливаясь всяким дерь..

Я прикрыла ладошкой рот мужчины, не желая сейчас слушать об этом. Знал бы Белов, сколько я тратила денег на придание себе чужого запаха!

Дан приподнял меня, посадив на подоконник. Быстрым движением вервольф вклинился между ног. И только моя пижама и его джинсы являлись преградой для наших тел. Руки мужчины уверенно скользнули под маечку, сразу накрывая грудь, обхватывая её. Кожу обожгло. Надо же, как я бурно реагирую на этого мужчину.

Волчица млела от близости самца и мечтала занять место рядом с ним. Она ведь так и не покрасовалась своей шёрсткой светлого окраса. Это редкость. А ей хотелось стать для волка единственной.

Наши губы соприкоснулись. Я обхватила ногами ноги вервольфа, прижимаясь как можно теснее. Он сам, похоже, не знал, на какой части моего тела остановиться. Казалось, руки Белова путешествуют везде, изучая и лаская. Дан целовал меня с таким напором, будто не делал это очень давно. Запах мужчины, прикосновения, всё это разогревало кровь, заставляя сердце биться чаще. Нам ни к чему был алкоголь. Мы были пьяны запахом желания, витающим и дурманящим разум. Это из-за него Дан сорвал мою маечку. Я не отставала. Стащила футболку вервольфа и откинула её в сторону. Шортики и джинсы полетели следом.

Прикосновения без одежды окончательно смыли границы, уничтожив так и не начавшуюся попытку сопротивления. Дан легко подхватил меня и отнёс на кровать. Уложил, нависая сверху. Наши взгляды встретились. Сейчас на меня смотрел не просто мужчина, а волк, наследник клана. Звериная сущность безотрывно наблюдала, словно испытывая меня на прочность: не испугаюсь ли, не сбегу.

Перебьётся.

– Ты пока ещё можешь передумать, – глухо предупредил Белов, продолжая оставаться на месте. Надо же, какой предусмотрительный!

– Ну, если ты настаиваешь, – протянула я, с удовольствием замечая, как вытягивается лицо вервольфа. То-то же! Нечего девушку пугать отсутствием сладкого.

Закинула руки на шею Даниила и притянула его к себе. Захотелось послать всё в пропасть: правила, приличия и ожидание развязки ситуации между кланами. Желание возобладало над контролем и разумностью поступков. Сейчас я чувствовала себя счастливой. А если ситуация с невестой (в груди вдруг неприятно кольнуло) так и не разрешится, то пошлю всех лесом.

Мы соприкасались, перекатывались, то и дело меняя положение. Мой вырвавшийся крик Дан вовремя прервал, закрыв рот поцелуем. То, как он двигался во мне, было невозможно сравнить с кем-то другим. Вервольф не шептал милых глупостей и не признавался в любви, держа в зубах тапочки, но я знала, он точно был лучшим. В эту ночь мы так и не уснули, повторяя извечное движение между мужчиной и женщиной.

Рассвет заглянул в моё окно, и я поняла, что ещё немного и свалюсь. Не смогу двигаться и адекватно разговаривать. Ночь выдалась бурная и трудоёмкая. Довольный волк разлёгся последи кровати, меня же расположил сверху. Ладонь Дана гладила мою пятую точку и это расслабляло.

– Снеж, не хочется уходить, но так будет лучше, – произнёс вервольф. Кажется, он не врал насчёт сожаления.

Молча согласилась, не делая попытки сдвинуться с места. Мне удобно, и всё тут!

– Иди, – ответила, пряча зевок в кулак. – Пожалуй, я на работу сегодня опоздаю.

– Когда станешь моей женой, тебе вовсе не обязательно будет работать, – заявил Белов.

Услышанное взбодрило. Женой? На всякий случай почесала ухо, а то вдруг послышалось.

– Вот ещё! Захочу – буду работать, захочу – нет. Но сначала разберись с Викторией. – Я скатилась с Дана, давая ему возможность спокойно встать.

Как не хотелось, но Даниилу действительно нужно было идти. Оборотень быстро собрался и снова воспользовался окном. Пожалуй, пока заколачивать не буду. Воздержусь.

***

Спаситель-будильник прозвенел слишком рано, не посчитавшись с моей бурной ночью. И как итог – я не выспалась. Какое-то время лежала и глупо улыбалась, глядя в потолок. Пришлось вставать, пока снова не соскользнула в сон. Сразу направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Сказывались последствия ночного марафона, но это были приятные ощущения. Как и те нежные воспоминания, что то и дело всплывали в мыслях. Холодная вода немного взбодрила и я посчитала, что чашка утреннего кофе со сгущённым молоком это то, что нужно в моей ситуации.

Показываться на глаза Глаше было немного неудобно. Только прятаться не было смысла. Если она что-то услышала, то этого уже не изменить. Моя человеческая сторона ощущала стеснение и надеялась на оборотническую натуру тётки. А мелкая волчица не понимала, о чём я беспокоюсь. Волк её, так зачем лишние переживания? Он множество раз повторял, что только я нужна ему, так отчего сейчас сомневаюсь? Разве за эти несколько часов без Даниила что-то изменилось?

К тому моменту, когда я появилась на кухне, Глафира уже встала. Она помешивала ложечкой чай.

– Привет! – я поспешила укрыться, распахнув дверцу холодильника.

– Сгущёнка на столе, – отозвалась Глафира.

Было в её голосе что-то не то. Неужели мы ей мешали спать? Я покраснела, даже не желая знать, что именно расслышала тётя. Вервольфы, с ними так порой бывает сложно! У нас хорошая изоляция, всё-таки дом был построен оборотнями и для оборотней. Но ведь думать, что она поняла про нас с Даном, не запретишь.

– Что-то произошло, Глаш? – Послушная кофеварка наполнила мою чашку ароматным напитком. И я заставила себя сесть напротив родственницы, чтобы уж если получить метким словечком, так сразу. Без лишних замалчиваний.

– Да как сказать, Снеж. – Тётя потёрла лоб ладонью. – Клим. Что-то с ним не так.

– Что ты имеешь в виду?

Я насторожилась. Возможно, тётя беспокоится – мужчина её жизни пропал. Или у них снова разброд в отношениях? Может, я чего-то не знаю? Судя по Глафире, шутка с картонным Климом была последней.

– Не знаю. Чувствую.

– Это естественно. Ты соскучилась, – спокойно выдохнула я. Они не видятся, вот и результат. Хотя, что-то мне подсказывает, чувства родственницы к Белову гораздо глубже, чем она демонстрирует.

– Думаешь? Ладно, Снеж, не бери в голову. Поживём, увидим. – Глаша сказала так, словно не поверила моим предположениям. Будто бы чувствовала что-то такое, о чём ночью умолчали братцы. – А, кстати,  почему Даниил не вышел к завтраку? Или он первый из Беловых, страдающий стеснением? Не иначе от тебя заразился.

Я едва не поперхнулась. Вот так меня подковырнули! Хорошо хоть, Глафира не сказала, что трудился всю ночь, надо покормить мужика! В этот же момент пропиликал телефон. И я, словно ждала срочного сообщения, уставилась в экран: «Снеж, буду через час. Целую везде!»

– Он заедет за мной через час.

– Так ты была не с ним? – удивилась Глаша. В её глазах мне показалось неодобрение. И как понимать? Группа поддержки Дана Белова?

– С ним. Просто он пораньше уехал, – коротко ответила я, не желая распространяться дальше.

Ровно через час чёрный внедорожник стоял у наших ворот. Я направилась к машине…И замедлила шаг, понимая, что это не Дан.

– Привет! Запрыгивай! – скомандовал Виктор, распахивая передо мной дверцу.

Я не торопилась. Несмотря на ночное примирение, от этого оборотня можно было ожидать всё что угодно. И потом, хотелось немного его проучить. А то так и будет дверь с окном путать.

– А где Дан? Он обещал…

– Не вышло. – Виктор криво улыбнулся. – Брат передал, что позвонит чуть позже.

– Хорошо. – Я решилась. Уселась на переднее сиденье и на всякий случай пристегнулась ремнём безопасности. Какой же безбашенный оборотень не любит быстрой езды?!

Минуту волк ехал молча, но, видимо, это не в его привычке:

– Снежана, давай дружить?

– А мы с тобой успели поссориться? Я не помню.

– Глупая идея была залезть к тебе через окно. Прости, не хотел ничего плохого, честное слово!

Настала моя очередь ухмыльнуться.

– Расскажи лучше о своих родителях.

– О родителях? – Короткий взгляд брошен на меня, а после снова на дорогу. – А разве братец не хочет об этом говорить?

Я повозила по своим коленям сумкой, намекая на лишнюю болтовню.

– Понял! – улыбнулся Белов. – Вам некогда было разговаривать.

– А ты-то, откуда знаешь? – На всякий случай перехватила сумочку поувереннее. Ну и болтун.

– Не злись.– Как-то по-доброму произнёс Виктор.– От тебя братом пахнет. Это правильно.

Да уж…Тётя и дружелюбный мерзавчик  со своей проницательностью раскусили меня на раз-два.

Сегодняшнее утро уж слишком активно началось. Подозреваю, с приходом в мою жизнь Беловых будет ещё много, очень много подобных моментов. И, кажется, я начинаю к ним привыкать. Даже к этой бесцеремонной манере общения. Дело не в природе оборотней, скорее, в двух шалопаях-переростках, которые никогда не повзрослеют.

– Слушай, а у тебя сестры-двойника нет? Такой же занозы, как и ты?

– Нет. Я одна-единственная, – мстительно сообщила я, промолчав про младшую сестрёнку и братьев.

– Жаль. А то я бы познакомился. Вкусно пахнешь,– сообщил сияющий мерзавец.

– Действительно, жаль, – повторила я, но уже по другому поводу. Будь у меня ещё одна я, то мы бы показали этим вервольфам, где раки зимуют. А тут всё сама, сама.

***

– Так что там с родителями?– повторила я, не глядя на Виктора. Ехали мы быстро, и я опасалась, что прибуду на работу раньше, чем узнаю что-то полезное.  А так хотелось услышать хоть что-то, проясняющее всю сложившуюся ситуацию. Сегодня обед с Беловым-старшим. Даниил обещал пойти на него вместе со мной. Кто б спорил?! В голову пришла очередная гениальная идея.– Слушай, Виктор, а тебя брат на обед не звал?

– Можно просто Вик, – «разрешил» мне вервольф. Благодетель. – А насчёт обеда… Хочешь устроить цирк? С конями?

– С волками.

– Да, хоть бы и с ними… Знаешь, я бы пошёл. Но тут такое дело… Помнишь историю про пропавших оборотней? – Вик помрачнел.

– Да. Их не нашли? – Я ощутила смутное беспокойство и тревогу. И тут же вскрикнула от осознания. Правда была на поверхности, а я…– Клим?! Он пропал?!

Резкое торможение прямо посреди главной дороги заставило меня упереться руками в панель. Обозвать волка не успела.

– Даже не предполагай такого....пожалуйста, – процедил Белов. У меня заныло в сердце от дурного предчувствия. О чём они умалчивают?!

– Что с ним? Глаша сегодня сама не своя, – зачем-то призналась я. Тётя слишком сильно чувствует этого оборотня. Словно он непросто любимый мужчина из прошлого, а самая настоящая пара. Другой бы давно семью нашёл, остепенился. А этот знай, за тётей ухаживает. И лбом об упрямую стену стучит. А теперь эта самая стена локти кусает, только не осознаёт случившееся.

– Это не моя тайна. Его. Пусть сам и рассказывает,– отмахнулся насупившийся вервольф. Тон его голоса изменился, стал жестче. Проглянули те самые нотки превосходства, которые я хорошо слышала в нашу первую встречу на лестнице.– Ты хотела знать про родителей? Так вот, отец против вашего соединения.

– Тоже мне новость. А ваша мама? – Подумала про своих родных. Как отреагируют они. Особенно папа…

– Мать…Не скажу, что ей всё равно, с кем мы…встречаемся. Но здесь гораздо проще.

– Вот утешил! – буркнула я себе под нос и отвернулась, уставившись в окно. Похоже, кроме Даниила мне никто не рад. Как с такими общаться? Ладно, не буду раньше времени взрывать себе мозг. Поберегу это умение для кого-то другого.

– Снежана, не парься! Виктория никогда не нравилась матери. Поэтому у тебя есть все шансы. Думаю, Глафира найдёт с ней общий язык.

– Надеюсь.– Общаться на тему кланов резко расхотелось. Очень вовремя показалось знакомое пятиэтажное здание, наполненное всевозможными офисами. И я заставила себя поинтересоваться. – Ваш отец… Причина недовольства в том, что Виктория дочь главы клана, а я так, приезжая? Или тут кроется что-то ещё?

Виктор замолчал, въезжая на стоянку. И лишь когда заглох мотор, поделился:

– Отец дружит с Богданом Перовым. Само собой, они давно мечтали породниться. Так что брат и ты, можно сказать, разрушили грандиозные планы.

– Женись ты на ней. Породнитесь. – Не такая уж это глупость, вдруг Вик души в Виктории не чает. – У вас даже имена похожи. Чувствуешь?

– Ощущаю, – скривился вервольф. – Но жениться на Вике…Ни к чему. Не моё. Тебя проводить до кабинета или сама доберешься?

– А что, больше рассказывать нечего? Торопишься избавиться от дотошной меня? Понимаю.  Что же, спасибо за участие и за то, что подвёз. – Я легко открыла дверь и выпрыгнула наружу. Но стоило подошве коснуться асфальта, как в спину донеслось:

– Снеж, ты нормальная, брату очень подходишь. Он такой же…специфический. Но отцу лучше когти не показывать.

Я тут же обернулась:

– Спасибо… «почти что родственник». Только мне нельзя эти самые когти показывать или вообще такое отношение ко всем невесткам?

– Думай сама, – многозначительно произнёс вервольф и многозначительно подмигнул, сверкнув белоснежным оскалом.

Едва нога коснулась ступеней ставшей уже почти своей пятиэтажки, как мысли переключились на разговор с шефом. Что он предпринял или ещё сделает? Как мне себя вести? Опять же, Синицын и Вознесенский не самые лучшие коллеги. Но работа есть работа, а личная неприязнь должна остаться за дверью. Хотя чем сегодня заниматься, ума не приложу. Хоть сваливай, делая вид, что занята. Вот и получается, что самым приятным человеком в этой компании является Маргарита. Она же имела виды (или отношения) с Максом. Какой милый клубок! У каждого свой запас яда и прочего содержания. Главное, не вступить в него.

Пёс смотрел на меня с укоризной.  Наложенный на левую руку гипс и оригинальный фингал под глазом символизировали справедливое возмездие. Чувствовала, что этому немало поспособствовал Дан.

Мой драгоценный волк! Сколько благородства. Мог ведь и посерьёзнее наказать зарвавшегося Синицына. Сейчас я уже не чувствовала злости или неприязни к псу. Скорее, некомфортность в общении. Словно он тот самый  человек, что растопырил ноги, а я наступила на больную мозоль.

– Привет. Что нового? – Как ни в чём не бывало, поинтересовалась я. А что? Это работа. Маргоши пока нет на месте, отчего не пообщаться плотнее.

– Ничего. Кроме этого, – палец (целый!) ткнулся в перевязку на руке.

– Тяжёлый случай…Бывает, – я пожала плечам и направилась в кабинет Вознесенского. Сожалеть, просить прощения?! Нет уж. В этом случае точно не мой вариант.

– Ты с ним давно? – неожиданно произнёс Фёдор.

– А это так важно?– Я передёрнула плечами, словно прогоняя назойливую муху. Любопытство порок. А нос пса уже наверняка разнюхал, что от меня пахнет Беловым. Даже если это не так, то всё вопрос времени.

– Нет. Но я хотел извиниться, – неожиданно сообщил Синицын. Решил, что я милостиво откажусь?

– Извиняйся.– Сдержала улыбку. Не нужно топить болезного. Он сам завяз.

– Извини. Не знаю, что на меня нашло,– попытался оправдаться Синицын.

В ответ я просто кивнула. Понятия не имею, о чём в тот момент думал пёс. Но если был договор с Марго, то, возможно, это ещё не единственный повод «выгулять» приезжую девицу. В любом случае я рада, что так вовремя появился Даниил.

– Сергея ещё не было? – удивилась я, глядя на незапертую дверь кабинета и полупустые коробки на столе местного руководителя. Коробочки те самые, в которых ещё вчера лежали документы. Пробежалась по счетам…Старые или новые не понять. – Кто-то работал в выходные?

– А что там? – пёс довольно шустро подскочил. Решил через моё плечо заглянуть в кабинет начальства и тут же отпрянул, словно опомнившись. Поморщился. К гадалке не пойду, сама знаю, что Даном пахну. Прикусила щёку, чтобы не рассмеяться.

Вознесенский так и не появился. Был соблазн позвонить ему, но я не стала. Чище воздух, легче дышится. Открыла сайт с играми и позволила себе раз в год заняться ерундой. Смысл пахать, если в этот момент шеф изучает вопрос со всех сторон?! Играла, щёлкала пальцами по клавишам. А сама то и дело посматривала на часы. Когда придёт время обеда? И дело было вовсе не в аппетите. Он-то как раз пропал. Даниил…Я по нему соскучилась, а вот по его родителю не очень. И когда раздался звонок от моего вервольфа, вздохнула с облегчением. Ожидание порой весьма утомительно.

– Снежа, обед с отцом отменяется!

Глава 31

Снежана

«Скоро буду», – нехитрое сообщение от оборотня согрело, вызвав прилив сил. Будет… Представила прищур карих глаз Дана, чуть заметную полуулыбку. Захотелось как можно скорее увидеть его. А зная, что обед с Беловым-старшим отменяется, так и вовсе расслабилась. Хорошо, что вервольф уже на подходе. Наконец-то!

До обеда время тянулось медленно. Общаться с Фёдором и Марго не хотелось. Они звали меня на чай. Я не отказалась, принесла шоколадку. Но после чего сразу ушла в кабинет. Даже дело придумала на случай, если появится Сергей Вознесенский. Сбегу, под предлогом изучения ассортимента конкурентов. Вдруг мы торгуем не тем, чем надо.

Из приёмной донёсся голос Вознесенского. Явился. Мог бы спать до обеда, царёк местный. Я недовольно покачала головой, как же здесь хромает дисциплина.

Дверь с шумом распахнулась, и показался владелец кабинета. Я сразу отметила лихорадочный блеск глаз человека, злое выражение лица. И его агрессия была направлена не на кого-то ещё, а именно на меня.

Происходящее в дальнейшем можно было отслеживать с секундомером, настолько всё быстро пронеслось перед глазами.

– Сука! – сказал, словно выплюнул Сергей, прикрывая дверь. Не глядя, он щёлкнул кнопкой, замыкая контур, отсекая происходящее от ушей в приёмной.

Я осталась сидеть. Но прищурилась, догадавшись,  в чём дело. О, это было нетрудно. В голове только и успела пронестись мысль о шефе, который меня сдал. Или был неаккуратен во время поисков врагов.

Вознесенский не стал скромничать. Бросился ко мне, вскидывая руки вперёд.

– Сука! Сдала-таки! Раскопала, ищейка паршивая!

Я подскочила, но ладони мужчины уже коснулись моей шеи в попытке придушить. Меня обдало запахом алкоголя и сигарет. Вонючая смесь для того, чей нос более чувствителен, чем у человека. Масса пьяного Вознесенского больше моей раза в два, если не больше. И я, как полукровка, была сильнее своих ровесников-людей. Но этот здоровяк оказался не просто сильным. Мощным!

– Тварь живучая, убью! Жизнь мне испортила! – выдавливал из себя человек, нависая надо мной. А я клонилась назад, едва не касаясь спиной стола. Глаза Вознесенского грозили вот-вот лопнуть от натуги, а желваки ходили ходуном.

– Трус! Ничтожество! – выплюнула я, пытаясь отцепить от своего горла руки обезумевшего мужчины. Дурной запах, а проще говоря – вонь, усиливала неприязнь.

– Я трус? Я?! – взбесился Вознесенский. – Знаешь ли ты, Райс, что такое зависеть от волков, рассчитывать только на себя, дожить до сорока лет, скитаясь по съёмным квартирам? Всё для вас, всё! И как только я начал строить собственную жизнь по моему плану, появляешься ты! Убью!

