Елена Аист

Бигфут

В холодных северных краях,

В глухих заснеженных лесах,

В пещере темной под горой.

Живет мохнатый зверь большой.

Огромный, жуткий великан,

Он сходит с гор словно туман,

Весь белый будто первый снег,

Увидишь не забудешь в век.

Встречался он то здесь, то тут,

Чудовище – Бигфут зовут.

Он ростом словно каланча,

Его нога как три плеча.

Ни глаз не видно ни ушей,

Пугать им только малышей.

Он слов людских не говорит,

На языке своем рычит:

– Бага-гага, багу-гугу,

Часами гукает в лесу.

Пугает всех, кто в лес придет,

Страшит, тревожит он народ.

Но, не смотря на свой видок,

Бигфут был добр и одинок.

В пещере жил совсем один,

Забытый всеми, нелюбим.

Устал Бигфут один скучать,

Ему бы друга повстречать.

Чтоб прыгать, бегать как щенок,

Лепить из снега колобок,

Есть снег огромной ложкой и называть – морожкой.

Но никого вокруг, ни зги,

Лишь волки воют от тоски.

И только ветер да мороз,

Игриво щиплют ему нос.

Однажды вечером Бигфут,

Решил немножечко вздремнуть,

Прилег на снежную кровать,

Чтоб сладко пару дней поспать.

Проснулся, слышит шум в лесу,

Кто-то зовёт: «Ау-ау!»

Бигфут вскочил, скатился вниз,

Какой же ждал его сюрприз?

Средь белых, ледяных снегов,

Огромных снежных облаков,

Сидел пушистик на санях,

Дощечки-щепки на ногах.

Сказал Бигфут ему: «Привет!»

Тот ни гу-гу, молчит в ответ.

Глаза как две картошки,

Еще трясутся ножки.

Бигфут нахмурил брови,

Глухой на его горе.

Спросил погромче, так сказать,

Не хочет ли он поиграть?

Но тот не отзовётся,

И варежкой дерётся.

Таких зверей он не видал,

Обнюхал, носик облизал,

На вкус какой-то грустный,

И в общем-то не вкусный.

Бигфут решил его не злить,

Опасно с драчуном дружить,

Но может он от скуки?

Так распускает руки.

Бигфут решил с ним поиграть,

Снежок слепил, давай бросать,

Но сшиб с саней бедняжку,

Как будто бы букашку.

Пушистик вниз в сугроб упал,

На лыжи встал и побежал.

Деревья оббегая, от страха убегая.

Бигфут до трёх считает,

И друга догоняет,

Бежит за ним в припрыжку,

Хочет догнать малышку.

Мороз трещит пугает,

И снег всё заметает.

Кричит: «Ловлю, я вода!

Прекрасная погода!»

Но тут вдруг, из-за ёлки,

Выглядывают волки.

И лязгают зубами,

– И мы играем с вами!

А сами щелк клыками, щелк,

И слюни брызжут из-за щёк.

Ворочают носами,

Ну как дружить с волками?

Бигфут решил им отказать,

Хотел им вежливо сказать,

Чтоб лучше не мешали!

Ведь их не приглашали.

Но для волков «бага-гуга»,

Лишь непонятные слова,

И скаля желтые клыки,

Рычат: «Сам лучше уходи!»

Спор явно разгорался,

Бигфут слегка размялся,

И подошел плотнее,

Чтоб объяснить яснее.

Их разговор был взвешен,

Один за хвост подвешен.

Второй сбежал в лес сразу,

Третий прибавил газу.

Рычит не хочет отставать,

Пришлось Бигфуту догонять.

И пробегая мимо,

Такую скорчил мину,

Что волк еще неделек пять,

В кошмарах будет вспоминать.

Кричат волки: «Тикаем!»

Мы больше не играем!

Внизу виднеются дворы,

Пушистик мчится вниз с горы.

Там ниже виден его дом,

Скорей добраться бы ладом.

Бигфут махает лапой,

– Ага, попался, ляпа!

И тормозя об пятки, спросил:

– А может в прятки?

И поскорей помчался в лес,

На длинную сосну залез,

Согнул её в три раза,

И хрустнула, как ваза (зараза).

Свалился, смотрит,

– Где ж дружок?

Сбежал? Он снова одинок.

Но почему? Бигфут не знал,

На озере лёд откопал,

Взглянул, раскрывши очи,

Какой-то он не очень…

И глядя в отражение,

Пропало настроение.

В комок от страха сжался,

Себя сам испугался.

Поплелся он один домой,

Всем в этом мире он чужой.

И целый день, и ночь, и год,

Он воет, плачет и ревет.

Аж до деревни вой дошел,

Напуганный народ пошел,

Ловить Бигфута в сети,

Ведь рядом ходят дети.

Подкрались среди ночи,

Связали крепко очень,

И потащили вниз домой,

В подвал холодный под горой.

Чтоб голодом его сморить в подвале и похоронить.

Он не сопротивлялся,

И сам им в общем сдался,

Решил не хочет больше жить,

Раз не с кем чудищу дружить.

В сетях Бигфута волокли,

Жилище всё его сожгли,

Тянули словно зверя,

От ярости зверея.

В людской толпе раздалось: – «Ах!»

– Он не опасный, он не враг,

Кричал кто-то, толкаясь,

К Бигфуту продвигаясь.

– Не злой, он добрый великан,

– Убийца! – все кричат. – Тиран!

Учили всех нас много раз,

Бигфут – чудовище для нас!

Не станем тебя слушать,

Бигфут нас хочет скушать.

В подвал его вместили,

А ключик проглотили.

Еще закрыли на засов.

Хороший день, большой улов!

Решил спасти его дружок,

Засунул в сумку пирожок,

Тихонько вниз спустился,

В подвале очутился.

А там кругом черным-черно,

И только белое пятно рычит в углу и воет,

Тоску под тенью кроет.

– Ау! – сказал ему малыш.

Бедняжка как же ты грустишь.

Я вижу, ты попал в беду,

Я принесла тебе еду.

Я помогу тебе сбежать,

Решетку можно разломать,

Ты можешь, ты сильнее! Ломай её скорее!

Зовёт, но не идет Бигфут,

Решил навеки здесь уснуть,

Не хочет ни на что смотреть,

Похоже начал он звереть.

Рычит: – Спасайся поскорей,

Нет у чудовища друзей!

– Есть, – тихо прошептал малыш,

Ты зря печалишься, грустишь,

Для каждого кто светел,

Есть друг на белом свете.

И вдруг сказал, краснея:

– Меня назвали Лея,

Ну а тебя? – спросил дружок.

Протягивая пирожок.

А лапки на резиночке, болтались будто льдиночки.

И две смешных косички торчали словно спички.

Бигфут оттаял в тот же миг,

Улыбкой он её проник,

В груди кольнула льдинка,

Попала в глаз соринка.

Он прутья клетки разогнул,

И даже глазом не моргнул.

Сбежал Бигфут сомнений нет,

Лишь на снегу оставил след,

Ушёл в далекие края,

Нашлись там у него друзья, такие же Бигфуты,

С ногой что по три фута.

Но Лею, Бигфут не забыл,

С ней он по-прежнему дружил,

И каждый, месяц, каждый год,

Он ждал, когда она придет.

А после прыгал как щенок,

Лепили вместе колобок,

Снег загребали ложкой,

Зовя его морожкой.

Content

Елена Аист
Бигфут