– Ничтожество! – Я безрезультатно пнула мужчину, стараясь хоть так его оттолкнуть, выторговав секунды свободы. Но трудно стоять, изогнувшись перед невменяемым человеком. Рухнули все его мечты. А кто виноват?!

Как мне хотелось расцарапать эту раскрасневшуюся рожу. Даже волчица скалилась, подбивая покусать эту мразь. Я бы рада! Но момент подходящий никак не подворачивался. А ещё вызывало глухое раздражение плотное мужское тело, что прикасалось ко мне даже через одежду! Фу!

– Наглая полукровка! Такая же заносчивая стерва, как и твоя тётка! Даже хуже!

Что?!

Допускаю, что мои действия не устроили Вознесенского. Но чтобы в моём присутствии какой-то дятел посмел задеть Глафиру?! Чувствуя нехватку воздуха из-за откинутой назад головы, с трудом превозмогая боль, я извернулась и со злостью сомкнула зубы на руке человека. На вкус крови постаралась не обращать внимания. Гадость! Ещё никогда не попадала в ситуацию, чтобы кто-то хотел меня убить. Глупо, неправильно, но… Я не знаю, что именно нарыл шеф, и отчего небольшая махинация оказалась столь важной для карьеры Сергея.

Взвывший от боли Вознесенский отшвырнул меня и тут же попытался ударить. Я дёрнулась, чтобы увернуться…

Отлетевшая наотмашь дверь громко стукнула. Возникший в проёме Даниил мгновенно оценил ситуацию. Смазанной тенью бросился к Вознесенскому и отшвырнул его подальше от меня. Затем снова кинулся на человека. Мгновения, отпущенные мне перепившим Сергеем, закончились. Началось другое время, где не я, а он боролся за собственное выживание.

В первую секунду я обрадовалась. Всё, спасена от пьяного придурка. Вторая оказалась куда тревожнее. Дан сейчас убьёт это ничтожество, после чего моего вервольфа посадят! Третья и вовсе принесла новое ощущение. Ещё никогда в жизни я не слышала, как ломается человеческая конечность. Та самая, которой Вознесенский пытался меня ударить.

Появление второго Белова и группы поддержки из перекаченных морд я восприняла исключительно с позиции наблюдателя. Шею, кожу и пальцы рук саднило, но самочувствие оставалось сносным. Даниил оторвался от Сергея. Сейчас братья решали, стоит ли Вознесенского самим везти в полицию или вызвать органы правопорядка сюда.

Я же села на стул и отвернулась. Ненависть человека казалась осязаемой. Неужели это всё из-за махинаций с одеждой? Мелко. Или шеф всегда так обходился с теми, кто пытался его обворовать? Но что грозило Вознесенскому? Максимум – увольнение. Минимум – выговор. Отчего такая агрессия? Я явно знала не всё. И тем скорее мне хотелось пообщаться с руководством.

Приближение вервольфа почувствовала за долю секунды, как он оказался рядом, присел передо мной на корточки.

– Снеж? – осторожно поинтересовался мужчина, разворачивая меня к себе. Дан так придирчиво осматривал шею, так хмурился, что воображение нарисовало страшную картину, подкреплённую саднящим и ноющим ощущением.

– Всё так плохо, да? – На удивление я не хрипела. Слегка закашлялась, но это больше от волнения. Нервное.

– К врачу! – мрачно заявил Белов, протягивая ко мне руки. Мне нравится, когда мужчина правильно применяет свою силу.  Но не в этот раз.

– Не стоит. Я в порядке.

Как удалось отстоять своё мнение, сама не знаю. Волк так злился на человека, что был готов свернуть ему шею прямо здесь. Мы с волчицей чувствовали это! Маленькая плутовка млела от властного самца и настойчиво намекала уступить ей оборот. Я проигнорировала. Не время и не место красоваться.

Вознесенского увели, а мы остались вдвоём.

– А ты вовремя, – произнесла я, беря Дана за руку, отвлекая вервольфа от намерения прямо сейчас поквитаться с человеком.

– Зашёл за тобой, но не успел, – глухо произнёс оборотень. Он смотрел на меня безотрывно. В его глазах я видела столько боли и мрачной решимости, что захотелось прижаться к мужчине, обнять и пообещать, что всё будет хорошо.

– Успел, – глубокомысленно возразила я. Не выдержав, протянула руку и коснулась пальцем залёгшей морщинки между бровей. – Я сильно страшная?

Поймала возмущённый взгляд вервольфа, после чего оказалась на руках Даниила. Попыталась вырваться, но всё бесполезно. Волк стиснул зубы, да так и шёл со мной до тех пор, пока мы не оказались на стоянке. При этом не было сказано ни слова! Усадив меня на переднее сиденье, Белов лично зафиксировал ремень безопасности. Сам сел на место водителя. И всё это Дан проделал молча и с мрачной решимостью.

***

Даниил Белов

– Ты меня бросаешь? – неверяще произнесла Вика.

– Нет. Мы расстаёмся. Хочешь, брось меня сама. И если так будет легче, то при всех.

Разговор с девушкой давался ему нелегко. По-людски было немного жалко оборотницу. Но он не был человеком на сто процентов. И на расставание смотрел проще. Да мало ли пар разошлись?! Даже на пороге свадьбы, перед загсом!

Более того, до их «праздничной» даты оставалось года три-четыре, не меньше, а то и больше. И Перова об этом знала. Белов в этом плане избегал какой-либо конкретики. Как подобное возможно при желании отцов усилить обе стаи, Дан не задумывался. Его вполне устраивала перспектива в ближайшем будущем возглавить клан, предварительно сместив отца. Всё согласно традиций. Бой, во главе которого встаёт победитель.

Пока же сам оборотень не торопил события по всем фронтам. И не зря. В его жизнь, наплевав на всё и вся, врезалась Снежана. Точнее, промчалась мимо, не пожелав с ним знакомиться. Пришлось постараться! И как уже убедился вервольф, девушка – ходячая катастрофа, нуждающаяся исключительно в его, беловской опеке. И пусть сама она так не считала, но он-то видел! Даже Виктор среагировал на полукровку. Пришлось вразумлять брата при помощи клыков и кулаков. Помогло.

– Мне сказали, у тебя появилась другая. Это правда? – Удивлённые ноты быстро пропали из голоса Виктории. Словно она обсуждала неудачную покупку машины, а не отставку бывшим женихом.

– Да. – Скрывать не было смысла. Не сегодня, так завтра узнает.

– Я её убью! Прикопаю! – С мрачной решимостью сообщила Вика и сжала кулаки. Карие глаза девушки метали молнии, а на скулах и висках показалась шерсть. В своей ярости оборотница была прекрасна. Но волк никак на это не реагировал.

Напрасно она это сказала.

В ту же секунду Перова болтала ногами, одновременно силясь достать до пола и стараясь оторвать мужские пальцы от своей шеи. Девушка извивалась как змея, хрипела…Вервольф убрал руку, наблюдая, как та, что ещё недавно звала себя его невестой, с грохотом упала на пол.

– Ты…ты....ты её любишь?! – возмущение, удивление и проблески страха в глазах Виктории могли сказать о многом.

Дан не собирался никого пугать, он ведь честно предупредил. Чего ещё нужно истеричной волчице? А любовь…это личная территория, закрытая для посторонних.

– Ты пожалеешь об этом, – защипела Виктория, видя, что её никто не останавливает. Она смотрела в глаза вервольфа с вызовом. Делала это нарочно, прекрасно осознавая, что волк должен принять вызов. Иначе его могут обвинить в трусости.

– Провоцируешь? – недобро ухмыльнулся Белов, делая шаг навстречу. – Я предупредил. Если не прислушаешься, вини себя.

Дан не осознавал, как угрожающе блеснули его глаза. Он контролировал себя, чего не скажешь о девушке. Кроткой Перова никогда не была. Скорее дерзкой, эгоистичной, способной вскружить любому голову. Как оказалось, у него иммунитет. Стойкий. Личный, по имени Снежана. И только Мухина сейчас интересовала вервольфа. Да какая там Мухина, самая настоящая Райс, такая же, как её родственница, что до нутра прогрызла душу Климу.

Вика встала с гордо поднятой головой, ни на миг не забывая, кто она. Такая быстро оправится. А насколько хватит разума не лезть к Снежане, время покажет.

– Подарки не возвращай, они твои, – отмахнулся Дан, видя, как волчица принялась остервенело расстёгивать подаренный золотой браслет. Витая цепь порвалась и, скользнув между дрожащих пальцев девушки, змейкой упала на пол.

– Ненавижу! – взревела Виктория, занеся ладонь для пощёчины.

Рука Перовой была тут же перехвачена и угрожающе сжата. Ногтями второй руки оборотница полоснула по кисти бывшего жениха… Выступила кровь, но она была меньшей из зол. Зверь требовал наказать обидчика. Угрожающий рык вырвался из горла мужчины. Девица, до которой только сейчас дошло, что едва не спровоцировала собственное избиение, дёрнулась и отступила.

– Последнее предупреждение, – серьёзно, без тени неудобства произнёс вервольф. – И к ней даже не смей приближаться сама или кого-то подсылать. Не прощу.

Вот, в общем-то, и весь разговор.

Белов обернулся и быстрым шагом направился прочь из дома Перовых. Дома, который Даниил даже в шутку никогда не мог назвать своим.

Без приключений до машины он так и не добрался. На пути его уже поджидал глава клана Перовых. Сам. Не иначе Богдан пришёл защищать честь дочери или сорванные планы. Разборки с отцом Виктории закончились победным разгромом скамейки, битьём стёкол беседки и зелёной от травы рубашки. Синяки и ссадины у обоих не в счёт.

После общения с бывшей невестой, волк как никогда хотел видеть Снежану, почувствовать её запах, вкус губ, обнять. Совместная ночь на многое приоткрыла глаза. И если раньше Белов лишь догадывался о причине столь сильного влечения, то теперь всё встало на свои места. Девушка, несмотря на то что полукровка, оказалась его парой. Человек и зверь признали это безоговорочно. И чем дольше Дан не видел Снежку, тем сильнее к ней тянуло. Всё его существо рвалось туда, где должна была находиться неугомонная Райс.

Быстро переодевшись, волк поспешил к любимой. Оказалось, не зря. Зашёл за ней, чтобы позвать на обед. Знакомый пёс указал на дверь, из-за которой не доносилось ни звука, ни шороха. Хищник поднял голову, уже заранее подписав приговор тому, кто находился рядом со Снежаной, вдыхал её запах.

Но почему тишина?! Чем они там занимаются?!

Распахнул дверь без предупреждения и понял, конец человеку. От убийства Вознесенского удалось удержать себя с трудом.

И вот теперь, когда всё почти что закончилось, а они со Снежаной ехали по улицам родного города, волк злился. На себя, едва не опоздавшего на помощь, на человека, посмевшего поднять руку на избранную, на отца, с которым ещё утром поссорился из-за приглашения Снежки на обед.

***

Снежана

– Где мы? – поинтересовалась я, стоило машине свернуть к современной многоэтажке, выросшей в новом микрорайоне.

– Я здесь живу. Один, – сообщил Белов, выходя из машины. Я выбраться не успела. Волк подхватил меня на руки, захлопнул ногой дверцу, да так и понёс в сторону дома.

– Отпусти! Там бабули сидят, ваш местный десант, – хихикнула я. – Неудобно.

– Ты их знаешь? – поинтересовался Дан, не поворачивая головы.

– Я? Откуда?!

– Я тоже. Значит, никакого неудобства быть не может.

– Что они о нас подумают?! – Я продолжила тихо шипеть.  На самом деле, мне было очень приятно на руках вервольфа. Словно давно привыкла к этому. Только мозг работал по разным направлениям, а потому смолчать не смогла. – С Перовой тоже тут встречался?

Ожидала чего угодно, даже того, что меня сейчас резко отпустят. На всякий случай уцепилась за шею мужчины. Она у него крепкая, перегрузку в виде небольшой языкастой полукровки выдержит. Волк остановился и с показным безразличием засопел мне в ухо:

– Я не спрашиваю, с кем и где ты встречалась до приезда сюда. Но если это важно, знай, так (меня слегка подбросили  и снова поймали) я ещё ни одну не носил. И не буду.

Польщена!

Я поджала губы и промолчала. В принципе он прав. Но только в принципе! И вопрос ещё не закрыт. Есть у меня ещё пара обязательных пунктов.

Любопытные старушки как одна, изобразили вежливость. Мы с Даном поздоровались очень сдержанно, стараясь поскорее преодолеть этот людской барьер.

– Лифтом? – поинтересовался волк.

В карих глазах мелькнула смешинка. Долго дуться я не умею, да и нет в этом смысла. Уткнулась носом в шею вервольфа, сожалея, что не сделала этого раньше. Кожа Даниила пахла изумительно! Осторожно прикоснулась языком, пробуя её на вкус. От удовольствия я была готова замурлыкать, словно кошка. Хотелось прихватить зубами, но я сдержалась.

– Понял, – чуть хрипло произнёс вервольф. И, шагая через ступеньку, помчался наверх. Видя, что рядом никого нет, я запустила пальцы в короткие волосы оборотня, с наслаждением помассировала его затылок…

В квартире мы оказались не просто быстро, а очень быстро. Дверь захлопнулась с шумом, отсекая нас от случайных и нежелательных наблюдателей. Это был знак, равносильный стартовому сигналу для спринтера. Мы сорвались. Я, успевшая погладить, поцеловать и принюхаться к любимому мужчине. И он, до этого момента лишённый возможности распустить руки.

Не обращая внимания на всякие мелочи под ногами в виде обуви, одежды, мы двигались в сторону спальни. Не то чтобы я была против, просто там нас ждал один из моих пунктиков…Спать на постели, что могла хранить запах Виктории, помнила изгибы её тела, было неприятно. А ещё я полдня пробыла на работе и нужно срочно в душ!

– Что это? – Моя ладонь коснулась лба Даниила, обнаружив на нём шишку. Слегка отстранилась, уже более придирчиво осматривая вервольфа. Мужчина постарался отвести мою руку…На внешней стороне кисти заметила некрасивые глубокие полосы. Свежие, несмотря на порядочную регенерацию.– Кто?! – возмутилась я, игнорируя в данный момент факт отсутствия на себе одежды. Кто посмел тронуть моё?!

– У меня больше нет невесты…точнее, пока нет. Но я очень надеюсь, что ты не откажешься быть ей, – произнёс своё слово хитрый волчара.

Я всё поняла и промолчала насчёт невесты. Сделала вид, что не расслышала. Но не удержалась от шпильки в адрес соперницы. Аккуратной такой, неприметной.

– Надеюсь, ты обработал перекисью?

– Снежана! – рассмеялся довольный оборотень. – Ты обо мне волнуешься? Не переживай. И не такое встречалось.

– Да мало ли что там под ногтями было?! Заразы, знаешь, сколько сейчас развелось! Пошли в ванную, надо промыть.

– Пошли, – многозначительно оскалился хищник, горящим взглядом  осматривая меня с ног до головы.

Взвизгнула и умчалась, подгоняемая волком. Думаете, я так просто сдалась?  Как бы не так! Сначала мы обработали все ссадины и синяки. И только потом награда, а с нею и медаль, а также орден нашли своего героя. Как оказалось, новое постельное бельё у волка имелось. Позаботилась мама, за что её большое заочное спасибо. Только после этого я позволила себя укутать, прижать к себе… Уснула не сразу. Кое-кто воспользовался своим преимуществом по соблазнению меня.

Глава 32

Снежана

Рассудив, что на работе делать нечего, мы с Даном какое-то время оставались у него на квартире. Затем он отвёз меня домой, а сам направился в клан. Но стоило мне открыть дверь в прихожую, как ушей достиг звон бьющейся посуды. Чашки, тарелки, я даже различала, что именно сейчас звучит. Бросилась в сторону кухни, надеясь

что это всего лишь упали шкафчики с посудой. По очереди…

Я ошиблась.

– Глаша?! – приглушённым голосом позвала я тётю. Она по какому-то непонятному принципу доставала из посудного шкафа чашки, тарелки и с размаху била об пол. Получалось отлично: осколков много, звона тоже. Белое лицо родственницы, заплаканные глаза, нервно подёргивающаяся верхняя губа, всё говорило о неординарной ситуации.

– Что произошло? – я не смела приближаться, чтобы нечаянно не попасть под горячую женскую руку. Хочет, пусть бьёт. Новое купим.

–Бам! – Синяя чашка с золотым ободком коснулась пола и раскололась на несколько красивых кусочков.

– Бам! – Вторила ей керамическая подставка под горячее.

– Это из-за Клима, да? – догадалась я. – Или Виола с мужем поделились новыми откровениями, обронив очередную гадость? Рассказывай! А то скоро есть будет не из чего. – Я подошла к холодильнику, достала кастрюльку с куриным супчиком. – Ошиблась! Разогреем и прямо из кастрюли ложками поедим. Так что бей дальше. У нас много ещё посуды осталось? – Я с нескрываемым интересом обозрела полки…Хотя это ещё не всё, в кладовочке что-то было.

Моя речь добилась цели. Воительница остановилась.

– Умница, что слов не подобрать, – наконец-то произнесла Глафира. Что-то хрустнуло у неё под ногами. Кажется, гроза миновала.

– Можно убирать? – поинтересовалась я, взглядом указав на осколки. Красивые такие, разноцветные.

– Я сама. Ты иди пока, переодевайся. – В голове Глаши просыпались привычные нотки. Это обнадёживало. – И не опаздывай! Я страшно голодная.

Спорить в этот момент с тётей, допытываясь, что произошло? Нет уж, увольте. И чем скорее вернусь, тем быстрее удовлетворю своё любопытство.

Когда я пришла, на кухне уже царил относительный порядок. Сама Глафира наносила последний штрих, заправляя салат из зелени ароматным маслом. Пахло жареной картошечкой с луком и мясом, отчего пришлось сглотнуть слюну. Оказывается, я просто зверски голодна! Глядя на старания тёти достала два бокала и бутылку вина. Тут же мной был получен одобрительный взгляд оборотницы. Она наконец-то вынырнула из своих мыслей и обратила внимание на меня. Увиденное шокировало.

– Что это за тёмные пятна на шее? – потрясённо выговорила  тётя. – Это…пальцы? Кто? Левретка? Да я ей патлы выдерну вместе с ногами! – начала распаляться родственница. Пришлось прервать.

– Чуть позже расскажу. Ты первая. – Я решила оставить свою историю на потом. В конце концов я её знала!

Тётя скривила рот в раздумье. Затем налила нам вина, которое молча выпили. После чего оборотница произнесла:

– Ты права. Это из-за Клима. Знаешь, куда он пропал? – Карие глаза с затаённой тоской смотрели на меня. Она ещё не сказала ни слова, а мне уже было больно. Глаша сильная. А раз так, то должен быть существенный повод, чтобы выбить её из колеи.

– Нет, – спешно произнесла я. Кусок в горло не лез. – А где он?

– Уехал. Разыскивать своего ребёнка. Поэтому его и не было на совете в тот день.

Мне словно дали немытой ложкой по лбу и она прилипла.

Я открыла рот и тут же его прикрыла, переваривая информацию. Хотела спросить о женщине, объявившей себя матерью какого-то малыша, но вовремя одумалась и промолчала. Не хотелось ещё больше ранить Глашу. И всё же…

– Ладно, слушай, – буркнула оборотница, стараясь выглядеть спокойной. Но я чувствовала, как бушевал вулкан из боли и ревности, который пожирал женщину изнутри. Тётя достала телефон, что-то потыкала на экране. Из динамика донеслось:

– Глаш, я должен тебе признаться в очень …сложном деле. История давняя и я не знал, что она будет иметь продолжение. Не думаю, что кто-то решил так жестоко разыграть. Какой в этом смысл?! В общем, после нашего расставания я примерно полгода жил с женщиной. Мы сошлись… неважно по какой причине. Расстались просто, без каких-либо претензий друг к другу. Но недавно она мне позвонила, рассказала, что родила сына. И теперь приняла решение познакомить нас.

– И в чём проблема? – голос Глафиры звучал глухо. Казалось, из-за полученной информации ей приходилось выталкивать из себя каждое слово. Я чувствовала тётину боль в каждом вздохе, шелесте, доносящимся из динамика. И она предсказуемо сорвалась.– Почему? Зачем ты мне это рассказываешь?! Ответь, Клим!

Я перевела взгляд на тётю, но она отвернулась, не желая демонстрировать слёзы. Мне тоже стало больно. Как будто не она, а я сейчас тот невидимый собеседник, любимый мужчина которой вдруг обзавёлся ребенком.

– Потому что я не хочу жить с чужой, по сути, женщиной! – Вервольф тоже страдал. Я слышала это в каждом произнесённом слове и невысказанных тоже. Словно радиоспектакль. Закрой глаза и оживут персонажи, мучащиеся не от придуманной кем-то пьесы, а от реальных проблем. Меня буквально добила последняя фраза, после которой я закусила губу, чтобы не разреветься. – Сейчас ты в сто раз ближе мне, чем когда расстались. Но бросить сына…

– Чего она хочет?! – хрипло выкрикнула тётя и тут же закашлялась, сдерживая рвущиеся наружу эмоции.

– Чтобы я вернулся. Но это невозможно. Я буду искать компромисс. Но сначала найду ребёнка.

Тут тётя пробежала пальцами по экрану, прервав запись разговора.

Занавес.

Я потрясённо молчала, догадавшись, что дальше идёт исключительно личное. В идеале – признания и заверения в любви.

– Ты тоже его любишь, Глаш. Это очевидно.

Аппетит пропал, но я продолжала сидеть за столом. Только вино на удивление хорошо пилось. Сказывалась нервная ситуация.Так и наедают девицы лишние килограммы.

– И ведь даже не поспоришь, – согласилась оборотница, ставя пустой бокал. – Я только одно не понимаю, зачем прятать ребёнка и требовать исполнения обязательств спустя несколько лет.

Глаша начала задумываться. Хорошо, пик истерики пройден.

– Может деньги закончились. Мало непредвиденных ситуаций! Помощь нужна, но боится, что оборотень заберёт ребёнка, – как предположение высказала я.

– Снеж, ты сама-то в последнее веришь? – Иронии Глафира не скрывала.

– Нет. Клим мне показался порядочным и вряд ли бы он стал забирать ребёнка у матери. Если только она не хронический алкоголик.

Тогда к чему эти метания? Я не стала расспрашивать, о чём она. Глафира страдает и без моих колких мыслишек. Нужно срочно отвлечь любимую родственницу. Да что там говорить, старшую подругу!

– А у меня тоже новость.

– Рассказывай. Но сначала поясни, кого мне загрызть?

Я обратила внимание на решительное выражение лица Глафиры. Она не шутила. Порадовалась за ненавистного Вознесенского, который сейчас содержится в камере. Всё спокойнее, чем у нас на свободе.

Пришлось рассказывать, превозмогая Глашино желание немедленно отправиться в полицию, чтобы лично отпинать Сергея. И я порадовалась, что мы сменили тему. Только мысли острой занозой то и дело буравили мой мозг. Я была раздавлена этим сообщением. Они же любят друг друга! Но сложившиеся обстоятельства и упрямство Глаши сделали своё дело. А Клим?! Что значит отступил?! Уехал в другой город! Я понимаю, ситуация со смертью бабушки и деда и обвинениями Беловых была непростой. И мне, живущей в другом времени, всё виделось иначе. Но ведь должен быть выход?! Почему на пути этой пары постоянно возникают препятствия? Им ведь не по шестнадцать, жизнь идёт. И как не тянуло вервольфов друг к другу, время в песочных часах неумолимо утекало.

Повернулась, чтобы отправиться к себе. Но вслед донеслось:

– А знаешь, что страшно и обидно. Я ведь и сама могла родить от него. Это были бы только наши дети. Чего уж теперь. Надо снова жить дальше.

Я вздрогнула от боли и понимания – она ведь не плачет слезами. Сердце кровит. Клим был честен, но разве от этого легче Глафире. Какое мне дело до какой-то там непонятной женщины с сыном или кучей ребятни? У меня своя семья, в которой неприятностей и бед порой лопатой не отгребёшь.

– Глаш, всё наладится. Он же сказал, что та баба (я нарочно была груба) не нужна.

– Не хочу о нём думать, – нахмурилась тётя. – Буду ждать внуков. Твоих детей, в смысле. И надеяться, что останешься здесь.

Я возненавидела ту незнакомую женщину. Глаша оптимист до мозга костей. Но дети…

– Так! Ещё ничего не известно. Мы же Райс! – Я привела последний, и на мой взгляд, убойный аргумент.

– Что у тебя с Даниилом? – волчица тряхнула головой, словно скидывая дурные мысли и меняя тему. – Похоже, попалась птичка?

– Муха, – исправила я. – Попалась. Он поговорил с Викторией.

– Снежа, будь осторожна. Девушка попытается с тобой встретиться. И не забывай, Виктория с детства оборачивалась, она должна хорошо владеть звериной сущностью. А ты нет. Щенок щенком. Дружить с Викторией вряд ли будешь, а желание мстить врагу у волка в крови.

Спорить не видела смысла. А встреча с левреткой… Да ну её. Дан мой, и всё тут!

Ужин подошёл к концу. После услышанного не хватало воздуха, свободы.  Окна раскрыты и всё же я задыхалась.  Тёте кто-то позвонил, и она пошла к себе. Клим? Кажется, нет. Глаша общалась спокойно и даже пыталась смеяться.

– Не всё потеряно? Хорошо. Сколько с меня? Ладно, делай. А там посмотрим. Если найдёшь хорошего клиента – продам.

Тётя остановилась. Я напряглась.

– Ты сейчас о чём? Что у нас сломалось?

– Ерунда, – отмахнулась Глафира. – Я сегодня протаранила столб внизу улицы. Представляешь?

Похоже, она сама не верила в это. Настолько натурально выглядело недоумение на красивом лице.

– Как? – Снова новость, повергающая в шок.

– Тормоза отказали. Представляешь? Хорошо хоть горка небольшая и навстречу никто не попался.

– И ты так спокойно мне об этом рассказываешь?

– Поверь, целостность фар и бампера это не то, о чём я мечтаю. Не переживай, машина в ремонте. Тормоза давно барахлят, но мне всё было некогда. Сейчас исправят.

Подумать только! Клим где-то рыщет в поисках сына, а Глаша могла погибнуть! С этой секунды я смотрела на Белова с меньшим сочувствием. Детей он может плодить сколько хочет и с кем хочет, а родная Глафира у меня одна.

Глава 33

Снежана

– Да, Ви, привет! – По тому, как тётя назвала имя, я поняла, что общается она с подругой Виолой. И что ей нужно? Моя подозрительность подняла голову. – Посидеть? Почему бы и нет. Настроение подходящее. Может, ко мне? В Седьмое небо? Хорошо, забуримся туда, раз душа требует полёта.

Я отказалась от щедрого предложения посетить ресторан на крыше девятиэтажного дома. Затем отправилась к себе. День принёс море впечатлений и не все они были плохими. И пока я принимала душ, сушила волосы, в памяти всплывали то одни, то другие моменты.

Наши отношения с оборотнем развивались стремительно. И если сначала я могла им противиться, то теперь даже не хотела. То, как смотрел этот мужчина, ловил мой взгляд, оставаясь при этом самим собой, а не подкаблучником, подкупало. Ноги подгибались, сердце наполнялось нежностью, а щёки алели, стоило вспомнить что именно он вытворял. А про постель, в которой спала другая, я всё-таки сказала. И, словно подслушав мои мысли, пришло сообщение: «Чем занята? Я освободился. Может, вместе выберем новый диван?»  «Кровать, – чуть подумав, отозвалась я. – Большую»   На что немедленно прилетел смешной смайлик и ответ: « Мне нравится ход твоих мыслей! Скоро буду!»

Когда за мной заехал Даниил, Глафира садилась в такси.

– Может, подвезти? – предложил он. Правильно, с такой родственницей надо дружить. И тогда отдача будет полной и душевной.

– Я сама, – отказалась Глаша и уехала.

Мы тут же отправились в мебельный салон. Большая кровать из чёрного дерева словно нарочно ждала своих покупателей. Дан мой выбор одобрил, и уже на завтра нам должны доставить заказ. Я не стала говорить, что подушки и одеяло тоже подлежит замене. Куплю всё сама и поставлю оборотня перед фактом.

– Зайдёшь? – поинтересовалась я у вервольфа , когда мы спустя час снова оказались у знакомых ворот. – Глаши нет, я одна, – продолжила искушать, коснувшись кулака вервольфа. Для должного эффекта толкнула палец внутрь. Кулак немедленно сжался.

– Попалась, которая кусалась! – довольно произнёс оборотень, притягивая меня к себе.

– Нет ещё, не кусалась. Но если ты хочешь.

Естественно, Дан хотел. Руки, глаза, губы, касания тел, всё вызвало во мне отклик и восторг. И я не могла ошибиться, чувствуя ответную реакцию на свои движения. Он словно вечная батарейка исследовал меня, целовал ( в который раз?). Двигался так, что нам пришлось закрыть все окна, дабы соседи не слышали моих стонов. А что я сделаю, если удовольствие рвётся наружу? Только отдаюсь на милость своего мужчины и его умелым действиям.

Позже, заказав на дом пиццу, мы устроились в гостиной на диване и включили какой-то фантастический фильм. Я не фанат военных космических игр, вполне хватает других увлечений. Поэтому любовалась вервольфом и чувствовала себя отлично. Тянуло непонятное ощущение вины перед Глафирой. За своё счастье настоящее и будущее, в которое очень хочется верить.

– Дан, а что там с Климом? – Я прислонилась к оборотню. – Она сама не своя. А что с Климом. Действительно есть ребёнок?

– Не знаю. Но мы его не бросим.

– Понятно, – я вздохнула, представив несчастную детскую мордашку. – И сколько ему лет?

– Предположительно десять. Не переживай, Клим найдём её.

– А зачем эти бега с пересечением непонятной местности? К чему прятки?

– Сам не пойму.

– Та…дамочка хочет, чтобы Клим на ней женился? – Скривилась, уверенная, что вервольф не видит. А если и видит, то не стыдно мне ни капельки.

– Хочет. А он нет. Я предложил свою помощь, но он отказался. Злой как собака! – пожаловался Даниил. Уткнулась ему в плечо, чтобы скрыть непрошенную улыбку от такого сравнения.

– Странные дела творятся, – не могла я не вставить свои пять рублей в эту тему. – То дети, то тормоза.

– Кто тормоза? – с подозрением уставился на меня вервольф. Я подумала, и острить не стала. Вдруг обидится.

– У Глашиной машины отказали тормоза. Пострадал столб внизу улицы. Хорошо хоть тётя без переломов.

– Хм…Там внизу есть камеры, посмотрю, как всё было, – задумчиво протянул Белов, за что тут же был зацелован. Фильм мы недосмотрели – сбежали проверять на крепость мою кровать. Выдержала.

***

– Доброе утро, молодежь, – поприветствовала нас тётя, в то время как мы уже завтракали.

– Привет! Как погуляли? – поинтересовалась я. Лицо тёти выглядело, как всегда, на высоте. Словно не она пришла глубоко за полночь.

– Неплохо. Только не выспалась. А вы как тут без меня? – она хитро подмигнула в тот момент, когда Дан придвинул мой стул к своему. Упрямый. – Скучали или радовались отсутствия?

– Глаша! – возмущённо вывернула я, прекрасно понимая, что это шутка.

– В какой мастерской ваша машина? – прервал наше милое пререкание Даниил.

– В какой, в какой…Не скажу! Нечего Беловым в наши дела влезать!

– Глафира? – удивлённо протянула я, бросив украдкой взгляд на Дана.

Неудобно вышло. Может, она злится из-за Клима? Сам вервольф со спокойным видом выдержал недовольный взгляд тёти. И о, чудо! Ей пришлось смириться.

– Ладно, буду рада, если убедите меня в чём-то конкретном. Мне самой не нравится всё это.

– Что именно? – Снова покосилась на вервольфа. Он сделал вид, что не заметил или решил подыграть, не встревая и не драконя родственницу. Моё движение уловила тётя и чуть заметно ухмыльнулась.

Тётя замялась, а после, глядя в упор на завтракающего Даниила, произнесла:

– Она поинтересовалась, как я себя чувствую. – Имя не прозвучало, но я поняла без дополнительной расшифровки.

Обычный, в общем, вопрос. Если не знать о неисправных тормозах. Мы промолчали. Тогда Глафира решила открыть ещё одну карту, о которой я даже не знала:

– Точно так же она спросила в день моего падения и перелома. В тот момент я была под наблюдением в больнице.

– Может, ей рассказали знакомые? Сплетни, они бегут вперёд человека. – предположила я.

– Возможно.

– Интересно, откуда Виола Шарова так быстро узнала?– озвучил вервольф. Вот и шифруйся! Вмиг раскусил. – Да ладно, неужели я не понял о ком речь? – рассмеялся мужчина, собственнически положив свою руку мне на колено. Хотела сбросить, но не стала. Сразу оценив степень приятности и тепла ладони. – А, кстати, где случился перелом?

Вот тут моя тётя замялась. Откусила бутерброд и принялась тщательно жевать, обдумывая ответ. Дан терпеливо ждал, тоже не отрываясь от завтрака.

– Свалилась со стройки, – как ни в чём не бывало, ответила она, игнорируя наши вытянутые лица. – А что вы так удивлённо смотрите? Мы любовались закатом с высоты недостроенного дома. Он…плохо охраняется.  Посмотрели что хотели. А потом принялись спускаться.

– Чей дом-то? – поинтересовался Даниил.

– Я имела в виду многоэтажку, – пояснила Глаша. – Стройку местного самоуправления. Игорёк с Наташей планируют купить квартиру, вот мы и смотрели, какой вид лучше и стоит ли на этот дом тратить своё внимание. Когда спускались, я споткнулась и сорвалась. Ногой попала на штырь. Вот и всё.

– Теперь я понимаю, откуда ты унаследовала склонность к приключениям на свои нижние девяносто, – съязвил Дан. В отместку попыталась скинуть наглую конечность с колена. Не удалось.

Я думала, тёте это не понравится. И она непременно вставит шпильку. Но…Кажется, нашим сравнением Глафира довольна.

– Снеж, ты сегодня куда? На работу или… – она перевела взгляд на Даниила, явно намекая на наши отношения.

– На работу. Вознесенского нет, а нужно всё проконтролировать, – пояснила я свои действия. А почувствовав, как напряглась рука вервольфа, погладила её в ответ. – Я ненадолго.

Не успели даже вылезти из-за стола, как телефон Глафиры вклинился в наше общение.

– Привет, Ви! Как ты? – Глафира откинулась на спинку стула и чему-то улыбнулась. Видимо, вечеринка удалась на славу. – Что?! Как поссорились? А он что? А ты? Нет, сейчас не могу. Давай встретимся вечером! Ну всё, увидимся!

На лице родственницы отразилась довольная улыбка. Я подалась вперёд, нависнув грудью над столешницей.

– Опять? С ней?

– Ви в очередной раз решила разойтись с  мужем, а меня использовать в виде жилетки. Здорово, правда?

– Я думаю, вам не стоит встречаться с Шаровой…– начал было он. Тётя прервала, чеканя каждое слово…

– Я сама буду думать, с кем есть смысл встречаться, а с кем нет.

***

Глафира

Ресторан Синее небо манил огнями и возможностью отвлечься от насущных проблем. Разве что денег после его посещения у простого народа становилось в разы меньше. Но клиенты как бабочки летели на свет, тратя наличность и мечтая ещё раз вернуться сюда. Тем, кому не приходилось в поте лица зарабатывать кровные, посещали это место чаще и тем охотнее расставались с деньгами. Всё сверкало чистотой и неоновыми огнями.

Глафира смотрела на свою школьную подругу и пыталась выискать в ней хоть каплю фальши. Виола была идеальна. В своём сострадании, способности выслушать и подставить плечо в случае неприятностей. Так было всегда. Что же поменялось? Почему сейчас Глаша выискивала в Ви недостатки и следы лжи на лице. Чутьё волчицы подсказывало, что где-то совсем рядом ходит момент истины, раскрывающий многие покрытые мхом тайны.

– У него есть любовница, представляешь?! – разоткровенничалась Виола. Сегодня утром в бардачке его машины я нашла упаковку презервативов. Двух не хватало.

– Ты уверена? – Глупый вопрос. Не испарились же они. Но чернить мужа при жене… Пожалуй, во врагах останешься. Глаша не страдала желанием посплетничать и только изредка вставляла какое-нибудь слово.

– Пф! И я даже догадываюсь кто она.

– Догадываешься?

– Секретарша. С накаченными буферами и губами-пельменями. Не удивлюсь, если всё это было сделано за счёт моего кармана.

– Секретарша? Кто она?

– Дура из деревни. Вылезла на каком-то молодёжном форуме, где Шаров выступал. Выдвинули её. А задвинуть забыли.

Виолка злилась. Это сквозило в каждом слове, каждом жесте женщины. Оно и понятно, твоё лицо и тело уже пережило несколько операций, а тут практически свежий материал. Глаша даже посочувствовала. Не то, чтобы подруга при возможном разводе нуждалась бы деньгах, но видеть счастливую соперницу очень обидно.

– Кобели они все, – известная фраза была озвучена Райс с самым непримиримым видом. Капля информации с её стороны не повредит. После звонка Клима упадническое настроение засасывало, обсыпало безнадёгой и грозило депрессией. Но не в характере Глафиры продолжительное посыпание головы пеплом. Она давно научилась глушить страдания очередным прыжком в неизвестность, щекотать нервы в надежде испытать новое ощущение. И несколько прыжков с парашютом тому подтверждение. Сейчас, когда проснулась подозрительность, душа Райс требовала опасной игры.

– Ты знала, что Клим вернулся?

– Какой? Белов что ли? – Ви не сдержала неприятной ухмылки. – Вы что, встречались?

Сейчас гримаска подруги оценивалась с позиции подозрительности и....ревности. О! Её Глафира заглушала с трудом. И то по большей части спокойствие на самом деле было напускным. Она переживала, но на идеально очерченном лице никто не мог разглядеть и капли боли.

– Да. Пару раз. Случайно, – отмахнулась волчица. – И как бы мне не хотелось, но вскоре придётся снова общаться со всем семейством Беловых.

– Ого! Из-за малышки Снежаны? – многозначительно улыбнулась Виолка. – Весь город гудит о разрыве детей двух альф. Кино!

Действительно, кино. Мысль была неприятной. И улыбка собеседницы по этому поводу тоже.

– Думаю, Перовы злятся. Ещё бы! Усиление клана за счёт Беловых – хороший ход. Это вам не в песочнице в солдатики играть. Реальная сила. А твоя племянница молодец. Такого кадра заимела.

В каждом слове Ви была права. И всё-таки сейчас упоминание Снежки подругой отдавало чем-то неприятным. Словно имя девушки произносил кто-то грязный. Подозрительность не всегда оправданна, но сама Глафира не собиралась мусолить имя своей любимой племянницы и обсуждать её поступки. Почти дочери.

– Глаш, а свадьба скоро? – полушутя поинтересовалась Виола и сделала несколько внушительных глотков из бокала. Она растянула губы в улыбке, а глаза оставались серьёзными. – Здесь праздновать будут или в её город уедут?

– Чем плох Волчий Бор? – не поняла Глафира, тоже приложившись к бокалу. В горле пересохло, и глоток получился внушительный.

– Она же… не такая, как ты и Белов. Полукровка.

Волчице показалось, что последнее слово прозвучало как обзывательство, помноженное на снисхождение. Это только распалило Райс, которая в свою очередь ждала возможности воткнуть подруге шпильку. Дождалась.

– О чём ты, Ви?! Какая свадьба? Подозреваю, отношения с Беловыми скоро пойдёт на новый виток ссоры. А Снежа…Надеюсь, всё не настолько серьёзно. Найдёт себе парня по душе.

– Новая ссора? Не понимаю. Рассказывай, что произошло! Постараюсь помочь. Ты же знаешь наши возможности.

Любопытство одолевало Виолу. Она придвинулась ближе.

– Даже не знаю с чего начать, – Глаша тяжко вздохнула, приготовившись к самой заковыристой лжи в её жизни. – Понимаешь, я нашла документы. Завещание родителей.

–И?

– Чушь несусветная, но по ним мы с Ларисой не имели право продавать имущество. – Волчица практически не дышала, боясь выдать себя хоть каким-нибудь жестом.

– Как это?

– Так. Всё имущество должно оставаться в семье и только так. Иначе отойдёт очень дальней родне со стороны матери. Как только они не пронюхали.

– Мне казалось, что у твоей матери нет родни. Не помню таких на похоронах. Да и вас столько лет никто не навещал! – Виола нахмурилась. Она пыталась разобраться.

– Вот видишь! Они даже нас не навещали. Но не это главное. Стыд, Ви! Какой стыд перед вами, перед тобой. Но не волнуйся, мы всё отдадим. Затраты, уплаченные налоги за эти годы. Всё до копеечки, чтобы не быть должной! Тебе в первую очередь.

– А Беловым? – похоже, в горле Шаровой конкретно пересохло. Она залпом допила вторую половину бокала. Любовница мужа отошла на второй план.

– Им потом. Мебельная фабрика отойдёт Ларисе, вот пусть и думает, как и что.

– И…и нужна тебе эта морока? Возможные судебные иски, адвокаты. Не подумай, я целиком на твоей стороне. Но ведь вопросов будет много, согласись? А Беловы очень сильный клан, чтобы просто так спустить каким-то одиночкам потерю дохода.

– Ты знаешь, что слово умерших родителей для меня закон, – Глафира совершенно искренне вдохнула. Сейчас она не собиралась врать. Только полуправда, выставленная в выгодном для неё свете. – Я борюсь с собой, умом понимая, что проще оставить всё как есть. И всё же на следующей неделе мой адвокат займётся этим делом. Бесконечно откладывать нет смысла. Именно поэтому я не жду от альфы клана Беловых хорошего отношения к нам.

Да, именно так. Если имуществу будут забирать, кто обрадуется? Никто. Даже если денег предложить, не всякий захочет терять дело.

– Оно у тебя дома? Хочешь, я посмотрю? Вдруг ты что-то не так прочитала.

– Спасибо, Ви ! Ты настоящая подруга. Не беспокойся, завтра документы переправлю в банк. Так надёжнее.

Виола мрачнела. На холёном лице улыбку словно стёрли. Нервно барабаня пальцами по столу, она погрузилась в собственные размышления. Где-то в глубине души Глаше было жалко подругу. А вдруг она не виновата…Только сомнение уже поселилось в сердце и с каждой минутой находило всё новые и новые аргументы в пользу версии о предательстве подруги. Волчица понимала, что выбрала очень опасный путь. Но действовать иначе не захотела.

– Ви, мне тут в который раз шепнули, что было непростое убийство. Представляешь моё состояние?  Глупость, конечно, ведь следствие закончено. Только вдруг это правда? И родители действительно погибли не из-за случайности. Мы ведь не бомжи. Отец много лет состоял в Совете кланов.

Глава 34

Снежана

Поцелуй напополам, дыхание, разделённое надвое. Мы взлетели и вновь приземлились, оглушённые фейерверком ощущений, не в силах оторваться друг от друга. Я лежала, прижатая к горячему телу Даниила и млела. Грелась в лучах его взгляда и не могла не ответить взаимностью. Как я раньше жила без него?

Где-то там, на задворках сознания, промелькнуло смазанное лицо Макса. Но оно было настолько неразборчивым, что угадывалось лишь по очертаниям. Мн. Мне уже неважен этот мужчина. Я его забыла. Стряхнула, как назойливую муху.

– Почему хмуришься? Я сделал тебе больно? – обеспокоенно поинтересовался вервольф.

– Я думаю… Где ты был всё это время?! Почему раньше не встретился? – Для передачи чувств стукнула ладошкой по плечу Дана.

– Моя любимая девочка,– заурчал довольный волчара и крепко обнял меня.

Я придушенно пискнула, после чего оборотень исправился. Наступила относительная свобода.

Какое-то время мы молчали, наслаждаясь близостью обнажённых тел, присутствием друг друга. Но сон не шёл и я поинтересовалась:

– Как там дела с машиной Глафиры?

– Пока никак, всё чисто. В любом случае это делалось не на ходу. Кто-то постарался. А где? Да везде! На стоянке перед вашим домом, в гараже. Странная беспечность! Живёт одна и ничего не боится. Рисковая женщина, твоя тётя. Предлагаю установить видеонаблюдение за домом и территорией.

Согласилась. Здесь я или нет, но так действительно будет спокойнее. Глаше и мне самой.

Рука Даниила лёгкими движениями касалась спины. Это было восхитительно приятно. Хотелось выгнуться, как кошка и замурлыкать. С моим желанием в корне не согласилась волчица. Но я полукровка, мне проще контролировать свои разносторонние желания.

– Дань, я боюсь за Глашу. Клим сам, не понимая того, подтолкнул её к очередной крайности. Она любит авантюры, привыкла рисковать собой. И сейчас не будет исключения.

– Не могу его осуждать, – честно признался вервольф.

– То есть, если с ней что-то случится в его отсутствие, вам будет всё равно? – Дёрнулась, в желании отодвинуться. Как можно так говорить?! Даниил не позволил отстраниться. Вервольф недовольно закричал и сграбастал меня в охапку, прижимая к себе крепко-крепко.

– Не смей отстраняться, сбегать. Не пущу. – И столько в его голосе звучало уверенности, что хотелось верить – так и будет.

Я сопела, уткнувшись в плечо оборотня. Гладкая загорелая кожа пахла изумительно, соблазняя и подвигая на безумства. Татуировка в виде волчьей раскрытой пасти победно скалилась.

– И не придирайся к словам, я не это имел в виду. Дети для нас всегда благо.

Что-то вот задели меня его слова. Прав Белов и в то же время неправ!

– Да? Буду знать. Если забеременею от кого-нибудь, то не буду прятаться, а смело тебе об этом скажу. Благо же!

– Что? – зарычал вмиг разозлившийся волчище. Он завёлся, вспыхнул как спичка.

Это я-то думала, что мы уже легли отдыхать и никакого продолжения не будет? Как я ошибалась! Белов с какой-то маниакальной упёртостью принялся доказывать мне, где я неправа и почему вариант "дети от другого мужчины" даже не может быть рассмотрен. Видимо, он решил доказать это на деле с углублённым изучением вопроса.

После подобной встряски оборотень собственноручно отнёс меня в душ, намыл и только потом вернул обратно.

Сообщение прилетело внезапно. Я потянулась к телефону. Он лежал на прикроватной тумбочке со стороны Даниила. Тут же моих ягодиц коснулась рука вервольфа, ощутила лёгкий щипок.

– Что? – Я с деланым возмущением взглянула на Белова, который в этот момент напоминал довольного кота.

– Страхую. Вдруг свалишься. А мне своё добро беречь надо. Я теперь без него не смогу обходиться.

– Так уж и не сможешь, – с сомнением обернулась. Потянулась, и тут же расслышала, как Дан сглотнул. Вот она, сила голой женской попы!

«Я довела Виолу до кондиции. Скоро буду!»

– Что? – прошептал вервольф, словно Глафира могла его услышать.

– Она возвращается. Предупреждает. Может, подождём Глашу на кухне? Интересно, что она расскажет.

***

Было не слишком поздно, и в ожидании я решила сварить нам кофе, который вскорости был готов. Тётя тоже не задержалась. Уверенная в себе, со следами усталости на лице, она наконец-то была дома. Я облегчённо вздохнула. Быстро переодевшись, Глаша присоединилась к нам.

– Не спите? Это хорошо. Я вам такое расскажу! – загадочно протянула она, потирая ручки. И ведь рассказала! Как загрузила Виолу наплела ей с три короба про родителей, мело обосновала желание вернуть всё обратно.

– Чистой воды блеф, – сделал свой вывод молчавший до сих пор Белов. – Полное безрассудство.

– А я твоего мнения не спрашивала, – обиженно фыркнула Глафира.

– Прекратите. – Я попыталась образумить обоих оборотней гневно посматривающих друг на друга. – Нашли из-за чего спорить.

– А что ему не нравится, Снеж? Мои сказки для Виолы в общем или в той части, что касается имущества Беловых?

– Семья не имеет отношения к пожару! – рыкнул Дан.

– О, я тоже так считала. Но, оказывается, очень многое о вас не знала. Например, что у Клима есть ребёнок или несколько. Как такое возможно? Тайна, о которой альфа и прочие  не знали несколько лет? Или кто-то всё же догадывался, но молчал? – Сказано было с такой злостью и болью, что у меня сердце могло  разорваться на части.

Я сама была готова отдать частичку себя, лишь бы Глафира не чувствовала той горечи, что подтачивала её изнутри. Клим…Как хотелось приложить ему между ушей что-то потяжелее. Разделочную доску, например.

Я ждала очередного всплеска противостояния. И уже была готова вцепиться в каждого из этих упрямцев, чтобы удержать, уговорить пообщаться и прийти к какому-то совместному решению. Даниил меня удивил. Тень пробежала по идеально высеченному лицу. Он не ответил на обвинения.

– Если хочешь знать моё мнение, то я не верю в это. И не понимаю, зачем прятать ребёнка. Деньги для Клима не проблема и в случае чего развод тоже. Так в чём причина?

– Понятия не имею. Вам виднее, – фыркнула Глафира. – Ладно, дети, я спать.

Дети?! Она всего лет на десять старше Дани!

Мне показалось, что уходила Глаша с другим душевным состоянием. Буду рада, если слова Даниила коснулись её сердца и разума. А значит, с упадническим настроением можно будет смело попрощаться.

Пока я убирала всё со стола, Дан время зря не терял. Он что-то быстро и сосредоточенно набирал в телефоне. А когда прозвучал ответный сигнал, убрал мобильный в карман.

– Ночная перекличка? – пошутила я. На самом деле мне было о-о-очень интересно, с кем это он общается в это время.

– Вроде того. Сообщил Климу, что его половинка вляпалась всеми лапами в опасное дело.

– И что он ответил?

– Что и должен. Возвращается.

Ладно, Клим Белов, одну конфетку от меня ты заработал.

***

Мой сон был слишком коротким. Я не успела насладиться им в полной мере. Вклинилось непонятное:

– Нападение на дом Райс. Присылай подмогу. Да, справлюсь.

Напа… Нападение?!

Открыла глаза, практически сразу разглядев в темноте стоящего у окна Даниила. Луна подсвечивала обнажённое смуглое тело, бесстыдно касаясь моего вервольфа своим тусклым светом. Пробуждение не осталось незамеченным.

– Проснулась? Снежка, собирайся и иди в комнату Глафиры. Я постараюсь понять, что здесь происходит.

– Кто на нас напал? – Спать хотелось неимоверно. Заболела голова. Но я нашла свои домашние бриджи и втиснула в них ноги. Если что, убегать в этом комфортнее, чем с голым задом.

– Подозреваю те, кого вспугнула твоя тётка.

Даниил не злился. Он выражал своё мнение, и я была с ним согласна. Элемент внезапности на лицо.

– Почему ты думаешь, что там кто-то есть? – я ткнула пальцем в сторону окна, не в силах разглядеть никого. Ночь на улице и свет погас. Какая видимость?!

– Будь внимательнее. – Он не стал меня ругать за неисполнение приказа идти к Глаше. Я обязательно туда отправлюсь, но чуть позже. Дан придержал мою голову, заставив посмотреть в сторону садовой скамейки…

– Пятно за сиренью?

– Оно. Со стороны ворот ещё одно.

– Какая прелесть, – пробормотала я, глядя в темноту ночи. Глаза уже привыкли к подобному освещению, и различать посторонние предметы стало легче. – Почему они не подходят ближе?

– Присматриваются. Моя машина их насторожила. Или ждут сигнала.

– Ты звонил своим?

– Брату. Он свяжется с отцом.

Разумное решение, если знать, что Белов-старший может не поторопиться на помощь к семейке Райс. Разве что наследника придёт выручать.

– Не переживай, их немного, – по-своему расценил мою тревогу Даниил и в успокаивающем жесте прикоснулся губами к моему виску. – Я позвонил на случай непредвиденных обстоятельств.

От прикосновений вервольфа, его присутствия, стало неимоверно прятно. И только понимании ситуации сдерживало. Обнажённый мужчина, не стесняющийся своей наготы и я, упакованная как для прогулки. Что-то есть в этом неправильное с моей стороны.

– Иди к Глафире. Вдвоём надёжнее. Оборачиваться можешь?

– Могу. Только волчица мелкая. Зато красивая!

– Так и думал, – кивнул оборотень и подтолкнул меня в сторону выхода из комнаты. Скользнул рукой по бедру.

Я сделала шаг, а потом обернулась, с восхищением глядя на меняющееся тело мужчины. Огромный зверь нарочно клацнул зубами и смешно высунул язык. Захотелось запустить пальцы в этот мех, почесать лобастую голову. И потом я обязательно так сделаю.

– Не знаю, что именно ты задумал, но выйти без проблем можно через гараж.

Волк совершенно бесшумно двинулся туда, куда я его послала. Проходя мимо, осторожно прихватил мою руку зубами, понуждая не стоять, а двигаться.

– Давай, хоть дверь тебе открою?

Оборотень фыркнул и, отпустив меня у комнаты Глафиры, отправился дальше. Я подняла руку, чтобы постучать, но дверь раскрылась. Глаша не спала.

– Входи уж, не топчись.

Она была одета в домашний спортивный костюм, а волосы собрала в хвост. Спортсменка, ни дать ни взять.

– Ты не спишь. И почему к нам не вышла?

– Хочешь, чтобы я любовалась на голый зад твоего мужчины? – усмехнулась оборотница. А точнее, оскалилась. Даже сейчас, будучи человеком, от неё несло опасностью. – Не бойся. Снеж, мне нужно туда.

– А я? – схватилась за штаны с намерением тоже обернуться. Нет уж, вместе так вместе!

– А ты подождёшь нас здесь. Но лучше на кухне, там есть чем обороняться.

– Хорошо, – с сожалением согласилась я. – Ты только будь осторожнее.

Сидеть сложа руки и трусливо поскуливать, это не по мне. Понятно, что против мужиков не попрёшь. А моего опыта кот наплакал. Когда-то разбивала носы соседским мальчишкам, решившим меня поддразнить. Позже мы сдружились, но никого из этих парней я не рассматривала в качестве потенциального ухажёра. И прежде чем идти по заданному маршруту, заглянула в гардеробную к Глафире. Картонный Клим стоял там же, куда я его засунула. Схватила имитацию мужика под мышку и потащила его с собой. Может быть мне как в «Один дома» придётся его привязать и за ниточки дёргать? Мало, мало Клим своих копий нам подарил. Надо сказать, чтобы исправился.

На кухне и без света было не слишком темно. Помогал наш уличный фонарь, подвешенный над крыльцом. Я сняла с полки половник и поварскую вилку, а заодно несколько ножей. Вооружившись этим, поняла, что выгляжу смешно. И пусть хоть кто-нибудь посмеет пошутить. Отомщу страшно! Половником по лбу.

Картонного Клима пристроила за стол, немного смяв его, чтобы сидел. Так правдоподобнее. Надеюсь, удастся кого-нибудь из неприятелей обмануть. Как же хотелось помочь! Хватило разума понять, что я их слабое звено и сейчас могу только навредить.

Время в ожидании тянулось медленно, но всё же время подошло к концу. Послышались посторонние звуки, рычание, приглушённые разговоры. Стукнула дверь со стороны гаража. Даниил?! И почти сразу кто-то постучал в окно за моей спиной. Обернулась…Замерла, увидев скалящуюся волчью пасть. Сердце ухнуло в пятки, а затем вернулось, требуя отмщения. Оборотень явно рисовался передо мной, демонстрируя нехилый набор острых зубов и мощных челюстей. Мне не нужен был дневной свет, чтобы рассмотреть блеснувшие клыки. Не знаю, какой муд… умник решился меня напугать, но я рванула к столу. Схватила половник и вилку, а затем кинулась к окну, уже планируя его открыть. Зверь с любопытством наблюдал за моими действиями и не уходил. Он даже встал на задние лапы, чтобы продемонстрировать всего себя.

На ум пришёл только один экземпляр мужской особи, способный на такой поступок. Виктор.

– Снежа! – раздался голос Глафиры. Она включила свет на кухне, но я не обернулась. Некогда. Тут морды всякие скалятся. Надо поучить правилам приличия.

– Где Дан? – поинтересовалась, почти вплотную подойдя к окну.

– А он у тебя ничего. Одного скрутил ещё до меня. Со вторым помог справиться.

– Это люди? – При всём моём уважении и признании Глаши и Белова, я не слишком верила в удачу.

– Люди. Твой сейчас их допрашивает у нас в гараже. Так что не ходи туда.

– Что? – Дёрнулась, представив застенки, пыточные подвалы. В фильмах они порой такие реалистичные! И Дан с ними никак не совмещался. Оглянулась. Крайне важным показалось увидеть выражение лица Глафиры. Она выглядела вполне обычно. Всё тот же костюм и причёска. Разве что глаза горели, наводя на мысль о том, что произошедшее воспламенило кровь оборотницы.

– А ты как думала? Чаи с ними распивать. Снеж, не думай об этом. Представь в масштабе: мы с тобой пострадали. А теперь забудь, что я тебе рассказала. В конце концов, твой половник тоже орудие пыток. Уж про вилку и вовсе молчу. Кого ты ей ковырять собралась?

Я фыркнула, но внутренне согласилась. Умеет тётя доходчиво всё объяснить. Обернулась на окно…

– Эти Беловы, как клоуны, честное слово. Виктор ведь нарочно решил тебя напугать. Гад лохматый, – со смешком вынесла свой вердикт Глаша. И только в этот момент она заметила картонного Клима. – Нельзя из спальни погулять выйти, мужика сразу уведут.

– Забирай. Он мне больше тут не нужен. – Хотела подмигнуть, но не стала. А глядя, как Глафира подмышкой уносит Клима, прикусила губу. Смех рвался наружу, но мне удалось сдержаться. Завтра аккуратно предложу его ламинировать. Всё объёмнее мужик будет и немятый.

Я всё же отправилась на поиски Даниила, внутренне опасаясь, что увижу что-то неподходящее. В доме  точно был кто-то ещё, но пока на глаза не попадался. Только Виктор.  Стукнула входная дверь и почти сразу тяжёлый топот чужих шагов по коридору заставил насторожиться. Двинулась на звук…

Моё удивление и короткий вскрик Глаши слились воедино.

– Клим?

– Ах ты…

Не сговариваясь, мы бросились в комнату Глафиры.

Глава 35

Снежана

Клим в три прыжка достиг комнаты Глаши, распахнул дверь…И захлопнул её перед моим носом. Послышалась возня, крики, рыки. Я хотела хоть глазком подсмотреть, что там происходит. Затем всё затихло и воцарилась тишина. Взялась за ручку двери, чтобы осторожно приоткрыть и заглянуть внутрь. Увиденное умилило. Клим нажимал ногой на горло валяющегося на полу мужчины, но смотрел исключительно на Глафиру. Она, словно разъярённая фурия, стояла напротив. Её ножка красовалась на грудной клетке вероломного незнакомца. Видимо, проник через раскрытое окно.

– Здравствуйте, – зачем-то произнесла я, глядя на Клима. – А что это вы оба тут делаете?

– Снежа, позови кого-нибудь. Надо забрать это,– наманикюренный палец ткнулся в сторону неприятеля. Было ощущение, что она нарочно игнорирует Клима, замечая только мужика на полу и меня.

– Сейчас! – Уходить не хотелось, но им точно нужно было поговорить. Вот только лишний балласт нужно срочно выкинуть за дверь. Придётся воспользоваться помощью Дана.

***

Глафира

Глафира злилась. На попавшего в комнату неприятеля, на Клима который непонятно откуда взялся, но сразу кинулся ей на помощь. Она сама могла бы справиться, а он влез.

Ловкий полукровка поджидал её в комнате. Все нападавшие воспользовались спреем, отбивающим запах полностью, что на каком-то этапе замаскировало присутствие чужака. И в тот момент, когда Райс вошла к себе, незнакомец попытался её ударить по голове. Он рассчитывал сбить женщину с ног, вывести из строя. Не удалось.

– Ах, ты! – только и вырвалось у оборотницы. На дальнейшую нецензурщину она не отвлекалась. Потом расскажет, куда следует идти этому уроду и с какой скоростью. Сейчас некогда.  Ловко увернула лицо от приближающегося кулака, который с силой врезался в плечо. Одновременно Глафира полоснула рукой по щеке врага, выпуская звериные когти. Райс отлетела в угол комнаты и упёрлась руками об пол. Словно кошка, что приземлилась на лапы. Готовая к обороту в любую секунду, вскочила, чтобы встретиться с врагом лицом к лицу. Порвать его на тряпочки за то, что посмел пробраться в её дом, тем самым покуситься на святое.

Клим ворвался как ураган, приложил незваного гостя, посмевшего замахнуться на хозяйку. Равноценного сопротивления полукровка не оказал. И как победитель, Белов поставил ногу на попытавшегося встать с пола врага. Затем, не скрывая торжества, прямо посмотрел на Райс. Что-то было в этой картине. Вроде как шкуру убитого медведя бросили к ногам королевы и она должна это оценить. Злость Глаши прошла, сменившись звериным удовольствием. Так смотрит самка на своего героя, сумевшего её защитить. Только Белов снова всё испортил. Стоило ему открыть рот и произнести:

– Почему ты ничего не сказала? Почему о том, что ты в опасности, я узнаю от племянника?!

– Надо же. Скажи ещё, что ты был честен со мной и всё рассказал про свою бабу и её ребёнка.

– А разве не так?! – Белов злился.

Мужик, что ковриком расстилался под ногами, попытался подняться, но Глафира поставила свою ногу ему на грудь. Чтобы не трепыхался и не мешал выяснять отношения.

– Так, – криво усмехнулась упрямая Глафира.– Только тебе было не до меня, вот я и не мешала. Кстати, помог, теперь можешь отчаливать. Без тебя справлюсь! Вали!

Стук в дверь прервал разборки. Это Снежка сунула свой любопытный носик и умчалась за помощью.  Её вервольф пришёл очень быстро и забрал с собой чужака. И всё это время напряжение витало в воздухе. Каждый взгляд Белова обжигал. И Глаша надеялась, что её был не менее красноречив.

Только когда дверь была плотно прикрыта, оборотница продолжила.

– Вот видишь, всех поймали и обезвредили. Можешь возвращаться к своим поискам.

– Ты неправа, – заметил Клим.

Карие глаза оборотня потемнели, сделавшись похожими на растопленный шоколад. Ему не понравилось, как произошла встреча. Что же, не всегда путь усыпан розами. У неё, у Райс, припасены колючки. Что поделать, хорошего садовника днём с огнём не сыщешь. Они всё заняты чужими угодьями.

– А я не прошу оценки своих действий и не настаиваю. Не нравится, уходи,– палец Глаши грозно ткнулся в сторону двери…Сердце обливалось кровью и боль была практически невыносимой. Но она ведь сильная и просто так биться головой об стену не станет. А значит, нужно это пережить.

Глафира не видела себя в этот момент. Похоже, оборотень что-то прочёл в её глазах. Ту решимость, от которой рушатся горы и свершившееся становится безвозвратным.

– Помолчи, женщина! – процедил сквозь зубы Белов и шагнул навстречу. Райс не успела охнуть, как оказалась в крепких объятиях. Она собиралась возмутиться, сказать ещё несколько колких и хлёстких фраз, но Клим испортил подходящий момент. – Я люблю тебя, упрямая моя.

– Что? – Слова, словно волна, омыли злость и недовольство волчицы. Мужские руки надёжно окутывали, опутывая и удерживая от побега.

– Люблю тебя любой. Даже когда злишься, лучше тебя нет.

– Даже тогда? – В голосе Райс прорезалась игривость. Сомнения таяли, как прошлогодний снег.

– Даже тогда. Видела бы ты, как горят твои глаза в этот момент. Всякие валькирии отдыхают,– признался тот, кто встречался со многими женщинами. И Глаша помнила это. Только сейчас и ей захотелось стать слабой, беззащитной. Рассчитывать ещё на кого-то, а не только на себя саму.

– Если хочешь, могу повторить.– Она попыталась дёрнуть плечиком. Вышло отвратительно. И всё потому, что этот несносный вервольф поцеловал её, выпивая дыхание, продираясь до самого сердца и забирая его с собой.

– Глаша, я больше не могу без тебя, – выдохнул Клим и… отстранился. Без него стало холодно.

– Что ты…– договорить не успела.

Хотела поинтересоваться, что вытворяет Белов в чужой комнате, подпирая дверь комодом. Но когда был выключен свет, а от одежды ничего не осталось, Глафира поняла, что именно он хотел сказать. Кровь мчалась по венам, распаляя и без того разгорячённые тела. Признания других мужчин ничего не стоили. Только он, Клим Белов, владел её сердцем и, похоже, отдавать не собирался. Сидеть на комоде, обвивая ногами бёдра мужчины, было неимоверно приятно. Ещё лучше то, что он беззастенчиво вытворял  с её телом

И только когда Глаша перестала себя контролировать, а довольный рык вервольфа прозвучал сладкой музыкой, разбитые осколки собрались воедино. Она ведь тоже его любит и ни за что не отдаст какой-то там незнакомке.

– Ты выйдешь за меня?

– Что? …Да.

Глава 36

Снежана

Утро наступило слишком рано. После ночных событий мне с трудом удалось уснуть. Помогло присутствие Даниила, прижавшего меня к себе спиной и согревая. Нападавших забрали, но прежде нас посетил сам Белов-старший. Зачем он явился, совершенно непонятно, ведь здесь был Клим. Сдаётся мне, наш дом каким-то образом магнитил вервольфов этого семейства. Я ждала ещё жену альфы Беловых. Но оборотница ограничилась звонком Глафире. Тётя пояснила, что та встревожена… не навредили ль мерзавцы мне. Я в этот момент уже спала и о звонке узнала только за завтраком. Утренний сбор вчетвером был для нас в новинку и…порадовал. Клим то и дело двигал к себе стул Глаши, а та показно ворчала. Но было ясно с первого взгляда, им обоим эта игра ужасно нравилась.

Я поправила упавшую на лоб прядь и задумалась. Стоит ли звонить сегодня шефу или нет? Вознесенский дал показания, они ушли в Северогорск. Но от шефа ни ответа, ни привета. Ситуация напрягала. Тем более что я точно знала от коллег – Макс на свободе. Более того, он продолжал работать в компании. Зойка тоже. Непонятно, что делать мне. А если не знаешь, как поступить, есть очень простое средство – работа. Туда я и отправилась с самого утра. Братцы Беловы были заняты расследованием, Но Дан настоял, чтобы самому отвезти и забрать меня. Я не возражала против такого сопровождения.

– Пообедаем вместе? – Мы даже не выбрались из машины, как вервольф обнял меня, пытаясь притянуть к себе. Не вышло.

– Конечно, созвонимся, – пообещала я. Быстро поцеловала Белова и несильно укусила его за губу. Быстренько отстранилась. Он попытался дотянуться, поймать. Но я, довольная собственной проделкой, открыла дверь и выскользнула из машины, послав воздушный поцелуй. Приглушённый смех Даниила показался сладкой музыкой, улучшающей настроение.

– Всем привет! Что нового? – Последнее касалось новостей из области. Естественно, я не пояснила.

– Тишина, – «порадовала» Марго. Она с самого утра пила чай и выглядела какой-то заспанной. Тоже кто-то мешал, не иначе. – Кино смотрела долго, – пояснила девушка, верно расшифровав мой сочувствующий взгляд. – Про оборотней и вампиров.

Синицын усмехнулся, но комментировать не стал. Лишь кивнул в знак приветствия.

По сути, делать здесь мне нечего. Но я решила какое-то время заняться бумагами Вознесенского. Направилась в кабинет, но на пороге обернулась:

– Если нет ничего суперсрочного, то через час у нас собрание на тему работы местного отделения. Предлагаю озвучить идеи, предложения и замечания. Не секрет, что Сергей сильно подгадил в плане продаж. Можно сколько угодно хмуриться на мои слова, но это влияет на ваше будущее.

Народ молчал, то ли мотая на ус, то ли давая мне возможность выговориться. Вроде как уедешь, а мы останемся, и всё будет по-прежнему. Эта мысль была здравой и неоригинальной. И чтобы мотивировать Марго и Фёдора на активные действия, добавила:

– Нам нужно сделать всё, чтобы вас не прикрыли. Будем действовать на опережение, а не плыть по течению. – Я улыбнулась, заметив понимание в глазах собеседников. Молодцы, на лету схватили мысль. Фирма платит хорошо, но свои деньги надо отработать. Благотворительность не конёк шефа. И сейчас самое время не потонуть, оставшись на плаву.

Понравилось ли им мои слова или нет, совершенно безразлично. У всех своя жизнь и если нет желания работать, то за воротами организаций стоят много желающих. Я имею в виду там, где хорошо платят.

Синицын и Кислицина прониклись, подготовились и явились ко мне с распечатанными на листочках идеями. Мы увлеклись, обсуждая, а где-то споря. Время пролетело незаметно, опомнились, когда пришли клиенты. Я свернула наш совет, довольная проведённым с пользой временем. Прикрыв дверь в приёмную, осталась одна, чтобы оценить результаты мозгового штурма и привести их в приличный вид. Надеюсь, шефу затея понравится, и он оценит её с положительной стороны.

От долгого сиденья шея затекла. Я поднялась и прошлась по кабинету. Пискнувшему телефону обрадовалась.

« В 13.00 освобожусь и поедем обедать. Люблю». А следом открытка – косой зверь с высунутым языком. «Голодна как волк!» – послала ответ.

Городской телефон прозвонил как раз в тот момент, когда пришло подтверждение о доставке сообщения. Я подняла трубку. На другом конце провода прозвучал женский голос. Немного низкий, но обладательница явно была молода.

– Здравствуйте. – Лёгкая заминка. И почти сразу прозвучало продолжение. – Это Снежана Райс?

– Да я. Добрый день. А с кем разговариваю?

В трубку что-то дунуло, словно человек усмехнулся или поперхнулся.

– Виктория Перова, если моё имя о чём-то тебе говорит.

– А мы уже на ты? – Разговаривать с ней не хотелось, но бросать трубку было пока рано. Хотя мне совершенно не интересно, что скажет эта оборотница.

– А почему бы и нет? Спим-то с одним и тем же.

Услышанное неприятно кольнуло и вызвало агрессию. Вот … гадина! Вместо ногтевых пластин отрасли когти. Они царапнули меня саму, что привело в чувства. Эта белобрысая нарочно меня провоцировала, сомнений не было. Вера в Даниила не пошатнулась, но неприятный осадок всколыхнулся в глубине души. Он мой и точка!

– О, неужели тебе ещё не сказали, об отставке? – мурлыкнула я в телефон, сдерживаясь, чтобы не перейти на рык. – Не огорчайся, такое бывает.

– К сожалению, – неожиданно раздалось в ответ. А я-то готовилась к словесной пикировке. Собеседница насторожила.

– Нам нужно поговорить, – продолжила Перова.

– Не вижу в этом смысла, – совершенно искренне призналась я. Ну о чём мне с ней общаться? О погоде?

– Я не задержу. Совсем недолго… Пожалуйста. Это важно. Не для меня, для тебя.

Вряд ли бывшая подружка Даниила скажет что-то ценное. Белов не урод, организм нормально функционирует. Регулярно и довольно активно. Сама проверяла и ещё не раз так сделаю. Так о чём она желает со мной поделиться? Но вечно прятаться от бывшей невесты оборотня было как-то унизительно. Поэтому нехотя, но я согласилась. Буркнув:

– В 12.45 буду в кафе напротив.

– Я не опоздаю, – пообещала девушка и тут же положила трубку. Видимо, она опасалась, что я могу передумать.

Ладно, переживу пятнадцать минут общения с блондинкой. Зато потом обед с Даниилом. Мне хотелось узнать новости о нападении. Фантазия рисовала не просто допросы и аресты, но и всевозможные обыски, погони и перестрелки. Всё-таки современная киноиндустрия богата на изображения.

Ровно в двенадцать ко мне заглянула Марго:

– Снежана, ты с нами?

– Нет, спасибо. Я позже. Только дверь не закрывайте, чтобы я видела, кто пришёл. С умным видом уставилась в монитор, который скрывал от нежеланных свидетелей игру. Сворачивать трудовые горы при собственном неопределённом положении было не слишком заманчиво.

За Марго зашла подружка, и они быстро ушли. А Синицын остался. Я сделала вид, что не чувствую его пристального взгляда. Лишь вопросительно посмотрела, когда пёс двинулся в моём направлении. Застыл у двери, опираясь рукой о косяк. Интересный мужчина, весь такой рельефный. Но точно не мой.

– Снежана, я хотел с тобой поговорить и попросить прощения.

Вопросительно взглянула на него. Мне послышалось? Оборотень нахмурился. Видимо, не приходилось заниматься подобным. Практики нет. Так я обеспечу! Мало ли что бывает в первый раз.

– В общем, я раскаиваюсь за тот поступок. Ты так хорошо пахла. Словно для меня.

– Ладно, прощаю, – произнесла я, уловив в глазах пса понимание. Нам с ним делить нечего. А в чём именно он неправ, очень хорошо объяснил Даниил. У него это лучше получается. Доходчиво.

Синицын ушёл, а я наконец-то осталась одна. И время потекло медленно-медленно. И я не выдержала и направилась в кафе. Успела со своими выпить чашку чая с лимоном, а потом они ушли, оставив меня одну. Народ начал расходиться, спеша по рабочим местам.

До встречи с Викторией оставалось несколько минут. Выглядеть хуже Перовой не позволяло самолюбие. И я решила посетить туалетную комнату, чтобы воспользоваться там большим зеркалом. Расчёска скользила по распущенным прядям, а когда в помещение зашла какая-то женщина, я не обратила на неё внимание. Она явно по делу пришла, не ко мне. Через минуту её уже не было, и появился другой посетитель. Вернее два. Мужчина и всё та же дама. Я с удивлением взглянула на незнакомого человека и уже хотела поинтересоваться, не ошибся ли он дверью. В это время женщина начала рыться в сумочке и мне пришлось отойти. Она достала лак для волос. Гадость!

Всё произошло слишком быстро. Струю из баллончика незнакомка направила мне в лицо. Сразу зажгло в носу, глаза заслезились. Я метнулась к спасительному выходу, мужчина кинулся следом. И когда до двери оставался всего лишь метр, она приоткрылась… Показалась Виктория. Необычная картина вызвала в ней интерес. Рот оборотницы удивлённо открылся, сама девушка попятилась назад… Перова прикрыла дверь. С обратной стороны.

– Держи её крепче, болван! – крикнула женщина.

Я в этот момент вырывалась, царапалась, пытаясь спастись. Опасная ситуация удвоила мои силы, а непонимание смысла затеи заставила сопротивляться ещё отчаяннее. Дёрнулась, чтобы уцепить за ручку двери… Она захлопнулась прямо перед моим носом, отрезая от спасения. Сырой платок коснулся лица. Я задержала дыхание на долгие несколько секунд, которые не могли бесконечно продолжаться. Стальная хватка незнакомца, тут же женская рука, удерживающая тряпку....Сознание уплыло, как и силы, что непонятно куда-то пропали. Ноги подогнулись, и меня не стало.

Я растворилась… Чтобы очнуться в незнакомом месте.

Глава 37

Даниил

Сообщение: «Выходи, я уже подъезжаю» осталось без ответа. Белов на секунду задержал взгляд на телефоне, но дорога была переполнена и внимание переключилось. Полдня без Снежаны пролетел незаметно. Сначала съездил в полицию, ознакомился с показаниями, что дали напавшие на дом Райс. Затем заскочил к отцу, с которым состоялся очередной тяжёлый разговор. Альфа наконец-то понял, что сын не откажется от Снежаны. И это давалось родителю нелегко. Другое дело мать, та уже была знакома с Глафирой, но теперь у них появилось очень много личных тем для обсуждения. Кажется, женщинам общение доставляло удовольствие.

А что касаемо нападения… Неприятные дела нынче творятся в Волчьем Бору. Два человека и полукровка дали показания. Но выглядели они по меньшей мере странно. Точнее сказать, настораживали. Эти трое представились кем-то вроде народных мстителей, которые твердили, что семейка Райс в должниках и должна умереть. После исполнения миссии огонь должен был уничтожить дом и виновных. Кому задолжали Райс?  Проверили, на счетах семьи приличные суммы, хватит детям и внукам. Есть подозрение, что известно ещё не всё.

Но дело не в этом. О каких долгах идёт речь? И кто выносил «приговор»?  А вот здесь всех ждало разочарование.  Идея явно принадлежала не исполнителям, тупо повторявшим о виновности семьи. Тогда кому? Проверенные звонки вели к заблокированным ныне номерам, зарегистрированным по поддельному паспорту. С разрешения Глафиры Беловы решили созвать внеочередной Совет, на котором  главы кланов должны узнать о нападении. Это хорошо, что оборотница поняла важность информации и не собиралась её скрывать. В конце концов когда-то Совет возглавлял именно её отец, и он пользовался уважением.

Все соберутся ближе к вечеру, а сейчас Даниил просто горел желанием увидеть Снежану. Он скучал по своей егозе, снова отправившейся на работу. Зачем? Кому она нужна, если женщины Беловых не работают?! Да и мать у Снежки тоже сидит дома, воспитывает детей. Зачем непоседливую девчонку понесло в офис? На ум пришла разбитая морда пса, и волк оскалил свою пасть. Он люто ревновал и требовал загрызть всех особей мужского пола, обитающих рядом с его половинкой. Если не загрызть, то хотя бы покусать. До смерти.

Вырулив на стоянку, Дан снова набрал Снежану и…никто не ответил. Первые пять секунд он позволил себе думать, что она вот-вот выйдет из здания, а потом сорвался. Лифт был не нужен, Белов вихрем влетел на третий этаж. От резкого толчка дверь в знакомый офис с шумом распахнулась.

– Где Снежана? – поинтересовался Даниил нейтральным голосом. Судя по всему, напускное спокойствие не удалось. Девица за рабочим столом вытаращила глаза и испуганно вдавилась в спинку стула. Пёс оказался более выдержанным. Он видел опасность, волнами исходившую от будущего альфы. И нашёл в себе силы произнести:

– Она осталась в кафе напротив.

– Когда?

– Минут двадцать назад.

Большего и не требовалось. И всё же Белова не покидал ощущение некой нереальности. Неправильности. Они ведь решили пообедать вовсе не здесь. Но раз Любимая хочет… Внутренний зверь метался, не веря в спокойствие происходящего.

Свежий воздух проникал в помещение кафе сквозь распахнутые окна. Ароматы посетителей мешались и растворялись, гонимые лёгким ветерком. Но среди десятков сохранившихся запахов Дан сумел вычленить тот единственный, что вёл в туалетную комнату… А напуганный администратор вспомнил, что какой-то посетительнице действительно стало плохо, и её забрали родители.

Сердце ухнуло вниз с огромной кручи. Но не разбилось. Не имело право. Рык вервольфа  смёл из кафе посетителей, в миг потерявших аппетит. Даниил выскочил на улицу и естественно, никого не увидел. Звонок своим, а потом снова в кафе… Чтобы неожиданно вычленить среди прочих приторный запах Виктории.

***

– Сильно не дави, могут быть проблемы. Для тебя. – Виктор на редкость был благоразумен. Этакий ходячий ограничитель. Только что было просмотрено видео с камер кафе. Виктория действительно была здесь и принимала участие в похищении Снежаны.

– Ты издеваешься? – без иронии поинтересовался Даниил.

– Давай я позвоню. Ты же сейчас её сразу пошлёшь и пообещаешь разорвать.

– Придушить, – поправил Даниил.

Пока ждал своих и добивался просмотра с камер, он уже несколько раз пытался дозвониться Виктории. Бывшая не брала трубку. Но на видео хорошо заметно, как она прикрыла дверь в туалет в тот момент, когда Снежана была там с незнакомцами. А потом, словно ни в чём не бывало, села за столик и отвернулась, будто бы происходящее её не касалось. После того как Снежку увели (а фактически унесли) через запасной выход, Перова ещё какое-то время была здесь. А после ушла, украдкой оглядываясь и выискивая своих сообщников. В то, что они связаны, Дан не сомневался. Он снова набрал номер несостоявшейся невесты, но гудки опять ушли в никуда. Виктория нарочно его игнорировала, строя из себя обиженную.

– Дай я, – произнёс Вик, но ситуация повторилась. – Вот стерва! Хорошо, что ты на ней не женился. Брат, я начинаю понимать тебя.

– Я рад, – мрачно отозвался Даниил.

– Вот что я думаю…– Клим выглядел не менее решительно. Ситуация дядьке крайне не нравилась. Он умолчал о случившемся Глафире. Правильно сделал. Не женское это дело, с похитителями воевать. Пока знания о похищении Снежаны пребывали внутри клана. Но уже было решено фиксировать всё, малейшую деталь. Если это месть Перовых, то Совету нужно будет представить любое доказательство их вины. а после…Дании сам вызовет на бой несостоявшегося тестя. Чтобы скинуть его с пьедестала.

Дан и Вик сосредоточенно слушали старшего родственника, надеясь на его опыт.

– Я перекинул видео вашему отцу, он поработает с полицией. И надеюсь, в самое ближайшее время данные с камер ближайших улиц будут у нас. Отследим передвижение машины.

– Это долго,– процедил сквозь зубы Даниил. Его ломало. Беспокойная половинка в опасности, а он не знал, где её искать. Информация, что зависела от других, напрягала. – Я обернусь и попытаюсь проследить запах. Телефон привяжете мне на шею. И если будет какая-то информация, свяжусь с вами.

– Не дури,– одёрнул Клим. – В городе тысячи машин и каждая из них воняет. Так ты её не найдёшь и напугаешь оставшихся людей.

– Напугаю?

– А ты себя в зеркале видел?

Дан не видел, и смотреть не желал. Но сидеть на месте он просто не мог.

– Мы поедем к Перовым. Вик, ты со мной?

Братья уехали, взяв с Клима обещание немедленно перезвонить.

Виктория оказалась дома. И разговор с ней получился весьма непростой. Стерва нарочно тёрлась около отца, надеясь на покровительство.

– Папа, я не хочу с ним разговаривать. И видеть тоже!

Беловы и отец с дочерью стояли перед ступенями трёхэтажного особняка. Девушка выглядела испуганно и нагло одновременно. Как такое уживалось в одной самке, Дан не знал и не интересовался. Она перестала его привлекать с той самой минуты, как почувствовал настоящий запах Мухиной-Райс. Аромат Виктории казался теперь приторным до отвращения.

– Я тебя понимаю, дочь, – осклабился Богдан, демонстрируя клыкастую улыбку. Охрана главы клана стояла поодаль, а беловские ребята и вовсе за воротами.– Только меня интересует, зачем несостоявшийся зять явился к нам, да ещё захватил с собой братца. Побоялся прийти один? Не удивлён.

Никто не успел среагировать, когда Дан не выдержал и сбил с ног мужчину, а затем прыгнул на него сверху.  Ясно же, Перов нарочно провоцировал. Только пока местный альфа пытался изгаляться, чтобы как-то возвысить себя после поражения в прошлой драке, Снежана находилась в плену.

– Папа! – завизжала Виктория и бросилась на бывшего жениха.

Охрана тоже не осталась на месте. В ответ Вик, известный своей бесшабашностью, выхватил оружие и честно предупредил:

– Не мешать! А то в вашем организме будет на одну дырку больше.

Дан на это никак не прореагировал. Он склонился над пытающимся встать Перовым:

– Если с моей избранной что-то произойдёт, уничтожу всех, включая твою лживую дочурку.

– Избранной? – гневно и в то же время удивлённо произнёс Богдан, перестав сопротивляться. – Это… Райс?

Не дурак. Слухи распространяются хорошо.

– Она у вас.

– С чего бы? – огрызнулся Перов. Даниил не почувствовал запаха лжи. Продолжая всматриваться в главу клана, Белов разрешил тому подняться. Напрасное унижение сильного вервольфа не способствует общению.

– Виктория. Она присутствовала при похищении.

– Папа, он врёт! Не верь ему. Его девка загуля…

– Заткнись, Вика!– только и успел выкрикнуть Богдан. А Виктория уже хрипела, цепляясь пальцами за руку бывшего жениха и болтая ногами в воздухе.– Отпусти, отпусти её!

Дан разжал пальцы и Перова упала, потирая горло и кашляя. По мнению Белова, делала она это нарочно громко и со стонами. А ведь он её не собирался душить. Всего лишь припугнуть.

– Не хотите по-хорошему, тогда об этом узнает Совет. Немедленно. И у меня будут полностью развязаны руки. Твоя дочь участвовала в похищении моей пары. Её нет уже час. Как думаешь, долго ли способен обезумевший волк терпеть, зная, что виновница случившегося рядом?

Перов выглядел мужественно. Но даже он побелел лицом. Сурово посмотрел на поднявшуюся с земли дочь и та отступила.

– Папа нет, нет! Я всего лишь хотела с ней встретиться. Не верь ему!

–Ты заманила её в ловушку!  – Дану было трудно не сорваться. Очень трудно. И держался он из последних сил. В старом человеческом фильме были слова: «И суд меня оправдает!» В самую точку. Никто не поможет Виктории, зная, что она была пособницей или главарём банды похитителей. В последние десятилетия из-за развития технического прогресса и активного передвижения вервольфов встретить свою пару стало огромной удачей. Ни один из адекватных оборотней не встанет на защиту этой обиженной волчицы.

– Вика отвечай! – потребовал Перов. Было видно, что он с трудом сохраняет самообладание. Защитить родную дочь святое дело, вот только дурочка не желала собственного спасения.

– Папа, я ничего не сделала! – Напитанный ноющими нотами голос девицы вызывал головную боль. И Дан неожиданно поймал себя на мысли, что лучше бы она заткнулась. Как признается и всё, пусть немедленно закрывает рот. – Я видела, как эта…Райс была с какими-то людьми в кафе. После они ушли. Не знаю, куда и с кем! Мне нужно было зеркало, и я направилась в туалет. Там как раз с кем-то выясняла отношения эта Снежана. Я что, должна была встрять? Заступиться за неё? Плевала!

Тяжёлое молчание повисло над округой. Дан знал множество способов вытрясти правду из Виктории. Он чувствовал, как умело девушка вплела ложь в реальные события. Камеры показывали не всё, но одно он знал точно – Виктория заплатит. И если бить женщину было не с руки, то это не значит, что она легко отделалась.

– Моя дочь сказала всё, что знала. А теперь вон. Оба!

Даниил понимал, что Перов злился. На себя, на нежданных гостей. И на дочь, которая своей выходкой так его подставила.

– Пожалуй, да. Уйдём. Но Совет будет проинформирован,– пообещал наследник альфы.

Беловы ещё не успели покинуть внутренний дворик особняка, как до их слуха донеслось:

– Живо в дом! – приглушённо прорычал Богдан.

– Папа, я тут ни при чём!

– Живо, я сказал!

***

Беловы и  команда попрыгали по машинам. Виктор сам вызвался сесть за руль, Даниилу оставалось только напряжённо думать, следя за дорогой.

– Сейчас бы сделать круг по их территории, – заметил сидящий на заднем сиденье оборотень из клана.

– Кто бы нас пустил. Стая бежит по пятам, пытаясь не уронить своё лицо окончательно.

– Хрен с ними, – отмахнулся Виктор.– Морду Богдана ты уже повалял. Будь готов, он этого не спустит и попытается отомстить.

Даниил возражать не стал, как и опасаться. Подумаешь, очередная схватка. С Перовым, так с Перовым. Звериная злость под человеческой оболочкой клокотала, требуя выход. И если бы отец Виктории попался под руку именно сейчас, ещё неизвестно, кто победил – опытный альфа или разозлённый наследник, лишённый своей половинки.

Лесная поросль окружила дорогу. Раздавшийся звонок от отца напряг. Оборотень немедленно принял вызов, надеясь на лучшее. Иначе просто не может быть.

–Да!

– Как ваша поездка?

– Перова призналась, что видела Снежку. Сказала, что не имеет понятия, куда она делась.

– И всё? Что-то такое я и подозревал. Слишком всё просто, – раздалось на другом конце связи. Дану подобное заявление родителя не понравилось. Пальцы сжали добела аппарат, грозясь раздавить. Видимо, альфа что-то почувствовал или хорошо знал своего старшего сына, раз поспешил продолжить. – Я проинформировал Совет насчёт этой семейки и случившегося. Спуску им не будет. Не выкрутятся. Сейчас важно другое. Срочно возвращайтесь. Кажется, я понял, где держат твою подругу.

– Где?! – едва ли не прокричал вервольф. Даниил дёрнулся, готовый бежать. И видя брата на взводе, Виктор нажал на тормоза. Колёса засвистели, действую на нервы проезжающим мимо. Все, кто был с Беловыми, отреагировали мгновенно и машины одна за другой  парковались на обочине.

– Приезжай. Всё равно по пути.

Стоит ли сомневаться в том, что расстояние до дома Беловы и компания преодолели в рекордно короткие сроки.

То, что ждали отец и Клим, было понятно. Но видеть глав соседних кланов оказалось неожиданностью. Особенно главу Совета

– Это ещё не всё, – пояснил отец. Внешне он был спокоен, но сыновья знали, что это всего лишь привычка прятать свои эмоции от окружения. Ведь чем монументальнее скала, тем больше от неё грохота. – Ждём Главу Совета. Я всех проинформировал о похищении твоей невесты.

– Пары. Она избранная зверем и мной половинка, – поправил Даниил. Казалось, хоть кто-то посмеет сказать слово против или даже усомниться, он вцепится в глотку. Напряжение витало вокруг, его можно было резать ножом. И это почувствовали все присутствующие.

– Пары, – согласился отец.

Крепкий поджарый мужчина появился спустя несколько минут. От этого вервольфа веяло опасностью за версту. Все напряглись, глядя на пожилого Главу, чей точный возраст не знал никто. Разве что Райс, пророчивший его в преемники ещё при жизни. Но того уже нет, а  Мишин действительно оказался достойным выбором.

– Егор, что ты нам хотел показать? – Мишин взглянул на главу клана Беловых. – Что там с девушкой? Я понял, что всё серьёзно, поэтому остальных не ждём. Подтянутся. Докладывай.

Рассказ не занял много времени. Но главное в этом были видеокадры, за которыми вервольфы наблюдали очень пристально. Все видели, как девушку запихнули в машину, а затем перекинули в следующую. Подозрительным показался заезд в ангар, из которого практически сразу выехала неприметная иномарка с затемнёнными стёклами… Негласно проверенная первая оказалась пустой, а иномарку снова вели по камерам. И то, куда она следовала, ошеломило.

– Не зря мы установили своё наблюдение. Я даже думаю, что надо увеличить количество точек на выезде из города,– задумчиво произнёс Мишин. Несколько лет назад в целях безопасности было принято решение разместить несколько десятков камер, не ставя в известность официальные власти.

Каждый из присутствующих молча согласился. А ещё понял, почему всё это было немедленно показано членам Совета и его Главе. Бывший мэр Волчьего Бора был очень популярен среди горожан. Известно, что его зять – известный бизнесмен Шаров, намерен баллотироваться на этот же пост на ближайших выборах. И то, что Снежану Райс доставили туда, указывало на необъявленную войну.

– Может, там не только невеста Даниила, но и пропавшие оборотни?– предположил Клим. – Мы не видели момента захвата пропавших, поэтому не могли отследить.

– Всё может быть, – задумчиво отозвался Мишин.

– Я еду к дому бывшего мэра,– заявил Даниил. Он не мог предаваться разговорам, когда любимая в руках людей, обозлённых на семейство Райс. Волк требовал выпустить его, чтобы  разорвать обидчиков. Теперь он точно знал, кто виновен в похищении Снежаны.

– Не ты. Мы все, – возразил Егор Белов, обведя всех присутствующих долгим взглядом.

– Когда подберёмся ближе, запустим дроны, – озвучил ценную мысль Мишин.

Глава 38

Снежана

Очнулась. И прежде чем отчётливые воспоминания всплыли в сознании, поняла – попала по самые уши. Я находилась в клетке и была связана. Вытянутая рука зафиксирована и к ней тянулись трубочки от капельницы. Непонятный раствор попадал мне в вену и от дурного предчувствия волоски на руке вставали дыбом. Какую дрянь мне вводят?!

Попыталась дёрнуться, но боль от иглы пронзила так, что звёздочки закружились перед глазами. Зажмурилась, уронив голову на облезлое подобие покрывала. Куда меня привезли и что всё это значит?

После похищение из кафе я несколько раз приходила в сознание и всякий раз чья-то рука тыкала мне тряпкой в лицо, возвращая в небытие. И вот он итог…

Упрямо подняла голову в попытке осмотреться и поняла, что я здесь не одна. Рядом виднелась ещё одна клетка, а за ней другая. Внутри каждой из них сидели и лежали незнакомые оборотни.

– Привет! – прохрипел вихрастый парень, ближе всех находившийся ко мне. Рядом с ним на полу примостилась девушка. Она положила голову ему на колени и, кажется, смотрела на меня немигающим сочувствующим взглядом. Те, кто находились в дальней клетке, тоже глядели в мою сторону. В глазах всё ещё не было резкости, и я не могла утверждать, что дела обстоят именно так.

– Привет. Где мы?

– В подвалах, а большего никто не знает. – Он закашлялся.

Я попыталась дёрнуться, забыв, что в руке игла, но она быстро напомнила о себе резкой болью.

– Что это?

– У тебя выкачали много крови. Это раствор для поддержания организма, – чуть слышно подала голос девушка. Но я услышала.

Прищурилась, попытавшись прочитать, что написано мелким шрифтом на перевёрнутом пузырьке. Не смогла.

Послышался хлопок двери и приближающиеся шаги.

– Не спорь с ними! – скороговоркой посоветовала незнакомка и прикрыла глаза.

Я молча согласилась. Доказывать что-то непонятно кому в заранее проигрышном положении это не вариант. В любой ситуации нужно искать спасение. А раз я не наделена сказочной силой, то буду действовать по обстоятельствам.

К клетке подошёл невысокий "бывший блондин", в настоящее время сияющий лысиной. Он замер, рассматривая меня как инородное чудо. Руки мужчина держал в карманах, а за затемнёнными линзами очков угадывался интерес.

– Профессор, вы только посмотрите! Наш свежий кролик очнулся, как вы и предполагали.

– Ты неисправим, – несколько высокий для мужчины голос раздался неподалёку. Седовласый объект встал рядом с очкариком… Я попыталась напрячь зрение, чтобы понять, видела ли когда-нибудь этих людей. Но нет, ничего такого в памяти не всплыло. – Как вы себя чувствуете? Нам сказали, ваше имя Снежана. Так?

В голосе мужчины играли ноты сочувствия. Словно он реальный добрый доктор, а не злой эскулап, удерживающий оборотней и меня в плену. "Забота" этого милахи умиляла. И мне бы помолчать, всплакнуть, подавить на жалость, но не получилось.

– Отвратительно. Хочется пить и есть, а ещё в туалет, – не мигая, вывалила я свои потребности. Осмотреть обстановку не помешает.

– За надобностями вас сейчас проводят. А питаться вам нужно хорошо. Я лично буду за этим следить и, надеюсь, вы будете послушны. Через час увидимся. Заодно и пообщаемся.

Мечтала осмотреться? Не вышло. Лысый очкарик вызвал охрану и под присмотром двух здоровенных морд пришлось идти в туалет. Я даже приосанилась от осознания собственной важности. Словно вели не девушку полукровку, а целого альфу. Нет, с альфой я всё же переборщила. Чистокровному двое будут точно нипочём.

Моё путешествие длилось недолго. Два шага от подвала с клетками. Каменные коридоры, полное отсутствие окон не давало возможности судить, где мы находимся. Заперты в подземелье, чтобы никто не нашёл.

Вздрогнула, понимая, что так и есть.

Я сделала все дела, умылась, собрала растрепавшиеся волосы в косу. Зеркало не было предусмотрено, поэтому пришлось поверить себе самой, что не так уж страшно выгляжу. Ну а кто не спрятался, я не виновата. Вечно сидеть в туалете не будешь, поэтому пришлось покидать временное убежище.

Страж мне не нравились. Какой нормальный адекватный человек станет здесь работать? И всё же, возвращаясь, я поблагодарила своих тюремщиков. На всякий случай.

– Спасибо.

Мне не ответили, однако интерес к своей персоне заметила. В какой-то степени я всё ещё была ошеломлена случившимся и отчаянно мечтала о свободе. А ещё ждала своего принца, в котором ни на миг не сомневалась.

Возвращалась в клетку с надеждой пообщаться с пленным оборотнями, расспросить их. Внешне подавленные, они могли пролить свет на происходящее. Мне самой всё виделось жутким экспериментом. А ещё эта странная парочка мужчин в белых халатах.

Планам не суждено было сбыться. Вместо того чтобы снова уйти, один охранник остался. Он развалился в кресле у входа и уткнулся в телефон.

Самочувствие не радовало. Оказавшись в клетке, я прислонилась к решётке подальше от стражника. Парень и девушка переместились чуть ближе ко мне, надеясь при удобном случае пообщаться.

Я подумала про профессора и лысого. Эта парочка мало напоминала медицинских работников, что напрягало. Нельзя сказать, что наше общение состоялось исключительно на уровне разговора – кровь-то откачали!

Мой час настал. В какой-то момент появился второй охранник. Он приблизился к клетке, открыл её. Колючий взгляд мужчины прошёлся по моему телу и обжёг. В голову лезли дурные мысли, не прибавляющие оптимизма. Я боялась даже думать о том, что сейчас может случиться. Всё происходило словно с кем-то другим, не со мной.

Мозг как за спасательный круг ухватился за мысль о Данииле. Он уже ищет меня, уверена в этом. И даже Виктория не способна сбить вервольфа с пути. Или способна?!

Не буду о плохом. Я верю своему оборотню. Лишь бы успел. Куда? Не знаю…

Мне было приказано идти вперёд, что я и сделала. Почти сразу передёрнуло от отвращения. Затылком чувствовала интерес вышагивающего позади мужчины. Освещённый серый коридор очень быстро упёрся в железную дверь, за которой оказалась лестница. Мы поднялись этажом выше, где я снова не увидела ни одного окна. Точно подвал или какой-нибудь бункер, оставшийся с давних времён многолетней войны между людьми и нелюдями.

Небольшое помещение, в котором я оказалась, выглядело тесновато и действительно напоминало место приёма пищи. Стол, покрытый плёнкой, узкий шкаф с посудой, пара полотенец, сложенных стопочкой. Пожалуй, всё, если не считать еды, призывно пахнущей для голодной меня .

– Присаживайтесь, – улыбнулся профессор.

– Вы не боитесь, что я сбегу? – поинтересовалась, усаживаясь за стол. Голодать не собиралась. Нечего строить из себя независимую отрешённость. Силы нужны для побега. Не знаю, когда представится случай, но оставаться здесь не собираюсь.

В ответ профессор громко засмеялся. И в ту же минуту охранник приковал мою левую руку к ножке стола. Вот козёл! А я ему спасибо говорила.

– Оставь нас. – Собеседник махнул рукой охраннику. Но тот словно не услышал. Встал на входе в помещение и застыл, изображая памятник самому себе.

– Солдафоны, с кем приходится работать, – сокрушённо пожаловался профессор. Его взгляд вернулся ко мне, и мужчина расцвёл. – Ешьте, еда довольно сносна.

Желать приятного аппетита и благодарить не стала, втайне надеясь, что у мужика кусок встанет поперёк горла. Мне же жареная рыба, картошечка в фольге, салат и горячий компот оказались как нельзя кстати.

Этот заумный хмырь вначале насладился рыбой гарниром. Затем достал пачку сухого печенья и подвинул мне. Себе же не отказал в горячем бутерброде с мясом и сыром. На мой ироничный взгляд пояснил:

– А вам нельзя. Для чистоты эксперимента. Завтра перейдёте на овощи, а через неделю исключительно на белковую пищу.

– Что за эксперимент? – Печенье оказалось свежим. И пусть еда не лезла в горло, я постаралась пропихнуть её компотом.

– О, это очень важный для мировой науки эксперимент. – Профессор откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Мечтательность, смешанная с фанатизмом, так бушевала в глазах. Больной на всю голову.

– И какая же роль в нём будет отведена конкретно мне?

– Забавна. И неглупа,– прищёлкнул языком мужчина, продолжая разглядывать меня. – Пожалуй, ужинать сегодня мы тоже будем вместе. А впрочем, чего откладывать.

И так он это произнёс, что на душе заскребли унылые кошки. Дан, миленький, где же ты?!

***

Даниил

– Периметр охраняется. По забору пущена проволока под напряжением. Не советую,– доложил один из разведчиков.

– Откуда инфа? – поинтересовался один из альф.

Дан в этот момент рассматривал высокий забор через бинокль: дохлая кошка, отсутствие птиц.

– Искрит с противоположной стороны дома, – пояснил безопасник.

– Что дрон? – Мишин не встревал в разговор. Прислушивался.

– Пока ничего особого. Видели садовника и горничную.

– Шифруются,– чуть слышно прошептал Виктор. Даниил не мог не согласиться. Сердцем чувствовал – любимая здесь. Он был готов обернуться, попытаться перемахнуть через трёхметровый забор и колючую проволоку. Зверь хорошо натренирован, что ему царапина на пузе. Пустяки. Ток тоже не страшен. Скорее всего, хозяева припасли что-то посущественнее. Но что? События последних дней говорили об отличной организации и полном соблюдении секретности. Денег у Шарова и тестя много, но какова цель?

Каждый из присутствующих альф, расположившихся в ближайшем к дому перелеске, думал о чём-то подобном. И когда телефон отца завибрировал, воцарилось молчание.

– Да. Понял. Выдвигаемся.– Егор перевёл взгляд на остальных. – Шаров выехал в работы и двигается в сторону выезда из города. Вероятно, едет сюда.

Это был шанс. Другого такого может не представиться ещё долго. Максимум 30 минут и шаров будет на подъезде к дому.

– Мост,– не выдержал Даниил, высказав своё мнение вперёд главы и альф. – Нужно развести мост.

Одобрение мелькнуло в глазах отца. Мишин кивнул, соглашаясь с предложением молодого Белова. Все знают, что понтонный мост разводится только весной в период половодья. Или при прохождении судов. Обычный катерок для этой миссии отлично подойдёт. В короткие сроки оборотни оказались в нужном месте раньше мужа Виолы.

– Стану мэром,– из раскрытого окна донёсся голос Шарова, – выбью в области арочный мост. Ещё затмим всех! Город вздрогнет от перемен, попомни моё слово. – Мужчина бахвалился, но авто благоразумно не покидал. Оборотни застыли в ивняке, разросшемся на подъезде к реке.

Дан слышал, как проплывающий мимо катер заглох. Послышался отборный мат, зачастую сопровождающий деятельный процесс. Затем катер двинулся обратно и снова застрял под мостом. На этот раз двигатель молчал.

– Что за дебилизм?! – возмутился Шаров. Сейчас идея с арочным мостом как никогда казалась ему актуальной. Мужчина не выдержал, выскочил из машины и кинулся к берегу учить капитана уму разуму. Человек поздно заметил стремительно приближающихся вервольфов, скрутивших его в считаные секунды.

Спустя несколько минут в ворота дома-крепости въехала известная охране машина, полностью забитая вооружёнными до зубов оборотнями. Водитель не страдал собачьей преданностью к работодателю. После небольшого собеседования насчёт семьи, человек сдал порядок прохождения контроля, привычки Шарова.

Время отматывалось в считаные секунды. Сердце Даниила стучало в предвкушении битвы, свершения мести. Хищник застыл, ожидая своего часа. Белов не чувствовал запаха пары и это выводило его из себя.

Охрана обнаружилась в пристройке. Сопротивлялась по всем правилам, но не слишком усердно. Несколько выстрелов утонули, не подняв большого шума. Испуганный бывший мэр попытался взять всё под свой контроль. Его затолкали в кладовку, пообещав когда-нибудь выпустить. К суду.

Оборотни как серые тени накрыли территорию внутри и за пределами забора.

Даниил метался, выискивая любимую. Где она, что с ней? Жива, в этом Дан не сомневался. Каждый чувствует нить, связующую с парой. Его была натянута до предела, но не рвалась. Гнетущее чувство в душе подгоняло, выплёскиваясь в виде злости на пытающихся оказывать сопротивление охранников.. А отсутствие запаха Снежки нервировало.

В гараже обнаружили ту самую машину, на которой привезли Снежану. Но где она сама?

– Ищите лучше! – донеслись слова Мишина. Глава был в ярости. Ещё бы! Под боком у оборотней притаился и много лет прятался не кто-то, а человек.

Даниил кинулся в комнату видеонаблюдения. Некоторые члены Совета уже были здесь. Запись с камер показала, где именно в гараже сокрыта потайная дверь. С паролями так же проблем не возникло. К каждому знающему был подобран свой ключ. И шантаж не самый плохой способ добиться правды.

Дан мысленно сравнил этот захват с волной, сметающей всё на своём пути. Трудно противостоять тем, кто защищал свои семьи, любимых. Белов не чувствовал боли от застрявшей в предплечье пули. Выдавил её сам, а Вик помог перетянуть. Регенерация в помощь. Какая мелочь, вытерпеть жгущий плоть металл, если твоя половинка находится в неизвестности.

Желающих попасть в подземелье было много. Даже пришлось пойти на жертву. В целях конспирации пришлось надеть чужую камуфляжную куртку. Она пахла потом, оружием и бедой. Чужая смерть отдалась болью в душе.

Спуск, дверь, спуск, дверь…

Чем ниже вервольфы спускались в подземелье, тем страшнее открывалась картина. Лаборатория, заполненная дорогостоящей аппаратурой. Непонятные результаты опытов, расшифровкой которых займутся специалисты.

Жуткий бункер, хранящий чужие секреты. Волк напрягся, жестом руки останавливая идущих следом.

– Я никуда с вами не собираюсь. Понятно?!

Снежана! Её голос был полон возмущения и скрытого страха. Дан не видел её собеседника. Но предполагал, как тот облизывается, глядя на аппетитные формы девушки. Его девушки! Куда этот будущий труп её тащит?!

Пелена холодной ярости застилала глаза, грозя сорвать крышу. Но потеря контроля это не то, к чему стремился Белов. Полученный тычок в бок от брата отвлёк от желания немедленного убийства. Правильно. Это стоит делать медленно, растягивая и смакуя мучения врага. Чтобы смыть его кровью каждую Снежкину слезу.

– Снежана, вы казались мне разумной. – Вкрадчивый голос мужика вызывал омерзение. – Ну что же, проведите её ко мне. Эксперимент так эксперимент. – Слащавые ноты сменились неприкрытой угрозой.

Возмущённый вскрик любимой Белов стерпеть не мог. Кинулся, почувствовав слаженное движение рядом. Внезапность сработала на руку. Горло мужика в халате показалось привлекательнее запаха бычьей крови. Волк потребовал своей доли, и Даниил с трудом устоял. Напугать любимую сейчас ему хотелось меньше всего. В считаные секунды коридор был зачищен. Но пока оборотни разоружали на редкость упрямого охранника, любимая непоседа бросилась на шею. Уцепилась за шею так, что не оторвать. И разве кто-то возражал? Огромный хищник был готов стать послушным волчонком, разрешить трепать его за уши, вылизывать розовые пяточки девушки, никого к ней не подпуская.

– Дан! Данька! – без слёз всхлипнула она, уткнувшись в широкую шею оборотня. Вервольф обнимал своё сокровище, уверенный в том, что при любых обстоятельствах эта маленькая полукровка будет дороже самой жизни. Она и есть его жизнь. – Я знала, что ты придёшь!

– Снежана, я слышал, у тебя есть младшая сестра. – Виктор не мог не влезть. И пока сам Даниил прижимал к себе любимую, тот открыто умилялся, не желая отворачиваться.

– Есть. Встретитесь на свадьбе. Хочу предупредить, она котиков любит, – отозвалась девушка.

Виктор в ответ только хмыкнул и подмигнул ей. В другое  время Дан поговорил бы с братом, но не сейчас. Вот что делает присутствие рядом любимой.

Оставшиеся пленённые были освобождены и отправлены в городскую больницу. А своё сокровище Белов лично вынес из бункера на руках и сразу отвёз домой. Глаша была в шоке. И неизвестно как Клим оправдывался за полное неведение и утаивание информации о любимой племяннице. Но звук бьющейся посуды расслышали все.

– На счастье,– прошептала Снежка, устраиваясь поудобнее в объятиях своего волка. Девушка заснула, а мужчина ещё долго бодрствовал, охраняя её сон.

Глава 39

Снежана

Мягкий ворс ковра приятной волной касался спины. А сверху нависал мой вервольф. Любимый, хороший, самый-самый родной.

Несмотря на события прошедшего дня, проснулась я рано. Повернулась к Даньке и тут же встретилась с ним взглядом.

– Заждался, – с нескрываемой радостью выдохнул он, пододвинув меня к себе.

Какое-то время лежали, молча радуясь, что вместе, а всё плохое позади. Притягательный запах тел, сводящая с ума близость, разжигала желание, и мы не стали себе отказывать. Чувства бурлили, требуя выхода. Кровати оказалось мало, ворсистый светлый ковёр очень даже устроил обоих. Места много и не свалиться. Чудесное место. Особенно если с тобой самый лучший на свете мужчина. Мой Дан, Даня, Даниил Белов. Тот, кому я отдала своё сердце до тех пор, пока живу. И знаю, что даже за чертой мне его не вернут.

Жалко, что не было возможности провести так остаток дня. Дела не ждали вервольфа. Едва мы вышли из комнаты, держась за руки, как узнали про новый сюрприз. Глаша с Климом уже ожидали нас. Спортивная сумка на полу привлекла мой взгляд.

– Куда-то уезжаете? – удивлённо вздохнула я. Дан почему-то был спокоен. Словно знал или догадывался о том, что я пропустила мимо ушей. – А как же разборки, расследование и прочее?

Я непонимающе обвела взглядом присутствующих. Как же так?

– Снежка. – Тётя стиснула меня в объятиях. – Щеночек мой любимый. Пока вы спали, очень многое произошло. – Она вопросительно взглянула на Клима. Получив согласие, продолжила. – Совет за ночь получил первые результаты и теперь они могут обойтись без нас.

– Глаш, погоди! Может, присядете? – Я вдруг почувствовала, что не могу её отпустить, уже догадываясь, куда направилась эта пара. Я эгоистка махровая. Стало стыдно. – Хотя бы ненадолго.

– Без проблем, – отозвался Клим, тоже посмотревший на меня…  как на любимого щеночка. Да уж. До чего докатилась. Этак меня скоро усыновят.

– Рассказывайте, – потребовала я, подвинув Дане чашку с горячим чаем и домашний творог. Всё прочее уже было припасено нам заботливой тётей. – Зачем похищали оборотней? В чём смысл.

Глядя на всех я тоже решила не отказывать себе в полноценном завтраке. Столько калорий потрачено, надо восполнить потерю.

– Представляешь… – Глаша передёрнула плечами, словно всё ещё не веря в случившееся.– Виолка и её родственники давно ненавидели семейку Райс. А заодно всех оборотней. Поняв, что одним мэрством и просто убийством ничего не добиться, решили подчинить вервольфов. Но так, чтобы те ничего не поняли.

– Убийством?– Я ухватила знакомое слово.

Тётя замолчала, сжав губы в узкую полоску. Но Клим не был столь сентиментальным. Продолжил:

– Твой дед возглавлял Совет. А так как оборотня очень трудно подловить, пришлось устроить поджог и частичный обвал мебельной фабрики. Правда не для чутких натур. Там много всего того, от чего я бы хотел вас уберечь. Признания, стоящие самой настоящей казни. Итог один – был выбран новый Глава Совета и затея человека провалилась. Спустя время у мэра родилась другая идея – подчинить оборотней, заставив их стать послушными. Это же здорово, бескровная власть над хищниками. – Климу не удалось скрыть свою злость. – Затем дочь мэра находит зятя под стать отцу и дело принимает активные формы.

Правда ошеломила, обрушилась, как ледяной таз с водой на голову. Я не могла поверить в этот бред. Но если подумать, при удачном для людей раскладе власть мелкого князька стала бы абсолютной. Помните сказку про Золотую Рыбку? Не удивлюсь, если заговорщикам, как той бабе понадобились бы иные масштабы влияния.

– И много народа пострадало? – тихо поинтересовалась, заранее зная ответ. Много. Я не хотела думать об ужасной стороне тех самых опытов. Но себя не обмануть. Пострадавших и пропавших много. Очень много.

Глаша нахмурилась, а Клим даже не отвёл взгляда. Сама не понимаю, как оказалась на коленях Даниила и сжалась. Стало спокойнее.

– Они занимались этим несколько лет. Сначала боялись захватывать здешних оборотней, используя другие территории. В лаборатории синтезировали особые вещества, затем добавляя их в пищу. К примеру, если положить их в хлеб, то съевший этот…продукт вервольф будет лояльнее относиться к людям,  исполнять их приказы. Представь, сколько выгодных контрактов можно подписать, предварительно накормив гостей? Но это мечты, которые никак не получалось осуществить на деле. И лишь недавно люди задумались, почему результат нулевой. Мы не подчинялись. Было решено перейти на местных оборотней.

– Хватит! – резко прервал Даниил, глядя на дядьку и теснее прижимая меня к своей груди. – Она вся дрожит.

– Переживу. И спасибо, что рассказали. Щенок тоже хочет знать правду. – Я накрыла ладонью Дана. Наши пальцы тут же переплелись. – Вы уезжаете … на поиски?

– Да, – криво улыбнулась Глафира.– Не могу отпустить его одного. А то вдруг кто-нибудь перехватит.

Клим сразу преобразился. Довольный вервольф это ещё то зрелище. Молчать не стал:

– Я предложил Глаше ехать со мной. Так честнее. И потом, вас нельзя оставить. Сразу кто-то начинает увиваться рядом. С тобой остаётся племянник. А я, так и быть, присмотрю за Глафирой.

– Так и быть? – фыркнула тётя и ткнула пальцем в бок оборотня. За что тут же была поцелована в нос.

Они не задержались. Уехали, пообещав звонить хотя бы раз или два в день. Я понимала, что тётя вернётся и в то же время переживала за неё. Что придётся пережить, когда увидит сына Клима, сможет ли сдержать себя с былой соперницей? Вопросов много, а какой ответ, покажет лишь время.

***

– Сейчас заедем к моим, потом ещё в пару мест заскочим, – заявил Белов.

Я в это время пребывала в задумчивости. Разговор с мамой и отцом выбил меня из колеи. Утаивать такое от них было бы нечестно. А в результате чувствовала себя как разбитое корыто.  Они хотели возмутиться относительно молчания Глафиры, но  я встала на защиту тёти. Всё случилось только-только. И потом, она сама была в неведении, до самого моего освобождении. События лавиной накрыли нас, чтобы куда-то ещё звонить. Пришлось признаться, куда именно отправилась тётя. Мама всплакнула, осознав трагедию сестры, но мне не призналась. Сильная. Она решила немедленно сорваться к нам, но мы с папой её отговорили. Вот вернётся тётя, тогда все вместе и соберёмся.

– Что? Прости, задумалась.

Дан ответить не успел. Звонок от шефа раздался так неожиданно, что несколько секунд я смотрела на экран, осознавая, как теперь далека от проблем Flame.

– Снежана, приветствую!

– Здравствуйте! – осторожно произнесла я. Даниил напрягся, но тут же принял независимый вид, уткнувшись в ноутбук. Изучал местные новости.

– Вот что, Мухина, возвращайся. Я подумал и решил назначить тебя не начальником отдела, а своим заместителем. Просмотрел кое-какие бумаги, посовещался с главным бухгалтером. Считаю, ты достойный кандидат. А насчёт нашей истории…

Вервольф обернулся, не сводя с меня взгляда. Он всё слышал. И если кому-то могло показаться это смешным, то мне ни капельки. Ревность не самое лучшее чувство.

– Всё проверено, – продолжил шеф – ты права. И теперь не только Максим, но и Берестова (Зойка) у нас тоже больше не работает. Неприятные сюрпризы вскрылись, ахнешь. А Вознесенского купили обещанием будущего и деньгами. Так что, Снежана, возвращайся. И не переживай, с Максимом больше не встретишься, ему запрещён вход. Слышишь меня?

– Даже очень, – произнесла я, посмотрев на напрягшегося Даниила. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, услышанное вервольфу не понравилось. Радоваться за моё повышение он тоже не собирался. Шеф отключился, не позволив добавить даже слова.

– Кто такой Максим? – нарочито равнодушно поинтересовался Белов.

– Это то самое прошлое, от которого я уехала сюда.

– Ты его любила?

Неприятный вопрос, коварный. Он бил не столько по мне, сколько по оборотню. Меня тоже задевали упоминания семейки Перовых. Но сейчас речь не о том. Дан хотел знать правду и лгать не имело смысла.

– Раньше считала, что да. – Настороженность в глазах Даньки сменилась мрачной решимостью. Прибьёт Макса, прихлопнет как комара. Я присела рядом с Беловым, взяла его за руку, погладила пальцем горячую ладонь. – Ты только не придумывай себе ничего лишнего. Глупость была и самовнушение. Это с ним я рассталась перед тем, как приехать сюда.

Напряжённый взгляд моего оборотня оттаял. Но упрямство никуда не делось. Оно сквозило в каждой черточке любимого лица, в повороте головы. Разливалось в воздухе, пытаясь подчинить своей воле.

Не выйдет.

– Что не так?

– Я не хочу, чтобы ты работала,– признался вервольф. – Всё, завязывай с этим. Сейчас поедем ко мне, нас уже заждались.

Он что, за меня решает?

Как-то не так я себе представляла наше совместное будущее. Отпустила руку, отодвинулась.

– Это всё?

Даниил убрал с колен ноутбук, легко поднялся. Встал передо мной, заслоняя собой всё, особенно спасительный выход. Отчего-то показалось, что сейчас меня съедят или надкусают, что тоже возможно.

– А ты думаешь о том, что именно я пережил, когда искал тебя? Боялся, что не успею! Каково это знать, что твоя половинка находится в руках негодяев?!

Белов злился. Желваки ходили на идеальном вылепленном лице, а карие глаза потемнели. Напряжение пронизало каждый сантиметр гостиной, вдыхалось лёгкими, проникало в мозг. И долбило, как птичка мозгоклюйка – это наша первая ссора.

– Нельзя меня привязать к себе как собачку. Не получится! Да ты…Ты меня не понимаешь! – выпалила в сердцах. А разве не так?!

Вервольф ничего не ответил. Сжал губы в узкую полоску и остановился лишь у двери. Но не повернулся.

– Ты едешь со мной? – глухо поинтересовался он.

– Нет.

Не слышала хлопка двери. Но точно знала, что мой вервольф ушёл. Просто взял и ушёл, оставив меня одну. В какой-то момент засомневалась в его чувствах и решении. А потом отмахнулась. Глупости. Ссора – это повод для сомнения, но не до такой же степени!

Я собиралась съездить на работу… Взглянула на телефон…На ум пришёл звонок шефа. Разобраться с этим вопросом нужно. Действительно нужно.

Заказ билета на скорый поезд занял минуту. Я успевала, но следовало поторопиться. Ожидание такси заняло чуть больше времени. И когда знакомый вокзал блеснул всеми окнами, я ещё раз попыталась себя убедить в правильности решения. Так нужно. И прежде всего мне самой. Нам обоим.

Глава 40

Снежана

Северогорск встретил меня холодным ветром и дождливой погодой. Родители знали, что  приеду, и встречали на перроне. Всей нашей шумной семьёй. Сестрёнка уцепилась за локоть, а братья крутились рядом. И на короткий миг я забыла, что оставила в Волчьем Бору своё сердце. Всего лишь на миг, стоило маме произнести:

– А где тот парень, ради которого ты так задержалась?

На мой деланно недоумённый взгляд отец пояснил:

– В школе ты очень быстро решала задачи. Не видим особой разницы с работой. Значит, была причина.

– Была, – согласилась я, переключив своё внимание на улыбающихся до ушей мелких. Я тоже скучала по ним. А сейчас приехала, не озаботившись подарками. Исправлюсь, обязательно.

После совместного семейного обеда я отправилась к шефу. Не хотелось уходить от своих, но какое-то гнетущее чувство заставляло бежать. В голове, словно колокол, стучали глухие слова Даниила. Ему было больно, но и мне не легче. Хотелось разобраться в себе. А расстояние дает шанс взглянуть на произошедшее трезвыми глазами. С ноющим в груди сердцем, что отказывалось признавать отсутствие рядом любимого вервольфа. Мне было плохо без Даньки и этого от себя ни скрыть, ни заесть сладкой конфетой и ни запить дурманящим вином. Мы расстались несколько часов назад, а мне казалось, прошла целая вечность. Душа рвалась обратно, но у меня были серьёзные причины вернуться в Северогорск.

В тот же день я отправилась к шефу. Мы с ним столкнулись в дверях.

– Мухина! – обрадовался Игорь Андреевич и тут же мужские ладони коснулись моих плеч. Это был дружеский жест, ничего больше. Но меня едва не передёрнуло. Не нужно спрашивать у мамы или Глаши в чём дело. Ответ простой – мужчина не тот.

– Здравствуйте. Вы уезжаете? – взглядом показала на припаркованную неподалёку машину.

– Хотел. Но несколько минут у меня есть. – Снова мужская ладонь коснулась плеча, развернула меня в сторону офиса. – Пойдём, пообщаемся. Сейчас вызовем нашего главбуха и обговорим оклад.

Я незаметно вздохнула. То, к чему стремилась, появилось именно в тот момент, когда жизнь заиграла другими красками. Но вечно сидеть дома, ожидая мужа у плиты, я тоже не могу. В голове возникла картинка, как моя мелкая волчица при виде Даниила пытается вилять застывшим как палка хвостом, а заодно тащит ему тапочки в зубах. И смешного в этом не было ни капли.

– Игорь Андреевич, я…

В сумке зазвонил телефон. Нашла его на ощупь и скинула вызов. Мама. Свяжусь, как выйду отсюда.

– Я рад, что оценила по достоинству. Поверь, мы хорошими кадрами не разбрасываемся. Твой отчёт, что пришёл по почте, я прочитал несколько раз. Какая схема! Жаль, что свой ум Максим решил размазать не в том месте. Но ничего, больше у нас он этим заниматься не будет. Пусть радуется, что уцелел.

– То есть как это? – Общаясь с оборотнями, представления меняются. Я живенько представила, как шеф мощным ударом опрокинул Макса и тот ударился головой. После чего бывший бойфренд остался вечно улыбающимся идиотом.

– Ну где же там наш главный бухгалтер? – последнее шеф проворчал себе под нос, тыча пальцем в телефон. – Где она? Ко мне пошла?

Все эти манипуляции показались настолько лишними, что я вдруг поняла, нельзя и дальше молчать, выслушивая перспективы карьерного роста. Да, мне было тяжело. С одной стороны, упрямый Данька. Он не хотел меня слышать, считая, что отгораживает от неприятностей. Но разве можно уберечь абсолютно от всего на свете? С другой – вот она, сбывшаяся мечта. Только теперь какой-то тусклой кажется она. Нет радости, что ещё месяц назад могла бы появиться при известии о повышении. Да, мы бы с коллегами-девчонками отметили это. Шумно и весело, как прочие праздники. А теперь всё кажется несущественным. Неважным.

– Игорь Андреевич выслушайте меня. Пожалуйста.

Шеф оторвал глаза от каких-то пометок на столе и от пронзительного умного взгляда сглотнула. Кажется, он начал догадываться, что не всё так просто. Телефон в сумочке оповестил о входящем сообщении. Это стало словно старт к действиям. Хватит тянуть! Пора действовать.

– Говори.

– Мне очень жаль, но я увольняюсь.

Вот и всё, сказала. Часть горы свалилась с плеч. Другая застряла. Расчёта нет, трудовая книжка не получена. И я сама всё ещё в кабинете у шефа.

– Причина? Ты обижена на нас?

– Нет, что вы! Просто…я уезжаю в Волчий Бор. Насовсем.– Сказала и ощутила лёгкость, словно давно решила это, но тянула. А теперь нет пути назад. Только вперёд. Переночую и завтра вернусь обратно. На скоростном поезде, чтобы быстрее увидеться с Даном. И чтобы подкрепить своё заявление, взяла со стола шефа листок и быстро написала заявление.

– Ты ведь даже не узнала сумму оклада, – произнёс он, пальцем пододвинув к себе листок. Испытующий взгляд снова попытался меня препарировать, пробравшись в мозг. Уверился, что ничего нового не найти, уставился в заявление.

– Это неважно.

– Конкуренты?

– Нет, что вы! Личная жизнь.

– Тогда понятно. С личным нам не справиться. Что же, Снежана, рад был с тобой сотрудничать. За трудовой завтра придёшь?

– Нет. Сейчас загляну в кадры и попрошу всё переслать мне в Волчий Бор.

– Твоё право. Что же Снежана…Ты сейчас куда?– Шеф поднялся из-за стола, без слов намекая, что разговор окончен. Это хорошо. Мужчины не любят упрашивать. А мне не хотелось бы его чем-нибудь задеть. И без того отказалась от должности заместителя.

– По магазинам. – Я подскочила. В груди маленьким цветком разрасталась свобода. Не знала, что безработный статус порой навевает подобное счастье. Видимо, сказались усилия последних дней. Да и в отпуске не была почти год. Это потом буду думать, чем заняться. Возможно, подобью Глашу на какое-нибудь новое дело. Жить на доходы от акций и аренды неплохо, но скучно. Тётя не раз повторяла, что ей со мной лучше и веселее. Значит, ещё одна её мечта исполнится.

К шефу заглянул главный бухгалтер, я же прямиком отправилась в отдел кадров. Впрочем, там тоже не задержалась. И когда при выходе из здания в дверях чуть ли не столкнулась с Игорем Андреевичем, едва нервно не рассмеялась. Пасёт он меня, что ли?

– Не передумала? – пошутил он, пропуская вперёд.

– Нет. И спасибо за всё. С вами было очень приятно работать, – я протянула руку для пожатия.

– И мне. – Игорь Андреевич тут же захватил её своей ладонью, немного стиснул. – Тебя подвезти?

– Спасибо, я сама. Пройдусь по городу. Вдруг что-то новое замечу. – Я постаралась пошутить и слегка улыбнулась.

Шеф понятливо кивнул и направился к своей машине. Мне нужно было в противоположную сторону, куда я и повернулась. В этот момент снова звякнул телефон, оповестив о сообщении. Не глядя полезла в сумочку…И встретилась глазами с вервольфом. Дан стоял, сложив руки на груди и прислонившись к капоту незнакомой машины. Суровый напряжённый взгляд карих глаз жёг, пробираясь к самому мозгу. Робко улыбнулась и сделала шаг навстречу, оставив мобильный в покое.

– Привет, – произнёс он, не двигаясь с места. – Ты так быстро бегаешь.

До Белова оставался всего лишь метр, когда я остановилась.

– Я была под наблюдением? – Слегка наклонила голову, рассматривая мужчину. Хорош настолько, что хотелось прямо сейчас броситься навстречу. Прижавшись, уткнуться носом в шею и вдохнуть знакомый запах, осторожно лизнуть, прикусить.

– Неверная постановка вопроса. Под охраной, – отозвался вервольф.

Понятливо кивнула. Что-то такое я и подозревала, когда уезжала из Волчьего Бора.

– Спасибо, – слегка улыбнулась, безотрывно глядя в глаза Даниила. Оборотень не выдержал первым, торопливо шагнул навстречу, прижал к себе, опалив висок дыханием.

– Думал, сердце остановится, когда узнал, что ты сбежала,– признался он, осторожно прихватывая губами кончик уха. Стало ещё приятнее. Я снова улыбнулась. Невидимая пружина, с тоской сжимавшаяся с самого утра, расправилась. Он всё-таки приехал. За мной!

– Неверная постановка. Я не сбежала. Решила проверить родителей, чтобы завтра вернуться. А ещё нужно было написать заявление…

– Какое? – глухо поинтересовался вервольф, разворачивая меня. Наши взгляды снова встретились. Но на этот раз карие глаза горели не менее ярко. Какой вулкан бушевал в груди моего оборотня, неизвестно. Но пламя чувств, переливающихся через край, обжигало.

– Я написала заявление об увольнении… Дань, может, поедем отсюда? Не хочется стоять под окнами.

– А как же твоя работа? Самостоятельность…от меня? – с усмешкой поинтересовался этот несносный Белов, увлекая в сторону незнакомой машины. Открыл дверцу, помог сесть. Лично зафиксировал ремень безопасности, словно случайно коснувшись груди. Стиснула зубы, чтобы удержать дыхание. Как я бурно реагирую на него…Скажите, пожалуйста! Узнал, что увольняюсь, заулыбался!

– А я не собираюсь сидеть, сложа руки. Найду что-нибудь. И ты мне в этом мешать не будешь.– Последние слова произнесла, упрямо глядя на оказавшегося на водительском кресле Белова. Довольный Данька уже сиял, как начищенный медный таз. Несильно ткнула его пальцем под рёбра. Для профилактики. Чтобы пришёл в себя.

– Ну, – загадочно протянул он, выруливая на центральную улицу.– Если мне это понравится. Если ты постараешься…

И хитро так подмигнул.

Хотела снова ткнуть его, а потом передумала. Пальцы жалко! Как в камень тычешь. Поймала взгляд Даниила…Смех разлился в салоне, повышая градус настроения.

Телефон разразился настойчивой мелодией, присвоенной маминому контакту. Я достала его из сумочки и нажала кнопку вызова.

– Снеж! Ты чего трубку не берёшь?

– Э…Прости, мам. Разговаривала с шефом, неудобно было.

– Так…Слышу. Ты едешь в машине. Всё понятно. Жду вас к ужину.

Она отключилась. А я удивлённо посмотрела на Даниила.

– Был у вас,– скрывая улыбку, пояснил вервольф. – Твоя мама очень похожа на Глафиру. А отец-кремень! Нам в безопасность такого надо.

– Папа устроил тебе допрос?

– С пристрастием, – подтвердил Дан и широко улыбнулся. Словно вспоминал что-то такое приятное и весёлое одновременно. Но с папой не забалуешь. Он у нас работает в органах, и общаться с оборотнями умеет на раз-два. Похоже, Данька подвергся всеобщему экзамену и проникся значимостью будущей родни.

– А как ты так быстро доехал? Не на поезде же. И машина эта.– Я провела рукой по панели. Чистая, но точно имела хозяина.

– У нашей семьи есть вертолёт, – признался Белов, глядя на дорогу.–  На нём. А машина не проблема. У знакомых одолжил.

– Да,– весело протянула я. – А ты, оказывается, жених завидный. А что у тебя ещё есть?

– Катер. Небольшой, но очень быстрый. И много чего ещё. Как вернёмся, покажу. Но если настаиваешь, то куда-нибудь заедем…

– Ловлю на слове! Но не сейчас, позднее! – хмыкнула я, прекрасно понимая, на что намекает мой мужчина. Довольная, я обнаружила, что по-прежнему держу в руках телефон. Решила набрать сообщение Глафире. Как она там?

«Приветик! Как результат? Нашли тётку?»

Я нарочно не писала о ребёнке, умышленно умалчивая существующую проблему. Неприятно, но ведь там где мать, там и мальчик. Верно?

«Плохо, Снежка. Нашли их час назад. Он очень похож на Клима»

Грустный смайлик прилагался. Я прикусила губу, чтобы не выругаться. Думала, что всё это сказки. А оказалось – чистая правда.

– Что случилось? – моё настроение не укрылось от любимого. Скрывать не стала, какой смысл.

– Они нашли мальчика. Он вылитый Клим.

– Знаю. Я разговаривал с дядей.

Вздохнула. У меня радость, а у Глаши нет. И слов не подобрать, чтобы её утешить. Клим-то наверняка рад.

– Я посоветовал всё равно сделать ДНК, – продолжил Данька. Я слабо улыбнулась, не веря, что поможет. Иногда так бывает. Мы хотим одно, а жизнь предлагает другое.

***

В Волчий Бор вернулись поздно вечером, когда народ отдыхал, а луна ещё не думала показывать свой жёлтый бок. Родители звали остаться, но Дан отказался, заверив, что теперь мы будем навещать их часто.

Но перед самым отъездом состоялся весьма примечательный разговор.

– А когда свадьба? – Отец сурово сдвинул брови, как умеет только он. Я даже залюбовалась. Посмотрел бы Егор Белов, на что способен настоящий полковник.

Дан уже открывал рот, когда я выпалила, пытаясь спасти ситуацию:

– А куда торопиться, па? Успеем.

– Снежана…– командный голос отца не подразумевал сопротивления и какие-либо вольности. Шутки при таком тоне тоже исключены. Я вздохнула, поймав довольный взгляд своего вервольфа. Мама тоже это видела и хитро подмигнула из-за папиного плеча.

– Через месяц, – подал голос Белов, обращаясь к отцу. – Я уговорю её.

Я чуть не поперхнулась такой постановкой вопроса. Это как понимать?!

Папа довольно кивнул, а мама заулыбалась. И что это было?

Провожали нас всей семьёй. Даже всплакнуть от счастья захотелось. Но не стала понапрасну разводить сырость. Мои обещали приехать через неделю, что очень даже кстати. Надеюсь, Глаша к этому времени вернётся и если на неё нападёт хандра, то мелкие племянники быстро заставят отвлечься. Сестрёнке сейчас пятнадцать, она самая спокойная из нас. В отца, как с затаённой радостью всегда говорила мама. Подтверждаю, так и есть.

Глава 41, она же эпилог

Снежана

Как оказалось, увольнение не всегда приносит неуверенность в себе и прочие печали. У меня словно выросли крылья. Сменила место жительства, а заодно привычки. Теперь несколько раз в неделю мы с Даниилом бегали в парке…в зверином обличье. Удивительное дело, но после обретения своей половинки, волчица немного подросла. Она по-прежнему была гораздо мельче настоящих оборотниц. И это мне нравилось. Скажете, что в этом хорошего? Просто огромный серый волчище заметил, с каким интересом смотрят на его изящную (по мнению свекрови) пару. Несколько драк лишь немного уменьшило интерес ко мне. Точнее, оборотни по-прежнему наблюдали. Но на безопасном для себя расстоянии.

Теперь у меня была постоянная охрана. И если Данька был вынужден куда-то отправляться один, то я точно знала – за мной присматривают.

***

Сегодняшний день ничем не отличалось от остальных. Разве что должны были вернуться Клим с Глашей. А к вечеру мы ждали родителей.

Я почти неделю жила у Даниила и меня всё устраивало. Его тоже. Вчерашний день пролетел в подготовке дома Райс к гостям, так что сегодня я была спокойна. Разве что за Глафиру переживала…Несколько дней назад они прислали фотографию мальчика. И всё. Дальше отделывались короткими звонками. Мы с мамой решили, что ураган в виде нашего семейства им не помешает. Клим вряд ли уедет в родной дом, оставив свою половинку с моей роднёй. А значит, пусть развлекаются все вместе.

Возможно, они заберут этого ребенка к себе и будут воспитывать? Сдается мне, та женщина поняла, что Белов не горит желанием жениться. Поэтому устроила бега. Набивала себе цену. А ещё появилась Глафира, чьё присутствие и вовсе спутало карты предприимчивой человечки.

Раздался звонок в дверь, и я побежала открывать, точно зная, кто именно вернулся. Как-то так вышло, что даже когда я не могла поехать вместе с Даном, обедали обязательно вместе. Пару раз это было в ресторане. А сегодня захотелось порадовать моего вервольфа сочными домашними отбивными.

– Снеж, чем это у нас так вкусно пахнет? – поинтересовался Белов, подхватывая меня под ягодицы. Так и потопал прямиком на кухню. Я обхватила его талию ногами, а шею руками. Как обезьянка.

– Мясом. Сейчас буду тебя кормить.

– Может потом? – Широкая ладонь не стесняясь, погладила меня снизу, коснувшись промежности, даже сквозь ткань вызвав приятные мурашки. От одного только прикосновения и многозначительного взгляда Даньки желание разгоралось против моей воли. – Я не очень голоден. Ты вкуснее,– доверительно сообщил мне вервольф, повторив манёвр рукой. Затем повернул в сторону спальни. – Так пахнешь…И только для меня.

Задумалась на пару секунд. Может, и впрямь, отложить наш обед? Я уже напробовалась досыта. А любимого не видела с самого утра. Хорошее предложение.       Поесть нам пришлось только через час. А что поделать, с Даней не поспоришь. И в мыслях не было.

***

Я долго думала, стоил ли встречать Глафиру или нет. Они с дороги и нужно прийти в себя, осмыслить случившееся дома. Дан поддержал меня, как и решение заявиться к ним через час. Он заехал за мной с работы, и вместе отправилась в дом семьи Райс.

– Слушай, может, купим игрушку? – с сомнением произнесла я, глядя на дорогу.– Хотя, что мальчик любит, непонятно.

– На месте разберемся, – отмахнулся Даниил. – Не переживай. Завтра свозим его и твоих в музей военной техники под открытым небом. Я договорился, им разрешат внутри танка посидеть, по истребителям полазить.

– Мальчишки оценят, – согласилась я. Действительно, хороший подарок. Сестрёнка Маша почти взрослая, с ней проще. Сходим, местные магазинчики посетим. Котов она любит, заглянем на птичий рынок.

Привычно вбежала по ступеням родного дома, на всякий случай нарочно громко топая каблуками. Дан выглядел насторожённо.

– Что? – поинтересовалась я, открывая дверь. На всякий случай громко крикнула, если нас ещё не заметили. – Глаша, мы приехали.

– Запах, – пояснил Даниил. – Чужого нет.

– Как это?

– Он прав, – раздался голос Клима. Подтянутый вервольф вышел навстречу со стороны кухни. Футболка обтягивала крепкое рельефное тело мужчины и это ему неимоверно шло. Видела бы Зойка, плюнула на Макса. Ему до такого никогда не добраться. – Здесь только мы.

– Снежка, Даниил! – раздался весёлый голос тёти. – Я вас слышу! Проходите!

– Где сын? – шепнул мой волк, обращаясь к Климу. – Не отдала?

– Некого было отдавать. – Мужчина подтолкнул нас, словно мы были в гостях. – Действительно, проходите.

Недоуменно переглянулись и прошли на кухню. Там Клим подвинул документы, расшифровку теста ДНК. Я прочла раз, два…На душе потеплело, запели птички, а радости сразу прибыло.

– Он что, не твой сын? – обратилась я к вервольфу. В душе ликовала. Ура! Глаша может быть спокойна! Ничего общего у её любимого Белова с другими бабами нет. Значит, нужно брать дело в свои ручки.– А почему мальчик похож?

– Понятия не имею. Доктор сказал, случайное совпадение. Так бывает. Вон сколько по телевизору двойников показывают. Ребёнок точно не мой. И по возрасту тоже. Но главное, от нас хотели денег. Как оказалось, не только от нас. Хотя, это уже неинтересно. – Совершенно спокойно подтвердил Клим. И хитро уставился на Глафиру.– Расскажем или подождём?

– Как хочешь,– передёрнула плечиком тётя и встала рядом со своим оборотнем.

Рука мужчины тут же легла на живот Глаши, очень бережно погладила… Лицо вервольфа изменилось. Пропали суровые нотки, в глазах засветился неподдельный восторг. Переводчик не нужен, всё и так понятно. Пока спорили, бегали с поисками, зачали своего малыша. Кто? Не так уж и важно, ведь всегда можно будет повторить.

– Я тоже так хочу, – прошептал Данька, встав позади меня и прижав к себе спиной.

– Не возражаю, – отозвалась в ответ. А что? Спорить не буду. Сегодня и займёмся этим вопросом. Плотнее.

Настроение стремительно поднималось. В ожидании гостей началась лёгкая суета. Мы с Глафирой накрывали на стол, потому что знали, сейчас Виктор привезёт всех моих с вокзала, а отсутствием аппетита у нас никто не страдал. Это на завтра запланирована встреча с семьёй Беловых, а сегодня исключительно наш день. И я как-то не сразу расслышала вопрос Даньки:

– Снеж, сколько твоей сестре лет?

– Пятнадцать. – В этот момент я расставляла тарелки и раскладывала вилки. – Через месяц шестнадцать. Надо будет придумать что-то особенное для Маши. А что?– Я подняла голову и встретилась с задумчивым взглядом любимого.

– Так, ничего.– Он криво ухмыльнулся, убирая телефон в карман. – Виктор интересуется. Какой-то он неадекватный после встречи с ней.

Что?

– С ума сойти! – выдохнула Глафира, которая, как и Клим слышала наш разговор.

Все застыли от удивления, а я вдруг вспомнила. Однажды Виктор в шутку спросил:

– Слушай, а у тебя сестры-двойника нет? Такой же занозы, как и ты?

– Нет. Я одна-единственная, – мстительно сообщил, промолчав про младшую сестрёнку и братьев.

– Жаль. А то я бы познакомился. Вкусно пахнешь…

– Ура! – Я рассмеялась.

Хочу, хочу видеть, как Белова-младшего будет плющить! А то чувствует себя героем, посмеивается над нашим притяжением.

– Ему ещё два года ждать, – посочувствовал любимый.

Мы же с Глашей мстительно улыбнулись. На каждого неприступного вервольфа найдётся своя укротительница. Земля-то круглая!

10.05.2019

Content

Ирина Снегирева
Закон притяжения

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41, она же эпилог